Состояние запасов минтая в наваринском районе Берингова моря и причины, определяющие эффективность его промысла

2002

Известия Тихоокеанского научно-исследовательского рыбохозяйственного центра

Том 130

М.А.Степаненко, А.В.Николаев, Е.В.Грицай

СОСТОЯНИЕ ЗАПАСОВ МИНТАЯ В НАВАРИНСКОМ РАЙОНЕ БЕРИНГОВА МОРЯ И ПРИЧИНЫ, ОПРЕДЕЛЯЮЩИЕ ЭФФЕКТИВНОСТЬ

ЕГО ПРОМЫСЛА

Северная часть Берингова моря, расположенная между мысом На-варин и зоной США, для отечественных рыбаков является вторым по значимости районом промысла минтая в дальневосточных морях. Бе-ринговоморская минтаевая путина, в работе которой принимают участие десятки крупнотоннажных судов, начинает функционировать во второй половине года после освобождения акватории ото льда и формирования здесь устойчивых промысловых скоплений. Как показывает накопленный опыт, общая величина вылова и эффективность работы добывающих судов в этом районе варьирует в широких пределах. Особенно существенные изменения произошли в конце 90-х гг., когда у отечественных рыбаков резко снизились общие уловы и уловы на усилие.

В данной статье сделана попытка анализа межгодовой динамики состояния запасов минтая в наваринском районе и выявления основных причин, обусловливающих эффективность работы беринговоморской мин-таевой путины. В ее основу положены материалы учетных тралово-акус-тических съемок, выполненных в Беринговом море на российских НИС "Профессор Кагановский" в 1997-1998 гг., НИС "ТИНРО" в 19992000 гг. и американских НИС "Миллер Фримен" в 1979-2000 гг., НИС "Арктурус" и "Альдебаран" в 1992-1998 гг. Кроме того, использованы данные по работе промысловых судов беринговоморской минтаевой экспедиции в 1997-2000 гг. и фоновым условиям наваринского района.

Для сравнительного анализа закономерностей межгодовой динамики численности минтая в восточной части Берингова моря использовали материалы Аляскинского рыбохозяйственного центра, полученные по данным учетных тралово-акустических съемок и с помощью моделирования (1апеШ, 1996; Wespestad е! а1., 1997).

Переходя к изложению результатов исследований, прежде всего, необходимо определиться с популяционной принадлежностью нагульных скоплений минтая в наваринском районе, поскольку этот вопрос является основополагающим при анализе динамики численности минтая в рассматриваемом районе и прогнозировании промысловой обстановки и заслуживает специального внимания.

Подробный анализ популяционной структуры минтая в Беринговом море выполнен В.П.Шунтовым с соавторами (Шунтов, 1991; Шунтов и др., 1993). По его мнению, центральное место здесь занимает вос-точноберинговоморская суперпопуляция, которую слагают группировки

1001

Л.А.Борец

субпопуляционного ранга с постоянными нерестилищами в унимакском, прибыловском и матвеевском районах. Причем минтай матвеевского района (географически наиболее близкого к рассматриваемому нами) считается наиболее зависимой группировкой, а северный шельф Берингова моря является зоной выноса молоди.

Второй по величине в Беринговом море является олюторско-кара-гинская (западноберинговоморская) популяция, воспроизводство которой происходит в основном в Олюторском заливе, а также в заливах Кара-гинском и Озерном.

Что же касается небольших нерестовых скоплений в наваринском районе, то в связи с их незначительностью и непостоянством не было серьезных оснований рассматривать их даже в качестве зависимой группировки и наиболее подходящим для них выбрано определение "псевдопопуляция" (Шунтов и др., 1993).

Вышеописанная популяционная структура беринговоморского минтая (включая в качестве самостоятельных популяций также командорскую и алеутскую группировки) отражала ситуацию для 80-х гг., когда численность данного вида находилась на высоком уровне, а общая биомасса минтая в Беринговом море достигала 20-25 млн т. В это время в нагульный период половозрелый минтай совершал протяженные горизонтальные миграции, образуя смешанные скопления из представителей разных популяционных группировок не только в наваринском районе, но и в глубоководных котловинах моря (Шунтов и др., 1988; Stepanenko, 1989; Фадеев, 1991; Радченко, Соболевский, 1992; и др.). В такие периоды в северо-западную часть Берингова моря распространялось во второй половине года около 20 % общей биомассы восточноберинговомор-ского минтая. Минтай западноберинговоморской популяции также в значительном числе мигрировал вдоль всего корякского побережья и в северной его части у мыса Наварин смешивался с восточноберингово-морским минтаем.

Позднее М.А.Степаненко (1997) было показано, что пространственная структура скоплений минтая в Беринговом море как в репродуктивный, так и нагульный периоды является динамичным процессом и тесно связана с общей численностью и биомассой популяций, их размерно-возрастным составом, а также изменчивостью фоновых условий.

