Палеодемография Болгарского городища

УДК 572, 904 https://doi.org/10.24852/pa2017.4.22.67.80

ПАЛЕОДЕМОГРАФИЯ БОЛГАРСКОГО ГОРОДИЩА1 © 2017 г. Е.М. Макарова, И.Р. Газимзянов

В статье представлены результаты изучения палеодемографических структур Болгарского городища золотоордынского времени. Авторами проанализированы 4 некрополя, располагавшиеся: 1) на месте бывшего аэродрома (раскопы СХ1У1, СИУ и СЬУ); 2) на месте современного «Памятного знака» (раскоп СЬУ1); 3) вокруг мавзолея в южной части городища (раскопы СЬХХ1У и ССХ1У); 4) некрополь в северо-западной части городища (раскоп СХС1). Для полноты характеристики населения Болгара были привлечены ранее опубликованные материалы Усть-Иерусалимского могильника. Сопоставление палеодемографических данных о населении, захороненном на пяти некрополях в разных частях Болгарского городища, показало сходную картину смертности. Вместе с тем, выделены два некрополя - некрополь у мавзолея в южной части Болгарского городища и Усть-Иерусалимский могильник, серии из которых отличаются относительно меньшей продолжительностью жизни и высокими процентами детской смертности. Эта особенность объясняется авторами тем, что данные два могильника наиболее полно раскопаны, а, следовательно, представленный материал лучше передает демографическую картину.

Ключевые слова: археология, антропология, палеодемография, Болгарское городище, Золотоордынские города, Среднее Поволжье.

Неоднократно интерес антропологов был направлен на изучение населения средневекового Болгара. Как правило, их работы были посвящены исследованию краниологии жителей города (Трофимова, 1949, 1956; Постникова, 1970, 1973; Ефимова, 1981, 1991; Герасимова и др., 1987; Газимзянов, 1996, 2001, 2002, 2004, 2015), реже изучались особенности посткраниального скелета (Герасимова и др., 1987; Боруцкая, 2004; Макарова и др., 2016), в единичных случаях исследователи в своих работах анализировали палеодемографические показатели (Васильев, Газимзянов,

2003; Боруцкая и др., 2007; Газимзянов, 2016), хотя к сегодняшнему дню накоплен репрезентативный антропологический материал. Данная работа является начальным этапом изучения демографической структуры населения Болгарского городища в целом.

Материалы и методы

Источником исследования половозрастной структуры послужили антропологические материалы из четырех некрополей Болгарского городища - некрополь в районе бывшего аэродрома, некрополь в районе современного «Памятного знака», некрополь вокруг мавзолея в южной части

1 Работа подготовлена в рамках гранта Президента РФ по государственной поддержке ведущих научных школ РФ №НШ-7170.2016.6. «Процессы урбанизации и градостроительства в Поволжье (Х-ХУ1 вв.)».

городища, некрополь в северо-западной части городища (табл. 1).

Половозрастные определения проводились по принятой в российской палеоантропологии методике. Определение возраста взрослой части выборки производилось по облитерации швов черепа и степени стертости коронок зубов с учетом фиксации наличия/отсутствия линий прирастания эпифизарных частей и изношенности суставов посткраниального скелета. Определение возраста детей произведено с учетом сформированности зубной системы (от закладок коронок зуба, до закрытия корней зуба) и посткраниального скелета (при-растание эпифизарных частей, апофизов тазовой кости и позвоночного столба). При определении пола взрослых индивидов учитывались морфологические особенности черепа и тазовых костей (Герасимов, 1955; Добряк, 1960; Алексеев, Дебец, 1964; Алексеев, 1966). Все половозрастные определения выполнены И.Р. Газим-зяновым.

Для описания возрастной структуры некрополей были использованы категории, предложенные Д.В. Пе-жемским (2003, 2010): Natus (новорожденные), Lacteus (до 1 года), Infantilis prim. (до 3 лет), Infantilis I (до 6-7 лет), Infantilis II (до 12-13 лет), Juvenilis I (до 18-20 лет), Juvenilis II (до 25 лет), Adultus (25-35 лет), Maturus I (35-45 лет), Maturus II (45-55 лет), Senilis (старше 55 лет).

Поскольку при определении биологического возраста использовались разные возрастные интервалы, при подсчете численности по возрастным когортам проводилось распределение одной возрастной категории на два

соседних интервала, поэтому в некоторых группах мы имеем дробное ко -личество индивидов.

