К вопросу о новых подходах к оглашению показаний в уголовном судопроизводстве

Уголовное право и уголовный процесс

УДК 343.1 Е.А. Ганичева*

К вопросу о новых подходах к оглашению показаний в уголовном судопроизводстве

Статья посвящена вопросам оглашения показаний не явившихся в судебное заседание свидетелей и потерпевших. На основе проведенного анализа решения Европейского суда по правам человека сформулированы основные требования к оглашению таких показаний.

Ключевые слова: уголовное судопроизводство, оглашение показаний, свидетель, потерпевший.

Е.А. Ganicheva*. To the question about new approach to disclosure of evidence absent victims and witnesses. The article is devoted to the disclosure of evidence victims and witnesses, who are default at trial in criminal justice. On the analysis decision of the European Court of Human rights formulate the main requirements for disclosure of evidence absent victims and witnesses.

Keywords: criminal justice, witness, victim, disclosure of evidence.

В марте 2016 г. Федеральным законом № 40-ФЗ были приняты изменения в ст. 281 УПК РФ, которыми был уточнен порядок оглашения в судебном заседании показаний не явившихся по вызову суда потерпевших и свидетелей.

Указанными изменениями предусмотрено, что при неявке в судебное заседание потерпевшего или свидетеля суд вправе по ходатайству стороны или по собственной инициативе принять решение об оглашении ранее данных ими показаний и о воспроизведении видеозаписи или киносъёмки следственных действий, производимых с их участием, в случае, если в результате принятых мер установить место нахождения этих лиц для вызова в судебное заседание не представилось возможным.

Еще одной новеллой уголовно-процессуального закона является то, что решение об оглашении показаний потерпевшего или свидетеля и о воспроизведении видеозаписи или киносъёмки следственных действий, производимых с их участием, может быть принято судом при условии предоставления обвиняемому (подсудимому) в предыдущих стадиях производства по делу возможности оспорить эти доказательства предусмотренными законом способами.

Данные изменения вступили в силу на территории Российской Федерации с 12 марта 2016 г., и практика судов по применению данных норм УПК РФ ещё не выработана. В связи с этим возникает вопрос, что понимать под мерами, направленными на установление местонахождения свидетеля или потерпевшего, а также критерии их эффективности и достаточности. Более того, закон не указывает, на ком будет лежат обязанность по поиску и установлению местонахождения свидетеля и потерпевшего.

На практике возникают проблемы, касающиеся явки в суд лиц, хотя и являющихся гражданами Российской Федерации и имеющих регистрацию по месту рассмотрения дела, но по каким-либо причинам не имеющих вохможности явиться в суд. Орган предварительного следствия не вправе обязать потерпевшего или свидетеля не покидать места жительства до вынесения по уголовному делу приговора. Каким образом сторона обвинения должна будет обеспечить явку в суд тех свидетелей и потерпевших, чьи показания были положены в основу обвинения на предварительном следствии, в законе также не определено. Нередко при поступлении уголовного дела в суд потерпевшие или свидетели уже не проживают по адресам, указанным в обвинительном заключении, уезжают в неизвестном направлении. При этом ни соседям, ни родственникам их местонахождение неизвестно. В результате рассмотрение уголовных дел затягивается на неопределенное время, поскольку суд

* Ганичева, Екатерина Александровна, доцент кафедры уголовно-правовых дисциплин и криминалистики ОУ ВО «СПб ИВЭСЭП», кандидат юридических наук. Адрес: Россия, Санкт-Петербург, Литейный пр., 42. Тел. 579-44-78. E-mail: ganichewa@mail.ru.

* Ganicheva, Ekaterina Alexandrovna, associate professor, Department of criminal studies and kriminalistics St. Petersburg Institute of international affairs, economy and law. Address: St. Petersburg, Liteyniy prospect, 42. Tel. 579-44-78. E-mail: ganichewa@mail.ru.

© Ганичева Е.А., 2016

Уголовное право и уголовный процесс

возвращает их прокурору, ссылаясь на то, что в материалах уголовного дела сведения о месте жительства потерпевшего указаны неверно. При этом суды не принимают во внимание то, что в материалах уголовного дела имеются официальные сведения о регистрации потерпевших. Кроме того, возникает ряд вопросов, касающихся изменений в части предоставления обвиняемому (подсудимому) возможности оспорить оглашённые в суде показания на более ранних стадиях уголовного процесса.

Полагаем, что истоки данной новеллы - в п. d ч. 3 ст. 6 Европейской Конвенции по правам человека, предусматривающем возможность допрашивать показывающих против подсудимого свидетелей или иметь право на то, чтобы эти свидетели были им допрошены.

