Христиане в административной системе Сиро-Палестинского региона (20-70-е годы XVIII В. )

ВЕСТН. МОСК. УН-ТА. СЕР. 13. ВОСТОКОВЕДЕНИЕ. 2014. № 4

Касумов Руфат Ильгам оглы

ХРИСТИАНЕ В АДМИНИСТРАТИВНОЙ СИСТЕМЕ СИРО-ПАЛЕСТИНСКОГО РЕГИОНА

В статье анализируются место и роль христиан в административной системе Османской Сирии и степень их вовлеченности в работу провинциальных органов управления. На примере исследования данной проблематики сделана попытка продемонстрировать постепенные изменения в фактическом положении христианского населения Османской Сирии в условиях многостороннего системного кризиса, который переживала Османская империя в XVIII в.

Ключевые слова: Османская империя, Османская Сирия, зиммии, христиане.

The article concerns the analysis of the role and place of the Christians in the administration system of the Ottoman Syria and the degree of their involvement in the activities of the provincial governmental bodies. The study of this problem aims at showing the gradual changes in the position of the Christian population of the region in the framework of the multifaceted crisis, experienced by the Ottoman Empire in the 18th century.

Key words: Ottoman Empire, Ottoman Syria, dhimmi, Christians.

Глубокий системный кризис, охвативший в XVIII в. Османскую империю1, затронул практически все сферы жизни государства и заметно отразился на развитии ее периферийных провинций, в том числе и Билад аш-Шама2. В результате ослабления контроля центрального правительства над внутриполитической жизнью сирийских эйалетов3 все большую роль в регионе стали играть «правители-долгожители», выходцы из местной элиты. В отличие от провинциальных вали прежней поры, занимавших этот пост один-два года, новые правители на местах были в состоянии не про-

1 Подробнее об этом см.: Мейер М.С. Османская империя в XVIII веке: черты структурного кризиса. М., 1991.

2 Билад аш-Шам (арабск. «Страна Солнца») - историческая область, включавшая территории современных Сирии, Ливана, Палестины, Иордании, Израиля, а также южной Турции.

3 Эйалет - административно-территориальная единица в Османской империи, соответствующая провинции. Во главе эйалетов стояли назначаемые Портой правители бейлербеи (досл. турецк. «бей беев») или вали (арабск. «правитель»), носившие титул трехбунчужного паши. Провинции делились на более мелкие административно-территориальные единицы - санджаки (турецк. «знамя»).

сто оставаться на своей должности более положенного изначально срока, но и проводить во многом независимую от центрального правительства внутреннюю политику. Наиболее ярким примером возвышения представителей местной элиты на политической арене Большой Сирии в рассматриваемый период является история восхождения клана аль-Азм, представители которого в течение более 70 лет занимали должности бейлербеев (или вали) в различных провинциях Османской Сирии. Возглавлявшие самую могущественную политическую группировку Сирии в начале - середине XVIII в. лидеры клана аль-Азм, при всей той власти, которой они обладали, продолжали сохранять лояльность Высокой Порте, в то время как другой крупнейший провинциальный политический лидер, фактический правитель Палестины Дахир аль-Умар открыто бросал ей вызов. В этих условиях все чаще реальное положение сирийских христиан и иудеев, особенно тех, кто проживал в крупных городах, зависело от отношения к ним того или иного конкретного могущественного правителя. Провинциальные правители нового поколения, обладавшие достаточными средствами для создания подконтрольного им аппарата административного управления, стали все более активно вовлекать в его работу представителей христианского и иудейского населения Сиро-Палестинского региона, исторически отличавшегося своей поликонфессиональностью4. Определению роли и места немусульман в административной системе провинций, находившихся под контролем вышеупомянутых властителей, и посвящена настоящая статья.

Несмотря на то что проблема положения религиозных меньшинств Билад аш-Шама в период господства в регионе османов рассматривается в ряде западных и отечественных исследований, в целом в историографии отдельно тема участия иноверцев в политической жизни сирийских провинций Османской империи практически не исследовалась. Только в работе российского исследователя

4 Вопрос о численности немусульманского населения сирийских провинций Османской империи и его процентном соотношении с мусульманскими жителями региона относится к числу наиболее дискуссионных. Однако, по сравнению с ран-неосманским периодом, разброс данных для XVIII в. является не столь большим. В основном цифры так или иначе колеблются возле отметки в 20% (подробнее см.: Панченко К.А. Ближневосточное Православие под османским владычеством. Первые три столетия. 1516-1831. М., 2013. С. 120.), что составляет около 300-320 тыс. человек. При этом в разных пропорциях немусульманское население проживало практически во всех областях Сиро-Палестинского региона. Наиболее многочисленными немусульманскими общинами Билад аш-Шама были православные и марониты. Последние проживали в основном на территории Горного Ливана, где к XVIII в. сложилась особая специфика межконфессиональных отношений, нехарактерная для остальных областей Большой Сирии. В силу этого проблема участия маронитов в системе управления Горном Ливане в данной статье не рассматривается.

