Конъюнктура / Документы

Конъюнктура / Документы

Указ о зарплате: денежное удовольствие для штатских и военных

       Борис Ельцин подписал два указа. Одним он поручил правительству рассчитаться к Новому году с долгами по зарплате и для этого разрешил ему торговать госпакетами акций по собственному усмотрению. Другим создал госкомиссию по защите прав инвесторов, которая по идее должна следить за тем, чтобы эти акции попали в надежные руки.
       
Бог из пакета
       Президент подписал указ "О мерах по ликвидации задолженности по выплатам заработной платы работникам бюджетной сферы и денежного довольствия военнослужащим и сотрудникам органов внутренних дел Российской Федерации". С точки зрения законотворчества этот документ следует признать образцовым: с одной стороны, он ставит перед правительством совершенно определенную цель, а с другой — дает ему реальное средство ее достижения.
       Цель проста: в месячный срок правительство должно разработать "комплекс мер, обеспечивающих погашение до 1 января 1998 года образовавшейся на 1 июля 1997 года задолженности по выплатам заработной платы работникам бюджетной сферы". Силовым структурам повезло еще больше: "военнослужащим и гражданскому персоналу ВС Российской Федерации, а также сотрудникам, военнослужащим и работникам системы МВД Российской Федерации" обещают вернуть долги до 1 сентября 1997 года.
       То, что для этого нужно сделать, напротив, очень непросто. Прежде всего правительству предлагается определить, сколько же именно бюджетникам недоплатили. Президент попросил администрации регионов познакомить центральные власти со своими нормативными актами, "касающимися определения условий оплаты труда и установления льгот для работников бюджетной сферы". Иными словами, прежде чем помогать субъектам федерации, российское правительство решило проверить, кто там сколько и за что получает.
       Регионам не стоит рассчитывать на то, что за них расплатятся федеральные власти. Руководителям субъектов федерации предписано в месячный срок согласовать с правительством "объемы собственных средств, направляемых на погашение образовавшейся на 1 июля задолженности". И только тем, кому денег на зарплату — по федеральным нормативам! — однозначно не хватает, центр предоставит финансовую помощь — ссуды из федерального бюджета "в размере до 50% необходимых средств".
       Как бы то ни было, нуждающихся в этой помощи будет немало. Где же правительство возьмет деньги? Указ четко отвечает и на этот вопрос. С 11 июля 1997 года президент разрешил правительству "самостоятельно принимать решения о продаже находящихся в федеральной собственности акций". В течение последних двух лет, согласно указу "О порядке принятия решений об управлении и распоряжении находящимися в федеральной собственности акциями", это было прерогативой самого президента. Соответствующие пункты названного указа отменяются — отныне Ельцин, как и до 1995 года, занимается только управлением госпакетами.
       Разумеется, это не значит, что президент совсем устранится от распродажи федеральной собственности. Как любезно пояснил Ъ вице-премьер Альфред Кох, контроль за этим процессом "будет осуществляться в виде согласия или несогласия президента с тем или иным постановлением правительства". "Как известно, существует порядок, при котором постановления правительства, прежде чем быть подписанными, идут на просмотр президенту, — напомнил Кох. — И если у него возникают вопросы, он требует более детального доклада. То есть, с одной стороны, контроль президента не ослабевает, а с другой — сама процедура принятия решений существенно облегчается".
       Нет сомнений, что возврат к такому порядку ускорит приватизацию. А значит, у государства появляется реальный шанс заработать и расплатиться наконец со своими гражданами.
       
