Актуальные проблемы правового регулирования применения мер взыскания в исправительных учреждениях

УДК 343.82

Е. Е. Новиков

АКТУАЛЬНЫЕ ПРОБЛЕМЫ ПРАВОВОГО РЕГУЛИРОВАНИЯ ПРИМЕНЕНИЯ МЕР ВЗЫСКАНИЯ В ИСПРАВИТЕЛЬНЫХ

УЧРЕЖДЕНИЯХ

Анализируется информация, полученная в результате опроса 202 сотрудников ИУ, а также анализа данных, представленных 8 территориальными органами ФСИН России.

Рассматривая содержание ч. 1 ст. 115, ч. 1 и ч. 3 ст. 116, ч. 3 ст. 117 УИК РФ, автор приходит к выводу, что осужденный, совершивший злостное нарушение установленного порядка отбывания наказания, не будет являться злостным нарушителем, если в отношении него применили дисциплинарный штраф до двухсот рублей, в связи с тем, что данная мера взыскания не определена в ч. 3 ст. 116 УИК РФ.

Анализ ст. 103 и ст. 106 УИК РФ, регламентирующих порядок привлечения осужденных к труду, позволил отметить, что отказ от выполнения данных работ не будет являться основанием признания лица злостным нарушителем, даже если отказы приобрели постоянный, системный характер.

Также рассматриваются проблемы, связанные с: последствиями наложения взысканий в СИЗО; особенностями применения мер взыскания в отношении несовершеннолетних; правовым положением злостных нарушителей режима ИУ; организацией дифференцированного подхода к осужденным, при наложении взысканий и др.

В заключение подчеркивается, что администрация ИУ должна эффективно использовать предоставленное ей право государственного принуждения за нарушения осужденными установленного порядка отбывания наказания, что напрямую зависит от содержания норм права.

Ключевые слова: меры взыскания; злостный нарушитель;, отсрочка взыскания.

E. E. Novikov

ACTUAL PROBLEMS OF LEGAL REGULATION IMPOSE PENALTIES PUNITIVE MEASURES IN CORRECTIONAL INSTITUTIONS

The article analyzes the scientific information obtained in the survey 202 prison staff, as well as analysis of data submitted by the 8 territorial bodies of the Federal Service of the Russian penitentiary.

Considering the content of Part 1 Art. 115, Part 1 and Part 3 Art. 116, Part 3 Art. 117 Criminal Enforcement Code, the author concludes that the convict will not be a repeat infringer regime when he was subjected to a disciplinary fine of up to two hundred rubles.

Analysis of Art. 103 and Art. 106 Criminal Enforcement Code regulating the procedure of convicts to work, allows to note that the failure to carry out the work will not be grounds for recognizing a person worst offender, even if the failures are permanent, systemic.

The author also examines the problems associated with the consequences of the imposition of penalties in detention centers; Features of the application of penalties in re-

© Новиков Е. Е., 2016.

spect of juveniles; the legal status of the worst offenders correctional regime; organization of a differentiated approach to the convicts, with imposition of penalties and other.

Finally, it emphasizes the idea that the administration of correctional institutions should effectively use granted her the right to state coercion convicted for violations of the established order of serving the sentence, which depends on the content of the law.

Keywords: disciplinary measures; withholding of penalties; penal institutions; malicious infringer regime.

Актуальность развития мер взыскания, применяемых в отношении осужденных в местах лишения свободы, не вызывает сомнений. В первую очередь она определяется распоряжением Правительства РФ от 14.10.2010 № 1772-р «О Концепции развития уголовно-исполнительной системы Российской Федерации до 2020 года», положения которого ориентированы на:

- совершенствование порядка применения дисциплинарного воздействия на лиц, лишенных свободы, с учетом соразмерности взыскания дисциплинарному проступку;

- оптимизацию системы мер взыскания в отношении осужденных, нарушающих режим отбывания наказания.

