Исправление прикуса

Исправление прикуса

Стоматология

Лина Ледихова

Врач стоматолог-ортодонт клиники Refformat

Елена Женина:

В эфире программа «Терапевт рекомендует». С Вами я, Елена Женина.

Алексей Безымянный:

Я, Алексей Безымянный.

Елена Женина:

Гость нашей сегодняшней программы Лина Ледихова, врач стоматолог-ортодонт клиники Refformat.

Алексей Безымянный:

Мы сегодня будем говорить о правильном прикусе. Тема очень важная. От того, какой прикус у человека, зависит, с каким настроением он будет жить, как долго он будет жить, будет ли испытывать чувство головной боли, перенапряжение, тревоги и другие неприятные ощущения, или нет. Сложно поверить, но тема очень важная.

Елена Женина:

Я даже слышала, что прикус влияет на походку и формирование стопы.

Лина Ледихова:

Есть такое мнение, что прикус и осанка взаимосвязаны, ведутся споры; как всегда, чем больше споров – тем дальше от истины. Что первично, откуда все-таки начинается деформация, от полости рта или от стопы?

Елена Женина:

Давайте, попробуем разобраться.

Лина Ледихова:

На самом деле, на мой взгляд, разобраться достаточно просто. Сначала формируется прикус, а потом уже стопа, потому что у детей она не сформирована, и в процессе роста свод стопы продолжает формироваться. Прикус изначально такой, потом постепенно меняется, соответственно возрасту. Поэтому я за то, что всё начинается с полости рта. Проводились исследования на крысах, правда, не на людях.

Елена Женина:

Крысам соски давали?

Лина Ледихова:

Нет, обошлись без сосок. Там завышали с одной стороны прикус и буквально за несколько месяцев искривлялся позвоночник.

Елена Женина:

Кстати, соски влияют на прикус?

Лина Ледихова:

Все относительно: до какого возраста соска, как долго она пребывает в полости рта – всё только из-за этого, особых противопоказаний нет. Если ребенок до 6 лет ходит с соской, то это уже вопрос больше к психологу, нежели к ортодонту. Если 2,5-3 года, то норма.

Алексей Безымянный:

Лина, что такое прикус?

Лина Ледихова:

Прикус – это правильное соотношение зубов и челюстей. У нас нижняя челюсть подвижная. Считается, что есть 2 положения нижней челюсти: первое продиктовано правильным положением сустава, второе положение – при максимальном смыкании всех зубов. Сейчас вся стоматология больше идет в гнатологию, то есть все мы пляшем от сустава, чтобы его положение было правильным, максимально функциональным и физиологичным. Под это положение мы стремимся выстроить зубы, чтобы зафиксировать положение сустава. Это то, о чем сейчас все говорят и называют словом гнатология.

Алексей Безымянный:

Как человеку понять, что у него неправильный прикус?

Лина Ледихова:

В периоде роста, когда формируется прикус, больше родители, наверное, замечают, или стоматологи в общей практике, которые осматривают ребенка и видят, что есть стираемость зубов, есть скученное положение зубов. Это ранний возраст. Что касается взрослых пациентов, ближе к 30 годам появляются те же самые проблемы: стираемость, клиновидные дефекты – то, что свидетельствует о перегрузке зубов.

Алексей Безымянный:

То есть несимметричная стираемость зубов, с одной стороны больше, чем с другой стороны?

Лина Ледихова:

Да, не соответствующая возрасту, например, тоже. Какие-то моменты, связанные с мышечным тонусом, если человек говорит: «Болят мышцы утром, когда я просыпаюсь, болит шея, болит голова». Такие симптомы тоже говорят о том, что в полости рта что-то неправильно, система работает негармонично.

Алексей Безымянный:

Кстати, очень важно, что головная боль может быть в том числе следствием неправильного прикуса, и перенапряжение мышц шеи, которое в дальнейшем будет приходить при напряжении мышц спины, и в целом переутомление человека тоже является следствием неправильного прикуса.

Вы сказали о неравномерной стираемости, а я хочу сразу вспомнить очень простой признак, очень простой симптом – скрежет зубов. Ведь, каждый врач пытается трактовать этот симптом по своим заболеваниям: инфекционисты – по своим заболеваниям, неврологи – по своим, ортодонты по своим.

Елена Женина:

Кто прав?

