Трансформация сетей политических элит Республики Польша в период 1993–2013 гг

Экспертиза

Ефим ФИДРЯ

ТРАНСФОРМАЦИЯ СЕТЕЙ ПОЛИТИЧЕСКИХ ЭЛИТ РЕСПУБЛИКИ ПОЛЬША В ПЕРИОД 1993-2013 гг.

В настоящей работе предлагается сетевой анализ структурных изменений польских политических элит в период 19932013 гг. Раскрывается фактическая структура сетевых связей внутри политических элит, определяются их основные сетевые характеристики, проводится анализ их структурной динамики.

This paper presents the network analysis of structural changes in the Polish political elite during 1993-2013. The real structure of the network connections within the political elite is revealed; the basic characteristics of their network are determined; the analysis of their structural dynamics is carried out.

Ключевые слова:

сетевой анализ, политические элиты, Республика Польша; network analysis, political elites, Republic of Poland.

Политические элиты Республики Польша, как и большинства других восточноевропейских государств, пережили в начале 1990 -х гг. процесс резкой реструктуризации: в структуру власти получили возможность войти новые группы, открылись новые каналы политического рекрутинга, стали формироваться новые кла -стеры внутриэлитных связей, новые полюсы влияния. Основные вехи этого процесса уже становились объектом внимания зарубежных и отечественных исследователей1, однако структурный анализ трансформации конфигурации польских политических элит пока не проводился. Кроме того, большая часть работ, посвященных ана -лизу политических элит, опирается скорее на качественный анализ данных — анализ документов и интервью, что затрудняет проведение сравнительных исследований трансформационных процессов и фор -мализованное сопоставление конфигураций политических элит.

Под политическими элитами предлагается понимать акторов (индивидуальных или групповых), которых благодаря своему стратегическому положению, занимаемому ими в крупных организа -циях, можно считать ведущими на основании каких-либо иных признаков и способными оказывать постоянное и значительное влияние на политически значимые результаты деятельности2. Таким образом, политическое влияние актора мы ставим в зависимость от его положения в структуре формальной политической иерархии, что позволяет нам обеспечить устойчивый набор позиций для ана -лиза сетевых конфигураций.

В нашу выборку попали акторы, занимающие следующие

ФИДРЯ

Ефим

Сергеевич — к.соц.н., директор Социальногуманитарного парка БФУ им. И. Канта EFidrya@kantiana.ru

1 Василевски Я. Политическая элита средней ступени: проблематика иссле -дования // Политическая экспертиза, 2009, № 2; Жуковский И.И. Рекрутация политических элит в современной Польше: некоторые предварительные сужде -ния // Вестник Московского университета. Сер. 12. Политические науки, 2011, № 6; Ричард А., Внук-Липиньский Э. Источники политической стабильности и нестабильности в Польше // Социологические исследования, 2002, № 6; Тарасов И.Н. Выбор формы правления как институциональная проблема посткоммунизма // Политическая экспертиза, 2010, № 1; Fodor E., Wnuk- Lipinski E., Yershova N. The New Political and Cultural Elite // Theory and Society, 1995, vol. 24, № 5; Gallina N. Political Elites in East Central Europe: Paving the Way for «Negative Europeanisation»? - Budrich UniPress Ltd., 2008; Wasilewski J. Political Elites as an Agent of Social Change: The Polish Perspective // Social Change and Human Development: Concept and Results / ed. by R.K. Silbereisen, X. Chen. — SAGE Publications Ltd., 2010.

2 Хигли Дж. Элиты, внеэлитные группы и пределы политики: теоретический ракурс // Элиты и общество в сравнительном измерении / под ред. О.В. Гаман-Голутвиной. — М. : РОССПЭН, 2011, с. 35.

позиции: президенты и их советники; премьер- министры; маршалы сейма; вице - премьеры, вице - спикеры; мини -стры (занимающие свои посты не менее одного года); лидеры основных политиче -ских партий (имеющие фракции в парла -менте).

Всего в ходе нашего исследования проанализированы данные 239 польских политических деятелей, соответствую -щих указанным критериям, из которых 44 занимали пост президента республики Польша или должность в президентском аппарате, 167 — должность в правитель -стве, а 28 — в сейме. Стандартизованная информация, содержащая необходимые нам биографические данные, взята с офи циальных сайтов президента Республики Польша (http://www.president.pl), прави -тельства Республики Польша ^Пр:/^^^. poland.gov.pl) и сейма Республики Польша (http://www.sejm.gov.pl). Для получения более полной картины тенденций элито -образования в динамике анализ проведен по каждому из парламентских электораль -ных циклов с последующим сопоставле -нием результатов.

I. Индикаторы сетевой структуры

Необходимо сделать пояснения по таким важным для данной работы поня тиям, как размер сети, сетевая плотность и транзитивность.

