Понятие и структура предмета науки «Судебная экспертология»

Оксана Геннадьевна ДЬЯКОНОВА,

кандидат юридических наук, доцент, доцент кафедры гражданско-правовых дисциплин Тульского института

ПОНЯТИЕ И СТРУКТУРА ПРЕДМЕТА НАУКИ «СУДЕБНАЯ ЭКСПЕРТОЛОГИЯ»

В статье проводится анализ точек зрения о понятии и структуре предмета достаточно новой отрасли научного знания — судебной экспертологии. Дискуссия о структуре предмета началась еще в шестидесятые годы прошлого века, но продолжается до сих пор. Автор анализирует мнения ученых по поводу формулировки понятия и структуры предмета науки «судебная экспертология», обосновывает точку зрения о включении в структуру предмета науки определенных элементов, предлагает свое видение структуры и понятия предмета данной науки.

Ключевые слова: наука о судебной экспертизе, понятие «судебная экспертология», предмет и структура судебной экспертологии.

OKSANA G. DYAKONOVA,

Assistant Professor of the civil-legal disciplines Dept. at the Tula Institute (branch) of Russian State University Justice (RPA Russian Ministry of Justice), PhD, docent.

THE CONCEPT AND THE STRUCTURE OF THE SUBJECT SCIENCES «JUDICIAL EXPERTOLOGY»

The article analyzes the perspectives on the concept and structure of the subject relatively new branch of science — judicial expertology. Still an ongoing debate about the structure of the of the research subject, which began in the sixties of the last century. The author analyzes the views of scientists about the wording and the structure of the subject «judicial expertology», substantiates a point of view about inclusion in structure of the subject specific elements and offers his vision of the structure and concepts of the subject of this science.

Keywords: the science of judicial expertology, the judicial expertology, the concept and the structure of the science's subject«judicial expertology».

Наука «судебная экспертология» в настоящее время выступает отраслью знаний, обеспечивающей концептуальное единство основ института экспертизы и в целом макроинститута использования специальных знаний и развитие основных их элементов применительно к любому виду судопроизвод-© О. Г. Дьяконова, 2015 ства или иной юрисдикционной деятельности. Самостоятельность науки подчер-

имени О.Е. Кутафина

кивает совокупность определенных признаков — судебная экспертология в этом не является исключением, она характеризуется предметом, объектом исследования, принципами и методами научного исследования.

Одними из первых дали определение предмета судебной экспертологии А. И. Винберг и Н. Т. Малаховская, понимая под ним закономерности и методологию формирования и развития научных основ судебных экспертиз. Критикуя позицию А. И. Винберга и Н. Т. Малаховской, а также отмечая точку зрения Т. В. Аверьяновой, М. Я. Сегай пишет, что авторы сосредоточили внимание только на одном аспекте предмета судебной экспертологии — закономерности трансформации знаний базовых («материнских») естественных, технических или социальных наук в специальные знания предметных судебно-экспертных наук. Попытка выстроить предмет науки (в любом аспекте), минуя объект познания, оказалась непродуктивной. Поэтому последователями идеи создания науки о судебной экспертизе был предложен иной, основанный на праксиологии — учении об оптимизации общественно полезной деятельности, деятельностный (праксиологический) подход к определению объекта и предмета судебной экспертологии (или общей теории судебной экспертизы, по терминологии Р. С. Белкина)1.

А. Р. Шляхов полагал, что теория судебной экспертизы представляет собой систему знаний о закономерностях и основанных на них методах, применяемых в различного рода судебных экспертизах при решении задач по исследованию тех или иных объектов2. В другой своей работе А. Р. Шляхов формулирует определение теории судебной экспертизы как системы знаний об экспертных исследованиях (деятельность экспертов), их целях, компетенции отдельных родов, видов и подвидов этих исследований, предметах, объектах экспертных исследований, применяемых экспертами методик3.

А. Р. Шляхов в определенном смысле разделял теорию судебной экспертизы и «специальные экспертно-криминалистические знания» — теорию криминалистической экспертизы, в которой выделял определенные части:

1) введение в теорию и практику криминалистической экспертизы;

2) общие положения теории и методики криминалистической экспертизы;

3) научные и теоретические основы криминалистических экспертиз;

4) использование криминалистической экспертизы в процессе доказыва- Ш ния по делу и предупреждения правонарушений. А

Фактически А. Р. Шляхов, раскрывая свою концепцию науки о судебной экс-

пертизе, ведет речь о криминалистической экспертизе и использовании ее ре-

временем формулирования указанным автором его мыслей о теории судебной экспертизы, и тем фактом, что судебная экспертиза крайне редко назначалась в иных видах судопроизводств, а также тем, что судебная экспертиза впервые

2

3 Словарь основных терминов судебных экспертиз. М. : ВНИИСЭ, 1980. С. 51.

