Конституционно-правовая сущность национальной безопасности и конституционная безопасность

События на Украине в феврале 2014 г. со стопроцентной ясностью выявили основные угрозы национальной безопасности России в XXI в. В новом тысячелетии русский мир, русская цивилизация, а с ними и Российская Федерация, как и в предыдущем веке, находятся под тяжелейшим прессом многочисленных угроз своему существованию, своей безопасности. При этом опыт Украины показывает необходимость борьбы государства с любыми отклонениями от конституционного курса, от тех норм и ценностей Конституции, которые могут служить аргументом в оппозиционном противостоянии власти, нарушающей Основной закон. Отсутствие системной политики в сфере обеспечения конституционной безопасности Украины стало одной из главных причин поражения Януковича и его команды. Российской государственной власти необходимо срочно сделать выводы и определить режим конституционной законности в качестве главного смысла своей деятельности.

Общеизвестно, что национальная безопасность - это один из главных аргументов общественного договора, формально-юридическим выражением которого является Конституция РФ. Иными словами, граждане России признают Основной закон в качестве высшего по юридической силе документа, прежде всего, потому, что благодаря данному акту общественного договора обеспечивается безопасность нации, т. е. всех граждан. В этом заключается конституционно-правовая сущность общественного договора.

По мнению многих ученых, современный конституционализм с его доктринальной, ценностной, мировоззренческой основой, особенно с конституционным судебным механизмом, является универсальным, примирительным, консенсуальным нормативным механизмом, который сдерживает всплеск всех видов радикализма на уровне проявления глобальных противоречий, исходя из принципа соблюдения национального суверенитета [1; 2, с. 18-21; 3, с. 14-23; 4, с. 10-16; 5]. Неслучайно все чаще высказываются мнения о необходимости включения в Конституцию РФ специальной главы, определяющей место национальной безопасности в системе конституционного строя России, формы, методы и механизмы ее обеспечения.

Следует иметь в виду, что статус Основного закона обязывает отражать все основные проблемы национальной безопасности в доктринально-векторном определении. В международно-правовых актах, федеральных законах и иных нормативных актах отдельные сферы национальной безопасности получают конкретное отражение и правовое регулирование. Несмотря на то, что в Конституции России отсутствует прямое указание на национальную безопасность, понятие «безопасность» используется в этом значении. Кроме того, в нескольких местах употребляется термин «государственная безопасность», который, очевидно, в тех нормах может считаться синонимом «национальной безопасности», хотя в науке признается меньшим по объему.

Конституция дает общее смысловое понимание национальной безопасности и формулирует институциональную систему ее обеспечения. Ее нормы должны получить последовательную конкретизацию и развитие в отраслевом, а также специальном законодательстве, имеющем своим предметом правового регулирования национальную безопасность общества и государства.Следует назвать здесь международные акты, регулирующие участие России в обеспечении международной и региональной безопасности, Хартию Шанхайской организации сотрудничества, Шанхайскую конвенцию о борьбе с терроризмом, сепаратизмом и экстремизмом; в рамках СНГ - Устав Организации Договора о коллективной безопасности, Соглашение о правовом статусе Договора о коллективной безопасности, Соглашение о правовом обеспечении формирования Таможенного союза и единого экономического пространства. Среди нормативных актов необходимо назвать Законы, регулирующие режим чрезвычайного и военного положения, регламентирующие деятельность спецслужб и правоохранительных органов, посвященные безопасности, борьбе с терроризмом, экстремизмом, легализацией доходов, полученных незаконным путем. На Конституции основаны и многочисленные стратегии и доктрины в сфере национальной безопасности. Именно из Конституции переносится понятийно-категориальный аппарат законодательства о безопасности.

С понятием «национальная безопасность» тесно связана категория «национальные интересы», под которой следует понимать в том числе и конституционные ценности, и приоритеты развития страны. Нормативные акты, касающиеся обеспечения национальных интересов и национальной безопасности Российской Федерации, основывают оценку интересов личности, общества и государства на конституционных положениях о территориальной целостности и суверенитете народа, о его

государственном самоопределении и политическом самоуправлении; о достойном месте в мировом сообществе; процветании страны и населения на основе обеспечения прав личности и благополучия всех составляющих его социальных групп.

Как известно, сущностная характеристика Конституции проявляется в том, что она является юридически узаконенным равновесием интересов всех социальных групп общества, мерой достигнутого в обществе и государстве баланса между властью и свободой. Поэтому Конституция является нормативно-правовой базой обеспечения безопасности личности, общества и государства. С одной стороны, многие статьи Конституции РФ гарантируют безопасность личности, общества и государства, с другой, отдельные нормы разграничивают ситуации конфликтов между интересами безопасности личности, общества и государства. Например, безопасность личности отражена в статьях: статья 20.1. Каждый имеет право на жизнь...; статья 21.1. Достоинство личности охраняется государством. Ничто не может быть основанием для его умаления; статья 21.2. Никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию. Никто не может быть без добровольного согласия подвергнут медицинским, научным или иным опытам; статья 22.1. Каждый имеет право на свободу и личную неприкосновенность.; статья 23.1. Каждый имеет право на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, защиту своей чести и доброго имени. и др. В то же время, п. 3 ст. 55 гласит: «Права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства». Иными словами, в интересах безопасности государства безопасность отдельной личности может пострадать. Например, безопасность военнослужащего, выполняющего воинский долг, может быть нарушена для защиты государственной безопасности. Статья 56 Конституции Российской Федерации в качестве одной из целей ограничения прав и свобод при чрезвычайном положении указала безопасность граждан, т. е. общества.

