Гендерные коммуникативные барьеры (на материале процессуальных фразеологизмов социального статуса лица)

УДК 811.161.1 ББК 81.2 Рус

Ермолаева Маргарита Валерьевна

кандидат филологических наук, доцент кафедра книжного бизнеса Челябинская государственная академия культуры и искусств

г. Челябинск Yermolayeva Margarita Valerievna Candidate of Philology,

Assistant Professor Chair of Book Business Chelyabinsk State Culture and Arts Academy Chelyabinsk Гендерные коммуникативные барьеры

Gender Communicative Barriers

В работе рассмотрены коммуникативные неудачи, возникающие в речевой практике гендера, представлена авторская типология коммуникативных гендерных барьеров, препятствующих достижению коммуникативно-

прагматического эффекта в процессе речевого общения мужчин и женщин.

The article considers communicative failures which appear in gender speech practice; presents the author's typology of the communicative gender barriers, preventing communicative-and-pragmatic effect achievement in the process of men and women’s speech contacts.

Ключевые слова: гендер, коммуникативные барьеры, коммуникативные неудачи, фразеологизм.

Key words: gender, communicative barriers, communicative failures, idiom.

Коммуникативно-прагматический анализ речевых фразеологических контекстов позволил рассмотреть в данной работе некоторые коммуникативные неудачи, возникающие при общении «мужчина-женщина», как в устной, так и в письменной речи. И. А. Стернин определяет типичные трудности, возникающие в общении людей в связи с действием тех или иных объективных или субъективных причин и препятствующие успешной коммуникации, пониманию людьми друг друга как коммуникативные барьеры [5, с. 72-74].

Цель данного исследования - выявить причины коммуникативных неудач, иллюстрирующих фактор нереализованной коммуникативно-прагматической цели в ходе речевого общения между мужчиной и женщиной.

В нашей работе под гендерными коммуникативными барьерами понимаются такие ситуации речевого общения, в которых мужчина и женщина демонстрируют коммуникативный эгоизм по отношению к адресату противоположного пола. Коммуникативный гендерный эгоизм - прагматическая установка на игнорирование гендерной культуры собеседника, обусловленная природной склонностью индивида, классифицировать людей, их поведение сквозь призму собственной гендерной категории. Коммуникативный эгоизм неизбежно влечет за собой коммуникативные ошибки, которые приводят к возникновению гендерных коммуникативных барьеров. Гендерные коммуникативные барьеры возникают по вине обоих коммуникантов и, как правило, обусловлены невла-дением системой гендерных культурных и ценностных норм. Под коммуникативными ошибками гендера мы понимаем помехи, препятствующие достижению коммуникативных целей в общении мужчины и женщины.

Термин коммуникативная неудача (КН) достаточно полно разработан современными лингвистами. О.Н. Ермакова и Е.А. Земская под коммуникативной неудачей понимают «полное или частичное непонимание высказывания партнером коммуникации, т.е. неосуществление или неполное осуществление коммуникативного намерения говорящего, а также возникающий в процессе общения не предусмотренный говорящим нежелательный эмоциональный эффект: обида, раздражение, изумление [2, с. 79]. И.А. Стернин дает более лаконичное определение КН - «это отрицательный результат общения, такое завершение общения, когда цель общения оказывается не достигнутой» [5, с. 97]. Б.Ю. Городецкий, И.М. Кобозева, И.М. Сабурова определяют КН как «сбой в общении, при котором определенные речевые произведения не выполняют своего предназначения» (Городецкий, Кобозева, Сабурова, 1985). Итак, все ученые сходятся во мнении, что коммуникативная неудача отражает факт нереализованной цели общения.

Коммуникативно-прагматический анализ ситуаций речевого общения в гендерной межкультурной коммуникации позволяет сделать вывод о доминировании мужского речевого стиля в общении. Аксиомы эффективного речевого

общения описаны Г.П. Грайсом. Он разделил их на четыре категории, которые вслед за Кантом определил как категории количества, качества, отношения и способа.

Категории количества:

1. «Твое высказывание должно содержать не меньше информации, чем требуется (для выполнения текущих целей диалога)».

2. «Твое высказывание не должно содержать больше информации, чем требуется».

Категория качества:

1. «Не говори того, что ты считаешь ложным».

2. «Не говори того, для чего у тебя нет достаточных оснований».

Категории отношения:

1. «Не отклоняйся от темы».

Категория способа:

1. «Избегай непонятных выражений».

2. «Избегай неоднозначности».

3. «Будь краток (избегай ненужного многословия)».

4. «Будь организован» [4, с.100].

Несмотря на то, что данная классификация применима к некой идеальной ситуации общения, она является образцовой моделью поведения, к которой должны стремиться коммуниканты, т.е. может рассматриваться ими как эталон эффективного речевого поведения личности.

