Оперативно-розыскная деятельность при осуществлении иностранных инвестиций в хозяйственные общества, имеющие стратегическое значение: теоретико-правовые аспекты и юридические факты

УДК 34

ОПЕРАТИВНО-РОЗЫСКНАЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ

ПРИ ОСУЩЕСТВЛЕНИИ ИНОСТРАННЫХ ИНВЕСТИЦИЙ В ХОЗЯЙСТВЕННЫЕ ОБЩЕСТВА, ИМЕЮЩИЕ СТРАТЕГИЧЕСКОЕ ЗНАЧЕНИЕ: ТЕОРЕТИКО-ПРАВОВЫЕ АСПЕКТЫ И ЮРИДИЧЕСКИЕ

ФАКТЫ

Е.С. Дубоносов, А.С. Малышев

Статья посвящена проблеме осуществления оперативно-розыскной деятельности в сфере иностранных инвестиций в стратегические хозяйственные общества и анализу юридических фактов в данной сфере. На основе изучения законодательства об иностранных инвестициях в стратегические хозяйственные общества и юридических фактов, обуславливающих возникновение оперативно-розыскных правоотношений, в указанной сфере, уточняются основания для производства оперативно-розыскных мероприятий, а так же дается ряд рекомендаций по совершенствованию действующего законодательства.

Ключевые слова: оперативно-розыскная деятельность, оперативно-розыскные правоотношения, юридические факты, иностранные инвестиции, стратегические общества.

Возможность осуществления оперативными подразделениями органов ФСБ России оперативно-розыскной деятельности (далее - ОРД) в сфере иностранных инвестиций в хозяйственные общества, имеющие стратегическое значение для обороны страны и безопасности государства появилась сравнительно недавно, но уже успела стать объектом изучения ученых. Различные аспекты указанного случая осуществления ОРД рассматривали в своих работах О.А. Вагин, А.Ю. Шумилов, О.В. Фирсов, Е.В. Кузнецов и другие ученые, однако, несмотря на имеющиеся исследования во многом, по нашему мнению, представления о соответствующем институте ОРД противоречивы и спорны.

В частности, в специальной литературе нет единого мнения по вопросу оснований осуществления оперативно-розыскных мероприятий (далее - ОРМ) в указанной сфере, сущности и роли соответствующего института ОРД, и как мы считаем, часть указанных противоречий можно решить путем изучения юридических фактов, ответственных за возникновение, изменение и прекращение соответствующих оперативно-розыскных правоотношений.

Оперативные подразделения органов ФСБ России получили право осуществлять ОРМ в сфере иностранных инвестиций в стратегические общества, в результате принятия Федерального закона «О порядке осуществления иностранных инвестиций в хозяйственные общества, имеющие стратегическое значение для обеспечения обороны страны и безопасности государства» (далее - Закон N 57-ФЗ)[1], и Федерального закона от 29.04.2008 N 58-ФЗ, внесшего изменения в Закон об ОРД [2].

При этом осуществление ОРД в указанной сфере обладает особой спецификой и является исключением из общего правила, когда ОРД, согласно

ст. 1 Закона об ОРД. осуществляется в целях защиты наиболее важных интересов от преступных посягательств, что ранее уже отмечалось исследователями. В частности, О.А. Вагин утверждает, что «применительно к сфере осуществления иностранных инвестиций в хозяйственные общества, имеющие стратегическое значение для обеспечения обороны страны и безопасности государства, ОРМ проводятся не только применительно к преступным посягательствам, но и по отношению к сделкам гражданско-правового характера, что в принципе нетипично для ОРД» [3, с. 24].

Возникновение оперативно-розыскных правоотношений, как и прочих, связано с наступлением определенных юридических фактов. При этом, ввиду того, что ОРД осуществляется посредством проведения ОРМ в качестве юридических фактов в ОРД, как правило, указывают основания проведения ОРМ. Так, например, по мнению Е.В. Кузнецова, «сущность «основания для проведения ОРМ» нагляднее раскрывается через его понимание в качестве возникшего юридического факта, требующего или побуждающего определенных субъектов реализовывать свои права или обязанности. Исходя из данной позиции, в самом общем виде в качестве оснований для проведения ОРМ следует понимать юридические факты, порождающие, для органов, осуществляющих ОРД, необходимость осуществления ОРМ» [4, с. 69].

