"Нам остаются либо пенсионеры, либо студенты"

Процесс создания мегарегулятора вошел в финальную стадию: работники надзора обсуждают будущий быт — зарплаты и размещение. Менее четырех месяцев осталось до слияния Федеральной службы по финансовым рынкам (ФСФР) с ЦБ. В интервью "Ъ" глава ФСФР ДМИТРИЙ ПАНКИН рассказал о причинах реформы, о текущих приготовлениях и будущем рынка.

— Каких полномочий на сегодняшний день не хватает ФСФР для модернизации регулирования?

— Прежде всего не хватает полномочий по нормативно-правовому регулированию. В настоящее время они распределены между нами и Минфином. На мой взгляд, целесообразно это сконцентрировать в одном органе. Например, для нас важна возможность утверждать показатели финансовой устойчивости, платежеспособности участников рынка. Очень важны права по определению бухгалтерского плана счетов участников рынка. Кроме того, неоднократно службой поднимался вопрос о необходимости перехода к принципу "мотивированного суждения" регулятора. Любая модернизация регулирования на страховом рынке требует доведения до конца истории с институтом актуарного оценивания.

— В качестве одной из причин непременной реформы ФСФР заявлялась нехватка финансирования службы. Какую роль играет финансовый вопрос в истории создания мегарегулятора?

— У нас физически не хватает сотрудников. Если у ЦБ их 65 тыс., у ФСФР всего 1,3 тыс. В ЦБ в надзорных подразделениях в среднем приходится семь человек на одно учреждение, у нас — примерно один сотрудник на 70 учреждений. Без дополнительного рабочего ресурса сложно перейти к более тщательному надзору. Кроме того, в Банке России сотрудники отвечают за конкретных участников рынка, они в курсе всех процессов, которые происходят в поднадзорных банках. В ФСФР сотрудники за конкретным страховщиком или регистратором не закреплены.

Нам, на мой взгляд, корректно было бы выстроить систему, при которой количество сотрудников службы рассчитывается в привязке к объему бизнеса участников рынка. Условно на тысячу договоров — один или два человека. Или увязать это с объемом премии страховщика или брокерской комиссии. Конкретные значения зависят от системы автоматизации. Мы хотим отстроить систему так, чтобы программными способами выявлять тревожные моменты в деятельности компании. Если программа сама будет, грубо говоря, флажки выставлять на опасных показателях, большого количества людей, которые перелопачивают отчетность, нам не надо.

Тем не менее увеличение численности и увеличение зарплат работникам службы необходимо. В Москве и Санкт-Петербурге мы не можем привлечь специалистов на тот уровень дохода, который сейчас предлагается. Если работник имеет необходимые знания, ему предложат на рынке зарплату в три-четыре раза больше. Нам остаются либо пенсионеры, либо студенты.

— Уже известно, насколько увеличится количество сотрудников службы при переходе в ЦБ?

— Пока таких решений не было. Когда мы формулировали первоочередные задачи службы, мы обосновали необходимое увеличение сотрудников на 400 человек, что примерно на 30% больше нынешнего штата. Это для того, чтобы закрыть очевидные потребности службы. Но тут возникает еще одна проблема — нужно найти грамотных специалистов, провести профессиональную подготовку новых сотрудников. Рассчитывать на моментальное изменение — как позвали, сразу несколько сотен грамотных сотрудников моментально слетелись и начали работать — не стоит.

— Тогда про уже существующих работников вопрос: 30 июля все увольняются в связи с ликвидацией службы и по Трудовому кодексу получают несколько окладов, а следующим днем уже числятся работниками ЦБ?

— Размер выплат и то, как будет осуществляться увольнение сотрудников ФСФР России и последующее их принятие в Центральный банк, будет зависеть от формулировки в указе президента.

— Но дата 30 июля как последний день существования ФСФР подтверждается?

— В "дорожной карте", которая утверждена правительством, дата 30 июля фигурирует как некий ориентир с тем, чтобы к 1 августа завершить преобразования. Но окончательный вариант зависит от принятого законопроекта.

— Согласно экспертным оценкам, средняя зарплата в ФСФР составляла 35 тыс. руб., в центральном же аппарате ЦБ — 90 тыс., вопросы роста окладов для бывших сотрудников ФСФР решены?

— Служба представила предложения в ЦБ. Окончательного решения пока нет. Особого оптимизма у сотрудников службы в связи с этим не наблюдается.

— А уже известно, какие из подконтрольных службе сегментов рынка потребуют ужесточения регулирования? Почему-то именно страховщики говорят об усилении надзора.