Некрополь в районе бывшего аэродрома Некрополь представлен 126 погребениями. Из них в 21 погребении человеческие останки не представлены. Не удалось выполнить половозрастные определения в случае с тремя взрослыми и одним детским погребением в силу плохой сохранности ко -стей. Распределение остальных костяков по возрасту и полу представлено в таблице 2.

Половозрастная структура населения, погребенного на некрополе в районе бывшего аэродрома, характеризуется практически равным процентом умерших детей и взрослых: 49% детей и 51% взрослых. Средний возраст смерти с учетом детской смертности составил 24,2 года, средний возраст смерти взрослого населения составил 36,5 лет. Пик детской смертности приходится на период первого детства (36,8% от общего количества детей). Каждый второй ребенок в популяции не доживал до трехлетнего возраста. Наибольшее количество детей умирало в возрасте до 1 года. Во взрослой части выборки женщины умирали чаще, чем мужчины. Пик женской смертности приходится на молодой возраст, в то время как мужчины чаще доживали до зрелого возраста. Средний возраст смерти в мужской части выборки составил 39,6 лет, женщины умирали в среднем в 33,5 лет (рис. 1).

Некрополь в районе современного

«Памятного знака» Некрополь в районе современного «Памятного знака» представлен всего

Таблица 1

Некрополи Болгарского городища, исследуемые в работе

Некрополи Датировка Раскопы Автор раскопа, год

Некрополь в р-н бывшего аэродрома Х1У - начала ХУ вв. CXLVI CLIV, CLV В. С. Баранов, 2010 А.Г. Ситдиков, 2011

Некрополь в р-не современного «Памятного знака» Первая половина ХУ в. CLVI В.С. Баранов, 2011

Некрополь вокруг мавзолея в южной части Болгарского городища середина Х1У - первая половина ХУ вв. CLXXIV CCXIV И.И. Ёлкина, 2012 И.И. Ёлкина, 2015

Некрополь в северо-западной части Болгарского городища середина Х1У-начало ХУ вв. CXCI А.Г. Ситдиков, С.Г.Бочаров, 2013

Таблица 2

Половозрастная структура населения, погребенного на некрополе в районе бывшего аэродрома

N* % N в % N ? %

Natus (новорожденный) 1 1,0

Lacteus (до 1 года) 11 10,9

Infantilis prim (до 3-лет) 11 10,9

Infantilis I (до 6-7 лет) 6 5,9

Infantilis II (до 12-13 лет) 8 7,9

Juvenilis I (до 18-20 лет) 7,5 7,4 1 1,6 4,5 7,3

Juvenilis II (до 25 лет) 4,5 4,5 1 1,6 3,5 5,6

Adultus (25-35 лет) 19,0 18,8 6,5 10,5 12,5 20,2

Maturus I (35-45 лет) 18,5 18,3 6,5 10,5 12 19,4

Maturus II (45-55 лет) 9,5 9,4 5 8,1 4,5 7,3

Senilis (старше 55 лет) 5 5,0 4 6,5 1 1,6

Итого 101 100,0 24 38,7 38 61,3

*численность

Natus Lacieus Infantilis Infantilis Infaoiilis Juvenilis I Juvenilis Adulius Maturus I Matuius Senilis prim I II II II

Рис. 1. Диаграмма распределения населения погребенного на некрополе в районе

бывшего аэродрома по возрастным когортам. Fig. 1. Diagram of distribution of the population buried at the necropolis in the area of a former aerodrome on the basis of age cohorts.

19 погребениями, из них два детских и два взрослых не подлежат более точным определениям (табл. 3).

Поскольку выборка слишком малочисленна для анализа возрастной структуры, приведем лишь основные палеодемографические показатели. Наибольший процент смертности приходится на период первого детства и на зрелый возраст. Процент детской

смертности ниже - 31,5%, при этом не следует забывать, что мы имеем дело не с полностью раскопанным некрополем. Средний возраст смерти с учетом детей составил 28,3 года. Средняя продолжительность жизни взрослых составила 36,5 лет (36,0 лет у мужчин и 37,0 лет у женщин). Полученные данные визуализированы на диаграмме (рис. 2).

Рис. 2. Диаграмма распределения населения погребенного на некрополе в районе современного «Памятного знака» по возрастным когортам.

