Дискуссия

лишь спустя 15 тыс. лет в солютре, 20 тыс. лет — в Америке и 30 тыс. лет вновь в Европе.

Биологические параллели и терминология (слова: «генофонд» культуры», ее же «генотип» или «фенотип», даже поставленные автором в кавычки) имеют не больше смысла, чем поэтические метафоры, они ничего не проясняют. При этом я вовсе не полагаю кощунствен-

ным сравнение изменения палеолитической культуры с метаморфозой головастика. Но лишь метафорически, и только в этом ключе могу согласиться с тезисом автора, что в преистории существовал механизм культурной эволюции, действовавший подобно механизму эволюции биологической, за счет скрытого резерва изменчивости.

Нехорошее П.Е.

Nehoroshev PE

As a main example proving the existence of the phenomenon «running ahead of time» can serve the Preaurignacian of the Near East. However, a detailed analysis of the collections of the stone artefacts from this region available for studying allows to affirm that the Preaurignac does not appear all a sudden, as one set, but is grown on the local base, preserving all qualitative features, that are characteristic of the preceeding industry. On the other hand, the Preaurignacian does not disappear without traces - all its characteristic qualitative features are seen both in the covering it Yabrudiene and in Later Levant Mousterian.

The Preaurignacian from a technological point of view can be viewed as an unsuccessful attempt of transition to the lamellar industry. Unsuccessful because the proto-prismatic technology probably didn't give the blanks of the needed quality. The idea of the mass production of blades this time of a higher quality was realized later, in the Levant Mousterian with the application of more sophisticated technology. None the less, the Preaurignacian can be considered as «running ahead of time», but this «running ahead» is attributed to the Levant Mousterian and not to the Upper Palaeolithic period.

В своей статье автор доказывает существование феномена «забегания вперед» в развитии первобытной культуры, «когда элементы, характерные для относительно более развитых (и более поздних) культур, появляются в достаточно выраженной форме в культурах относительно более архаичных, затем, просуществовав какое-то время, исчезают, а затем, спустя тысячи и десятки тысяч лет, появляются вновь, но уже не как аномалия, отклонение от нормы, а как закономерный итог развития» (с.5).

В качестве основных примеров рассматриваются преориньяк (в широком смысле) Ближнего Востока и индустрия хауисунс пурт Южной Африки. На основании ряда фактов делается заключение, что обе индустрии «демонстрируют в своем развитии следующие общие черты: 1) они возникают как бы внезапно, вдруг; все выделяющиеся их особенности появляются сразу, единым комплексом; 2) при этом обе индустрии вырастают, скорее всего, на местной основе, сохраняя ряд признаков, характерных для предшествующих комплексов; 3) существуют они в течение относительно короткого промежутка времени; 4) исчезают почти столь же резко, сколь и появляются; 5) на смену им приходят индустрии более архаичного облика, практически аналогичные тем, которые предшествовали эпизоду «забегания вперед» (с.10).

Приведенные в статье аргументы представляются достаточно доказательными и, если и не убеждают окончательно, то заставляют обратить самое пристальное внимание на предлагаемую гипотезу. Однако некоторые сомнения остаются: столь ли уж резко было «забегание вперед» и столь ли уж бесследно оно исчезало? Об индустрии хауисунс пурт мне судить трудно: доступные публикации слишком кратки и общи, но о преориньяке можно сказать несколько слов, хотя опубликованные данные и по этой индустрии оставляют желать много лучшего.

В пещере Табун преориньяк (в широком смысле, а точнее амудьен) подстилается ябрудьеном, который, кратко, характеризуется следующим образом (Коробков 1978). Мустьерская группа орудий — 21,3, верхнепалеолитическая — 11,1, зубчато-выемчатая — 13,7, бифа-сы -13,5%. Преобладают одинарные и двойные скребла, есть остроконечники, зубчатых и выемчатых мень-

ше, чем скребел. Хорошо представлены верхнепалеолитические типы орудий: резцы, скребки, орудия с усеченным концом. Ножей с естественным обушком почти в два раза больше, чем скребел. Индексы леваллуа минимальны: IL — 1, IL ty — 1,2. Пластины 20,9, ножей со спинкой 15,4. Индексы фестажа: IF — 22,2, IF str — 4,3. Среди нуклеусов есть и укороченно-пирамидальные (т.е. протопризматические).

Показатели преориньякского слоя. Мустьерская группа орудий — 16,5, верхнепалеолитическая — 38,9, зубчато-выемчатая — 1,9%. Хорошо представлены би-фасы. Преобладают скребла кина и полукина. Ножей с естественным обушком в 2 раза больше, чем скребел, много ножей с ретушированным обушком. Индексы леваллуа чуть выше, чем в нижележащем слое: IL — 5, IL ty — 1,9. Пластин 50%, ножей с естественной спинкой 23,3%. IF — 25,2, IF str — 10.

