Пространственные ограничения политики ценовой стабильности в российской Федерации

Примечания

1 Пригожин А. И. Современная социология организаций. М. : Наука, 1998. С. 24.

2 Белкин В. Н., Белкина Н. А., Антонова О. А., Виноградова В. Ю. Социальный капитал организации // Челябинский гуманитарий. 2009. № 3. С. 34-40.

3 Смирнов Б. В., Ткаченко А. В. Методологические основы классификации человеческого капитала. URL: www.dvags.ru.

4 Розентул Е. А. Инвестиционная стратегия развития интеллектуального капитала коммерческой организации : дис. канд. экон. наук : 08.00.05 / Розентул Елена Александровна ; Российская академия государственной службы при Президенте РФ, эконом. факультет. М., 2008.

5 Walton Sam. Made in America : My story. New York : Doubleday, 1992. P. 127-128.

6 Белкин В. Н., Белкина Н. А. Экономическая теория труда. М. : Экономика, 2007. С. 156.

И. В. Данилова, А. В. Резепин

ПРОСТРАНСТВЕННЫЕ ОГРАНИЧЕНИЯ ПОЛИТИКИ ЦЕНОВОЙ СТАБИЛЬНОСТИ В РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ*

* Работа выполнена при финансовой поддержке Международного научного фонда экономических исследований академика Н. П. Федоренко. Проект № 2009-110.

Статья посвящена оценке пространственных ограничений политики ценовой стабильности в России. В целях выработки общих управленческих подходов повышения результативности антиинфляционной политики авторами предложена классификация субъектов РФ по критерию «восприимчивости» к действиям центральных органов власти в рамках инфляционного таргетирования.

Ключевые слова: антиинфляционная политика, инфляционное таргетирование, пространственные ограничения.

Курс Банка России по формированию ценовой стабильности как условия модернизации экономики предполагает разработку национальной модели антиинфляционной политики. В условиях высокой ресурсной, производственной, инфраструктурной, социальной асимметрии экономического пространства России, результативность управления инфляционными процессами зависит от реакции и «работоспособности» региональных экономических каналов, обеспечивающих преобразование целевых параметров, обусловленных действиями центрального банка, в изменение хозяйственной активности территориальных субъектов, которая либо генерирует, либо блокирует инфляционные процессы. Именно пространственный механизм реализации экономической политики в федеративных государствах способен создавать «узкие» места, деформировать «проводимость» принимаемых центральным банком решений и, следовательно, снизить эффективность антиинфляционного регулирования.

В таком контексте в экономической политике целесообразно разграничить национальный (стратегический и тактический) и региональный (операционный) компоненты. Политика Правительства России по снижению уровня инфляции зависит от пространственных факторов управляемости инфляционных процессов; устойчивости региональных механизмов передачи ценовых импульсов денежно-кредитной политики реальному

сектору экономики, имеющему территориальную локализацию; региональной политики ограничивающей действие факторов, индуцирующих инфляцию в конкретных субъектах РФ. Экономическая политика в федеративном государстве может оказаться неэффективной в силу не столько неспособности центральных органов власти генерировать требуемые институциональные и экономические решения, сколько по причинам отсутствия «каналов» передачи и неэластичности поведенческих реакций территориальных субъектов.

Экономическая политика России в трансформационный период в большей мере ориентирована на управление экономикой не через реальный сектор (модернизацию, структурные сдвиги, диверсификацию, инвестиционную и инновационную политику), а, прежде всего, через денежно-кредитную сферу. Аксиомой трансформационных реформ являлась финансовая стабилизация как основное условие формирования рынка, а производственная стабилизация выдвинулась лишь два десятилетия спустя как очевидная и запоздалая реакция на циклические проявления неравномерности рыночного развития. Смещение акцентов на реальный сектор экономики потребовало изменения курса экономической политики в части формирования стабильного «ценового» фона для качественно новых условий создания ВВП. Это, в свою очередь, потребовало внесения корректив в денежно-кредитную политику страны в части смены режима, под которым понимается совокупность принципов, правил и организационно-экономических мер, применяемых для достижения поставленных целей (которые могут быть связаны с ценовыми параметрами, денежной массой или валютным курсом). В настоящее время курс Банка России состоит в создании условий для перехода к режиму инфляционного таргетирования1 как системы ограничений уровня цен заданными параметрами.