В литературе справедливо отмечается, что «некоторые нормы УПК РФ препятствуют реализации правовых позиций Европейского суда по правам человека, в других случаях закон позволяет следовать позициям Европейского суда, но российская правоприменительная практика традиционно строится без их учета, в третьих случаях российское уголовно-процессуальное законодательство требует от правоприменителя того же поведения, что и Европейский суд, однако соответствующие правила "привычно не вполне реализуются на практике"»[1, с. 270]. Однако все авторы единодушны в одном: необходимо изменить отношение к правам и свободам человека и гражданина, чтобы они на самом деле были приоритетом. В связи с этим отмечается, что «предстоит устранить пробелы в отечественном законодательстве, выявленные в последние годы российскими и европейскими экспертами, несоответствия его отдельных положений европейским нормам по правам человека, а также нарушения этих норм (что особенно важно в правоприменительной практике)» [2, с. 20].

Это накладывает на государства определенные обязательства о необходимости выполнения положений Конвенции, носящей не столько характер договора, сколько международного, конституционно-правового документа, который стал составной частью правовой системы Российской Федерации. В связи с тем, что Российская Федерация приводит свое законодательство в соответствие не только с Конвенцией по правам человека, но и с решениями Европейского суда, законодатель внес соответствующие изменения в ст. 281 УПК РФ [2, с. 126]. Поскольку практика применения новой редакции ст. 281 УПК РФ российскими судами ещё не выработана, интересной представляется позиция Европейского суда по правам человека по данному вопросу. Европейский суд по правам человека в декабре 2015 г. вынес решение по делу Шачашвили против Германии (№ 9154/10), в котором уточнил выработанные ранее прецедентной практикой подходы к оценке дел об оглашении показаний свидетелей обвинения, которых у защиты не было возможности допросить.

В частности, Большая Палата Европейского суда пояснила механизм применения трехступенчатого теста, закреплённого в постановлении Аль-Хаваджа и Тахери против Соединённого Королевства (№ 26766/05 и № 22228/06 от 15 декабря 2011 г.). В указанном постановлении установлены три критерия, подлежащие оценке в делах об оглашении показаний свидетеля обвинения: 1) существовали ли, с точки зрения национального суда, веские причины для неявки свидетеля и, соответственно, оглашения его показаний; 2) были ли оглашённые показания единственным или решающим доказательством вины; 3) были ли приняты достаточные меры, для компенсации невыгодного положения защиты в связи с невозможностью очного допроса в судебном заседании. В постановлении по делу Шачашвили Европейский суд, проанализировав практику, возникшую после постановления по делу Аль-Хаваджа, разъяснил, что само по себе отсутствие веских причин для неявки свидетеля недостаточно для того, чтобы автоматически сделать вывод о нарушении Европейской Конвенции.

В делах, в которых такие причины отсутствовали, данное соображение будет важным фактором при оценке справедливости разбирательства в целом. Кроме того, Большая Палата отметила, что Европейский Суд должен оценить наличие процессуальных гарантий, «компенсирующих» невыгодное положение защиты, не только в тех делах, в которых речь идет об оглашении показаний, являющихся единственными или решающими доказательствами вины, но и в тех делах, где такие показания «имеют значительный вес». Чем выше доказательственная ценность показаний свидетеля, которого у защиты не было возможности допросить, тем больше внимания должно уделяться обеспечению прав защиты.

Таким образом, Большая Палата пришла к выводу о том, что три критерия теста Аль-Хаваджа взаимосвязаны, и все они подлежат рассмотрению в делах об оглашении показаний свидетелей обвинения в условиях отсутствии у стороны защиты возможности их допроса в суде.

В деле Шачашвили в основу обвинительного приговора были положены, среди прочих доказательств, оглашённые в судебном заседании показания потерпевших, которых у защиты не было возможности допросить ни на одной из стадий разбирательства. Так, в ходе расследования потерпевшие были допрошены полицией и следственным судьей. Будучи единственными очевидцами преступления, они дали подробные показания против заявителя, а также сообщили полиции и следственному судье о своем намерении покинуть Германию и уехать в Латвию вскоре после допроса. В заседании следственного судьи, в ходе которого проводился допрос, заявитель не участвовал, поскольку ему ещё не было сообщено о начатом в отношении него расследовании. Следственные органы полагали, что участие заявителя в допросе может оказать негативное влияние на расследование. Следственный судья также не воспользовался предоставленной законодательством возможностью назначить заявителю защитника для участия в допросе потерпевших.

В ходе судебного производства по делу суд принял ряд мер для обеспечения защите возможности допросить потерпевших: неоднократно направлял потерпевшим требования о явке в судебное заседание и обращался к механизмам международного сотрудничества, чтобы защита могла допросить находящихся в Латвии потерпевших посредством видеосвязи. Убедившись, что допрос невозможен, суд принял решение

Кострица Я.А. Особый порядок принятия судебного решения при заключении досудебного соглашения.

