Людиковский глагол и его диалектные источники

УЧЕНЫЕ ЗАПИСКИ ПЕТРОЗАВОДСКОГО ГОСУДАРСТВЕННОГО УНИВЕРСИТЕТА

№ 1 (178). С. 80-84

УДК 811.511.112

DOI: 10.15393/исЬлэЛ.2019.276

Языкознание

2019

АЛЕКСАНДРА ПАВЛОВНА РОДИОНОВА

кандидат филологических наук, научный сотрудник сектора языкознания Института языка, литературы и истории, Федеральное государственное бюджетное учреждение науки Федеральный исследовательский центр «Карельский научный центр Российской академии наук» (Петрозаводск, Российская Федерация) santrar@krc.karelia.ru

ЛЮДИКОВСКИЙ ГЛАГОЛ И ЕГО ДИАЛЕКТНЫЕ ИСТОЧНИКИ*

Рассмотрены диалектные источники для исследования людиковского глагола: архивные и полевые материалы, образцы речи. В ФА ИЯЛИ КарНЦ РАН имеется накопленный аудио- и видеоматериал, собранный начиная с конца 1940-х годов. Значимое место занимают зафиксированные А. П. Баранцевым в период с 1963 по 1973 год образцы речи. Важным диалектным ресурсом может служить также и полевой материал, собранный исследователем лично. Как правило, диалог с информантом предполагает выявить грамматические формы и категории в речи носителя языка. Достигается это при помощи задаваемых информанту вопросов, связанных с его бытовой жизнью. Исследование категории глагола в людиковском наречии доставляет исследователю много трудностей. Сбор языкового материала из года в год затрудняется, поскольку количество носителей, свободно владеющих родным языком, стремительно сокращается. Людиковское наречие находится на грани полного исчезновения. В 2016 году на базе вепсского корпуса был создан карельский корпус, включающий в себя деление на три подкор-пуса в соответствии с тремя основными наречиями. Новый объединенный корпус получил название «Открытый корпус вепсского и карельского языков» (ВепКар). В будущем данный корпус может также служить надежным источником диалектного и младописьменного материала на карельском и вепсском языках.

Ключевые слова: людиковское наречие, архивные источники, полевые материалы, Открытый корпус вепсского и карельского языков

Наряду с другими наречиями карельского языка (собственно карельским и ливвиковским) людиковское исследовано менее подробно. И если науке известны исследования в области исторической и синхронной фонетики [1], [6], [7], а также имеются источники словарного состава [4], образцов речи [2], [5], [8], то людиковская грамматика изучена значительно слабее. В последнее время в ИЯЛИ КарНЦ РАН ведется планомерная работа именно в области морфологии: исследуется как именное, так и глагольное словоизменение. Глагол является наиболее сложным разделом лю-диковской грамматики. Диалектные материалы для изучения названного раздела грамматики мы берем, в первую очередь, из архивных источников, образцов, полевых материалов.

В Фонограммархиве ИЯЛИ КарНЦ РАН имеется богатый аудио- и видеоматериал, собранный начиная с конца 1940-х годов: записи, сделанные В. Я. Евсеевым у северных лю-диков в Спасской Губе Кондопожского района (1948-1960), фольклорные материалы, зафиксированные в 1960-е годы М. Ф. Пахомовой, У. С. Конкка, А. С. Степановой в селах Тивдия и Михайловское. Значимое место занимают записанные А. П. Баранцевым в период с 1963 по 1973 год образцы речи от информанта А. И. Ба-ранцевой - уроженки д. Пелдожа Святозерско-

го сельсовета Пряжинского района Карельской АССР. Именно А. П. Баранцев стал первым из отечественных лингвистов, опубликовавших образцы людиковской речи (святозерский говор), где собраны воспоминания информанта о годах Гражданской и Великой Отечественной войн, о «деревенском периоде» жизни информантки, о крестьянских занятиях, промыслах и др. Данные образцы исключительно ценны при исследовании людиковской грамматики.

Важным и даже самым главным диалектным источником служит полевой материал, собираемый исследователем лично. Как правило, диалог с информантом позволяет более целенаправленно выявить грамматические формы и категории в речи носителя языка. Это достигается при помощи вопросов, задаваемых информанту и связанных с его бытовой жизнью: о событиях, происходивших ранее, о прежней жизни, об одежде, которую носили ранее, и т. д.

