"Послание никого не успокоило"

Традиции президентских выступлений перед Федеральным собранием исполнилось 20 лет. Главной интригой послания, озвученного на прошлой неделе, стала экономическая повестка. В деталях разбирался "Огонек"

Олег Буклемишев, директор Центра исследования экономической политики экономического факультета МГУ

Чтобы выбираться из кризиса, нужно адекватно оценивать то состояние, в котором ты находишься. То есть оценка сегодня играет первоочередную роль. Кто-то критикует послание президента за то, что оно слишком оптимистично, но я бы не стал так говорить: вопрос не в градусе оптимизма или пессимизма. Если в нынешнем положении России есть плюсы, их нужно точно назвать и указать, как ими грамотно распорядиться. Если много минусов — отнести их к рискам и сообщить, каким образом их страховать. И проблема, кажется, в том, что адекватного разбора плюсов и минусов мы не услышали.

Соответственно, в послании не прозвучало главного, чего от него ждали: некоего глобального видения, сценария развития экономики, внятного антикризисного плана. Был озвучен набор локальных предложений, каждое из которых может быть по-своему адекватно, но, взятые все вместе, они не образуют единой стратегии, и коренятся, по сути, в разных, не сводимых друг к другу антикризисных концепциях. Какая из них в результате будет реализована и будет ли реализована вообще — вопрос. То есть послание никого не успокоило.

Мобилизация и либерализация

Есть два базовых маневра. Можно попробовать запустить мобилизационную экономику, задействовать посильнее административный ресурс, затянуть пояса населению и, опираясь на госкомпании, затеять некие крупные проекты. Можно поступить ровно наоборот: провести либерализацию экономики "в отдельно взятой стране", даже в условиях конфронтации с либеральным миром. Послание дает противоречивые сигналы: с одной стороны, ясно, что госкомпании остаются флагманом развития, с другой стороны, предложено поддержать малый бизнес, снизить на него налоговое бремя. В конечном счете это значит: все оставить как есть, только чуть подправить. Вроде как: у нас все хорошо, только с нефтью чуть не повезло, ослабим напор на малый бизнес — он воспрянет, чуть прижмем к ногтю госкомпании — они станут эффективнее, и так далее.

Я понимаю, насколько сложно было писать это послание. Даже лингвистически сложно, не говоря уже о содержании — довлеет весь ранее пройденный путь. Этот путь хочется представить непротиворечивым, как восхождение, достижение последних лет. Но всякая антикризисная стратегия предполагает ревизию уже сделанных шагов и их последствий. Чтобы двигаться вперед, когда с экономикой плохо, требуется, как это ни странно, отбежать назад и пересмотреть кучу решений из прошлого. Если у нас проблемы, значит, что-то когда-то было сделано не так. Поэтому светлый проект развития будущего в периоды кризиса требует критичного анализа прошлого. Но на заявления такого рода, повторюсь, даже лингвистически, стилистически, нам, похоже, очень трудно решиться.

В окружении президента, разумеется, есть люди, ратующие за тот или иной вариант выхода из рецессии: есть либералы, есть дирижисты. И те, и другие порой вполне разумно вскрывают наши базовые проблемы и предвидят риски, хоть очень по-разному предлагают с ними бороться. При этом, очевидно, сценарий ни тех, ни других не принимается, а реализуется странная эклектика.

Что касается мобилизационного сценария, то здесь большая проблема: не работает контроль. Главный урок, который можно вынести из введения наших антисанкций, это то, что даже административно мы не в состоянии эффективно решить проблему, которая нам кажется очень важной. Проходит импорт, который запрещен, сквозь все барьеры и препятствия, этот факт активно обсуждается в экспертной среде. Что делать, непонятно. Россия уже вынуждена ссориться с партнерами из Таможенного союза и, фактически, рушить те договоренности, которые с таким трудом достигались и высоко оценивались рядом экономистов.

Предлагаемая локальная либерализация сама по себе неплоха. Как в свое время было сказано, "свобода лучше, чем несвобода". Возможно, предоставленная экономическая свобода поможет каким-то людям или отдельным сообществам выжить в течение сложного периода, который, очевидно, наступает. Однако проблема в том, что она не способна решить всех проблем страны: те же "освобожденные" сообщества и бизнесмены вскоре столкнутся с никуда не девшейся системой ручного управления и административного произвола — и ресурс роста будет исчерпан.

Поэтому, собственно, мы катимся по инерции — не газуем и не тормозим, продолжая использовать те механизмы, которые уже привели нас к кризису.

Что в кубышке

Детали

Правительство скопило в резервах много средств, но никто не знает, хватит ли их в условиях наступающего кризиса

Фонд национального благосостояния — 3,944 трлн рублей

Резервный фонд — 4,386 трлн рублей

Резервы Центрального банка РФ — 428,590 млрд долларов США

Источник: "Российская газета", Центральный банк РФ

Санкции и нефть

Если говорить совсем общо, проблема России, на мой взгляд, в том, что заглох двигатель экономики. Причина — в инвестиционной сфере.

Внимание сегодня привлечено к нефти, падению ее стоимости и, соответственно, сырьевой выручки. Но реально нефть ничего не меняет в нынешней ситуации. 60 или 80 долларов за баррель для нас — то же самое: возможно, 80 долларов просто дадут России еще полгода до израсходования имеющихся резервов. Высокая цена на нефть может нас поддержать, дать шанс на выживание в течение какого-то периода, но она точно не обеспечит развития.

