Контакт языков в немецком языковом пространстве

А.В. Кирилина

УДК 81=112.2, 81'27

КОНТАКТ ЯЗЫКОВ В НЕМЕЦКОМ ЯЗЫКОВОМ ПРОСТРАНСТВЕ1

в статье характеризуются демографические изменения в составе населения германии, связанные с миграцией, и обсуждается их воздействие на развитие немецкого языка. Рассмотрены наиболее масштабные языковые контакты, а также некоторые новые черты глобализационной философии языка и осмысления немецкого языка как достояния не только немцев, но и мигрантов.

Ключевые слова: социолингвистика, язык и глобализация, германские языки, языковые контакты.

Alla V. Kirilina

LANGUAGE CONTACTS IN THE GERMAN LANGUAGE space

The article highlights demographic changes in Germany and the impact of migration on the development of modern German. It analyses the most salient language contacts as well as some new features of globalization-centered language philosophy and conceptualization of German as the heritage of the Germans as well as the migrants.

Key words: sociolinguistics, language and globalization, Germanic languages, language contacts.

Статья подготовлена в рамках ФЦП «Научные и научно-педагогические кадры инновационн России» на 2009-2013 годы (Мероприятие 1.1. «Проведение научных исследований коллективам научно-образовательных центров».

М играционный фактор - одно из центральных явлений современной жизни Германии, о чем свидетельствуют данные германского статистического портала http:// www. statistik-portal. de.

Массовое привлечение иностранных рабочих началось в 50-е гг. XX века и было несколько ограничено в начале 70-х г. ужесточением иммиграционного законодательства. За это время в Германию переселилось несколько миллионов рабочих из других стран, главным образом - из Турции. Но и далее рост числа переселенцев из других стан продолжился. До объединения Германии пиковым был 1982 г., в котором

число иностранцев составило 4,7 млн чел., что соответствует 7,6% населения страны. После объединения данные 1992 г. продемонстрировали новый рост - 6,5 млн зарегистрированных иностранцев (8% населения) [Barbour, Stevenson 1998: 213].

Сегодня эта тенденция также выражена весьма ярко, хотя в 2005 г. вновь подверглось коррекции иммиграционное законодательство.

В ноябре 2011 г. статистический портал Германии содержал следующие данные (перевод названий рубрик наш - А.К.):

Gebiet und Bevölkerung -Ausländische Bevölkerung / Место и население — Иностранцы

Bundesland /

Название федеральной земли

31.12.2009

Bevölkerung / Ausländische Bevölkerung / Иностранное Население население

Anteil in % /

Insgesamt / Всего

Доля в %

Baden-Württemberg 10.744.921 1.263.975 11,8

Bayern 12.510.331 1.164.027 9,3

Berlin 3.442.675 473.209 13,7

Brandenburg 2.511.525 64.904 2,6

Bremen 661.716 83.271 12,6

Hamburg 1.774.224 239.371 13,5

Hessen 6.061.951 672.623 11,1

MecklenburgVorpommern 1.651.216 38.337 2,3

Niedersachsen 7.928.815 522.676 6,6

Nordrhein-Westfalen 17.872.763 1.868.770 10,5

Rheinland-Pfalz 4.012.675 306.453 7,6

Saarland 1.022.585 84.833 8,3

Sachsen 4.168.732 114.076 2,7

Sachsen-Anhalt 2.356.219 42.169 1,8

Schleswig-Holstein 2.832.027 144.602 5,1

Thüringen 2.249.882 47.623 2,1

Deutschland 81.802.257 7.130.919 8,7

http://www.statistik-portal.de/Statistik-Portal/de_jb01_jahrtab2.asp 20 ноя 2011

Как явствует из таблицы, на 31.12. 2009 г. Германия насчитывала 81 802 257 жителей, в том числе 7 130 919 иностранцев, что составило 8,7% населения страны.

