«я душой болею за литературу». Из записи беседы с героем Советского Союза М. Габдуллиным. 1943 г

«Я душой болею за литературу». Из записи беседы с Героем Советского Союза М.Габдуллиным. 1943 г.

"I'm rooting for literature in my heart." From a recording of a conversation with Hero of the Soviet Union M. Gabdullin. 1943

Аманжолова Д. А.

Amanzholova D.

В стенограмме интервью с Героем Советского Союза М.Габдуллиным 1943 года приводятся образцы традиционной казахской культуры, примеры семейного воспитания, эпизоды из истории системы образования в советском Казахстане в 1920-1930-е гг. Габдуллин также изложил свое видение процесса становления и развития казахской литературы в первой половине XX века.

In the transcript of the interview with the Hero of the Soviet Union M. Gabdullin in 1943, examples of traditional Kazakh culture, examples of family upbringing, episodes from the history of the education system in Soviet Kazakhstan in the 1920s-1930s are given. Gabdullin also outlined his vision of the process of formation and development of Kazakh literature in the first half of the 20th century.

Ключевые слова: Казахстан, Великая Отечественная война, литература, культура

Keywords: Kazakhstan, Great Patriotic War, literature, culture

Публикуемый документ представляет собой стенографическую запись беседы с Героем Советского Союза, казахским писателем и ученым Маликом Габдуллиным (2(15) ноября 1915-2 января 1973), в которую включены также отрывки из дневника. Уникальность записи в том, что она сделана в середине февраля 1943 г., через 2 недели после решения о присвоении ему звания Героя Советского Союза (30 января), и потому в полной мере отражает

непосредственные переживания недавно прибывшего с фронта офицера. Особую тональность и стилистику тексту придает довоенная биография Габдуллина - журналиста и начинающего писателя.

Одной из оригинальных характеристик документа представляются также воспоминания М.Габдуллина о детстве и учебе. Они содержат ценные и познавательные сюжеты об этнокультурных особенностях семейного воспитания, взаимоотношениях поколений, о роли образного устного слова и фольклора в самосознании и преемственности поколений кочевого народа. Интересные детали приводит интервьюируемый о становлении новой культуры и образования в советском Казахстане, о включении молодежи в систему общественных организаций и гражданской активности, о характере и содержании культурно-просветительной работы в этносоциальной среде в конце 1920-х - начале 1930-х гг. Как следует из воспоминаний, именно знакомство с массовыми популярными изданиями и первыми произведениями казахских советских писателей и поэтов стимулировало молодого человека к самостоятельному литературному творчеству.

Последняя часть документа была записана 16 февраля 1943 г. В ней, по-видимому, М.Габдуллин отвечал на вопросы о своем становлении как писателя, о развитии казахской советской литературы и взаимоотношениях с некоторыми казахскими писателями, о значении и повседневных трудностях военного быта казахских солдат на фронте, а также об интернационализме бойцов Панфиловской дивизии.

В январе 1942 г. Габдуллин был награжден орденом Красной Звезды. Во время боя под селом Рыбушка в контратаку были брошены рота третьего батальона и группа автоматчиков во главе со старшим политруком М.Габдуллиным. Командир группы был тяжело ранен, ранение получил и Габдуллин. Но он принял командование на себя и не ушел с поля боя. При занятии с. Новосвинухово группа автоматчиков из 5 человек во главе с Габдуллиным проникла в центр села и подняла панику среди фашистов. При

поддержке роты второго батальона село было освобождено. Габдуллин с группой автоматчиков привел 12 пленных, среди которых был офицер. В почти 7-часовом бою за с. Бородино, имевшее немалое значение в борьбе за Старую Руссу, Габдуллин пять раз ходил в атаку и контратаку и четыре раза отбивал атаку немцев, пытавшихся обойти подразделение с фланга. Противник, потеряв свыше 2000 убитыми и ранеными, отступил. За этот подвиг Габдуллину было присвоено звание Героя Советского Союза [1].

Уш ирденды, «Алтын Жулдыз» медальд1 Советтер Союзынын Героны Мэ.ш Габдуллин езшщ наград алган кезде сейлеген сезшде: «... Большевиктер партиясы бюдщ бэр1м!зд1 мэпелеп, тэр-биелеп вс!рш осындай дэрежеге жешзд'1, зор атакка ие кылды. Бул мен уш!н, межн туган елш казак халкы ушш 30Р абырой. Б1рак бул абырой зор мшдет артады. Мен бул мшдегп мунаи былай да адал орындаура, жа>та карсычжанаямай куресуге серт етемж. Улкен агамыз орыс халкынын жэне туыскан баска улгтар-дык улдарымен б1рге те косым отырып, нем1стерд1 мулдем кур-тып шыгуга серт етем'ш» дедк

Мэлж Габдуллин эр) батыр, эр1 большевик уптшь Командование оны сонры кезде орыстан езге улттардын жауынгерлер! арасында у™ жумысын журпзуге белплед1. Мэлю жауынгерлер лрасында уг'тш> болып ¡стейдк Мэлктщ тусш!кт! айткан терен мазмунды угтн, кызык энпмелерш улт жауынгерлер! ез тшнде саратсайын гындауга кумар. Жауынгерлер вздерЫн ардакты батырын, акылшы-уптилсш вте кэд1рлейд1,вкурметтейд"1.

Казак жауынгерлер)!

Сендер де Мэл'ж сыякты ержурек, батыр болыкдар. Сендерде Мэлжтей тайсалмай, корыкпай нем1с баскыншыларын кыйрата бшндер.

1лгер1, алга басыкдар! Гитлер каракдиыларын аяусыз кыйра-тындар, жексурын жаудан совет, жерш тазартындар!

Отан алдындагы борыштарынды актандар!

Жауынгерлж сертгерщда орындандар!

Немк оккупанттарына елш!

10КЫ ДА Кьмыл Армнянын Жогаргы

ЖОЛДАСЫЦА БЕР! Саясн Баскармасы

главной политичкскок управлени^краоной арыии Листовка посвящена доблестному сЫ1 % казахского в «рода Герою Советского Союза

_ими» дцрдцищг. |

ВиёниэдатНКО. Г. НА КАЗАХСКОМ ЯЗЫКЕ. Заказ 39Й.

Листовка Главного Политуправления Красной Армии на казахском языке, «посвящена доблестному сыну казахского народа Герою Советского Союза Малику Габдуллину». 1943 г.

Малик Габдуллин известен и как крупный казахский писатель, и как ученый-литературовед. Он довольно рано проявил литературные способности и определился с профессиональными интересами, о чем достаточно подробно и живосписно рассказал в 1943 году. В 1935 году Габдуллин окончил Казахский педагогический институт имени Абая (КазПИ). После прохождения военной службы (1935—1937) он работал в газете «Социалиста Казахстан» (1937) заместителем редактора газеты

уу-

СОВЕТТЕР СОЮЗЫНЫН ГЕРОЙЫ

МЭ ЛIК ГАБДУЛЛИН

«К,азакстанпионерЬ» (1938) научным сотрудником Института языка и литературы Казахского филиала АН СССР (1938), в 1938-1946 гг. был аспирантом Казахского педагогического института имени Абая.

После войны он занимался научно-педагогической деятельностью, работал директором Института литературы и языкознания АН Казахской ССР (1946—1951), ректором КазПИ имени Абая (1951—1963), заведующим отделом фольклора Института литературы и искусства имени М.О. Ауэзова АН Казахской ССР (1963—1973). Основная тема исследований М. Габдуллина — казахский героический эпос, народные песни, айтысы (импровизированные состязания акынов - народных сказителей), сказки, пословицы и поговорки. Он также принимал участие в подготовке и издании многотомной истории казахской литературы. Его научный труд «Казахский героический эпос» в 1972 г. был удостоен премии имени Ч.Ч. Валиханова. Малик Габдуллин - автор художественных произведений: «Мои фронтовые друзья» (1947), «Золотая звезда» (1948), «Фронтовые очерки» (1949), «Будни войны» (1968), «О друзьях, товарищах» (1969), «Грозные годы» (1971). Часть произведений была издана на русском языке в переводе И.П. Щеголихина. Избирался депутатом Верховного Совета СССР 2-4-го созывов, награжден орденами Ленина, Красного Знамени, Отечественной войны 1-й степени, двумя орденами Красной Звезды и медалями СССР.

Стенограмма беседы с участником войны Маликом Габдуллиным и записи его дневника находятся в Научном архиве Института российской истории РАН и полностью опубликованы в журнале «Исторический архив» (2017. № 2.С.100-133) [2]. Комиссия по истории Великой Отечественной войны (другие названия: Комиссия по истории Великой Отечественной войны 1941-1945 гг. академика И.И. Минца, Комиссия по составлению летописи Великой Отечественной войны, Комиссия по истории обороны Москвы, Центральная комиссия по истории Великой Отечественной войны) была создана 10 декабря 1941 г. и работала по декабрь 1945 г. В 1946 г. ее

преобразовали в Сектор истории СССР советского периода Института истории АН СССР, затем - в Сектор истории советского общества (12 марта 1947 г.).

В годы войны комиссия много внимания уделяла сбору документов и интервью. За это время в архиве Комиссии аккумулировался значительный объем материалов. В 1953 г. комиссия Главного архивного управления обследовала архив, сосредоточенный тогда в Отделе рукописных фондов Института истории АН СССР. Ряд книг и документов был передан в другие архивы и библиотеки, а часть материалов уничтожена[3].