Fig. 2. Diagram of distribution of the population buried at the necropolis in the area of the contemporary 'Memorial sign' on the basis of age cohorts.

Таблица 3

Половозрастная структура населения, погребенного на некрополе в районе современного «Памятного знака»

N* % N в N ?

Natus (новорожденный) 0 0,0

Lacteus (до 1 года) 0 0,0

Infantilis prim (до 3-лет) 2 13,3

Infantilis I (до 6-7 лет) 2 13,3

Infantilis II (до 12-13 лет) 0 0,0

Juvenilis I (до 18-20 лет) 1 6,7 1 0

Juvenilis II (до 25 лет) 0,5 3,3 0,5 0

Adultus (25-35 лет) 4,5 30,0 3,5 1

Maturus I (35-45 лет) 2 13,3 1,5 0,5

Maturus II (45-55 лет) 2 13,3 1,5 0,5

Senilis (старше 55 лет) 1 6,7 1 0

Итого 15 100,0 9 2

* численность

Таблица 4

Половозрастная структура населения, погребенного на некрополе в южной части Болгарского городища

N* % N в % N ? %

Natus (новорожденный) 2 1,6

Lacteus (до 1 года) 16,5 13,1

Infantilis prim (до 3-лет) 25,5 20,2

Infantilis I (до 6-7 лет) 5 4,0

Infantilis II (до 12-13 лет) 11 8,7

Juvenilis I (до 18-20 лет) 16 12,7 4 6,6 7 11,5

Juvenilis II (до 25 лет) 6 4,8 2,5 4,1 3,5 5,7

Adultus (25-35 лет) 18,5 14,7 5,5 9,0 13 21,3

Maturus I (35-45 лет) 11 8,7 7 11,5 4 6,6

Maturus II (45-55 лет) 10,5 8,3 8 13,1 2,5 4,1

Senilis (старше 55 лет) 4 3,2 4 6,6 0 0,0

Итого 126,0 100,0 31,0 50,8 30,0 49,2

* численность

Таблица 5

Половозрастная структура населения, погребенного на некрополе в северо-западной части Болгарского городища

N* % N в % N ? %

Natus (новорожденный) 3 8,6

Lacteus (до 1 года) 2 5,7

Infantilis prim (до 3-лет) 2 5,7

Infantilis I (до 6-7 лет) 3 8,6

Infantilis II (до 12-13 лет) 1 2,9

Juvenilis I (до 18-20 лет) 4,5 12,9 1 4,2 3,5 14,6

Juvenilis II (до 25 лет) 1,5 4,3 0 0,0 1,5 6,3

Adultus (25-35 лет) 3,5 10,0 0,5 2,1 3 12,5

Maturus I (35-45 лет) 8 22,9 4 16,7 4 16,7

Maturus II (45-55 лет) 5 14,3 1,5 6,3 3,5 14,6

Senilis (старше 55 лет) 1,5 4,3 1 4,2 0,5 2,1

Итого 35,0 100,0 8,0 33,3 16,0 66,7

*численность

Некрополь вокруг мавзолея в южной части Болгарского городища Некрополь вокруг мавзолея в южной части городища самый представительный из всех рассматриваемых некрополей. На этом памятнике было вскрыто 147 погребений. Половозрастные определения удалось выполнить для 126 индивидов (табл. 4).

Как и в случае с некрополем в районе бывшего аэродрома, здесь выделяются два пика смертности - в первом детстве и в зрелом возрасте. Высокая детская смертность, особенно в возрастной когорте до 1 года и от 2 до 3 лет, повлияла на средний возраст смерти, который составил 19,2 года, что является самым низким по-

казателем из всех рассматриваемых серий. Без учета детской средний возраст смерти у взрослого населения составил 34,5 года. В женской части выборки пик смертности приходится на молодой возраст, в мужской, как и в предыдущих сериях, на зрелый. Следует также отметить, что в данном некрополе не представлены женщины старческого возраста, чего не было встречено в предыдущих двух сериях. Средний возраст смерти в мужской части выборки составил 39,2 лет, в женской - 29,8 лет (рис. 3). Некрополь в северо-западной части Болгарского городища

Некрополь в северо-западной части городища представлен небольшим количеством погребений. Всего

Рис. 3. Диаграмма распределения населения погребенного на некрополе вокруг мавзолея в южной части Болгарского городища по возрастным когортам.

Fig. 3. Diagram of distribution of the population buried at the necropolis encircling the mausoleum in the southern part of Bolgar settlement on the basis of age cohorts.

