Лексика обработки конского волоса в монгольских языках

Б.Д. БАЛЬЖИНИМАЕВА

лексика обработки конского волоса в монгольских языках*

Лексика традиционных ремесел (в частности, обработки конского волоса и изготовления из него различных изделий) в монгольских языках представляет интерес не только лингвистический, но и исторический. Наблюдения над подобной лексической совокупностью в сравнительном плане позволяют выявить ряд закономерностей процесса номинации и функции лингвистических единиц. Реалии специфического этнокультурного плана требуют, прежде всего, тщательного системного описания.

Ключевые слова: монгольские языки, лексика, терминология, обработка конского волоса.

Скотоводство в хозяйстве монгольских народов в течение многих веков играло ведущую роль. Географические условия оказали большое влияние на направление хозяйственной жизни монгольских народов. Одной из отраслей домашнего производства была обработка конского волоса и изготовление из него различных изделий.

У монгольских народов издревле существовало особое отношение к лошади. Для кочевника лошадь была не только помощником по хозяйству, но и верным другом. Коня холили и лелеяли, запрещалось ругать, бить лошадей, особенно по голове, наступать на удила. В давние времена верили, что с рождением сына рождается и аргамак, предназначенный для него: Баатарай тYрэхэдэ - XYлэг тYрэдэг.

весной, с наступлением теплых дней, прежде чем выпустить лошадей на волю на все лето, снимали им хвост и гривы. Это был своеобразный обряд (ср. стп.-монг. delleku, х.-монг. адуудэллэх, бур. адаhа дэлhэлхэ, калм. адун-деелх, хорч., джал., дурб., горл., архорч., бар., онн., найм., шгол., уцаб., чах., орд. деллех). В.Д. Бабуева описывает этот обряд так: «Хозяин собирал молодых и сильных мужчин, которые ловили лошадей арканом, ловко накидывая на шею. с кобылиц и молодых жеребят снимали почти всю гриву, оставляя лишь небольшой хохолок на макушке между ушами. у жеребца, особо почитаемого в табуне, не сни-

* Исследование выполнено при финансовой поддержке РФФИ (научный проект № 16-24-03001-ОГН).

мали ни хвост, ни гриву» [1, с. 167]. В этнографических материалах, в частности у И.Е. Тугу-това, приводится: «Весной или в начале лета, примерно в числах 10-25 июня буряты пригоняли с пастбища табуны гулевых лошадей, чтобы произвести стрижку грив у кобылиц и хвостов у двухгодовалого молодняка. Эта работа, носившая обрядный характер, называлась адуугаа дэлэhэшэлхэ. У многих бурят, которые вели кочевой или полукочевой образ жизни, не было больших изгородей, куда можно было загнать табун, принадлежащий многим хозяевам. На обряд адуугаа дэлэhэшэлхэ собирался весь улус. Люди становились живой стеной вокруг косяка гулевых лошадей. Арканщики ловили по порядку одну лошадь за другой. В это время смельчаки налетали на заарканенную лошадь, хватали ее за уши, придавливали ее голову вниз. Другие же молодые люди, сильным ударом по ногам лошади (таг-хаха таглуулха) валили ее на землю и не давали ей возможности встать на ноги. Женщины подходили с большими кованными ножницами и стригли гривы кобылицам или подрезали хвосты молодняку. Старики громкими возгласами прославляли тех молодых людей, которые при адуугаа дэлэhэшэлхэ проявили качества чистого джигита - силу и ловкость» [6, с. 150].

Монгольские народы широко применяли конский волос (ср. стп.-монг. kilyasun, х.-монг. хялгас(ан), бур. хилгааhан, калм. KrnhcH, шэн.-бур. хилгааhан, хорч., архорч., бар. хшгас, джал., дурб. хшгат, орд. кшгасу, баргут. хялгас, дагур. килгас / киргас) для бытовых нужд. Слово хялгас(ан) «конский волос», видимо, является ранним тюркским заимствованием: ср. др.-тюрк qil, ср.-монг. qilyasun, стп.-монг. kilyasun. В основе ср.-монг. qilyasun - тюркская производная именная основа qilaq (qil-aq), ср.: др.-тюрк. адр'г - аÖYiraq, til - tilaq [8, с. 137].

