«Сказание о Николе Площанском» как источник исследований иконописи Восточного Подесенья XVII-XIX веков

УДК 821.161.1

«СКАЗАНИЕ О НИКОЛЕ ПЛОЩАНСКОМ» КАК ИСТОЧНИК ИССЛЕДОВАНИЙ ИКОНОПИСИ

ВОСТОЧНОГО ПОДЕСЕНЬЯ ХУП-ХГХ ВЕКОВ

М.А. Комова

Предметом исследования является литературное наследие Брянского края. Автор связывает появление Сказаний о древних резных иконах в восточном Подесенье с просветительской деятельностью монастырей в ХУШ-ХГХ вв. Впервые проводится историко-стилистический анализ уникального Сказания об иконе Николы Площанского, которое рассматривается как памятник народной литературы XIX в.

Ключевые слова: Сказания об иконах. Народная литература. Местночтимая икона. Иконография.

Записи об иконах восточного Подесенья совпадают по времени с деятельностью церковных и монастырских общин, собиравших устные предания об истории и чудотворениях местночтимых икон. Наиболее популярны были иконы Николая Чудотворца, епископа Мир Ликийских. Его иконы получили местные топонимические название: Площанский, Столбовской, Одринский. В архивных документах встречаются ссылки на принесенные в дар местным церквям резные иконы св. Николы. Сказания об этих скульатурах складываются значительно позднее, уже в ХУШ в. Но их содержание свидетельствует о глубокой древности этих самых произведений. Эти сведения пополнялись за счет устной традиции и легенд об иных иконах, которые являлись образцом в соответствии со средневековой традицией. Выявляемые тексты бытуют в двух разновидностях: как единое повествование и как разрозненные рассказы, которые усилиями исследователей объединяются в нечто целостное только в XIX в. В этом отношении показательна история создания текстов о ряде малоизвестных местночтимых икон Брянщины. Среди них Сказание о Николе Площанском, местночтимом изображении святителя Николая, которое находилась в Площанской пустыни, является примером группы разрозненных рассказов. Для уточнения периода сложения данного Сказания, следует сначала обратиться к источникам по истории вышеназванного монастыря.

Земли Казанской Богородицкой Площанской пустыни в позднесредневековый период относились к северным окраинам Черниговской земли, а с конца XVШ в. входили в состав Севского уезда Орловской губернии. Легендарно пустынь была основана по велению св. Николы в XV-XVI вв. Но упоминание о данном монастыре отсутсвует в письменных источниках, в частности, в Писцовых книгах Московского государства 1590-х гг., где велась перепись всех церквей и монастырей края. Известно лишь, что по царской и патриаршей грамотам 1620 г. пустынь была возрождена на месте разрушенного в Смуту монастыря [1]. О резной иконе Николы, которая по преданию была найдена Прокопием на развалинах пустыни, в монастырских документах до конца XVIII в. не было упоминаний, хотя в честь святителя была освящена придельная Никольская церковь еще в XVII в. В делах Патриаршего казенного приказа в 1709 г. содержится отчет иеромонаха Антония о том, что Казанская с Никольской придельной церковью «ветхи». В 1711 г. Казанский собор возводят заново, затем перестраивают к 1749 г., но без Никольской «за скудостью» средств [2]. В честь святителя освятили соборный придел в 1746 г. [3].

В краеведческом источнике 1855 г., который был вторично процитирован и дополнен в 1897 г., уточняются некоторые детали Сказания о Площанском монастыре и почитаемых иконах. Серапион (1710-1807), строитель монастыря с 1777 г., опираясь на слова старейшего насельника монаха Ефрема, дополнил предание. Так, пустынь была выстроена в безлюдном месте в лесах, рядом с т.н. Площанским колодцем. Ее основателем в начале XVII в. был греческий монах Прокопий с тремя единомышленниками из Киево-Печерской Лавры. Он обрел икону св. Николы -«драгоценную святыню Казанского собора Площанской пустыни». Позднее Прокопий, совершив путешествие в Москву, получил две иконы Всемилостивого Спаса и Богоматери Казанской от царя Михаила Федоровича (1613-1645). Изустное предание Серапиона было зафиксировано через 150 лет, прошедших с возобновления монастыря после Смуты. Этот текст служил просветительской цели в период активного строительства обители и популяризации почитания местных святынь.