В целом следует согласиться с автором, однако отметим, что с учетом отмеченного автором противоречия закона о том, что в Законе об ОРД формально-определенные поводы и собственно основания являются основаниями производства ОРМ [4, С. 68-69], в качестве юридических фактов в ОРД следует рассматривать формально-определенные поводы к проведению ОРМ, и прочие юридические факты не связанные напрямую с производством ОРМ.

Правовое регулирование ОРД в сфере иностранных инвестиций в стратегические общества основано, в основном, на нормах ст. 8.1. Закона об ОРД и ч. 6 ст. 13 Закона N 57-ФЗ, и хотя соответствующие положения указанных законов должны содержать фактически аналогичную норму, ч. 6 ст. 13 Закона N 57-ФЗ содержит более позднюю редакцию указанной нормы в редакции Федерального закона от 04.11.2014 N 343-ФЗ.

Поэтому, с учетом коллизии в праве, применять следует именно норму ч. 6 ст. 13 Закона N 57-ФЗ, так как она является более поздней, а норму ст. 8.1. Закона об ОРД следует привести в соответствие с ней.

Согласно ч. 6 ст. 13 Закона N 57-ФЗ в редакции ФЗ от 04.11.2014 N 343-ФЗ, подразделения органов ФСБ вправе проводить ОРМ в целях:

1) определения факта установления иностранным инвестором, иностранными инвесторами или группой лиц контроля над хозяйственным обществом, имеющим стратегическое значение.

2) определения факта наличия между иностранным инвестором, иностранными инвесторами и третьими лицами соглашения, направленного на установление контроля над хозяйственным обществом, имеющим стратегическое значение.

Результаты ОРМ оперативных подразделений органов ФСБ могут использоваться в доказывании по указанным в статье 15 Закона N 57-ФЗ судебным искам.

Начать изучение представлений ученых изучающих ОРД в данной сфере, как мы считаем, следует с наиболее проработанной, по нашему мнению, но в тоже время не лишенной недостатков, позиции О.А. Вагина.

По его мнению, положения ст. 8.1. Закона об ОРД «закрепляют право на проведение ОРМ оперативными подразделениями ФСБ России, не ограничивая перечень этих ОРМ и не указывая на особенности оснований и условий их проведения. Соответственно, определяя вид и обоснование их проведения, необходимо руководствоваться общими положениями закона, регламентирующими основания и условия проведения ОРМ» [3, с. 26]. При этом дальше автор пишет, что «совершение указанных сделок, подлежащих предварительному согласованию, служит и предметом оперативного контроля и основанием для проведения ОРМ в сфере иностранных инвестиций» [3, с. 27]. Отметим также, что автор относит соответствующий случай проведения ОРМ к такой задаче ОРД, как «добывание информации о событиях или действиях (бездействии), создающих угрозу государственной, военной, экономической или экологической безопасности РФ» [3, с. 24].

Считаем, что следует согласиться с указанным ученым в том, что осуществление ОРД в сфере иностранных инвестиций в стратегические общества направлено на разрешение такой задачи ОРД, как добывание информации о событиях или действиях (бездействии), создающих угрозу государственной, военной, экономической, информационной или экологической безопасности РФ (абз. 3 ст. 2 Закона об ОРД). Однако, выбор автором такого основания для проведения ОРМ, как совершение сделок, подлежащих предварительному согласованию, требует, по нашему мнению, серьезного анализа.

С учетом изложенного, и того, что, как мы рассмотрим далее, деятельность ФСБ России в данном случае направлена не только на определение фактов указанных в ст. 8.1 Закона об ОРД и ч. 6 ст. 13 Закона N 57 -ФЗ, соответственно, нельзя согласиться с Е.В. Кузнецовым, который, определил ОРД в указанной сфере в качестве самостоятельной дополнительной задачи ОРД [4, с. 154].

