Проблема развития прагмалингвистического аспекта в идеографическом описании (на примере лексического поля «Речевой акт»)

Обратим внимание на структуру и содержание научно-исследовательской работы А. Шарипова. Научный труд ученого состоит из четырех глав. Первую главу своей диссертации А. Шарипов посвятил изучению генезиса устного и письменного древнетюркского стихотворного искусства. В то же время, А. Шарипов выявил значимую роль арабской, персидской и таджикской классической поэтики в развитии и совершенствовании системы поэтических жанров и, взяв за основу проблемы поэтических жанров творчества тюркско-татарских писателей Х1-ХУ веков, проанализировал формирование тюрко-татарской поэтики.

Вторая глава научной работы ученого посвящена системному и глубокому изучению зарождения и становления тюрко-та-тарской теоретической поэтики. А. Шарипов в этой главе выясняет роль арабской и персидско-таджикской классических поэтик в развитии и совершенствовании тюрко-татарской теории системы стихотворных жанров. Также учёный рассматривает вопросы, касающиеся теории системы стихотворных жанров в трудах тюр-коязычных авторов Х1-ХУ веков и становления тюрко-татарской теоретической поэтики.

Третья глава научной работы А. Шарипова посвящена изучению зарождения и формированию системы устных поэтических жанров в татарском фольклоре. Таким образом, эта глава особенна тем, что она всецело посвящена глубокому изучению таких жанров, как эпос-дастан, сказка, баллада, песня, баит, му-наджат и др.

Четвертая глава исследования А. Шарипова посвящена изучению становления и функционирования системы тюрко-татар-ских стихотворных жанров в индивидуальном письменном творчестве. Так как историю древнетюркской поэзии можно условно разделить на два периода - 1) доисламский; 2) после принятия ислама, то и в научной работе А. Шарипова мы видим каким тщательным образом изучены особенности доисламского и исламского периода в тюрко-татарской поэзии, а именно в системе тюрко-татарских стихотворных жанров и жанровых форм.

В этой главе мы также видим результат проведенных исследований А. Шарипова, касающихся жанровых особенностей литературных произведений Й. Баласагунлы, А. Ясеви, С. Бакы-ргани, А. Югнеки. Помимо этого рассматриваются особенности стихотворных жанров и жанровых форм, царящих в период Бул-гарского государства и Золотой Орды.

Библиографический список

В данной главе мы видим, что ученый представил систему стихотворных жанров в произведениях лиро-эпического характера (кысса, дастан, наме, месневи, хикаят (рассказ), масал, му-назаре и др.) и произведениях лирической тональности (газель, касыда, месневи, рубаи, туюг, кытга, фард, мадхия и др.), относящихся к тюрко-татарской литературе XIII - Х1У веков.

В своем исследовании А. Шарипов не забывает обратить внимание и на функциональные особенности системы стихотворных жанров тюрко-татарской литературы ХШ-Х1У веков, т.к. эти особенности не были до сих пор исследованы. Так, ученый выявил, что функциональные особенности тюркоязычных стихотворных жанров Хш-Х1У вв. тесно связаны с двумя свойствами последних: 1) с их синкретическим характером; 2) с иерархичностью стихотворных жанров.

В работе также были проанализированы арабские, персидско-таджикские и турецкие трактаты Х-Х1У веков, а также многочисленные тексты устного народного творчества и отдельные индивидуальные письменные поэтические произведения древнетюркских и тюркско-татарских поэтов средневековья.

Проанализировав с точки зрения теории и практики эту важную научно-исследовательскую работу А. Шарипова, мы можем с уверенностью сказать, что каждый читатель может в ней найти необходимую информацию о зарождении и формировании таких жанров, как газель, касыда, рубаи, муназаре, фард, кытга, мадхия, марсия, хикмет, насихат, мунаджат и др., т.к. все эти жанры были проанализированы ученым как отдельные элементы жанровой системы.

