Литературно-художественный процесс на страницах газеты «Известия Мордовии»

ЛИТЕРАТУРНО-ХУДОЖЕСТВЕННЫЙ ПРОЦЕСС НА СТРАНИЦАХ ГАЗЕТЫ «ИЗВЕСТИЯ МОРДОВИИ»

Ю. А. МИШАНИН, кандидат исторических наук, Г. РАДАЕВА, студентка

Литературно-художественный процесс как отражение динамики развития мордовской литературы хорошо представлен на страницах ежедневной общественно-политической газеты «Известия Мордовии».

«Известия Мордовии» — старейшая газета в регионе. Прообразом этого издания считается газета «Известия Саранского Совета рабочих, крестьянских и красноармейских депутатов», первый номер которой вышел 28 августа 1918 г.

В последующие годы, в силу исторических условий, газета довольно часто меняла свое название: «Саранская правда», «Пролетарская газета», «Трудовая жизнь» — таковы названия газеты в первые годы Советской власти, «Завод и цашня» — под таким названием она стала выходить с июня 1923 г. В октябре 1930 г. в Мордовской автономной области этот печатный орган начал выходить ежедневно и стал называться «Красная Мордовия» Название «Советская Мордовия» газета носила с 20 июня 1951 г., когда она начала издаваться на трех языках — русском, мокшанском и эрзянском. В феврале 1957 г. из нее выделились две самостоятельные республиканские газеты — «Эрзянь правда» и «Мокшень правда», а «Советская Мордовия» стала печататься только на русском языке [17]. С марта 1994 г. газета носит название «Известия Мордовии».

Наряду с первыми мордовскими газетами «Чинь стямо», «Од веле», «Якстерь тяште» и другими это издание явилось зачинателем мордовской литературы. Еще в конце 1920-х гг. при редакции газеты «Завод и пашня» работало первое в Мордовии литературное объединение, которое воспитало многих писателей и поэтов, в том числе Н. Эркая, Я. Пинясова, П. Кириллова, И. Кривошеева, А. Куторкииа,

М. Бебаиа. Позднее в «Советской Мордовии» начали свою творческую биографию известные писатели И. Антонов, Т. Якуш-кин, И. Пиняев и др.

Первые художественные и публицистические произведения на страницах «Завода и пашни» разъясняли трудящейся мордве политику партии большевиков, показывали тяжелую долю крестьян до Октября, звали к борьбе за новую жизнь. В то время многие мордовские писатели выступали как публицисты.

Уже в 1930-е гг. литераторы и публицисты стремились запечатлеть па страницах «Красной Мордовии» в художественных очерках новые веяния. Тридцатые годы — это прежде всего пафос темпа, который подчинял себе все, требовал предельных усилий воли. Писатель-очеркист, захваченный стремительным потоком жизни, едва успевал но горячим следам отражать общую картину обновления мордовской деревни. В таком повествовании он не всегда находил место и время для углубленных характеристик, отображения человеческих переживаний, которые были для него порой «только попутчиками главного» [23, с. 9 — 10].

Анализируя первую стадию становления мордовской литературы на страницах «Красной Мордовии», нельзя не отметить период своеобразного собирания фактов, что выразилось в фиксировании примет того или иного явления, в натуралистическом описании бытовых картин. Нелегко было разобраться в происходящих событиях, отличить случайное от главного. Это послужило причиной заблуждений, поверхностного показа действительности .

В последующий период развития литературы иа страницах «Красной Мордовии» большое место отводится очеркам и

© Ю. А. Мишанин, Г. Радаева, 2001

87

рассказам, в которых главными героями выступают труженики села, рабочие заводов, партийные работники.

В период Великой Отечественной войны художественная литература и публицистика дополняли скупые строки оперативных сводок «Красной Мордовии» живыми рассказами о военных событиях, о героях-тружениках на полях и у станков. На первое место в это ответственное время выдвинулись публицистическое стихотворение, очерк, рассказ. Они звали народ на героическую борьбу с фашизмом.

