Сравнительный анализ лексико-семантических классов кубачинского языка с диалектами и говорами даргинского языка

СРАВНИТЕЛЬНЫЙ АНАЛИЗ ЛЕКСИКО-СЕМАНТИЧЕСКИХ КЛАССОВ КУБАЧИНСКОГО ЯЗЫКА С ДИАЛЕКТАМИ И ГОВОРАМИ ДАРГИНСКОГО ЯЗЫКА

В статье проводится сравнительный анализ лексико-семантических классов кубачинского языка, аштынского говора, кайтагского диалекта и даргинского литературного языка. Отмечается, что часть лексических единиц представляют собой варианты общедагестанских слов, причем, часть из этих лексем подверглась фонетическим изменениям. Но в большинстве случаев сохранились исконные кубачинские слова, в частности, среди наименований одежды и тканей, среди наименований посуды и домашней утвари. Отмечено лишь небольшое количество слов, имеющих совершенно идентичный звуковой комплекс и одинаковое семантическое значение. Автор делает вывод о том, что при исследовании лексико-семантических классов кубачинского языка в сравнительном освещении с аштынским говором и кайтагским диалектом даргинского языка выявилось, что часть лексических единиц представляют собой варианты общедагестанских слов, причем, часть из этих лексем подверглась фонетическим изменениям.

Ключевые слова: кубачинский язык, сравнительный анализ, даргинский язык, диалекты, лексико-семантические классы, наименования, исконная лексика, говор.

Сбор и изучение состава исконной кубачинской лексики дает ценнейший материал для исследования истории и культуры кубачинского этноса. У Сепир утверждал, что «В лексическом составе языка находят отражение представления народа о внешнем мире, вся та «физическая социальная среда», в которой существует человек» [1, с. 272]. Основной словарный фонд того или иного языка может дать представление о жизни говорящего на нем народа. Как известно, к основному словарному фонду относятся большей частью исконные слова, которые обозначают жизненно важные понятия, составляющие неотъемлемую часть мышления любого человека, говорящего на определенном языке. В исконную лексику входят слова наиболее древнего происхождения, составляющие основу словарного фонда кубачинского языка. В ней мы выделили несколько хронологически различных пластов: слова общедагестанского уровня, общедаргинские слова и собственно-кубачинские лексемы. Все слова кубачинского языка, входящие в состав исконной лексики, в данной работе нами условно разделены на лексико-семантические классы. Для исследования брались слова, обозначающие наиболее важные, жизненно необходимые понятия: наименования растительного и животного мира, наименования пищи и напитков, материалов, тканей, одежды, предметов быта, украшений, строений, посуды [2; 3].

«Изучение истории кавказских языков должно базироваться на сравнении: сравнении диалектов одного и того же языка, сравнение языков одной и той же группы, сравнение различных групп - единственно верный путь для получения надежных данных независимо от того, что является объектом исследования -фонетика, лексика, морфологическая или синтаксическая структура данных языков» [4].

Системное исследование лексико-семантических классов дает возможность проследить распространение того или иного слова, степень его употребления в языке, семантическое развитие, сужение или расширение значения слова на современном этапе. Проанализированы наиболее характерные для кубачин-ского языка слова, которые освещены в сравнении с аштынским говором и кай-тагским диалектом даргинского языка.

«Выявление слов, принадлежащих к общему исконному лексическому фонду дагестанских языков, является необходимым для определения генетического родства данных языков и для уточнения взаимоотношений между ними» [3, с. 49]. Наименования растений и плодов: «каштан» - куб.чях1мялут», аштын. - , кайт.-, дарг -«грецкий орех» - куб.кких , аштын.хъихь , кайт.чух, дарг.хив «кизил» - куб.ччунабе, аштын. ччунабе, кайт.ччимби, дарг.жунаб «слива» - куб.гъямгъи, аштын. гъимгъи, кайт.гъимгъи, дарг.кякян «цветок» - куб., аштын.вава, кайт.жужу, даргвава «дыня» - куб.хъабазаг, аштын.-, кайт.гьабарзаг, дарг.паст1ан «конопля» - куб.урбиш, аштын. къунаппи, кайт.г1ячу, дарг.къама «черемша» - куб.т1изра, аштын.т1изла, кайт.ирзей дарг.уриа «боярышник» -куб.мяг1яй, аштын.мяг1и, кайт.миг1яй дарг.мях1яр Наименования животных:

