Ранние клинические признаки формирующегося детского церебрального паралича и их прогностическое значение

ТОМ III ВЫПУСК 4 2008

РАННИЕ КЛИНИЧЕСКИЕ ПРИЗНАКИ ФОРМИРУЮЩЕГОСЯ ДЕТСКОГО ЦЕРЕБРАЛЬНОГО ПАРАЛИЧА И ИХ ПРОГНОСТИЧЕСКОЕ ЗНАЧЕНИЕ

Н.С. Созаева

EARLY CLINICAL FEATURES OF CEREBRAL PALSY DEVELOPMENT AND THEIR PROGNOSTIC VALUE

N.S. Sozaeva

Кафедра неврологии и нейрохирургии педиатрического факультета ГОУВПО РГМУРосздрава, г. Москва

В большинстве случаев неврологические нарушения у детей раннего возраста обусловлены последствиями перинатальной патологии. Тяжелым последствием поражениямозга в перинатальном периоде являются нарушения развития двигательных функций, из которых наиболее тяжелым нарушением считается детский церебральный паралич (ДТТП). Формирование ДЦП — конечный результат перенесенной родовой травмы или гипоксии; причины развития ДЦП очень многочисленны. Своевременное выявление состояний, угрожаемых по развитию ДЦП, а также выявление в раннем возрасте признаков двигательных нарушений, с учетом эволюции симптомов на разных возрастных этапах, позволяет назначить адекватное лечение в максимально ранние сроки. Особое внимание следует уделять детям, родившимся с массой тела менее 1500 г, длительно находившимся на ИВЛ, при выявлении перивентрикулярной лейкомаляции и грубых неврологических нарушений с самого рождения. Ранняя диагностика и лечение способствуют компенсации нарушенных функций и предупреждают тяжелое поражение нервной системы.

Ключевые слова: детский церебральный паралич, двигательные нарушения, мышечный тонус, рефлексы, позотоническиереакции, гипоксия, парез.

In most cases, neurological disorders in young children are caused by after-effects of perinatal pathology. A severe consequence of perinatal cerebral damage is motor function disorders. The severest motorfunction disorder is cerebral palsy. Cerebral palsy results from a birth injury or hypoxia; there are various causes of cerebral palsy development. An early identification of impending cerebral palsy development and detection of motor disorder symptoms in young children, with consideration of the symptoms evolution at various life stages, make it possible to select adequate treatment as early as possible. Special attention should be given to newborns, whose weight is less than 1500g and those who stayed under А1Уfor long, in cases ofperiventricular leukomalacia or symptoms of severe neurological disorders from birth. Early detection and treatment ensure compensation of disordered functions and prevent development of severe nervous system diseases.

Key words: cerebral palsy, motor deficit, muscle tone, reflexes, postural reactions, hypoxia, paresis.

Современные представления о формировании плода в онтогенезе дают основания считать, что поражение нервной системы у детей раннего возраста обусловлено воздействием неблагоприятных факторов в период беременности и интранатальной патологией. Различные проявления дизэмбриогенеза нередко становятся причиной нарушения адаптационных механизмов плода к моменту рожде-

ния, что выражается в повышенной чувствительности к гипоксии, в нарушении физиологического течения родового акта и создает благоприятные условия для возникновения асфиксии и внутричерепной родовой травмы. В связи с этим, наиболее актуальной проблемой перинатальной неврологии является гипоксическое поражение плода и новорожденного, обусловленное хронической внутриутробной

©Н.С. Созаева, 2008.

Ранние кпинические признаки формирующегося детского церебрального

парапича и их прогностическое значение. Рус. жур. дет. невр.: т. III, вып. 4, 2008.

гипоксией плода и острой асфиксией в родах. Хроническая внутриутробная гипоксия приводит к разнообразным последствиям поражения головного мозга у детей: от незначительных изменений, которые не проявляются клинической симптоматикой, до грубых аномалий развития ЦНС, приводящих к тяжелым неврологическим исходам, а также к функциональным расстройствам, нарушающим нормальное развитие ребенка [2, 5, 7,16, 20, 27].

