Города Челябинской области в условиях Великой Отечественной войны (1941-1945 годы)

Вестник Челябинского государственного университета. 2011. № 9 (224). История. Вып. 44. С. 68-73.

К. И. Рапохин

ГОРОДА ЧЕЛЯБИНСКОЙ ОБЛАСТИ В УСЛОВИЯХ ВЕЛИКОЙ ОТЕЧЕСТВЕННОЙ ВОЙНЫ

Статья посвящена изучению развития городов Челябинской области в период Великой Отечественной войны. Рассматривается развитие инфраструктуры, вопросы благоустройства, жилищного строительства, изменение административно-территориального деления как внутри городов, так и в пределах области, изменение статуса городов и рабочих поселков.

Ключевые слова: город, урбанизация, инфраструктура, жилищное строительство, бытовое обслуживание населения, благоустройство населённых мест.

В последнее время на государственном уровне стали подниматься проблемы моногородов, особенностью которых является наличие градообразующего предприятия. В случае возникновения проблем на данном предприятии ухудшается экономическое положение всего города. Это проявляется в обострении проблемы занятости населения и в снижении поступлений в местный бюджет. Проблема, возникшая в моногородах Челябинской области в 1990-е гг., стала последствием политики, проводимой в 1941-1945 гг. Тогда на территорию Челябинской и Свердловской области было эвакуировано свыше 200 промышленных предприятий. В условиях мобилизационной экономики формировался особый тип городских поселений, в которых в первую очередь развивалась градообразующие отрасли в ущерб градообслуживающим (торговля, медицина, предприятия, оказывающие бытовые услуги и т. д.). Происходила смена функции места, когда рабочие поселки вследствие своего развития получали статус городов, а отдельные села становились рабочими поселками. В условиях военного времени такая схема развития была адекватной, однако в послевоенные годы развитие по инерции, явившееся следствием начавшейся «холодной» войны, приводит к застою и дальнейшему кризису в этих городах. В условиях рыночной экономики такая модель стала малоэффективной, а значит, требовала изменения.

Целью данной работы является анализ процесса урбанизации в Челябинской области в 1941-1945 гг.

Специальных исследований, рассматривающих эволюцию и развитие городской системы Челябинской области в период Великой Отечественной войны, создано не-

много. Отдельные аспекты по проблеме развития городов Челябинской области в период Великой Отечественной войны можно извлечь также из ряда работ, посвященных данному периоду.

На начальном этапе, еще во время Великой Отечественной войны, исследователи делали акцент на изучении экономики крупных городов Уральского региона. В опубликованных статьях военного времени имеются сведения о производительности труда на предприятиях городов Уральского региона в начале войны, о способах организации деятельности различных предприятий.

Собственно изучение городов Уральского региона начинает А. И. Нейштадт. Автор рассматривает преимущественно промышленное развитие городов, а также затрагивает вопросы социалистического соревнования в рабочей среде1.

Дальнейшее изучение городской проблематики было связано с краеведческими исследованиями по истории отдельных населенных пунктов Челябинской области. Местные издания, повествующие о судьбе отдельных городов2, основной акцент делают в основном на развитии военного производства и на участии жителей города в боевых действиях.

Отдельно выделяется литература, посвященная градостроительной политике военной эпохи - труды Н. А. Лоховой, Е. В. Пономаренко, Е. В. Конышевой3. В работе В. Н. Лахтина «Система расселения и архитектурно-планировочная структура городов Урала»4 рассматривается процесс формирования и особенности планировочной структуры городов Урала 1930-1950-х гг.

Большим достижением в изучении городов Уральского региона в годы Великой Отечественной войны является кандидатская

диссертация В. А. Рубина «Города Южного Урала в годы Великой Отечественной войны (1941-1945 гг.)». В данной работе автор рассматривает 13 крупных промышленных городов Южноуральского региона - Бузулук, Бугуруслан, Златоуст, Копейск, Курган, Магнитогорск, Медногорск, Миасс, Оренбург, Орск, Троицк, Челябинск и Шадринск. Изучается индустриальное развитие, демография, вопросы снабжения, деятельность медицинских учреждений и работа предприятий бытового обслуживания. Автор не касается процесса возникновения новых и развития небольших городских поселений в 1941-1945 гг. Не затрагиваются вопросы административно-территориального деления внутри городов, изменения статуса городов5.