В данный вариант публикации включены фрагменты, которые характеризуют традиции и обычаи казахов, развитие советской системы образования и становление казахской советской литературы в индивидуальной интерпретации рассказчика.

Комиссия по истории Отечественной войны[4]

Стенограмма беседы с Беседу проводит научный

т. ГАБДУЛИНЫМ М. сотрудник Комиссии т.Кроль [5] Записывает т.

Рослякова[6]

15-го февраля 1943 года ГАБДУЛИН Малик - Герой Советского Союза

Родился в 1915 году в семье крестьянина-бедняка Зеренчинского[7] района, Акмолинской области Казахской ССР колхоза «Сталин туя [8]» -«Сталинское Знамя». Это по новому административному делению, а по-старому это будет Дзертавский аул, Кокчетавского уезда.

Что из себя представляет наша местность?

Наша местность является второй Швейцарией. Знаменитый курорт Боровое[9] находится там же. Кругом леса, поля, озера, горы, рудники. Растут преимущественно береза и сосна.

Мой отец Елемесов Габдула был, по-нашему, образованный человек. Это значит, что он умел читать и писать, в то время как другие казахи этим не владели. Вот его преимущество. Он учил детей, правда, по-старому учил, по арабскому алфавиту [10]. Раньше он был учителем, сейчас - колхозник рядовой. Мать - Алия и бабушка еще была - Мадьян.

Моя мать родила десять человек детей: восемь сыновей и двух дочерей. Все, за исключением меня, умерли. Я был единственным ребенком в семье. Вырос я исключительно под воспитанием бабушки. Я ее очень любил и уважал. Свою мать я не уважал, несмотря на то, что я ее любил, предпочтение отдавал своей бабушке. Это вероятно потому, что, когда мне было полтора, два года, она взяла меня к себе. Я вырос на груди у нее, на одной постели спали, она ухаживала за мною. Когда мне было лет семь -восемь, она начала мне рассказывать сказки, очень страшные, очень хорошие и пела мне песни старинные казахские.

У казахов раньше письменности не было. Все литературные произведения - эпос, былины, сказки, загадки, поэмы - все слагалось устно. Произведения писателей и поэтов передавались устно из поколения в поколение. Только теперь все это начинает записываться. Все это она знала, и вот бабушка начала мне все это передавать, рассказывать. Вечером, в юрте мы жили, соберемся несколько ребятишек, и бабушка моя начинает нам рассказывать сказки разные. Причем она была очень добрая, всех детей принимала с радостью. Соберемся около нее, она прежде всего угостит нас кумысом[11], сметаной. Все, что есть, все отдает. Дети ее очень любили, все дети нашего аула ее уважали. 62 года ей тогда было. Мы ее просим: бабушка, расскажите нам что-нибудь интересное. Она посмотрит на нас и начинает сказку говорить. Она сделала по воспитанию детей всего нашего аула очень

много. Если мальчик-пацан нашего аула делает нехорошее дело, его надо воспитать, сказать, внушить ему, что это неправильно, нехорошо. Что она делает? Она уже сама сочиняет сказки. Был такой-то мальчик, с таким-то характером, не уважал стариков, не слушался и проч.

Все материалы берет из жизни того мальчика, который нарушил «дисциплину», говоря по-нашему. Этот мальчик понимает, что речь идет не о каком-то мальчике, который когда-то существовал, а речь идет о нем, и покраснеет. Это был очень хороший метод. Это была аллегорическая, образная сказка.

Мы любили слушать о героях, о богатырях, об одноглазых драконах, о тех простых людях, которые побеждают темную силу одноглазого дракона. Есть сказки о том, как какой-то дракон появился на божий свет, делает затмение солнца и луны, а простой человек приходит и побеждает, создает счастье для людей. О таких героях мы очень уважали слушать. Она рассказывала со всей энергией, очень хорошее впечатление производили ее рассказы.

В юрте. Начало XX века.

Хозяйство в основном было скотоводческое, земледелием не занимались. Зимой жили в домах, в юртах, а летом на джайлау [12].

Какой интерес представлял в детские годы этот джайлау?

Надо сказать, что это огромная территория, совершенно открытая. Обычно у озера собирается несколько аулов в летнее время в начале июня и до августа месяца. Сходятся несколько аулов, устраивается большой праздник: играют, поют. Мы радуемся тому, что нам предоставляется возможность поиграть как следует.

Что у нас были за игры?

Так как у нас хозяйство, в основном, было скотоводческое, мы любили ездить на лошадях. Сядем несколько ребят на лошадей и едем по полю на галоп, на рысь. Мы не умели читать, писать и не интересовались этим.

Казах-кочевник. 1920-е гг.

После установления советской власти в 1924 году во всех аулах открылись аульные начальные школы. Первый раз в школу меня привела бабушка. Учителем был Рамазан Нугманов, очень добрый, очень замечательный человек. Я начал учиться на родном языке. Школа находилась в соседнем ауле, который от нашего аула находился в полутора-двух километрах. Преподавали казахский язык и арифметику. Учебников тогда еще не было. Этот Нугманов сам учился на курсах для учителей и пришел с теми знаниями, которые получил там. В середине учебного года начали поступать учебники на арабском шрифте. Сейчас у нас уже русский шрифт[13].

Что характерно для меня в детском возрасте?

Я учился в школе неплохо. Начинали мы заниматься в школе часов с 11 дня и кончали в 2 часа. Как только кончались занятия, начинаем уходить. Тут начинается большая драка между нами, школьниками. В школу приходили ребятишки из четырех аулов. Ребята каждого аула составляют партию. Эта драка кончалась иногда мордобоем. Если нас побили, то мы уже сговариваемся - давай побьем завтра их? Во что бы то ни стало мы должны отомстить, иного выхода не могло быть.

В 1929 году я окончил аульную школу. Несмотря на то, что я учился в аульной школе, я был отчаянным хулиганом.

Расскажу вам маленький случай.

В нашем ауле один молодой джигит женился. Фамилия его Балдабаев Курман-Гали. Женился он на одной казачке [14] по имени Алтын - золото. Он устроил свадьбу и прочее. Однажды нас четыре мальчика караулили ночью овец. Когда выезжали на летнее пастбище, то расположение юрт было такое: юрты были выстроены кругом, а в середине место для овец и коров, куда они должны пригоняться на ночь на ночлег. Мы ночью охраняли овец. В жизни молодых казахов охрана овец и коров в летнее время является таким местом,

куда сходится молодежь и организует своего рода праздник: играет в национальные игры, поет и прочее. Под предлогом охраны овец и коров молодежь собиралась, пели песни, играли в разные игры. Это доставляло очень большое удовольствие.

Однажды четыре мальчика: Альмай, Давлет-хан, Кошек и я пришли сюда. Что делать? Давайте отомстим этому молодому джигиту, который, когда женился, не пригласил нас на свадьбу! Давай. Как будем мстить? Когда к ним в дом приходишь, они не угощают кумысом, молока не дают, сметаны не дают, очень скупые люди были.

Мы решили ночью пробраться в этот дом, выпить весь кумыс, забрать все масло, которое хранится в бурдюках[15], и все, что есть. С этим и пошли. Приходим: дверь наглухо закрыта, негде зайти. Тогда я забрался на самый верх юрты, спустился с крыши вниз, а они спят. Кумыс вытащил, вылил, масло достал. Все это мы украли. Мы воображали себя большими людьми и обиделись, почему нас не пригласили?

На следующий день был большой скандал. Кто украл? - Никто не знает. Потом мать этого Альмая пригласила нас всех четверых к себе. Сыну она ничего не говорила. Дала нам сметаны, хлеба горячего дала - угостила нас. Мы не понимаем, почему она чересчур доброту проявляет? Думаем, что тут что-то неладное. Мы покушали и хотим уходить. Она говорит:

- Нет, ребята, у меня к вам есть большое дело. Кто-то выпил кумыс у молодой хозяйки Алтын, масло украл и прочее, вы не видели, кто?

- Нет, не знаем.

Всеми методами материнской нежности и ласки она нас выспрашивала, и мы вынуждены были признаться в своем преступлении.

Это я привожу как метод воспитания людей, а то можно было дать по морде, можно было побить нас, ребят, в данном случае. Тут был другой

подход. Это дало нам большой урок и наложило большой отпечаток, который пригодился в дальнейшей жизни и работе.

Она сама, оказывается, все знала, но достоверных фактов у нее не было: возможно, мы, возможно, нет. Она говорила: раз вы совершили такое дело, идите, сходите и извинитесь.

А у нас так: если извинишься, что произошло такое недоразумение, тебе все уже простят.

Другой случай. Все эти четыре мальчика, и я в их числе, всегда ходили вместе. Однажды мы находились в местности Баскудук - Пять колодцев. Дело было днем. Идем, играем. На расстоянии метров 300-400 от нашего аула, смотрим - лежит бархатный чапан[16]. Чье такое платье хорошее, никто не знает. В ауле никто такого не носил. Я говорю: давайте распределим его между собою? Взяли мы этот чапан, разрезали на куски и в карман. Потом эти куски выбросили, на кой черт нам это нужно?

Кто-то заметил издали, что мы распределение делаем. На второй день идет разговор. Оказывается, одна молодая женщина, которая ходила за табуном, забыла там свой чапан.

Мы это чапан нашли и распределили.

Мать и бабушка меня спрашивают: сынок, скажи, вы взяли этот чапан?

- Ничего не знаю, не видел.

