Стадиальные изменения отражения темы Великой Отечественной войны на примере выставки «Слава победителям!» в Красноярске

УДК 7.04 (067) Н. В. Тригалева

Региональное отделение Урала, Сибири и Дальнего Востока Российской академии художеств в г. Красноярске Красноярск, Россия

СТАДИАЛЬНЫЕ ИЗМЕНЕНИЯ

ОТРАЖЕНИЯ ТЕМЫ

ВЕЛИКОЙ ОТЕЧЕСТВЕННОЙ ВОЙНЫ

НА ПРИМЕРЕ ВЫСТАВКИ «СЛАВА ПОБЕДИТЕЛЯМ!» В КРАСНОЯРСКЕ

В статье рассматривается художественная выставка «Слава победителям!» в г. Красноярске, посвященная 75-летию Победы в Великой Отечественной войне. В экспозиции представлены произведения искусства с 1941 по 2020 годы, демонстрирующие обширный спектр художественного воплощения темы войны. На основе материалов выставки в статье анализируется процесс развития темы Великой Отечественной войны в отечественном искусстве. Исследуется трансформация содержания произведений в зависимости от задач, стоявших перед художниками в конкретные периоды советской и российской истории, соотнесение регионального изобразительного искусства со столичным на протяжении более чем семи десятилетий. В статье содержится краткий комплексный обзор темы, начиная от пропагандистских и документальных задач в искусстве военного времени и заканчивая поиском новых смысловых и стилистических творческих решений в начале XXI века.

Ключевые слова: выставка «Слава победителям!»; искусство военного времени; Великая Отечественная война в советском и российском искусстве.

А. М. Знак. Три танкиста. 1975. Холст, масло. 174x150

Красноярский художественный музей им. В. И. Сурикова

Выставка «Слава победителям!», посвящённая 75-летию Победы в Великой Отечественной войне, в отличие от научно-практической конференции, объединившей вокруг этой темы усилия искусствоведов Урала, Сибири и Дальнего Востока по выявлению, отбору и обобщению художественных произведений на тему Великой Отечественной войны в изобразительном искусстве Красноярского края, представляет собой локальное художественное событие. Она знакомит как с работами современных красноярских художников, так и с произведениями мастеров советского искусства, предоставленными из музейных и

частных коллекций Красноярского края, а также из собрания Регионального отделения Урала, Сибири и Дальнего Востока Российской академии художеств в Красноярске. Такой коллективный подход к формированию выставки обеспечил разнообразие материала и позволил увидеть, что в Красноярском крае прослеживаются те же тенденции, что и во всем советском, а впоследствии и российском искусстве в целом.

К теме Великой Отечественной войны искусство обращалось начиная с 1941 года. При этом на каждом этапе, в целом определявшемся особенностями общественно-политической ситуации, оно эволюционировало

как под воздействием внешних объективных факторов, так и субъективно-психологических и профессиональных характеристик художников, например, таких, как качество полученного художественного образования или степень личной вовлеченности в события военного периода. Излишне говорить о том, что максимально интенсивной и эмоционально напряжённой личная вовлеченность была непосредственно в 1941-1945 гг. и достигала своего

пика там, где люди искусства становились свидетелями и участниками боевых действий.

В Древнем Риме, одарившем человечество многочисленными афоризмами, создали знаменитую формулу: Inter arma silent Musae -«когда гремят пушки, музы молчат», дословно: «в окружении оружия Музы молчат». С позиций здравого смысла это объяснимо и разумно, потому что в воюющей стране есть куда более важные заботы, нежели искусство. Римляне, возможно, более всех других народов в истории знавшие толк в войнах, понимали это как никто другой.

Однако в Советском Союзе искусство, включая даже такие, казалось бы, далёкие от военных задач его виды, как архитектура и декоративно-прикладное искусство, не молчало. Деятели искусства, как и все советские люди,

стремились сделать все возможное и невозможное для защиты Родины. Одни - с оружием в руках, другие, в силу разных причин остававшиеся в тылу, сделали оружием свою профессию.