По данным портала на незавершенный 2011 г. (по май включительно), на конец мая 2011 население Германии составило 81 729 000 человек.

В 2010 г. и первых пяти месяцах 2011 г. ежемесячное количество умерших постоянно превышало количество родившихся:

Аналогичная картина складывается и из данных за 2010 г.:

За 2010 г. в страну въехало 670 606 иностранцев; выехало - 529 606, осталось

- 127 635 чел.

С января по май 2011 въехало 306 238 иностранцев.

В среднем прирост составляет 10 тыс. человек в месяц.

Данные статистики позволяют заключить, что иностранная миграция - важный фактор восполнения естественной убыли населения.

Как отмечает Л.Б. Карачурина [2007, эл. ресурс], «основная масса мигрантов, переселяющихся в Германию на постоянное место жительство, предпочитает оседать в городах (желательно западных земель)».

Удельный вес иностранного населения в крупных городах значительно выше, чем в целом по стране: Франкфурт-на-Майне - 28%, Штутгарт - 24%, Мюнхен -23%, Кёльн - 19%, Гамбург - 15%, Берлин

- 13% В отдельных городских районах доля мигрантов в 2007 г. достигала 60% [Там же]. Еще более драматичную картину рисует Тило Сарацин в 2010 г. [Sarrazin 2010], однако книга этого автора воспринята в

Германии как ненаучная, а автор подвергся политическим гонениям.

Можно согласиться с Л.Б. Карачури-ной, которая со ссылкой на труды исследовательской группы фрайбургского университета (руководитель Д. Нойтац) отмечает: локализация этнических групп «в некоторых случаях приводит к возникновению т.н. «параллельных обществ» со своими системами норм и ценностей» [Карачурина 2007]. Такое же мнение ранее высказали С. Барбур и П. Стевенсон [Barbour, Stevenson 1998].

Со второй половины XX века в немецком языковом пространстве появились новые явления, связанные с массовой миграцией. С 50-х гг. XX века начался приток мигрантов из турции, несколько позднее - с конца 80-х - начала 90-х гг. - этнических немцев и евреев из СССР - с 1990 года в германию переселилось на постоянное жительство примерно 200 тысяч евреев из бывшего СССР и Восточной Европы [Diez 2005; Попков 2009]. Для выходцев из СССР/России родным языком был русский [Попков 2009]. По данным П. Поляна, «из лиц, приехавших в германию по линии еврейской эмиграции, собственно евреями по национальности являются 59%, 25% - это русские и еще 12% украинцы» [Полян 2007, эл. ресурс]. Мигрировали также русские и лица других национальностей, представленных в бывшем СССР. Помимо этих -наиболее представительных - миграционных потоков, в Германию въехали ранее и продолжают въезжать представители других стран - бывшей Югославии, Италии, вьетнама и др.

Вследствие значительного количества турецких мигрантов и переселенцев из СССР/России явственные языковые контакты происходят по линии турецкий - немецкий и русский - немецкий.

Многие мигранты живут компактно, придерживаются своего вероисповедания (главным образом - мусульманские общины) и слабо интегрируются. Особенно это касается турецкого населения,

2011 г.

(тыс.чел.) январь февраль март апрель май

Родилось 38 856 49 096 56 155 46 534 55 781

умерло 66 588 69 304 78 939 66 839 73 567

разница - 27 732 - 20 208 -22784 -20305 - 17786

хотя в последние годы ситуация несколько изменилась.

Специфика аккультурации и труда (а также высокая доля иноконфессиональных иммигрантов и иммигрантов, живущих на социальное пособие и, следовательно, слабо вовлеченных в трудовой процесс), с одной стороны, и глобализационное распространение английского языка - с другой, привели к своеобразным формам двуязычия2.