После дальнейшей расшифровки и анализа собранных образцов речи можно почерпнуть главнейшие сведения о глаголе. В качестве примера приведем небольшой отрывок текста, который демонстрирует то, как протекает беседа, какого типа вопросы интересуют исследователя, как он стремится направить беседу в определенное русло и т. п.

© Родионова А. П., 2019

- Elin minä Vasakas, pienenny neicykänny sigä suadih, sigägi elin, tuatto minul oli, muamo, deduska oli. Nu vot v sorokovom, tritsat' dev'atom godu tuatto minun otettih armejah, okopoil' i enämbi ei tulnud kodih. Edele rodih otecestvennoi voinu tänne. Sinnegi häi i kuoli, minä d'äin maman ker. Deduska evakuatsijah en tiije, deduska d'äi täh, kyläh sie meile, Vasakkah. Me maman ker Petrovskoil työttih barzal, i barzal olimme kaks ned'älid, kacajimmos, bombittih nemcat. Sit tulimme... i minä en tiijänyh ni yhty sanua, en voi ven'akse..

- Karjalakse pagizit?

- Da, en tiijännyh nimidä, daze en voinnuh pakita icele ni vetty juoda ni leibyä palaste, ni luzikkaa käzih ottaa. No sid tytöin ker puuttuimme kvartirah, tytär oli russkoi neicykkäine, rovestnicat minul ei oli, postarse, häi ozuttau i sanou ven'akse, i minä vähäzel opastuin. Sid työttih meid edele, sid kaiken talven ajoimme masinal i do Jaroslavlepäi työttih, sinne, sid Jaroslavlepäi kyläh, sinne, sovhozoih. Sid siegi maman ker elimme. Häi kävyi pakiccemah, stob elädä, a minä en voinuh, parembi nälgäh kuolen, no en lähte. Minä hoz'aikan ker elin, hoz'aika minut skolah go-tovii, i sigä uvvessah, minä cet^re klassa lopin i sid udessah lopin, kolmandeh kluasassah uciimmos. Voinu lopei, kaco, i myö tulimme Belomorskah, a Belomorskas, zeml'ankois elin. A voi sid zeml'ankoispiäi, vot kui osvobodittih Petrozavodsk, tulimme kodih järilleh maman ker. I vot zavo-dimme ruata, Vasakas. Kai voimme, muadu labd'uol, stobi obrabotat'muad, heboloil, astuvoicin... piilimme mecät, a kevädel - splaval, splavl'aicimme... A sit f p'atides'atom godu menin miehel. Järilleh lähtin kyläspiäi Petrovskoile.

Olin n'an'kannu, vuoden, sid n'an'kannu olin vuo-den... sid poznakomin yhtes sijahizes, häi ruadoi voinus, gospital'is, a sid minuu gospitalih perevedii. Olin oficant-kannu. Muzikke minut, kui sanotah... kaks ned'alii elimme, da sid i järilleh lähti i sid minä elin vdovuskannu lid-nas. Gospitalis ruadoin, sid po komsomolskim put'ovkam työttih mied' ruadoh op'at'. Sid minä v sovhoze Zaitseva sigägi ruadoin. Sid löydin toizen saldatan op'at'... kolhozas jo nadoeici ved' - a ved' silloi minul oli vaigu vosemnad-cat' let, konzu miehele menin enzi kerran, dumaijin, hos-podi, op'at' kolhozas, op'at' ruatapidäy. No sid häi minuu vüruici, direktoru, konesno, ei pie sanoa, a zamestitel'u direktora sanou, konecno, v}}ruicin neicykkäny... a sol-dattu Mokovah ajoi ...a minä sid gospitalis ruadoin da miehele udessah menin. A sid Br'anskah menin, Br'anskas elin, derevn'a Savic. A sigä rodih pogaine, Br'anskas. Kuus kuudu kacoin dai kuoli... Ajoin op'at' kodih järilleh, Vasakkah, op'at' sovhozah. A sid sie suain viiz lastu, tyttären ezmäi suain, sid poigan, sid tytär, sid poige, sid tytär, nu vobsem - viiz, kaks poigad da kolme tytärd...

