Г. Н. Потанин о роли специального образования в развитии сибирской торговли в начале XX В. 

Л.И. Смокотина

Г.Н. ПОТАНИН О РОЛИ СПЕЦИАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ В РАЗВИТИИ СИБИРСКОЙ ТОРГОВЛИ В НАЧАЛЕ XX в.

Работа выполнена при финансовой поддержке РГНФ, грант 05-01-01-398а.

В современных условиях, когда Россия предпринимает очередную попытку перехода к господствующим в западных странах нормам рыночной экономики, особое значение и актуальность приобретает исследование взглядов Г.Н. Потанина о роли специального образования в развитии сибирской торговли в начале XX в. Г.Н. Потанин, думая о повышении престижа России, считал, что для России важнее научиться успешно торговать, а не воевать. По мнению Потанина, добиться этого можно было только при условии специального образования сибирских купцов.

Начало русско-монгольских торгово-экономических отношений восходит к XVII в. Но только с середины

XIX в. эти отношения стали приобретать динамику. Отмена крепостного права и развитие капитализма в России совпали с изменениями в политике Китая (напомним, что с 1691 г. Северная Монголия входила в состав Китая). До 1861 г. политика Цинской династии в Китае основывалась на самоизоляции. Подписание ряда торговых договоров между Россией и Китаем в 50-60-е гг. XIX в. стимулировало развитие торговых отношений между этими странами. Русские купцы получили право беспошлинно торговать непосредственно в Монголии.

Установление торговых отношений с Монголией вызвало большой интерес у сибирских купцов благодаря, прежде всего, географической близости Сибири и Монголии. Среди сибирских купцов особого успеха в этом деле добились купцы г. Бийска. Они открыли и монополизировали торговлю с Монголией, годовой оборот которой в 1848 г. составил 14 285 руб. и в 1912 г. - 1 874 602 руб. [1]. Рост торговли был связан, главным образом, с ввозом в Россию монгольских товаров - шерсти и шкурок сурка. По этому поводу бий-ский купец 1-й гильдии Николай Иванович Ассанов в своем докладе министру торговли и промышленности П.И. Миллеру писал в 1911 г.: «Вывоз из Монголии сырья в Россию с каждым годом увеличивается. Вывоз шерсти и сурка достигает миллионных оборотов» [2].

Николай Иванович Ассанов (1865-1922) происходил из мещан Ирбита. Карьеру предпринимателя он начал в 16 лет в качестве приказчика монгольского отделения фирмы бийского купца И.П. Котельникова, торговые обороты которой доходили до 500 тыс. руб. в год. В царское время Николай Иванович за свою деятельность был награжден медалями «За усердие» на Станиславской, Аннинской и Владимирской лентах [1. С. 39-40].

Григорий Николаевич Потанин в вопросах изучения природы и общества стоял на позициях естественнонаучного материализма. Он не сомневался в том, что экономический вопрос является самым главным: «Только с разрешением его могут разрешиться в желательном смысле и все другие вопросы», - писал Потанин [3]. Именно поэтому еще в 70-е гг. XIX в. Г.Н. Потанин проявлял интерес к развитию русско-монгольских торговых отношений. Занимаясь этим вопросом, он отметил, что успех бийских купцов был связан, с одной стороны, с удобным географическим положением города, а с другой, с тем, что бийские купцы «проявили большую предприимчивость, терпение, настойчивость и выносливость, они завоевали обширный рынок» [2]. Григорий

Николаевич считал, что царский режим убивал в людях частную инициативу. По мнению Потанина, «...русский человек, воспитанный государственной властью, превращался в человека робкого, непредприимчивого, боящегося риска. Бийцы представляют счастливое исключение в истории нашей торговли с азиатскими странами» [2]. «Легкость наживы, возможность в короткий срок сделать торговую карьеру представляла большой соблазн, который увлекал косных, дотоле неподвижных бийцев за границу искать счастья» [4].

