По следу «Прометея атомного огня»

ПО СЛЕДУ

«ПРОМЕТЕЯ АТОМНОГО ОГНЯ»

Почти 115 лет тому назад в небольшом городке Сим Уфимской губернии родился великий физик-ядерщик, создавший надежный щит обороны СССР, академик Игорь Васильевич Курчатов. В преддверии столетия со дня рождения ученого в одном из периодических изданий вышла статья автора этих строк. Время выхода этой публикации не сохранилась бы в памяти, если бы мне по почте не пришло благодарственное письмо от члена-корреспондента РАН, академика АН РБ М.А. Ильгамова в связи с этой датой. С той поры поиски жизнедеятельности И.В. Курчатова расширили горизонты моих исторических поисков, придав им яркий импульс. В последние десятилетия вышло множество публикаций о нем и его родственниках, учитывая также и то, что Уфа сделалась для большинства из них второй родиной. Несколько из этих очерков включены также в мою книгу «Княжеский след в истории России», увидевшей свет в этом году и приуроченной к 175-летию со дня венчания А.С. Пушкина и Н.Н. Гончаровой. О многогранной научной деятельности и воспоминаниях об академике И.В. Курчатове доктором исторических наук Р.В. Кузнецовой опубликовано несколько капитальных изданий.

Интерес к различным периодам его жизни не ослабевает и по сей день. С фотографией академика И.В. Курчатова вышла статья

о работе выдающихся немецких физиков в г. Сухуми по созданию отечественного ядерного оружия. Из нее следует, что в послевоенные годы группа интернированных физиков из Германии, куда вошла научная элита поверженного рейха, получила впечатляющие результаты по атомной энергетике в причерноморском городе. Несомненно, что все эти работы проводились под руководством и участии И.В. Курчатова, отвечающего за цикл ядерных исследований. Многие из этих физиков имели высокие воинские звания. Некоторые из них за упорный труд на благо нашей обороны стали Героями Социалистического Труда и даже неоднократно -лауреатами Сталинских премий. Самой крупной фигурой из них был немецкий барон Манфред фон Арденне (1907-1997 гг.), выдающийся физик, а также штандартенфюрер СС, кавалер Рыцарского Креста с дубовыми листьями и любимец Гитлера. В 1947 и 1953-м годах удостоенный двух Сталинских премий. По воспоминаниям очевидца тех лет К.Ш. Берая, после работы в г. Москве через некоторое время барон был переведен в г. Сухум (Абхазия). Там был построен Сухумский физико-технический институт (СФТИ), впоследствии возглавляемый им. Научные исследования в институте проводились на двух объектах с шифрами «Арденне-А» и «Герц-Г». На первом из них проводи-

ВЕСТНИК АКАДЕМИИ НАУК РБ

/

2018, том 28, № 3

лись работы на центрифуге для концентрирования изотопа урана-235-сырья для атомного оружия. Неожиданной и располагающей оказалась встреча автора этих строк с выпускником Московского физико-инженерного института (МИФИ) 1959 года А.Ф. Ча-чаковым, кандидатом технических наук, разменявшем свое 80-летие и продолжающем работать в качестве заместителя Генерального директора по научной работе Сухумского физтеха. Одновременно он возглавляет кафедру технической физики в Абхазском госуниверситете. Необычность этой встречи состояла в том, что мы вместе с женой уже несколько лет подряд отдыхая в летнее отпускное время в районе целебных источников в Эвкалиптовой Роще, неоднократно проезжали по трассе в столичный город, где по обе стороны от нее располагался Абхазский государственный университет и корпуса Сухумского физтеха. Было бы непростительно, на мой взгляд, человеку интересующемуся историей науки, да и к тому же и профессору ВУЗ-а не ознакомиться с университетом и институтом. На пути этой магистрали в советское время на сохранившей свое название и сейчас остановке «Синоп», располагалась в те годы Всесоюзная здравница. Как то в стойкий знойный день с моим попутчиком Тимуром на его машине мы въехали в микрорайон г. Сухуми «Агудзеры». Перед нами открылась панорама из 5 двухэтажных заброшенных, а ранее жилых зданий, построенных немецкими военнопленными, принимавшими участие в сооружении Сухумского физтеха. Эти строения выгодно отличались от послевоенных сооружений, где в настоящее время обитали жильцы микрорайона. Рядом с этим комплексом зданий виднелось одноэтажное сооружение с надписью «ЭРА-СФТИ», свидетельство того, что институт по-прежнему работает. Главное здание физтеха и относящиеся к нему корпуса располагались по другую сторону магистрали. В

