Движение кадров в строительстве Сибири в 1945-1955 гг

В статье дан анализ уровня интенсивности движения производственного персонала строительных организаций Сибири в первое послевоенное десятилетие, представлены основные факторы, влиявшие на текучесть кадров, а также методы стабилизации составов трудовых коллективов

Движение кадров в строительстве Сибири в 1945-1955 гг.*

А. А. ДОЛГОЛЮК,

кандидат исторических наук, УРАН Институт истории СО РАН, Новосибирск E-mail: dolgalal@mail.ru

Отрасль капитального строительства всегда характеризовалась высокой подвижностью кадров, в частности, из-за постоянно изменяющихся объемов выполняемых строительно-монтажных работ и неблагоприятных условий труда - ведь значительная часть работ проводится под открытым небом, в том числе на территориях пионерного освоения.

Великая Отечественная война сорвала в СССР с обжитых мест миллионы людей, резко возросла мобильность населения. В свободном и принудительном порядке в трудовые коллективы поступали и оставляли их сотни тысяч работников. В тот период в Сибири произошел большой рост численности занятых в капитальном строительстве из-за необходимости восстановления эвакуированных и строительства новых военных заводов.

В послевоенные годы потребность капитального строительства Сибири в трудовых ресурсах еще более возросла. Для достройки и реконструкции промышленных предприятий, возведенных в 1941-1945 гг. по временной схеме, роста объемов жилищно-гражданского строительства создавались новые и укрупнялись действовавшие строительные

* Статья подготовлена при поддержке РГНФ, проект № 07-01-00426а. © ЭКО 2009 г.

подразделения. Их комплектование проходило в условиях острейшего дефицита трудоспособного населения, поэтому редким организациям удавалось достичь установленной штатной численности. Лучшей обеспеченностью отличались тресты и управления, администрация которых заботилась о стабилизации состава своих коллективов, по мере возможности решая их насущные социальные проблемы.

Подневольный труд

Преимущественно административно-принудительные методы сохранения кадров, использовавшиеся в 1941-1945 гг., после войны по инерции применялись еще 1-3 года. За самовольное оставление места работы человеку грозила уголовная ответственность в соответствии с Указом Президиума Верховного Совета СССР от 26 июня 1940 г. «О переходе на восьмичасовой рабочий день, на семидневную рабочую неделю и о запрещении самовольного ухода рабочих и служащих с предприятий и учреждений» и Указом от 26 декабря 1941 г. «Об ответственности рабочих и служащих предприятий за самовольный уход (дезертирство) с предприятий военной промышленности»1. Эти меры способствовали сокращению текучести кадров, т. е. увольнению работников по собственному желанию и за нарушение трудовой дисциплины. Основными причинами увольнений работников из строительных организаций стали призыв в Советскую Армию и неспособность выполнять работу из-за болезни.

Начиная с 1944 г. высококвалифицированные работники, прибывшие в сибирские города по эвакуации в составе строительных организаций и отделов капитального строительства крупных промышленных предприятий, стали возвращаться в освобожденные районы страны. Их доля в составе трудовых коллективов была относительно небольшой; многие вернулись домой уже в первые послевоенные годы.

1 Решения партии и правительства по хозяйственным вопросам. Сборник документов. М., 1967. Т. 2. С. 757; Советское право в период Великой Отечественной войны. Ч. 2. Уголовное право. М., 1948. С. 84-85.

Значительно больший удельный вес в общей численности строителей составляли мобилизованные в годы войны из сельской местности Сибири, а также республик Средней Азии, Казахстана, некоторых западных районов СССР. Таких было особенно много в строительных организациях, подчиненных Наркомату строительства СССР, куда люди прибывали в составе рабочих стройколонн. Их жилищно-бытовое положение было хуже, чем у местных жителей, а распорядок дня - близок к действовавшему в армейских строительных батальонах. После Победы большинство из них захотело вернуться домой, но уволить всех желающих было нельзя, поскольку заменить их было некем.