К середине 90-х гг. биомасса минтая в Беринговом море под влиянием естественных причин и промысла уменьшилась примерно в 2,53,0 раза. В связи с этим принципиально изменилась и схема распределения минтая, особенно в нагульный период. Во-первых, весьма существенно сократился его ареал в Беринговом море вплоть до полного исчезновения скоплений в Командорской и Алеутской котловинах. Соответственно сократились и масштабы распространения восточноберингово-морского минтая в северо-западную часть моря, а западноберинговомор-ский минтай стал распространятся в нагульный период только до южной части корякского побережья (174-175° в.д.). Во-вторых, если в 80-е гг. довольно значительная часть минтая распределялась в эпи-, мезопе-лагиали, то в конце 90-х гг. он, как и прежде, стал прибрежным видом и нижний предел глубины его обитания ограничен изобатами 300-400 м (Глубоков и др., 2000). Судя по материалам тралово-акустических съемок 1998-2000 гг., основная масса половозрелых рыб в настоящее время концентрируется в придонных скоплениях в шельфовой зоне над глубинами 100-300 м. Наконец, гораздо более рельефными стали выглядеть различия в распределении основных центров воспроизводства минтая

в зaпaднoй и вocтoчнoй чacтяx мopя. Ho ecли в зaпaднoй чacти иx мecтoпoлoжeниe в мeжгoдoвoм плaнe ocтaлocь oтнocитeльнo cтaциo-нapным и oни пo-пpeжнeмy пpиypoчeны к мaтepикoвoмy cклoнy Oлю-тopcкoгo зaливa и coпpeдeльныx c ним aквaтopий, то в вocтoчнoй чacти мopя нaблюдaлacь дoвoльнo знaчитeльнaя мeжгoдoвaя измeнчивocть мac-штaбoв нepecтa нa oтдeльныx нepecтилищax, cooтвeтcтвeннo измeнялacь и иx poль в вocпpoизвoдcтвe вocтoчнoбepингoвoмopcкoй cyпepпoпyля-ции. Teм нe мeнee, и это ocoбeннo вaжнo, дaжe в ycлoвияx низкoй чж-лeннocти coxpaнилcя цeнтp вocпpoизвoдcтвa и в нaвapинcкoм paйoнe, чтo пoдтвepждeнo peзyльтaтaми иxтиoплaнктoннoй cъeмки, выпoлнeн-нoй в мae 2000 г. нa PTMC "Hoвoкиeвкa", и cocтoяниeм гoнaд пoймaн-ныx в это вpeмя пoлoвoзpeлыx caмoк минтaя. Taким oбpaзoм, caм фaкт cтaбильнoгo вocпpoизвoдcтвa минтaя в дaннoм paйoнe в ycлoвияx низ-кoй чиcлeннocти cвидeтeльcтвyeт в пoльзy cyщecтвoвaния здecь лoкaль-нoй гpyппиpoвки. Oднaкo oбщaя чиcлeннocть икpы минтaя, yчтeннoй в 2000 г. в нaвapинcкoм paйoнe, oкaзaлacь нeвeликa (мaкcимaльный yлoв нa oднoй cтaнции нe пpeвышaл 910 шт.) и cpaвнимa c ee кoличecтвoм здecь в кoнцe 80-x и нaчaлe 90-x гг., rn^a oнa cocтaвлялa 0,26-0,37 % чиcлeннocти икpы, yчтeннoй нa вcex нepecтилищax в Бepингoвoм мope. Taким oбpaзoм, cyдя пo кoличecтвy вымeтaннoй и^ы чиcлeннocть пpo-извoдитeлeй в дaннoм paйoнe вce жe нe cтoль знaчитeльнa, чтoбы oбec-пeчить пoлнoцeннyю paбoтy кpyпнoмacштaбнoй пpoмыcлoвoй э^^ди-ции в тeчeниe пoлyгoдa. И мoжнo c бoльшoй дoлeй yвepeннocти yтвep-ждaть, чтo в нaвapинcкoм paйoнe вo втopoй пoлoвинe гoдa фopмиpyютcя cмeшaнныe ceзoнныe cкoплeния нaгyльнoгo минтaя, cocтoящиe кaк из ocoбeй мecтнoгo пpoиcxoждeния, тaк и мигpaнтoв вocтoчнoбepингoвo-мopcкoгo пpoиcxoждeния (пpeимyщecтвeннo из мaтвeeвcкoгo paйoнa), м-тopыe, видимo, пpeoблaдaют в yлoвax. Becьмa нaглядным пoдтвepждeни-eм cкaзaннoмy являeтcя кapтa пpocтpaнcтвeннoгo pacпpeдeлeния œo^ лeний минтaя в лeтнe-oceнний пepиoд 1998 г. (pœ. 1), cocтaвлeннaя пo peзyльтaтaм yчeтныx дoнныx тpaлoвыx cъeмoк, выпoлнeнныx пoчти oд-нoвpeмeннo в зoнe Poccии и CШA.