При анализе этого небольшого отрывка записи [3: 110-117], расшифрованного на странице стандартного объема (2500 знаков), можно проследить в качестве примера частоту употребления некоторых глагольных форм. Как показывает анализ конкретного текста, информант в речи чаще всего использует формы 1 л. ед. ч., когда говорит о себе, реже 1 л. мн. ч. Так, например, 1 л. ед. ч. употребляется информантом 19 раз (тта еНп 'я жила', тта еп tiijаnnyh 'я не знала', тта еп

- Жила я в Вашаково, маленькой девочкой, там родили, там жила, папа у меня бьи, мама, дедушка [был]. Ну, вот, в сороковом, тридцать девятом году папу забрали в армию, в окопы, и он домой не вернулся. А потом здесь была (досл. случилась) Отечественная война. На ней он и погиб, я осталась с мамой. Дедушка в эвакуацию (попал) - не знаю, дедушка здесь остался, у нас в деревне, в Вашаково. Нас с мамой в Петрозаводск отправили на барже, две недели на барже были, смотрим - немцы разбомбили. Потом вернулись. Я ни слова по-русски не знала...

- По-карельски говорила?

- Да, ничего не знала, даже не могла для себя ни воды попросить, ни кусочка хлеба, ни ложку в руку взять. Но потом мы с девочкой попали в квартиру (жить), девочка эта была русской, ровесниц у меня не было, (все) постарше. Она показывает и говорит по-русски, и я потихоньку научилась. Потом нас дальше отправили, потом всю зиму на машине ехали, до Ярославля привезли, туда до Ярославля, в деревню, в совхозы. Там мы с мамой и жили. Она ходила просить милостыню, чтобы выжить, а я не могла, лучше я от голода умру, но не пойду (просить милостыню). Я с хозяйкой жила, хозяйка меня к школе готовила, и там снова, я четыре класса закончила, и потом снова закончила, до третьего класса училась. Война закончилась [посмотри, прим. вводное слово] и мы приехали в Беломорск, а в Беломорске в землянках жила. А потом из землянок, когда Петрозаводск освободили, вернулись назад домой с мамой. И начали работать в Вашаково. Как могли, лопатой землю (копали), чтобы обработать землю, лошадьми, боронила. лес пилили, а весной - на сплаве, сплавляли... А потом в пятидесятом году я вышла замуж. Назад из деревни в Петрозаводск вернулась.

Год нянькой была, потом нянькой год была... потом познакомилась с одним заместителем, он на войне в госпитале работал, и меня в госпиталь перевели (работать). Была официанткой. Муж меня, как говорится, две недели жили, а потом обратно уехал, и потом я «вдовушкой» жила в городе. В госпитале работала, потом по комсомольским путевкам отправили нас на работу опять. Потом я в совхозе им. Зайцева работала. Затем другого солдата нашла. В колхозе уже надоело ведь - мне ведь тогда было всего восемнадцать лет, когда я в первый раз вышла замуж, думаю, господи, опять в колхозе, опять работать надо. Но потом он меня выручил, директор, конечно, нельзя говорить, а заместитель директора говорит, конечно, выручу девушку. солдат в Москву уехал. а я потом в госпитале работала и замуж снова вышла. А потом в Брянск уехала, в Брянске жила, деревня Савиц. В Брянске сын родился. Шесть месяцев, смотрела (= растила), и умер. Я снова домой вернулась, в Вашаково, в совхоз. А потом там пятерых детей родила, вначале дочь родила, потом сына, потом дочь, потом сына, потом дочь, ну, в общем, пятерых, два сына и три дочери.

voinnuh 'я не могла', тта d'аin' 'я осталась'; в настоящем времени еп tije 'я не знаю', еп 1аЫ;е 'не пойду' и др.); 1 л. мн. ч. - 9 (оИтте 'мы были'; ШПтте 'мы пришли' и др.); 3 л. ед. ч. - 15 ф tulnud '(он) не пришёл', киоП 'умер', наст. время ozuttau 'показывает' sanou 'говорит' и др.); 3 л. мн. ч. - 6 (suadih '(они) родили', otettih 'взяли', osvobodittih 'освободили' и др.). Наиболее употребительными информантом оказались формы имперфекта, реже презенса.

