Системные уроки для постпандемического мира

СИСТЕМНЫЕ УРОКИ

ДЛЯ ПОСТПАНДЕМИЧЕСКОГО

МИРА

LEARN SYSTEM LESSONS FOR THE POST- PANDEMIC WORLD

DOI: 10.38197/2072-2060-2020-223-3-143-153

НИКОНОВА Алла Александровна

Ведущий научный сотрудник, Центральный экономико-математический институт Российской академии наук (ЦЭМИ РАН), к.э.н. Alla A. NIKONOVA

Leading researcher, Central Economics and Mathematics Institute of the Russian Academy of Sciences (CEMI RAS), Candidate of Economic sciences

Аннотация Положения системной парадигмы экономики о взаимодействиях ее секторов спро-

ецированы на состояние национальной и мировой системы в ситуации пандемии. Приведены признаки, определяющие современный кризис как терминальный (финишный). Показано, что COVID-19 спровоцировал закономерный отход от капи-талитарной модели в определенной фазе трех циклов. Результаты вносят вклад в обоснование предпосылок формационного перехода к модели экономических и социальных отношений, которая будет опираться на интеллектуальные факторы роста и гармонию взаимодействий между компонентами социально-экономической системы.

Abstract

The provisions of the systemic paradigm of the economy on the interactions of its sectors have been projected onto the state of both the national and world system in a pandemic situation. The signs defining the modern crisis as terminal (finish) are given. As it is shown COVID-19 provoked an expected departure from the capitalist model in a certain phase of the three cycles. The results obtained are novel as they contribute to the rationale for the formation transition to such model of economic and social relations, which will be based on intellectual factors of economic growth as well as on the harmonic interactions between all the components of the socio-economic system in its development in the post pandemic world.

Ключевые слова Система, взаимодействия, сбалансированность, терминальный кризис, антикризисная политика, системный переход.

Keywords

System, interactions, balance, terminal crisis, anti-crisis policy, systems transition.

Системные проблемы и цели исследования

России далеко до пятерки стран в сфере инновационного развития: мы на 46-й позиции из 129 [1, р. 317]. Однако в апреле 2020 г. Россия вошла в тройку ведущих стран по показателю количества инфицированных вирусом COVID-19, в середине апреля нас опережали только США. По прошествии двух лет после указа Президента РФ «О национальных целях» [2] масштаб пандемии стал единственным показателем, по которому РФ могла сравняться с развитыми странами. Причины чрезвычайно глубокие; они коренятся в глубинах системного дисбаланса секторов российской экономики, слоев общества, а также в дисфункции управления.

На сегодня, 20 мая 2020 г., непонятно, какой урон нанес и нанесет СОУЮ-19 российской экономике. Очевидным фактом является углубление диспропорций -как между секторами экономики, так и между социальными группами. За апрель, самый тяжелый месяц для России, промышленное производство сократилось на 9,8%, причем обработка сильнее, чем добыча полезных ископаемых: соответственно, на 11,9% и 4,6% (добыча нефти и газа - на 3,1%); снизились реальные доходы; количество безработных увеличилось на 23,4%, до 4,3 млн чел., уровень безработицы достиг 5,8%. Зато резко выросло производство водки: на 32,8%, вина на 13%, пива на 14,2% [3]. В ответ повысилась смертность трудоспособного населения, в которой, как мы видим, виноват не только вирус, но и «градус» на фоне карантина и нагнетания психоза. Напротив, за период пандемии количество долларовых миллионеров увеличилось с 99 чел. до 101 чел., их состояние выросло на 62 млрд долл. [4].

Шок испытывают все страны. В первом квартале 2020 г. к первому кварталу

2019 г. реальный ВВП Германии упал на 2,3%, Италии - на 4,8%, Франции - на 5,4%, Китая - на 6,8%. Промышленность упала еще больше. Уровень безработицы в марте

2020 г., самом тяжелом месяце в мире, составил в Германии 3,5%, Франции - 8,4%, Италии - 8,4%, России - 4,7%. Но динамика потребительских цен в марте к февралю 2020 г. была в России выше, чем в других странах (кроме Италии): в Германии и Франции по 0,1%, в Великобритании 0%, в России 0,6%, а в Китае снижение -1,2% [5]. Уровень проседания экономик будет различным: он существенно зависит от степени адаптивности системы, т.е. способности быстро и адекватно реагировать на возмущения среды, перестраиваться, реорганизовываться и функционировать в изменчивых условиях. Можно утверждать, способность системы к адаптации тесно связана со степенью сбалансированности ее компонентов.