с одной стороны, можно говорить о полном двуязычии немцев, относящихся к академической среде или политиков, которые получили хорошее образование и свободно владеют двумя языками,3 - эти социальные группы под влиянием ширящегося распространения английского растут, поскольку система образования также способствует раннему усвоению английского языка (однако некритическое отношение к английскому языку, а также его высокий престиж ведут, по мнению ряда исследователей и большого числа граждан Германии, к засилью англицизмов и языковому смешению, ярким примером чего можно назвать Denglish (подробне см., например, сайт www.vds-ev.de). Сегодня в Германии существует и зона двуязычия немецкий — английский, связанная с экспансией английского языка и глобализацией.

С другой стороны, массовый въезд иностранных рабочих, лиц со статусом беженца и под. и в значительной мере самостоятельное и «усеченное» усвоение ими немецкого языка, а также неполная интеграция таких мигрантов и поколения их детей привели к пиджинизации другого рода - образованию т.н. немецкого языка га-старбайтеров, обнаруживавшего типичные черты пиджина - упрощение грамматики, черты смешения вследствие интерференции и в целом «фрагментарное» владение языком на уровне умения как-нибудь вы-

разить основные жизненные потребности и базовые социальные связи.

Немецкий язык гастарбайтеров (Gastrarbeiterdeutsch) впервые упомянут в труде М. Клайна [С1упе 1968] и исследуется с конца 70-х гг. по нескольким направлениям:

- специфика кода (по сравнению с нормированным немецким);

- специфика усвоения (интерес к социолингвистическим факторам, ведущим к образованию пиджинизированного варианта языка);

- исследование интерактивных коммуникативных процессов между иностранными рабочими и немцами [Нтпепкатр 1990].

Исследование этого языкового варианта принесло важные данные о развитии языковых контактов.

Языковой контакт крайне редко остается без последствий. Он влечет за собой четыре явления:

- переключение кода;

- лексические заимствования;

- неполное усвоение второго языка;

- интерференцию [Afshar 1998].

Неравномерное расселение иностранных работников по территории Германии обусловило также появление в их речи черт некоторых территориальных диалектов.

К. Зорниг [Somig 1988: 63] отмечает следующие проявления утраты языка:

1. Утрата «старательного» ведения диалога.

2. Утрата способности порождать тексты.

3. Утрата разнообразия текстов (отказ от некоторых типов текста).

4. Утрата коннотативного семантико-лексического навыка говорения.

К последнему пункту относятся и правила лексической и синтаксической со-

2 При обсуждении вопроса мы пользуемся следующим определением: «Двуязычие и многоязычие, как следует из буквального прочтения значения терминов, - это наличие и функционирование в пределах одного общества (обычно - государства) двух или нескольких языков» [Беликов, Крысин 2001: 56].

3 Однако, даже в этих кругах владение английским не столь идеально - см. [Аттоп 1990, 2004].

четаемости, распад которых отмечают и другие лингвисты [см., например, Никипорец -Такигава 2009].

Поскольку термины

Gastarbeiterdeutsch и позднее

Gastarbeiterlinguistik воспринимались многими как недостаточно политкорректные, в дальнейшем эта область языкознания получила название Migrationslinguistik -лингвистика миграции. Сегодня это одна из составляющих деятельности Института немецкого языка в Мангейме [см. http:// www.ids-mannheim.de/prag/migration.html]. В частности, исследуется немецкий переселенцев из России.

Примечателен факт, что несмотря на различие стран происхождения немецкий гастарбайтеров обнаруживает значительное единообразие [Barbour, Stevenson 1998: 216].

отмечается также, что носители немецкого языка в разговоре с иностранцами нередко используют специальную упрощенную речь, напоминающую речь гастар-байтеров, - так называемый Foreigner Talk, что также способствует ограниченному усвоению языка мигрантами. Примеры такой речи:

Komm, photo machen (= röntgen) Ich heute vie kaput Gestern du immer schnaps trinke, ja? Vater Kapitalist? 4

В языке гастарбайтеров различают (по аналогии с разграничением Бернстай-на) рестриктивное (ограниченное) и эла-боративное (разработанное) упрощение. При рестриктивном происходит радикальная редукция практически всех грамматических категорий - времени, лица и числа для глаголов; падежа, рода, числа для имен существительных и т.д. Разработанное же упрощение состоит в расширении редуцированных категорий без усложнения языковых правил - например, через расширение словаря и усвоение новых глаголов

4 Примеры из [Barbour, Stevenson 1998: 222].