"О

зультатов в рамках исключительно уголовного процесса. Это обусловлено и >

я б

Сегай М. Я. Судебная экспертология: объект, предмет, природа и система науки // Теорiя и

та практика судовоТ експертизи i кримЫалютики. Вип. 3. Харюв : Право, 2003. С. 25.

Шляхов А. Р. Проблемы классификации в криминалистической экспертизе и ее практическое значение // Правовые и методологические проблемы судебной экспертизы. Сборник научных трудов ВНИИСЭ. Вып. 10. М., 1974. С. 6. Цит. по: Белкин Р. С. Курс криминалистики: Частные криминалистические теории : в 3 т. М. : Юристъ, 1997. Т. 2. С. 296—297.

П

* к

§ к

НАУКИ Ъ

была оформлена и изучена в качестве именно криминалистической экспертизы. Таким образом, несмотря на перспективность взглядов А. Р. Шляхова для своего времени, отметим, что в настоящее время его концепция имеет большое значение для изучения предмета и структуры судебной экспертологии, однако уже не может быть принята за основу и подлежит дополнению.

Анализируя указанные точки зрения, Р. С. Белкин подчеркивал, что в содержание данной науки нельзя включать ни правовые, ни организационные основы экспертной деятельности. Раскрывая свою позицию, Р. С. Белкин отмечал, что один и тот же объект может изучаться разными науками, что как раз и подтверждается на примере с судебной экспертизой4. В определенном смысле можно согласиться с данным утверждением, но заметим, что общность исследуемых объектов способствует интеграции наук, кроме того, взаимовлияние и взаимопроникновение достижений различных наук в отношении одного и того же предмета исследования заставляет двигаться вперед, отыскивая новые возможности и перспективы, совершенствуя научную мысль. Полагаем, что в настоящее время в рамках судебной экспертологии возможно и нужно исследовать как организационные, правовые, так и исторические основы. Последние с помощью сравнительно-исторического метода исследования способны проиллюстрировать зарождение, становление и развитие научного знания в области судебной экспертологии и наметить пути дальнейшего ее совершенствования, изучение же развития судебной экспертизы в отрыве от науки судебной экспертологии не позволит в полной мере провести анализ и оценку изучаемого предмета, а следовательно, способно повлиять и на выводы.

Ю. Г. Корухов предлагает включать в предмет общей теории судебной экспертизы (ОТСЭ) следующие разделы: методологические основы ОТСЭ, предмет, объекты, субъекты и задачи судебно-экспертной деятельности (СЭД), методы и методики в структуре СЭД, инфраструктуру и процессуальную функцию судебной экспертизы, частные теории судебной экспертизы5.

О структуре предмета ОТСЭ писал также И. А. Алиев, и в общих чертах она повторяла изложенную в схематическом виде концепцию Ю. Г. Корухова. Различия в том, что И. А. Алиев не упоминает в разделе « Предмет, объекты, субъекты и задачи экспертной деятельности» об экспертных ошибках, которые в настоящее время можно отнести к предмету судебной экспертологии6, а также о «научной организации труда эксперта» в разделе четвертом. Помимо этого, И. А. Алиев по-другому именует частные теории судебной экспертизы, несмотря на то, что перечисляет те же, что указал Ю. Г. Корухов.

С. Ф. Бычкова предлагает отличное от других определение общей теории судебной экспертизы как системы теоретического знания, отражающей на метапред-метном уровне наиболее общие закономерности развития научных основ судебных

Белкин Р. С. Курс криминалистики: Частные криминалистические теории. С. 306.

Основы судебной экспертизы. Ч. 1: Общая теория. М., 1997. С. 59—60. Цит. по: Аверьянова Т. В. Судебная экспертиза: Курс общей теории. М. : НОРМА, 2009. С. 35.

См.: Аубакирова А. А. Следственные и экспертные ошибки при формировании внутреннего убеждения : автореф. дис. ... докт. юрид. наук. Челябинск, 2010. В качестве объекта исследования в рамках своей работы наряду с другими А. А. Аубакирова выделяет современное состояние общей теории судебной экспертизы.

имени О.Е. Кутафина

экспертиз и экспертной деятельности, либо как системы теоретического знания, являющейся методологической основой судебно-экспертных отраслей знаний7.

Структуру общей теории судебной экспертизы С. Ф. Бычкова представляет в виде системы уровней. Первый уровень (первая ступень) составляют разрозненные теории и соответствующие им элементы логической и гносеологической структуры. В этот уровень указанный автор включает утверждения, не носящие но-мологического характера, специфические категории науки о судебной экспертизе, гипотезы, закономерности, как составляющие предмет теории, так и являющиеся результатом их познания, принципы, в том числе логические и методологические, логические правила вывода следствий теорий, элементы эмпирического базиса. В следующий уровень включены системные образования, реализующие функции теории на уровне отдельных ее компонентов, включающие приведенные выше вторичные элементы; предмет теории в аспекте общих положений, отражающих сущность и характер, направленность и формы проявления входящих в него закономерностей объективной действительности, а также цели и направления их использования для теоретических и практических целей; эмпирическая область теории; язык теории. И высший уровень, по мнению С. Ф. Бычковой, включает крупные подсистемы, которые она объединяет в разделы:

1) методологические основы общей теории судебной экспертизы;

2) экспертная техника включает общие положения криминалистической техники и учение об экспертных технологиях, в том числе методы, методики, информационные фонды и программные средства;

3) экспертная тактика включает общие положения экспертной тактики, учение о методических основах экспертного исследования, теорию решения экспертных задач, учение о заключении эксперта;

4) методика экспертного анализа отдельных видов преступлений8.

