Управление инноватизацией институциональной системы как фактор устойчивого развития российской экономики

следование бизнес-модели, в рамках которой системные инновации в области энергоэффективности должны стать его основным конкурентным преимуществом. Достижение и удержание такого базового конкурентного преимущества будет обеспечено в том случае, если предприятие сумеет изменить существующие стандарты энергоэффективности, начав производить более экономичную продукцию с точки зрения величины энергетических затрат при меньших относительных издержках (рис. 3).

Высокая энергоемкость производственного процесса при низких значениях параметров энергоэффективности в создаваемой стоимости выпускаемой продукции характерны для третьей позиции в матрице. В этом случае предприятию рекомендуется следовать стратегии организационных и технологических инноваций, снижающих долю энергетических затрат в общем объеме выпускаемой продукции. Завершает рассматриваемый цикл четвертая позиция, ориентирующая стратегию развития предприятия на реализацию локальных организационных и технологических инноваций, предназначенных для создания или модернизации продукции со значениями показателей энергоэффективности, соответствующих отраслевым (рыночным) стандартам.

При использовании данной матрицы следует иметь в виду, что у предприятия может быть несколько целевых рынков, для каждого из которых должна быть определена своя траектория позиционирования энергоэффективности в ряду возможных приоритетов инновационного развития.

На основании проведенных исследований можно сделать следующие выводы.

Во-первых, инновационная деятельность в области разработки технологий производства, передачи и потребления энергии, традиционно являлась одним из важнейших факторов, определявших динамику научно-технического прогресса на всех исторических этапах инновационного развития, как

экономических систем национального уровня, так и всей мировой экономики. При этом достаточно четко прослеживается возрастающая по мере смены технологических укладов глубина интеграции энергетических технологий в общую структуру технологических процессов, в силу чего энергетический фактор уже к четвертому технологическому укладу окончательно закрепил за собой статус системообразующего в масштабах всей глобальной цепочки мирохозяйственных связей.

Во-вторых, возрастающая глубина проникновения энергетических процессов в структуру существующих технологических процессов, включая, прежде всего, критически важные с точки зрения их вклада в динамику современного научно-технического прогресса, предопределяет возможность и необходимость целенаправленного использования индикаторов инновационного развития в сфере энергетики для управления инновационными процессами в различных технологических областях. Одним из направлений решения этой проблемы является разработка системы индикативного управления, увязывающей индикаторы энергоэффективности с параметрами инновационного развития на различных уровнях управления и сориентированной на необходимость достижения целевых ориентиров при переходе экономики к шестому технологическому укладу.

В-третьих, для формирования системы индикаторов энергоэффективности, предназначенных для использования при управлении инновационными процессами в экономике, отсутствует необходимость разработки их качественно нового состава, принципиальным образом отличающегося от уже сложившейся и ставшей традиционной практики индикативного управления эффективностью производства, передачи и потребления энергии. Как показало проведенное исследование, в основу формируемой системы могут быть положены существующие индикаторы, которые необходимо наполнить новым содержанием, отражающим специфику рассматриваемой проблемы.

Литература

1. Садриев А.Р., Маруфи М. Мировая патентная практика в области энергоэффективных и энергосберегающих технологий // Менеджмент в России и за рубежом. — 2015. — № 3. — С. 80-88.

2. Мельник А.Н., Садриев А.Р. Концептуальные основы построения системы управления конкурентоспособностью энергетических компаний // Ученые записки Казанского университета. Серия: Гуманитарные науки. — 2009. — Т. 151. № 1. — С. 236-242.

3. Ермолаев К.А. Зарубежный опыт построения законодательной базы в сфере управления энергосбережением и энергоэффективностью // Научные труды Вольного экономического общества России. — 2015. — Т. 191. — № 2. — С. 204-215.

4. Лукишина Л.В., Башарова М.Ф. Использование информационных технологий при формировании системы показателей для оценки деятельности предприятия // Научные труды Вольного экономического общества России. — 2010. — Т. 143. — С. 127-131.

5. Анисимова Т.Ю. Анализ энергетической эффективности экономики регионов Российской Федерации // Вестник Пермского ун-та. Сер.: Экономика. — 2014. — № 4 (23). — С. 59-67.

