Функции правового регулирования права на жизнь в Украине гражданским законодательством Украины и практикой Европейского суда по правам человека

ГРАЖДАНСКОЕ ПРАВО; ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬСКОЕ ПРАВО; СЕМЕЙНОЕ ПРАВО; МЕЖДУНАРОДНОЕ _ЧАСТНОЕ ПРАВО_

ФУНКЦИИ ПРАВОВОГО РЕГУЛИРОВАНИЯ ПРАВА НА ЖИЗНЬ В УКРАИНЕ ГРАЖДАНСКИМ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ УКРАИНЫ И ПРАКТИКОЙ ЕВРОПЕЙСКОГО СУДА ПО ПРАВАМ ЧЕЛОВЕКА

Чиж П.А.

Чиж Полина Александровна - магистр права, аспирант, кафедра гражданского права, Киевский национальный университет им. Тараса Шевченко, г. Киев, Украина

Аннотация: в статье охарактеризованы основные функции правового регулирования права на жизнь в Украине гражданским законодательством Украины и практикой Европейского суда по правам человека. Доказано, что этому субинституту гражданского права присущи все общие функции гражданского права с учетом особенностей регулятивного воздействия права на жизнь. Выделены основные специальные функции практики ЕСПЧ как регулятора права на жизнь. Ключевые слова: функции, функции права, Европейский суд по правам человека, ЕСПЧ, право на жизнь, практика ЕСПЧ.

Постановка проблемы. Правовое регулирование права на жизнь не является самоцелью, а должно иметь реальное проявление в общественных отношениях, оказывая влияние на сохранение жизни человека как основной ценности. Таким образом, как и любой другой правовой институт право на жизнь характеризуется такой категорией как функции, которые определяют основные направления влияния этого субинститута на общественные отношения.

Несмотря на многие научные исследования права на жизнь, проблематика функций этого института не в полной мере раскрыта. Кроме этого, среди ученых-цивилистов существуют различные взгляды по этому поводу. Необходимость решения этой проблематики обуславливает актуальность исследований функций правового регулирования права на жизнь.

Отдельно следует обратить внимание на следующий особый источник правового регулирования права на жизнь - практику Европейского суда по правам человека (далее - «ЕСПЧ»), которому по мере особенностей регулятивного воздействия на общественные отношения относительно права на жизнь присуща совокупность специальных функций правового регулирования. Изложение основного материала. Термин «функция» может употребляться в разных значениях, особенно в контексте юридической науки. «Функция» происходит от латинского термина "function" и означает: выполнение, осуществление; обязанность, круг деятельности; назначение, роль; деятельность, роль объекта в рамках системы, к которой он принадлежит; вид связи между объектами, когда изменение одного из них приводит к изменению второго [1, с. 556; 2, с. 1152]. Право на жизнь как элемент правовой системы и гражданского права Украины не установлено исключительно с декларативной целью (хотя это также элемент функций этого права), а должно осуществлять реальное влияние на общественные отношения в правовой системе государства. Именно поэтому следует рассматривать его функции, задачи и цели с философско-правовой

точки зрения имея в виду, прежде всего, влияние, которое осуществляют нормы, определяющие и обеспечивающие право на жизнь в гражданском праве Украины.

В теоретической юриспруденции употребление термина «функция» связано, как правило, с характеристикой сущностной стороны государственно-правовых явлений и означает направление, предмет деятельности того или иного политико-правового института, содержание этой деятельности и ее обеспечение [3, с. 152]. Мы считаем, что каждый институт, как государственный, так и правовой, имеет присущее ему наличие специальных и общих функций. Однако, если рассматривать право в понимании объективного права как совокупность правовых норм, в этом случае определение функций права или его элементов несколько сужается и сводится к сочетанию общеправовых функций, которые выполняет обобщенно вся совокупность правовых норм, и функций конкретного института или даже нормы, играет свое особое призвание в общественных отношениях. Сквозь призму специальных более индивидуализированных функций можно прийти к определению задач и целей конкретного института, а также их особенностей. Это позволяет понять, какова конечная цель присуща гражданско-правовому регулированию права на жизнь.

