Компаративный анализ собирательных имен существительных русского, немецкого и английского языков и их передача с русского языка на немецкий и английский языки в художественном тексте

Вестник Челябинского государственного университета. 2019. № 1 (423). Филологические науки. Вып. 115. С. 178—187.

УДК 811.112 DOI 10.24411/1994-2796-2019-10126

ББК 81.2

КОМПАРАТИВНЫЙ АНАЛИЗ СОБИРАТЕЛЬНЫХ ИМЕН СУЩЕСТВИТЕЛЬНЫХ РУССКОГО, НЕМЕЦКОГО И АНГЛИЙСКОГО ЯЗЫКОВ И ИХ ПЕРЕДАЧА С РУССКОГО ЯЗЫКА НА НЕМЕЦКИЙ И АНГЛИЙСКИЙ ЯЗЫКИ В ХУДОЖЕСТВЕННОМ ТЕКСТЕ

Н. В. Ященко

Тольяттинский государственный университет, Тольятти

Статья посвящена сопоставительному исследованию собирательных имён существительных в русском, немецком и английском языках. Рассматриваются вопросы сходства и различия категории собирательности в разных языках, вопросы номинации, морфологическая структура собирательных имён, выделяются словообразовательные элементы с собирательным значением в трёх языках. Уделяется внимание вопросам передачи русских собирательных существительных в художественных текстах и словарях на английский и немецкий языки.

Ключевые слова: категория собирательности, собирательные имена существительные русского, немецкого, английского языков, производное слово, метонимия, словообразование, переводческие соответствия.

Категория собирательности представляется как «понятийная категория, выражающая трактовку некоторого множества как целостной, нечленимой совокупности однородных предметов» [15. С 473]. Большая часть отечественных лингвистов отмечает, что категория собирательности совмещает в себе черты единичных и общих понятий. В языке это находит отражение в том, что категория собирательности смыкается, с одной стороны, с грамматической категорией числа, а с другой — с лексической категорией массы (типа «масло», «пух», «медь» и т. п.) [10. С. 473]. Вопрос об отнесении некоторых имён вещественных к собирательным именам существительным до сих пор остаётся открытым. Вещественные и собирательные существительные близки друг к другу. К кругу слов вещественного значения, располагающих формами только единственного числа, примыкают слова, обозначающие овощи, злаки, произрастания, ягоды: репа, морковь, картофель, малина, крыжовник, овес, сено, зелень и т. п. [1. С. 132]. Однако А. Н. Гвоздев относит подобные существительные к собирательным именам, в то время как другие исследователи, следуя за В. В. Виноградовым, причисляют их к вещественным [2. С 160].

Итак, имена собирательные русского языка грамматически характеризуются отсутствием форм множественного числа, не могут сочетаться с количественными числительными, так как эти су-

ществительные не поддаются счёту. При них лишь могут употребляться неопределённо-количественные слова много, мало [14. С. 82].

А. А. Реформатский, исходя из того, что собирательные существительные представляют «по форме единственное», «по значению множественное число», представляет, что формообразование собирательного существительного имеет вид треугольника:

В таком треугольнике собирательное существительное соотносится с однокоренным словом, имеющим форму единственного и множественного числа. В некоторых случаях треугольник может быть построен на основе условных сопоставлений: молодой человек — молодые люди — молодёжь. Для некоторых слов в силу действия морфолого-семантических факторов треугольник вообще построить нельзя (бельё не всё белое) [8].

В германских языках, в частности в немецком и английском, собирательные существительные определяются как слова, единственное число которых охватывает несколько существ или вещей, выражая множественность [18; 20]. Некоторые германисты отмечают, что у собирательных су-

ществительных может образовываться форма множественного числа [3; 18; 19; 20].

Таким образом, в русском языке один из признаков собирательных существительных (отсутствие формы множественного числа) не находит отражения в германских языках: в немецком и английском языке собирательные существительные могут иметь форму множественного числа, а иногда и сами являются существительными во множественном числе.

Морфологическая структура собирательных имён может быть различной. И это можно проследить во всех трёх рассматриваемых языках. Это могут быть корневые слова (хлам, сор, мусор; crowd, herd; die Jugend, der Kram), слова с определёнными собирательными суффиксами (бельё, листва, детвора, родня; baronage, piracy; das Birkicht, die Aristokratie), также со словообразовательными средствами другой семантики в результате переноса значения (например, в слове администрация — administration — die Administration — суффикс -цц/7-tion не обладает собирательной семантикой, собирательное значение появляется при метонимическом переносе имени действия). Кроме того, метафорический и метонимический переносы также служат для образования собирательных существительных во всех трёх языках (весь городд).

Собирательные суффиксы относятся к словообразовательным, то есть они используются при образовании производных слов и могут выступать в качестве словообразовательного средства, или форманта [6. C. 242; 10. C. 171].

Производное слово определяется как слово, возникшее в результате аффиксального словообразования [6. C. 215]. Слова считаются производными только в том случае, если для них в языке есть соответствующая производящая основа [10. C. 171], то есть производное слово обязательно должно быть мотивировано другим словом, или соотноситься с ним формально и семантически.