В целом, мы не поддерживаем стремление ряда авторов преувеличить гражданско-правовую или гражданско-процессуальную природу необходимости осуществления ОРМ в сфере иностранных инвестиций в стратегические общества, потому что такой подход лишь отчасти согласуется с нормами Закона N 57-ФЗ.

В частности, мы не согласны с А.Ю. Шумиловым в том, что «имеются достаточные основания для признания факта выделения самостоятельного «неантикриминального» направления в ОРД - оперативно-розыскной работы по подготовке и представлению результатов ОРД в арбитражный и гражданский процессы» [5, с. 157].

С мнением ученого мы не можем согласиться хотя бы потому, что: во-первых, забегая немного вперед, скажем, что проверка ФСБ России проводиться и тогда, когда иностранный инвестор не нарушал норм Закона N 57-ФЗ и в соответствии с законом обратился за согласованием сделки или соответствующих действий, и в том числе мог его получить, и нет оснований для судопроизводства по искам указанным в законе;

во-вторых, практика показывает, что судопроизводство по искам, предусмотренным ст. 15 Закона N 57-ФЗ, довольно редкое явление. Так, в период с 2008 - 2014 год судопроизводств по данным искам было всего семь и, как правило, до судебного разбирательства дело не доходит [6].

Поэтому нам представляется более правильным утверждение О.А. Вагина о том, что «именно интересами обороны страны и обеспечения государственной безопасности продиктовано осуществление ОРД в сфере иностранных инвестиций в стратегические общества» [3, с. 24], с той лишь оговоркой, что вопросы обеспечения обороны, согласно уточненным правилам законодательства, закономерно отнесены к компетенции Минобороны РФ.

По нашему мнению, анализ указанных вопросов невозможен без рассмотрения юридических фактов (поводов) к возникновению соответствующего правоотношения и как следствие — основаниям производства ОРМ.

Считаем, что осуществление ОРД в соответствии со ст. 8.1. Закона об ОРД является частным случаем такого основания для производства ОРМ как наличие ставших известными сведений о событиях или действиях (бездействии), создающих угрозу государственной, военной, экономической, информационной или экологической безопасности РФ (пп. 2 п. 2 ч.1 ст. 7 Закона об ОРД).

При осуществлении иностранными инвесторами инвестиций в стратегические хозяйственные общества можно говорить о действиях, которые лишь потенциально могут повлечь угрозу безопасности РФ. На практике же в качестве примера можно привести случай покупки иностранным инвестором компании, занимающейся разработкой вакцин, с помощью которых делаются массовые прививки населению.

Пожалуй, указанный пример вполне соответствует устоявшейся характеристике соответствующего основания о его превентивном, стратегическом и глобальном характере, однако круг соответствующих юридических фактов все еще стоит определить, потому что, как мы видим, заключение определенных сделок может повлечь негативные последствия для безопасности государства.

Действительно, на первый взгляд, в указанном случае ОРМ проводятся по отношению к сделкам гражданско-правового характера и, при этом, что важно, в литературе существует точка зрения и о том, что речь идет лишь о «сделках гражданско-правового характера, заключенных с нарушением закона» [7, с. 77].

Вышеупомянутый нами Закон N 57-ФЗ определяет административную процедуру согласования сделок и прочих действий, направленных на

установление контроля иностранного инвестора над хозяйственным обществом, имеющим стратегическое значение для обеспечения обороны страны и безопасности государства.

В реализации соответствующей процедуры принимают участие сразу несколько государственных органов: Федеральная антимонопольная служба РФ (далее - ФАС России), Правительственная комиссия по контролю за осуществлением иностранных инвестиций в РФ (далее - Комиссия) принимающая решение о согласовании соответствующей сделки или действий, а также ряд органов, дающих соответствующие заключения в соответствии с их компетенцией. Согласование сделок и иных действий реализуется через дачу Комиссией согласия, имеющего характер административного акта, являющегося частью юридического состава совершения сделки.