вскрыто 11 детских и 24 взрослых погребения (табл. 5).

В очередной раз картина распределения возрастов представлена двумя пиками смертности - в зрелом возрасте и в возрасте первого детства. Средний возраст смерти с учетом детей составил 25,5 лет, без учета - 36,9 лет. Следует отметить, что в выборке абсолютно не представлен старческий возраст. И среди мужчин, и среди

женщин преобладают индивиды зрелого возраста. При этом смертность в молодом возрасте у женщин также высока, как и в зрелом. Средний возраст смерти мужчин составил 40,5 лет, женщин - 33,3 (рис. 4).

Сравнительный анализ Болгарское городище хорошо известно своими некрополями, часть из которых была изучена еще в 1930-е гг. И в археологии, и в палеоантрополо-

Рис. 4. Диаграмма распределения населения погребенного на некрополе в северо-западной части Болгарского городища по возрастным когортам. Fig. 4. Diagram of distribution of the population buried at the necropolis in the northwestern part of Bolgar fortified settlement on the basis of age cohorts.

Аэродром * Памятный знак  Южный • Северный Усть-Иерусалнм

is,о -г...........————...........—....................................................................—.........

Infantilis Infantilis I Infantilis П Juvenilis I A dull us MaturusI MammsII Senilis prim

Рис. 5. Диаграмма распределения населения Болгарского городища по возрастным

когортам.

Fig. 5. Diagram of distribution of the population of Bolgar settlement on the basis of age cohorts.

гии широко используются материалы по некрополям на Бабьем бугре, у Черной палаты, у «Четырехугольника», у Малого минарета и др., однако палеодемографические данные по ним либо отсутствуют, либо на текущем этапе не сопоставимы с нашими.

Единственным некрополем Болгарского городища, по которому до настоящего времени были опубликованы палеодемографические данные, является Усть-Иерусалимский могильник (Васильев, Газимзянов, 2003; Боруцкая и др., 2007). По остальным кладбищам имеются только величины среднего возраста смерти.

При анализе палеодемогра-фических характеристик Усть-Иерусалимского могильника обращает на себя внимание высокий процент детских костяков - более половины, 57,14%. Соотношение по полу в данной группе распределено в сторону преобладания женских ко-

стяков. Средний возраст смерти из-за большого количества детей, особенно в возрасте 0-5 лет, составил - 16 лет (самый низкий показатель по некрополям Болгарского городища). Взрослая часть населения по этому показателю мало чем отличается от остальных синхронных групп, в среднем возраст смерти - около 32 лет (у мужчин -34,8 лет, у женщин - 29,2 года).

Мы предприняли попытку сопоставить половозрастные структуры населения Болгара, захороненного на разных некрополях. При этом мы столкнулись с рядом трудностей, главная из которых связана с разными методиками подсчета демографических показателей, что делает сравнение материалов друг с другом практически невозможным. Так, для сопоставления анализируемых серий с материалами Усть-Иерусалимского могильника нам пришлось объединить в когорту Infantilis prim.

Таблица 6

Сравнительная характеристика некоторых палеодемографических показателей по некрополям Болгарского городища

Некрополь в р-н бывшего аэродрома Некрополь в р-не современного «Памятного знака» Некрополь вокруг мавзолея в южной части Болгарского городища Некрополь в северозападной части Болгарского городища Усть-Иерусалимский могильник

Кол-во детей* 40

Кол-во * взрослых* 65

Средний возраст смерти без учета детей 36,7 36,8 34,6 36,9 31,7

Средний возраст смерти б 39,6 36,1 39,2 40,5 34,8

Средний возраст смерти $ 33,9 37,5 29,9 33,3 29,2

Средний возраст смерти детей 5,1 4,8 4,7 3,5 4,3

*В данном случае также учтены погребения взрослых и детей, по которым отсутствуют точные определения возраста (или пола) из-за плохой сохранности костей.

всех детей в возрасте до 3-х лет, а в когорту Adultus добавить индивидов Juvenilis II (рис. 5).