По сведениям А.А. Попова, «при выделке веревок из конского волоса сначала делали заготовку. Очищенные и отсортированные волосы складывали в пучок, а затем свивали их большим и указательным пальцами правой руки, наматывая прядь по мере удлинения на ладонь левой руки. такие смотанные в круг заготовки снимали с ладони и откладывали. Из них делали шнурки, свитые из двух прядей. Для этой цели брали смотанный круг заготовки и немного его разматывали. Размотанный конец складывали вдвое и ссучивали между ладонями. Затем, постепенно разматывая круг заготовки, прикладывали к нему заготовку из дру-

© Бальжинимаева Б.Д., 2019

язы1кознание

гого круга и ссучивали описанным выше способом. По мере удлинения шнур наматывали на переднюю часть стопы ноги или на палку, воткнутую в землю. Из трех или четырех шнуров ссучивали между ладонями толстые веревки (аргамжа) таким образом, чтобы нитки ссучиваемых шнурков были направлены в разные стороны. Сучили веревки не только из одноцветного (белого или черного) волоса, но и двухцветного (черного и белого). Из таких веревок делали недоуздки, узды, поводья, веревки для привязывания коров» [5, с. 76]. В связи с этим интересно отметить, что в «Толковом словаре кочевников-монголов» написано: «Хар, цагаан хоёр енгийн хялгасаар дээс томохыг цээрлэдэг. Зерчвеес тэнгэрийн ду-унд харш гэх буюу луу хилэгнуулж, могой эрчлуулнэ хэмээдэг» (Запрещено сучить веревки из двухцветного волоса (черного и белого), т. к. монголы считали, что сердится дракон и вызывает гром) [9, с. 400]. Процесс кручения веревки называется: ср. стп.-монг. tomuqu, х.-монг. томох, бур. томохо, калм. томх, шэн.-бур. томохо, хорч., джал., дурб., архорч., бар., шгол., чах. томохid. Глагольная основа tomu = «сучить нитку, прясть, вить веревку, крутить» относится к общемонгольскому лексическому фонду. Вожжи, поводья для узд и подпруги для седел плели женщины. Из конского хвоста также плели дужки к деревянным ведрам. «Дужки для деревянных ведер плели особым способом, который назывался у бурят - могойшолхо (досл.: "плести змееобразно")» [2, с. 53]. Работа при скручивании пут (стп.-монг. tusiya, х.-монг. тушаа, бур. тушаа, калм. туша) требовала большой ловкости и силы, поэтому в этой работе обыкновенно участвовало трое или четверо мужчин.

Как отмечалось выше, монгольские народы широко использовали конский волос для бытовых нужд. Собранные волосы шли на изготовление всевозможных веревок (ср. стп.-монг. degesu(n), х.-монг. dës(en), бур. dëhe(n), калм. dësn, хорч., архорч., бар., харч., тум., шгол., уцаб., чах. дёс, джал., дурб. дёт, орд. dësu, дагур. dës, ж.-уйг. ^эп, монгр. dësэ, дунс. уе^ип, баоан. desoц, могол. deisun), которые по назначению можно разделить на веревки, используемые для 1) установки юрты, 2) привязывания скота, 3) укрепления грузов при их перевозке.

к волосяным веревкам, с помощью которых ставят юрту, относятся буслуур, хошлон, зээг, чагтага, ханын боолт, сагалдарга и др. Покрытая войлоком юрта опоясывалась поясами, свитыми из волос (ср. стп.-монг. Ьше^иг, х.-монг. буслуур, бур. б^э,калм. буслур, шэн.-

бур. бYhэ, хорч., горл., архорч, бар., шгол., уцаб., чах., орд. бYслYYP, джал., дурб. бYтлYYP, ойр. Синьцз. бYслYYP, баргут. бYслYYP). Средний пояс, состоящий из пришитых друг к другу тонких волосяных бечевок, называется хошлон (ср. х.-монг.), хошлон (бур.), хошлц (калм.), хошлац (ойр. Синьцз.). Пояса протягивались по верху и середине войлочных стен, привязывались к дверным рамам.