Кроме того, значимость совершенствования применения мер взыскания определяется тем обстоятельством, что уровень нарушений законности при их наложении в 2014 г. по I квартал 2015 г. остается стабильно высоким [6]. Постановления о наложении мер взысканий отменялись прокуратурой по разным основаниям: некачественное оформление материалов о наложении взыскания; несоответствие меры взыскания тяжести совершенного проступка (в подавляющем большинстве подобных случаев ответственность жестче, чем выявленное нарушение режима исправительного учреждения (далее — ИУ)); низкий уровень знаний норм права сотрудниками учреждений относительно применения рассматриваемых мер и т. д. Кроме того, не всегда учитываются смягчающие или отягчающие вину обстоятельства [5, с. 111]. Все это определяет необходимость активизировать работу над совершенствованием правового регулирования и организации приме-

нения мер взыскания в местах лишения свободы.

Прежде всего необходимо осветить возникающий на практике вопрос: можно ли считать осужденного злостным нарушителем установленного порядка отбывания наказания при применении к нему меры взыскания в виде дисциплинарного штрафа в размере до двухсот рублей (п. «б» ч. 1 ст. 115 «Меры взыскания, применяемые к осужденным к лишению свободы» Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации (далее — УИК РФ))?

Согласно ч. 3 ст. 116 «Злостное нарушение установленного порядка отбывания наказания осужденными к лишению свободы» УИК РФ осужденный «признается злостным нарушителем установленного порядка отбывания наказания при условии назначения ему» взысканий в виде (вкратце) водворения в штрафной изолятор (п. «в»), перевода в помещение камерного типа, в одиночную камеру (п. «г»), в единое помещение камерного типа (п. «д») и в помещение камерного типа осужденных женщин (п. «е») за совершение злостных нарушений, перечень которых определен в ч. 1 ст. 116 УИК РФ.

В свою очередь, ч. 3 ст. 117 «Порядок применения мер взыскания к осужденным к лишению свободы» УИК РФ регламентировано, что дисциплинарный штраф налагается только за нарушения установленного порядка отбывания наказания, перечисленные в ч. 1 ст. 116 УИК РФ, т. е. рассматриваемый штраф применяется только за злостное нарушение режима отбывания наказания. Однако взыскание в виде дисциплинарного штрафа в размере до двухсот рублей в перечень ч. 3 ст. 116 УИК РФ не

внесено, и лицо не будет являться злостным нарушителем.

Складывается парадоксальная ситуация: осужденный, совершивший злостное нарушение установленного порядка отбывания наказания, не будет являться злостным нарушителем, если в отношении него применили дисциплинарный штраф, в связи с тем, что данная мера взыскания не определена в ч. 3 ст. 116 УИК РФ.

Кроме того, исходя из содержания ч. 4 ст. 116 УИК РФ, осужденный «признается злостным нарушителем установленного порядка отбывания наказания постановлением начальника исправительного учреждения по представлению администрации исправительного учреждения одновременно с наложением взыскания». В данной статье не конкретизируется, одновременно с наложением какого взыскания лицо, совершившее злостное нарушение, будет признано злостным нарушителем режима отбывания наказания.

Возникает вопрос: если в рассматриваемой норме перечень взысканий четко не определен, можно ли полагать, что наложение любого взыскания (например, выговора или дисциплинарного штрафа) влечет за собой признание осужденного злостным нарушителем? Понятно, что законодатель имеет в виду перечень взысканий, определенных в ч. 3 ст. 116 УИК РФ указанной статьи, но логично будет предположить следующее: когда речь идет об императивных нормах уголовно-исполнительного законодательства, закон должен быть максимально ясен.

Полагаем, что с целью решения вышеизложенных проблем взыскание в виде дисциплинарного штрафа в размере до двухсот рублей следует внести в перечень мер взысканий, определенных в ч. 3 ст. 116 УИК РФ.

Далее необходимо отметить, что в соответствии с ч. 1 ст. 116 УИК РФ отказ от работы или прекращение работы без уважительных причин является одним из злостных нарушений установ-

ленного порядка отбывания наказания. Ст. 103 «Привлечение к труду осужденных к лишению свободы» и 106 «Привлечение осужденных к лишению свободы к работам без оплаты труда» УИК РФ регламентируют порядок привлечения осужденных к труду. В ст. 103 УИК РФ определен порядок привлечения к оплачиваемому труду осужденных к лишению свободы, а в ст. 106 УИК РФ — порядок привлечения осужденных к работам без оплаты труда.