Иные разделы в «высшем уровне» С. Ф. Бычкова выделяет по аналогии с

курсами криминалистики.

По мнению Т. В. Аверьяновой, общая теория судебной экспертизы — это система мировоззренческих и праксеологических принципов, как самой теории, так и ее объекта — экспертной деятельности, частных теоретических построений в этой области научного знания, методов развития теории и осуществления Ш экспертных исследований, процессов и отношений — комплексное научное от- А ражение судебно-экспертной деятельности как единого целого9. Исходя из опре-  деления, указанный автор предлагает развернутую структуру ОТСЭ, весьма под- ^ робно характеризуя каждую составляющую: >

— концептуальные основы общей теории судебной экспертизы;

— учение о судебной экспертизе как разновидности практической деятельности;

— учение о закономерностях формирования и развития судебной экспертизы;

7 Бычкова С. Ф. Становление и тенденции развития науки о судебной экспертизе. Алма-Ата, 1994. С. 139.

8 Бычкова С. Ф. Становление и тенденции развития науки о судебной экспертизе. Алма-Ата, 1994. С.147.

9 Аверьянова Т. В. Судебная экспертиза: Курс общей теории. М. : НОРМА, 2009. С. 43.

И

б "О

о

X

п

* к Н к

Н>УКИ Ъ

— учение о предмете и задачах судебной экспертизы;

— учение об объектах судебной экспертизы;

— их свойствах и признаках;

— учение о субъекте судебной экспертизы;

— теории процессов, отношений и целей экспертной деятельности;

— учение о методах общей теории судебной экспертизы и экспертного исследования;

— учение о средствах и формах коммуникативной деятельности при производстве судебных экспертиз и информационных процессах;

— заключение эксперта в системе процессуального доказывания;

— теория экспертного прогнозирования;

— частные теории, в том числе и теории отдельных родов и видов судебных экспертиз.

Таким образом, Т. В. Аверьянова предлагает объективное определение предмета науки ОТСЭ, понимая под ним объективные закономерности СЭД10. По мнению Е. Р. Россинской, которое можно поддержать, формулируя это определение, Т. В. Аверьянова исходила из праксиологического подхода, подчеркивая, что разрабатывалась теория не науки, а сугубо практической деятельности, и общая теория судебной экспертизы формировалась 20 лет назад не как наука, а как междисциплинарная теория11.

Т. В. Толстухина подчеркивает, что недостатком концепции И. А. Алиева и Ю. Г. Корухова является отсутствие указания на предмет ОТСЭ, поскольку они пишут об общих закономерностях, которые шире, чем закономерности, составляющие предмет науки ОТСЭ. И далее, Т. В. Толстухина отмечает противоречие в концепции указанных авторов, выделяющих предмет познания общей теории и сам предмет науки, т.е. речь идет о закономерностях функционирования ее объекта, т.е. системы экспертной деятельности, а во втором случае фактически о предметах разновидностей экспертных исследований, которые дополняются категориями, относящимися именно к предмету общей теории (закономерности формирования научных основ судебных экспертиз, синтезирования и систематизация знаний о судебной экспертизе, как о единой системе). Этого противоречия сумела избежать Т. В. Аверьянова, которая считает предметом ОТСЭ закономерности формирования, развития и функционирования экспертной деятельности в целом12.

Е. Р. Россинская отмечает в качестве основного отличия концепции Т. В. Аверьяновой (и в этом она солидарна с Р. С. Белкиным) по структуре общей теории судебной экспертизы исключение рассмотрения в рамках общей теории судебной экспертизы правовых и организационных основ экспертной деятельности13.

М. Я. Сегай полагает, что точки зрения Т. В. Аверьяновой и И. А. Алиева чересчур расширяют предмет науки судебной экспертологии, с чем он не может со-

См.: Аверьянова Т. В. Судебная экспертиза: курс общей теории. М. : НОРМА, 2009. С. 43—63.

Россинская Е. Р. Современные представления о предмете и системе судебной экспертологии // Lex Russica. 2013. № 4. С. 421—428.

Толстухина Т. В. Современные тенденции развития судебной экспертизы на основе информационных технологий : дис. ... докт. юрид. наук. М., 1999. С. 20.

Россинская Е. Р. Современные представления о предмете и системе судебной эксперто-логии // Lex Russica. 2013. № 4. С. 427.