При установке юрты в качестве всех связок используются веревки из конского волоса (ср. стп.-монг. \egeg, х.-монг. зээг, бур. зээг,калм. зеег, шэн.-бур. зээг, баргут. зээг). В.Д. Бабуева отмечает: «У бурят и монголов считалось, что именно по конскому волосу с верхнего мира духи предков спускают с небес благодать и счастье. Кроме магического значения волосяные веревки обладали еще одним немаловажным свойством: промокая от дождя или снега, веревка не изменяла своей длины, поэтому она в любом состоянии плотно закрепляла покрытие юрты. Кожаные веревки от влаги растягивались, а, высохнув на солнце и ветру, наоборот, деформировали войлок» [1, с. 98].

Веревка, прикрепленная к верхнему кругу юрты, имела на конце латунное кольцо и называлась caytaya (стп.-монг.), гэрийн чагтга (х.-монг.), чагтага (баргут.). Слово чагтга образовано от именной основы чагт «застежка, крючок» при помощи суффикса =га.

Волосяная веревка, применяемая для соединения смежных секций стен юрты, называется qan=a-yinboyulta (стп.-монг.), ханынбо-олт (х.-монг.), хагсарга / амалаадаhан (бур.), хагсарга (шэн.-бур.), ханынбоолт / уяа (бар-гут.). В современном монгольском и баргут-ском языках в словосочетании ханын боолт слово боолт образовано от глагольной основы боо= при помощи суффикса =лт. Бурятское слово хагсарга также образовано от глагольной основы хагсара= «соединять, собирать».

Волосяные петли на конце жерди называются: sayaldurya (стп.-монг.), унины сагалдарга (х.-монг.), бYгэлдэргэ (бур.), бYгэлдэргэ (шэн.-бур.), сагалдрага (баргут.). Веревка, при помощи которой закрывают дымовое отверстие, называется врхний оосор (х.-монг.), Yрхын оо^р (бур.). Веревка нарядной полосы у юрты носила название хвлтрвгвний оосор (х.-монг.), хвлтрвгв (баргут.).

В скотоводстве использовались волосяные веревки для привязывания телят (ср. х.-монг. тугалын зэл, бур. тугалай зэлэ, баргут. ту-галын зэл), жеребят (ср. х.-монг. унаганы зэл, бур. унаганай зэлэ, баргут. унаганы зэл), верблюжат (ср. х.-монг. ботгоны зэл, бур. ботого-ной зэлэ). телят во время доения привязыва-

ли за ошейник к веревке из конского волоса, натянутой на двух низких колышках (ср. стп.-монг. ]ele, х.-монг. тугалын зэл, бур. тугалай зэлэ, калм. зел, хорч., джал., дурб., архорч., бар., онн., харч., тум., урат., чах. джш, шгол. дзел, орд. джАле, баргут. зэл). К ней были прикреплены для каждого теленка костяные или деревянные застежки, которые продевались в петли ошейников.

Волосяной ошейник для телят называется qü\ügübci (стп-монг.), тугалын хузуувч (х.-монг.), бойлторго (бур.), щзщк (калм.), хYджYYбшi (хорч., джал., дурб., горл., архорч.), хYджYYбчi (бар., онн., найм., уцаб.), XYджYYвчi (чах.), XYd3YYe4i (шгол.), KYджYYвчi (орд.), тугалын хузуувч (баргут.). Термин-словосочетание тугалын хYзyYвч создан по модели «имя сущ. в. род. п. + сущ.». При этом слово xY^YYe4 образовано от именной основы xy^yy «шея» при помощи продуктивного суффикса =вч, с помощью которого образуются наименования различного рода небольших устройств, мелких предметов, а также изделий и принадлежностей хозяйственно-бытового назначения.

