Проблема оценки трудового потенциала сельских территорий

МОЛОДЫЕ ИССЛЕДОВАТЕЛИ

Б01: 10.15838/е8о/2015.2.38.14 УДК 331.5

© Чекмарева Е.А., Панов М.М.

Проблема оценки трудового потенциала сельских территорий

Елена Андреевна ЧЕКМАРЕВА

кандидат экономических наук, научный сотрудник, Федеральное государственное бюджетное учреждение науки Институт социально-экономического развития территорий Российской академии наук

Михаил Михайлович ПАНОВ

младший научный сотрудник, Федеральное государственное бюджетное учреждение науки Институт социально-экономического развития территорий Российской академии наук

Аннотация. В статье предлагается научно обоснованная авторская методика оценки и анализа трудового потенциала сельских территорий. Внимание акцентируется на роли человеческого фактора в решении задачи обеспечения устойчивого развития сельских территорий. Поднимается проблема необходимости применения специальных инструментов исследования трудового потенциала сельских территорий для обоснования принимаемых управленцами решений по распределению бюджетных средств, направляемых на обеспечение устойчивого развития. Подробно описан алгоритм расчёта интегрального индекса трудового потенциала сельских территорий, приведены формулы расчёта и источники необходимых данных. В качестве основных оцениваемых характеристик трудового потенциала выбраны здоровье, образование и активность населения. Они оцениваются авторами путём расчёта частных индексов по четырём статистическим показателям: смертность в трудоспособном возрасте, число лиц с высшим образованием, число индивидуальных предпринимателей и миграционный приток. Разработанная методика апробирована на статистических данных по районам Вологодской области. В статье приведены результаты расчёта частных и интегрального индексов, а также на специально составленной карте наглядно показаны основные проблемы и особенности распределения трудового потенциала по районам

области, в частности: повышение значений индекса трудового потенциала на территориях близ крупных городов и по направлению трассы Вологда — Великий Устюг, снижение трудового потенциала по мере удаления от областного центра и крупных автодорог. Проведена группировка районов по значениям индекса трудового потенциала сельских территорий, определён рейтинг районов по уровню его развития. В группу лидеров попали Шекснинский, Вологодский и Кадуйский районы области; самым низким уровнем развития трудового потенциала отличаются Бабушкинский, Вытегорский и Кичменгско-Городецкий. Авторами предложены рекомендации по использованию рассматриваемого индекса в качестве инструмента исследования трудового потенциала сельских территорий.

Ключевые слова: трудовой потенциал, сельские территории, оценка трудового потенциала, методика оценки.

Не первый год многочисленные нормативно-правовые акты, принимаемые на федеральном и региональном уровнях, ставят перед российской глубинкой задачу устойчивого развития сельских территорий и обеспечения продовольственной безопасности страны.

Так, Федеральный закон «О развитии сельского хозяйства», принятый почти десятилетие назад, называет обеспечение устойчивого развития сельских территорий одной из основных целей государственной аграрной политики [8, п. 2, ст. 5].

Та же цель на долгосрочную перспективу указана и в Концепции социально-экономического развития Российской Федерации на период до 2020 года, утверждённой в 2008 г. [4]. Кроме того, Концепцией предусмотрено создание предпосылок для устойчивого развития сельских территорий в качестве второго приоритетного направления государственной политики в области поддержки аграрного и ры-бохозяйственного комплексов страны (см. пункт 8 раздела V). В пункте 14 Доктрины продовольственной безопасности, утверждённой двумя годами позже, прописаны направления устойчивого развития сельских территорий [3]. А в июле 2013 года Правительством РФ принята обширная целевая программа «Устойчивое развитие

сельских территорий на 2014—2017 годы и на период до 2020 года». И это далеко не полный перечень документов, которые говорят о необходимости обеспечения устойчивого развития сельских территорий России и её регионов. Причём, как гласит Федеральный закон «О развитии сельского хозяйства», под устойчивым развитием сельских территорий понимается их стабильное социально-экономическое развитие, увеличение объема производства сельскохозяйственной продукции, повышение эффективности сельского хозяйства, достижение полной занятости сельского населения и повышение уровня его жизни, рациональное использование земель [8].

