Словообразование имен существительных в лезгинском языке

УДК 811.351.32

СЛОВООБРАЗОВАНИЕ ИМЕН СУЩЕСТВИТЕЛЬНЫХ

В ЛЕЗГИНСКОМ ЯЗЫКЕ

2011 Султанова А.В.

Дагестанский государственный педагогический университет

Статья посвящена одному из сложных и малоисследованных вопросов лезгинского языкознания - образованию имен существительных. На основе богатого иллюстративного материала описаны такие способы словотворчества, как суффиксация и сложение основ (словосложение). В работе обращено внимание также на явления экстралингвистического порядка, наблюдаемые в процессе словопроизводства лезгинского языка.

The article deals with the formation of nouns, one of the complex and poorly investigated problems of the Lezghin linguistics. The author describes the ways of creating the words, such as a suffixation and a stem compounding (word composition) on the base of the rich illustrative material. She also pays the special attention to the manifestation of the extra linguistic penomena in the process of creating the words in the Lezghin language.

Ключевые слова: лезгинский язык, именное словообразование, производные слова, сложные существительные, суффиксация, основосложение, заимствования.

Keywords: Lezghin language, nominal word formation, derivatives, compound nouns, suffixation, joining of stems, loan words.

как части речи принадлежит

суффиксации, которая в данном разряде слов отмечается богатством и разнообразием средств,

сравнительно большой

продуктивностью, а также живым участием в словопроизводстве в настоящее время» [1. С. 40].

К характерным особенностям

суффиксов имен существительных лезгинского языка можно отнести следующие:

1) исконно лезгинские суффиксы нередко фонетически варьируются, различаясь лишь своим гласным элементом, ср.: -ац (-ец, -уц, -уьц); -ач (-еч, -ич, -уч, -уьч);

2) для ряда суффиксов

субстантивов свойственен так называемый грамматический

синкретизм, заключающийся в том, что один и тот же аффикс образует новые слова от основ различных частей речи. Таковы, например, суффиксы -вал, -чи (см. ниже);

3) значительное число собственно лезгинских именных суффиксов

В современном лезгинском языке основными способами именного словообразования являются

суффиксация и сложение основ (т.е. словосложение, в этом же ряду стоит и редупликация, которая может быть полной и частичной). Для именного словообразования описываемого языка характерны и другие способы (лексикализация, расширение

семантики лексики, конверсия и др.), однако в рамках данной статьи эти, менее распространенные способы словотворчества, нами не рассматриваются.

Суффиксация, являющаяся в настоящее время единственным способом аффиксального

образования слов в лезгинском языке, располагает определенным набором как исконных, так и

морфем,

производные

заимствованных воспроизводящих именные лексемы.

По мнению Р.

«...существенное место в развитии и обогащении имени существительного

И. Гайдарова,

обнаруживает фонетическое сходство с формообразующими морфемами (флексиями) в самом лезгинском и в других близкородственных ему языках. Такого рода сходство заключается в совпадении согласных элементов. Это дает основание заключить, что многие субстантивные суффиксы исторически произошли на базе падежных флексий [2. С. 57].

Рассмотрим вначале суффиксы, придающие слову экспрессивно-стили-стическую окраску. Следует отметить, что именные суффиксы, входящие в данную группу, в современном лезгинском языке в целом непродуктивны, что обусловлено узостью основ, с которыми эти морфемы сочетаются. Суффикс -ак (-ек) образует от основ имен существительных и прилагательных имена

существительные, обозначающие людей и животных по их неодобрительным признакам,

например: Ц!арак - кличка человека с серыми глазами, «пестрое

животное или птица» < ц^ру

«пестрый»; кьуьзек «старина (о человеке)» < кьуьзуь «старый,

пожилой»; биц!ек «малый, карапузик» < биц!и «меньший,

младший».