В послевоенные годы на страницах «Красной Мордовии» преобладали стихотворения, рассказы и художественные очерки, основными темами которых были война, послевоенное строительство, мирная жизнь.

В 1960 — 1970-е гг. жанровый диапазон художественных произведений расширился. Наряду с традиционными рассказами и стихотворениями на страницах газеты появляются зарисовки о природе, фельетоны, сатирические стихи и басни, отрывки из повестей. Тематическая палитра стала более красочной: несмотря на преобладание «обязательных» тем (революция, партия, коммунизм), на страницах «Советской Мордовии» печатаются произведения о любви, природе, морали, а также острые сатирические произведения. Писатели отражали жгучие проблемы, которые выдвигала жизнь, обращали на них внимание всего общества. В течение многих лет в фельетонах, публиковавшихся в газете «Советская Мордовия», И. Юровский откровенно, честно раскрывал явления протекционизма, взяточничества, вел решительную борьбу против вседозволенности, очковтирательства и нарушений законности. Основная черта его фельетонов — злободневность, в ней заключался расчет автора на определенный результат — создание общественного мнения и срочное принятие мер. Ему несвойственно спокойное повествование. Особая энергичность изложения в фельетоне строится на целом ряде «неожиданностей», преподносимых писателем в художественной форме. Основное оружие для фельетона — смех. Не обязательно, чтобы он был веселым, вызванным комическими ситуаци-

ями. Для фельетонов И. Юровского гораздо важнее смех, смысл которого заключен во внутреннем комическом противоречии, а не лежит на поверхности.

Интересным является один из последних фельетонов И. Юровского «Угол падения — 40 градусов», где рассказывается о ряде предприятий Саранска, на которых спирт употреблялся не для производства, а для личных нужд ряда должностных лиц. Автор нашел очень удачный вариант названия, которое ярко характеризует все, о чем говорится в фельетоне. Удачным получился и сюжет, построенный на диалоге главного инженера Саранской АТС Г. Мозгачева, кладовщика предприятия «Медтехника» Л. Орловой, главного инженера треста «Дорспецстрой» В. Аршинова и директора завода железобетонных изделий В. Иванова. Именно эти люди использовали спирт для личных целей. В фельетоне они хвастаются своей предприимчивостью, и это создает эффект комичности. Автор вкладывает в уста героев такие выражения, которые не могут не вызвать смех и полностью раскрывают сущность лжегероев. Например: «Со-со-в-вершенно верно, — поддакнула Сергеева. — Можно тяпнуть по одной за работу в выходной? Неподмазанное колесо скрипит». «Скрипит, да еще как, — сел на своего любимого конька Аршииов. — А чтобы колесо не визжало, всех водителей надо остограмить» [26].

Если в 1960-е гг. художественные произведения в газете «Советская Мордовия» появлялись бессистемно: приурочивались к памятным датам или ими заполнялся недостаток материла, то начиная с 1970-х гг. в газете раз в месяц выходит специализированная литературная и искусствоведческая страница «Литература и искусство», а с 1990-х гг. — целый литературный разворот «Ларец словесности». На странице «Литература и искусство» кроме стихов, рассказов, очерков, зарисовок, фельетонов помещались музыкальные, литературные и театральные рецензии, материалы о выставках художников, искусствоведческие статьи.

С годами художественная литература стала занимать в «Советской Мордовии» важное место. Наряду с ежемесячными литературными страницами практически в

каждом номере появлялись специализированные рубрики. Под рубрикой «Годы и люди» публиковались художественные очерки и небольшие рассказы о фронтовиках, колхозниках, рабочих. Это произведения И. Юровского, В. Попова, Г. Чи-гирева, О. Савипа. Зарисовки о природе можно было найти под рубрикой «Лесная грамота». Время от времени в газете появлялся сатирический отдел «Дробилка», частыми авторами которого были рабочие и крестьяне. Нередки были большие критические материалы, например обзор стихов «Дань любви к родному краю» Т. Григорьевой [5].

