Структура и источники развития рынка образовательных услуг в условиях глобализации

УДК 334.02 ББК У9(2)212

СТРУКТУРА И ИСТОЧНИКИ РАЗВИТИЯ РЫНКА ОБРАЗОВАТЕЛЬНЫХ УСЛУГ В УСЛОВИЯХ ГЛОБАЛИЗАЦИИ

P.S. Свекатовски

Статья посвящена проблемам реформирования системы образования. Автором рассматриваются факторы развития рынка образовательных услуг. Характеризуются черты системы образования в США. Обосновываются подходы к исследованию структуры рынка образовательных услуг. Рассматриваются проблемы в содержании и формах образовательных услуг по логистике.

Ключевые слова: высшее учебное заведение, знания, качество образования, конкурентоспособность вуза, логистика, образовательная услуга, реформа образования, стратегическое позиционирование, территория.

Сфера образования является крупным народнохозяйственным комплексом страны, который прямо воздействует на инновационный процесс в самом широком спектре отраслей. Эта ситуация находит свое понимание в развитых странах на всех правительственных уровнях и в самых широких общественных кругах. Такое понимание проявляется в форме укрепления убеждения о жизненной необходимости образовательных реформ и инвестиций общественных сфер в эту сферу.

Императивы реформирования национальных образовательных систем, прежде всего, обусловлены объективными специфическими требованиями постиндустриального общества к высшему образованию. Однако одним из главных факторов, определяющих реформирование национальных образовательных систем, следует все же считать усиление между ними конкуренции. Основной движущей силой обострения такой конкуренции является глобализация, которая способствует перемещению новых (инновационных) стандартов качества обучения в сфере высшего образования из более развитых стран в менее развитые. Такая тенденция сегодня оказывает существенное влияние на развитие рынков образовательных услуг, вынуждая, в частности, отечественные вузы пересматривать свои позиции в системе рыночных отношений, а государство изыскивать действенные меры, обеспечивающие адаптацию национальной образовательной системы к новым вызовам, которые несет глобализация.

Репрезентативным с точки зрения такой адаптации является, например, образование в США, которое представляет собой систему, открытую для удовлетворения весьма дифференциальных общественных потребностей, для свободного социального и педагогического экспериментирования, естественно развивавшуюся в условиях демократического общества и либеральных экономических принципов [12]. Причем приспособленность сферы образования США к обслуживанию наиболее универсального, структурно сложного и инновационного воспроизводственного комплекса со-

временного мира сегодня следует воспринимать как пример системы механизма саморазвития. В частности, он свидетельствует о высоких рисках в образовательном реформировании, причиной которых является недостаточное понимание взаимосвязей между образовательными потребностями и специфичными возможностями их эффективного удовлетворения. Кроме того, он свидетельствует о необходимости масштабных затрат на образовательные реформы. В последнем контексте внимание к себе привлекает тенденция, в соответствие с которой структуры доходов государственных и частных вузов США сближаются. Государственные вузы прилагают усилия по коммерциализации своих услуг, а частные вузы все больше привлекают к себе государственные субсидии. Государственная стратегия развития образования в этой стране, с одной стороны, включает механизм балансирования разнонаправленных интересов различных социальных групп, а с другой стороны, она всегда сосредоточена на точках роста национальной образовательной системы или в очагах ее кризисных ситуаций. Доминирующим и растущим сектором образовательной системы этой страны является государственный. По оценкам специалистов, источниками развития рынка образовательных услуг в США являются: 1) производственная и социальная необходимость максимального использования потенциала высокообразованной и всесторонне развитой личности; 2) реализация выгод складывающейся сложной производственно-социальной комбинации различных видов и аспектов труда; 3) постоянное использование научных знаний; 4) усиление стратегического руководства социально-экономическими процессами на всех уровнях общества [11].

Одним из инструментов государственной поддержки реформ в сфере образования следует считать социальный маркетинг в государственном секторе [6]. Его функцией является оказание влияния на целевую аудиторию, в частности на преподавателей и руководство вузов, чтобы модифицировать процессы обучения, преследуя цель повы-

сить качество высшего образования. Здесь следует отметить, что образовательные организации представляют собой слабосвязанные системы [16]. Причина этого феномена определяется высокой автономностью преподавателей вузов. Слабосвязанные образовательные организации обладают преимуществами в сложной среде, одной из которых служит их высокая чувствительность к изменениям в среде.

