Интернализационный кризис в процессе социализации (территориальная специфика и гендерные различия)

нистерства образования Российской Федерации. М., 2004.

6. Российский статистический ежегодник; Заболеваемость населения России наркоманией и токсикоманией (на 100 тысяч населения) / Госкомстат России. М., 1998. С. 310; Российский статистический ежегодник / Госкомстат России. М., 2002. С. 252; Доклад к коллегии Министерства здравоохранения РФ «Об итогах работы органов и учреждений здравоохранения в 2002 году и задачах по повышению качества медицинской помощи населению». М., 2003.

УДК 316.614

А. В. Махиянова

ИНТЕРНАЛИЗАЦИОННЫЙ КРИЗИС

В ПРОЦЕССЕ СОЦИАЛИЗАЦИИ

В статье дается авторское видение основы ин-тернализационного кризиса в процессе социализации, эмпирически обосновываются причины и последствия его развития с использованием материалов социологического исследования. Раскрываются территориальные особенности и гендерные различия данной проблемы.

The article presents the author's vision of the basic features of internalization crisis in the socialization process. Causes and consequences of the crisis are grounded with the use of sociological research materials. Territorial specificity and gender aspects of the issues involved are also revealed in the article.

Ключевые слова: интернализационный кризис, социализация, территориальная специфика, гендер-ные различия.

Keywords: internalization crisis, socialization, territorial specificity, gender differences.

В научную мысль категория «интернализация» была введена представителями французской психологической школы и связана с такими именами, как Ж. Пиаже, П. Жане, А. Валлон и др., а также с советским ученым Л. С. Выготским. При использовании данной категории каждая из общественных наук, безусловно, характеризуется своим видением ее содержания, и социология в этом плане не является исключением.

Интернализация, отвечая за усвоение индивидом ценностей и норм конкретного социокультурного контекста, выступает в качестве неотъемлемой составляющей процесса социализации. В то же время она участвует и в идентификационных механизмах, так как благодаря ей нормы, ценности и стандарты общества становятся субъективно значимыми, побуждая индивида к определенному образу мышления и действия. В

© Махиянова А. В., 2012

целом интернализацию можно рассматривать в качестве переходного «мостика», через который общество оказывается как бы «внутри» индивида. Таким образом, интернализация выступает основой внутриличностного конструирования социальной реальности посредством усвоения индивидом ценностей, норм, стандартов конкретного общества.

На современном этапе ценностно-нормативная система общества приобретает черты неоднозначности, фрагментарности и дисперсности. Жизненный мир личности постоянно сталкивается с дезорганизационными тенденциями и испытывает на себе последствия разрушения традиционных основ организации повседневной жизни.

Трансформации подверглись и многие социальные институты, которые участвуют в процессах интернализации и которые в настоящих условиях провоцируют нелинейность и контексту-альность ценностно-нормативной системы. Безусловно, огромную роль в этом сыграл распад Советского Союза, вызвавший ценностно-нормативный вакуум, при котором старые нормы и ценности отвергались обществом, а новые либо еще не сформировались, либо не приняли легитимную форму.

Современная личность сталкивается с необходимостью постоянного пересмотра и перестройки сконструированной в сознании социальной реальности, что в итоге может привести к интернализационному кризису. Обострение кризиса происходит в тех случаях, когда изменения касаются ценностей, норм и стандартов, заложенных в ходе первичной социализации, при которой интернализованный мир воспринимается как данность.

С целью эмпирического обоснования интер-нализационного кризиса, выявления территориальных, гендерных характеристик и отличий в его проявлении было проведено авторское социологическое исследование. Выборочная совокупность сформирована с использованием метода случайной бесповторной квотной выборки путем многоступенчатого отбора обследуемых единиц. В качестве квот отбирались такие показатели, как пол, возраст и место жительства респондента. Объем выборочной совокупности при 5%-ной ошибке репрезентативности составил 1500 респондентов, что позволяет говорить о высокой степени надежности полученных данных. Исследование было проведено в 2012 г. в столице, в девяти малых городах, в восьми поселках городского типа и в 23 селах Республики Татарстан.

