2017.01.018. МАГНЭН Э. БОЛЬШАЯ ТРАНСФОРМАЦИЯ СТРАН ЦЕНТРАЛЬНОЙ И ВОСТОЧНОЙ ЕВРОПЫ: ВЕДУТ ЛИ ВСЕ ЭВОЛЮЦИОННЫЕ / РЕВОЛЮЦИОННЫЕ ПУТИ К ЗАВИСИМОМУ КАПИТАЛИЗМУ? MAGNIN E. LA GRANDE TRANSFORMATION DES PAYS D’EUROPE CENTRALE ET ORIENTALE: TOUS LES CHEMINS (R)éVOLUTIONNAIRES MèNENT-ILS AU CAPITALISME DéPENDANT? // LES DOSSIERS DU CERI. - P., 2016. - JANVIER. - MODE OF ACCESS: HTTP://WWW.SCIENCESPO.FR/CERI/CONTENT/DOSSIERSDUCERI/LA-GRANDE-TRANSFORMATION-DES-PAYS-D-EUROPE-CENTRALE-ET-ORIENTALE-TOUS-LES-CHEMI NS-REVOLUTION?D10

как относительно вхождения новых членов в зону евро, так и выхода из нее (017, с. 218).

Е.Е. Луцкая

2017.01.018. МАГНЭН Э. БОЛЬШАЯ ТРАНСФОРМАЦИЯ СТРАН ЦЕНТРАЛЬНОЙ И ВОСТОЧНОЙ ЕВРОПЫ: ВЕДУТ ЛИ ВСЕ ЭВОЛЮЦИОННЫЕ / РЕВОЛЮЦИОННЫЕ ПУТИ К ЗАВИСИМОМУ КАПИТАЛИЗМУ?

MAGNIN E. La grande transformation des pays d'Europe centrale et orientale: Tous les chemins (r)évolutionnaires mènent-ils au capitalisme dépendant? // Les dossiers du CERI. - P., 2016. - Janvier. - Mode of access: http://www.sciencespo.fr/ceri/content/dossiersduceri/la-grande-transformation-des-pays-d-europe-centrale-et-orientale-tous-les-chemi ns-revolution?d10

Ключевые слова: страны Центральной и Восточной Европы; переход к рыночной экономике; зависимая рыночная экономика.

В статье руководителя семинара Университета Париж-7 Дени Дидро анализируются основные концепции трансформации экономики стран Центральной и Восточной Европы (СЦВЕ) и подводятся итоги их 25-летнего развития.

Автор выделяет два подхода к стратегии перехода СЦВЕ к экономической модели развитых стран.

1. Неоклассическая стратегия перехода к рыночной экономике, которая опиралась на программу реформ, первоначально сформулированную Дж. Уильямсоном (J. Williamson) (1990) для решения экономических проблем стран Латинской Америки. Она получила одобрение Всемирного банка (ВБ), МВФ, Федеральной резервной системы (ФРС) и Американского казначейства (так называемый Вашингтонский консенсус) и в целом сводится к стабилизации, либерализации и приватизации.

Неоклассический подход обеспечивал формирование рыночной экономики в строгом смысле слова, т.е. экономики, представляющей собой совокупность рынков, регулируемых ценовыми механизмами. При этом его сторонники представляли процесс экономических преобразований как очень быстрый (даже моментальный) переход от одного равновесия к другому.

Программы перехода от социализма к рынку в СЦВЕ были более радикальными по сравнению с задуманным Уильямсоном вариантом Вашингтонского консенсуса. Они предусматривали больше стабилизации, либерализации и ускоренную приватизацию. Это было обусловлено стремлением руководителей СЦВЕ освободиться от ограничений социалистической системы и продемонстрировать международным организациям и правительствам западных государств свою твердую приверженность рыночной экономике и демократии. Иллюстрацией реализации программы Вашингтонского консенсуса служит «шоковая терапия». Этой стратегии придерживались Польша, Болгария, Чехословакия, Эстония, Литва и Россия. На выбор Польши, Болгарии и России повлияла угроза гиперинфляции, вынудившая власти четко следовать рекомендациям Вашингтонского консенсуса. В Чехословакии, Эстонии и Литве решающую роль сыграл фактор «либерального энтузиазма».

2. Эволюционная трансформация. С начала 1990-х годов критики доминирующего неоклассического подхода, придерживавшиеся в основном неортодоксальных теорий (посткейнсиан-ской, институциональной и / или эволюционной), выступали за постепенную трансформацию экономики СЦВЕ. Они указывали, что программа Вашингтонского консенсуса неприменима к СЦВЕ из-за значительных институциональных различий между ними и странами Латинской Америки: в большинстве СЦВЕ рыночные институты необходимо было создавать с нуля.