Инвесторы под межведомственной охраной
       Президент подписал указ "О государственной комиссии по защите прав инвесторов на финансовом и фондовом рынках России", которым утвердил положение об этой комиссии.
       Появление такого документа не стало неожиданностью. О его необходимости говорилось давно, но долгое время ему препятствовала неразбериха, которую устроили госведомства, соревнующиеся за контроль над фондовым рынком. Собственно, выход указа свидетельствует о том, что одержать окончательную победу пока не удалось ни одному из них.
       Чтобы убедиться в этом, достаточно посмотреть на состав самой комиссии, возглавлять которую будет Виктор Черномырдин. Согласно указу, в нее войдут представители Государственной думы и Совета федерации, руководители (заместители руководителей) Верховного и Высшего арбитражного судов, администрации президента, Центрального банка, МВД, ФСБ, ФКЦБ, Минюста, Минфина, Госкомимущества, налоговой полиции, таможенного и антимонопольного комитетов, Федеральной службы по валютному и экспортному контролю и, наконец, Федеральной службы по делам о несостоятельности и финансовому оздоровлению. Хочется надеяться, что в поисках консенсуса члены уважаемой комиссии не заплутают в фондовых дебрях и не утонут в собственных противоречиях.
       Как бы то ни было, комиссия будет пользоваться авторитетом — это ясно. Не совсем ясно другое: как именно она будет защищать права инвесторов. Пока что ей предложено "представить в 3-месячный срок предложения о привлечении к ответственности руководителей юридических лиц, нарушающих права и законные интересы инвесторов и акционеров".
       Предположим, что комиссии удастся схватить за руку недобросовестных директоров, которые не пускают акционеров к управлению предприятием, — благо такие случаи не редкость. Но что дальше? Обращаться в суд, как свидетельствует горький опыт, бесполезно — его исполнительные листы редко кто принимает к исполнению. Разбираться собственными силами — на это необходимы соответствующие полномочия. Их нет, стало быть, любые действия комиссии легко опротестовать в судебном порядке. Государство формально не имеет права вмешиваться в кадровую политику предприятия.
       Вопрос полномочий приобретает особую остроту в связи с тем, что президент ждет от комиссии еще и предложений "об обеспечении своевременного поиска и ареста имущества ликвидируемых юридических лиц, в том числе банков, иных кредитных организаций и финансовых компаний, управления этим имуществом и его реализации, а также возврата вырученных средств пострадавшим инвесторам, вкладчикам и акционерам".
       Но зачем это, когда все предложения уже давно подготовлены: Госдума не так давно одобрила концепцию законопроекта "О несостоятельности (банкротстве) кредитных организаций" (см. Ъ #16 с. 54)?
       Словом, за всем этим что-то кроется. Возможно, на происхождение указа прольет свет пункт о расследовании случаев "неисполнения юридическими лицами, в том числе банками, иными кредитными организациями и финансовыми компаниями, своих обязательств перед инвесторами". Он напрямую связан с давно длящимся спором между Центробанком и ФКЦБ о том, кому контролировать депозитарную деятельность банков. В мае этого года на примирительном совещании у Анатолия Чубайса, где встретились зампред ЦБ Андрей Козлов и председатель ФКЦБ Дмитрий Васильев, было решено, что контроль останется все-таки за ЦБ. С созданием нового органа у ФКЦБ появляется реальный шанс вернуть утраченное. Все зависит от того, насколько активно будут вести себя в комиссии ее представители.
       
Банковский самоконтроль
       Центральный банк готовит ряд новых документов по регулированию деятельности коммерческих банков — инструкции "О порядке формирования и использования резерва на возможные потери по ссудам" и "О порядке осуществления надзора за банками, имеющими филиалы", положения "Об организации внутреннего контроля в банках" и "О регулировании деятельности небанковских кредитных организаций", а также методические указания по составлению и представлению консолидированной отчетности. Принятие этих документов связано с решением России присоединиться к основным принципам банковского надзора, предусмотренным базельскими соглашениями (письмо ЦБ от 16 июня этого года).
       
       Базельский комитет по банковскому надзору и регулированию был создан в 1975 году. В него входят представители центральных банков большинства развитых стран — Великобритании, Германии, Канады, США, Швейцарии, Франции, Японии и других. Задача комитета — нивелировать существенные различия в системах банковского регулирования стран-участниц.
       