Исследователь чудотворных икон Брянского края И.В.Злотникова считает скульптуру Николы Чудотворца из Площанского монастыря «одним из древнейших памятников юго-востока Брянской области», отмечая, что в землях вятичей, где якобы в 1415 г. была обретена резная икона Николы Мценского, в период с конца XIV и по XVI столетия, получили распространение резные фигуры святителя в иконографии «Никола Можайский». Проведя сопоставление текстов двух легенд (о Площанском и Мценском образе Николы чудотворца), исследователь отмечает их близость в ряде деталей (появление по воде, упоминание Мценска). Предполагая древнюю датировку этих текстов, Злотникова предположила, что «в Площанский монастырь резную скульптуру из Мценска могли привезти не позднее 90-х годов XVI века, так как в Смутное время пустынь была разорена и восстановлена только в 1620 году» [4]. Но можем ли мы датировать «Сказание о Николе Площанском» средневековым периодом?

Упоминание в Сказании о Николе Площанском города Мценска побуждает сравнить этот текст с мценской легендой на предмет выявления заимствований. Текст, опубликованный в Киеве в 1897 г., относит повествование к средневековому периоду, когда жители Мценска обрели площанскую скульптуру: «Резной образ (во весь рост) св. Николая Чудотворца первоначально приплыл против течения в г. Мценск. Причем удивленные жители заметили в руке его хартию с надписью: "Пошлите меня на Плоское место", а так как сия пустынь имела название и Плоского монастыря, тогда и Николаевского, то и отослали Образ в ту пустынь, где и до сих пор хранится с должной честью» [5]. Из текста следует, что пустынь существовала уже до явления скульптуры св. Николы во Мценске. Учитывая, что местное предание утверждает, что до Смуты Площанский монастырь существовал под именем Николаевского, Злотникова предположила появление скульптуры не ранее XVI в.

При данной датировке площанского сказания обнаруживается ряд существенных неточностей. Новые исследования архивных материалов показали, что скульптура св. Николы появляется во Мценске только во второй половине XVII в., что исключает датировку XVI веком. Резной образ Николы Мценского был привезен с юга России,

о чем свидетельствует обнаруженный недавно в РГАДА архитектором В.Н. Неделиным документ [6]. Он включает описание скульптуры Николы Ратного работы черкасских (украинских) мастеров (вероятно, имеются в виду резчики из Старочеркасска Ростовской области или других черкасских «украинных» городов, которые в 1707 г. по указу Петра I вошли, как и Верхнелокский край и восточное Подесенье, в состав Киевской губернии). Образ был вложен мценским военным воеводой Б.Д. Протасьевым в новый каменный Никольский собор, возведенный во Мценске на его средства в 1672-1681 гг. Вероятно, с этого времени и началось почитание мценской скульптуры, а в XVIII в. произошло учреждение крестных ходов и только затем формирование мценского текста Сказания с описанием чудес от скульптуры, погибшего в Пятницкой церкви при городском пожаре 1757 г.