Экономика рассматривается с позиций системной парадигмы как совокупность социально-экономических систем, т.е. обособленных во времени и пространстве относительно устойчивых и целостных частей окружающего мира, которые выделяет наблюдатель по пространственным или функциональным признакам [6, с. 142; 7, с. 8]. С такой точки зрения можно сделать вывод о значимости баланса внутренних компонентов системы, гармонии их взаимодействий как дополняющих друг друга институционально и функционально. В связи с этим секрет Вьетнама, Ю. Кореи, Тайваня, Японии в успехе противовирусных мер - четкая организация, неукоснительная дисциплина, быстрая реакция правительственных структур - преподает урок необходимости согласованности во взаимодействиях частей единого целого. Кроме того, продуманного вмешательства государства, доверия общества, консенсуса социальных групп между собой и с бизнесом. Всего этого недостает России. Масштабы страны затрудняют консолидацию социально-экономической системы,

в частности в борьбе с вирусом, но не объясняют провалы в экономике в течение тридцати лет. Вирус обострил уже назревшие проблемы, которые носят системный характер [8; 9; 10; 11].

Вопрос о том, какую часть потерь можно отнести к пандемии, а какую - на счет системных факторов, представляет значительный научный и практический интерес. Ответ на этот вопрос составляет цель данного исследования, выполненного при финансовой поддержке РФФИ, проект № 18-010-01028 (а). В статье исследованы концептуальные проблемы сбалансированности российской социально-экономической системы и перспективы выхода из точки бифуркации в контексте тенденций и причинно-следственных связей мировой экономики. Это поможет избежать не только подобных возмущений, но будет способствовать укреплению устойчивости и безопасности страны в переходе к новой модели экономики в постпандемическом мире.

Предпосылки терминального кризиса экономической системы

Предпосылок кризиса несколько. Все они тесно связаны с системными проблемами экономики и общества потребления на стадии постиндустриального развития. Выделение в экономической системе четырех ипостасей - экономической теории, экономической политики, управления и экономической реальности [12] -помогает видеть дисбаланс во всех сферах и между ними и предотвращать раз-балансировку. С позиций системной теории [13; 14], сбалансированность секторов экономики и целенаправленное управление играет решающую роль в гомеостазе системы. Характеристики состояния и динамики мировой экономики [15; 16; 17] и российской [11; 18; 19] указывают на признаки кризисных диспропорций в различных аспектах. С системной точки зрения «черный лебедь» в форме вируса ярко показал обществу системные противоречия экономики, стал катализатором кризиса во всех ее ипостасях - существующих моделей экономики, политики, управления и практики.

Прежде всего, кризисное состояние экономической системы связано с пределами теории и модели, которая на ней базируется - капиталитарной модели производства прибыли без реального производства. Спусковой крючок нажал капитал в присущей ему модели максимизации прибыли и расширении экспансии, он же содействовал продолжительной вирусной агонии в Италии, Испании, США, где властвует рынок, а система здравоохранения не озабочена защитой всех слоев общества. В тех странах, где рынок не является абсолютным регулятором, как например, в Китае, Вьетнаме, удалось погасить быстрее напор пандемии. Как известно, в форс-мажорной ситуации большое участие государства в экономике оказывается более эффективным, централизованные системы могут лучше справиться с критическими флуктуациями системы.

Вместе с этим важно понимать, что COVID-19 не война, не космическая атака и по силе воздействия может сравниться с обычной эпидемией. Суть ситуации в том, что «черные лебеди» - да, случайность, но чрезвычайно больной резонанс от их влияния на жизнь экономики и общества указывает на слабые звенья в мировой и национальных системах и свидетельствует о неспособности к адаптации ввиду глубинных противоречий в системе. «Где тонко, там и рвется», это выявляет закономерность общественного развития, в данном случае - процесс формаци-онного (системного) перехода к новой модели экономики и общественных отно-

1 Внесенное накануне голосования по поправкам к Конституции предложение облагать по ставке 15% часть доходов, превышающую 5 млн руб., свидетельствует о крайней степени социальной напряженности, но является половинчатой мерой и не облегчает жизнь абсолютного большинства населения.

шений в постпандемическом мире. На системный переход указывают признаки: 1) полнейшая неустойчивость мировой системы; 2) борьба «верхов»; 3) борьба «верхов» и «низов»; системный переход всегда жесткий в социальном плане, так как новое агрессивно [20].