B cвeтe излoжeннoгo пpeдcтaвляeтcя нecocтoятeльнoй тoчкa зpeния Б.H.Koтeнeвa (1998), выcтyпившeгo c пoлнocтью пpoтивoпoлoжным мм-ниeм, coглacнo кoтopoмy в нaвapинcкoм paйoнe в 90-e гг. ocнoвy œo^ лeний cocтaвлял мecтный минтaй, a нa дoлю вocтoчнoбepингoвoмopcкиx мигpaнтoв пpиxoдилocь нe бoлee 5-10 %. Heoбxoдимo зaмeтить, чтo для peшeния пpoблeмы пoпyляциoннoй opгaнизaции минтaя в нaвapинcкoм paйoнe, пo нaшeмy мнeнию, нeoбxoдимы cпeциaльныe кoмплeкcныe ж-cлeдoвaния вceми coвpeмeнными мeтoдaми, в том чиcлe opгaнизaция мaccoвoгo мeчeния в мecтax вocпpoизвoдcтвa. Пpeдпpинимaeмыe yœ-лия выяcнить этoт вoпpoc путом aнaлизa cмeшaнныx cкoплeний (Глyбo-тав, Koтeнeв, 1999; Дaтcкий, 2000a) будут бecплoдными дo тex пop, пoкa нe будут ycтaнoвлeны пoпyляциoнный cтaтyc нepecтoвыx гpyппиpoвoк в ceвepнoй чacти Бepингoвa мopя, иx xapaктepиcтики и ypoвeнь oбмeнa ocoбями мeждy coceдними гpyппиpoвкaми.

Kaк пoкaзaли нaблюдeния пocлeдниx лeт, мacштaб pacпpocтpaнeния минтaя в нaвapинcкий paйoн из coпpeдeльныx вoд aмepикaнcкoй зoны, a знaчит и эффeктивнocть paбoты бepингoвoмopcкoй экcпeдиции, зaвиcит oт нecкoлькиx фaктopoв, ocнoвными из mTOpbix являютcя oбщaя биoмac-ca вocтoчнoбepингoвoмopcкoй пoпyляции, чиcлeннocть cocтaвляющиx ee пoкoлeний и фoнoвыx ycлoвий, пoд влияниeм кoтopыx фopмиpyютcя yc-лoвия нaгyлa. Ocтaнoвимcя бoлee пoдpoбнo нa кaждoм из ниx.

Рис. 1. Пространственное распределение биомассы минтая (т/ милю2) по результатам донной траловой съемки AFSC, а также эхоинтеграци-онной (a) и донной траловой (b) съемок ТИНРО-цент-ра, 1998 г. Fig. 1.

Pollock spatial distribution (t/per sq mile) in the Bering Sea, by EI MWT survey of AFSC and EI MWT (a), bottom trawl (b) surveys of TINRO-centre in 1998

В результате многолетних исследований установлено, что численность и биомасса восточноберинговоморской популяции минтая в межгодовом плане значительно варьируют. Причем в динамике этих изменений отчетливо проявляется как долгопериодная составляющая, обусловленная сменой общего климато-океанологического фона в Северной Пацифике, так и краткопериодная, связанная с разной численностью смежных поколений. Как уже упоминалось, в 80-е гг. численность подавляющего большинства популяций минтая на всем его ареале, в том числе и в Беринговом море, находилась на историческом максимуме (Шунтов и др., 1993; Wespestad, 1993; и др.), что определялось благоприятными условиями для воспроизводства, появлением и существованием одновременно нескольких многочисленных поколений. В это время биомасса восточноберинговоморской популяции составляла по разным оценкам от 12 до 14 млн т (табл. 1) и формировалась за счет ряда высокоурожайных поколений, появившихся в конце 70 и начале 80-х гг.

В конце 80 и начале 90-х гг. возникла и стала устойчивой тенденция к постепенному сокращению биомассы восточноберинговоморской популяции в первую очередь за счет сокращения пополнения. Как оказалось, численность и биомасса минтая могут находиться на высоком уровне только при условии, что урожайные поколения появляются с регулярностью каж-

178 176 17-4 172 170 168 166 164 162 160 1588 156

166 164 162 160 158 156

дые 3-4 года. А максимальный уровень запасов наблюдается в случае появления хотя бы раз в десятилетие очень мощного годового класса, сравнимого с поколением 1978 года рождения. Например, оценка численности двух смежных поколений (1977-1978 годов рождения) по данным учетных съемок составила около 110 . 109 экз., а по результатам моделирования - около 85 . 109 экз. (Wespestad et al., 1997). Численность всех других поколений, появившихся в последние 20 лет, даже относительно урожайных, оказалась практически на порядок ниже.