В начале ХХ в. бийские купцы были обеспокоены тем, что русские промышленные товары (фабрикаты) не выдерживали конкуренции с иностранными товарами. По этому поводу Н.И. Ассанов писал министру торговли и промышленности: «Торговля русскими фабрикатами с каждым годом падает, ее вытесняют англичане и американцы через посредников китайцев, массами сбывающих свой товар монгольскому народу» [2]. По этой причине «...с 1901 по 1910 вывоз из России в Монголию в одном только Улясутайском округе упал с 475 тысяч до 120 тыс., т.е. в четыре раза», - отмечалось в том же докладе [2]. Подобная картина наблюдалась и в других частях Монголии. Причину высоких цен на русские промышленные товары Н.И. Ассанов видел, главным образом, в отсутствии «дешевых подъездных путей (отсутствии до сих пор железной дороги даже до Бийска)» [2]. В качестве решения данной проблемы Ассанов предлагал проведение железной дороги от сибирской магистрали через Бийск до Кош-Агача. В конце XIX - начале

ХХ в. торговля бийских купцов с Монголией осуществлялась через Кош-Агач. Потанин писал об этом городе: «Это куча рассеянных в лиственном лесу лачуг или хлевов, в которых помещаются русские купцы и приказчики летом; только дом Гилева и церковь выдаются из ряда других построек. Русский купец и приказчик не носит с собой комфорта европейской жизни; являясь в дикую степь, он принимает ее законы; он ест недоваренное мясо со следами свежей крови подобно дикому монголу и питается толканом с маслом, который месит рукой в чайной чашке <...> Мы здесь не нашли ни русского свежего хлеба, ни овощей. Правда, к чаю нам подали очень вкусные сухари, но они привезены из Бийска; обед состоял из одной баранины <. >. Очень невесел Кош-Агач зимой <. > мертвые срубы с заколоченными окнами <...> Жизни не слышно <...> изредка <...> вошедший к приказчику теленгит, чтобы набрать в долг белой бязи да красного ситцу .» [5]

Г.Н. Потанин, поддерживая идею проведения железной дороги на этом направлении, считал, что по-

добная мера позволит, с одной стороны, снизить стоимость русской промышленной продукции и тем самым сделать их конкурентоспособными с английскими и американскими товарами, а с другой - повысит образовательный уровень бийских приказчиков, которые наполовину были безграмотными [5. С. 146].

По мнению Н.И. Ассанова, особой проблемой для русских приказчиков было незнание «туземного» языка. Русские торговцы после многолетней практики осваивали монгольский язык с грехом пополам, но «...теоретическое знание языка и монгольская грамота остаются для них закрытыми за семью печатями. А между тем, самые разнообразные письменные торговые сделки с монголами, в которые волей-неволей приходится вступать, безусловно, требуют теоретического знания языка», - писал Н.И. Ассанов [4]. Он не сомневался в том, что потребность в знании монгольского языка с годами будет только возрастать. В 1911 г. заканчивался срок торгового договора России с Китаем, и в новом договоре предполагалось ввести в практику письменные документы обязательной формы «в замену нынешнего обычая раздавать монголам товар в долг без расписок, на веру», - говорилось в докладе Н.И. Ассанова [4]. Знание «туземного» языка повышало также престиж чужестранца. Потанин, имея огромный практический опыт научных экспедиций в Центральной Азии, был полностью согласен с мнением Н.И. Асанова и по этому поводу писал: «Знание чужого языка вообще является сильным цементным средством для сплочения народностей <...>. Монгол или киргиз очень ценит в чужеземце знание монгольского или киргизского языка; услышав в устах русского свою родную речь, он чувствует в нем человека, чувствует своего ближнего. А теоретическое знание языка <...> вызовет в монголе уважение, которое станет еще более, когда к знанию языка прибавится знание быта, истории и литературы монгольского народа» [4]. Более того, Григорий Николаевич Потанин не сомневался в том, что знание монгольского языка русскими купцами положительно скажется на их культурном поведении с монголами в монгольских стойбищах, если «они будут знать, что есть ценного в жизни и характере монгольского народа, тогда их чувству сделается доступной прелесть поэзии, заключающаяся в произведениях монгольского творчества, тогда они будут в состоянии оценить высоту морали буддизма, учениками которого считают себя монголы» [4].