Итоги проведенного опроса позволяют констатировать, что подавляющее число опрошенных подтверждает тенденцию о достаточно быстрой смене ценностей, норм и стандартов (67,5%).

Каждый пятый респондент характеризует данные изменения как медленные (22,3%), и только каждый десятый считает их неизменными (9,5%). Затруднились с ответом 0,7% опрошенных.

Выявились различия в оценке данных изменений и у представителей различных населенных пунктов. Сельские жители характеризуют происходящие изменения как достаточно быстрые (74,1 к 71% - в городе Казани и к 63,1% - в малых городах). Соответственно жители малых городов чаще останавливают свой выбор на втором суждении (26,2 к 17,6% - в столице и к 18,5% - в сельской местности).

Тендерный аспект вопроса показал, что женщины чаще характеризуют указанные изменения как быстрые (69,6 к 54,8% у мужчин). Если число мужчин и женщин, считающих их неизменными, практически не отличается (9,1 к 9,8% соответственно), то приписывают им медленное изменение каждая пятая женщина и каждый четвертый мужчина (20,4 к 24,7%).

Тройку лидеров причин достаточно быстрой смены основных ценностей и норм составили социально-экономическое расслоение, возрастание роли средств массовой информации и экономические кризисы (58,6; 49 и 42,5% соответственно). Незначительно уступила причина, связанная с распадом Советского Союза (36%). В менее значимую группу причин вошли изменение общественного сознания, технический прогресс и возрастание роли религии (29,4; 22,9 и 14,4% соответственно).

Для жителей столицы более значим такой фактор, как изменение общественного сознания (32,8 к 28,8% - в малых городах и к 26,3% - в сель-ской местности), тогда как менее важно возрастание роли телевидения, радио, Интернета (34,7 к 53,8 и 56,6% соответственно). Существенные гендерные различия в данном вопросе отсутствовали.

Нас интересовало мнение населения о том, что с изменением ценностей, норм и стандартов человеку приходится постоянно приспосабливаться к ним, адаптироваться, менять привычный взгляд на повседневную жизнь и т. д., что также является благоприятной почвой для развития интернализационного кризиса. При ответе на вопрос: «Каковы могут быть последствия данных изменений для человека?» подавляющее большинство обозначило развитие неуверенности в будущем и потерю нравственности, духовности (47,4 и 40,5%). Треть опрошенных рассматривают девиантный вариант исхода, когда человек может приобщиться к криминалу, преступности (34,8%). Следующая группа последствий носит социально-психологический характер и связана с развитием депрессии, апатии, чувств подавленности и потерянности (36,6; 31,2 и 28,8% соот-

ветственно). Каждый пятый опрошенный предполагает, что человек может стать сторонником сект и других псевдорелигиозных течений (19%). Если 7,7% считают, что никаких последствий не произойдет, то 3,2% респондентов прогнозируют только положительные последствия.

Сельчане чаще горожан акцентируют внимание на таких последствиях, как депрессия (44,8 к 35,1 - в столице и к 34,3% - в малых городах), и развитие апатии и чувства подавленности (36,4 к 29,5 и к 30,1% соответственно). Жителей малых городов больше пугает потеря нравственности и духовности (43,5 к 39,2 - в столице и к 34,3% - в сельской местности).

Ответы гендерных групп на данный вопрос практически идентичны, за исключением небольшого превалирования доли женщин в выборе вариантов, касающихся развития депрессии (38,8 к 34% - у мужчин) и появления неуверенности в будущем (50 к 45,2% соответственно).

