Вина индивидуальных субъектов конституционно-правовой ответственности за совершение избирательно-правовых деликтов

ВИНА ИНДИВИДУАЛЬНЫХ СУБЪЕКТОВ КОНСТИТУЦИОННО-ПРАВОВОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТИ ЗА СОВЕРШЕНИЕ ИЗБИРАТЕЛЬНО-ПРАВОВЫХ ДЕЛИКТОВ

Д.С. Рымарев

Конституционно-правовая ответственность участников выборов выступает в качестве одной из правовых гарантий проведения подлинно свободных демократических выборов, осуществляемых на основе всеобщего, равного и прямого избирательного права при тайном голосовании, она служит правовым средством обеспечения правопорядка в сфере избирательно-правовых отношений и призвана обеспечить охрану Конституции Российской Федерации и действующего федерального законодательства о выборах.

Вместе с тем, из-за отсутствия четких законодательных формулировок, регламентирующих порядок применения мер рассматриваемого вида ответственности, судебная практика по избирательным спорам начинает вырабатывать к решению тех или иных вопросов свои подходы, подчас явно противоречащие самой природе правовых явлений.

Особенно часто это проявляется при решении судами вопроса об обязательности учета вины индивидуальных субъектов (кандидатов, зарегистрированных кандидатов) при привлечении их к конституционно-правовой ответственности за совершение неправомерных посягательств в избирательно-правовой сфере.

Следует отметить, что принцип вины занимает особое место в системе принципов конституционно-правовой ответственности участников выборов, поскольку он является правовым выражением субъективной предпосылки данной ответственности.

Содержание указанного принципа сводится к следующему: правонарушитель подлежит юридической ответственности, и к нему применяются предусмотренные за-

коном санкции только за те нарушения, в отношении которых установлена его вина [1]. Все, что совершено при отсутствии у лица выбора, т.е. при отсутствии свободы воли или в условиях, когда субъект не предвидел, не мог и не должен был предвидеть результатов своих поступков, не желал их наступления или не мог руководить своими действиями, основанием юридической ответственности не является [2].

Необходимость исследования вины субъекта конституционно-правовой ответственности за избирательно-правовые деликты при применении к нему соответствующих мер обусловлена тем, что данный вид ответственности носит карательный (штрафной) характер, поскольку её меры направлены на то, чтобы наказать правонарушителя - ограничить его в реализации соответствующих прав, отказать в реализации этих прав или лишить его соответствующего избирательно-правового статуса [3].

Во-вторых, актуальность обращения к принципу виновной ответственности в избирательно-правовой сфере подтверждается судебной практикой применения избирательного законодательства последних лет.

Из проанализированных нами 100 дел, рассмотренных Верховным Судом Российской Федерации в качестве кассационной (а в связи с принятием Федерального закона от 9 декабря 2010 г. № 353-ф3 - апелляционной) инстанции за период с 1999 по 2012 г., где либо сам суд, либо одна из сторон, участвующих в процессе, ссылалась на необходимость исследования вины, в 75 % случаев Верховный Суд Российской Федерации согласился с решениями суда первой инстанции, основывающимися на принципе виновной ответственности; в 10 % случаев Верховный Суд Российской Федерации отменил решение суда первой инстанции, ру-

39

ИЗБИРАТЕЛЬНЫЕ ПРАВОНАРУШЕНИИ И ЮРИДИЧЕСКАЯ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ

40

ководствуясь принципом виновном ответственности [4]. При этом данные категории дел связаны с применением таких мер конституционно-правовой ответственности участников выборов, как предупреждение, отказ в регистрации кандидата (исключение кандидата из заверенного списка кандидатов), отказ в регистрации списка кандидатов, отмена регистрации кандидата (списка кандидатов).

Вместе с тем, из 78 дел, когда Верховный Суд Российской Федерации обращался к исследованию вины индивидуальных субъектов конституционно-правовой ответственности за избирательно-правовые деликты, в 27 % случаев вина соответствующего лица была установлена исходя из его причастности к избирательно-правовому деликту (т.е. объективного отношения к совершенному противоправному деянию), без выяснения его субъективного отношения к содеянному.

Данный подход представляется нам недопустимым, поскольку причастность является только одним из элементов виновности лица в совершении избирательно-правового деликта, в то время как вторым ее элементом является наличии вины.