Лина Ледихова:

Я могу сказать свое мнение на этот счет. Был когда-то период, в Москве был популярный диагноз бруксизм. Его раздавали налево и направо буквально всем, как только чуть-чуть стираемость: Вы бруксист, Вы бруксист. Назначали, тоже было очень модно, инъекции ботулотоксина в жевательные мышцы. Начнем с того, что это не лечение, это симптоматическое лечение. На какое-то время мы выключаем мышцу, проходит 4 месяца, и все возвращается вновь с большей силой. Самое страшное, что пока мы выключаем одну мышцу, на себя эту функцию берут другие, можно обколоть полтуловища.

Истинных бруксистов, на самом деле, не так много. Истинных, когда это заболевание нервного характера, и то, что нужно медикаментозно лечить. Как правило, все остальные наши пациенты, которых называют бруксистами ― это пациенты, у которых есть проблемы с положением зубов. Какие-то зубы стоят неправильно, и это провоцирует на то, что человек сжимает зубы, потому что любой человек, в определенной фазе сна сжимает зубы. Мозг в определенной фазе сна дает команду проверить, насколько хороши контакты зубов, и мы сжимаем зубы. Проверили, если мозг находит, что контакты недостаточно хороши, недостаточно плотны, например, чуть-чуть завышена новая пломба, он начинает дожимать и дотирать до максимально плотных фиссурно-бугорковых контактов. На этом фоне возникает, так называемый, бруксизм. Если пломба поставлена чуть выше, ее нужно исправлять максимально быстро, нельзя ждать 2-3 дня, потому что через 2-3 дня мозг уже перестраивается. Даже если Вы уберете излишнюю высоту, то сигнал будет идти и порочный круг замкнется, и уже будет более сложная ситуация.

Что касается скрежета зубов у детей в период смены прикуса, это абсолютная физиологическая норма. Молочные зубы по своей анатомии несколько другие. У них по-другому расположены корни, и они предназначены для другой нагрузки, для горизонтальной. Постоянные зубы взрослого человека предназначены для вертикальной нагрузки, потому что мы по своей природе, сколько бы споров не велось о здоровом образе жизни, мы, все-таки, хищники, наши движения нижней челюсти строго вертикальны. Когда мы переходим в горизонтальные движения, мы превращаемся в коров, это говорит о наличии патологии.

Алексей Безымянный:

Это не естественное движение? Вегетарианцы бы поспорили.

Лина Ледихова:

Нет, не естественное.

Что касается детей, когда идет смена прикуса, то молочные зубы должны стираться и во время сна. Дети скрипят зубами, для того чтобы истереть молочные зубы, чтобы постоянные, которые прорезались, пришли в контакт. До определенного возраста, лет до 12 скрип зубов – норма, не надо думать, что причина глисты или нервы.

До определенного возраста детей, лет до 12-ти, скрип зубов – норма. Не надо думать, что причина – глисты или нервы.

Алексей Безымянный:

У нас коренные, настоящие зубы в каком возрасте прорезываются?

Лина Ледихова:

7-е зубы лет в 13-14, у 8-х плавающие сроки, от 15-16 лет и могут никогда не прорезаться, есть такие счастливые люди.

Алексей Безымянный:

Если у человека в более серьезном возрасте, в 14-15 лет скрежет зубов продолжается, значит, существует какая-то патология?

Лина Ледихова:

Да, надо искать, что не так.

Алексей Безымянный:

Детей сразу вести к стоматологу не нужно, если у них скрежет зубов? Можно вести к инфекционисту?

Елена Женина:

Скрежет зубов, который обусловлен ростом зубов, заканчивается где-то к 14 годам?

Лина Ледихова:

Пораньше, пока в полости рта есть молочные зубы, лет до 12-13. Смена зубов ― это тоже относительно, строгих сроков нет.

Елена Женина:

Если проблема возникает в 25-30-35, о чем это может говорить?

Лина Ледихова:

Это в первую очередь говорит о том, что поменялось у человека в жизни, насколько изменился его график жизни. Может быть, поменялась работа, стала более напряженная эмоционально, что тоже может выливаться некий скрежет зубами. Все проявляют по-разному. Если в полости рта ничего кардинально не менялось за последнее время, а скрежет появился, то мы можем говорить, что да, возможно нервное перенапряжение, тот самый истинный бруксизм, который стоит лечить другими препаратами.

Алексей Безымянный:

Вернемся к детям. В каком возрасте детям ставят брекеты?