Известная теоретик в области теории права О.Ф. Скакун отмечает, что способность права быть регулятором общественных отношений - главное его полезное свойство. Именно из-за наличия этого свойства право имеет огромную инструментальную ценность - оно есть необходимым и полезным для общества феноменом, важной составляющей нормирования основы общественной жизни [4, с. 647]. С этим сложно не согласиться, ведь без возможности воздействия на общественные отношения, любое установление правовых норм и положений теряет смысл. Это же касается и гражданско-правового регулирования права на жизнь, которому, как отмечалось, обычно отводили определенную второстепенную функцию по сравнению с конституционно-правовым регулированием. Поэтому следует в первую очередь установить, какую роль играет именно гражданско-правовое регулирование права на жизнь. Это не ограничивает нас исследованием только влияния соответствующих положений Гражданского кодекса Украины (далее - «ГК») на общественные отношения, но и включает анализ того, как нормы гражданского, уголовного, конституционного и международного права, в частности Конвенции о защите прав человека и основных свобод (далее - «Конвенция»), влияют на отношения между частными субъектами в обществе, определяют права и обязанности, механизмы их защиты во взаимоотношениях между частными лицами по поводу такой ценности как жизнь. Такие отношения, в частности, можно отнести к гражданским по своей сути.

Продолжая мысль О.Ф. Скакун, следует вспомнить, что способность регулирования общественных отношений обычно определяется как одна из функций права и выделяется отдельно рядом с защитной и другими ключевыми функциями. Такую же позицию выражают Л.И. Заморская [5, с. 6-8] и В.С. Ковальський [6, с. 4-9]. Следует отметить, что под регулированием обычно имеют в виду одно из направлений воздействия на общественные отношения. Хотя, по сути, другое функциональное назначение правовых норм, такое как защита, восстановление, информирование и т.д. безусловно можно определить как другие отдельные направления воздействия норм права на общественные отношения. Тем не менее, эти функции по сути также в конечном итоге являются направлениями влияния права на общественные отношения, что по сути есть регулированием в широком смысле этого слова. Поэтому регулятивное воздействие норм права является основным хотя и не исключает целесообразность выделения других отдельных функций в правовых институтах и праве в целом. Тем более, что в каждой из конкретных норм либо регулирование, либо защита будут иметь превалирование. Само же правовое регулирование как процесс реализации норм права тесно связано с другими

функциями. Таким образом функции норм и институтов права взаимосвязаны друг с другом, однако каждая из выделенных функций отдельно может иметь особую роль.

В.В. Исаева отмечает, что под функцией права понимают или социальное назначение права, или направления правового воздействия на общественные отношения, или и то, и другое вместе взятое. Анализируя природу функций права, исследовательница заключает, что направление воздействия - наиболее существенный компонент функции права, оно является своего рода ответом права на потребности общественного развития, результатом законодательной политики, которая концентрирует эти цели и трансформирует их в позитивное право. На основе этого, ученый считает, что функция права - это проявление его имманентных, специфических свойств. В функции аккумулируются такие свойства права, вытекающие из ее качественной самостоятельности как социального феномена [7, с. 45-46]. Мы согласны, что функция нормы или института права, как категория определяет влияние такой нормы, института на общественные отношения. При этом, наряду с категорией направление воздействия, которая может наводить на мысль о том, что речь идет о конкретной сфере общественных отношений, на которую та или иная норма влияет, мы бы еще также использовали такое понятие как «способ воздействия» на общественные отношения. Ведь при превалирующей защитной функции - в основном нормы, направленные на установление запретов и наказания за их нарушение, а когда преобладает регулятивная функция, идет речь об установлении норм поведения, нарушение которых может подлежать уже защиты с помощью того или иного средства. В любом случае такой функциональный механизм нужно рассматривать комплексно и всесторонне.

