Конвенциональные стратегии как способ разрешения коммуникативных конфликтов в юридическом дискурсе

Э.Ш.Никифорова

Костанай, Казахстан

E.Sh.Nikiforova

Kostanai, Kazakhstan

КОНВЕНЦИОНАЛЬНЫЕ СТРАТЕГИИ КАК СПОСОБ РАЗРЕШЕНИЯ КОММУНИКАТИВНЫХ КОНФЛИКТОВ В ЮРИДИЧЕСКОМ ДИСКУРСЕ

CONVENTIONAL STRATEGIES AS A MEANS OF RESOLVING A COMMUNICATION CONFLICT IN A LEGAL DISCOURSE

Аннотация. Рассматривается применение коммуникативных стратегий для решения конфликтов, возникающих в типичных для юридического дискурса коммуникативных ситуациях. Автор особо акцентирует внимание на конвенциональных стратегиях, то есть стратегиях, направленных на достижение согласия или компромисса.

Ключевые слова: коммуникативная стратегия; коммуникативный конфликт; конвенциональная стратегия; манипулятивная стратегия; юридический дискурс; аргументативность; суггестивность.

Abstract. The article deals with the use of communicative strategies to resolve communicative conflicts typical in the sphere of juridical discourse. The author draws particular attention to conventional communicative strategies aimed at reaching agreement or compromise.

Key words: communicative strategy, communicative conflict, conventional strategy, manipulative strategy, juridical discourse, argumentativeness, suggestivity.

Сведения об авторе: Никифорова Эльмира Шавкатовна, аспирант кафедры романских языков и меж-культурной коммуникации Челябинского государственного университета.

Место работы: Костанайский государственный университет им. А.Байтурсынова.________________________

About the author: Nikiforova Elmira Shavkatovna, post-graduate student of Roman Languages and Intercul-tural Communication department of Chelyabinsk State University.

Place of employment: Kostanai State University named after A.Baitursynov.________________________________________

Контактная информация: 11GGGG, Казахстан, г. Костанай, ул. Чехова, д. 1G6/2, кв. 224; тел. (7142)568647;

e-mail: n.e.sh_1975@mail.ru

На современном этапе развития лингвистической науки вопросы, касающиеся профессиональной коммуникации, приобретают первостепенное значение. Особый интерес вызывают так называемые коммуникативные профессии, то есть такие, в которых обмен информацией выступает основным средством профессиональной деятельности. Среди профессиональных сфер, привлекающих внимание лингвистов, можно выделить такие, как педагогическая, юридическая, общественно-политическая, медицинская, обслуживания и др.

Язык является мощным средством коммуникативного воздействия. Он позволяет не просто описывать какие-либо объекты или ситуации внешнего мира, но и интерпретировать их, задавая нужное адресанту видение мира, управлять восприятием объектов и ситуаций, навязывать их положительную или отрицательную оценку. Всё вышесказанное, несомненно, актуально применительно к сфере права вообще и судопроизводства в частности.

В языковой коммуникации (судоговорении, судебной речи) язык выступает источником и хранилищем потенциальной информации. В ходе судебного процесса в зале суда источником информации являются участники процесса, люди. Они говорят непосредственно сами за себя (дают или снимают показания, дают оценку действиям сторон, обосновывают свои решения, пытаются влиять на решения других людей) или говорят заочно при помощи письменной речи (протоколы следственных действий, другие письменные документы).

Адресатом речевого сообщения является судебная аудитория.

В современной юридической теории существует тенденция к осознанию важности коммуникативной составляющей права (Н.Д.Голев, Е.И.Горошко, О.П.Сологуб). Правовая коммуникация формируется по образу и подобию естественных семиотических систем (Н.Д.Голев). Естественный язык входит в структуру юридического дискурса, отражает и формирует сознание его участников [1. С. 14].

Судоговорение происходит в определённом контексте, который можно назвать коммуникативной ситуацией. Коммуникативная ситуация в рамках юридического дискурса априори предусматривает наличие определённого коммуникативного конфликта, поскольку участники судебного процесса выступают в роли оппонентов, имеющих равный статус перед судом. Их целью является доказательство своей правоты, основанное на убеждении и аргументации. Для того чтобы убедить в своей правоте, повлиять на мировоззрение участников процесса, коммуниканты сознательно избирают ряд коммуникативных стратегий.