Таблица 1

Оценки биомассы минтая восточноберинговоморской популяции в 1979-2000 гг. по данным учетных съемок и моделирования, млн т

Table 1

Biomass of eastern Bering Sea pollock by surveys and models for 1979-2000, mln t

Данные съемок Моделирование Год Донная, Тр.-акуст., Тр.-акуст., Суммарная Когортный Синтетическая _шельф шельф о.Богослова биомасса анализ_модель

1979 2,00 1,550 - 3,55 4,506 4,07

1980 0,99 - - - 6,756 5,05

1981 2,27 - - - 10,627 8,59

1982 3,54 4,640 - 8,18 12,029 10,46

1983 4,81 - - - 13,165 11,86

1984 3,96 - - - 12,868 11,81

1985 4,36 5,450 - 9,82 14,232 13,37

1986 4,31 - - - 12,954 13,03

1987 5,03 - - - 13,108 13,25

1988 5,94 4,160 2,400 12,50 11,968 12,44

1989 4,78 - 2,100 - 10,020 10,82

1990 7,70 - - - 7,960 8,82

1991 5,10 1,400 1,300 7,80 6,660 6,91

1992 4,30 - 0,980 - 8,470 7,84

1993 5,50 - 0,680 - 8,600 7,86

1994 4,98 2,760 0,540 8,28 8,080 7,17

1995 5,41 - 1,020 - 7,570 7,67

1996 3,20 2,239 0,682 6,12 7,100 6,63

1997 3,03 2,590 0,390 6,01 5,710 5,30

1998 2,21 - 0,490 - 5,960 5,13

1999 3,57 3,290 0,480 7,34 7,500 -

2000 5,13 3,05 0,301 8,48 - 10,8

Соответственно в 80-е гг. последовательно вплоть до конца десятилетия уменьшалась и численность пополнения промыслового стада. Непродолжительное увеличение числа рекрутов наблюдалось в первой половине 80 и 90-х гг. и было связано с появлением относительно многочисленных поколений 1982, 1984, 1989 и 1992 годов рождения. Однако это не смогло остановить общий процесс сокращения биомассы восточ-ноберинговоморской популяции, который продолжался до 1997 г. Ситуация стала изменяться в лучшую сторону лишь в 1998-1999 гг., когда наметился рост численности сначала за счет поколения 1995 года рождения, а затем и последующих годовых классов. В результате к 2000 г. биомасса минтая в восточной части Берингова моря не только стабилизировалась на среднем уровне, но и появилась устойчивая, хотя и небольшая, тенденция к ее росту (табл. 1). Причем особенно заметно (на 43,6 %) увеличилась биомасса придонных скоплений.

В настоящее время в популяции преобладают младшевозрастные поколения 1995-1998 гг., среди которых наиболее многочисленным яв-

1005

ляется поколение 1996 года рождения. Это поколение по данным учетной съемки составляло 24,4 % по численности и 29,1 % по биомассе (рис. 2). Меньшую, но сравнимую численность (18,3 %) и биомассу (27,4 %) имеет поколение 1995 г. Младшевозрастное поколение 1997 г. составляло в 2000 г. 13,7 % общей численности и 12,3 % биомассы. Кроме того, выяснилось, что и поколение 1998 г. является, видимо, относительно многочисленным.

I

Численность (тыс.экз.) 1999

(S

2000000-, ^^ 1800000- ' Численность (тыс.экз.) 2000

14000001200000 1000000- ^ 1 1 800000- lililí^ 600000- lililí^ 400000- 1 200000liPPHca 13 5 7 9 11 13 15

12001000-

Биомасса (тыс. тонн) 1999

1200 1000

Биомасса (тыс. тонн) & 2000

И

1 3 5 7 9 11 13 15

Рис. 2. Распределение численности и биомассы минтая по возрастному ряду на восточноберинговоморском шельфе в июне-июле 1999 и 2000 гг. по результатам эхоинтеграционных съемок НИС "Миллер Фримен"

Fig. 2. Estimated abundance and biomass at age for eastern Bering Sea pollock in June-July, 1999 and 2000 by EI MWT survey of AFSC

Общая биомасса восточноберинговоморской популяции увеличилась в 2000 г. по сравнению с 1999 г. на 15,5 %, или в абсолютном выражении на 1,14 млн т. Причем этот рост должен продолжаться и в 20012002 гг. за счет индивидуального увеличения массы относительно многочисленных поколений 1995-1998 годов рождения.

Что же касается западноберинговоморской популяции минтая, то она в настоящее время находится в состоянии депрессии, ее биомасса по сравнению с периодом высокой численности снизилась с 1,3-1,5 млн т (конец 80-х гг.) до 0,10-0,15 тыс. т. Это естественно отразилось на протяженности миграций в нагульный период и распределении скоплений. Нагульный ареал половозрелых рыб сократился до границы прибрежных районов заливов Озерного, Карагинского и Олюторского и южной части корякского побережья, расположенной между 174 и 175о в.д. Как показала учетная съемка осенью 2000 г., полностью прекратились миграции минтая и в открытые воды, в частности в Командорскую котловину, где раньше отмечались его скопления.

Известно, что наибольшей миграционной активностью обладает минтай 3-6-годовалого возраста. Особи именно этих возрастных группировок в наибольшем количестве мигрируют в наваринский район из восточной части Берингова моря, где составляют основу уловов в летне-осенний период (Степаненко, 1997; Ф адеев, Грицай, 1999; Датский, 2000б).