Интересную мысль изложил П.М. Рабинович, что функция права - это такое направление его воздействия на общественные отношения, потребность в осуществлении которого порождает необходимость существования права как социального явления. В этом смысле, отмечается: функция характеризует направление необходимого действия права, то есть такого, без которого общество на данном этапе развития обойтись не может (регулирование, охрана, закрепление определенного вида общественных отношений) [8, с. 127]. То есть функция определяет направление и способ воздействия на общественные отношения права в целом и отдельного института в его пределах с учетом всего механизма правового регулирования, с помощью которого эта норма подлежит реализации в тех или иных общественных отношениях.

Исследуя характерные особенности гражданского права как отрасли права, Е.О. Харитонов выделял присущие гражданскому праву общеправовые и специальные функции. К общеправовым функциям ученый относил:

1) информационно-ориентационную функцию, поскольку право выполняет задачи ознакомления субъектов гражданских отношений с концепцией прав человека (частного лица), принципами определения положения частного лица, общими тенденциями правового регулирования в этой отрасли;

2) воспитательную функцию (предупредительно-воспитательная, превентивная), которая заключается в воспитании уважения к праву вообще, гражданским правам других лиц, правопорядка и тому подобное;

3) регулятивную функцию, которая заключается в положительном регулировании гражданских отношений, предоставлении прав и обязанностей участникам этих отношений, установлении правил поведения субъектов гражданского права;

4) защитную функцию, которая выполняет задачу защиты гражданских прав и интересов от нарушений.

Специальными функциями Е.О. Харитонов считает:

1) уполномочивающую функцию (состоит в том, что создается нормативная база -предпосылки - для саморегулирования в сфере частного права;

2) компенсационную функцию (состоит в обеспечении возможности восстановления нарушенного гражданского права и интереса на эквивалентной основе (эта функция также присуща только гражданскому праву, поскольку в других отраслях такая цель, как правило, не ставится) [9, с. 162-163].

Стоит отметить, что в науке существует относительный плюрализм в подходах к выделению общеправовых функций. Можно привести много позиций, в которых с незначительной разницей выделяются основные функции права различными учеными, среди которых П.М. Рабинович [8, с. 98-99], М.С. Кельман, А.Г. Мурашин [10, с. 290-291], К.Г. Волынка [11, с. 101-102] и другие. Также ученые выделяют различные общие функции отраслей права (В.И. Борисова [12, с. 19-23], И.И. Килимник [13, с. 21-22], В.1. Токарева [14, с. 14-15], Ю.Л. Бошицький, Р.Б. Шишка [15, с. 14-15] и много других). Мы поддерживаем наиболее распространенный вариант определения функций присущих праву, согласно которому выделяют регулятивную, охранную, защитную, компенсационную, социальную и другие функции. Безусловно, на выполнение функций права направлены различные институты права, каждый из которых имеет свою специфику, в которой проявляется особенность задач и целей каждого конкретного гражданско-правового института относительно его влияния на общественные отношения.

Что касается выделенных Е.О. Харитоновым специальных функций гражданского права, то с его позицией можем согласиться лишь частично [9, с. 163]. Безусловно, основой гражданского права, как в контексте защиты гражданских прав, так и относительно базового регулирования и принципа гражданских отношений, является компенсация нанесенного ущерба и упущенной выгоды лицом, которое нарушило свое гражданско-правовое обязательство или гражданское право другого лица. Этот принцип проявляется и в субинституте права на жизнь, когда речь идет о компенсации лицу или его близким родственникам вреда, причиненного нарушением права на жизнь. От этого будем отталкиваться в дальнейшем исследовании.

Не можем в полной мере согласиться с тем, что основная функция гражданского права - уполномоченное в понимание того, что гражданское право является базой для саморегулирования гражданских отношений. Мы считаем наоборот, что гражданские правоотношения являются саморегулируемыми по своей сути и соответствуют принципу ч. 1 ст. 19 Конституции Украины, согласно которой разрешенным является все, что прямо не запрещено законодательством [16]. Таким образом, гражданское право скорее регулирует те гражданские отношения, которые по природе являются саморегулируемыми, в той мере, в которой это необходимо для защиты участников гражданских правоотношений. Особенно это касается личных неимущественных прав, нуждающихся в особой защите со стороны государства. Безусловно, общество в условиях отсутствия объективного права или правовых норм пыталось бы урегулировать различные гражданско-правовые аспекты защиты права на жизнь другими средствами общественного регулирования, однако само право может сделать такую защиту более эффективной. В контексте исследуемого субинститута - права на жизнь, последний, по нашему убеждению, создает систему гражданско-правовой защиты права на жизнь, а не условия для того, чтобы люди урегулировали эти вопросы самостоятельно. Попутно хочется дополнить, что, с нашей точки зрения, это не оговаривается особенностью института личных неимущественных прав, а касается гражданского права в целом во всех без исключениях его институтах.