Вуз с позиции экономической теории является специфическим артефактом (организацией), особенности которого связаны:

- с неопределенностью технологии производства знания и, соответственно, трудностями адекватного измерения результатов образовательного процесса;

- отсутствием признаков «рациональной бюрократии» в управлении, предполагающей стандартизацию и специализацию процессов производства, формализацию отношений и особенно централизованного контроля деятельности ее сотрудников.

Последнее положение предопределяет особую актуальность проведения исследования тенденций в области оценки качества высшего образования. Кроме того, научный и практический интерес представляет разработка организационно-экономического механизма обеспечения конкурентоспособности вуза, одним из элементов которого должен быть маркетинг образовательных услуг.

Нормы обеспечения конкурентоспособности высшего учебного заведения должны базироваться на осознании специфики рыночного позиционирования высших образовательных учреждений, которая предопределяется, с одной стороны, компонентой европейской интеграции высшей школы, а с другой стороны, отраслевой компонентой знаний и умений и управленческой компонентой.

Структуру и источники развития рынка образовательных услуг в национальной экономике более детально можно выявить, используя модель многопараметрической системы регионального «ромба», вершины которого составляют детерминанты конкурентного преимущества, т. е. свойства среды, которые могут способствовать созданию конкурентного преимущества или препятствовать этому на отдельных территориях [10]. Уместно напомнить, что такими детерминантами являются:

1 - параметры факторов; 2 - параметры спроса, т. е. спрос на образовательные услуги, предлагаемые на региональной территории; 3 - родственные и поддерживающие отрасли, т. е. конкурентоспособные смежные отрасли экономики региона; 4 - стратегии вузов, их структура и характер их соперничества. Типологию параметров факторов характеризуют следующие элементы: человеческие ресурсы (количество, квалификация и стоимость рабочей силы); физические ресурсы; климатические условия; территория (ее размер и географическое положение); ресурс знаний; де-

нежные ресурсы; инфраструктура.

Территория (один из параметров факторов) в теории маркетинга мест рассматривается как «поставщик услуг», в том числе образовательных [5].

Такой подход во многом связан с ростом понимания того факта, что привлекательность территории повысить искусственно. В частности это возможно за счет организации предоставления на ней базовых услуг такого качества, которое соответствует потребностям бизнеса и общества. По оценкам специалистов, реакция места (территории) на образовательные потребности требует трех подходов:

1 - местная поддержка образовательного сектора;

2 - планы действий по улучшению ситуации;

3 - интегрированные подходы к образованию.

Таким образом, следует полагать, что глобализация, несомненно, формирует новый экономический и институциональный ландшафт на территории ряда государств. Эта тенденция стимулирует перемены, в частности, в сфере образования, вследствие чего требуется усилить государственную поддержку отечественных вузов. Однако сами вузы также должны разработать стратегию обеспечения своей конкурентоспособности с учетом возможностей, в том числе, извлечения выгоды из своего территориального размещения. Существенным моментом здесь для них является получение представления об эффективности образования, а также о механизмах ее обеспечения. Этот вопрос, несомненно, нельзя изучать в отрыве от особых свойств ее образовательной услуги, одним из которых является соответствие запросам практики. Поэтому представляется рассмотреть этот вопрос на примере проблем в содержании и формах образовательных услуг по логистике.

Общий интерес во всем мире к концепции логистики и управлению цепями поставок в последние годы совершенно отчетливо трансформируется в растущий спрос на образовательные услуги в этой отрасли знаний. Эта тенденция, безусловно, сама по себе является положительной. Однако ее адекватному развитию препятствует, по крайней мере, две причины, которые тесно взаимосвязаны между собой: 1) отсутствие единой концепции образовательного стандарта по рассматриваемой специальности; 2) недостаточное ее методическое обеспечение. Причем последнее обстоятельство зачастую усугубляется не только противоречивостью дидактического наполнения предметного содержания отдельных дисциплин, но игнорированием, в первую очередь, экономических аспектов логистики и управления цепями поставок. Отдельно здесь следует также указать на терминологический хаос, который усиливается вследствие неправильного перевода или вольного понимания отдельных категорий упомянутой выше отрасли знаний. В качестве аргументов в пользу сделанных нами выводов можно привести следующие положения.