В соответствии с ч. 6 ст. 103 «Привлечение к труду осужденных к лишению свободы» УИК РФ отказ от работы или прекращение работы является злостным нарушением установленного порядка отбывания наказания и может повлечь применение мер взыскания и материальную ответственность, но ст. 106 УИК РФ этого не упоминает.

Администрация ИУ может привлекать осужденных к труду без его оплаты в соответствии со ст. 106 УИК РФ, а осужденный обязан выполнить требования администрации (в том числе требования начальника учреждения — ч. 3 ст. 106 УИК РФ). Однако отказ от выполнения данных работ не будет являться основанием признания лица злостным нарушителем, даже если отказы приобрели постоянный, системный характер. Подавляющее большинство сотрудников ИУ (64,5 %) отметили проблему, касающуюся привлечения осужденных к труду в соответствии со ст. 106 УИК РФ.

Считаем возможным ст. 106 УИК РФ дополнить ч. 4 в следующей редакции: «Отказ осужденного к лишению свободы от выполнения работ, предусмотренных ч. 1 настоящей статьи, является злостным нарушением установленного порядка отбывания наказания и может повлечь применение мер взыскания».

Не можем обойти стороной мнение 75,7 % опрошенных практических работников относительно необходимости изменения ст. 117 УИК РФ в части наделения начальников учреждений

правом отсрочки исполнения взыскания при условии, что осужденный не совершит нового нарушения установленного порядка отбывания наказания в течение определенного законом испытательного срока. Цель предлагаемого изменения будет состоять в стимулировании правопослушного поведения следующих категорий осужденных:

- совершивших дисциплинарный проступок впервые;

- положительно себя характеризующих;

- совершивших дисциплинарный проступок в связи с неправомерным поведением потерпевшего;

- сообщивших администрации учреждения об организаторах и исполнителях правонарушения, если оно совершено группой;

- совершивших поступок в силу сложившихся тяжелых личных или семейных обстоятельств;

- раскаявшихся осужденных;

- имеющих проблемы со здоровьем.

В научной литературе [2, с. 83; 3, с. 21] также выделяются следующие условия, которые, по нашему мнению, можно учитывать при решении вопроса об отсрочке применения меры взыскания: предотвращение вредных последствий совершенного проступка; совершение проступка вследствие случайного стечения обстоятельств, если этот проступок не представляет большой опасности.

Следует отметить, что норма с аналогичным содержанием существует в Федеральном законе от 15.07.1995 № 103-Ф3 «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» (далее — Федеральный закон № 103). Так, ст. 40 «Содержание в карцере» Федерального закона № 103 впервые вводит новые институты, ранее не известные дисциплинарной практике в местах лишения свободы, — отсрочку исполнения взыскания в виде водворения в карцер, сокра-

щение срока содержания в карцере и досрочное освобождение из карцера [3].

Отсрочка исполнения взыскания заключается в том, что взыскание, назначенное постановлением начальника места содержания под стражей в виде водворения в карцер, не отбывается. В постановлении указывается срок пребывания в карцере и срок отсрочки, который устанавливает начальник места содержания под стражей. Этот срок Федеральным законом № 103 не установлен. Однако он не может быть более одного месяца, поскольку по истечении этого времени взыскание не может быть приведено в исполнение в соответствии со ст. 39 Федерального закона: «взыскание применяется, как правило, немедленно, а в случае невозможности его немедленного применения — не позднее месяца со дня его наложения».

Исходя из вышесказанного можно сделать вывод, что отсрочка исполнения взыскания, применяемая в следственном изоляторе (СИЗО), может трансформироваться в освобождение исполнения взыскания по истечении одного месяца.