Вопрос о разграничении понятий «вина» и «виновность» наиболее детально разработан в уголовно-правовой науке [5]. Установление виновности лица в уголовном праве означает, что по делу собрано достаточно доказательств, во-первых, о всех обстоятельствах события преступления и причиненном им ущербе, во-вторых, о том, что его совершило данное лицо и, в-третьих, что преступление совершено им виновно [6].

В избирательном праве к решению этого вопроса обращалась Е.И. Старовойтова при характеристике презумпции невиновности. В частности, ею обращалось внимание на то, что в юридической литературе, как правило, в понятие виновности вкладывается две группы обстоятельств: а) причастность лица к совершению преступного деяния, т.е. самоличность совер-

шения его данным лицом; б) наличие вины - психического отношения лица к своему противоправному поведению и его последствиям, имеющему форму умысла или неосторожности [7]. Аргументируя свою позицию, Е.И. Старовойтова отмечала: «Непричастность лица к совершению преступления - понятие, основанное на принципе презумпции невиновности. Оно охватывает как доказанную непричастность лица к совершению преступления, так и недоказанную, несмотря на принятие всех предусмотренных законом мер и действий, причастность. Недоказанная причастность в силу вытекающего из презумпции невиновности правила о толковании сомнений в пользу обвиняемого с точки зрения своих юридических последствий полностью приравнивается к доказанной непричастности. Если лицо непричастно к совершению преступления, оно всегда считается невиновным. Однако обратное утверждение неверно. Невиновное лицо не всегда непричастно к деянию, запрещенному уголовным законом. Совершение кем-либо такого деяния само по себе не может рассматриваться как виновность в совершении преступления - необходимо также наличие вины в форме умысла или неосторожности» [8]. Таким образом, виновность лица определяется Е.И. Старовойтовой как обязательное установление причастности лица к совершению правонарушения и наличие вины. В свою очередь, невиновность предполагает, что лицо либо непричастно к совершенному правонарушению, либо причастно, но его вина не доказана [9].

В отличие от уголовно-правовой сферы, где для установления виновности предусмотрен специальный порядок, в избирательном праве проблема вины обозначена пока только в науке, хотя судебная практика уже достаточно давно учитывает виновное начало при привлечении лица к конституционно-правовой ответственности за избирательно-правовые деликты. Поэтому в решении проблемы соотношения вины и виновности в теоретической моде-

ИЗБИРАТЕЛЬНОЕ ПРАВО

ли конституционно-правовой ответственности участников выборов, безусловно, следует опираться на разработки в других отраслях права.

С учетом изложенных выше взглядов на понимание виновности и определение ее содержания виновность в структуре конституционно-правовой ответственности участников выборов следует, на наш взгляд, определять как вывод о причастности лица к соответствующему избирательно-правовому деликту, а также о наличии вины этого лица в его совершении. При этом указанное положение применимо только в отношении индивидуальных субъектов данного вида ответственности, тогда как природа вины коллективных субъектов иная и фактически включает в себя установление критериев виновного поведения.

В связи с этим факт констатации виновности только как причастности (объективного отношения) лица к избирательно-правовому деликту не позволяет в полной мере реализовывать принцип вины в избирательно-правовой сфере, поскольку недоказанная вина исключает привлечение к ответственности лиц, которые объективно причастны к совершению избирательно-правового деликта.

Помимо этого, без установления вины лица нельзя достигнуть тех целей, которые преследует меры конституционно-правовой ответственности участников выборов. Не зная сознательно-волевого отношения лица к совершенному посягательству, недопустимо налагать на него меры ответственности, направленные на изменение отношения нарушителя к необходимости соблюдения правовых норм и совершенному правонарушению.

Вина индивидуальных субъектов конституционно-правовой ответственности за избирательно-правовые деликты является самостоятельной категорией, обладающей своей сущностью, содержанием, формой, объемом и степенью.

Сущность вины. Сущность вины отражает наиболее глубокое ее свойство, опреде-

ляющее вину как основное психическое отношение [10].

Необходимо отметить, что понятие вины для физических лиц едино во всех отраслях российского права и представляет собой психическое отношение лица к содеянному им [11].