Остановимся подробнее на определении коммуникативной стратегии. Термин «комму -никативная (речевая) стратегия» получил в лингвистике широкое распространение и широкое толкование. Под стратегией, в частности, понимают: принцип построения процессно-ориентированной модели интерпретации текста; выполнение некоторого речевого действия; средство достижения высокой степени успешности высказывания; принцип построения любой осмысленной коммуникации; глобальную модель организации межкуль-турного делового общения; принцип управления конфликтом в политической коммуникации; «насилие» над адресатом, направленное на изменение его модели мира, на трансформацию его концептуального сознания; образ взаимодействия наблюдателя со средой и т. д.

В современной лингвистике существует также несколько подходов к рассмотрению этого явления: текстовой подход (стратегия — элемент текста), риторический подход (стратегия — реализация коммуникантом плана построения своего речевого поведения), психологический подход (стратегия — определение направления развития и организация действий при целостном осознании ситуации), когнитивный подход (стратегия — совокупность процедур над моделями мира участников ситуации), прагмалингвистический подход (стратегия — цепочка решений говорящего, его выборов определенных коммуникативных действий и языковых средств). Все эти подходы не противоречат друг другу, они лишь рассматривают сложное явление с разных сторон. Очевидно то, что в понятие коммуникативной стратегии входит содержание выбора определённых действий, направленных на достижение определённой цели, а также постоянные усилия, направленные на поддержание этого выбора.

Отметим, что в последнее время проблемы коммуникации зачастую рассматривают в рамках гуманитарных технологий. Гуманитарная технология — это социальная технология, основанная на практическом использовании знаний о человеке в целях создания условий для свободного и всестороннего развития личности. Гуманитарные технологии могут превратить процесс общения как в манипуляционный, так и в конвенциональный. Для этого используются определённые коммуникативные стратегии. Исследователями выделяются три типа коммуникативных стратегий, которые описывают основные социальные процессы, порождающие коммуникационные действия. К ним относятся презентация, манипуляция и конвенция, причём презентационный тип является пассивной коммуникацией, манипу-лятивный тип — активной, конвенциональный — интерактивной. Основными средствами выражения являются: для презентации — послание, для манипуляции — сообщение, для конвенции — диалог [2].

Коммуникативное воздействие, как правило, направлено на разные уровни сознания адресата: на знания (когнитивный), отношения (аффективный) и намерения (конативный). Способы воздействия также различаются: можно влиять на сознание путем выстраивания рациональной аргументации (убеждение), через эмоциональную сферу (вызов чувственной реакции) или воздействуя на подсознание (суггестия), причём воздействие осуществляется с помощью вербальных и/или невербальных средств.

Тексты юридического дискурса относятся к аргументативно-суггестивным, то есть оце-ночность, субъективность, эмотивность и экспрессивность играют в них не менее важную роль, чем денотативная информация.

Аргументативность основывается на логико-риторических характеристиках текста, реализующих воздействие адресанта на мнения и рациональные оценки реципиента, а также косвенное регулирование его рационального поведения. Суггестивность текста подразумевает те его формальные, структурные и семантические характеристики, которые воздействуют на подсознание читателя посредством активизации ритмических, звуковых, тематических, словесных ассоциаций, вызывая бессознательные эмоции, мысли, образы и формируя бессознательные установки [3. С. 34].

Рассмотрим на конкретных примерах, взятых из текстов юридического дискурса, с помощью каких коммуникативных стратегий строится процесс общения участников судебного процесса. Отметим, во-первых, тот факт, что в рассматриваемых текстах проявляется разнообразие средств, избираемых для передачи информации: от нейтрального изложения до стилистически окрашенного.

В качестве примера нейтрального изложения приведем текст, в котором адвокат вкратце излагает суть дела, предлагая вниманию аудитории лишь факты в логической последовательности: «Поэтому мы считаем, что нам необходимо донести еще раз до судебной коллегии те доводы, которые касаются применения процессуального права в этом деле.