Согласно Конституции РФ безопасность государства является основанием для запрета деятельности общественных объединений, цели или действия которых ее подрывают (ч. 5 ст. 13); относится к ведению Российской Федерации (п. «м» ст. 71); является одной из главных задач Президента РФ, который произносит клятву, обязывающую его защищать безопасность (ч. 1 ст. 82); относится к ведению Правительства РФ (п. «д» ст. 114).

Для того, чтобы государство эффективно обеспечивало национальную безопасность, необходим четкий алгоритм его функционирования, закрепленный в Основном законе. От наличия конституционного строя в государстве зависит и безопасность последнего. Неслучайно в УК РФ отдельная глава называется «Преступления против основ конституционного строя и безопасности государства». Поэтому охрана Конституции, обеспечение всех защищенных ею ценностей и приоритетов, основ конституционного строя получила отражение в науке через категорию «конституционная безопасность».

Различные ученые по-разному определяют эту категорию. Под конституционной безопасностью часто понимают состояние защищенности жизненных интересов личности, общества и государства на основе последовательного обеспечения верховенства права, баланса конституционных ценностей. Также конституционную безопасность можно определить как обеспечение защиты основ конституционного строя, которые включают в себя нормы Конституции, регламентирующие исходные начала системы права. Существует и точка зрения, будто конституционная безопасность обеспечивает охрану юридической конституции, а национальная безопасность - фактической конституции страны. Очевидно то, что конституционная безопасность является важной составляющей национальной безопасности, характеризует ее внутриполитическую, внутригосударственную грань.

К угрозам и вызовам конституционной безопасности следует отнести: нарушения со стороны общественных объединений, а также органов государственной власти и местного самоуправления Конституции и законов Российской Федерации, вред отраженным в Конституции национальным интересам России, правам и свободам человека и гражданина, нарушения в ходе избирательных кампаний, отсутствие контроля над соблюдением требований Конституции и исполнением законов;

межэтнические и межконфессиональные конфликты; экстремизм; сепаратизм; бездействие власти в ходе возникновения социальных конфликтов; деструктивную деятельность оппозиции и т. п.

Особое место в конституционной безопасности занимает проблема суверенитета России. Конституция закрепляет суверенную государственность России, целостность и неприкосновенность ее территории в качестве одной из основ конституционного строя (преамбула, ч. 1 и 3 ст. 4). Органы государственной власти в пределах своих полномочий осуществляют предусмотренные Конституцией и федеральными законами меры по охране суверенитета РФ, ее независимости и государственной целостности, обеспечению обороны страны и безопасности государства (ст. 71, 80, 82, 83, 87, 114 и др. Конституции). Поэтому Уголовный Кодекс РФ рассматривает деяния, направленные на подрыв безопасности государства, в одной главе «Преступления против основ конституционного строя и безопасности государства».

Важнейшую роль в обеспечении конституционной безопасности играет Конституционный суд РФ. Конституционный суд оказывает охранительно-гарантирующее воздействие на систему обеспечения национальной безопасности посредством охраны конституционно-правовой системы и обеспечения безопасности конституционных ценностей. Ведь как уже отмечалось, режим конституционной безопасности тесно связан, даже является определяющим для режима национальной безопасности.

Свою роль в защите национальной безопасности Конституционный суд РФ проявил в вопросе о суверенитете республик в составе Российской Федерации. Дело в том, что некоторые Конституции республик закрепляли принцип суверенитета в качестве основы своей государственности. Конституционный суд РФ в Постановлении от 7 июня 2000 г. установил, что республики не обладают суверенитетом. Суверенитет может принадлежать только государству - Российской Федерации. Принцип равноправия субъектов Российской Федерации, закрепленный в ст. 5 Конституции РФ, до этого подвергавшийся сомнению, был подтвержден - тем самым борьба с «ползучим» сепаратизмом национальных республик была успешно завершена. Поскольку республики не обладают суверенитетом, то не может быть выявлено и признаков неравноправия субъектов Федерации. Все субъекты Российской Федерации равноправны, все они не обладают суверенитетом, все они являются составной частью единого государства - Российской Федерации.

Конституционный суд неоднократно обращался к вопросу о понятии суверенитета, отмечая, что суверенитет, предполагающий верховенство, независимость и самостоятельность государственной власти, полноту законодательной, исполнительной и судебной власти государства на его территории и независимость в международном общении, представляет собой качественный признак РФ как государства, характеризующий его конституционно-правовой статус. Конституционный суд исключил существование двух уровней суверенных властей, находящихся в единой системе государственной власти, которые обладали бы верховенством и независимостью.

