Космос как предчувствие прибыли

Михаил Кокорич продал все свои розничные активы, чтобы осуществить юношескую мечту покорить космос. Он собирается стать космическим Стивом Джобсом и российским Элоном Маском одновременно.

"Я не то чтобы раздумываю полететь в космос — я уверен на 100%, что полечу,— говорит основатель компании Dauria Aerospace Михаил Кокорич.— Космос — это сейчас не так дорого и недоступно, как мы привыкли думать в силу стереотипов".

37-летний предприниматель сделал космические проекты своим основным бизнесом. К 2013 году Михаил вместе с партнерами развернул производство низкобюджетных малых спутников в Подмосковье и в Кремниевой долине, создал компанию в Мюнхене, которая готовит "облачную" платформу для обработки данных со спутников. Он рассчитывает открыть космический App Store, где предприниматели смогут легко и непринужденно придумывать приложения и сервисы для потребителей, используя при этом данные космической съемки и m2m-телеметрии.

Сибирский метеор

Вся предпринимательская карьера Михаила Кокорича — череда перевоплощений и экспериментов. Михаил окончил известную физматшколу имени Лаврентьева в новосибирском Академгородке, затем — физический факультет Новосибирского госуниверситета. Стартовый капитал заработал на взаимозачетах, импорте и поставках. В 2000-е годы переключился на ритейл — создал, например, "Чудодом" — первую в Сибири сеть магазинов в формате home merchandising, которую затем объединил с липецкой "Уютеррой". Самый масштабный проект Кокорича — покупка в 2010 году "Техносилы". Общий долг компании братьев Зайцевых тогда превышал $400 млн. Совладелец МДМ банка Игорь Ким, в залоге которого были основные активы "Техносилы", предложил возглавить сеть Михаилу Кокоричу. Тот вложил в компанию около $50 млн собственных средств и получил контроль над "Техносилой". Количество магазинов сократилось более чем в два раза — до ста, зато Кокорич нашел общий язык с поставщиками. Дела шли на поправку, когда в 2012 году Кокорич неожиданно заявил, что продает "Техносилу". Компанию выкупил обратно МДМ банк.

""Техносила" имела все шансы повторить судьбу обанкротившегося "Мира". Мы вывели компанию в прибыль и продали. Заработать удалось",— говорит Михаил. Он понял, что создать мегаритейлера не получится, и стал собирать идеи для нового проекта. Например, думал о выпуске беспилотников, но понял, что гражданского рынка дронов пока нет. В космосе же, по мнению Кокорича, вот-вот начнется настоящая революция.

$4 млрд составит финансирование федеральной космической программы в России в 2013 году. Основные деньги пошли на развитие космодромов

Рейс энтузиастов

Космическая отрасль изначально была уделом самых могущественных государств и корпораций, а бюджеты самых простых проектов исчислялись сотнями миллионов и миллиардами долларов. Отсутствие общих стандартов приводит к тому, что зачастую каждая деталь, каждая плата изготовляется в единственном экземпляре для конкретного проекта. Кокорич сравнивает начальный период развития космонавтики с эпохой доминирования мини-фреймов перед появлением персональных компьютеров. Когда в этой отрасли появились единые стандарты, радикально упала себестоимость компьютеров. Похожая история, только намного медленнее, происходит со спутниками.

Уже в середине 1990-х на космический рынок начали выходить частные компании, которые стали применять в производстве спутников компоненты, используемые в промышленности,— SSTL, Orbital Science, Sierra Nevada и другие. В конце 2000-х подошла очередь ракет и пилотируемых космических кораблей: самые заметные проекты — Falcon и Dragon Элона Маска и SpaceShipTwo Ричарда Брэнсона. В 1999 году в индустрии малых спутников появился единый стандарт CubeSat. Это как Lego для спутников: различные, как правило небольшие аппараты собираются из стандартизированных компонентов. Как рассказывает энтузиаст космических исследований и блогер Виталий Егоров, стандарт изобрели в Стэнфорде, а изначально собирали такие спутники в основном ученые и студенты.

Собрать спутник — еще полдела. Чтобы вывести его на орбиту, нужна ракета-носитель (стоимость запуска $50-100 млн). Но энтузиасты малого космоса нашли способ кардинально сократить затраты. Например, с помощью piggyback, попутного запуска, когда малые спутники выводятся вместе с основным "большим" космическим аппаратом. За один раз часто выводят до нескольких десятков спутников. Другой путь — запуск с борта МКС: спутники отправляют на орбиту через отверстие для сброса мусора. Порой же космонавты выносят спутник, выходя в открытый космос и просто толкая аппарат в сторону.

Таким образом, вывести на орбиту небольшой спутник сейчас можно за несколько сотен тысяч долларов. Правда, до последнего времени большинство таких спутников использовалось лишь для научных целей и развлечений. Например, один японский студент запустил спутник, который летает вокруг Земли и мигает светодиодами. Этим его функционал ограничивается.