Обобщение организационно-экономических условий, необходимых для смены курса денежно-кредитной политики позволила авторам представить структуру экономического механизма таргетирования цен, включающего два блока в соответствии с уровневой внутренней структурой экономики России как федеративного государства. Первый блок

- национальный, второй - региональный, авторский подход обоснован тем, что на национальном уровне под воздействием решений центрального банка и применения инструментов в заданном направлении определяются первичные условия для изменения параметров всей экономики (ставка рефинансирования, денежная база), но их воздействие на территориальные экономические подсистемы неодинаково в силу неэквивалентности экономических условий в регионах и существования отличий в «восприимчивости» субъектов РФ на изменении Банком России денежной среды. Именно пространственная неравномерность реализации политики инфляционного таргетирования является причиной отсутствия значимых результатов стабилизации цен в экономическом пространстве России с момента начала ее реализации.

К первому (национальному) блоку организационно-экономических условий относятся: 1) конкретизация операционной цели, количественные параметры которой являются объектом воздействия (в режиме инфляционного таргетирования это допустимый диапазон изменения цен); 2) инструменты экономической политики, способные обеспечить достижение цели в части создания первоначального импульса, «запускающего» механизм трансмиссии2 (наличие условий варьирования ставкой рефинансирования, нормой резервирования или проведения операций на открытом рынке). Во второй (региональный) блок организационно-экономических условий входят следующие элементы: 1) территориальные «каналы» трансмиссионного механизма, абсорбирующие импульсы денежно-кредитной политики и преобразующие их в изменения со стороны предпринимательского сектора и населения (такие каналы многообразны, в России как показывают исследования реально могут работать канал благосостояния, инфляционных ожиданий, процентных ставок и канал банковского кредитования); 2) эластичность региональных

параметров, прежде всего уровня цен, доходов, внутреннего спроса, являющихся по совокупности субъектов РФ функциональными промежуточными результатами, которые в агрегированном виде отражают реакцию территориально локализованных домохозяйств и бизнеса, а, следовательно, определяют степень достижения требуемых ценовых.

Анализ наличия национальных организационно-правовых предпосылок активизации инфляционного таргетирования в качестве приоритетного режима денежно-кредитной политики показал, что за исследуемый период повысилась независимость ЦБ РФ, о чем свидетельствует рост индекса Цукермана, оценивающего его автономию, с 0,656 в 2002 г. до 0,677 в 2009 г. (ФРС США - 0,778, ЕЦБ - 0,846), что свидетельствует о возможности направленных действий по реализации курса. При этом очевиден отказ Банка России от одновременного контроля за несколькими переменными: практика последних лет показала, что многообразие целей приводит к распылению действий и их неэффективности. В то же время, очевидным ограничением результативности политики ценовой стабильности на уровне национальной экономики является расхождение декларируемых целей и фактических действий, что на уровне Российской Федерации является фактором торможения перехода на новый уровень ценовой политики. Для доказательства данного тезиса, авторами проведены расчеты и выявлена переменная, которая контролировалась ЦБ РФ несмотря на декларацию с 2003 г. курса на антиинфляционную направленность экономической политики в России.

Авторское предположение состояло в том, что целевая переменная должна обладать низкой дисперсией, и иметь слабые отклонения от трендового значения, поскольку действия контролирующего субъекта (денежного регулятора) направлены на управление и поддержание этой переменной на целевом уровне. Анализ динамики волатильности возможных целей Банка России: денежной массы (М2), номинального валютного курса доллара, ставки по краткосрочным кредитам нефинансовым организациям, позволил идентифицировать четыре этапа макроэкономического регулирования: 1) 2003 г. - 2005 г.

- реализация режима таргетирования валютного курса; 2) 2006 г. - таргетирование и валютного курса, и денежного предложения; 3) 2007 г. - июнь 2008 г. - нарастание кризисных процессов и нечеткие целевые ориентиры; 4) июль 2008 г. - 2010 г. - вновь таргетирование обменного курса (рис. 1). Проверка соответствия требуемых действий направлению стабилизации цен позволило сделать вывод о недостаточно последовательном курсе, прежде всего на национальном уровне экономики.

Рис. 1. Динамика волатильности возможных промежуточных целей ДКП России3

В то же время, наметились явные позитивные тенденции. В первое десятилетие XXI века наблюдаются реальные сдвиги в финансовой сфере: бюджетная система функционирует с запасом прочности; в банковской системе, несмотря на кризис, наблюдается устойчивый рост особенно в обеспеченности кредитными ресурсами. Среди неблагоприятных - сохраняется экспортная ориентация российской экономики и высокая зависимость от импорта (табл. 1).