Мценский текст Сказания о почитаемой иконе формировался устно в XVIII в., затем был изложен впервые кратко в 1825 г. (первая редакция преосвященного Гавриила) и пространно в 1834 г. (вторая редакция Н.Сахарова) и 1858 г. (третья редакция И.Соколова). В орловской публикации 1881 г. (четвертая редакция И.Шерапова) [7] текст мценского Сказания был дополнен рядом ранее неизвестных деталей, которые отразились и в площанском сказании, прошедшим три редакции 1855, 1895 и 1897 гг. Согласно мценской версии потомки крещеных Кукшей амчан скрыли до времени образ Николы в тайнике еще в XII в. Далее автор убежденно указывает место тайника, открытого вторично в 1824 г. (первично якобы в 1415 г.) под кремлевской башней у подножия горы Самород. В этом утверждении «новая редакция» мценской легенды напоминает историю о Нерукотворном образе Христа из Эдессы, замурованным в стене над городскими вратами на 150 лет. Тема тайника и чудесного обретения присутствует и в площанском Сказании конца XVIII в., где резной образ Николы обретает на развалинах монастыря монах Прокопий. Икона сама указывает на место перемещения, в чем мы видим аллюзию на ряд посмертных чудес от икон св. Николая, изложенных в средневековом тексте Пролога [8]. Обстоятельство появления скульптуры Николы во Мценске раскрывается во мценском сказании на основе устных преданий конца XIX в., не опубликованных до 1881 г.: «святыня эта пребыла во Мценск от низовья Зуши, вверх по ея течению. Такое предание находит себе поддержку в особом роде камня, на котором была обретена икона и подобного которому нельзя найти теперь в окрестностях Мценска» [9]. Мценская легенда послужила основой для ряда «орловских текстов» уже в XIX в. Именно эту обработанную редакцию мценской легенды использовал Н.С.Лесков в повети «Левша» (1881 г.), рассказывая о путешествии мастеров: «...к Мценску, к уездному городу Орловской губернии, в котором стоит древняя "камнесеченная " икона св. Николая; приплывшая сюда в самые древние времена на большом каменном же кресте по реке Зуше. Икона эта вида "грозного и престрашного" -святитель Мир-Ликийских изображен на ней "в рост", весь одеян сребропозлащенной одеждой, а лицом темен и на одной руке держит храм, а в другой меч - "военное одоление"» [10]. Путешествие на камне вертикально стоящей скульптуры напоминает ряд житийных эпизодов Четий Миней (известных по изданиям Димитрия Ростовского), в частности, путешествие на камне новгородского святого Ионанна Новгородского, Антония Римлянина и Василия Рязанского. Также путешествие иконы по воде против течения может восходить к ряду региональных Сказаний об иконах Богоматери Свенской и Челнской, сложившихся в позднем средневековье. Следование образцам, подобно произведениям древнерусской литературы, было характерно для Сказаний, слагавшихся в церковной среде.

В отличие от одного из своих источников (мценского сказания) площанский текст не включает элементы архаики. Сказание о Николе Площанском базируется не на каких-либо древних источниках (например, средневековые Сказания об иконах Николы из Пролога), а на краеведческом тексте XIX в. площанское сказание записывалось тем литературным языком, которым владел составитель, адаптировавший современный ему мценский текст под местный заказ. В то же время и мценское и площанское Сказания объединены общим агиотипом (моделью жития святого с похожим сюжетом плаванием на камне) с более древними сказаниями.

Из текста Сказания XIX в. следует, что во второй половине XVIII в. почитание образа св. Николая Площанского не было всеобщим. Скульптура вероятно находилась в новопостроенном Казанском соборе в Никольском приделе, освященном в 1746 г. Отмечено, что после 1783 г. скульптура была перенесена из Казанского храма в палатку под колокольней (вероятно, подсобное помещение или подвал) и предана забвению на 13 лет. Далее дается описание первого чуда от скульптуры святителя Николая. 1796 год был неурожайным на мед и воск, что отразилось на нехватке материала для свечей к богослужению. Однажды насельник монастыря зашел в «палатку» под колокольней, и с удивлением увидел, что скульптура Святителя Николая помещена поверх огромной глыбы воска. Сведения о произошедшем чуде передали Преосвященному Досифею, епископу Орловскому и Севскому, который повелел вернуть образ Святителя Николая в Казанский собор обители [11]. Чудо св. Николы о воске напоминает описанный в ряде этнографических исследований зимний праздник «Никольщина» (6 декабря по старому стилю), ставший традиционным для севера Черниговской губернии. Один из ритуалов Никольщины в XVIII-XIX вв. связан с изготовлением в складчину общей свечи, весом в пуд и более [12].

Точных характеристик утраченной иконе Николы Площанского не дает ни один источник. Текст Площанского Сказания 1897 г. напоминает, что это был «резной образ (во весь рост) св. Николая Чудотворца» [13]. Несмотря на то, что точных описаний скульптуры, обретенной монахом Прокопием, не сохранилось, иконографию Николы Площанского местная традиция сопоставляет с Николой Можайским Ратным - самой известной разновидностью ростовых скульптур св. Николы. Напомним, что иконографическая схема можайского образа восходит к сербскому образцу конца XIV в. из собрания ГТГ, который почитался в Можайске. Скульптура, изображавшая св. Николу в позе оранта с разведенными в сторону руками, выполняла функцию реликвария, в котором была доставлена на Русь частица мощей Николы Чудотворца в далеком XIV в. Не ранее конца XVI-начала XVII в. скульптура Николы Можайского получила общерусскую известность благодаря распространению множества реплик. Ряд скульптур устанавливался в надвратных храмах городов в специальных киотах, имеющих градозащитную символику. Эксперт И.В.Злотникова считает, что подобный площанскому региональный памятник резной киотной иконы находился в Брянском Петропавловском монастыре. Исследователь датирует скульптуру XVII в., отмечая, что «расстояние между фигурой святого и стенкой киота значительное, что позволяет говорить о ней, как об объёмной фигуре, а не горельефе». Резная икона Николы Можайского до 1920-х гг. находились в одной из церквей г. Брянска, предположительно, во Введенской церкви Петропавловского женского монастыря, затем была утрачена. Скульптура святого стояла в нише на