Дисбалансирующие процессы ценностно-нормативной системы, неустойчивость и перманентность ее оснований отражается не только на личности, но и на обществе в целом. В качестве основного негативного последствия для последнего выдвигается упадок морали и нравственности (56%). Каждый второй опрошенный утверждает, что люди становятся более агрессивными (50,4%). Не снижается и распространение девиантных последствий, которые сводятся к росту преступности (45,2%). Треть опрошенных видят среди последствий распространение половой распущенности и рост эгоистических настроений среди людей (34,5 и 34,8%). Есть также мнение о том, что происходит распространение псевдорелигиозных течений и всевозможных сект, которое практически в два раза превышает число считающих, что никаких последствий не происходит (14 к 7,5%).

В данном вопросе выявились следующие тенденции. Отличились в своих ответах сельские жители, которые чаще горожан указывали на рост агрессивности людей (54,2 к 45,8 - в столице и к 51,4% - в малых городах), а также преступности, криминала (51,9 к 42,5 и 44,2% соответственно). При этом их меньше заботят такие последствия, как упадок морали и нравственности в обществе (47,5 к 57,2 и 58,4% соответственно) и распространение половой распущенности (24,9 к 42,5 и 44,2% соответственно).

Помимо периодической смены и изменений в ценностно-нормативной системе общества, на наш взгляд, стоит обратить внимание и на наличие в ней противоречий. Именно они во многом становятся основополагающей причиной формирования интернализационного кризиса, так как способствуют возникновению противоречий между интернализованными социальными мирами в ходе первичной и вторичной социализаций.

Итоги проведенного исследования доказали наше предположение. В частности, подавляющее большинство опрошенных полагают, что многие ценности, нормы и стандарты современного общества противоречат друг другу (82,2%). Иной точки зрения придерживаются 13,6% опрошенных, тогда как 4,2% затруднились с ответом.

Территориальный срез вопроса зафиксировал следующие особенности. Жители села и столицы чаще соглашаются с первым суждением (85,5 и 83,1 к 78%), а жители малых городов - со вторым (15 к 13,8% - в столице и к 9,8% - в сельской местности). О данном противоречии женщины заявляют чаще мужчин (83,5 к 78,6%), хотя число сторонников его отсутствия у женщин и мужчин существенно не различается (12,7 к 14,8%).

Следующий аспект анализа был направлен на исследование последствий указанных противоречий как для отдельной личности, так и для общества в целом. Относительно первого аспекта лидирующим последствием стало развитие у человека чувства неуверенности в будущем (42,9%). Относительно других категорий мнение опрошенных распределилось примерно в равных пропорциях. Респонденты говорили о том, что у человека может произойти потеря нравственности, духовности, он может впасть в депрессию, апатию, испытывать чувство потерянности (36,7; 34,8; 32,4 и 29,6%). Треть опрошенных не исключают и такой вариант как приобщение к криминалу, преступности (33,2%). Увлечение сектами прогнозируют 18,5%, а отсутствие каких-либо изменений -7,5%, и только 2,6% опрошенных полагают, что никаких последствий не будет.

Мнение респондентов в зависимости от территориальной и гендерной принадлежности по некоторым пунктам вопроса существенно различалось. В частности, сельчан чаще беспокоят такие последствия, как развитие депрессивного состояния (41,4 к 34,9 - в столице и к 32,4% - в малых городах) и приобщение к криминалу (38,4 к 29,5 и 33% соответственно). Женщины в свою очередь акцентируют внимание на развитии чувства потерянности (39,5 к 29,8% у мужчин) и появление неуверенности в будущем (45,2 к 39,9% соответственно).

При ответе на вопрос «Каковы последствия противоречий в ценностях, нормах и стандартах для самого общества?» каждый второй утверждает, что происходит упадок морали, нравственности и то, что люди становятся более агрессивными (51,1 и 47,4%). Не исключается рост преступности, криминала, а также эгоистических настроений среди людей (44,2 и 34,9%). Треть респондентов среди последствий указывает на распространение половой распущенности (31,1%). Примерно каждый десятый убежден, что никаких последствий не происходит (8,4%).

