Суверенитет национального государства в условиях глобализационных процессов

Карнаушенко Леонид Владимирович

доктор исторических наук, профессор, начальник управления учебно-методической работы Краснодарского университета МВД России

Суверенитет национального государства в условиях глобализационных процессов

Происходящие в конце XX - начале XXI в. масштабные трансформационные процессы привели к генезису глобального информационного общества, в котором оказываются в значительной мере девальвированными пространственно-временные и национальные границы. В новых условиях ускоряющихся глобализационных процессов в центре внимания ученых оказывается, в том числе, проблема суверенитета национального государства.

Ключевые слова: глобализация, национальное государство, суверенитет, социально-политические отношения, информационное общество, информационно-компьютерные технологии.

L.V. Karnaushenko, Doctor of History, Professor, Head of the Department of Educational and Methodical Work of the Krasnodar University of the Ministry of the Interior of Russia; tel.: +78612585079.

The sovereignty of the national state in the conditions of globalization

Happening at the end of XX - beginning of XXI century large-scale transformation processes led to the genesis of the global information society, which are largely devalued spatio-temporal and national boundaries. In the new conditions of accelerating globalization processes in the focus of scientists including the issue of sovereignty of the national state.

Key words: globalization, nation state, sovereignty, socio-political relations, information society, information and computer technologies.

Уже во второй половине XX в. в мире стали отчетливо проявляться признаки, свидетельствующие о формировании принципиально нового общества. Для его характеристики часть ученых предпочитали использовать термин «постиндустриальное», часть - «информационное» общество. Новая форма социальной организации опирается на компьютерные, телекоммуникационные и инновационные коммуникативные технологии, позволяющие значительно интенсифицировать социальные действия и взаимодействия в социуме. Помимо этого, общество столкнулось с эффектами виртуализации социального пространства, постепенной замены электронными коммуникационными элементами реальных, физических структур. В сложившейся ситуации закономерно возникает вопрос о том, насколько сильны позиции в социуме XXI в. традиционных социальных феноменов, явлений и процессов. Вместе с тем, остается неясным, какое место занимают в новом обществе инновационные структуры и институты, связанные с виртуализацией социального пространства, развитием информационных, компьютерных и телекоммуникационных технологий.

В частности, одним из проблемных аспектов нового общества является трансформация со-

циальных институтов и подсистем в контексте происходящих глобализационных и информа-тизационных процессов.

Стоит отметить, что общество начала XXI в. характеризуется ускорением процесса глобализации на основе развития информационно-коммуникационных технологий. Согласно одному из определений глобализация представляет собой «...процесс все возрастающего воздействия различных факторов международного значения (например, тесных экономических и политических связей, культурного и информационного обмена) на социальную действительность в отдельных странах» [1, с. 95].

Новое общество характеризуется наличием ряда социальных индикаторов, придающих ему неповторимый облик. Так, под воздействием «коммуникативной революции» наблюдается виртуальное и реальное сокращение расстояний и возрастание скорости передачи информации, что оказывает весьма существенное влияние на характер властных отношений как внутри государств, так и на межгосударственном уровне. У современного человека расширились возможности обращаться к событиям в режиме реального времени, становиться их соучастником (особенно по мере роста социальной значимости глобальной компьютерной

10

сети Интернет). В целом прогресс информационно-коммуникационных технологий «сжимает» время и пространство, уменьшает значение национальных границ, дает индивидам ощущение приобщения к некоторой глобальной общности [2, с. 20-21].

Согласно концепции «глобальной деревни» канадского социолога М. Маклюэна сверхскоростные электронные СМК способствуют созданию новой социальной реальности. Происходит стирание пространственно-временных и национальных границ. Информационно-компьютерные и телекоммуникационные технологии позволяют создавать и поддерживать контуры глобального информационного общества с доминированием культурных и экономических форм. Таким образом «земной шар, связанный электричеством, - отмечал М. Маклюэн, - не больше деревни» [3].