Велика роль ученого и поэта-писателя А. Шарипова в том, что до этого в татарском литературоведении не было трудов, посвященных возникновению стихотворных жанров, их формированию и процессам роста, развития и изменения по древ-нетюркскому периоду. Этот научный труд был оценен специалистами как новое слово во всей тюркологической науке [5, с. 266]. Учёный смог удачно преподнести читателю свои исследования в области изучения зарождения, становления и функционирования системы тюрко-татарских стихотворных жанров и жанровых форм УШ-Х1У вв., жанровое разнообразие и богатство стихотворных форм и приемов, особенности стихотворных жанров и жанровых форм, а также их важность.

1. Госман Х. Гомумтерки эдэбият. Борынгы терки haM татар эдэбиятыньщ чыганаклары. Казан, 1981.

2. Мицнегулов Х.Й., Садретдинов Ш.А. Эдэбият: Татар урта гомуми белем бирY макт. h гимназиялзрнец 9 нчы сыйныфы, урта махсус уку йортлары, педагогия училищелары, колледж haм лицей укучылары ечен дареслек. Казан, 2005.

3. Шарипов А.М. Система стихотворных жанров в древнетюркской тюрко-татарской литературе VIII-XIV вв. (Зарождение, становление и функционирование). Автореферат диссертации ...доктора филологических наук. Казань, 2001.

4. Шарипов А.М. Зарождение и становление системы стихотворных жанров в древнетюркской и тюрко-татарской литературе (VIII-XIV вв.). Монография. Казань, 2011.

5. Уразманова Э.Ш. Основные этапы научно-исследовательской и литературной деятельности ученого и писателя А.М. Шарипова. Мир науки, культуры, образования. 2014; 2 (45).

References

1. Gosman H. Gomumterki эdэbiyat. Boryngy terkiham tatar adabiyatynyH chyganaklary. Kazan, 1981.

2. Mirçnegulov H.J., Sadretdinov Sh.A. Эdabiyat: Tatar urta gomumi belem bin/ makt. h gimnaziyalarneq 9 nchy syjnyfy, urta mahsus uku jortlary, pedagogiya uchilischelary, kolledzh ham licej ukuchylary echen dareslek. Kazan, 2005.

3. Sharipov A.M. Sistema stihotvornyh zhanrov v drevnetyurkskoj tyurko-tatarskoj literature VIII-XIV vv. (Zarozhdenie, stanovlenie i funkcionirovanie). Avtoreferat dissertacii ...doktora filologicheskih nauk. Kazan', 2001.

4. Sharipov A.M. Zarozhdenie i stanovlenie sistemy stihotvornyh zhanrov v drevnetyurkskoj i tyurko-tatarskoj literature (VIII-XIV vv.). Monografiya. Kazan', 2011.

5. Urazmanova 'E.Sh. Osnovnye 'etapy nauchno-issledovatel'skoj i literaturnoj deyatel'nosti uchenogo i pisatelya A.M. Sharipova. Mir nauki, kul'tury, obrazovaniya. 2014; 2 (45).

Статья поступила в редакцию 11.03.15

УДК 811.13

Artyna M.K., Cand. of Sciences (Philology), senior lecturer, English Language Department, Tuvan State University (Kyzyl,

Russia), E-mail: mirartyna@yandex.ru

THE PROBLEM OF PRAGMALINGUISTICS ASPECT DEVELOPMENT IN IDEOGRAPHIC DESCRIPTION (on the example of "Speech act" lexical field). The article is devoted to the comprehensive study of different approaches to the classification of verbs of speech activity from the middle of the twentieth century up to the present. The author examines the gradual formation of pragmalinguistics selection criteria of lexical units by the example of the "Speech act" lexical field. As a result of the research, it was found that the current classification takes into account not only the semantic feature and communicative orientation of speech, but

also psycho-cognitive processes in a speech that led to the concept of "verbs of speech and thought activity" and qualitatively new dictionaries compiled on the basis of the synergistic lexicography. The author concludes that the latest advances in pragmalinguistics, which study speech and thought aspect of speech activity of man, allows exploring the "Speech act" lexical field via mental nature of the speech act with reference to verbs from different languages.

Key words: pragmalinguistics, speech act theory, speech, speech activity, speech and thought activity, synergetics, lexicography.