       Положение "Об организации внутреннего контроля в банках" должно восполнить существующий в российском законодательстве пробел — ст. 10 закона "О банках и банковской деятельности" предусматривает создание соответствующей службы, но ее деятельность нигде не регламентируется.
       Согласно документу, подразделение, которое займется внутренним контролем, должны будут образовать только крупные банки — с уставным капиталом свыше 5 млн ЭКЮ ($5,5 млн). В банках с меньшим капиталом хватит и специального сотрудника. Руководителя службы назначает правление банка по согласованию с советом директоров; он одновременно является и заместителем председателя правления.
       Служба внутреннего контроля будет полностью независима от других подразделений банка. Сейчас "внутренний контролер" вполне может параллельно занимать в банке еще одну должность. Это плохо, так как означает, что к проверке этого второго курируемого им направления руководитель службы внутреннего контроля может подойти субъективно. По новой инструкции это исключено, там ясно сказано: "Сотрудники службы внутреннего контроля не могут совмещать выполнение своих прямых обязанностей с выполнением других обязанностей". Кроме того, согласно проекту, "в штатный состав службы внутреннего контроля не могут входить лица, которые имеют в своей собственности долю (акции) банка, либо получили в нем кредит, или разместили свои вклады, а также если существуют иные обстоятельства, которые могут повлиять на объективность их оценок".
       За что будет отвечать служба внутреннего контроля? И на этот вопрос документ дает исчерпывающий ответ: за сохранность банковских активов, за выполнение требований по эффективному управлению банковскими рисками (кредитному, рыночному, ликвидности), за состояние банковской бухгалтерской отчетности, за результативность и независимость внутреннего аудита и даже за "соблюдение приоритета интересов клиента над интересами банка". Кроме того, сотрудники службы должны контролировать информационные банковские системы и отвечать за их безопасность. Иными словами, служба становится одним из основных подразделений банка.
       Понятно, что людей, которые смогли бы справиться с такими сложными обязанностями, банкам будет найти непросто. Ведь контролер должен разбираться в деле, по крайней мере, не хуже того, кто этим делом занимается. Учитывая это обстоятельство, проект инструкции предусматривает, что служба вправе "привлекать при необходимости сотрудников разных структурных подразделений банка для решения задач внутреннего контроля".
       Большая сфера ответственности предполагает широкие полномочия. И они службе внутреннего контроля будут даны. Согласно инструкции, она сможет не только получать от руководителей банка и сотрудников любые необходимые для проверки документы, но и спокойно входить во все банковские помещения — будь то денежные хранилища, специальный компьютерный зал или банковские архивы. Надо заметить, что здесь, возможно, ЦБ перегнул палку — ведь на практике все это приведет к тому, что число сотрудников, имеющих доступ к секретной информации, резко увеличится.
       Отчитываться служба внутреннего контроля должна "не реже одного раза в год" перед руководством банка или советом директоров. Банк, в свою очередь, обязан будет ежегодно вместе со своим годовым отчетом предоставлять в ЦБ еще и отчет о состоянии внутреннего контроля. А "при необходимости территориальное учреждение Банка России может запрашивать у банка отчет о состоянии службы внутреннего контроля за определенный период ее деятельности".
       Если ЦБ обнаружит в организации внутреннего контроля недостатки, банкам придется их исправлять. А если они не успеют сделать это в назначенный срок, их ждут штрафные санкции за неисполнение предписаний Центробанка, размер которых установлен действующим законодательством.
       