Необходимо принимать во внимание вариативность и гибкость новой формы социальной организации. Глобальная мировая система, призванная способствовать торговле, коммуникациям, инновациям, оказалась легко переориентируемой и на решение задач деструктивного плана, например осуществление пропагандистских, манипулятивных мероприятий [4].

В условиях новой социальной реальности как никогда актуальными становятся проблемы государственной власти - основного регулятора социальных действий и взаимодействий, а также спектра инструментов обеспечения стабильности, недопущения различного рода социальных отклонений.

Э. Тоффлер обращает внимание на систему власти в глобальном информационном обществе и ее трансформацию, масштабы которой позволяют утверждать, что человечество вступило в «эру смещения власти, когда постепенно распадаются все существовавшие в мире властные структуры и зарождаются принципиально новые» [5].

Процесс разрушения прежних властных структур и генезиса новых неразрывно связан, в том числе, с обостряющейся проблемой государственного суверенитета, его нового облика в условиях трансформирующегося общества.

Как справедливо отмечает С.В. Каламанова, «в настоящее время суверенитет является качественным признаком государства, сохраняя такие характеристики, которые выражают его сущность и ценность, как верховенство и независимость государства. Суверенитет ограничивается, а точнее государство само ограничивает свое верховенство внутри государства действующим правом. Кроме того, государство

обязано подчиняться условиям и правилам, закрепленным в международных договорах и нормах международного права, несоблюдение которых может привести к самоизоляции, отстранению государства и, как следствие, общества от мирового сообщества и самоограничению, лишению возможности полноценного развития» [6].

А.Л. Бредихин рассматривает суверенитет как «необходимый признак государства, определяемый в единстве политического содержания, состоящего в возможности носителя верховной государственной власти независимо, самостоятельно формировать, а также осуществлять свою волю, и юридической формы, означающей закрепление свойств суверенитета в системе законодательства, структуре и компетенции органов государственной власти» [7, с. 108].

Л.Ю. Черняк указывает, что в XX в. проблема ограничения и отрицания государственного суверенитета вышла на новый уровень, чему способствовали как внешние, так и внутренние обстоятельства. Внешними причинами являются глобализация, увеличение общего числа международных организаций и международных союзов и т.д. К внутренним причинам необходимо отнести развитие институтов гражданского общества, увеличение числа сложных государств (федераций) и т.п. В первом случае речь идет о противопоставлении теории суверенитета и международного права, а во втором -о размывании понятия суверенитета изнутри [8, с. 4-12].

Стоит отметить, что внешние и внутренние причины ограничения и отрицания государственного суверенитета серьезным образом взаимосвязаны. Это вытекает из особенностей социальной архитектуры глобального информационного общества. Развитие демократии, гражданского общества становятся неотъемлемой частью не только (и не столько) национального государства, сколько наднациональной социальной реальности принципиально нового плана. Рассуждая об информационном или постиндустриальном обществе, исследователи часто обращают внимание именно на данную направленность происходящих в нем трансформаций. Идеи демократии и гражданского общества принимают характер объединяющих социокультурных, мировоззренческих установок. С учетом развития межгосударственных объединений, транснациональных корпораций контуры угроз государственному суверенитету прослеживаются достаточно четко.

11

Как отмечает С.В. Каламанова, «требования глобализации усиливают взаимозависимость государств, ведут к расширению полномочий международных, неправительственных и других организаций, а также интеграционных объединений, что способствует сотрудничеству, защите и воплощению их национальных интересов и достижению общих целей, содействует реализации государствами их суверенных прав» [6].

Однако государственный суверенитет отличается ярко выраженными институциональными характеристиками, позволяющими не «растворяться» в структурах глобального информационного общества, а адаптироваться и приспосабливаться к условиям новой социальной, социокоммуникативной и социокультурной среды.