«бык» - куб. к1яшше, аштын.к1ашша, кайт.к1ашша дарг.бугъа

«вол» - куб.ус, аштын. ус, кайт. уц дарг.унц

«овца» - куб., аштын. мацца, кайт.мярцца дарг.маза

«баран» - куб., аштын. квае, кайт. чума дарг.кигьа

«собака» - куб.ххя, аштын. хви, кайт.хвя даргхя

«медведь» - куб. ссика, аштын. ссика, кайт.ссика дарг.синка

«лиса» - куб.ккутта, аштын. куутта, кайт.ккуртта дарг.гурда

«заяц» - куб.гъвя, аштын. гъвя, кайт.гъвяри даргг1яра

«волк» - куб.биц1, аштын. биц1, кайт.бец1 даргбец1

«барсук» -куб. туж, аштын. т1угъжин, кайт. ттуж дарг.дугелибуг

«лягушка» - куб. х1ит1я, аштын. х1ят1а, кайт. г1ят1а, дарг.пяспясаг

Библиографический список

«ежик» - куб.къидхъа, аштын.кьиркьа, кайт. кьявга, дарг.кьядга

«осел» - куб., аштын. г1ямгья, кайт.эмгьа, дарг.эмх1е

«олень» - куб.барткел, аштын. ухъла кьяца, кайт.барткел дарг.гьинта

«мышка» - куб.васа, аштын.васа, кайт.гваца, дарг.ваца

«кошка» - куб.ччиту, аштын. ччиту, кайт. бизи, даргжита

Наименования птиц и насекомых:

«воробей» - куб.хъалчила, аштын. хъалчин, кайт.чваква, даргчяка

«голубь» - куб.нахьва, аштын. нахьва, кайт.лахьва, дарг.лагьа

«вошь» - куб.нитт, аштын.нид, кайт.нез, дарг.нур

«червяк» - куб.-, аштын. меевкъ, кайт.миляхъ, дарг.милякъ

«грач» куб.ц1игъя, аштын.ц1иигъа, кайт.ччигъят1, дарг.ц1удар къяна

«глиста» - куб.шшивяй, аштын.шшявя, кайт.шшири, даргшулерк

«оса» - куб.ппигъя, аштын. ттагъа, кайт.жерга,дарг.-

«моль» - куб.имс, аштын.губ/кьик1, кайт.имс, дарг.имс

Наименования драгоценных камней и женских украшений:

«рубин» - куб.якьут, аштын.ляг1лу якьут, кайт.ит1ин къаркъа дарг.якьут

«цепь» - куб.яххас, аштын. яххас, кайт.рагьаз, дарг.рахаж

«бусина» - куб.ч1ич1, аштын. шумиш, кайт.духхар, дарг.духури

«пуговица» - куб.садал,аштын.пярт1у, кайт.кьукья, дарг.къап1а

«бусы» - куб. баче, аштын.бачи, кайт. бачи, дарг.мачни

Наименования одежды, тканей:

«ткань» - куб.масс, аштын. мас, кайт.ч1янк1и дарг.ч1янк1и

«ситец» - куб.хъябяхъ, аштын.кьябякь, кайт.чит. даргчит

«платье» - куб.ава, аштын. ава, кайт.ккуртти, дарг.х1ева

«платок» - куб.ккат1е, аштын.к1ат1и, кайт. к1ат1и, даргк1ана

«кайма на шали» - табдухала, аштын.тайбидушала/вибидусала, кайт.чял,

дарг -

«штаны» - куб. вачаг аштын. вачаг, кайт.вачаг дарг.шалбар «нить, котор.вышивают шаль»-куб. виттахле низ, аштын.баахай, кайт. мурц1 дарг.к1иъ

«манжеты на штанах» - куб. вачмаг, аштын.-, кайт.куч1ми дарг.-

«шаль» - куб.к1аз, аштын. к1аз, кайт.ашмаг дарг-

Наименования посуды, предметов домашней утвари.

«веревка» - куб.аргъамчи, аштын.диихан/аргъамчи, кайт.кьвалтик дарг.-

«стул» - куб.-, аштын.кууси, кайт.курси даргута

«матрас» - куб. бийц1ан, аштын.бууш, кайт. буруш даргбуруш

«кастрюля» - куб.г1яшяк/г1юшкке, аштын. г1яшак, кайт.г1яшакдаргшанг

Наименования пищи:

«бублик» - куб.уригала, аштын. уригар, кайт.бублик дарг.-«урбеч» - куб.урбиш, аштын.п1ялц1ик1в, кайт.п1ялц1ик1 дарг.урбеш Наименования строений:

«терраса» - куб.т1ант1ала, аштын. т1ант1и, кайт.сяхъяла дарг.гьаргала «крыша» куб.хъалтала, аштын. хъалтала, кайт.хъалжила, даргхъалч Таким образом, при исследовании лексико-семантических классов куба-чинского языка в сравнительном освещении с аштынским говором и кайтагским диалектом даргинского языка выявилось, что часть лексических единиц представляют собой варианты общедагестанских слов, причем, часть из этих лексем подверглась фонетическим изменениям. Но в большинстве случаев сохранились исконные кубачинские слова, в частности, среди наименований одежды и тканей, среди наименований посуды и домашней утвари. В этих лексико-семантических классах отсутствуют лексемы, материально совпадающие с даргинским литературным языком. Данные лексемы кубачинского языка имеют большее материальное сходство с аштынским говором и кайтагским диалектом даргинского языка. Исследованные говоры и диалекты оказались настолько разошедшимися от даргинского литературного языка, что трудно найти в них исконные слова, которые не получили бы фонетическую дифференциацию.