Лина Ледихова:

Брекеты ставятся на постоянные зубы. С какого возраста начинается лечение? Я не сторонник раннего лечения брекетами, потому что брекеты всегда идут рука об руку с гигиеной. В раннем возрасте дети не очень дружат с гигиеной. Поэтому я стараюсь максимально позже поставить брекеты, когда уже есть осознанность, понимание того, что нужно чистить, лет в 13-14.

Алексей Безымянный:

Когда дети начинают правильно чистить зубы, ведь брекеты тоже нуждаются в специфическом уходе.

Лина Ледихова:

Это совсем другая жизнь. Это действительно сложно, отнимает больше времени и должна быть высокая мотивация, потому что иначе не получится. Если ребенок приходит на консультацию и очень хочет брекеты, но я вижу, что гигиена на «3», то мы сначала идем к гигиенисту, мы учимся чистить зубы. Контроль гигиены через месяц, через 2, потом уже мы можем говорить о брекетах, о лечении.

Алексей Безымянный:

Я был у гигиениста, честно скажу, что научиться правильно чистить зубы не так просто, потому что привычка, привычное движение руки уже сформировалось, переучить себя по-другому двигать рукой непросто.

Елена Женина:

Кстати, к чему может привести неправильная чистка зубов?

Лина Ледихова:

Как хроническая травма, это рецессия десны. То есть десна начинает уходить, за собой она ведет костную ткань, появляются клиновидные дефекты и чувствительность зубов, соответственно.

Алексей Безымянный:

Это серьезное нарушение десны, поражение.

Лина Ледихова:

Да. Есть правила гигиены, как нужно, какие движения нужно делать; действительно, очень скучно. Вы правильно говорите, что это невероятно тяжело, потому что нас нигде не учат чистить зубы. На самом деле, тоже печально, ни в детских садах, ни в школах – нигде этому не обучают.

Елена Женина:

Если бы этому обучали с самого детства, было бы проще, потому что дети бы уже изначально привыкали к правильным движениям, для них не было бы скучно и неудобно. Надо начинать с детского сада.

Алексей Безымянный:

Проводить игровые занятия с челюстью и рассказывать, показывать движения…

Елена Женина:

…почему нужно так чистить зубы, придумывать детские истории.

Лина Ледихова:

Для детей ассоциативно понятное движение – «причесывать» зубы, мы их «причесываем» от розовенького к беленькому, они понимают это хорошо.

Елена Женина:

Дети вообще настроены на то, чтобы запоминать в игровой форме. Через игру они познают мир, через игру все запоминают.

Если бы правильной чистке зубов обучали с самого детства, дети бы уже изначально привыкали к правильным движениям, для них не было бы скучно и неудобно.

Алексей Безымянный:

Давайте, еще раз поговорим о том, что должно смутить человека настолько, чтобы он задумался об обращении к специалисту. К какому специалисту обратиться по поводу прикуса?

Лина Ледихова:

К ортодонту.

Алексей Безымянный:

К ортодонту. Многие приходят к стоматологу, чаще всего приходят в возрасте до 35-40 лет к терапевту. Мы все прекрасно понимаем, что вопросы зубов, в первую очередь, это либо запах, либо кариес, либо уже запущены зубы, разрушения, импланты, коронки и так далее.

Лина Ледихова:

Либо было удаление и зубы сместились. Зубы удалили и ничего не поставили, зубы смещаются и тогда тоже к ортодонту. Очень хорошо, когда попадают к хорошему терапевту, который направит к ортодонту.

Елена Женина:

Все должно начинаться на этапе терапии, элементарные кариозные проблемы, которые решаются на начальных стадиях.

Алексей Безымянный:

Хотя бы к терапевту прийти. Кто задумается: к ортодонту или не к ортодонту? Образование врачей тоже важно проводить, обучающие школы.

Лина Ледихова:

Мы сейчас узконаправленные специалисты, и хорошо бы, чтобы каждый специалист знал хоть что-то, какую-то информацию из другой области.

Елена Женина:

Это работа с пациентом, качество оказания медицинской помощи – то, о чем мы сейчас все говорим. Если пациент приходит на прием к терапевту, и терапевт видит, что у него начинаются проблемы, это невозможно не заметить, правильно? Стираемость зубов, расхождение зубов видно. То есть, возникающие именно ортодонтические проблемы видно терапевту. Он просто обязан направить пациента к ортодонту.