Т.Ю. Кобищанова «Христианские общины в арабо-османском мире (XVII - первая треть XIX в.)»5 данному вопросу уделено существенное внимание. Между тем степень вовлеченности иноверцев Сирии в работу местных органов административного управления, а также реальный круг полномочий, которыми обладали чиновники-немусульмане, являются важнейшими показателями реального положения сирийских зиммиев6.

Основной группой источников, содержащих информацию о жизни немусульманских общин Сиро-Палестинского региона в изучаемый период, являются местные хроники, принадлежащие перу арабских авторов. Прежде всего речь идет о трудах летописцев христианского вероисповедания, уделявших в своих работах значительное внимание описанию различных аспектов жизни представителей местных немусульманских общин7. Кроме того, обширные сведения, касающиеся участия христиан во внутриполитической жизни сирийских провинций Османской империи, содержатся в работах западных и российских путешественников, военных и дипломатов.

Стоит отметить, что практически с первых лет своего господства в Билад аш-Шаме8 османы, продолжив политику предыдущих мусульманских правителей, довольно широко использовали практику

5 Кобищанов Т.Ю. Христианские общины в арабо-османском мире (XVII -первая треть XIX в.). М., 2003.

6 Ахль аз-зимма (арабск. «люди, находящиеся под покровительством») - категория населения в мусульманских государствах Средневековья и Нового времени, в которую входили все представители проживавших в них немусульманских религиозных общин. Суть концепции ахль аз-зимма, разработанной в период арабских завоеваний в VII в., заключалась в признании ряда вероисповеданий (в первую очередь христианства и иудаизма) «родственными» исламу, что, по мнению первых исламских правителей, давало возможность заключить своеобразный «договор» с покоренным населением, относящимся к числу «людей писания» (ахль аль-китаб). Согласно этому «договору», зиммии получали «покровительство» со стороны завоевателей при условии соблюдения ими определенных условий, главным из которых была обязанность немусульман выплачивать специальный поголовный налог - джизью. Основываясь на идее религиозной веротерпимости, воплощенной в концепции ахль аз-зимма, османские правители предоставили христианским и иудейским общинам, проживавшим на территории империи, право внутреннего самоуправления. Данный принцип нашел свое отражение в системе миллетов (досл. арабск. «народ, община»), в соответствии с которым все немусульманское население Османской империи объединялось в три группы: Рум миллети (православные христиане), Эрмени миллети (адепты всех остальных направлений христианства) и Яхуди миллети (иудеи).

7 Примечательно, что в исторических трудах мусульманских авторов, например таких, как «Хавадис Димашк аль-Йаумийа» («Ежедневные события Дамаска») Ахмада аль-Будейри или «Сильк ад-дурар фий айан аль-карн ас-сани ашар» («Жемчужная цепь айанов двенадцатого столетия») Мухаммада аль-Муради, информация о жизни зиммиев практически отсутствует.

8 Сиро-Ливанский регион был присоединен к Османской империи в 1516 г. султаном Селимом I.

привлечения христиан к работе в провинциальных административных органах. Однако христианским чиновникам, подавляющее большинство которых занимало должность катибов (арабск. «писцов») в администрациях тех или иных вали, крайне редко удавалось добиться значимого положения в системе провинциального управления.

Однако эта ситуация меняется по мере того, как вместо традиционного порядка выстраивания системы провинциального управления, предусматривавшего ежегодную ротацию глав провинциальных администраций, османское правительство все чаще начинает использовать практику закрепления на длительное время должности провинциальных правителей за лидерами местных могущественных кланов. Последние в свою очередь стремились максимально снизить контроль Стамбула над внутренними делами подвластных им территорий. Преследуя эту цель, наиболее могущественные сирийские правители, по сути, заменили стамбульских дефетрдаров, самостоятельных чиновников-финансистов, неподконтрольных главам провинций и имевших свое собственное руководство в столице империи, на служащих из числа зиммиев, представлявших собой наиболее безвластную категорию населения и полностью зависевших от своих господ. В то же время благодаря тому, что реальная политическая власть, которой обладали местные правители нового типа, была гораздо большей, чем у «вали на год», фактические полномочия христианских чиновников, служивших при «правителях-долгожителях», также были гораздо шире, чем у катибов в администрациях бейлербеев, находившихся на своих должностях один-два года.