Отдельно следует отметить, что срок отсрочки исполнения приговора в местах лишения свободы должен зависеть от вида меры взыскания. Предлагаем следующие сроки отсрочки:

- 30 дней — отсрочка исполнения взыскания в виде выговора и дисциплинарного штрафа в размере до двухсот рублей;

- 2 месяца — отсрочка исполнения взыскания в виде водворения осужденных, содержащихся в исправительных колониях или тюрьмах, в штрафной изолятор на срок до 15 суток;

- 6 месяцев — отсрочка исполнения взыскания в виде перевода осужденных мужчин, являющихся злостными нарушителями установленного порядка отбывания наказания, содержащихся в исправительных колониях общего и строгого режимов, в помещения камерного типа, а в исправительных

колониях особого режима — в одиночные камеры на срок до шести месяцев;

- 3 месяца — отсрочка исполнения взыскания в виде перевода осужденных женщин, являющихся злостными нарушителями установленного порядка отбывания наказания, в помещения камерного типа на срок до трех месяцев;

- 30 дней — отсрочка исполнения взыскания в виде отмены права проживания вне общежития и запрещения выхода за пределы общежития в свободное от работы время на срок до 30 дней (для осужденных, отбывающих наказание в колониях-поселениях);

Полагаем, что отсрочка исполнения взыскания в виде перевода осужденных мужчин в единые помещения камерного типа на срок до одного года применяться не должна в связи с особым злостным поведением данной категории осужденных.

Для осужденных, отбывающих наказание в воспитательных колониях, предлагаем следующие сроки отсрочки применения меры взыскания

- 30 дней — отсрочка исполнения взыскания в виде лишения права просмотра кинофильмов в течение одного месяца;

- 2 месяца отсрочка исполнения взыскания в виде водворения в дисциплинарный изолятор на срок до семи суток.

В продолжение рассматриваемого вопроса остановимся на ч. 3 ст. 114 «Порядок применения мер поощрения к осужденным к лишению свободы» УИК РФ, которая определяет, что досрочное снятие ранее наложенного взыскания допускается: 1) не ранее трех месяцев со дня наложения взысканий в виде выговора, дисциплинарного штрафа, лишения права просмотра кинофильмов и водворения в дисциплинарный изолятор; 2) не ранее шести месяцев со дня отбытия взысканий в виде водворения в штрафной изолятор, перевода в помещения камерного типа (как осужденных мужчин, так и женщин), в одиночные камеры и единые помещения камерного типа.

В ч. 3 ст. 114 УИК РФ не затрагивается вопрос о досрочном снятии ранее наложенного взыскания на осужденных, отбывающим наказание в колониях-поселениях, в виде отмены права проживания вне общежития и запрещения выхода за пределы общежития в свободное от работы время на срок до 30 дней. Из этого следует, что наиболее дисциплинированная, положительно характеризующая себя категория осужденных, отбывающая наказание в местах лишения свободы, не имеет возможности получить указанную меру поощрения.

В данном контексте отметим, что в 2014 г. мера взыскания в виде отмены права проживания вне общежития и запрещения выхода за пределы общежития в свободное от работы время на срок до 30 дней начальниками учреждений (колоний-поселений и изолированных участков, функционирующих как колонии-поселения) применялась 1690 раз, что составляет 37,4 % [1] от общего количества примененных мер взыскания за злостное нарушение режима отбывания наказания.

Кроме того, законодатель, обозначив в ст. 37 «Меры поощрения и порядок их применения» Федерального закона № 103 меру поощрения в виде досрочного снятия ранее наложенной меры взыскания, не определил возможные сроки (по аналогии с ч. 3 ст. 114 УИК РФ) применения данной меры поощрения.

В ст. 38 «Меры взыскания» Федерального законного № 103 устанавливается такая мера взыскания, как водворение в карцер или в одиночную камеру на гауптвахте на срок до пятнадцати суток, а несовершеннолетних подозреваемых и обвиняемых — на срок до семи суток. Части 1 статей 120, 122, 124 УИК РФ устанавливают достаточно серьезные последствия применения меры взыскания в виде водворения в карцер: «Если осужденный в период пребывания в следственном изоляторе не допустил нарушений установленного порядка

содержания под стражей, за которые к нему применялась мера взыскания в виде водворения в карцер, срок его нахождения в обычных условиях исчисляется со дня заключения под стражу». Однако УИК РФ и Федеральный закон № 103 не поясняют, когда лицо, ранее находившееся в карцере, освобождается от указанных последствий рассматриваемого взыскания. На практике возникают ситуации, когда срок между применением меры взыскания и прибытием в ИУ составляет, например, 18 месяцев. Таким образом, «клеймо» наложенного взыскания в СИЗО будет «преследовать» осужденного очень длительный срок, даже при условии его дальнейшего положительного поведения.