На упадок морали чаще указывают жители малых городов (53,4 к 48,9 - в столице и к 48,1% -в селе), тогда как на распространение половой распущенности - жители мегаполиса (35,2 к 31,5% - в малых городах и к 24,2% - в селе). В свою очередь сельчане больше обеспокоены ростом преступности и криминала (52,2 к 38% - в столице и к 44,6% - в малых городах).

Мы задали респондентам следующий вопрос: «Как часто в вашей жизни вам приходится пересматривать усвоенные ранее ценности, нормы и стандарты?» При ответе на него каждый третий выбрал вариант «иногда» (32,5%). Каждый пятый утверждает, что ему приходится это делать часто (18,1%). Незначительно по показателям уступил вариант «редко» (16,7%). Каждый десятый остановил свой выбор либо на варианте «очень редко», либо на варианте «достаточно часто» (10,8 и 10,1%). Затруднились с выбором 0,8% опрошенных.

Сравнение по территориальным и гендерным основаниям производилось по подсчету среднего значения по пятибалльной ранговой шкале (5 баллов - достаточно часто; 4 балла - часто; 3 - иногда; 2 - редко и 1 - иногда и 0 - никогда). В соответствии с этим чем выше балл, тем чаще больше вероятность наличия у респондента из той или иной аналитической группы интернали-зационного кризиса.

Наибольшее значение показателя зафиксировано у жителей малых городов (3,45 балла), а наименьшее - у жителей столицы (3,17 балла). У сельчан значение показателя равнялось 3,25 балла. Тендерный срез позволяет констатировать, что мужчины незначительно, но все же чаще женщин сталкивались с данной проблемой (3,43 к 3,26 баллам).

Среди причин, по которым пришлось пересматривать усвоенные ранее ценности, нормы и стандарты, лидировали расслоение населения на бедных и богатых, экономические кризисы (37,6 и 33,7%). Следующую по значимости группу составили такие факторы, как знакомство с новыми ценностями и нормами посредством телевидения, радио, Интернета, изменение общественного сознания и разрушение Советского Союза (28,1; 28 и 25,7%). В группу наименее значимых причин вошли технический прогресс, развитие, возрастание роли религии и распространение новых религиозных течений (18,1; 10,1 и 9,8% соответственно).

Существенные отличия между ответами мужчин и женщин отсутствуют, за исключением только того, что среди респонденток больше процент тех, кто основную причину сводит к расслоению населения на бедных и богатых (40,2 к 33,3% у мужчин).

В предыдущих вопросах мы не ставили акцент на личных чувствах и переживаниях рес-

пондента, которые он испытывает при интерна-лизации новых ценностей, норм и стандартов, так как в большей степени старались подвести его к данной теме посредством вопросов, носящих обобщающий, безличный характер. Только после таких вспомогательных вопросов последовал вопрос о том, какие чувства респондент испытывал, когда ценности, нормы, усвоенные стандарты и взгляды на жизнь в целом подвергались изменению. При ответе на него лидерство занял вариант, связанный с развитием неуверенности в будущем (39,7%). Каждый четвертый испытывал чувство потерянности, апатию и подавленность, а каждый пятый - депрессию (27,1; 25,5 и 20,9% соответственно). Признались в том, что у них произошла потеря нравственности, духовности 17%, тогда как 14,5% опрошенных убеждены, что никаких последствий не было. Стали сторонником определенной религии или приобщились к криминалу, преступности достаточно малое количество респондентов (6,6 и 5,5%).

В свою очередь столичные жители чаще страдали от потери нравственности и духовности (22,1 к 14,2 - в малых городах и к 17,2% - в сельской местности), а также от чувств потерянности (30,6 к 26,2 и к 24,2% соответственно). Жители малых городов более подвержены развитию чувства неуверенности в будущем (43,6 к 31,8 - в столице и к 24,2% - в сельской местности). Эта же проблема более характерна для женщин (42,3 к 36,4% у мужчин).