По вышележащему ябрудьенскому слою представлены следующие данные. Мустьерская группа орудий — 68,8. верхнепалеолитическая — 6,1, зубчато-выемчатая 5,7%. Бифасов меньше, чем в преориньякском слое. Подавляющее большинство орудий составляют скребла — доминируют прямые однолезвийные, есть атипичные резцы и скребки. Индексы леваллуа также низки: IL — 3,2, IL ty — 2. Пластин 20,3, ножей с естественным обушком 22,7%.

Таким образом, и в преориньякском, и в подстилающем и перекрывающем его ябрудьенских слоях присутствуют скребки, резцы, ножи с обушком, протоприз-матические нуклеусы и пластины. Различия по этим показателям только количественные. При этом надо учитывать, что типологический облик индустрии во многом определяется исходной заготовкой. Замечание К.Бергмана и К.Охнумы, сделанное для Хуммал 1а о том, что продольные скребла можно в некоторых случаях определить как пластины с ретушью (Bergman, Ohnuma 1983: 178), верно, как кажется, в целом, а не только в частности. То есть резкое увеличение количества пластинчатых заготовок столь же резко меняет и типологический облик индустрии. Что же касается сходства преоринья-ка с верхним палеолитом, отмечаемого многими, но не всеми, исследователями, то эта оценка, скорее, эмоциональная, чем фактическая. Скребки и резцы выделены Л.Лики и в олдувае, но они практически не имеют

© Нехорошев П.Е., 1999.

Дискуссия

271

ничего общего с верхнепалеолитическими. Средне- и верхнепалеолитические скребки и резцы также имеют различия, хотя, конечно же, можно подобрать почти идентичные отдельные экземпляры, которые, как правило, и публикуются в первую очередь.

Что такое преориньякские призматические пластины, и чем они отличаются от леваллуазских, не совсем понятно. А.Джелинек, например, все пластины с параллельной огранкой, которые многие исследователи определили бы как леваллуазские, относит к призматическим (Jelinek 1982: 75). Вероятно, первые более массивны, чем вторые, и имеют меньше фасетированных пластинок. Однако в преориньякской (в широком смысле) индустрии Хуммал 1а их не так уж и мало — 37,9% (Nishiaki 1989: 220, табл.9). При этом следует помнить об очень широком спектре мнений относительно левал-луа (Нехорошев 1993а). Судя по иллюстрациям, пре-ориньякские пластины и пластинки явно грубее верхнепалеолитических. Их грубость отмечают также М.Лам-дан и А.Ронен, а «Руст имел впечатление «примитивности верхнего палеолита», когда изучал преориньяк Яб-руда ( Lamdan, Ronen 1989: 35). Нишиаки подчеркивает грубость преориньякских реберчатых пластин по сравнению с верхнепалеолитическими (Nishiaki 1989: 217). По всей вероятности, изготовление преориньякских пластин связано с нижнепалеолитической, а не с верхнепалеолитической техникой скола (Нехорошев 1993б; Гиря, Нехорошев 1993).

В более поздней, чем ябрудьен, индустрии — раннем левантийском мустье (далее РЛМ), протопризма-тические нуклеусы, пластины и реберчатые сколы также присутствуют, хотя их количество незначительно (?). Технология расщепления определяется как пластинчатая леваллуазская с большим количеством ретушированных площадок на сколах. Но, как отмечает Нишиаки, «различия (между преориньяком и РЛМ) не лежат в присутствии или отсутствии особенных технологических элементов, но только в частоте их использования» (Nishiaki 1989: 225). То же касается и типологии: в слоях РЛМ Табуна верхнепалеолитическая группа орудий составляет около 10%. Хорошо представлены ножи со спинкой, долотовидные и орудия с усечением конца (Коробков 1978: 55), то есть те же типы, которые характерны и для преориньяка. Индустрия пещеры Дуара, 4 слой по ряду признаков занимает промежуточное положение между преориньяком и РЛМ. Следовательно, техноло-го-типологический разрыв между ними нельзя считать доказанным.

Таким образом, с моей точки зрения 1) преориньяк не возникает внезапно, единым комплексом, а вырастает на местной основе, сохраняя все качественные признаки, характерные для предшествующей индустрии, 2) но исчезает бесследно — все качественные признаки, характерные для преориньяка, прослеживаются как в перекрывающем его ябрудьене, так и в еще более позднем РЛМ.

