"осколок Древней Руси" на Алтае: коллекция предметов старообрядческого искусства Государственного художественного музея Алтайского края

Опираясь на реалистические и постимпрессионистические тенденции, часто переплетающиеся с символизмом, он создавал обобщенный, романтически окрашенный образ мира.

Список литературы

1. Искусство Эдуардо Калныньша [Электронный ресурс] / Культура и искусство = Culture and Art. -Электрон дан. - 2016. - Режим доступа: ШрУ/сикиге-аЛги/искусство-эдуардо-калныньша/ (дата обращения: 20.03.2018).

2. Дариус, Е. И. Тема города в творчестве Л. Р. Цесюлевича (на примере произведений художника, находящихся в собрании Государственного художественного музея Алтайского края) // Вторые искусствоведческие Снитковские чтения : сб. матер. X регион. науч.-практ. конф. (Барнаул, 16-17 окт. 2006 г.). -

Барнаул : Алтайский дом печати, 2007. - С. 82-90.

3. Научный архив ГХМАК. Ф. II. Р. 2. Д. 491.

4. Шеланкова, А. Человек способен на героизм / А. Шеланкова, Е. Балакина // Мой мир. - 2007. -№ 8. - 28 авг. - С. 3.

5. Хомайко, Л. Правила жизни художника Леопольда Цесюлевича // Свободный курс. - 2008. -16 апр. - С. 18.

6. Названия улиц города Барнаула: историко-лингвинистическое описание / отв. ред. Л. М. Дмитриева. - Барнаул : Изд-во Алт. гос. ун-та, 2003. - 632 с.

Elena I. Darius, Senior Researcher State Art Museum of Altai Krai (Barnaul, Russia),

Junior Researcher Russian Academy of Arts (Moscow, Russia) elenadarius@mail.ru

URBAN IMAGE IN OEUVRE OF LEOPOLD TSESIULEVICH, HONORED ARTIST OF RUSSIA

Abstract. Leopold Romanovich Tsesiulevich (1937-2017) is one of the prominent painters of the Altai which coupled traditions of Russian realistic painting school with post-impressionism tendencies in the Western European art in his creative activity. Soviet and Russian painter, graphic artist, journalist, interpreter, teacher, public figure, member of the Union of Painters of the USSR (1967), member of the Union of the Russian Artists, Honored Artist of Russia (2006), Tsesiulevich leaved behind substantial artistic legacy that includes urban (Riga, Barnaul) landscape pictures as weighty part of it. The paper considers the Tsesiulevich's bio key stages, analyses several of his works executed in urban landscape genre that are in collection of State Art Museum of Altai Krai (Barnaul, Russia) now.

Ключевые слова: Leopold Tsesiulevich, a painter, Riga, Barnaul, State Art Museum of Altai Krai, museum collection of paintings.

УДК 246::281.96:069.02:7

А. А. Клубков, кандидат культурологии, младший научный сотрудник Государственный художественный музей Алтайского края

antklub@mail.ru

«ОСКОЛОК ДРЕВНЕЙ РУСИ» НА АЛТАЕ: КОЛЛЕКЦИЯ ПРЕДМЕТОВ СТАРООБРЯДЧЕСКОГО ИСКУССТВА ГОСУДАРСТВЕННОГО ХУДОЖЕСТВЕННОГО МУЗЕЯ АЛТАЙСКОГО КРАЯ

Аннотация. Охарактеризован состав факторов, оказавших, по мнению автора, решающее влияние на генезис русской старообрядческой культуры на Алтае. Проанализированы богословский и эстетический аспекты древнерусского культового искусства. Представлен общий обзор ряда предметов религиозного искусства из фондов Государственного художественного музея Алтайского края (г. Барнаул, Россия): деревянных храмовых и литых медных икон, складней, крестов и пр.

Ключевые слова: русская традиционная культура, иконы, медные иконы, старообрядцы, Викула Балыкин.

В истории русской культуры можно выделить несколько периодов: Древняя Русь, период между реформами Патриарха Никона и реформами Петра Великого, культура периода Российской

империи, советская культура. Каждый из этих периодов не исчезает бесследно, а продолжает существовать в новых формах не просто в качестве элемента исторической памяти, а как продолжающаяся традиция.