Возникает закономерный вопрос: кто должен обеспечивать это устойчивое развитие? Естественно, люди, то есть трудоспособное население сельских территорий. В частности, в указанной целевой программе подчёркивается, что эффективное развитие производственного потенциала аграрной сферы требует «активизации человеческого фактора экономического роста» [12, с. 5], а «повышение роли и конкурентоспособности отечественного аграрного сектора экономики во многом зависит от улучшения качественных характеристик трудовых ресурсов в сельской местности...

более полного использования имеющихся трудовых ресурсов, привлечения и закрепления высококвалифицированных кадров» [12, с. 6].

На практике это означает, что, воплощая подобные программы в жизнь в регионах страны и их муниципальных образованиях, управленцы вынуждены искать ответ на вопрос: какие сельские территории обладают наибольшим трудовым потенциалом и куда эффективнее вкладывать бюджетные деньги и привлекать квалифицированные кадры? Ответить на этот вопрос непросто без применения специальных инструментов исследования трудового потенциала, призванных помочь в принятии обоснованных и грамотных управленческих решений. Одним из таких инструментов может служить предлагаемая в настоящей статье специальная методика анализа и оценки трудового потенциала сельских территорий, разработанная нами для Департамента сельского хозяйства и продовольственных ресурсов Вологодской области и апробированная на статистических данных муниципальных районов.

Итак, в соответствии с вышесказанным, целью представляемого исследования являлась разработка и обоснование методики анализа и оценки трудового потенциала сельских территорий. Для достижения поставленной цели нами были решены следующие задачи: 1) теоретически обоснованы методологические подходы к анализу и оценке трудового потенциала сельских территорий; 2) структурированы факторы, влияющие на формирование трудового потенциала сельских территорий региона; 3) разработана и апробирована методика анализа и оценки трудового потенциала сельской местности. Решение первых двух задач описано ранее [10], поэтому здесь подробно рассмотрим методику.

Информационной базой исследования послужили отечественные и зарубежные литературные источники (монографии, научные периодические издания), нормативно-правовые акты, методология официальной отчетности, статистические данные Федеральной службы государственной статистики (Росстат) и Территориального органа Федеральной службы государственной статистики по Вологодской области (Вологдастат), а также Медицинского информационно-аналитического центра при Департаменте здравоохранения Вологодской области.

Прежде всего, уточним терминологию и кратко остановимся на понятиях «сельские территории» и «трудовой потенциал». В «Концепции развития сельских территорий Российской Федерации до 2020 года» даётся следующая трактовка: сельские территории — это территории за пределами городов. По сути, данный подход отождествляет друг с другом сельские территории в рамках региона [5, с. 59-61], что лишает смысла их дифференцированную оценку. Организация по экономическому сотрудничеству и развитию широко использует определение: «территории с долей сельского населения свыше 50%» [15].

Исходя из данного подхода целесообразным, на наш взгляд, будет приравнивание муниципальных районов области, соответствующих названному параметру, к сельским территориям. В пользу такого подхода говорит то, что территория по определению имеет строго установленные границы. Кроме того, муниципальный район является единицей государственного статистического учёта, которая в наибольшей степени соответствует задачам исследования.

В своём исследовании мы использовали комплексный подход к пониманию сущности и структуры трудового потенциала

и придерживались определения И.С. Мас-ловой, согласно которому трудовой потенциал — это «обобщающая характеристика меры и качества совокупности способностей к общественно полезной деятельности, которыми определяются возможности отдельного человека, групп людей, всего трудоспособного населения по их участию в труде» [6, с. 32].