Обобщая данные о собирательных суффиксах, освящённых в отечественной грамматике 1980 и в работах В. В. Виноградова и З. А. Потихи [1; 7; 9], в русском языке можно выделить большое количество суффиксов с собирательным значением: -(е)ств- (духовенство, учительство), -j- (старьё, вороньё), -н'- (родня, волосня), -няк/-ник- (березняк, ельник), -в- (братва, листва). Реже встречаются слова с суффиксами -ат/(ат)ур(а) (пролетариат, аппаратура), -ур(а)/-юр(а) (доцентура, профессура), -щин/-чин- (вторичное собирательное значение — полицейщина, солдатчина), -от/-ет-

(от абстрактных понятий — беднота, нищета), -ад/ -иада (аркада, олимпиада), -ик- (символика), -иан- (Чеховиана), -зи//-ци/- (буржуазия, интеллигенция), -ур/-атур- (профессура), -арщ- (инструментарий), ти) и rn'j (бытие и бытьё, житие и житьё, питие и питьё), н'j (враньё, жраньё (прост.), тканьё, варенье, соленье); -иц(а) (конница, вольница). В единичных случаях наблюдаются примеры с суффиксами -ёжь (молодёжь), -итет (генералитет), -инь) (ботвинья), -ач (кедрач), -ар(а)/ вор(а) (детвора, мошкара), -ярус (стеклярус), -изм (консонантизм), -аж (картонаж), -иль(я) (эскадрилья), -ай (урожай).

Некоторые суффиксы русского языка имеют коннотацию. По мнению В. В. Виноградова, образования с суффиксом -н'(а) иногда имеют презрительно-просторечный оттенок (матросня, солдатня), однако не во всех случаях (четверня, сотня, родня). Этот суффикс сочетается с основами имён существительных или собирательных числительных [1. C. 111]. В. В. Виноградов полагает, что слова с суффиксом -щин(а)/чин(а) производятся часто от имён лиц, деятельность которых служит характерным признаком эпохи, режима, общественных явлений, идейных направлений или выражает их сущность (обломовщина, карамазовщина, аракчеевщина). [1. C. 119]

Также значение собирательности могут получать имена существительные, образованные от прилагательных с помощью нулевого суффикса: зелень, дичь, голь, погань, нечисть, гниль, сушь (сухая земля), (сухие ветки), рвань, прель. Существительные женского рода третьего склонения имеют собирательное значение: овощ — овощь (собир.), зерно — зернь (устар.) [9. С. 224].

Таким образом, к ядру поля собирательности в русском языке можно отнести следующие суффиксы: -(е)ств(о); -j; -н' (а); -иан(а), ик(а), -и); -ур(а)/ атур(а); -в(а), -щин(а)/ чин(а); -от(а)/ет(а); -ежь; -инь); -ар(а); -вор(а). Такие суффиксы заключают в себе собирательное значение. Остальные суффиксы располагаются на периферии в разной степени удалённости от ядра.

Собирательные имена («Kollektiva», «Kollek-tivum», «Sammelname») немецкого языка также имеют ряд словообразовательных средств с собирательным значением. В большинстве грамматик выделяют следующие суффиксы с собирательным значением: -schaft, -tum, -ei/-erei, -heit [18; 19; 20]. В «Словаре словообразовательных элементов немецкого языка» насчитывается более двух десятков суффиксов с собирательным

значением [11]. М. Д. Степанова к продуктивным немецким суффиксам с собирательным значением относит суффиксы -ei/-erei (die Aktei), -keit/-igkeit/-heit (die Menschheit), -tum (das Bürgertum), -schaft (die Ritterschaft). Существительные с суффиксом -igkeit в собирательном значении употребляются во множественном числе (die Süßigkeiten — «сладости, кондитерские изделия»). Суффиксы -heit и -nis в немецком языке являются продуктивными, но с другими лексическими значениями. Выделяется один суффикс немецкого происхождения -icht, являющийся непродуктивным, но частотным (das Birkicht — «березняк» (die Birke — «берёза»); das Dickicht — «заросли, чаща» (dick— «толстый, густой»)) [11].

Заимствованных суффиксов с собирательным значением примерно в три раза больше, чем немецких, но для таких суффиксов как -enz, -tion, -ität, -ade, -erie значение собирательности, скорее всего, случайно [13. C. 45]. Из всего ряда заимствованных суффиксов лишь два являются продуктивными: -alien (употребляется во множественном числе) и -ik (die Archivalien; die Musikalien; die Mimik, die Symbolik).

Кроме вышеназванных выделяется ещё ряд непродуктивных заимствованных суффиксов: -ade /-iade; -age; -aille; -ar; -arium (-erium, -orium); -at (-iat); -ie; -thek; -um (ium); -ur/-tur, atur), -ismus, -iana.

В немецком языке суффиксы, как правило, не несут какой-либо экспрессивный оттенок, как в русском языке -j, -н' (я), -щин(а)/-чин(а), за исключением нечастотного заимствованного суффикса -aille, который имеет пренебрежительный оттенок (die Journaille — «презр. журналисты желтой прессы»).