М.К. Артына, канд. филол. наук, доц. каф. английского языка, Тувинский государственный университет, г. Кызыл,

E-mail: mirartyna@yandex.ru

ПРОБЛЕМА РАЗВИТИЯ ПРАГМАЛИНГВИСТИЧЕСКОГО АСПЕКТА

В ИДЕОГРАФИЧЕСКОМ ОПИСАНИИ

Статья посвящена комплексному изучению различных подходов к классификации глаголов речевой деятельности с середины ХХ века по настоящее время. Автор рассматривает поэтапное формирование прагмалингвистических критериев отбора лексических единиц на примере лексического поля «Речевой акт». В результате проведенного исследования было установлено, что современные классификации учитывают не только семантический признак и коммуникативную направленность речи, но и психо-когнитивные процессы в речи, что привело к появлению понятия "глаголы со значением речемысли-тельной деятельности" и качественно новых словарей, составленных по принципу синергетического лексикографирования. Автор приходит к выводу, что обращение к новейшим достижениям в прагмалингвистике, в которых освещается речемысли-тельный аспект речевой деятельности человека, позволяет изучить лексическое поле «Речевой акт» в сфере мыслительной природы речевого акта на примере глаголов из различных языков.

Ключевые слова: прагмалингвистика, теория речевых актов, речь, речевая деятельность, речемыслительная деятельность, синергетика, лексикографирование.

Речь как высшая психическая функция уже давно привлекает внимание лингвистов и психологов, чьи многолетние исследования привели к выводу о том, что она является одной из составляющих интеллектуальной деятельности. Долгое время в языкознании чётко различались два диаметральных подхода к анализу языка: с одной стороны, исследователи изучали конечные продукты речевой деятельности, их структурно-системную организацию и не учитывали чувств, взаимоотношений, намерений и целей реальных людей [1]; с другой стороны, учёные проникали вглубь языка в стремлении понять природу скрытого от непосредственного наблюдения языкового процесса, но при этом рассматривали язык, главным образом, в качестве вспомогательного средства изучения ментально-психических процессов человека [2].

Одним из способов преодоления подобного противоречия, по нашему мнению, является обращение к прагмалингвистике, в частности к теории речевых актов, для которой характерен де-ятельностный подход к языку. В рамках этой теории, помимо традиционного изучения этапа внешней речи (в локутивном акте), имеется возможность включения таких характеристик речевого поведения человека, как коммуникативных намерений (в составе иллокутивного акта), психо-эмоциональных состояний коммуникантов, их поведенческих реакций, социальных последствий речевого акта с учетом экстралингвистических факторов и пара-лингвистических средств (в рамках перлокутивного акта).

По сравнению с классическим определением реальные границы современной прагматики значительно расширились: «Сегодня под прагматикой понимается когнитивное, социальное и культурное исследование языка и коммуникации. По существу прагматика является междисциплинарной областью, использующей методы и теории разных наук. В современном научном мире она занимает одно из ведущих мест по интенсивности развития и влиянию на другие области знания» [3, с. 294].

К середине XX века наука убедительно доказала взаимосвязь мышления и речи, что заставило многих лингвистов отказаться от понимания языка только как знаковой системы и обратиться к нему как к феномену психики, поскольку «анализ языка только как знаковой системы в полном отрыве от внутреннего мира его носителей оказывается не более, чем научной абстракцией» [4, с. 9].

Теоретические труды ведущих отечественных и зарубежных учёных-лингвистов, психолингвистов, когнитивистов конца XX - начала XXI вв. - изобилуют выводами о мыслительном характере протекания речевой деятельности человека.

Постановку данной проблемы ч1тко сформулировал Ю.Н. Караулов, чьи исследования в области структурной организации языковой личности, привели его, в конечном счете, к соз-

данию трехуровневой системы, состоящей из вербализованной и невербализованных частей. Вербализованную часть он относит к сфере языкового сознания, о природе которого (его масштабах, способах проявления и распределении по разным сферам и уровням) можно получить через изучение его вербальных манифестаций. Это, по его уточнению, относится к «первому, вербально-семантическому уровню в структуре языковой личности, предполагающего для носителя нормальное владение естественным языком, а для исследователя - традиционное описание формальных средств выражения определенных значений» [5, с. 5].