В данной статье в центре нашего внимания будет находиться, прежде всего, феномен старообрядческой культуры как выросшая «боковая ветвь» русской культуры «дониконовского» периода. Об этой теме уже накоплены в научной литературе теоретико-методологические выводы, дающие ясное понимание художественных, этноэстетических особенностей старообрядцев. Поэтому вполне целесообразно следовать уже имеющимся теоретическим конструкциям при анализе частных проявлений старообрядческой культуры.

Исследователь древнерусской культуры Гелиан Михайлович Прохоров считал, что Древняя Русь не исчезла бесследно, а продолжает существовать «распыленной» в нашей культуре. «С реформами патриарха Никона и царя Алексея Михайловича, - писал Прохоров, - а затем императора Петра I Древняя Русь перестала существовать во времени и пространстве как некое целое. Но вовсе она не исчезла: она распылилась и по своей родной стране, и по всему земному шару, в каковом распыленном виде существует живой и по сей день» [1, с. 5].

Древнерусская культура сохранялась веками не только в «распыленном» виде, но и в форме социокультурных анклавов старообрядческих поселений. Выдающийся писатель первой половины ХХ века Георгий Дмитриевич Гребенщиков устами главного героя своего романа-эпопеи «Чу-раевы» назвал старообрядческие поселения в Сибири «осколками Древней Руси». Очень удачная метафора для обозначения такой «боковой ветви» русской культуры как старообрядцы, сохранившие образцы былых художественных стилей. Не разделяя религиозных воззрений старообрядцев, некоторые ученые признают их не конфессиональную, а культурную, историческую роль в собирательстве и хранении старинных русских икон [2, с. 14].

Русская культура, перешедшая за «каменный пояс», в бытовом и художественном отношении не могла не испытывать влияния новой среды. Анализ последствий этого влияния дает основание некоторым исследователям делать выводы о евразийском характере русско-сибирской культуры: «Культура Сибири, являясь вариантом российской культуры, вполне органично вписывается в систему взглядов евразийства... Художественная культура Сибири, будучи серединной по характеру, активно ассимилирует как восточные, так и западные влияния. При этом показательно, что она берет что-то от каждой из сторон» [3, с. 137].

В данной работе будет рассмотрен иной аспект старообрядческой культуры Сибири. Мы не будем выявлять элементы внешнего (западного или восточного) влияния на культурогенез старообрядцев Алтая. Также считаем, что не стоит гипертрофировать «инаковость» культуры в Сибири. Опираясь на труды С. М. Соловьева, М. К. Любавского, П. Н. Савицкого, русскую культуру, распростершуюся на огромных пространствах Евразии, следует рассматривать как единую, однородную ценностную систему, содержащую различные элементы, не нарушающие общую целостность.

Развитие русской культуры на Алтае представляет собой весьма интересную историю, наполненную достижениями не только регионального значения. Начало активного освоения этих территорий Россией в исторической литературе принято связывать с сооружением двух крепостей в первой четверти XVIII века. Столица Алтайского края - Барнаул начинает свою историю с 1730-х годов в качестве поселка при сереброплавильном заводе выдающегося русского промышленника Акинфия Демидова. Уже во второй половине XVIII века был образован Алтайский горный округ. Предприятия требовали современных достижений науки и техники. Окунаясь в краткий исторический экскурс алтайской земли, невозможно не упоминать о великом изобретателе, создателе паровой машине - Иване Ивановиче Ползунове (1728-1766), который жил и работал в Барнауле. «Очаги» русской культуры на Алтае интенсивно развивались. В девятнадцатом столетии этнограф Николай Михайлович Ядринцев считал, что эти места могут стать «сибирской Швейцарией» [4].

Листая историю культуры Алтайского края, мы найдем в ней не только страницы светской культуры. Православная культура, пронизывающая и быт, и искусство, являлась важнейшей составляющей истории дореволюционной России. Освоение новых территорий сопровождалось порой и активной миссионерской деятельностью Русской Православной Церкви. Однако в обширные пространства Зауралья христианская культура проникала не только в виде официальной Церкви, но и в лице изолированных поселений старообрядцев. В частности, заселение алтайского

региона было связано, в том числе, и с поселениями этнографических групп русских -старообрядцев, чтящих традиции «седой древности».