Таким образом, можно выделить 6 продуктивных суффиксов немецкого языка: -ei/-erei, -keit/ -igkeit, -tum, -schaft, -alien и -ik.

Кроме суффиксов германисты, пользуясь термином, введённым М. Д. Степановой в 1953 году, выделяют такое словообразовательное средство как «полусуффиксы» («полуаффиксы»). Под полуаффиксом понимается словообразовательный элемент, являющийся промежуточной ступенью между самостоятельным словом и аффиксом, способный сочетаться с различными производящими основами [12. С. 61]. К «полусуффиксам» с собирательным значением грамматисты относят: -werk, -zeug, -gut, -kram, -material, -welt, -leute, -volk. Г. Пауль отмечает близость значения существительных с полусуффиксами -werk и -zeug к собирательному, но не относит их к собирательным

именам [21. C. 85]. В «Словаре словообразовательных элементов немецкого языка» приводится свыше семидесяти примеров с полусуффиксами (die Filmwelt — «киноработники, мир искусства», das Schuhwerk — «обувь», der Trodelkram — «разг. ветошь, старьё», das Bettzeug — «постельные принадлежности») [11].

Кроме вышеназванных словообразовательных средств в немецком языке для выражения подобной семантики существует префикс ge-. Вильгельм Шмидт определяет значение, придаваемое префиксом ge- как:

1) множество существ, которые имеют что-либо общее (das Getier — «животные, зверьё» — das Tier «животное»);

2) множество веществ (Gebâ lk — «балки»; Gepâck — «багаж») [22. C. 110].

Итак, в немецком языке словообразовательными средствами, выражающими собирательное значение, являются суффиксы, полусуффиксы и префикс ge-.

Категория собирательности в английском языке может быть выражена также, как и в русском и немецком языках, с помощью аффиксации. В английском языке, как и в немецком, наблюдается использование различных суффиксов (-ery(ry), -acy, -age). Как и в немецком языке, для образования собирательных имён существительных (collective nouns) существует ряд полусуффиксов (-dom, -ship, -ful, -hood) [3; 4]

Слова с суффиксом -ery (или его вариантом -ry) возникают в английском языке, начиная со второй половины XIII века (husbandry (1290) — «сельское хозяйство, земледелие; хлебопашество»). В настоящее время этот суффикс, образуя новые слова, может придавать различные значения собирательности (stationery — «канцелярские товары», jewelry — «ювелирные изделия», machinery — «машинное оборудование, детали машин»). Иногда суффикс —ery/-ry придаёт пренебрежительный оттенок: devilry «дьяволы» (собир.), beggary «нищие» (собир.), doggery «свора, собачьи повадки».

Суффикс -acy может выражать собирательное значение, обозначая группу, общность, коллектив (delegacy, piracy).

Другим словообразовательным средством для образования собирательных существительных английского языка выступает заимствованный суффикс из французского языка -age (umpirage, readerage, clientage, companionage, fruitage, cellarage, peerage). Кроме того, суффикс -age придаёт собирательное значение существительным,

присоединяясь к основам, обозначающим единицы измерения (tonnage, voltage, footage, poundage, — ср. рус. километраж, тоннаж, метраж и др.).

В результате переразложения словосочетаний типа a cup full of milk < a cupful of milk в английском языке появились собирательные существительные с полусуффиксом -ful. Существительные с -ful выражают значение «количество (объём, полнота), которое может помещаться в том, что обозначает словообразующая основа» (spoonful «полная ложка чего-л.»; spaderful «полная лопата чего-л.»; handful «полная горсть»).

Ряд производных собирательных существительных английского языка образуется с помощью полусуффикса -ship, который сочетается с именными основами, обозначающими лиц или населённые пункты (fellowship «товарищество, братство, корпорация», partnership «товарищество, компания»). Выражая значение должности, профессии, звания, чина, полусуффикс -ship в некоторых случаях также может иметь собирательное значение: readership «читатели (собир.)», chancellorship «канцелярия (собир.)» [4].

В некоторых случаях к именным основам присоединяется полусуффикс -hood, выражающий значение состояния, положения или отношения того лица, на которое указывает основа (brotherhood «люди одной профессии, профсоюз железнодорожников (амер.)», womanhood «женский пол, женщины», priesthood «духовенство», neighborhood «соседи (собир.)»).

Таким образом, категория собирательности в английском языке является категорией, которая находит так же, как и в русском и немецком языках, суффиксальное выражение. Среди частотных суффиксов и полусуффиксов английскими лексикологами выделяются -dom, -ery/ry, -age, -ship, к менее используемым относятся -ful, -hood.