Исследуя особенности функций личных неимущественных прав физического лица, обеспечивающих его естественное существование, Н.А. Давыдова отмечает, что негативная концепция личных неимущественных прав, которая заключается в позиции, что законодательство лишь охраняет личные гражданские неимущественные права, однако не регулирует их, возникла в результате преувеличения значения охранительной функции и пренебрежения регулятивной [17, с. 9]. Таким образом, ученый приходит к выводу о не менее важной роли регулятивной составляющей в

15

нормах, которыми определяются, защищаются и регулируются личные неимущественные права, в частности право на жизнь. С этим в полной мере согласны. Мало того, считаем, что соответствующее регулирование во взаимосвязи с другими институтами гражданского права, такими как возмещение вреда, и институтами других отраслей составляют основу для дальнейшей защиты гражданских прав физического лица.

Рассматривая право на жизнь сквозь призму функций, можем подтвердить, что исследуемому субинституту присущ весь спектр функций, которые присущи гражданскому праву в целом. Ведь право на жизнь не только декларирует наличие такого права в целом, но и регулирует общественные отношения по реализации правомочий, вытекающих из содержания этого права, устанавливает защитные и охранные механизмы, которые реализуются с помощью других институтов гражданского права, обеспечивает компенсацию лицам или их близким родственникам, если было нарушено соответствующее право.

С учетом всего изложенного, можем отметить, что праву на жизнь как институту гражданского права, присущ весь спектр функций, что и любым другим институтам гражданского права, на основе чего выделим следующие функции права на жизнь с их особенностями.

Регулятивная функция заключается в регулировании общественных отношений с помощью средств гражданского или иного права, составлении гражданских правоотношений путем установления норм поведения в сфере реализации правомочий, связанных с правом на жизнь, обязательных для выполнения всеми участниками гражданских правоотношений. В любом случае регулирование общественных отношений происходит и с использованием других способов воздействия на них, которые обеспечивают право на жизнь, и могут быть определены как отдельные самостоятельные функции исследуемого права.

Охранительная функция заключается в установлении норм, с помощью которых осуществляют перманентную охрану права на жизнь путем применения институтов гражданского права в сочетании с другими средствами защиты. Будучи одним из важнейших благ обычно охрана права на жизнь осуществляется средствами уголовного права. Поэтому особенностью гражданско-правовой охраны права на жизнь является то, что в основном такая функция сводится к сочетанию с другой самостоятельной функцией - компенсационной. Зато основной спектр охраняемых положений реализуется в сфере уголовного права, без которого охрана жизни исключительно гражданско-правовыми средствами была бы крайне неэффективной.

Защитная функция заключается в обеспечении защиты права на жизнь лица или его близкого родственника в случае нарушения права на жизнь. В такой ситуации речь обычно речь идет о такой защите, касающейся предотвращения возможной реальной опасности, созданной для жизни другими лицами или предприятиями. Хотя в данном случае защита права на жизнь сугубо гражданско-правовыми средствами возможна (например, подача иска к лицам о прекращении действий, представляющих угрозу жизни человека), однако в подавляющем большинстве случаев на практике подлежат использованию именно уголовно-правовые средства защиты указанного гражданского права лица.

Компенсационная функция, которая, как отмечается выше, неразрывно связана с защитной и охранной функцией, по сути является ключевой функцией права на жизнь, в которой должны иметь свое выражение упомянутые функции. Ведь кроме защиты и охраны, сторона (лицо или его близкий родственник), чье право на жизнь было нарушено, исключительно с помощью средств гражданского права может компенсировать соответствующий моральный и материальный ущерб. Поэтому во взаимосвязи с другими положениями о компенсации вреда, одной из ключевых функций является обеспечение законодательной базы для возмещения.