Данная проблема из-за своей масштабности приобрела общегосударственное значение. Ведь за годы войны на Урал, в Сибирь и Дальний Восток было эвакуировано, мобилизовано и направлено через систему трудовых резервов около 920 тыс. чел.2 На правительственном уровне стали приниматься меры по закреплению этих кадров на производстве. Прежде всего, позаботились о наркоматах, работающих на оборону страны. Председателям сельсоветов и колхозов предписывалось беспрепятственно отпускать членов семей, желающих переехать к месту постоянной работы главы семьи. В то же время руководителям промышленных предприятий и строительных организаций предлагалось заключать с работниками, остающимися на постоянную работу и желающими перевезти семью или построить жилище, соглашения о хозяйственном обзаведении, в котором указывались сроки предоставления жилья или отвода участка для индивидуального строительства. Те, с кем заключались подобные договоры, обеспечивались стройматери-алами3. Однако возможности строительных трестов были крайне ограничены, жилья и стройматериалов катастрофически не хватало.

Часть работников видели для себя относительно неплохие перспективы в будущем и оставались работать в организации. Так, в 1947 г. трест «Кемеровострой» заключил индивидуальные

2 Российский государственный архив экономики (РГАЭ). Ф. 4372. Оп. 46. Д. 314. Л. 65.

3 Там же. Л. 1-3.

трудовые договоры с 275 мобилизованными, ещё несколько -с эвакуированными и репатриированными. Этим людям выдавались ссуды, продавался скот4.

В целом же мобилизованные и эвакуированные неохотно заключали срочные трудовые договоры, и большая их часть уволилась из строительных организаций, хотя сделать это оказалось непросто. Поэтому широкий размах приняло самовольное оставление производства.

После Победы строителям наконец-то стали предоставлять отпуска. Выехав домой на побывку, многие на работу уже не возвращались и сразу же причислялись администрацией к категории дезертиров. Так, в 1946 г. среди уволенных в тресте «Кемеровострой» дезертиры составляли 46%, а в тресте «Но-восибирскпромстрой» - 30%5.

Возвращение дезертиров стало одним из важнейших направлений работы отделов кадров. Тысячи писем рассылались в правления колхозов и совхозов, сельсоветы, прокуратуры и суды. Однако руководители сельских хозяйств и их партийных организаций, как правило, становились на сторону невозвращенцев. Многие дела прекращались после получения справок из сельсоветов о семейном положении дезертира, об отсутствии в семьях других трудоспособных лиц, ходатайств из районных исполнительных комитетов или военных комиссариатов. Так, в 1946 г. трест «Новосибирскпромстрой» самовольно покинули более 500 чел., из них удалось вернуть менее 5%6.

В то же время немало дезертиров было осуждено. Особенно сурово относились к тем, кто покидал строительные организации, работающие на военных предприятиях. При этом в расчет не принимались пол, возраст, квалификация и значимость для производства провинившегося. Так, в 1946 г. за дезертирство из Омского строительно-монтажного треста № 2 на 5 и 6 лет соответственно осудили двух 20-летних работниц. При этом военный трибунал войск

4 Государственный архив Кемеровской области (ГАКО). Ф. 830. Оп. 1. Д. 30. Л. 24.

5 ГАКО. Ф. 830. Оп. 1. Д. 25. Л. 30; Государственный архив Новосибирской области (ГАНО). Ф. 4. Оп. 34. Д. 273. Л. 3.

6 ГАНО. Ф. 4. Оп. 34. Д. 273. Л. 6.

МВД по Омской области не учел положительные характеристики, выданные девушкам руководством треста № 2 с новых мест работы7.

Но никакие наказания не могли остановить людей - в мирное время ограничение свободы выбора трудовой деятельности они принять не желали. Действие Указа Президиума Верховного Совета СССР от 26 декабря 1941 г. было отменено с мая 1948 г., что еще более увеличило отток кадров.