Коммуникативно-прагматический анализ речевых ситуаций, участниками которых являются мужчины и женщины, позволяет проанализировать постулаты Г.П. Грайса с точки зрения гендерных коммуникативных особенностей личности. Постулаты категории количества соответствуют коммуникативным установкам мужчин, поскольку большинство мужчин рассматривают многословие как отрицательную черту, присущую, в основном, женщинам. Категория отношения включает один постулат «Не отклоняйся от темы», что также соответствует мужскому речевому стилю. В нашем исследовании мы отмечаем, что

многоплановость в общении - чисто женское качество, обусловленное природными особенностями ее речемыслительного механизма. В категорию способа Грайс объединил четыре аксиомы, одной из которых «Избегай непонятных выражений» придерживаются, в основном женщины, поскольку стараются не употреблять в речи выражений и терминов, значение которых им непонятно или неизвестно. Аксиома «Будь краток» перекликается с категориями количества, так как регламентирует линейную протяженность высказывания. Постулат «Избегай неоднозначности» также соответствует коммуникативному поведению мужчин, поскольку они хуже, чем женщины воспринимают подтекст высказывания и не всегда правильно интерпретируют невербальные средства, дополняющие контекст речевой ситуации - жесты и мимические сигналы.

Таким образом, современное общество ориентировано на мужской стиль речевой коммуникации, который единогласно «по умолчанию» воспринимается как программа речевых действий, которой должен придерживаться говорящий, формируя замысел высказывания, а затем реализуя его в речевом произведении. Очевидно, что нарушение постулатов общения во многом закономерно и обусловлено гендерными особенностями мужчин и женщин. Так типично женскими нарушениями являются несоблюдения аксиомы дозирования информации, неумение учитывать коммуникативные установки и настрой адресата, также женщина на каждом шагу нарушает постулат информативности, поскольку ей свойственно вкладывать в свои слова особый смысл, который непонятен мужчине и воспринимается им как неумение оформлять мысли в соответствии с законами логического мышления.

Мужчины также нарушают постулаты речевого общения: они нарушают максимы, сформулированные Дж. Личем, в частности максимы такта, согласия, одобрения, скромности, поскольку самой природой в мужчине заложено деятельное, лидирующее начало. Мужчине также трудно всегда придерживаться максимы «Не говори того, для чего у тебя нет достаточных оснований» и «Не говори того, что ты считаешь ложным», поскольку мужчина почти всегда уве-

рен в правильности своих слов, и, следовательно, считает, что все его высказывания имеют достаточные основания.

На наш взгляд, в процессе коммуникации необходимо учитывать еще один важный принцип - принцип гендерной коммуникативной толерантности: Уважай в собеседнике мужчину, а в собеседнице - женщину. Нарушение принципа гендерной толерантности затрудняет общение между мужчиной и женщиной, способствует возникновению гендерных коммуникативных барьеров, которые приводят к ошибкам, препятствующим эффективному речевому общению.

Гендерные коммуникативные барьеры, обусловлены, с одной стороны, природными особенностями мужчины и женщины, сформированными в ходе эволюции человека, а с другой - общественными представлениями, стереотипами, возникающими в ходе процесса гендерной социализации, поэтому мы определяем гендерные барьеры как культурно-социальные. Мы выделяем следующие типы барьеров:

Стереотипно-когнитивные - это барьеры, порождаемые различиями в индивидуальных ценностных картинах мира коммуникантов, которые обусловлены тем, что человек воспринимает собеседника сквозь призму гендерных схематичных представлений, свойственных представителям его пола. Так в процессе речевой деятельности мужчина применяет по отношению к женщине мужскую схему речевого поведения, женщина по отношению к мужчине - женскую. Мужское и женское начало - это наиболее отличительные особенности людей, поэтому они активизируют когнитивные стереотипы, которые в конечном итоге определяют выводы о членах конкретной гендерной группы.

Социально-коммуникативные гендерные барьеры обусловлены несовпадением социального статуса мужчины и женщины, их социальным неравенством. Они приводят к конфликтным речевым ситуациям, так как общение ведется одним из коммуникантов с позиции коммуникативного давления и вызывают отрицательную реакцию собеседника на форму высказывания, что порой приводит к коммуникативному самоуничтожению.

Гендерно-ролевые барьеры могут рассматриваться как следствие социальных гендерных барьеров, так как обусловлены традиционным распределением мужчин и женщин по разным ролям, соответствующим их прирожденному статусу. В такой ситуации реакция адресата на слова говорящего оформляется как непонимание и неудовольствие, вызванное не формой речи, а ее содержанием, базирующимся на традиционных гендерных стереотипах.

Коммуникативно-поведенческие барьеры обусловлены непониманием речевой стратегии представителя противоположного пола, незнанием гендерных особенностей восприятия и порождения высказывания, что приводит к неправильному прочтению речевой интенции и вызывает негативную реакцию собеседника.

