Эдуард Хиль: пусть "Диснейленд" крутит песню из России

Как будет выглядеть ваш концерт в "16 тоннах"? Это ведь не совсем привычная для вас площадка, там едят и даже пьют.

Почему же, я выступаю и в клубах, и на корпоративных вечеринках. Мне нравится, что во время таких выступлений люди могут, сидя за столиком, попросить меня что-то спеть. Выпьет кружку пива: "Спойте, пожалуйста, "Потолок ледяной"". Или "Моряк вразвалочку...". Вот недавно у меня был подобный концерт в Санкт-Петербурге. Люди собрались в диапазоне от 50 до 70 лет.

Многие ваши коллеги сочли бы оскорблением такую просьбу с места спеть что-нибудь.

Какое же это оскорбление? Разве что если человек не умный. Или всю жизнь пел в оперном театре. Он составил программу, а ему говорят: "Спой арию Ленского". А он, к примеру, баритон. Или бас. А здесь, если я вспомню песню, то я ее с удовольствием спою. Я никогда не позволяю себе говорить: "Публика лажовая". Когда кто-то так говорит, я спрашиваю: "Это был твой сольный концерт?" Если это твой сольный концерт, значит это твоя лажа была.

А как ваши выступления выглядят технически?

Песен у меня много. Я беру обычно несколько десятков своих кассет или четыре-пять дисков по 20 вещей. Да, я использую минусовую фонограмму.

А мне сказали, будет рояль.

(Смеется.) Какой — белый, черный? Знаете, почему композитор Василий Павлович Соловьев-Седой любил играть на рояле? Потому что в его зеркальной поверхности очень хорошо отражались карты противника...

Пианиста я с собой не беру, да он и не нужен в таких ситуациях. Там же обычно разговаривают, шутят, анекдоты рассказывают. Можно, конечно, и концерт с пианистом сделать, но это же надо репетировать. К тому же мой пианист, с которым я работал еще с консерваторских времен, сейчас в Португалии, он там преподает. А полноценный концерт с восемью аккомпаниаторами, гримером и ведущим элементарно не потянет клуб.

Вы будете как-то адаптировать свою программу для "16 тонн"? Это ведь все же клуб несколько с иной аудиторией, нежели филармония.

А как я могу ее адаптировать? Я же не могу петь, как Богдан Титомир или Филипп Киркоров. У меня определенный репертуар — песни очень хороших композиторов. Я хочу показать зрителям, что кроме того, что им навязывают каналы, есть, и такая музыка.

Насколько я могу судить, к суете вокруг вашего "Вокализа" вы все же не слишком серьезно относитесь. Тем не менее ваша жизнь изменилась в связи с этой историей?

Нет, внутренне не изменилась. Просто дома больше хлопот для родственников. Мой внук прибежал ко мне: "Дедушка, дедушка, смотри, пять миллионов просмотров в Америке!" А я ему говорю: "Эдик, сядь, успокойся. Включи-ка свой интернет". Он включил. А там — один с собакой поет эту песню, другой — японец... Я говорю: "А теперь нажми на кнопку. Р-раз — и ничего нет! Видишь? Ничего нет. Ничего не происходит".

И в Америку, стало быть, не поедете?

Сын Дима мне показывает телеграммы из Испании, из Америки. "Диснейленд" мне пишет. Ну, я говорю, пусть "Диснейленд" возьмет песню. А он мне: "Папа, это такие бабки!" Ну какие бабки? Пусть "Диснейленд" крутит песню из России у себя на экранах, этого уже достаточно будет.

Только пусть позвонят Мише Островскому, сыну Аркадия, которому принадлежат права. Тут я "за". И ритм пусть новый сделают, если хотят.