Декларативная функция как особая функция правового регулирования права на жизнь, заключается в провозглашении жизни одной из особых объектов защиты гражданским законодательством и ключевым личным неимущественным правом физического лица. В том числе и само размещение положения о праве на жизнь первым в структуре неимущественных прав, определенных ГК, указывает на высокий приоритет этого права физического лица. Таки образом указывается, что такое право в Украине подлежит комплексной защите не только со стороны уголовно-правовых норм, но и системы гражданского законодательства.

Дополняя эту функцию, следует выделить также информационную и воспитательную функции как особые способы воздействия норм права на общество и общественные отношения в целом.

Именно для выполнения определенных выше функций, законодатель урегулировал право на жизнь в гражданском законодательстве. Указанные функции направлены на достижение конечной цели правового регулирования права на жизнь гражданским законодательством Украины.

Гражданско-правовое регулирование права на жизнь истекает не только из положений гражданского права, но и из Конституции Украины, Конвенции о защите прав человека и основных свобод и других нормативно-правовых актов. Упомянутая Конвенция и ее толкование ЕСПЧ имеет особое значение для регулирования общественных отношений касательно права на жизнь по мере действия Закона Украины «О выполнении решений и применении практики Европейского суда по правам человека». Поэтому целесообразно отдельно рассмотреть вопрос функций ЕСПЧ в правовой системе Украины и ее влияния на регулирование права на жизнь.

По мнению В.А. Завгороднего, под функциями решений Европейского суда по правам человека следует понимать основные направления влияния актов ЕСПЧ на правовые системы государств-участников Конвенции, а также на правоприменительную, правотворческую, правоинтерпритационную,

образовательную и научную деятельность соответствующих органов и учреждений публичной власти [18, с. 108]. Мы считаем, что под такими функциями следует понимать именно ту особую роль, которую выполняет практика ЕСПЧ в определенной правовой системе, дополняя национальное законодательство.

Цитированный выше ученый выделял общие и специальные функции ЕСПЧ. К общим функциям было отнесено защитную, ориентационную, катализаторскую, превентивную, информационную, воспитательную, функцию воздействия на правосознание, функцию развития правовой доктрины, функцию формирования опыта применения Конвенции о защите прав человека и основных свобод.

Среди специальных функций практики ЕСПЧ, ученым выделяются функция толкования положений Конвенции и Протоколов к ней (правоинтерпретационная), правоприменительная и правовосстановительная функции, функция совершенствования правосудия, законодательства, функция совершенствования правоприменительной и административной практики органов публичной власти [18, с. 108]. Полностью согласны с соответствующими выделенными направлениями влияния практики ЕСПЧ, однако мы бы разделили именно те функции решений ЕСПЧ, которые в определенной части дополняют национальное законодательство. Ведь безусловно такие функции как информационная, правоприменительная или другие функции есть важными направлениями влияния решений ЕСПЧ на общественные отношения, однако такие же функции присущи нормам национального законодательства, что исключает определение таких функций как специальные.

Подобный подход отражен в исследованиях И.С. Метловой, которая выделяет следующие основные функции решений ЕСПЧ:

1) функцию толкования положений ЕКПЧ и протоколов к ней;

2) функцию формирования опыта применения Конвенции и протоколов к ней;

3) функцию совершенствования законодательства и правоприменительной практики;

4) функцию совершенствования правосудия;

5) информационную функцию;

6) функцию воздействия на правосознание;

7) функцию взаимодействия с наукой и развития правовой доктрины [19, с. 22].