при застывшей фиксации на слабом типе спряжения.

В последние десятилетия, однако, когда выросло новое поколение детей мигрантов, получающее по меньшей мере школьное образование на немецком языке и когда вновь прибывшие (молодые) переселенцы - немцы получали институционально закрепленную возможность изучать язык, смешение языков стало выполнять иную функцию - выражение групповой идентичности. Смешанный язык выбирается сознательно - как особый сленг - для конструирования своей групповой идентичности, в которую входит и этничность.

В научной литературе существуют и более радикальные точки зрения на языковые контакты, вызванное ими смешение языков и его социальные причины. Так, Б. Хюпауф считает: «Языки сегодня находятся в процессе мутации и реконструкции. Возникающая немецко-турецкая литература может быть прочитана как убедительный пример этого текучего трудноопределяемого отношения между глобализацией как ментальной и эмоциональной моделью и глобализацией как жизненным опытом» [Нирра^ 2004: 18]. В подобной интерпретации глобализация - не только тенденция политической и социальной реальности настоящего времени, она также и ментальная модель [Augustyn 2004].

Дискуссии о глобализации, в которых речь идет лишь об американизации и гомогенизации, не соответствуют действительной сложности и многогранности культурного развития и различных культурных пресечений, происходящих на местах. такие дискуссии могут даже затушевать имеющуюся культурную и языковую гетерогенность. Чтобы в полной мере понять ситуацию немецкого языка, надо рассматривать глобализацию как процесс транснационального взаимодействия. так, миграция как транснациональный феномен

создала условия для возникновения новых форм немецкого языка. Можно говорить о локализации глобального.

Эту идею в той или иной мере разделяют многие исследователи, рассматривая как яркий пример новой глобализацион-ной транснациональности книги немецко-турецкого автора Феридуна Заимоглу (Feridun Zaimoglu 1995) и особенно его текст «Kanak Sprak5».

На взгляд Я. Ылдыз [Yildiz 2004], книга Ф. Займоглу «Kanak Sprak»: 24 Mißtöne vom Rande der Gesellschaft' демонстрирует, как изначально транснациональная эстетика создает новое представление о немецком языке. Книга содержит резкую социальную и культурную критику германского общества; она состоит из серии монологов, произносимых молодыми людьми турецкого происхождения, живущими в Германии и занимающими маргинальные, а часто и асоциальные позиции - сборщик мусор, наркоторговец, исламский фундаменталист или транссексуал. Наиболее яркая черта монологов - их язык - язык насилия, обсценности, «грязных» метафор и сленга. Язык выраженно устный и намеренно неидиоматичный. Язык книги не является пиджином гастарбайтеров, турецким или немецким языком - это, на взгляд Я. Илдыз, результат литературного творчества.

Я. Ылдыз интерпретирует возникающую лингвистическую вариативность, этот новый гибридный язык как знак растущего чувства различия и объясняет новый язык миграцией и восприятием мигранта. Книга не документирует социолект, а скорее создает искусственный язык, который в этой форме существует как литературное изобретение.

Изобретение же нового языка - это момент создания новой реальности в период миграционных потоков и дестабилизированных идентичностей. Транснациональная идентичность не испытывает страха утраты языка и свободна в лингвокреативном эксперименте.