К юбилеям известных мордовских и русских писателей и поэтов «Советская Мордовия» выпускала зарисовки о них и подборки их стихов или отрывки из прозаического произведения («П. К. Люба-еву — 60 лет», «Живое слово о поэте» о А. Полежаеве [16, 21] и др.).

Часто печатались стихи и рассказы о революции, Мордовии, природе (например, стихи Ю. Пронина «Октябрьский ветер», И. Пиняева «В сиянии звездном», П. Черняева «Мордовия моя», очерк Т. Аюшева «Рузаевская республика» [1,

18,20, 25]).

В 1980 — 1990-е гг. литературный процесс на страницах «Советской Мордовии» становится более многообразным. Можно сказать, что практически вся жанровая палитра художественной литературы представлена в газете, кроме, конечно, повести и романа, хотя иногда печатаются небольшие отрывки из них (например, отрывок из повести «Улицы старого города» Е. Конкиной [12]).

Появляются в газете и научные статьи о литературе, например материал А. Брыжинского «По зову времени» о современном мордовском литературоведении, критическая статья А. Терентьева «Познавая жизнь» о детской литературе, статья И. Ефимова «Уважение к минувшему» о развитии мордовского исторического романа [3, 6, 24].

В начале 1990-х гг. литературные подборки были неотъемлемой частью субботнего номера «Советской Мордовии». Обязательной была рубрика «Субботний фельетон», в которой печатались сатирические фельетоны, юмористические расска-

зы и зарисовки, бичующие самые острые социальные и нравственные проблемы, находившиеся в центре внимания общественности (например, фельетон «Недетские игры» Г. Кондарева, «Признание» Г. Кулина, «Стеснительный сосед» В. Иве-нина [7, 10, 13]).

На тематической странице «Отечество» печатались не только публицистические материалы о войне, патриотизме, армии, но и стихи, рассказы, воспоминания па те же темы.

В последнее время литературная палитра «Известий Мордовии» не только пе обеднела, но и заметно обогатилась благодаря литературному развороту «Ларец словесности». На этих страницах частые гости — молодые авторы, которые активно сотрудничают с журналом «Странник» (Ю. Самарин, Е. Конкина, Е. Муличева и др.). В «Ларце словесности» наиболее интенсивно развивается так называемая малая проза (очерк, рассказ, новелла, публицистическая статья). Как отмечает литературовед М. Ломшип, в этом есть определенная закономерность, ибо малые жанровые формы располагают неограниченными возможностями «оперативного» художественного исследования быстро меняющегося хода событий. Кроме того, молодым писателям, не имеющим определенного опыта литературной деятельности, необходимо время, чтобы освоить большие жанровые формы.

Неотъемлемой частью «Ларца словесности» является рассказ. Основные темы — фантастика, мистика, любовь, наиболее характерная черта — психологизм. Интимная тематика — одна из самых привлекательных для молодых авторов. К пей не раз обращались Ю. Смирнов («Неудавшийся портрет»), Г. Бояринцева («Новогодняя встреча»), Е. Муличева («Вера, Надежда, Любовь») [2, 15, 22] и др. Авторы не ограничиваются описанием отношений двух влюбленных. Они часто стремятся провести психологический анализ характеров, дать нравственное обоснование поведению героев. Большинство рассказов наполнено волнующим душу лиризмом. Но, как ни странно, в некоторых из них любовь преподносится не как высшее проявление человеческих чувств, а как животный инстинкт.

Значительную часть «Ларца словесно- этов и писателей (например, рецензия

сти» занимают поэтические произведения. Это не просто стихи о любви, природе, добре и зле, это философское видение мира автором. Каждая строчка наполнена глубоким психологизмом, личным восприятием окружающей действительности, душевной теплотой поэта. Таковы стихотворения Н. Шумак, С. Сеничева, С. Казнова,

А. Громыхина и др.