Вслед за эвакуированными и мобилизованными с сибирских строек стали убывать военнопленные; основная их часть покинула лагеря в 1948-1949 гг. Всего было репатриировано около 200 тыс. чел., не менее половины из которых использовалось на строящихся объектах.

Заменой им стали советские заключенные. Проведенная по случаю Победы амнистия лишь на короткий срок сократила численность обитателей ГУЛАГа, которая в течение последующего пятилетия непрерывно увеличивалась. На строительстве многих промышленных и транспортных объектов заключенные составляли большую часть работников. Подневольный труд малоквалифицированной рабочей силы, плохо обеспеченной современной строительной техникой, был малоэффективен. Так, администрацию лагерей не заботила проблема постоянства отрядов и бригад, направляемых в строительные тресты. Просьбы руководства строительных организаций закреплять за ними более или менее стабильные группы чаще всего оставались без внимания. В лучшем случае положительные решения принимались в отношении наиболее квалифицированных специалистов.

Одна из самых масштабных в истории страны амнистия была проведена после смерти И. В. Сталина в 1953 г. Для многих сибирских строек, где доля принудительного труда была особенно высока, она имела серьёзные отрицательные последствия. Если на 1 апреля 1953 г. в г. Норильске списочное количество рабочих в строительстве составляло 22,7 тыс. чел., то к 1 сентября оно снизилось до 10,7 тыс. чел., т.е.

7 Государственный архив Омской области (ГАОО). Ф. 1860. Оп. 2. Д. 6. Л.10, 163.

более чем в два раза. Темпы строительства важных промышленных объектов резко замедлились8.

Перемещение больших масс заключенных по стране усилилось и в связи с полным прекращением или консервацией строек. Так, Полярная магистраль (Воркута - Салехард -Игарка- Норильск) сооружалась с 1947г., а в 1953г., когда из 1700 км было проложено более половины, правительство приняло решение об остановке и консервации строительства. Крупнейший трудовой коллектив (более 100 тыс. чел.), состоявший преимущественно из заключенных, пришлось расформировать и вывезти из северных районов Сибири.

Отток заключенных из строительной отрасли продолжался до конца 1950-х годов, и доля принудительного труда в общем государственном балансе стала гораздо скромнее.

Условия труда и транспортная доступность

Текучесть кадров в строительных организациях Сибири всегда была более высокой, чем в центральных районах России из-за комплекса относительно неблагоприятных факторов - суровых природно-климатических условий, плохого решения жилищных и других социальных проблем. Следствием являлась повышенная заболеваемость работников.

Особенно трудно приходилось тем, кто прибыл на сибирские стройки из мест с теплым климатом. Людям, не всегда обеспеченным теплой рабочей одеждой, часто приходилось трудиться на морозе при температуре ниже -200 С. В крайне тяжелых условиях сооружались железные дороги, через тундру прокладывалась Полярная магистраль, через тайгу на северо-восток от Тайшета к Усть-Куту - западный участок БАМа. В строительстве линии от Тайшета до Братска принимали участие японские военнопленные, содержащиеся в лагере № 7. Людям, родившимся и выросшим в стране с мягким климатом, пришлось жить и работать в районе, среднегодовая температура которого составляла минус 3-40 С. Суровые климатические условия, тяжелая работа, плохое питание,

8 Норильский городской государственный архив (НГГА). Ф. 11. Оп. 1. Д. 408. Л. 6, 10.

неустроенный быт влекли за собой очень высокую заболеваемость и смертность. Аналогичная картина наблюдалась и в других сибирских лагерях для военнопленных, если их обитатели использовались на строительстве дорог или лесозаготовках.

Через сложный период адаптации к неблагоприятным природным условиям пришлось пройти и добровольцам. Очень многие строители Братской гидроэлектростанции так и не смогли приспособиться к суровому климату: одни часто простужались, у других обострялись хронические заболевания.

