Прерывание речевой коммуникации как следствие коммуникативной неудачи

Раздел 2 ФИЛОЛОГИЯ

Редакторы раздела:

ДМИТРИЙ НИКОЛАЕВИЧ ЖАТКИН - доктор филологических наук, профессор, заведующий кафедрой перевода и переводоведениия Пензенской государственной технологической академии

УДК 81'1:004. 522 Yermanova B.B. INTERRUPTION OF SPEECH AS A RESULT OF COMMUNICATION FALIURE. This article is devoted to the study of phenomena in speech communication as a «interruption», its characteristics and causes.

Key words: verbal communication, linguistic pragmatics, communicative roles change, interruption, communication failure.

Б.Б. Ерманова, магистр филологии, старший преп. каф. «Теория и практика иностранных языков и перевода» Инновационного Евразийского университета, г. Павлодар, E-mail: yermanova_bb@mail.ru

ПРЕРЫВАНИЕ РЕЧЕВОЙ КОММУНИКАЦИИ КАК СЛЕДСТВИЕ КОММУНИКАТИВНОЙ НЕУДАЧИ

Статья посвящена вопросу изучения такого явления в речевой коммуникации как «прерывание», его характерным особенностям и причинам возникновения.

Ключевые слова: речевая коммуникация, лингвистическая прагматика, смена коммуникативных ролей, прерывание, коммуникативная неудача.

В последнее время возрос интерес к проблемам речевой коммуникации, связанный с развитием лингвистической прагматики, являющейся одной из перспективных областей исследования речи. Прагматика изучает речевую деятельность с позиций выявления взаимозависимостей между использованием языковых единиц и целеустановками говорящих. Успешность речевого общения определяется слагаемыми прагматического характера и достижением говорящим стратегической цели в условиях бесконфликтного речевого общения. С развитием общества, с усложнением общественных потребностей в речевую коммуникацию вовлекается широкий круг лиц, имеющих различный социальный статус, уровень образования и тому подобное. Как отмечает Т.Н. Ушакова, различие способов речевого взаимодействия в общении основывается не столько на личных склонностях человека, сколько на его роли в данной ситуации, его статусе, в том числе и гендерной принадлежности [1]. Характерной особенностью процесса общения является диалогический принцип построения, который предполагает распределение инициативы между партнерами, выполнение коммуникантами попеременно роли говорящего и слушающего.

По утверждению В.В. Богданова, механизм мены коммуникативных ролей является важнейшей составляющей процесса речевой коммуникации [2]. Главной идеей смены коммуникативных ролей является попеременное включение в процесс общения обоих участников диалога. Однако, это попеременное включение в разговор коммуникантов в большинстве случаев не реализуется, т.е. нередко инициатива в коммуникации принадлежит лишь одному из участников. В результате наблюдается такое явление в речевой коммуникации как «прерывание общения», которое можно отнести к разряду коммуникативных неудач.

Б.Ю. Городецкий определяет коммуникативную неудачу как такой сбой в общении, при котором речевые произведения не

выполняют своего предназначения [3]. Данное явление может также подразумевать под собой такие ошибки в коммуникации, как «непонимание», «недопонимание», «коммуникативный сбой», «коммуникативный дискомфорт», «коммуникативное рассогласование» [4]. В речевом общении возникают непредвиденные или сознательно создаваемые препятствия, обусловленные несовместимостью коммуникативных интенций партнёров, которые могут завершаться коммуникативной неудачей.

Как отмечает Е.В. Пищикова [5], в речевой коммуникации выделяются два вида доминирования: 1) содержательное доминирование; 2) формальное доминирование. Содержательное доминирование представляет собой манипулирование содержания высказываний, прозвучавших в ходе интеракции, основываясь на взаимодействии «своего» и «чужого», что ведет к развитию диалогической тактики. Формальное доминирование происходит посредством контроля над процессом говорения, чем длиннее высказывание, тем дольше говорящий удерживает инициативу говорения, доминируя в процессе взаимодействия.

