Институциональный подход к анализу «Провалов рынка» (социально-этический аспект)

СОЦИАЛЬНАЯ ПОЛИТИКА

УДК 330.34

Институциональный подход к анализу «провалов рынка»

На основе институционального подхода в статье анализируются «провалы рынка». В качестве важнейшего из них предлагается рассматривать институциональный провал, который заключается в формировании самим рыночным механизмом негативных морально-нравственных качеств экономических субъектов.

Ключевые слова: «провалы рынка», экономические субъекты, морально-нравственные качества, институциональный подход.

О В Нифаева Характер экономических отношений, в том чис-

ле в условиях рыночного механизма, во многом определяется морально-нравственными качествами экономических субъектов. Процесс их формирования берет начало с самых первых случайных форм обмена. В сочетании эквивалентности и неэквивалентности обменных операций проявляется двойственность рыночного механизма, то есть сам факт обмена содержит в себе вероятность того, что один из его участников перераспределит часть стоимости, произведенной другим участником, в свою пользу сверх эквивалента вложенных им затрат. Такая возможность создает, с одной стороны, теоретическую и практическую основу будущей дифференциации товаропроизводителей, деления общества на богатых и бедных, а с другой — с неизбежностью формирует моральнонравственные качества участников обмена.

Возможность перераспределения в процессе обмена трудового вклада каждого его участника в пользу другого может быть реализована только посредством проявления субъектами обмена их личностных качеств. Лишь индивиды, обладающие определенным набором качеств и характеристик и пускающие их в ход всякий раз в процессе обмена, могли совершать данный акт, и, следовательно, на основе этих качеств могло осуществляться и перераспределение стоимости. Используя набор определенных качеств, каждый участник обмена мог склонить чашу весов в свою пользу. Именно личнос-

© Нифаева О.В., 2014

142

Институциональный подход к анализу «провалов рынка»

тные качества становятся важнейшим фактором, опосредующим обмен. С другой стороны, следует учесть, что сам обмен формирует, устанавливает данные качества. Последние исходят из характеристик формы обмена. Эквивалентный обмен справедлив по сути, неэкивалентный — выступает как объективный, но несправедливый процесс. Как таковой он вызывает к жизни и требует строго определенных черт характера. Во-первых, он в сжатом виде вбирает в себя хищнический тип связей, господствовавших в первобытных обществах. Хищничество и нашедшие в нем воплощение разбой, захват, уничтожение были важной частью эволюции человека. Они генетически перешли и в личностные качества субъектов обмена. Во-вторых, чтобы склонить чашу весов в свою пользу, чаще всего требуется быть хитрым, изворотливым, убедить партнера в том, что данный неэквивалентный обмен является для него выгодным. С помощью хитрости можно присвоить не только часть труда, но и собственности, оспорив ее путем использования ложных фактов. Хитрость воспитывалась в процессе обмена, ее приемы оттачивались на протяжении веков. Не случайно появилась поговорка «Не обманешь — не продашь». Еще во времена царя Хаммура-пи в Вавилоне имел место обман с помощью весов, на которых взвешивали серебро. Сегодня хитрость проявляется в массовой фальсификации товаров, особенно лекарств, продуктов питания. Так в погоне за наживой, в стремлении перераспределить в свою пользу часть стоимости рынок постоянно воспроизводит хищничество, хитрость, обман.

Возможность присвоить часть продукта в ходе неэквивалентного обмена порождает безудержную жажду наживы. Она ширится и крепнет с каждым новым актом обмена и при определенных обстоятельствах становится чрезмерной, попирая существующие в обществе моральные нормы и законы. «Но раз имеется в наличии достаточная прибыль, капитал становится смелым. Обеспечьте 10 процентов, и капитал согласен на всякое применение, при 20 процентах он становится оживленным, при 50 процентах положительно готов сломать себе голову, при 100 процентах он попирает все человеческие законы, при 300 процентах нет такого преступления, на которое он не рискнул бы, хотя бы под страхом виселицы» [4, с. 770]. Стремление к наживе и крайний эгоизм становятся факторами, порождающими у участников рынка преступную мораль. Неуемная жажда наживы толкает к торговле наркотиками и оружием, выливается в колониальные войны. Так называемая эпоха империализма в конечном счете — результат проявления определенных качеств людей, когда жажда наживы сочетается с хитростью, обманом, крайним цинизмом, жестокостью, которые также заложены в самом рынке.