Итак, как в русском языке, так и в немецком и английском языках существуют определённые словообразовательные форманты, которые придают словам собирательное значение. Среди них выделяются суффиксы с ярко выраженным собирательным значением и с менее выраженным, частотные и менее частотные суффиксы. Средствами выражения категории собирательности в русском языке служат суффиксы -(е)ств(о); -j; -н' (а); -иан(а), ик(а), -uj; -ур(а)/атур(а); -в(а), -щин(а)/чин(а); -от(а)/ ет(а); -ёжь; -инь]; -ар(а); -вор(а), в английском языке — суффиксы (-ery(ry), -age) и полусуффиксы (-dom, -ship, -ful, -hood), в немецком языке — суффиксы (-ei /-erei, -keit/-igkeit, -tum, -schaft, -alie, -ik),

полусуффиксы (-werk, -zeug, -gut, -kram, -material, -welt, -leute, -volk), префикс ge-. В русском языке некоторые суффиксы могут придавать коннотацию собирательным существительным (-н'(а), -щин(а)/ чин(а)), в германских языках примеры таких производных редки (в немецком — это собирательные существительные с суффиксом -aille, в английском языке — с -ery/ry). Кроме того, среди собирательных существительных выделяются слова с переносным значением и непроизводные. Следует отметить, что в русском языке собирательные существительные не имеют формы множественного числа и это является одним из их основных признаков, а в рассматриваемых германских языках они могут иметь форму множественного числа. В связи с такой грамматической разницей вызывает интерес вопрос передачи русских собирательных существительных в переводе на германские языки.

При переводе отдельных языковых единиц возникает проблема переводческих соответствий, поиска возможных вариантов перевода для определённых лексических групп, по-разному выражаемых в разноструктурных языках. Итак, при передаче значения слова в переводе в некоторых случаях производится выбор между несколькими возможными вариантами перевода. Согласно В. Н. Комиссарову, единица переводящего языка (ПЯ), регулярно используемая для перевода данной единицы исходного языка (ИЯ), называется переводческим соответствием. Переводческие соответствия могут устанавливаться между единицами разного и одного и того же уровня языковой структуры. Поэтому различаются лексические, фразеологические и грамматические соответствия [5].

Так как категория собирательности является категорией лексической, рассмотрим подробно виды лексических соответствий и способы их образования. Лексические соответствия могут быть единичными или множественными. Единичное соответствие означает, что в большинстве случаев данная единица ИЯ переводится одной и той же единицей ПЯ (oxygen — «кислород», Senator — «сенатор»). Многие единицы ИЯ имеют множественные соответствия — несколько единиц ПЯ, регулярно используемых для передачи их значений (importance — «важность, значение или значимость») [5. С. 167 и сл.]. Переводчик делает выбор между такими соответствиями на основе лингвистического или ситуативного контекста.

В ряде случаев условия употребления языковой единицы в контексте вынуждают переводчика

отказаться от использования регулярного соответствия и найти вариант перевода, наиболее точно передающий значение этой единицы в данном контексте, такой исключительный способ перевода называется окказиональным соответствием. Среди таких соответствий выделяются: соответствия-заимствования (воспроизводящие в ПЯ форму иноязычного слова: know-how — ноу-хау), соответствия-кальки (воспроизводящие морфемный состав слова или составные части словосочетания: brain drain — утечка мозгов), соответствия-аналоги (создаваемые путём использования единиц ПЯ, не вполне соответствующих по значению исходным единицам, но способных их заменить в конкретном случае), соответствия — лексические замены, создаваемые с помощью одного из видов переводческих трансформаций [5].

В рассматриваемом материале частотны лекси-ко-семантические замены: конкретизация (замена слова оригинала в переводе словом с более узким значением), генерализация (замена слова оригинала в переводе словом с более широким значением) и модуляция (логически выводимое значение языковой единицы из контекста в результате смыслового развития). Кроме того, можно выделить грамматические замены (изменение грамматической формы собирательного существительного — части речи, числа), а также преобразование лексико-грамматического уровня — описательный перевод (описание смысла с использованием более громоздких грамматических конструкций). Некоторые вопросы перевода были освещены автором в несколько иных ракурсах в других работах [16; 17].

Материалом исследования послужили оригинальные произведения русских классиков: И. С. Тургенева («Записки охотника», «Отцы и дети», «Накануне»), А. С. Пушкина («Повести Белкина», «Пиковая дама», «Капитанская дочка»), А. И. Куприна («Олеся», «Гранатовый браслет» и др.), М. Е. Салтыкова-Щедрина и их переводы на английский (Степан Апресян — повести А. И. Куприна, Константин Рудаков — произведения И. С. Тургенева, Нат Доддингтон — проза А. С. Пушкина) и немецкий (Владимир и Элизабет Вонзиански — романы и повести И. С. Тургенева, Йоханес фон Гюнтер — проза А. С. Пушкина и И. С. Тургенева, Михаэль Пфейфер — произведения А. С. Пушкина, Гейнц Кюберт — сказки М. Е. Салтыкова-Щедрина) языки. Методом сплошной выборки из художественных произведений классиков было выделено более 200 соби-

рательных имён существительных, из них около 120 производных, около 100 переносных существительных, 14 непроизводных. При этом английских и немецких словарно-текстовых соответствий найдено более чем в два раза. Иногда в разных контекстах одно и то же русское собирательное существительное передаётся разными вариантами, при этом могут использоваться различные множественные соответствия, либо употребляться окказиональные. По словарям были выделены неиспользованные в текстах варианты перевода упоминаемых собирательных существительных.