Многие исследования показывают, что факт, когда один человек прерывает другого в процессе общения, нередко интерпретируется как попытка взять верх над собеседником, навязать свою точку зрения. Сам факт прерывания общения трактуется как угроза «потери лица» собеседника, как негативный речевой акт. Прерывание разговора само по себе рассматривается как невежливое и даже враждебное речевое действие. Прерывающий видится агрессором, а прерванный собеседник -невинной жертвой. В основе этого лежит предпосылка, что прерывание является нарушением, попранием чьего-либо права слова, демонстрацией власти, силы, попыткой доминировать в диалоге. Прерывание трактуется как одна из основных стратегий контроля диалога. В то же время это нарушение правил и принципов экспектации относительно правил мены коммуникативных ролей. Зарубежный лингвист А. Беннет говорит о пре-

рывании разговора, когда нарушаются права одного из говорящих (violatinganotherspeaker’srightandobligations) [6]. Прерывание может иногда выражаться в излишней активности (агрессивности) включения в разговор. Общеизвестно, что важнейшим принципом коммуникации признается принцип коммуникативного сотрудничества, сформулированный американским логиком Г.-П. Грайсом. Данный принцип гласит: «Делай свой вклад в разговор на данной его стадии таким, как этого требует принятая цель или направление разговора, в котором ты участвуешь» [7]. В коммуникацию, следуя Принципу Кооперации Грайса, каждый должен внести свой вклад в соответствии с принятой целью и направлением общения. Соблюдение этого принципа обеспечивается постулатами общения: количества - высказывание должно содержать не меньше или не больше информации, чем требуется; качества - не говори того, что ты считаешь ложным или для чего у тебя нет достаточных оснований; релевантности - не отклоняйся от темы; манеры - выражайся ясно, кратко и последовательно. Нарушение одного из данных постулатов, неверное понимание коммуникативной ситуации, неправильная оценка отправителя информации и знания слушателя ведет к дискомфорту, а иногда и прерыванию общения. Чтобы говорить о прерывании разговора, необходимо владеть следующими знаниями о собеседниках и ситуации: тема и продолжительность разговора, как долго говорит каждый из участников, их взаимоотношения, как они относятся к факту прерывания, а главное -с какой целью один собеседник прерывает другого.

Прерывание собеседника можно наблюдать в нашей повседневной жизни, например, в процессе общения между начальником и подчиненным, врачом и пациентом, родителем и ребенком, мужчиной и женщиной и в других ситуациях. Например:

1) Босс (открывая дверь, Мерсову): Зайдите ко мне!

Мерсов: Хорошо, обязательно.

Встает, заходит в кабинет Босса.

Стоит перед ним, смотрит в пол, руки за спиной, сжаты в кулаки, нервничает.

Босс (откинувшись в кресле): Ты хорошо работаешь, ответственный... Мы открываем новый офис в Париже, и я считаю, что твои опыт и способности там пригодятся... Хочешь поехать в Париж, должность там даже с повышением?

Мерсов: Да мне и здесь, в общем-то, неплохо...

Босс (удивленно): Ты в своем уме? Ты знаешь, сколько человек сейчас на улице? Сплошные сокращения! Дефолт за дефолтом! Да, от желающих поехать отбоя не будет, тебе хотел доброе дело сделать. Ты что не хочешь уехать в нормальную страну, жить, как человек? Жизнь изменить, наконец?

Мерсов: Меняют жизнь те, кто несчастлив, а я всем доволен...

Босс (мрачнеет, злится): Выйди из кабинета... Нет в тебе ни честолюбия, ни элементарного здравого смысла.

Здесь мы наблюдаем прерывание, когда коммуникант использует свой более высокий статус и прогоняет подчиненного, не желая продолжать с ним разговор.

2) - Почему ты так долго не звонил?

- Я не знал, что сказать. А теперь знаю.

- Говори!

- Вагон одиннадцать. Место 13. Завтра я в Москве. До завтра.