Подводя итог историографии городов Челябинской области в 1941-1945 гг., можно отметить, что отдельные аспекты развития городов рассматривались и раньше. Наиболее изученными являются вопросы развития городской промышленности, мобилизации в годы войны, частично - планирования городской застройки. В последнее время появляются работы комплексного характера, стремящиеся охватить все аспекты развития городского хозяйства в годы войны, однако необходимость изучения темы остается, т. к. в большинстве случаев исследователи рассматривают крупные города, не касаясь небольших населенных пунктов.

С точки зрения географии, город представляет совокупность трех основных подсистем: население; экономическая база; сфера жизнеобеспечения. Каждая из них имеет свою специфическую территориальную организацию, а все они формируют общегородскую планировочную структуру. Город - населённый пункт, жители которого заняты, как правило, вне сельского хозяйства6.

Формирование городской сети в России имеет отличительные особенности, среди которых можно выделить следующие:

- города являлись средством освоения новых территорий;

- города часто создавались под воздействием внешних обстоятельств и с большими издержками;

- учреждались властями, а не являлись продуктом вызревания конкретных общественных явлений;

- в XX веке приоритетную роль в формировании городов играла промышленность7.

Данные особенности дополняются особыми чертами, характерными для советской урбанизации 1930-1980-х гг.:

- высокие темпы роста городского населения. К 1939 г. по сравнению с 1920 г. городское население в СССР выросло в 3 раза, а с 1939 по 1989 г. - еще в 3 раза;

- незавершенный, односторонний характер развития - в первую очередь решались производственные задачи, экономические вопросы, а социальные проблемы отходили на второй план;

- низкое качество городской среды - слабое благоустройство, однообразие архитектуры и невнимание к культуре.

В 1930-80 гг. можно было наблюдать только внешние признаки динамики урбанизации

- рост населения городов, его концентрация в крупных городах и агломерациях. Вместе с тем, реалии городской жизни не соответствовали общемировым представлениям об уровне жизни и стандартам благоустройства. Городской житель часто являлся полугородским, жил деревенскими представлениями, а отчасти и трудом вне городской культуры8. Российский вариант урбанизации носил «догоняющий» характер, в отличие, например, от стран Европы, где урбанизация шла в контексте общеисторического развития государств. При этом урбанизация существенно изменила ход российской истории, носила универсальный характер, определявший течение всех остальных процессов9.

Процесс развития городов в условиях противоречивости российской урбанизации можно описать при помощи модели Лоури. Согласно этой модели, развитие городов связано в первую очередь с развитием базовых производств. С ростом базового производства начинается расширение сферы обслуживания

- растет занятость людей в управлении и сфере услуг. Рост экономически активного населения происходит преимущественно за счет привлечения рабочей силы из других районов и из сельскохозяйственной местности10.

В период Великой Отечественной войны указанные черты советской урбанизации проявились в полной степени в Челябинской области. Эвакуация потребовала первоочередного решения проблемы размещения военного производства, что потребовало привлечения дополнительных людских резервов

- отсюда стремительный рост населения рабочих поселков. В дальнейшем это приводит

к изменению их статуса. Рабочие поселки становились городами, а города районного подчинения превратились в города областного подчинения. В 1941 г. в Челябинской области было 6 городов областного подчинения и 8 районного подчинения, а также 23 поселка городского типа. В 1942 г. городами стали рабочие поселки Касли, Коркино, Сим, Усть-Катав; в 1943 г. - Куса, Миньяр, Юрюзань; в 1944 г. - Карталы, Нязепетровск, Миасс, Верхний Уфалей и Кыштым из городов районного подчинения преобразованы в города областного подчинения. Таким образом, к концу войны на территории области в результате смены функции места 9 бывших рабочих поселков получают статус городов. Общее количество городов после войны -23 вместо 14 до войны (города Шадринск и Курган, перешедшие в 1943 г. в состав вновь созданной Курганской области, в учет не брались). Вместе с тем, аналогичные процессы шли в сельской местности - ряд населенных пунктов - Октябрьский, Чебаркуль, Бреды, Тургояк, Агапово, Увелка, Рудничный - получили статус рабочих поселков (при этом официальный статус рабочих поселков в годы войны приобрели только Чебаркуль (1942 г.) и Тургояк (1943 г.)11.