При передаче собирательных существительных на германские языки используются единичные, множественные и окказиональные соответствия. Доля единичных соответствий составляет наименьшую часть (порядка 10 %: около 8 % — при переводе на английский язык, чуть больше 11 % — при переводе на немецкий язык). В основном это собирательные имена существительные, представляющие метонимический перенос, как правило, имена собственные, подразумевающие людей, живущих в той или иной местности (Россия — Russia, Russland; Франция — France, Frankreich), среди них также группа собирательных существительных с заимствованными суффиксами (артиллерия — artillery, die Artillerie; кавалерия — cavalry, die Kavallerie). Данные примеры демонстрируют полную корреляцию во всех трёх языках, однако далее примеры могут различаться, так как не всегда в английском и немецком языках одно и то же собирательное существительное переводится одинаковыми типами соответствий.

Большую по численности группу в исследуемом материале представляют окказиональные соответствия, при этом при передаче на английский язык они используются несколько чаще (в 40 % случаев), а при переводе на немецкий язык — в 33 %.

Среди окказиональных соответствий при переводе на английский язык найдено лишь одно соответствие-заимствование (мужик — muzhik), остальные соответствия — лексические замены, создаваемые с помощью переводческих трансформаций.

При переводе на английский язык часто используется приём грамматической замены, который встречается почти в трети примеров замен. При этом частотна замена категории числа, что связано с определением собирательности в разных языках (детвора — children «дети», заяц — hares (hare — «заяц»), турка — Turks (Turk — «турок, турчанка»), ракитник — willows (willow — «ива, ивняк, лоз-

няк»), бабьё — women (woman — «женщина, баба», барство — masters (master — «хозяин, господин»), прислуга — servants (servant — «слуга, прислуга»), урожай — crops (crop — «урожай»), всячина — things (thing — «вещь, предмет»). Некоторые существительные наряду с изменением формы числа приобретают также конкретизирующее значение (кофе — coffee-beans «кофейные бобы», бельё — lingeries «дамское бельё», общество — picnickers «участники пикника», прислуга — waiters «официанты», оружие — forces «forces — войска»). Несколько собирательных существительных при переводе на английский язык изменяют часть речи (состояние — well off «состоятельный, богатый», наследство — had inherited «унаследовал»).

Чуть реже при переводе на английский язык используется преобразование лексико-граммати-ческого уровня — описательный перевод, который составляет около 25 % процентов окказиональных соответствий (мелочь — the small change, зелье — evil spells, нечисть — evil thing, сушенье —dried delicacy, соленье — salted delicacy, братия —fellow-countrymen).

Остальная часть примеров перевода на английский язык в нашем материале представлена лексическими трансформациями, среди которых были выделены: приём конкретизации ((зрительная) зала — audience «публика, зрители, аудитория», слобода — set «набор, комплект, группа», громада —people «народ, население, жители», товар — haberdashery «галантерейные товары», молодняк — undergrowth «подлесок, подлесье, подрост», скотина — cattle «крупный рогатый скот»); приём генерализации (изба — room «помещение, комната», околоток — neighborhood «округа, квартал, окрестность, соседство», губерния — province «область, район, территория», беллетристика — literature «литература»); приём модуляции (град — shower «ливень, ливневый дождь», гурьба — a band «отряд, банда, шайка», мужик — peasant «крестьянин, сельский житель»).

Среди окказиональных соответствий при переводе с русского языка на немецкий язык найдено также одно соответствие-заимствование (мужик — Muschik), остальные языковые единицы представляют собой лексические замены разных уровней. В отличие от перевода на английский язык среди лексических трансформаций в единичных случаях встречается приём генерализации, а преобразования в основном происходят за счёт конкретизации значений (тварь (ручная) — das Getier (das Getier — «животные»), гурьба — eine Rotte

«толпа, сборище, банда, шайка», глушь — Wildnis «дикая местность, заросли», Dickicht «чаща, заросли, дебри», листва — die Laubdecke (die Decke «покров», das Laub «листва, зелень»)) или модуляции / смыслового развития (дворня — die Masse «масса, множество; уйма, куча; груда, скопление; толпа, народные массы», ветошь —das Ding «вещь, дело», дичь — die Beute «добыча; трофей; приз»). Такие преобразования составляют 40 % окказиональных соответствий.

С помощью описательного перевода на немецкий язык также переводится большое количество собирательных существительных (около трети окказиональных соответствий). При этом описание достигается либо за счёт использования сложного слова (происходит семантическое свёртывание — несколько слов с разным значением сочетаются для создания одного слова с новым значением), либо словосочетания (капустник — das Kohlbeet (der Kohl «капуста», das Beet «грядка»), малинник — eines Beerengartens (die Beere «ягода», der Garten «сад»), сушеньем — geräucherten Gerichten (geräuchert «копчёный», das Gericht «блюдо, кушанье»), соленьем — gesalzenen Gerichten (gesalzt «солёный, засоленный»), семейство — Weib und Kind «баба и ребёнок», на золоте — von goldenen Schüsseln «с золотых мисок»).