Размер сети выражает наибольшее рас -стояние между любыми парами вершин в сетевом графе и, таким образом, равня ется максимальному расстоянию между любой парой субъектов в сети1. В случае с исследуемым периодом размер сетей политической элиты составил в большин стве случаев 2 (в последнем цикле — 3), что означает, что самые длинные цепи вклю чают трех участников (в последнем цикле

— четырех).

Показатель «сетевая плотность» характеризует соотношение имеющихся и воз можных связей между представителями властных групп. Наибольших значений показатели сетевой плотности достигали в 2005-2011 гг.

Еще один индикатор плотности сетей

— сетевая компактность. Данный пока -затель рассчитывается на основе сетевой дистанции и выражает значение норма лизованной обратной суммы всех дис

1 Здесь и далее, если не указано иное, для расче -та сетевых параметров использовалась программа иС!пе! 6.365.

танций; максимальное значение — 1 (при абсолютной смежности всех вершин), минимальное — 0 (при абсолютной изоли -рованности всех вершин).

Еще одной из общих характеристик сети является их транзитивность. Данное свойство означает наличие связей между тремя субъектами, где если из трех вершин две пары вершин связаны друг с другом, то связана и третья пара. В известном смысле данное свойство можно отнести к способ ности сетевых связей порождать новые внутренние связи и устойчивые подструк туры, что свидетельствует о степени вну тренней сплоченности сетевых подструк тур.

II. Сетевые роли участников сетей политических элит Польши

Одним из индивидуальных параметров, характеризующим позиции участников сети, является вычисление их посред нических ролей по методу Р. Гоулда и Р. Фернандеза2. Данная статистическая техника предполагает распределение участ -ников в соответствии с одной из пяти воз можных ролей, которые они могут играть в сетевой структуре, разделенной на под -группы (в нашем случае в качестве таких подгрупп были выбраны аппарат прези -дента, правительство и сейм).

1. Координатор (coordinator). В этом слу -чае все участники принадлежат к одной группе и взаимосвязаны, а участник b соединяет участников a и c, членов своей группы.

2) Привратник (gatekeeper). Участник b связывает двух участников, один из кото рых (с) принадлежит к его группе, а другой (a) — нет.

3) Представитель (representative). Похожая ситуация, только в этот раз пер вый участник (a) принадлежит к одной группе с посредником (b), а посредник с конечным участником (c) принадлежат к разным группам3.

2 Gould R.V., Fernandez R.M. Structures of Mediation: A Formal Approach to Brokerage in Transaction Networks // Sociological Methodology, 1989, № 19, p. 89—126.

3 Так как в нашем случае связи в сетевой струк туре не дифференцировались по направлениям (иными словами, при фиксировании связи между участниками не указывалось, кто является инициатором данной связи), то обладатели роли при -вратника одновременно автоматически являлись обладателями и роли представителя. Таким обра зом, данные позиции отражали роль представите ля политической структуры во взаимоотношениях с одной из других структур.

4) Консультант (consultant). В данном случае посредник (b) принадлежит к одной группе, а два других участника, соединен ных с ним (a и с), — к другой.

5) Связной (liaison). Здесь участник b — посредник между двумя участниками — a и c, принадлежащими к разным группам. Таким образом, все три участника принад лежат к разным группам.

Еще одним важным показателем роли, которую играет актор в сети, является цен тральность по посредничеству (betweenness centrality) — показатель, отражающий число кратчайших путей между всеми участниками сети, проходящих через данный узел, и позволяющий оценить не только число общих связей узла, но и его значимость для данной сети.

Рассмотрим период 1993—1997 гг.

В сети, сформировавшейся в этот период, наивысшимипоказателямипосредничества обладали 4 представителя правительствен ных структур: премьер министр и маршал сейма Й. Олексы (7,274), министр смены прав собственности и министр экономики В. Качмарек (7,274), министр промышлен -ности и торговли К. Щерский (7,215) и премьер министр, председатель Польской народной партии В. Павлак (6,936).

Все указанные политики играли раз личные роли в сети: Й. Олексы играл роль привратника, соединяя представи телей правительства с представителями сейма и президентуры; В. Качмарек играл роль координатора, связывая преимуще ственно участников правительственной подструктуры между собой, а К. Щерский успешно сочетал в себе роли привратника и связного.

Ведущая сетевая роль, которую играл президент Польши Л. Валенса в период 1993—1997 гг. — это роль связного между правительством и сеймом. Представители различных политических сил сейма —

А. Квасьневский (Союз демократиче -ских левых сил), Р. Бугай (Партия труда), Т. Мазовецкий (Демократический союз), З. Релига (Беспартийный блок поддержки реформ) — в основном выполняли роли консультантов, связывая между собой представителей различных министерств. В самой правительственной подструктуре большинство министров играли роли при вратников и координаторов, обеспечи вая связи как внутри своей группы, так и между «своими» и представителями двух других структур.