В соответствии с большой численностью 1-2-годовиков поколений 1995-1996 годов рождения прогнозировалось и увеличение масштабов

миграции младше- и средневозрастного минтая в наваринский район в 1999 и 2000 гг. Но в действительности количество мигрантов оказалось гораздо меньше, чем ожидалось.

Как показали результаты учетных тралово-акустических съемок, численность и биомасса скоплений минтая в наваринском районе в конце 90-х гг. последовательно сокращалась (табл. 2). Так, если в 1997 г. здесь было учтено 583 тыс. т минтая, то в 1999 г. почти в 2 раза меньше, а в 2000 г. только 118 тыс. т. (или 158 тыс. т с введением поправки на недоучет части придонных скоплений гидроакустическими приборами).

Таблица 2

Численность (N, млн шт.) и биомасса (В, тыс. т) минтая в наваринском районе в 1997-2000 гг. по данным учетных съемок

Table 2

Abundance (N, 106) and biomass (B, ths t) pollock in the Navarin area in 1997-1999 by surveys

Год Придонные Пелагические Общая наблю- скопления скопления оценка

дений N B_N B N B

1997 1004 333 1323 250 2327 583

1998 962 390 234 71 1196 461

1999 532 250 291 70 823 320 2000* 203 64 365 54 568 118

* Только по данным гидроакустической съемки.

в равном соотношении, а немногим более половины биомассы (57,9 %) приходилось на половозрелых рыб (рис. 3). В 1998 г. произошло почти двукратное сокращение численности, причем в основном за счет молоди вышеназванных поколений, что привело к уменьшению биомассы почти на 140 тыс. т. Ситуация еще больше ухудшилась в 1999 г., когда одновременно почти в 3 раза в нашей зоне сократилась численность трехлеток (поколение 1996 г.) и почти в 2 раза - старшевозрастных группировок. В 2000 г. преобладающим по численности в пелагиали стало поколение 1998 года рождения, а общая биомасса за счет почти полного отсутствия особей длиной 20-45 см (которые обычно и формировали основу промысловых уловов) и последовательного уменьшения количества старшевозрастных группировок сократилась до минимума за последние 4 года наблюдений. Такое резкое снижение биомассы минтая в нава-ринском районе могло произойти по двум причинам: во-первых, за счет перелова местного минтая, а во-вторых, за счет сокращения подходов минтая из американской зоны. В связи с этим уместно еще раз напомнить, что биомасса восточноберинговоморской популяции в 1999-2000 гг. стала постепенно возрастать, а уровень ее эксплуатации никогда не превышал 25-30 %.

Одним из очевидных признаков уменьшения промысловых запасов минтая в наваринском районе является последовательное сокращение уловов на усилие у отечественных крупнотоннажных судов с 91,4 т на судо-сутки в 1995 г. до 48,4-48,6 т в 1999-2000 гг., о чем более подробно будет сказано ниже.

Важнейшим элементом, определяющим поведение минтая и масштаб его распространения в северо-западную часть моря в летне-осенний период, являются океанологические условия, а вернее их межгодовая изменчивость. Особенно большие изменения поведения и сезонного

1007

гг. весьма существенно изменялась и размерно-возрастная структура скоплений минтая в на-варинском районе. В 1997 г. по численности явно преобладали молодые двухлетние (длиной 1524 см) и трехлетние (длиной 25-34 см) особи поколений 1996 и 1995 годов рождения примерно

распределения минтая отмечаются при формировании океанологических условий по типу аномального характера, которые наблюдались в Беринговом море в конце 90-х гг.

1+ 2+ 3+ >4+ возраст, лет

45 50 55 длина, см

Рис. 3. Распределение минтая в наваринско-анадырском районе по возрастным и размерным группам в 1997-2000 гг.

Fig. 3. Estimated abundance of pollock at age and size in the Navarin area and Anadyr Bay in 1997-2000

Последние 30 лет по температурным условиям в Беринговом море можно разделить на три периода: холодный (1971-1976 гг.), теплый (19771008

1989 гг.) и умеренный (1990-1997 гг.). В холодные годы лед закрывает северо-западный шельф и прилегающие районы моря уже в декабре и разрушается в июне, а начало развития сезонных гидрологических и гидробиологических процессов смещается на 1,5-2,0 мес позже относительно среднемноголетних значений. В теплые годы, наоборот, лед появляется только в январе-феврале, не распространяется на внешний шельф и разрушается уже в середине апреля. В условиях умеренного года продолжительность существования ледового покрова близка к условиям теплого года, но лед закрывает практически всю шельфовую зону.