Таблица 1

Макроэкономические показатели сформированности экономико-структурных предпосылок перехода к инфляционному таргетированию4, %

Показатель 2002 2003 2004 2005 2006 2007 2008 2009

Отношение средств Стабилизационного фонда РФ к ВВП - - 3,3 5,7 8,7 11,6 16,0 11,8

Отношение импорта к ВВП 17,9 16,8 16,0 16,7 16,3 21,0 25,1 19,5

Отношение экспорта к ВВП 35,5 33,9 33,5 35,8 33,0 29,3 35,7 26,5

Отношение объема кредитов выданных банковской системой РФ к ВВП 15,6 19,0 22,3 25,2 29,8 37,1 40,1 41,3

Активы банковской системы к ВВП 38,3 42,3 42,1 45,1 52,8 60,8 67,9 75,4

Однако, мера территориальной «готовности» экономической системы к эффективной работе в определенном режиме связана с региональными предпосылками, которые определяют фактическую «работоспособность» пространственного механизма реализации экономической политики. Региональными предпосылками политики ценовой стабильности, по мнению авторов, являются: 1) наличие управляемости ценовых процессов на региональном уровне, что означает преобладание в структуре инфляции субъектов РФ факторов, которые регулируются инструментами денежно-кредитной политики Банка России; 2) отсутствие структурных дисбалансов между банковским и реальным сектором региональной экономики, препятствующих их взаимодействию; 3) конкурентное окружение кредиторов (банков) и заемщиков (населения и предпринимательского сектора), позволяющее повысить подвижность ценовых структур и исключить ригидность политики ценовой стабильности; и 4) высокий уровень развития региональной банковской системы и ее включенность в национальные денежно-кредитные процессы.

Правомерность исследования регионов в таком контексте подтверждается анализом инфляционных процессов в региональном разрезе: высокая территориальная дифференциация индекса потребительских цен в России, при средних значениях, например, в 2008 г. 13,3 %, в 7 регионах потребительские цены увеличились менее чем на 12 % (Чукотский АО - 9,9 %, Тюменская область - 11,3 %, Саратовская область - 11,7 %), а в 9 субъектах РФ инфляция превысила 16 % (Чеченская Республика - 20,5 %, Магаданская область - 19,3 %, Курская область - 17,5 %)5. Оценка показателей описательной статистики индексов потребительских цен свидетельствует о том, что с течением времени величина рассеивания меняется и эти изменения не всегда сопряжены с динамикой среднего значения индекса в России (рис. 2). Для российской экономики типична положительная асимметрия региональных индексов потребительских цен, то есть в большинстве субъектов уровень инфляции превышает среднероссийский показатель, глубина асимметрии определяется региональными факторами (рис. 2).

В такой ситуации справедливо предположение, что региональные экономические подсистемы по-разному воспринимают изменения экономической политики, что в итоге влияет на ее результативность. Авторами предложен методический подход к классификации субъектов РФ по признаку их способности воспринимать импульсы, создаваемые центральным банком в процессе реализации режима инфляционного таргетирования. Для разграничения регионов исследованы показатели, сгруппированные в два блока: 1) параметры, характеризующие «восприимчивость» региональной денежно-кредитной сферы к импульсам центрального банка (Ю-Аб); 2) показатели, характеризующие эластичность реакции реального сектора (населения и бизнеса) на изменения экономической активности региональных банков (К1-К14) (табл. 2).

16

14

12

10

8

б

4

2

0

15,1

2,9-0^ Ч\12,0 11,7 шь* ±э,э

2,58 10,9

\8,8

1,97

1,54 1,76 1 м 1,40

0,83

0,57 0.43 0,70

0,12 -0,03

3.5

3.0

2.5

2.0

1.5 1,0 0,5 0,0 -0,5

2002 2003 2004 2005 2006 2007 2008 2009

Темп прироста потребительских цен в России, %

Асимметричность распределения

Рис. 2. Описательная статистика региональных индексов потребительских цен

Таблица 2

Показатели восприимчивости региональной экономической подсистемы к политике ценовой стабильности

Обозначение Показатель

Блок I К1 Число кредитных организаций, зарегистрированных в регионе на 1000 жителей