Группы риска
       Проект инструкции "О порядке формирования и использования резерва на возможные потери по ссудам" предусматривает серьезное ужесточение резервных требований по кредитам.
       Сейчас они определяются письмом ЦБ #130 от 1994 года и совместной телеграммой ЦБ #НП-73-95, Минфина #НП-6-01-35 и Госналогслужбы #НП-01-01-21 от 1995 года. Согласно этим нормативным актам, под ссуды I группы (безрисковые кредиты) банк не должен создавать резервов. Под ссуды II группы (с умеренным уровнем риска) резервируется 5% суммы кредита, III группы (с высоким уровнем риска) — 30%, IV группы (со 100-процентным уровнем риска) — 100%.
       По новой инструкции отчисления возрастают. I группа — 1%, II группа — 20%, III группа — 50%, IV группа — 100%.
       Кроме того, предлагается ввести еще классификацию кредитов по степени их обеспеченности. Обеспеченной ссуда считается в том случае, если рыночная стоимость предоставленного под нее залога достаточна, чтобы банк мог компенсировать основную сумму долга и все проценты и издержки. Сюда же относятся кредиты, выданные под гарантии правительства, субъектов федерации и Центробанка. Если стоимость залога меньше, чем нужно, ссуда будет признана недостаточно обеспеченной. И, наконец, если залога нет вовсе, ссуда является необеспеченной. Соответственно, ссуды I группы риска считаются обеспеченными, II и III групп — недостаточно обеспеченными, а IV группы — необеспеченными.
       Поскольку ясно, что сразу подтянуть свои резервы к новым требованиям банкам будет не под силу, ЦБ предлагает вводить инструкцию поэтапно. По одному варианту, который уже завизирован председателем ЦБ Сергеем Дубининым, банки должны к 1 августа текущего года привести резервы в соответствие с новыми нормами на 50%, к Новому году — на 75%, к концу следующего года — на все 100%. По другой, более либеральной редакции, которая, правда, пока нигде не завизирована, к 1 октября этого года — на 50%, с 1 января 1999 года — на 75% и только к 2000 году — на 100%. Разумеется, все эти послабления касаются только существующих банков (которые получили лицензию ЦБ до 1 июля 1997 года).
       По какому бы варианту события ни развивались, ужесточение резервных требований не приведет банки в восторг. Подсластить им эту пилюлю попытался зампред ЦБ Александр Турбанов, который на недавней конференции по банковскому правовому регулированию сообщил, что средства, идущие на формирование резервов под ссуды, выводятся из-под налогообложения. Турбанов, по его словам, уже договорился об этом с Минфином и собирается договориться с Госналогслужбой.
       Банкиры это, конечно, одобрили, тем не менее сам проект вызвал у АРБ множество замечаний. В принципе ассоциация не против того, чтобы "практика формирования резервов под ссуды была несколько усовершенствована в более жесткую сторону", о чем ее члены сообщили в письме Сергею Дубинину. Но, во-первых, эксперты АРБ считают, что увеличивать резервы надо только для II группы риска, и не до 20, а только до 10%. А во-вторых, они полагают, что вводить новые требования следует более плавно: с 1 января 1998 года — на 50%, с 1 октября 1998 года — на 75% и с 1999 года — на 100%.
       В своем письме председателю Центробанка АРБ подчеркнула, что резкое "увеличение расходов на создание резервов негативно отразится на результатах деятельности банков", тем более что "в текущем году рентабельность банковских операций сокращается и большое количество кредитных организаций работают с убытком".
       Наконец, в-третьих, в АРБ опасаются, что "работники ЦБ будут проявлять произвол" при установлении степени рискованности ссуд и, соответственно, завышать резервные требования.
       Возможно, Центробанк прислушается к голосу банкиров и внесет в инструкцию соответствующие поправки. Конечно, тогда она уже не будет в полной мере соответствовать базельским соглашениям. Но это нестрашно. В конце концов, ведь и сами базельские принципы являются не более чем ориентировочными.
       
Жилищно-коммунальная кухня
       1 июля Виктор Черномырдин утвердил постановление #777 "Об образовании правительственной комиссии по реформированию жилищно-коммунального хозяйства в Российской Федерации". Решение создать такую комиссию принял президент: в посвященном реформе ЖКХ указе, который был подписан 27 мая, он дал правительству соответствующее поручение и поставил четкий срок — один месяц. Постановление, таким образом, представляет собой счастливое исключение — правительство подготовило его почти вовремя, нарушив тем самым стойкую традицию срывать сроки исполнения всего, что так или иначе связано с коммунальной реформой.
       Главные положения реформы ЖКХ были разработаны еще в 1991-1992 годах. Они были зафиксированы в законах об основах жилищной политики и о приватизации жилищного фонда и с тех пор почти не претерпели изменений. Как мы уже сказали, менялось другое — сроки. Сперва постановили закончить реформу к 1998 году. Но уже в 1995 году стало ясно, что это нереально, и срок продлили на пять лет — до 2003 года, для чего в законодательство пришлось вносить соответствующие поправки. Прошло еще около двух лет, и 28 апреля этого года подновленную концепцию наконец утвердил президент, подписав указ "О реформе жилищно-коммунального хозяйства в Российской Федерации".
       