В истории Сиро-Ливанского региона в османский период уже в XVII в. встречаются случаи привлечения главами могущественных мусульманских домов к себе на службу в качестве писцов, секретарей или доверенных лиц наиболее видных представителей местного христианского населения. При этом нередко эти чиновники-христиане использовали свое высокое положение при дворе тех или иных мусульманских правителей для поддержания интересов своей религиозной общины. Одним из наиболее ярких примеров существования подобной практики в первой половине XVII в. служит сотрудничество между правителем Триполийского пашалыка Юсуф-пашой Абу Сейфой, занимавшим указанный пост с небольшими перерывами в 1579-1625 гг., и его кяхьей (турецк. «секретарь»), светским лидером триполийской православной общины и одним из наиболее видных провинциальных чиновников в эйалете Триполи хаджой Сулейманом аль-Батруни. Этот христианский чиновник, помимо всего прочего, являлся одним из важнейших действующих

лиц в период развернувшейся в первой трети XVII столетия острой борьбы между православными элитами Триполи и Дамаска за гегемонию в Антиохийском патриархате. В своем труде «Полная истина об истории патриархов Антиохийской церкви» Михаил Барик ад-Димашки сообщает, что именно хаджой Сулейман, использовав свое влияние на Юсуф-пашу, организовал с помощью последнего возведение на антиохийский патриарший престол в 1619 г. ставленника православной общины Триполи Кирилла9.

Однако история возвышения Сулеймана аль-Батруни, добившегося весьма высокого положения при дворе провинциального «правителя-долгожителя» Юсуф-паши Абу Сейфы, носила скорее исключительный характер. В целом XVII столетие дало крайне мало чиновников-христиан, обладавших высокими властными полномочиями в провинциальных администрациях. Во многом это было связано с тем, что в тот период все еще сохранялась традиционная для османского государства система управления на местах.

Начиная именно с XVIII в. в Сиро-Палестинском регионе отчетливо наблюдается тенденция к расширению полномочий чиновников-немусульман, служивших в провинциальных административных аппаратах. Активизация практики вовлечения зиммиев в работу административных органов управления связана с деятельностью наиболее могущественных провинциальных правителей второй и третьей четверти XVIII в. - лидеров клана аль-Азм в эйалете Дамаск и Дахира аль-Умара в Палестине.

Лидеры клана аль-Азм одними из первых стали активно привлекать на службу на тех или иных административных должностях представителей немусульманского населения Билад аш-Шама. Одна из самых известных династий христиан-чиновников Сирии - семья аль-Языджи (досл. турецк. «писцы») начала свое возвышение параллельно с аль-Азмами. Первыми высокого положения при дворе этих правителей добились братья Нуамат и Юсеф аль-Языджи, которые после назначения Исмаила аль-Азма на пост дамасского вали в 1725 г. перебрались вместе с ним из Хомса в Дамаск, где устроились на должности писцов при правителе10. В дальнейшем многие члены семьи аль-Языджи работали чиновниками при аль-Азмах как в

9 Ад-Димашки, Михаил Барик. Аль-Хакаик аль-вафийа фи тарих батарикат аль-каниса аль-антакийа (Полная истина об истории патриархов Антиохийской церкви). Бейрут, 2006. С. 145. Подробнее об этих событиях и роли в них Сулейма-на аль-Батруни см.: Панченко К.А. Триполийское гнездо: Православная община г. Триполи в культурно-политической жизни Антиохийского патриархата XVI - 1-й половины XVII в. Православные арабы. Путь через века. М., 2013.

10 Ад-Димашки, Михаил Барик. Тарих аш-Шам (История Сирии), 1720-1782. Дамаск, 1982. С. 23.