В целом при сопоставлении половозрастной структуры населения Болгара, захороненного в разных некрополях, можно отметить довольно схожую картину смертности (табл. 6, рис. 5). В каждой группе мы отмечаем два пика смертности у детей в возрасте до 3-х лет и взрослых в зрелом возрасте, что, на наш взгляд, вполне отражает естественные демографические процессы. Большое количество женщин, умерших в молодом возрас-

те характерно для многих стабильных палеопопуляций. Еще В.П. Алексеев писал, что женский организм сильнее подвержен неблагоприятным воздействиям среды обитания, что, в первую очередь, связано с частыми родами (Алексеев, 1972, с. 20).

При общей схожести демографических характеристик всех поздне-золотоордынских некрополей Болга-ра самыми высокими показателями детской смертности выделяются, на фоне остальных, некрополь вокруг мавзолея в южной части городища и Усть-Иерусалимский могильник. Не

исключено, что расхождения по этим показателям с другими кладбищами вызваны тем, что указанные два некрополя раскопаны наиболее полно. Также обращает на себя внимание в обеих выборках относительно низкая продолжительность жизни, которая, в первую очередь, связана с относительно высокой женской смертностью в молодом возрасте. Анализируя данные по остальным палеодемогра-фическим признакам, отмечаем, что уровень жизни жителей Болгара был достаточно высоким, о чем свидетельствует большое количество людей, доживших до зрелого и старческого возраста как среди мужчин, так и среди женщин. Высокий процент детской смертности в первый год жизни, скорее всего, связан с плохим либо недостаточным медицинским уходом за ребенком.

Выводы

1. Полученная в ходе нашего исследования картина смертности населения средневекового Болгара хорошо вписывается в естественный ход демографических процессов.

2. Население, захороненное в Усть-Иерусалимском могильнике, сильно отличается от других групп болгарского населения. Вероятнее всего, эти отличия связаны с иными культурными традициями, присущими населению, погребенному в Усть-Иерусалимском могильнике, что также проявляется в некоторых особенностях погребального обряда и отличном от других краниометрическом типе.

3. На примере наших данных в очередной раз подтвержден постулат, изложенный В.П. Алексеевым еще в 1972 г. Речь идет о том, что материал для палеодемографических исследований должен происходить из «полностью или почти полностью раскопанных могильников, так как в противном случае он не обеспечивает случайность выборки». В случае если мы имеем дело с частично раскопанными некрополями, у нас всегда есть риск столкнуться с участком могильника, отличным от всего массива захоронений демографической, этнической или социальной спецификой.

ЛИТЕРАТУРА

1. Алексеев В.П. Палеодемография СССР // СА. 1972. № 1. С. 3-20.

2. Алексеев В.П., Дебец Г. Ф. Краниометрия. Методика антропологических исследований. М.: Наука, 1964. 128 с.

3. Алексеев В.П. Остеометрия: методика антропологических исследований. М.: Наука, 1966. 249 с.

4. Боруцкая С.Б. Палеоантропологическое исследование погребений Усть-Иерусалимского могильника г. Болгар (Татарстан) // Вестник антропологии. 2004. Вып. 11. С. 102-107.

5. Боруцкая С.Б., Васильев С.В. Анализ пропорций скелетов Усть-Иерусалимского могильникастатья // Историко-археологические исследования Поволжья и Урала (материалы III Халиковских чтений, г. Болгар, 27-30 мая 2004 г.) / Отв. ред. Ф.Ш. Хузин. Казань: РИЦ «Школа», 2006. С. 409-418.

6. Боруцкая С.Б., Васильев С.В., Газимзянов И.Р. Палеодемографические и палеопатологические аспекты исследования детских погребений Усть-Иерусалимского могильника (г. Болгар) // Вестник антропологии. Вып. 15. 2007. С. 413-418.

7. Васильев С.В., Газимзянов И.Р. Палеодемография Усть-Иерусалимского могильника (г. Болгар, Татарстан) // Экология древних и современных обществ. Вып. 2 /

Отв. ред. Н.П. Матвеева. Тюмень: Институт проблем освоения Севера СО РАН, 2003. С. 218-220.

8. Газимзянов И. Р. Антропология населения Волжской Булгарии золотоордын-ского периода и некоторые вопросы этногенеза татар Среднего Поволжья // Вестник антропологии. Вып. 1. 1996. С. 97-120.

9. Газимзянов И.Р. Еще раз о могильнике «Бабий Бугор» // Вопросы древней истории Волго-Камья / Отв. ред.: Е.П. Казаков. Казань: Мастер Лайн, 2002. С. 132-137.