Управление социально-экономическими системами

Сегодня, по сути, возникла мода на логистику, в результате чего спектр заявляемых сфер ее применения постоянно растет. Репрезентативным примером здесь является «кадровая логистика» [13]. Внимательный анализ предлагаемых в ней принципов позволяет сделать следующий вывод. «Точкой опоры» для применения логистики в менеджменте персонала выступила констатация факта перемещения в рамках функционального цикла управления персоналом «наем - управление (продвижение, перевод на новое рабочее место; обучение и др.) - высвобождение (увольнение) персонала». Другой такой «точкой опоры» служит понимание о логистике как «о науке о системной организации и логике распределения ресурсов».

Наличие факта «перемещения» или «движения потока» не является поводом для того, чтобы сразу вспоминать о логистике. Она априори имеет отношение лишь к процессам доведения материальных ресурсов до предприятий в соответствие с их производственными (торговыми) потребностями [2]. Классический интерес к ней (исключая то, что сегодня она позиционируется как средство достижение конкурентного преимущества) обусловлен тем, что запасы - это крупнейшая область «занятости» активов предприятия [3]. Здесь уместно также напомнить следующее. В ряде отраслей технических знаний управлению потоками еще до признания логистики как науки достаточно давно уделяется внимание. Примером является теория гидроаэродинамики, в частности ее часть, посвященная моделированию течений газа и жидкости. Кроме того, можно вспомнить классическую задачу Максвелла-Кирхгофа об электрических сетях [14].

«Системная организация распределения ресурсов», безусловно, может трактоваться как одна из компетенций логистики. Однако при условии, что объектом управления будут материальные (товарные) и сопутствующие им иные потоки. Если допустить, что логистика возьмет на себя миссию распределения абсолютно всех ресурсов, включая, например, финансовые и человеческие, возникают все условия для попадания ее в «ловушку некомпетентности». Причина этого феномена проста, так как одной только констатации факта успехов в распределении материальных ресурсов на основе принципов логистики недостаточно. Для этого требуется выполнить, по крайней мере, два условия.

Во-первых, четко представлять экономические закономерности, на которые опирается управление теми или иными ресурсами другой природы, нежели материальные.

Во-вторых, необходимо детально определить взаимосвязи между движением материальных и иных ресурсов, т. е. необходим, по сути, интерфейс, позволяющий согласовывать решения в отношении распределения различных по природе ресурсов.

Такое согласование должно производиться на основе достижения межфункциональных компро-

миссов. Например, в сбыте между маркетингом и логистикой. Причем поскольку маркетинговые целевые установки определяют особого рода ограничения для логистики распределения, нет никаких оснований говорить о «маркетинговой логистике». Другой пример - это согласование целевых установок классической логистики (например, определяемых «экономичным размером заказа») и финансового менеджмента (например, определяемых требованием обеспечения баланса между оттоком и притоком финансовых средств). Последняя ситуация в российских учебных пособиях все чаще «материализуется» в виде констатации нового направления - «финансовая логистика» [9]. Такой подход представляется удивительным, по крайней мере, по двум причинам, хотя вопрос разработки финансово-логистического интерфейса, безусловно, является актуальным. С одной стороны, в теории логистики вопрос об управлении многопродуктовыми материальными запасами до сих пор остается открытым, т. е. резервы для оптимизации распределения материальных ресурсов огромны. С другой стороны, надо вспомнить, что в прошлом веке до 60-70 годов за рубежом управление материальными запасами находилось в компетенции финансистов. Причем их отказ от выполнения такой функции во многом был обусловлен тем, что для обоснования уровня запасов в условиях бурного роста торговли и дифференциации производителям готовой продукции стала требоваться специальная служба. Современное «вторжение» логистов в несвойственные им области знаний (например, в финансовый менеджмент или менеджмент персонала) представляется достаточно рискованной операцией. Чтобы подчеркнуть эту опасность, уместно привести определение логистики, которое фигурирует в одном из словарей иностранных слов - «логистика - 3) пе-рен. беспредметные рассуждения, оторванные от практики, схоластика» [3].

«Системная организация распределения ресурсов», таким образом, предполагает не только наличие компетенции, основанной на различных отраслевых знаниях, но и организационноэкономического механизма, способного находить разумные экономические компромиссы. Должна лишь эта ноша возлагаться на логистов или все же на общий менеджмент? Ответ на этот вопрос сегодня необходим, прежде всего, для того, чтобы избежать предметного наполнения учебных дисциплин по логистике ненужными дидактическими положениями, которые дезориентируют студентов и слушателей.