имени О.Е. Кутафина

гласиться. В то же время указанный автор сам предлагает достаточно подробную структуру предмета, в котором, в отличие от Т. В. Аверьяновой, выделяет правовую основу СЭД14.

Анализируя точки зрения Т. В. Аверьяновой и критикующего ее позицию М. Я. Сегая, приходим к выводу о том, что оба автора используют праксиологический подход, отличающийся при этом кардинально.

Т. В. Аверьянова в целом отрицает возможность включения в предмет правовых начал судебной экспертизы, хотя в X раздел помещает учение о заключении эксперта в системе процессуального доказывания, хотя и отмечает, что в этом разделе «не следует останавливаться на процессуальном аспекте заключения эксперта, имея в виду, что все необходимое о форме экспертных выводов и их значении для установления истины можно сказать при анализе логических основ экспертизы»15.

Также, исключая процессуальный статус эксперта из предмета общей теории судебной экспертизы, Т. В. Аверьянова предусматривает возможность рассмотрения вопроса о процессуальном статусе эксперта только в плане проблем судебной экспертизы, например, возможности производства экспертизы от имени юридического лица, функций или положения различных участников процесса экспертного исследования16. Однако, полагаем, что для регламентирования процессуального статуса эксперта и иных лиц, принимающих участие в назначении и производстве судебной экспертизы, все проблемы, возникающие в связи с указанными действиями, имеют существенное значение, и вряд ли можно их разделить, не разделяя при этом назначение и производство судебной экспертизы. Даже если принять во внимание, что вопросы назначения судебной экспертизы должны относиться исключительно к отраслям процессуальных наук, то мы не можем исключить тот факт, что эксперты, которым может быть назначена судебная экспертиза, а также иные участвующие в судопроизводстве лица, могут оказать влияние на процесс назначения экспертизы, что неминуемо может привести и к проблемам при ее производстве. Представляется, что вопросы, касающиеся процессуального статуса субъектов, принимающих участие в назначении и производстве судебной экспертизы, должны являться предметом исследования судебной экспертологии, как неразрывно связанные с ее концептуальными основами. Ш

В то же время Т. В. Аверьянова включает теорию субъекта экспертной дея- А

тельности в раздел «частные теории судебных экспертиз», наряду с теорией

объектов экспертной деятельности, математизации, информатизации и автома- ^

тизации экспертной деятельности, объясняя это тем, что ни одна из частных >

теорий не может охватить весь предмет общей теории судебной экспертизы, она охватывает лишь какую-то его сторону, но, рассматривая ее, она имеет возможность заниматься деталями, связанными с общей теорией судебной экспертизы

и направленными на ее развитие17.

и

б "О

о

См.: Сегай М. Я. Судебная экспертология: объект, предмет, природа и система науки // Теорiя та практика судовоТ експертизи i кримЫалютики. Вип. 3. Харюв : Право, 2003. ^

Ш

Аверьянова Т. В. Судебная экспертиза: курс общей теории. М. : НОРМА, 2009. С. 59. Там же. С. 54.

Аверьянова Т. В. Там же. С. 63.

п

* к Н к

Н>УКИ Ъ

14

В целом приведенные концепции характеризуются своей практической направленностью, однако при этом исходят из различных посылок в формировании структуры предмета судебной экспертологии — «научного отражения судебно-экспертной деятельности» и организационно-правовой составляющей.

Несколько иначе подошел к проблеме структуры предмета судебной экспертологии К. Н. Шакиров, предложив в модель ОТСЭ включить:

1) положения, отражающие познание объективных закономерностей действительности, раскрывающие представления о понятии и содержании общей теории, ее предмете, цели и задаче, месте и содержании научного знания, т.е. методологию становления, формирования и развития судебной экспертизы как научного знания;

2) положения, обеспечивающие познание объективных закономерностей действительности, раскрывающие научные, правовые, организационные и методические основы осуществления экспертной деятельности.

Исходя из этого, К. Н. Шакиров сформулировал структуру общей теории судебной экспертизы в виде пяти блоков:

1. Введение в теорию и методологию судебной экспертизы (предмет, методологические основы, система, задачи, функция и понятийный аппарат (язык) ОТСЭ).

2. Научные основы судебной экспертизы как практической деятельности (учение о предмете судебной экспертизы, задачах судебной экспертизы и уровнях их решения, об объектах судебной экспертизы, о методах судебной экспертизы, о судебном эксперте и структуре экспертного познания, а также общие принципы классификации судебных экспертов).

3. Организационные и методические основы судебной экспертизы (учение о научной организации судебно-экспертной деятельности, о принципах построения методик экспертного исследования).

4. Основы правового регулирования судебной экспертизы (судебная экспертиза как институт специальных знаний в судопроизводстве, учение о заключении судебного эксперта).

5. Частные теории судебной экспертизы18.