Другой раз спрашивают. Наотрез отказался. И других ребят спрашивали. Мы со своей стороны даже выдвинули против них такое обвинение: что, мы воры или караульные, за вашими вещами будем смотреть? Какое нам дело до вашего пальто или до ваших вещей? Кто украл, тот очень хорошо сделал, в другой раз будете поосторожнее разбрасывать свои вещи!

Никто не добился нашего признания. Потом старик, у снохи которого пропала эта вещь, нас поймал и всех побил. Мы плакали, но не признавались.

Был у нас в ауле один человек Искаков Утежан. Мы его любили, уважали, очень культурный, очень хороший человек был. Не только дети, но и все взрослые с ним считались, все любили его. Он нас четверых пригласил к себе. Опять угощение. Разговор он начал вести, анекдоты рассказывать, сказки, песни пел. Когда мы хотели уходить, он нас останавливает.

- Ребята, признайтесь. Если вам будет плохо, я вас спасу, но признаться

надо.

Ну, что же, если мы раньше говорили - нет, ему мы не имели права ответить нет.

- Да, нашли мы это пальто, распределили его между собою и потом выбросили.

- Ну, ладно, этого для нас достаточно. Другой раз не делайте, это нехорошо. Я куплю и возвращу чапан такой же, какой был, но другой раз это нельзя делать не только потому, что это нехорошо, но для вас это неприятно, вас будут называть ворами, жуликами. Вы не хотите быть жуликами и ворами? Вы хотите быть честными, добрыми людьми? Надо всегда быть честными и добрыми. Нашел какую-нибудь вещь, принеси ее - вот нашел, а вы вместо этого порвали этот чапан, распределили и выбросили!

Его советы залегли в нашу душу. Бабушки в это время уже не было.

Летом 1929 года я окончил аульную школу, поступил в комсомол, но мне хотелось учиться дальше. Я пытался вступить в комсомол в 1927 году, подал заявление в волостной комсомольский комитет - волком. Там говорят, тебе всего 12 лет, еще молод, вступай в пионеры, а через годика два мы примем тебя в комсомол. Этот же парень приехал в 1929 году к нам. Я ему подал заявление. Он сказал: два года прошло, принимаем в комсомол. Они

приняли меня в комсомол, дали комсомольский билет, - самый замечательный документ. Я всем его показывал - вот комсомольский билет, ленинец теперь я.

Многие товарищи, приходившие в волком, говорили: «Тебе надо учиться». Я перестал играть с ребятами, и все время находился в канцелярии аульного совета, который находился в нашем ауле. У них бумажной волокиты было очень много, переписка разная, оформление документов. Я пристроился как писарь. Правда, оплаты за это никакой не было, но мне было интересно писать бумаги, даже интересно было написать удостоверение: гражданин такой-то является жителем такого-то аула. По-русски тогда ни слова не знал. Они получали газеты из центра, я эти газеты читал. К ним поступало много книг и журналов. Книги были о Ленине, о Сталине, об Октябрьской революции. Много было литературы массово-разъяснительного характера. Поступали также произведения наших писателей. Все произведения, которые там получались, все я их читал несколько раз. В этих произведениях ничего яркого, конкретного не было. Это были агитационные произведения. Большею частию описывается масса людей в образе одного героя. Это были произведения казахских писателей. Преобладала тогда поэзия, прозы мало было.

В этот период я уважал из писателей: Сабит Муканова [17], Джакан Сыздыкова и других. Некоторые их поэмы я знал наизусть. Например, у Джакан Сыздыкова есть поэма «Рассказ старика Али» [18].В этой поэме хорошо то, что в ней дается жизнь одного бедняка в начале Октябрьской революции при царской власти и при советской власти. Когда установилась советская власть, он становится во главе советской власти. Очень хорошее психологическое произведение, замечательное. Когда я читал матерям, вообще женщинам, они плакали. У этого человека маленький сын. Все они голодные... Муж с женой сговариваются съесть своего сына, зарезать и съесть.

Также волнующее произведение Сабита Муканова - «Слушаш» [19] -«Красивые волосы» - это имя девушки. Иногда брал эти произведения, читал дома, родным, другим ребятам.

Наступил август 1929 года. Надо было учиться. Многие ребята, сверстники мои, поехали учиться в города. В ауле четыре класса, а дальше надо было ехать учиться в город, а учиться в городе - надо иметь деньги, средства питания. Учение бесплатное, но книги, учебные принадлежности -на все это нужны деньги. Потом будешь жить на квартире - тоже надо платить. Все эти хозяйственные расходы надо взять на себя.

Я прихожу к отцу: отец, хочу учиться, больше никаких разговоров не

знаю.

- Я, говорит, сынок, понимаю, что тебе хочется учиться. Учиться надо в городе, но сам знаешь состояние нашего хозяйства. Если на твою учебу израсходуем корову, а нам что? Давай подождем еще годик, а там бог даст что-нибудь!

Пришлось согласиться. Все время мысль об учебе меня не оставляла. Наступила зима, в школу я не хожу. Мое основное занятие в эту зиму была охота, причем старший брат моего отца очень хороший охотник. Охотились за зайцами, за волками. У брата моего отца Бекэн-большой охотник - ружье было. Он всегда брал меня с собою на охоту. Мы пойдем, он стреляет, а я добычу собираю. Вечером возвращаемся с большой добычей. Я охоту очень любил. Этот Бекэн научил меня стрелять из ружья-одностволки. Я начал сам стрелять, вначале не попадал, потом научился стрелять.

Таким образом, наступило лето. Однажды в мае месяце уже в 1930 году получаю окружную казахскую газетку, которая издавалась в г. Петропавловске. Называлась она «Кенес Аулы» - «Советский аул», где было помещено объявление такого содержания: Петропавловский казахский педагогический техникум производит набор учащихся на подготовительный

курс в техникум. Принимаются мальчики и девочки с 14-летнего возраста со знанием четырех классов аульной школы. Питание, содержание учащихся бесплатное, квартирой обеспечиваются, стипендия выплачивается.

Я так обрадовался, что считал себя уже студентом техникума. Показал газету всем ребятам - я уже студент этого техникума, несмотря на то, что я никогда в жизни не был в Петропавловске. Петропавловск от нас километров 200 с лишним. Я еще не зачислен, но уже воображаю, что буду учиться в этом техникуме.

Прихожу к отцу. «Я поеду в Петропавловский техникум, дай мне помощь собраться!

- Что ты, сынок, Петропавловск далеко, с лишним 200 километров, как же ты поедешь? Ты один у нас сынок, как ты нас оставишь!»

Словом, он не хотел меня отпустить по двум соображениям: во-первых, в силу материальных и хозяйственных условий, во-вторых, я был единственный сын, мне шел уже 15-й год, я приносил уже большую помощь хозяйству, выполнял большие хозяйственные работы -летом ходил на сенокос, рубил дрова, помогал отцу в хозяйстве. Я это прекрасно понял.

Что дальше делать? Я решил так. Понимаю, что хозяйство небольшое, понимаю, что отцу надо помогать, что я его единственный сын и помощник, работоспособный уже, но это хозяйство жизненным моим спутником не будет. Тут я припомнил казахскую пословицу: «Силач может победить одного, а ученый может победить большие тысячи людей». Если я поеду учиться, образование получу, стану учителем, буду учить людей, тогда отцу будет от меня большая материальная помощь. И твердо решил поехать. Еще раз прихожу к отцу и говорю: вот такое и такое мое решение.

- Нет, сынок, подожди, посмотрим, обдумаем.

Видно, что он не хочет меня отпустить. Прихожу к матери и матери говорю: вот мое такое решение, вот решение отца, какой совет дашь?

- Я сынок, не возражаю, чтобы ты учился. Делай так, как тебе виднее, что мы, старики, будем вмешиваться в твое дело, тебе предстоит будущее. Делай так, как тебе нравится.

Это совет матери меня обрадовал. «Ну, тогда я поеду!»

Я взял с собою маленькую торбу, положил в нее несколько книг, взял кусок хлеба и вышел пешком из дома. Это было 13 мая 1930 года. Я почти что убежал из дома. Отцу ни слова не сказал, пошел.

Вышел из аула, прошел 5-6 километров, оглянулся, посмотрел на аул, на свою родную местность - все это близкое, родное. Все пространство, которое передо мною открылось, - все это мне знакомо. Подумал - оставлять или нет мне свой аул? Впереди все туманно, а позади все ясно, все родное, тут я все детство свое провел. Но пошел. Шел сутки, и уже 14-го мая был в городе Кокчетау, который был от нас в километрах 30.

Приходил в районо [20]. Обратился к заведующему районо, показываю газету и говорю, что по этому объявлению я пришел сюда в надежде от вас получить командировку в г. Петропавловск и устроиться там. Он говорит:

-Знаете, товарищ, вы опоздали. В Петропавловский педтехникум дали несколько мест, мы туда людей подобрали и отправили. Вы опоздали, можете идти домой.

Мне не верится, что я опоздал. У себя дома я уже думал, что я студент. Тут обратная картина. Выхожу печальный. Я его два раза переспросил. Он говорит - идите. Город незнакомый, куда идти, что делать?

В это время в голову ударила мысль идти в сельскохозяйственную школу, где работал старый педагог Кучумов Нурмухамед. Он к нам

приезжал, хороший приятель отца, сват наш. Решил к нему зайти, что он мне скажет. Он меня знает.