Наблюдаемая в конце 90-х гг. межгодовая изменчивость океанологических условий в Беринговом море, как и во всей северной части Тихого океана, по целому ряду свидетельств, полученных в последние годы, связана со сдвигом климата к очередному 20-летнему холодному периоду. Поэтому похолодание в Беринговом море, отчетливо проявившееся в 1999-2000 гг., вероятно, носит устойчивый и долговременный характер. Особенно холодным был 1999 г., когда весь северный шельф (севернее 600 с.ш.) до середины лета занимала холодная вода с отрицательной температурой (минус 0,5-1,8 0С) по всей толще. И даже в летне-осенний период на значительной акватории Анадырского залива сохранились воды с отрицательной придонной температурой, которые располагались к юго-западу от зал. Креста и к востоку от 177о з.д. Между этими двумя областями проходил пояс относительно теплых вод На-варинского течения (рис. 4). По температурным характеристикам, наблюдавшимся в северной части Берингова моря, 1999 г. был отнесен океанологами к аномально холодному типу.

Рис. 4. Температура в придонном слое в северной части Берингова моря. Выделены области с повышенными градиентами (более 0,5 °С/милю) и отрицательной температурой

Fig. 4. Bottom temperature in the northern Bering Sea, 1998-2000. Dash represent areas of high temperature gradients (0,5 °C/mile) and temperature below 0 °C

Сравнивая карты распределения придонной температуры на рассматриваемой акватории за ряд смежных лет (рис. 4), можно заметить, что относительно холодным был и летне-осенний период 2000 г., когда в северной и северо-западной части моря до второй половины лета сохранялась большая масса воды остаточного зимнего охлаждения, в то время как 1998 и особенно 1997 г. были, наоборот, теплыми или даже аномально теплыми.

В холодные годы северо-западная часть Берингова моря освобождается от ледового покрова к середине июня, а Центрально-Беринговоморс-кое течение развивается по широтному типу. Прогрев вод в конце весны и начале лета в наваринском районе идет очень медленно, и в июне-июле вертикальная структура воды на большей части акватории, за исключением нижней части шельфа, сохраняет черты, характерные для зимнего гидрологического периода: нет хорошо выраженного холодного промежуточного слоя, температура воды в придонном слое отрицательная. Развитие весенней генерации зоопланктона в восточной части моря идет значительно быстрее, чем в северо-западной, где ее биомасса составляет в первой половине лета только 700-800 мг/м3

Распространение младше- и средневозрастного минтая (3-5-годо-вики длиной 32-42 см) в северо-западную часть Берингова моря из прилегающего восточноберинговоморского шельфа медленно увеличивается в течение первых двух летних месяцев. В этот период минтай относительно равномерно распределен на всем протяжении шельфа к северо-западу от Прибыловских островов, вплоть до юго-западной части наваринского района.

Распределение старшевозрастного минтая (6-8-годовики длиной 4552 см) по континентальному склону и верхней части шельфа в северозападном направлении в первой половине лета сравнимо с распределением более молодых рыб. В результате распространение минтая всех возрастных групп в наваринский район достигает максимального значения в августе-октябре, но численность его здесь значительно меньше, чем в умеренные или теплые по температурным условиям годы.

В сентябре-октябре 1999 г. скопления половозрелого минтая встречались у мыса Наварин и в Анадырском заливе почти повсеместно в диапазоне глубин 100-250 м. Исключением являлась лишь прибрежная акватория между 175 и 177о в.д., которая в настоящее время является зоной раздела нагульных ареалов западно- и восточноберинговоморской популяций. Кроме того, скопления отсутствовали и в наиболее холодных северо-западной и юго-восточной частях Анадырского залива с отрицательными придонными температурами (рис. 5). Состав придонных скоплений, их плотность и биомасса существенно варьировали в разных местах. Максимальная биомасса скоплений наблюдалась на двух участках: западных склонах Наваринского каньона, где она достигала 24-69 т/км2, и в юго-западной части Анадырского залива (до 12-13 т/км2), что в принципе совпадает с двумя основными миграционным потокам минтая из американской зоны в российские воды в нагульный период.

Первый из них проходит вдоль внешней кромки шельфа и направлен к югу от мыса Наварин, где ежегодно концентрируется основная масса молоди минтая. В сентябре-октябре 1999 г. в этом районе придонные скопления состояли преимущественно из двух- и трехлеток минтая размером 12-29 см с незначительным приловом половозрелых рыб. Формирование здесь наиболее плотных и стабильных скоплений неполовозрелых рыб на относительно небольшом по площади участке шель-

фа обусловлено постоянным подтоком теплых промежуточных вод по склонам Наваринского каньона и наличием повышенных концентраций кормового зоопланктона, в частности эвфаузиид и некоторых видов ка-

Рис. 5. Распределение и плотность (шт./км2) придонных скоплений половозрелого минтая в наваринском районе в сентябре-октябре 1999 г.

Fig. 5. Distribution and density (number/km2) of mature pollock off bottom in the northern Bering Sea, September-October, 1999

Второй миграционный поток проходит восточнее первого через американскую шельфовую зону от Прибыловских островов и о. Св. Матвея и направлен в центральную часть Анадырского залива. Образован он в основном сверхкрупными половозрелыми особями минтая длиной 4583 см, плотность скоплений которых на порядок меньше плотности скоплений молоди. Заметим, что такой крупный минтай встречался практически на всей акватории Анадырского залива вплоть до самых северных участков. Однако большая его часть в период наблюдений концентрировалась в центральной части Анадырского залива и южнее на акватории, примыкающей к конвенционной линии.