Критикуя позицию К. Н. Шакирова, который предлагал включить в ОТСЭ введение в теорию и методологию судебной экспертизы; научные основы судебной экспертизы как практической деятельности; организационные и методические основы судебной экспертизы; основы правового регулирования судебной экспертизы; частные теории судебных экспертиз, вслед за Р. С. Белкиным, Т. В. Аверьянова высказалась против такой структуры, указав, что развитие методологических основ относится к сфере исследования науковедения, правовых основ — уголовно-процессуальной науки, а организационных — к разделу научной организации труда (наука управления)19.

Мы уже упоминали о том, что правовые основы должны относиться к предмету исследования судебной экспертологии. Обосновать это можно следующим: во-первых, судебная экспертология должна изучать общие закономерности, ко-

Шакиров К. Н. Судебная экспертиза: проблемы теории и практики. Алматы, 2002. С. 103.

Аверьянова Т. В. Судебная экспертиза: курс общей теории. М. : НОРМА, 2009. С. 38.

имени О.Е. Кутафина

торые характеризуют судебную экспертизу, в том числе в процессе ее назначения и производства, во-вторых, эти закономерности неразрывно связаны с судопроизводством и иными видами юрисдикционной деятельности, поэтому не следует сужать предмет исследования только уголовно-процессуальной сферой, поскольку судебная экспертиза как правовой институт используется во всех видах судопроизводства, а также в исполнительном производстве, нотариальной, таможенной и иных юрисдикционных видах деятельности. По сути, сказанное обосновывает и необходимость унификации правовых основ судебной эксперто-логии независимо от вида судопроизводства или юрисдикционной деятельности.

В. А. Ручкин, обобщая взгляды различных авторов и состояние экспертной практики, выделяет в структуре общей теории судебной экспертизы следующие части:

1) методологические основы общей теории судебной экспертизы;

2) концептуальные основы судебно-экспертной деятельности в целом как объекта общей теории судебной экспертизы (т. е. учения и иные теоретические построения о ее базовых понятиях и процессах, распространяющихся на судебно-экспертную деятельность в целом), в этой части указанный автор выделяет в том числе и учение о субъекте судебно-экспертной деятельности и структуре экспертного познания;

3) частные теории судебной экспертизы (т.е. теории и иные теоретические построения, положения которых распространяются на отдельные стороны судебно-экспертной деятельности).

Вслед за Т. В. Аверьяновой, В. А. Ручкин полагает, что приведенная система, сфокусированная на всестороннем отражении объекта общей теории судебной экспертизы — судебно-экспертной деятельности, имеет выраженную праксеологическую направленность и выделенную «внутреннюю» и «внешнюю» стороны названной науки, представляется более систематизированной, методологически и логически выверенной20.

Анализ данной концепции выявляет ее несомненную близость с концепцией Т. В. Аверьяновой, за исключением отсутствия упоминания об учении заключения эксперта в системе процессуального доказывания (раздел X концепции Т. В. Аверьяновой), в остальном же В. А. Ручкин, упрощая в количественном смысле число Ш разделов структуры судебной экспертологии, в целом перечисляет те же учения и А теории, на которые указывает Т. В. Аверьянова.

В. А. Ручкин и Б. В. Котельников анализируют частные научные теории от- ^

дельных родов и видов судебной экспертизы, выделяя в структуре этого раздела >

следующие компоненты: принципы построения частных теорий судебной экспертизы и их согласованность с общей теорией; теория экспертного прогнозирования; теория экспертной идентификации; теория экспертной диагностики; теория экспертной классификации; теории отдельных родов и видов судебных экспертиз. Указанные авторы подчеркивают, что данный перечень не является исчерпывающим и не образует окончательно сформированную и закрытую систему21. Не

20

Ручкин В. А. Концептуальные основы экспертного исследования оружия и следов его применения : автореф. дис. ...докт. юрид. наук. Волгоград, 2004. С. 18.

Ручкин В. А., Котельников Б. В. О частных теориях отдельных родов и видов судебной экспертизы // Судебная экспертиза. 2012. № 1 (29). С. 24.

И

б "0

о

X

п

* к Н к

Н>УКИ Ъ

21

оспаривая указанные выше структурные компоненты частных научных теорий, полагаем все же, что при формулировке структуры предмета судебной экспер-тологии было бы правильно отразить каждый раздел структуры в развернутом виде, поэтому теории экспертной идентификации; экспертной диагностики; экспертного прогнозирования, экспертной реституции мы бы вынесли в отдельный элемент, а частные экспертные теории представили как общие положения, включающие понятие частной экспертной теории, ее предмета, объектов, задач.