Сторонники неортодоксальных подходов подчеркивали, что системные изменения в СЦВЕ являются не переходом от одного равновесия к другому, а открытым процессом, результат которого зависит от уже пройденного пути, т.е. от первоначальных исторических условий и проводимых реформ. Таким образом, речь идет не о переходе, а о национальных траекториях трансформации. Фактически единственной страной, придерживающейся стратегии постепенной трансформации, является Словения, хотя такие попытки предпринимали также Венгрия, Латвия, Румыния. Подводя итоги перехода к рыночной экономике в 1990-е годы некоторых стран,

ВБ1 признал недооценку институциональной составляющей реформ, т.е. фактически свою вину в «негативных последствиях» реформ 1990-х годов, проводившихся по рецептам Вашингтонского консенсуса, в частности в странах ЦВЕ.

В 2000-е годы в ряде СЦВЕ начала формироваться новая форма капитализма - зависимая рыночная экономика (ЗРЭ), основной характеристикой которой - в отличие от либеральной рыночной экономики (ЛРЭ) и координированной рыночной экономики (КРЭ) - является фундаментальная зависимость от иностранного капитала в лице транснациональных компаний (ТНК). Они полностью контролируют национальные предприятия, тогда как в ЛРЭ доминируют рыночные механизмы и контракты, а в КРЭ - сети и ассоциации.

Положение наемных работников в ЗРЭ менее благоприятно, чем в КРЭ и ЛРЭ, так как ТНК ищут дешевую рабочую силу и используют конкуренцию между странами, принимающими прямые иностранные инвестиции (ПИИ). ТНК не инвестируют в НИР в принимающих странах, осуществляя их в рамках материнской фирмы и интегрируя инновации в производственный процесс филиалов, сохраняя, таким образом, контроль над инновациями. Совокупность отношений взаимодополняемости позволяет ЗРЭ развивать сравнительное преимущество в виде предприятий по сборке и производству относительно сложных товаров длительного пользования. Причем это преимущество основывается на сравнительно дешевой, но квалифицированной рабочей силе, передаче технологий внутри ТНК и ПИИ.

Хотя, по оценке некоторых специалистов, «зависимый капитализм» является более стабильной и эффективной моделью по сравнению с другими типами переходной экономики, сильная внешняя зависимость делает ЗРЭ весьма уязвимой. Кроме того, существует риск релокализации производства в страны с более дешевой рабочей силой; растет неравенство доходов между работниками экспортных секторов с участием иностранного капитала и всеми остальными.

1 См.: Economic growth in the 1990 s: Learning from a decade of reform. -Mode of access: http://www1.worldbank.org/prem/lessons1990s/chaps/frontmatter.pdf

Появление ЗРЭ объясняется действием ряда общих для новых стран - членов ЕС факторов (груз наследия старой системы и эффекты пройденного пути во взаимодействии со стратегиями национальных элит и влиянием таких внешних сил, как ЕС, международные организации и ТНК), несмотря на различия национальных траекторий трансформации.

Автор выделяет три вида зависимости СЦВЕ в рамках ЗРЭ: зависимость от ПИИ, связанная с высокой зависимостью от экспорта в Западную Европу; финансовая зависимость, обусловленная внешними кредитами, позволяющими поддерживать экономику; зависимость от перевода средств рабочих-эмигрантов. Переплетаясь, эти формы зависимости создают в каждой СЦВЕ различные конфигурации модели ЗРЭ.

В странах с высокой степенью зависимости от иностранного капитала и экспортом в основном в другие страны ЕС с 1990-х годов наблюдался значительный приток ПИИ, на которые в 2013 г. приходилась существенная доля ВВП. Доля экспорта в ВВП в таких странах превышает среднюю по ЕС. Наиболее ярким примером этой формы зависимости является Вышеградская четверка (Польша, Чехия, Словакия, Венгрия).

Предпочтительное отношение инвесторов к странам Центральной Европы в 1990-е годы объясняется, прежде всего, институциональными реформами, проведенными до падения Берлинской стены, быстрым сближением с западными экономиками в последующий период и в определенной степени уровнем промышленного развития в социалистический период (специализация на транспортном машиностроении, станкостроении, электротехнике). Включение этих стран (за исключением Словакии) в первую волну кандидатов на вступление в ЕС способствовало укреплению их политической и экономической стабильности и стимулировало инвесторов.