Выбор данного определения обусловлен целями проводимого исследования и нашей позицией. Вместе с тем, несмотря на многообразие существующих подходов к исследованию трудового потенциала, одним из основных является рассмотрение его как комплексной характеристики, состоящей из разнородных компонентов. Как установлено в [10], многими учёными подчеркивается важность количественной и качественной составляющих трудового потенциала и в той или иной форме основными качественными характеристиками признаются здоровье, образование и активность населения. Именно эти характеристики были выбраны нами в качестве оцениваемых компонентов трудового потенциала сельских территорий.

Как показал критический анализ методик, используемых для оценки трудового потенциала, в число наиболее используемых приёмов входит расчёт интегрального индекса. Он производится по формуле:

X - X .

I _ 1 min

X

X

где I. — значение частного индекса по показателю, x — оцениваемый показатель, i — объект анализа (в данном случае наименование либо условный номер района), X. — значение оцениваемого показателя в районе i, X —

r ' min

минимальное возможное значение оцениваемого показателя, X — максимальное возмож-

' max

ное значение оцениваемого показателя.

Так называемая «обратная формула» используется при негативной природе отражаемого явления и имеет вид:

V

I _ max

V

V - V .

max min

Наиболее целесообразным, на наш взгляд, способом объединения частных индексов является расчёт их среднего арифметического. Это позволит получить равновзвешенное сопоставление характеристик трудового потенциала, а также даст возможность сопоставлять значения интегрального индекса в динамике за различные годы.

Важным вопросом представляется и принцип определения минимальных и максимальных значений, используемых при расчёте индекса. При этом необходимо решить сразу две задачи: обеспечить сопоставимость значений индекса и ориентироваться на реальные условия региона. Для этого в качестве предельных величин для расчёта индекса мы будем использовать реально наблюдаемые в Вологодской области значения. Поскольку они могут меняться из года в год, логично будет выбрать их из массива статистики за несколько лет. В данном случае мы будем ориентироваться на период 2000—2012 гг.

Как уже отмечалось, выбор показателей остаётся одним из дискуссионных вопросов в методологии оценки трудового потенциала. Это обусловлено в первую очередь особенностями объекта исследования. В случае с сельскими территориями Вологодской области мы посчитали рациональным отталкиваться от основных выявленных ранее проблем, а также от реального воздействия показателей на экономику районов. Кроме того, показатели отбирались на основании анализа факторов, т.е. оценки их влияния на некий выходной

экономический показатель, отражающий эффект от реализации трудового потенциала. В качестве основного инструмента при этом использовался коэффициент корреляции Пирсона, значения которого варьируются между -1 (обратная пропорциональность) и 1 (прямая пропорциональность), нейтральным значением является 0 (отсутствие взаимосвязи). За сравнительный показатель была взята суммарная прибыль организаций в расчёте на среднесписочную численность работников, в абсолютном выражении частично отражающая производительность труда.

Таким образом, для выявления взаимосвязи ряды значений потенциальных показателей состояния трудового потенциала были сопоставлены со значениями прибыли организаций посредством корреляционно-регрессионного анализа.

Как индикатор, косвенно отражающий здоровье населения, нами была выбрана смертность в трудоспособном возрасте (рис. 1). Во-первых, само по себе явление повышенной смертности населения негативно сказывается на трудовом потенциале территории, отражает фактическую потерю трудовых ресурсов, косвенно указывает на заболеваемость населения. Во-вторых, значения данного показателя в разрезе районов рассчитываются Федеральной службой государственной статистики, в отличие от показателя ожидаемой продолжительности жизни при рождении, который активно используется для оценки здоровья населения отдельных стран и регионов, но для муниципальных образований не рассчитывается. Вместе с тем показатель ожидаемой продолжительности жизни представляется нам чересчур широким, охватывающим

Рисунок 1. Смертность в трудоспособном возрасте в районах Вологодской области в 2012 году, на 1000 чел. трудоспособного возраста

Источник: Основные показатели деятельности учреждений здравоохранения за 2012 год: стат. сб. / МИАЦ при Департаменте здравоохранения Вологодской области. - Вологда, 2013. - 133 с.

