О понятии “народный буддизм”

китайского запрета и носить панцирь, покрытый тканью желтого ("императорского") цвета [8, с. 399-400].

Результаты деятельности археологов и фольклористов, дополняя сведения письменных источников, показывают, что при раскрытии факторов взаимоотношений Джунгарии со среднеазиатскими жителями городов и степей все четче проявляется религиозная составляющая, как одна из важных факторов, влиявших на взаимоотношения в центрально-азиатском регионе.

Таким образом, политическая и религиозная деятельность джунгарского правителя Цэван-Рабдана наглядно показывает его политическую самостоятельность как главы Джунгарского ханства, являвшегося независимым субъектом в политической системе международных отношений. Цэван-Рабдан старательно придерживался определенного направления политико-религиозной деятельности своих предшественников, что и выражалось в продолжении реализации им реформ, направленных на развитие монастырских школ и их земель (джаса) и издание литературы религиозного толка.

ЛИТЕРАТУРА

1. Ерофеева И.В. История формирования культового комплекса Тамгалытас (1677-1771 гг.) // Роль номадов в формировании культурного наследия

Казахстана. Научные чтения памяти Н.Э Масано-ва: Сб. мат-лов Междунар. науч. конф. г. Алма-ты, 23-24 апреля 2009 г. Алматы: "Print-s", 2010. С. 490-530.

2. Раднабадра. Биография Зая-пандиты // Лунный свет. Калмыцкие историко-литературные памятники. Элиста: Калм. кн. изд-во, 2003. 478 с. С. 218.

3. Кушнерик Р.А. Русско-джунгарские дипломатические отношения (начало XVII - 50-е гг. XVIII в.). Барнаул: Изд-во Алтайского ун-та, 2008. 266 с. С. 73.

4. Слесарчук Г.И. Из истории русско-джунгарских отношений в начале XVIII века // IX международный конгресс монголоведов (Улан-Батор, 812 августа 2006 г.). Доклады российских ученых. М.: Институт востоковедения РАН, 2006. 366 с. С. 160.

5. Бичурин Н.Я. Историческое обозрение ойра-тов или калмыков с XV столетия до настоящего времени. 2-е изд. Элиста: Калм. кн. изд-во, 1991. 128 с. С. 70.

6. Мэнгу минцзу тунши. Ди сы цзюань. (Общая история монгольской нации): В 5 т. Т. 4. Хух-хото: Нэймеэнгу дасюэ чубаньшэ. (Издательство универ-сита Внутренней Монголии), 2002. 530 с. С. 175.

7. У-юнь Би-ли-гэ. Большие ойратские кулуни и 5 цзисаев // Большая стела - Годовщина 80-летия профессора Хай Си-си. Хух-Хото: Нэймеэнгу дасюэ чубаньшэ. (Издательство университа Внутренней Монголии), 1994. С. 59-68.

8. Бобров Л.А., Ожередов Ю.И. "Латы воина Джамсарана". Позднесредневековый пластинчато -нашивной панцирь-"халат" воителя-буддиста (из фондов МАЭС ТГУ) // Роль номадов в формировании культурного наследия Казахстана. Научные чтения памяти Н.Э. Масанова. С. 379-421.

УДК 294.3

О ПОНЯТИИ "НАРОДНЫЙ БУДДИЗМ" Ч.А. Санджиев

Любая религиозная традиция является комплексной по самой своей сути, поскольку, с одной стороны, должна символизировать высшие стремления человеческого сознания, с другой - удовлетворять его насущные, бытовые потребности. Это утверждение в полной мере относится ко всем известным религиозным традициям, в том числе и к древнейшей мировой религии -

Санджиев Чагдыр Арслангович - младший научный сотрудник отдела письменных памятников и буддологии Калмыцкого института гуманитарных исследований РАН, 358000, г. Элиста, ул. Илишкина, 8, e-mail: chagdyr@rambler.ru, т. 8(84722)35506.

буддизму. Предпосылки рефлексии на структурную неоднородность буддизма намечены в трудах известных отечественных буддологов В.П. Васильева, И.П. Минаева, Ф.И. Щербат-ского, С.Ф. Ольденбурга и др.

Один из самых авторитетных буддийских учителей современности Далай-лама XIV говорит о трех различных аспектах буддизма: буддизм как метафизика, буддизм как фило-

Chagdyr Sandzhiev - junior scientific researcher of the Written Monuments and Buddhology Department at the Kalmyk institute for Humanitarian Studies of the Russian Academy of Sciences, 8 Ilishkina Street, Elista, 358000, e-mail: chagdyr@rambler.ru, ph. +7(84722)35506.