Суффикс -ац (-ец, -уц, -уьц) - один из распространенных суффиксов

имен существительных, который образует новые слова от основ имен существительных, прилагательных и глаголов. По своей семантике

субстантивы, образованные

посредством данной морфемы,

охватывают разнообразные группы слов, обозначающих предметы,

людей, животных по свойственному для них внешнему признаку, черте и особенности, ср.: к!улац «горбун» < к!ул «горб», макъац «зубастый человек, большезубый», буьркьвец «слепец», Рагьвац - кличка собаки (серого или бурого животного), къекъуьц - специальный деревянный крючок на конце хозяйственной веревки < къекъуьн «изогнуться», турпуц «коренастый, крепкого

сложения человек; упитанный, полненький ребенок», хъилец «обидчивый человек» < хъел «обида, злость», хитрец «специальные ножницы для стрижки овец» и др.

В лезгинском языке представлены суффиксы, образующие слова (точнее имена существительные), семантически связанные с родом занятий людей, их профессией, местом жительства. Они могут быть квалифицированы как

функционально активные суффиксы. Рассмотрим эти

словообразовательные морфемы. Синонимичные суффиксы -ви, -жув от субстантивных основ образуют новые лексемы, обозначающие людей по месту жительства или рождения, или же по их национальной принадлежности, например: ахцегьви «ахтынец» <

Ахцегь (Ахты) - название села, къубави «кубинец» < Къуба (Куба) -название города), дагъви «горец» < дагъ «гора», хуьруьнви «сельчанин, односельчанин» < хуьруьн - форма родительного падежа от хуьр «село», ярк!иви «яркинец» < Ярк1 - северная часть лезгинской территории, ахцегьжув «ахтынец» < Ахцегь -название села (Ахты), спикжув < испикец «житель села Испик» и т.д.

Суффикс -хъан - достаточно распространенный исконно лезгинский суффикс, характерен всем диалектам и говорам, представлен в этом же значении и в родственных языках, например, в рутульском и цахурском языках [4. С. 8].

Посредством морфемы -хъан образуются лексемы, обозначающие людей по их профессии, роду занятий, по выполняемой ими работе, например: чатухъан «кузнец»

< чад «кузница», хпехъан «овцевод»

< хеб «овца», гъуьрчехъан «охотник»

< гъуьрч «охота», маргъухъан

«косарь» < маргъ «неубранная

полоса скошенной травы», чаплахъан «левша» <чапла «левый», т!ап!ахъан «повар» (значение основы т!ап!а затемнено) и т.д.

Суффикс -вал имеет наиболее широкое функционирование в лезгинском языке и образует имена существительные с абстрактными, отвлеченными значениями.

Толкование суффикса -вал приводит П. К. Услар: «Окончание -вал служит для обозначения понятий

отвлеченных» [5. С. 49].

Посредством морфемы -вал образуется большое количество

имен существительных от основ имен прилагательных,

существительных, а также от основ некоторых наречий, глаголов и числительных, например:

а) от основ качественных прилагательных: михьивал «чистота»

< михьи «чистый», ч!ехивал «величие,

величина» < ч!ехи «большой,

старший» и т.д.; б) от основ имен существительных: дуствал «дружба»

< дуст «друг, товарищ», душманвал

«вражда, враждебность» < душман «враг, неприятель» и т.д.; в) от основ наречий: агъузвал «низость,

малодушие» < агъуз «низко, ниже», фадвал «быстрота» < фад «рано,

быстро» и т.д.; г) от глагольных основ: авачирвал «недостаток, отсутствие»

< авачир - причастие от

отрицательной формы

вспомогательного глагола ава «есть, имеется» и т.д.; д) от основы числительного сад «один» с помощью морфемы -вал образуется имя существительное садвал «единство, равноправие».

В лезгинском языке представлены также заимствованные из восточных языков (из персидского,

азербайджанского)

словообразовательные суффиксы: -бан, -кар, -ган (перс), -лух, -чи

(азерб.).

Наиболее употребительным и продуктивным, в первую очередь, является суффикс -чи. Он заимствован из тюркских языков (азербайджанского) и встречается как в исконных, так и в заимствованных производных

словах. Морфема -чи образует

имена существительные,

указывающие в основном на род занятий, профессий: балугъчи

«рыбак» < балугъ «рыба»,

къаравулчи «охранник» < къаравул «охрана», къуллугъчи «служащий» < къуллугъ «служба, должность»,

к!венк!вечи «передовик» < к!венк1 «передняя часть, заостренный конец чего-либо» и др.