спектр явлений, выходящих за рамки категории «трудовой потенциал»: специфику рождаемости и смертности, особенности государственной политики здравоохранения, специфику этноса и традиций, климат, экологию и пр. [14]. В-третьих, по результатам корреляционного анализа смертность в трудоспособном возрасте и прибыль организаций на одного работника (точнее, её натуральный логарифм, поскольку мы придерживались гипотезы логарифмически-нормального распределения) имеют значимую статистическую взаимосвязь средней силы (коэффициент корреляции Пирсона по модулю больше 0,5).

Рассмотрим другую важную характеристику трудового потенциала — образование. Наиболее широко используемым в данном случае является показатель уровня обра-

зования населения, рассчитываемый как число завершивших ту или иную ступень общего или профессионального обучения на 1000 жителей старше 15 лет. В методиках оценки человеческого потенциала применяется, как правило, показатель охвата начальным образованием. Однако, как видно в [10], дифференциация районов по базовой грамотности (числу закончивших 3 класса начальной школы) незначительна, во всех районах начальную школу окончило почти 100% населения. Более актуален для оценки трудового потенциала показатель уровня высшего образования, широко используемый в методиках со схожими задачами (рис. 2). Данный показатель отражает в первую очередь численность высококвалифицированных кадров — ключевого ресурса инновационной экономики.

Рисунок 2. Число лиц с высшим образованием в районах Вологодской области в 2010 году, на 1000 чел. старше 15 лет

Источник: Уровень образования населения Вологодской области: итоги Всероссийской переписи населения 2010 года: стат. сб. / Вологдастат. - Вологда, 2012. - 238 с.

Рассматриваемый показатель обладает рядом известных ограничений. Во-первых, на основании статистики мы не можем определить качество полученного образования. Во-вторых, нам неизвестно, трудоустроен ли выпускник вуза, и если да, то работает ли он по специальности. Тем не менее мы полагаем, что, даже с определённой долей погрешности, данный показатель в большей степени, нежели другие возможные, отражает образовательную характеристику трудового потенциала в разрезе районов области. Это частично подтверждается и в корреляционном анализе: коэффициент корреляции Пирсона составил 0,786 при сопоставлении данных по высшему образованию и прибыли в абсолютном выражении. В то же время следует отметить значимое ограничение

показателя: данные об уровне образования публикуются только по результатам переписи населения. За неимением подходящего альтернативного индикатора образовательной характеристики, лишённого подобного недостатка, значение числа лиц с высшим образованием в промежуток между переписями населения следует считать неизменным.

Третья характеристика, выбранная нами для оценки трудового потенциала сельских территорий Вологодской области, — активность населения. Данное качество может проявляться по-разному. В контексте анализа рынка труда интерес представляют прежде всего экономическая и предпринимательская активность. Причем последняя особо значима для данного исследования, поскольку показывает не только вовлечён-

Рисунок 3. Число индивидуальных предпринимателей в районах Вологодской области в 2012 году, на 1000 чел. населения

Источник: Муниципальные районы и городские округа Вологодской области: социально-экономические показатели, 2012: стат. сб. / Вологдастат. - Вологда, 2013. - 324 с.

ность в экономические процессы, но и инициативность населения, способность к трудовой самореализации. Рост и развитие частного предпринимательства оказывает благотворное действие и на экономику территории в целом, способствуя диверсификации занятости, повышению дохода населения, развитию сферы услуг и частной торговли [13]. Кроме того, как показал анализ статистики, численность индивидуальных предпринимателей (рис. 3) имеет значимую статистическую взаимосвязь (г = 0,765) с размером совокупной прибыли организаций при сопоставлении массивов данных за период с 2000 по 2012 год.

Помимо предпринимательской активности, учитывая актуальные для районов Вологодской области проблемы, по нашему мнению, имеет смысл оценивать также миграционную активность. Миграция, будучи комплексным явлением, способна отражать целый ряд различных свойств территории: условия проживания (социальные, экономические, политические, климатические и т.д.), привлекательность рынка труда, доступ к определённым услугам (образовательным, здравоохранительным и пр.).