УПРАВЛЕНИЕ ИННОВАТИЗАЦИЕЙ ИНСТИТУЦИОНАЛЬНОЙ СИСТЕМЫ КАК ФАКТОР УСТОЙЧИВОГО РАЗВИТИЯ РОССИЙСКОЙ ЭКОНОМИКИ

М.П. Посталюк,

профессор кафедры экономической теории и инноватизации экономики Университета управления «ТИСБИ» (г. Казань),

доктор экономических наук

Д.С. Андрианов,

доцент кафедры экономической теории и инноватизации экономики Университета управления «ТИСБИ» (г. Казань),

кандидат экономических наук

Т.М. Посталюк,

доцент кафедры экономической теории и инноватизации экономики Университета управления «ТИСБИ» (г. Казань),

кандидат экономических наук

В статье рассмотрены направления формирования новой институциональной среды в экономике Российской Федерации, способствующей реализации и накоплению инновационного потенциала, что обуславливает устойчивое развитие экономики. Выявляются и раскрываются институциональные барьеры, препятствующие инновационному развитию.

Ключевые слова: институциональная среда, инноватизация, инновационные институты, устойчивое развитие, институциональные барьеры

УДК 338.2 ББК 65.050

Современная экономика России является преимущест- симости от нефтегазового сектора. Согласно данным иссле-венно сырьевой, в частности, находится в существенной зави- дования консалтинговой фирмы Vygon Consulting «Нефтяная

отрасль России: итоги 2016 г. и перспективы на 2017-2018 гг.» от мая 2017 года доля нефтегазового сектора в консолидированном бюджете Российской Федерации 2016 года составила 22,4% (в 2014 году — 32,6%). Несмотря на то, что доля таких доходов ощутимо снизилась преимущественно из-за падения цен и спроса на нефтегазовые ресурсы, введения налогового маневра, все же приходится говорить о традиционно высокой зависимости экономики страны от подобного рода ресурсов. Если помимо нефтегазового сектора агрегировать и остальные отрасли первичной переработки природных ископаемых, то такая зависимость от эксплуатации национальных богатств будет и вовсе еще более значительной [1].

Сейчас уже очевидно, что сохранение действующей ориентации на извлечение нефтегазовых доходов, как одних из основных источников формирования национального бюджета, определяет предел экономического роста Российской Федерации. Стоит ли при этом говорить об устойчивом развитии российской экономики?

Органы государственной власти активно озадачились поиском новых точек роста. Основным лейтмотивом предлагаемых идей решения этой проблемы явилось повышение производительности труда. Так, министр экономического развития РФ Максим Орешкин на выступлении заседания Совета при Президенте РФ по стратегическому развитию и приоритетным проектам 22.03.2017 сказал следующее: «Однако очевидно, что для обеспечения более высоких темпов экономического роста ключевой историей должна стать тема повышения производительности труда — особенно учитывая, что одним из значительных резервов нашего рынка труда является структурно высокий уровень так называемой занятости с низким уровнем производительности» [2].

При этом он выделил следующие основные причины, препятствующие росту производительности:

1) Низкие компетенции бизнеса.

2) Неразвитость проектного финансирования.

3) Несовершенство отраслевого регулирования.

4) Слабая мобильность трудовой силы.

Каждая из обозначенных причин требует отдельного изучения, а также в целом обоснования их постановки, как основных факторов, мешающих экономическому росту.

Существуют и другие мнения на этот счет [3]. Так, эксперт-но-аналитический центр при РАНХиГС под руководством к.с.н. Николая Калмыкова в проведенном исследовании и опросе на предмет барьеров экономического роста считает основными драйверами роста поддержку малого бизнеса, создание цепочек добавленной стоимости, развитие сельского хозяйства, в то время как рост производительности труда занимает в данном исследовании всего 7-е место в рейтинге способов ускорения роста ВВП. Среди основных причин, препятствующих реализации данных идей называется:

1) Высокий уровень коррупции, теневая экономика.

2) Инфляция.

Несомненно, список этих причин можно продолжить. В то же время, не являются ли данные причины лишь следствием более общих проблем? Экономические, социальные, политические процессы, происходящие в государстве, определяются во многом устоявшимися механизмами «правил игры в обществе», т.е. действующими институтами. Так, например, низкий уровень компетенций бизнеса отсылает нас к состоянию института образования, а слабая мобильность трудовой силы характеризуется состоянием множества институтов — институтами городской инфраструктуры, институтами транспорта, институтами недвижимости и здравоохранения и пр. Именно эти условия, на наш взгляд, и являются определяющими функциями экономического роста и устойчивого развития экономики.