В России это ярко проявляется, во-первых, в борьбе элит: смене правительства, «наездах» и череде отставок и назначений значимых фигур во власти, противостоянии «чрезвычайщиков» и «нормализаторов» в выборе ограничительных мер в борьбе с вирусом [20]. Во-вторых, в стремлении осуществить антикризисные программы за счет «низов» при сохранении привилегий крупному бизнесу и фактических преимуществ высокодоходным группам населения. К ярким феноменам антисистемного подхода к антикризисной политике и управлению в период флуктуаций отнесем следующие:

отказ от прогрессивной шкалы налогообложения, даже на краткосрочный период 1;

решение о взимании налога на вклады с суммы, превышающей 1 млн руб. (по существу, с доходов групп ниже среднего класса), что вызвало рекордный отток денег с депозитов в марте 2020 г.;

сохранение «бюджетного правила» в налогообложении бизнеса;

значительные бюрократические препоны для предоставления льгот малым и средним предприятиям (до тридцати справок);

сохранение бюджетных отношений с регионами, в то время как ресурсодефи-цитным субъектам РФ труднее всех осуществлять противоэпидемические мероприятия;

смягчение валютного регулирования, но не ужесточение, как это предложил С.Ю. Глазьев [21] (например, смягчение дисциплинарных мер за нарушение правил [22]);

нестыковка между объективными требованиями противоэпидемических мер, принятыми мерами и возможностью их исполнения со стороны субъектов разного уровня экономической иерархии, вплоть до домохозяйства и отдельных индивидов;

несогласованность и хаотичность нормативно-правовых и управленческих мер;

импотенция власти в принятии решений;

расхождение слова и дела со стороны властных структур, правительственных организаций, отдельных чиновников; анархические проявления исполнительной дисциплины в бизнесе, органах власти, частной жизни граждан;

откровенно рукотворный дефицит в удовлетворении витальных потребностей людей, который является явным результатом «оптимизации» здравоохранения;

принципиальные противоречия в отношениях производственной, управленческой и социальной подсистем, доходящие подчас до низшей степени цинизма со стороны некоторых руководителей, отдельных индивидов и социальных групп.

Таким образом, противоречия из сферы экономических отношений распространяются на социальную сферу, ментальную, моральную и ценностную среду.

В текущей российской практике мы видим отток капитала, спешную погрузку золотых слитков к вывозу из страны, кладку бордюров во время «чумы» вместо режима экономии средств. В более или менее долгосрочном периоде наблюдается полнейшая незаинтересованность бизнеса в инновациях, замедление инвестиций в новые технологии, стагнация инновационной активности предприятий на уровне 8-9% [23].

Все эти признаки говорят о несистемном характере экономической модели, политики, управления и практики в виде полнейшей неадекватности ситуации и состоянию объекта, экономики и общества, где происходят изменения фундаментального и краткосрочного характера. Такое несоответствие ведет к разбалан-сированию социально-экономической системы и порождает непредвиденные последствия на выходе из точки бифуркации системы в период терминального кризиса.

Выделим основные системные противоречия в России, которые создают предпосылки кризиса и вызывают необходимость системного перехода к новой модели экономических и общественных отношений:

1) несвязность экономических агентов по вертикали и горизонтали, и, как следствие, рассогласованность взаимодействий между всеми практически секторами;

2) принципиальные различия не стыкуемых между собой целей экономических субъектов, представляющих хозяйствующие единицы, правительственные и административные структуры, исследовательские, образовательные, общественные и иные организации;

3) низкое качество управления, прежде всего, по причине неспособности и нежелания управлять в общесистемных интересах устойчивого роста и научно-технического прогресса;

4) последствия реформ на протяжении тридцати лет, которые не исправили, но усилили дисбаланс секторов социально-экономической системы, критическую дифференциацию в обществе.

Утроение пособий по безработице ничто по сравнению со значительным ростом зарплат руководителей ЦБ и других функционеров в период пандемии. Прогулки по расписанию по домам - крайняя степень выражения организационного кризиса, если не фаза эксперимента по стратификации социума и оценке пределов контроля духовной сферы общества.