10. Газимзянов И.Р. Краниология Усть-Иерусалимского могильника // Древность и средневековье Волго-Камья. Материалы III Халиковских чтений / Отв. ред. Ф.Ш. Хузин. Казань: РИЦ «Школа», 2004. С. 46-49.

11. Газимзянов И.Р. Мавзолеи города Болгара: антропологический аспект // Материалы Конгресса исламской археологии России и стран СНГ / Отв. ред. Х.М. Абдул-лин, А.Г. Ситдиков. Казань: Институт археологии АН РТ, 2016. С. 11-15.

12. Газимзянов И.Р. Население средневекового Болгара по данным краниологии. Предварительные результаты по материалам раскопок 2010-2013 гг. // Поволжская археология. 2015. № 3(13). С. 112-124.

13. Газимзянов И.Р. Население Среднего Поволжья в составе Золотой Орды по данным краниологии: Реконструкция этногенетических процессов. Дисс. ... канд. ист. наук. М., 2001. 269 с.

14. ГерасимовМ.М. Восстановление лица по черепу: (современный и ископаемый человек). М.: Наука, 1955. 585 с.

15. Герасимова М.М., Рудь Н.М., Яблонский Л. Т. Антропология античного и средневекового населения Восточной Европы. М.: Наука, 1987. 254 с.

16. Добряк В.И. Судебно-медицинская экспертиза скелетированного трупа. Киев: Гос. мед. изд-во УССР, 1960. 192 с.

17. Ефимова С.Г. Палеоантропология Поволжья и Приуралья. М.: Изд-во МГУ 1991. 95 с.

18. Ефимова С.Г., Минков Ц. Об антропологическом составе населения Волжской Булгарии (по данным не метрических систем признаков) // Интердисциплинарни из-следвания. Кн. 7-8. / Отв. ред. Х. Тодорова. София: Изд-во АИМ при БАН, 1981. С. 7-15.

19. Макарова Е.М., Ситдиков А.Г., Бочаров С.Г. Морфология посткраниального скелета населения Болгара (по материалам СХС1 раскопа) // Поволжская археология. 2016. № 2 (16). С. 244-259.

20. Пежемский Д.В. Определение биологического возраста в палеоантропологии и проблема возрастных интервалов // V Конгресс этнографов и антропологов России / Отв. ред. В. А. Тишков. М.: Институт этнологии и антропологии РАН, 2003. С. 255.

21. Пежемский Д. В. Половозрастная структура населения Псковского конца средневекового Пскова // Археология и история Пскова и Псковской земли: материалы 55-го заседания, посвящ. юбилею проф. И.К. Лабутиной (13-15 апреля 2009 г.) / Отв. ред. П.Г. Гайдуков. Псков-Москва: ИА РАН, 2010. С. 47-55.

22. Постникова Н. М. К антропологии населения Волжской Болгарии: Антропологические материалы из могильника Минарет XIV-XV вв. // СА. 1973. № 3. С. 203-211.

23. Постникова Н.М. К антропологии средневекового могильника Четырехугольник // Материалы и исследования по археологии СССР, 1970, № 164. С. 24-38.

24. Трофимова Т.А. Антропологический состав населения г. Болгары в Х-ХV вв. // Антропологический сборник. Т. 1 / Труды Института этнографии им. Н.Н. Миклухо-Маклая АН СССР. Т. 33. М.: АН СССР, 1956. С. 73-145.

25. Трофимова Т.А. Этногенез татар Поволжья в свете данных антропологии / Труды Института этнографии им. Н.Н. Миклухо-Маклая АН СССР. Т. VII. М.-Л.: АН СССР, 1949. 263 с..

Информация об авторе:

Макарова Екатерина Михайловна, научный сотрудник, Казанский (Приволжский) федеральный университет; научный сотрудник, Институт археологии им. А.Х. Ха-ликова АН РТ (г. Казань, Россия); ekaterina.m.makarova@gmail.com

Газимзянов Ильгизар Равильевич, кандидат исторических наук, заведующий археобиологической лабораторией, Институт археологии им. А.Х. Халикова АН РТ (г. Казань, Россия); g-ilgizar@yandex.ru