Алексей Безымянный:

К Вам пациенты приходят чаще первичные? Имеется ввиду, не от специалистов?

Лина Ледихова:

Первичных достаточно большой поток, но, как правило, первичные пациенты приходят с жалобами на эстетику. Первый момент, по которому идут к ортодонту – это эстетика, все хотят красиво улыбаться. Что касается функциональных проблем, то есть связанных с суставом, со стираемостью, с клиновидными дефектами – чаще идут уже по направлению терапевта, либо по направлению хирурга или ортопеда, если нужно создать место для имплантации, отодвинуть зуб, чтобы поставить имплант, таких пациентов тоже много.

Алексей Безымянный:

У меня вопрос конкретно по Вам. Как Вы определились, что Вы будете работать ортодонтом? Я знаю, что по классическим медицинским специальностям многие определяются уже ближе к окончанию. Раньше была ординатура, сейчас с ординатурой немножко сложнее, но, все учатся на протяжении 6 лет и заканчивают специалистами либо педиатрами, либо по специальности лечебное дело. Вы закончили стоматологический факультет и решили, что Вы будете ортодонтом?

Лина Ледихова:

Нет. Я закончила и, мне кажется, как любой студент, я не понимала, кем я буду. Вроде бы все интересно. Но, благо, была интернатура, когда я заканчивала обязательно была интернатура. Я пошла в интернатуру, это был военный госпиталь, по большей части там, конечно, была хирургия. Я поняла, что хирургия – здорово, но не мое. Да, результат есть, но, все-таки, через какое-то разрушение, мне не очень нравится. Что касается ортопедии – никогда не нравилась, не могу объяснить, почему. Всё от преподавателя зависит. Как-то не задалось изначально в институте – и всё, какое-то отторжение к ортопедии. Терапия скучна для меня. Ортодонтия почему-то увлекла, потому что здесь больше аналитическая работа, наверное, больше мозговой штурм, творчество, физика, ты думаешь, куда подвинуть, под каким углом. Это интересно.

Елена Женина:

Чем ортопед отличается от ортодонта? Очень многие пациенты, не имеющие отношения к медицине, путают ортопеда и ортодонта, объясните.

Лина Ледихова:

Ортопед протезирует, делает коронки, вкладки. Ортодонт –выравнивает.

Алексей Безымянный:

А импланты?

Лина Ледихова:

Импланты ставит хирург. Достаточно часто – хирург-ортопед.

Елена Женина:

Ортодонт занимается именно эстетикой?

Лина Ледихова:

Именно прикусом.

Елена Женина:

Постановкой зубов, выставлением угла челюсти? То, о чем сейчас очень много говорят и что считают наиболее важным.

Лина Ледихова:

Ортодонты связаны с гнатологией. Сейчас это направление с нижнечелюстным суставом, как правило, связано с ортодонтией или ортопедией, то есть тогда, когда нужно правильно поставить зубы.

Елена Женина:

Получается, что ортопед с ортодонтом работают в тесной связке?

Лина Ледихова:

Да. Как правило, когда взрослый пациент приходит на ортодонтическое лечение, у него, естественно, уже есть стёртость, потеряны ткани зубов, часть зубов отсутствует. После ортодонтического лечения всегда необходима реконструкция, восстановление утерянных бугров, чтобы всё было функционально и работало.

Елена Женина:

Лина, имеет ли смысл взрослым людям, ставить брекеты, и какие виды брекетов существуют?

Лина Ледихова:

Как ортодонт я не могу сказать, что не имеет смысла. Конечно, имеет смысл. У меня была очень интересная пациентка, давно, лет 7 назад, если не больше. Ей на тот момент было 54 года, и она сказала, что хочет брекеты, хотела эстетику. Все отговаривали: «Зачем Вам это надо?» Она говорит: «Я хочу. Когда я была молодая, такого не было, а сейчас есть возможность и я могу это себе позволить. Я хочу». Она честно отходила 2 года с брекетами, и, пожалуй, более благодарного пациента я не встречала, потому что она говорила: «Вы научили меня улыбаться, я Вам благодарна! Я всю жизнь не улыбалась». У нее была десневая улыбка, то есть при улыбке было видно десну, и ортодонтически всё исправили.

Елена Женина:

Даже в 54 года?

Лина Ледихова:

Да. Естественно, что там была и имплантация, и протезирование жевательных зубов. То есть, была большая комплексная работа. Но, то, что мы получили в зоне эстетики улыбки ― она была счастлива, действительно счастлива! Она неоднократно возвращалась ко мне и каждый раз говорила: «Спасибо Вам за то, что я улыбаюсь!»