В первую очередь это относилось к пропагандист-ским и агитационным задачам, таким как политические плакаты для фронта и тыла, сюжетные и портретные рисунки для листовок, открыток,

фронтовых газет и журналов. Это был совершенно особый случай, когда указания сверху и инициативы снизу совпадали полностью. Все было подчинено общей цели: воодушевить на борьбу, разжечь священный огонь патриотизма и яростной ненависти к врагу, воспеть подвиги героев и выразить презрение к предательству.

Нередко, хотя этот аспект деятельности художников на войне мало изучен, умение рисовать применялось в разведке. Этим, например, занимались на фронте артиллерист-разведчик Борис Ряузов, выполнявший рекогносцировки местности для планирования обстрелов, и Борис Дрыжак, который в составе особой инженерно-разведывательной команды детально зарисовывал трофейное вооружение и боевую технику. А выполнявшиеся в свободные минуты набро-

Рис. 1.

В.П. Буркасов. Разведчик. 1995. Холст, масло. 90x93

Галерея «Академия», Красноярск

Рис. 2.

С. П. Горбатко. Затишье. 1998. Холст, масло. 177x232

Региональное отделение УСДВ РАХ, Красноярск

*Рис. 4. Ю.Ф. Корнилов. Блокадная зима (У печки). 1975. Холст, масло. 121x153

Красноярский художественный музей им. В.И. Сурикова

Рис. 3.

Е.С. Кобытев. Снова в строю. Патруль на улице немецкого города. Из серии «До последнего дыхания». 1958. Бумага, уголь, тушь. 59х85

Красноярский художественный музей им. В.И. Сурикова

ски и зарисовки не только сохранили непосредственность живого восприятия военного быта, стали своего рода изобразительными документами эпохи, но и послужили впоследствии натурным материалом для произведений о войне.

Следом за агитационным плакатом, чей приоритет был продиктован задачами военного времени, на втором месте находилась станковая графика. В первую очередь это были рисунки с натуры.

В масштабах страны широко известны работы, к примеру, Бориса Пророкова, Леонида Сойфертиса, Виталия Горяева, Анатолия Коко-рина, Николая Жукова и многих других. Менее известны ошеломляющие своим эмоциональным накалом блокадные рисунки студентки Ленинградского художественного училища Елены Марттила, впоследствии литографированные (один из них представлен в собрании Шушенского музея-заповедника).

Из красноярских художников, кроме уже упомянутого Бориса Ряузова, можно отметить Евгения Кобытева, Якова Еселевича и других, чьи работы предоставили для выставки художественный и краеведческий музеи Красноярска.

По причине повышенного внимания к агитационному и документальному аспектам искусства военного времени, стремления всесторонне раскрыть ту или иную тему непосредственно с 1941 года особое распространение получило создание графических серий, таких как цикл Дементия Шмаринова «Не забудем, не простим!» (1942). Многие из них были начаты или задуманы в дни войны, но продолжались, получали новое развитие уже в мирное время. Алексей Пахомов, начав графическую сюиту «Ленинград в дни блокады» в 1941 году, продолжал работу вплоть до победного салюта и после войны. Для красноярской графики ярчайшим примером является серия Е. Кобытева «До последнего дыхания» (рис. 3), основанная на трагическом и героическом жизненном опыте автора. Около 15 листов серии представляют на выставке Красноярский художественный музей им. В. И. Сурикова и Арт-галерея Романовых.

Живописцам, по причине большей, по сравнению с графиками, громоздкости и долговре-менности их «производственного процесса», крайне сложно было проявить себя в условиях действующей армии. Поэтому, за исключением членов студии военных художников имени М. Б. Грекова, для которых командованием организовывались творческие командировки в воинские части, мастера живописи работали преимущественно в тылу. Но всеми помыслами были там, где шли бои, где решалось, а это