- Подожди!

- Все завтра (В. Токарева «Пять фигур на постаменте»).

Прерывание речевой коммуникации происходит посредством использования «телеграфного стиля», где употребляется только нужная информация, такая как «Вагон одиннадцать. Место 13»).

Прерывание трактуется зарубежным исследователем С. Марей как одна из стратегий контроля диалога: Interruption has little to do with beginning to make verbal sound while someone else is speaking, though, it does have to do with issues of dominance, control and showing interest and caring. С. Маррей говорит о прерывании разговора, когда один из участников неожиданно вводит новую тему, в то время как первый не дал никакого сигнала к смене темы [8]. Например:

1) - Я думаю, что ...

- Хочешь еще салата?

Этот простой обмен репликами показывает, каким сложным может быть общение. С одной стороны, хозяин или хозяйка должны предлагать гостям угощение, независимо от того, говорит

кто-то или нет. Но, с другой стороны, если постоянно прерывать беседу, чтобы предложить угощение, это, вероятно, будет трактоваться как нарушение прав говорящего. Прерывание можно рассматривать как явление в речевой коммуникации, противоположное поддерживанию контакта.

На наш взгляд, прерывание речевой коммуникации может быть вызвано следующими причинами. Например:

• когда причиной может служить недоверие к передаваемой информации или раздражение говорящего;

По осмотре постели Дюковский отрапортовал:

- Ни кровяных, ни каких-либо других пятен... Свежих разрывов также нет. На подушке следы зубов. Одеяло облито жидкостью, имеющею запах пива и вкус его же... Общий вид постели дает право думать, что на ней происходила борьба.

- Без вас знаю, что борьба! Вас не о борьбе спрашивают. Чем борьбу-то искать, вы бы лучше...

- Один сапог здесь, другого же нет налицо.

- Ну, так что же?

- А то, что его задушили, когда он снимал сапоги. Не успел он снять другого сапога, как.

- Понес! ... И почем вы знаете, что его задушили?

- На подушке следы зубов. Сама подушка сильно помята и отброшена от кровати на два с половиной аршина.

- Толкует, пустомеля! Пойдемте-ка лучше в сад. Вы бы лучше в саду посмотрели, чем здесь рыться... Это я и без вас сделаю. (А.П. Чехов. Шведская спичка). Прерывание речевой коммуникации осуществляет начальник, при этом происходит принижение достоинства подчиненного, отказ от выслушивания причин (Без вас знаю, что борьба! Ну, так что же? Понес!). Прерывая собеседника, начальник присваивает себе право последнего слова в разговоре, использует свое служебное положение, тем самым контролируя общение и доминируя в нем.

• смена темы;

1) Англичанка зевнула, переменила червячка и закинула удочку.

- Удивляюсь, брат, я немало! - продолжал Гоябов. - Живет дурища в России десять лет, и хоть бы одно слово по-русски!.. Наш какой-нибудь аристократишка поедет к ним и живо по-ихнему брехать научится, а они. черт их знает! Ты посмотри на нос! На нос ты посмотри!

- Ну, перестань... Неловко... Что напал на женщину? (А.П. Чехов. Шведская спичка).

Прерывание речевой коммуникации выражается в форме положительного императива-приказа, тем самым происходит коррекция коммуникативного поведения собеседника (Ну, перестань!). Здесь мы наблюдаем такой стратегический вид общения как «выравнивание», для которого свойственны свобода, гармоничность и последовательность.

2) После разговора с Лаевским Самойленко все время от утра до обеда, несмотря на прекраснейшее настроение, чувствовал в глубине души некоторую тяжесть; ему было жаль Лаевского и хотелось помочь ему. Выпив перед супом рюмку водки, он вздохнул и сказал:

- Видел я сегодня Ваню Лаевского. Трудно живется человечку. Материальная сторона жизни неутешительна, а главное - психология одолела. Жаль парня.