24 ракеты запустила Россия в космос в 2012 году. Неудачным оказался только один запуск. Доля страны на мировом рынке коммерческих запусков была около 30%

Мне бы в небо

Изначально Кокорич решил организовать выпуск спутников. "Михаил одним из первых пришел к нам с предложением наладить производство летательных аппаратов. Он заразил меня своим энтузиазмом, и у него были деньги для реализации планов",— говорит глава кластера космических технологий фонда "Сколково" Сергей Жуков.

Затем в США, в Кремниевой долине, Dauria Aerospace объединилась с небольшой компанией, производящей компоненты для малых спутников. Производство сейчас располагается в двух шагах от офиса Google — в исследовательском парке NASA Ames.

В 2012 году Dauria Aerospace выиграла тендер "Роскосмоса" на создание двух микроспутников для космической съемки. Еще один контракт — с американским Planetary Society на два космических аппарата с парусом для солнечного ветра — достался в наследство от американской компании. Общая сумма заключенных и планируемых контрактов, по словам Кокорича, составляет уже несколько десятков миллионов долларов.

Тем не менее Кокорич понимал, что производить спутники для продажи — не самый легкий и прибыльный бизнес. Спрос ограничен и сильно зависит от государственной конъюнктуры. Поэтому он решил, что Dauria Aerospace должна продавать не столько спутники, сколько информацию и услуги. Для этого нужно обзавестись на орбите собственными группировками спутников.

Космический лоу-кост

С 1957 года, когда СССР отправил на орбиту первый спутник, земляне успели запустить более 6 тыс. аппаратов. Большая часть давно уже вышла из строя. Работает около тысячи спутников. Они наблюдают за погодой, обеспечивают спутниковую связь, телевидение и геопозицирование. "В основном это коммерческие телекоммуникационные и государственные миссии. Мы одни из первых создаем низкобюджетную группировку малых аппаратов для решения специализированных бизнес-задач",— говорит Кокорич.

Первый спутник Dauria Aerospace запускает в феврале 2014 года — это экспериментальный DX-1 с полезной нагрузкой в виде приемника АИС-сигналов, которые передаются всеми судами в акватории мирового океана. В апреле за DX-1 следуют два спутника Perseus-AIS.

Следующий шаг — разворачивание группировки спутников космической съемки Perseus. Кокорич собирается отправить на орбиту шесть спутников, каждый из которых стоит около $5 млн. Спутники небольшие (всего 12 кг, 10 х 20 х 30 см), так что на орбиту они попадут "попутным" запуском за несколько сотен тысяч долларов. Основное предназначение аппаратов Perseus --космическая съемка Земли в трех спектральных диапазонах. Интересно, что такие же снимки можно получить бесплатно, например, с американского аппарата Landsat. Но есть нюанс: поверхность всей Земли Landsat снимает раз в 18 дней. У Perseus параметры изображения окажутся слабее, но при этом сниматься Земля будет гораздо чаще — раз в день. Perseus позволят, например, оперативно обнаруживать лесные пожары, отслеживать наводнения, незаконные вырубки леса и постройки. "По сути, мы конкурируем в оперативности с аэрофотосъемкой, но можем предоставлять данные гораздо дешевле",— говорит Кокорич. Сейчас рынок космической съемки оценивается в $3 млрд в год.

Продавать информацию Dauria Aerospace собирается через CloudEO — "облачную" платформу для хранения и распространения космической информации. По сути своей это космический аналог App Store. Кокорич ставит на множество небольших клиентов, а не несколько госзаказов. "Я же специалист по рознице",— смеется Михаил.

Еще один проект — группировка спутников Pyxis. Их запуск запланирован на 2015-2016 годы. Спутники станут обеспечивать интернет для арктических регионов России, Канады, Скандинавских стран. Дело в том, что в высоких широтах геостационарные аппараты не могут обеспечить устойчивую связь. Pyxis будет запускаться на специальную эллиптическую орбиту, обеспечивая сигналом те районы, где нефтяники и газовики нуждаются в связи.

"Чтобы вкладываться в космос, нужно любить эту тему. В то же время необходимы серьезные финансовые инвестиции и, как следствие, навыки убеждения инвесторов. Как-то у нас все сошлось",— говорит Кокорич.

В октябре 2013 года своим энтузиазмом он сумел заразить инвестора: фонд I2BF Global Ventures вложил в Dauria Aerospace $20 млн. Партнеры-основатели фонда — выпускник инженерной школы Стэнфорда Илья Голубович и кандидат технических наук в области оптики Алексей Беляков — тоже грезят космосом и всерьез рассчитывают превратить хобби в бизнес.

Жан Ботти, главный технический директор концерна EADS:

— Стоимость спутников и запусков сейчас упала. В космосе действительно появилось место для среднего и даже небольшого бизнеса. Хотя не уверен, что космических компаний будет очень много, все-таки инвестиции велики.