было понятно и тогда, будущее человечества. Даже пейзаж, хотя в газетных публикациях тех лет этот жанр не очень приветствовался, приобрёл подчёркнуто патриотический характер. Содержанием большинства сюжетных картин совершенно естественно становились подвиги и будни Красной Армии, преступления фашистов в оккупированных областях, торжество побед, горечь поражений и скорбь по погибшим. С особым уважением создавались живописные портреты героев - как тех, о чьих деяниях знала вся страна, так и менее знаменитых, но своих, земляков. Ясно, что, находясь внутри исторического процесса, участвуя в событиях, трудно, подчас невозможно осознать их настоящие величие и смысл. В живописи военных лет не так уж много масштабных произведений с широким обобщением и глубокой образностью, таких, как «Оборона Севастополя» Александра Дейнеки, «Фашист пролетел» Аркадия Пластова, «Мать партизана» (1943) Сергея Герасимова или «Парад на Красной площади 7 ноября 1941 года» Константина Юона. В картинах чаще повествовалось о конкретных фактах или личностях, сохранялись эмоциональность впечатления, взгляд очевидца, конкретика свидетеля событий, представляющих скорее рассказ, чем образ. Живописные и графические работы подобного типа, выполненные во время войны и первые послевоенные годы художниками студии им. М. Б. Грекова Петром Кривоноговым, Иваном Евстигнеевым, Петром Барановым, Николаем Обрыньбой и художником-фронтовиком Аркадием Ставровским, предоставил Музей-заповедник «Шушенское».

Труднее всего, пожалуй, в условиях войны пришлось самому ресурсоёмкому из всех искусств - скульптуре. Тем не менее, уже тогда организовывались конкурсы на создание монументальных композиций, например, на памятники генералам Г. Панфилову и М. Ефремову, а в 1943-1945 на Мосту Победы в Москве установили скульптурный ансамбль «Торжество Победы» Н. Томского. В конце 1945 года, по постановлению советского правительства, началась работа над памятниками в честь павших за освобождение Европы от фашизма, в том числе над знаменитым монументом «Воин-освободи-

тель» в Берлине. Понятно, что в тех условиях монументальная скульптура не могла развиваться широко, поэтому тема войны, центральная для всего искусства, раскрывалась преимущественно через жанр портрета. В создание продолжающейся по сей день портретной галереи героев в военные годы внесли свою лепту Матвей Ма-низер, Вера Мухина, Николай Томский, Евгений Вучетич и другие мастера скульптуры.

В те тяжёлые времена художники не только продолжали работать творчески. Не прекращалась и выставочная деятельность в стране и на местах. В 1942 в Москве прошли две всесоюзные выставки - «Великая Отечественная война» и «Героический фронт и тыл», а в 1943 году состоялась выставка к 25-летию Советской Армии, вобравшая в себя лучшие произведения о войне. В союзных республиках прошло 12 республиканских выставок.

Не замирала художественная жизнь и в Красноярске. Из 22 членов и кандидатов в члены Союза художников 12 ушли на фронт. Их отсутствие в какой-то мере компенсировали иногородние художники, находившиеся здесь в эвакуации. Красноярские художники в 1942 году участвовали в двух краевых выставках и в межобластной выставке «Художники Сибири в дни Великой Отечественной войны», проходившей в Новосибирске, где тогда находилась

Рис. 5. С.Е. Орлов. Диптих «Поклон». Левая часть: Герой Советского Союза Орлов М.Е. Правая часть: Однофамильцу. 1985. Холст, масло. 100х128

Красноярский краевой краеведческий музей

Рис. 7.

Г. Г. Поплавский. Иллюстрация к повести В. Быкова «Сотников». 1977. Автолитография. 35x28

Региональное отделение УСДВ РАХ, Красноярск

Рис. 6.

В. И. Переятенец. Галина Никифо-ровна Переятенец, труженик тыла. 1994. Бумага, карандаш, соус, сепия. 82x58

Собственность автора

в эвакуации Государственная Третьяковская галерея.

Некоторые работы из представленных на открывшейся в декабре 1942 года в Доме Красной Армии выставке «Великая Отечественная война» можно увидеть сегодня в собрании Красноярского краеведческого музея. Среди картин, привлёкших тогда особое внимание зрителей, были «Казнь Саши Чекалина» Ф. Марьясова, «Угон в фашистское рабство» В. Федотова, «Подарок бойцам фронта» и «Подвиг учительницы Жуковой» З. Волковинской, «Казнь Зои Космодемьянской» С. Кириченко, «Подвиг капитана Гастелло» Б. Ряузова. «Своим творчеством художники и скульпторы Красноярска, - говорилось в газетной заметке, - принимают живое и действенной участие в борьбе советского народа против фашистского варварства» [2]. О значимости выставки говорит и то, что только за первые две недели её посмотрело более 8 000 человек, а многие экспонаты были репродуцированы на открытках и листовках.

