О взаимосвязи свойств личности пенитенциарных преступников и способов совершения ими преступлений

УДК 343.91

О ВЗАИМОСВЯЗИ СВОЙСТВ ЛИЧНОСТИ ПЕНИТЕНЦИАРНЫХ ПРЕСТУПНИКОВ И СПОСОБОВ СОВЕРШЕНИЯ ИМИ ПРЕСТУПЛЕНИЙ

Для цитирования

Акчурин, А. В. О взаимосвязи свойств личности пенитенциарных преступников и способов совершения ими преступлений / А. В. Акчурин // Прикладная юридическая психология. - 2018. - № 4(45). - С. 121-126.

Аннотация. В статье дается краткий обзор преступлений, совершаемых осужденными в период отбывания наказания в исправительном учреждении. На основе анализа статистических данных Федеральной службы исполнения наказаний, а также материалов уголовных дел, возбужденных в отношении осужденных, совершивших убийство или причинение вреда здоровью, незаконный оборот наркотиков, побег, дезорганизацию деятельности исправительного учреждения или мошенничество, раскрываются некоторые особенности взаимосвязи свойств личности пенитенциарных преступников и способов совершения ими типичных преступлений.

Ключевые слова: личность осужденного, пенитенциарное преступление, расследование, исправительные учреждения.

Личность преступника является объектом изучения множества раз-

© Акчурин А. В., 2018

А. В. Акчурин

ных наук не первый год. При этом исследование данного объекта происходило чаще всего с позиций уголовно-правовых, криминологических, психологических или педагогических наук. Однако анализ монографических изданий и диссертационных работ показывает, что изучение криминалистических аспектов личности преступника становится предметом исследований не так часто.

Личность осужденного, совершающего преступления в период отбывания уголовного наказания в виде лишения свободы, которую в специальной литературе принято именовать личностью пенитенциарного преступника, исследуется еще реже.

Анализируя специальную литературу, мы выявили, что интересующий нас объект исследования с позиций криминалистической науки изучался рядом авторов, которые разрабатывали методики расследования отдельных видов пенитенциарных преступлений (убийство, причинение вреда здоровью, побеги, дезорганизация деятельности исправительных учреждений и др.): А. В. Беляков, А. Г. Бронников, Л. Г Гор-шенин, Н. В. Грязева, В. К. Коломеец, С. Б. Ларин, В. А. Машнин, Р. М. Морозов, А. А. Нуждин, Б. Л. Прокопенко, М. К. Самалдыков, В. И. Соколовский, Е. В. Чернышенко, А. С. Ямашкин и др.

Однако отметим, что личность пенитенциарного преступника исследовалась только с позиций отдельного вида пенитенциарного преступления. Более обстоятельно вопросы, связанные с личностью пенитенциарного преступника, были освещены в статье Н. Г Шурухнова [1] и его диссертационном исследовании на соискание ученой степени доктора юридических наук [2].

Вместе с тем следует признать, что с начала 90-х годов XX столетия комплексного изучения проблем личности пенитенциарного преступника с позиций криминалистического учения о личности преступника не проводилось.

Согласно отчетам о состоянии преступности среди лиц, содержащихся в учреждениях уголовно-исполнительной системы (форма 2-УИС за 20122016 гг.), ежегодно Федеральная служба исполнения наказаний регистрирует около 800 преступлений, совершаемых осужденными в исправительных колониях. Анализ такой статистики дает основание выделить следующие наиболее типичные группы преступлений: преступления насильственногоха-рактера (убийство, умышленное причинение вреда здоровью и др.) - около 10 %; преступления, связанные с незаконным оборотом наркотических средств и психотропных веществ, -около 25 %; побеги из мест лишения свободы - около 15 %; дезорганизация деятельности учреждений, обеспечивающих изоляцию от общества, - около 20 %; другие преступления - около 30 %.

Исследуя материалы следственной и судебной практики в отношении осужденных, совершивших противоправные деяния в период отбывания наказания в исправительных колониях

в 2009-2017 гг., был выявлен ряд характерных особенностей совершения пенитенциарных преступлений.