Перечень соответствующих сделок и иных действий указан в ст. 7 Закона N 57-ФЗ, и следует отметить, что сделки указанные в ч. 1- 4 ст. 7 Закона N 57-ФЗ, подлежат предварительному согласованию до их совершения, а действия, указанные в ч. 5 ст. 7 Закона N 57-ФЗ, уже после их совершения.

В указанных случаях иностранный инвестор обязан подать в двух экземплярах в ФАС России соответственно ходатайство о предварительном согласовании такой сделки, или ходатайство о согласовании установления контроля (ч. 1 ст. 8 Закона N 57-ФЗ). Во втором случае соответствующее ходатайство направляется в срок, не превышающий трех месяцев со дня установления контроля над таким хозяйственным обществом (ч. 5 ст. 7 Закона N 57-ФЗ).

Сделки, совершенные с нарушением требований указанного закона, признаются ничтожными (ч. 1 ст. 15 Закона N 57-ФЗ). Ничтожная же сделка как юридический факт «не должна рассматриваться как сделка — это сделкоподобное действие, совершаемое вопреки существующему правовому запрету» [8, с. 80].

Следуя подобной логике, можно было бы сказать, что производство ОРМ органами ФСБ России связано, не со сделками, а с неправомерными действиями, имитирующими сделку, в результате которых устанавливается контроль над стратегическим обществом, и имеется необходимость подачи соответствующих исков, в доказывании которых могут использоваться результаты ОРД. Однако, такой подход не вполне согласуется с положениями Закона N 57-ФЗ.

Системный анализ норм ч. 3, 5 ст. 9, ч. 1, 3 ст. 10 и ч. 6 ст. 13 Закона N 57 -ФЗ позволяет говорить о том, что ОРД в указанной сфере осуществляется с подачи ФАС России.

Фактически возможность проверки ФСБ России в данной сфере поставлена в зависимость от двух обстоятельств, первым из которых является первоначальное определение ФАС России:

во-первых: факта неустановления заявителем контроля над хозяйственным обществом, имеющим стратегическое значение, в результате совершения предполагаемой сделки, но она подлежит согласованию в

соответствии с пунктом 3 или 5 части 1, части 1.1 статьи 7 Закона N 57 -ФЗ (ч. 3 ст. 9 Закона N 57-ФЗ).

во-вторых - факта установления заявителем контроля над хозяйственным обществом, имеющим стратегическое значение, в результате совершения предполагаемой сделки или в соответствии с частью 5 статьи 7 Закона N 57 -ФЗ (ч. 5 ст. 9 Закона N 57-ФЗ).

Вторым обстоятельством является направление ФАС России в течение трех рабочих дней со дня определения вышеуказанных фактов, в ФСБ России запроса о предоставлении сведений о возникновении угрозы безопасности государства или об отсутствии такой угрозы в результате совершения соответствующей сделки или установления контроля (ч. 1 ст. 10 Закона N 57-ФЗ).

С учетом того, что полномочия оперативных подразделений органов ФСБ России определены как возможность осуществления ОРМ, заключение о возникновении угрозы безопасности государства или об отсутствии такой угрозы в результате совершения соответствующей сделки или установления контроля, на основании запроса из ФАС России, основывается на данных, полученных в результате проведения ОРМ.

Соответствующее заключение направляется в ФАС не позднее чем через тридцать дней со дня поступления запроса из уполномоченного органа (ч. 3 ст. 10 Закона N 57-ФЗ). Подобный характер взаимодействия ФСБ России и ФАС РФ косвенно подтверждается и их представителями.

По заявлению заместителя руководителя ФАС России А. Цыганова, у ФАС РФ «есть партнеры (это отраслевые органы, это Минобороны, ФСБ), получение информации от которых по сделке предусмотрено законом. У них, на мой взгляд, тоже процедура построена достаточно эффективно, и случаев когда их заключения долго нам не представляют, практически не стало. Механизм взаимодействия налажен. Поэтому при подготовке документов мы во всех случаях укладываемся в срок, установленный законом» [9].