Однако, одно наличие эффективной институциональной системы не гарантирует само по себе устойчивое развитие экономики. Темп изменений окружающей действительности планомерно ускоряется. Наиболее эффективны те государства, чьи институты способны подстраиваться под новые «правила игры», которые формируются благодаря непрекращающимся инновациям во всех сферах жизни общества. Сейчас, к приме-

ру, крайне активно развивается сфера электронных платежей, породив новую форму денег — биткоины; в бизнесе — новые формы взаимодействия на основе солидаризации, а не конкуренции; в социальной сфере — переход от индивидуализации к общественным целям, коммунам и пр.

На наш взгляд, построение именно инновационной институциональной системы является основным фактором устойчивого развития российской экономики.

Инновационная институциональная система — это совокупность институтов, обеспеченных механизмами трансформации традиционных способов взаимодействия с учетом постоянно возникающих инноваций в сфере влияния данного института. Эффективность и скорость конвергенции традиций и инноваций определяет характерные черты инновационной институциональной системы. Сам процесс построения новой инновационной институциональной системы мы определяем как процесс её инноватизации и относим его к ключевым факторам устойчивого развития российской экономики. Инноватизация институциональной системы — это процесс создания/имитирования, накопления, сохранения, использования и развития инновационного потенциала институтов.

Общий алгоритм инноватизации институциональной системы, представленный на рис.1, обеспечивается двумя путями развития инноваций. В одном случае инновации первоначально базируются на государственных целях и задачах корпораций. Подобные новшества, как правило, требуют фундаментальных исследований, которые зиждутся на следующих институтах: институте образования (производящем необходимые кадры ученых и специалистов), институтах научной инфраструктуры (НИИ, исследовательские лаборатории, оснащенные необходимым оборудованием, библиотеки, базы данных, связи с международным сообществом ученых и пр.). Преимущественная дороговизна фундаментальных исследований, отсутствие в ряде случаев прогнозируемых очевидных результатов обуславливает тот факт, что подобные исследования способны проводить только государства, а также крупные корпорации. Институты финансирования (государственные — министерства, венчурные компании и фонды, государственные корпорации; частные — коммерческие корпорации без государственного участия) обеспечивают необходимые вложения. Полученные результаты исследований могут иметь как коммерческий потенциал, и в таком случае вывод инновационного продукта на рынок может спонсироваться государством и/или частными корпорациями, так и социальный потенциал (полезность для общества, но без получения прибыли), что возможно только за счет государственных средств.

Во втором случае инновации строятся на идее, не требующей фундаментальных исследований. Генераторами таких идей являются ученые и специалисты, энтузиасты, что первично обусловлено качеством институтов образования.

С течением времени инновация переходит в состояние традиции. Описанная схема определяет некий «котел» инноваций, благодаря которому достигается устойчивое развитие экономики.

Однако идеализированные модели на практике всегда сталкиваются с ограничениями, институциональными барьерами, представленными в табл.1. Рассмотрим их на примере Российской Федерации.

Каждый из барьеров, обозначенных нами, требует отдельного внимательного исследования, мы же ограничимся некоторой характеристикой данных институциональных барьеров.

В настоящий момент отсутствуют осмысленные государственные программы, цели и задачи, воплощающие в себе критерий системного развития индустрии науки и инноваций. Очевидно, что при условии ограниченных ресурсов невозможно воплотить в программе финансирование всех без исключения сфер, однако нет и определенных приоритетов, а именно — что необходимо делать с наукой и научной инфраструктурой.

Из этого вытекает некорректная расстановка приоритетов по финансированию тех или иных проектов. В условиях отсутствия ориентиров, государственные инвестиции распределяются достаточно хаотично. Данный факт усугубляет дисбаланс

Рис.1. Инноватизация институциональной системы

между различными отраслями и инфраструктурой инноваций. К примеру, выпущен инновационный продукт, но оказалось невозможным его серийное производство из-за неготовности ряда отраслей поставлять необходимые комплектующие.

Как следствие, при отсутствии масштабных программ нет определенности и с финансированием институтов науки, что очевидно при непонятном объекте финансирования.

Особенно важной и незаслуженно забытой проблемой в современной российской экономике является разрушение производственных цепочек, созданных ранее в условиях существования СССР. Как оказалось, полная свобода действий в условиях рыночной экономики приводит порой к ослаблению производственных связей между предприятиями.