Приступая к их раскрытию, отметим, что проведенный нами анализ материалов уголовных дел позволяет согласиться с выдвинутым Н. Г. Шурух-новым предположением о том, что по свойствам личности всех осужденных, совершающих преступления в период отбывания уголовного наказания в виде лишения свободы, можно закономерно разделить на три условные группы. Первую группу составляют осужденные, характеризующиеся криминальной активностью с устойчивой ориентацией на совершение преступлений. Ко второй группе относятся криминально ориентированные осужденные, но не имеющие постоянной установки на совершение противоправных деяний. В третью группу входят осужденные, не склонные к криминальной активности, но случайно вовлеченные в совершение преступления [1, с. 74-75].

Больше половины (56,5 %) всех убийств и причинения тяжкого вреда здоровью в исправительных колониях совершается путем нанесения проникающих ранений колюще-режущими предметами. К типичным орудиям убийств и причинения вреда здоровью относится специально изготовленное осужденным приспособление, именуемое, как правило, «заточка» (заточенная проволока, вилка, ложка, фрагмент металлического полотна, обувной супинатор, основание зубной щетки и т. п.). Официально колюще-режущие предметы в исправительном учреждении можно получить только в строго регламентированном порядке, например, для резки продуктов питания либо для осуществления производственных

функций (обувной нож, нож для раскройки ткани, шило и т. д.). Именно поэтому такими предметами насильственные преступления совершаются нечасто. Неофициально многие осужденные склонны самостоятельно изготавливать «заточки», которые фактически изначально предназначены для обороны или нападения, что и обусловливает их типичность для рассматриваемой категории преступлений.

Указанные обстоятельства могут свидетельствовать о наличии определенного умысла у осужденных, совершающих подобные преступления, что позволяет отнести их к первой либо ко второй категории пенитенциарных преступников.

Около трети насильственных преступлений (31,2 %) совершается путем нанесения травм тупыми предметами, как правило, подручными средствами (кирпич, металлическая арматура, дужка от кровати, деревянная палка и т. п.), рабочим инструментом (молоток, топор, гвоздодер, отвертка, резак для обрезки ткани) либо с использованием собственной мускульно-физической силы в виде ударов ногами, руками, головой по телу. Характерным является следующий случай. Осужденный П., отбывающий уголовное наказание в исправительной колонии, в период рабочего дня прибыл к начальнику производственного цеха получить инструмент (на складе хранения инструмента) для работы на деревообрабатывающем станке. В коридоре помещения, где находится кабинет начальника цеха, осужденный П. столкнулся с осужденным П*., который оскорбил его нецензурной бранью, в результате чего между ними возникли неприязненные отношения. Позже осужденный П. увидел в ящике с инструментом молоток.

Взяв его, он нанес осужденному П*. удары в область шеи и головы. После того как осужденный П*. упал на пол, осужденный П. ушел на свое рабочее место. От полученных травм потерпевший скончался на месте через непродолжительное время (уголовное дело № 33/554. Архив Завьяловского МСО СУ СК по Удмуртской Республике за 2015 г.).

Анализ обстановки совершения преступлений с помощью подручных средств говорит о том, что подобные преступления совершают в значительной степени осужденные, не имевшие криминальной установки, а случайно вовлеченные из-за необходимости дать отпор систематическим притеснениям и домогательствам со стороны наиболее агрессивно настроенной категории осужденных [3].

Одними из наиболее распространенных преступлений в исправительных колониях являются преступления, связанные с незаконным оборотом наркотических средств и психотропных веществ. При изучении материалов уголовных дел нами были выявлены наиболее характерные способы приобретения осужденными наркотических средств, один из них - присвоение наркотиков, найденных на территории жилой либо производственной зоны исправительной колонии. Как правило, это происходит в связи с их перебросом через основное ограждение исправительной колонии(родственниками и знакомыми осужденного). Характерным является следующий случай. Осужденный Г., отбывающий наказание в исправительной колонии, посредством мобильной связи договорился с гражданином К. о перебросе ему на территорию исправительного учреждения наркотических средств с помощью

стрелы и самодельного метательного устройства, собранного из частей арбалета (уголовное дело № 1 -72/2014. Архив Себежского районного суда Псковской области за 2014 г.).