Внутриутробная гипоксия замедляет и нарушает созревание нервной системы плода и новорожденного. Существенную роль играет морфологическая и функциональная незрелость нервной системы у детей, перенесших внутриутробную гипоксию, которая служит универсальным патогенетическим механизмом при воздействии на плод многих неблагоприятных факторов (токсикоз, нефропатия, инфекции). Гипоксия вызывает нарушение ферментативных систем и воздействует на все виды обмена, приводит к серьезным повреждениям и задержке миелинизации, протекающей особенно интенсивно в раннем постнатальном периоде. Процесс миелинизации, охватывающий различные функциональные системы, создает анатомическую основу формирования двигательных функций [2, 7, 27].

Основные неврологические нарушения у детей раннего возраста обусловлены последствиями перинатальной патологии, занимающей первое место среди всей церебральной патологии (60—80%). В структуре детской инвалидности заболевания нервной системы занимают первое место, составляя около 32,5% [5, 7, 8, 26, 27].

Тяжелым последствием поражения мозга в перинатальном периоде являются нарушения развития двигательных функций. Формирование детского церебрального паралича (ДЦП) — конечный результат перенесенной родовой травмы или гипоксии, причем последняя играет большую роль в патогенезе повреждения мозга ребенка. Симптоматика повреждения нервной системы у новорожденных и детей первых месяцев жизни своеобразна, имеет ряд общих симптомов при различной локализации патологического процесса, протекающего на фоне морфологической и функциональной незрелости мозга ребенка [1, 2,7,9,14,22,27].

ОБЗОРЫ

Исключительно важную роль играют методы определения степени зрелости нервной системы и потенциальных возможностей восстановления нарушенных функций. В большинстве случаев, трудно установить, в какой мере и на каком фоне развиваются и реализуются те проявления, которые кажутся на первый взгляд ведущими [1,7,27].

Ранняя диагностика и лечение способствуют компенсации нарушенных функций и предупреждают развитие тяжелого поражения нервной системы [7, 27].

Становление моторики ребенка связано с длительным анатомическим созреванием нервной системы и развитием опорно-двигательного аппарата. Формированию двигательных функций в раннем постнатальном онтогенезе предшествует способность ребенка принимать определенную позу на основе развития выпрямительных тонических рефлексов, реакций поворота и равновесия. Переходом от синкинезий к синер-гиям, развитием зрительно-моторной координации обозначается начало этапа целенаправленных действий. Другой стороной этого процесса служит функциональное усовершенствование двигательной регуляции. Развитие движений определяется сложной функциональной системой и формируется на разных уровнях и при участии различных афферентных систем; эта функциональная система имеет топологическое строение, при котором постоянными остаются начальное и конечное звено системы (задачи и эффект), а промежуточные звенья могут быть различными [3,5, 7, 27].

В осуществлении произвольных движений формирующая роль отводится двигательной зоне коры, причем она не ограничивается прецентральной областью [5, 6, 7, 27].

Нарушение мышечного тонуса у новорожденных проявляется в виде спастичности или ригидности и гипотонии. Спастич-ность может возникать в результате нарушения взаимосвязи активирующих и подавляющих влияний ретикулярной формации, сдвиг в сторону облегчения приводит к повышению мышечного тонуса. Перенесенная при рождении тяжелая асфиксия приводит к подавлению активности мозговых структур. У детей с нарушением двигательного развития мышечный тонус значи-

ТОМ III ВЫПУСК 4 2008

тельно изменяется в зависимости от посту-ральной установки [7, 8].

В литературе освещены различные варианты изменения мышечного тонуса при сформировавшихся двигательных нарушениях и различной локализации патологического процесса. Однако недостаточно охарактеризованы отдельные патологические изменения позы и мышечного тонуса у детей в первые месяцы жизни, предшествующие развивающимся позже моторным дефектам. Кроме того, отсутствуют четкие прогностические и оценочные критерии двигательных нарушений у детей первого года жизни, перенесших гипоксию и ишемию при рождении.

Двигательные нарушения у детей раннего возраста имеют существенные отличия от таковых у взрослых и характеризуются обширностью эффектов, сочетающихся с задержкой общего развития. Нарушение элементарных процессов на раннем этапе онтогенеза приводит, преимущественно, к выпадению тех функциональных систем, которые надстраиваются на их основе, а в стадии сложившихся функциональных отношений при той же локализации очага, преимущественно, страдает низший, регулируемый центр [3, 7, 27].