Прихожу к нему на квартиру. Он меня хорошо принял, выслушал меня. Да, - говорит, - учиться надо. Я тебя устрою в казкоммуну [21],там питание бесплатное, обучение бесплатное, будешь жить в детском доме и будешь учиться. Окончишь семь классов, дальше видно будет.

Я так обрадовался. Говорю: буду учиться.

Он привел меня к директору казкоммуны. Я подал заявление, оформили документы. Меня приняли в пятый класс. Тогда еще учеба продолжалась. Учеба должна была кончиться в июне месяце.

За лето я сдал зачет за пятый класс. Трудно было с русским языком, потому что я ни одного слова по-русски не умел говорить. Написал диктант на «посредственно». Нам дали тему сочинения, надо было писать по-русски, а я ни одного слова не знаю по-русски. Что писать? Содержание этого сочинения было такое: «Наш аул». Надо было написать, что представляет мой аул. Я, примерно, писал так: наш аул, хороший аул, недалеко от г. Кокчетау, местность хорошая, природа замечательная. Вот и все. Писал очень безобразно, очень паршиво. Учительница красным карандашом поставила крест и написала: «Очень плохо, не умеет писать».

Там была вечерняя школа для взрослых. Я туда поступил учиться русскому языку. Там учили русскому языку и арифметике, но для меня был важен русский язык. Мне сказали, чтобы я больше читал, больше писал по-русски. Часто заходил к Кучумову, который меня спрашивал, как идет твоя учеба? Отец приезжал несколько раз. Он узнал, как идет у меня дело, и сказал - учись.

В марте 1931 года нас досрочно выпустили. Мы закончили досрочно 6-й класс казахской школы. К этому времени я по-русски немного говорил и сдал экзамен наравне с другими товарищами.

Почему досрочно нас выпустили?

Дело в том, что в Алма-Ате открывались учебные заведения. Туда надо было вербовать студентов. Из Алма-Аты приезжают вербовщики и производят набор. Приехал представитель из сельскохозяйственного института с целью набора студентов на рабфак [22].

Многие товарищи по своему желанию поехали учиться в технические учебные заведения: одни в строительный техникум, другие в железнодорожный, третьи еще в какой-нибудь техникум, а я - никуда. Я еще о будущем своем не думал и не знал, куда мне идти? Строительный техникум - это не по моему уму и сердцу, потому что я в технике не разбираюсь, никогда дома не строил, железной дороги еще не видел, какой из меня выйдет техник или железнодорожник? Я решил ждать следующего призыва. Тут как раз приехал представитель сельскохозяйственного института, который сказал, что будем готовить кадры для аульных сельскохозяйственных работ. Раз вы занимаетесь скотоводством, занимаетесь земледелием, будете агрономом. Скотоводство - это дело мне знакомое. Мне хотелось быть сельскохозяйственным работником, агрономом.

Я ему написал заявление, автобиографию, все документы передал. Он сказал: поезжайте и будете учиться там. Мы вдвоем, Рахимов Дукенбай и я, поехали в Алма-Ату.

Это было 31 марта 1931 года. 2-го апреля мы подъехали к Омску. В Омске в наш вагон села одна девушка, которая посмотрела на свой родной город Омск и заплакала. Мы с Рахимовым подходим к ней.

- Слушай, девушка, чего ты плачешь?

Она не отвечает. Плачет.

- Еду в Барнаул. На учебу послали. Тут мой родной город, мать осталась, она меня провожала, и я при воспоминании ее плачу.

Так, примерно, я ее рассказ понял. И вдруг сам начал плакать. Думаю, куда я еду. Не надо было уезжать из Кокчетау, мать, отца оставил, аул свой оставил, товарищей оставил, что за Алма-Ата? Что меня там ждет?

6-го апреля 1931 года мы приехали в г. Алма-Ату. Сдали экзамены в сельскохозяйственный институт. Нас приняли на третий курс рабфака и сказали, что учеба начинается 5-го мая 1931 года, а до этого времени можете работать, можете учиться, читать, ходить.

Алма-Ата. Ул.Фонтанная. 1930г.

Я в кокчетавской школе был пионервожатым отряда. Лучших пионеров брали в ГПУ [23] по охране ГПУ, мы охраняли там арестованных. Мы стояли, как солдаты, нам дали винтовки. Когда учился в кокчетавской казахской школе, начал писать стихи. В стенгазете печатался, потом в районной газете печатались мои стихи и затем в республиканской газете.

Когда приехал в Алма-Ату, зашел в редакцию, отдал стихотворение, которое напечатали. Однажды захожу в казахстанское издательство и там встречаю Саида-Мухада, которого я встречал в Кокчетау, когда он вел беседу с литкружковцами. Когда мы с ним встретились, он обрадовался очень. Я ему сказал, что я поступил на рабфак, пока учебы нет, хожу так. Он пригласил

меня к себе на квартиру. Я читал ему свои стихотворения. Он сказал: вот это хорошо, это плохо, словом, дал мне урок поэтики, как надо стихотворения писать. Стихи я писал на казахском языке. Мои стихотворения печатались в республиканской газете «Ецбекшщазак», в комсомольской газете «Пионер», в детском журнале «Екшндiжас» [24]. Стал знакомиться с писателями. Я был очень маленький, шпингалет был такой. Если надо было сесть за стол, то я на табуретку должен был еще что-нибудь подложить, чтобы повыше сесть. Они удивлялись, что маленький такой пацан, а пишет стихотворения и рассказы.

Учеба на рабфаке началась в августе. Студенты рабфака до августа месяца должны были разъехаться на практические работы. Сабит Муканов и другие писатели советовали мне:

- Слушай, из тебя агроном не выйдет. Если у тебя будет желание, способности, конечно, у тебя есть, то ты можешь стать поэтом или писателем. По этой линии надо тебе учиться.

- Как это сделать?

- Есть у нас педагогический институт, там есть факультет языковедения и литературы, поступай туда, будешь учиться 4 или 5 лет. Ознакомишься основательно с литературой, с языковедением и будешь писать. Это твоя основная специальность будет.

Я просил разрешения у директора рабфака перейти в это институт. Он мне разрешил, писатели уговорили его. И в конце августа 1931 года я был принят в Алма-атинский педагогический институт. Начал учиться, причем большое внимание и большое время уделял писанию стихов, причем страдал парадностью агитационной. Для меня никакой трудности не представляло написать за ночь большую поэму в тысячу или в полторы тысячи строк. Конечно, содержание трафаретное. Эти поэмы или песни, стихотворения все время печатались в газетах или журналах.

Когда окончил первый курс института, я уже был связан с другими писателями, особенно с Сабитом Мукановым. Он в это время переехал в Москву учиться в институт Красной профессуры [25]. Я с ним переписывался все время. Он меня спрашивал, как учусь, какой успех в учебе? Я ему отвечал.

Я учился в институте посредственно, находился на втором курсе института. Зимой в Алма-Ата приехал Сабит Муканов, он начал меня спрашивать по всему первому и второму курсам института. Потом через других узнал, как я учусь. И стал меня ругать:«Ты зачем поступил в педагогический институт? Для того чтобы учиться? Кто тебе дал право учиться посредственно, почему не хорошо, почему не отлично?» Он спрашивал меня, читал ли я классиков русской литературы? Пушкина читал ли? Если я начинаю врать, что читал, он говорит, расскажи содержание, о чем там идет речь.

Он мне сказал: «Писать ты успеешь, ты уже оформленный человек, но у тебя плохо дело с чтением литературы. Основное для тебя - больше читать художественной литературы, классиков русской литературы, классиков западной литературы читай, читай вдумчиво, сознательно, читай произведения критиков, читай критические статьи, читай разборы основных произведений. Это тебе даст большой багаж».

Он привел примеры из своей жизни. Он был батрак, и у него не было возможности раньше учиться. Он от этого сильно страдал. Уже в зрелом возрасте начал сам учиться. Он тогда уже считался крупнейшим писателем. Но он говорил, что я чувствую, что у меня мало знаний и поэтому поступил в институт Красной профессуры. А ты еще молодой, тебе надо накапливать багаж. Если у тебя знания будут, не пропадешь нигде. Если будешь читать, будешь знаком с русской литературой, тебе легче будет писать. Тогда легко отметишь, чего в нашей казахской литературе не хватает, т.е. опыт русской

литературы перенести на казахскую литературу. Казахскую литературу без русской литературы создавать трудно.

Он заставил меня покраснеть за то, что я учусь посредственно, что я ничего почти не читал.

С.Муканов

После того, как он уехал, я писанине сказал до свиданья, уходи от меня, взялся за учебу. До поздней ночи сидел за чтением. Меня можно было найти только в двух местах: в центральной библиотеке имени Пушкина или у себя в общежитии. Больше всего в библиотеке находился. Я читал по программе, а некоторые произведения читал сверх программы. За 3-2 дня -роман готов. Чтение мне помогло. Я овладел русским языком, обогатил свой язык. Я прекрасно по-русски понимаю, если скажут - пишите по-русски, пишу хорошо, излагаю свои мысли самостоятельно на любую тему, а когда начинаю произносить речь - трудно бывает.

В это время я преследовал одну цель - поднять казахскую литературу на должную высоту, сделать казахскую литературу такой же, какой является русская литература. Это значит создавать свою казахскую литературу - вот основная мысль у меня была.