Таким образом, распространение инфекции и последующее снижение цен нефтяного рынка вступили в резонанс с системным кризисом как российской экономики, так и капиталитарной модели западного мира. Кризис является терминальным (финишным), в отличие от структурного кризиса, им охвачены все регионы, виды деятельности, сектора социально-экономической системы, сферы человеческого бытия: экономика, геополитика, экология, социум, психология. Он проявляется в критической фазе всех составляющих: усилении социального неравенства, деградации ценностей, бескрайнего разбалансирования глобальной системы, например, в форме материально-финансовых и пространственных диспропорций. Особенностью современного терминального кризиса являются глубина, размах, скорость распространения, экстернальный характер кризисных явлений, всеобщий рост неопределенности и непредсказуемости развития ситуации, а главное, неготовность глобальной системы к ответу на вызовы в рамках существующей модели.

Согласно теории системных циклов Н.Д. Кондратьева, исследованиям Дж. Арриги в области экономических циклов и накопления капитала, выводам других исследователей мировых циклов [24], именно на 2020 год приходится пересечение трех кривых (рис. 1): восходящего тренда смены технологий (по Н.Д. Кондратьеву) и двух ниспадающих кривых - в краткосрочных циклах Дж. Китчина (соотношения спроса и предложения, следовательно, колебания рыночных цен) и среднесрочных циклах К. Жюгляра (снижения уровня загрузки производственных мощностей и вложений в активную часть основного капитала, роста безработицы).

Рис. 1. Экономические циклы

Источник: [24, с. 285]

Интересно, что согласно опубликованным в 2013 г. выводам [24], именно в 2020 г. мировая экономика достигнет края терминального кризиса, знаменующего революцию мировых рынков, и совершит переломный шаг к новой модели общества. «Когда точно наступит критическая степень этого перенапряжения, сказать сложно, но то, что значительный шаг к нему будет сделан именно между 2018 и 2020 гг. (в самом крайнем случае в начале 2020-х гг.) можно утверждать наверняка» [25, с. 205-206].

Системные принципы согласования социально-экономической системы

Влияние «черных лебедей» можно успешно нивелировать в сбалансированной системе, адаптивной к флуктуациям. Такая система готова к трансформации и легче переносит переход к новой модели. Как показали результаты противостояния пандемии в экономиках мира, организационные, регуляторные и социальные факторы являются решающими в кризисной ситуации, в данном случае, в скорости реакции, в масштабах распространения, количестве жертв. Качество организации системы относится к адаптивным ее свойствам, способности и возможности разрешить проблемную ситуацию с минимальным ущербом для всех подсистем и системы в целом. Организационные факторы на макро- и мезоуровне включают (1) структуру экономики и управления; (2) характеристики организации гражданского общества; (3) инфраструктурные аспекты; (4) структуру хозяйственных связей; (5) порядок взаимодействий между акторами, в т.ч. органами власти, организациями, социальными группами; (6) отдельные организационные решения в области реформ и «оптимизации» (например, здравоохранения и образования). В России эти факторы -лимитирующие сбалансированное развитие экономики и благосостояние общества.

Организация системы определяется во многом особенностями экономической модели, критериями деятельности, мотивами поведения агентов. Согласно системной парадигме экономики [6; 7; 26], организационный порядок системы и способы взаимодействий компонентов системы чрезвычайно значимы для сбалансированности ее в пространственном и временном аспектах. Благодаря этому экономика и общество будут относительно устойчивыми к «вредным» воздействиям со стороны окружения и, напротив, восприимчивыми к прогрессивным новациям. Принципы гармоничных взаимодействий в рамках системной парадигмы инвариантны уровням иерархии и могут быть интерпретированы для любой экономической системы (рис. 2).

В российской действительности все части системы разобщены: к примеру, у нас президент говорит одно, на практике делается другое, поскольку нет связи с реалиями, не работает управление как транслятор властных распоряжений на мезо-

и микроуровень. Дисбаланс капиталитарной системы выражается, как правило, в гипертрофии бизнеса в межсекторных взаимодействиях и подчиненной роли экономики, где генерируются источники благосостояния страны, и еще более подчиненной роли - социума и экономики знаний (науки, образования, воспитания личности), где формируются знания, уникальные идеи, таланты и способности людей.