Как отмечалось ранее, в рамках исследования территорий региона миграция представлена в основном активными группами населения: амбициозной молодёжью и людьми с высшим образованием. Поэтому можно сказать, что из-за оттока населения большинство районов области находятся в невыгодном положении. Однако сам по себе коэффициент миграции не вполне подходит для целей данного исследования. Прежде всего, ограничения накладываются в связи с его композитной природой, т.е., основываясь лишь на его значении, мы не можем чётко описать происходящие на территории явления. К примеру, нейтральное

значение может быть вызвано как низкой, так и высокой миграционной активностью при условии, что отток компенсируется притоком. К тому же значение коэффициента может быть как положительным, так и отрицательным числом, что существенно затрудняет его использование в рамках выбранной методики.

В связи с этим целесообразно рассматривать один из компонентов коэффициента — отток или приток населения. Отток населения в большей степени свидетельствует об определённых характеристиках территории в сравнении с «пунктом назначения» миграции. Однако конкретную причину миграции, равно как и некие, например профессиональные, качества мигрантов на основании одного лишь показателя не установить. Помимо того, миграционный отток всегда зависит от численности населения.

Иными словами, в условиях районов Вологодской области, в которых в исследуемый период наблюдался существенный отток населения, покидать место жительства либо уже попросту некому, либо остались лишь те, кто не имеет такого желания или возможности.

Следовательно, для целей данного исследования лучше всего подходит показатель миграционного притока (рис. 4). Хотя, как и в случае с оттоком, установить действительную причину приезда весьма проблематично. Это в данном случае не столь актуально: приехавшие, вероятнее всего, будут вовлечены в экономику территории, так или иначе «оживят» рынок труда, т.е. создадут дополнительное предложение рабочей силы. Показатель актуален и в долгосрочной перспективе: рост притока населения способствует улучшению демографической ситуации, т.е. потенциально увеличивает численность трудовых ресурсов.

Рисунок 4. Миграционный приток в районах Вологодской области в 2012 году,

на 1000 чел. населения

Источник: Демографический ежегодник Вологодской области. 2012: стат. сб. / Вологдастат. - Вологда, 2013. - 80 с.

Добавим к этому, что коэффициент корреляции миграционного притока с экономической прибылью организаций составил 0,734, что свидетельствует о сильной взаимосвязи значений этих показателей.

Таким образом, для оценки трудового потенциала сельских территорий Вологодской области отобраны 4 основных показателя, которые не только отражают интересующие нас характеристики, но и имеют значимые статистические связи с таким показателем экономического развития, как прибыль организаций. В таблице 1 приведен их перечень с формулами для расчёта соответствующих им частных индексов, а также минимальные (min) и максимальные (max) значения статистических показателей, используемых в методике.

Представленные в таблице формулы являются вариациями формул 1 и 2. В качестве предельных значений мы выбрали реальные максимальные и минимальные значения, наблюдаемые в районах области с 2000 по 2012 год, что позволяет, с одной стороны, достичь сопоставимости значений интегрального индекса в разные годы, с другой — учитывать реалии Вологодской области.

Поскольку характеристика активности населения представлена двумя показателями, частный индекс активности (1А.) рассчитывался как среднее арифметическое его составляющих:

I

Ai

1 Bi + 1Mi 2

Таблица 1. Методика оценки отдельных характеристик трудового потенциала сельских территорий Вологодской области

Характеристика трудового потенциала Статистический показатель Предельные значения Формула расчёта частного индекса

min max

Здоровье Смертность в трудоспособном возрасте, случаев на 1000 чел. (Н ) 2,0 19,0 H H т _ max i Hi~ h - H max min

Образование Лиц с высшим образованием на 1000 чел. старше 15 лет (Е) 51 145,0 E - E t i min E'~ E - E (4) max min

Активность Число индивидуальных предпринимателей, на 1000 чел. населения (В) 2,2 68,1 r Bi - Bmin Bi B - B . (5) max min

Миграционный приток, чел. на 1000 чел. (М ) 0,9 48,0 j Mi - Mmn Mi M - M . (6) max min

Примечание. Здесь и далее \ - номер района. Источник: составлено авторами.