В первые послевоенные годы изобразительное искусство по большей части продолжало двигаться в направлении, проложенном во время войны. Художники, особенно бывшие фронтовики, такие как Е. Кобытев или Б. Ряузов, оживляют в своих работах места и эпизоды, произведшие на них неизгладимое впечатление, заново проживают трагические и славные моменты. Когда ещё все свежо в памяти, когда кипят чувства, от искусства трудно ожидать отстраненного видения, способности отделить главное от вто-

ростепенного, вычленить обобщённый образ из изображения. Вплоть до начала 1960-х гг. в произведениях на военную тему преобладают мотивы повествования о событиях и людях, зачастую сохраняются такие качества, как до-кументализм и иллюстративность. Это явно заметно в потрясающей по своей правдивости и накалу чувств графической серии Е. Кобыте-ва «До последнего дыхания» (рис. 3), в проникновенных пейзажах Б. Ряузова, изображающих сожжённые деревни, разрушенные города, изувеченную землю полей сражений. Но общий настрой, что совершенно естественно, приобретает позитивное, подчас триумфальное звучание, что чувствуется в работах Галины Ермолаевой, Николая Зайца, портретах Якова Еселевича, в распространённых по советским учреждениям всех уровней парадных портретах генералиссимуса И. В. Сталина.

В искусстве 1960-х старшее поколение, пережившее войну, будучи взрослыми, в основном продолжает сюжетные и стилистические линии, сформировавшиеся в послевоенном десятилетии. Но и у них, и у более молодых появляется избирательный подход. Становится важным не только создавать изобразительную летопись, но анализировать, осмысливать во-

йну как явление большого исторического масштаба, двигаться от фактологии к образности. Это находит выражение в усилении монументального начала и проявляется как в создании величественных мемориальных комплексов в скульптуре и монументальной живописи, так и в явлении, получившем название «суровый стиль».

Если до 1960-х война часто воспринималась как цель для искусства, то теперь все чаще она рассматривалась как средство раскрыть основополагающие, общечеловеческие, вневременные темы, такие как любовь, благородство, сила духа, готовность к подвигу и способность понять и простить. Особое значение приобретает стремление разобраться изнутри, понять, как живёт, как чувствует себя человек на войне, как частное, личное, малое соотносится с общим, государственным, всемирным.

Наибольшие изменения проявились в тематической картине, прежде всего в заметно расширившейся тематике и большем внимании к психологическим коллизиям. Не менее интересными были опыты раскрытия военной темы через пейзаж и натюрморт: в общероссийском масштабе, например, в работах Валентина Сидорова, Анатолия Никича; в Красноярске - у Александра Калинина, Юрия Худоногова, Бориса Ряузова, Андрея Поздеева, Алексея Кли-манова.

По уже сложившейся традиции в живописи и скульптуре 1960-1970-х годов особое внимание - к портретам героев войны и трудового фронта.

Портрет, представляющий собой канонизированный образ героя в военной форме с орденами, изменяется меньше всего - вплоть до 2000-х, что убедительно демонстрируют работы Якова Еселевича, К. Пешкова, Ивана Тайгина, Георгия Шумкова. Одновременно Степан Орлов, Анатолий Знак, Елена Касименко, Юрий Ишханов стремились показать участника войны живым человеком, с пониманием динамики характера и в непосредственном жизненном окружении.

В 1960-1970-е годы сохраняют активность художники-фронтовики, в основном продолжая то, что делали раньше. Рождённые в 1910-х, они воевали, уже будучи сложившимися ху-

дожниками, и для многих война стала главным периодом в жизни, к которому они постоянно возвращались, а некоторые сделали лейтмотивом своего творчества. Для них характерно реалистическое, событийно-повествовательное начало, стилистически близкое тому, что создавалось и в 1940-1950-е годы. Преимущественно так работали Борис Белый и Михаил Мишарин.