Привязь с петлей для молодняка животных называется kögene / kögüne (стп.-монг.), хвгнв (х.-монг.), квнн (калм.), kögönö (орд.), квцне / квгне (ойр. Синьцз.). Веревка, надеваемая на рога коровы, называется eberdei (стп.-монг.), эвэрдий (х.-монг.), эбэрдээ (бур.), эбэр-дээ (шэн.-бур.), эвэржээ (баргут.). Слово образовано аффиксальным способом от имени существительного эвэр («рога»). Волосяная веревка, с помощью которой завязывают задние ноги во время дойки, в бурятском языке называется хабидаа.

слово бурантаг, обозначающее «повод для верблюда» (ср. стп.-монг. buruntay, х.-монг. бурантаг, калм. бурнтг / hoлзу, ойр. Синьцз. бурантаг, архорч., бар., шгол., уцаб., орд. бурантаг), А.М. Щербак связывает с др.-тюрк. burunduq «поводок, прикрепляемый к продетому в нос верблюда стержню», др.-тюрк. bu-run «нос» [8, с. 111].

К веревкам, используемым для укрепления грузов при их перевозке, относится длинная витая веревка (ср. стп.-монг. aryam]i, х.-монг. аргамж(ин), бур. аргамжа, калм. аркмж, шэн.-бур. аргамжа, ойр. Синьцз. арhамщи, баргут. аргамжаа). Материалом для нее служил волос из гривы или хвоста лошади. При этом волос из хвоста считался наиболее ценным, менее ценился волос гривы.

Волосяные рыболовные сети легки, прочны, быстро сохнут, мало преют (ср. стп.-монг. gölmi, х.-монг. гвлмий, бур. гYльмэ, калм.

гвлм). Для вязанья рыболовных сетей брались волосы лошадей белой масти, чтобы при закидывании не пугать рыбы.

Р.С. Мэрдыгеев в своей работе «Изделия из шерсти и волоса в Аларском аймаке» пишет: «В старину, лет 50 тому назад, буряты, имея большие запасы конских волос, носили вязаную из конского хвоста и гривы обувь, на подобие лаптей. Такая обувь была незаменимой во время дождей, сохраняя кожаные унты. они назывались "пантла", т. е. унты-дождевики» [4, с. 10]. Д.М. Маншеев отмечает, что «тункин-ские буряты из конского волоса изготовляли мягкую обувь пампалай» [3, с. 139]. В «Бурятско-русском словаре» находим слово пампалай, которое трактуется следующим образом: тунк. охот. «мягкая обувь (из конского волоса с подошвами из потника) [7, с. 67].

Женщины ткали на ручном ткацком станке (нэхYYP) коврики из конского волоса - таар, изготовление которых в конце XIX - начале XX в. было широко распространено среди предбайкальских бурят. Волосяные ковры стелили на кровать, на пол, и они служили своеобразной защитой от ползающих насекомых.

На изготовление одного, даже небольшого гобелена (х.-монг. гобелен хивс /уран хээтэй хивс /хивсэн аравч, бур. Yлгэмэл хибэс / шэгэд-хэмэл оёдолтой хушэгэ / гобелен) необходимо остричь несколько десятков лошадей. Гобелены из конского волоса неподвластны времени, благодаря природному цвету они не теряют яркости многие века, сохраняя свой первозданный цвет и вид. конский волос буряты применяли и для струн национального музыкального инструмента (х.-монг. морин хуур, бур. морин хуур).

Проанализированный материал говорит о богатом опыте монгольских народов по обработке конского волоса и изготовлению изделий из них. Эти реалии специфического этнокультурного плана требуют, прежде всего, тщательного системного описания. сделать это тем более необходимо, что многие из них исчезают в настоящее время безвозвратно.

Список сокращений

архорч. - арухорчинский баоан. - баоаньский бар. - бааринский баргут. - баргутский бур. - бурятский горл. - горлос дагур. - дагурский джал. - джалайтский дунс. - дунсянский дурб. - дурбетский др.-тюрк. - древнетюркский

языкознание

ж.-уйг. - язык желтых уйгуров калм. - калмыцкий

могол. - могольский монгр. - монгорский найм. - найманский

ойр. Синьцз. - язык ойратов Синьцзяна КНР

онн. - оннютский

орд. - ордосский

ср.-монг. - среднемонгольский

стп.-монг. - старописьменный монгольский

тум. - тумут

уцаб. - уланцаб

х.-монг. - халха-монгольский

харч. - харчинский

хорч. - хорчинский

чах. - чахарский

шгол. - шилингольский

шэн.-бур. - язык шэнэхэнских бурят в КНР

Список литературы

1. Бабуева В.Д. Материальная и духовная культура бурят: учеб. пособие. Улан-Удэ, 2004.

