Последние изменения уголовно-процессуального законодательства и проблемы уголовно-процессуального доказывания

Ю. К. Якимович

ПОСЛЕДНИЕ ИЗМЕНЕНИЯ УГОЛОВНО-ПРОЦЕССУАЛЬНОГО

ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА И ПРОБЛЕМЫ УГОЛОВНО-ПРОЦЕССУАЛЬНОГО ДОКАЗЫВАНИЯ

Статья посвящена рассмотрению спорных вопросов, касающихся последних изменений уголовно-процессуального законодательства. Обращается внимание на необходимость правильного определения понятия «доказательства» и установления четких границ в понимании субъектов, которые имеют право их собирать. Раскрывается проблема применения в уголовном судопроизводстве преюдициальных фактов.

К л ю ч е в ы е с л о в а: доказательства, защитник, преюдиция, достоверность, заключение эксперта, заключение специалиста, объяснения.

Article is devoted to consideration of the controversial issues concerning the last changes of the criminal procedure legislation. The author pays attention to need of the correct definition of the concept «proofs» and establishment of a clear boundary in understanding of subjects who have the right to bring together them. Also in article the problem of application the preyudition's facts in criminal legal proceedings is considered.

K e y w o r d s: proofs, defender, preyudition, credibility, expert, professional judgment, explanation.

После принятия УПК РФ в него внесено уже столько изменений, что, по существу, он стал совершенно другим. Причем эти изменения в большей мере носят противоречивый, несистемный, конъюнктурный характер. Указанное замечание, к сожалению, относится и к законодательному регулированию уголовно-процессуального доказывания.

Прежде всего, необходимо отметить, что законодатель поставил точку в споре о понятии доказательства1. В ч. 1 ст. 74 УПК РФ прямо указано, что доказательствами являются не фактические данные (как это было в УПК РСФСР), а сведения о фактах. При признании тех или иных сведений доказательствами не следует оценивать их достоверность и считать доказательствами только достоверные сведения. Как противоречивые, так и непротиворечивые сведения являются доказательствами. Например, когда обвиняемый дает показания, в которых отрицает свою виновность, а в то же время показания потерпевшего уличают обвиняемого в совершении преступления, ясно, что чьи-то показания будут недостоверными. Достоверность и тех и других в конечном счете будет оценивать в своем приговоре суд, но даже признание недостоверными, например показаний обвиняемого в судебном приговоре, не исключает их из числа доказательств потому, что в проверочных судебных инстанциях (апелляционной, кассационной и надзорной) может быть дана иная оценка достоверности. Вместе с тем не любые сведения, как это

1 Дискуссии по данному вопросу ведутся в научных кругах уже не одно десятилетие, см., например: Арсеньев В. Д. Вопросы общей теории судебных доказательств в уголовном процессе. М., 1964 ; Балакшин В. С. Доказательства в теории и практике уголовно-процессуального доказывания. Екатеринбург, 2004 ; Белоусов А. В. Процессуальное закрепление доказательств при расследовании преступлений. М., 2001 ; Вышинский А. Я. Теория судебных доказательств в советском праве. М., 1950 ; Горский Г. Ф., Кокорев Л. Д., Элькинд П. С. Проблемы доказательств в советском уголовном процессе. Воронеж, 1978 ; и др.

© Якимович Ю. К., 2015

СУДЕБНАЯ ВЛАСТЬ И УГОЛОВНЫЙ ПРОЦЕСС-2015-№ 4

275

Отдельные аспекты уголовно-процессуальной деятельности

указано в ч. 1 ст. 74 УПК РФ, являются доказательствами, а только те из них, которые получены из источников, указанных во второй части данной статьи.

Таким образом, под доказательствами следует понимать сведения об обстоятельствах, подлежащих доказыванию, полученные из источников, указанных в УПК РФ (ч. 2 ст. 74), а также промежуточные (доказательственные) факты.

Следует также отметить, что доказыванию подлежат не только сведения, указанные в ст. 73 УПК РФ, но и некоторые другие обстоятельства, подлежащие установлению в уголовном процессе. Например, по уголовному делу подлежат установлению с помощью доказательств основания для избрания в качестве меры пресечения заключение под стражу; основания для возбуждения уголовного дела и некоторые другие. В производствах по рассмотрению и разрешению вопросов, связанных с исполнением приговора (дополнительных производствах), подлежат доказыванию обстоятельства, указанные в главе 47 УПК РФ, а также в главе 12 УК РФ и некоторых главах УИК РФ. В особом производстве о применении принудительных мер медицинского характера подлежат доказыванию обстоятельства, указанные в ст. 434 УПК РФ.