В определенной степени можно согласиться с мнением В. А. Ручкина и Б. В. Котельникова о том, что формирование частных теорий отдельных родов и видов судебных экспертиз в рамках общей теории, на ее прочном фундаменте — наиболее оптимальный путь. Такой подход будет обусловливать, с одной стороны, плодотворные научные исследования в направлении формирования и развития частных теорий судебной экспертизы, с другой — разработку эффективных и совершенных экспертных методик, в которых так остро нуждается судебно-следственная и экспертная практика22. В то же время, считаем, что и развитие общих основ судебной экспертологии способно в целом положительно повлиять на развитие частных экспертных теорий, таким образом прослеживается взаимовлияние научных разработок в направлении частных теорий и общей теории судебной экспертизы.

Б. М. Бишманов дает определение науки о судебной экспертизе, акцентируя внимание на объект, понимая под «судебной экспертологией» юридическую науку о судебно-экспертной деятельности, объектом которой является деятельность уполномоченных органов и компетентных лиц по осуществлению правового, организационного и научно-методического обеспечения, использованию специальных знаний с целью защиты прав и законных интересов лиц, являющихся участниками уголовного, гражданского и административного процесса23. Однако данное определение ни в коей мере не способствует раскрытию структуры предмета исследования судебной экспертологии, поскольку имея практическую направленность, характеризует при этом лишь внешнее проявление объекта судебной экспертологии, кроме того, из определения вытекает исключительно юридическая природа судебной экспертологии, что не соответствует действительности.

А. В. Нестеров отмечает, что в рамках предложенного им наименования науки о судебной экспертизе — «экспертики» должны изучаться:

1) судебная экспертиза;

2) экспертиза в правоприменительной деятельности органов исполнительной власти и деятельности органов законодательной власти;

3) общественные явления, возникающие в практике жизнедеятельности, и, выявляя закономерности их изменений, давать рекомендации по тому, как их сделать более справедливыми и результативными;

4) вопросы генезиса, современного состояния института экспертизы и перспективы его развития, а также и самой экспертики;

5) вопросы положения экспертики в семействе юридических наук;

22 Ручкин В. А., Котельников Б. В. Указ. соч. С. 29.

23 Бишманов Б. М. К вопросу о судебной экспертологии // Научный мир Казахстана. 2010. № 2 (30). С. 254.

имени О.Е. Кутафина

6) вопросы правового сравнительного анализа института экспертизы в России и зарубежных странах и выработки научно обоснованных рекомендаций по гармонизации российского законодательства с международными нормами в области экспертизы.

И в итоге А. В. Нестеров предлагает понимать под «экспертикой» научное направление юридической науки и прагматику правового регулирования и применения института экспертизы24.

Мнение А. В. Нестерова, несмотря на оригинальность, выражено несколько хаотично. Автор весьма нечетко представляет структуру судебной эксперто-логии, склоняясь в итоге к ее чисто юридическому характеру. В его структуре не нашлось места методологическим особенностям судебной экспертизы, методам и методикам, несмотря на то, что автор не преминул рассуждать о методах как категории процедуры (технологического (административного) регламента), тактики и/или организации. Кроме того, в структуре предмета судебной эксперто-логии нечетко выражены концептуальные основы, а лишь указано, что должна изучаться «судебная экспертиза», что можно понимать как в узком смысле, исключая правовую составляющую, так и в широком смысле. Не совсем понятно также, что автор подразумевает под общественными явлениями, возникающими в практике жизнедеятельности, и, выявлением закономерностей их изменений, представлением рекомендаций о том, как их сделать более справедливыми и результативными, тем более, что если реализацию термина «результативность» можно вывести исходя из анализа практики производства судебных экспертиз, то этого нельзя сказать о термине «справедливость».

На наш взгляд, наиболее четкое определение предмета судебной экспер-тологии предлагает профессор Е. Р. Россинская. По ее мнению, предметом судебной экспертологии являются теоретические, правовые и организационные закономерности осуществления судебно-экспертной деятельности в целом; закономерности возникновения, формирования и развития классов, родов и видов судебных экспертиз и их частных теорий на основе единой методологии, унифицированного понятийного аппарата и с учетом постоянного обновления и видоизменения судебно-экспертных знаний и разрабатываемые на основе познания этих закономерностей единые для всех видов судопроизводства унифи- Ш цированные экспертные технологии, стандарты экспертных компетенций и сер- А тифицированных экспертных лабораторий, единое правовое и организационное  обеспечение судебно-экспертной деятельности. Представленное определение, ^ по нашему мнению, в полной мере отражает сущность предмета новой науки, > именно поэтому мы поддерживаем и структуру предмета судебной экспертоло- ^ гии, разработанную Е. Р. Россинской, которую в несколько дополненном виде представим ниже.

Ближе всего из современных концепций нам представляется мнение Е. Р. Россинской, поскольку, полагаем, что включение в структуру предмета судебной экспертологии правовых и организационных начал сейчас является необходимым.

Тем не менее считаем необходимым дополнить приведенную профессором структуру и не просто указать на учение о «специалисте как субъекте правопри-

24 Нестеров А. В. Прагматические и теоретические проблемы экспертики // Эксперт-криминалист. 2011. № 2. С. 36.

