Некоторые тенденции развития односемейных жилых домов в Западной архитектуре в ХХ веке

УДК 69.091

НЕКОТОРЫЕ ТЕНДЕНЦИИ РАЗВИТИЯ ОДНОСЕМЕЙНЫХ ЖИЛЫХ ДОМОВ В ЗАПАДНОЙ АРХИТЕКТУРЕ В ХХ ВЕКЕ

А

Л.А.Красилова'

Московский архитектурный институт (государственная академия), 107031, г. Москва, ул. Рождественка, 11.

Статья поднимает проблему преемственности поколений, для решения которой необходимо знать и понимать процессы, происходившие в архитектуре в ХХ в. Современный односемейный жилой дом - явление многогранное, часто инновационное. Рассмотрены яркие примеры односемейных домов, величайших представителей западной архитектуры. Описан ряд тенденций, повлиявших на развитие архитектуры подобных домов, многие из которых остаются экспериментальными и современными и сегодня. Ил. 6. Библиогр. 11 назв.

Ключевые слова: односемейный жилой дом; стиль «искусства и ремесла»; Фрэнк Ллойд Райт; Адольф Лooc; братья Грин; Мис ван дер Роэ; Г.Ритвельд; Ч.Дженкс; К.Фремптон.

SOME DEVELOPMENT TRENDS OF SINGLE-FAMILY HOUSES IN WESTERN ARCHITECTURE OF XX CENTURY L.A. Krasilova

Moscow Architectural Institute (State Academy) 11, Rozhdestvenka St., Moscow, 107031.

The article deals with the problem of generation succession. Its solution requires the knowledge and understanding of the processes occurring in the architecture in the twentieth century. A modern single-family house is a many-sided, often innovative phenomenon. The striking examples of single-family houses of the greatest representatives of Western architecture are examined. A number of trends that have influenced the development of the architecture of such buildings, many of which are still experimental and modern today, is described. 6 figures. 11 sources.

Key words: single-family (dwelling) house;"art and craft" style; Frank Lloyd Wright; Adolf Loos; the Green brothers; Mies van der Rohe; G. Rietveld, Ch. Jencks; K. Frampton.

Это утверждение Зигфрида Гидиона подчеркивает фундаментальный вызов архитекторам двадцатого века - а именно, как создать жилые пространства, подходящие для людей, живущих в быстро меняющемся мире.

Архитектура всегда стояла на передовом рубеже решения проблем старого и нового. Сочетание народных традиций и современных материалов - задача, которую многие архитекторы с успехом решали, проектируя односемейные дома.

Стремление к реальности требует от архитекторов решать сложные социальные, технические и художественные проблемы жилья.

Современный дом - явление многогранное, но в первую очередь это инновационное жилье, откликающееся на современные потребности в проживании, обозначенные в двадцатом веке. Корни современного дома лежат в девятнадцатом веке и основываются на идеалах внутренней реформы, которая требовала рациональной модернизации плана, структуры и обстановки буржуазного дома.

Исследование односемейного дома - самой близкой окружающей среды человека - позволяет понять лучше, чем что-либо иное, знает ли человек в действительности, как строить.

З. Гидион, 1951

Подобные реформы ярко проявились в доме Вит-траск (Hvittrask, 1903) (рис. 1) Э.Сааринена, который воплощает идею дома как абсолютное произведение искусства, отражающее народный опыт. Витраск, как и другие здания двадцатого века, во многом воплощает традиции английского дома девятнадцатого века. Немецкий архитектор Герман Матезиус в своей книге «Das Englische Haus» (1904) писал: «Теория возникала из реформистских идеологий Джона Раскина и Уильяма Морриса, которые желали смягчить вредные факторы Промышленной революции».

По словам Морриса, «целью жизни общества должны быть здания, а не фабрики». Дома XIX в. были не элитными дворцами, а скорее маленькими особняками. Моррис, создавая проект интерьера, считал необходимым придавать художественную форму всем объектам ежедневного использования. Его жилье, хотя и небольшое по своим масштабам, должно было составлять единое целое. Идея дома как единого проекта стала одной из самых важных тем современного жилья начала века.