Таблица 1

Институциональные барьеры, препятствующие развитию процессов инноватизации институциональной системы в российской Федерации

Отсутствие долгосрочных взаимосвязанных государственных задач в области науки Недостаточное финансирование научной инфраструктуры Некорректная расстановка приоритетов по выбору финансирования тех или иных проектов

Нарушение производственных цепочек и системных связей между предприятиями Отсутствие системных программ по развитию образования на всех уровнях Отсутствие контроля за работой монополий и олигополий

Отсутствие благоприятной предпринимательской среды Наличие значительной коррупции Слабо развития конкуренция

Высокие ставки процента в кредитной системе Незащищенность институтов собственности Регулярная смена «правил игры»

Отсутствие долгосрочных источников финансирования Слабые институты поддержки инновационного предпринимательства Слабый платежеспособный спрос

Особенности бюрократической системы, нацеленной на процесс вместо результата Преобладание политических институтов над экономическими потребностями

Разработано авторами.

Производство продукта стало преодолевать все меньше переделов. В ряде случаев это является оправданным и связано, к примеру, с географическими особенностями (допустим производство хлопка объективно выгоднее в Китае, чем в России), однако в ряде случаев маржинальный подход предприятий приводит к максимизации своей прибыли и производственная цепочка обрывается на более ранних этапах. Это подтверждают и другие авторы, оперируя так называемым индексом мультипликатора добавленной стоимости, который рассчитывается как отношение совокупной величины товарной массы, произведенной предприятием, к стоимости первичных сырьевых ресурсов, вовлеченных в хозяйственный оборот. Так, подобный индекс в среднем по экономике России составляет 1,3-1,5, в США — 12,8, в других странах мира 11-13. Это говорит о том, что мы имеем крайне небольшую массу добавленной стоимости на территории страны [4].

Логичным продолжением проблемы разрушенных производственных связей является отсутствие должного контроля за работой монополий и олигополий, представленных в Российской Федерации. Как правило, данные структуры связаны с эксплуатацией природных богатств либо дефицитных ресурсов. Экономическое поведение этих субъектов никак не регулируется государством, что приносит ежегодно огромный ущерб производственной экономике. Ярким примером является создаваемый по сути монополиями дефицит полиэтилена на рынке России, особенно трубных марок, что подтверждается расчетами крупнейшего производителя полиэтиленовых труб в России ГК «Полипластик», представленный на рис.2 [5]. Так, при

дефиците полиэтилена данной марки, оцениваемой в 2014 году в чуть менее чем 300 тыс. тонн в год, часть сырья экспортировалась монополиями в целях получения большей маржи. Импорт составил 200 тыс. тонн, а отечественное производство — почти 300 тыс. тонн в год при реальном потреблении внутренним рынком сырья в сумме 550 тыс. тонн. Производством данной марки сырья в России занимались всего 3 предприятия: АО «Казань-оргсинтез», АО «Ставролен», АО «Нижнекамснефтехим».

При этом производственные мощности выпуска полиэтилена зависят в полном объеме от поставок сырья (газ этилен) от другой монополии, а именно структур Газпрома. Продажи газа на экспорт для данной монополии выгоднее внутреннего рынка. В результате действующие производители полиэтилена имеют крайне слабые возможности по расширению выпуска конечной продукции, и это практически в идеальных условиях, где сбыт является гарантированным, а коммерческий проект эффективным и окупаемым.

Отсутствие государственного вмешательства в данную ситуацию приводит к злоупотреблениям монопольным положением, что максимизирует прибыль монополий, однако резко сокращает потенциальную добавленную стоимость от продуктов высокого передела внутри страны, что вкупе с мультипликативным эффектом занятости и создания новых рабочих мест приводит к еще более значительным убыткам, обеднению производственного и инновационного потенциала страны.

По индексу человеческого развития (ИЧР), который публикуется в рамках Программы развития ООН, по итогам 2015 года Россия относится к группе стран с высоким уровнем развития и занимает 49-е место. По индексу образования страна также в числе лидеров. Однако необходимо отметить нарастающую разобщенность между уровнями образования (дошкольное, школьное, высшее и пр.). Так, по данным автора Т.Л. Клячко «Россия перешла от 2,7 млн студентов вузов в 1992г. к более 7,5 млн в 2008 г. Если из 2,7 млн студентов в 1992г. 50% были подготовлены очень хорошо или хорошо, то рынок труда получал 1,35 млн специалистов с высоким качеством подготовки. При переходе к 7,5 млн студентов 1,35 млн хорошо подготовленных системой ВПО специалистов составят всего 18%.

Эти 18% представляют собой в настоящее время самый большой дефицит в России, их поиск и отбор рождает у работодателей ощущение резкого падения качества высшего образования, его несоответствия потребностям рынка труда. Другое дело, что для развития инновационной экономики этих кадров может не хватить...» [6, 7].