софия и буддизм как религия. Современные исследователи выделяют два уровня в буддизме: элитарный (монастырский) и народный (популярный). Первый уровень достаточно подробно рассмотрен в трудах отечественных и зарубежных буддологов (Т.В. Ермакова, Е.П. Островская, Е.А. Торчинов). Что же касается народного буддизма, то в контексте стремительно растущей популярности данной религиозной системы как в местах традиционного вероисповедания буддизма, так и в ряде европейских государств, ему, на наш взгляд, не уделяется достаточного внимания.

В Российской буддологической школе проблема дифференциации народного и философского буддизма была отчетливо разграничена в трудах О.О. Розенберга. Необходимость строгого разграничения этих двух основных составляющих древнейшей мировой религии ученый обосновывал положением о том, что буддизм как одно из явлений индийской философии и буддизм как народная религия представляют собой два течения одной религиозной системы, которые, хотя по времени и параллельны, имеют свою историю. В работе "Проблемы буддийской философии" [1] он разделил народный буддизм на три главных течения, отметив при этом, что миряне ограничиваются усвоением того, что является общебуддийским наследием, данным в популярной форме с примесью некоторых специфических элементов. Преобладание таких элементов позволило О. Розенбергу дать следующую классификацию буддизма:

1. Первое течение, включающее в себя простейшие формы буддизма, которые тесно переплетаются с простонародными суевериями, с верой в демонов, духов сил природы, с верой в чудотворное действие амулетов и т.д.

2. Буддийские школы, которые отличаются от других практикой культа и верой в перерождения в раю Амитабхи.

3. Школы различных мистических направлений [1, с. 79].

Современные исследователи в своих работах оперируют термином "простонародный буддизм", который в содержательном наполнении используется наряду с синонимами "низовой" или "популярный". Данная тема наиболее разработана в трудах отечественных буддологов В.М. Алексеева, Л.С. Васильева, Л.Н. Меньшикова, Л.И. Чугуевского и др.

Известный исследователь дальневосточного буддизма М. Е. Ермаков, опираясь на материалы из Дуньхуана, а также на китайские короткие рассказы - "сяошо", подразделяет буддизм на философский и простонарод-

ный [2, с. 10]. Сборники сяошо, заключающие в себе проповедь буддийских добродетелей, могут быть отнесены к типу рассказов, которые в традиционной китайской филологии именуется "чжигуай сяошо", или "рассказы о чудесах", но с одним существенным отличием: в них отчетливо прослеживается религиозно-идеологическое содержание и эти-ко-дидактическое начало.

При делении буддизма на философский и простонародный М. Ермаков не берет за основу формальную принадлежность верующих к мирянам или монашеской общине, поскольку далеко не каждый член монашеской сангхи, по его мнению, является носителем религиозно-философской традиции. Основная линия разграничения обусловлена именно ориентированностью на просветление и религиозно-философскую традицию, что предстает атрибутом монашеской элиты, но может быть экстраполировано на некоторых избранных мирян, потому что буддизм махаяны допускает возможность достижения просветления для мирян, подчинивших свою жизнь этой конечной цели. Таким образом, группы верующих буддистов, которые не вписываются в рамки данной ориентации, включая плохо образованных представителей монашеской сангхи, на взгляд Ермакова, следует отнести к сфере простонародного буддизма [2, с. 10, 30].

Известный исследователь китайского буддизма Е.А. Торчинов, опираясь на текст "Трактата о пяти учениях" Фа-цзана, дает следующее деление буддизма: народный буддизм, хинаяна, махаяна и экаяна (хуаянь). Здесь под термином "народный буддизм" (получивший наименование "учение людей и богов") подразумевается доктрина кармы, так как на данном уровне верующий ставит своей целью не "освобождение", а обеспечение себе нового благоприятного рождения в облике человека или божества [3].