Вместе с тем, учеными также отмечается, что сущность вины не может быть сведена лишь к психическому отношению лица к своему поведению, она всегда включает кроме психического отношения также социально-правовую оценку отношения виновного к охраняемым законом ценностям (социальная сущность вины) [12]. Последнюю, в свою очередь, в научной литературе определяют как «отрицательное (что характерно для умысла) либо пренебрежительное или недостаточно внимательное (что характерно для неосторожности) психическое отношение к основным социальным ценностям, проявившееся в конкретном преступном деянии» [13].

В рамках избирательно-правовой сферы лицо, совершая избирательно-правовой деликт, пренебрегает теми ценностями, которые заложены в Конституции Российской Федерации, в федеральных законах о выборах, связанными с реализацией и защитой избирательных прав граждан, организацией и проведением выборов как одной из непосредственных форм народовластия.

В связи с этим установление соответствующего психического отношения лица к совершенному деликту показывает нам, насколько лицо отрицательно или пренебрежительно относится к охраняемым избирательным законодательством ценностям. Это в свою очередь должно отражаться в соответствующем наказании лица (мере ответственности), которое должно быть адекватным содеянному.

Таким образом, сущность вины индивидуальных субъектов конституционно-правовой ответственности за избирательно-правовые деликты проявляется в том, что вина выступает индикатором характера отношений, возникающих между лицом (субъ- 41

ектом ответственности) и государством (охраняющим соответствующие ценности) в конкретном избирательно-правовом деликте, и показывает, насколько отрицательно (что характерно для умысла) либо пренебрежительно (что характерно для неосторожности) лицо относится к основным ценностям, связанным с реализацией и защитой избирательных прав граждан, организацией и проведением выборов.

Содержание вины. Содержание вины -это определенным образом упорядоченная совокупность элементов, свойств и процессов, образующих предмет или явление [14]. Наиболее распространенной является позиция, согласно которой составными элементами содержания вины как психического отношения являются сознание и воля [15].

Одним из важнейших признаков мер конституционно-правовой ответственности участников выборов является направленность на достижение таких целей, как обеспечение охраны правопорядка в избирательной системе, а также изменение отношения нарушителя - участника избирательных отношений, совершившего избирательно-правовой деликт, к необходимости соблюдения правовых норм и к совершенному правонарушению [16].

В связи с этим, если лицо не осознавало характер совершаемого им избирательно-правового деликта в силу возраста, психического расстройства здоровья или иных причин, то мера конституционно-правовой ответственности, к которой мы это лицо подвергнем, не достигнет своей цели изменения отношения правонарушителя к содеянному, поскольку данное лицо не способно адекватно воспринять им совершенное.

Таким образом, мы полагаем, что в содержании понятия вины индивидуального субъекта конституционно-правовой ответственности за избирательно-правовые деликты также необходимо включать два элемента: интеллектуальный (лицо осознавало характер совершаемого деяния) и волевой 42 (лицо желало его совершения).

Вместе с тем, интересной представляется позиция Г.Ф. Цельникера, в рамках которой им отмечается, что не совсем удачно раскрывать понятие вины через словосочетание «психическое отношение», так как не все элементы психики имеют непосредственное отношение к вине. Психическое отношение к противоправному деянию и его отрицательным последствиям выражается через два элемента психики: сознание и волю (интеллектуальный и волевой моменты). С учетом сказанного им предлагается сформулировать определение понятия вины через указанные термины [17]. По мнению ученого, правовое значение для квалификации деяния имеет лишь сознательно-волевое отношение индивида к своим противоправным действиям и их последствиям в период совершения правонарушения, а дефиниция вины должна содержать указание на такой обязательный признак, как противоправность деяния. Принимая во внимание высказанные соображения, Г.Ф. Цельникер предлагает определять вину как сознательно-волевое отношение субъекта к совершаемому им противоправному деянию и его последствиям в форме умысла и неосторожности [18].

Вместе с тем, в понятие «психическое отношение» могут также входить и бессознательные проявления, накопленные в течение всей жизни лица, с учетом его воспитания, образования, которые в определенной степени детерминируют личность, определяют его поведение в той или иной ситуации. Однако они не имеют юридического значения, находятся за гранью права.