- Вот уж кого мне не жаль! - сказал фон Корен. - Если бы этот милый мужчина тонул, то я бы еще палкой подтолкнул: тони, братец, тони...

- Неправда. Ты бы этого не сделал.

- Почему ты думаешь? - пожал плечами зоолог. - Я так же способен на доброе дело, как и ты.

- Разве утопить человека - доброе дело? - спросил дьякон и засмеялся.

- Лаевского? Да.

- В окрошке, кажется чего-то не достает ... - сказал Самойленко, желая переменить разговор (А.П. Чехов. Дуэль).

В данном случае, говорящий прерывает речевую коммуникацию, стараясь сменить тему разговора (В окрошке, кажется чего-то не достает...). Самойленко (хозяин дома) и фон Корен (постоялец) ведут разговор о Лаевском Иване. Фон Корен недолюбливает Лаевского. Он приводит много доводов его распущенности и безобразия. Затем, ему надоедает вести разговор о нем и он решает сменить тему

• побуждение к совершению какого-либо действия.

1. Чубиков, его помощник и становой открыли дверь и нерешительно, один за другим, вошли в спальню. Их глазам

представилось следующее зрелище. У единственного окна стояла большая деревянная кровать с огромной пуховой периной. На измятой перине лежало скомканное, измятое одеяло. Подушка в ситцевой наволочке, тоже сильно помятая, валялась на полу. Заглянув под кровать, становой увидел десятка два пустых бутылок, старую соломенную шляпу и четверть водки. Под столиком валялся один сапог, покрытый пылью. Окинув взглядом комнату, следователь нахмурился и покраснел.

- Мерзавцы! - пробормотал он, сжимая кулаки.

- А где же Марк Иваныч? - тихо спросил Дюковский.

- Прошу вас не вмешиваться! - грубо сказал ему Чубиков.

- Извольте осмотреть пол! (А.П. Чехов. Шведская спичка). Прерывание речевой коммуникации выражается в форме жесткого положительного императива-приказа «Прошу вас не вмешиваться!»). Прерывая собеседника, Чубиков констатирует окончание разговора (Извольте осмотреть пол!), высказывая в резкой форме словесный вызов собеседнику. При этом он использует свое социальное положение. Как «активный манипулятор» он достигает удовлетворения, опираясь на бессилие подчиненного Дюковского и контролируя его действия. Он применяет систему приказов, управляя людьми как марионетками.

Библиографический список

2. Гоябов снял сапоги, панталоны, сбросил с себя белье и очутился в костюме Адама. Отцов ухватился за живот. Он покраснел и от смеха и от конфуза. Англичанка задвигала бровями и замигала глазами... По желтому лицу ее пробежала надменная, презрительная улыбка.

- Надо остынуть, - сказал Грябов, хлопая себя по бедрам. - Скажи на милость, Федор Андреич, отчего это у меня каждое лето сыпь на груди бывает?

- Да полезай скорей в воду или прикройся чем-нибудь! Скотина! (А.П. Чехов. Дочь Альбиона). Федор Андреич прерывает речевое общение, констатируя окончание разговора (Да полезай скорее в воду или прикройся чем-нибудь!) и демонстрируя отсутствие интереса к сообщаемому.

Таким образом, под прерыванием речевого общения мы понимаем намеренное прекращение одним из коммуникантов речевого взаимодействия, осуществленное по прагматическим мотивам, относящееся к сфере неуспешной, незавершенной коммуникации. Ему противопоставляется завершенное речевое общение, которое заканчивается конвенциональными, общепринятыми способами: речевыми актами благодарности, прощания, пожелания и т.п.

1. Ушакова, Т.Н. Речевое искусство // Психологическое обозрение. - 1995. - № 1.

2. Богданов, В.В. Речевое общение: прагматический и семантический аспекты. - Л., 1990.

3. Городецкий, Б.Ю. К типологии коммуникативных неудач // Диалоговое взаимодействие и представление знаний. - Новосибирск, 1985.