1Красилова Людмила Альбертовна, старший преподаватель, соискатель ученой степени кандидата архитектуры, тел.: 89031553321, e-mail: lkrasilova@yandex.ru

Krasilova Lyudmila, Senior Lecturer, Competitor for a scientific degree of a Candidate of Architecture, tel.: 89031553321, e-mail: lkrasilova@yandex.ru

Принципы, которые Моррис декларировал, выражены в его собственном Красном Доме, построенном его партнером Филипом Веббом (1859). Как Витраск, этот красный кирпичный дом, не несет влияния классицизма, он построен в соответствии с народными методами каменной кладки. Дом выражает взгляды Морриса на структурную целостность и желание объединить жилье с конкретным участком и местной культурой. Красный Дом достиг этой цели через простой, практичный проект, использование местных материалов и удачное расположение на участке. Автор отразил глубокое уважение к традиционным технологиям строительства и использовал народную архитектуру как опытный образец.

Рис. 1. Э.Сааринен. Вилла Виттраск. Финляндия. 1903.

Мутезиус писал: «Народный дом обладал простотой восприятия, конструктивной пригодностью, естественностью форм, а не только адаптацией архитектуры прошлого, рациональностью и практичностью проекта, гармоничными комнатами приятной формы и цвета. Все, что в старину сложилось спонтанно, развивалось органически, основываясь на местных усло-1

виях» .

Другой тенденцией в проектировании современного дома являлось стремление оптимального использования современных материалов. Основываясь на рационализме прусского архитектора Карла Фридриха Шинкеля, венский архитектор Отто Вагнер ясно сформулировал это понятие в своей книге «Moderne Architektur» (1896). Он утверждал, что в здании должны быть осуществлены три принципа: «простота в приспособлении современных потребностей, предотвращение художественного и этического крушения эклектизма, а новый стиль должен основываться на суще-

2

ствующих технологиях и методах строительства» .

В 90-е годы XIX столетия в Европе возникло движение «Искусства и ремесла» («Art&Crafts»), у истоков которого стоял Эбенизер Говард - автор идеи города-сада. Начиная с конца XIX века до 30-х годов XX века идеи движения были восприняты многими профессиональными проектировщиками Америки того времени.

Основоположником этого стиля в США стал Густав Стикли, источником вдохновения которого была природа и традиционные формы искусства. Основной целью архитектора стало создание дома, как святилища, способного спасти хозяина от вредных влияний городской среды. Фрэнк Ллойд Райт использовал стиль «Искусства и ремесла» в своих «домах прерий», так как этот стиль хорошо укладывался в рамки философии «органической архитектуры».

Ремесленный стиль и стиль бунгало были доминирующими направлениями в архитектуре маленьких домов в тот период. Смелые угловатые формы и простота деталей проектов последователей стиля дерзко контрастировали с более тяжелыми механистическими проектами предшествующей викторианской эпохи. Архитекторы придерживались ценностей, заключенных в простом, функциональном планировании, прямом выражении структуры, интеграции внутренних и внешних пространств и в использовании последних технологий в строительстве. Прикладного украшательства, естественно, сторонились, так как красота была побочным продуктом, следующим из качественного планирования и последующего строительства.

Новые требования жизни всегда являлись серьезным толчком для развития архитектуры. В начале двадцатого века архитекторы стремились максимально увеличить естественное освещение и вентиляцию дома, чтобы уменьшить риск инфекционных заболеваний, таких как туберкулез. Эти проблемы фактически были движущей силой в течение многих последующих десятилетий.

Развитие современного дома на рубеже веков характеризуется увеличением и количественных, и качественных внутренних стандартов.

Архитектор находился в уникальном положении, создавая пространства, основанные на гигиене как новой специализированной универсальной науке поддержания здоровья, и на художественном искусстве как синтетической особой творческой деятельности, которая не полагается на науку. В Витраске, например, Э.Сааринен не только спроектировал мебель, лампы и коврики, чтобы они гармонировали с домом, но также позаботился о том, чтобы увеличить естественное освещение и вентиляцию, особенно в детской комнате, чтобы она соответствовала гигиеническим нормам.

Забота о гигиене стала возможна, когда проявились новые изобретения в слесарном деле. Даже Адольф Лooс писал в своем эссе «Водопроводчики» (1898): «Гигиена - высшая задача современного проектирования, и «увеличивающееся использование

3

воды - одна из самых неотложных задач культуры» . Следовательно, современный дом определялся не только рамками стиля, но и как жилье, оснащенное проточной водой, туалетами, освещением и другими усовершенствованиями для того, чтобы помыть, погладить и приготовить что-либо.