Сложнее с двумя другими уровнями, когнитивным и прагматическим, которые охватывают интеллектуальную и мотивацион-ную сферы личности. По мнению учёного, бесспорным является тот факт, что индивидуум не осознает ряд собственных мотивов, установок, целей и интенциональностей, как и ряда грамматических законов, правил и структур. «Коль скоро они не проходят через сферу индивидуального сознания, они могут оставаться и невербализованными в структуре данной языковой личности» [6, с. 91]. Триединство уровней образует своеобразное среднее звено, сферу знаний о мире, или тезаурус личности.

Плодом размышления автора является вывод о наличии специфического связующего звена между этими тремя уровнями в виде промежуточного языка. Что представляет собой промежуточный язык? Сам термин, по признанию автора, навеян идеями Н.И. Жинкина и служит для обозначения им явления, которое стоит между звуковой, внешней речью и специфическим языком мозга в процессах интеллектуальной или речемыслительной деятельности. При этом, замечает он, языком мозга занимаются психологи, нейропсихологии и физиологи, тогда как звуковой речью - лингвисты. Он убежден, что рассмотрение процессов речемыслительной деятельности человека возможно, в первую очередь, с точки зрения лингвистической науки, таким образом, изучение мозговых процессов человека не является прерогативой лишь таких наук как нейролингвистика, психолингвистика или лингвопатология.

Обращение к новейшим достижениям в прагмалингвистике, в которых освещается речемыслительный аспект речевой деятельности человека, позволяет нам исследовать лексическое поле «Речевой акт» в сфере мыслительной природы речевого акта. В качестве материала исследования мы предлагаем рассмотреть глаголы, в семантике которых может отражаться данный аспект речемыслительной деятельности человека.

Лексикографическое описание глаголов лексического поля «Речевой акт» неоднократно проводились в последнее время на материале русского, французского, английского, немецкого и др. языков в работах многих молодых учёных, где лексико-семан-

тические классификации подробно анализировались в системно-семантическом плане, с включением коммуникативно-прагматического аспекта в рамках теории речевых актов.

В традиционных лексико-семантических классификациях выделяются следующие общие классы глаголов лексического поля «Речевой акт», совпадающие практически у всех вышеназванных исследователей (с небольшими вариациями): «1) глаголы, характеризующие внешнюю (акустико-физиологическую и графическую) сторону речи, 2) глаголы, характеризующие содержание мысли, выражаемой с помощью устной или письменной речи, 4) глаголы со значением речевого взаимодействия и контакта, 5) глаголы со значением побуждения, выражаемого устной или письменной речью и 6) глаголы со значением эмоционального отношения и оценки, выражаемых посредством устной или письменной речи» [7, с. 6].

Такой подход к описанию процесса, в основном, устной речевой деятельности характерен для работ с конца 60-х до 8090-х годов прошлого века. Впоследствии наметился поворот к рассмотрению речевых процессов под углом прагмалингвисти-ки, в частности теории речевых актов, в которой глаголы речи различаются не только по семантическим параметрам, но и по признаку наличия или отсутствия признака коммуникативной направленности речи. Глаголы речи стали также рассматриваться в социолингвистическом и коннотативном аспектах, при этом могла учитываться психолингвистическая реальность коннота-тивного значения.

Прагмалингвистический подход в сфере изучения глаголов лексического поля «Речевой акт» в полной мере воплощён в исследованиях М.Я. Гловинской [8; 9; 10], выполненных в рамках современной теории речевых актов на материале русского языка. В центре внимания оказываются глаголы речи русского языка, обозначающие речевые акты. М.Я. Гловинская устанавливает границы между иллокутивами и перлокутивами в русском языке, которая обычно проходит внутри видовых пар: в форме несовершенного вида глагол является иллокутивом, а в форме совершенного вида - перлокутивом, причём автор подчёркивает, что среди названий русских речевых актов обнаруживается достаточно много перлокутивов: просить - попросить, упрашивать - упросить и т.д. Перлокутивные глаголы сообщают, что их цель достигнута: воздействие на чужую волю, сознание, состояние оказано и получен искомый результат. Ментальный след в сознании адресата может быть выражен в виде понимания (объяснять - объяснить: цель - сделать непонятное понятным), знания (доказывать - доказать: цель - заменить мнение адресата знанием либо мнением, максимально приближенным к знанию) или мнения (убеждать - убедить: цель - заменить одно мнение у адресата другим).