огласить показания потерпевших, данные следственному судье. При постановлении обвинительного приговора суд учёл сниженную доказательственную ценность оглашенных показаний и дал оценку их достоверности с учетом других доказательств по делу. Оценив указанные обстоятельства, Большая Палата признала девятью голосами к восьми, что право заявителя на справедливое судебное разбирательство и на допрос свидетелей обвинения (п. 1 и 3^) ст. 6 Европейской Конвенции) было нарушено, не согласившись с выводами Палаты по тому же делу, сделанными в постановлении от 17 апреля 2014 г. Большая Палата отметила, что национальные суды приложили все возможные усилия, чтобы обеспечить явку, и отметила, что суд должным образом учёл сниженную ценность оглашенных показаний и обеспечил защите возможность оспорить их достоверность. Тем не менее Большая Палата сочла, что национальные правоохранительные и судебные органы не приняли достаточных процессуальных мер, которые могли бы снизить негативные последствия невозможности непосредственного допроса потерпевших в суде. В частности, это могло быть сделано посредством участия заявителя или его защитника в заседании следственного судьи, на котором были допрошены потерпевшие. Большая Палата учла, что на момент допроса потерпевших полиции и следственному судье было известно об их намерении покинуть страну и, соответственно, о риске неявки в судебное заседание для допроса.

Таким образом, решение по делу Шачашвили представляет обобщение и уточнение подходов Европейского Суда к обязательствам, которые налагают положения ст. 6 Европейской Конвенции на правоприменительные органы в случае невозможности обеспечить явку свидетеля обвинения (потерпевшего) для допроса в судебном заседании. Так, если уже на стадии предварительного расследования есть основания полагать, что ключевой свидетель обвинения (потерпевший) может не явиться для допроса в суде, следствие должно принять меры для того, чтобы защита могла задать свидетелю (потерпевшему) вопросы, например, в ходе очной ставки. В ходе судебного производства по делу суд обязан дать тщательную оценку причинам неявки и принять все доступные согласно национальному законодательству меры для обеспечения возможности допроса. Такие меры могут включать в себя розыск, допрос посредством видеоконференции свидетелей, которые не могут явиться в суд, и использование механизмов международного сотрудничества. Когда такие меры не дали результата, суд обязан предоставить защите эффективную возможность оспорить достоверность оглашённых показаний, а при постановлении приговора должен учесть сниженную доказательственную ценность оглашенных показаний и дать тщательную оценку их достоверности с учётом других доказательств по делу.

Список литературы

1. Трубникова, Т. Некоторые правила доказывания и принятия решений в уголовном процессе, сформулированные Европейским судом по правам человека // Актуальные проблемы современного уголовного процесса России : межвузовский сборник научных трудов / под ред. В.А. Лазарева. - № 5. - Самара. 2010.

2. Торкунова, Е. А. Правовая основа реализации конституционного права российских граждан на судебную защиту в Европейском суде : автореф. дис. ... канд. юрид. наук. - М., 2002.

3. Международно-правовые стандарты в уголовной юстиции Российской Федерации : научно-практическое пособие / отв. ред. В.П. Кашепов. - М.: Институт законодательства и сравнительного правоведения при Правительстве Российской Федерации; Анкил, 2012.

4. Лазарева, В. А. Доказывание в уголовном процессе. - М.: Юрайт, 2014.

5. Обвинение и защита по уголовным делам: исторический опыт и современность : сборник статей по материалам Международной научно-практической конференции, посвященной 100-летию со дня рождения профессора Николая Сергеевича Алексеева (г. Санкт-Петербург, 28-29 июня 2014 г.) / под ред. Н.Г. Стойко. - СПб.: ООО «ЦСПТ», 2015.

УДК 343.121.4 Я. А. Кострица*

Особый порядок принятия судебного решения

при заключении досудебного соглашения о сотрудничестве

как основание обеспечения обязательного участия защитника

В статье исследуются правовые проблемы, связанные с неопределенностью отнесения особого порядка принятия судебного решения при заключении досудебного соглашения о сотрудничестве к основаниям обеспечения следователем, дознавателем и судом обязательного участия защитника в уголовном судопроизводстве. Рассмотрена проблема, касающаяся обеспечения следователем участия защитника для лиц, в отношении которых принимается судебное решение по правилам гл. 40.1 УПК

* Кострица, Яна Алексеевна, адъюнкт кафедры уголовного процесса Санкт-Петербургского университета МВД России. Адрес: Россия, 198206, ул. Летчика Пилютова, д. 1. Тел.: 89112335674. E-mail: yanakostritsa@rambler.ru.

* Kostritsa, Yana Alexeyevna, chair of criminal proceedings of the Saint-Petersburg University of the Ministry of Internal Affairs of Russian Federation. Address: Russia, 198206, Pilot Pilyutov str., 1. Ph.: 89112335674. E-mail: yanakostritsa@rambler.ru.

© Кострица Я.А.