Примерно такое же распределение скоплений минтая в наваринс-ком районе наблюдалось и в 2000 г., только их величина и плотность были заметно меньше.

Как упоминалось выше, общая биомасса минтая, мигрирующего в наваринский район, особенно резко снизилась в последние два года, которые были аномально холодными. Но благоприятные температурные условия, видимо, не являются единственным фактором, обусловливающим формирование устойчивых нагульных скоплений минтая в наваринском районе, так как хорошо известна эвритермность данного вида к температурным условиям. Очевидно, не менее, а, может быть, даже более важное значение имеет его кормовая обеспеченность в период нагула. Ведь не случайно в качестве первопричины протяженных миграций минтая в глубоководные котловины Берингова моря в 80-е гг. в период максимума его численности называлась кормовая обеспеченность (Шунтов и др., 1993). Вопрос этот достаточно сложный и требует специального рассмотрения с привлечением многолетних материалов как по питанию минтая, так и по

1011

динамике кормовой базы. Здесь имеет смысл упомянуть, что в недавней статье В.П.Шунтова с соавторами (2000) были сопоставлены особенности питания минтая именно в наваринском районе Берингова моря в 80-е гг. и в 1998 г. Как выяснилось, качественный состав рационов за прошедшее время практически не изменился, но отмечен рост величины суточных рационов у всех размерных групп минтая.

Однако с большой долей уверенности можно утверждать, что совместное влияние неблагоприятных температурных условий и плохой кормовой обеспеченности в аномально холодном 1999 г., несомненно, отразилось на темпах роста молоди минтая. Это хорошо видно из сопоставления данных за ряд лет (табл. 3). Как оказалось, в летне-осенний период 1999 г. в наваринском районе общая биомасса кормового зоопланктона была почти в два раза ниже, чем в 1998 г. (соответственно 688 и 1212 мг/м2), а биомасса эвфаузиид - главного компонента в рационе минтая - меньше в 6-7 раз (61 против 405 мг/м2). В результате различие средних размеров молоди по сравнению с предыдущими годами иногда было более 2 см. Логичным следствием этого может быть повышенная естественная смертность молоди и более низкая урожайность соответствующих годовых классов.

Переходя к анализу про-

Таблица 3 мысла минтая в наваринском

Средние размеры молоди минтая __« „ __„ __

районе, необходимо отметить в наваринском районе в 1997-1999 гг., см г ,,

Table 3 следующее. Максимальные

Mean size of immature pollock a e уловы минтая здесь были in the Navarin area in 1997-1999, cm получены в 1988-1989 it^

когда они достигали 680-850 тыс. т, в полтора раза превышая среднемноголетнее значение. Причем именно в эти годы зафиксированы рекордные уловы минтая в Беринговом море - около 4,0 млн т, а также в целом в Северной Пацифике -около 6,8 млн т (Фадеев, Веспестад, 2001). В немалой степени этому способствовал высокий уровень состояния запасов почти всех популяций минтая, численность которых находилась, видимо, на историческом максимуме.

В первой половине 90-х гг. уловы минтая в наваринском районе уменьшились до 180-390 тыс. т, что не было связано с сокращением запасов, а явилось следствием снижения интенсивности промысла. После 1995 г. ситуация вновь изменилась, и в 1996-1997 гг. общие уловы снова возросли почти в два раза. Однако в дальнейшем объемы вылова стали постепенно сокращаться, пока не достигли очередного минимума в 2000 г., когда было выловлено всего 378 тыс. т.

Сокращение масштабов миграции минтая в наваринский район в 1999-2000 гг., безусловно, отразилось на эффективности работы промысловых судов беринговоморской минтаевой экспедиции, но не столь существенно, если судить по динамике уловов на усилие у крупнотоннажных судов (табл. 4). Главной причиной сокращения объемов вылова минтая в 2000 г. явилось уменьшение интенсивности промысла за счет более двукратного сокращения численности выставленных на промысел добывающих судов. Проблема освоения выделяемых квот в рассматриваемом районе в немалой степени связана с организационными мероприятиями, а не только с динамикой сырьевой базы.

1012

Возрастная Ноябрь Октябрь Октябрь

группа 1997 г. 1998 г. 1999 г.

Сеголетки 10,01 6,19 6,76

Двухлетки 18,85 17,49 15,24

Трехлетки 28,58 26,24 24,30

Показатель 1997 1998 1999 2000

Кол-во судо-суток на лову 3737 7193 6582 2466

Средний улов на судо-сутки, т 66,8 53,6 48,4 48,6

Общий вылов, тыс. т 249,8 386,0 318,4 119,8

Таблица 4 В начале

Показатели работы отечественных крупнотоннажных следующего де-судов на промысле минтая в наваринском районе сятилетия суще-

в 1997-2000 гг. ствует большая

Table 4

Fishing efforts of Russian pollock factory trawlers вероятность фор

in the Navarin area, 1997-2000 мирования в Бе-

ринговом море

холодных фоновых условий, характерных для конца 90-х гг.,

Примечание. При сопоставлении величины уловов они обусловлена судо-сутки необходимо иметь в виду, что с 1998 г. на ны долгопериод-промысле минтая стали использовать траловые кутцы с ной климато-оке-

гораздо большей ячеей, в результате за счет меньшего при- „ „ „ „„

анологической

лова молоди уловы существенно сократились примерно на

ср. о/ изменчивостью.