1. Сепир У Избранные работы по языкознанию и культурологии. Москва, 1993.

2. Кубачинско-русский словарь. Москва, 2018.

3. Мусаев М-С.М. Лексика даргинского языка. Махачкала, 1978.

4. Чикобава А.С. Исследование горских кавказских языков и наши задачи. Из ИЯИМК, т. XII. Тбилиси, 1942.

References

1. Sepir U. Izbrannye raboty po yazykoznaniyu i kul'turologii. Moskva, 1993.

2. Kubachinsko-russkj slovar'. Moskva, 2018.

3. Musaev M-S.M. Leksika darginskogo yazyka. Mahachkala, 1978.

4. Chikobava A.S. Issledovanie gorskih kavkazskih yazykov i nashizadachi. Iz lYalMK, t. XII. Tbilisi, 1942.

Статья поступила в редакцию 05.02.19

УДК 82

Kim Yu.V., postgraduate, Dept. of Contemporary European and American Literature, Gorky Institute of World Literature of the Russian Academy of Sciences

(Moscow, Russia), E-mail: yulia2808@gmail.com

ZOOMORPHIC METAPHORS AS AN ELEMENT OF SPATIAL POETICS IN ANGLO-AMERICAN ACADEMIC NOVEL OF THE 1960S: C.P. SNOW'S THE MASTERS AND RANDALL JARRELL'S PICTURES FROM AN INSTITUTION: A COMEDY. In the paper the researcher considers zoomorphic metaphors as an essential tool of representing fictional properties of university in early Anglo-American academic novel. Both The Masters by C.P. Snow and Pictures of an Institution: A Comedy by Randall Jarrell employ concepts of animal community - hive and snake nest respectively - to transmit essential features of spatial poetics of both narratives. These features are tracked down as the genre emerges and therefore can be determined as constitutive. The author concludes that the zoomorphic metaphors are a convenient way to translate topical property of the university. Overcrowding, synchronicity, cramped, alterity and bordering oneself from the outside world paradoxically combined with exclusive expansion and ability to transform reality.

Key words: Academic novel of 1960s, zoomorphic metaphors, space in fiction, C.P. Snow, R. Jarrell, D. Lodge.

Ю.В. Ким, аспирант, Институт мировой литературы им. А.М. Горького РАН, отдел литератур Европы и Америки Новейшего времени, г. Москва,

E-mail: yulia2808@gmail.com

ЗООМОРФНЫЕ МЕТАФОРЫ КАК ЭЛЕМЕНТ ХУДОЖЕСТВЕННОГО ПРОСТРАНСТВА АНГЛО-АМЕРИКАНСКОГО АКАДЕМИЧЕСКОГО РОМАНА 1950-Х ГГ. НА МАТЕРИАЛЕ «НАСТАВНИКОВ» Ч.П. СНОУ И «КАРТИНОК ИЗ ЗАВЕДЕНИЯ» РЭНДАЛЛА ДЖАРРЕЛЛА

Статья посвящена вопросам поэтики пространства англо-американского академического романа 1950-х гг. на материале ранних образцов жанра: «Наставники» Ч.П. Сноу и «Картинки из заведения» Р Джаррелла. Рассмотрев специфику репрезентации академического пространства через зооморфные метафоры - «улей» и «змеиное гнездо», автор выделяет ключевые топические черты, которые можно назвать жанрообразующие. Художественные особенности пространства академического романа, наблюдаемые в романах 1950-х гг., таким образом, становятся жанровыми константами, которые присутствуют на всем протяжении развития жанра. Автор делает вывод о том, что зооморфные метафоры являются удобным способом транслировать топические свойства университета. Скученность, синхронность, теснота, инаковость и отграниченность от внешнего мира парадоксальным образом сочетаются с исключительной экспансивностью и способностью преобразовывать окружающую реальность.

Ключевые слова: Академический роман 1960-х гг., зооморфные метафоры, художественное пространство, Р. Джаррелл, Ч.П. Сноу, Д. Лодж.