Из практических примеров можно привести следующее — в учреждения высшего образования экономистам и менеджерам преподают курс статистики, где студенты осваивают множество полезных формул, необходимых для обработки массива данных, однако в реальной практике пригождается лишь малая часть. В то же время совершенно отсутствует практическое обучение студентов по построению моделей бюджета доходов и расходов, бюджета движения денежных средств, бизнес-планов, т.е. именно тех компетенций, которые реально необходимы бизнесу.

Множество вопросов возникает также на уровне дошкольного, школьного образования и профессионального образования.

Значительным институциональным барьером развития инновационного потенциала институциональной системы является неблагоприятная предпринимательская среда, которая включает целый пул проблем.

Высокая налоговая нагрузка относит Россию к числу лидеров по данному показателю, который составил в 2015 году 47,4% от прибыли. В среднем по миру данный показатель составляет 40,6%. Особенно драматичная ситуация по налоговой нагрузке на ФОТ (36,1%), которая в 2 раза превышает среднемировой показатель (16,3%) [8].

В дополнение к этому в экономике установлены крайне высокие ставки кредитования для корпоративного и малого бизнеса. Так, согласно расчетам интернет-портала Банки.ру по состоянию на 20.01.2017 средняя ставка по кредитам малому бизнесу составляла 16,77%! [9]Таким образом, давление эко-

рис. 2. Структура рынка трубных марок полиэтилена РУБК (Россия - Украина -Белоруссия - Казахстан) в 2014 году с прогнозом до 2020 г.

номического окружения на чистую прибыль (налоги + ставка процента) достигают в экономике 70%.

Особенно сложно в современных реалиях получить предприятиям долгосрочное финансирование в банке. Невозможность спрогнозировать пути развития экономической системы в 5-7-летнем горизонте ставит под сомнение любой инвестиционный проект. Для проектов с инновационной составляющей, где уровень рисков выше, подобное финансирование является практически невозможным.

Законодательное окружение является также крайне нестабильным. Достаточно часто меняются, к примеру, пожарные нормы и правила, при этом инвестиционный проект, стартовавший при одних правилах в итоге принимается в эксплуатацию уже по новым, что в ряде случаев приводит к закрытию бизнеса. Практически ежемесячно вносятся правки в Налоговый Кодекс, так за 2016 год в этот документ было принято 61 поправка, что в среднем составило 5 изменений в месяц.

Развитая коррупционная система или де-факто параллельная экономика России отменяет законы рынка и вводит систему негласных договоренностей, по сути, являясь фильтром на пути кривых спроса и предложения. Этот же факт порождает в ряде случаев преступное отношение к институтам собственности. Коррупционная составляющая добавляет свой процент нагрузки на чистую прибыль.

Эти и ряд других проблем обуславливают крайне сложную среду для развития предпринимательства в России, которое направляет все усилия на выживание, а не на развитие бизнеса и тем более на инновации. Реальную маржу, а точнее говоря, сверхмаржу в основном имеют монополии или олигополии, которая позволяет им абсорбировать влияние агрессивной окружающей среды. Огромное количество малого и среднего бизнеса балансирует на грани нулевой рентабельности, а убыточных предприятий в экономике гораздо больше официально декларируемых цифр. Причина заключается в том, что убыточ-

ные предприятия стараются не декларировать свои убытки, а показывать хотя бы небольшую прибыль с целью избежания налоговых проверок, которые являются еще одним фактором неблагоприятной предпринимательской среды. Убыток данных предприятий компенсируется все время увеличивающимся оборотным капиталом, пополняемым за счет банковских кредитов зачастую с более коротким сроком погашения, чем их собственный операционный цикл, из-за невозможности получить более долгосрочное финансирование.

Несмотря на то, что в России созданы определенные институты поддержки инновационного предпринимательства, их влияние пока не стало заметным. Данный вопрос является весьма обширным и не может быть освещен в рамках данной статьи. Однако пока определяется четкая закономерность — увеличение числа инновационных инфраструктурных объектов не ведет к увеличению числа создания и масштабного внедрения инноваций. Это объективно связано со всеми институциональными барьерами, обозначенными выше. Искусственное насаждение объектов инновационной инфраструктуры будет приводить к увеличению бюджетных расходов.

Наконец, необходимо отметить заметное преобладание политической системы над экономикой, а именно — государственные институты по сути создают квазигосударственную экономику, основанную на государственных корпорациях.