Наиболее тяжелым нарушением двигательных функций является детский церебральный паралич. ДЦП — это группа полиэтиологических симптомокомпле-ксов, которые возникают в результате недоразвития или повреждения головного мозга в пренатальном, интранатальном или раннем постнатальном периоде.

Детский церебральный паралич относится к непрогрессирующим резидуаль-ным состояниям. По данным катамнестиче-ского наблюдения, нарушения двигательного развития могут сочетаться с такими неврологическими последствиями поражения ЦНС, как эпилепсия, умственная отсталость, когнитивные расстройства, страбизм, микроцефалия, нарушения зрения, гиперкинезы [1, 5, 7].

Причины формирования ДЦП очень многочисленны. К ним относятся: внутриутробная гипоксия, дизнейроонтогенез, последствия гипоксически-ишемического поражения (мультикистозная энцефалома-ляция, перивентрикулярная лейкомаляция, парасагиттальный церебральный некроз,

улегирия, внутричерепные кровоизлияния, патология базальных ганглиев) [5,7].

Для ранней диагностики неврологических нарушений у новорожденных чрезвычайно важно установить не только характер и топику процесса, но и определить фон, на котором эти нарушения возникли. Известно, что нарушения мозгового кровообращения протекают значительно тяжелее и заканчиваются стойким выпадением различных функций у детей с признаками нарушения эмбриогенеза. У детей с внутричерепной родовой травмой, по сравнению со здоровыми новорожденными, отмечается более высокая частота малых аномалий развития, свидетельствующих о неблагоприятном течении внутриутробного периода [2, 7,13, 27].

В анамнезе детей, страдающих детским церебральным параличом, отмечается патологическое течение беременности у матерей: ранний и поздний токсикоз, нефропатия, артериальная гипертония, угроза прерывания беременности. Часто беременность проходит на фоне хронических заболеваний почек, сердечно-сосудистой системы, печени, острых инфекционных заболеваний. Все эти факторы, воздействуя на мозг плода непосредственно или вызывая нарушение плацентарного кровообращения, приводят к задержке или изменению внутриутробного развития, что проявляется в виде грубых морфологических изменений в мозговой ткани. Но чаще эти изменения не столь ярко выражены и проявляются в виде задержки дифференциации нейробластов, элементов глии, сосудистой системы [7, 8, 27].

Характерными структурными изменениями при перинатальном гипоксически-ишемическом поражении ЦНС, приводящими к формированию ДЦП, являются перивентрикулярная лейкомаляция (ПВЛ) и внутрижелудочковые кровоизлияния (ВЖК) [7, 10, 12, 14, 17, 18, 22, 25].

Перивентрикулярная лейкомаляция

Перивентрикулярная область служит ростовой зоной мозга, его матрицей; здесь из нескольких десятков клеток формируется вся масса будущих нейронов. Находясь на границе мозга и цереброспинальной жидкости, перивентрикулярная область выполняет иммунные барьерные

функции (гематоэнцефалический и ликво-роэнцефалический барьеры) [4,7,18,20,24, 27]. Перивентрикулярная лейкомаляция (ПВЛ) морфологически представляет собой локальный или распространенный коагуляционный некроз белого вещества, преимущественно, в области верхненаружных отделов боковых желудочков, с вовлечением зрительных путей к затылочной доле и повреждением слуховых волокон.

Лейкомаляционные кисты могут иметь субкортикальное, перивентрикулярное, смешанное расположение, в зависимости от повреждения церебральных структур. Различают мелкие и крупные «псевдокисты», единичные и множественные. Диаметр, число и локализация лейкомаляцион-ных кист служат важными прогностическими критериями [4, 8, 12,18, 24, 25, 26, 27].

При долгосрочном наблюдении детей, перенесших ПВЛ, выявляются двигательные нарушения по спастическому типу (как одна из форм ДЦП), поражение органа зрения (в виде атрофии дисков зрительных нервов), различные симптоматические формы эпилепсии, различные когнитивные нарушения, в том числе, умственная отсталость [7,11,18, 19, 25].