их родном санджаке, так и в Дамаске. Среди представителей этой семьи наибольшего успеха в карьерном росте добился Абдалла аль-Языджи, служивший при дворе дамасского вали Асада аль-Азма (1743-1757). Абдалле аль-Языджи, находившемуся на должности вакиля (доверенное лицо, араб.) Асада в Хомсе, по словам арабского хрониста христианского вероисповедания Михаила Барика, «удалось достичь исключительно высокого положения и стать правителем Хомса и близлежащих земель»11. В данном случае автор использует термин «хаким» (арабск. «правитель, властитель») для обозначения высокой фактической роли Абдаллы аль-Языджи в делах управления санджаком, а не его формальной должности, так как место главы администрации в санджаках (мутусаллима) для иноверцев было недоступным. Однако власть и влияние Абдаллы аль-Языджи в Хомсе, видимо, действительно были велики. Как сообщает летописец, в 1750 г. Асад-паша решил наказать своего слугу за чрезмерную горделивость и эгоистичность: Абдалла был вызван в Дамаск, где его посадили в тюрьму, а все его движимое и недвижимое имущество по приказу дамасского вали было конфисковано. Правда, вскоре Асад-паша смилостивился над своим бывшим вакилем и вернул его на прежнюю должность12. В дальнейшем, по мере того, как клан аль-Азм начал терять свои политические позиции, многие члены семьи аль-Языджи были вынуждены переселиться в Горный Ливан, где им удалось найти себе новых покровителей в лице представителей правящего дома Шихабов. Именно при дворе ливанского эмира Бешира II начал свою карьеру самый известный член семьи аль-Языджи, выдающийся арабский писатель шейх Насыф (1800-1871).

Еще более активно, чем представители клана аль-Азм, немусульман привлекал на службу в системе административного управления глава влиятельного галилейского рода Абу Зейдан и основатель «аккской группировки»13 Дахир аль-Умар (ок. 1690-1775), ставший в середине XVIII столетия фактическим правителем Палестины14. Как сообщает итальянский путешественник и священник Дж. Ма-рити, побывавший в Палестине в 50-е годы XVIII в., большинство

11 Там же. С. 39.

12 Там же. С. 39-40.

13 Термин употребляется для обозначения политической группировки, сложившейся во второй половине XVIII в. на территории прибрежной Сирии с центром в городе Акка. С середины XVIII в. «аккская группировка» была главным соперником клана аль-Азм и его союзников в борьбе за политическую гегемонию в Османской Сирии.

14 На протяжении всей своей политической карьеры Дахир аль-Умар, открыто выступавший против османских властей и установивший практически полный контроль над Палестиной, официально оставался всего лишь мультазимом.

чиновников при дворе «галилейского шейха» являлись христианами, так как «для него, - как отмечает итальянец, - имеют значения только способности и ответственное отношение к управлению делами, а не религиозные различия»15. По сведениям Дж. Марити, некоторые особо влиятельные христиане при Дахире аль-Умаре были налоговыми откупщиками16. Судя по всему, здесь речь идет о христианских мультазимах - налоговых откупщиках, держателей ильтизамов - земельных поместий, возникших на основе откупа при сборе налогов17.

Среди окружавших Дахира аль-Умара христианских чиновников особого внимания заслуживает личность его управляющего Ибра-хима ас-Саббага, который, по свидетельству ряда источников, имел огромное влияние на своего господина. Ливанский эмир и историк Хайдар аш-Шихаби писал, что под конец жизни Дахир аль-Умар уже не предпринимал каких-либо действий без одобрения своего управляющего, который контролировал все его финансы и имущество и ведал расходами как самого Дахира, так и его сыновей18. То же самое отмечал и занимавший с 1839 по 1853 г. должность российского консула в Бейруте К.М. Базили: «Он (Дахир аль-Умар. - Р.К) слушал только своего казначея, христианина Ибрахима Саббага, который управлял всеми его делами, копил миллионы для себя и для своего господина, монополиями забирал в свои руки всю торговлю и, пользуясь властью шейха, угнетал народ непомерными налогами»19. Высоких чиновничьих постов добились также и сыновья Ибрахима, Йусуф и Джирджис ас-Саббаг. Как сообщает Люзиньян20, первый из них занимал пост главного сборщика податей в Яффе, тогда как второй - пост заместителя сборщика налогов в Акке21.

15 Mariti G. Travels through Cyprus, Syria and Palestine with a General History of the Levant. Vol. 1-2. Dublin, 1792. Vol. 1. P. 303.

16 Там же. P. 367.

17 Мультазимы собирали ренту-налог с крестьян и были обязаны платить в казну определенную сумму поземельного налога, носившего название мири. При этом обладателям ильтизамов были предоставлены значительные права в сфере управления податным населением отданных им земельных владений. Мультазимам позволялось собирать вооруженные отряды, осуществлять судопроизводство, контролировать производственно-хозяйственную и торговую деятельность.