Суффикс -бан (перс.) в лезгинском языке также играет большую роль в именном словообразовании. Помимо имен существительных,

обозначающих лиц по роду занятий, профессий, посредством данной морфемы в описываемом языке

образуются также названия отдельных предметов, растений. По П . К. Услару, «окончание - бан служит для обозначения разумных действователей» [5. С. 50]. Примеры: нехирбан «пастух» < нехир «стадо крупного рогатого скота», рамагбан «табунщик» < рамаг «табун» и др.

Суффикс -кар (перс.) широко применяется в заимствованных словах со значением деятеля: тахсиркар «виновник» < тахсир «вина, виновность», зулумкар «угнетатель» < зулум «угнетение, гнет», пешекар «специалист, ремесленник» < пеше «ремесло, специальность».

Суффикс -ган (перс.) представлен в словах со значением определенного рода занятий, а также названиях различных предметов и веществ, например: т!урарган «ящичек для

ложек и вилок» < т!урар - множ. число от т!ур «ложка», хемирган «чашка для хранения дрожжей» < хемир «дрожжи», хуруган «фартук, передник» < хуру «ворот», къуларган «домосед» < къул «очаг», валарган «женщина легкого поведения» < вал «куст» и др.

Суффикс -лух (азерб.) в лезгинском языке встречается в единичных субстантивах: къумлух

«пустыня, пески» < къум «песок», къамишлух «болото, обросшееся камышом» < къамиш «камыш»,

ципиц!лух «виноградник» < ципиц! «виноград», к!ач!ич!лух «кустарник;

место, заросшее кустарником» <

к!ач!ич! «кустик, кустарник,

низкорослое деревце» и др.

В современном лезгинском языке функционируют слова,

заимствованные из других языков, в частности, из азербайджанского, русского и др. с элементами -хана, -лама, -тель, -тельница, -еник и т.д. Одни исследователи в них видят словообразовательные морфемы, другие считают их лишенными функциональной нагрузки, то есть носители языка воспринимают их с основой вместе как цельные (сросшиеся) лексические единицы.

В именном словообразовании основосложение (// словосложение -эти термины употребляются как синонимы) в лезгинском языке занимает заметное место.

Флективный дефицит в словообразовании восполняется аналитическим способом

словообразования. Встречаются разные способы сложения основ. Словосложение, как один из типов словообразования, предполагает морфологическое соединение двух или более основ. В итоге такое соединение дает сложное слово или композиту с новой семантикой. Словосложение характеризуется сочетанием особенностей, присущих как морфологии, так и синтаксису. Здесь имеется в виду характер взаимодействия единиц, образующих сложное слово или композиту.

Каждый язык с учетом системной структуры всех уровней имеет свои особенности в словосложении. Тем не менее, два вида словосложения в языках с развитой морфологией имеют место: 1) сочинительный вид, когда участвующие компоненты

подчинительный вид, когда синтаксически различаются главные и зависимые члены. Лезгинский язык в этом смысле не является исключением.

Сложение с сочинительным отношением компонентов в

современном лезгинском языке имеет место, как правило, в парных словах. Компоненты парных слов между собой равноправны и независимы: кхьин-ч!урун «грамота» < кхьин

«писать» + ч!урун «вычеркивать», гьарай-эвер «крик, шум» < гьарай «сильный крик» + эвер «зов, призыв».

В лезгинском языке образований с этим типом отношений компонентов довольно много. Значение таких слов объединительное, имеет прямую связь с семантикой составляющих основ, обычно носит обобщающий или же усиливающий характер.

В отдельных случаях, как отмечает Р. И. Гайдаров, «семантика композита в целом утрачивает связь со значением компонентов, как, например, в слове зун-вун «все необходимое, то-се» < зун «я» + вун «ты» [1. С. 115].