Рынок, особенно на начальных этапах своего существования, требовал действий, не совместимых с совестью и честью. Он отвергал такое качество общечеловеческой морали, как жалость. Наоборот, в сложившейся среде он требовал бессовестных, бесчестных и безжалостных людей. Именно

143

Институциональный подход к анализу «провалов рынка»

такие предприниматели, ослепленные жаждой наживы, на заре развития промышленного производства заставляли рабочих трудиться по 14—16 часов в сутки в тяжелейших условиях. Жажда наживы убивает жалость и порядочность. Она подчиняет себе все остальные чувства. В этом формировании негативных качеств субъектов рынка проявляется его двойственность и институциональный провал.

Стремление участников рынка к наживе порождает теневую экономику, заставляет преступать правовые нормы. Таковы причины появления коррупции и культа денег. Обособленность товаропроизводителей провоцирует эгоизм в его крайних формах. На этой основе развивается личный интерес — главный двигатель рыночной экономики. Однако он при определенных обстоятельствах превращается в мощный тормоз социальноэкономического развития. Более того, алчность и личный интерес разрушают обороноспособность страны. Разжигание военных конфликтов, продажа противнику оружия, преступная халатность или преднамеренное нарушение законов, нецелевое использование бюджетных средств, выделенных на нужды обороны страны, не говоря уже о шпионаже в пользу других стран — вот лишь небольшой перечень действий, спровоцированных жадностью и алчностью экономических субъектов.

Таким образом, рынок и его механизм порождают негативные качества и ориентации субъектов, постоянно воспроизводят их. Этот недостаток рынка негативно действует на экономику. Со всей очевидностью он проявился еще при зарождении рыночной, капиталистической экономики в недрах мануфактурного и машинного производства вплоть до конца XIX века. Представители этого рынка — жестокие, безжалостные, лишенные общечеловеческих норм морали люди: пираты, конкистадоры, колонизаторы. В эту раннерыночную воронку втягивались лица, имеющие самые разные взгляды, привычки, воспитание, интеллект. Это были представители разных сословий и классов, в том числе добродетельные граждане. Однако больше всего среди них было авантюристов всех мастей, лишенных моральных обязательств.

Разношерстная масса раннерыночных накопителей капитала не представляла собой нечто твердое, устоявшееся, со сложившейся системой ценностей. Наоборот, это был аморфный, меняющийся, хаотичный материал с преобладающими негативными морально-нравственными качествами. Первые предприниматели не знали жалости и снисхождения, не проявляли милосердие. По существу, это были люди, запрограммированные на богатство. Они вступали в экономические отношения по принципу «человек человеку волк». Таким было начало капитализма.

Первые субъекты рыночной экономики создавали специфическую форму рынка. Это была экономическая система, которую можно назвать «диким» капитализмом, когда попирались все существовавшие до этих пор законы и правила. Они означали период первоначального накопления

144

Институциональный подход к анализу «провалов рынка»

капитала. Фиаско подобной формы рынка — в нацеленности субъектов не только на созидание, но и на разрушение рыночной стихией всех устоявшихся форм традиционного общества. Рыночная мораль позволяла им уничтожать целые страны и народы.

Институциональное фиаско рынка проявилось и в России в 1990-е годы. После объявления всеобщей либерализации, свободы конкуренции и прочих благ рыночной экономики, которые буквально обрушились на еще недавно закрытую советскую экономику, в хозяйственную культуру стали возвращаться такие качества, как индивидуализм, практичность, частная инициатива. Многие люди стали, используя выражение К. Маркса, носить сердце в своем кошельке [4, с. 239]. С другой стороны, стали проявляться диктуемые рынком негативные личностные качества первых предпринимателей. Их вырвавшиеся наружу алчность, вседозволенность и безнаказанность, авантюризм и неоправданный риск за счет других стали символами того времени. В одночасье все, что раньше запрещалось и считалось постыдным делом (например, забота о личном интересе и недобросовестная конкуренция) [3], было разрешено и получило громкое название «бизнес».

Двойственная природа человеческой психики, постоянная борьба хорошего и плохого в его сознании в который раз привели к тому, что в отсутствии социальных ограничений, строгого контроля со стороны государства характер экономических отношений стал определяться не самыми лучшими качествами человека. Объявление либеральных ценностей как основы нового экономического строя обернулось тем, что в обществе как на дрожжах стали произрастать «самые низменные и отвратительные страсти человеческой души — фурии частного интереса» [4, с. 10]. Это создало ситуацию, когда характер экономики стали определять люди со звериной природой. На этой основе распространились безнаказанность, заказные убийства, грабежи.