В правовых позициях Конституционного суда Российской Федерации отражена обязанность законодателя и правоприменителя при любых ограничениях конституционных прав и свобод человека и гражданина гарантировать безопасность личности. Рассматривая дела об оспаривании норм федеральных законов, затрагивающих политические, экономические, социальные права граждан, Конституционный суд регулярно указывает, что ст. 55 Конституции и принимаемые федеральные законы не предполагают существенного ограничения конституционных прав, приводящего к их умалению и искажению их существа.

Важнейшим вкладом Конституционного суда в обеспечение национальной безопасности стало рассмотрение вопроса о защите политической безопасности страны. Согласно позиции Конституционного суда «в силу того, что единственным источником, из которого проистекают три ветви власти, и носителем воплощаемого ими суверенитета является многонациональный народ РФ, в условиях разделения государственной власти в Российской Федерации на законодательную, исполнительную и судебную (ст. 10 Конституции РФ) не допускается их противоборство» (Постановление Конституционного суда РФ от 11 декабря 1998 г. № 28-П).

Следует отметить также вклад КС РФ в обеспечение социальной безопасности населения. Так как Конституция определяет Россию как социальное государство, политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь и свободное развитие человека (ст. 7), государство обязано брать на себя гарантии социального равенства, справедливости, благополучия

своих граждан, их социальной защищенности. Данные положения находят свое отражение в решениях Конституционного суда, неоднократно подчеркивающего связь правового демократического государства с социально ориентированной рыночной экономикой, гарантированием достойной жизни и свободного развития человека, обеспечением государственной поддержки семьи, материнства, отцовства и детства, инвалидов и пожилых граждан; развитием системы социальных служб; установлением государственных пенсий, пособий и иных гарантий социальной защиты.

Несмотря на либеральный характер Конституции РФ, Конституционный суд устанавливает недопустимость пропаганды экстремизма, в частности, в связи с противодействием экстремистской деятельности в форме пропаганды нацистской атрибутики или символики, социального, расового, национального, религиозного или языкового превосходства. В Постановлении Конституционного суда РФ от 28 июня 2007 г. № 8-П отмечается, что «захоронение лица, принимавшего участие в террористическом акте, в непосредственной близости от могил жертв его действий, совершение обрядов захоронения и поминовения с отданием почестей как символу, как объекту поклонения, с одной стороны, служат пропаганде идей террора, а с другой - оскорбляют чувства родственников жертв этого акта и создают предпосылки для нагнетания межнациональной и религиозной розни».

В сфере религиозной безопасности Конституционный суд подчеркивает необходимость поддержания баланса интересов в светском государстве. Так, в Постановлении от 5 декабря 2012 г. № 30-П суд говорит о том, что нужно принимать во внимание «сочетание в религиозной свободе индивидуальных (личных) и коллективных, а также частных и публичных начал», поэтому «нормативный порядок реализации права на свободу совести и свободу вероисповедания... требует соотнесения с порядком реализации иных конституционных прав, в том числе в социально-политической сфере, и обязывает как законодателя, так и правоприменителя, включая суд, обеспечивать разумный баланс интересов верующих и религиозных объединений, с одной стороны, и светских политических и государственных институтов - с другой, не посягая при этом на само существо данного права и не создавая препятствий для его реализации».

Также КС РФ внес свой вклад в развитие деполитизации религии. Согласно Постановлению Конституционного суда РФ от 15 декабря 2004 г. № 18-П в Российской Федерации как демократическом и светском государстве религиозное объединение не может подменять политическую партию, оно надпартийно и неполитично, партия же в силу своей политической природы не может быть религиозной организацией, она надконфессиональна, внеконфессиональна. Конституционный суд указал, что государство вправе предусмотреть определенные преграды, с тем, чтобы не предоставлять статус религиозной организации автоматически, не допускать легализации сект, нарушающих права человека и совершающих незаконные и преступные деяния. Возможны барьеры и на пути миссионерской деятельности (в том числе в связи с проблемой прозелитизма), если она несовместима с уважением к свободе мысли, совести и религии других и к иным конституционным правам и свободам, а именно сопровождается предложением материальных или социальных выгод с целью вербовки новых членов в церковь, неправомерным воздействием на людей, находящихся в нужде или в бедственном положении, психологическим давлением или угрозой применения насилия и т. п. (Постановление Конституционного суда РФ от 23 ноября 1999 г. № 16-П).

Литература

1. Баранов П. П. Тенденции и перспективы правового развития гражданского общества в России // Философия права. 2006. № 1.

2. Мамонов В. В. Понятие и место национальной безопасности в системе конституционного строя России // Журнал российского права. 2003. № 6.

3. Эбзеев Б. С. Конституция, государство и личность в России: философия российского конституционализма // Конституционное и муниципальное право. 2013. № 11.

4. Бондарь Н. С. Конституционный суд Российской Федерации - гарант социальных прав граждан // Право и власть. 2002. № 2.

5. Бондарь Н. С. Конституционный суд России - гарант конституционной безопасности личности, общества, государства // Конституционное правосудие. Вестник Конференции органов конституционного контроля стран молодой демократии. 2003. № 4.