Этические коммуникативные барьеры возникают в случае, когда собеседник нарушает принцип гендерной толерантности, позволяя высказать в адрес партнера по общению критические оценочные замечания, умаляющие достоинство представителя противоположного пола.

Итак, помехи, возникающие в общении, влекут за собой коммуникативные ошибки, которые искажают смысл высказывания и препятствуют правильному восприятию информации коммуникантами. Рассмотрим типологию ошибок и проиллюстрируем ситуации речевого общения, в которых они возникают.

Логико-смысловые ошибки вызваны либо неумением адресата понять смысл, который адресант вкладывает в высказывание (употребление окказионализмов, слов и выражений, смысл которых говорящему неясен, неправильное понимание речевой интенции и т.п.), либо это непонимание вызвано двусмысленностью высказывания, т.е. в нем нарушены законы логики (подмена тезиса, неопределенность, неконкретность суждений, противоречивые высказывания и т.д.).

Идеологические ошибки вызваны различиями в мировоззрении коммуникантов (по классификации Д. Б. Гудкова).

Этикетные ошибки связаны с грубым нарушением общепринятых правил речевого общения.

Речевые ошибки обусловлены некорректным фонетическим или графическим оформлением высказывания с точки зрения грамматики русского языка.

Этические коммуникативные барьеры продуцируют этикетные ошибки, связанные с грубым нарушением правил речевого общения мужчиной или женщиной. По данным нашего исследования, в ситуациях публичного речевого общения такие ошибки допускают, в основном, мужчины. В ситуациях с глазу на глаз женщины превосходят мужчин и нарушают речевой этикет гораздо чаще. Приводим примеры из авторской картотеки:

Сталин. Эй, ты, что сидишь с постной рожей. Жена ты мне или не жена?

Надежда. -

Гостья. Конечно жена, товарищ Сталин.

Сталин. Пусть сама скажет.

Надежда. Ты мне не эйкай! (Жена Сталина, 2006, РТР).

В приведенной речевой ситуации роль ведущего в диалоге принадлежит адресанту, что определяется неравнозначным распределением параметров речи: линейная протяженность всего текста - четыре реплики, общая лексическая наполняемость реплик говорящего-мужчины - 16 слов, адресата-женщины - 4 слова, реплика гостьи - 4 слова.

Парадигматические особенности диалога подчеркивают личный характер в отношениях коммуникантов. Во-первых, это обращение друг к другу «на ты», это отступление от норм речевого этикета, эксплицитное и интонационное выражение агрессии по отношению друг к другу. Категоричность первого высказывания усиливается уничижительным обращением эй, ты, далее следует грубо-просторечное выражение, характеризующее эмоциональное состояние женщины, сидишь с постной рожей. Затем, реализуя намерение выставить партнершу по общению в невыгодном свете, уязвить ее женское самолюбие репликой жена ты мне или не жена, говорящий дает понять, что поведение женщины некорректно и делает это в грубой, язвительной форме.

Адресат-женщина игнорирует вопрос-оскорбление и отвечает молчанием, давая понять адресанту-мужчине, что отвечать ему в данной ситуации неумест-

но, принижая его высокий социальный статус в глазах окружающих. Мужчина нарушает постулат количества, поскольку его высказывание излишне информативно, но эта избыточность позволяет адресату реализовать следующую прагматическую установку: 1) я говорю тебе оскорбительные вещи, потому что имею на это полное право, поскольку ты - моя жена; 2) я оскорбляю тебя, чтобы унизить и подчеркнуть свое превосходство.

Женщина не пытается соблюдать принцип кооперации в данной ситуации, она игнорирует коммуникативные установки и настрой адресанта сначала молчанием, а затем в ответной реплике употребляет императивную форму ты мне не эйкай, образуя окказионализм эйкай в значении «не оскорбляй». Это вполне адекватная реакция говорящей на оскорбительные речевые действия мужчины. Коммуниканты по-разному оценивают ситуацию, и между ними возникает чувство враждебности. Ситуация развивается по модели несогласия и конфликтности, адресат выражает отказ совершить действие, который сопровождается ярко выраженной негативной эмоциональной реакцией с обеих сторон. Отсутствие согласованных действий между программами партнеров коммуникации и недостижение перлокутивного эффекта речевого акта приводит к коммуникативной неудаче.

Как мы отмечали выше, логико-смысловые ошибки обусловлены различными причинами, в речевом общении их допускают и мужчины, и женщины. Однако смысловые ошибки в чистом виде свойственны мужчинам, поскольку они хуже расшифровывают пресуппозицию и склонны понимать сказанное буквально, т.е. в прямом значении, не понимая смысл, который имеется в виду говорящим. Например:

- Анатолий Иванович приказал Вам всем долго жить.