Частота употребления глагольных форм информантом

Форма глагола

elin 'жила'; en tiijânnyh 'не знала'; en voinnuh 'не могла'; d'âin 'осталась'; en tiije 'не знаю'; opastuin 'училась'; kuolen 'умру'; en lâhte 'не пойду'; lopin 'окончила'; uciimmos 'училась'; astuvoicin 'боронила'; ruadoin 'работала'; loydin 'нашла'; poznakomin ' познакомилась'; menin 'пошла (досл. вышла [замуж]'; dumaijin 'думала'; viiruicin 'выручу'; kacoin 'смотрела'; ajoin 'поехала'; suain 'получила (в тексте: родила)' риийштте 'попали'; оНтте 'жили'; ^Нтте 'приехали'; ajoimme 'отправились'; zavodimme [ruata] 'начали [работать]'; voimme 'могли'; рпНтте 'пилили'; splavl'aicimme 'сплавляли'; еНтте 'жили' оН 'был'; ei tulnud 'не приехал'; киоН 'умер'; d'ai 'остался'; ozuttau 'показывает'; sanou 'говорит'; kavyi [ракюсетаЦ 'ходила [просить, попрошайничать]'; gotovii 'готовил'; lopei 'закончилась'; ruadoi 'работал'; perevedii 'перевел'; 1аШ 'отправилась'; nadoeiCi 'надоело'; ^¿гшс 'выручил'; гс^Ш 'случилось [в тексте: родился]' suadih 'родили'; otettih 'взяли'; työttih 'отправили'; bombittih 'бомбили'; osvoboditti 'освободили'; sanotah 'говорят'

Еще реже в речи информанта можно услышать другие формы: 3. инф. илл.: kävyipakiccemah 'ходила просить'; императив 2 л. ед. ч.: kaco 'смотри'; 1. инф. zavodimme ruata 'стали работать', obrabotat 'обработать', ruata pidäy 'нужно работать'.

Из архивных источников, расшифровок, а также на основании данного конкретного текста очень сложно выявить в речи формы, например, плюсквамперфекта или потенциала, которые оказались малоупотребительными. И если в научной литературе данные формы выделяются исследователями, то в речи информанты сейчас их практически не используют. Единственная форма потенциала liennou (в 3. л. ед. ч.) встречается в образцах, например, святозерского говора: kouz liennou oлdu meiden rahvas poikki d'ärves 'как-то были наши люди [пелдожане] за озером' [2: 39-40], i vie midne liennou d'ogi олпи se onnako oli 'и еще какая-то река была, по-моему' [2: 48, 64]. Но сейчас данная форма обладает значением будущего времени: Huomen liinob paha siä 'Завтра будет плохая погода'.

Качество собранного лингвистического материала определяется степенью владения информантами карельским языком. Собирать языковой материал из года в год становится все труднее: количество носителей, свободно владеющих лю-диковским наречием, стремительно сокращается.

В современной ситуации в научный оборот стали вводить материал на электронных носителях, где система поиска облегчает работу исследователям.

В последние годы в Институт языка, литературы и истории поступало много запросов от карельской общественности и СМИ о создании «Корпуса карельского языка», который бы стал надежным источником различного материала по языку, фольклору, этнографии, истории края и т. д.

С 2009 года ведется работа по созданию «Вепсского корпуса», цель которого заключается в создании корпуса оригинальных вепсских устных и письменных текстов и размещении его в открытом доступе в сети Интернет. В 2016 году корпус стал многоязычным: на базе вепсского был создан карельский корпус, включающий в себя деление на три подкорпуса в соответствии с тремя основными наречиями (собственно карельским, ливвиковским и людиковским). Этот объединенный корпус, включающий в себя два родственных языка, получил название «Открытый корпус вепсского и карельского языков».

Известно также, что в настоящее время карельская общественность стремится получить для карельского языка, как языка титульного этноса республики, статус государственного языка Республики Карелия. Это требует значительных языковых ресурсов, которые позволят более надежно создавать и развивать правила карельской орфографии, вводить в научный и общественный оборот значительное количество материалов, которые востребованы авторами учебников по языку и истории родного края, СМИ, литераторами и т. д.

Карельская часть «Открытого корпуса вепсского и карельского языков» создается с использованием опыта и результатов составления «Корпуса вепсского языка». Открытый корпус будет включать в себя две части: тексты и электронный словарь. При составлении словаря встает вопрос: что использовать в людиковском подкорпусе в качестве леммы, или исходной формы (номинатива) у именных категорий, или 1. инфинитива у глаголов? И если другие наречия карельского языка (собственно карельское и ливвиковское) пошли по пути вепсского языка и в качестве леммы используют литературную, письменную норму, к которой привязываются все диалекты,