А.С. Кустарев отмечает, что государственный суверенитет в новых условиях меняет свое содержание и операциональность, будучи переосмыслен как ресурс, которым можно манипулировать. Глобализация не сужает, а, наоборот, расширяет возможности такого манипулирования. То, что происходит в мире сейчас, - это не кризис принципа юридического государственного суверенитета, а кризис материальной конфигурации глобального экономического пространства [9].

При этом ряд исследователей справедливо обращают внимание на то обстоятельство, что процесс глобализации, первоначально охватывавший преимущественно экономическую и культурную подсистемы общества, значительно расширил свое влияние на все основные подсистемы.

По мнению И.В. Вовк, в эпоху глобализации фундаментальные изменения захватывают всю сферу социально-политических отношений, которая вынуждена подстраиваться под новые реалии. Все большее значение и актуальность приобретает вопрос об эволюции роли государств и их взаимоотношений в стремительно меняющемся мире [10].

Интеграционные процессы, набирающие силу в глобальном мировом пространстве, приводят к возникновению ряда социальных эффектов. Разрушаются прежние и набирают силу новые контуры глобального геополитического пространства, происходит переопределение политического, экономического, культурного «веса» тех или иных государств.

Изучение процесса глобализации, анализ его эффектов позволил исследователям прийти к выводу о том, что суверенитет государства в современном мире, несмотря на ряд деструктивных тенденций, не утрачивает свое-

го социального влияния. Как отмечает С.В. Ка-ламанова, «реальность и жизнеспособность государственного суверенитета определяется не субъективными пожеланиями или произвольными построениями, а существующими в действительности объективными условиями развития современного общества. Важность суверенитета государства объясняется тем, что историческая роль суверенных государств не закончена» [6].

Таким образом, мы можем отметить, что в условиях генезиса глобального информационного общества суверенитет государства испытывает влияние ряда факторов, носящих разнонаправленный характер. Часть данных факторов обладает потенциальной способностью оказать деструктивное воздействие на суверенитет государства. Речь идет о набирающих силу процессах экономической глобализации с доминированием транснациональных корпораций и крупного капитала; также находят свое отражение процессы культурной глобализации (с одной стороны, развитие транснациональной индустрии массовой культуры, определяющей облик национальных культур; с другой стороны, социокультурным содержанием перемен становится переход к западному образцу демократии, развитию институтов гражданского общества, формированию культуры и практики толерантности и пр., что представляет собой признак определенной экспансии либерально-демократической модели политического развития). Необходимо также принимать во внимание геополитические тенденции последних десятилетий, содержанием которых стало формирование общеевропейской интегративной системы (Европейский союз объединил 28 государств) и придание нового облика военно-политическим структурам, сменившим стратегию и тактику действий (как в случае с НАТО).

В новых условиях достаточно неустойчивого баланса экономических и культурных аспектов глобализации, с одной стороны, и геополитических, с другой, суверенитет национального государства испытал на себе влияние деструктивных факторов, но продемонстрировал свою устойчивость и жизнеспособность в новых условиях. Стоит отметить, что в настоящее время не оправдываются в полной мере прогнозы известных футурологов XX в. (М. Маклюэна, Э. Тоффлера, И. Масуды, З. Бжезинского и др.) о том, что в глобальном информационном обществе не будет места конфликтам уровня «холодной войны», угроза которых должна быть снята посредством стирания национальных

12

границ и объединения человечества в рамках новой надгосударственной реальности.

Стоит также подчеркнуть, что в настоящее время наличествуют признаки имплицитной угрозы суверенитету национального государства. Например, в аспекте молодежной политики, формировании национальной и культурной идентичности подрастающего поколения. Однако коммуникационные структуры глобального общества представляют собой альтернативный (и весьма эффективный, как показывает практика) институт воздействия на сознание и поведение молодого поколения (наряду с аналогичными структурами национального государства). В данном случае взаимодействие национального государства и глобального мира носит диалектический характер: государство стремится консолидировать население, осуществить патриотическое воспитание молодежи, поддерживать национальную, этническую и культурную идентичность. Глобальный мир, в свою очередь, демонстрирует направленность к всеобъемлющему культурному и экономическому воздействию, формированию «человека мира» в противовес «государственному человеку».

