2016. 04. 031. Сарапулов А. Н. Средневековое земледелие пермского Предуралья по археологическим данным. - Пермь: Пермский гос. Гум. -пед. Университет, 2015. - 170 с

АРХЕОЛОГИЯ

2016.04.031. САРАПУЛОВ АН. СРЕДНЕВЕКОВОЕ ЗЕМЛЕДЕЛИЕ ПЕРМСКОГО ПРЕДУРАЛЬЯ ПО АРХЕОЛОГИЧЕСКИМ ДАННЫМ. - Пермь: Пермский гос. гум.-пед. университет, 2015. -170 с.

Ключевые слова: Пермское Предуралье, У11-ХУ вв.; земледелие; археологические данные.

Монография доцента исторического факультета Пермского государственного гуманитарно-педагогического университета, канд. ист. наук А.Н. Сарапулова посвящена такой важной отрасли средневекового хозяйства, как земледелие. Исследование охватывает территории Верхнего и Среднего Прикамья в УП-ХУ вв. Книга состоит из введения, пяти глав и заключения.

В рассматриваемый период, как отмечает автор во введении, территория пермского Предуралья была заселена последовательно носителями двух археологических культур - ломоватовской и ро-дановской. Верхней границей периода является начало активной миграции русских переселенцев, которая оказала сильное влияние на культуру и хозяйство местного населения.

Первая глава посвящена истории изучения темы, характеристике ее источников, а также природной среды этого региона. Первая специальная работа по истории земледелия Пермского края появилась еще в конце XIX в. В дальнейшем, начиная с 1950-х годов, публикуются исследования, сделанные на материале обширных раскопок. А.Н. Сарапулов выделяет следующие дискуссионные проблемы: время перехода к пашенному земледелию (X или конец XI - XII в.) и истоки пермского земледелия (булгарское или русское влияние) (с. 12). Источниками являются археологические находки, связанные с земледелием, - различные орудия труда, а также сосуды и ямы для хранения зерна, культовые комплексы, палеоботанические материалы. Обращаясь к природным условиям региона, которые, по мнению автора, были в рассматриваемое время близки к современным, он выделяет на территории пермского Предуралья три природно-географических микрорайона, соответствующих ареалу родановской культуры. Природные условия здесь достаточно суровы, территория относится к районам рискованного

земледелия. Поселения в пределах исследованной зоны располагаются компактными группами, между которыми находятся обширные незаселенные пространства. Их размещение во многом определялось наличием удобных для жизни и хозяйства земель - не занятых болотами, не затопляемых реками и т.д. Это были прежде всего мысы и речные террасы.

Переходя во второй главе к системам земледелия, известным в средневековье в этом регионе, автор отмечает, что на территории Предуралья подсечное земледелие предположительно появляется еще у носителей ананьинской культуры и впоследствии продолжает использоваться местным населением до начала XX в. Его использование приводило к неполной оседлости, поскольку требовалось искать новые угодья и менять места поселения. Система перелога, когда утратившее плодородие поле забрасывалось на несколько лет, предположительно стала применяться населением ло-моватовской культуры в I тысячелетии н.э. Она сочеталась с ручной обработкой земли, поскольку пахотные орудия появляются на территории Предуралья только на рубеже I и II тысячелетий н.э. С их появлением у местного населения устанавливается новая система земледелия. Автор соглашается с мнением, высказанным ранее М.В. Талицким, что она «напоминала приемы пользования земли коми-пермяками до XIX в. при недостатке удобрений, - так называемые шутемы». Это разновидность перелога, когда распахиваются лесные делянки, где рожь сеют «прямо между пнями», без расчистки поля. После примерно пяти лет использования поле забрасывается для восстановления плодородия (с. 37). Подсечно-огневой способ при этом мог продолжать использоваться, но уже не как основной, а для расчистки новых делянок. Более продуктивная паровая система земледелия появилась только с приходом русских переселенцев.

Информацию о системах земледелия может давать также анализ состава зерен, найденных на поселениях ломоватовской и родановской культур. А.Н. Сарапулов считает наиболее эффективным методом изучение не только образцов из специализированных ям-хранилищ, но и образцов, выделенных из культурного слоя методом флоттации (промывки). Изучение серии подобных образцов, происходящих с селища Запоселье I и Рождественского городища, показывает, что основными культурными злаками были рожь,

пшеница различных видов, в меньшей степени овес, из технических культур были известны лен и конопля. Ряд видов зерновых мог быть заимствован из Волжской Булгарии, другие - с территории Древней Руси.

В третьей главе рассмотрены формы земледелия, которые делятся по основному используемому земледельческому орудию на беспашенное (мотыжное) и пашенное земледелие; последнее также имеет несколько форм. Судя по находкам каменных наконечников мотыг мотыжное земледелие появляется в Предуралье в бронзовом веке и получает развитие в последующие периоды, когда мотыги изготавливаются из металла и кости. Они, по мнению А.Н. Сарапу-лова, хорошо сочетались с подсечно-огневой формой земледелия, так как подходили для рыхления земли, насыщенной корнями. Железные мотыги встречаются и в средневековых памятниках; все они принадлежат к типу втульчатых мотыг, широко распространенных на территории лесной полосы Восточной Европы.