Не остается без внимания и детская аудитория. Под рубрикой «Малышок» можно прочитать детские стихи Б. Кото-ва, Г. Гребенцова, А. Громыхина.

Было бы неверно утверждать, что в «Ларце словесности» публикуются произведения только молодых авторов. Нередки интервью с видными литературоведами, писателями, поэтами. Например, «Изломы судьбы» — разговор с писателем М. Сайгиным [14], «Пока пишется роман...» — интервью с М. Ломшиным [19]. Печатаются критические статьи (например, М. Имярекова о поэзии «Песни журавлиного неба» [8]).

Несмотря на существование литературного разворота, «Известия Мордовии» изобилуют специализированными литературными рубриками и практически ни один номер не обходится без стихов, критиче-

о

скои статьи, заметки о новой книге, зарисовки о писателе и т. д.

Из номера в номер переходит рубрика «Поэтическая шкатулка», постоянные авторы которой — А. Громыхин, С. Каз-нов, Н. Шумак.

Периодически появляются рецензии на новые произведения мордовских по-

П. Киричка «На чем стоит крестьянским мир?» на роман «Разломы» М. Сайгина; статья А. Брыжинского «Тени колоколов» об одноименной книге А. Доронина [4, 9]).

Под рубрикой «Премьера книги» публикуются материалы о книжных новинках, изданных в Саранске (к примеру, презентация поэтического сборника «В саду моих

мечтаний»).

Рубрики «Память» и «Юбилей» напоминают читателю об известных людях в мордовской литературе (зарисовки о И. Кишнякове, И. Девине, М. Бебаие и др.) и знакомят с их произведениями.

«Известия Мордовии» не оставляют без внимания и русских писателей и поэтов. Были опубликованы материалы о А. Пушкине, А. Полежаеве, М. Горьком, А. Солженицыне, М. Бахтине, статьи о русской литературе [ 11 ].

Примечательным является также то, что на страницах «Известий Мордовии» можно проследить историю развития русскоязычного молодежного журнала «Странник», начиная с первого номера до настоящего времени. Постоянные обзоры этого журнала дают представление о развитии литературного процесса на его страницах.

На наш взгляд, газета «Известия Мордовии» отражает «сегодняшний день» русской литературы в Мордовии, и по ее публикациям можно проследить развитие местной литературы на русском языке. Страницы «Известий Мордовии» — первая тропинка к большому художественному творчеству.

БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЙ СПИСОК

1. Аюшев Т. Рузаевская республика: Рассказ // Сов. Мордовия. 1979. 29 нояб. С. 4.

2. Бояринцева Г. Новогодняя встреча: Рассказ // Изв. Мордовии. 1998. 21 янв. С. 6.

3. Брыжинский А. По зову времени // Сов. Мордовия. 1990. 18 июля. С. 5.

4. Брыжинский А. Тени колоколов // Изв. Мордовии. 1997. 12 окт. С. 5.

5. Григорьева Т. Дань любви к родному краю // Сов. Мордовия. 1979. 17 дек. С. 3.

6. Ефимов И. Уважение к минувшему // Сов. Мордовия. 1990. 21 мая. С. 5.

7. Ивенин В. Стеснительный сосед // Сов. Мордовия. 1991. 7 апр. С. 6.

8. Имяреков М. Песни журавлиного неба // Изв. Мордовии. 1999. 30 сент. С. 5.

9. Киричек П. На чем стоит крестьянский мир? // Изв. Мордовии. 1998. 5 нояб. С. 3.

10. Кондарев Г. Недетские игры // Сов. Мордовия. 1991. 6 февр. С. 8.