Рис. 2. Тетрада макросистемы: нормативная модель

Источник: построено на основе [26]

Социум

Средовая система

Распределение доходов, товаров и услуг Рабочие места

Ценности, нормы поведения Общественный контракт Запрос на социальную справедливость

Социальная, научно-образовательная, информационная политика Безопасность

Государство

Госполитика

Процессная система

Традиции, ценности Квалификационные

навыки, труд Социальный запрос

Налоги Запрос на инвестиционную политику

Экономика Отношения собственности

Объектная система

Доходы, прибыль

Предпринимательские и инвестиционные проекты Напитал

Экономическая и

инвестиционная

политика

Прогнозирование

Экспертиза

Бизнес

Реализация проектов

Проектная система

В результате после успешного выхода из мирового кризиса 2008-2009 гг. Россия перешла к рецессии, а затем к стагнации [18]. Главные причины дисбалансов: недофинансирование обновления технологической базы, экономики знаний, человеческого развития; «оптимизация» гуманитарной сферы, в которой создается потенциал перспективного роста и развития. Нарушается баланс в ресурсообмене между секторами в ущерб (1) интеллектуальному потенциалу, который выступает решающим драйвером постиндустриальной экономики; (2) социокультурной сфере, которая в качестве средовой системы служит морально-ценностной и нормативной основой производственных и общественных отношений, выбора критериев управления и вектора экономической и научно-технологической политики, то есть значимо определяет характер функционирования системы.

Выводы: императивы системной парадигмы постпандемического мира

Вирусная пандемия не создала, но обнажила системные противоречия и усилила противостояние бизнеса, экономики, государства и социума: кризис недоверия между ключевыми акторами, внутреннее стремление к реализации локальных целей любой ценой, отсутствие согласия в обществе и ответственности за управленческие решения, как в страновом, так и в глобальном масштабе. Как показала пандемия, ТНК еще менее способны справиться с кризисом, нежели государство. Тот факт, что от санкций пострадали наименее защищенные слои, также другие проявления нехватки гуманизма свидетельствуют о глубоких противоречиях хищнической капиталитарной системы и закономерных предпосылках перехода к новой модели общественных отношений.

Таким образом, вирус спровоцировал перелом траектории движения глобальной экономической системы, который давно назрел как в сознании интеллектуального авангарда, так и в реальной экономике, находящейся на стадии системного перехода в новую фазу К-цикла [24; 25] - от общества сверхпотребления к интеллектуальному обществу и гуманитарно-технологической формации [27; 28; 29]. Пандемия стимулировала процессы переосмысления модели экономики, переустройства мира, перехода к другому обществу, хотя бы на уровне понимания гуманитарных ценностей и концептуальной значимости модели экономики, основанной, во-первых, на принципах гармонии и комплементарных взаимодействий между акторами; во-вторых, на сокращении непроизводительных затрат и трансакций.

Причины прогиба российской системы под пандемией - внутренние: структурная и организационная несбалансированность, низкое качество управления, что отразилось на неготовности держать двойной внешний удар - вируса и падения цен на нефть. Уроки для системного перехода российской экономики к новой модели в постпандемическом мире: 1. Перестройка взаимоотношений между секторами на принципах взаимовыгодного обмена ресурсами, который способствует наиболее полному исполнению функций всеми акторами, благополучию каждой части целого, синергии и целостности системы. 2. Смена приоритетов, опора на ведущие факторы: интеллектуальные, организационные, социальные, духовные. 3. Встраивание в мировую систему с отношениями сторон в новом качестве, в котором России принадлежит роль системообразующего фактора - новой человеческой общности, менталь-ности, проводника гуманитарных ценностей, интеллектуального лидера. Для этого следует сфокусировать политику страны на человеческом развитии. Вместе с этим стремиться занять новые ниши в разделении труда. Пандемия облегчает доступ к ряду ниш на мировом несырьевом рынке: химических средств гигиены, фармацевтики, медоборудования, сельхозпродукции, защитной одежды из полимеров и резины [30].

Для того чтобы встроиться в глобальную систему, национальная экономика должна быть структурно и функционально сбалансирована. С этой целью в ЦЭМИ РАН разрабатывается методология построения экосистем на основе системной экономической парадигмы согласования взаимодействий секторов, различающихся пространственно-временными характеристиками [31]. На этой основе многие задачи могут быть решены при помощи стратегического планирования, которое следует осуществлять с привлечением всех заинтересованных сторон.

Библиографический список

1. The Global Innovation Index 2019: Creating Healthy Lives - The Future of Médical Innovation. Ithaca, Fontainebleau, and Geneva: Cornell University, INSEAD, and WIPO, 2019. URL: https:// www.wipo.int/edocs/pubdocs/en/wipo_pub_gii_2019.pdf.

2. О национальных целях и стратегических задачах развития Российской Федерации на период до 2024 года. Указ Президента РФ от 07.05.2018. URL: http://kremlin.ru/events/president/news/57425.

