Электронная власть евразийским комиссарам

Электронная власть евразийским комиссарам

РФ ратифицировала правку договора о ЕАЭС, передающую ему ряд регуляторных полномочий

Госдума ратифицировала третий пакет поправок к базовому договору о Евразийском экономическом союзе (ЕАЭС) — он предполагает передачу на уровень ЕЭК нескольких блоков национальных регуляторных полномочий. В частности, в ведение комиссии передаются много лет не решавшиеся на национальном уровне вопросы применения электронной цифровой подписи (ЭЦП) при доступе компаний ЕАЭС к госзакупкам стран-участниц, а также регулирование введения экстренных фитосанитарных мер. Предусмотрено и упрощение процедур выдачи лицензий на экспорт и импорт за счет введения единых требований к электронному документообороту. Все это должно облегчить союзный товарообмен, в котором заинтересована как РФ после ухода из нее поставщиков из развитых стран, так и партнеры, для которых общий рынок обеспечивает часть экономического роста.

Для ускорения ликвидации многолетних барьеров на пути к общему рынку ряд национальных регуляторных полномочий стран ЕАЭС передадут Евразийской экономической комиссии

Фото: Дмитрий Азаров, Коммерсантъ

Госдума ратифицировала вчера протокол о внесении изменений в договор о ЕАЭС от 29 мая 2014 года — это третий крупный блок поправок к основному документу стран «пятерки». Сам протокол подписан 25 мая главами стран союза, в нем 33 поправки — по словам замминистра экономики РФ Дмитрия Вольвача, представлявшего законопроект о его ратификации в Госдуме, это результат двухлетней работы стран ЕАЭС, новые нормы вступят в силу сразу после ратификации их всеми странами союза (Армения, Киргизия и Белоруссия это уже сделали). Параллельно, по данным “Ъ”, завершается ратификация предыдущих изменений в союзный договор, согласованных в конце 2021 года,— их, как и нынешний пакет, пока не ратифицировал Казахстан.

В частности, третьим пакетом на уровень Совета ЕЭК выносится определение правил взаимного признания ЭЦП для целей госзакупок — практика показала, что на национальном уровне вопросы устранения барьеров для поставщиков ЕАЭС решаются неэффективно.

Так, требования к банковским гарантиям до вмешательства ЕЭК создавали препятствия для участия «союзных» поставщиков в российском рынке госзаказа (см. “Ъ” от 30 августа). Теперь же взаимное признание ЭЦП не ограничится госзакупками — протокол предусматривает более широкую рамку их применения в трансграничных B2G (Business to Government) взаимодействиях, де-факто это возможность для компаний пользоваться «союзными» госуслугами в электронном виде. По словам господина Вольвача, ратификация позволит «урегулировать вопросы запуска юридически значимого электронного документооборота между бизнесом и государственными органами стран ЕАЭС», что упростит процесс и снизит административные расходы. Также поправками предусмотрена выдача в электронном виде лицензий на экспорт и импорт — это позволит отказаться от бумажных копий разрешительных документов. Упростится и сама процедура их получения: в автоматическом режиме, без участия чиновников национальных госорганов. Новые правила выдачи внешнеторговых разрешений вчера рассматривались на Совете ЕЭК, их утверждение, по данным “Ъ”, ожидается до конца ноября.

Ожидается, что решения третьего пакета будут способствовать развитию трансграничной торговли и интеграции в ЕАЭС, в чем после начала военной операции на Украине остро заинтересована Россия с ее дефицитным после ухода поставщиков из развитых стран рынком, а также остальные страны союза, для которых общий рынок стал источником ускорения экономического роста. «Цифровой трек изменений в договор ЕАЭС может стимулировать кооперационные процессы на территории союза — для бизнеса взаимное признание ЭЦП означает появление единой и понятной среды для взаимодействия, а также снижение прямых и трансакционных издержек. Однако эффект будет зависеть от практической имплементации этих норм»,— говорит управляющий директор РСПП, исполнительный секретарь делового совета ЕАЭС Сергей Михневич.

По словам одного из членов совета, компании союза уже могут вести доверенное взаимодействие в электронном виде между собой, но до сих пор у хозяйствующего субъекта из одной юрисдикции не было возможности вступать в доверенное электронное взаимодействие с госорганами другого государства и в бизнес-отношения, прямо регулируемые этим государством.

«ЭЦП, признаваемая родным, не признается другим государством ЕАЭС, а последнее не может позволить получение и использование своей ЭЦП субъекту другой юрисдикции. Более того, некоторые государства ЕАЭС не могут позволить использование отдельных элементов цифровой идентификации в другой юрисдикции союза. Например, бизнес Беларуси не может воспользоваться определенными цифровыми инструментами идентификации РФ, которые доступны российскому бизнесу. Изменения в договор — это шаг в правильном направлении для построения пространства доверия»,— поясняет он.

Ранее министр по внутренним рынкам, информатизации и ИКТ ЕЭК Варос Симонян пояснял, что союзное регулирование взаимодействий B2G создает основу для оказания межгосударственных услуг в электронном виде. При этом были определены 14 приоритетных сфер для взаимного признания ЭЦП в трансграничных B2G взаимодействиях, среди них — обращение лекарств и медизделий, валютно-финансовая сфера, налогообложение, госмонополии, транспорт, госзакупки, интеллектуальная собственность, АПК, таможенное регулирование, торговля и техническое регулирование.

Будут подняты до уровня ЕЭК и полномочия по введению экстренных фитосанитарных мер — комиссия должна будет рассматривать предложения государств-членов о введении экстренной фитосанитарной меры (речь идет, например, о запрете поставок сельхозпродукции с новыми, не включенными в профильный реестр союза видами вредителей до выяснения степени связанного с ними риска) и по итогам может принять решение о введении такой меры на всей таможенной территории ЕАЭС. Отметим, что помимо прямого назначения (для ограничения распространения сельхозвредителей) фитосанитарные ограничения зачастую используются в международной торговле в качестве инструмента в торговых переговорах и координация их на уровне союза может усилить позицию инициаторов за счет масштаба общего рынка.