При всей нелитературности и провокационное™ языка «KanakSprak» личность, выражающая себя в этом агрессивном языке, «сконструирована в новом идиоме, способном ''приютить'' нестабильные идентичности до достижения равенства» [Huppauf 2004: 18]. Писатели национальных меньшинств обратились к немецкому языку и пишут на нем, выражая критику эксклюзивной природы нации как «воображаемого сообщества» (известное определение Бенедикта Андерсона). Творчество таких писателей не просто относится к маргинальным слоям - они создают новые образы - в том числе и язык. Kanak Sprak - важная часть такого нового образа [Yildiz 2004 : 326].

В «Kanak Sprak» часто используются диалектальные составляющие, например, северогерманские слова и выражения. Это свидетельствует: локальная аффилиация не редка для меньшинств по всей планете и, как предполагает Я. Ылдыз, составляет альтернативу национальной принадлежности.

Стратегия писателя не подчиняется клише Gastarbeiterdeutsch или турецкого сленга. Оба эти варианта ассоциируются с упрощенной и неправильной грамматикой и с импортом иностранных слов. «Kanak Sprak» скорее относится не к одному из двух национальных языков, доступных немецкой турецкой молодежи, - стандартному немецкому или турецкому, - а маркирует появление иного способа выражения. Автор пользуется словами и выражениями, которых нет ни в одном из двух языков.

С другой стороны, в «Kanak Sprak» явствено прослеживаются следы американского рэпа, что представляет собой признак глобального. Вновь изобретенный язык включает и вкрапления арго и идиша - свидетельство культурной памяти о более раннем маргинальном существовании в Германии и вне ее [Yildiz 2004].

Именно такая литература демонстрирует влияние миграции на немецкий язык, одновременно поднимая вопрос о сущ-

5 В переводе это название может звучать как «Язык чурок».

ности европейских языков как таковых в эпоху миграции.

Не только английский язык влияет на развитие ведущих европейских языков. Наряду с английским необходимо учитывать влияние других языков и культур. Я. Ылдыз справедливо отмечает, что «сосредоточенность на глобализации и английском имплицитно предполагает, что сам немецкий остается неизменным, а это не так» [Yildiz 2004: 322].

В данном случае мы сталкиваемся со сложной и неоднозначно интерпретируемой проблемой, которая выходит за рамки обсуждения вопроса о языке и вторгается в тонкую и опасную область национального чувства. Так, Я. Ылдыз считает: в Германии доминирует мнение, что немецкий язык - собственность только лишь этнических немцев, а другие могут лишь пользоваться, но не владеть им. Автор видит парадокс в том, что ламентации о порче языка вызваны нежеланием признать, что - он не только достояние этнических немцев и что на деле много других говорящих на немецком языке. Один из вопросов о будущем немецкого формулируется так: возможно ли переосмыслить считающуюся сегодня органической взаимосвязь между этническими немцами и немецким языком. Таким образом мы подходим к культурному представлению языка.

Укреплению и демаргинализации транснационального варианта языка способствовали деятели культуры. Как отмечает Клаус Хюбнер, «особенно это относится к юмористам Эркану & Штефану, которые стали известны на всей территории ФРГ благодаря своим телевизионным выступлениям, к дуэту Драган и Алдер, в некоторой степени к юмористу Кайя Янару, к кинорежиссёрам Фатиху Акину, Кутлугу Атаману, Юксел Ярузу или Йилмаз Арслану, а также окружению писателя Феридуна Займоглу. Название его прозаического произведения «Kanak Sprak» (1995), написанного от лица вымышленных персонажей и не гнушающегося ни скабрезностей, ни насилия, вско-

ре стало популярным понятием с всё чаще положительной коннотацией» [Хюбнер эл. ресурс http : //www. goethe. de/ins/ru/lp/prj/ drj / ser/spr/del/ru 13 98809.htm 2006]. Сегодня это факт кино, эстрады, литературы, чему способствуют и новые произведения на «Kanak Sprak» - экранизация фильма "Kanak Attack", литературное творчество молодых авторов - Имрана Аята, Яде Кара и др., в том числе немецких писателей (Freidank 2001 a,b,c).