Другой распространенный способ -это получение наркотических средств по почте в посылках (бандеролях). Так, осужденная В. ожидала посылку от своего мужа, зная о наличии в ней наркотиков. Получив ее, отделила от трусов резинку, пропитанную указанным средством. Собрав волосы в хвост и подвязав их резинкой, В. незаконно хранила наркотики при себе без цели сбыта для личного употребления (уголовное дело № 1-305/2014. Архив Волжского районного суда Самарской области за 2014 г.).

Следует отметить, что анализ материалов уголовных дел показал, что абсолютное большинство преступлений, связанных с незаконным оборотом наркотических средств или психотропных веществ, осуществляется криминально активными осужденными, которые продумывают совершение подобных преступлений, используют разнообразные ухищренные способы сокрытия преступления или его следов [4], вовлекают в его совершение большой круг разнообразных лиц, некоторые из которых даже не догадываются о преступном характере своих действий [5].

Что касается таких преступлений, как побег из мест лишения свободы, то на основе нашего исследования мы пришли к выводу, что значительная часть осужденных, совершающих подобное преступление, относится либо ко второй группе пенитенциарных преступников, либо к третьей. Наше предположение основывается на том, что более 86 % побегов совершается пу-

тем преодоления основного ограждения. В специальной литературе данный способ принято именовать «на рывок». Как правило, к совершению побега таким способом осужденные либо не готовятся вообще, а используют благоприятно сложившиеся условия, либо подготовка является незначительной -подыскиваются подручные средства, необходимые для преодоления основного ограждения.

Криминально ориентированные осужденные, не имеющие постоянной установки на совершение противоправных деяний, совершают побег, как правило, с целью осуществления мести за причиненный вред родственникам или ущерб имуществу осужденного. Так, осужденный М., отбывающий уголовное наказание в исправительной колонии, узнал от дочери, приехавшей к нему на краткосрочное свидание, информацию о том, что его сын продал квартиру, принадлежащую М., и распорядился полученными деньгами по своему усмотрению. Осужденный М., руководствуясь умыслом мести, совершил побег из исправительного учреждения. Для преодоления основного ограждения он использовал подготовленные на скорую руку шест, доску и плоскогубцы (уголовное дело № 1 -17/2013. Архив Зубово-Полянско-го районного суда Республики Мордовия за 2013 г.).

Категория осужденных, случайно вовлеченных в совершение побега, также не является редкостью. Как правило, такие осужденные из-за имеющихся долгов либо угрозы собственной жизни и здоровью вынуждены искать безопасное место вне территории исправительного учреждения. Указанная категория осужденных не имеет возможности длительной подготовки к совершению побега.

В отличие от этих двух категорий пенитенциарных преступников, криминально активные осужденные, имеющие стойкую ориентацию на совершение преступлений, тщательно планируют побег, продумывают различные варианты возможных действий, маскировки следов подготовки и совершения преступления, готовят продукты питания, гражданскую одежду, рисуют карту или схему местности, подыскивают орудия, с помощью которых хотят осуществить свои преступные намерения, оборудуют ухищренные тайники и др. Хотя такие побеги совершаются редко, тем не менее они характеризуются повышенной общественной опасностью, поскольку из-за высокой степени подготовленности имеют больший шанс на успешность реализации своего умысла. Эта категория пенитенциарных преступников склонна выбирать способы побегов с использованием транспортных средств (7 %), канализационных коммуникаций (2 %), посредством подкопа (5 %).

Анализ материалов уголовных дел показал, что в качестве орудий совершения подобных преступлений достаточно часто выступает рабочий инструмент (плоскогубцы, бокорезы, ломы, мастерки, лопаты и т. д.) либо подручные средства (доски, веревки, телогрейки, матрацы, простыни и т. п.). Так, 3 июня 2011 г. в 01 ч. 50 мин. в ИК УФСИН России по Забайкальскому краю осужденные С. и Ш. путем отгиба плоскогубцами сетки-рабицы и пролома основного ограждения через образовавшееся отверстие совершили групповой побег (уголовное дело № 135523, возбуждено 14 июня 2011 г. Следственным отделом при ОВД по Оловянинскому району УМВД России по Забайкальскому краю).