С учетом обозначенных выше проблем, мы предлагаем следующий эффективный способ инноватизации институциональной системы Российской Федерации, представленный на рис.3. На наш взгляд, системный процесс инноватизации не может быть построен без решения ряда наиболее важных проблем современной российской экономики. В ином случае усилия по развитию инновационной деятельности будут во многом искусственными.

Так, зачастую создаваемые региональными и федеральными властями инновационные технопарки превращаются

Уровень 1 - Развитие образования и творческой среды

Уровень 2 - Совершенствование институциональной среды ведения бизнеса

Государственный контроль монополий И ОЛИГОПОЛИИ Введение 10-летних мораториев на изменение налоговой системы Отмена НДС с одновременным введением налога с продаж Снижение социальных налогов

Закрепление частично законодательной базы за инвест, проектами на момент их старта

Развитие практики микрозаймов с регулируемым процентом и введение института безусловного дохода для физических лиц, занимающихся приоритетными проектами

Развитие института государственных гарантий по кредитам бизнесу не имеющих залогового обеспечения

Снижение ставки кредитования бизнеса банками

Уровень 3 - Развитие механизма регулирования производственных цепочек внутри страны

Уровень 4 - Формирование инновационной инфраструктуры

Рис. 3. Эффективный способ инноватизации институциональной системы РФ

в обычные офисные центры с льготными условиями аренды. Простой анализ резидентов инновационного технопарка «Идея» (г. Казань) на момент написания статьи позволяет сделать вывод, что резиденты, занимающиеся инновациями, практически отсутствуют.

Первое условие, с которого нужно начинать построение «инновационного котла» кроется в системе образования. Это первый уровень инноватизации институциональной системы России. Власть и общество при активном взаимодействии с бизнесом, а также с учетом собственных приоритетов в первую очередь формирует четкие комплексные цели и задачи в данной сфере (какие специалисты нам нужны? в каком количестве? какого качества?). Данный вектор определяет круг приоритетов, которые обеспечиваются необходимым финансированием в полном объеме.

Особое внимание, на наш взгляд, нужно уделить институтам творческого развития потенциала личности, которые являются неким параллельным образованием (кружки, олимпиады, соревнования и пр.). В зависимости от поставленных целей выстраивается программа развития нужных кадров экономике в системе «дошкольное образование - школа - профессиональное образование - вузы».

Следующим этапом (уровень 2) инноватизации институциональной системы России становится совершенствование институциональной среды ведения бизнеса. На наш взгляд, необходимо принять следующие меры. Ввести обязательный контроль за работой государственных монополий и олигополий, выражающийся в определении тарифов для бизнеса, объема ресурсов, поставляемого на национальный рынок, условий их оплаты. Поскольку монополии и олигополии в подавляющем большинстве случаев являются первичным звеном множества производственных цепочек, то их деятельность не может рассматриваться как исключительно коммерческая. Извлекаемая прибыль должна быть сформирована лишь в тех объемах, необходимых и достаточных для сохранения текущей инфраструктуры и перспективного развития (при условии прогнозируемого роста потребления ресурса внутри страны).

Сейчас же монополии ведут достаточно агрессивную самостоятельную политику, что в корне неверно. Обеспечение высокого передела продукции и достижение ее конкурентоспособности на мировой арене невозможно без государственного контроля над монополиями и олигополиями.

Необходимо, на наш взгляд, рассмотреть вопрос отмены НДС и заменить его более справедливым налогом с продаж. В настоящий момент налог на добавленную стоимость должен быть уплачен предприятием в любом случае, в независимости от полученной прибыли, поступления денежных средств от продажи товара. НДС увеличивает кассовые разрывы предприятий, заставляя их кредитоваться под невыгодные проценты. Множество сложностей и в том случае, если предприятие осуществляет закупки и тратты у поставщиков с иным режимом налогообложения. В результате продукция предприятия становится неконкурентоспособной, предпочтение отдается крупным корпорациям, что особенно чувствительно применительно к растущим инновационным предприятиям среднего и малого бизнеса, переходящих с упрощенной системы налогообложения на систему НДС, но сохраняющих прочные отношения с прежними подрядчиками, работающих по упрощенной схеме налогообложения. Вопрос не может быть решен механической отменой налога, а должен быть внимательно проработан и структурирован [10].