3. Информация о социально-экономическом положении России - 2020 год: январь-апрель 2020 г. Рос-стат. Офиц. веб-сайт. 26.05.2020. URL: https://gks.ru/storage/mediabank/oper-04-2020.pdf.

4. Российские миллиардеры разбогатели на $62 млрд за время пандемии COVID-19 // Коммерсантъ. 26.05.2020. URL: https://www.kommersant.ru/doc/4356934? from=hotnews#id1882872.

5. Важнейшие экономические показатели России и отдельных зарубежных стран. Росстат. Офиц. веб-сайт. 21.05.2020. URL: https://gks.ru/bgdfree/B04_03/IssWWW. exe/Stg/d05/89. htm.

6. Клейнер Г.Б. Системная парадигма и экономическая политика //Общественные науки и современность. - № 2.2007. - C141-149.

7. Клейнер Г.Б. Предприятие в рыночной среде: модель двойной тетрады // Экономическая наука современной России. 2019. № 2 (85). С 7-15. DOI: 10/33293/1609-1442-2019-2(85)-7-15.

8. Бодрунов С.Д. Национальные проекты и социальная политика // Научные труды Вольного экономического общества России. 2019. - Т. 217. - С. 40-49.

9. Глазьев С.Ю. Доклад о глубинных причинах нарастающего хаоса и мерах по преодолению экономического кризиса. - М.: Финуниверситет, 2020. - 98 с. URL: http://www.fa.ru/Documents/Glaziev_Chaos.pdf.

10. Лившиц В.Н. Системный анализ рыночного реформирования нестационарной экономики России: 1992-2013. - М.: URSS, 2013. - 640 с.

11. Рязанов В.Т. Системные ограничения и возможности неоиндустриального развития экономики России // Научные труды Вольного экономического общества России. 2020. - Т. 221. - С. 114-135.

12. Клейнер Г.Б. Экономическая теория и экономическая реальность: проблемы взаимодействия//Научные труды Вольного экономического общества России, 2017. - Т. 206. - С. 459-470.

13. Гаврилец Ю. Н. К синтезу теории систем и кибернетики в экономике. - М.: ЦЭМИ РАН, МАОН, 2009. -24 c.

14. Хакен Г. Синергетика. - М.: Мир, 1980. - 405 с.

15. Мир 2035. Глобальный прогноз /под ред. акад. А.А. Дынкина /ИМЭМО им. Е.М. Примакова РАН. - М.: Магистр, 2017. - 352 с.

16. Клинов В.Г. Сдвиги в мировой экономике в XXI веке: проблемы и перспективы развития // Вопросы экономики. 2017. № 7. - С114-127. Voprosy Ekonomiki, 2017, No. 7, pp. 114-127.

17. Комолов О.О. Деглобализация в контексте мировой экономической стагнации //Экономическое возрождение России. 2018. № 4 (58) С. 50-63.

18. Аганбегян А.Г. О драйверах социально-экономического роста//Научные труды Вольного экономического общества. 2019. - Т. 218. - С. 108-209.

19. Лившиц В.Н. Бедность и неравенство денежных доходов населения в России и за рубежом; системный анализ некоторых важнейших фрагментов проблемы. - М.: ИЭ РАН, 2018. - 52 с.

20. Фурсов А.И. Не все попадут в светлое будущее. 11.05.2020. URL: https://izborsk-club.ru/19260.

21. Глазьев С. Ю. О прогнозах динамики мировой экономики в условиях пандемии COVID-19 и возможных стабилизационных мерах в рамках ЕАЭС. Евразийская экономическая комиссия. 2020. URL: http:// www.eurasiancommission.org/ru/act/integr_i_makroec/dep_makroec_pol/economyViewes/Documents/ VEES_sovmes_mery.pdf.

22. Приняты поправки о либерализации валютного контроля. РЭЦ. Офиц. веб-сайт. 01.04.2020. URL: https://www.exportcenter.ru/press_center/news/prinyaty-popravki-o-liberalizatsii-valyutnogo-kontrolya/.

23. Официальная статистика: Наука и инновации. Росстат. Офиц. веб-сайт. 31.08.2019. URL: https:// www.gks.ru/folder/14477.

24. Айвазов А.Э. Периодическая система мирового капиталистического развития // Партнерство цивилизаций. № 3, 2013. - С. 253-289.

25. Глазьев С.Ю., Айвазов А.Э, Беликов В.А. Циклически-волновые теории экономического развития и перспективы мировой экономики // Научные труды Вольного экономического общества России. 2019. - Т. 219. - С. 177-211.