Поначалу Н.И. Ассанов считал, что решением данной проблемы может стать преподавание монгольского языка в Бийском четырехклассном училище. В целях материальной заинтересованности учителя монгольского языка Николай Иванович был готов пожертвовать сумму в размере 1 000 руб. ежегодно в течение трех лет [6]. Впоследствии Ассанов согласился с Потаниным в том, что для решения проблемы образования бийских приказчиков более целесообразным является открытие коммерческого училища в Бийске. По этому поводу Ассанов писал, что эта мера «...повысит умственный ценз служащих по торговым делам и введет более благородные и гуманные <...> в сношениях с монголами и другими инородцами», поскольку «...при торговых операциях в Монголии бийским купцам приходится на каждом шагу наталкиваться на поразительные факты

невежества начинающих торговых приказчиков; зачастую они оказываются совершенно не подготовленными к предстоящей им деятельности, не знакомыми не только с бытом и языком монголов, но даже и с географией монгольских кочевьев» [4].

Григорий Николаевич Потанин смотрел на эту проблему гораздо шире. Он считал, что открытие коммерческого училища, несомненно, приведет к усилению торговых позиций русских предпринимателей как в Монголии, так и на сибирском рынке. Григорий Николаевич констатировал по этому поводу: «В Томской губернии получило развитие маслоделие и продажа сельскохозяйственных машин. Обе эти отрасли торговли пока в руках иностранных экспортеров и предпринимателей. Местному населению необходимо стоять на страже своих интересов в этом деле, а для этого оно должно подготовить из своей среды людей, которые стояли бы на одном уровне образования с теми иностранцами, датчанами, немцами, англичанами, которые наполняют наши города Омск, Новониколаевск, Барнаул и Бийск» [4]. Немаловажным было также и то, что открытие этого училища позволило бы многим молодым бийчанам получить среднее образование непосредственно в Бийске, где в то время существовали уже определенные проблемы на этот счет. Подтверждением вышесказанному явился тот факт, что в бийской женской гимназии были открыты параллельные классы. Мужская гимназия стояла на пороге открытия подобных классов, т.к. в получении среднего образования были заинтересованы не только дети городских жителей, но и дети деревенских. Число последних учеников постоянно росло. «Так, на 107 человек общего количества учащихся в мужской гимназии 77 человек приходится на городских и 30 негородских, или негородские составляют 39%. В первом классе мужской гимназии детей городских обывателей 22, а негородских - 12, т.е. процентное отношение последних уже 50%», - говорилось в докладе Н.И. Ассанова [4]. Поначалу многие люди были уверены, что «наш крестьянин по своей дикости учиться не хочет», - писал Григорий Николаевич [7]. Напротив, Потанин всегда верил в сибирский земледельческий класс. Более того, он не сомневался в том, что только «этот класс даст Сибири прочную в крае интеллигенцию» [8]. В пользу открытия коммерческого училища в Бийске говорил и тот факт, что некоторые дети Бийска, не имея возможности получить среднее образование в своем родном городе, вынуждены были уезжать в другие сибирские города. Таким образом, в 1907 г. 60 бийчан обучались в среднеучебных заведениях таких сибирских городов, как Томск, Барнаул и Новониколаевск [4].

Напомним, первое коммерческое училище открылось в Москве в 1772 г. на пожертвования известного русского мецената П.А. Демидова. Согласно уставу коммерческие училища давали общее образование и готовили к коммерческой деятельности своих учеников. Шесть лет отводилось на их общеобразовательную подготовку и два года -на специальный курс. В программу специального курса входило изучение следующих предметов: иностранные языки (французский, немецкий и английский), коммерческая арифметика, техническая химия, товароведение, бухгалтерский учет, право, политическая экономия, коммерческая география [9].

Потанин считал, что программа обучения учащихся в Бийском коммерческом училище должна быть составлена в соответствии с требованиями российско-монгольской торговли. По этому поводу он писал, что учащиеся этого училища должны изучать наряду с английским и немецким языками также монгольский и китайский языки. Григорий Николаевич был убежден в том, что данная программа обучения должна быть составлена на принципах «концентрического родиноведения», т.е. когда предметы изучаются с учетом местных условий и потребностей Монголии. Именно поэтому учащиеся должны были изучать географию, статистику, историю Монголии, ее естественные богатства и товароведение по местным данным [4]. Таким образом, методика потанинских полевых работ (полевой метод), которую Григорий Николаевич успешно использовал в своих научных экспедициях, была применима и в специальном образовании сибирских купцов. Потанин не сомневался в том, что для успешной полевой работы «...необходимо владеть большим знанием природы страны, экономических условий жизни населения, памятников народного творчества <...>, а также большим знанием нашей литературы о предмете <...>, должен изучать язык туземцев» [10].