К2 Число кредитных организаций, зарегистрированных в регионе и филиалов кредитных организаций, зарегистрированных в других регионах на 1000 жителей

КЗ Среднедушевой размер депозитов кредитных организаций, зарегистрированных в регионе

К4 Число кредитных организаций - контрагента Банка России по кредитным операциям, зарегистрированных в регионе на 1000 жителей

К5 Доля кредитных организаций - контрагентов Банка России по кредитным операциям в общей численности кредитных организаций

К6 Отношение кредитов, депозитов и иных средств, полученных от других банков к объему пассивов кредитных организаций, зарегистрированных в регионе

К7 Доля потребительских кредитов в расходах населения региона

К8 Среднедушевая задолженность населения по кредитам

К9 Эластичность кредитной задолженности населения региона по доходам

II моїгд К10 Доля привлеченных средств в инвестициях фирм региона в основной капитал

К11 Доля банковских кредитов в инвестициях фирм региона в основной капитал

К12 Отношение оборота малых предприятий, зарегистрированных в регионе к суммарному обороту розничной и оптовой торговли

К13 Доля малых предприятий в общем числе предприятий и организаций, зарегистрированных в регионе

К14 Доля вложений в акции в активах кредитных организаций, зарегистрированных в данном регионе

Применение показателей первого блока позволило разделить регионы на кластеры группы А, показателей второго блока - кластеры группы В. Кластерный анализ осуществлен с помощью программного пакета SPSS. В рамках первого блока выделены четыре кластера, средние значения для каждого кластера представлены в табл. 3.

Таблица 3

Средние значения показателей для кластеров группы А

Кластер Число субъектов РФ Показатели

К1 К2 КЗ К4 К5 К6

1А 33 5,75 30,30 37815 1,03 11,1 0,038

2А 18 3,46 27,86 9052 1,80 57,3 0,146

ЗА 13 3,61 26,53 3784 0,29 1,1 0,027

4А 15 1,25 7,55 3052 0,34 6,4 0,036

Ранжирование кластеров определялось исходя из предположения, что чем выше значения показателей, тем сильнее конкурентное окружение региональных банков (К1, К2), выше уровень обеспеченности населения средствами региональных банков (К3), значительней зависимость региональной банковской системы от Банка России (К4, К5) и инорегиональных банков (К6) и, соответственно, сильнее реакция региональной банковской системы на решения Банка России. В результате, регионы кластера 1А отличаются наибольшей восприимчивостью региональной банковской системы к мерам политики ценовой стабильности, в первую очередь, за счет достаточности уровня конкуренции и масштабов региональной банковской системы. Регионы, входящих в кластер 2А за счет высокой зависимости банковской системы от Банка России и инорегиональных банков так же обладают значительной чувствительностью к политике стабилизации цен. Кластер ЗА объединяет регионы со средней конкурентной средой банковской системы и низкой зависимостью от кредитов ЦБ РФ и рынка межбанковского кредитования, что характеризует их как регионы со слабой реакцией. Кластер 4А характеризуется низкими значениями всех показателей, что указывает на слабую чувствительность региональной банковской системы к изменениям параметров ценовой стабильности.

Исследование показателей второго блока в большей мере ориентированно на факторы, определяющие социально-экономические процессы региона и их воздействие на инфляционные процессы. Выделено пять кластеров группы В, средние значения параметров сравнения представлены в табл. 4. (чем они выше, тем выше зависимость населения (К7-К9) и фирм (К10-К13) от заемных ресурсов, и тем значительней участие региональных банков в инвестировании реального сектора (К14), что определяет высокую эластичность поведенческих реакций населения и фирм на изменения параметров региональной банковской системы.