Суть реформы ЖКХ можно свести к двум пунктам.
       Во-первых, демонополизация. Монополия РЭУ на оказание целого ряда услуг (уборка мусора, ремонт зданий и коммунальной инфраструктуры и т. д.) будет ликвидирована. В этот сектор допустят частные фирмы, которые начнут конкурировать с госструктурами и друг с другом за муниципальные заказы, что в идеале должно обеспечить более качественное обслуживание за более низкую цену.
       Во-вторых, новая система финансирования. Сейчас население оплачивает коммунальные услуги лишь на 30%, а остальное покрывается за счет дотаций из бюджетов всех уровней — только федеральное правительство тратит на ЖКХ ежегодно более 100 трлн рублей (около 20% всех расходов). Эти дотации будут постепенно сокращаться, и с 2003 года население начнет платить за себя полностью.
       
       После того как президент одобрил основные направления реформы, прошел месяц. И появился еще один указ — "О дополнительных мерах по реформированию жилищно-коммунального хозяйства Российской Федерации" (тот самый, от 27 мая). В нем президент возложил ответственность за реформу ЖКХ на первого вице-премьера Бориса Немцова и одновременно установил, что государственную политику в этой области должен формировать Госкомитет по жилищной и строительной политике. Эксперты комитета сейчас разрабатывают соответствующие нормативные акты.
       Так зачем же потребовалась еще и комиссия? Дело в том, что осуществлять реформу предстоит различным органам государственной власти — причем не только и не столько федеральной, сколько местной. Нужно же кому-то согласовывать их действия! Этим и займется комиссия: в соответствии с положением о ней (которое и утверждено постановлением) она создается для "координации деятельности по отработке механизмов реализации реформы жилищно-коммунального хозяйства" и "обеспечения оперативного рассмотрения и подготовки проектов решений по вопросам преобразований в этой сфере". Иными словами, комиссия должна стать одновременно интеллектуальным штабом реформы ЖКХ и дискуссионным форумом, на котором будут сниматься межведомственные противоречия.
       
Коммунальные склоки
       В состав комиссии войдут представители Госстроя, Минфина, Минэкономики, Минюста, Госкомстата, Антимонопольного комитета и других федеральных ведомств, депутаты Государственной думы, представители региональных и местных исполнительных властей, а также руководители научно-исследовательских институтов, занимающихся ЖКХ (всего 29 членов). Председателем комиссии стал, разумеется, Борис Немцов.
       И здесь сразу возникает потенциально конфликтная ситуация. Ведь что получилось? Государственную политику в ЖКХ разрабатывает Госстрой (кстати, формально инициатором создания комиссии выступил именно он) — это с одной стороны. А с другой — комиссию-то возглавляет первый вице-премьер, а значит, в случае разногласий ее решения будут преобладать над решениями комитета. Спрашивается, кто за эти решения будет отвечать? Трудно представить себе и ситуацию, в которой Госстрой решился бы утвердить документ, не получивший одобрения Бориса Немцова. Даже несмотря на то, что буквально на днях комитету был присвоен статус министерства.
       Кроме Госстроя, однако, создание комиссии никому не повредит, потому что полномочия ее широкими назвать трудно. Поскольку, кроме анализа законодательных актов, ей предстоит следить за ходом реформы в целом, и в частности "за соблюдением мер социальной защиты населения", ясно, что она должна иметь доступ к соответствующей информации. И таковое право ей предоставлено. Правда, с одной существенной оговоркой: комиссия сможет запрашивать у органов исполнительной власти всех уровней только те сведения, которые относятся к ее "ведению". Подобная формулировка оставляет простор для бюрократических спекуляций, а следовательно, сужает информационные возможности нового органа.
       Несравненно более полезным если не для жилищно-коммунальной реформы, то уж во всяком случае для самого Бориса Немцова является другое предоставленное комиссии право — организовывать для подготовки предложений по отдельным вопросам временные рабочие группы. Такая административная свобода может оказаться для первого вице-премьера поистине бесценной, так как сейчас штат его собственного секретариата составляет 15 человек.
       Проводить свои заседания комиссия, согласно постановлению, будет не реже одного раза в месяц. Первое заседание должно состояться до конца июля — когда именно, точно неизвестно. Зато известна его примерная повестка. Как утверждают опрошенные Ъ члены комиссии, обсуждаться будет план работы нового органа и первоочередные меры, которые должны быть осуществлены органами власти различных уровней до конца этого года. Кроме того, члены комиссии, вероятно, начнут рассматривать региональные программы жилищно-коммунальной реформы, которые субъекты федерации должны подготовить к 1 августа. Не исключено также, что на первом же заседании встанет и еще один, самый болезненный вопрос — о предоставлении населению жилищных субсидий.
       