В исследовании ставилась задача выяснить отношение населения к происходящим изменениям и тенденциям, определить их стратегии поведения, трудности и проблемы, с которыми они сталкиваются в процессе интернализации новых ценностей, норм и стандартов. С этой целью им предлагалось сделать выбор из двух противоположных суждений, касающихся того или иного аспекта интернализационного кризиса.

Практически две трети населения не устраивает то, что в обществе происходит постоянное изменение ценностей, норм и стандартов (70,1%), тогда как чуть более четверти не усматривает в этом чего-то негативного (28,2%). Затруднились с выбором 1,7% респондентов.

Существенных территориальных и возрастных отличий по данному вопросу не зафиксировано, однако женщины чаще становились сторонниками первого суждения (72,3 к 66,1% - у мужчин).

Схожее соотношение присутствовало в оценке наличия противоречий в ценностях, нормах и стандартах общества. Также практически две трети не устраивает сложившееся положение, тогда как четверть опрошенных не против того, что в обществе присутствуют данные противоречия (70,2 к 28%). Затруднились с выбором 1,8% респондентов.

Сельчане больше согласны с первым суждением (74,1 к 70,8 - в столице и к 68,5% - в малых городах), тогда как жители малых городов - со вторым (29,6 к 27 и к 24,6% соответственно). При этом если относительно первого суждения в ответах мужчин и женщин существенные различия отсутствуют, то относительно второго сторонников среди мужчин больше (28,2 к 21,8% соответственно).

Каждый второй респондент согласен с тем, что ему трудно воспитывать своих детей из-за того, что в обществе ценности, нормы и стандарты постоянно меняются и противоречат друг другу (54,3%). Только каждый пятый считает, что данные трудности его не коснутся (21,1%). Остальные затруднились в выборе приоритетного суждения (24,6%). Особых гендерных и территориальных различий в этом вопросе выявлено не было.

Однако то, что интернализационнный кризис вызывает ряд внутриличностных проблем, доказывают следующие показатели. Значительная доля опрошенных говорит о том, что у них периодически происходит потеря уверенности в будущем из-за того, что в обществе ценности, нормы и стандарты постоянно меняются, противоречат друг другу (68,5%). Только у четверти респондентов этого не происходит (24,6%). Затруднились с ответом 6,9% опрошенных.

Если существенных территориальных различий в данном вопросе не зафиксировано, то гендер-ные имеют место. В частности, женщины более подвержены возникновению чувства подавленности по указанной причине (57 к 50% у мужчин).

Треть респондентов призналась в том, что у них происходит потеря нравственных и духовных основ из-за того, что в обществе ценности, нормы и стандарты постоянно меняются или противоречат друг другу. При этом большая часть опрошенных с такими проблемами не сталкивалась (37,3 к 61,9%). Только 0,8% респондентов не смогли сделать выбор между суждениями. Существенные различия по территориальным и ген-дерным признакам респондентов в выборе данного суждения отсутствовали.

Показательны данные относительно прогноза о том, что будущие поколения будут испытывать сложности из-за того, что в обществе ценности, нормы и стандарты постоянно меняются, противоречат друг другу. Согласны с данным утверждением 72%, тогда как 26,9% не согласны и лишь 1,1% опрошенных затруднились с ответом. В то же время у жителей столицы доля таких сторонников немного ниже, чем у жителей малых городов и сел (66,4 к 73,2 и к 73,4% соответственно). Наибольшее различие в ответах по данному вопросу присутствует в ответах мужчин и женщин (67,8 к 76% соответственно).

Таким образом, в обществе присутствует осознание того, что ценностно-нормативная система не является постоянной и характеризуется быстрой сменой своего внутреннего содержания. При этом признание наиболее ярко проявляется у сельчан и женщин.