Алексей Безымянный:

Какой у Вас был самый взрослый пациент?

Лина Ледихова:

56 лет самый взрослый. Ставили брекеты.

Елена Женина:

Каппы ставят в этом возрасте или нет?

Лина Ледихова:

Каппы ставят в любом возрасте. У капп есть свои показания и противопоказания. Будь то брекеты, каппы, внутренние брекеты – это всего лишь инструмент в руках ортодонта. Как правило, доктор выбирает, каким инструментом он может добиться тех или иных результатов. Невозможно все выполнить, например, на каппах. Хотя, многие доктора, работающие с каппами, рассказывают, что они всемогущие и могут сделать все, но, к сожалению, это не так. Самый надежный инструмент в руках ортодонта ― брекеты, к сожалению, внешние брекеты. Как не крути, как бы ни хотелось нам эстетики, но это факт. Да, можно пройти какой-то путь, например, на каппах, а завершить на брекетах, срок ношения на брекетах будет меньше, к примеру. Такой вариант тоже возможен.

Алексей Безымянный:

Мы немного перескочили и перешли к методикам исправления прикуса. Я бы хотел вернуться на полшага назад и проговорить еще раз об основных симптомах, которые заставят человека задуматься и прийти к врачу-ортодонту. Мы уже определили, что основные симптомы ― эстетические: кривые зубы, редкие, неравномерные расстояния. Что еще?

Лина Ледихова:

Чувствительность зубов. Если есть чувствительность зубов, то

Это свидетельствует о том, что есть перегрузка.

Алексей Безымянный:

Чувствительность к чему, к температуре?

Лина Ледихова:

К температуре. Чувствительность во время чистки зубов говорит о том, что появляется клиновидный дефект, то есть либо неправильные движения во время чистки, либо, опять же, перегрузка. Головные боли, боли в шее. Могут быть утренние боли, когда человек просыпается и чувствует некую скованность в области жевательных мышц. Это говорит о том, что ночью он активно сжимает зубы, и мышцы перенапрягаются.

Алексей Безымянный:

Утром просыпается с головной болью либо перенапряжением мышц?

Лина Ледихова:

Либо скованность, перенапряжение, либо разрывные боли, когда болит вся голова.

Алексей Безымянный:

Близкие могут как-то определить или обратить внимание, что что-то происходит?

Лина Ледихова:

Они замечают, что человек сжимает ночью зубы, они скрипят. Движения бывают разными: кто-то скрипит, кто-то стучит зубами, у всех по-разному происходит ночью. Тут тоже да, близкие помогают, конечно.

Алексей Безымянный:

Кстати, у сомнологов есть различные методики, с помощью которых они улучшают дыхание пациента в ночное время, в том числе диагностические методики. Есть ли у ортодонтов какие-либо методики, или на ночь надевать каппы, для того чтобы предупреждать возможное ночное движение челюсти?

Лина Ледихова:

Да, есть специальные тоненькие каппы, похожие на копирку. С их помощью смотрят, насколько сильно прожёвывает пациент каппу в течение ночи.

Алексей Безымянный:

Бывает такое, что от каппы ничего не остается?

Лина Ледихова:

Что-то все равно остается. Но бывает, конечно, да.

Алексей Безымянный:

Какие еще существуют симптомы?

Лина Ледихова:

Затрудненное открывание рта, неровное открывание рта, щелчки, хрусты. Наш нижнечелюстной сустав ― единственный сустав, у которого есть уши; все звуки, которые производит сустав, мы прекрасно слышим. Любой человек, когда пытается откусить яблоко, заметит, как что-то щелкает. Это первый звоночек, что-то, значит, не так.

Алексей Безымянный:

По поводу перенапряжения мышц. Есть когорта пациентов, у которых при активной зевоте, или когда пытаются кричать, орать, активно артикулировать, заедает челюсть, заклинивает сустав. Этим пациентам нужно идти к ортодонту?

Лина Ледихова:

Конечно, нужно. Желательно, пока не заклинило, потому что когда заклинило и не закрывается ― это не к ортодонту, а к хирургам-травматологам, чтобы обратно вправили. Мы смеемся, но на самом деле очень больно, когда заклинивает и не могут закрыть рот.