Мы поддерживаем идею введения 10-летних мораториев на изменение налоговой системы (видов налогов, ставок, порядка их расчета и пр.), что позволит обеспечить стабильность налогового окружения на период реализации инвестиционных проектов. Кредитные институты также будут охотнее соглашаться кредитовать «длинные» инновационные проекты при условии более предсказуемой внешней среды.

Стоит рассмотреть и снижение налоговой нагрузки на фонд оплаты труда. Текущая ситуация характеризуется тем, что оплачивать налоги со всего ФОТ для большинства предприятий не представляется возможным по экономическим причинам,

не говоря уже об индексации заработных плат. Это привело к широкому распространению схем обналичивания денежных средств и выплаты зарплаты подобным образом, в обход официального перечисления в банке. Уровень снижения данных налогов требует отдельного расчета.

Особенно важно рассмотреть механизм закрепления ряда действующих законодательных правил на момент старта инвестиционного проекта (пожарные нормы и правила, санитарные требования и пр.). Это создаст дополнительную уверенность в стабильности законодательной базы, предсказуемость системы норм и правил.

Считаем разумным рассмотреть введение практики выдачи микрозаймов с регулируемым процентом и института безусловного дохода для лиц, занимающихся приоритетными инновационными проектами. Данный вопрос охватывает инновации, не требующие серьезных капитальных вложений, однако способных повлиять на экономическое и инновационное развитие региона. Мало внимания уделяется «обыденным» инновациям, приносящим пользу в бытовой жизни. Такие идеи зачастую возникают на уровне индивида.

В качестве примеров можно привести следующие идеи — новые способы строительства экономичных домов (малоэтажные дома), производство новых эффективных строительных материалов (резиновая плитка), малые формы механизации (сельское хозяйство, коммунальные службы и пр.). В совокупности данный «индивидуальный» сектор инноваций обладает огромным потенциалом. Однако многих останавливает в реализации инвестиционных планов возможность остаться без работы и средств существования. Хорошим решением, на наш взгляд, является обеспечение безусловного основного дохода (БОД) таких лиц сроком не более 1 года.

Подразумевается, что физическое лицо, занимающееся инновационным проектом будет получать определенный фиксированный денежный доход, который позволит ему обеспечивать наиболее важные жизненные функции. Данная модель находит множество своих сторонников и противников, ряд государств объявили начало экспериментов в области БОД. Однако уже есть практические примеры успешного внедрения подобного подхода. Так, к примеру, БОД уже несколько лет применяется в одном из самых известных бизнес-инкубаторов в мире Y СотЫпа^ог ^С) (США). Наиболее известные проекты данной компании — Reddit, А№пЬ, Dropbox и др., капитализация которых уже составляет миллиарды долларов США. По-мнению Сэма Альтмана, руководителя бизнес-инкубатора Y СотЫпа^г, даже и 10% инноваторов, которые принесут пользу благодаря системе БОД, с лихвой окупят не только ее затраты, но и привнесут инвестиции в десятки раз больше потраченного [11].

Требует развития институт предоставления государственных гарантий по кредитам, предоставляемым на реализацию инновационных проектов. Зачастую начинающие предприниматели не имеют достаточного залогового обеспечения, либо это обеспечение является их единственным имуществом, что является еще одним фактором, сравнимым с БОД. Предоставление данных гарантий необходимо сделать бесплатным для предпринимателя.

Конечно, особенно острой проблемой является вопрос снижения кредитных ставок в банковской системе России применительно к инновационным проектам. Фактически эффективные механизмы финансирования инноваций крайне ограничены. Кредитные организации не могут выполнять роль «посевных» инвесторов при условии отсутствия гарантии возврата собственных инвестиций. С учетом этой особенности, финансирование на развитие инновационного проекта практически невозможно получить. Частично смягчают данную ситуацию некоторые крупные инновационные институты финансирования (Сколково, фонд «РВК» и пр.), однако очевидно, что доступ к данным проектам имеют только крупнейшие компании, которым по силам реализация проектов и без посторонней помощи. В совокупности с развитием института банковских гарантий, механизма компенсации банкам процентной ставки, возможно изменить ситуацию в лучшую сторону.

Таким образом, мы описали второй уровень институциональных преобразований необходимых для реализации возможностей инновационной экономики. Преодолев данный этап, мы должны решить еще одну важную проблему, а именно — внедрить механизм регулирования производственных цепочек внутри страны. Основания данной проблемы описаны выше. Мы предлагаем вести данную работу на уровне федеральных и региональных министерств экономического и/или регионального развития. В настоящий момент такая системная работа не ведется, что является причиной возникающих дисбалансов в экономике.