Одна из идей послания — обеспечить рост промышленного производства и добиться импортозамещения. А для этого, например, довести годовой уровень инвестиций до 25 процентов от ВВП страны, повышать эффективность труда ежегодно на 5 процентов... Но потенциальных источников инвестиций, кроме иссякающих государственных резервов, нет.

Это не проявление чьей-то злой воли или желание ввести народ в заблуждение, а, возможно, характерная черта актуальной экономической политики: все как-то по умолчанию решили, что нам хватит внутренних финансовых резервов, то есть резервов правительственных фондов и Центрального банка.

Но если посмотреть на год вперед, эти фонды уже иссякли, то есть они уже расписаны, и их хватит только на то, чтобы покрыть ближайшие обозримые риски. Проблема в том, что никто сейчас реально не знает, сколько стране потребуется "резервных" денег. За день до выступления перед Федеральным собранием президент подписал бюджет, который, как выяснилось, уже не соответствует реальности. Уже нужно делать секвестр. Финансовые дыры растут на глазах, ежедневно. Нам нужно замещать иностранные заимствования, проводить индексации, выправлять региональные бюджеты — никто не берется подсчитать, сколько все это стоит, потому что никто ранее вручную не решал такой ворох проблем. Есть предложение на четыре года зафиксировать действующие налоговые условия: не отягощать население новыми поборами. Но как это финансово обосновано? Есть предложение вкладываться в образование, платить материнский капитал. У меня опять вопрос: каков финансовый источник?

Экономисты в окружении президента решили еще в начале санкционной истории (но тогда-то думали, что это ненадолго): вот, надавим на Чехию, Кипр, Грецию, убедим Германию, и с нами снова станут торговать и общаться. С тех пор ситуация сильно изменилась, а взгляд на финансы остался прежним и, очевидно, не всегда адекватным новым проблемам.

А проблемы таковы: иностранные источники финансирования и инвестиций нам отрезали. Частный сектор у нас не инвестирует: он и в лучшие времена был неактивен, а тем более сейчас, когда не может рефинансироваться за рубежом, ему хоть бы выжить. Отток капиталов рекордный и будет только усиливаться. Итак, откуда брать деньги?

В послании прозвучало предложение: репатриировать капиталы, предоставив им полную амнистию. Посыл понятен, но история с капиталами такова: чтобы они вернулись, нужно обеспечить их условиями, по крайне мере не худшими, чем зарубежные. И под условиями подразумеваются не только финансовые выгоды, но и целый набор гарантий и возможностей доступа к услугам. А за капиталами стоят реальные люди, и они прекрасно помнят последнюю историю с главой АФК "Система" Владимиром Евтушенковым. Собственно, вот он, индикатор реальности "амнистии капиталов" на российской почве.

Мы приближаемся к концу эксперимента с непредсказуемым концом и погружаемся все глубже, не понимая, хватит ли нам запаса кислорода. Риски непомерно велики.

Подсчет потерь

Цифры

Экономические и политические дрязги плохо отражаются на бюджете страны

Отток капитала из России в 2014 году — 125 млрд долларов

Предполагаемый отток капитала в 2015 году — 90 млрд

Дефицит бюджета РФ

Средства, которые бюджет недополучит при сохранении низких цен на нефть в 2015 году, по прогнозам Минфина РФ,— 1 трлн рублей

Источник: "Российская газета", РБК, Центральный банк РФ

Важные акценты

Прямая речь

Что отметили в послании политики, представители бизнеса и политологи

1 / 5

Сергей Неверов, секретарь генсовета "Единой России", вице-спикер Госдумы РФ:

"У нас есть все возможности для развития страны, и президент обозначил эти направления: это и поддержка малого и среднего бизнеса, и понятные правила игры (полная амнистия капитала и фиксация налоговой системы на ближайшие четыре года), прозрачность (через публичность) в работе контролирующих органов"

Иван Мельников, первый вице-спикер Госдумы от КПРФ:

"Акценты выглядели солидно и стратегически выигрышно: мы для всех открыты, но если что — готовы дать сдачи. При этом была высказана очень важная мысль, был дан четкий ответ всем тем, кто нынешние проблемы связывает с Крымом, когда было сказано, что наши оппоненты и без Украины нашли бы любой предлог, чтобы сдержать рост влияния России в мире"

Алексей Репик, глава "Деловой России":

"Реализация мер по поддержке бизнеса, обозначенных президентом России, позволит переломить негативный тренд в экономике РФ. (...) Но понятно, что между инвестиционным решением и уже реализацией этого решения, то есть появлением нового продукта на рынке, проходит в лучшем случае год, а так — два-три года. Поэтому эффект особенно виден будет в среднесрочном периоде"

Сергей Катырин, глава Торгово-промышленной палаты РФ:

"Бизнес получил отчасти больше, чем просил. Мы ожидали, что будет мораторий на изменение налогов хоть какой-то объявлен, но вот президент на четыре года объявил, и это один из самых главных посылов послания. Потому что офшоры касаются далеко не всех, малый бизнес — это только малый бизнес, а в том, что касается всех без исключения, это мораторий на изменение налогов"

Алексей Мухин, гендиректор Центра политической информации:

"Президент сказал то, что хотело услышать от него большинство населения России,— конкретный план развития российской экономики, с конкретными поручениями и конкретными ответственными лицами — прежде всего, правительство РФ — это был главный адресат послания президента. (...) Спокойная уверенная речь человека вежливого, президента, который знает, о чем говорит, и понимает всю специфику ситуации, в которую попала Россия в результате пресловутой санкционной войны"

Источник: ИТАР-ТАСС, "Россия сегодня"