Алексей Безымянный:

Пациент пришел к врачу стоматологу-ортодонту. С чего Вы начинаете осмотр?

Лина Ледихова:

Я начинаю с сустава, проверяю, насколько ровно открывается рот, без каких-либо щелчков, хрустов, отклонений. После этого перехожу к полости рта.

Алексей Безымянный:

Вы делаете рентгенографию зубов, расположения зубов, слепок?

Лина Ледихова:

Если мы приходим к тому, что необходимо ортодонтическое лечение, то рассказываем пациенту, что его ожидает во время этого лечения, какая продолжительность лечения. Пациент соглашается или не соглашается. Если соглашается, то мы переходим к диагностическому этапу - это снимки, 3D-снимок, рентгенограмма, ортодонтический снимок, когда голова в профиль и видны мягкие ткани и костные, снимаем слепки, гипсуем в артикуляторе. Артикулятор – это приспособление, которое имитирует соотношение челюстей, но без воздействия мышц. Мы как бы ловим движение, которое должно быть правильным для сустава, потом смотрим, насколько оно совпадает с тем, что есть в полости рта. В гипсе может быть одно, в полости рта может быть совсем другое, потому что в любом случае жевательные мышцы будут дотягивать зубы до максимально плотных контактов.

Алексей Безымянный:

Самое главное, чтобы зубы по периметру соприкасались симметрично.

Лина Ледихова:

Для мозга самая главная задача ― симметрия. Основная задача зубов – пережевывать пищу, а не улыбаться, поэтому в любом случае мышца дотянет, дожмет. Либо с помощью мышц дотянуть зуб, либо – есть такой феномен, Попова-Годона (дентоальвелярное удлинение), – зубы растут, пока не упрутся во что-либо. Природа не терпит пустоты, до чего-то они должны дорасти.

Алексей Безымянный:

За счет этого возникает спазм и перенапряжение мышц?

Лина Ледихова:

Возникает какое-либо блокирующее смыкание зубов; когда наверху отсутствует зуб, снизу отсутствует зуб, они в шахматном порядке, проросли навстречу друг другу - это тоже некий блок. Возможно, этот блок тоже некомфортен для сустава, это тоже приводит к проблемам, мышечным и суставным.

Алексей Безымянный:

В пожилом возрасте люди меньше заботятся, к сожалению, о полости рта, о зубах. Им кажется, что отсутствие 1 или 2-х зубов не скажется на их здоровье. Если у пациента нет какого-либо зуба, насколько это вредно, на что это может повлиять?

Лина Ледихова:

Человеческий организм – сложная система, те же перемещения зубов у многих происходят с разной скоростью. Бывает, у пациента отсутствуют зубы 15 лет, но происходит минимальное движение. Бывают пациенты, у которых за 5 лет смещаются зубы так, что заваливаются.

Елена Женина:

От чего это зависит, Лина?

Лина Ледихова:

Я считаю, что от жевательной нагрузки. Разный тонус мышц, какой изначально был прикус – от этого тоже, от тонуса мышц. Бывает, что за 5 лет ложатся зубы, бывает, 15 лет стоят ровненько, как будто вчера удалили, такое же место сохраняется.

Алексей Безымянный:

Вы опрашиваете своих пациентов о характере питания, ест ли пациент мясо или больше придерживается растительной пищи? Объясню свой вопрос. Понятно, что мясо пережевывать тяжелее, и, если хороший флорентийский килограммовый стейк, может возникнуть неправильный прикус и неравномерность, и усталость мышц, а растительная пища по большей части более легкая для пережевывания.

Лина Ледихова:

Там волокна, тоже нелегко пережевать.

Алексей Безымянный:

То есть, не приоритетный вопрос?

Лина Ледихова:

Нет, потому что и среди растительной пищи есть продукты, которые трудно пережевывать и мышцы устают, например, орехи. Когда Вы долго жуете орехи, мышцы напрягаются достаточно сильно.

Елена Женина:

Это сколько же орехов надо съесть, чтобы мышцы напряглись?

Лина Ледихова:

Если Вы едите только орехи, без мяса – много. Поэтому нет, об этом не спрашиваю никогда.

Алексей Безымянный:

Давайте, тогда перейдем к методикам. Вы определили, что у пациента неправильный прикус, разрабатываете для него программу лечения и реабилитации. Вы уже рассказали, какие мы проходим диагностические процедуры. Какой бывает период лечения, как часто пациенту надо приходить к Вам на прием, и какие существуют правила домашнего лечения в период между Вашими консультациями?