Увеличение городского населения приводило к усложнению городской структуры, что в большей части случаев было связано со стремительным промышленным развитием, повлекшим за собой изменение структуры городского пространства. Ярким примером является районное деление города Челябинска, которое за период войны менялось дважды. Первое такое преобразование в Челябинске произошло 9 января 1942 г., когда Тракторозаводский и Ленинский район были объединены, что связывалось с ростом экономического потенциала районов. После перевода в Челябинск завода им. Кирова экономическим управлением занимались одновременно 2 партийных органа (партком завода им. Кирова и Тракторозаводский райком ВКП(б), а также 2 советских органа - Тракторозаводский и Ленинский райисполкомы). Для облегчения процесса управления более рациональным являлось сокращение управленческого аппарата и объединение руководящих районных органов. В дальнейшем большая протяженность образованного после слияния Ленинского района усложнила оперативное руководство. Для решения этой

проблемы 22 сентября 1943 г. Ленинский район был разделен на 2 самостоятельных района - Ленинский и Тракторозаводский.

Подобные обстоятельства возникли при районировании Копейска, Миасса и Златоуста. В этих городах промышленный рост предприятий приводил к росту численности населения, усложнению городской структуры, что требовало систематичного разделения на районы, разделения старых районов и образования новых. В мае 1942 г. был разделён Советский район г. Златоуста, 11 декабря 1942 г. г. Копейск был разделен на районы, 26 июня 1944 г. Миасс был разделен на два района - «Автозаводский» и «Центральный»12.

Показателем одностороннего характера развития являются проблемы в жилищной сфере. При решении этой задачи в 19411945 гг. применялись разнообразные средства. Одним из таких средств являлась практика усовершенствования технологий, строительство временного жилья, а также поощрение индивидуального строительства. Последнее широких масштабов в Челябинской области не получило - в 1942-1943 гг. из выделенных средств на эти цели в Челябинской области было освоено только 18,6 %13.

В сфере жилищного строительства в городах Челябинской области в 1941-1945 гг. ощущался постоянный рост. За вторую половину 1941-1943 г. только временного жилья было построено 184300 м2, что позволило первое время разместить значительное количество прибывших рабочих. При этом за 1941-1943 гг. отмечалась устойчивая динамика к увеличению количества капитальных зданий: 1941 г. - 100670 м2, 1942 г. - 159200 м2, 1943 г. - 198900 м2. Всего за 1941-1943 гг. было построено 458700 м2. Вместе с тем, выполнение плана жилищного строительства в городах и поселках шло неодинаково. Лучшие результаты были зафиксированы в Чебаркуле

- 94,1 %, Верхнем Уфалее и Каслях - 86,8 % и в Магнитогорске - 82,6 %. Худшие - в Усть-Катаве - 21,6 %, Юрюзани - 11,1 %, Кыштыме

- 8,7 %, Коркино - 10,7 % и Сатке - 10,3 %, когда план не был выполнен даже наполовину. Это было связано с недостатком материалов и людских ресурсов, которые были сосредоточены на промышленном строительстве.

В целом, вплоть до конца войны жилищный вопрос в области продолжал оставаться достаточно сложным. На 1.07.1944 г. наиболее

благоприятное положение в жилищной сфере отмечалось в Златоусте - от 3,5 до 4,4 м2 на человека, в Челябинске - от 3,1 до 4,1 м2 14.

Также отмечались проблемы в сфере бытового обслуживания, которая оказывает населению непроизводственные и производственные услуги. В годы войны значение этой сферы выросло. Особенно это касалось потребностей населения в одежде и обуви. Остро ощущался дефицит промышленных товаров в результате сокращения и переориентации на военные цели экономического потенциала СССР. В таких условиях компенсировать создавшееся положение должны были всевозможные мастерские по реставрации одежды и обуви. Вместе с тем, в годы войны, особенно в начальный период, наблюдается не рост, а сокращение этой сферы. Кроме того, большая часть предприятий не перестроились на работу в военных условиях. Например, в Челябинске по данным на 15 декабря 1941 г. сеть ремонтно-обувных мастерских была расположена во всех районах города, состояла из 28 точек и насчитывала 177 рабочих. Производственный план в ноябре 1941 г. был выполнен только на 57 %, кроме того, большая часть мастерских продолжала работать по 8 часов. По ремонту одежды в Челябинске на начало 1941 г. действовало 3 артели, всего имелось 17 точек с количеством рабочих в 258 человек. Однако на 15 декабря 1941 г. действовала только одна артель - «Спартак», имевшая 6 точек с количеством рабочих 46 человек, которая данных услуг населению фактически не оказывала, т. к. была занята выполнением спецзаказа для армии.