Внутрижелудочковые кровоизлияния

Внутрижелудочковые кровоизлияния (ВЖК) возникают, главным образом, у недоношенных детей, диагностируются у 45 % новорожденных с массой тела при рождении менее 1500 г, и встречаются в 80% случаев, если масса тела при рождении составляет менее 1000 г.

Внутричерепные кровоизлияния гипо-ксического генеза делят на:

— ВЖК 1 степени (субэпендимальное);

— ВЖК 2 степени (субэпендимальное + интравентрикулярное);

— ВЖК 3 степени (субэпендимальное + интравентрикулярное + перивентрикулярное);

— перивентрикулярно-паренхиматоз-ное;

— кровоизлияние в вещество головного мозга [15, 27].

Патогенез поражения центральной нервной системы у плода и новорожденного

ОБЗОРЫ

очень сложен. Универсальным фактором, действующим на развитие нервной системы плода при различных патологических состояниях у матери, служит внутриутробная гипоксия. Различные факторы, нарушающие развитие плода на разных этапах онтогенеза, приводят к нарушению созревания структурных элементов мозга и к нарушению миелинизации функциональных систем. Нарушение процессов созревания нервной системы приводит к задержке развития ребенка [1, 2, 8, 20, 27].

Классификация нарушений моторики по топическому принципу в детском возрасте чрезвычайно затруднена, так как в большинстве случаев патоморфологическое поражение имеет диффузный характер [5, 7, 11, 19,23].

В настоящее время выделяются следующие формы детского церебрального паралича [5,7, 11,23]:

— спастическая диплегия;

— спастическая гемиплегия;

— двойная гемиплегия;

— атонически-астатическая форма;

— гиперкинетическая форма.

У ребенка с формирующимся ДЦП на первый план выступают усиленные тонические лабиринтные рефлексы, приводящие к развитию рефлекезапрещающих позиций, при которых сохраняется «эмбриональная» поза, задерживается развитие раз-гибательных движений, цепных симметричных и установочных рефлексов [7, 11, 19,23].

В раннем восстановительном периоде у детей, перенесших перинатальное поражение ЦНС, выявляются нарушения мышечного тонуса (гипо- или гипертонус, дисто-ния), безусловные рефлексы с длительным латентным периодом, быстро истощаемые, повышенная возбудимость, немотивированный крик, гипертонус в приводящих мышцах бедер и длинных мышцах спины, тремор рук и подбородка, судороги. Характерно отсутствие автоматической походки, ползания, защитного рефлекса, поздняя фиксация взора. Через 2—3 нед у таких детей уменьшаются общемозговые явления, и на первый план выступает снижение спонтанной двигательной активности, нарастание мышечного тонуса, снижение или повышение сухожильных рефлексов. К

ТОМ III ВЫПУСК 4 2008

концу первого месяца формируется синдром мышечной дистонии двух типов: с преобладанием тонуса во флексорных мышцах рук и ног или с преобладанием гипертонуса в разгибателях. Реже наблюдается тенденция к гипотонии. В 1,5 мес гипертонус снижается, однако активируются лабиринтные и шейные рефлексы, более выражен по сравнению с нормой АШТР. К 2—3 мес появляется контроль головы, становится возможным координированный поворот головы и глаз, ослабевает хватательный рефлекс Бабкина. Гипертонус мышц верхних конечностей сменяется гипотонией. Появляется цепной симметричный рефлекс, благодаря которому ребенок, положенный на живот, приподнимает плечевой пояс. Психическое развитие несколько задержано, эмоциональные реакции слабые, нет интереса к игрушкам, улыбка нестойкая, гуление отсутствует [1, 5, 7,19,23].

Ранними признаками формирующихся двигательных нарушений служат мышечная дистония с увеличением тонуса в разгибателях и приводящих мышцах бедер, слабость разгибателей или сгибателей головы, задержка редукции позотонических рефлексов. Отмечается задержка произвольных движений и формирования двигательных навыков, спонтанный рефлекс Моро и АШТР, усиление рефлекса Бабкина, фле-ксорная гипертония пальцев рук. К 6 мес выявляются умеренные неврологические нарушения в виде мышечной дистонии, общей задержки развития двигательных навыков и замедленной редукции позотонических рефлексов. При благоприятном исходе к 8—10 мес двигательное развитие соответствует возрастным нормативам, наступает полная компенсация с сохранением «мягкой неврологической микросимптоматики». В данном случае патологическую постуральную активность можно расценить как переходную фазу перед полным восстановлением функций. Но именно в этом периоде наиболее трудно установить грань между нормой и патологией [5, 7,19, 23].