В данном случае будет неверно ссылаться на ч. 8 ст. 117 УИК РФ («Если в течение года со дня отбытия дисциплинарного взыскания осужденный не будет подвергнут новому взысканию, он считается не имеющим взыскания»), так как речь в статье идет об осужденном, к которому применили взыскание, а не о подозреваемом (обвиняемом). Также, исходя из буквального толкования ч. 1 статей 120, 122, 124 УИК РФ, нахождение осужденного в обычных условиях будет исчисляться со дня прибытия, даже если применение содержания в карцере было отсрочено по положительным основаниям.

В продолжение рассмотрения проблем правового регулирования применения мер взыскания в отношении осужденных в ИУ акцентируем внимание на ч. 3 ст. 92 «Телефонные разговоры осужденных к лишению свободы» УИК РФ, в которой указано, что «осужденным, находящимся в строгих условиях отбывания наказания, а также отбывающим меру взыскания в штрафных изоляторах, дисциплинарных изоляторах, помещениях камерного типа, единых помещениях камерного типа и одиночных камерах, телефонный разговор может быть разрешен лишь при исключительных личных обстоятельствах (курсив мой — Е. Н.)».

Исходя из буквального толкования указанной статьи, данное ограничение не распространяется на осужденных, содержащихся на строгом режиме в тюрьме (в тюрьмах не условия, а режим): на лиц, поступивших в данное ИУ, и на осужденных, признанных злостными нарушителями и переведенных с общего режима отбывания наказания на строгий. Предположим, что в отношении второй категории осужденных ограничение, предусмотренное ч. 3 ст. 92 УИК РФ, должно действовать, но своеобразная игра слов («режим» и «условия») привела к невозможности применения указанного ограничения к практически самой криминально ориентированной категории осужденных.

Далее отметим, что взыскание в виде лишения права просмотра кинофильмов в течение месяца (п. «а» ст. 136 «Меры взыскания, применяемые к осужденным к лишению свободы в воспитательных колониях») на практике применяется довольно редко. Согласимся с мнением [4], что это объясняется небольшой степенью эффективности его карательного свойства, не ощутимого для осужденного, поскольку подросток может смотреть кинофильмы по телевизору.

В то же время на практике возникают проблемы, связанные с применением указанной меры к несовершеннолетним осужденным. Законодатель, употребив слово «кинофильм», существенно ограничил возможность применения рассматриваемой меры взыскания [7, с. 48]. Так, исходя из буквального толкования данной нормы, можно сделать вывод, что сотрудники колонии не имеют право запретить просмотр, например, развлекательных телепередач. Кроме того, в категорию «кинофильмы» не входят видеофильмы, телефильмы. Считаем возможным усилить карательную сущность данного взыскания, и на законодательном уровне запретить просмотр всех видов телепередач, фильмов и т. д.,

за исключением видеоматериала, применяемого в образовательном процессе.

Рассматривая следующую проблему, отметим, что закон конкретно не определяет срок, когда осужденный восстанавливает свой правовой статус и избавляется от «клейма» злостный нарушитель.

Так, законодатель в ч. 4 ст. 116 УИК РФ определяет точку отчета, когда осужденный признается злостным нарушителем установленного порядка отбывания наказания — с момента вынесения начальником ИУ постановления о наложении меры взыскания. Ч. 8 ст. 117 УИК РФ гласит, что «если в течение года со дня отбытия дисциплинарного взыскания осужденный не будет подвергнут новому взысканию, он считается не имеющим взыскания». Если ч. 4 ст. 116 УИК РФ четко устанавливает границу признания осужденного злостным нарушителем, то ч. 8 ст. 117 УИК РФ обходит этот вопрос стороной и говорит только, что лицо по истечении одного года будет считаться не имеющим взыскания. О том, что осужденный не будет являться злостным нарушителем в случае погашения взыскания, нет ни слова. По сути, осужденный может не иметь взыскания, но считаться злостным нарушителем.