11. Конкин С. Славянство в зеркале русской литературы // Изв. Мордовии. 1998. 18 мая. & 4 *

12. Конкина Е. Улицы старого города: Отрывок из повести // Изв. Мордовии. 1998. 15 янв.

С. 6.

13. Кулин Г. Признание // Сов. Мордовия. 1991. 3 марта. С. 7.

14. Моисеев М. Изломы судьбы // Изв. Мордовии. 1998. 10 марта. С. 5.

15. Муличева Е. Вера, Надежда, Любовь: Рассказ // Изв. Мордовии. 1998. 21 янв. С. 6.

16. П. К. Любаеву - 60 лет // Сов. Мордовия. 1979. 11 нояб. С. 2.

17. Павлов Ю. Наша биография. Газете «Советская Мордовия» 60 лет // Мол. ленинец. 1978. 25 авг. С. 2.

18. Пиняев И. В сиянии звездном: Стихи // Сов. Мордовия. 1979. 23 сент. С. 3.

19. Пока пишется роман... // Изв. Мордовии. 1998. 30 июля. С. 4.

20. Пронин Ю. Октябрьский вечер // Сов. Мордовия. 1978. 3 нояб. С. 4.

21. Савин О. Живое слово о поэте // Сов. Мордовия. 1979. 2 нояб. С. 3.

22. Смирнов Ю. Неудавшийся портрет: Рассказ // Изв. Мордовии. 1998. 18 апр. С. 6.

23. Соколова В. Е. Мордовская публицистика на современном этапе: Учеб. пособие / Мордов. ун-т. Саранск, 1990. 48 с.

24. Терентьев А. Познавая жизнь // Сов. Мордовия. 1990. 26 сент. С. 4.

25. Черняев П. Мордовия моя: Стихи // Сов. Мордовия. 1997. 13 дек. С. 4.

26. Юровский И. Угол падения — 40 градусов // Сов. Мордовия. 1984. 31 марта. С. 3.

Поступила 23.11.01.

ЭТНОПОЛИТИЧЕСКАЯ ИНФОРМАЦИЯ В РЕСПУБЛИКАНСКОЙ ПРЕССЕ

П. Ф. ПОТАПОВ, кандидат исторических паук

В настоящее время этнополитиче-ская ситуация в Мордовии относительно стабильна. Вместе с тем еще недавно здесь бушевали политические страсти, решались извечные вопросы: что делать, как развиваться дальше. Местные печатные издания широко освещали этническую жизнь населения, фиксировали определенный рост национал-сепаратизма в обществе и бессилие властей внедрить в практику российской журналистики принципы, содействующие распространению толерантности.

К примеру, во второй половине 1980-х гг. на страницах республиканской прессы активно обсуждался вопрос о суверенизации. Это было непростое время. Распад СССР, образование новых государств, появление тенденций к изменению общественно-политического строя, переход к рыночной экономике — никогда на огромном пространстве бывшего Союза не было столь крутых поворотов.

«Слово о государственном суверенитете», «Быть ли Мордовии суверенной», «Суверенитет: каким ему быть» — эти и

другие публикации передавали все многообразие суждений о суверенитете республики. В ходе дискуссии высказывались различные точки зрения. Одни считали, что не воспринимают идею суверенитета, поскольку понимают ее как полную государственную независимость, как выход из состава России и Союза.

Были и такие выступления, в которых говорилось о бедственном положении национальной культуры, науки, литературы. Их авторы, как правило, сторонники национального возрождения, высказывали мнение о том, что суверенитет откроет новый этап самоопределения нации, поскольку, освободившись от центра, республики будут вправе самостоятельно определять национальную политику, решать финансово-экономические вопросы.

В пользу суверенитета приводился и такой аргумент, что он активизирует деятельность всех структур. Республика не будет ждать, когда ей что-то «распределят», а сама сможет решать жизненно важные вопросы. С такого рода действиями многие связывали большие надежды на

© П. Ф. Потапов, 2001