Изучение вопроса о возникновении пашенного земледелия, как отмечает автор, наталкивается на серьезные трудности, поскольку находки пахотных орудий редки. Металлические ральни-ки, найденные в археологических комплексах, датируются временем не ранее конца XI - XII в. При этом они неизвестны в этнографических материалах - «так как, скорее всего, с массовым проникновением русского населения... пахотные орудия с железными ральниками выходят из употребления, а заменяет их более удобная для лесных почв... русская соха» (с. 54).

Появление пашенного земледелия повлекло за собой многие другие изменения в системе хозяйства. Повышение урожайности вызвало появление ям-зернохранилищ, а возросшее значение земледелия отразилось и на духовной культуре: ральники используются в погребальном обряде; на поселениях появляются культовые комплексы, где встречены жернова и зерна.

Рассматривая различные системы классификации наконечников пахотных орудий, автор останавливается на системе, разработанной Ю.А. Красновым (с уточнениями, предложенными позже другими исследователями). В основу ее положен функциональный принцип (как выглядело пахотное орудие и каков был механизм его работы), а не формальные признаки. А.Н. Сарапулов рассматривает 99 металлических наконечников пахотных орудий. Все они

по данной классификации относятся к одному отделу (втульчатые) и группе внутри него (наконечники рала, или ральники). Внутри выделяется небольшая подгруппа «роговых» ральников с ярко выраженными боковыми выступами-«рогами». Все остальные составляют единую подгруппу, где различия в форме объясняются индивидуальными приемами и методами работы мастеров. Автор также предлагает реконструкцию соответствующих им пахотных орудий -однорукояточных прямогрядильных рал с горизонтальным (или близким к нему) положением полоза.

Большая часть ральников найдена на территории северного варианта родановской культуры, в то время как большинство серпов и кос - на территории южного. Такая ситуация, по мнению автора, свидетельствует о том, что «масштабы распространения земледелия были выше в северных районах, а уровень земледельческого хозяйства выше в южных», где значительную роль играло также скотоводство (с. 64).

Четвертая глава посвящена орудиям для сбора и обработки урожая зерна, а также способам его хранения в средневековом Предуралье. Серпы и косы встречаются на данной территории в небольшом количестве и широкое распространение получают, по-видимому, уже после прихода русских переселенцев. Этнографические материалы показывают, что для сбора урожая (подламывания колосьев) могло использоваться какое-то деревянное орудие, точная форма которого неизвестна. С появлением пашенного земледелия и повышением урожайности зернотерку сменяют ручные жернова, источником заимствования которых были предположительно племена - носители именьковской культуры. В период существования ломоватовской культуры неизвестны ямы-зернохранилища; при этом существуют тарные сосуды - изделия местного и булгар-ского производства. Позже появляются специальные ямы-кладовки. Они могли иметь сложную структуру, включавшую столбы, обшивку стенок деревом, перегородки, делившие яму на отделения, где хранились сосуды с разными продуктами.

Пятая глава посвящена вопросу о происхождении пашенного земледелия в Пермском Предуралье. До конца XI в. на этой территории проживали племена ломоватовской культуры; хозяйство их было комплексным и включало охоту, рыболовство и мотыжное земледелие. В конце XI в. происходит смена хозяйственно-культур-

ного типа, распространяются пашенное земледелие и пастушеское животноводство. Волжская Булгария, с которой Предуралье связывали торговые отношения, находилась в иной, более благоприятной для земледелия природной зоне, где в качестве основного орудия обработки земли применялся плуг, а не рало. Таким образом, оттуда не могли быть заимствованы земледельческие орудия. При этом в результате контакта в Предуралье мог появиться ряд культурных растений, сосуды для хранения зерна и другие заимствования. О древнерусском влиянии на данной территории свидетельствуют различные категории находок. В основном это северорусские вещи, но при этом местные пахотные орудия находят аналогии в южнорусских изделиях. Автор выдвигает предположение, что они могли попадать в Предуралье по волжскому торговому пути, опять-таки через Волжскую Булгарию. Но большинство подобных ральников изготавливались уже на месте, поскольку не требовали специальных сложных техник и умений. При этом преобладание их на севере пермского Предуралья наводит автора на мысль, что первоначально они распространялись «в среде финского (смешанного финно-славянского) потока колонизации... уже знакомого с идеей пахотного земледелия» (с. 120).

В заключении кратко суммируются основные итоги исследования.

Ек.Ю. Лебедева

2016.04.032. СОРОКИН А.Н. ОЧЕРКИ ИСТОЧНИКОВЕДЕНИЯ КАМЕННОГО ВЕКА. - М.: ИА РАН, 2016. - 248 с.

Ключевые слова: археология; мезолит; неолитические культуры; источниковедение.

В книге ведущего научного сотрудника Института археологии РАН, д-ра ист. наук А.Н. Сорокина опубликован ряд очерков, в которых на базе конкретных памятников и исследований рассматриваются общие вопросы археологии каменного века. Часть очерков уже публиковались в различных центральных или провинциальных изданиях 2000-х годов. Большее внимание автор уделяет культурам и памятникам эпохи мезолита и их связям с неолитическими культурами. Книга состоит из введения и семи глав.