С учетом специфики взаимодействия ФСБ России и ФАС РФ, закономерно можно задаться рядом вопросов, в частности, является ли вышеназванный запрос формально-определенным поводом для проведения ОРМ и если да, то возможно ли инициативное осуществление ОРМ в сфере иностранных инвестиций в стратегические хозяйственные общества ?

Следует сказать, что недостаточная ясность в основаниях производства ОРМ в указанной сфере, вызывает, как мы считаем, вполне закономерные сомнения в законности их проведения.

Показательной является точка зрения, в соответствии с которой проведение ОРМ в сфере осуществления иностранных инвестиций не вписывается в существующие основания проведения ОРМ и расширяет их закрытый перечень, который «не содержит такого основания, как запрос уполномоченного органа (Федеральной антимонопольной службы) о предоставлении сведений о возникновении угрозы обороне страны и безопасности государства или об отсутствии такой угрозы в результате

совершения сделок, подлежащих предварительному согласованию» [10].

Напомним, что мы рассматриваем производство ОРМ в сфере иностранных инвестиций в стратегические хозяйственные общества в качестве частного случаю применения основания проведения ОРМ, предусмотренного пп. 2 п. 2 ч. 1 ст. 7 Закона об ОРД, но при этом ряд моментов требует уточнения.

Обратимся к особенностям указанного основания. Оно по своей структуре является собственно основанием, т.е. указывает на необходимость наличия сведений о действиях и событиях создающих угрозу безопасности государства, а не юридическим фактом - поводом к проведению ОРМ.

Под ставшими известными, как правило, понимают «сведения, поступившие в правоохранительный орган по официально установленным каналам от заинтересованных лиц, а также полученные в результате инициативной поисковой работы оперативных аппаратов, которые облечены в документальную форму и зарегистрированы в установленном порядке» [11, с. 73].

Считаем, что соответствующий запрос ФАС России можно было бы считать формой предоставления в ФСБ России сведений, если бы не ряд обстоятельств.

Во-первых, указанный запрос фактически является юридическим фактом, и этим он схож с формально-определенным поводом к проведению ОРМ, предусмотренным п. 4 ч. 1 ст. 7 Закона об ОРД (запросы других органов, осуществляющих ОРД, по основаниям, указанным в настоящей статье). И как мы считаем, он, также как и основание п. 4 ч. 1 ст. 7 Закона об ОРД, не может считаться самостоятельным без ссылки на основание, указанное в пп. 2 п. 2 ч. 1 ст. 7 Закона об ОРД. Главным образом это связано с тем, совершение сделок и действий по установлению контроля над стратегическим обществом, действительно, в ряде случаев может повлечь угрозу безопасности РФ. Помимо самого запроса, основную информацию по сделке и о самом иностранном инвесторе содержит один экземпляр ходатайства, поданного в ФАС иностранным инвестором, направленного вместе с запросом (ч. 2 ст. 10 Закона N 57-ФЗ), что только подтверждает определяющий характер сделок и действий иностранных инвесторов по отношению к процедуре согласования.

Во-вторых, логично предположить, что если речь идет о получении сведений о действиях, создающих угрозу безопасности государства, то неверным было бы считать запрос ФАС России единственным источником получения соответствующих сведений.

К сожалению, однозначного ответа законодательство по этому вопросу не дает, а в исследованиях, как правило, отмечается возможность самостоятельного начала проведения ОРМ в сфере иностранных инвестиций в стратегические общества [3, с. 25; 5, с. 161].

Применительно к такой ситуации возникает ряд вопросов о том, что считать официально установленным каналом предоставления сведений от заинтересованных лиц, и кто ими собственно может быть, в каком порядке регистрировать и как их документировать.