Особое внимание к себе привлекает чрезмерный акцент в учебно-методической литературе по логистике на такой категории, как «логистическая система». Обращение к категории «система» в науке, как известно, диктуется логикой методологии комплексного исследования сложных объектов природы, техники и общества как систем, т. е.

как объединений элементов, связанных комплексом (системой) отношений и выступающих по отношению к внешней среде как единое целое. Таким образом, применение такой категории, как «логистическая система», не может носить самодовлеющий характер. Она должна быть привязана к конкретным типам хозяйствующих субъектов или к областям их хозяйственной деятельности, причем все ее свойства, например, адаптивность, должны быть охарактеризованы с позиции ее экономической природы.

В дополнение к последнему положению нужно отметить также такой феномен, как рассмотрение вопросов управления цепями поставок в отрыве от экономики, т. е. игнорируя экономические предпосылки их возникновения, особенности их организационно-правовой регламентации, специфику управления взаимодействием в них и т.п. Примером здесь служит «концепция адаптивных цепей поставок», где пренебрегается: трансакционными издержками; сервисными рисками, возникающими при аутсорсинге; отраслевой спецификой конфигурации поставок в снабжении и сбыте и др. [4]. Кроме того, остается открытым вопрос о том, кто и когда признает себя участником цепи поставок? Кто все же управляет цепью поставок и, соответственно, ее формирует? В результате складывается впечатление, что цепи поставок сегодня представляют собой новый «эволюционный вид» хозяйствующего субъекта, среда обитания которого постоянно расширяется за счет вытеснения различных классических форм объединения предприятий и масштабного применения ЕЛР-систем. Такой подход развивает абстракционизм в теории управления цепями поставок, уводя ее от решения прикладных задач, в которых так нуждается практика.

Трудности перевода терминологии логистики также отражаются на качестве подготовки специалистов по логистике. Примером служит замена в рамках перевода с английского термина «запасы» на термин «инвенторий», который употребляется в различных вариациях («цикличный инвенторий» и т.п.) [7]. Часто также используются такие «термины», как «ритейл» (розничная, розничная торговля) и «вендор» (продавец), которые с позиции Федерального закона РФ от 01.06.05 года «О государственном языке РФ» являются нелегитимными. В соответствии с ним не допускается использование слов и выражений, не соответствующих нормам современного русского литературного языка, за исключением иностранных слов, не имеющих общеупотребительных аналогов в русском языке. Между тем «ритейл» и «вендор» имеют дословный перевод.

Несомненно, события в России в последние десятилетия оказали огромное воздействие и на русский язык. В частности, его носителям необходимо было придумать сотни новых терминов из области экономики и т. п. Однако модернизация русского языка, даже по мнению зарубежных специалистов,

временами ведет и к совершенно неоправданной вестернизации. В русский язык вставляются иностранные термины и выражения там, где в этом нет никакой необходимости. Причем в русский язык «новый словарь» пришел более неожиданно, обрывисто и поэтому несколько ослабил его способность к адаптации - перевариванию неизвестного лексического материала на свой манер. Отсюда и противоречивая языковая тенденция [2].

Вольное понимание отдельных категорий логистики является естественным следствием отсутствия детально проработанных образовательных стандартов. К числу таких категорий относится «логистический сервис», под которым, например, понимается «комплекс услуг, оказываемых в процессе поставки товаров и определяющих конкурентоспособность последних в той же мере, что и их качество» [8]. Причем, в том числе, гарантийное обслуживание становится одним из элементов логистического сервиса. Хотя оно традиционно и относится к компетенции сервисной политики предприятия [15]. Причина этого феномена заключается в нечетком понимании места и роли логистики в обслуживании покупателей. Хотя этот вопрос в зарубежной литературе вниманием не обделен [1]. Это непонимание, по сути, влечет за собой сначала размывание демаркационной линии между компетенцией логистического сервиса и собственно обслуживанием покупателей, а затем постепенное замещение последней категории на новую -«логистическое обслуживание». В результате возникает семантическая проблема - чем отличается «логистический сервис» от «логистического обслуживания»? Здесь уместно напомнить, что в логистическом сервисе выделяются две компоненты.

Первая из них, по сути, сводится к обеспечению: 1) доступности потребителей к товарному запасу; 2) функциональности цикла логистики, т. е. скорости исполнения заказа и бесперебойности поставок; 3) надежности поставок; 4) территориального удобства для покупателей пунктов реализации товаров.