то для людиковского наречия этот вопрос оказался труднорешаемым. В людиковском наречии говоры также отличаются друг от друга. Произведения, справочные материалы, созданные на основе михайловского говора, не всегда принимаются носителями, например, севернолю-диковских говоров, и наоборот. После анализа языковых особенностей людиковских диалектов мы были бы склонны взять за основу говор с. Святозеро, который, на наш взгляд, является наиболее своеобразным, хотя, с другой стороны, наиболее активной является общественность с. Михайловское: на михайловском диалекте

Леммы

Список длинных лемм | Создать новую

подготовлен русско-карельский разговорник. Но отметим, что михайловский диалект из-за значительного вепсского субстрата наиболее специфичен, отличается от остальных говоров и часто не воспринимается другими носителями. Поэтому, отталкиваясь именно от характерных языковых особенностей, обладающий наибольшей, если так можно выразиться, лю-диковскостью, за основу был выбран святозер-ский диалект. Варианты лемм будут привязаны к святозерской лемме, таким образом, будет показано все многообразие людиковского наречия карельского языка.

,0 лемма  словоформа  значение  людиковское наречие (41) »

Выберите часть речи т ^^^^^^ по записей

Найдено 41 записей.

N0 Лемма Язык Часть речи Толкование Примеры'

1 aige лкщиковское наречие существительное время 1 /0/1

2 ammuine людикоеское наречие прилагательное старый, старинный 2/0/2

3 astuda людикоеское наречие глагол идти 0

4 da людикоеское наречие союз и. да 5/16/21

5 dorog лкадиковское наречие существительное дорога 4/0/4

6 d'oga людиковское наречие местоимение каждый 1 /0/1

7 edelleh людиковское наречие наречие дальше 1 /0/1

8 eiada людиковское наречие глагол жить 1 /0/1

9 enzimaine людиковское наречие числительное первый 2/0/2

пюднкоэское наречие

местоимение

Открытый корпус вепсского и карельского языков VepKar / Леммы

Людиковские тексты в корпусе содержатся в параллельных подкорпусах с переводом на русский язык, что облегчит ипользование материалов теми, кто не владеет людиковским наречием. Диалектные тексты сопровождаются подробной паспортизацией, что важно, например, для диалектологов:

РеЫиоте оп аттшпе ки1а Корпус: диалектные тексты

Святозерский диалект

Информант(ы): Баранцева Анна Игнатьевна, 1895, Пелдожа (РеЫиойеп ки1а), Пряжинский район, Республика Карелия

место записи: Петрозаводск, Республика Карелия, г. записи: 1969

записали: Баранцев Александр Павлович Источник: А. П. Баранцев, Образцы людиковской речи. Образцы корпуса людиковского идиолекта, (1978), с. 23-24

ф/архив ИЯЛИ КарНЦ РАН: № 1382

Pelduoine on ammuine külä

- Nu a ongo ammuine külä tämä? - Ну, а как стара была деревня Пелдожа?

- Mi vuotte on küläl Pelduoizil? - Сколько ей лет?

- Ka en tiä. - Не знаю.

- Kui mustelttih? - Как вспоминали?

- Kui mustel't't'ih kah ammuine vid' on, vit', kaco d'o mille on mi seicceikümen nel'l' vuotte, ka vid' d'o ende sigä ol'd'ih da kai ka kui miidumat, kui miittumat tul'd'ih da kai, ei olnu, küläd meiden täs. - Вспоминали, что деревня старинная была, мне вот уже семьдесят четыре года, так ведь еще раньше там жили, откуда пришли, а [раньше] здесь не было нашей деревни.

Biegluoid azuttih se külä meiden, vot musteltah kui. Беглые основали нашу деревню, как вспоминают.

Miittumad enzieläjäd rodittiheze da kai em minä musta sidä, em voi sanoda. А кто были первые жители, я этого не помню, не могу сказать, как было.

Корпус постоянно пополняется новыми текстами и леммами и в будущем станет надежным диалектным источником. Со временем корпус будет соответствовать мировому уровню: подобных электронных лингвистических ресурсов по карельскому и вепсскому языкам в мире на данный момент нет. Наличие подобного ресурса

внесет существенный вклад в решение ключевых проблем, связанных с сохранением и популяризацией вепсского и карельского языков, находящихся под угрозой исчезновения, а также изучением взаимодействия русского языка и его диалектов с прибалтийско-финскими языками Северо-Запада России.