Отнесение некоторых источников к числу источников доказательств вызывает недоумение.

Так, наряду с заключением эксперта УПК РФ включает в число источников доказательств заключение специалиста. Заключение эксперта всегда носит объективный характер, поскольку оно основывается на проведенных экспертом исследованиях. При этом эксперт руководствуется научно разработанными методиками. Заключение же специалиста - это всего лишь мнение конкретного, хотя и обладающего специальными знаниями, лица. Сколько специалистов - столько и мнений. Включение заключения специалиста в число источников доказательств основывалось на все более критикуемой в научном сообществе идее тотальной состязательности в уголовном судопроизводстве. Представляется, что заключение специалиста может служить лишь основанием для назначения повторной или дополнительной экспертизы.

Внесенные Федеральным законом от 4 марта 2013 г. № 23-ФЗ изменения в УПК РФ, по сути, включили в число источников доказательств объяснения (ч. 1.2 ст. 144 УПК РФ). Во-первых, в данном случае нарушено общепризнанное теоретическое положение о том, что изменениями, вносимыми в Особенную часть УПК РФ, как и любого другого кодекса, не могут изменяться нормы Общей его части, что имеет место в данном случае, поскольку в ч. 2 ст. 74 УПК РФ никаких изменений не внесено. Во-вторых, объяснения не должны служить самостоятельными источниками доказательств, так как предусмотрен специальный источник - показания. Процессуальный порядок получения показаний носит совершенно иной характер, и они не могут подменяться объяснениями.

Указанные выше изменения дали возможность не только назначать, но и производить экспертизы в стадии возбуждения уголовного дела, о чем писали многие авторитетные ученые2.

Вместе с тем и в этом вопросе законодатель допускает двусмысленность: в соответствии с ч. 1.2 ст. 144 УПК РФ, если после возбуждения уголовного дела

2 См.: Белкин Р. С., Винберг А. И. Криминалистика и доказывание (методологические проблемы). М., 1969 ; Белозеров Ю. Н., Чувилев А. А. Разрешение вопроса о возбуждении уголовного дела. М., 1972 ; Якимович Ю. К. Процессуальные вопросы назначения и производства экспертизы // Актуальные проблемы правоведения в современный период : сб. статей / под ред. В. Ф. Воловича. Томск, 1998. Ч. 3 С. 50-52 ; и др.

276

СУДЕБНАЯ ВЛАСТЬ И УГОЛОВНЫЙ ПРОЦЕСС-2015-№ 4

Ю. К. Якимович

сторона защиты или потерпевший потребует назначить повторную экспертизу в отношении той, которая была проведена в стадии возбуждения уголовного дела, такое ходатайство должно быть удовлетворено. Спрашивается, зачем тогда назначать экспертизу в стадии возбуждения уголовного дела, если ее результаты могут быть признаны ничтожными. Чтобы этого не случилось, следователь, дознаватель будут вынуждены повторять эту экспертизу в стадии предварительного расследования, следовательно, опять получается вместо упрощения - усложнение уголовного процесса.

Любые сведения становятся доказательствами только после приобщения их к уголовному делу. Приобщить же их вправе только то должностное лицо или орган, в производстве которого оно находится. Поэтому обвиняемый, потерпевший и даже защитник3 не вправе самостоятельно собирать доказательства, а могутлишь участвовать в их собирании.

Как известно, собирание доказательств состоит из четырех этапов: обнаружение, изъятие, закрепление, приобщение к делу. Защитник может обнаружить сведения, в некоторых случаях даже изъять их, если у него будет такая возможность, а вот закрепить - не может, поскольку УПК РФ не предусматривает процессуальной формы закрепления сведений, полученных защитником. Тем более, как уже отмечалось, защитник не вправе приобщать полученные сведения к уголовному делу. Он может лишь ходатайствовать перед дознавателем, следователем, судом о приобщении полученных им сведений к уголовному делу или допросе лиц, им опрошенных, в качестве свидетелей. Если эти ходатайства будут отклонены, то сведения, полученные защитником, так и не станут доказательствами. Таким образом, защитник не только не вправе самостоятельно собирать доказательства, он даже не вправе представлять доказательства, а вправе лишь представлять сведения, которые могут стать доказательствами после приобщения их к делу органами предварительного расследования или судом.