Таблица 4

Средние значения показателей для кластеров группы В

Кластер Число субъектов РФ Показатели

К7 К8 К9 К10 К11 К12 К13 К14

1В 19 15,9 14156 1,424 52,7 8,5 0,432 25,1 2,5

2В 11 11,6 9274 1,483 73,5 17,6 0,460 29,7 1,7

3В 10 13,1 11426 1,371 59,7 7,6 0,686 21,7 0,5

4В 29 11,3 8449 1,379 58,4 11,3 0,399 21,1 0,6

5В 10 10,0 6313 2,295 87,0 1,7 0,375 14,7 0,0

Кластер 1В характеризуется высокой зависимостью населения от заемных ресурсов и вовлеченностью региональных банков в процесс инвестирования, что определяет высокую эластичность реакции реального сектора от параметров банковской системы. Кластер 2В так же характеризуется достаточно высокой эластичностью, однако для данных регионов она определяется, в первую очередь, зависимостью производственного сектора от заемных ресурсов. Регионы, входящие в кластер ЗВ обладают средней эластичностью на фоне относительно высокой зависимости населения от заемных ресурсов и слабой кредитной активности фирм. Кластер 4В характеризуется низкими значениями параметров сравнения, что указывает на неэластичность реакции реального сектора региональной экономики на изменения в банковской системе. Кластер 5В обладает уникальным сочетанием наиболее низких значений кредитной активности населения и фирм и аномально высокой долей инвестиций в основной капитал, осуществляемых за счет внешних ресурсов, на взгляд авторов, такая ситуация указывает на чрезвычайно низкий уровень социально-экономического развития и значительные структурные разрывы между банковским и реальным сектором экономики. С высокой долей вероятности можно говорить о том, что данные регионы при осуществлении инвестиций вынуждены использовать банковскую инфраструктуру других регионов, в такой ситуации реакция населения и фирм на изменение параметров региональной банковской системы будет очень слабой.

Таким образом, общая восприимчивость региональной социально-экономической подсистемы на изменение национальных параметров в рамках реализации политики ценовой стабильности в России определяется сочетанием региональных условий чувствительности банковской системы и эластичности реакции населения и фирм к изменениям в региональной банковской системе, что представлено матрицей на рис. 3.

1А 2А ЗА 4А

1В Нижегородская обл., Тюменская обл., Челябинская обл.

2В г. Москва, г. Санкт-Петербург, Сахалинская обл.

3В Волгоградская обл., Калининградская обл., Магаданская обл.

4В Респ. Татарстан, Тверская обл., Курганская обл.

5В Респ. Алтай, Респ. Ингушетия, Респ. Тыва

(2) - число субъектов РФ;

I - высокая восприимчивость

- средняя восприимчивость

Рис. 3. Матрица кластеров субъектов РФ

Регионы с высокой восприимчивостью характеризуются одновременно чувствительностью банковской системы к изменениям национальных параметров и чувствительностью реального сектора к указанным изменениям, в такой ситуации организационноэкономический механизм обеспечения ценовой стабильности не встречает непреодолимых «барьеров», а национальная политика характеризуется пространственной эффективностью.

У регионов со средней восприимчивостью механизмы реализации ценовой стабильности имеют препятствия, ограничивающие эффективность достижения реально значимых результатов национальной политики. В случае Республики Татарстан таким барьером является консервативное поведение населения по вопросам потребительского кредитования и приоритетное финансирование инвестиционных проектов за счет собственных ресурсов фирм. В случае Архангельской области эффективность политики ценовой стабильности ограничена отсутствием в региональной банковской системе контрагентов Банка России по кредитным операциям, и незначительным присутствием региональных банков на рынке межбанковского кредитования, другими словами, банковская система региона имеет закрытый характер.

Регионы с низкой восприимчивостью характеризуются «барьерами» на всех этапах передачи федерального антиинфляционного импульса. Например, Республика Башкортостан обладает высококонцентрированной банковской системой, объем активов которой недостаточен в сравнении с объемом реального сектора, население и фирмы при

осуществлении потребительских и инвестиционных расходов практически не используют заемные средства, такие регионы не в состоянии обеспечить пространственную эффективность политики ценовой стабильности.

В инертной зоне (инертность понимается авторами как невосприимчивость к предпринимаемым Банком России решениям) находятся субъекты РФ, характеризующиеся высокой концентрацией банковской системы, отсутствием региональной кредитной инфраструктуры, дисбалансом реального и финансового сектора экономики, консервативной культурой потребления. Попадание Московской и Ленинградской областей в данную зону, на взгляд авторов, объясняется неоптимальностью системы административно-территориального деления России, попадание Республики Дагестан, Чеченской Республики и Читинской области - крайне низким уровнем социально-экономического развития.

Репрезентативность классификации подтверждается оценкой средних значений индекса потребительских цен по группам регионов. В период проведения жесткой денежнокредитной политики (2006 г.) субъекты РФ с высокой и средней эластичностью характеризуются более низкими значениями индексов потребительских цен, а субъекты с низкой чувствительностью и инерционные регионы характеризуются более высокими темпами прироста потребительских цен (табл. 5). В период нарастания кризисных явлений (2008 г.), наблюдается обратная ситуация субъекты РФ с высокой и средней чувствительностью показывают более сильную реакцию по сравнению с нечувствительными регионами, инертная зона как и в период ужесточения ценовой политики показывает максимальные темпы роста потребительских цен.