Одно из редких исключений - экспрессионистские, «кричащие» с гневом и болью работы фронтовика Андрея Поздеева: парные картины «Женихи» и «Невесты», графические эскизы «Война 1» и «Война 2». Нечто похожее по напряжённости чувств ощущается в графических листах «Разведчики» и «Солдат» Николая Сальникова, тоже участника войны.

Параллельно на авансцену выходило поколение 1920-х годов рождения. Это были парни и девушки, прошедшие войну и сразу после демобилизации, подчас ещё в сапогах и гимнастёрках, поступившие в художественные институты. По их первым работам, которые стали появляться на республиканских и всесоюзных выставках в начале 1950-х, было заметно, что война воспринималась ими как через призму собственного опыта, так и с позиций жизни вдалеке от войны. Их интересовала не только Великая Отечественная, но и современность, великие стройки, революция и гражданская война, события в мире и частная жизнь обычных людей. Такое разнообразие интересов позволяло увидеть и события военных лет более объёмно, разносторонне, соединяя личный жизненный опыт военной молодости и широту кругозора, ощущение себя не только гражданином СССР, но и человеком мира. Знание тенденций мирового искусства, опора на традиции разных стилей и направлений, сдерживаемые пресловутым «железным занавесом», помогали определяться с выбором своего пути, определением индивидуального стиля, хотя и приводили иногда к эксплуатации формальных приёмов, некоторой «плакатности» и излишней «монументализации» в ущерб живому чувству. Намечалась смена акцентов, произошедшая в 1970-х (возможно, больше в литературе и кино и чуть позже в изобразительном искусстве). Как раз в 1960-70-е это поколение достигло профессиональной зрелости, дав такие высокие приме-

Рис. 8. Б.И. Мусат. Герой Советского Союза, участник обороны Севастополя Д.Д. Мартынов. 1982. Гипс тонированный. 58,5х38х30

Красноярский краевой краеведческий музей

ры произведений о войне, как «Матери, сестры» и «Победа» Евсея Моисеенко, «Ленинградка. В сорок первом» Бориса Угарова, «Прощание» Андрея Мыльникова, серия картин «Опалённые огнём войны» Гелия Коржева.

К ним, уже зрелым признанным мастерам, присоединялось поколение «детей войны», чьи таланты в полной мере раскроются уже в следующем десятилетии. У них был другой жизненный опыт, им было важно разобраться в сути событий, понять психологию, философский смысл. Или найти непривычный ракурс, с которого можно открыть такие грани войны, на которые раньше не обращали внимания, потому что не воспринимали как нечто героическое. В их работах все чаще звучит тема связи поколений, дань памяти отцам, стремление сопоставить прошлое и настоящее. Примером тому были Виктор Попков с картиной «Шинель отца» и «Эшелоны» Игоря Обросова.

Характерные для периода 1970-80-х годов произведения советской живописи и графики выставили музеи Красноярского края. Это картины Дмитрия Обозненко «Командир», Виталия Боровика «Русская мать», Александра Седова «Размышление», «Кому?» Фёдора Савостьянова и Николая Фурманкова «Память сердца» из Ачинского музейно-выставочного центра , а также находящиеся в Дивногорском художественном музее работы Виктора Рейхета «Утро в Сакюрте (Партизаны)», Олега Урюпина «В послевоенном парке» и Елены Ткачёвой «Невеста».

Красноярский художественный музей им. В. И. Сурикова, Красноярский краевой краеведческий музей, Дивногорский художественный музей и арт-галерея Романовых (Красноярск) предоставили для выставки коллекции живописных и графических работ красноярских художников за период с 1940-х по 1990-е годы, но именно 1970-80-е представлены здесь наиболее полно.