Любил я Пушкина, Лермонтова, Некрасова из поэтов - классиков. Из классиков прозаиков: Тургенева, Толстого, Гоголя, Чехова. Горького особенно. Любил читать Маяковского. Однажды пытался перевести его поэму «Хорошо». Переводил я по слогам. Этот перевод я читал своим товарищам и потом спросил, нравится ли им этот перевод? Нет, говорят, ты по-казахски перевел, стиль казахский не так удался. Для себя переводил из Пушкина любовные письма, при этом преследовал другую цель.

В июне 1935 года я окончил с дипломом первой степени педагогический институт.

За это время ни одной строчки стихов не дал в печать, правда, для себя иногда писал, писал заметки, свои соображения по казахской литературе, разбор написал дипломной работы.

В 1934 году я был на Первом Всесоюзном съезде писателей [26], который состоялся в августе месяце. Я знал, что съезд писателей созывается 16-го августа 1934 года. 1-го сентября начинается учеба в Алма-Ата. У меня было желание до этого поехать в Москву. Там Муканов, у него можно остановиться, посмотрю на писателей, кто они такие есть, послушаю прения. Приехал 15-го августа в Москву, остановился у Муканова. Он достал мне билет, и 16-го я был уже в Колонном зале дома Союзов. С 16-го августа по 4-е сентября я принимал своим посещением самое активное участие в работе съезда. Слушал выступления всех писателей, иностранных и наших.

В 1936 году окончил институт. По окончании институт решением Крайкома партии меня оставили на газетной работе комсомольской. В комсомольской газете я работал по ноябрь месяц 1936 года. В ноябре 1936 года меня призвали в армию. Я служил в Н-ском кавалерийском полку в г. Фергана Узбекской ССР. В ноябре 1937 года я демобилизовался из армии. Для окончивших высшее учебное заведение был годичный срок службы в армии. Я принадлежал к этой категории.

Вернулся в педагогический институт. Несколько раз выступал с докладами в Большом алма-атинском театре. Одновременно вел преподавательскую работу в этом же институте. Аспирантуру окончил отлично. Все экзамены сдал, готовился к защите диссертации на кандидата наук. Тема диссертации: «Творчество Чокан Валиханова [27]». Защитить диссертацию мне не удалось, началась война, и меня забрали в армию.

Чокан Валиханов родился в 1837 году, умер в 1863 году [28], всего жил 26 лет. Его произведения были изданы академиком Веселовским [29] с большим предисловием. Это историк казахской литературы, критик. Его литературное наследие представляет большой интерес.

С 1929 по 1939 года был в комсомоле. В мае месяце 1939 года вступил в кандидаты партии, с мая 1940 года - член партии.

Когда я был в казкоммуне, несмотря на то, что я был пионервожатым, я отличался с отрицательной стороны, хулиган был очень большой. В коммуне большинство были беспризорники. Я не был беспризорником, но от них не отставал.

Что мы тут делали?

Летом за голубями гонялся, а зимою на озере на коньках катался. Озеро там хорошее было. Дрались, любили драться - жутко. Были случаи, когда мы отнимали у некоторых незнакомых ребят коньки.

Летом 1930 года, когда я был пионервожатым и когда поступил в

школу, я был избран делегатом районного слета пионеров. Там я говорил

очень страстно, любил говорить когда-то. Меня избрали делегатом

окружного слета пионеров. Я поехал в г.Петропавловск. Там докладывали на

русском языке, я говорил на своем родном казахском языке. Когда

взволнуюсь, то держу речь в стихах. Конспекта никакого не составлял.

Просто выйдешь на трибуну и начинаешь говорить. С окружного слета

пионеров меня и еще несколько ребят послали на краевой слет пионеров,

который состоялся в августе 1930 года. Оттуда возвратился снова в казкоммуну.

На руководящей комсомольской работе я не был, т.е. ни секретарем райкома и горкома не был. Во время учебы меня хотели забрать на руководящую работу в масштабе республики, но я отказался. Несколько раз в ЦК партии и в СНК ставился вопрос обо мне. Спрашивали, как твое желание? Я сказал, что я педагог и никакой другой работы я не знаю, способностей нет у меня. Если пошлете преподавателем или учителем начальной школы, пожалуйста, безоговорочно пойду, на другую работу я не желаю.

Педагогическая работа мне нравилась тем, что надо учить людей и самому учиться можно. Кончится война, опять пойду на педагогическую работу. В 1936 году у нас образовалась троцкистская группировка [30]. Эту группировку мы разоблачили. Комсомольская газета нас поддерживала. В республиканской комсомольской газете от 9-11-14 и 15 мая были мои статьи на казахском языке. Когда кончил институт в 1935 году, обо мне была статья одного корреспондента в «Известиях», кажется, от 5-го июля 1935 года, фамилии я его не знаю. Называется эта статья «Сын кочевника». Там он говорит, как я окончил институт, с какими отметками, как я защитил диплом, какое было суждение ученых.

Ученые предлагали издать мою диссертацию. Работа эта была примерно 5-6 печатных листов. Я не дал и хорошо сделал, что не дал. В этой дипломной работе была богатая мысль о развитии казахской литературы.

Военным делом совершенно не интересовался. Никогда не думал, что буду участником войны. Физкультуру и военное дело не уважал. Если кончится война, все это сдам, на один галстух сменяю.

...Литературная работа. У каждого человека есть национальная гордость. Он любит, уважает свою нацию, своих героев прошлого. Когда я в

своей практической работе говорил о любви к родине, я ставил в пример таких людей казахского народа, как Абай, Джамбул, Исатай, Кенесары, Срым, Амангельды [31]. О них говорил, как о лучших сынах казахского народа. На их примерах мы старались воспитать целую плеяду героев.

Все это привело меня к мысли написать о подвигах героев - сынов казахов. Поэтому я поставил перед собою задачу популяризировать военную науку, которой у казахов нет, показать, как казахи, которые раньше в войнах не участвовали, в армии не служили, вдруг проявляют образцы геройства. Надо было о них рассказать не только фронтовикам, но и тыловикам. С этой целью я собрал большое количество боевых эпизодов, документов, материалов, характеризующих подвиги семи товарищей. ... Писал о тех людях, которые своими боевыми подвигами прославили весь казахский народ.

***

Габдуллин Малик

16 февраля 1943 г. Беседу проводил т. Скосырев

Записывала стеног[рафистка] Лапутина [32]

Темой для диссертации я взял Чокана Валиханова. Казахи имеют очень скудные сведения о нем. К нашему стыду, его произведения на казахский язык не переведены.

Война меня застала в Алма-Ате. В военкомат я был призван 15 июля 1941 года. В институте было партийное собрание, на котором обсуждали текущий момент, связанный с войной. По окончании собрания секретарь партийной организации сообщил, что вот такие-то и такие-то коммунисты

должны явиться в военкомат, забрав с собой военный билет и прочие документы. Там мне дали мобилизационный листок и сказали, чтобы я явился в Алма-Атинскую крепость. 16 июля я был уже в рядах Красной Армии. Тогда оформлялась 316-я Панфиловская дивизия, и туда меня зачислили красноармейцем.

Я приехал на совещание в ПУРККА[33], где тов[арищ] Александров говорил о чувстве национальной гордости, о воспитании этого чувства у бойцов.

Когда я находился в полку на войне, я занялся всякой писаниной, причем очень сожалею об одном. В прошлом году у меня накопилось много дневников, отдельных записей о своих бойцах: русских, казахах, украинцах. Все эти записи были у меня в вещевом мешке, который находился в повозке. Туда попала бомба, и я потерял все записки, которые представляли большую ценность.

В этом году, когда было относительное затишье, работая в полку, я уделял ночью часа по два-три, чтобы писать. Дневники я перестал вести - не считал нужным. Думал, что лучше поставить определенную цель и выбрать тему, на которую и писать. Я взял тему «Сыновья казахов». У меня четыре тетради записей, остальное в черновиках. Я даю маленькое предисловие на двух страницах. У казахов есть люди, которые своим умом и трудом служили народу, и народ их уважал, а они любили свой народ. Такие люди появились на фронтах Отечественной войны и наряду с другими национальностями дерутся против немецких захватчиков. Об их подвигах необходимо написать.

Я выбрал полковника Момышулы из Панфиловской дивизии [34], с первых же дней его боевого пути, как он вступил в бой, описание боев. Особенно много я остановился на описании боев и на характере этого товарища. Тут я преследую две цели: с одной стороны, показать сына казахского народа, и с другой - пропагандировать военную науку, которой у

нас нет. Две моих тетради посвящаю я ему и его дивизии. Я читал товарищам, и они одобрили. Читал и русским товарищам. Отдельные части переведены на русский язык. Получил поздравительную телеграмму-молнию от тов[арища]Скворцова[35]. Этот партийный материал я хочу дать Сабитову [36]-пусть он напишет пьесу или роман.

Я душой болею за литературу. Своему писателю Мухтару [37] я написал большое письмо. Я разбил наших писателей на три группы. Первая группа: «полковники» литературы - Муканов, Ауэзов, Мусрепов [38]. Потому что у них есть самостоятельная точка зрения, эти люди оформились, могут делать в своих произведениях определенные выводы и влияют на массы определенным образом.

Вторая группа - это «офицеры»: Тажибаев, Сыздыков, Токмагамбетов, Жароков [39]. У них тоже есть своеобразная точка зрения, но в выводах они зависимы от других и самостоятельных выводов не делают, и в некоторых случаях на других влияния не оказывают.

Третья группа писателей - это те наши писатели, которые находятся в стадии перехода от «боевого солдата» до «ефрейтора». Это уже молодняк, скажем, Абишев [40], я сам.