Очень важно выявлять у детей состояния, угрожаемые по развитию ДЦП. К неблагоприятным признакам в раннем неона-тальном периоде относятся [7, 23]:

— крайне тяжелое состояние при рождении (оценка по шкале Апгар не выше 3—4 баллов);

— вес при рождении менее 1500 г;

— ИВЛ длительностью более 48 ч;

— выраженные изменения мышечного тонуса, угнетение безусловных рефлексов;

— грубая неврологическая симптоматика с признаками поражения ствола головного мозга (плавающие движения глазных яблок, стойкий паралич взора, нистагм, симптом Грефе);

— признаки псевдобульбарного паралича (поперхивание, вытекание молока изо рта и носа);

— судороги, тремор, вздрагивания;

— напряжение большого родничка, расхождение швов [1, 5, 7, 19, 27].

Патологическое повышение мышечного тонуса приводит к изменению позы и объема пассивных и активных движений, о чем свидетельствуют следующие признаки:

— в позе горизонтального подвешивания лицом вниз резко согнуты руки и ноги;

— при тракции за руки отсутствует фаза разгибания;

— спонтанные движения ограничены;

— флексорная поза сохраняется при всех манипуляциях;

— генерализованная мышечная гипертония в экстензорах (поза опистотонуса — голова запрокинута, руки и ноги разогнуты во всех суставах) [5,7].

Мышечная гипотония характеризуется следующими проявлениями:

— конечности разогнуты во всех суставах, бедра отведены и ротированы кнаружи, живот распластан (поза лягушки);

— снижено сопротивление пассивным движениям [5, 7].

При мышечной дистонии происходит резкое попеременное изменение тонуса в сгибателях и разгибателях.

Этапы эволюции симптомов и развития ДЦП

Ребенок в возрасте 1—3 мес. Тяжелые формы ДЦП могут быть диагностированы уже на 1—2 мес жизни. На них приходится не более 10—12% всех случаев данной патологии. Ребенок малоэмоцио-

нален, снижена спонтанная двигательная активность, голова запрокинута, руки разогнуты, ноги приведены к средней линии, и часто их трудно развести.

На первом месяце характерно развитие грубой патологической постуральной активности в сочетании с резким снижением или отсутствием нормальных безусловных рефлексов. Мышечная гипотония сменяется стойкой гипертонией, мышечной дистонией. Преобладают диэнцефаль-ные расстройства: термолабильность, изменение цвета кожных покровов, плохая прибавка массы тела, срыгивания, рвота. В некоторых случаях острый период затягивается до 2—3 месяцев.

Нарушение двигательного развития проявляется патологией мышечного тонуса (гипертония — гипотония — дистония), усилением тонических рефлексов (патологическая постуральная активность), задержкой выпрямительных рефлексов туловища, ограничением и неполноценностью произвольных движений [5, 7, 19, 23, 27].

Ребенок в возрасте 3—6 мес. Отсутствие контроля головы, стойкая гипертония мышц, ярко выраженная редукция всех безусловных рефлексов, руко-оральные синкинезии. Дети малоактивны, лицо гипо-мимично, реакция на внешние раздражители снижена. У них не формируется сложный комплекс ориентировочно-познава-тельных реакций, которые лежат в основе развития психических функций. Вследствие нарушения функций головного мозга страдают двигательная и вегетативная системы. Дети отстают в физическом развитии, у них нередко диагностируется рахит, анемия, дисфункция ЖКТ. Часто отмечаются судороги [5, 7, 23].

Нарушения двигательного развития проявляются в виде:

— патологии тонуса;

— патологической постуральной активности;

— синкинезий (оральных синкинезий);

—задержки формирования цепных симметричных рефлексов, произвольных движений рук [5,7].