Суровый сибирский климат создавал для людей немалые бытовые трудности и ухудшал условия труда, так как они работали на открытых площадках и в любую погоду. Высока была доля тяжелого ручного труда у строителей, часто в условиях запылённости, загазованности, вибрации и сильного шума. Работа велась в неблагоприятных санитарно-гигиенических условиях с высокой вероятностью травматизма, при плохих возможностях для отдыха во время регламентированных перерывов, которые чаще всего не соблюдались. Также плохо было организовано питание во время рабочей смены. Всё это влияло на здоровье, физическое и моральное состояние работников и нередко становилось причиной увольнений. В строительстве желающих покинуть работу из-за неудовлетворенности условиями труда было всегда больше, чем в промышленности.

Еще в 1930-е годы наметилась тенденция движения рабочей силы из сельской местности в промышленность через строительные организации. Одним из её проявлений был переход человека на работу на завод или фабрику, в строительстве которых он участвовал. В послевоенные годы это явление приняло значительные масштабы. Многие из сооружавших Омский и Ангарский нефтеперерабатывающие заводы, Новосибирский завод химконцентратов, Красноярский комбайновый завод, рубцовский «Алтайсельмаш» и др. устроились на вновь построенные объекты уже в качестве эксплуатационников. Для новых заводов особую ценность представляли бывшие работники специализированных монтажных строительных организаций, которые хорошо знали установленное оборудование и умели им управлять.

Специфика труда строителей - постоянная смена рабочих мест не только на отдельной строительной площадке, но и в городе, а иногда и в пределах территории в десятки километров. Часто человек устраивается в организацию, чтобы участвовать в возведении объекта, расположенного относительно недалеко от места жительства. Однако по завершении работ ему приходится добираться на другие отдалённые объекты, затрачивая личное время. Часто новые объекты создавались в местах, где не было городского транспорта - приходилось преодолевать еще и пешие переходы. Иногда строителям требовалось доехать лишь до конторы или иного места сбора, откуда их развозили по объектам. Перевозка рабочих на открытых машинах на дальние расстояния в ненастную погоду нередко заканчивалась простудными заболеваниями. Все это также становилось причиной увольнений работников.

Заработная плата

В годы первых пятилеток размер зарплаты строителей был ниже, чем в промышленности. В военное время вознаграждение сильно зависело от выполнения военных заказов -оплата труда рабочих оборонных предприятий была наиболее высокой. По инерции такой подход сохранился и в первые послевоенные годы. В донесении уполномоченного государственной плановой комиссии Совета Министров СССР по Кемеровской области руководству отмечалось, что в 1948 г. среднедневной заработок рабочих-строителей треста «Кузнецк-тяжстрой» был примерно в три раза меньше, чем на расположенных рядом промышленных предприятиях. Следствием стала высокая текучесть кадров. Ни один человек, прибывший в трест по оргнабору, не остался после истечения срока договора. Все перешли на соседние заводы либо вернулись туда, откуда приехали9.

Вскоре правительство страны приняло меры по исправлению сложившегося положения: зарплата в строительстве стала расти быстрее, чем в других отраслях народного хозяйства, и превысила ее уровень в промышленности. И тем не

9 РГАЭ. Ф. 4372. Оп. 48. Д. 1097. Л. 64.

менее многие увольняющиеся со строек отмечали неудовлетворённость заработной платой. Очень часто текучесть порождалась разницей в оплате труда работников, выполняющих примерно одинаковую работу на различных предприятиях и организациях. Иногда дифференциация у рабочих одних и тех же профессий, но принадлежащих к разным министерствам, достигала кратных размеров. Это наблюдалось и у других категорий персонала.

Плохо организованный трудовой процесс не обеспечивал нормативной производительности отдельных групп строителей. В самом невыгодном положении оказывались новички, занятые преимущественно ручным трудом. Как отмечалось на Пленуме Свердловского райкома КПСС г. Иркутска, текучесть среди неквалифицированных рабочих по причине плохой организации их труда и низкой его оплаты на строительстве гидроэлектростанции составляла более 50%. В целом же по этим причинам по собственному желанию в Иркутской области увольнялся каждый десятый работник10. В разрезе отдельных строительных организаций и их подразделений эти показатели могли сильно дифференцироваться.