18 Аш-Шихаби,Хайдар Ахмад. Тарих Ахмад-баша аль-Джаззар (История Ахмад-паши аль-Джаззара). Бейрут, 1955. С. 68.

19 Базили К.М. Сирия и Палестина под турецким правительством в историческом и политическом отношениях. М., 2007. С. 85.

20 Греческий торговец, приближенный фактического правителя Египта Али-бея аль-Кабира (1728-1773), союзника Дахира аль-Умара в борьбе с османскими властями.

21 Люзиньян Совер. История о возмущении Али-бея против Оттоманской Порты с различными новыми известиями о Египте, Палестине, Сирии и Турецком государстве, також о путешествиях из Алеппа в Бальзору. М., 1789. С. 101.

Авторы ряда источников, в которых упоминается главный управляющий Дахира аль-Умара, крайне негативно отзываются об этом христианском чиновнике. Деятельность Ибрахима ас-Саббага, по мнению знаменитого французского путешественника и ученого-энциклопедиста Вольнея, стала одной из главных причин поражения Дахира аль-Умара. «За несколько лет христианин Ибрахим, министр Шейха, - писал Вольней, - полностью завладел его доверием, бесстыдно воспользовавшись им для удовлетворения своей жадности... Он не пренебрегал никакими средствами... ради денег. Он монополизировал каждую статью торговли; только он имел право продавать зерно, хлопок и другие экспортные культуры и только он закупал одежду, сахар, индиго и другие товары. Его жадность не раз затрагивала как предполагаемые привилегии шейхов22, так и их законные права. Они не простили ему подобное злоупотребление властью. С каждым днем возрастало число недовольных, что приводило к новым возмущениям»23. Судя по всему, жалобы на управляющего «галилейского шейха» исходили не только от городских старейшин и представителей торговых кругов Акки, но и от простых жителей города, которые страдали, помимо прочего, от свойственной Ибрагиму религиозной нетерпимости. Российский лейтенант С.И. Плещеев24 писал, что хотя самого Дахира аль-Умара его поданные очень любили, «но жалобы приносят на секретаря его Ибрагима Саббу (ас-Саббага. - Р.К.), правящего в Акре градона-чальничью должность, особливо живущие там турки находят в нем великое пристрастие к маронитам, коих исповедания придерживается и сам он (здесь автор допускает неточность, так как Ибрахим ас-Саббаг был по своему вероисповеданию греко-униатом. - Р. К), по чему делает крайние обиды акринцам другого закона»25. Алчность этого чиновника вызывала все большее возмущение подданных Дахира аль-Умара26. В этой связи Вольней писал: «Его поборы были

22 В данном случае имеются в виду главы ремесленных цехов и торговых корпораций.

23 Volney C.-F. Travels through Syria and Egypt in the years 1783, 1784 and 1785. Vol. 1-2. L., 1788. Vol. 2. P. 124-125.

24 Во время русско-турецкой войны 1768-1774 гг. он находился в составе крейсировавшей в Средиземноморье эскадры под командованием графа А.Г. Орлова и в августе 1772 г. был направлен советником в лагерь мамлюкского предводителя Али-бея, осаждавшего Яффу.

25 Плещеев С.И. Дневныя записки путешествия, из Архипелагскаго, России принадлежащаго острова Пароса, в Сирию и к достопамятным местам, в пределах Иерусалима находящимся, с краткою историею Алибеевых завоеваний, российского флота лейтенанта Сергея Плещеева в исходе 1772 лета. СПб., 1773. С. 27-28.

26 См.: Ад-Димашки, МихаилБарик. Тарих аш-Шам. С. 113; Аш-Шихаби,Хайдар Ахмад. Тарих Ахмад-баша аль-Джаззар. С. 71.

столь тяжелы для людей... что им уже стало безразлично, вернутся они под турецкое иго или нет. Его страсть к деньгам была столь отвратительна, что, окруженный всем накопленным богатством, он питался только сыром и оливками. Он всегда носил только грязную и рваную одежду. Его можно было принять скорее за нищего, нежели за министра значительного государства»27. Неоправданно высокое доверие, которое питал к своему управляющему Дахир аль-Умар, привело к снижению его авторитета и популярности среди подданных. «Дахир, чей разум уже начал затуманиваться в связи с его глубокой старостью, - с горечью продолжает свой рассказ Вольней, - не сделал ничего, чтобы успокоить недовольных. Только в Ибрахиме видел он верного и бескорыстного служителя. Подобная слепота лишь разрушала уважение к нему, а также усиливала и оправдывала недовольство людей»28.