прилегающей к институту зоне стояло роскошное здание и комплекс других жилых строений, где проживали сотрудники института и уже, наверное, их потомки. Поразила громада этого здания, покоряющая своей необычной архитектурой с белыми колоннами у балконов, красотой арочных подъездов. Вместе с тем было печально смотреть на это сооружение, куда к которому, судя по всему, десятилетиями не прикасались руки реставраторов. Из окон соседних многолетних деревьев прямо по улице были протянуты веревки с висевшими на них для просушки бельем. Обращало на себя внимание, что потолки в подъездах были внушительных размеров. Одна из жительниц, спускавшаяся с 3-го этажа сказала, что здесь жили ранее сотрудники института (но не немцы). Рядом с институтом вдоль дороги, ведущей вниз к магистрали в старом здании со стародавним лифтом вместе со своей супругой Кларой Ху-саиновной проживал Александр Федорович. Окна их 4-х комнатной квартиры выходили на море и на сохранившуюся бывшую дачу Сталина. К корпусу главного здания физтеха, рядом с которым и жили Чачаковы, примыкал роскошный парк с уже потерявшими свой вид и не работающими фонтанами. Через металлический решетчатый забор парка было видно, что от проходной института до внутреннего корпуса вел длинный мост над расположенным там оврагом. Высокие хвойные и лиственные деревья парка сохраняли приятную прохладу даже в самую жаркую пору и все равно создавали иллюзию заброшенности.

Как оказалось, Александр Федорович сразу же после защиты своей дипломной работы, связанной с циклотроном, в 1959 году был распределен в Сухумский физтех. Он уроженец Филенковского района Кировской области СССР Его детство прошло в деревне с необычным для слуха названием - Бал-денки. Я был несколько удивлен, когда он

ВЕСТНИК АКАДЕМИИ НАУК РБ / __

сказал, что его отец был муллой и уж совсем растерялся, когда услышал, что деда по отцу звали Сафиуллой. Полной неожиданностью для меня было, когда при прощании он вдруг по татарски спросил понимаю ли я его. Как тут не скажешь: «Господи, пути твои неисповедимы!»

За чашкой чая вместе с гостеприимной хозяйкой и хозяином дома, рядом с женой Райсой у меня была возможность спросить у Александра Федоровича бывал ли здесь в физтехе академик И.В. Курчатов. Он ответил, что такой информацией он не обладает. Тем не менее А.Ф. Чачаков сказал, что в свое время в физтех приезжал Е.П. Славский - министр среднего машиностроения, которого за глаза называли «атомным министром». В знак этого события на территории института им было посажено дерево. Надо предполагать, что возможно, академик приезжал сюда. Но тем не менее, завеса секретности, связанная даже с фамилией ученого, не является выдумкой. Известно, что охрана с «хижины лесника» - дома, где в Москве проживал И.В. Курчатов, была снята лишь только через 10 лет после смерти академика.

Хотелось бы поделиться информацией, ставшей уже доступной любому читателю и изложенной физиком Ергиным Ю.В. в периодической печати. Известно, что во время Великой Отечественной войны в Уфу было эвакуировано около 100 академиков из Украины, свыше 50 докторов и 150 кандидатов наук. Многие из них включились в работы по различным направлениям оборонной тематики. Будучи эвакуированным в Казань своим распоряжением, академик А.И. Иоффе издал приказ об организации первой советской специальной атомной лаборатории из 10 человек. Руководителем ее был назначен И.В. Курчатов. В числе эвакуированных в Казань был и И.В. Курчатов. Осталась переписка И.В. Курчатова с М.Г. Первухиным, куратором Атомного проекта со стороны СНК СССР.

Так, в одной из записок ученого от 13 апреля 1943 года, где он докладывает куратору о задержках в изготовлении центрифуги (речь шла об изготовлении ее профессором Ланге на моторном заводе №26 в г. Уфе (№161 «Агрегатный завод» Р.К.). Учитывая срочность и важность этого заказа уже 29 апреля того же года И.В. Курчатов сообщает куратору, что «Произведено 4 испытания аппарата..., показали неудовлетворительную работу шариковых подшипников». Чуть позже 30 июля 1943 года И.В. Курчатов сообщает В.М. Мо-лотову, что «для решения ряда вопросов, связанных с урановой бомбой, необходимо иметь небольшое количество урана-235». Не цитируя всей переписки, связанных с решением проблем по атомному оружию, необходимо лишь подчеркнуть, что И.В. Курчатов был всецело занят этими важными проблемными вопросами, отправляя в день даже несколько сообщений руководителям государства об итогах испытаний и возникающих при этом трудностях.