Организация работы заключается в сборе данных от предприятий-потребителей экономических ресурсов и сопоставлении с реальными объемами производства/наличия данного ресурса в стране. В случае если ресурс является дефицитным, то он должен потребляться в полном объеме внутри страны. Для этого вводятся заградительные пошлины на экспорт дефицитного ресурса и одновременно открывается рынок для импорта недостающих объемов. Одновременно с этим министерства готовят предложения по локации новых производств в целях

ликвидации дефицита и при условии реальной возможности увеличения объемов производства.

Если же ресурс представлен в избытке, то готовится прогноз его потребления и в зависимости от этого принимается решение об экспортной квоте без ущерба для национальной экономики. Данные меры позволят обеспечить максимальный уровень переделов производства внутри страны и предоставят больше возможностей для реализации инновационных проектов.

Только после системной организации работы на уровнях 1, 2, 3, описанных выше, возможен переход на следующий — 4 уровень возникновения инноваций, на котором требуется совершенствование инновационной структуры. Данный вопрос является предметом отдельного исследования.

Учитывая вышесказанное, невозможен запуск «котла» инно-ватизации без совершенствования институциональной структуры страны. Предложенные нами меры позволят, на наш взгляд, решить проблемы перехода к инновационной экономике, определить приоритеты реализации необходимых программных мер на государственном уровне.

Литература

1. Нефтяная отрасль России: итоги 2016 г. и перспективы 2017-2018 гг.

2. Максим Орешкин: Повышение производительности труда — одна из ключевых тем в разрабатываемом плане ускорения экономического роста до 2025 года // Сайт Министерства экономического развития РФ. 22.03.2017. [Электронный ресурс]. URL: http://economy.gov.ru/minec/press/news/2017220301

3. Григорьева И. Правительству предложили альтернативные источники роста // Газета «Известия». 12.07.2017. [Электронный ресурс]. URL: https://iz.ru/617992/inna-grigoreva/pravitelstvu-predstavili-alternativnye-istochniki-rosta

4. Кожевников С.А. Вертикальная интеграция производства как ключевое условие модернизации экономики России // Современные научные исследования и инновации. — 2016. — №7. [Электронный ресурс]. URL: http://web.snauka.ru/issues/2016/07/70087 (дата обращения: 17.07.2017).

5. Гориловский М.И. Презентация «Рынок ТМПЭ в РУБК. Вчера. Сегодня. Завтра...» // Группа Полипластик. 2014. [Электронный ресурс]. URL: http://www.polyplastic.ru/sites/default/files/presentations/presentation_polyetilen_2014_gorilovskiy.pdf (дата обращения: 18.07.2017).

6. Доклад о человеческом развитии 2016 // Программа развития Организации Объединенных Наций. 2016. [Электронный ресурс]. URL: http://hdr.undp.org/sites/default/files/hdr_2016_report_russian_web.pdf

7. Клячко Т.Л. Образование в России: основные проблемы и возможные решения // Издательский дом «Дело» РАНХиГС. 2013. [Электронный ресурс]. URL: http://ecpol.ru/media/files/Klyashko_prez2013.pdf

8. Среднесрочная программа социально-экономического развития России до 2025 года // Институт экономики роста им. П.А. Столыпина [Электронный ресурс]. URL: http://институтроста.рф/upload/iblock/b8d/11.-nalogovaya-reforma.pdf

9. Индекс Банки.ру: средняя ставка по кредитам для бизнеса осталась без изменений. 31.01.2017. [Электронный ресурс]. URL: http://www.banki.ru/news/lenta/?id=9512463

10. Трунин И. Нужна ли отмена НДС в России? 04.05.2009. [Электронный ресурс]. URL: http://institutiones.com/general/1086-nuzhna-li-otmena-nds-v-rossii.html

11. Гордеев А. Пророк из инкубатора: как в Кремниевой долине назревает новая катастрофа // Газета «РБК». 27.02.2017. [Электронный ресурс]. URL: http://www.rbc.ru/own_business/27/02/2017/58b3da329a7947c028c16e4e

12. Посталюк М.П., Посталюк Т.М. Диверсификация институтов в процессе традиционно-инновационного развития национальных экономических систем // Проблемы современной экономики. — 2009. — № 2. — С. 57.

13. Postaliuk M., Postaliuk T., Vagizova V. Implementation forms of institutional support for traditional and innovative development of national economic systems // Investment Management and Financial Innovations. — 2013. — Т.10. — № 4. — С. 88-94.