Активизация «животного» начала человека, его внедрение в экономику сопровождалось резким ростом экономической преступности. В 2012 году в России насчитывалось свыше 120 тысяч предпринимателей, осужденных за экономические преступления [8, с. 5]. В экономике России стали массовыми такие негативные процессы, как разграбление национального богатства, криминальный и полукриминальный характер предпринимательства, прямое присвоение бюджетных средств, повсеместное нарушение прав работников, невыплата заработной платы. Так, в 1987 году отношение оплаты труда к ВВП России составляло 58,3%, в 1992 году — 26,9%, в 1998 году — 29,4%, а в 2000 году — 24,3%. За первые десять лет реформ ВВП России уменьшился в два раза, а реальная оплата труда — в пять раз. В результате произошло абсолютное и относительное обнищание значительной части населения, как правило, тех, чьим источником дохода являлась заработная плата (так называемые работающие бедняки) [6, с. 68— 70]. Причины создавшегося положения коренились в психологии людей, в

145

Институциональный подход к анализу «провалов рынка»

том, что в экономические отношения вступали не просто homoeconomicus, а «капиталисты-хищники», как называет их Ю.Я. Ольсевич, долгое время скрывавшие свои истинные мотивы. На основе подобных морально-нравственных качеств образовавшегося слоя предпринимателей произошли перераспределение доходов и социальное расслоение, которые привели к социальной напряженности, провоцировали в людях ненависть и зависть.

Институциональными причинами объясняется и тип приватизации, которая была проведена в России. Люди с негативными качествами с большим азартом «при прямом и косвенном соучастии государственных структур» включились в процесс перераспределения общественной собственности [7, с. 40].

Качественные характеристики российских предпринимателей сопровождались крайним экономическим экстремизмом. Как отмечает О.Т. Богомолов, российский бизнесмен в отличие от западного стремился извлечь максимальную выгоду из всего, не останавливаясь ни перед чем [1, с. 57]. Первые российские предприниматели в большинстве своем были ориентированы исключительно на деньги, богатство, материальный достаток. Российский рынок определялся и определяется действиями субъектов, проникнутых культом потребительства и денег. Гедонисты, преклоняющиеся перед западным образом жизни, создали ложное представление о рыночном механизме. Предприниматели не заинтересованы не только в долгосрочных вложениях капитала, но и свободе конкуренции. Для них легче и выгоднее наладить неформальные отношения с властями, профсоюзами и другими предприятиями, поделить рынок и диктовать цены. Таким образом, первоначальный слой лиц, который хлынул в сферу бизнеса в 1990-е годы, определил характер российской рыночной экономики. Это были люди с уголовным прошлым, жадные, алчные, стремящиеся к роскоши и напускному богатству. Их беспринципность, стремление достичь богатства любыми, в том числе преступными, средствами обусловили возникновение отношений вседозволенности, применения прямого насилия против конкурентов, попирания законов, огромную дифференциацию доходов, стремление получить сиюминутную выгоду. В конечном итоге сложившиеся качества предпринимательского корпуса Российской Федерации и сформированные на этой основе отношения привели к деградации экономики. Вместо ее ожидаемого взлета, который должен был последовать после демонтажа административно-командной системы, мы получили «провал рынка». Период с момента начала перехода от социалистической к рыночной модели хозяйствования и до кризиса 1998 года характеризуется как небывалый в истории общий экономический кризис, охвативший все сферы народного хозяйства. По своей глубине, формам проявления, продолжительности он не имеет аналогов в истории. Кроме того, он показал, что возникший рынок мало походил на классический, идеальный, саморегулируемый вариант организации экономической жизни общества.

146

Институциональный подход к анализу «провалов рынка»

Вследствие действия институционального «провала рынка» классические постулаты рыночной экономики, описываемые в учебной и научной литературе, приобрели двойственные черты, имели как положительные, так и отрицательные социально-экономические последствия.