26. Клейнер Г.Б. Какая экономика нужна России и для чего? (опыт системного исследования) //Вопросы экономики. 2013. № 10. - С. 4-27.

27. Бодрунов, С.Д. Нооиндустриальный переход: экономика креатива и креатив экономики //Экономическое возрождение России. 2018. № 4. - С. 5-7.

28. Иванов В.В. Методологические аспекты стратегического планирования в контексте глобальных трансформаций // Экономическое возрождение России. 2020. № 1 (63). - С. 6-14.

29. Клейнер Г.Б. Интеллектуальная экономика нового века: экономика постзнаний // Экономическое возрождение России. 2020. № 1 (63). - С 35-42.

30. РЭЦ: коронавирус изменил структуру международного спроса на российскую продукцию. РЭЦ. Офиц. веб-сайт. 13.05.2020. URL: https://www.exportcenter.ru/press_center/news/rets-koronavirus-izmenil-strukturu-mezhdunarodnogo-sprosa-na-rossiyskuyu-produktsiyu/?news=16.

31. Клейнер Г.Б. Экономика экосистем: шаг в будущее // Экономическое возрождение России. 2019. № 1 (59). - С 40-45.

References

1. The Global Innovation Index 2019: Creating Healthy Lives - The Future of Medical Innovation. Ithaca, Fontainebleau, and Geneva: Cornell University, INSEAD, and WIPO, 2019. URL: https:// www.wipo.int/edocs/pubdocs/en/wipo_pub_gii_2019.pdf.

2. O natsionalnykh tselyakh i strategicheskikh zadachakh razvitiya Rossiiskoi Federatsii na period do 2024 goda. Ukaz Prezidenta RF, 07.05.2018. URL: http://kremlin.ru/events/president/news/57425.

3. Informatsiya o sotsial'no-ehkonomicheskom polozhenii Rossii - 2020 god: yanvar'-aprei 2020 g. Rosstat. 26.05.2020. URL: https://gks.ru/storage/mediabank/oper-04-2020.pdf

4. Rossiiskie milliardery razbogateli na $62 mlrdza vremya pandemii COVID-19//Kommersant". 26.05.2020. URL: https://www.kommersant.ru/doc/4356934? from=hotnews#id1882872.

5. Vazhneishie ehkonomicheskiepokazateli Rossii iotdelnykhzarubezhnykh stran.Rosstat. URL: 21.05.2020. URL: https://gks.ru/bgdfree/B04_03/IssWWW. exe/Stg/d05/89. htm.

6. Kleiner G.B. Sistemnaya paradigma i ehkonomicheskaya politika//Obshchestvennye nauki i sovremennost'. 2007. No 2. Pp. 141-149.

7. Kleiner G.B. Sistemnaya paradigma i ehkonomicheskaya politika//Obshchestvennye nauki i sovremennost'. 2019. No 2 (85). Pp. 7--15. DOI: 10/33293/1609-1442-2019-2 (85) -7-15.

8. BodrunovS.D. Natsionalnyeproektyisotsial'nayapolitika//Nauchnye trudy Vol'nogo ehkonomicheskogo obshchestva Rossii. 2019. Vol. 217. Pp. 40-49.

9. Glaz'ev S.Yu. Doklad o glubinnykh prichinakh narastayushchego khaosa i merakh po preodoleniyu ehkonomicheskogo krizisa. M.: Finuniversitet, 2020.98 p. URL: http://www.fa.ru/Documents/Glaziev_Chaos.pdf.

10. Livshits V.N. Sistemnyi analiz rynochnogo reformirovaniya nestatsionarnoi ehkonomiki Rossii: 1992-2013. M.: URSS, 2013. 640 p.

11. Ryazanov V.T. Sistemnye ogranicheniya i vozmozhnosti neoindustrialnogo razvitiya ehkonomiki Rossii// Nauchnye trudy Vol'nogo ehkonomicheskogo obshchestva Rossii. 2020. Vol. 221. Pp. 114-135.

12. Kleiner G.B. Ehkonomicheskaya teoriya i ehkonomicheskaya real'nost': problemy vzaimodeistviya // Nauchnye trudy Vol'nogo ehkonomicheskogo obshchestva Rossii. 2017. Vol. 206. Pp. 459-470.