Будет ли осужденный весь оставшийся срок отбывания наказания являться злостным нарушителем, не имея взыскания? Данный вопрос, во-первых, остается открытым вследствие того (повторим), что в нормах УИК РФ есть момент, когда осужденный признается злостным нарушителем, но отсутствует информация, касающаяся «освобождения» осужденного от указанного отрицательного статуса; во-вторых, требует соответствующего решения, так как указанный недостаток может существенно повлиять на правовое положение осужденных (например, на возможность «положительного» изменения вида исправительного учреждения, условно-досрочное освобождение, установление административного надзора и т. д.).

Одно из решений данного вопроса предлагает законодатель Республики Казахстан, который в ч. 10 ст. 132 «Порядок применения мер взыскания» УИК РК [8] отмечает: «Если в течение шести месяцев со дня отбытия дисциплинарного взыскания осужденный не будет подвергнут новому взысканию, он считается не имеющим взыскания, а признанный злостным нарушителем установленного порядка отбывания наказания — не являющимся таковым (курсив мой — Н. Е.)».

Считаем возможным не открещиваться от указанной положительной законодательной практики и перенять соответствующий опыт, оставив прежний срок истечения взыскания — один год.

В данном контексте отметим ч. 5 ст. 120 УИК РФ, которая наравне с ч. 6 ст. 122 и ч. 6 ст. 124 УИК РФ указывает, что перевод осужденных «из строгих условий отбывания наказания в обычные производится не ранее, чем через шесть месяцев при отсутствии взысканий за нарушения установленного порядка отбывания наказания». Указанные нормы не запрещают переводить из строгих условий отбывания наказания в обычные осужденных, не имеющих взысканий, но de facto сохранивших статус злостного нарушителя: например, оказывающих отрицательное влияние на других осужденных, но в то же время у которых отсутствуют взыскания за нарушения установленного порядка отбывания наказания. Отметим, что это одна из наиболее опасных категорий осужденных.

Исходя из содержания ч. 6 ст. 120 УИК РФ (ч. 7 ст. 122 и ч. 7 ст. 124 соответственно) следует, что только при повторном переводе из строгих условий отбывания наказания в обычные следует дополнительно учитывать отношение осужденного к труду, что, по нашему мнению, также не в полной мере характеризует его личность. Кстати, повторный перевод означает, что осужденный уже ранее был признан злостным нарушителем, содержался в

строгих условиях отбывания наказания и был переведен из одних условий отбывания наказания в другие, т. е. если лицо в первый раз переводится из строгих условий отбывания наказания в обычные, тогда можно не учитывать его отношение к труду, так как факта «по-вторности» нет.

Рассматривая следующий вопрос, отметим, что одно из последствий признания осужденного злостным нарушителем режима отбывания наказания — это установленное законодателем (ч. 3 ст. 120, ч. 3 ст. 122, ч. 3 124 УИК РФ) требование обязательного перевода из обычных условий отбывания наказания в строгие. В данном случае согласимся с Е. А. Каданевой [2, с. 223-236], обозначившей, что указанные нормы не позволяют дифференцированно подойти к изменению правового положения осужденного в зависимости от характеристики его личности, наличия поощрений, раскаяния, состояния здоровья, заглаживания последствия совершенного нарушения и т. д. Подобной позиции придерживаются 57,4 % опрошенных практических работников.

По нашему мнению, осужденный, признанный злостным нарушителем режима отбывания наказания, может быть не переведен на строгие условия, если, например, применение взыскания было отсрочено.

Содержание ч. 1 ст. 115 УИК РФ позволяет сделать вывод, что за нарушение «установленного порядка отбывания наказания к осужденным могут (курсив мой — Н. Е.) » применяться меры взыскания. По сути, законодатель

Литература

1. Анализ данных Федеральной службы исполнения наказания, касающихся изоляции злостных нарушителей в колониях-поселениях от 05.02.2015 (документ не был опубликован).

2. Каданева Е. А. Перевод в более строгие условия отбывания наказания в виде лишения свободы как правовое последствие признания осужденного злостным нарушителем // Вестник Кемеровского государственного университета. — 2015. — № 4 (64). — Т. 2. — С. 233-236.