Грамматическая замена составляет более четверти окказиональных соответствий — замен, в основном существительные изменяют категорию числа: единственное число на множественное (люд — die Leute (mit Leuten), die Menschen, дурачьё — die Narren, родня — die Verwandten, мужик — die Bauern). Имеется также один случай, когда изменяется часть речи — вместо существительного «наследство» употребляется глагольная форма hatte geerbt «унаследовал» (такое явление наблюдается и в английском языке).

Наибольшее количество собирательных существительных представлено в переводе множественными соответствиями (52 % случаев при передаче на английский язык, 56 % при передаче на немецкий язык), хотя при передаче на английский язык существует больше вариантов перевода, но по количеству слов — собирательных существительных английские варианты превосходят немецкие. С помощью множественных соответствий передаются русские собирательные существительные различной структуры (производные, переносные — метонимии, корневые). В некоторых случаях можно проследить полную корреляцию. Так, например, большая часть

русских производных собирательных существительных с частотными суффиксами имеет варианты существительных с собирательными суффиксами или полусуффиксами в английском и немецком языках (общество — society, company, association, community; die Gesellschaft, die Gemeinschaft; человечество — mankind, humanity; die Menschheit, das Menschentum, das Menschenvolk). В немецком языке для многих собирательных существительных русского языка с суффиксом -(е)ств существуют существительные с суффиксом -schaft (хозяйство — die Wirtschaft, наследство — die Erbschaft, общество — die Gesellschaft). При этом в английском языке для этих слов есть также производные существительные с аффиксами собирательного значения: полусуффиксами -hold,-dom, суффиксами -ry, -age (хозяйство — household, husbandry; наследство — heritage, heirdom). Чуть реже находим переводы с другими немецкими суффиксами -heit, -tum (человечество — die Menschheit; имущество — das Eigentum), а в английском языке -y (человечество — mankind; humanity имущество — property). Также большая часть русских непроизводных собирательных существительных имеет непроизводные множественные соответствия в германских языках (хлам — trush, junk, der Müll, der Kram).

Однако часто русское собирательное существительное передаётся словарно зафиксированным одним из множественных соответствий — сложным существительным или словосочетанием в германских языках (березняк — thick stand of birch trees, birch forest, die Birkenwald; орешник — hazel-wood, der Haselbusch).

Следует обратить внимание на такое явление, как перевод различных русских собирательных существительных одним английским эквивалентом, в результате чего данные слова могут относиться как к одной группе, так и к разным группам переводческих соответствий. Например, при переводе собирательных существительных «начальство» и «правительство» употребляется один английский эквивалент «authorities» (приём грамматической замены). В другом случае «зелень» и «листва» переводятся на английский язык как «foliage», при этом если при переводе слова «листва» используется приём выбора одного из множественных соответствий, то при переводе слова «зелень» происходит лексическая замена за счёт конкретизации. Собирательные имена «дождь» и «град» (метафорический перенос) переводятся как «shower», в первом случае также выбирается одно из множественных соответствий, во втором

происходит лексическая замена путём модуляции. Английский эквивалент «band» использовался при переводе существительного «оркестр» (выбор одного из множественных соответствий) и «гурьба» (приём модуляции).

При переводе русских слов «общество» и «семейство» на немецкий язык используется один эквивалент «die Gesellschaft», при этом в первом случае это множественное соответствие, во втором — приём модуляции. При переводе слов «ворона» и «вороньё» используется соответствие «die Krähen» (грамматическая замена числа). При переводе слов «дичина» и «пища» используется немецкий эквивалент «Fleisch» (приём конкретизации).

Таким образом, было выявлено, что при переводе собирательных существительных разной морфологической структуры, как правило, преобладают множественные переводческие соответствия, их выбор в переводах составляет 52 % в английском языке и 56 % в немецком языке, чуть реже переводчики прибегают к подбору окказиональных соответствий (в 40 % примеров при переводе на английский язык, в 33 % при переводе на немецкий язык), что связано со стилем рассмотренных текстов и стремлением переводчиков более точно передать смысл художественного текста. Среди окказиональных соответствий наиболее часто используются лексические замены, при образовании которых довольно часто используются приёмы грамматической замены (числа, части речи), описательного перевода и конкретизации, однако достаточно редко используются приёмы генерализации и модуляции.

Меньше всего в исследуемом материале было найдено единичных соответствий, что можно объяснить тем, что в художественных текстах используется лишь небольшое количество однозначных слов, собственных имён и названий, а в случае использования имени собственного для выражения собирательного значения оно, как правило, приобретает переносный смысл и передаётся описательной конструкцией.

Итак, при переводе собирательных существительных разной морфологической структуры можно говорить лишь о частичной структурной корреляции в немецком и английском переводе, при этом совпадающие по структуре варианты, как правило, зафиксированы в словаре как множественные или единичные соответствия.

Список литературы

1. Виноградов, В. В. Русский язык: Учебное пособие для вузов II Отв. ред. Г. А. Золотова. — 3-е изд., испр., M.: Высшая школа, 198б. — б40 с.