Большой интерес вызывает классификация английских глаголов речи Р. Баха и Р.М. Харниша, выполненная на базе терминологического аппарата теории речевых актов. В данной классификации за основу берется модель речевой деятельности, разработанная в рамках теории речевых актов, существенную роль в которой играет признак цели высказывания. С учётом цели высказывания они распределяют глаголы речи по четырем крупным классам: «1) говорение без указания на цель (локуционные акты: говорить / сказать); 2) говорение с указанием на цель (иллокуционные акты: уверять / уверить, спрашивать / спросить); 3) говорение с указанием на достижение цели (перлокуционные акты: убеждать / убедить); 4) говорение с указанием на цель, дополнительную по отношению к основной коммуникативной цели (колатеральные акты: намекать / намекнуть)» [11, с. 15].

В хронологически более ранних работах по изучению глаголов лексического поля «Речевой акт», например, в исследованиях М.И. Кролль, Л.М. Васильева, не применяются прагмалинг-вистические термины, но выделение коммуникативного аспекта как «аспекта речевого контакта и сообщения мысли» вполне коррелирует со значением «интенциональности» в теории речевых актов. Эти работы демонстрируют преимущественное внимание лингвистов к изучению устной (звуковой) речи. При этом они либо вообще не признавали речевую природу мыслительных актов, либо подходили к этому вопросу с осторожностью: «Спорными с точки зрения причисления к речевым являются глаголы, выражающие действия или состояния, сопутствующие процессу речи и иногда тесно связанные с ним, но никогда в него не переходящие. Акт говорения в этом случае остаётся невыраженным, он подразумевается, а его характеристика дается через глагол, обозначающий действие или состояние. Подобные глаголы не

следует причислять к речевым; мы называем их глаголами, выступающими в роли речевых» [12, с. 9].

Обращаясь к современному научному материалу, относящемуся к началу XXI века, важно отметить тот факт, что, в конечном счете, лингвистическая наука признала тесную связь глаголов говорения с глаголами мышления и объединила их под названием «глаголов речемыслительной деятельности». В составе речемыслительных глаголов исследователи различают несколько подгрупп глаголов: «1) называющих устную речь (говорить); 2) называющих письменную речь (писать); 3) имеющих характеристики как устной, так и письменной речи (сообщать); 4) называющих мыслительные процессы (думать, помнить, знать)» [13, с. 8].

Тенденция к усилению прагмалингвистического уклона в исследованиях глаголов речи, а также переосмысление их статуса как глаголов со значением речемыслительной деятельности, с учетом психо-когнитивных процессов в речи, находит свое отражение в лексикографической практике в виде создания качественно новых словарей комплексного типа, составленных по принципу синергетического (наиболее информативного) лекси-кографирования. Современные словари-тезаурусы стремятся к учёту всех возможных лексикографических параметров и созданию наиболее полной картины идеографического описания. Так, раздел «Речевая деятельность» в современных словарях русского языка включает в себя подразделы, в которых учитываются все формы и виды речевой деятельности, а также средства выражения речи и ее коммуникативная направленность. В идеографическом словаре «Большой толковый словарь русских глаголов. Идеографическое описание. Синонимы. Антонимы. Английские эквиваленты: свыше 10000 глаголов» под ред. Л.Г. Бабенко [14], в лексико-семантическом подполе «Глаголы речевой деятельности» включены такие «нетипичные» глаголы речевой деятельности как брякать (blurt out/forth), вырываться (burst forth, break out/from, blurt forth/out), молчать (be/keep silent), примолкнуть (fall silent) (группа «Глаголы характеризованной речевой деятельности»); обмолвиться (hint at, let drop, let fall), недосказывать (leave something unsaid), намекать (hint at, insinuate), обронить/ оговариваться (make a slip), пробалтываться (blab out, blurt forth/out) (группа «Глаголы речевого сообщения»); смолчать (say nothing) (группа «Глаголы речевого общения»).

Молчанию посвящены исследования Н.Д. Арутюновой, В.Г. Гака, С.В. Меликян и других отечественных учёных. Феномен молчания является предметом изучения многих зарубежных ученых. Известно существование различных видов молчания в зависимости от тех или иных поведенческих и коммуникативных факторов.