Сложных имен существительных с подчинительным отношением

компонентов в лезгинском языке имеется значительное количество. Подчинительные отношения в языке являются основным видом связи слов. Подчинительные или определительные сложные слова образованы по принципу подчинения, то есть в их составе один из компонентов уточняет значение другого.

Сложным словам данной модели свойственно простое соположение основ, обусловленное порядком следования определения и определяемого в синтагме. В качестве определения в подобного рода сложных словах, как правило, выступает имя обладателя, а в роли определяемого - объект обладания, ср.: ц!айлапан «молния» < ц!ай

«огонь» + лапан < алпан «метеорит», къаридиде «старуха», «старуха-

мать» < къари «старуха, свекровь, жена» + диде «мать», маллакуткут! «удод» < малла «мула» + куткут! «удод» и т.д.

К данной модели относятся также сложные существительные,

состоящие из иноязычных основ,

заимствованных в подавляющем большинстве из восточных языков, например, из тюркских языков: девекъуш «страус» < деве

«верблюд» + къуш «птица»,

гьажилеглег «аист» < гьажи

«человек, который совершил паломничество» + леглег «аист», гьажибугъда «кукуруза» < гьажи + бугъда - значение слова бугъда неясно; из арабского языка: эхирзаман «конец света», светопреставление < эхир «конец, исход» + заман «эпоха, время» и из иранского языка: гьафтебазар

«воскресный базар» < гьафте

«неделя» + базар «базар», наврузбег «жених» < навруз «21 марта - день весеннего равноденствия» + бег

«бек» и др.

Кроме того, в некоторых сложных существительных, образованных по модели «имя прилагательное в неизменяемой форме + имя существительное в именительном падеже», также используются заимствованные основы, например: дегьзаман «древняя эпоха, давние времена» < дегь «давний, древний» + заман

«помещение», къайихана

«холодильник, холодное

помещение» < къайи «холодный, прохладный» + хана «помещение», ата-буба «предок, прадед» < ата (тюрк.) «старший» + буба «отец», улу-буба «прадед», (праотец) < улу (тюрк.) «старший» + буба «отец» и др.

Среди большого количества словосложений современного

лезгинского языка можно выделить определенную группу сложных существительных с фиксированным

Примечания

компонентом, то есть такие сложные слова, один из компонентов которых является постоянным для целого ряда сложных слов. Возникновение и

существование в языке подобных сложных слов Е. С. Кубрякова

объясняет так: «... сложное слово и представляет собой в подавляющем большинстве случаев аналогичное образование, то есть оно создается по образу и подобию уже имеющихся сложных слов. Не удивительно, что при таком аналогическом

воспроизведении готовой модели часть первых или вторых компонентов повторяется» [3. С. 63].

В лезгинском языке существует

два структурных типа сложных существительных с фиксированным компонентом: 1) сложные

существительные, у которых

фиксированным является первый компонент и 2) сложные существительные, у которых

фиксированным является второй компонент, например: къизилбалугъ «лосось», къизилверекь «позолота», къизилгуьл «роза», къизилкъуш «сокол» (фиксированным является первый компонент); къенепад «внутренняя сторона», къецепад «внешняя сторона», кьиблепад «южная сторона», кеферпад «северная сторона», къузупад

«теневая сторона» (повторяется

второй компонент).

Таким образом, образование большинства сложных имен в

лезгинском языке происходит путем основосложения по моделям, присущим данному языку.

Основосложение в лезгинском языке следует рассматривать, как

регулярное явление, как

продуктивную систему создания

сложных имен существительных.

1. Гайдаров Р. И. Лексика лезгинского языка. Махачкала, 1966. 225 с. 2. Жирков Л. И. Грамматика лезгинского языка. Махачкала, 1941. 132 с. 3. Кубрякова Е. С. Что такое словообразование. М., 1965. 78 с. 4. Султанаева К. А.

Словообразование в рутульском языке. Автореф. дисс. ... канд. филол. наук. Махачкала, 2004. 21 с. 5. Услар П. К. Кюринский язык. Тбилиси, 1896. 239 с.

Статья поступила в редакцию 16.11.2011 г.