Наверное, никто из здравомыслящих юристов не отважится предложить предоставить защитнику те же права по собиранию доказательств, которые имеются у органов предварительного расследования (производить допросы, обыски, выемки и т.д.). Однако это не означает, что защитник вовсе лишен прав по участию в собирании доказательств. Он вправе участвовать в следственных действиях, отыскивать возможных свидетелей преступления и ходатайствовать об их допросе, самостоятельно осматривать место происшествия и ходатайствовать о повторном его осмотре следователем или судом и т.д. Поэтому проблема не в наделении адвоката-защитника какими-то дополнительными правами, а в добросовестном исполнении им своих обязанностей по защите и реализации тех прав, которые ему предоставлены.

Наконец, о преюдиции. Как известно, до недавних времен УПК РФ, по существу, исключал из доказывания преюдициальные факты, однако в настоящее время в ст. 90 УПК РФ закреплено чрезмерно широкое понимание преюдиции в уголовном судопроизводстве.

Абсолютно верным решением видится предание преюдициального значения обстоятельствам, установленным вступившим в законную силу приговором суда

3 Подробнее см.: Шейфер С. А. Доказательства и доказывание по уголовным делам : проблемы теории и правового регулирования. М., 2008. С 144-156 ; Ясельская В. В. Способы собирания доказательств защитником на стадии предварительного расследования // Вестник Томского гос. ун-та. 2003. № 279. С. 84-86 ; и др.

СУДЕБНАЯ ВЛАСТЬ И УГОЛОВНЫЙ ПРОЦЕСС-2015-№ 4

277

Отдельные аспекты уголовно-процессуальной деятельности

по уголовному делу, однако вызывает глубокие сомнения правильность предания преюдициального значения обстоятельствам, установленным вступившим в законную силу решением суда, принятым в рамках гражданского, арбитражного или административного судопроизводства.

В административном судопроизводстве процессуальная форма весьма упрощена и не случайно такую форму не применяют в уголовном судопроизводстве, ибо возрастает риск возможных ошибок, поэтому и решение суда, принятое в порядке административного судопроизводства не может приравниваться к приговору суда. Что касается гражданского и арбитражного судопроизводства, то там действует принцип диспозитивности: стороны вправе распоряжаться предметом гражданского процесса, увеличивать и уменьшать исковые требования. Перед арбитражным и гражданским процессом не ставится цель установления объективной истины, главное для них - разрешить возникший спор, конфликт.

В уголовном же процессе господствующее положение занимает принцип публичности, и целью доказывания является установление объективной истины4. На наш взгляд, нельзя не всегда истинные обстоятельства, установленные в решениях по гражданским, арбитражным делам, принимать как преюдициальные для уголовных дел. Поэтому из ст. 90 УПК РФ следовало бы исключить положение о том, что обстоятельства, установленные вступившим в законную силу решением суда, принятым в рамках гражданского, арбитражного или административного судопроизводства, имеют преюдициальное значение в уголовном судопроизводстве.

4 Подробнее см.: Азаров В. А. Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации : двойные стандарты в установлении истины // Вестник Томского гос. ун-та. Серия: Экономика. Юридические науки. 2003. № 4. С. 14-15 ; Головко Л. В. Истина в уголовном процессе. Комментарии экспертов // Закон. 2012. № 6. С. 23-24 ; Лазарева В. А. Объективна ли «объективная истина»? // Библиотека криминалиста : науч. журнал. 2012. № 4. С. 171-173 ; Свиридов М. К. Установление истины на предварительном расследовании и в судебном разбирательстве // Правовые проблемы российской государственности : сб. статей. Томск, 2011. Ч. 51. С. 3-8 ; и др.

Якимович Юрий Константинович,

заслуженный юрист РФ, почетный работник высшего образования, доктор юридических наук, профессор кафедры уголовного процесса, прокурорского надзора и правоохранительной деятельности Юридического института Томского государственного университета

Тел.: 8(3822) 529-695

278

СУДЕБНАЯ ВЛАСТЬ И УГОЛОВНЫЙ ПРОЦЕСС-2015-№ 4