Рассматривая ситуацию в том ключе, что иностранный инвестор, в нарушение норм Закона N 57-ФЗ, совершил заведомо ничтожную сделку или установил контроль над организацией и не обратился за согласованием установления контроля, может возникнуть ситуация, когда ФАС России определенный период времени не будет известно о совершении соответствующих неправомерных действий.

Соответственно, в указанный период ни о каком запросе не может идти и речи, но в этот период органы ФСБ России, в рамках возложенных на них полномочий, могут получить данные содержащие значимые с точки зрения Закона N 57-ФЗ сведения. К примеру, такие сведения могут быть случайно получены в результате осуществления оперативно-розыскной деятельности в связи с преступными деяниями отдельных лиц, или в результате осуществления контрразведывательной деятельности. Последнее вполне ожидаемо, т.к. КРД направлена на выявление, предупреждение, пресечение разведывательной и иной деятельности специальных служб и организаций иностранных государств, а также отдельных лиц, направленной на нанесение ущерба безопасности РФ.

К тому же иностранным государствам, международным организациям, а также находящимся под их контролем организациям, в том числе созданным на территории РФ, прямо запрещено совершать сделки, иные действия, влекущие за собой установление контроля над стратегическими обществами (ч. 2 ст. 2 Закона N 57-ФЗ).

Однако даже указанные обстоятельства не позволяют нам назвать модель самостоятельного начала осуществления ОРД в указанной сфере удачной, так как:

Во-первых, ФСБ России не является уполномоченным органом государственной власти в сфере иностранных инвестиций (ФАС РФ) и, соответственно, недостаточно компетентен оценивать применимость той или иной сделки с тем или иным обществом к сфере действия Закона N 57 -ФЗ. Даже иностранные инвесторы и представители стратегических обществ далеко не всегда способны однозначно определить, потребует ли сделка согласование или нет. Поэтому за период действия закона 137 из 372 всех ходатайств о согласовании сделки были возвращены заявителям как не требующие предварительного согласования [12].

Во-вторых, ведомственная Инструкция ФСБ России [13] не предусматривает возможность получения подобных сведений и не может применяться в рамках «получения иной информации о преступлениях и событиях, угрожающих личной и общественной безопасности» (пп. 2 п . 4 Инструкции), так как общественная безопасность не входит в перечень, предусмотренный пп. 2 п. 2 ч. 1 ст. 7 Закона об ОРД.

Таким образом, целесообразнее предусмотреть в ст. 13 Закона N 57 -ФЗ оперативный порядок предоставления в ФАС Росси из ФСБ России данных, ставших им известными в рамках осуществления иных видов деятельности, возложенных законом на ФСБ России, для проверки их юридической значимости. Если же такие сведения стали известны другим органам,

уполномоченным законом на осуществление ОРД, то такие сведения, как мы считаем, следует передавать на уровне взаимодействия органов, уполномоченных осуществлять ОРД.

Также мы считаем, что необходимо внести изменения в ст. 7 Закона об ОРД и добавить п. 7 ч. 1 ст. 7 следующего содержания:

«Запрос федерального органа исполнительной власти, уполномоченного на выполнение функций по контролю за осуществлением иностранных инвестиций в Российской Федерации в Федеральную службу безопасности, по основанию, указанному в пп. 2 п. 2 ч. 1 ст. 7 Закона об ОРД».

Соответствующие поправки в законодательство, как мы считаем, поспособствуют более эффективному, и в то же время более прозрачному с точки зрения законодательства, взаимодействию ФСБ России и ФАС России в рамках государственного контроля за осуществлением иностранных инвестиций в стратегические хозяйственные общества.

Список литературы

1. Федеральный закон от 29.04.2008 N 57-ФЗ (ред. от 4.11.2014) «О порядке осуществления иностранных инвестиций в хозяйственные общества, имеющие стратегическое значение для обеспечения обороны страны и безопасности государства» // Собрание законодательства РФ, 05.05.2008, N 18, ст. 1940.

2. Федеральный закон от 12.08.1995 N 144-ФЗ (ред. от 21.12.2013) «Об оперативно-розыскной деятельности» // Собрание законодательства РФ, 14.08.1995, N 33, ст. 3349.