возвышении, по правую сторону от иконы св. Параскевы. Святитель представлен в иконографии «Никола Можайский» в позе оранта, по традиции в правой вытянутой в сторону руке держа меч, а в левой - модель града Бари [14].

Действительно, на южных рубежах Московии с XVII в. наиболее распространенными были образы Николы Можайского. Во Мценской легенде, записанной Н.П.Сахаровым в 1834 г., указана точная иконография: «Святитель Николаи, яко воин в руце имуще литый ковчег, в коем имат залог тела и крови Господня» [15]. Принято считать, что образ из Площанского монастыря также относился к Можайскому типу, так как в Сказании упоминается Мценск, где была подобная скульптура. Но Площанское сказание отмечает, что «удивленные жители заметили в руке его хартию с надписью». Но в традиционной схеме можайской скульптуры руки Николы заняты мечом и градом (ковчегом). Это дает нам возможность предположить, что скульптура Николы Площанского, возможно, была иной иконографии и относилась к ростовым изображениям святого, имевшим южноевропейское или западноевропейское происхождение. Русские аналоги с XVI в. получили название «Никола Зарайский». На них св. Никола изображался с благословляющей десницей и закрытым или позднее с раскрытым Евангелием с надписью или хартией-свитком (редко) в шуйце. В русской средневековой традиции скульптурные изображения Николы с благословляющей десницей и с Евангелием известны только по скульптурам XVII-XVIII вв., например, из собрания ЦМиАР, XVII в. В европейской традиции скульптуры подобной композиции встречаются чаще. Все они восходят к целому ряду изображений из сокровищницы Никольской базилики в итальянском Бари. Например, скульптура «Св.Николай и Адеодат» из сокровищницы барийской базилики (Италия, 1659 г.), иконографической схемой восходящая к иконе первой трети XIV в., подаренной Урошем III Дечанским [16]. На территории Украины также были распространены иконы св. Николая «зарайского типа» с раскрытым свитком в левой руке, например, икона «Никола в житии» XVI в. из Галиции, Львовская область. Географическая близость Брянщины к Малороссии не исключает украинского происхождения скульптуры Николы Площанского, соответственно иной иконографии, учитывая, что с XVII в. в этом регионе появились иконы Богоматери украинского и польского происхождения: Балыкинская, Трубчевская, Мглинская, Суражская.

Нужно учитывать, что Сказания о чудотворных иконах XVIII-XIX вв. являются «послесловием» целого ряда средневековых памятников письменности. Они относятся к народной «литературе образца», как и многие средневековые произведения Древней Руси. Подобные темы, в которых акцентировались эпические и исторические темы возникали в XIX в. в период, когда в центре внимания общественности стояли исторические судьбы России и вопросы государственного строительства и просвещения. За описанием события часто стоит повторение распространенного ранее текста христианского содержания, проецированного на конкретный местный эпизод. Интерес к русской истории, желание показать местную историю значимой на этом фоне заставлял обращаться к уже сложившимся Сказаниям о местночтимых иконах. Поэтому тексты об иконах, сформированные в Новое время на основе «народных памятей», напоминали древние Сказания. Этот этап в появлении народных Сказаний об иконах совпал со временем реставрации интереса к древнерусской иконописи, со знакомством с иконописным подлинником, иконографией. Это отразилось в ряде местных сказаний в описании местных святынь как древних икон. В этом контексте «Сказание о Николе Площанском» представляет собой памятник литературной традиции Нового времени, и является вторичным по отношению к Сказанию о Николе Мценском. Его датировка XVI в. некорректна из-за соединения в нем разновременных источников XVIII-XIX вв. и отсутствия средневековых аналоговых текстов.