Таким образом, Ибрагиму ас-Саббаг был не просто одним из наиболее видных сирийских христианских чиновников в XVIII в., а являлся во многом ключевой фигурой в системе управления находившимися под контролем Дахира аль-Умара территорий. Однако судьба даже такого могущественного христианского чиновника, как Ибрагим ас-Саббаг, полностью зависела от общей политической конъюнктуры и положения его господина. К середине 70-х годов политические позиции Дахира аль-Умара, потерявшего своих основных союзников в борьбе с османскими властями, заметно ослабли. Оставшись один на один со своими врагами, «галилейский шейх» не смог долго сопротивляться их натиску. В 1775 г. объединенные силы дамасского вали Мухаммад-паши аль-Азма и османского капудан-паши29 Хасана аль-Джазаирли осадили Дахира в Акке и потребовали выплатить контрибуцию в 2 тыс. кошельков (1 млн пиастров)30. По версии, изложенной К.М. Базили, Вольнеем, а также арабским автором Хейдаром аш-Шихаби, Ибрахим ас-Саббаг отказался выплатить эту контрибуцию, сославшись на отсутствие денег в казне31. Согласно же версии арабского историка Михаила Мишаки, христианский управляющий посоветовал своему господину проигнорировать требования Хасана аль-Джазаирли, так как считал, что целью капудан-паши был захват имущества правителя

27 Volney C.-F. Travels through Syria and Egypt. Vol. 2. P. 133-134.

28 Там же. P. 125.

29 Капудан-паша (капитан-паша) - командующий флотом в Османской империи, адмирал.

30 Кошелек (кис), то же, что и мешок - денежная сумма в 500 пиастров.

31 Базили К.М. Сирия и Палестина под турецким правительством. С. 88; Volney C.-F. Travels through Syria and Egypt. Vol. 2. P. 127; Аш-Шихаби,Хайдар Ахмад. Тарих Ахмад-баша аль-Джаззар. С. 69.

Акки, и последующая расправа с шейхом32. Как бы то ни было, Дахир аль-Умар не выплатил требуемую сумму, чем, весьма вероятно, приблизил свой конец. Он был застрелен одним из своих же наемников во время взятия Акки правительственными войсками. После гибели своего господина Ибрахим ас-Саббаг был схвачен капудан-пашой и отправлен в Стамбул. Там по приказу Хасана аль-Джазаирли его подвергли пыткам с целью разузнать местонахождение накопленных христианином богатств, стоимость которых, по сведениям Вольнея, составляла 20 млн франков33. Михаил Мишака приводит подробную историю смерти Ибрахима ас-Саббага. Продержав управляющего Дахира аль-Умара в тюрьме несколько месяцев, османские власти вскоре освободили его. Причиной помилования было то, что ас-Саббаг смог вылечить тяжелобольную дочь султана, что не удавалось сделать многочисленным придворным врачам. Выйдя на свободу, он попытался добиться помилования и для сыновей своего покойного господина. Однако ас-Саббаг потерпел неудачу. Непосредственно перед возвращением в Акку Ибрахим ас-Саббаг по приглашению Хасана аль-Джазаирли отправился на пир, который капудан-паша устраивал на борту своего корабля. Но как только греко-униат вступил на палубу, Хасан-паша приказал его повесить34. После смерти Ибрахима ас-Саббага все накопленные им богатства были конфискованы османами.

Вслед за гибелью Ибрахима ас-Саббага сыновья некогда могущественного христианского управляющего Дахира аль-Умара, боясь преследований со стороны османских властей, скрылись у друзских шейхов Горного Ливана и Хаурана35. Однако в дальнейшем им вновь удалось добиться значительных постов в системе провинциального управления, но уже при Ахмад-паше аль-Джаззаре, который занимал пост правителя эйалета Сайда с 1775 по 1804 г., а также четырежды получал от Стамбула инвеституру на управление Дамасской провинцией и исполнял обязанности ее вали в 1785-1786, 1790-1795, 1799 и 1803-1804 гг.