Поселения старообрядцев на Алтае как своеобразный «осколок Древней Руси» оставили после себя вызывающие интерес для исследователя предметы быта и памятники иконописи. В фондах Государственного художественного музея Алтайского края (далее ГХМАК) собрана разносторонняя коллекция предметов старообрядческого искусства. Коллекцию можно условно разделить на три раздела: 1) иконы, выполненные на деревянных досках; 2) литые иконы; 3) предметы быта, этнографические материалы.

В области развития религиозного искусства на Алтае существенной проблемой являлась нехватка местных мастеров-иконописцев. Русская Православная Церковь на Алтае вынуждена была заказывать изготовление икон у мастеров из Тобольска, Красноярска и Москвы [5, с. 216]. Попытки решить эту проблему предпринимались в 1870-е годы. В те годы была открыта местная церковная, иконописная мастерская.

Старообрядцы сталкивались с теми же проблемами, что и Церковь официальная. Проблема недостатка местных иконописцев старого обряда решалась путем привоза икон извне.

Затрагивая тему старообрядческой иконы на Алтае, невозможно обойти стороной имя иконописца Викулы Федоровича Балыкина (1860-1932). Фонды ГХМАК располагают самой большой коллекцией икон работы Балыкина. Впервые работы этого видного алтайского иконописца поступили в основной фонд музея в 1990 году. Сотруднику ГХМАК Л. Г. Красноцветовой удалось собрать из устных источников ценные сведения об иконописце, его жизни и творчестве.

Викула Федорович Балыкин родился в 1860 году в Казанской губернии. В 1880-е годы переехал на Алтай и жил в селе Шмаково, находящемся на территории нынешнего Залесовского района Алтайского края. Важно отметить, что Балыкин принадлежал к «поповскому» Белокриницкому согласию (или к «Белокриницкой иерархии») старообрядчества. В 1930 году подвергся раскулачиванию и репрессирован. Дальнейшая судьба после 1932 года неизвестна.

По рассказам снохи иконописца - Веры Михеевны Балыкиной, до нас дошла информация о том, как он работал. Викула Балыкин с юного возраста любил читать духовную литературу. Во время работы, подобно древнерусским иконописцам, произносил молитвы и пел духовные стихи [6]. Иконопись, согласно русской традиции, не была всего лишь ремеслом. От мастера требовались не только навыки, но и духовные качества, пребывание во время работы в посте и молитве. Икона была для русского человека не просто изображением на деревянной поверхности, а окном в мир горний. В древнерусской культурной традиции икона «окном» становилась не только благодаря освящению, но и молитвами мастера.

По мнению Л. Г. Красноцветовой, в творчестве Балыкина можно выделить две группы иконописных работ: первая группа создавалась на заказ для старообрядческих общин и частных лиц; вторая группа была, так сказать «рыночной», для продажи на базаре [6]. Иконы второй группы обладали меньшими художественными качествами, но все же представляют собой ценность для исследователя истории искусств. Работы первой группы более характерны для дореволюционного творчества Балыкина. В целом иконы работы Балыкина отличаются и от икон, испытавших веяния академизма, и икон народных, так называемых «краснушек». Хоть и встречаются в наследии Балыкина работы, которые с точки зрения современного человека имеют спорную иконографию, нельзя не отметить, что автор стремился соблюдать традицию и строго держаться древним канонам своей веры. В русской иконописи тех времен иногда можно встретить характерные для светского изобразительного искусства черты. Авторы стремились отобразить пространство, показать светотеневые эффекты. В работах Балыкина мы наблюдаем «плоский» мир древнерусской иконы.

Из работ Балыкина, хранящихся в фондах ГХМАК, следует отдельно упомянуть иконы: «Богоматерь Казанская», «Спас Вседержитель», «Георгий Победоносец», «Николай Чудотворец». Перечисленные работы выполнены в темных тонах со строгим соблюдением старинной иконографии. Неплохо сохранившаяся «Богоматерь Казанская» размерами 29х22 см., изображение на доске без ковчега - традиционно относится к типу Одигитрия, изображение оплечное, на иконе видна только одна рука - рука Спаса Эммануила с перстосложением. В этой работе Балыкину удалось наполнить лик Богородицы психологизмом и драматизмом, так свойственными данному иконографическому типу. Следует отметить, что икона «Богоматерь Казанская» имеет особое значение для истории православия на Алтае. Именно к этому иконографическому типу относится Коробейниковская икона, славящаяся в качестве чудотворной.