The Literary Heritage of Bryansk région it the subject of the author's research. The author associates the appearance of the Legends of the ancient carved icons in Eastern Podesenja with the educational monastic activity of the local monasteries in the XVIII-XIX centuries. Historical and stylistic analysis of the unique Legend of icon of St. Nicholas Ploshansky is made for the first time. The Legend are regarded as the monuments of the folk literature of the XIX century.

Key words: Legends about the ancient carved icons. A local icon. The iconography Folk literature.

Список литературы

1. Севский уезд. Богородицкая Площанская пустынь // Государственный архив Брянской области: Путеводитель. Брянск, 2012. С. 117.

2. Материалы для истории церквей Брянского края. Севская, Брянская, Карачевская и Трубчевская десятины 7136 (1628) - 1746 гг. Брянск, 2010. С. 186.

3. Монастырь Площанский Богородицкий // Свод памятников архитектуры и монументального искусства. Брянская область. Москва, 1998. C. 196.

4. Злотникова И.В. Сакральная скульптура Брянского края: предания и современность // Социальное учение Церкви и современность: Материалы Международной научно-практической конференции, Орел, 12-13 мая 2011 г. Орел, 2011. C. 471.

5. В Память 50-тилетия Принесения в г. Севск Чудотворной иконы Казанской Божией Матери из Площанской Богородицкой Общежительной пустыни (Орловской Епархии, Севского уезда) (От Севской городской думы). Богородицкая Площанская общежительная пустынь, Севского уезда, Орловской епархии, в возрожденном и обновленном виде. - Киев, 1897. С. 29-30.

6. РГАДА. Ф. 210. Книги Белгородского стола. Кн. 158. Л. 263.

7. Сказание о явлении чудотворной иконы святителя Христова Николая в связи с успехами христианства в городе Мценске. Издатель И. Шерапов. Москва: Синодальная типография, 1895 / В кн.: Люди света. Размышления о русской истории / Приложения. Орел, 2006. С. 201.

8. Крутова М.С. Святитель Николай Чудотворец в древнерусской письменности. М., 1997. С. 66-70.

9. Сказание о явлении чудотворной иконы святителя Христова Николая в связи с успехами христианства в городе Мценске. Издатель И. Шерапов. Москва: Синодальная типография, 1895/ В кн.: Люди света. Размышления о русской истории / Приложения. Орел, 2006. С. 219.

10. Лесков Н.С. Левша// Лесков Н.С. Повести и рассказы. Лен., 1982. С. 230.

11. Государственный Архив Брянской области. Фонд 508. Опись 2. Дело 110. Дополнение к описи церковных предметов Севской Богородицкой Площанской мужской пустыни. 1919 год. Л. 61об.

12. Житие и чудеса св. Николая Чудотворца, Архиепископа Мирликийского и слава его в России / Составили А.Вознесенский, Ф.Гусев. СПб.,1899. С. 641.

13. В Память 50-ти летия Принесения в г. Севск Чудотворной иконы Казанской Божией Матери из Площанской Богородицкой Общежительной пустыни (Орловской Епархии, Севского уезда) (От Севской городской думы). Богородицкая Площанская общежительная пустынь, Севского уезда, Орловской епархии, в возрожденном и обновленном виде. Киев. 1897 г. С. 29-30.

14. Злотникова И.В. Сакральная скульптура Брянского края: предания и современность // Социальное учение Церкви и современность: Материалы Международной научно-практической конференции "Социальное учение Церкви и современность", Орел, 12-13 мая 2011 г. Орел, 2011. С. 473.

15. Сказание о явлении чудотворной иконы святителя Христова Николая в связи с успехами христианства в городе Мценске. Издатель И. Шерапов. Москва: Синодальная типография, 1895/ В кн.: Люди света. Размышления о русской истории / Приложения. Орел, 2006. С. 140.

16. Базилика св. Николая. Краткий историко-художественный путеводитель. Бари, 1998. С. 54.

Об авторе

Комова М.А. - кандидат искусствоведения, докторант филологического факультета Орловского государственного университета, эксперт-искусствовед по культурным ценностям Министерства культуры РФ, шапашпа. огв1@таИ. ги