Вторая - связана с предоставлением классических логистических услуг, в т. ч. на принципах аутсорсинга логистическими провайдерами различного типа.

Сложность предметного наполнения такой учебной дисциплины, как логистика и управление цепями поставок дидактическими единицами, несомненно, обусловлена еще и тем, что она во многом является пограничной концепцией. Это положение априори предопределяет связность логистических решений с решениями другой функциональной принадлежности. Однако в этой дисциплине просматривается своя целостная конструкция, которая и должна быть отражена в ее методическом обеспечении.

Таким образом, проблема адекватной реакции отечественных вузов на вызовы глобализации сегодня является очень острой. Эта ситуация предопре-

Управление социально-экономическими системами

деляет мобилизацию ими своих потенциалов, чтобы выбрать позицию в системе рыночных отношений и адаптировать свою практику к мировым стандартам предоставления образовательных услуг.

Литература

1. Бауэрсокс, Д.Дж. Логистика: интегрированная цепь поставок / Д.Дж. Бауэрсокс, Д.Дж. Клосс; пер. с англ. - М.: ЗАО «Олгшп-Бизнес», 2001. - 640 с.

2. Виссон, Л. Синхронный перевод с русского на английский / Л. Виссон. - 5-е изд. - М.: Р. Ва-лент, 2003. -272 с.

3. Женило, М.Ю. Словарь иностранных слов / М.Ю. Женило, Е.С. Юрченко. - Ростов н/Д: Изд-во «Феникс», 2001. - 800 с.

4. Иванов, ДА. Управление цепями поставок / Д.А. Иванов. - СПб.: Изд-во Политехи, ун-та, 2009. - 660 с.

5. Котлер, Ф. Маркетинг мест / Ф. Котлер, К. Асплунд, К. Рейн К. и др. - СПб. : Стокгольмская школа экономики в Санкт-Петербурге, 2005.-376 с.

6. Котлер, Ф.Маркетинг для государственных и общественных организаций / Ф. Котлер, Н. Ли; пер. с англ. под ред. С. Г. Божук. - СПб. : Питер, 2008. - 384 с.

7. Линдере, М. Р. Управление снабжением и запасами. Логистика / М.Р. Линдере, Х.Е. Фирон; пер. с англ. — СПб. : ООО «Виктория плюс», 2002. — 768 с.

8. Мясникова, Л.А. Управление логистикой: учебное пособие / Л.А. Мясникова. - СПб.: Изд-во СПбГУЭФ, 2008. - 186 с.

9. Основы логистики / под ред. В.В. Щербакова- СПб.: Питер, 2009. - 601 с.

10. Портер, М. Международная конкуренция: пер. с англ. / М. Портер; под ред. и с предисловием В.Д. Щетинина. - М.: Междунар. отношения, 1993. - 896 с.

11. Родников, А.И. Терминологический словарь /А.И. Родников. - 2-е изд. — М.: ИНФРА-М, 2000. — 352 с.

12. Социально-экономическая эффективность: опыт США. Система саморазвития. - М.: Наука, 2000. - 301 с.

13. Счисляева, Е.Р. Кадровая логистика в международном бизнесе /Е.Р. Счисляева. - СПб.: Нестор, 2004. - 212 с.

14. Форд, Л.Р. Потоки в сетях / Л.Р. Форд, Р. Фалкерсон; пер. с англ. А.И. Вайнштейна. - М.: Мир, 1966.-276 с.

15. Шмален, Г. Основы и проблемы экономики предприятия: пер. с нем. / Г. Шмален; под ред. проф. А.Г. Поршнева. - М.: Финансы и статистика, 1996. - 512 с.

16. Экономика университета: институты и организации: сб. пер. ст. с коммент. / пер. с англ. под науч. ред. М.В. Семеновой. - М.: Изд. дом ГУ ВШЭ, 2007.-249 с.

Поступила в редакцию 2 сентября 2010 г.

Свекатовски Р.В. Кандидат экономических наук, докторант Высшей школы логистики (Польша, г. Познань), соискатель ученой степени доктора экономических наук Санкт-Петербургского государственного университета экономики и финансов. Область научных интересов - образовательные услуги.

Svekatovski R.V. Candidate of Economic Sciences, Doctoral Candidate of Higher School of Logistics (Poznan, Poland), Candidate for a PhD degree in Economics of Saint Petersburg State University of Economics and Finance. Research interests - educational services.

E-mail: wt@finec.ru