П

* к Н к

НАУКИ Ъ

менительной деятельности», но и уточнить, что данное учение должно включать в себя общие черты его процессуального статуса, в той мере, в которой это касается особенностей применения им специальных знаний, а также ответственности специалиста. Кроме того, по аналогии с учением о форме и содержании заключения судебной экспертизы и особенностях его оценки и использования в судопроизводстве, структуру судебной экспертологии можно дополнить учением о форме и содержании заключения и консультации специалиста, а также особенностях их оценки и использования в судопроизводстве и юрисдикционном процессе.

Кроме того, полагаем, будет нелишним указать на принципы судебной экспертологии и принципы судебно-экспертной деятельности как объекта ее исследования, поместив их в раздел концептуальных основ судебной экспертологии.

В отличие от концепции А. В. Аверьяновой, Е. Р. Россинская не выделяет в общую теорию теории экспертной идентификации, экспертной диагностики и экспертного прогнозирования, однако обоснованно включает учение о специалисте как субъекте правоприменительной деятельности, делает акцент на правовой основа деятельности государственных судебно-экспертных учреждений и негосударственных судебно-экспертных организаций, полномочиях и правовом статусе руководителя судебно-экспертного учреждения. Основное отличие концепции Е. Р. Россинской от А. В. Аверьяновой заключается в подчеркивании правовых и организационных основ судебной экспертологии, наряду с выделением концептуальных основ судебной экспертологии. В любом случае концепция, предложенная Е. Р. Россинской, является симбиозом концептуальных правовых, организационных начал, позволяющих в полном объеме раскрыть объект судебной экспертологии.

По нашему мнению, в предмет судебной экспертологии должны быть включены и процессуальные аспекты, которые в определении предмета науки можно охватить понятием «правовые основы», хотя они являются предметом изучения процессуальных отраслей права и доказательственного права. Полагаем, что в термин «правовые основы» может быть вписано и значение «процессуальные основы», поскольку здесь под термином «процесс» понимается судопроизводство и иная юрисдикционная деятельность, при осуществлении которой должностным лицам необходима помощь эксперта или специалиста. Фактически мы имеем в виду только закономерности осуществления той деятельности, которая связана с использованием специальных знаний, не выходя за ее пределы и не посягая на предмет исследования процессуального права или доказательственного права, который в определенной степени взаимосвязан с предметом судебной экспертологии.

Остановимся также и на весьма дискуссионном вопросе, касающемся включения в структуру предмета судебной экспертологии изучения закономерностей участия специалиста как носителя специальных знаний, а также результатов его деятельности в судопроизводстве и иной юрисдикционной деятельности. Полагаем, что данный аспект может быть включен в предмет судебной экспертологии только с точки зрения взаимосвязи и взаимодействия с основной формой использования специальных знаний — судебной экспертизой, поскольку указанные закономерности являются предметом изучения процессуального права, а также соответствующих отраслей наук, изучающих закономерности участия специали-

имени О.Е. Кутафина

ста как субъекта изучаемой деятельности. Изучение особенностей оценки и использования в судопроизводстве и юрисдикционном процессе результатов труда специалиста — консультации и эксперта — заключения опять-таки видится в необходимости разделения этих доказательств, как по источнику получения, так и по сущности. Отсутствие этих положений в изучаемом предмете не позволит представить завершенную картину в исследовании макроинститута специальных знаний.

Тем не менее существует мнение выделить учение о специалисте в отдельное под названием «специология», как частная комплексная теория, обобщающая накопленные научные знания по проблемам специальных познаний, шире понятия «судебно-экспертная деятельность»25. Конечно, указанный автор смешивает два разнопорядковых термина. Судебно-экспертная деятельность во всем своем многообразии никак не может конкурировать ни с какой теорией или наукой, поскольку она сама по себе является объектом определенной отрасли научного знания, которую большинство ученых называют сегодня — «судебной экспертологией». Можно было бы поставить вопрос о взаимосвязи судебной экс-пертологии как науки с научными изысканиями, касающимися деятельности специалиста. Ответ на этот вопрос не сложен и лежит в плоскости сопоставления форм специальных знаний, а также влияния на них общетеоретических положений. В нашей стране основной формой использования специальных знаний является назначение и производство экспертизы, общетеоретические положения об использовании специальных знаний едины как для эксперта, так и для специалиста, отличия этих двух субъектов заключается в том числе в процессуальном характере их участия в судопроизводстве. Судебная экспертология включает в предмет своего исследования определенные закономерности, на которые мы указали выше. Таким образом, изучение правового статуса и деятельности специалиста в судопроизводстве должно выступать частью предмета судебной экс-пертологии, что снимает вопрос о существовании науки «специологии», с учетом процессуальной сущности понятий «эксперт» и «специалист», сходства и различия этих процессуальных фигур, сущности и результатов их деятельности, равно как и частью предмета исследования процессуальной науки.