Таким образом, обе влиятельнейшие политические группировки Сиро-Палестинского региона 20-70-х годов XVIII в., которые находились в соперничестве друг с другом, вели во многом схожую политику в отношении иноверцев и активно привлекали последних

32 Мишака, Михаил. Машхад аль-'ыйан би хавадис Сурийа ва Лубнан (Свидетельство очевидца событий в Сирии и Ливане). Тарих Билад аш-Шам фи-ль-карн ат-таси ашр (История Билад аш-Шама в XIX в.). Дамаск, 2006. С. 75.

33 Volney C.-F. Travels through Syria and Egypt. Vol. 2. P. 134.

34 Мишака, Михаил. Машхад аль-'ыйан би хавадис Сурийа ва Лубнан. С. 7576.

35 Ад-Димашки, Михаил Барик. Тарих аш-Шам. С. 114.

к работе в своих администрациях. Этот факт не случаен. Если перед центральными османскими властями, перед султаном, являвшимся не только политическим, но и религиозным главой Османской державы, стояла задача сохранения основанной на принципах мусульманского права традиционной системы межконфессиональных отношений, запрещавшей предоставление немусульманским чиновникам широких властных полномочий в отношении мусульман, то сирийские провинциальные «правители-долгожители», стремясь выстроить максимально эффективную систему управления на подвластных им территориях, использовали для этого все доступные им ресурсы, в том числе и христиан, традиционно отличавшихся умением вести чиновничьи дела. Именно поэтому для них характерна более гибкая политика в сфере взаимодействия с религиозными меньшинствами в сравнении с центральным османским правительством. Таким образом, политические условия, сложившиеся в Сиро-Палестинском регионе ко второй четверти XVIII в., позволили выдвинуться целому ряду влиятельных чиновников-иноверцев. Если в предыдущие столетия господства османов в Билад аш-Шаме практика предоставления немусульманским чиновникам широких полномочий в системе провинциального управления либо полностью отсутствовала, либо носила единичный характер, то применительно к исследуемому периоду о чиновниках-иноверцах можно говорить как уже о сложившейся группе, игравшей заметную роль в хозяйственно-административной жизни Османской Сирии. Естественно, расширение должностных прерогатив чиновников-зиммиев Билад аш-Шама носило неофициальный характер. Однако, несмотря на это, оно стало важным проявлением постепенного смещения вектора развития системы межконфессиональных отношений в сторону произошедшего в эпоху реформ Танзимата (1839-1872) уравнивания прав представителей всех этноконфессиональных общин, проживавших на территории Османской империи.

Список литературы

Ад-Димашки, Михаил Барик. Тарих аш-Шам (История Сирии), 1720-1782. Дамаск, 1982.

Ад-Димашки, Михаил Барик. Аль-Хакаик аль-вафийа фи тарих батарикат аль-каниса аль-антакийа (Полная истина об истории патриархов Антиохийской церкви). Бейрут, 2006. Аш-Шихаби,Хайдар Ахмад. Тарих Ахмад-баша аль-Джаззар (История Ахмад-паши

аль-Джаззара). Бейрут, 1955. Базили К.М. Сирия и Палестина под турецким правительством в историческом и политическом отношениях. М., 2007.

Кобищанов Т.Ю. Христианские общины в арабо-османском мире (XVII - первая треть XIX в.). М., 2003.

Люзиньян Совер. История о возмущении Али-бея против Оттоманской Порты с различными новыми известиями о Египте, Палестине, Сирии и Турецком государстве, також о путешествиях из Алеппа в Бальзору. М., 1789.

Мейер М.С. Османская империя в XVIII веке: черты структурного кризиса. М., 1991.

Мишака Михаил. Машхад аль-'ыйан би хавадис Сурийа ва Лубнан (Свидетельство очевидца событий в Сирии и Ливане). Тарих Билад аш-Шам фи-ль-карн ат-таси ашр (История Билад аш-Шама в XIX в.). Дамаск, 2006.

Панченко К.А. Ближневосточное Православие под османским владычеством. Первые три столетия. 1516-1831. М., 2013.

Панченко К.А. Триполийское гнездо: Православная община г. Триполи в культурно-политической жизни Антиохийского патриархата XVI - 1-й половины XVII в. // Православные арабы. Путь через века. М., 2013.

Плещеев С.И. Дневныя записки путешествия, из Архипелагскаго, России принад-лежащаго острова Пароса, в Сирию и к достопамятным местам, в пределах Иерусалима находящимся, с краткою историею Алибеевых завоеваний, российского флота лейтенанта Сергея Плещеева в исходе 1772 лета. СПб., 1773.