В условиях скученности населения, вызванного эвакуацией, личная гигиена была важным средством в борьбе с инфекционными заболеваниями. Решать эти проблемы были призваны бани, прачечные и парикмахерские. Положение в этой части сферы бытового обслуживания в Челябинской области в годы войны было лучше, однако развивалась она медленно, имелись многочисленные проблемы, среди которых отмечались недостаток топлива, изношенность оборудования, недостаток инвентаря, недостаточное количество помещений. В угольных городах, таких как Копейск и Коркино, проблема банно-прачечного хозяйства стояла особенно остро. Большинство рабочих не могли после работы мыться в душевых, а имевшиеся прачечные не справлялись даже со стиркой спецодежды.

Все это приводило к росту заболеваемости, особенно накожно-гнойниковыми болезня-ми15. Ко всему перечисленному следует добавить, что помимо гражданского населения бани в первоочередном порядке были вынуждены обслуживать военные части, что усугубляло имевшиеся проблемы.

До конца войны полностью решить проблемы в данной области не удалось, тем не менее, работа по улучшению существующего положения проводилась. В постановление СНК СССР от 4.12.1941 г., а также в решениях областного совета от 29.12.1941 и 8.01.1942 г. предусматривалось увеличение полезной площади бань за счет сокращения площади залов ожидания и подсобных помещений. При банях должны были быть организованы дезокамеры, планировалось освобождение помещения бань, занятых не по назначению (кроме тех, где организовано производство боеприпасов), выделялись средства на строительство бань упрощенного типа. В результате всего этого к концу войны появляются положительные примеры. В Златоусте в 1944 г. по сравнению с 1941 г. количество бань выросло в 2,6 раза, прачечных в 2,2 раза.

Положение в парикмахерском хозяйстве могут охарактеризовать данные по Челябинску, где на 22 декабря 1941 г. насчитывалось 34 учреждений, однако обслуживание в них резко ухудшилось - белье не стиралось, 1 салфетку парикмахеры использовали для 10-15 клиентов, в очередях люди проводили от 1,5 до 2 часов. Даже в образцовой парикмахерской была зафиксирована очередь из 34 человек. В течение войны положение постепенно улучшалось. Например, в Златоусте сеть парикмахерских выросла почти в 2 раза16. Улучшалось и качество обслуживания, т. к. запросы эвакуированных были выше, чем у местных жителей.

В целом можно говорить о развитии сферы бытового обслуживания населения за годы войны, что проявилось в частичном увеличении количества учреждений этой сферы. Дальнейшее улучшение в отрасли происходит после начавшейся реэвакуации, поскольку имевшиеся результаты были недостаточными для одновременного удовлетворения потребностей коренного населения и эвакуированных и переориентацией предприятий бытового обслуживания, работавших на военные нужды на обслуживание гражданского населения.

Если говорить о качестве городской среды, то оно было невысоким. В условиях нехватки средств и при необходимости в первую очередь решать жилищную проблему благоустройство часто отходило на второй план. Составной частью благоустройства является развитие сферы жилищно-коммунального хозяйства. В рамках улучшения жилищно-коммунального хозяйства области предусматривалось удлинение на 6 км водопроводной сети в Челябинске, Златоусте и Троицке. Развивался общественный транспорт Челябинска - к 1945 г. протяженность трамвайных путей увеличивалась до 10 км, было построено 3,7 км троллейбусной ли-нии17. На капитальный ремонт имеющегося жилого фонда в Челябинской области наибольшее количество средств было выделено в 1941 г. - 3,3 млн р., в 1942 г. - 2,9 млн р., в 1943 г. - 1,6 млн р., в 1945 г. - 2,1 млн р.

Несмотря на принимаемые меры, проблемы оставались. Большинство городов и райцентров области в 1944 г. имели неисправные мостовые и тротуары, мосты и переезды, фасады зданий находились в плохом состоянии, не проводились мероприятия по озеленению городов и охране имевшихся насаждений. План капитального ремонта регулярно не выполнялся, ощущался недостаток квалифицированной рабочей силы - ремонтные конторы Облжилуправления были укомплектованы специалистами на 60-70 %. В работе Управления водопровода и канализации отмечалась высокая аварийность, недостаточный учет отпускаемой потребителю воды, большая задолженность по оплате услуг потребителями, а также дефицит рабочей силы и недисциплинированность имеющейся. Из-за нехватки транспорта и рабочей силы серьезной проблемой являлась вывозка мусора и нечистот, что отмечалось, например, в Челябинске и в Златоусте. Изношенность оборудования приводила к высокой аварийности в работе транспорта.