Влияние позотонических рефлексов при гипертонусе определяется следующим образом:

ОБЗОРЫ

— в положение на спине — проба на трак-цию;

— проба на разгибание головы и шеи (в норме разгибание возможно);

— проба на асимметричный шейно-тони-ческий рефлекс: в положении на спине у ребенка возникает поза фехтовальщика;

— проба на флексорную спастичность (сопротивление пассивным движениям);

— проба на экстензорную спастичность ног (сгибание ног к животу);

— проба на спазм приводящих мышц бедра;

— в положении наживоте проба на защитный поворот ГОЛОВЫ;

— проба на флексорную спастичность рук;

— проба на защитную экстензию рук (рефлекс парашюта);

— проба на экстензорную спастичность ног (перекрест голеней);

— синкинезии [5, 7,19, 23, 27].

При мышечной гипотонии отмечаются:

— симптом Черни (западение эпига-стральной области на вдохе);

— «поза лягушки»;

— уменьшение количества и качества произвольных движений.

К 5 мес вырисовывается клиническая картина ДЦП, сочетающегося с грубой задержкой психического развития. Улучшение общего состояния наблюдается к 5—6 месяцу. Появляются умеренный прогресс в психическом развитии, гуление, попытки тянуться к игрушкам. Увеличивается объем движений в нижних конечностях [5,7,19,23, 27].

Ребенок в возрасте 6—9 мес. К вышеописанным нарушениям присоединяются патологические движения, стереотипии, яктация [5, 7,23].

Ребенок в возрасте 9—12 мес. В большинстве случаев к году формируется клиническая картина ДЦП. Ее характеризуют следующие признаки:

— резкое изменение тонуса мышц;

— наличие патологических поз и установок;

ТОМ III ВЫПУСК 4 2008

— невозможность совершать целенаправленные действия;

— отставание в психическом и дорече-вом развитии;

— псевдобульбарный синдром;

— различные пароксизмальные состояния (судороги, дистонические атаки, аффективно-респираторные приступы, гипертермические кризы и др.) [1, 5, 7, 19].

Приведенный обзор показывает, что эволюция различных симптомов развития детского церебрального паралича происходит на определенных возрастных этапах.

Детским неврологам и педиатрам необходимо точно знать, в каком возрасте могут

появиться те или иные признаки состояния, угрожаемого по развитию ДЦП, чтобы максимально рано диагностировать двигательные нарушения и начинать лечение в ранние сроки. Особое внимание следует уделять детям, родившимся с массой тела менее 1500 г, длительно находившимся на ИВЛ, при выявлении перивентрикулярной лейкомаляции и грубых неврологических нарушений с самого рождения. Ранняя диагностика и лечение способствует компенсации нарушенных функций и предупреждают развитие тяжелого поражения нервной системы.

Библиография

1. Бадалян Л.О. Детская неврология. — М.: МЕДпресс-информ. — 2001. — 607 с.

2. Барашнев Ю.И. Перинатальная неврология. — М.: Триада-Х. — 2005- — 640 с.

3- Бархатова В.П., Завалишин И.А. Нейротрансмиттерная организация двигательных систем головного и спинного мозга в норме и патологии //Журн неврол и психиат. — 2004- — №8.

4- Гомазков О.А. Нейрохимия ишемических и возрастных патологий мозга. — М., 2003- — 200 с.

5- Журба Л.Т., Мастюкова Е.М. Нарушение психомоторного развития у детей первого года жизни. — М.¡Медицина, 1981. — 272 с.

6. Куренков А.Л. Роль сегментарных нарушений в формировании двигательных расстройств у больных детским церебральным параличом //Журн неврол и психиат. — 2004- — №2.

7. Петрухин А.С. Неврология детского возраста. — М.¡Медицина, 2004- — 784 с.