Во-первых, я бы остановился на доводах, приведенных в дополнительной жалобе, которая была представлена на прошлом судебном заседании. Это довод об истечении срока давности.

Мы считаем, что суд первой инстанции, принимая решение о продлении срока содержания Алексаняна под стражей до 22 января 2009 года, обязан был учесть очевидное и всем понятное из обвинительного заключения истечение срока давности привлечения Алексаняна по ст. 160, которое наступало именно в этот срок, а именно 1 декабря 2008 г.

В силу статьи 78 УК лицо подлежит освобождению от уголовной ответственности, если со дня совершения тяжкого преступления истекли 10 лет. Инкриминируемое Алексаняну деяние относится к тяжким преступлениям, соответственно срок давности по этим преступлениям составляет 10 лет» (стенограмма заседания коллегии Московского городского суда по делу Василия Алексаняна).

Примером стилистически окрашенного изложения может послужить следующий фрагмент, в котором используется эмоционально окрашенная лексика с резко отрицательной коннотацией, так называемая пейоративная лексика: «Тот судебный акт, который мы сегодня обжалуем, основан на немотивированных, голословных утверждениях и свидетельствует о том, что эта процедура превращена в фикцию» (стенограмма заседания коллегии Московского городского суда по делу Василия Алексаняна).

Приведенные примеры демонстрируют реализацию конвенциональной коммуникационной стратегии. Участники коммуникации излагают объективную информацию о событии, дополняя ее другими фактами и предоставляя слушателю самостоятельно делать выводы.

Конвенциональные коммуникативные стратегии принципиально отличаются содержанием и набором средств для своего выражения. Для конвенции характерен прямой диалог, вопросно-ответные построения, ссылки на источники информации, аргументированность изложения. Проблемы и их возможные решения выражаются эксплицитно, выстраивается диалог, целью которого является получение объективной информации:

«Адвокат Резник: Я задам Вам несколько конкретных вопросов и хочу получить на них конкретные ответы. Вы были знакомы с Эстемировой?

Мнацаканян: Да. С 92-го года.

Адвокат Резник: С 92-го года. Скажите, пожалуйста, известно ли что-нибудь Вам о встречах Эстемировой с Рамзаном Кадыровым? Если известно, то скажите, что происходило на этих встречах, в частности не высказывалось ли там каких-то конфликтов, не высказывалось ли каких-то угроз? Пожалуйста» (стенограмма судебного заседания по

уголовному делу о клевете, возбуждённому против председателя Совета правозащитного центра «Мемориал» Олега Орлова).

Рассматривая реализацию коммуникативной стратегии конвенционального типа, можно выявить следующие особенности языкового выражения. Стиль изложения материала близок к нейтральному, авторами употребляется небольшое количество образных средств и фигур речи, что придает изложению большую объективность.

Необходимо отметить и тот факт, что в ходе реального судебного заседания не представляется возможным придерживаться исключительно конвенциональных стратегий, поскольку сама ситуация противопоставления оппонентов, конфликта интересов предусматривает соперничество, а следовательно, желание манипулировать сознанием слушателей, изменить их мировоззрение, картину мира или фрагмент этой картины. По этой причине манипулятивные стратегии применяются наряду с конвенциональными.

При реализации манипулятивной стратегии текст содержит большое количество им-пликатур, которые могут быть реализованы за счет стилистических приёмов и выразительных средств языка: «Скажите, пожалуйста, тогда Ваши умозаключения, Ваше мнение, Ваше чувство, которые Вас посетило после прочтения данной публикации?» (повтор, апелляция к сознанию и, главное, к чувствам адресата).

«Будет ли он в мучениях пребывать свои последние дни, испытывать те страдания, которые он сейчас испытывает, либо всё-таки этот отпущенный срок проведёт вместе с людьми, которых он любит, которые любят его, с членами его семьи, может быть, это скрасит немножко его горькие будни» (в своей речи адвокат использует эмоционально окрашенные слова и выражения, рисует печальную картину, пытается показать всю безысходность положения своего подзащитного, тем самым взывая к чувству сострадания, призывая суд изменить ранее принятое решение).