Я очень много писал о любви на фронте. Роман «Абай» [41] прислали мне на фронт. Я читал и восхищался, писал приветствия и с нетерпением ожидаю второй части. Правда, тут еще нет гениального человека - Абая, но это - школа, университеты, Абай учится у станков [42], у матери, присматривается к окружающим, делает свои выводы, но зрелого Абая еще нет. Основной целью романа было показать любовь между сыном и матерью, но, как показал автор, критика этого не подметила.

Но его пьесу я ругал и вот какие вопросы ставил перед Мухтаром [43]: пропагандировать военную науку надо, пьеса о казахах нужна, но я пишу:

«Дорогой Мухтар! Я вас любил и уважал не как писателя, а как человека со всеми вашими качествами. Когда я читал ваш роман «Абай» и другие романы, я перед вами стоял по команде «смирно!», учился у вас и был очарован вами. Но в вашей пьесе [44] должны быть подняты четыре вопроса, на которые пьеса не отвечает.

Первый вопрос - героизм наших бойцов и командиров на фронтах Отечественной войны, коммунисты и комсомольцы в боях.

Второй вопрос - роль русского народа как старшего командира в общей семье панфиловцев.

Третий вопрос - пропаганда военной науки и военного искусства; памятуя, что военной культуры у казахов нет, кадров нет, и кадры только начинают подготовляться, - описание того, как дерутся сыновья казахского народа на фронтах Отечественной войны.

Четвертое - поскольку все герои пьесы являются богатырями и героями, показать труса, паникера, проклясть их, покрыть позором, чтобы люди отвернулись от них, наплевали на них. А в пьесе показаны сплошные герои, и это нехорошо, так не бывает в действительности.

В центре всей пьесы должен быть командир и его приказ. Вы не разработали эти четыре положения. Почему это так? Почему ваша пьеса получилась плохой? Пьеса получилась плохой потому, что вы не знаете быт фронтов. Обязательно надо, чтобы вы приехали на фронт и посмотрели на все своими глазами. Тут надо принять метод, принятый Пушкиным и Толстым - метод изучения фактов и материалов. Конечно, если вы сможете приехать на фронт - это хорошо, но это не всегда возможно. Пушкин написал «Полтаву», а Толстой «Войну и мир», не участвуя и не видев этих войн, но они любили свое дело и с большой ответственностью относились к своим произведениям, долго и много изучали материал, архивные документы,

говорили с людьми, и на основе всего этого у них появились такие произведения.

Вы так не поступили, а так следовало писать.

Вы не поняли командира. Командира мы делим на три группы: огневой командир от командира отделения до командира роты, командир тактического соображения от командира батальона до командира полка и командир стратегического соображения от командира дивизии и выше -люди, которые решают задачи стратегического характера.

Покажите всех этих командиров. Панфилов является командиром дивизии, в распоряжении которого находится несколько полков и дивизий и, следовательно, он должен находиться там, где требуется, а не в одном месте. Роль Панфилова, образ Панфилова не соответствуют действительности. Рядовой красноармеец обращается с Панфиловым, как со своим другом, ровесником. Нехорошо. Мы уважаем своих начальников, своих героев, и в пьесе надо показать это уважение».

Останавливаясь на Момышулы, я говорю, что он сделал его героем с дубинкой, у которого везде крик и шум, а этот герой действует с умом. Там, где необходимо его личное присутствие, он присутствует, а в основном он решает тактические задачи.

«Ваш герой Тохтаров [45] больше похож на хулигана, запросто заходит и разговаривает с генералом, угощает его. Отвратительно».

Политрук Джанбозов любит на фронте одну девушку. На этом вопросе я много останавливался. Любовь возможна была в эпосе, а на фронте любовь, как он показывает ее в своей пьесе, такой любви я на фронте не видел. Политрук лежит с женой вместе с бойцами. Это грубость и пошлость. И я так прямо и пишу, что за это порвал бы с него шкуру. Политрук - воспитатель бойцов - валяется на глазах бойцов с женой! Это не дом терпимости, а воинская часть.

Дочь Панфилова Валю [46] он показывает как героиню: то пулеметчиком, то стрелком, то санитаркой. К чему это? Я привожу ему нашу пословицу о том, что хоть человек и картавый, рот у него кривой, но если он бай - он должен говорить. И поскольку Валя является дочерью Панфилова, он ее так показывает. Зачем это? Покажи ее как хорошую санитарку, которая завоевала любовь бойцов.

Командира полка Чупрова он не показал. Через него надо было показать руководящую роль русского народа, а он этого не сделал.

Роль партийной и комсомольской организации не показана и не подмечена.

В пьесе на сцену выходит товарищ Сталин и спрашивает, что это за двадцать восемь героев-панфиловцев. Плохо это сделано, это большая ошибка. Товарищ Сталин не знает о подвигах 28 товарищей и спрашивает генерала о них!

И ряд тактических вопросов неправильно понят. Рассуждают так, что в бою пехота должна быть подчинена артиллерии. Никогда пехота не подчинялась артиллерии, а наоборот, артиллерия поддерживала пехоту, и это надо понять.

Дружба народов, коммунисты и комсомольцы в бою, трусы, паникеры - все эти вопросы не отмечены. Нет быта, обстановки.

Делаю вывод: «Пьеса ваша нужна, но эти замечания учтите и переделайте пьесу».

Он ответил, благодарил за совет, но со многим не согласился, обещал переделать, сказал, что доверился Абишеву. Абишев написал статью в «Казахстанской правде», что тема Отечественной войны исчерпана. Я сказал, что если бы я находился в Алма-Ата, я бы снял с него штаны и выпорол бы его за эти слова. Какой дурак может сказать, что эта тема нашими

писателями исчерпана. Наши писатели только еще начинают заниматься сбором материалов. Я Мухтару писал, что крупнейшие наши писатели приезжают на фронт и собирают там материалы. Это говорит о том, что надо разрабатывать эту темы. После этого Абишев перестал мне писать. Он написал пьесу о Тохтарове. Я сказал, что читал его пьесу - плохая пьеса. Написал брошюру - плохая брошюра.

Каждый рабочий любит свой станок, любит свою профессию. Поскольку я принадлежу к людям, имеющим отношение к литературе, то, будь я в бою, на отдыхе, - везде я думаю о литературе, болею о ней. Бывают даже такие моменты: идешь по передовой, и вдруг сразу появляется какая-то мысль. Чтобы ее не забыть, запишешь ее в тетрадку.

При воспитании бойцов я часто беру примеры из литературы, пользуюсь литературой. Говоришь об Абае, о Джамбуле. Нельзя сухо о них говорить, надо дать материал, вот и используешь тут их произведения. Я несколько раз проводил беседы о былинах, богатырях. Говорил, что эти былинные богатыри когда-то дрались за свой народ, и о них народ создал такие замечательные песни, не забывает их, с уважением к ним относится, потому что они служили народу, были героями.

Богатырями не рождаются, а делаются. Следовательно, в борьбе с немцами нужно быть такими же богатырями, и о тебе народ будет слагать песни и рассказы, эпос. Я очень много использовал этот фольклорный эпос [47], и он доходит. Я рассказывал об этих героях, а не читал отрывки, а некоторые бойцы наизусть знали эти отрывки и сразу начинали их петь. У нас были самодельные домбры, и бойцы поют, играя на них. Такие развлечения и удовольствия доходят до души бойцов - каждый хочет читать. Иногда мы завидуем русским бойцам: почему на русском языке есть и газеты, и журналы, они получают «Крокодил», который пользуется большой популярностью. «Фома Смыслов» [48] пользуется среди них большой популярностью. А вот я и хотел бы прочесть казахам юмористический

журнал или юмористическую газету, да их нету. Газеты казахские у нас в основном переводные и заполняются сообщениями Информбюро. Я на собрании внес предложение сообщения ТАСС давать не каждый день, а вместо этого давать обзор военного материала и оставлять место для пропагандистской литературы.

Соотношение русских и казахов у нас в роте такое. Первое время было процентов 60 русских, процентов 20 казахов и 20 киргизов и других народов. Когда мы оформились под Москвой, у меня в роте было 75% казахов, процентов 10 русских, а остальные - другие народы: киргизы, татары и т.д.

Большая дружбы между бойцами на фронте появилась благодаря упорной, кропотливой воспитательной работе с ними. Я говорю бойцам, что как перед русским, так и перед казахом стоит одна задача, одна цель, значит должна быть дружба между русским и казахом. Мы всегда старались, чтобы взаимная дружба была скреплена кровью на фронте. Приходится много работать с бойцами и говорить на эту тему. Правда, большая часть, процентов 95, понимает, что, отстаивая Дон, Великие Луки и т.д., они отстаивают свою страну. Но есть отдельные люди, с которыми приходится индивидуально работать.

К командиру, будь он казах или русский, относятся как к командиру, и здесь дружба и любовь проходят до конца.

Вот был такой случай. У меня в роте служил Имамбеков Инкарбала. Мы пошли в наступление. Четыре дня были без отдыха, громили немцев, занимали деревни. Командир взвода Михалин, русский, был тяжело ранен. Надо было вынести его с поля боя. Четыре бойца пошли его выручать -безуспешно: двое были убиты и двое вернулись ранеными. Тогда попытку решил сделать Имамбеков. Он сказал, что своего командира не может оставить. «Пусть погибну, но выручу его, потому что мы в боях под Москвой были вместе, делили и радость, и горе. И вдруг теперь он страдает раненый, а

я буду здесь стоять. Это не по мне. Пойду и выручу его». И он надел маскировочный халат и ползком пополз. Получил за несколько шагов до командира ранение, но несмотря на это, перевязав себе руку, он дополз до командира, оказал ему помощь, положил себе на спину и ползком приполз обратно. Оба получили ранения. Это было проявлением большой дружбы.