На газ и свет товарища нет
       8 июля вышло постановление правительства #832 "О повышении эффективности использования энергетических ресурсов и воды предприятиями, учреждениями и организациями бюджетной сферы". В соответствии с ним все бюджетные организации должны в течение 1997-1998 годов установить у себя счетчики потребления газа, воды, тепла и других "коммунальных ресурсов".
       Общеизвестно, что почти нигде в мире к собственным ресурсам не относятся так наплевательски, как в России. Это касается и жилищно-коммунальной сферы. Например, в Европе в сутки расходуется около 150 литров воды на человека. А в России — 300-360. Потребление электричества, в свою очередь, превышает европейские показатели в три раза.
       Одна из целей жилищно-коммунальной реформы — заставить потребителей экономить энергетические ресурсы. Как показал эксперимент в московском районе Тушино, это вполне возможно. После того как часть домов там была оборудована комплектами счетчиков, расход ресурсов сократился на 25%: когда видишь, за что платишь, начинаешь считать.
       Сегодня, по данным Госстроя, в российских регионах такими системами учета оборудовано всего 5% жилого фонда. На то, чтобы увеличить эту цифру, пока нет денег. Поэтому начать решили с предприятий. Причем с бюджетных: авторы коммунальных преобразований не без оснований рассчитывают, что негосударственные компании сами озаботятся установкой счетчиков: по информации Госстроя, сегодня предприятие может окупить расходы на внедрение таких приборов за 6-12 месяцев (в среднем оно обходится примерно в 50 млн рублей). А в дальнейшем они начинают давать существенную экономию.
       Что касается бюджетных организаций, то здесь, конечно, инициатива должна исходить сверху, ведь все коммунальные услуги дотируются. По идее, государству следовало бы просто выделить своим предприятиям на это деньги и потом проконтролировать исполнение. Но лишних денег, как известно, нет. Согласно постановлению, федеральное правительство будет финансировать эти работы "в пределах средств, предусмотренных по сметам... на соответствующий бюджетный год". Иными словами, вообще никак финансировать не будет.
       В то же время постановление предусматривает, что федеральные власти в течение трех месяцев (до 8 октября) должны посчитать, во что обойдется вся эта процедура. После чего, надо полагать, правительство поручит региональным и местным властям самим искать деньги, утешаясь тем, что в перспективе они смогут здорово сэкономить — деньги, а не коммунальные ресурсы, разумеется.
       
Стандарты депозитарного качества
       Стандарты депозитарной деятельности, о необходимости которых так долго твердили биржевики, наконец-то утверждены. Это сделала ПАРТАД.
       
       Профессиональная ассоциация регистраторов, трансфер-агентов и депозитариев (ПАРТАД) создана в июне 1994 года крупнейшими участниками рынка депозитарных услуг. Основная ее задача — выработка единых стандартов депозитарной деятельности на российском рынке ценных бумаг.
       