Потанин был сторонником равноправия мужчин и женщин в области образования. По этому поводу он писал: «Если женщинам не будет открыт доступ в него, это будет большой несправедливостью в отношении бийских женщин, потому что слава завоевания монгольского рынка принадлежит не одним только бий-ским мужчинам; в этом деле значительное участие принимали и бийские женщины. Они вместе с мужьями выезжали в иностранное государство и проводили здесь лето, а некоторые, как жены мелких приказчиков, оставались в Монголии и на зиму. В то же время, как мужья разъезжали по степи, их жены, например, М.Е. Васенева, г-жа Киселева и г-жа Юрганова, мыли шерсть и распоряжались трудом монголов - рабочих, нанятых на шерстомойни. Эти бийские женщины иногда совершали тысячеверстные путешествия в седле на верховой лошади, и иногда зимой, останавливаясь для ночлега на снегу в открытой степи» [4]. Потанин не сомневался в том, что выполнение данной программы обучения на практике во многом будет зависеть от директора и педагогического коллектива коммерческого училища. По этому поводу Потанин писал, что в настоящее время в ведомстве министерства народного просвещения «господствует тип легкомысленных директоров, которые не утруждают себя педагогической обузой, умеют потрафить начальству, не обременяя себя, не обременяют и учащихся и иронически смотрят на тех, кто на педагогическое дело смотрит серьезно»: «Тут нужен директор, который влюбился бы в специальную идею этого заведения, который самостоятельно ее разработал и мог бы самостоятельно развить ее на практике. Тут нужен творец нового дела и совсем не нужен человек, все достоинство которого только в исполнении возложенных поручений. <. > Во главе школы следовало бы поставить человека, который сумел бы воспитать в учениках ее желание служить чистой науке. Только люди, одушевленные любовью к чистой науке, а не к собиранию только практически полезных сведений, будут теми истинными представи-

телями русского ума и русского чувства, какие желательны» [4]. Наконец, директор, по мнению Потанина, должен помочь своим ученикам уяснить, что торговое дело необходимо вести «в общечеловеческих интересах. Тогда оно будет патриотическим делом в хорошем смысле» [4].

Царское правительство сочло нецелесообразным открывать коммерческое училище в Бийске, посчитав, что шесть коммерческих училищ на всю Сибирь являются достаточными. Такие училища располагались в Тюмени, Омске, Томске, Иркутске, Чите и Владивостоке. Старейшим из них было Томское коммерческое училище, открытое в 1901 г. Попечителями данного училища являлись томские купцы: Н. А. Молчанов, Д. Р. Шадрин, И. Д. Сычев и потомственный почетный гражданин А. Д. Родюков. В 1912-1913 гг. Томское коммерческое училище было реорганизовано в политехническое училище [9. С. 51].

Русско-монгольская торговля осуществлялась в то время главным образом через Чуйский тракт. По этой причине еще в 70-е гг. XIX в. Потанин писал о необходимости благоустройства Чуйского тракта. Тем не менее, царское правительство проявляло пассивность также и в этом вопросе, «...не затратив на его содержание ни одной казенной копейки <...>. Преобразование этого тракта из вьючного в тележный произведено на сборы с бийских купцов», - отмечалось в докладе Н.И. Ассанова [2]. По мнению Потанина, царское правительство могло легко решить эту проблему, позволив переселенцам из Европейской России заселять Алтайский край. В этом случае содержание Чуйского тракта вошло бы в повинности переселенцев, а не бийских купцов и коренных жителей Алтая (инородцев) [5. С. 143].