8. Рогаткин С.О. Клинико-нейросонографические и иммунохимические критерии диагностики и прогноза перинатальных поражений ЦНС у новорожденных детей различного гестационного возраста // Дис ... канд. мед. наук. — М., 1993-

9- Allian М., Rooney М., Griffiths Т., Cuddy М., Wyatt J., Rifkin L., Murray R. Neurological abnormalities in young adults born preterm //J Neurol Neurosurg Psychiatry — 2006. — V. 77(4). — P. 495—9-

10. Antoniok S., de-Silva R.V. Periventricular and intraventricular hemorrhage in the premature infants // Rev neurol. — 2000. — V. 31(3). — P. 238—43-

11. Anwar S., Chowdhury J., Khatun M., Mollah A.H., Begum H.A,. Rahman Z., Nahar N. Clinical profile and predisposing factors of cerebral palsy // Mymensingh Med J. — 2006. — V. 15(2). — P. 142—5-

12. Begum H.A., Rahman A., Anowar S., Mortuza A., Nahar N. Long term outcome of birth asphyxiated infants // Mymensingh Med J. — 2006. — V. 15(1). — P. 61—5-

13- Caram L.H., Funayama C.A., Spina C.I., Giuliani Lde R., de Pina Neto. Investigation of neurodevelopment delay etiology: resources and challenges // Arq Neuropsiquiatr. — 2006. — V. 64(2B). — P. 466—72.

14. Carteaux P., Cohen H., Check J., Gorge J., McKinley P., Lewis W., Hegwood P., Whitfiekd J.M., McLendon D., Okuno-Jones S., Klein S., Moehring J., McConnell C. Evaluation and development of potentially better practices for the prevention of brain hemorrhage and ischemic brain injury in very low birth weight infants // Pediatrics. — 2003- — V. 111(4 Pt 2). — P. 489—96.

15- Castillo J., Davalos A., Alvares-Sabin J., Pumar J.M., Leira R, Silva Y., et al. Molecular signatures of brain injury after intracranial hemorrhage // Neurology — 2002. — V. 58(4). — P. 624—629-

16. Cerovac-Cosi N., Todorovi S., Jovi N., Prostran M. Clinical course and prognosis in hypoxic-ischemic encephalopathy // Vojnosanit Pregl. — 2003- — V- 60(3). — P. 291—7.

17. Chamnanvanakiy S., Margraf L.R., Burns D., Perlman J.M. Apoptosis and white matter injury in preterm infants // Pediatr.Dev.Pathol. — 2002. — V. 5(2). — P. 184—9-

РУССКИЙ ЖУРНАЛ ДЕТСКОЙ НЕВРОЛОГИИ

ОБЗОРЫ

18. Fukui К., Morioka Т., Kawamura Т., Hirokawa Е., Nishio S., Mihara F., Nakanami N., Yamamoto J. Fetal germinal matrix and intraventricular hemorrhage associated with periventricular leukomalacia // No.To.Shinkei. — 2002. — V. 54(7). — P. 609—614.

19- Hurst D.L., Lajara-Nanson W.A., Lance-Fish M.E. Walking with modafinil and its use in diplegic cerebral palsy: retrospective review //J Child Neurol. — 2006. — V. 21(4). — P. 294—7.

20. Johnston M.V., Trescher W.H., Ishida A., Nakajima W. Neurobiology of Hypoxic-Ischemic Injury in the developing brain // Pediatric Research. — 2001. — V. 49- — P. 735—741.

21. Kinney H.C. The near-term (late preterm) human brain and risk for periventricular leukomalacia: a review // Semin Perinatol. — 2006. — V. 30(2). — P. 81—8.

22. binder N., Haskin O., Levit O., Klinger G., Prince Т., Naor N., Turner P., Kazmazyn В., Sirota L. Risk factors for intraventricular hemorrhage in very low birth weight premature infants: a retrospective case-control study // Pediatrics. — 2003- — V. 111(5 Pt 1). — P. 590—5.

23- Morris C. Definition and classification of cerebral palsy: a historical perspective // Dev Med Child Neurol Suppl. — 2007. —V. 109- — P. 3—7.

24- Nagidyman N., Komen W., Ко H., et al. Early biochemical indicators of hypoxic-ischemic encephalopathy after birth asphyxia // Pediatr. Res. — 2001. — V. 49- — P. 502—506.

25- Perlman J.M. Summary proceedings from the neurology group on hypoxic-ischemic encephalopathy // Pediatrics. — 2006. — V. 117(3 Pt 2). — P. 28—33-

26. Tonse N.K., Raju M.D. Hypoxic-ischemic encephalopathy last update // Medicine, instant access to the minds of medicine. — 2003, December 16.

27. VolpeJ.J. Neurology of Newborn. — Philadelphia, PA: Saunders, 2001. — 912 p.