Определение молчания можно интерпретировать как состояние физического покоя двояко: а) как собственно состояние физического покоя (молчать, замолкнуть, помалкивать) и б) операцию памяти (брякать, вырываться, обронить, оговариваться).

Молчание как характеристика состояния физического покоя соответствует неинтенциональному молчанию (unintentional silence), его мы относим к когнитивной сфере нулевого локутив-ного акта. Под неинтенциональным молчанием подразумеватеся такое молчание, при котором у говорящего отсутствует элемент намерения в его поведении: « ... when the speaker has no intention behind his or her behaviour, we may refer to this silence as unintentional and therefore as linguistically meaningless» [15, с. 8].

Однако молчание может иметь и интенциональную природу, в этом случае оно выполняет иллокутивную функцию: «For silence to have meaning in the linguistic sense, the speaker must have an intention - hence a zero signifier has an utterable signified, a meaning that may be expressed in words / В лингвистике под молчанием, имеющим смысл, подразумевают такое молчание, при котором явственно проступает намерение говорящего - таким образом, нулевое означающее имеет определенное означаемое - то есть такое значение, которое может быть выражено словами» (перевод наш - М.А.) [15, с. 8].

В результате проведённого нами анализа исследований в области лексического поля «Речевой акт» выяснилось, что в настоящее время сфера устной речи достаточно хорошо представлена в лексикографии различных языков, однако речемыс-лительный аспект деятельности человека ещё недостаточно изучен, тем не менее наметилась четкая тенденция к обращению к психо-ментальной стороне речемыслительной деятельности человека, т.е. от внешних форм языковой коммуникации к внутреннему миру коммуникантов.

Библиографический список

1. Гак В.Г. Языковые преобразования. Москва, 1998.

2. Ковшиков В.А., Глухов В.П. Психолингвистика. Теория речевой деятельности. Москва, 2007.

3. Кронгауз М.А. Семантика. Москва, 2005.

4. Фрумкина РМ. Психолингвистика: что мы делаем, когда говорим и думаем. Москва, 2004.

5. Караулов Ю.Н., Красильникова Е.В. Предисловие. Русская языковая личность и задачи ее изучения. Язык и личность. Москва, 1989.

6. Караулов. Ю.Н. Русский язык и языковая личность. Москва, 2007.

7. Васильев Л.М. Семантика русского глагола. Глаголы речи, звучания и поведения. Уфа, 1981.

8. Гловинская М.Я. Русские речевые акты и вид глагола. Логический анализ языка. Модели действия. Москва, 1992.

9. Гловинская М.Я. Русские речевые акты со значением ментального воздействия. Логический анализ языка. Ментальные действия. Москва, 1993.

10. Гловинская М.Я. Семантика глаголов речи с точки зрения теории речевых актов. Русский язык в его функционировании. Коммуникативно-прагматический аспект. Москва, 1993.

11. Доброхотова И.Ю., Кобозева И.М. Теория автоматизированных информационных систем. Прикладные аспекты лингвистики. Москва, 1989.

12. Кролль М.И. Глаголы речи в современном французском языке: (в сопоставлении с русским). Автореферат диссертации ... кандидата филологических наук. Москва, 1969.

13. Лютова О.В. Обучение иностранных студентов глаголам речемыслительной деятельности на этапе довузовской подготовки. Автореферат диссертации ... кандидата педагогических наук. Москва, 2006.

14. Большой толковый словарь русских глаголов. Идеографическое описание. Синонимы. Антонимы. Английские эквиваленты: свыше 10000 глаголов. Под общей редакцией Л.Г. Бабенко. Москва, 2007.

15. Kurzon D. Discourse of Silence. Pragmatics & Beyond New Series. Amsterdam (Philadelphia), 1997.

References

1. Gak V.G. Yazykovye preobrazovaniya. Moskva, 1998.

2. Kovshikov V.A., Gluhov V.P. Psiholingvistika. Teoriya rechevoj deyatel'nosti. Moskva, 2007.

3. Krongauz M.A Semantika. Moskva, 2005.

4. Frumkina R.M. Psiholingvistika: chto my delaem, kogda govorim i dumaem. Moskva, 2004.

5. Karaulov Yu.N., Krasil'nikova E.V. Predislovie. Russkaya yazykovaya lichnost' i zadachi ee izucheniya. Yazyk ilichnost'. Moskva, 1989.