13. Gavrilets Yu.N. K sintezu teorii sistem i kibernetiki v ehkonomike. M.: CEMIRAS, MAON, 2009.24 p.

14. Khaken G. Sinergetika. M.: Mir, 1980.405 p.

15. Mir 2035. Global'nyi prognoz /pod red. akad. A.A. Dynkina / IMEMO im. E.M. Primakova RAS. M.: Magistr, 2017.352 p.

16. Klinov V.G. Sdvigi v mirovoi ehkonomike vXXI veke: problemy i perspektivy razvitiya // Voprosy Ekonomiki. 2017. No. 7. Pp. 114-127.

17. Komolov O.O. Deglobalizatsiya v kontekste mirovoi ehkonomicheskoi stagnatsii //Ehkonomicheskoe vozrozhdenie Rossii. 2018. No 4 (58). Pp. 50-63.

18. Aganbegyan A.G. O draiverakh sotsial'no-ehkonomicheskogo rosta // Nauchnye trudy Vol'nogo ehkonomicheskogo obshchestva. 2019. Vol. 218. Pp. 108-209.

19. Livshits V.N. Bednost' i neravenstvo denezhnykh dokhodov naseleniya v Rossii i za rubezhom; sistemnyi analiz nekotorykh vazhneishikh fragmentov problemy. M.: Institut ehkonomiki RAS, 2018.52 p.

20. Fursov A.I. Ne vse popadut vsvetloe budushchee. 11.05.2020. URL: https://izborsk-club.ru/19260.

21. Glazev S.Yu. O prognozakh dinamiki mirovoi ehkonomiki v usloviyakh pandemii COVID-19 i vozmozhnykh stabilizatsionnykh merakh v ramkakh EAEHS. Evraziiskaya ehkonomicheskaya komissiya. 2020. URL: http://www.eurasiancommission.org/ru/act/integr_i_makroec/dep_makroec_ pol/economyViewes/Documents/VEES_sovmes_mery.pdf.

22. Prinyaty popravki o liberalizatsii valyutnogo kontrolya. REHTs. 01.04.2020. URL: https:// www.exportcenter.ru/press_center/news/prinyaty-popravki-o-liberalizatsii-valyutnogo-kontrolya/.

23. Ofitsialnaya statistika: Nauka i innovatsii. Rosstat. 31.08.2019. URL: https://www.gks.ru/folder/14477.

24. Aivazov A.Eh. Periodicheskaya sistema mirovogo kapitalisticheskogo razvitiya //Partnerstvo tsivilizatsii. 2013. No 3. Pp. 253-289.

25. Glazev S. Yu., Aivazov A.Eh, Belikov V.A. Tsiklicheski-volnovye teorii ehkonomicheskogo razvitiya i perspektivy mirovoi ehkonomiki//Nauchnye trudy Volnogo ehkonomicheskogo obshchestva Rossii. 2019. Vol. 219. Pp. 177-211.

26. Kleiner G.B. Kakaya ehkonomika nuzhna Rossii i dlya chego? (opyt sistemnogo issledovaniya) // Voprosy Ehkonomiki. 2013. No 10. Pp. 4-27.

27. Bodrunov, S.D. Nooindustrialnyiperekhod: ehkonomika kreativa i kreativehkonomiki//Ehkonomicheskoe vozrozhdenie Rossii. 2018. No 4. Pp. 5-7.

28. IvanovV.V. Metodologicheskie aspektystrategicheskogoplanirovaniya vkonteksteglobal'nykh transformatsii // Ehkonomicheskoe vozrozhdenie Rossii. 2020. No 1 (63). Pp. 6-14.

29. Kleiner G.B. Intellektual'naya ehkonomika novogo veka: ehkonomika postznanii //Ehkonomicheskoe vozrozhdenie Rossii. 2020. No 1 (63). Pp. 35-42.

30. REHTs: koronavirus izmenil strukturu mezhdunarodnogo sprosa na rossiiskuyu produktsiyu. REHTs. 13.05.2020. URL: https://www.exportcenter.ru/press_center/news/rets-koronavirus-izmenil-strukturu-mezhdunarodnogo-sprosa-na-rossiyskuyu-produktsiyu/?news=16.

31. Kleiner G.B. Ehkonomika ehkosistem: shag v budushchee //Ehkonomicheskoe vozrozhdenie Rossii. 2019. No 1 (59). Pp. 40-45.

Контактная информация / Contact information

117418, г. Москва, Нахимовский пр-т, 47, ЦЭМИ РАН, к. 1010.

CEMI RAS, 1010 room, 47, Nakhimovsky Prospect, 47, 117418, Moscow, Russia.

Никонова Алла Александровна / Alla A. Nikonova

prettyal@cemi.rssi.ru