В фондах ГХМАК хранятся две иконы с весьма редкой и спорной с догматической точки зрения иконы - «Троица Новозаветная - Сопрестолье». По мнению Л. Г. Красноцветовой, авторство одной из этих икон принадлежит В. Ф. Балыкину [6].

Икона «Троица Новозаветная - Сопрестолье» представляет собой изображение сидящих на престоле Христа и Бога-Отца в виде старца, между ними изображен серафим, вверху - голубь, олицетворяющий Святого Духа. Икона имеет достаточно большие размеры. Это может косвенно свидетельствовать, что икона предназначалась не для дома, а для храма.

Иконография рассматриваемого произведения имеет долгую и запутанную историю. В данной статье остановимся только на самых основных аспектах данной темы. Икона в России появилась предположительно в шестнадцатом столетии (или, по крайней мере, в этот период разгорелись громкие дискуссии о правомерности подобных изображений). В 1553 году дьяк посольского приказа Иван Висковатый во время соборного заседания бескомпромиссно протестовал против новых икон псковских и новгородских мастеров, работавших в Благовещенском соборе. Протест дьяка Висковатого вызвало антропоморфное изображение Бога-Отца. Можно ли изображать Бога-Отца в человеческом обличье? - сложный богословский вопрос, выходящий за рамки вопросов искусства и религиозной живописи. В семнадцатом столетии, во времена реформ и непримиримых богословских споров этот вопрос вновь появился на повестке дня. Известно, что и патриарх Никон, и протопоп Аввакум выступали против новых икон. Но, однако, приверженцы нового и старого обряда так и не сошлись во мнении по вопросам богословия икон.

На имеющем немалое историческое значение Большом Московском соборе в 1666-1667 годах были приняты положения, касающиеся, в том числе, и вопросов иконописи. Были сформулированы окончательные решения относительно спорной иконографии «Троицы Новозаветной». 43-е соборное правило запрещало изображение Бога-Отца в человеческом обличье, а 44-е правило запрещало непосредственно «Троицу Новозаветную». С точки зрения 45-го соборного правила, является допустимым изображать Бога-Отца в виде старца только на иконах, иллюстрирующих Апокалипсис. Старообрядцы, не признающие решения Церкви после реформы Никона, по-прежнему почитали иконы «Троицы Новозаветной». Данная икона стала отличительной особенностью старообрядческой художественной традиции.

Еще одной отличительной особенностью старообрядцев является использование литых медных икон. Медное литье является уникальным явлением художественной культуры старообрядцев. Даже писатель-этнограф XIX века Павел Мельников-Печерский, писавший о быте старообрядцев, не мог не упомянуть о медных иконах [7].

В XVIII веке Православная Церковь запрещает изготовление икон из металла. В старообрядческой среде они продолжали бытовать, став частью их повседневной жизни, поверий и некоторых обрядов жизненного цикла. Существует специфическое старообрядческое верование о том, что медные и оловянные иконы очищаются огнем при их изготовлении. Медные иконы с практической точки зрения имеют некоторые преимущества. Например, при постоянных переездах они не так подвержены деформации как живопись на деревянной поверхности. Поэтом «литые образки» иногда приобретали и русские, православные люди, не относящиеся к старому обряду.

В фондах ГХМАК хранятся различные виды литых икон: складни, большие литые иконы, маленькие «образки». Наиболее распространенные литые складни - это трехчастный деисусный ряд, четырехчастный складень двенадцать праздников. В литых складнях «Деисус», хранящихся в фондах ГХМАК, на правой части складня иконография Иоанна Крестителя представлена в виде «Ангела пустыни».

Складень двенадцать праздников представляет собой, так сказать, «иллюстрированную книгу» в металле, в которой отображены основные события евангельской истории. На оборотной стороне второй части есть рельефное изображение «Престола уготованного». При складывании изображение на оборотной стороне становится своего рода «обложкой». В этом проявляется основной смысл религиозной философии христианства, отлитый в металле.