В 2000-е годы данное первоначальное преимущество этих стран превратилось в кумулятивный процесс: накопление капитала обеспечило модернизацию промышленной структуры, повышение компетенций и конкурентоспособности, что привлекало дополнительный капитал. Иностранный капитал направлялся в «сложные» с точки зрения технологии промышленные сектора с квалифицированной рабочей силой, экспортировавшие свою продукцию в ана-

логичные сектора других стран. Хотя этот тип интеграции в международную торговлю несет в себе потенциал сближения с продуктивными системами западных экономик, степень «сложности» производственной системы ЗРЭ зависит от зарубежных фирм и их вклада в капитал, инновации и компетенции.

Однако ни одна СЦВЕ не соответствует полностью описанной выше модели. Так, доля экспорта Польши соответствует средней по ЕС, тогда как доля внутризоновой торговли ее превышает. Объем ПИИ у нее меньше, чем в других странах первой волны, поскольку Польша первоначально сдержанно относилась к открытию страны для иностранного капитала. С учетом доли экспорта и массированного притока иностранного капитала в рамки этого типа зависимости вписывается Эстония, но ПИИ концентрируются не в «сложных» промышленных секторах, а в сфере услуг и сырьевом секторе.

В 2000-е годы страны Балтии, Болгария и Румыния «догнали» Вышеградскую четверку в плане институциональных реформ, поскольку вступление в ЕС облегчило институциональную конвергенцию с остальным ЕС и стабилизировало прогнозы инвесторов. Поток ПИИ направился в эти страны. Однако в отличие от стран Центральной Европы в странах Балтии и Юго-Восточной Европе кумулятивный процесс приобрел негативный характер. Низкий уровень притока иностранного капитала в 1990-е годы не позволил модернизировать промышленную структуру; радикальные либеральные реформы усилили трудности в промышленности, неспособной противостоять международной конкуренции. Указанные страны все больше отдалялись от «сложных» секторов промышленности. Иностранные капиталы направлялись в более традиционные сектора (легкая промышленность, услуги).

Наибольший приток ПИИ наблюдался в банковском секторе и сфере недвижимости, что способствовало появлению второй формы ЗРЭ, основанной на финансовой зависимости и режиме роста, подпитываемого обилием предложений по кредитованию. Внедрение иностранного капитала в банковскую систему этих стран облегчило кредитование домохозяйств и предприятий в евро. Среди новых финансовых продуктов большим успехом пользовались кредиты на покупку недвижимости, стимулировавшие строительство. Развитие различных видов кредитования при повышении

уровня зарплаты обеспечивало до кризиса 2008 г. их устойчивый рост за счет внутреннего спроса, что позволило улучшить условия жизни населения и компенсировать слабость системы социальной защиты, переживавшей упадок с начала 1990-х годов.

Третья форма зависимости, связанная с переводом средств работников-эмигрантов в страны происхождения и международной помощью, в основном наблюдается в странах с низкими доходами, а также в некоторых новых членах ЕС с высокой эмиграцией (Польша, страны Балтии, Румыния). Она играет значительную роль в Словакии и Болгарии.

В заключение автор отмечает, что результат процесса институциональных изменений, системной трансформации и интеграции СЦВЕ в ЕС кардинально отличается от прогнозировавшегося архитекторами программ перехода. Переход к рыночной экономике на практике привел к появлению различных национальных форм «зависимого капитализма», хрупкость которого продемонстрировал кризис 2008 г. В связи с этим вопрос о способности ЗРЭ СЦВЕ к динамичному росту остается открытым. Они могут повторить путь развития своих западноевропейских соседей, но могут остаться пленниками модели полупериферийных экономик.

И.Ю. Жилина

2017.01.019. ВЫХОД ИЗ ТЕНИ ЧАСТИ ЭКОНОМИКИ СЕРБИИ И ЕГО ПОСЛЕДСТВИЯ.

Formalizing the shadow economy in Serbia. Policy measures and growth effects / Ed. by G. Krstic, F. Schneider. - Cham; Heidelberg; N.Y.; Dordrecht; L.: Springer, 2015. - 179 p.

Ключевые слова: Сербия; теневая экономика; налоговая политика; неформальная занятость.

Исследование, проведенное Фондом экономического развития (Foundation for the advancement of economics) в рамках проекта поддержки бизнеса (Business enabling project), осуществляемого независимым агентством федерального правительства США по международному развитию (United States agency for international development, USAID), посвящено анализу теневой экономики Сербии и выработке рекомендаций по ее формализации.