PALAEODEMOGRAPHY OF BOLGAR FORTIFIED SETTLEMENT E.M. Makarova, I.R. Gazimzyanov

The article features the results of studying the palaeodemographic structures of Bolgar fortified settlement dating back to the Golden Horde period. The authors analyzed 4 necropoleis located in the following areas: 1) at the site of a former aerodrome (excavations 146, 154 and 155); 2) at the site of the contemporary Memorable sign (excavation 156); 3) encircling the mausoleum in the southern part of the fortified settlement (excavations 174 and 214); 4) necropolis in the northwestern part of the settlement (excavation 191). In order to obtain a comprehensive characteristic of the Bolgar population, the authors used previously published materials from Ust-Jerusalem burial mound. A mortality pattern was determined using a comparison of the palaeodemographic data of the population buried at five necropoleis in various parts of Bolgar fortified settlement. At the same time, the authors identified two necropoleis located near the mausoleum in the southern part of Bolgar settlement and the Ust-Jerusalem burial mound, with series of findings characterized by a relatively shorter lifetime of the buried and a high percentage of infant mortality. As explained by the authors, this feature is accounted for by the fact that the two burial mounds have been most thoroughly excavated, thereby the presented material better conveys the demographic pattern.

Keywords: archaeology, anthropology, palaeodemography, Bolgar fortified settlement, Golden Horde towns, Middle Volga region.

REFERENCES

1. Alekseev, V. P 1972. In Sovetskaia Arkheologiia (SovietArchaeology) (1), 3-20 (in Russian).

2. Alekseev, V. P., Debets, G. F. 1964. Kraniometriia. Metodika antropologicheskikh issledovanii (Craniometry. Anthropologic Research Technique). Moscow: "Nauka" Publ. (in Russian).

3. Alekseev, V. P. 1966. Osteometriia. Metodika antropologicheskikh issledovanii (Osteometry. Methodology of Anthropological Research). Moscow: "Nauka" Publ. (in Russian).

4. Borutskaia, S. B. 2004. In Vestnik antropologii (Bulletin of Anthropology) 11, 102-107 (in Russian).

5. Borutskaia, S. B., Vasil'ev, S. V. 2004. In Khuzin, F. Sh. (ed.). Istoriko-arkheologicheskie issledovaniia Povolzh'ia i Urala. Materialy IIIKhalikovskikh chtenii (g. Bolgar. 27-30 maia 2004 g.) (Historical and Culturel Investigations in the Volga Region and the Urals. Proceedings of III Khalikov Readings (Bolgar, May 27-30, 2004)). Kazan: "Shkola" Publ., 409-418 (in Russian).

6. Borutskaia, S. B., Vasil'ev, S. V., Gazimzianov, I. R. 2007. In Vestnik antropologii (Bulletin of Anthropology) 15, 413-418 (in Russian).

7. Vasil'ev, S. V., Gazimzianov, I. R. 2003. In Matveeva, N. P. (ed.). Ekologiia drevnikh i sovremennykh obshchestv (Ecology of Ancient and Contemporary Societies). Tiumen: Institute of Problems of Development of the North of the SB RAS. 2, 218-220 (in Russian).

The work was prepared within the framework of the grant of the President of the Russian Federation for state support of the leading Russian scientific schools No. NSH-7170.2016.6. "Processes of urbanization and urban development in the Volga region (10th - 16th cc.)".

8. Gazimzianov, I. R. 1996. In Vestnik antropologii (Bulletin of Anthropology) 1, 97-120 (in Russian).

9. Gazimzianov, I. R. 2002. In Kazakov, E. P. (ed.). Voprosy drevnei istorii Volgo-Kam'ia (Issues of Ancient History of the Volga-Kama Region). Kazan: "Master-Line" Publ., 132-137 (in Russian).

10. Gazimzianov, I. R. 2004. In Khuzin, F. Sh. (ed.). Drevnost i srednevekov'e Volgo-Kam'ia. Materialy IllKhalikovskikh chtenii (Antiquity andMiddle Ages ofthe Volga-Kama Region. Proceedings of the III Khalikov Readings). Kazan: "Shkola" Publ., 46-49 (in Russian).

11. Gazimzianov, I. R. 2016. In Abdullin, Kh. M., Sitdikov, A. G. (eds.). Materialy Kongressa islamskoi arkheologii Rossii i stran SNG (Materials of the Congress on Islamic Archaeology of Russia and the CIS Countries). Kazan: Institute of Archeology of the Tatarstan Academy of Sciences, 11-15 (in Russian).