Самая главная характеристика рыночной экономики — совершенная конкуренция. Именно в конкурентной борьбе за рынки сбыта, государственную поддержку, финансовые ресурсы, рабочее место, более высокую оплату труда, поощрение руководства нередко проявляются самые жестокие и низменные качества людей. Ориентация на конкурентную борьбу провоцирует индивидуализм, эгоизм, социальную разобщенность, отстаивание узкочастных интересов. В результате деятельность не только в бизнесе, но и в быту переходит за пределы правового поля вплоть до физического устранения конкурентов, незаконного захвата собственности, лжебанкротств и других преступных действий. Саморегулирование рынка превращается в анархию, вседозволенность, игру по принципу «что не запрещено, то разрешено».

В реальности большинство рынков далеки от совершенно конкурентного состояния. В конкурентной борьбе побеждает не предприниматель, торгующий однородными товарами и довольствующийся средней нормой прибыли, а тот, кто обладает конкурентными преимуществами по сравнению с другими предпринимателями (более квалифицированными кадрами, технологией производства, выгодным месторасположением, высоким качеством товаров, низкими издержками, административным ресурсом, исключительным правом на актив), то есть являющийся монополистом в определенной рыночной нише. Таково проявление двойственного характера рынка, которое оказывает влияние и на уровень инфляции. Успех в конкуренции возможен только при достижении монопольного положения. Конкурентное преимущество и есть монополия. В свою очередь, монополист идет на повышение цен по двум причинам: во-первых, чтобы окупить затраты на получение конкурентного (а лучше сказать, монопольного) преимущества, во-вторых, по причине жажды наживы, искушения воспользоваться полученным преимуществом. Таким образом, конкуренция опосредованно через механизм неизбежной монополизации является одной из причин роста цен.

В условиях рыночной экономики предприниматель стремится к максимизации прибыли и отдачи на вложенный капитал посредством минимизации издержек. Как следствие, жажда обогащения, ориентация на материальный успех, понимание того, что честный труд если и приносит плоды, то очень не скоро, привели к появлению и последующей трансформации не всегда этически обоснованных способов накопления богатства: начиная от ростовщичества и заканчивая финансовыми спекуляциями. Ориентация на сиюминутную прибыль подогревает постоянное чувство неуверенности в завтрашнем дне, нестабильности, желание нажиться за счет других. На этой почве возникают перекосы в формировании цен, ажиотажный

147

Институциональный подход к анализу «провалов рынка»

спрос, нечестные отношения с партнерами и клиентами. Лень и безудержная жажда наживы — причины гипертрофированного разрастания сферы посреднических услуг, торговли, чрезмерного роста доли финансового сектора в ВВП, рентоориентированного поведения.

Институциональный «провал рынка» порождает появление видов предпринимательской деятельности, первоначально призванных сглаживать последствия проявления негативных качеств экономических субъектов (лживость, склонность к спекуляциям и чрезмерному риску, жажда наживы): консалтинговые, аудиторские, клиринговые фирмы, хеджевые фонды, саморегулируемые организации, рейтинговые агентства. Но и они часто впоследствии становятся «жертвами» рынка, то есть активными участниками спекулятивных и мошеннических операций, по сути, заинтересованными в сохранении институционального «провала рынка».

В стремлении максимизировать прибыль минимизируются издержки с помощью не всегда заметного для простого потребителя снижения качества товаров за счет изменения размера упаковки, состава или других характеристик товара, обвеса или обсчета покупателей и других мошеннических действий.

Одним из самых распространенных способов минимизации издержек является оптимизация затрат на оплату труда посредством увольнения работников или снижения выплат им, что влечет рост безработицы и социального расслоения, особенно в периоды кризисов. В связи с этим стоит упомянуть о довольно распространенном мнении, согласно которому повышение минимального размера оплаты труда или прожиточного минимума ведет к инфляции. Хотя еще К. Маркс писал: «Рост заработной платы есть следствие, а не причина повышения цен товаров» [5, с. 384]. Повышение оплаты труда в этом случае является вынужденной мерой, компенсацией, ответной реакцией на требования государства и персонала. Причем темпы роста заработной платы в среднем никогда не превышают темпы роста цен именно потому, что в обеспечении роста цен первичны не затраты продавца как таковые, в том числе на оплату труда, а стремление экономических субъектов (товаропроизводителей, посредников, продавцов) получить максимальную прибыль. Институциональный «провал рынка» начинает раскручивать инфляционную спираль «зарплата — цены». Однако в этой дихотомии стоило бы поменять местами причину со следствием. В результате продавец снова и снова вынужден повышать цены, чтобы компенсировать потери от роста заработной платы и других затрат, и попадает в собственную ловушку, а вместе с ним и те, кто от него зависит (работники, потребители).