3. Комментарий к Федеральному закону от 15.07.1995 № 103-Ф3 «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений (поста-

(может, и неумышленно) в данной норме дал возможность должностным лицам ИУ применять меры взыскания по собственному усмотрению. Согласиться с этой позиции можно только в том случае, если проступок является незначительным (например, незначительное опоздание на построение и тем самым нарушение правил внутреннего распорядка), а личность положительно себя характеризовала ранее.

Минусом является то, что исходя из содержания указанной нормы, сотрудники учреждения могут не налагать взыскание на осужденных за совершение злостных нарушений установленного порядка отбывания наказания. Считаем, что в этом случае со стороны администрации учреждения в обязательном порядке должна быть соответствующая реакция в виде наложения меры взыскания, вне зависимости от поведения осужденного, т. е. за совершение действий, предусмотренных ч. 1 ст. 116 УИК РФ, всегда следует назначать взыскание.

В заключение следует согласиться с мнением А. Е. Федяева [9, с. 112], что, «осуществляя свою деятельность по исправлению осужденных, администрация ИУ должна эффективно использовать предоставленное ей право государственного принуждения за нарушения осужденными установленного порядка отбывания наказания». А успех данной деятельности напрямую зависит от содержания норм права, регламентирующих рассмотренную сферу общественных отношений.

тейный)» / науч. ред. А. С. Михлин, В. И. Селиверстов // СПС «Консультант-Плюс».

4. Комментарий к Уголовно-исполнительному кодексу Российской Федерации (постатейный) / А. В. Бриллиантов, В. В. Геранин, Л. П. Дубровицкий и др.; под ред. В.И. Селиверстова. — М.: Проспект, 2011. — 448 с.

5. Морозов А. С. О понятии «преступление» с формально-логической точки зрения // Вестник Кузбасского института. — 2012. — № 3 (11). — С. 110-116.

6. Обзор ФСИН России, касающийся вынесенных органами прокуратуры представлений о нарушении действующего законодательства в части обеспечения режима и организации надзора за осужденными от 04.03.2015 (документ не был опубликован).

7. Упоров А. Г. Правовое обеспечение безопасности осужденных в исправительных учреждениях и особенности его правового регулирования // Вестник Кузбасского института. — 2011. — № 4(7). — С. 46-55.

8. Уголовно-исполнительный кодекс Республики Казахстан от 05.07.2014 № 234-V (с изменениями и дополнениями по состоянию на 09.04.2016 г.). — Режим доступа: // http://online.zakon.kz/Document/?doc_id=31577723#pos=2104;16

9. Федяев А. Е. Меры взыскания, применяемые в исправительных учреждениях : учебное пособие. — Барнаул: Барнаульский юридический институт МВД, 2004. — 123 с.

Сведения об авторе

Новиков Егор Евгеньевич: ФКОУ ВО Кузбасский институт ФСИН России (г. Новокузнецк), доцент кафедры уголовно-исполнительного права и криминологии, кандидат юридических наук, доцент. E-mail: Mavr-85@mail.ru

Information about the author

Novikov Egor Evgenyevich: Kuzbass Institute of the FPS of Russia (Novokuznetsk), assistant professor of the chair of penal law and criminology, candidate f law, assistant professor. E-mail: Mavr-85@mail.ru

УДК 343.8

О. В. Обернихина

ПРИМЕНЕНИЕ РОССИЙСКОГО УГОЛОВНОГО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА НА ТЕРРИТОРИИ РЕСПУБЛИКИ КРЫМ И ГОРОДА ФЕДЕРАЛЬНОГО ЗНАЧЕНИЯ СЕВАСТОПОЛЯ

Статья посвящена выявлению и изучению проблем формирования и применения норм уголовного закона, регламентирующих его действие в пространстве и во времени, а также выработке предложений по совершенствованию российского законодательства и правоприменительной деятельности.

Исследуются соответствующие международные и отечественные нормативные правовые акты, касающиеся порядка регулирования вопросов применения обратной силы уголовного закона Российской Федерации в отношении лиц, отбывающих наказание за преступления, совершенные до 18 марта 2014 г. на территории Республики Крым и города федерального значения Севастополя, входивших в состав Украины.

© Обернихина О. В., 2016.