Потанин не сомневался в том, что царскому правительству необходимо заботиться о повышении престижа России и россиян в глазах иностранцев. «Мы должны бы показать товар лицом, а между тем, мы рекомендуем себя полицейскими приставами из военных писарей, малограмотными учителями, бьющими учеников линейками и щиплющими их за волосы, пьянствующими духовными лицами и т.п. Между тем, желательно, чтобы Чуйский тракт пользовался особым покровительством: чтобы сюда направлялись лучшие доктора, честнейшие ветеринары, честнейшие чиновники, выдающиеся учителя и самые терпимые священники», - отмечал Потанин [2]. Г ригорий Николаевич, в целях повышении престижа русских купцов, писал, что наши купцы «...ездят по Монголии только с аршинами, а престиж русского имени требует, чтобы они ездили с фотоаппаратами, с анероидами, с фотографами, со скальпелями, <. > с прессами для сушки гербария и с геологическими молотками» [6].

По инициативе Г.Н. Потанина в 1910 г. «Общество изучения Сибири и улучшения ее быта» снарядило экспедицию в Монголию на средства Министерства торговли и промышленности (5 тыс. руб.), а также частные пожертвования бийских и минусинских купцов в лице Н.И. Ассанова, Г.Г. Бодунова и Г.П. Сафьянова. В состав экспедиции вошли профессора Томского университета М.И. Боголепов и М.Н. Соболев. Томские ученые решили успешно поставленную перед ними задачу. Полученные ими сведения были встречены «с

большой похвалой экономистами и монголистами» [11]. Монгольская экспедиция подтвердила лишний раз мнение Г.Н. Потанина о пользе децентрализации науки. Он считал более целесообразным доверять изучение родины местным силам, а не экспедициям из Петербурга и Москвы. «Провинциальные учебные общества, знакомые с местной средой, могут найти <. > людей со средствами, готовых дать деньги на ученое предприятие, а также людей, способных содействовать изучению личным трудом», - писал Потанин [11].

Григорий Николаевич Потанин, критикуя внешнеполитический курс царского правительства, отмечал, что оно нередко проявляло агрессивность в отношении соседних стран в целях либо получения дешевого сырья, либо установления монополии торговли для российских

товаров. По этому поводу Потанин констатировал: «Чтобы киргизскую степь сделать потребителем московских ситцев и плисов, нужно было присоединить ее к Российской империи. Все рынки сырья русской мануфактуры лежат в пределах империи. Чтобы ввести Манчжурию в круг русского торгового влияния, понадобилась оккупация Манчжурии. У нас повсюду впереди солдат, а за ним уже и купец» [2]. Тогда считалось, что агрессивный внешнеполитический курс является необходимым условием для экономического роста страны. Напротив, Потанин не сомневался в том, что для России целесообразнее научиться хорошо торговать, а не воевать. Именно поэтому Григорий Николаевич Потанин уделял большое внимание специальному образованию сибирских купцов на принципах «родиноведения».

ЛИТЕРАТУРА

1. Краткая энциклопедия по истории купечества и коммерции Сибири: В 4 т. Новосибирск, 1994. Т. 1, кн. 1. С. 124.

2. Потанин Г.Н. К вопросу о Бийском коммерческом училище // Сибирская жизнь. 1911. 23 января.

3. Потанин Г.Н. Областническая тенденция в Сибири // Сборник к 80-летию со дня рождения Г.Н. Потанина. Томск, 1915. С. 104.

4. Потанин Г.Н. К вопросу о Бийском коммерческом училище // Сибирская жизнь. 1911. 24 января.

5. Потанин Г.Н. От Кош-Агача до Бийска (отрывок из путевых записок) // Древняя и Новая Россия: Ежемесячный исторический иллюстриро-

ванный сборник. СПб., 1879. № 6. С. 133-134.

6. Потанин Г.Н. Монгольский язык в бийской школе // Сибирская жизнь. 1908. 17 мая.

7. Потанин Г.Н. К вопросу о народном образовании // Сибирь. 1876. 16 мая.

8. Потанин Г.Н. Из записок книжки сибиряка // Сибирь. 1879. N° 44. 31 октября.

9. Краткая энциклопедия по истории купечества и коммерции Сибири: В 4 т. Новосибирск,1995. Т. 2, кн. 2. С. 50-51.

10. Потанин Г.Н. Очерки Северо-Западной Монголии // Сборник к 80-летию со дня рождения Г.Н. Потанина. Томск, 1915. С. 3-4.

11. Потанин Г.Н. Культурно-просветительные организации // Город Томск. Томск, 1912. С. 97.

Статья представлена научной редакцией «История» 2 ноября 2007 г.