20 /о. „

Поэтому возможна и значительная вариация в масштабах образования промысловых скоплений минтая в наваринском районе в летне-осенний период, от которой будет зависеть и эффективность работы промыслового флота.

В настоящее время пока отсутствует возможность надежного прогнозирования развития гидрологических и гидробиологических процессов с более чем годичной заблаговременностью. Однако определенные выводы об ожидаемых особенностях развития этих процессов можно будет сделать по материалам фоновой съемки, которая должна проводиться в весенний период непосредственно перед развертыванием бе-ринговоморской минтаевой путины.

Таким образом, стратегия и тактика промысла минтая в наваринс-ком районе должна строиться не только с учетом динамики численности минтая, но и в зависимости от особенностей развития гидрологических и гидробиологических процессов в Беринговом море.

ЛИТЕРАТУРА

Глубокое А., Котенев Б. Минтай Наваринского района // Рыб. хоз-во. - 1999. - № 5. - С. 36-37.

Глубокое А.И., Котенев Б.Н., Гриценко О.Ф. Об экологической нише минтая (батиметрическая характеристика) // Вопр. рыб-ва. - 2000. - Т. 1, № 2-3, ч. 1. - С. 94-95.

Датский А.В. О популяционной неоднородности минтая Theragra chalcogramma в Анадырско-Наваринском районе // Вопр. рыб-ва. - 2000а. -Т. 1, № 4. - С. 74-90.

Датский А.В. Особенности распределения минтая в северо-западной части Берингова моря // Вопр. рыб-ва. - 2000б. - Т. 1, № 2-3, ч. 1. - С. 109-110.

Котенев Б.Н. Экосистемный подход к управлению морскими ресурсами // Рыб. хоз-во. - 1998. - № 4. - C. 28-29.

Радченко В.И., Соболевский Е.И. Сезонная динамика пространственного распределения минтая Theragra chalcogramma в Беринговом море // Вопр. ихтиол. - 1992. - Т. 32, № 5. - С. 84-95.

Степаненко М.А. Межгодовая изменчивость пространственной дифференциации минтая Theragra chalcogramma и трески Gadus macrocephalus Берингова моря // Вопр. ихтиол. - 1997. - Т. 37, № 1. - С. 19-26.

Фадеев Н.С. Распределение и миграции минтая в Беринговом море. -М.: ВНИРО, 1991. - 52 с.

Фадеев Н.С., Грицай Е.В. Промысел и размерно-возрастной состав минтая в северной части Берингова моря в 1995-1998 гг. // Изв. ТИНРО. -1999. - Т. 126, ч. 1. - С. 237-245.

Фадеев Н.С., Веспестад В. Обзор промысла минтая // Изв. ТИНРО. -2001. - Т. 128. - C. 75-91.

Шунтов В.П. Функциональная структура ареала минтая в Беринговом море // Биол. моря. - 1991. - № 4. - С. 3-16.

Шунтов В.П., Волков А.Ф., Ефимкин А.Я. Состав и современное состояние сообществ рыб пелагиали западной части Берингова моря // Биол. моря. - 1988. - № 2. - С. 54-62.

Шунтов В.П., Волков А.Ф., Темных О.С., Дулепова Е.П. Минтай в экосистемах дальневосточных морей. - Владивосток: ТИНРО, 1993. - 426 с.

Шунтов В.П., Дулепова Е.П., Горбатенко К.М. и др. Питание минтая Theragra chalcogramma в анадырско-наваринском районе Берингова моря // Вопр. ихтиол. - 2000. - Т. 40, № 3. - С. 362-369.

Ianelli J.N. An alternative stock assessment model of eastern Bering Sea pollock fishery: AFSC Report. - 1996. - 23 p.

Stepanenko M.A. The state of stocks and distribution of pollock in the Bering Sea // Proc. Int. Symp. Biol. Mang. Walleye Pollock. - Fairbanks, Alaska, 1989. - P. 537-547.

Wespestad V.G. The status of Bering Sea Pollock and effect of the "Donut Hole" fishery // Fisheries. - 1993. - Vol. 18, № 3. - P. 18-24.

Wespestad V.G., Fritz L., Ingraham W.I., Megrey B.A. On relationships between cannibalism , climate variability , physical transport and recruitment success of Bering Sea walleye pollock, Theragra chalcogramma: ICES Intern. Symp., recruitm. dynamics expl. marine populations: physical-biological interactions. -Baltimore, 1997. - 12 p.

Поступила в редакцию 26.11.01 г.