Mariti G. Travels through Cyprus, Syria and Palestine with a General History of the Levant.Vol. 1-2. Dublin, 1792.

Volney C.-F. Travels through Syria and Egypt in the years 1783, 1784 and 1785. Vol. 1-2. L., 1788.

References

Al-Dimashqi, Mikhail Barik. Tarikh al-Sham (The History of Syria), 1720-1782. Damascus, 1982.

Al-Dimashqi, Mikhail Barik. Al-Haqaiq al-Wafiyya fi Tarikh Batariqat al-Kanisa al-Anta-kiyya (The Complete Truth of the History of the Antioch Patriarchs). Beirut, 2006.

Al-Shihabi, Haydar Ahmad. Tarikh Ahmad Basha al-Jazzar (The History of Ahmad Pasha al-Jazzar). Beirut, 1955.

Bazili C.M. Siriya i Palestina pod turetskim pravitel'stvom v istoricheskom i politicheskom otnosheniyakh (Syria and Palestine under the Turkish Rule in Historical and Political Contexts). Moscow, 2007.

Kobishanov T.Y. Khristianskie obshchiny v arabo-osmanskom mire (XVII - pervaya tret' XIX v.) (The Christian Communities in the Ottoman Arab World in the 17th - First Three Decades of the 19th centuries.). Moscow, 2003.

Luzinian Sover. Istoriya o vozmushchenii Ali-beya protiv Ottomanskoi Porty s razlich-nymi novymi izvestiyami o Egipte, Palestine, Sirii i Turetskom gosudarstve, takozh o puteshestviyakh iz Aleppa v Bal'zoru (The History of Ali Bey's Rebellion against the Ottoman Port, including New Information about Egypt, Syria, Palestine, Turkish State and the Travels from Aleppo to Basra). Moscow, 1789.

Meyer M.S. Osmanskaya imperiya v XVIII veke: cherty strukturnogo krizisa (The Ottoman Empire in the 18th Сentury: Features of the Structural Crisis). Moscow, 1991.

Mishaqa Mikha'il. Mashhad al-iyan bi-hawadith Suriyya wa Lubnan (An Eyewitness to the Events in Syria and Lebanon). Tarikh Bilad al-Sham fi al-qarn al-tasia ashar (The History of Bilad al-Sham in the 19th century). Damascus, 2006.

Panchenko C.A. Blizhnevostochnoe Pravoslavie pod osmanskim vladychestvom. Pervye tri stoletiya. 1516-1831 (The Eastern Orthodox Church under the Ottoman Rule. The First Three Centuries. 1516-1831). Moscow, 2013. Panchenko C.A. Tripoliiskoe gnezdo: Pravoslavnaya obshchina g. Tripoli v kul'turno-politicheskoi zhizni Antiokhiiskogo patriarkhata XVI - 1-i poloviny XVII v. (The Nest of Tripolis: The Orthodox Community of Tripolis in the Cultural and Political Life of the Patriarchate of Antioch in the 16th and the first half of the 17th centuries) // Pravoslavnye araby. Put' cherez veka (The Orthodox Arabs. The Way through Centuries). Moscow, 2013. Pleshcheev S.I. Dnevnyya zapiski puteshestviya, iz Arkhipelagskago, Rossii prinadle-zhashchago ostrova Parosa, v Siriyu i k dostopamyatnym mestam, v predelakh Ieru-salima nakhodyashchimsya, s kratkoyu istorieyu Alibeevykh zavoevanii, rossiiskogo flota leitenanta Sergeya Pleshcheeva v iskhode 1772 leta (The Diary of Travels from the Ireland of Paros, belonging to Russia, to Syria and the Sights of Jerusalem, including the Short History of Ali Bey's conquests, of the Russian Navy's Lieutenant Sergey Pleshcheev in the End of the Summer of 1772). Saint Petersburg, 1773. Mariti G. Travels through Cyprus, Syria and Palestine with a General History of the

Levant.Vol. 1-2. Dublin, 1792. Volney C.-F. Travels through Syria and Egypt in the years 1783, 1784 and 1785. Vol. 1-2. L., 1788.

Сведения об авторе: Касумов Руфат Ильгам оглы, аспирант кафедры истории стран Ближнего и Среднего Востока ИСАА МГУ имени М.В. Ломоносова. E-mail: krufat@mail.ru

About the author: Kasumov Rufat Ilgam ogly, PhD student, Department of History of Near and Middle East, Institute of the Asian and African Studies, Moscow State University. E-mail: krufat@mail.ru