       Критиковать "Стандарты деятельности депозитария для членов ПАРТАД" за несовершенство очень трудно. Не потому, что в этом документе нет изъянов, а потому что его не с чем сравнивать. До сих пор никаких единых стандартов депозитарных услуг в России не существовало. Но первый блин не получился комом — в пользу этого говорит уже продуманная структура документа.
       Первый раздел целиком посвящен определению понятий. Это очень предусмотрительно: во-первых, российский фондовый рынок еще молод и зачастую его участники вкладывают в одни и те же слова совершенно разный смысл. А во-вторых, сами участники нередко очень молоды и просто не знают, что эти слова означают. В стандартах все термины трактуются так, как они определены в законе "О рынке ценных бумаг".
       Второй раздел содержит описание технологии депозитарного процесса — как вести записи, что учитывать и т. д. Принципиальным здесь является пункт о том, что основанием для исполнения депозитарной операции является "документ, подписанный инициатором операции и переданный в депозитарий уполномоченным лицом". В сочетании с продуманными требованиями к оформлению такого поручения, он должен исключить случаи мошенничества, которыми, к сожалению, изобилует недолгая история российского депозитарного бизнеса.
       Особо отмечено, что депозитарий обязан исполнить поручения государственных органов, которые должны сопровождаться соответствующими документами — решением суда, исполнительным листом, постановлением о наложении ареста и т. п. Этот пункт значительно увеличивает шансы тех, кто надеется получить с обанкротившейся фирмы выданные ей когда-то ссуды.
       В третьем разделе "Стандартов" подробно перечислены документы, которые должен иметь депозитарий. Прежде всего это регламент, с которым депозитарий обязан ознакомить клиента, — на него будут ссылаться стороны при разрешении возникающих споров. Затем — операционный регламент, правила ведения учета депозитарных операций и правила внутреннего контроля. На основании всех этих документов депозитарий несет ответственность перед клиентом за вверенные ему акции.
       А чтобы всеми этими документами не пренебрегали, четвертый раздел "Стандартов" предусматривает контроль — как внутренний (отчетность депозитария), так и внешний, который осуществляют соответствующие госорганы и инспекционные комиссии ПАРТАД.
       Словом, "Стандарты" получились на славу. С качеством этого документа может сравниться только скромность его создателей, которые открыто признают, что никакие внутренние регламенты не заменят разрабатываемого сейчас ФКЦБ пакета документов о депозитарной деятельности.
       
Цена оседлости
       2 июля 1997 года Конституционный суд (КС) постановил отменить сбор за регистрацию в Московской области. Так завершилась продолжавшаяся целый год борьба российских граждан за право околостоличного проживания.
       Эта история началась в апреле 1996 года, когда КС признал неконституционной плату за регистрацию по месту жительства в Москве. Естественно, подразумевалось, что противозаконной такая плата является не только в столице, но и везде, где она существует, — например, в Ставропольском крае, в Воронеже и, разумеется, в Московской области. Поэтому соответствующие постановления администрации Московской области были отменены.
       Однако власти Подмосковья нашли обходной путь: они разработали законопроект с длинным названием "О сборе на компенсацию затрат бюджета Московской области по развитию инфраструктуры городов и других населенных пунктов области и обеспечению социально-бытовыми условиями граждан, прибывающих в Московскую область на постоянное жительство". Его положения были фактически списаны с утративших силу документов. 5 июля 1996 года Московская областная дума одобрила проект, обеспечив ему светлое законное будущее.
       Согласно этому документу, сбор должны были платить как сами граждане, намеренные осесть в Подмосковье, так и юридические лица, предоставившие им жилплощадь. Ставки варьировались в зависимости от местности и наличия гражданства. Так, россиянин мог прописаться, например, в Красноармейске за 300 минимальных зарплат (сейчас около 25 млн рублей). А нерезидентам и лицам без гражданства это удовольствие обходилось уже в пять раз дороже — 1500 минимумов (125 млн). Примерно столько стоит в Подмосковье двухкомнатная квартира. Выходило, хочешь жить — подари области квартиру.
       Граждане, у большинства которых нет в кармане лишних 25 млн, возмутились. Шестопалько, Крючкова и Сачкова пожаловались на закон "О сборе..." в Конституционный суд.
       Мария Крючкова на слушании дела объяснила свой поступок просто: "Я не могу заплатить этот сбор. Вот и все". Другой жалобщик, Илья Шестопалько, о деньгах не упоминал, а говорил в основном о гражданских правах, осуществить которые ему мешает отсутствие прописки (права на медицинскую и социальную помощь, на получение образования, избирать и быть избранным и т. д). Третьего истца, 87-летнюю Ольгу Сачкову, в КС представляла ее дочь. По ее словам, желая прописаться в купленной ими квартире, они дошли до губернатора Анатолия Тяжлова. Уже после того, как они направили жалобу в КС, Тяжлов разрешил "в виде исключения" прописать Сачковых без сбора. Однако Сачкова не отказалась от своих намерений и на суде говорила о нарушении своих прав и прав своей матери, а также о невыплаченных пенсиях "за незарегистрированный период".
       Оппонировал им представитель московского областного УВД Александр Парамонов: "Как чиновник и житель области, я за сбор", — заявил он. Правда, при этом выяснилось, что с законом давно борется местная прокуратура — об этом на заседании рассказал зампрокурора Московской области Александр Митусов. По его словам, иск прокуратуры в порядке надзора был отправлен в облсуд. Но там, узнав о рассмотрении дела в КС, приостановили разбирательство. Митусов, требуя довести дело до конца, принес протест в Верховный суд, который в итоге согласился с прокуратурой. Но подошло время рассмотрения дела о прописке в КС.
       