Одним из факторов стабилизации состава трудовых коллективов стали «северные надбавки» и районные коэффициенты. Например, после амнистии 1953 г. Норильск покинули тысячи заключенных, возник кризис с трудовыми ресурсами. Однако он мог оказаться еще более острым, если бы не система материального вознаграждения. Многие бывшие обитатели лагерей, соблазнившись высокими поясными коэффициентами, остались работать в строительстве в качестве вольнонаёмных. Районные и северные доплаты удерживали создателей Братской гидроэлектростанции.

Социальная инфраструктура

Во многом текучесть кадров зависела от обеспеченности строителей и членов их семей жильём. После окончания войны все строительные организации Сибири испытывали

10 Труды Московского государственного историко-архивного института. Т. 21. М., 1965. С. 38.

огромный дефицит жилого фонда для своих работников. Большую его часть составляли временные ветхие перенаселенные строения. Так, в тресте «Сталинскпромстрой» в общежитиях на одного человека приходилось 1,7-2,7 м2 (с двухъярусными кроватями и нарами11).

На общегосударственном уровне принималось немало решений по увеличению обобществленного жилого фонда и стимулированию строительства индивидуальных домов. Однако финансовая и материальная поддержка этих инициатив была крайне скудной. Все, что удалось сделать в 1946-1950 гг., -это вывести обеспеченность строителей и членов их семей на предвоенный уровень.

В следующей пятилетке подрядные организации стали медленно наращивать собственное жилищное строительство. Но поскольку росла и численность занятых в отрасли, обеспеченность жильём увеличилась незначительно и в различных организациях составляла 4-6 м2 на человека. Даже на крупных новостройках жилья возводилось очень мало. Ещё на уровне проектирования Иркутской ГЭС в расчётах численности населения рабочих поселков был сознательно уменьшен коэффициент семейственности, что определило заниженные плановые показатели по жилищному и культурно-бытовому строительству. Но даже и они в 1950-1951 гг. систематически не выполнялись.

Жилищная проблема на отдельных предприятиях решалась по-разному, что стало одной из важнейших причин возросшей мобильности трудовых ресурсов. Даже те работники, которых полностью удовлетворяли их профессия и работа, были готовы сменить их, если видели лучшую перспективу получить жильё.

Ещё во время вербовки по оргнабору или при выдаче направлений выпускникам различных учебных заведений обещали решить «жилищный вопрос». Особенно актуальным получение квартиры было для находящихся в браке. Только располагая собственной жилплощадью, они могли вызвать к себе членов семьи. Отказ в предоставлении жилья означал нарушение условий договора, поэтому многие увольнялись досрочно.

На закрепляемости кадров сказывалась и обеспеченность работников детскими дошкольными учреждениями.

11 Новокузнецкий филиал ГАКО. Ф. 213. Оп. 1. Д. 1. Л. 79.

Их дефицит ярко обозначил послевоенный всплеск рождаемости. Особые трудности испытывали строительные подразделения, выполняющие отделочные работы, в которых доля женщин была традиционно высока - именно женщины превалировали среди увольняющихся из-за невозможности устроить ребенка в детские ясли или сад. Лишь позднее, с переходом на сооружение крупных детских комбинатов по типовым проектам индустриальными методами, проблема стала ослабевать.

Поблизости от крупных новостроек обычно стремительно возникали целые поселки за счет государственного и индивидуального строительства. Масштабы жилищного строительства отставали от роста населения новых городов, но ещё хуже обстояло дело с развитием торговли, бытового обслуживания, здравоохранения, просвещения и культуры. В поселках строителей в зоне сооружения Иркутской ГЭС за первые три года не было построено ни одного клуба и кинотеатра. При сооружении следующей ступени Ангарского каскада - Братской гидроэлектростанции - этот негативный опыт попытались учесть. Тем не менее и здесь социально-бытовая инфраструктура развивалась медленно, что не способствовало закреплению новоселов.