4. Мустайоки, Арто Жанры речи и риски коммуникативных неудач // Жанры речи: сборник науч. статей. - М., 2012.

5. Пищикова, Е.В. Стратегии доминирования в аргументативном дискурсе: гендерный анализ: автореф. дис. ... канд. филол. наук. -Харьков, 2003.

6. Bennet, A. Interruptions and the Interruptions Processes. - 1981. - Vol. 4.

7. Грайс, П. Логика и речевое общение // Новое в зарубежной лингвистике. - М., 1985. - Вып. 16.

8. Murray, S. Towards a Model of Members’ Methods for Recognizing Interruptions // Language in Society. - 1985. - Vol. 13.

Bibliography

1. Ushakova, T.N. Rechevoe iskusstvo // Psikhologicheskoe obozrenie. - 1995. - № 1.

2. Bogdanov, V.V. Rechevoe obthenie: pragmaticheskiyj i semanticheskiyj aspektih. - L., 1990.

3. Gorodeckiyj, B.Yu. K tipologii kommunikativnihkh neudach // Dialogovoe vzaimodeyjstvie i predstavlenie znaniyj. - Novosibirsk, 1985.

4. Mustayjoki, Arto Zhanrih rechi i riski kommunikativnihkh neudach // Zhanrih rechi: sbornik nauch. stateyj. - M., 2012.

5. Pithikova, E.V. Strategii dominirovaniya v argumentativnom diskurse: gendernihyj analiz: avtoref. dis. ... kand. filol. nauk. - Kharjkov, 2003.

6. Bennet, A. Interruptions and the Interruptions Processes. - 1981. - Vol. 4.

7. Grayjs, P. Logika i rechevoe obthenie // Novoe v zarubezhnoyj lingvistike. - M., 1985. - Vihp. 16.

8. Murray, S. Towards a Model of Members’ Methods for Recognizing Interruptions // Language in Society. - 1985. - Vol. 13.

Статья поступила в редакцию 06.04.13

УДК 820

Zhatkin D.N., Kruglova T.S. WALTER SCOTT AND THE BRULLOVS. The article is devoted to the comprehension of both biographical and creative interconnections between Walter Scott and Russian painters Alexander and Carl Brullov. Special attention is paid to Scott's estimation of Brullov's historic picture «The Last Day of Pompei» - one of his most distinguished work of art, and the details of creation of a pencil portrait of Walter Scott ordered by princess PA. Golitsina (born Shuvalova) and done by Alexander Brullov in 1827; this was later engraved by S.F. Galactionov and published in one of the first Russian editions of the English writer.

Key words: Walter Scott, international literal, historic and cultural ties, fine arts, tradition, ‘Italian theme' in literature and art, intercultural communication.

Д.Н. Жаткин, д-р филол. наук, проф., зав. каф. перевода и переводоведения Пензенской гос. технологической академии, г. Пенза, E-mail: ivb40@yandex.ru; Т.С. Круглова, канд. филол. наук, доц. кафедры перевода и переводоведения Пензенской гос. технологической академии, г. Пенза, E-mail: tatjana. sk@mail. ru

ВАЛЬТЕР СКОТТ И БРЮЛЛОВЫ*

Статья посвящена осмыслению биографических и творческих взаимосвязей английского поэта Вальтера Скотта и русских художников Александра и Карла Брюлловых. Особое внимание уделено оценке Вальтером Скоттом одного из наиболее значительных произведений Карла Брюллова - исторической картины «Последний день Помпеи», обстоятельствам создания Александром Брюлловым в 1827 г. по заказу княгини П.А. Голицыной (урожденной Шуваловой) карандашного портрета Вальтера Скотта, впоследствии гравированного С.Ф. Галактионовым и публиковавшегося в первых российских изданиях произведений английского писателя.

Ключевые слова: Вальтер Скотт, международные литературные и историко-культурные связи, изобразительное искусство, традиция, «итальянская тема» в литературе и искусстве, межкультурная коммуникация.