Были сборы недолги
       Выслушав стороны, Конституционный суд постановил: сбор за прописку отменить. Безоговорочно.
       Таким образом, КС пошел гораздо дальше, чем раньше, в московском деле. Тогда, подтвердив уведомительный характер регистрации, он все же оставил Москве возможность устанавливать сбор, объяснив, что он должен быть не связан с регистрацией и соразмерен возможностям граждан. В результате со многих людей в паспортном управлении ГУВД Москвы требовали расписку в том, что они уплатят сбор после регистрации.
       В этот раз КС снова подтвердил уведомительный характер регистрации. При этом суд сослался на ч. 1 ст. 27 и ч. 3 ст. 55 Конституции, которые закрепляют право граждан свободно передвигаться, выбирать место пребывания и жительства. Ограничено это право может быть только федеральным законом и ровно настолько, насколько это необходимо в целях защиты интересов других граждан. Именно поэтому федеральным законом от 25 июня 1993 года "О праве граждан Российской Федерации на свободу передвижения, выбор места пребывания и жительства в пределах Российской Федерации" был установлен уведомительный порядок регистрации.
       Что касается самого сбора, то здесь КС рассуждал так. В соответствии со ст. 75 Конституции общие принципы налогообложения и сборов устанавливаются федеральным законом. Сейчас это закон от 27 декабря 1991 года "Об основах налоговой системы в Российской Федерации", в котором содержится исчерпывающий перечень местных налогов. Согласно п. 2 ст. 18 этого закона, органы государственной власти не вправе вводить дополнительные налоги и обязательные отчисления, не предусмотренные законодательством РФ. Поскольку регистрационный сбор не входит в перечень местных налогов, он противоречит федеральному закону, а значит, и ст. 75 Конституции.
       (Кстати, легко объяснить, почему КС отказался признать эту очевидную вещь в прошлый раз. Тогда действовал п. 7 указа от 22 декабря 1993 года #2268, которым президент необдуманно даровал местным властям неограниченную налоговую свободу. Вряд ли КС стал бы спорить с президентом и на этот раз. Но в январе Ельцин сам взял назад свое необдуманное разрешение (см. Ъ #18 с. 55). Вслед за ним на незаконность незаконных налогов осмелился указать и сам КС — постановлением от 21 марта 1997 года.)
       Теперь для того, чтобы прописаться в Подмосковье, ни до, ни после регистрации никакой платы, кроме госпошлины (834 рубля), вносить не надо. Причем не только в Подмосковье, а и по всей России. А если кто-то из чиновников об этом забудет, смело обращайтесь в суд — после решения КС он рассмотрит дело в упрощенном порядке.
       
       ВЛАДИМИР СТУПИН