Академический роман как поджанр современной метафикциональной прозы возник в англо-американской литературе в середине прошлого века. Являясь своеобразной модификацией производственного романа, поджанр освещает коллективную трудовую жизнь ученых или преподавателей. Как и в производственных романах, главный герой академического романа - профессионал, выполняющий определенную рабочую функцию и производственную задачу в коллективе. Н.Л. Лейдерман, например, определяет жанр производственного романа как «жанр, в котором человек рассматривается, прежде всего, в свете его рабочих функций» [1, c. 30]. Действительно, невозможно представить себе академический роман без таких «функциональных» персонажей, как ректор, декан, доцент, преподаватель и т. д. Исследователи Андерсон и Телин предположили, что «романы о колледже могут быть использованы как инструмент для понимания того, как изображать определенную профессию или дисциплину» [2, c. 110]. Несомненно, именно закрытая корпоративная культура Кембриджа с четко выверенной иерархией позволила Ч.П. Сноу поместить своего герои Льюиса Элиота в элитарную университетскую среду в первом академическом романе «Наставники». Очевидно, что британский писатель следовал методу производственного романа, выбирая те или иные декорации для цикла «Чужие и братья» (Strangers and Brothers, 1947-1970). Помимо профессорской среды, Сноу исследовал мир финансистов («Совесть богачей» (1958)) и политиков («Коридоры власти» (1964)). Профессиональное научное сообщество «Наставников» напоминает коллектив завода или больницы тем, что и здесь, и там перед нами - большая группа людей, собранных в одном месте и занимающихся общим делом. Коллективная работа и совместная жизнь в тесном сплоченном коллективе напоминает слаженную работу пчел в улье, где каждый выполняет строго отведенную ему функцию. «Колледж превращается в улей (hive)» [3, p. 20], как говорит об университете персонаж романа профессор Винслоу накануне второго семестра. Слово «улей» в данной цитате - контекстный синоним слова «сообщество» - представляет собой зооморфную метафору академии как тесного, закрытого и даже враждебного внешнему миру пространства, в котором обитают полезные человечеству существа (пчелы). Английские идиомы, связанные со словом «пчела», большей частью отсылают к занятости и трудолюбию (to be busy as a bee); улей коннотирует сплоченность и синхронность. Слово «улей» в данной цитате - контекстный синоним слова «сообщество» - представляет собой зооморфную метафору академии как тесного, закрытого и даже враждебного внешнему миру про-

странства, в котором обитают полезные человечеству существа (пчелы). Английские идиомы, связанные со словом «пчела», большей частью отсылают к занятости и трудолюбию (to be busy as a bee); улей коннотирует сплоченность и синхронность.

Если в «Наставниках» академический мир понимается как коллектив деятельных и трудолюбивых преподавателей-пчел, в единственном романе «Картинки из заведения» (Pictures from an Institution: A Comedy, 1954) американского поэта и критика Рэндалла Джаррелла изображение педагогического состава женского колледжа Бентон реализуется через принципиально иную зооморфную метафору - змеиное гнездо. Змеи, как и пчелы, ядовиты и живут скученно (в гнезде), не подпуская к себе чужаков. При этом змея символизирует мудрость, философию и науку. Однако в отличие от пчелиного улья, змеиное гнездо - это ироничное и даже презрительное название общества, члены которого враждебны друг к другу. Метафора коллектива колледжа как змеиного гнезда в романе вводится опосредованно. Змеиные гнезда рисует, лепит и вырезает маленький мальчик Дерек, ребенок из академической среды, сын ректора женского колледжа Бентон.

«В детском саду дети рисовали, лепили и вырезали; и Дерек отличался от других с самого начала только одним - он рисовал, лепил и вырезал змеиные гнезда. К концу года он значительно преуспел (had improved a great deal): змеи на его рисунках уменьшились в размерах и переместились на левый край изображения, к ногам крупно изображенного мальчика; он лепил коров и медведей, пусть их ногами и были змеи; а еще он склеивал вырезанных змей и мастерил из них картонные цепочки» [4, pp. 20 - 21].

По замечанию рассказчика, мальчик отличается от других детей. Асоциаль-ность ребенка из академической среды подчеркивается, например, тем, что он не говорит, а рычит: «Дерек действительно рычал на вас - у него был великолепный рык, удивительно глубокий рык для такого маленького ребенка - и если у вас было сердце, а не камень, вы рычали в ответ» [4, p. 19]. Язык, который мальчик унаследовал от преподавателей колледжа, как будто чужд обычной человеческой речи. Рычание вместо человеческой речи метафорически выражает инаковость ребенка как представителя академической среды. Знаком его постепенной социализации становится смещение змей из центра изображения на поля рисунка к концу учебного года, что подчеркивается одобрительным замечанием рассказчика: «значительно преуспел». Женский колледж, который метафорически представляет собой змеиный клубок, постепенно уменьшается, смещается