3. Вагин О. А. Особенности проведения оперативно -розыскных мероприятий в сфере осуществления иностранных инвестиций в хозяйственные общества, имеющие стратегическое значение для обеспечения обороны страны и безопасности государства // Оперативник (сыщик). 2008. № 4 (17). С. 23 -28.

4. Кузнецов Е.В. Теоретические основы формирования отрасли оперативно-розыскного права. Дисс...канд. юрид. наук. Омск. 2014. 282 с.

5. Шумилов А.Ю. Оперативно-разыскная наука в Российской Федерации: монография. В 3 т.: Т. I: Оперативно -разыскная деятельность и формирование науки о ней. М., 2013.

6. Чужие здесь ходят // Российская газета, 27.11.2014. URL: http ://www.rg.ru/2014/11/27/investicii.html.

7. Киселев А.П. Комментарий к Федеральному закону от 12 августа 1995 г № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности» (Постатейный) / Киселев А.П., Васильев О.А. Саратов, 2011. 147c.

8. Рожкова М.А. Юридические факты гражданского и процессуального права: соглашения о защите прав и процессуальные соглашения. М., 2009.

9. Прямые инвестиции в Россию: как стимулировать зарубежных инвесторов. Пресс-конференция заместителя руководителя ФАС России Андрея Цыганова от 07. 06. 2013. [Электронный ресурс] // URL:

http://presscentr.rbc.ru/pressconf/2013/06/07/1042. (дата обращения: 19.01.2016).

10. Арутюнян. А. Силовики проверят инвесторов // ЭЖ-Юрист. 2008.

№ 30.

11. Комментарий к Федеральному закону Российской Федерации «Об оперативно-розыскной деятельности» / под. ред. А.И. Алексеева и В.С. Овчинского. М., 2013.

12. Осуществление иностранных инвестиций в хозяйственные общества, имеющие стратегическое значение. Презентация, июнь 2015, [Электронный ресурс] // URL: http://fas.gov.ru/documents/documentdetails.html?id=1921 (дата обращения: 19.01.2016).

13. Приказ ФСБ РФ от 16.05.2006 N 205 «Об утверждении Инструкции по организации в органах Федеральной службы безопасности приема, регистрации и проверки сообщений о преступлениях и иной информации о преступлениях и событиях, угрожающих личной и общественной безопасности» (Зарегистрировано в Минюсте РФ 09.10.2006 N 8364) / Российская газета, 20.10.2006, N 236.

Дубоносов Евгений Серафимович, д-р юрид. наук, проф, зав. кафедрой уголовного права и процесса, dubonosov1964@rambler.ru, Россия, Тула, Тульский государственный университет,

Малышев Александр Сергеевич, аспирант, alex.mal.71@yandex.ru, Россия, Тула, Тульский государственный университет.

INVESTIGA TIVE ACTIVITIES IN THE IMPLEMENTA TION OF FOREIGN INVESTMENTS IN ECONOMIC SOCIETIES HA VING STRA TEGIC VAL UE: THEORETICAL AND LEGAL ASPECTS

AND LEGAL FACTS E.S. Dubonosov, A.S. Malyshev

The article discusses the implementation of operational and investigative activities in the field of foreign investment in strategic economic society and legal analysis of the facts in this sphere. On the basis of the law on foreign investment in strategic economic society and legal facts that lead to the emergence of operatively-search legal relations in this sphere, clarifies the reasons for the production of operatively-search actions, as well as a number of recommendations for improving the current legislation.

Keywords: operational-investigative activity, operational-search legal relations, legal facts, foreign investment, strategic companies.

Dubonosov Eugene Serafimovich, Dr. jurid. Sciences, Professor, Head. Department of Criminal Law and Procedure, dubonosov1964@rambler.ru, Russia, Tula, Tula State University,

Malyshev Alexander Sergeyevich, graduate student, alex.mal.71@yandex.ru, Russia, Tula, Tula State University.