Лина Ледихова:

Что касается срока лечения. Средняя продолжительность ортодонтического лечения 1,5-2,0 года, хорошее ортодонтическое лечение.

Алексей Безымянный:

Кто-то их Ваших пациентов это смущало?

Лина Ледихова:

Нет. Если пациент приходит уже с желанием что-то изменить, как правило, срок его не смущает. Пациент может прийти за компанию, скажем так, или просто узнать, когда один находится на лечении и друга привел, то есть, у человека нет никакой мотивации, по сути, сильно не беспокоит, не мешает жить. Тогда такие сроки, конечно же, пугают, потому что всем хочется быстренько, 6 месяцев и закончить всё.

Алексей Безымянный:

Елена уже упомянула, что есть определенные методики по обтачиванию зубов. Не быстрее ли оно будет, нежели ставить брекеты, или эти методы применяются при разных проблемах?

Лина Ледихова:

Обтачивание зубов с какой целью?

Алексей Безымянный:

Чтобы они прилегали гладко.

Лина Ледихова:

Насколько я знаю, есть быстрый вариант ортодонтии, но он связан с хирургией. Для того чтобы быстро-быстро подвинуть зубы, в кости просверливают дырочки, ставят брекеты с жесткой дугой, и выравнивается всё быстро, за пару месяцев. Потом все равно нужно будет доводить, чтобы были идеальные контакты. Если контакты не идеальны, то делают избирательное пришлифовывание, например, что-то убирают лишнее, где-то добавляют.

Елена Женина:

Вы сейчас сказали, что есть такой метод, и он достаточно жесткий. Насколько он эффективен, и насколько результат этого метода сохраняется, на какую продолжительность? Можно на него рассчитывать?

Лина Ледихова:

Можно, конечно.

Елена Женина:

Тогда какая есть опасность применения этого метода?

Лина Ледихова:

Это достаточно травматично. Это хирургия. Это больно.

Алексей Безымянный:

Обычные брекеты ― это больно?

Лина Ледихова:

Больно, все больно. Стоматология – это боль. Брекеты – это больно. Я своим пациентам всегда говорю: «Вы будете вспоминать меня 3-5 дней. Я активирую систему, 3-5 дней есть неприятные ощущения, напряжение, на какие-то зубы больно надкусить. Потом все проходит, и Вы живете спокойно, не вспоминая». Встречаемся мы раз в 6-8 недель с пациентами, не так уж и часто.

Алексей Безымянный:

Что Вы делаете во время очередной консультации?

Лина Ледихова:

Это зависит от плана лечения. Как правило, происходит замена дуги. Основной действующий элемент в брекет-системе - дуга, которая соединяет все брекеты. Брекеты – это некий посредник между зубом и дугой. Меняется дуга, от тоненькой к более толстой, в зависимости от того, что мы хотим сделать.

Алексей Безымянный:

Брекеты – это наклейки на зубы?

Лина Ледихова:

Как замочки, которые клеятся на каждый зубик.

Алексей Безымянный:

Что подтягивается тогда?

Лина Ледихова:

Во-первых, есть определенные правила фиксации брекетов, куда он должен приклеиться, не просто куда упал ― туда и приклеился. Есть определенные оси, положение, куда он должен встать. На гипсовой модели предварительно мы расчерчиваем, смотрим, куда брекет должен встать в зависимости от того, как мы хотим поставить зубы. Опять же, это зависит от того, какую цель преследуем с помощью ортодонтического лечения. Если пациент идет, например, на протезирование, потом на эстетическую реабилитацию, то ортопед ставит задачу, что нужно, например, выровнять зубы по десневому краю, потому что будут виниры, и то, что стерлось, мы нарастим керамикой. Иногда стёртость не так сильно выражена, и мы выравниваем по режущему краю, чтобы человека не приводить к протезированию. Зависит от каждого конкретного случая.

Елена Женина:

Это не желание пациента? Это Ваше решение?

Лина Ледихова:

Мы обсуждаем, как правило. Если стёртость слишком большая, мы говорим, что необходимо восстановить потерянную ткань. Если на грани, то, конечно же, не хочется человека потом еще загонять в ортопедию, в реставрации и долгие работы. Поэтому обсуждаем.

Алексей Безымянный:

Какие существуют методики использования невидимых брекетов?