Постепенное размывание государственной идентичности также представляет собой угрозу суверенитету национального государства в

условиях стремительно набирающих скорость процессов «всемирной централизации». Особое внимание при анализе данной проблемы стоит обратить на значительно возросшие возможности информационно-коммуникационных технологий (прежде всего Интернета, спутникового телевидения). Используя эффекты аудиовизуальных коммуникаций, данные технологии наращивают значительный потенциал воздействия на сознание и поведение людей.

Прогнозируя развитие событий в среднесрочной перспективе (15-20 лет), стоит отметить, что анализ развития информационно-коммуникационных технологий и учет динамики социальной значимости Интернета и телекоммуникаций позволяют предположить весьма вероятную возможность создания виртуальной симуляционной надгосударственной глобальной структуры. Данная структура представляет собой потенциальную угрозу суверенитету государства, но окончательное развитие событий зависит от действия ряда факторов внешней и внутренней среды. При этом национальное государство обладает всеми необходимыми ресурсами для сохранения суверенитета, т.к. уровень и характер угроз, а также скорость развертывания деструктивных факторов не являются терминальными.

1. Российская социологическая энциклопедия /под общ. ред. Г.В. Осипова. М., 1998.

2. Иванов В.Н., Назаров М.М. Массовая коммуникация в условиях глобализации // Социс. 2003. №10.

3. McLuhan M., Fiore Q. War and Peace in the Global Village. N.Y., 1968.

4. Современные системы безопасности -Антитеррор: материалы конгрессной части X специализированного форума, 28-29 мая 2014 г. / отв. ред. А.В. Букарин. Красноярск, 2014.

5. Тоффлер Э. Третья волна. М., 2010.

6. Каламанова С. В. Суверенитет государства в условиях глобализации: дис. ... канд. юрид. наук. М., 2011.

7. Бредихин А.Л. Суверенитет как политико-правовой феномен. М., 2012.

8. Черняк Л.Ю. Теория отрицания государственного суверенитета: основные подходы // Академический юридический журнал. 2008. № 1.

9. Кустарев А. С. Государственный суверенитет в условиях глобализации // Pro et Contra. 2006. № 4.

10. Вовк И.Ю. Суверенитет государств в условиях глобализации. URL: http://www.jurnal. org/articles/2008/polit5.html (дата обращения: 12.01.2015).

1. The Russian sociological encyclopedia /gen. ed. by G.V. Osipov. Moscow, 1998.

2. Ivanov V.N., Nazarov M.M. Mass communication in the context of globalization // Socis. 2003. № 10.

3. McLuhan M., Fiore Q. War and Peace in the Global Village. N.Y., 1968.

4. Modern security systems - Antiterror: proc. of the Congress part X of the specialized forum, May 28-29, 2014) / resp. ed. A.V. Bugarin. Krasnoyarsk, 2014.

5. Toffler E. The third wave. Moscow, 2010.

6. Kalamanova S.V. State sovereignty in the context of globalization: diss. ... Master of Law. Moscow, 2011.

7. Bredikhin A.L. Sovereignty as a political and legal phenomenon. Moscow, 2012.

8. Chernyak L.Yu. Theory of denial of state sovereignty: the main approaches // Academic law journal. 2008. № 1.

9. Kustarev A.S. State sovereignty in the context of globalization // Pro et Contra. 2006. № 4.

10. Vovk I.Yu. The sovereignty of states in the context of globalization. URL: http://www.jur-nal.org/articles/2008/polit5.html (date of access: 12.01.2015).

13