Преориньяк, с технологической точки зрения, можно рассматривать как неудачную попытку перехода к пластинчатой индустрии. Неудачной, поскольку прото-призматическая технология не давала, видимо, заготовок нужного качества. Идея массового получения пластин, но уже более высокого качества (с точки зрения древних мастеров) была реализована позднее, в РЛМ, и с применением другой, более сложной, технологии, хотя и прежняя технология не была забыта. Тем не менее, преориньяк можно рассматривать как «забегание вперед», как «предвосхищение будущего развития», но «забегание» по отношению к РЛМ, а не к верхнему палеолиту.

Предлагаемая автором интерпретация феномена

также вызывает некоторые возражения. Л. Б. Вишняцкий полагает, что культура должна обладать «запасом идей, вариантов поведения, способов деятельности, которые, будучи известны носителям культуры, не используются или почти не используются ими на практике» (с.13). «...Носители палеолитических культур использовали на практике только часть их знаний и способностей» (с.13). То, что древние люди использовали только часть своих способностей, не вызывает сомнений. Достаточно представить развитие материальной культуры вида Homo sapiens sapiens за последние несколько десятков тысяч лет. Сложнее обстоит дело с утверждением об использовании на практике только части знаний. Здесь не все однозначно. Так, невозможно представить, каким образом могло передаваться знание верхнепалеолитической технологии получения пластин (в том случае, если она действительно была изобретена и широко использовалась в преориньяке) на протяжении десятков тысяч лет без применения на практике вплоть до начала верхнего палеолита. Археологических свидетельств ее употребления в более поздних, чем преориньяк, сред-непалеолитических индустриях нет (именно верхнепалеолитической технологии, а не протопризматической). Представляется крайне маловероятным, чтобы верхнепалеолитическая техника скола «могла до поры до времени оставаться лишь непрактичным, обременительным усложнением, потенциально вполне возможным, но ненужным» (с. 13) — настолько она проста, эффективна и результативна.

И в заключение, замечание по одному «возможному следствию» интерпретации автора. «Прерывистость развития», «отсутствие связующих звеньев (переходных индустрий)» можно объяснить несколько иначе, чем «введением в культуру множества инноваций». В некоторых случаях было достаточно одного принципиального изменения в технологии обработки камня. Так, появление верхнепалеолитической техники скола резко меняет облик некоторых финальномустьерских ближневосточных индустрий, которые, имея значительный набор орудий верхнепалеолитических типов (свыше 50%) и пластинчатое расщепление, все-таки не относятся исследователями к верхнему палеолиту. Вероятно, облик заготовок и, следовательно, верхнепалеолитической группы орудий еще не соответствует полностью следующей эпохе. С изменением техники скола индустрия «внезапно» становится верхнепалеолитической.

Видимо, сходная ситуация наблюдается и при переходе от верхнего палеолита к эпипалеолиту. Массовое внедрение в практику технологии получения пластинок отжимом, также резко меняет облик индустрии. При этом, как кажется, выявить переходные индустрии будет еще сложнее, поскольку нет промежуточной технологии между «ударной» и «отжимной», а морфология и форма продуктов расщепления, тех, которые являются целью процесса, резко различны. Одна из вероятных причин смены технологии в любой эпохе — это изменение в типах орудий, изменение в требованиях к качеству скола, когда прежняя заготовка перестает быть удовлетворительной для новой формы орудия. Резкий крен в сторону одной из известных технологий, или изобретение (заимствование) и переход к другой, создает впечатление прерывистости развития.

Оценивая гипотезу «предвосхищения будущего развития в целом», видимо, следует признать, что на уровне современных опубликованных данных, явление «забегания вперед в развитии палеолитических индустрий» действительно имело место, хотя ряд спорных моментов требует от автора дальнейшего исследования проблемы, причем на основании не только опубликованных, но и «живых» археологических материалов.

ЛИТЕРАТУРА

Гиря Е.Ю., Нехорошев П.Е. 1993. Некоторые технологические критерии археологической периодизации каменных индустрий. // РА, №4, с.5-24.

Коробков И.И. 1978. Палеолит Восточного Средиземноморья. // Палеолит Ближнего и Среднего Востока. Л. с.9-185.

Нехорошев П.Е. 1993а. Технологический подход к проблеме леваллуа. // Археологические новости. Вып.1. Саратов. с.21-47.

Нехорошев П.Е. 1993б. К методике изучения нижнепалеолитической техники и технологии расщепления камня. // РА, №3. с.100-119.

Bergman C., Ohnuma K. 1983. Technological notes and

some blades from Humma l 1a, El-Kowm, Syria // Quarter — 33/34. 171-180.