2. Гвоздев, А. Н. Современный русский литературный язык. Часть 1. Фонетика и морфология I

A. Н. Гвоздев — M., изд. 3-е: Просвещение, 19б7. — 250 с.

3. Дубенец, Э. M. Лексикология современного английского языка: лекции и семинары I Э. M. Дубе-нец — M.: «Глосса-Пресс», 2002. — 92 с.

4. Каращук, П. M. Словообразование английского языка: Учеб. пособие I П. M. Каращук — M.: «Высш. Школа», 1977. — 303 с.

5. Комиссаров, В. Н. Современное переводоведение: Учеб. пособие I В. Н. Комиссаров— M.: ЭТС, 2004. — 424 с.

6. Немченко, В. Н. Современный русский язык: Словообразование I В. Н. Немченко. — M.: Высш. шк., 1984. — 255 с.

7. Потиха, З. А. Современное русское словообразование I З. А. Потиха — M.: Просвещение, 1970. — 384 с.

8. Реформатский, А. А. Число и грамматика II Лингвистика и поэтика I А. А. Реформатский. — M., 1987. — С. 7б—б7

9. Русская грамматика: в 2 т. I ред. кол.: Н. Ю. Шведова (гл. ред.) и др. — M.: Наука, 1980. — Т. 1.

10. Словарь — справочник лингвистических терминов I Д. Э. Розенталь, M. А. Теленкова. — M.: Просвещение, 197б. — 543с.

11. Словарь словообразовательных элементов немецкого языка I А. Н. Зуев, И. Д. Mолчанова, Р. З. Mурясов и др. II Под рук. M. Д. Степановой. — 2-е изд, стереотипное. — M.: Рус. яз., 2000. — 53б с.

12. Степанова, M. Д. Словообразование современного немецкого языка I M. Д. Степанова; под ред. Т. В. Строевой. — Изд. 2-е, испр. — M.: URSS, 2007. — 344 с. — (Из лингвистического наследия M. Д. Степановой).

13. Федорцова, В. Н. Интернациональные модели в современном немецком словообразовании I

B. Н. Федорцова. — Самара: Изд-во пед. инс-та, 1991. — 80 с.

14. Чеснокова, Л. Д. Связи слов в современном русском языке: Пособие для учителей I Л. Д. Чесноко-ва. — M.: Просвещение, 1980. — 110 с.

15. Ярцева, В. Н. Собирательности категория II Лингвистический энциклопедический словарь (ЛЭС) I под ред. В. Н. Ярцевой. — M.: Советская энциклопедия, 1990. — б85 с.

16. Ященко, Н. В. Перевод русских производных собирательных имен существительных на английский язык I Н. В. Ященко II Апробация: ежемесячный научно-практический журнал. Теоретические и практические проблемы развития современной науки: сборник материалов IX международной научно-практической конференции. — Mахачкала: ООО «Апробация», 2015. — 244 с. — С. 124—130

17. Ященко, Н. В. Собирательные существительные с переносным значением русского языка и их перевод на английский язык I Н. В. Ященко II Язык и культура: сборник материалов XXVIII Mежду-народной научно-практической конференции I Под общ. ред. С. С. Чернова. — Новосибирск: Изд-во ЦРНС, № 28, 2017—204 с. — С. 13б—144.

18. Duden. Grammatik der deutschen Gegenwartssprache. — Leningrad, 19б2. — 704 S.

19. Erben, J. Einführung in die deutsche Wortbildungslehre I J. Erben. —2., durchges. u. verm. Aufl. — Berlin: Schmidt, 1983—170 S.

20. Jung, W. Grammatik der deutschen Sprache I W. Jung. — Leipzig: VEB Bibliographisches Institut, 1971. — 518 S.

21. Paul, H. Deutsche Grammatik. Bd. V. Wortbildungslehre. — Halle (Saale): M. Niemeyej, 1957. — 172 S.

22. Schmidt, W. Deutsche Sprachkunde. — Berlin: Volk und Wissen, 1982. — 344 S.

Сведения об авторе

Ященко Наталья Валериевна — кандидат филологических наук, доцент кафедры теории и практики перевода, Тольяттинский государственный университет. Тольятти, Россия. yash63@yandex.ru

Bulletin of Chelyabinsk State University.

2019. No. 1 (423). Philology Sciences. Iss. 115. Pp. 178—187.

THE COMPARATIVE ANALYSIS OF COLLECTIVE NOUNS IN THE RUSSIAN, GERMAN AND ENGLISH LANGUAGES AND THEIR TRANSFER FROM RUSSIAN LANGUAGE INTO GERMAN AND ENGLISH

N.V. Yashchenko

Togliatti State University, Togliatti, Russia, yash63@yandex.ru

The article is devoted to comparative study of the collective nouns in Russian, German and English. The issues of similarities and differences in the category of collectivity in different languages are considered, the questions of the nomination and morphological structure of the collective nouns are emphasized. Word-formation elements for the collective nouns are determined in three languages. Metonymic nouns are studied. Much attention is paid to the questions of translation of the Russian collective nouns in imaginative texts and dictionaries into the English and German languages. Correlations in the translation of collective nouns from Russian into English and German are established.

Keywords: category of collectivity, collective nouns of the Russian, German, English languages, derivative word, metonymy, word-formation, translation compliances.