С какого времени я начал знакомиться с русской литературой?

Вся беда в том, что, когда я учился в школе, я не знал, кто такой Пушкин и Лермонтов. И даже в средней школе я еще не был знаком с русской литературой. Только когда я начал учиться в вузе, я познакомился с ней.

Наши казахские писатели не показывали героев. Поэтому из всех героев я уважаю Григория Мелихова [49]. В ходе боев я часто вспоминаю былинных героев. У них есть замечательные афоризмы. Был такой момент, когда шел горячий бой, и наши дрогнули - такой был напор врага. Я говорю: «Куда выбежите? Разве вам Кобланды сказал, чтобы бежать. Его слово -«вперед»! Он с детства говорил, что рожден для народа».

Я часто пользуюсь казахскими пословицами. Недавно я написал большую статью, которая скоро появится в «Казахстанской правде», о силе казахских пословиц. Есть, например, у нас такая пословица: «Герой погибнет от стыда, а заяц от трусости». Я часто напоминаю бойцам эти пословицы.

Многие наши бойцы еще плохо говорят по-русски. Обучаем людей. Просить пищу, название оружия, простые слова они знают, но выступать, конечно, еще не могут.

У меня в роте был русский боец Салькин и казах Нуртасов. Они были большие друзья и начали друг друга обучать языкам. Нуртасов овладел русским языком с помощью Салькина, а Нуртасов Салькина обучал по-казахски, и он много слов из обихода уже знает.

Когда приезжал Абишев, я был комиссаром батальона. Я просил его прислать ко мне, но он не пришел. Я по болоту пошел к нему, поздоровался. Время было ограничено, притом шел бой. Я кое-что мог ему рассказать. Я сказал ему: «Иди ко мне, не бойся. Я ручаюсь тебе головой, что все будет благополучно. Если боишься, я охрану могу тебе выделить из роты. Посмотри, как наши бойцы живут, что кушают, как живут в землянках». Но он, по-видимому, струсил. Говорит, что у него много дела. И ушел.

Мы не забываем и казахские обычаи и часто используем их на фронте. Например, похороны. Когда хороним казахов, собираем много народу и хороним товарищей по обычаю: произносим речи о том, что надо отомстить за товарищей.

Или у казахов есть такой обычай: если оружие лежит на полу, через него нельзя перешагнуть, потому что оно теряет тогда точность боя.

Оружие героев передавалось из поколения в поколение как памятка святых людей. И этот обычай мы используем на фронте. У родственников Абая хранится или шапка, или кисет, или еще какая-нибудь вещь как память. И если герой погиб геройской смертью, мы его оружие передаем другому. Собираем митинг в честь этого товарища и говорим: «Наш товарищ погиб геройской смертью, и его оружие мы передаем тебе. Из его оружия бей немцев так же, как он. Ты должен за него отомстить».

Само страшное - это первый бой. Страшно особенно тому, кто еще в бою не был и военную службу не проходил: тут разрывается снаряд, а тут бомбят. В этот момент думаешь не о том, чтобы драться с немцами, а как бы спасти себя, преобладает чувство самосохранения. И это было со мной. Правда, в первом бою боишься, но знаешь, что уйти нельзя: все товарищи рядом с тобой, и если ты уйдешь, все погибнут. Так бывает в первом бою. Во втором бою уже чувствуешь себя ничего и постепенно привыкаешь. Мысль о том, что ты можешь быть убитым или раненым, рассеивается, страха не

чувствуется, думаешь, пускай стреляют, тем более, когда немцы наступают, то ни о какой смерти не думаешь, жизнью не дорожишь, лишь бы только немца догнать и убить.

Автограф М.Габдуллина. 1943 г.

Обращение Джамбула [50] мы на фронте не получили. Получили там только брошюру Сабитова о Ленинграде. Листовки и брошюрки, переведенные на казахский язык, приходят туда с большим опозданием.

На фронте необходим песенник на казахском языке. На русском языке и на украинском мы получили современные песни, а на казахском языке песен нет.

Сами бойцы сочиняют разные сказки и анекдоты, и я их собираю. У меня в полку есть пулеметчик Минаев. Он дважды награжден медалью монгольского народа. Хороший человек! Мы дружно живем с ним. Как я появлюсь, он ко мне навстречу бегом: «Товарищ командир, пойдем ко мне». Придешь к нему, ночуешь у него, ешь с ним из одного котелка. Живем с ним, как с братом. Хороший парень был, любил пошутить. Однажды между 1-й и 3-й ротой стояла его огневая точка. Увидел меня, бежит навстречу. «Вот хорошо, - говорит, - давай к нам, мы сейчас откроем тебе второй фронт» [51]. Что это, думаю, за второй фронт? Пришли, он спросил, что по радио передают, а потом говорит своему другу Сабитову, казаху: «Давай, открывай второй фронт». Тот вынул английские консервы и раскрыл их. «Вот тебе второй фронт».

Много бывает всяких остроумных слов и анекдотов. Сочиняют песни и сказки.

Примечание

1. Литературное наследство. Т. 78: Советские писатели на фронтах Великой Отечественной войны. Кн. 2. М.: Наука, 1966. С. 501-503.

2. Фрагмент записи, касающийся событий на фронте 16-17 ноября 1941 г., использован в статьях: Дроздов К.С. Подвиг панфиловцев: новые исторические свидетельства (по материалам Комиссии И.И. Минца) / Великая Отечественная - известная и неизвестная: историческая память и современность: материалы междунар. науч. конф. (Москва-Коломна, 6-8 мая 2015 г.)/ отв. ред.: Ю.А. Петров; Ин-т рос.истории Рос. акад. наук; Рос. ист. о-во; Китайское ист. о-во и др. - М.: [ИРИ РАН], 2015. - 312 с.: 16 л. ил. С. 165181; Его же. 7000 героев-панфиловцев: Малоизвестные подробности

ноябрьских боев 1941 года, вызвавших острые споры о мифах и правде войны// Родина. 2015. № 9. С. 16-25.

3. Подробнее см.: Вклад историков в сохранение исторической памяти о Великой Отечественной войне. На материалах Комиссии по истории Великой Отечественной войны АН СССР, 1941—1945 гг.: коллективная монография /

A.Г. Гуськов, К.С. Дроздов, С.В. Журавлев, В.Н. Круглов, Д. Д. Лотарева,

B.В. Тихонов; отв. ред. С.В. Журавлев; Институт российской истории РАН. М.; СПб., 2015. С. 50-61.

4. Заголовок документа.

5. Кроль Розалия Ильинична - сотрудница ИГВ, сотрудница Отдела Героев Советского Союза, также работала в Группе летописи (хроники).

6. Рослякова Ольга Александровна - стенографистка.

7. Правильно - Зерендинский.

8. Правильно - туы (знамя).

9. Боровое - Бурабай (до 2005 г.Боровое) - поселок, климато-кумысолечебный курорт с 1910 года в Акмолинской области Казахстана.

10. До революции казахи использовали арабскую графику. Число грамотных казахов на основе арабской графики в начале XX века точно не установлено.

11. Кумыс - кисломолочный напиток из кобыльего молока.

12. Джайляу (жайлау) - летнее пастбище.

13. Языковая политика большевиков являлась частью комплекса мер по утверждению национального равенства и самоопределения народов. Можно выделить 3 этапа трансформации казахской письменности в советский период: 1920-1929 гг. - 1) введение казахского языка в делопроизводство с использованием арабской графики, 2) переход на латинский алфавит 19271940 гг., 3) введение кириллицы с 1940 г.

В языковой политике совместились ликвидация безграмотности, расширение сферы коммуникации национальных языков и обеспечение равенства народов. В 1927 г. в КАССР объявлен официальный переход на латиницу.7 марта 1929 г. постановление ЦИК СССР и СНК СССР запретило

арабскую графику. Но на деле она сохранялась. 25 июля 1929 г. ЦИК и правительство республики утвердили новый казахский алфавит на основе латиницы. Неграмотность большинства населения облегчала языковые преобразования, хотя до реформы использовался арабский шрифт. Во 2-й пятилетке предполагалось завершить перевод преподавания на родном языке в средних школах, техникумах, педагогических и медицинских вузах, создать условия для такого перехода во всех вузах. Но одновременное пользование двумя алфавитами - латинским и русским - в казахских школах и других учебных заведениях, где изучался русский язык, было затруднительно.8 августа 1939 года началось «всенародное» обсуждение проекта нового алфавита. 10 ноября 1940 года пятая сессия Верховного Совета Казахской ССР приняла закон «О переводе казахской письменности с латинизированной на новый алфавит на основе русской графики». 13 ноября 1940 года принят Закон «О переводе казахской письменности с латинизированной графики на новый алфавит на основе русской графики».

14. Так в тексте. Правильно - казашка.

15. Бурдюк - кожаный мешок из цельной шкуры животного для хранения жидкостей.

16. Чапан - традиционная национальная одежда, широкий и длинный халат без пуговиц и воротника.

17. Сабит Муканов (1900-1973) - классик казахской литературы, поэт, общественный деятель, академик, председатель Союза писателей Казахстана в 1936-1937 и 1943-1952 гг.