12. Gazimzianov, I. R. 2015. In Povolzhskaya arkheologiya (Volga River Region Archaeology) 13 (3), 112-124 (in Russian).

13. Gazimzianov, I. R. 2001. Naselenie Srednego Povolzh'ia v sostave Zolotoi Ordy po dannym kraniologii: Rekonstruktsiia etnogeneticheskikh protsessov. (Population of the Middle Volga Region within the Golden Horde on the basis of Craniological Information: Reconstruction of Ethnogenetic Processes). PhD. Diss. Moscow, 2001.

14. Gerasimov, M. M. 1955. Vosstanovlenie litsa po cherepu: (sovremennyi i iskopaemyi chelovek) (Forensic Facial Reconstruction: Modern and Fossil Human). Moscow: "Nauka" Publ. (in Russian).

15. Gerasimova, M. M., Rud', N. M., Yablonskii, L. T. 1987. Antropologiia antichnogo i srednevekovogo naseleniia Vostochnoi Evropy (Anthropology of the Ancient and Medieval Population of Eastern Europe). Moscow: "Nauka" Publ. (in Russian).

16. Dobriak, V. I. 1960. Sudebno-meditsinskaia ekspertiza skeletirovannogo trupa (Forensic Medical Examination of Skeletonized Cadaver). Kiev: State Medical Publisher House of the Ukrainian SSR (in Russian).

17. Efimova, S. G. 1991. Paleoantropologiia Povolzh'ia i Priural'ia (Paleoanthropology of the Volga Region and the Urals). Moscow: Moscow State University Publ. (in Russian).

18. Efimova, S. G., Minkov, Ts. 1981. In Todorova, Kh. (ed.). Interdistsiplinarni izsledvaniia (Interdisciplinary Studies) 7-8. Sofiia: "AIM" Publ., 7-15 (in Russian).

19. Makarova, E. M., Sitdikov A. G., Bocharov, S. G. 2014. In Povolzhskaia arkheologiia (Volga River Region Archaeology) (2), 49-69 (in Russian).

20. Pezhemskii, D. V. 2003. In Tishkov, V. A. (ed.). VKongress etnografov i antropologovRossii (5th Congress of Russian Ethnographers and Anthropologists). Moscow: N. N. Miklukho-Maklai Institute of Ethnology and Anthropology, Russian Academy of Sciences, 255 (in Russian).

21. Pezhemskii, D. V. 2010. In Gaidukov, P. G. (ed.). Arkheologiia i istoriia Pskova iPskovskoi zemli: materialy 55-go zasedaniia, posviashch. iubileiu prof. I.K. Labutinoi (13-15 aprelia 2009 g.) (Archaeology and History of Pskov and Pskov Land). Pskov-M.: Institute of Archaeology, Russian Academy of Sciences, 47-55 (in Russian).

22. Postnikova, N. M 1973. In Sovetskaia Arkheologiia (Soviet Archaeology) (3), 203-211 (in Russian).

23. Postnikova, N. M. 1970. In Materialy i issledovaniiapo arkheologii (Materials and Studies in the Archaeology) 164. Moscow: "Nauka" Publ., 24-38 (in Russian).

24. Trofimova, T. A. 1956. In Antropologicheskii sbornik (Anthropological Collection) 1. Series: Trudy Instituta etnografii im. N.N. Miklukho-Maklaia (Proceedings of the N.N. Miklukho-Maklai Institute. of Ethnography, USSR Academy of Sciences) 33. Moscow: Academy of Sciences of the USSR, 73-145 (in Russian).

25. Trofimova, T. A. 1949. In Trudy Instituta etnografii im. N.N. Miklukho-Maklaia (Proceedings of the N.N. Miklukho-Maklai Institute of Ethnography, USSR Academy of Sciences) 7. Moscow; Leningrad: Academy of Sciences of the USSR, 1-263 (in Russian).

About the Authors:

Makarova Ekaterina M. Kazan Federal University. Kremlyovskaya str., 18, Kazan, 420008, Russian Federation; Institute of Archaeology named after A. Kh. Khalikov, Tatarstan Academy of Sciences. Butlerov St., 30, Kazan, 420012, the Republic of Tatarstan, Russian Federation; ekaterina.m.makarova@gmail.com

Gazimzyanov Ilgizar R. Candidate of Historical Sciences. Institute of Archaeology named after A. Kh. Khalikov, Tatarstan Academy of Sciences. Butlerov St., 30, Kazan, 420012, the Republic of Tatarstan, Russian Federation; G-Ilgizar@yandex.ru

Статья поступила в номер 13.09.2017 г.