Аналогичным образом развивается и используется пиджинизированный немецкий русских переселенцев немецкого происхождения, называемый «квеля», «легитимизированный» книгой Владимира Каминера "Russendisko"[Kaminer 2000]. Специфическая черта этого языкового контакта - синтез латиницы и кириллицы. Однако сегодня такое смешение графических систем можно наблюдать и в России (причина здесь иная - проникновение английского языка в функциональное пространство русского).

Русский немецкий имеет обычную специфику пиджинов: словоизменение и словообразование происходит по правилам русской грамматики с использованием немецкого корня; калькируются устойчивые сочетания, особенно - отражающие специфические для Германии реалии:

Митовать (mieten (die Wohnung)) -снимать, арендовать квартиру.

Поставить антраг ( Antrag stellen) — подать заявление.

Это наш зюска Павлик

Языки меньшинств также меняются, взаимодействуя с немецким.

Петер Ауэр и И. Дирим исследовали использование турецкого нетурецкой молодежью - переселенцами из Казахстана [Auer, Dirim 2003], установив, что эти подростки вплетают турецкие фразы в немецкую речь.

П. Ауэр и И. Дирим продемонстрировали на примере Гамбурга, что турецкий язык сегодня укоренен в крупных городах Германии и стал - пусть и фрагментарно -

составной частью повседневной коммуникации не только для лиц турецкого происхождения [Auer, Dirim 2004]. Подобные идеи

- об усеченном (truncated) владении языком

- высказывает и Ж. Бломмерт [Blommaert 2010].

Аналогичные материалы представлены в исследовании Л.Е. Корниловой [2010] и Л.А. Жилинской [2009], рассмотревших соответственно восточноазиатские ксено-нимы и арабизмы в немецком языке. Установлено 545 арабизмов, интенсивность их использования выше в последние годы, нежели в 80-е гг. XX в.; они вошли в молодежный сленг: Li-lak - ты мне - я тебе, wallah -клянусь, thaqifa - умный, сообразительный,

Fatime - девушка [Жилинская 2009: 20].

Такими образом, глобализационная философия языка настаивает на относительности, конструируемости понятий «нация» и «язык»: «Нации, регионы и места, связанные с идентичностью и этничностью, всегда были конструктами, образными сущностями. По определению, они результат культурного воображения и конструирования. С этой точки зрения глобализация - концепт нарождающегося мирового сообщества» [Нирра^ 2004: 12]. Вместе с тем очевидно, что решение этой проблемы уводит и в плоскость политики и в сферу идеологической борьбы.

Литература

Беликов В.И., Крысин Л.П. Социолингвистика. - М., 2001. - 439 с.

Жилинская Л.А. Национально-культурные и языковые особенности арабизмов в современном немецком языке. - М., 2009. - 215 с.

КарачуринаЛ.Б. Пространственное размещение и социальная адаптация мигрантов в современной Германии: уроки для России? // http://demoscope.ru/weekly/2007/0303/ апаШ08^р 2007 №303-304,1-14 окт.

Корнилова Л.Е. Восточноазиатские ксенонимы в немецком языке - М., 2010. - 296 с.

Полян П. В Германии началась депопуляция еврейских общин (На полях свежих статистических данных) http://demoscope.ru/weekly/2007/0303/aпalit06.php, 2007 №303304 1-14 окт.

Попков В.Д. Транснациональное русскоязычное пространство в Германии: основные особенности // Язык и сознание: психолингвистические аспекты. Сб. статей Под ред. Н.В. Уфимцевой и Т.Н. Ушаковой. - М. - Калуга: Эйдос, 2009 - С. 99-111.

AfsharK. Zweisprachigkeit oder Zweisprachigkeit. Zur Entwicklung einer Sprache in der deutsch-persischen Familienkommuikation. Münster/New York/München/Berlin: Waxmann, 1998.