Также в фондах ГХМАК собрана коллекция миниатюрной медной пластики, состоящей из нательных крестов и икон малых размеров. Коллекция литых икон в иконографическом плане весьма разнообразна. Среди миниатюрных медных икон встречаются иконографии: Георгий Победоносец, Сергий Радонежский, Спас Нерукотворный, Богоматерь Одигитрия и др.

В данном коротком очерке мы дали лишь краткое систематизированное описание предметов старообрядческого искусства из фондов ГХМАК, не претендуя на исчерпывающее изложение

данной темы. Приоритетной целью настоящей статьи является создание образа «осколка Древней Руси», который являет собой один из примеров уникальной судьбы русской культуры, распростершейся на необозримых евразийских пространствах.

Список литературы

1. Прохоров, Г. М. «Некогда не народ, а ныне народ Божий...»: Древняя Русь как историко-культурный феномен. - Санкт-Петербург : Изд-во Олега Абышко, 2010. - 320 с.

2. Лазарев, В. Н. Русская иконопись от истоков до начала XVI века. - Москва : Искусство, 1983. -538 с.

3. Боровикова, Р. И. Типологические черты художественной культуры Сибири // Евразия: культурное наследие древних цивилизаций. - Новосибирск : Изд-во Новосиб. гос. ун-та, 1999. - Вып. 1 : Культурный космос Евразии. - С. 137-141.

4. Ядринцев, Н. М. Сибирская Швейцария (Из путевых записок об Алтае) // Русское богатство. -1880. - № 8. - С. 47-66.

5. Красноцветова, Л. Г. Иконописное наследие Алтая // Сибирская икона. - Омск : Иртыш-92, 1999. -С. 216-220.

6. Красноцветова, Л. Г. Иконописец из старообрядцев В. Ф. Балыкин [Электронный ресурс] // Алтайский старообрядец ; Русская Православная старообрядческая Церковь. - Барнаул, 20062018. - Режим доступа : https://altaistarover.ru/articles/history/251-ikonopisec-v-f-balykin (дата обращения: 06.03.2018).

7. Савина, Л. Н. Русские писатели-этнографы XIX века о меднолитых иконах, крестах и складнях // Этнические взаимодействия на Южном Урале : матер. VI Всерос. науч. конф. [Челябинск, 28 сент. - 2 окт. 2015 г.]. - Челябинск : Челябинский гос. краеведческий музей, 2015. - С. 412-416.

Anton Klubkov, Ph. D. in Cultural Studies, Junior Researcher State Art Museum of Altai Krai

antklub@mail.ru

"PIECE OF THE ANCIENT RUS'": COLLECTION OF OLD BELIEVERS' ART ITEMS IN STATE ART MUSEUM OF ALTAI KRAI

Abstract. The paper reviews several factors that had influenced, on the author's opinion, on genesis of Russian old believers' culture in the Altai territory. Theological and aesthetic aspects of the ancient Russian cultic art are analyzed. Also, the author gives some information about a set of religious art items from the stock of State Art Museum of Altai Krai (Barnaul, Russia): wooden temple icons, art castings of copper, folding icons, crosses, etc.

Keywords: Russian people's culture, icons, copper icons, old believers, Vikula Balykin.

УДК [631.61+75](571.150):7.071.1Вагин

Л. Н. Лихацкая, кандидат искусствоведения

Алтайский государственный технический университет им. И. И. Ползунова

lhart2011@mail.ru

ЦЕЛИНА КАК ФАКТОР РАЗВИТИЯ ХУДОЖЕСТВЕННОЙ КУЛЬТУРЫ АЛТАЯ

Аннотация. Рассмотрен культурный эффект масштабных государственных мероприятий советского правительства по сельскохозяйственному освоению целинных и залежных земель Алтая (1954-1965 гг.), сказавшийся на формировании и развитии новых тенденций в изобразительном искусстве степного Алтая. На примере творчества графика и живописца, члена Союза художников России (1968 г.), заслуженного художника России (1991 г.) А. Г. Вагина (1923-2006 гг.), переносившего на полотна сцены трудового быта целинников, автор иллюстрирует тезис о влиянии целинной эпопеи на развитие тематики и образных концепций в живописи, графике, в жанрах портрета и пейзажа.

Ключевые слова: искусство Алтая, целина, документальность, монументальность, пейзажный образ, силуэт, композиция, портрет, созидательный труд, патриотизм.