В частности, тема своеобразного диалога отцов и детей, тема памяти и уважения звучат в картинах Анатолия Знака «Три танкиста» (рис. на развороте), Эльвиры Мотаковой «Юность матери. 1941 год», Степана Орлова «Поклон» (рис. 5), Юрия Деева «Старая тувинка» и «Рекви-

ем. 1941», графических листах Николая Сальникова и Степана Турова. В целом, сохраняется и продолжается стилистика 1960-70-х годов, очевидная, к примеру, в военных пейзажах Бориса Ряузова и Александра Калинина, картинах и портретах Якова Еселевича, Бориса Белого, Елены Касименко, Владимира Ежова, Романа Сорокина, Тамары Мирошкиной, Валерия Кудринского, Гертруда Лейзаренко, Георгия Кузакова. Именно в это время была создана уникальная по глубине и символичности картина Владилена Харламова «Победа», в которой так удивительно сочетаются достоверность жизненного эпизода и величественная обобщённость образа эпохи.

В искусстве 1980-х годов активизируются поиски новой формы, современных средств изображения, подчёркивается образное начало в противовес чисто изобразительному, что стимулируется спецификой и технологией творческого процесса в графике. Впечатляющая подборка произведений мастеров советской графики подготовлена Региональным отделением Урала, Сибири и Дальнего Востока в Красноярске. Это серия гравюр на картоне «Сорок первый год» Альбины Акритас, серия цветных резцовых гравюр на металле Виктора Пензина «Песни

фронтовых лет», серии автолитографий художника-фронтовика, бывшего узника Бухенвальда Леонида Царицынского «609-й стоит насмерть» и экспрессивные, сложные по композиции иллюстрации Георгия Поплавского к военным произведениям Василя Быкова (рис. 7) и Якуба Коласа.

По сравнению с восьмидесятыми период девяностых представлен в экспозиции всего лишь двумя десятками произведений двенадцати авторов. Причём почти половину из них создали красноярские художники Виктор Буркасов (рис. 1) и Юрий Корнилов (рис. 4), который посвятил военной теме значительную часть своего творчества, работая над сюжетными картинами в стилистике советского реализма начиная с 1970-х годов и по сегодняшний день.

Наиболее глубокие и масштабные на тот момент картины о войне были написаны первыми выпускниками открывшейся в 1987 году творческой мастерской живописи Академии художеств СССР в Красноярске Артуром Васильевым, Сергеем Горбатко (рис. 2), Сергеем Форостовским и Александром Покровским. Несомненно, что и на выбор темы, и на серьёзность подхода повлиял руководитель творческой мастерской, народный художник РСФСР Анатолий Павлович Левитин, сам участник войны и автор ряда известных картин на военную тему.

Отражение темы Великой Отечественной войны в нашем искусстве 2000-х определяется почти полностью произошедшей сменой поколений. Только семеро из ныне здравствующих экспонентов принадлежат к поколению «детей войны» и столько же - 1980-х годов рождения. Все остальные - это те, кто родились в 1950-70-х, они представляют собой абсолютное большинство.

Для них война - это история, к которой нужно относиться уважительно, соблюдая точность, но не скрывая эмоций. Например, так, как делают это живописцы Александр Клюев, Павел Батанов, Александр Щербаков, Максим Руднев, скульпторы Виталий Гринёв, Александр Ткачук, Андрей Кияницын, Виктор Мосиелев, Татьяна Шулим, графики Владимир Переятенец (рис. 6) и Валерий Кудринский, художники декоративно-прикладного искусства Иван Кротов и Светлана Шинка-ренко.

Разведчик Ряузов Б. 2020. Холст, масло. 115х100

Собственность автора

Находит своё логическое продолжение тема Рис. 9. исторической памяти, непрерывности и связи Э Шеломов поколений. Этому посвящены работы Сергея Гурьева, Сергея Форостовского, Валентины Зражев-ской.

Продолжается традиционная линия портрета героя войны, представленная живописными, графическими и скульптурными работами Константина Войнова, Василия Сивцева, Игоря Баш-макова. Нельзя не отметить, что в этой прочно утвердившейся тенденции иногда удаётся найти новую, глубоко индивидуальную образность: например, такую, как в портретах красноярских художников-фронтовиков, выполненных Эдуардом Шеломовым (рис. 9) и Виктором Бородиным.