Auer Peter, Dirim Inci. Socio-cultural orientation, urban youth styles and the spontaneous acquisition of Turkish by non-Turkish adolescence in Germany // Androutsopoulos Jannis and Georgakopoulou Alexandra (eds.). Discourse Construction of Youth Identities. Amsterdam and Philadelphia: John Benjamins, 2003. P. 223 - 246.

Auer Peter, Dirim Inci. "Türkisch sprechen nicht nur Türken". Über die Unschärfebeziehung zwischen Sprache und Ethnie in Deutschland, Walter de Gruyter GmbH, 2004 - 245 p.

Augustyn Prisca. The Seductive Aesthetics of Globalization: Semiotic Implications of Anglicisms in German // Gardt, A.; Hüppauf, B.(eds). Globalization and the future of German. Berlin, Mouton de Gruyter, 2004 - P. 307 - 318.

Barbour Stephen, Stevenson Patrick. Variation im Deutschen. Soziolinguistische Perspektiven. Übersetzt aus dem Englischen von Konstanze Gebel. Walter de Grueyter. Berlin. New York, 1998 . - 354 p.

Blommaert Jan A. The Sociolinguistics of Globalization. - Cambridge University Press, NY, 2010. - 230 p.

Clyne Michael G. "Zum Pidgin-Deutsch der Gastarbeiter" //Zeitschrift für Mundartforschung, 1968, 35. P. 130 - 139.

Diez Barbara. Gemeinsames Erbe - plurale Tendenzen. Aussieder und Juden aus der ehemaigen Sowjetunion in deuytschand. Ein Vergleich. // Russische Juden und Transnationale Diaspora. (Hg.) von Julius Schoepes, Karl Grözinger, Wili jasper und gert Mattemklot. Philo. Berlin, 2005. - P. 259 - 278.

Freidank Michael. Grund- und Aufbauwortschatz Kanakisch (i.e., Kanakisch: Basic and Developed Vocabulary), 61 p., Eichborn Verlag, 2001a.

Freidank Michael. Kanakisch - Deutsch. Dem krassesten Sprakbuch uebernhaupt (i.e., Kanakisch - German. The crassest speakbook of all), 63 pages, Eichborn Verlag, 2001b.

Freidank Michael. Wem is dem geilste Tuss in Land? Märchen auf Kanakisch un so (i.e., Who's the Hottest Babe Of All? Fairy Tales in Kanakisch and stuff), 92 p., Eichborn Verlag, 2001 c.

Hinnenkamp Volker. "Gastarbeiterlinguistik" und die Ethnisierung der Gasrarbeiter //E. Dittrich uns F.-O. Radtke (rsg.). Ethnizität: Wissenschaft und Minderheiten. Opladen: Westdeutscher Verlag, 1990. - P. 277 - 297.

Hüppauf Bernd. Globalization - Threats and Opportunities // Gardt, A.; Hüppauf, B.(eds). Globalization and the future of German. Berlin, Mouton de Gruyter, 2004 - P. 3- 25.

Yildiz Yasemin. Critically "Kanak": A Reimagination of German Culture German // Gardt, A.; Hüppauf, B.(eds). Globalization and the future of German. Berlin, Mouton de Gruyter, 2004 - P. 319 - 340.

Kaminer V. Russendisko. Manhattan, München 2000, ISBN 3-442-54519-6. Taschenbuchausgabe: Manhattan, München, 2002.

Sarrazin Thilo. Deutschland schafft sich ab. Wie wir unser Land aufs Spiel setzen. Deutsche Verlags-Anstalt, 2010.

Schmiz Ulrich (Hrsg.) Sprache in modernen Medien. Einführung in Tatsachen und Theotiren, Themen und Thesen. Erich Schmidt Verlag. Berlin, 2004. - 217 p.

Sornig K. Sprachverlust, Muttersprachlicher Zusatzunterricht und Reintegrationsprobleme bei Gastarbeiterkindern // Grazer linguistische Studien, 1988, Heft 29. - P. 59 - 78.