Дж. Хецуриани отмечал, что наряду с основными общими функциями практики

ЕСПЧ, к которым относил охранную и регулятивную, практика выполняет следующие специальные функции специфического характера, среди которых, по мнению ученого, ключевыми являются:

1) функция толкования, которая заключается в том, что ЕСПЧ является единственным органом, который уполномочен давать официальное толкование положений Конвенции и протоколов к ней и формируя таким образом «стандарты Совета Европы» (в частности в контексте права на жизнь);

2) функция формирования опыта применения Конвенции и Протоколов к ней, которая заключается в решение конкретных споров с применением Конвенции с последующим наследованием подхода к применению положений Конвенции (по сути является прецедентом);

3) функция совершенствования законодательства и правоприменительной практики, среди которых ученый в частности выделяет такие подфункции: а) катализирующая, которая заключается в стимулировании государств-членов Совета Европы, которые не являются ответчиками по делу рассматриваемому ЕСПЧ, принять необходимые меры, если в национальной правовой системе имеются аналогичные проблемы, которые привели к принятию решения о нарушениях другим государством-участником своих обязательств по Конвенции, б) превентивную, которая заключается в принятии надлежащих мер к принятию ЕСПЧ решения по делу против такого государства;

4) функция совершенствования правосудия, которая заключается в положительном влиянии на судебную систему, в результате которого совершенствуется соблюдение охраняемых Конвенцией прав в частности в изменении судебной практики, создание возможностей для пересмотра дела, которой нарушены обязательства по Конвенции, формирование общих подходов судов к толкованию права так и влияние на других субъектов по выработке собственных правовых позиций, соответствующих международным обязательствам государства по Конвенции;

5) информационная функция, которая заключается в формировании информационной базы для целей правоприменения как положений Конвенции, так и иных правовых актов;

6) функция воздействия на правосознание, которая заключается в осуществлении влияния решений ЕСПЧ на представления людей о праве вообще, правам человека и их защите;

7) функция развития правовой доктрины - выработка ЕСПЧ в процессе деятельности новых правовых идей, которые позволяют по-новому взглянуть на то или иное общественное явление, изменить устоявшиеся взгляды на права человека, судебную систему и т.д., а также развивать национальную правовую доктрину в контексте общеевропейской [20, с. 16].

Со всеми такими взглядами, безусловно, следует согласиться, ведь выделение функций - вопрос, который всегда предполагает определенный плюрализм мнений в этой сфере. Основываясь на приведённых мнениях ученых и руководствуясь предварительно определенным задачам исследования, мы считаем целесообразным сосредоточить внимание именно на тех специальных функциях, которые означают основные направления влияния практики ЕСПЧ на гражданско-правовое регулирование права на жизнь в Украине, вытекающих из особенностей функций практики ЕСПЧ в национальной правовой системе в целом.

18

Выводы. Праву на жизнь, несмотря на все его особенности присущи функции, которые являются общими для всего гражданского права как отрасли права:

1) регулятивная функция;

2) охранная функция;

3) защитная функция;

4) компенсационная функция;

5) декларативная функция;

6) информационная функция;

7) воспитательная функция.

В то же время в контексте права на жизнь проявление этих функций имеет свои особенности, которые вытекают из особенностей права на жизнь как особого субинститута гражданского права.

В свою очередь, в контексте функций практики ЕСПЧ как регулятора права на жизнь, к основным специальным функциям правового регулирования права на жизнь следует отнести следующие функции:

1) устранение пробелов или неэффективного применения национального законодательства, которым не надается надлежащая правовая защита права на жизнь;

2) определение направлений совершенствования национального законодательства по защите и регулировании права на жизнь;

3) восстановление незащищенных или нарушенных государством прав, вытекающих из права на жизнь,

4) дополнения национальной правовой системы защиты права на жизнь нормами толкования Конвенции;

5) определение стандартов, которые ставят требования к гражданско-правовому регулированию и защите права на жизнь.

Список литературы

1. Словарь иностранных слов (под ред. И.Б. Лехина и Ф.Н. Петрова). М., 1955. 840 с.

2. Великий тлумачний словник сучасно! украшсько! мови (уклад. i гол. ред. В.Т. Бусел. К.: 1ртнь: Перун, 2009. 1736 с.

3. Пиголкин А.С. Теория государства и права: [учебник] / [А.С. Пиголкин, А.Н. Головистикова, Ю.А. Дмитриев]; под ред. А.С. Пиголкин, Ю.А. Дмитриева. М.: Высшеео бразование, 2008. 743 с.