В связи с этим не будет ошибкой, на наш взгляд, если для характеристики содержания вины индивидуальных субъектов конституционно-правовой ответственности за избирательно-правовые деликты ограничиться только сознательно-волевым отношением лица к содеянному.

В отличие от Г.Ф. Цельникера мы полагаем включение такого признака, как противоправность деяния, излишним, поскольку это признак объективной стороны

избирательно-правового деликта. В любом случае правоприменитель подвергает оценке только одно конкретное деяние лица и исходя из обстоятельств дела устанавливает в нем последовательно все признаки состава избирательно-правового деликта. Задача признака субъективной стороны указанного деликта - установить соответствующее отношение субъекта ответственности к содеянному, а является ли это деяние противоправным или нет, - это вопрос объективной стороны данного деяния.

Таким образом, содержание вины индивидуальных субъектов конституционно-правовой ответственности за избирательно-правовые деликты заключается в сознательно-волевом отношении субъекта ответственности к содеянному.

Форма вины. Различие в интенсивности и определенности интеллектуальных и волевых процессов, протекающих в психике субъекта, определяет форму вины (их законодательное сочетание по отношению к юридически значимым свойствам правонарушения) [19].

Различают две формы вины: умысел и неосторожность. Существование этих правовых формул, образуемых путем различных сочетаний элементов содержания вины - интеллекта и воли, представляет собой внешнюю форму вины, позволяющую провести различие данного явления от иных (мотив, цель).

Внутренняя форма указывает на соотношение данных психических элементов, на закономерность строения содержания, систему их организации [20].

При характеристике вины индивидуальных субъектов в избирательном праве ученые также склоняются к выделению двух основных форм - умысел и неосторожность, поскольку иное не установлено законом [21].

Установление формы вины является важным средством индивидуализации ответственности, но только в том случае оно имеет юридическое значение, когда это предусмотрено действующим законодательством.

Избирательное законодательство еще далеко от закрепления соответствующих юридических конструкций в отличие, например, от уголовного или административного права.

В рамках теоретических разработок можно согласиться с учеными, которые при исследовании проблемы вины в конституционно-правовой сфере выделяли две ее формы - умысел и неосторожность, поскольку это вытекает из содержания понятия вины, включающего два элемента: сознание и волю [22].

С учетом сказанного следует отметить, что избирательно-правовой деликт признается совершенным умышленно, если лицо, его совершившее, сознавало противоправный характер своего действия (бездействия), предвидело его вредные последствия и желало наступления таких последствий или сознательно их допускало либо относилось к ним безразлично.

Избирательно-правовой деликт признается совершенным по неосторожности, если лицо, его совершившее, предвидело возможность наступления вредных последствий своего действия (бездействия), но без достаточных к тому оснований самонадеянно рассчитывало на предотвращение таких последствий либо не предвидело возможности их наступления, хотя должно было и могло их предвидеть.

Указанные формы вины представляют собой теоретическую модель, основанную на соответствующих разработках других отраслей права (в частности, административного, поскольку мы здесь также не разграничиваем прямой и косвенный умысел) и для практической реализации требуют комплексных изменений действующего избирательного законодательства.

Объем вины. Наряду с содержанием и формой вины следует различать и её объем. Как отмечает А.И. Рарог, «совокупность психических отношений виновного ко всем объективным признакам, инкриминируемым субъекту, составляет объем вины. Он устанавливает границы круга фактических 43

ИЗБИРАТЕЛЬНЫЕ ПРАВОНАРУШЕНИИ И ЮРИДИЧЕСКАЯ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ

44

обстоятельств, характеризующих юридическую сущность совершаемого деяния, виновное отношение к которым обосновывает возможность их вменения субъекту данного преступления. Иными словами, объем вины устанавливает конкретные пределы ее содержания» [23].

Как указывает С.В. Скляров, детализируя данную позицию, объем вины представляет собой количество доказанных при производстве по делу обстоятельств как объективных, так и субъективных, имеющих значение для квалификации содеянного и назначения наказания в качестве смягчающих или отягчающих его обстоятельств [24].

Применительно к избирательному праву объем вины должен определяться в каждом конкретном случае, в зависимости от законодательной конструкции соответствующего избирательно-правового деликта.