Недостаточность средств и кадров для проведения мероприятий по благоустройству компенсировали привлечением к этим работам городского населения, рабочих и служащих предприятий. Весьма успешным в этом плане оказался опыт 1943 г., когда удалось организовать население Магнитогорска, Златоуста, Копейска, Троицка и Катав-Ивановского района. Всего было задействовано свыше 50000 человек, было посажено 150000 деревьев, отремонтировано 20 км дорог и тротуаров18.

Благоустройство городов и поселков Челябинской области вплоть до конца Великой Отечественной войны не было решено в полной мере. Это объяснялось тем, что значительная часть средств и рабочей силы была задействована в промышленном секторе. Кроме того, до конца войны существовало огромное количество неблагоустроенных бараков и землянок, в которых продолжали жить люди.

Урбанизация в Челябинской области в 1941-1945 гг. носила экстенсивный характер. Наблюдался стремительный рост населения, рост градообразующей промышленности. За счет этого в области меняется функциональное назначение целого ряда населенных пунктов - рабочие поселки становятся городами, села - рабочими поселками. Усложняется структура пространства населенных пунктов - меняется административное деление, растет управленческий аппарат, усложняется структура производства. Приток населения в города значительно увеличивает численность их населения, что позволяет выполнять возрастающие оборонные заказы. В целом мобилизационный тип урбанизации соответствовал потребностям времени. Кроме того, в послевоенные годы промышленная база, заложенная в чрезвычайных условиях, продолжала содействовать развитию целого ряда городов (Миасс, Усть-Катав, Златоуст, Челябинск и т. д.). Т. е. имелись объективные условия для успешного развития региона в послевоенное время. С другой стороны имелся ряд проблем, которые было необходимо решать. Во-первых, продолжающийся рост населения городов не сопровождался должным развитием городской инфраструктуры. Ощущалось несовершенство организаций снабжения, предприятий, оказывающих бытовые услуги населению. Во-вторых, качество городской среды по-прежнему оставалось низким - вплоть до 1990-х гг. в некоторых городах существовали бараки, строившиеся как временное жилье (например, в Еманжелинске дома по ул. 8-е Марта). Население небольших городов продолжало заниматься сельским хозяйством на приусадебных участках, чтобы компенсировать нехватку ряда продовольственных товаров. Все это явилось следствием продолжавшегося инерционного развития, когда главное внимание продолжало уделяться градообразующим, а не градообслуживающим отраслям, однако в изменившихся условиях такой подход был неверным и требовал корректировки.

Примечания

1 Нейштадт, А. И. Развитие городов Урала в годы сталинских пятилеток. Свердловск, 1951.

2 См.: Кыштым / ред. В. А. Попов. Челябинск, 1957; Козлов, А. В. Златоуст - фронту. 1941 - 1945 / А. В. Козлов, Ф. Н. Яблонский ; ред. М. А. Тарынин. Златоуст, 2000; Симонов, А. В. Куса. Челябинск, 1977 и т. д.

3 Лохова, Н. А. Архитектурно-планировочное наследие 20-50-х гг. XX в. в градостроительстве Урала : автореф. дис. ... канд. архитектуры. Новосибирск, 1997; Пономаренко, Е. В. Эволюция планировочных структур городов Южного Урала : автореф. дис. ... канд. архитектуры. М., 1997; Конышева, Е. В. Градостроительство и архитектура Челябинска конца 1920-1950-х гг. в контексте развития советского зодчества : монография. Челябинск : Изд-во ЧГПУ, 2005.

4 Лахтин, В. Н. Система расселения и архитектурно-планировочная структура городов Урала. М. : Стройиздат, 1977.

5 Рубин, В. А. Города Южного Урала в годы Великой Отечественной войны (19411945 гг.) : автореф. дис. ... канд. ист. наук. Оренбург, 2007.

6 Большой энциклопедический словарь / гл. ред. А. М. Прохоров. Изд. 2-е. М. : Большая Рос. энцикл., 1998. С. 298.

7 Лаппо, Г. М. Формирование сети городов на территории России // Проблемы урбанизации на рубеже веков. Смоленск, 2002. С. 20-29.

8 Пивоваров, Ю. Л. Основы геоурбанистики : урбанизация и городские системы : учеб. пособие для студентов высш. учеб. заведений. М. : ВЛАДОС, 1999. С. 147, 175-179.