— Общее финансовое состояние страховщиков вызывает беспокойство. Мы видим, что средства выводятся, мы не видим качественных активов. И знаем, что отчетность рисуется на конкретную дату. С другой стороны, все больше клиентов страховщиков обращаются в суд по невыплатам или их занижению. Страховщики, в свою очередь, жалуются на мошенников, которые учат граждан, как получить с компании то, что положено, и то, что не положено. Полагаю, что надо идти по пути стандартизации договоров страхования, утверждения типовых договоров по наиболее массовым социально значимым видам. Так можно поднять уровень доверия на страховом рынке, сделать его более цивилизованным. В других сегментах рынка тоже есть проблемы, но у страховщиков по части финансовой устойчивости их больше. Кроме того, у страховых компаний в силу специфики бизнеса обязательства формируются перед гораздо большим числом клиентов.

— А какие меры будут приниматься для бесперебойного надзора за участниками рынка в момент преобразования ФСФР в часть ЦБ? Рабочий день сотрудникам увеличите?

— Во всех дискуссиях по созданию единого регулятора мы формулировали нашу главную задачу — бесперебойность надзора. Именно поэтому изначально и не предполагается растворения ФСФР в ЦБ. Мы переходим в Банк России той же структурой, с теми же внутренними регламентами. С 1 августа ничего не разрушится, работа продолжится. Мы не выстраиваем надзор по новой, все порядки сохраняются. С 1 августа, грубо говоря, меняется пока только вывеска. В дальнейшем будем отлаживать информационный обмен между различными подразделениями ЦБ. Начнем строить более эффективный надзор и уже тогда смотреть, куда дополнительных людей набрать и где ввести дополнительные информационные системы, совместимые с решениями ЦБ.

— Переезд на Неглинную улицу планируете?

— Пока переезд не планируем. Сейчас идут консультации с ЦБ, анализируется наша система делопроизводства с тем, чтобы ее интегрировать в базу Банка России.

— От единого регулятора участники рынка ожидают передачи части полномочий саморегулируемым организациям (СРО). Вы готовы к этому и какие примеры СРО на рынке вам кажутся успешными?

— Я считаю правильным отдать часть полномочий. Особенно в установлении стандартов деятельности. Может, частично в плане сбора отчетности что-то можно передать. В теории все это выглядит стройно. Однако есть опасения, что СРО могут лоббировать интересы какой-то отдельной группы участников и ориентироваться не столько на жесткое выполнение ими требований, сколько на сбор членских взносов.

— Согласно одному из последних сообщений службы на тему совещаний по ОСАГО, ФСФР не против свободных тарифов в перспективе. Как вы это видите на практике?

— Мы действительно считаем, что лучше выходить на свободные тарифы в этом виде страхования.

— В рамках тарифного коридора или сразу?

— Для начала, вероятно, потребуется установить какой-то минимальный порог. Но перед этим надо все-таки "подкрутить гайки" с точки зрения ужесточения надзора за существующими игроками на этом рынке. Какие у нас опасения на этот счет? Такие же как, и у страховщиков,— как только правительство отпустит тарифы, начнутся продажи по демпинговым ставкам. Компании выйдут на эти продажи с тем, чтобы через месяц раствориться на просторах родины. А погашением долгов таких компаний займется фонд РСА. Поэтому жесткий контроль до всех этих новаций строго необходим. Как только у нас появится возможность накладывать ограничения на деятельность компании, только начавшей, например, по договорам перестрахования выводить деньги в Киргизию или раздающей комиссии в 40-60% брокерам, тогда можно переходить на свободные тарифы в ОСАГО.

— Это вопрос какого времени?

— Хотелось бы, чтобы этот вопрос был решен в следующем году в рамках единого регулятора.

— А какие методы регулирования не возьмете в ЦБ? Институт предписаний не исчезнет?

— Я бы пока не говорил, что от него надо отказываться. Надо его дополнить санкциями за конкретные нарушения, например, за нарушение норматива финансовой устойчивости не на отчетную дату. Но у страховщиков, когда мы начинаем говорить им о перспективе ежедневной отчетности, наступает тяжелое нервное состояние. Их модель бизнеса к этому пока не приспособлена. И наша задача — не погубить рынок, а плавно его переориентировать на современные мировые стандарты отчетности.

— У банков этот переход на МСФО занял восемь лет, у страховщиков — меньше двух лет. Не планируете смягчать наказания тем, кто не успеет до 1 мая отчитаться по МСФО?

— Страховщики в принципе знали, что это их ждет, и ссылаться на неподготовленность, наверное, не стоит. Ни о каком смягчении по таким нарушениям речь не идет.

— Но сотрудникам службы впервые предстоит колоссальная работа по одновременной обработке отчетности по РСБУ и МСФО. На рынке есть ожидания, что в связи с реформой регулятора и нехваткой ресурсов переход на МСФО подзатянется.

— На месте страховщиков я бы не стал рассчитывать на то, что где-то что-то подзатянется или не состоится.