18. Жакан Сыздыков (1901-1977) в 1927 г. опубликовал поэму в журнале «Жылк¥сы» («Первая ласточка»).

19 Правильно - С^лушаш, казахское женское имя.

20. Районо - районный отдел образования.

21. Казкоммуна - казахская коммуна, тип учебно-воспитательного заведения для сирот и малообеспеченных детей.

22. Рабфак - рабочий факультет. Предшественник современных подготовительных отделений вузов, где в 1919-1940 гг. рабочая и крестьянская молодежь ускоренно готовилась к поступлению в вузы.

23. ГПУ - Государственное политическое управление при НКВД РСФСР в 1922-1923 гг. Казахская АССР, образованная в 1920 г., до конца 1936 г. входила в состав РСФСР.

24. «Ецбекшщазак» - «Трудящийся казах», «Екшндiжас» - «Передовая молодежь».

25. Институт красной профессуры - высшее учебное заведение ЦК ВКП(б) для подготовки высших идеологических кадров партии и преподавателей общественных наук в вузах. Образован в 1921 г. Размещался в здании Страстного монастыря в Москве. В 1938 г. преобразован в Высшую школу марксизма-ленинизма при ЦК ВКП(б), в 1946 - в Академию общественных наук при ЦК КПСС.

26. Первый съезд советских писателей состоялся в Москве 17 августа - 1 сентября 1934 г. Он ознаменовал переход к унифицированной системе творческих организаций в СССР. На съезде был принят устав Союза писателей СССР и основным методом советской литературы был признан социалистический реализм. Из 591 участника съезда 220 позже подверглись репрессиям.

27. Чокан Чингисович Валиханов (1835-1865) - чингизид, правнук Абылай-хана, казахский ученый, историк, этнограф и фольклорист, путешественник, просветитель. Офицер Генерального штаба Российской армии, действительный член Императорского русского географического общества (1857), в 1858 г. совершил разведывательную поездку в Кашгарию. Друг Ф.М. Достоевского.

28. Автор ошибся. Годы жизни Ч.Валиханова см. выше.

29. Веселовский Николай Иванович (1848-1918) - археолог, востоковед, исследователь истории и археологии Средней Азии. Выступил редактором

«Сочинений Чокана Чингисовича Валиханова», изданных в 1904 г. в «Записках ИРГО» по отделению этнографии. СПб., т. XXIX.

30. Обвинения в троцкизме были одним из основных средств борьбы с инакомыслием и оппозицией сталинизму в 1930-е гг. Л.Д.Троцкий (18791940) - один из организаторов Октябрьской революции 1917 г., создателей Красной армии, Коммунистического Интернационала (Коминтерна). В первом советском правительстве - нарком по иностранным делам, затем в 1918-1925 - нарком по военным и морским делам и председатель Реввоенсовета РСФСР, затем СССР. Член Политбюро ЦК партии в 1919-1926 гг., с 1923 г. лидер левой внутрипартийной оппозиции. В 1927 г. исключен из партии, снят со всех постов и отправлен в ссылку в Алма-Ату, в 1929 г. выслан из СССР.Убит в Мексике.

31. Абай (Ибрагим) Кунанбаев (1845-1904) - выдающийся казахский мыслитель и просветитель, поэт, композитор, основоположник и первый классик казахской литературы. Переводчик произведений Крылова, Пушкина, Лермонтова, Гете, Байрона. Джамбул Джабаев (Жамбыл Жабаев, 1846-1945) - казахский поэт-акын, лауреат Сталинской премии второй степени (1941); одной из наиболее известных его песен периода Великой Отечественной войны стала «Ленинградцы, дети мои». Исатай Тайманов (1791-1838) - один из руководителей (наряду с М.Утемисовым) восстания бедноты в Западном Казахстане в 1836-1838 гг.Кенесары Касымов (18021847) - казахский султан, чингизид, внук хана Абылай-хана. С 1841 г. последний хан всех трех казахских жузов. Возглавил самое крупное и продолжительное в XIX в. национально-освободительное восстание, в 1846 г. под давлением русских войск отступил в Семиречье, где был разбит киргизскими отрядами и казнен. Срым Датулы (1653-1802) - старшина казахского рода Байбакты, предводитель антиправительственного движения казахов Младшего жуза в 1783-1797 гг.Амангельды Иманов (1873-1919) -один из лидеров восстания 1916 г. в Тургайской области, участник установления Советской власти в Казахстане, участник гражданской войны.

32. Лапутина Мария Павловна - сотрудник Института истории, стенографистка.

33. ПУРККА - Политическое Управление Рабоче-Крестьянской Красной Армии.

34. Бауыржан Момыш^лы (1910 — 1982) - участник Великой Отечественной войны, Герой Советского Союза, панфиловец, участник битвы за Москву, писатель. Во время битвы за Москву старший лейтенант, командир батальона 1073-го стрелкового полка. Панфилов Иван Васильевич (1892-1941) -генерал-майор, Герой Советского Союза (1942, посмертно). Командир 316-й стрелковой дивизии (с 17 ноября 1941 г. - 8-я гвардейская), прославленная героическими боями на Волоколамском направлении. Дивизия набиралась из жителей Алма-Аты (ныне Алматы) и Фрунзе (ныне Бишкек).

35. Скворцов Николай Александрович (1899-1974) - в 1938-1945 гг. первый секретарь ЦК КП(б) Казахской ССР.

36. Опечатка. Очевидно, имеется в виду Сабит Муканов - см. примечание 17.

37. Имеется в виду Ауэзов Мухтар (1897-1961) - советский писатель, драматург и ученый. Лауреат Ленинской (1959) и Сталинской премии первой степени (1949). Академик АН Казахской ССР (1946), председатель Союза писателей Казахстана. Его двухтомный роман-эпопея «Путь Абая» вошел в «Библиотеку всемирной литературы».

38. Мусрепов Габит (1902-1985) - советский писатель, переводчик, критик и драматург, общественный деятель. Герой Социалистического Труда (1974), народный писатель Казахстана (1984), академик АН Казахской ССР (1985). Автор романа «Солдат из Казахстана», музыкальной драмы «КызЖибек», пьесы «Козы Корпеш - Баян сулу» и др.

39. Тажибаев Абдильда (1909-1998) - советский поэт и драматург, автор поэм «Прорыв» и «Спасение», «Оркестр», «Разговор с Тарасом Шевченко». С 1960 г. заведующий отделом театрального и изобразительного искусства

института литературы и искусства АН Казахской ССР. Токмагамбетов Аскар (1905-1983) - казахский поэт и писатель, в годы войны стали широко известными патриотические песни на его стихи; автор поэм «Ключ счастья», «Каскелен», «Путь в жизнь», «Али батыр», «Часовой Кремля», «На улицах Берлина», «Испания», романа «Минарет поэзии» и др. Жароков Таир (19081965) - казахский поэт, в 1938-1942 - литературный секретарь Д.Джабаева. Участник Великой Отечественной войны. Автор стихов и поэм «Солнце заговорило», «Поток», «Лес в пустыне зашумел», «Сталь, рожденная в степи», «Буря в песках».

40. Абишев Альжаппар (1907-2001) - советский писатель, народный писатель Казахской ССР, член Союза писателей СССР. Автор рассказа «Тулеген Тохтаров» (1942) и др., 36 пьес.

41. Имеется в виду роман М. Ауэзова «Абай».

42. Так в тексте.

43. Имеется в виду М.Ауэзов.

44. В 1942 г. М.Ауэзов написал пьесу «В час испытаний» и в соавторстве с А.Абишевым - пьесу «Гвардия чести», посвященную Панфиловской дивизии.

45. Тохтаров Тулеген(1921-1942) - автоматчик 23-го гвардейского стрелкового полка 8-й гвардейской ордена Ленина Краснознаменной стрелковой дивизии имени генерал-майора И.В. Панфилова 3-й ударной армии Калининского фронта, гвардии красноармеец, Герой Советского Союза (1943).

46. Старшая дочь И.В. Панфилова Валентина (1923-?) 9-классницей добровольцем ушла на фронт, была медсестрой в дивизии отца, в 1944 г. комиссована по ранению. Затем работала в ЦК ЛКСМ Казахстана.

47. М.Габдуллин имел в виду казахский народный эпос, в т.ч. один из самых популярных и известных - 29 вариантов эпоса о герое XV века Кобланды-батыре. 26 из них посвящены ратным подвигам Кобланды, 3 - его сыновьям Богенбаю и Киикбаю.

48. В 1942 г. С.И. Кирсанов (1906-1972), создатель рифмованной прозы, начал писать солдатский лубок «Заветное слово Фомы Смыслова, русского бывалого солдата», издававшийся миллионными тиражами в виде листовок и брошюр. Он создал собирательный образ опытного солдата, участника Первой мировой и гражданской, а также Великой Отечественной войн.

49. Григорий Мелихов - герой романа М.А.Шолохова «Тихий Дон».

50. Очевидно, имеется в виду знаменитая песня Д.Джабаева «Ленинградцы, дети мои». Джамбул Джабаев (Жамбыл Жабаев, 1846-1945) - казахский поэт-акын, лауреат Сталинской премии второй степени (1941).

51. В связи с тем, что союзники СССР по антигитлеровской коалиции затягивали с выполнением обязательства об открытии второго фронта против фашистской Германии, на фронте и в тылу возникло много анекдотов и остроумных образных сравнений по этому поводу.