Использование в тексте специальных синтаксических построений также способствует достижению желаемого эффекта воздействия на адресата: «Когда приводишь ещё и следующие и следующие доводы, видишь их совокупность — думаешь: ну почему суд так демонстративно несправедлив к Алексаняну? Ну почему нужно доказывать очевидные вещи и говорить сейчас уже в который раз о вещах, которые, наверное, понятны всем, и по-человечески, и юристам, и не юристам? ... И так называемая социальная опасность личности; суд упомянул об этом, не удосужившись даже объяснить, в чём же повышенная социальная опасность Алексаняна? . В чём социальная опасность Алексаняна? Он что, какой-нибудь разбойник с большой дороги, совершил убийство, насильственные действия?» Риторические вопросы в речи адвоката заставляют слушателей усомниться в правоте оппонента, причем адвокат не просто прибегает к риторическим вопросам, а использует их в большом количестве, что, несомненно, усиливает желаемый эффект.

«В каких условиях он сейчас пребывает? Не говоря о том, что он испытывает невероятные физические страдания, огромные мучения, не менее тяжкие страдания доставляет ему само содержание под стражей. Решётки, охранники, само сознание, что ты под стражей.». Адвокат прибегает к приёму имитированного диалога: сам задаёт вопрос, сам же на него отвечает, при этом чётко прослеживается импликация: «Любой здравомыслящий гуманный человек, а Вы, слушатель, именно такой, ответил бы так же на этот вопрос». Кроме того, используется односоставное назывное предложение: «Решётки, охранники, само сознание, что ты под стражей...», которое акцентирует внимание на внешних атрибутах несвободного состояния индивида (решётки, охранники), а также на его внутреннем состоянии (само сознание, что ты под стражей). Целостный образ создаётся также за счёт употребления эмоционально окрашенной лексики: невероятные физические страдания, огромные мучения, не менее тяжкие страдания.

Источником коммуникативных скрытых смыслов является также коннотативная и ассоциативная семантика слов: «суд так демонстративно несправедлив к Алексаняну»,

«...говорить сейчас уже в который раз о вещах, которые, наверное, понятны всем, и по-человечески, и юристам, и не юристам» (использование интенсификаторов).

Используя коммуникативные приемы, действующие в обход сознательного восприятия адресата, автор текста добивается формирования у него желаемого представления о мире, которое может не соответствовать действительности.

Итак, становится вполне очевидным тот факт, что в коммуникативных ситуациях, возникающих в рамках юридического дискурса, неизбежно возникают коммуникативные конфликты, как и в любой другой сфере общения. Эти конфликты, их преодоление являются движущей силой общения, поскольку без противоречий и конфликтов невозможно никакое развитие. Но для достижения определённого результата необходимо эти конфликты продуктивно разрешать. Для этой цели участники коммуникации сознательно, а иногда и неосознанно прибегают к определённому набору коммуникативных стратегий. Чтобы общение в сфере права было продуктивным и результат соответствовал ожиданиям общества, необходимо прибегать в большинстве случаев к конвенциональным стратегиям, которые позволяют построить конструктивный диалог, убедить собеседника и слушателей при помощи логических построений и апелляции к здравому смыслу. При этом сама ситуация общения, состязательный характер судебного процесса иногда требуют включения в речь манипулятивных стратегий, которыми, однако, на наш взгляд, не следует злоупотреблять, поскольку манипуляция всегда связана с насилием над личностью.

ЛИТЕРАТУРА

1. Мальцева В.А. Стратегии речевого воздействия в профессиональной коммуникации: Автореф. дис. ... канд. филол. наук. Челябинск, 2011.

2. Мартынова Ю.А. Анализ коммуникативных стратегий в общественно-публицистическом дискурсе // Изв. Саратов. ун-та. 2009. Т. 9. Вып. 2.

3. Шелестюк Е.В. Речевое воздействие: онтология и методология исследований: Дис. ... д-ра филол. наук. Челябинск, 2009.