Иную классификацию буддизма предлагает Е.А. Островская в своем труде "Воины радуги". Она подразделяет буддизм на бесписьменный "народный" и ученую (теоретически рефлексивную) традицию. При этом исследовательница отмечает, что такие интерпретации складываются без целенаправленного участия религиозных деятелей [4]. По ее убеждению, в процессе распространения мировой религии непременно формируется так называемый популярный уровень ее устного закрепления и функционирования в обществе. Новое вероучение испытывает воздействие "автохтонной этнографической действительности" и ассимилируется мифологическим сознанием, свойственным носителям

116

2011

№ 1, ч. 2

НАУЧНАЯ МЫСЛЬ КАВКАЗА

бесписьменной культуры. Вследствие этого возникает амальгамный мировоззренческий комплекс фольклорных интерпретаций распространяемой религии.

Зарубежные ученые в своих исследованиях проблемы дифференциации данной религиозной системы в основном опираются на традиции дальневосточного (Китай, Япония) и юго-восточного (Шри-Ланка, Бирма, Таиланд) буддизма. Учение Будды получило широкое распространение в Центральной, Восточной и Юго-Восточной Азии во многом благодаря местным народным верованиям, а также благодаря тому, что в самом буддизме присутствовали, как часть традиции, элементы народного верования [5, с. 3154]. Поэтому исследователи делают основной упор на синкретические связи, возникающие между распространяющейся религией и местными верованиями. Как следствие, они выделяют три типа, или три модели, взаимодействия между буддийскими и не буддийскими элементами: апроприация, адаптация и трансформация.

Под апроприацией подразумевается простое включение символов, верований, мотивов, а в некоторых случаях и местных божеств во вновь распространяющуюся религию. В результате адаптации к местным верованиям и к специфике сознания местного населения буддизм сам претерпевает определенные изменения в популярной его форме, но не в док-тринальном содержании. Трансформация -это выход из сферы влияния ортодоксальной церкви определенных направлений или школ. Как правило, они образуются при наличии

харизматического лидера. В своей деятельности они опираются лишь на один какой-либо канонический текст или делают основной упор на практику одного божества [5, с. 3154-3156].

Таким образом, в современной буддоло-гической науке в целом нет единого мнения по поводу определения понятия "народный" или "популярный буддизм", равно как нет и единой методики исследования данной темы. С другой стороны, этот вопрос довольно подробно рассмотрен в трудах отечественных исследователей, посвященных традициям дальневосточного буддизма, и в работах зарубежных буддологов, исследовавших данную тему с позиции изучения традиций южного и юго-восточного буддизма. Актуальной эта проблема остается и для исследователей, изучающих так называемую "тибетскую" форму буддизма, распространенную в Тибете, Монголии и России.

ЛИТЕРАТУРА

1. Розенберг О.О. Проблемы буддийской философии // Труды по буддизму. М.: Наука, 1991. 296 с.

2. Ермаков М.Е. Мир китайского буддизма. СПб.: "Андреев и сыновья", 1994. 240 с.

3. Торчинов Е.А. Введение в буддизм: Курс лекций. СПб.: Амфора. ТИД Амфора, 2005. 430 с. С. 288.

4. Островская-мл. Е.А. Войны радуги: Инсти-туционализация буддийской модели общества в Тибете. СПб.: Изд-во С.-Петерб. ун-та, 2008. 398 с. С. 12.

5. Lindsay J. Editor in Chief. Encyclopedia of Religion, Second Edition // Mi. Thomson Gale. 2005. Vol. 5. 10017 p.

УДК 294.3

РЕЛИГИОЗНЫЙ СИНКРЕТИЗМ В СОВРЕМЕННОМ БУДДИЗМЕ

А.Г. Кукеев, Ч.А. Санджиев

Все религии на новом уровне своего развития сохраняют элементы традиционных форм верова-

Кукеев Адъян Геннадьевич - младший научный сотрудник Отдела письменных памятников и буддологии Калмыцкого института гуманитарных исследований РАН, 358000, г. Элиста, ул. Илишкина, 8, e-mail: loshi@mail. ru, т. 8(84722)35536;

Санджиев Чагдыр Арслангович - младший научный сотрудник того же отдела, e-mail: chagdyr@rambler. ru, т. 8(84722)35506.

ний и культа предшествующих этапов. Любое религиозное новообразование - это процесс, в котором происходит отбор определенных

Adyan Kukeev - scientific researcher of Written Monuments and Buddhology Department at the Kalmyk institute for Humanitarian Studies of the Russian Academy of Sciences, 8 Ilishkina Street, Elista, 358000, e-mail: loshi@mail.ru, ph. +7(84722)35536;

Chagdyr Sandzhiev - junior scientific researcher of the same Department, e-mail: chagdyr@rambler.ru, ph. +7(84722)35506.