Социальная дифференциация, возрастание роли средств массовой информации и экономические кризисы выступают в роли ведущих факторов быстрой смены ценностно-нормативного комплекса. Их первенство прослеживается вне зависимости от гендерной и территориальной принадлежности респондента.

В качестве последствий интернализационного кризиса на макроуровне выступают упадок морали и нравственности, рост агрессивности и девиации среди людей. При этом если горожан больше беспокоят упадок морали и нравственности, распространение половой распущенности, то сельчан - рост агрессивности и криминала.

Микроуровень последствий интернализацион-ного кризиса, в первую очередь, затрагивает внутренний мир человека и связанные с ним проблемы. Наиболее значимые из них касаются развития неуверенности в будущем, потери нравственности и духовности. Не исключаются также де-виантные отклонения и проблемы социально-психологического характера.

Современность характеризуется не только скоростью происходящих в обществе и его системах изменений, но и наличием все возрастающего числа противоречий, которые, безусловно, становятся отличительной чертой ценностно-нормативной системы. Данную тенденцию подтверждают и результаты исследования, согласно которым подавляющая часть опрошенных считает, что многие ценности, нормы и стандарты современного общества противоречат друг другу.

В качестве основных последствий население рассматривает упадок морали и нравственности, рост агрессивности, эгоистических настроений и криминала. На уровне повседневной жизни отдельного человека выделяются такие проблемы, как развитие неуверенности в будущем, потеря нравственности, духовности, депрессия и апатия. При этом для сельчан более значимы социально-психологические и девиантные последствия, а для женщин - развитие чувства потерянности и неуверенности в будущем.

Основой формирования интернализационно-го кризиса является необходимость периодического пересмотра усвоенных ранее ценностей, норм и стандартов. Как показали результаты прикладного исследования, с данной необходимостью сталкивалось подавляющее большинство опрошенных, среди которых лидировали жители малых городов и респонденты мужского пола. В качестве основных причин, по которым пришлось

пересматривать усвоенные ранее ценности, нормы и стандарты, выступали следующие: социальное расслоение социума, экономические кризисы, развитие средств массовой информации и распад Советского Союза.

Согласно полученным данным многие респонденты переживали интернализационный кризис. В своей основной массе он вызывал у них развитие неуверенности в будущем, чувства потерянности, апатию, подавленность и депрессию. Менее всего распространены такие последствия, как потеря духовности, приобщение к криминалу и псевдорелигиозным ценностям.

УДК 316.6(470+571):316.35

Л. Б. Осипова, Л. А. Энвери

ЖИЗНЕННЫЕ СТРАТЕГИИ СОВРЕМЕННОЙ МОЛОДЕЖИ

В статье исследуются актуальные проблемы методологии социологического изучения жизненных стратегий современной молодежи. На материалах эмпирического исследования анализируются основные жизненные стратегии молодежи.

The article is concerned with the current problems of the methodology of sociological study of the modern youth life strategies. The basic life strategies of the modern youth are analyzed on the basis of empiric research data.

Ключевые слова: ценности, молодежь, профессиональное развитие, профессиональное самоопределение, профориентация, социализация.

Keywords: values, youth, professional development, professional self-determination, professional orientation, socialization.

Современный мир - это мир формирования и развития многообразных жизненных стратегий человека. Молодежь занимает особое положение в обществе, поскольку от нее зависит будущее России. Она гибко реагирует на социальные изменения, в большей степени информирована о процессах, происходящих в различных областях науки, техники и социальной жизни, динамично овладевает современными формами общения и технологиями, активнее включается в мировое информационное пространство.

В определении понятия «жизненная стратегия» до сих пор нет логической четкости и ясности. Оно трактуется либо как система перспективных представлений и ориентаций, либо как система целей, планов и ценностных ориентаций. В справочных изданиях термин «стратегия» определяется как «искусство планирования руко-

© Осипова Л. Б., Энвери Л. А., 2012