Подвижность кадров

Уровень текучести строительных кадров находился в тесной взаимосвязи с их качественными характеристиками: возрастом, полом, общим и специальным образованием, квалификацией, стажем работы и др. Проблема текучести - это, прежде всего, проблема молодежная12.

На повышенной мобильности молодых людей сказывалось множество факторов. Многие призывались в армию или уходили на учебу, другие находились в поиске своего места в жизни. Те, кто достиг относительно высокого общеобразовательного и профессионально-технического уровня, предъявляли повышенные требования к содержанию, организации и условиям труда - среди них всегда была ниже

12 Вопросы использования трудовых ресурсов Кузбасса. Вып. 2. С. 157; Личность и коллектив. Иркутск, 1973. С. 60.

удовлетворенность работой и наиболее высокая интенсивность текучести. А самой низкой подвижностью отличались рабочие с начальным образованием.

Высока была текучесть не только у эвакуированных и мобилизованных кадров, но и у прибывших по оргнабору. Вербовка работников для сибирских строек велась по всему СССР. В условиях острого дефицита трудовых ресурсов заключать договоры удавалось, прежде всего, с теми, кого не особо ценили на прежнем месте работы. Доля семейных среди них изначально не превышала 5%. Чаще всего они, как и одинокие, размещались в общежитиях, куда не могли пригласить супругов и членов своих семей. Всё это не соответствовало обещаниям при вербовке, поэтому обратный отток начинался в первые же месяцы работы. Например, в тресте «Гидролизпром-строй» (Иркутская область) из прибывших по оргнабору в 1955 г. закрепилось менее четверти13, что было типичным для сибирских строек.

Как свидетельствует практика, для того, чтобы новичку закрепиться в строительной организации, важно продержаться в ней первые два года. Однако большая часть этот срок не выдерживала. На оргнабор рабочей силы расходовались огромные средства, направляемые на оплату переезда новых строителей к месту работы, их профессионально-техническое обучение, выплату «подъемных». В то же время в создание нормальных социально-бытовых условий средств вкладывалось явно недостаточно. Тяжелый малоквалифицированный ручной труд, низкие заработки, бытовые трудности - вот с чем приходилось сталкиваться многим новичкам. Так, в тресте «Ир-кутскстрой» в 1946-1947 гг. закрепились лишь 10% принятых на работу14.

В 1950-е годы стабильность кадрового состава трудовых коллективов хотя и медленно, но всё же повышалась. Однако и в этот период, и в следующее десятилетие в тресте «Иркутскстрой» новички со стажем работы более одного года составляли 10-50% общей численности работников.

13 Государственный архив Иркутской области (ГАИО). Ф. 2903. Оп. 1. Д. 26. Л. 101.

14 ГАИО. Ф. 2723. Оп. 1. Д. 58. Л. 18; Д. 63. Л. 3.

Недолго оставались на производстве и так называемые «летуны» - люди, долго не задерживающиеся на одном месте. Работники из этой социальной группы не представляли ценности для строительных организаций, поскольку отличались низким уровнем квалификации, недисциплинированностью, приверженностью к пьянству. Одним администрация предлагала уйти «по собственному желанию», других увольняла за нарушение трудовой дисциплины, третьи по сложившейся «привычке» и сами не хотели долго оставаться на одном месте.

В строительных коллективах, уделявших больше внимания решению жилищных, социальных и материальных проблем трудящихся, новички закреплялись лучше. Так, 26 мая 1951 г. Совет министров СССР принял постановление «О преимуществах и льготах для работников строительства и эксплуатации электростанций и сетей». В районах тепло- и гидроэнергетического строительства стали больше возводить жилых домов и культурно-бытовых объектов, улучшилось снабжение промышленными и продовольственными товарами. Выросли заработки работников, появилась надбавка за выслугу лет тем, кто проработал в организации более трех лет. Увеличилась прослойка старожилов в строительных подразделениях. Например, в управлении «Ангарагэсстрой» сотрудники стали охотнее продлевать договоры: одни на год, а другие - до окончания строительства Иркутской гидроэлектростанции. За 1951-1955 гг. договоры перезаключили 5,6 тыс. чел.15