2. Батуева И.Б. Буряты на рубеже XIX-XX вв. Историко-этнографический очерк. Улан-Удэ, 1992.

з. Маншеев Д.М. Традиционное скотоводческое хозяйство бурят Восточного Присаянья (конец XIX - начало XX века). Улан-Удэ, 2006.

4. Мэрдыгеев Р.с. изделия из шерсти и волоса в Аларском аймаке // Бурятиеведение. Верхне-удинск, 1928. № 1-3. С. 1-10.

5. Попов А.А. Плетение и ткачество у народов сибири в XIX и первой четверти XX столетия // Сборник МАЭ. Л.: Изд-во АН СССР, 1955. Т. XVI.

6. Тугутов И.Е. Материальная культура бурят. Улан-Удэ, 1956.

7. Шагдаров Л.Д., Черемисов К.М. Бурятско-русский словарь: в 2 т. Улан-Удэ, 2008.

8. Щербак А.М. Ранние тюрко-монгольские связи (VIII-XIV вв.). СПб., 1997.

9. Монгол нуудэлчдийн тайлбар толь. Улаан-баатар, 2014.

10. Оауаап. Monyolcuud-un degesü tomuqu so-yol, 1999.

* * *

1. Babueva V.D. Materialnaya i duhovnaya kultu-ra buryat: ucheb. posobie. Ulan-Ude, 2004.

2. Batueva I.B. Buryaty na rubezhe XIX-XX vv. Istoriko-etnograficheskij ocherk. Ulan-Ude, 1992.

3. Mansheev D.M. Tradicionnoe skotovodche-skoe hozyajstvo buryat Vostochnogo Prisayanya (ko-necz XIX - nachalo XX veka). Ulan-Ude, 2006.

4. Merdygeev R.S. Izdeliya iz shersti i volosa v Alarskom ajmake // Buryatievedenie. Verhneudinsk, 1928. № 1-3. S. 1-10.

5. Popov A.A. Pletenie i tkachestvo u narodov Sibiri v XIX i pervoj chetverti XX stoletiya // Sbornik MAE. L.: Izd-vo AN SSSR, 1955. T. XVI.

О Савлепова T.B., 2019

6. Tugutov I.E. Materialnaya kultura buryat. Ulan-Ude, 1956.

7. Shagdarov L.D., Cheremisov K.M. Buryatsko-russkij slovar: v 2 t. Ulan-Ude, 2008.

8. Shherbak A.M. Rannie tyurko-mongolskie svya-zi (VIII-XIV vv.). SPb., 1997.

Horse hair treatment vocabulary in Mongolian languages

The artricle explores the vocabulary of traditional crafts (in particular, the processing of horsehair and the manufacture of various products from it) in Mongolian languages. The author identifies a number of regularities in the process of nominating and functioning of linguistic units. The realities of a specific ethnocultural plan are given a thorough systematic description.

Key words: Mongolian languages, vocabulary, terminology, horsehair processing.

т.в. савлепова

репрезентация циклической модели времени с использованием наречий эвенкийского языка

Рассматривается классификация наречий времени, отражающих циклическую модель времени. На основе лексико-семантического анализа наречий времени со значением времен года, природно-хозяйственных периодов, частей суток и процесса их образования получены выводы о том, что представления о циклической модели времени имеют этнокультурные особенности, в результате адвербиализации разного происхождения наблюдается развитие эвенкийского языка.

Ключевые слова: эвенки, хозяйственная деятельность, время, адвербиализация, оттенок значения.

В адвербиальной лексике эвенкийского языка занимают определенное место наречия времени, объединенные в лексико-семан-тические группы и выступающие как языковая репрезентация концепта «время». Н.И. Глад-