Поэтому возможность его приезда в Уфу из Казани для непосредственного участия в практической реализации по созданию атомного оружия не кажется уж совсем фантастической, учитывая также, что в этом уральском городе жили его многочисленные родственники.

На возможность моей встречи с Генеральным директором Сухумского физико-технического института Александр Федорович заметил, что это реально лишь при условии заключения договора выполнения совместных научно-исследовательских работ. Из отечественной журналисткой периодики хорошо известно, что незадолго до своей кончины И.В. Курчатов совместно с С.П. Королевым приезжали на один из заводов г. Уфы, но тем не менее уже даже через десятилетия спустя этот факт не был подтвержден предприятием официально. В советское время пришлось заплатить «опалой» Серафиме Дмитриевне

ВЕСТНИК АКАДЕМИИ НАУК РБ /

' 2018, том 28, № 3(91) IIIIIIIIIIIIIIIIIIIIIIIIIIIIIIIIIII

Курчатовой, двоюродной сестре ученого. Ее сослали в деревню Венеция Дюртюлинского района Башкирии за сокрытие в анкете информации, что двоюродный брат Мстислав Курчатов, тоже, кстати, академик - выдающийся болгарский химик-металлург. Ночной телефонный звонок, раздавшийся в квартире у грузинского физика и брата литературоведа Ираклия Андроникова Элевтера, проживающего и работающего в Сухуми, от Игоря Васильевича Курчатова за 4 дня до его кончины, говорит о близких научных контактах, сложившихся между учеными. В разговоре с ним академик выражал крайнюю необходимость участия кого-либо из сотрудников физтеха на предстоящей в том году Международной научной конференции по нейтронографии в Канаде. При встрече с рано ушедшим из жизни научным сотрудником Института органической химии Уфимского научного центра РАН В.Г. Катрадзе я узнал, что его отец в 50-е годы прошлого века работал у И.В. Курчатова. К сожалению, преждевременный уход из жизни Вахтанга Гайозовича не позволил мне узнать от него детальные подробности от работы его отца с этим замечательным ученым.

Сухуми и прилегающая курортная зона привлекают сюда многих россиян. Абхазия на сегодняшний день не только место для отдыха - здесь располагается Абхазский госуниверситет, Академия наук Абхазии. Видное место занимает Гидрофизический институт Академии наук Абхазии - в его стенах проводятся экспериментальные исследования гидродинамических шумов обтекания в Черном море на Сухумской акватории с использованием созданного учеными этого Института морского полунатурного стенда. Это оказа-

лось весьма важным вкладом для исследований статистических характеристик турбулентных пульсаций давления в условиях глубокого моря. Работа проводилась совместно с физиками Института космических исследований РАН МГУ им. М.В. Ломоносова.

За несколько дней до отъезда из Сухуми мы с женой снова прошлись по тенистому парку, находящемуся вблизи физтеха. Нас привлек к себе мужчина солидного возраста, сидящий с напарником на придорожной скамейке рядом с физтехом. Узнав, что мы из России, как-то разговорились. Как оказалось, Григорий Эрастович Чкотуа, которому недавно исполнилось 92 года, работал непосредственно здесь под руководством И.В. Курчатова сначала в качестве лаборанта, а потом в 1956 году и младшим научным сотрудником. Мог ли об этом знать А.Ф. Ча-чаков, который пришел работать в сухумский физико-технический институт только в 1959 году. В последние десятилетия многие исторические материалы, особенно касающиеся достижений науки военного назначения, стали доступными читателям. Так, на основании рассекреченных материалов по разделению изотопов урана для создания отечественного ядерного оружия установлена роль выдающихся немецких физиков не только в Сухуми, но и в Уфе.

Профессор Фриц Ланге (1899-1987 гг.), принявший советское гражданство и оказавшийся в составе эвакуированной в Уфу Академии наук УССР 90 лет тому назад создал первую пилотную установку центрифуги, обеспечивающей нашу страну непревзойденной в мире технологией разделения изотопов урана.

Доктор химических наук,

профессор, член Союза журналистов РФ и РБ Р.Х. Кудашев

ВЕСТНИК АКАДЕМИИ НАУК РБ