Графические иллюстрации Евгения Машков-ского и Антона Тхоренко к классике военной прозы также органично вписываются в давнюю традицию и достойно её продолжают. Поиск новых образных решений, стремление найти свой, ни

на кого не похожий вариант диалога с историей отличает молодых живописцев Анну Шишкину, Сергея Назарова, Анастасию Межову, Дарью Ка-рабчук и Евгению Аблязову.

Переживаемый нами сегодня не только по отношению к военной теме, но и вообще в целом кризис исторической картины отчасти компенсируется усилением смысловой нагрузки на другие жанры. В частности, на предметность, материализованную в жанрах пейзажа и натюрморта. Эта предметность может быть изображённой, как у Ларисы Гурьевой, Бориса Степанова, Валерьяна и Августы Сергиных, Виталия Янова, Сергея Форо-стовского, Марии Казаченко, или непосредственной, как в инсталляциях Виктора Асадчикова и Георгия Кузакова.

Почти треть всей выставки составляют работы, созданные после 2000 года, и это убедительно подтверждает значимость темы Великой Отечественной войны для современных художников Красноярского края.

С другой стороны, из этой сотни картин, скульптур, графических листов и декоративных композиций около двух третей уже показывалось на предыдущей подобной выставке 2015 года, что заставляет задуматься о причинах. Случайность ли это? Признак ли угасания интереса к событиям, отдалённым во времени? Или проявление чувства ответственности, не позволяющее торопиться, облекать высокое содержание в не вполне совершенную форму?

Дополнительную «информацию к размышлению» добавляет приуроченная к выставке научная конференция. О своём участии в ней заявили 34 искусствоведа из 15 городов регионов Урала, Сибири и Дальнего Востока. 23 участника посвятили свои выступления искусству военного времени, жизни и творчеству художников региона - участников Великой Отечественной войны 1941-1945 годов, а также исследованию произведений художников-фронтовиков в собраниях музеев региона. И только два искусствоведа заинтересовались таким тематическим разделом, как «Тема Великой Отечественной войны в творчестве художников Урала, Сибири и Дальнего Востока». Означает ли это, что сегодня тема не расценивается как нечто интересное для искусствоведческого осмысления? Или актуальность

утрачивается в связи с давностью событий? Как бы то ни было, выставка «Слава победителям» демонстрирует пусть и не исчерпывающе полную, но правдивую картину того, как развивался образ Великой Отечественной войны 1941- 1945 годов в изобразительном искусстве Красноярского края.

Литература

1. Лившиц, Л. Выставка картин красноярских художников // Красноярский рабочий : краевая общественно-политическая газета. - Красноярск, 1942. - № 289. - 6 декабря. - С. 2.

Об авторе

Тригалева Наталья Вассиановна - главный специалист Регионального отделения Урала, Сибири и Дальнего Востока Российской академии художеств в г. Красноярске

E-mail: pescada@yandex.ru

STADIAL CHANGES IN THE THEME OF

THE GREAT PATRIOTIC WAR ON THE EXAMPLE OF THE ANNIVERSARY EXHIBITION IN KRASNOYARSK

Trigaleva Natalia Vassianovna Art historian, main specialist of the Regional branch of the Russian Academy of Arts «Ural, Siberia and Far East» in Krasnoyarsk

Abstract: The paper dedicated to the exhibition «The Glory to the Winners» in Krasnoyarsk related to the 75th Anniversary of the victory in the Great Patriotic war. This exhibition presents works of art from 1941 to the present day and shows a wide range of creative embodiments of the theme of the war. An analysis based on the material of the exhibition and an explaination of the process of the theme's development depending on historical conditions are given. The author explores how the content of the artwork changed depending on the tasks the artist faced in different periods of Soviet and Russian history and how did the Regional fine art correlate with the art of metropolis for more than seven decades. The evolution of artistic reflection of the events and heroes of the Great Patriotic war is considered on the example of the creativity of artists of various generations ranging from those born in the 1910s to those born in the 1990s. A complete brief overview is formed starting from propaganda and documentary tasks in the art of wartime and ending with the search for new semantic and stylistic creative solutions in the early 21st century.

Keywords: exhibition «The Glory to the Winners»; the art of wartime; the Great Patriotic war in Soviet and Russian art.