В экономической теории минимизация издержек, а значит, получение ценовых преимуществ, увеличение доли рынка находят выражение в эффекте масштаба, который достигается в массовом производстве. В целях массового сбыта огромного числа однотипных товаров потребителям

148

Институциональный подход к анализу «провалов рынка»

навязываются ценности массовой культуры. «Быть как все» становится «модно» и «дешево» для потребителей и выгодно для продавцов. Ведь массовое производство и массовая культура не требуют учета индивидуальных или национальных особенностей потребителей, то есть дополнительных маркетинговых затрат и снижения нормы прибыли.

Глобализация (захват рынков сбыта, экспансия крупнейших компаний на развивающиеся рынки, стирание национальных особенностей) — прямое следствие действия принципов максимизации прибыли и минимизации издержек. Конкуренция, желание получить максимальный доход заставляют наращивать объемы производства, а затем искать новые рынки сбыта, экономя при этом на затратах. Это стимулирует развитие НТП и увеличивает так называемую технологическую безработицу, связанную со сложностями трудоустройства работников из-за быстрого развития трудосберегающих технологий [2, с. 63]. Окружив себя материальными благами, достижениями науки и техники, человек вынужден искать новые способы приложения труда, чтобы обеспечить свое существование. Таково еще одно проявление двойственности рыночного механизма, его институционального «провала».

Таким образом, с институциональной точки зрения рынок имеет двойственную природу. Ему присущи как этические, так и аморальные черты. Последние негативно воздействуют на экономику и общество. С целью нивелирования институционального «провала рынка» необходимо разработать соответствующую государственную институциональную политику, направленную на обеспечение социально-экономической стабильности посредством совершенствования морально-нравственных качеств экономических субъектов путем корректировки формальных и неформальных норм, делающих аморальное, неэтичное поведение невыгодным и отрицаемым обществом.

Литература

1. Богомолов О. Нравственный фактор социально-экономического прогресса // Вопросы экономики. 2007. № 11. С. 35—62.

2. Кейнс Дж.М. Экономические возможности наших внуков // Вопросы экономики. 2009. № 6. С. 60—69.

3. Магун В, Руднев М. Базовые ценности россиян и других европейцев (по материалам опросов 2008 года) // Вопросы экономики. 2010. № 12. С. 107-130.

4. Маркс К. Капитал. Критика политической экономии. Т. I. М.: Политиздат, 1969.

5. Маркс, К Капитал. Критика политической экономии. Т. II. М.: Политиздат, 1969.

6. Овсиенко Ю, Петраков Н. Российская трансформация и ее результаты // Вопросы экономики. 2004. № 5. С. 59-72.

149

Институциональный подход к анализу «провалов рынка»

7. Ольсевич Ю. Экономическая теория и природа человека: становится ли тайное явным // Вопросы экономики. 2007. № 12. С. 27—42.

8. Яковлев А. Как уменьшить силовое давление на бизнес в России? // Вопросы экономики. 2012. № 11. С. 4—23.

References

1. Bogomolov О. Moral Factor of Social and Economic Progress. Voprosy eko-nomiki [Economic Issues], 2007, no.1, pp.35—62.(In Russian).

2. Keynes J.M. The Economic Possibilities of Our Grandchildren. Voprosy eko-nomiki [Economic Issues],2009, no. 6, pp. 60—69.(In Russian).

3. Magun V., Rudnev M. Basic Human Values of Russians and Other Europeans

4. Marx K. Capital. A Critique of Political Economy.Vol. I.Moscow: Politizdat Publishing, 1969.

5. Marx K. Capital. A Critique of Political Economy. Vol. II. Moscow: Politizdat Publishing, 1969.

6. Ovsienko, Yu., Petrakov N.Russian Transformation and Its Results. Voprosy ekonomiki [Economic Issues], 2004, no. 5, pp.59—72.

7. Ol'sevich, Yu. Economic Theory and Human Nature: Is the Mystery Revealed? Voprosy ekonomiki [Economic Issues], 2007, no. 12, pp. 27—42.

8. Yakovlev A. How to Reduce Violent Pressure on Business in Russia? Voprosy ekonomiki [Economic Issues], 2012, no.11, pp. 4—23.

150