В частности, способ совершения деяния учитывается законодателем в таких деликтах, как подкуп избирателей [п. 2 ст. 56 Федерального закона от 12 июня 2002 г. № 67-ФЗ (в ред. Федерального закона от 3 декабря 2012 г. № 238-Ф3) «Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации» (далее - Федеральный закон об основных гарантиях)] [25] и использование преимуществ должностного или служебного положения (п. 5 ст. 40 Федерального закона об основных гарантиях); время - при несоздании избирательного фонда (подп. «ж» п. 24 ст. 38 Федерального закона об основных гарантиях).

Данные обстоятельства позволяют квалифицировать соответствующее деяние как избирательно-правовой деликт и, безусловно, составляют объем вины индивидуальных субъектов конституционно-правовой ответственности.

Степень вины. Степень вины - это количественная характеристика социальной сущности вины, которая определяется единством формы и содержания вины с учетом всех особенностей психического от-

ношения лица к объективным обстоятельствам преступления и его субъективных, психологических причин [26]. Степень вины определяется степенью отрицательного отношения лица к интересам личности, общества и государства, проявленного в совершенном правонарушении. В квалифицированном правонарушении степень вины выше, что и обусловливает повышенную меру порицания лица, меру его ответственности, выраженную в повышенной санкции статьи [27].

Как отмечает С.В. Скляров, объем вины и степень вины - категории сопоставимые, однако, если объем вины представляет собой количество доказанных при производстве по уголовному делу объективных и субъективных обстоятельств, имеющих юридическое значение, то степень вины как количественная характеристика социальной сущности вины - оценочная категория и в отличие от объема вины лежит в области материального права. «Степень позволяет индивидуализировать уголовную ответственность конкретного лица в совершении конкретного преступления. Это выражается в том, что лицам, совершившим однотипные преступления при одинаковых обстоятельствах, назначается различная мера наказания» [28].

Вместе с тем, в рамках действующего избирательного законодательства следует констатировать, что степень вины лица при совершении избирательно-правового деликта не позволяет индивидуализировать его конституционно-правовую ответственность, поскольку одной из ее особенностей выступает абсолютно-определенный характер налагаемых мер, т.е. они имеют законодательно точное фиксированное выражение и не могут быть изменены применяющим их органом [29].

В связи с этим степень и формы вины индивидуальных субъектов с учетом действующего избирательного законодательства не имеют юридического значения для квалификации деяния как избирательно-правового деликта. На сегодняшний день

законодателю не важно, как соответствующее лицо совершило противоправное деяние, с умыслом или по неосторожности, поскольку в любом случае (при установлении также других признаков состава) к нему будет применена одна мера конституционно-правовой ответственности.

Таким образом, вина индивидуальных субъектов конституционно-правовой ответственности за избирательно-правовые деликты (как сознательно-волевое отношение субъекта ответственности к содеянному) выступает самостоятельной категорией, обладающей своими сущностью, содержанием и формой. Поэтому представляется недопустимым подменять данное понятие причастностью лица к совершению избирательно-правового деликта, как это имеет место в судебной практике по избирательным спорам последних лет. Недоказанная вина должна исключать привлечение лица к мерам конституционно-правовой ответственности за неправомерные посягательства в избирательно-правовой сфере, что в свою очередь также согласуется с принципом виновной ответственности.

1. См.: Алиев А.У. Принципы юридической ответственности и проблемы их реализации : дис. ... канд. юрид. наук. М., 2003. С. 104; Штурнев А.Е. Конституционно-правовая ответственность за избирательные правонарушения в Российской Федерации : монография; Избирательная комиссия Иркутской области; Институт законодательства и правовой политики. Иркутск, 2004. С. 57.

2. См.: Штурнев А.Е. Указ. соч. С. 57.

3. См.: Афанасьев В.А., Сунцова Е.А. Некоторые проблемы теории правонарушений и юридической ответственности // Право и политика. 2006. № 3. С. 20; Кислу-хин В.А. Виды юридической ответственности : дис. .канд. юрид. наук. М., 2002. С. 44-45; Колосова Н.М. Конституционная правовая ответственность в Российской Федерации. Ответственность органов государственной власти и иных субъектов права за нарушение конституционного законодательства Российской Федерации. М.: Городец, 2000. С. 125; СмирновП.В. Меры конституционно-правового принуждения в избирательном праве Российской Федерации : дис. ... канд. юрид. наук. Сургут, 2005. С. 159; ФедоровР.В. Юридические гарантии в системе мер конституционно-правового обеспечения депутатской деятельности : дис. . канд. юрид. наук. Челябинск, 2006. С. 172-173.