Лина Ледихова:

Из невидимых брекетов – это внутренние брекеты, лингвальные, которые наклеиваются с внутренней стороны. По сути, это те же внешние брекеты, немного изменяется их конструкция, фиксируются с внутренней поверхности зубов. Есть несколько видов этих брекетов. Есть индивидуального изготовления, которые конкретно под пациента отливаются, то есть индивидуальный подход. Есть стандартизированные, которые фиксируются, точно так же меняются дуги.

Алексей Безымянный:

В чем разница?

Лина Ледихова:

Разница в конструкции. Те, что изготавливаются индивидуально, более комфортные, потому что они более плоские, менее травматичные. Стандартизированные слишком выпирают.

Алексей Безымянный:

Языку не мешают?

Лина Ледихова:

Мешают, любые мешают.

Алексей Безымянный:

Какие еще методики? Каппы?

Лина Ледихова:

Капп сейчас большое количество. Самые известные – это Invisalign. Они были первые на рынке, кто придумали систему элайнеров, последовательной смены капп. В компьютере программа меняет положение зубов, штампуются новые каппы.

Алексей Безымянный:

Каппы надеваются на ночь или в течение суток?

Лина Ледихова:

Каппы носятся 22 часа в сутки, обязательно.

Алексей Безымянный:

А как же человек разговаривает?

Лина Ледихова:

В каппах разговаривает сначала с трудом, потом привыкает. Безусловно, когда в полости рта появляется что-то новое, появляется и дефект речи. Внешние брекеты проблем с дикцией не вызывают, есть проблемы с артикуляцией, потому что губа первое время привыкает: на зубах появляется что-то выпуклое, это первое время мешает. Что касается внутренних брекетов – некоторые в течение всего процесса лечения так и не могут адаптироваться к ним, то есть они мешают, раздражают. Некоторые адаптируются за 2-3 дня и забывают про них.

Елена Женина:

Мешает, раздражает из-за неправильной постановки брекетов или индивидуальной реакции организма человека?

Лина Ледихова:

Индивидуальная реакция пациента. Я всегда говорю, что важна мотивация пациента. Когда приходят на консультацию, я всегда говорю: Вы меня уговаривали, чтобы я поставила Вам брекеты, не я Вас, потому что Вам с ними ходить 24 в сутки 2 года, я поставлю их быстро, но Вам с ними жить.

Елена Женина:

«2 года» ужасно звучит, а «за 2 месяца» мне очень понравилось, но это больно.

Алексей Безымянный:

К сожалению, время нашей программы подходит к концу. Я бы хотел Вас, Лина, попросить, чтобы Вы дали основные рекомендации, общие медицинские и стоматологические, и для пациентов, кому нужно и кто хочет исправить свой прикус. Тезисно, буквально, 10 рекомендаций.

Лина Ледихова:

Во-первых, я рекомендую посещать гигиениста, по последним данным ― раз в 4 месяца. Не обязательно чистка будет производиться в полном объеме, может быть, только подкорректировать чуть-чуть. Также терапевта, эти специалисты, как минимум, помогут Вам увидеть проблему, которую Вы не замечаете. Чуть более внимательно относиться к себе, особенно после 30 лет, потому что, как правило, все проблемы, связанные с суставом и с зубочелюстной системой, возникают в 30-35 лет. Скажем так, где тонко, там и рвется, в этом возрасте начинают проявляться проблемы, которые раньше мы не замечали. Поэтому ― посещение врачей-специалистов, чуть внимательнее относиться к себе и не бояться стоматологов.

Алексей Безымянный:

Не бояться стоматологов, несмотря на то, что иногда это бывает больно. По крайней мере, это улучшит Ваше состояние здоровья, решит проблемы, которые могли бы возникнуть, если бы Вы к стоматологу не пришли.

У нас была в гостях стоматолог-ортодонт клиники Refformat Лина Ледихова. Спасибо большое, что пришли к нам, просветили нас и всех, кто нас смотрит и слушает. Действительно, проблема очень важная. Правильный прикус — это не только эстетика, но и в целом здоровье всего организма. Неправильный прикус – это причина головной боли и других проблем, поэтому заботьтесь о себе и выполняйте рекомендации врача, ходите регулярно к гигиенисту, к терапевту, в ортодонту, для того чтобы в дальнейшем не ходить к хирургу и ортопеду.

Елена Женина:

Самое главное - чистите правильно зубы, тогда Ваша улыбка всегда будет сияющей и красивой.