References

1. Vinogradov V.V. Russkij yazyk: uchebno-metodicheskoe posobije. [Russian] edition by Zolotova. — the 3rd ed., rev. — Moscow: Vysshaya shkola, 1986. 640 p.

2. Gvozdev A.N. Sovremennyj russkij literaturnyj yazyk [Modern Russian literary language]. Part 1. Pho-netika i morphologiya [Phonetics and morphology] / A.N. Gvozdev. — M., the 3rd ed.: Prosveshchenije, 1967. 250 p.

3. Dubenets E.M. Lexikologiya sovremennogo anglijskogo yazyka: lektsii i seminary [Lexicology of modern English: lectures and seminars] / E.M. Dubenets — M .: «Glossa-Press», 2002. 192 p.

4. Karashchuk P.M. Slovoobrazovanije anglijskogo yazyka [English word-formation]. Textbook. / P.M. Karashchuk — M .: «Vysshaya shkola», 1977. 303 p.

5. Komissarov V.N. Sovremennoe perevodovedenije: uchebnoe posobije [Modern translation studies] / Komissarov V.N. — Moscow: ETS, 2004. 424 p.

6. Nemchenko V.N. Sovremennyj russkij yazyk: Slovoobrazovanije [Modern Russian language: Word-formation] / V.N. Nemchenko. — M .: «Vysshaya shkola», 1984. 255 p.

7. Potiha Z.A. Sovremennyj russkoe slovoobrazovanije [Modern Russian word-formation] / Z.A. Potiha — M .: Prosveshchenije, 1970. 384 p.

8. Reformatskiy A.A. Chislo i grammatika [Number and grammar] // Lingvistika i poetika [Linguistics and poetics] / A.A. Reformatskiy. — M., 1987, pp. 76—87

9. Russkaya grammatika: v 2-h tomah. T1 [Russian grammar] // Ed. by: N.Yu. Shvedova

10. Slovar' — spravochnik lingvisticheskih terminov [Dictionary — the directory of linguistic terms] / D. E. Rosenthal, M. A. Telenkova. — Moscow: Prosveshchenije, 1976. 543 p.

11. Slovar ' slovoobrazovatel 'nyh elementov nemetskogo yazyka [Dictionary of the German derivational elements] / A. N. Zuev, I. D. Molchanova R. Z. Muriassov et al .; under the hands. M. D. Stepanova. — the 2nd ed, stereotyped. — Moscow: Rus. Yaz., 2000. 536 p.

12. Stepanova M.D. Slovoobrazovanije sovremennogo nemetskogo yazyka [Word-formation of the modern German language] / M.D. Stepanova; ed. by T.V. Stroeva. — the 2nd ed., corrected. — Moscow: URSS, 2007. 344 p.

13. Fedortsova V.N. International'nye modeli v sovremennom nemetskom slovoobrazovanii [International models in modern German word-formation] / V.N. Fedortsova. — Samara: Izd-vo ped. ins-ta., 1991. 80 p.

14. Chesnokova L.D. Svyazi slov v sovremennom russkom yazyke: Posobie dlya uchitelej [Relationships of words in modern Russian: A Handbook for Teachers] / L. D. Chesnokova. — Moscow: Prosveshchenije, 1980. 110 p.

15. Yartseva V.N. Kategoria sobiratel'nosti [Category of collectivity] // Lingvisticheskij entsiklopedicheskij slovar' LES [Linguistic Encyclopaedic Dictionary LES] / ed. V. N. Yartseva. — Moscow: Soviet Encyclopedia, 1990. 685 p.

16. Yashchenko N.V. Perevod russkih sobiratel'nyh imjon sushchestvitel'nyh na anglijskij yazyk [Translation of Russian derivative collective nouns into English] / N. V. Yashchenko // Approbation: monthly scientific and practical journal. Theoretical and practical problems of the development of modern science: a collection of materials of the IXInternational Scientific and Practical Conference. — Makhachkala: OOO «Aprobatsiya», 2015, pp. 124—130

17. Yaschenko N.V. Sobiratel'nye sushchestvitel'nye s perenosnym znachenijem russkogo yazyka i ih perevod na anglijskij yazyk [Semantic derivative collective nouns of the Russian language and their translation into English] / N.V. Yaschenko // Language and Culture: a collection of materials of the XXVIII International Scientific and Practical Conference / Under the Ed. S.S. Chernov. — Novosibirsk: Publishing house of the CRNS, 2017, no. 28, pp. 136—144

18. Duden. Grammatik der deutschen Gegenwartssprache. — Leningrad, 1962. — 704 S.

19. Erben J. Einführung in die deutsche Wortbildungslehre / J. Erben. — 2., durchges. u. verm. Aufl. — Berlin: Schmidt, 1983—170 S.

20. Jung W. Grammatik der deutschen Sprache / W. Jung. — Leipzig: VEB Bibliographisches Institut, 1971. — 518 S.

21. Paul H. Deutsche Grammatik. Bol. V. Wortbildungslehre. — Halle

22. Schmidt W. Deutsche Sprachkunde. — Berlin: Volk und Wissen, 1982. — 344 S.