Высокая подвижность кадров в капитальном строительстве наблюдалась на протяжении всей советской истории. В отдельные годы в отрасль капитального строительства в расчёте на каждые 100 работающих поступало около 300 чел. и примерно столько же убывало. Тем не менее в 1930-е годы значительно возросла прослойка постоянных кадров, и поэтому к началу войны их оборот сократился более чем в два раза, оставаясь всё еще интенсивным. В 1940 г. в среднем на каждых 100 работающих поступило 155 чел., а выбыло - 135 чел.16 В военные годы и в первое послевоенное

15 ГАИО. Ф. 2735. Оп. 1. Д. 26. Л. 71; Д. 49. Л. 61; Д. 84. Л. 78; Д. 171. Л. 140.

16 Труд в СССР. Стат. сб. 1928-1959. Ч. 2. М., 1960. С. 11.

десятилетие оборот кадров, как по приёму, так и по выбытию в среднем по стране сократился на 70-90%17.

В районах Сибири подвижность строительных рабочих всегда была выше, чем в среднем по СССР или РСФСР. Так, на стройках Новокузнецка в начале 1950-х годов число вновь принимаемых в течение года рабочих почти в два раза превышало их среднесписочную численность18. Со временем показатели оборота кадров в строительстве постепенно снижались.

Интенсивность движения инженерно-технических кадров была заметно ниже, чем рабочих. В первые послевоенные годы большая сменяемость ИТР происходила за счет «практиков». Мастера и другие руководители низшего и среднего звена часто не имели профессиональной подготовки, а многие - даже неполного среднего образования, и им было сложно справляться со своими обязанностями. Плохо закреплялись и молодые специалисты. Большая их часть направлялась из западных районов страны, и лишь немногие намеревались надолго связать свою судьбу с Сибирью. Некоторые увольнялись досрочно, не отработав положенных по закону трех лет. Так, из новосибирского строительного треста №43 в 1949-1950 гг. уволилась треть руководителей и инженерно-технических работников.

В 1950-х годах в строительные тресты всё больше поступало молодых специалистов из сибирских вузов и техникумов, характеризующихся относительно хорошей закрепляемо-стью. Она могла бы быть еще выше при условии обеспечения новичков более качественным отдельным жильём. Обычно же им предоставлялась комната в общежитии, и лишь семейные быстрее получали отдельные квартиры.

Заключение

Кадровая политика СССР в послевоенный период оказалась недостаточно эффективной. Через систему льгот, районные коэффициенты, северные надбавки, доплаты за вредные

17 Труд в СССР. Стат. сб. 1928-1959. Ч. 2. М., 1960. С. 11.

18 Шпарог Ю. А. Кадры капитального строительства. Новокузнецк, 1972. С. 26.

условия труда и т. п. в отрасли был обеспечен уровень доходов работников, несколько превышающий средний по народному хозяйству. В то же время социально-бытовые условия жизни большей части строителей были хуже, чем у занятых в других сферах общественного производства.

Интенсивность движения кадров зависела от их общего и профессионального образования. Работники с более высоким образовательным потенциалом предъявляли повышенные требования к организации, условиям труда, возможностям профессионального и карьерного роста. Они были мобильнее в поисках более перспективного места работы. Плохо закреплялись в трудовых коллективах молодёжь и малоквалифицированные рабочие ручного труда, не удовлетворенные профессией и уровнем материального вознаграждения.

В 1945-1955 гг. прослеживалась тенденция постепенного повышения стабильности коллективов, что проявлялось в сокращении оборота кадров по приёму и выбытию и уровня текучести. Проблема закрепления работников в строительстве решалась гораздо сложнее, чем в промышленности. Высокий уровень подвижности кадров определялся, прежде всего, за счет новичков, не сумевших в течение первого года работы адаптироваться на производстве и в коллективах.