1Herman Muthesius, The

New

English House. York.Rizzoli.1979. С.15-16.

2Otto Wagner. Modern Architecture. Santa Monica,CA,Getty

Center Text,1988, с.54.

Adolf Loos, «Plumbers», New York, Prinseton University Press,1997. Р.19.

Жилые дома братьев Грин (рис. 2) для доктора Филлипа Лавла в засушливом климате Южной Калифорнии стали известны как здания «для здоровья». Свет и воздух были и физически, и эстетически существенны для жизни дома и его обитателей.

Одной из новых тенденций в архитектуре ХХ в. стало движение Gesamtkunstwerk, которое означает синтез искусств или всеобъемлющее искусство. Объекты, являясь произведением искусства, используют разнообразные формы искусства или стремятся к этому. Этот термин впервые был применен немецким писателем и философом Трандорфом в 1827 году.

Одним из аспектов движения стало проектирование мебели и оборудования для дома, которые должны были быть и гигиеничными, и художественными, и гармоничными с архитектурой, а не просто отдельными объектами в доме. Форма мебели, однако, очень разнилась. Например, Фрэнк Ллойд Райт, Мис ван дер Роэ и Пол Рудольф разрабатывали мебель в соответствии с их проектами художественного оформления жилья, но в различных материалах - дерево, металл и пластик соответственно. Наоборот, основатель Баухауза Вальтер Гропиус проектировал свой дом в 1937 г. в Линкольне, Массачусетс в соответствии с существующей коллекцией мебели, разработанной Марселем Брейером для Баухауза.

Идея Gesamtkunstwerk, часто ведущая к крайностям, была раскритикована архитекторами, например, Адольфом Лоосом, который недвусмысленно отклонял это направление в архитектуре. Он отвергал понятие полного проекта в своей басне «История Бедного Богатого Человека», в которой богатый бизнесмен уполномочил архитектора спроектировать дом, обстановку и даже одежду для его жителей. В проектах жилых домов Лооса, таких как вилла Scheu (1912), встроенные скамьи гармонировали с внутренним пространством. Но архитектор, в конечном счете, предоставил своим клиентам возможность самим заполнять жилые комнаты. Лоос утверждал в своем эссе «Architektur» (1910): «Дом тогда удовлетворяет всем требованиям и комфортабелен, когда он служит жителям, удобен и выглядит удобным»4.

4The Architecture of Adolf Loos, W.Wagn, R.Diamond. London, Art Council of Great Britain, 1985. P.9.

Другой стороной направления «Gesamtkunstwerk» было использование индустриально выпускаемых серийных объектов низкой стоимости. Например, в Миниатюрном Доме (Petite Maison), спроектированном для своих родителей, Ле Корбюзье в поисках «синтеза искусств» использовал серийные объекты, символизирующие «декоративное искусство сегодня», которые обеспечили соответствующую обстановку в жилье. Также Вальтер Гропиус, проводя исследования по объединению искусства и науки в своем собственном доме, использовал стандартные индустриальные детали, например, недорогие дверные ручки, которые были экономичны и полностью соответствовали замыслам архитектора.

Понятие дома как цельного произведения искусства подразумевало единство решений интерьера и окончательного проекта. Франк Ллойд Райт предпринимал большие усилия, чтобы объединить мебель, свет и даже нагревательные трубы в своих ранних проектах интерьеров.

Дома Прерий (Prairie House) - тип здания, который Мастер начал развивать в конце девятнадцатого века и который окончательно сложился в доме Роби ( Robie house, 1910). Он освободил внутреннее пространство от жесткой коробки, составляющей отдельные комнаты. Внутренние пространства перетекали одно в другое под низкими консольными крышами, параллельными фундаментам. Интерьер гармонировал с пространствами, использующими легкие экраны вместо стен, что соответствовало принципам «органической архитектуры», идущей от масштаба стула к дому в целом и к пейзажу.

Публикация в немецком журнале «Wasmuth» композиции и пространственной концепции дома Роби в 1910 г. оказала влияние на творчество датской группы «Стиль» («de Stijl»), что проявилось в их абстрактных геометрических картинах, а также в свободном плане дома Геррита Ритвельда для госпожи Шрёдер-Шрадер (1924) (рис. 3).