Таблица 5

Средние значения инфляции по группам регионов

Группа регионов Число субъектов РФ Среднее значение темпа прироста потребительских цен, %

2006 г. 2GGS г.

Высокая чувствительность 18 8,86 13,52

Средняя чувствительность 25 8,94 14,04

Низкая чувствительность 27 9,18 12,70

Инертная зона 9 9,28 15,13

Российская Федерация 79 9,0 13,3

Классификация регионов в соответствии с восприимчивостью к политике ценовой стабильности позволяет определить потенциальную результативность антиинфляционной политики и выработать общий управленческий подход в отношении сходных по социально-экономическим параметрам регионов. По мнению авторов, первоочередное значение имеет оптимизация национальной экономической политики по отношению к регионам с высокой и средней чувствительностью, так как это позволит оперативно добиться территориальной эффективности политики ценовой стабильность. В последующем, данные регионы смогут выступить в качестве «локомотивов» качественных преобразований в области ценовых процессов.

Примечания

1 Таргетирование - (от англ. target, цель) применение инструментов экономической политики для достижения целевого значения переменной, входящей в сферу ответственности регулирующего органа.

2 Трансмиссия - термин, используемый для обозначения системы передачи импульсов от их источника к объекту, обеспечивающему достижение результата, изменения силы и направления импульсов.

3 Рассчитано на основе официальных данных Центрального банка РФ; режим доступа: www.cbr.ru.

4 Рассчитано на основе официальных данных Мнистерства финансов РФ и Центрального банка РФ; режим доступа: www.minfin.ru,www.cbr.ru.

5 Рассчитано на основе официальных данных Федеральной службы государственной статистики РФ; режим доступа: http://www.gks.ru/free_doc/new_site/prices/ipc_data.htm.

Е. В. Зубарев

ВЗАИМОСВЯЗЬ ОТНОШЕНИЙ СОБСТВЕННОСТИ И ОТЧУЖДЕНИЯ ТРУДА

В статье рассматривается взаимосвязь отношений собственности и отчуждения труда, проводится анализ существующих подходов к определению категории «отношения собственности», оговаривается практическая значимость трактовки отчуждения труда как экономической категории через категорию «отношения собственности».

Ключевые слова: отчуждение труда, отношения собственности.

В данной статье мы продолжаем рассмотрение теоретических аспектов отчуждения труда. Ранее мы уже рассматривали существующие подходы к определению данного понятия, определили это явление как экономическую категорию исходя из отношений собственности (см.: Зубарев Е. В. Отчуждение труда: понятие, экономическая категория и основные факторы // Челябинский гуманитарий. 2010. № 1 (10). С. 36-39), а также рассмотрели влияние корпоративной культуры на отчуждение труда (см.: Зубарев Е. В. Корпоративная культура как инструмент преодоления отчуждения труда // Челябинский гуманитарий. 2010. № 2 (11). С. 20-23). Теперь мы считаем необходимым более подробно рассмотреть логику того, как из определения категории «отношения собственности» проистекают основные факторы, которые влияют на отчуждение труда. Для этого категорию «отношения собственности» следует рассмотреть более детально.

Понятие «отношения собственности» является объектом пересечения внимания как юристов, так и экономистов, то есть рассматривается с двух точек зрения: экономической и юридической. Причем, в изученных источниках оно рассматривается всегда совместно с понятием «собственность», которое трактуется юристами и экономистами по-разному. Юристы рассматривают собственность как право собственности, то есть право владения пользования и распоряжения имуществом, а экономисты - как экономическую категорию «отношения собственности». Именно этот экономический аспект собственности и интересует нас в данном исследовании. Отметим, что эти аспекты понимания собственности не противоречат друг другу и неразрывно связаны, так как отношения собственности были бы лишены всякого смысла если бы не были закреплены юридически в виде права собственности. Четкое разграничение этих аспектов понимания собственности используется только в целях конкретизации данной работы, так как изучение всей широты такого явления как собственность выходит за рамки предмета нашего исследования. Мы изучили ряд источников, в которых давалось определение «отношения собственности» (см. таблицу 1). Из них мы можем выделить разные подходы к пониманию данного явления.