Исследуя материалы уголовных дел, возбужденных в отношении осужденных, отбывающих уголовное наказание в виде лишения свободы, мы пришли к выводу о том, что максимальное количество пенитенциарных преступников, условно относящихся к первой группе (криминально активные лица, имеющие стойкую ориентацию на совершение преступлений), совершают преступления, предусмотренные ст. 159 и 321 УК РФ.

Осужденные, совершающие мошеннические действия, имеют немалый опыт и сформированные навыки, которые позволяют путем обмана и злоупотребления доверием совершать хищение денежных средств. С момента появления широкой доступности для основной части населения средств мобильной связи эти информационно-телекоммуникационные технологии стали активно использоваться и осужденными. Чаще всего это делается для хищения денег у граждан, находящихся вне исправительных учреждений. Обладая неплохими психологическими способностями [6], осужденные под различными благими предлогами способны похитить значительные суммы денежных средств. Характерным является следующий случай. Осужденный К., отбывающий уголовное наказание в исправительной колонии,незаконно приобрел средство мобильной связи и, получив доступ к сети Интернет, познакомился с гражданкой Т. Сообщив последней, что ему якобы 37 лет, он не женат, но имеет внебрачную дочь и собственную двухкомнатную квартиру в г. Геленжике, работает руководителем строительной фирмы, добился дружеского отношения к себе. Узнав, что гражданка Т. материально обеспечена, владеет недвижимостью, недавно по-

лучила наследство, К. стал демонстрировать гражданке Т. свои нежные чувства: признавался в любви, употребляя при этом такие слова, как «моя жена», «зайка» и т. п. Вызвав доверие к себе, используя различные предлоги: предстоящая свадьба, внезапные сложности на работе, инсценированное ДТП и привлечение его к уголовной ответственности, резкое ухудшение здоровья, изнасилование его дочери, потребность в ее лечении и т. д., обманным путем завладел денежными средствами потерпевшей в сумме 819 625 рублей, которые она пересылала на указанные К. счета. За 2 месяца длящегося преступления потерпевшая Т., используя банкоматы ПАО «Сбербанк России», 45 раз перечисляла денежные средства суммами от 10 до 25 тыс. рублей (уголовное дело № 1-164/2016. Архив Промышленного районного суда г. Владикавказа Республики Северная Осетия - Алания за 2016 г.).

Для осужденных, совершающих дезорганизацию деятельности исправительного учреждения, характерны ухищренные способы совершения преступления: причинение вреда или угроза его причинения с использованием лезвия отбритвенного станка больного ВИЧ-инфекцией, жидкостей химического характера и др., нанесение проникающих ран и тупых травм в жизненно важные органы потерпевшего (область головы - 64,7 %, область грудной клетки - 9,6 %, брюшной полости -4,3 % и т. п.), демонстративные, агрессивные действия, направленные на проявление явного неуважения к сотрудникам исправительного учреждения и подрыв их авторитета (обрызгивание области лица мочой, срывание погон и шевронов с форменной одежды и т. д.).

Итак, для способов совершения пенитенциарных преступлений характерны такие признаки,как использование осужденными ранее полученного преступного опыта, ухищренных приемов, а также расчет на оказание противодействия расследованию подобных преступлений.

Библиографический список

1. Шурухнов Н. Г. Личность пенитенциарного преступника // Социологические исследования. 1993. № 3. С. 74-83.

2. Шурухнов Н. Г. Расследование и предупреждение преступлений, совершаемых осужденными в исправительно-трудовых учреждениях : дис. ... д-ра юрид. наук. М., 1992. 475 с.

3. Минкова Е. А. Организация виктимологической профилактики насильственных преступлений, совершаемых осужденными в исправительных колониях // Прикладная юридическая психология. 2016. № 3. С. 146-150.

4. Жарко Н. В., Новикова Л. В. Действия сотрудника учреждения, обеспечивающего изоляцию от общества, по сохранению следов преступления // Евразийский юридический журнал. 2017. № 5(108). С. 238-240.

5. Данилова И. Ю., Новикова Л. В. Особенности допроса обвиняемых из числа осужденных при расследовании преступлений в учреждениях уголовно-исполнительной системы // Евразийский юридический журнал. 2017. № 8(111). С. 268-269.

6. Щелкушкина Е. А. Актуальные проблемы современной пенитенциарной психологии // Прикладная юридическая психология. 2014. № 1. С. 118-119.