Рис. 3. Г.Ритвельд. Дом Шредер. Нидерланды. 1924

Как и Райт, Ритвельд отказался от понятия жесткой коробки, используя в данном случае раздвижные двери и окна, чтобы создать свободное течение пространства, которое движется от центральной лестницы к внешнему пейзажу, разрывая границы строго

абстрактной композиции. У Ритвельда раздвижные стены изменяют пространство, преобразовывая жилую зону в ванную комнату, создавая «колебания» плана. Композиция первичных цветов, планов и линий существует и в макро- и микромасштабе: от композиции карнизов и балконов к его красно-синему стулу и желто-синему ящику для гребенок.

Вилла Тугендхат (Tugendhat house) Миса ван дер Роэ (рис. 4) развивает эту тенденцию дальше. Одним из самых захватывающих аспектов дома является неожиданное движение пространства от входа вниз по винтовой лестнице в жилую зону и далее в парк, что способствует здоровому образу жизни, полному света и воздуха, и делает дом истинным представителем Gesamtkunstwerk - «синтеза искусств».

В 1950-х годах архитектор Киоси Сейке спроектировал дом в японской традиции, адаптировав аспекты течения «Gesamtkunstwerk». Он использовал циновки татами, гармонирующие и с конструкцией здания, и с жилыми пространствами, чтобы создать современные трансформируемые перегородки в соответствии с требованиями к минимальному жилью. Мебель Киоси Сейке и Марселя Брейера, в отличие от заказных образцов, проектировалась с тем, чтобы в дальнейшем ее можно было выпускать серийно для любого жилья. Серийные образцы мебели Брейера и Алвара Аалто фактически использует огромное количество людей по сей день.

XX век отмечен зарождением и других новых традиций, одной из которых в 1960-х годах стало ощутимое постепенное «возвращение к историзму» как вызов современной архитектуре в послевоенной Америке. Р. Вентури, Ч. Мур, М. Грэйвс, Р.Стерн и С. Ти-джерман - только несколько из наиболее ярких имен архитекторов, которые были последователями различных способов отрыва архитектуры от ее современных привязанностей. Историк и критик Винсент Скалли

поддержал стиль популизма в своей книге «Возвращение гонтового стиля» (1974).

Сложившуюся в архитектуре ситуацию критик Ч.Дженкс охарактеризовал как «постмодернизм». В своей книге «Язык постмодернизма» (1977) он определил это явление как «популистско-плюралистическое искусство непосредственной коммуникабельности».

К. Фремптон в книге «Современная архитектура» (1980) пишет: «...популистские работы не выражают ничего другого, кроме удовлетворяющей уютности или иронического кича пригородов. Архитекторы постмодернизма чаще всего использовали частные дома, чтобы доставить себе удовольствие, например дом Стэнли Тиджермана Хот-дог-хаус, 1970-е (Xot Dog House)».

К 1970-ым годам доводы Райта в пользу природной основы для строительства оказались еще более уместными, поскольку культурный климат стал настраиваться на проблемы экологии и энергосбережения. В течение этого времени многие архитекторы в Америке пытались доказать, что природные материалы и новые технологии подходят для жилого строительства. Ценность работы с природными материалами и стандартными методами строительства признавалась архитекторами, которые находили, что новые промышленные материалы и строительные методы весьма дорогостоящи, непрактичны и неэкологичны.

И сегодня архитекторы, следуя изысканиям Ле Корбюзье и призывам Гидиона, создают проекты, подходящие для быстроменяющегося мира. Поскольку в век информации социальные, политические и технические аспекты мира продолжают изменяться, архитекторам приходится решать старую и одновременно новую проблему - проект дома и в более общем смысле - связь науки и искусства, общественного и частного. Изучая архитектурное наследие, понимаешь, что современный дом - не просто абстрактный объект, это часть совокупного продолжающегося процесса проектирования, который может быть назван «развитием новой традиции».