Во втором периоде (1997—2001 гг.) наи -высшими показателями центральности по посредничеству обладали министр без портфеля, член кабинета мини стров Е.Я. Кропивницкий (18,189), два представителя сейма — маршал сейма М.Э. Плажиньский (10,423) и М. Кшаклевский (избирательная коалиция «Избирательная акция «Солидарность»

— 8,621). Последние в основном выпол -няли в сети роль привратников, связывая представителей сейма с правительством и аппаратом президента.

Меньшими, но также значимыми показателями центральности по посред ничеству обладали члены правитель ства: министр экономики Я. Стейнхоф, министр иностранных дел Б. Геремек, министр здравоохранения Ф. Цигельска, министр национальной обороны Я.А. Онышкевич, министр окружающей среды А.Ю. Токарчук, министр транс -порта и морской экономики Е.Я. Видзик (по 5,273 — они выполняли роль связных между правительством, президентом и сеймом), министр национальной обо роны Б. Коморовский, министр телеком муникаций Т. Шишко, министр культуры К.М. Уяздовский и министр транспорта и морской экономики ТА. Сирийчик (по 4,808 — они чаще сочетали роли приврат ника и связного).

Главной ролью президента (А. Квасьневского) вновь стала роль связного, эту же роль в сети чаще всего выполняли и представители сейма Я. Калиновский (Польская народная пар тия) и Я. Ольшевский (Движение возрож -дения Польши).

В третий период (2001—2005 гг.) доста -точно большое число участников обла дали высокими показателями централь ности по посредничеству: министр внутренних дел Р. Калиш (12,092), премьер министр и министр финансов М.М. Белка (8,670), премьер министр и председатель Союза демократических левых сил Л. Миллер (8,579), министр культуры А.Б. Челиньский (8,579), заме -ститель премьер министра, министр сель ского хозяйства и председатель Польской народной партии Я. Калиновский (7,483), министр инфраструктуры К.Я. Опавский (7,378), министр сельского хозяйства В.М. Олейничак (6,613), президент

А. Квасьневский (6,317). Большинство этих политиков успешно сочетали сетевые

роли привратников и связных (как и боль шинство членов правительства в целом). Исключение снова составила сетевая позиция президента и сотрудников его аппарата, подразумевающая исключи тельно роль связного.

Роль привратника в сети на себя активно брали в этот период представители сейма: Я.А. Качиньский (председатель «Права и справедливости») и Д. Туск (пред седатель «Гражданской платформы»), М.Б. Котлиновский (председатель Лиги польских семей). Выделяется сетевая роль маршала сейма Й. Олексы, выполнявшего функции связного между институтами президента и правительства.

Короткий промежуток 2005—2007 гг. породил сверхплотную сеть отношений с низким уровнем транзитивности (внутрен ними подгруппами). В такой сети сразу много акторов обладают большим уровнем центральности по посредничеству, причем многие из них относятся к аппарату прези -дента. Наивысшими уровнями централь ности в этот период обладали премьер -министр и председатель «Права и справед ливости» Я.А. Качиньский (17,768), а также заместитель премьер министра и министр внутренних дел Л.С. Дорн (17,768). Несколько меньшие, но также высокие показатели центральности продемонстри ровали заместитель премьер - министра и министр финансов З.Я. Гиловска (13,392

— она исполняла в сети роль приврат ника), маршал сейма Б. Коморовский (12,674 — связной), советники президента Я.К. Ардановский и А. Грежяк (по 12,594), президент Л.А. Качиньский (11,557 — связной), глава канцелярии президента

В.А. Стасяк (10,565), советник президента Я.Ф. Ольшевский (10,440), оба исполняли роль привратников, и министр регио нального развития Г. Гешицка (10,003 — связной). Вообще роль привратника и/ или связного исполняли в данный период очень многие члены правительства, сейма и аппарата президента; наиболее силь -ными связными были маршалы сейма (помимо Б. Коморовского — М. Юрек).

Пятый период (2007—2011 гг.), как мы уже знаем, породил плотную, компакт ную сеть с высоким уровнем транзитив ности, т.е. большим числом связанных подструктур и подгрупп. Это отразилось и в наивысших показателях центральности по посредничеству для участников данной сети.

На общем фоне здесь сильно выделя ется фигура президента и маршала сейма Б.М. Коморовского (32,152): сочетая сразу несколько сетевых ролей, он являлся од ной из центральных сетевых фигур, про водя через себя значительное число сетевых цепей. Меньшими, но все же значимыми показателями центральности отмечаются заместитель премьер министра, министр экономики и председатель Польской народной партии В. Павляк (20,983), а также президент Л.А. Качиньский (20,295); оба они выполняли и роль привратника, и роль связного.