4. Данное обобщение подготовлено с использованием СПС «КонсультантПлюс».

5. См.: Канашина О.А. Взаимная вина в уголовном праве : дис. ... канд. юрид. наук. Самара, 2006. С. 43; Скляров С.В. Вина и мотивы преступного поведения как основание дифференциации и индивидуализации уголовной ответственности : дис. ... д-ра юрид. наук. М., 2004. С. 29.

6. Канашина О.А. Указ. соч. С. 43.

7. См.: СтаровойтоваЕ.И. Правовые презумпции в избирательном праве Российской Федерации : дис. . канд. юрид. наук. Владивосток, 2012. С. 70.

8. Там же. С. 71-72.

9. Там же. С. 72.

10. См.: Канашина О.А. Указ. соч. С. 30.

11. См.: Гилязев Ф.Г. Социально-психологические и уголовно-правовые черты вины : учеб. пособие. Уфа: Башкирский гос. ун-т, 1979. С. 18; Матвеев Г.К. Основания гражданско-правовой ответственности. М.: Юрид. лит., 1970. С. 185; Рарог А.И. Вина в советском уголовном праве. Саратов: Саратов. ун-т, 1987. С. 87-88; СмирновВ.Т., Собчак А.А. Общее учение о деликтных обязательствах в советском гражданском праве. Л.: ЛГУ, 1983. С. 79; Трофимов Я.В. Понятие вины и её значение как одного из условий гражданско-правовой ответственности в законодательстве России и Китайской Народной Республики (сравнительный анализ) : дис. ... канд. юрид. наук. Волгоград, 2006. С. 46.

12. См.: Скляров С.В. Указ. соч. С. 26.

13. Баумштейн А.Б. Вина, её формы и регламентация в составах экологических преступлений : дис. ... канд. юрид. наук. М., 2006. С. 20.

14. См.: Рарог А.И. Указ. соч. С. 87.

15. См.: Канашина О.А. Указ. соч. С. 30; Рарог А.И. Указ. соч. С. 87; Скляров С.В. Указ. соч. С. 26; Трофимов Я.В. Указ. соч. С. 30.

16. См.: Штурнев А.Е. Указ. соч. С. 90-92.

17. См.: Цельникер Г.Ф. Вина в российском праве : дис. ... канд. юрид. наук. Самара, 2004. С. 76-77.

18. Там же. С. 85.

19. См.: Рарог А.И. Указ. соч. С. 88.

20. См.: Скляров С.В. Указ. соч. С. 27-28.

21. См.: Сидякин А.Г. Принцип виновной ответственности и фактор вины в избирательном процессе // Журн. рос. права. 2005. № 1. С. 14; Он же. Отказ в регистрации и отмена регистрации кандидата (списка кандидатов): дис. ... канд. юрид. наук. М., 2006. С. 76; Штурнев А.Е. Указ. соч. С. 57-61.

22. См.: АвдеенковаМ.П. Конституционно-правовая ответственность в России: проблемы становления и реализации : дис. ... канд. юрид. наук. М., 2003. С. 51; Виноградов В.А. Конституционно-правовая ответственность: системное исследование : дис. ... канд. юрид. наук. М., 2005. С. 146-147.

23. Рарог А.И. Указ. соч. С. 91.

24. См.: Скляров С.В. Указ. соч. С. 31.

25. Собрание законодательства РФ. 2002. № 24. Ст. 2253; 2012. № 50 (ч. 5). Ст. 6961.

26. См.: Гребенюк А.В. Вина в российском уголовном праве : дис. ... канд. юрид. наук. Ростов н/Д, 2004. С. 171; Канашина О.А. Указ. соч. С. 34-35;

27. См.: Гребенюк А.В. Указ. соч. С. 171.

28. Скляров С.В. Указ. соч. С. 31-32.

29. См.: Матейкович М.С. Защита избирательных прав граждан в Российской Федерации. М.: МГУ, 2003. С. 140; Я I* Штурнев А.Е. Указ. соч. С. 43. ""