Что спасет пенсионеров

Спасти от бедности российских пенсионеров — нынешних и будущих — может только чудо. Или — как всегда — простые российские женщины.

Сенсация! В Сибири рассекречено гигантское месторождение алмазов. Советские геологи много лет назад обнаружили Попигайскую астроблему — метеоритный кратер, а в нем — триллионы каратов уникально твердых алмазов. В сотни и тысячи раз больше, чем было до сих пор разведано во всем мире.

Пару недель назад интернет был просто переполнен этой "новостью". Кстати, не до конца фальшивой: месторождение существует, импактные алмазы существуют, их, возможно, и правда много. Даже про твердость, кажется, не полная ерунда — отмечается "присутствие лонсдейлита".

"Деньги", признаюсь, тогда с трудом удержались от того, чтобы — в ряду прочих — отшутиться на тему алмаза "Спаситель России". Если кто вдруг не помнит, это главная интрига лучшей постсоветской кинокомедии "Ширли-мырли" (субъективное, оценочное суждение автора, основанное на нелюбви к отечественной кино- и телепродукции). В финале этого фильма весь российский народ на деньги, полученные от продажи супералмаза, отправляется на Канары.

Ерундой в "новости" была секретность — информация о Попигайском месторождении была вполне доступна и раньше. И главный вывод, где-то высказанный, а где-то подразумеваемый. Что на добыче этих безусловно полезных ископаемых можно сказочно обогатиться. Даже если все — правда, и даже если их удастся добывать в промышленных масштабах, цены на них радикально упадут.

Вера в чудо, которое решит все проблемы,— вообще-то застарелая проблема. Среди экономистов популярен анекдот, авторство которого приписывается патриарху отечественной экономической науки Евгению Ясину: "Как спасти российскую экономику? — Оптимистичный вариант: сами все сделаем...— А реалистичный? — Инопланетяне прилетят".

Примерно из той же оперы периодически всплывающие надежды на то, что дефицит питьевой воды в мире (реальная проблема, постоянная головная боль ООН, Всемирного банка и прочих уважаемых организаций) позволит России прекрасно зарабатывать на экспорте воды из озера Байкал.

Ну ладно, всех проблем не решить, но отдельно взятую пенсионную-то можно? Обеспечить достойную старость нынешним и будущим пенсионерам?

Собственно, для этого нужно сделать одну то ли очень простую, то ли невероятно сложную вещь. Долгосрочно, на десятилетия вперед обеспечить финансовый поток (растущий — в силу инфляции, роста уровня жизни и старения населения), позволяющий перераспределять часть доходов экономики в пользу стариков. Причем так, чтобы саму экономику это не угробило.

Несколько лет назад была очень популярна идея, что можно капитализировать пенсионную систему за счет госсобственности. Внесем, дескать, в Пенсионный фонд госпакеты крупнейших компаний и, не забыть бы, землю — миллионы гектаров пашни, леса и промзон. Добьемся того, что возврат на капитал будет хотя бы процентов пять-десять, дальше немного арифметики, и из шляпы фокусника вместо зайца возникают обеспеченные пенсионеры.

Увы, в российской реальности доходы от использования госсобственности пренебрежимо малы по сравнению с дефицитом пенсионной системы. Да и на них целая очередь влиятельнейших претендентов, от Игоря Сечина с "Роснефтегазом" до правительства Дмитрия Медведева с венком разнообразных задач. Не говоря уже об интересантах помельче, которых совершенно не привлекает перспектива делиться с кем-то (а уж тем более с анонимной и безголосой армией пенсионеров) доходами от того, чем им посчастливилось управлять.

Так что чудеса надо искать в другом месте. То ли в том, что что-то щелкнет в голове у Владимира Путина, и он смирится с тем, что пенсионный возраст надо поднимать, что "бюджет расширенного правительства необходимо долгосрочно сбалансировать" (эту цитату можно приписать Алексею Кудрину, а можно — еще сотням трезвомыслящих экспертов). То ли в том, что финансовая грамотность станет всеобщей, и граждане сами начнут сберегать столько, что никакой пенсии не понадобится. Ну или в том, что российские женщины потребуют наконец, чтобы их перестали называть пенсионерками в цветущие 55 лет.