Кроме того, высокими показателями центральности характеризовались сетевые позиции премьер министра и председа теля «Гражданской платформы» Д. Туска (14,406), председателя «Права и справедли -вости» Я.А. Качиньского (11,207), являв -шегося одним из самых сильных связных в этой сети, а также министра окружающей среды М. Новицкого (10,312). Отметим, впрочем, что и большинство других участ ников данной сети играли в ней важную роль, формируя сбалансированную и плотную сеть связей.

Наконец, в текущем периоде (с 2011 г.) сеть сильно напоминает по своим основ ным показателям сеть 2001—2005 гг. — средняя дистанция, число коротких цепей, компактность и транзитивность находятся практически на одном уровне с этим пери одом. Единственное, что отличает дан -ную сеть, — более высокая плотность, на уровне 1997—2001 гг. В итоге в данной сети сложилась такая конфигурация, при кото рой наивысшим (пусть и меньшим, чем в прошлой сети) показателем централь ности по посредничеству снова обладает президент Б.М. Коморовский (18,651). Высокими показателями также отлича ются члены сейма — председатель Союза демократических левых сил Л. Миллер (14,778), маршал сейма Е. Копач (13,870) и председатель «Права и справедливости» Я.А. Качиньский (9,468); члены прави -тельства — заместитель премьер министра

В. Павляк и министр здравоохранения Б.А. Арлукович (по 11,240).

Президент и маршал сейма в данной сети осуществляют роль связных, пред седатели партий тяготеют к сочетанию роли привратника и связного. Остальные участники сети в данном периоде в боль шинстве своем исполняют роль приврат ника.

III. Выводы.

За годы, прошедшие со времени распада СССР и «биполярного мира», сети поли -тических элит Республики Польша не раз подвергались более или менее серьезной перестройке. Период, когда в течение довольно длительного времени полити ческие сети могли развиваться поступа тельно, сменялся резким сетевым «стрес сом», вводившим в сети новые центры влияния и формирующим новые конфи гурации подструктур. В целом мы можем сделать следующие выводы о структуре и динамике сетей политических элит Польши за период 1993—2013 гг

1. В формировании сетей польских политических элит можно выделить два периода: первый охватывает четыре электоральных цикла — с 1993 до 2007 г. и характеризуется переходом от относи тельно дезинтегрированных сетей в 1993— 1997 гг. к высокой плотности и связанно сти сетей в 1997—2001 гг. с последующим снижением основных показателей сетевой интеграции вплоть до 2007 г. После завер шения короткого парламентского цикла в 2007—2011 гг. происходит формирование новой конфигурации сетей политической элиты Польши, более сплоченных и инте грированных. Трагические события 2010 г. вновь привели к трансформации сетевой структуры польских политических элит и снижению показателей сетевой интегра ции до уровня 2001—2005 гг.

2. В первые циклы исследуемого пери ода наивысшими показателями централь ности по посредничеству (отражающей значимость и число связей участника сети) обладали представители различ ных правительственных структур, затем к ним присоединились обладатели позиции маршала сейма, а в последние циклы цен тральные посреднические позиции зани мают президенты, маршалы сейма и пред седатели политических партий.

3. Сетевые роли участников польских политических элит продемонстрировали

за исследуемый период неравномерную динамику. Например, сетевая роль пре зидента во все исследуемые циклы заклю чалась в выполнении функции связного независимо от того, кто занимал этот пост в разное время.

Сетевые роли маршала сейма, в свою очередь, менялись по ходу трансформа ции политической системы: в первые два цикла обладатели статуса маршала сейма играли роль привратника, соединяющего представителей сейма с другими под структурами, однако затем маршалы сейма стали выполнять функции связных, а роль привратников взяли на себя председатели партий.

Наконец, ключевые представители пра вительственных структур в первые циклы были сильно замкнуты на развитие свя зей внутри своей подгруппы (коорди наторы), а также на соединение членов своей подструктуры с представителями сейма и аппарата президента. В после дующие циклы, однако, усиливается их ориентация на развитие внешних связей, и доминирующей практикой становится сочетание сетевых ролей привратника и связного.

К концу исследуемого периода сложи лись сетевые роли основных участников сетей, демонстрируя важность связей между подструктурами «треугольника власти» (правительство, аппарат прези дента и сейм), заметно усилились сетевые позиции президента и маршала сейма. Нельзя сказать, что сети политических элит Польши демонстрируют устой чиво растущую интеграцию и плотность, однако можно отметить институциона лизацию основных каналов рекрутинга и сетевых ролей ключевых участников сетей.

Исследование выполнено при финансовой поддержке РГНФ в рамках проекта № 12-03-00393а «Сравнительный анализ моделей формирования “новых политических элит” Литвы и Польши».