Jelinek A. 1982. The Middle Paleolithic in the Southern Levant eith comments on the appearence of modern Homo sapiens. // The transition from Lower to Middle Paleolithic and the origin of modern man. BAR, IS, 57104.

Lamdan M., Ronen A. 1989. Middle and Upper Paleolithic blads in the Levant. // People and culture in change/ BAR, IS, 508. 29-36.

Nishiaki Y. 1989. Early blade industries of the Levant: the placement of Douara IV industry in the context of the Levantine Early Middle Paleolithic // Paleorient — 15.

CUHU^IH A.A.

Sinitsin A.A.

The problem of «running ahead of time» in the development of Paleolithic industries put forward by L.B.Vishneatsky is presented in the form of paradox. With the help of traditional typological means, on the base of the traditional taxonomy of Paleolithic a number of phenomena that does not match the traditional picture of evolution is being fixed. The solution of the problem on the empirical base, with the usage of typological categories seems to be unrealizable. The definition of the system of concepts, that allows to understand the mechanism of formation and functioning of the «running ahead of time» phenomenon is also difficult.

It is evident that in order to understand this phenomenon it is necessary to change the theoretical idea of evolution and the functioning of culture with a precise definition of requirements, applied to the system of concepts and methodology.

Научное знание развивается в принципе двумя основными способами. Первый путь — это когда круг каких-то явлений фиксируется достаточно четко традиционными способами, но из существующих представлений должным образом объяснен быть не может — этот путь парадоксов. Второй — когда необходимость существования чего-то выходит за рамки существующих представлений, например, о эволюции, функции, структуре..., но на фактическом материале не выделяется — это путь софизмов. В первом случае требуется поиск новых объяснений; во втором надежды на успех можно связывать только с изменением существующей системы научных ценностей, т.е. понятийного аппарата, методологии и тех связей и отношений внутри которых прогнозируемые явления могут быть зафиксированы и рассмотрены. Различие здесь скорее методическое, поскольку изменение отношений между содержанием и значением категорий анализа автоматически ведет к изменению способов восприятия фактического материала. На практике имеет значение ориентация: или существующий понятийный аппарат и методология анализа признаются удовлетворительными и проблема сводится к интерпретации, или необходимым признается изменение категорий и методических принципов, поскольку имеющиеся в наличии методы и средства не дают возможности адекватного восприятия материала, и эта неадекватность ощущается исследователем.

Проблема «забегания вперед» в развитии палеолитических индустрий ставится Л.Б.Вишняцким в форме парадокса. Традиционными типологическими средствами, на базе традиционной таксономии палеолита фиксируется круг явлений, по некоторым показателям не вписывающийся в традиционные представления о эволюции. Конкретно речь идет о появлении ряда элементов верхнепалеолитического технокомплекса в ряде мустьерских, а если точнее — раннемустьерских, индустрий. Может быть самое важное при этом, что с одной

стороны феномен «забегания вперед» фиксируется далеко не повсеместно, а в отдельных « очагах», разделенных огромными расстояниями; а с другой, эти «очаги» представлены на всех трех континентах Старого Света и, вдобавок на одном хронологическом срезе, хотя проблема определения возраста рассматриваемых индустрий остается наиболее сложной.

По своим технико-типологическим характеристикам индустрия хауисунс пурт, ближневосточный преоринь-як и памятники типа Секлин Северо-Западной Европы объединяются наличием четко выраженной пластинчатой технологии и, в той или иной мере, верхнепалеолитических типов орудий при значительных отличиях более мелкого порядка. Больше объединяют их показатели «функционального» плана: 1)они появляются внезапно, 2) скорее всего на местной основе, 3) существуют относительно короткое время, 4) также резко исчезают, 5) сменяются индустриями более «архаического» облика ( Вишняцкий 1993: 10) и 6) вновь возникает в результате плавной эволюции (Vishnyatsky 1994:135). Хотя эти признаки являются «внешними» по отношению к археологическому материалу и не касаются его содержания, они кажутся наиболее удачными для характеристики этого явления как дающие непосредственный выход на естественные и социальные условия его существования.

Его оценка как «забегания вперед» определяется, в первую очередь тем, относительно чего оно может быть зафиксировано. кроме общей периодизационной схемы: нижний — средний — верхний палеолит, содержание «нормальной» эволюции представляется довольно смутно, даже в Западной Европе наиболее обеспеченной фактическим материалом. Культурная (Bordes, Sonneville-Bordes 1970), функциональная (Binford, Binford 1966) и хронологическая (Mellars 1969) интерпретации вариантов мустье в разной степени, но имеют право на существование и остаются предметом обсуж-

© Синицын А. А., 1999.