Кроме этого, на наш взгляд, частью предмета судебной экспертологии может Ш

выступать международно-правовое сотрудничество в области судебной экспер- А

тизы. Многие ученые подчеркивают необходимость изучения с использованием

сравнительного метода как процессуально-правовой регламентации института ^

использования специальных знаний, так и субъектов, их осуществляющих, и ре- >

зультатов их деятельности26. ^

Таким образом, анализ приведенных точек зрений ученых о предмете и А

структуре науки о судебной экспертизе позволяет нам отобразить структуру судебной экспертологии следующим образом:

25

26

Жданов С. П. Участие специалиста в судопроизводстве и оперативно-розыскной деятельности: постановка проблем: препринт монографии. М. : ИД «Шумиловой И.И.», 2014. С. 29—30.

См., например: Фролычева Е. А. Процессуальное действие «судебная экспертиза» в судопроизводстве стран Скандинавии и России (сравнительное исследование) : автореф. дис. .канд. юрид. наук. Нижний Новгород, 2011.

П

* к Н к

Н>УКИ Ъ

1. Концептуальные основы судебной экспертологии:

1.1. Предмет, система, принципы, задачи, функции, методы судебной экспертологии как науки — учение о судебной экспертологии.

1.2. Учение о судебной экспертизе: предмет, объекты и их свойства и признаки, задачи судебной экспертизы.

1.3. Учение о закономерностях формирования и классификации судебных экспертиз по родам и видам; учение о закономерностях формирования и развития новых родов и видов судебных экспертиз.

1.4. Общие положения о судебно-экспертной деятельности, принципы судебно-экспертной деятельности, ее роль в судопроизводстве и юрисдикционной деятельности.

1.5. Учение о процессах, отношениях и целях экспертной деятельности.

1.6. Теория экспертной идентификации; теория экспертной диагностики; теория экспертного прогнозирования, теория экспертной реституции.

1.7. Учение о формах и средствах коммуникативной деятельности эксперта, включая взаимодействие со следователем, судом, руководителем экспертного учреждения, а также язык судебной экспертологии, система экспертных понятий, вопросы информатизации и формализации языка.

1.8. Общие положения частных теорий отдельных родов и видов судебных экспертиз (понятие частной экспертной теории, ее предмета, объектов, задач).

2. Правовое обеспечение судебно-экспертной деятельности:

2.1. Правовая основа деятельности государственных судебно-экспертных учреждений и негосударственных судебно-экспертных организаций, правовой статус их руководителей.

2.2. Учение о формах использования специальных знаний в судопроизводстве и иных видах юрисдикционной деятельности.

2.3. Эксперт как субъект правоприменительной и правотворческой деятельности, его правовой и профессиональный статус.

2.4. Специалист как субъект правоприменительной и правотворческой деятельности, его правовой и профессиональный статус.

2.5. Учение о заключении судебной экспертизы и особенности его оценки и использования в судопроизводстве.

2.6. Учение о консультации специалиста, а также особенности его оценки и использования в судопроизводстве и юрисдикционном процессе.

2.7. Международно-правовое сотрудничество в области судебной экспертизы.

3. Организационное обеспечение судебно-экспертной деятельности:

3.1. Организация, структура, функции государственных и негосударственных судебно-экспертных учреждений.

3.2. Информационное обеспечение судебно-экспертной деятельности.

3.3. Профессиональная деятельность, подготовка и повышение квалификации судебного эксперта, экспертная дидактика.

3.4. Психологические, логические и нравственные основы профессиональной деятельности судебного эксперта; профессиональная этика судебного эксперта.

3.5. Учение об экспертной инициативе.

имени О.Е. Кутафина

4. Судебно-экспертные технологии:

4.1. Методология судебно-экспертной деятельности.

4.2. Процесс экспертного исследования и его стадии.

4.3. Судебно-экспертные методики, их типизация, стандартизация и паспортизация, валидация экспертных методик.

4.4. Профилактическая деятельность эксперта, экспертные ошибки и их профилактика.

Учитывая изложенное, можно представить следующее определение предмета судебной экспертологии — это общие закономерности развития и осуществления судебно-экспертной деятельности, закономерности становления и развития классов, родов и видов судебных экспертиз и их частных теорий, а также экспертных технологий, правовое обеспечение экспертной деятельности, в том числе закономерности участия сведущих лиц (эксперта и специалиста) в судопроизводстве и иной юрисдикционной деятельности, формирующиеся и разрабатываемые на основе унификации теоретических, методологических, правовых и организационных основ. Исходя из предмета научного исследования, наука «судебная экспертология» представляет собой систему научных знаний об указанных закономерностях.

Судебная экспертология в настоящее время перестала носить сугубо праксиологический характер, несмотря на то, что существует в том числе для удовлетворения потребностей практики. Особенно ценным является также то, что судебная экспертология сформировалась как теория науки, выступая основой для формирования многих правовых институтов, в том числе междисциплинарного характера.