4. Скакун О.Ф. Теорiя держави i права: Шдручник / Пер. з рос. / О.Ф. Скакун. Х.: Консул, 2001. 656 с.

5. Заморська Л.1. Функци права: змютовно-теоретичний анатз / Л.1. Заморська // Актуальш проблеми вичизняно! юриспруденции, 2015. - Вип. 6. С. 3-9.

6. Ковальський В.С. Функци права: цшшсний та сутнюний вишри / В.С. Ковальський // Юридична Укра!на, 2012. № 9. С. 4-9.

7. 1саева В.В. Функци права: теоретико-правовий аналiз / В.В. 1саева // Часопис Ки!вського ушверситету права, 2013. № 1. С. 45-48.

8. Рабтович П.М. Основи загально! теори права та держави. Навч. поабник. Вид. 9-те, зi змшами. - Львiв: Край, 2007. 192 с.

9. Харитонов С.О. Категори «приватне право», «цившьне право Укра!ни» та «цив№не законодавство Укра!ни»: до проблем сшвввдношення. / £.О. Харитонов // Науковi пращ Нацюнального ушверситету «Одеська юридична академiя»: зб. наук. пр. / редкол.: С.В. Ювалова (голов. ред.), В.М. Дрьомш (заст. голов. ред.), Ю.П. Аленш [та ш.]: в1дпов. за вип. В.М. Дрьомiн; МОНмолодьспорт Укра!ни, НУ «ОЮА». Одеса: Юрид. л-ра, 2012. Т. 12. С. 157-169.

10. Кельман М.С., Мурашин О.Г. Загальна теорiя держави та права: Щдручник. К.: Кондор, 2005. 609 с.

11. ВолинкаК.Г. Теорiя держави i права: Навч. поаб. К.: МАУП, 2003. 240 с.

19

12. Цившьне право: щдручник у 2 т. / В.1. Борисова (кер. авт. кол.), Л.М. Баранова, Т.1. Бегова та iH. ; за ред. В.1. Борисово!, 1.В. Спасибо-Фатеево!, В.Л. Яроцького. Х.: Право, 2011. Т. 1. 656 с.

13. Килимник I.I. Цившьне право Укра!ни: навч. поабник / I.I. Килимник,

A.М. Бровдiй, Д.£. Кутоманов; Харк. нац. ун-т мюьк. госп-ва iM. О.М. Бекетова. Х.: ХНУМГ, 2014. 225 с.

14. Токарева B.I. Цившьне право украши. Практикум: Навч. поабник. К.: Центр учбово! лггератури, 2007. 408 с.

15. Цившьне право Украши: шдручник. / За ред. проф. Бошицького Ю.Л. та проф. Шишки Р.Б. (кер. авт кол.), Загальна частина. К.: Видавництво Лiра-К, 2014. 760 с.

16. Конститущя Украши: Закон Украши ввд 28.06.1996 р. №254к/96-ВР // Вщомосп Верховно! Ради Укра!ни (ВВР), 1996. № 30. Ст. 141.

17.Давидова Н.О. Цившьно-правова охорона особистих немайнових прав фiзично! особи, що забезпечують !! природне iснування: Автореф. дис. ... канд. юрид. наук: 12.00.03 / Н.О. Давидова. К., 2005. 18 с.

18. Завгородтй В.А. Функцп ршень £вропейського суду з прав людини /

B.А. Завгороднш // Науковий вiсник Дшпропетровського державного унiверситету внутрiшнiх справ., 2015. № 4. С. 105-116.

19.Метлова И.С. Решения Европейского суда по правам человека в системе источников Российского права: автореф. дис. на соиск. учен. степ. канд. юрид. наук: 12.00.01 / И.С. Метлова. М., 2007. 24 с.

20. Хецуриани Д. Значение прецедентного права Европейского суда по правам человека для национального права / Джони Хецуриани // Междунар. альманах констит. правосудие в новом тысячелетии. Ереван: НЖАР, 2005. С. 73-77.