* Статья подготовлена по Программе фундаментальных исследований Президиума РАН «Памятники материальной и духовной культуры в современной информационной среде» / Раздел: Разработка, создание и развитие электронных лингвистических корпусов русского языка, языков народов РФ и других языков мира «Открытый корпус вепсского и карельского языков»; в рамках госзадания (бюджетная тема АААА-А18-118012490344-5 «Прибалтийско-финские языки Северо-Запада Российской Федерации: лингвистические исследования в социокультурном контексте»).

ПРИМЕЧАНИЯ

1 ФА [Фонограммархив] = ФА ИЯЛИ 4/7, 5/1-17; 386/4-7, 428/1-8, 429/1-9; 585/1-13, 586/1-7, 587/1-11, 588/1-3, 589/1-5.

2 Разговорник = Русско-карельский разговорник (на людиковском наречии карельского языка). Ven'alais-kard'alaine paginsanakniig (lyydiks) / Сост. Н. И. Ковальчук. Petroskoi, 2017. 108 c.

3 VepKar = http://dictorpus.krc.karelia.ru.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

1. Баранцев А. П. Фонологические средства людиковской речи (дескриптивное описание). Л.: Наука, 1975. 280 с.

2. Баранцев А. П. Образцы людиковской речи. Петрозаводск: Карелия, 1978. 287 с.

3. Ковалева С. В., Родионова А. П. Традиционное и новое в лексике и грамматике карельского языка (по данным социолингвистического исследования). Петрозаводск: ИЯЛИ КарНЦ РАН, 2011. 137 с.

4. Kujola J. Lyydilaismurteiden sanakirja. Helsinki: SUS, 1944. 543 s.

5. Pahomov M. Kuujarven lyydilaisteksteja. Helsinki: SUST 263, 2011. 233 s.

6. Turunen A. Lyydilaismurteiden aannehistoria. I. Konsonantit // Suomalais-ugrilaisen Seuran Toimituksia. Helsinki, 1946. № 89. 338 s.

7. Turunen A. Lyydilaismurteiden aannehistoria. П. Vokaalit // Suomalais-ugrilaisen Seuran Toimituksia. Helsinki, 1950. № 99. 266 s.

8. Virtaranta P. Lyydilaisia teksteja, I. Helsinki: SUS 129, 1963. 453 s.; Lyydilaisia teksteja, II. Helsinki: SUS 130, 1963. 419 s.; Lyydilaisia teksteja, III = LT III. Helsinki: SUS 131, 1964. 402 s.

Rodionova A. P., Karelian Research Centre of the Russian Academy of Sciences

LUDIC VERB AND ITS DIALECTAL SOURCES*

The article deals with some dialect sources for the study of Ludian

* The article was written as part of the Fundamental Research Program of the Presidium of the Russian Academy of Sciences "Monuments of material and spiritual culture in the modern information environment". Section: Design, creation and development of electronic linguistic corpora of the Russian language, languages of the peoples of the Russian Federation and other world languages. Creation of Open Corpus of the Veps and Karelian Languages as part of the state assignment АААА-А18-118012490344-5 "The Baltic-Finnish languages in the north-west of the Russian Federation: linguistic research in the socio-cultural context").

REFERENCES

1. Barantsev A. P. Phonological means of Ludian speech. Leningrad, Nauka Publ., 1975. 280 p.

2. Barantsev A. P. Samples of Ludian speech. Petrozavodsk, Karelia Publ., 1978. 287 p.

3. Kovaleva S. V., Rodionova A. P. Traditional and new in the vocabulary and grammar of the Karelian language

4. Kuj o la J. Lyydilaismurteiden sanakirja. Helsinki, SUS, 1944. 543 p.

5. Pahomov M. Kuujarven lyydilaisteksteja. Helsinki, SUST 263, 2011. 233 p.

6. Turunen A . Lyydilaismurteiden aannehistoria. I. Konsonantit. Suomalais-ugrilaisen Seuran Toimituksia. Helsinki, 1946. № 89. 338 p.

7. Turunen A. Lyydilaismurteiden aannehistoria. II. Vokaalit. Suomalais-ugrilaisen Seuran Toimituksia. Helsinki, 1950. № 99. 266 p.

8. Virtaranta P. Lyydilaisia teksteja, I. Helsinki, SUS 129, 1963. 453 p.; Lyydilaisia teksteja, II. Helsinki, SUS 130, 1963. 419 p.; Lyydilaisia teksteja, III = LT III. Helsinki, SUS 131, 1964. 402 p.

Поступила в редакцию 22.05.2018