Архитекторы в двадцатом веке создавали инновационные проекты в различных весовых категориях. Собственные дома архитекторов: Мельникова (1929), Асплунда (1937) (рис. 5), Гропиуса (1938) и Аалто (1953) - были их экспериментальными площадками. Относительно недорогая стоимость этих домов также доказала, что хороший проект и эффективность строительства могут фактически поднять жизненный уровень. Другие здания, такие как дом Роби, Райта, дом Шрёдер, Ритвельда и дом Рыбака (Fisher House,1967) Луиса Кана (рис. 6) были вдохновлены взаимным желанием и клиента, и архитектора создать соответствующее пространство, которое станет портретом и владельца, и архитектора. Многие из этих отдельных зданий, например, дом Серта (1957), были разработаны, чтобы сформировать прототип стандартного дешевого жилья, которое будет многократно повторено в городской среде и которое преследует идеи защиты различных классов в современном обществе.

Рис. 5. Г. Асплунд. Дом Асплунда. Швеция. 1937

Марсель Брейер писал: «Архитектура - не материализация настроения. Ее цель - общая полноценность, включая и визуальное воздействие. Она не должна быть автопортретом архитектора или его клиента, но нести личные взгляды обоих. Она должна служить поколениям. Я люблю думать о самом роскошном доме, который я построил в качестве эксперимента, чтобы найти решения, применимые для общего использования»5.

5Marsel Breuer. Sun and Shadow, the Philosophy of Architect. New York, Dodd, Mead, 1955. C. 55.

Многие из домов ХХ века остаются и экспериментальными, и современными даже сегодня, так же как и тогда, когда были только что построены. Таким образом, они не устарели и в двадцать первом столетии.

История архитектуры утверждает, что не может быть единственного идеального современного дома. Понимание фундаментальных концепций, всевозможных воплощений и определенных материальных факторов двадцатого века может помочь в проектировании односемейных домов сегодня.

Таким образом, для архитекторов прошлого, настоящего и будущего главной проблемой остается видение реального - создание жилых пространств, которые дадут новые измерения и значения в повседневной жизни.

1. Гидион З. Пространство, время, архитектура. - М.: Стройиздат, 1984.

2. Фремптон К. Современная архитектура. - М.: Стройиздат, 1990.

3. Breuer M. Sun and Shadow, the Philosophy of Architect. New York, Dodd, Mead, 1955.

4. Davies C. Key houses of the Twentieth Century. Laurence King Publishing Ltd. London. 2006.

5. Frampton K., Larkin D. The Twentieth Century American House. Rizzoli International Publishing. London, 1995.

ский список

6. Hatje G. Encyclopedia of Modern Architecture. Thames and Hudson. London. 1963.

7. Loos A., «Plumbers», New York, Prinseton University Press,1997.

8. Muthesius H., The English House. New York.Rizzoli.1979.

9. Urbanelli E. Modern American Houses. New York. 1996.

10. Wagn W., Diamond R.The Architecture of Adolf Loos,. London, Art Council of Great Britain, 1985.

11. Wagner O. Modern Architecture. Santa Monica, CA, Getty Center Text, 1988.

УДК 656.80

ВЛИЯНИЕ ФИЗИКО-ХИМИЧЕСКИХ СВОЙСТВ ЗОЛ ТЭЦ-9 И НОВО-ИРКУТСКОЙ ТЭЦ НА ЭКСПЛУАТАЦИОННЫЕ СВОЙСТВА ЗОЛОЩЕЛОЧНЫХ БЕТОНОВ НА ИХ ОСНОВЕ

_ Л о

С.В.Макаренко1, Н.П.Коновалов2

Национальный исследовательский Иркутский государственный технический университет, 664074, г. Иркутск, ул. Лермонтова, 83.

Приводятся данные по химическому составу зол Ново-Иркутской ТЭЦ и ТЭЦ-9, результаты их механической активации, состав золощелочных бетонов и их характеристики. Табл. 6. Библиогр. 7 назв.

Ключевые слова: золы уноса; золощелочные бетоны; механоактивация.

1Макаренко Сергей Викторович, аспирант, тел.: 89646522003, e-mail: makarenko_83_07@ mail.ru Makarenko Sergey, Postgraduate, tel.: 89646522003, e-mail: makarenko_83_07@mail.ru

2Коновалов Николай Петрович, доктор технических наук, профессор, зав. кафедрой физики, тел.: (3952) 405177. Konovalov Nikolai, Doctor of technical sciences, Professor, Head of the Department of Physics, tel.: (3952) 405177.