Минюст предложил иноагентам посредничество

10 июля вступает в силу приказ Минюста, который меняет порядок отчетности для некоммерческих организаций (НКО), включенных в реестр иноагентов. Их руководители должны предоставлять правительству не только полную информацию о сотрудниках, но и данные о спонсорах, в том числе источники получения ими средств, направленных на помощь НКО. Представители правозащитных организаций возмущены новым порядком и считают, что нововведения нужны «для давления» на НКО и их изоляции от жертвователей. Однако в Минюсте “Ъ” пояснили, что передача сведений о спонсорах необязательна и взыскания за неполную отчетность не последуют.

Порядок отчетности НКО, внесенных в реестр иноагентов, перед Минюстом снова изменен. Правительство намерено получить не только подробную информацию о каждом сотруднике такой организации (ФИО, дата рождения, адрес, гражданство, должность), но и данные спонсоров — физлиц и компаний, которые жертвуют НКО деньги. В отчетных бланках появилось и упоминание «посредника» — российского гражданина или юрлица, отправившего пожертвование, вероятно полученное от какой-либо зарубежной организации.

Глава фонда «Общественный вердикт» (внесен в список иноагентов Минюста; занимается оказанием юридической помощи) Наталья Таубина возмутилась в связи с этим: собирать планируется «не только ФИО, но и данные документа, удостоверяющего личность, а также откуда у него/нее иностранные источники». «Как доказать, что российский гражданин не какой-то посредник, тем более узнать, откуда у него деньги в принципе, я не понимаю»,— поделился с “Ъ” член СПЧ и руководитель информационно-аналитического центра «Сова» (внесен в список иноагентов Минюста; занимается исследованиями проблем ксенофобии, экстремизма, религии и общества) Александр Верховский.

Понятие «иноагент» появилось в российском правовом поле в 2012 году после принятия поправок к ФЗ «О некоммерческих организациях». Поправками регулировалась деятельность и отчетность НКО, «выполняющих функции иностранного агента» — резидента России, представляющего, по мнению правительства (в лице Минюста), интересы зарубежных организаций и получающего иностранное финансирование. Был создан реестр таких НКО, который сегодня насчитывает 75 организаций. Включенные в него НКО обязаны несколько раз в год отчитываться о деятельности, руководителях и расходовании денег. За нарушения требований — в частности, порядка отчетности — НКО-иноагенты регулярно подвергаются штрафам. К примеру, “Ъ” неоднократно рассказывал о штрафах в адрес правозащитного центра «Мемориал», признанного иноагентом в 2014 году (ПЦ «Мемориал» и «Международный мемориал» с 2014 года были оштрафованы на 6,1 млн руб., в ходе кампании по сбору средств на погашение удалось привлечь 5,3 млн руб.). В конце прошлого года законодательство об иноагентах ужесточили, обязав их отчитываться о проводимых мероприятиях. Минюст был наделен правом запрещать программы НКО-иноагентов по аналогии с программами филиалов иностранных НКО. Также был создан реестр СМИ-иноагентов, в который вошли 20 организаций и физлиц, например правозащитник Лев Пономарев. Отметим, приказ Минюста, вступивший сегодня в силу, не затрагивает деятельность списка СМИ-иноагентов.

Отчетность и ранее представляла «безумную нагрузку» на «малочисленный административный аппарат» организаций, рассказал Александр Верховский: «Введение графы о посредниках — катастрофа. Как мы можем собрать с жертвователей их данные? Складывается впечатление, что новая отчетность нужна, чтобы у людей не возникало желания что-то жертвовать. С какой стати российская фирма, которая нам что-то перевела, должна сообщать свои источники финансирования? А если она не скажет или скажет, но неправильно?» По мнению Натальи Таубиной, Минюст «запускает механизм сбора данных обо всех, кто так или иначе связан с организацией» для «снижения уровня поддержки».

Руководители НКО из реестра иноагентов уверены, что отчетность нужна для «изоляции от жертвователей».

Собрать данные спонсоров решительно невозможно, ведь граждане, жертвуя деньги НКО, совершают платеж «нажатием одной кнопки на сайте», пояснила “Ъ” глава комитета «Гражданское содействие» (внесен в список иноагентов Минюста; занимается проблемами мигрантов) Светлана Ганнушкина: «Человек перевел деньги, выразил солидарность с нами, очевидно, этого не хотят».

Напомним, ранее в Минюст на невозможность отчитаться об источниках финансирования своих жертвователей жаловались крупнейшие российские благотворительные фонды «Подари жизнь», «Вера», «Адвита» и «Живой» (см. “Ъ” от 19 марта). Они указывали, что такие сведения могут составлять коммерческую тайну, а спонсоры, во-первых, не обязаны отчитываться перед НКО, а во-вторых, не несут никакой ответственности за предоставление неверных сведений. После этого Минюст продлил мораторий на вступление в силу соответствующего приказа, обязывающего подобные НКО собирать данные жертвователей об источниках финансирования.

“Ъ” обратился за комментариями в Минюст относительно нового порядка для НКО-иноагентов. В ведомстве пояснили, что опасения правозащитников преждевременны, так как указывать данные о спонсорах следует «только при наличии соответствующей информации»: «Если у НКО нет открытых данных о финансовых потоках жертвователей, эту информацию нет необходимости указывать в формах отчетности». В ведомстве указали при этом на специально разработанную методичку по заполнению форм отчетности. «Добросовестные НКО, внедряющие на добровольной основе принципы законности, открытости и прозрачности своей деятельности, не привлекаются к административной ответственности в случае выявления неполноты сведений о косвенных источниках поступления иностранных средств, указанных в отчетности»,— говорится в ответе Минюста на запрос “Ъ”. Отметим, что в упомянутой ведомством методичке «добросовестными» НКО-иноагентами названы те, что указывают прямое получение иностранного финансирования.