9 Сенявский, А. С. Роль урбанизации в российском историческом процессе // История России. XX век / А. Н. Боханов, М. М. Горинов, В. П. Дмитренко и др. М. : АСТ, 2000. С. 395-397.

10 Холина, В. Н. География человеческой деятельности : экономика, культура, политика : учеб. для 10-11 кл. шк. с углубл. изучением гуманит. предметов. 2-е изд., перераб. М. : Просвещение, 2001. С. 196.

11 Народное хозяйство Челябинской области и города Челябинска. Челябинск, 1957. С. 14; СССР : (Административно-территориальное деление союзных республик на 1 января 1977 года). М., 1977. С. 210-211; Челябинская

область. 1917-1945 гг. : док. и материалы. Челябинск, 1998. С. 246; Справочник административно-территориального деления Челябинской области по состоянию на 1 июня 1997 года. Челябинск, 1997. С. 22, 24.

12 Выявлено автором по данным ОГАЧО. Ф. П. 288. Оп. 6. Д. 112. Л. 18; Ф. П. 288. Оп. 6. Д. 105. Л. 16-17; Ф. П. 288. Оп. 8. Д. 97. Л. 144; Ф. П. 288. Оп. 6. Д. 112. Л. 185; Д. 105. Л. 179; Ф. П. 288. Оп. 8. Д. 127. Л. 163; Ф. П. 288. Оп. 6. Д. 112. Л. 115-116.

13 Челябинская область : энциклопедия / гл. ред. К. Н. Бочкарев. Челябинск : Камен. пояс, 2004. Т. 2. С. 317; Палецких, Н. П. Социальные ресурсы и социальная политика на Урале в период Великой Отечественной войны : монография. Челябинск, 2007. С. 71-72, 75.

14 Выявлено автором по данным ОГАЧО. Ф. П. 288. Оп. 8. Д. 127. Л. 7об.; Ф. П. 288. Оп. 8. Д. 127. Л. 7об.; ОГАЧО. Ф. П. 288. Оп. 8. Д. 127. Л. 8об.; Ф. П.- 288. Оп. 8. Д. 361. Л. 73-74.

15 Выявлено автором по данным ОГАЧО. Ф. П. 288. Оп. 4. Д. 353. Л. 9; Ф. Р. 274. Оп. 3. Д. 1442. Л. 46; Ф. П. 314. Оп. 1. Д. 122. Л. 163; Ф. П. 179. Оп. 2. Д. 95а. Л. 56; Ф. Р. 274. Оп. 3. Д. 61. Л. 14; Ф. Р. 274. Оп. 3. Д. 73. Л. 104; Ф. П. 132. Оп. 2. Д. 28. Л. 35об.; Ф. П. 970. Оп. 1. Д. 31. Л. 3; Ф. П. 209. Оп. 1. Д. 3. Л. 78 об.; Ф. Р. 274. Оп. 3. Д. 73. Л. 99.

16 Выявлено автором и подсчитано по данным ОГАЧО. Ф. Р. 274. Оп. 3. Д. 1442. Л. 46; ОГАЧО. Ф. Р. 274. Оп. 3. Д. 1454. Л. 8; Большаков, А. В. Жилищно-бытовые условия рабочих и служащих в годы Великой Отечественной войны (1941-1945) // Материально-бытовое положение трудящихся Урала в условиях социализма (19371975) / ред. И. П. Кувшинова. Свердловск, 1981. С. 43; ОГАЧО. Ф. П. 288. Оп. 4. Д. 354. Л. 6; ОГАЧО. Ф. П. 288. Оп. 6. Д. 136. Л. 47; ОГАЧО. Ф. П. 183. Оп. 1. Д. 3.

17 Большаков, А. В. Жилищно-бытовые условия рабочих и служащих в годы Великой Отечественной войны (1941-1945) // Материально-бытовое положение трудящихся... С. 35.

18 Выявлено и подсчитано автором по данным ОГАЧО. Ф. П. 288. Оп. 8. Д. 127. Л. 8об.; Ф. П. 314. Оп. 1. Д. 209. Л. 38; Ф. П. 2017. Оп. 1. Д. 7. Л. 1; Ф. П. 2882. Оп. 1. Д. 7. Л. 20; Ф. П. 288. Оп. 4. Д. 173. Л. 204; Ф. П. 685. Оп. 1. Д. 17. Л. 8; Д. 19. Л. 1-2; Ф. П. 314. Оп. 1. Д. 209. Л. 38.