- Так все хорошо, ему, правда, лучше?

- Петр, Толя умер (из картотеки автора).

В приведенном диалоге адресат демонстрирует незнание фразеологизма приказать долго жить в значении «умереть», что приводит к неправильному

пониманию слов адресанта-женщины, которая пытается смягчить тяжелое известие эвфемизмом.

В следующем диалоге адресат-женщина неправильно поняла мужчину, поскольку интерпретировала его слова в соответствии со своими коммуникативными ожиданиями, т.е. «услышала то, что хотела услышать». Адресант, скорее всего, умышленно ответил на вопрос адресата посредством ФЕ ее нет с нами, узуальное значение которой «скончался, умер»:

- Так ты женат! Зачем ты врал, что твоя жена умерла.

- Я сказал, что ее нет с нами, она уезжала. Только и всего (из картотеки автора).

Говорящий использует в ответной реплике фразеологизированную конструкцию, включая в высказывание частицу только, которая усиливает эмотив-ность высказывания и придает ему комический эффект.

Гендерно-ролевые барьеры влекут за собой появление в речи коммуникантов идеологических гендерных ошибок, обусловленных различиями в мировосприятии, мировоззрении мужчины и женщины. Например:

- Я запрещаю тебе совать свой нос в чужие дела. Сами разберутся!

- Ты ничего мне не запретишь, только потому, что я - мужчина! (Из картотеки автора).

Женщина отличается от мужчины. Она может быть матерью, мужчина не может быть матерью (Лахова Е.А., депутат ГД РФ, Профиль, Москва, 16.06.2003).

Все высказывания базируются на гендерно-ролевых схемах, стереотипных представлениях о мужском и женском поведении, которые во многом управляют речемыслительным механизмом мужчины и женщины. Гендерные представления о мужественности и женственности позволяют индивиду идентифицировать себя как личность - маскулинную или феминную, осознавать принадлежность к своей гендерной речевой группе и выстраивать свое речевое поведение в соответствии с собственными представлениями и ожиданиями членов общества. В женском дискурсе слово женщина употребляется в 342 контекстах,

в мужском - в 158; слово мужчина в женском дискурсе зафиксировано в 184 контектсах, в мужском - в 231. Таким образом, и мужчинам, и женщинам свойственно преувеличивать значимость своего пола, что проявляется в речевых формулах, демонстрирующих гендерный эгоизм коммуникантов, типа Как ты разговариваешь с женщиной, Я - мать твоего ребенка, Я - мужчина, Ты не мужчина и т.п. Очевидно, что и женщины, и мужчины склонны конкурировать и сравнивать себя с представителями своей гендерной группы, что подтверждается нашими языковыми данными.

Бибиографический список

1. Грайс, Г. П. [Логика и речевое общение] / Пер. с англ. В. В. Туровского // Новое в зарубежной лингвистике / Г. П. Грайс. - М. : Прогресс, 1985. Вып. 16. Лингвистическая прагматика. - С. 217-237.

2. Ермакова, О. Н., Земская, Е.А. [К построению типологии коммуникативных неудач (на материале естественного русского диалога) // Русский язык в его функционировании. Коммуникативно-прагматический аспект]. - М. : Наука, 1993. - С. 30-64.

3. Ермолаева, М. В. [Процессуальные фразеологизмы социального статуса в коммуникативно-прагматической деятельности гендера] : монография / М. В. Ермолаева. - Челябинск, 2008. - 108 с.

4. Маслова, А. Ю. [Введение в прагмалингвистику]: учеб. пособие / А. Ю. Маслова. -М. : Флинта, Наука, 2007. - С. 112-117.

5. Стернин И. А. [Введение в речевое воздействие.] / И. А. Стернин. - Воронеж, 1999. - С. 132-144.

Bibliography

1. Grays, P. Logics and Speech Contact / Tr. from Eng. by V. V. Turovsky // New in Foreign Linguistics / P. Grays. - M.: Progress, 1985. Iss. 16. Linguistical Pragmatics. - P. 217-237.

2. Maslova, A. Yu. Introduction to Pragmalinguistics: Manual / A. Yu. Maslova. - M.: Flinta, Science, 2007. - P. 112-117.

3. Sternin, I. A. Introduction to Speech Influence / I. A. Sternin. - Voronezh, 1999. - P. 132144.

4. Yermakova, O. N., Zemskaya, E.A. To the Building of Communication Failures Typologies (On the Material of the Natural Russian Dialogue) / O.N. Yermakova, E.A. Zemskaya // The Russian Language in Its Operation. Communicative-and-Pragmatic Sspect. - M.: Science, 1993. -P. 30-64.

5. Yermolayeva, M. V. Processual Idioms of Social Status in Gender Communicative-and-Pragmatic Activity: Monograph // M. V. Yermolayeva. - Chelyabinsk, 2008. - 108 p.