6. Karaulov. Yu.N. Russkijyazykiyazykovaya lichnost'. Moskva, 2007.

7. Vasil'ev L.M. Semantika russkogo glagola. Glagoly rechi, zvuchaniya ipovedeniya. Ufa, 1981.

8. Glovinskaya M.Ya. Russkie rechevye akty i vid glagola. Logicheskij analiz yazyka. Modeli dejstviya. Moskva, 1992.

9. Glovinskaya M.Ya. Russkie rechevye akty so znacheniem mental'nogo vozdejstviya. Logicheskij analiz yazyka. Mental'nye dejstviya. Moskva, 1993.

10. Glovinskaya M.Ya. Semantika glagolov rechi s tochki zreniya teorii rechevyh aktov. Russkij yazyk v ego funkcionirovanii. Kommunikativ-no-pragmaticheskij aspekt. Moskva, 1993.

11. Dobrohotova I.Yu., Kobozeva I.M. Teoriya avtomatizirovannyh informacionnyh sistem. Prikladnye aspekty lingvistiki. Moskva, 1989.

12. Kroll' M.I. Glagoly rechi v sovremennom francuzskom yazyke: (v sopostavlenii s russkim). Avtoreferat dissertacii ... kandidata filologicheskih nauk. Moskva, 1969.

13. Lyutova O.V. Obuchenie inostrannyh studentov glagolam rechemyslitel'noj deyatel'nosti na 'etape dovuzovskoj podgotovki. Avtoreferat dissertacii ... kandidata pedagogicheskih nauk. Moskva, 2006.

14. Bol'shoj tolkovyjslovar'russkih glagolov. Ideograficheskoe opisanie. Sinonimy. Antonimy. Anglijskie 'ekvivalenty: svyshe 10000 glagolov. Pod obschej redakciej L.G. Babenko. Moskva, 2007.

15. Kurzon D. Discourse of Silence. Pragmatics & Beyond New Series. Amsterdam (Philadelphia), 1997.

Статья поступила в редакцию 31.03.15

УДК 811.13

Artyna M.K., Cand. of Sciences (Philology), senior lecturer, English Language Department, Tuvan State University (Kyzyl,

Russia), E-mail: mirartyna@yandex.ru

IDEOGRAPHIC DESCRIPTION OF PHRASEOLOGICAL UNITS CHARACTERIZING THE SPEECH ACT AS THINKING PROCESS. This article considers the problem of anthropocentric approach to language learning, to its psycho-mental manifestations at the preliminary intellectual stage of speech utterance. The author raises the problem of possible representation for mental sphere of human speech activity by only linguistics means, using date of allied sciences, such as psycholinguistics, as an explanatory material. Having posed the problem, the author gives its preliminary theoretical foundation before moving to its practical solution, i.e. to analysis of idiomatic French fund to identify and describe those of phraseological units, which reflect mental aspect of human speech activity in their semantics. Finally, the author concludes that there are two phraseological groups that are associated with the speech act of silence and expression of speech act presupposition allocated on the basis of pragmalinguistics criteria.

Key words: theory of speech acts, phraseology, speech and thought activity, speech act of silence, presupposition.

М.К. Артына, канд. филол. наук, доц. каф. английского языка, Тувинский государственный университет, г. Кызыл.

E-mail: mirartyna@yandex.ru

ИДЕОГРАФИЧЕСКОЕ ОПИСАНИЕ ФРАЗЕОЛОГИЗМОВ, ХАРАКТЕРИЗУЮЩИХ РЕЧЕВОЙ АКТ КАК МЫСЛИТЕЛЬНЫЙ

Настоящая статья рассматривает проблему антропоцентрического подхода к изучению языка, к его психо-ментальным проявлениям на уровне предречевого этапа речевого высказывания. Автор задаётся проблемой возможной репрезентации ментальной сферы речевой деятельности человека исключительно языковыми средствами, используя при этом данные смежных наук, таких как психолингвистика, в качестве объяснительного материала. Сформулировав проблему, автор