Целью проводимой оценки являлось не только сравнение районов по состоянию трудового потенциала, но и прослеживание тенденций его изменения, в связи с чем целесообразным было использование среднего арифметического для вычисления значения интегрального индекса. Отсюда формула расчёта интегрального индекса имеет вид:

I

1щ+ 1 Ei + IAi

3

где I. — интегральный индекс трудового потенциала в /'-том районе, 1т — индекс здоровья, 1т — индекс образования, 1Л. — индекс заработной платы. Расчёт производится отдельно для каждого района (/).

В таблице 2 представлено подробное описание алгоритма расчёта индекса с указанием пошаговых действий и источников статистических данных.

Итак, на основании обобщения теоретико-методологического опыта, а также анализа статистических данных нами была

разработана и научно обоснована методика оценки трудового потенциала сельских территорий и прочих районов Вологодской области. Методологическая база настоящей методики широко используется в международных и отечественных исследованиях, что подчёркивает её научную актуальность и практическую значимость. Анализ факторов и выявление их корреляционной связи с прибылью организаций позволили подобрать показатели, наиболее значимые в условиях исследуемого региона. Немногочисленность используемых показателей дает возможность с большей точностью выявить дифференциацию его территорий.

Для апробации методики были произведены расчёты индекса трудового потенциала сельских территорий районов Вологодской области и составлен соответствующий рейтинг (табл. 3).

Судя по приведённым данным, в 2012 году наблюдается значительная дифференциация районов области по значению индекса трудового потенциала сельских территорий. Так, у лидирующего в рейтинге

Таблица 2. Описание алгоритма расчёта индекса трудового потенциала сельских территорий

№ п/п Шаг Содержание работы, пояснение

1. Подготовка исходных данных Данный этап направлен на составление исходной базы статистической информации для дальнейшей обработки в рамках предложенной методики.

1.1. Сбор статистических данных по показателям, используемым в методике Источником данных являются официальные публикации Территориального отделения Федеральной службы государственной статистики по Вологодской области. К числу необходимых для расчёта исходных данных относятся (в скобках указан конкретный источник): - смертность в трудоспособном возрасте в разрезе районов (данные можно получить по запросу в Территориальное отделение Федеральной службы государственной статистики по Вологодской области); - число лиц с высшим образованием на 1000 чел. населения старше 15 лет в разрезе районов области (статистический сборник «Итоги Всероссийской переписи населения в Вологодской области», раздел «Образование», таблица «Население городских округов и муниципальных районов Вологодской области по уровню образования (на 1000 человек)»); - число индивидуальных предпринимателей в разрезе районов (статистический сборник «Муниципальные районы и городские округа Вологодской области», раздел «Общая характеристика хозяйствующих субъектов», таблица «Число индивидуальных предпринимателей»); - миграционный приток населения в разрезе районов (статистический сборник «Демографический ежегодник Вологодской области», раздел «Миграция», таблица «Миграция населения по городским округам и муниципальным районам Вологодской области», графа «Прибыло»); - численность населения в районах области в разрезе районов (статистический сборник «Муниципальные районы и городские округа Вологодской области», раздел «Население», таблица «Численность постоянного населения»).

1.2. Определение минимальных и максимальных значений Согласно предложенной методике, минимальные и максимальные значения фиксированы и соответствуют минимальным и максимальным значениям, наблюдавшимся за период с 2000 по 2012 год (см. табл. 1). В случае выхода значений за установленные рамки задаются новые предельные значения. Для достижения сопоставимости результатов оценки в разные годы производится перерасчет индексов по значениям за предыдущие годы с учётом нового минимального и (или) максимального значения.

2. Обработка данных После сбора исходных данных они приводятся в соответствующий требованиям методики вид и вводятся в предложенные формулы расчёта.

2.1. Расчёт относительных показателей Показатели по числу индивидуальных предпринимателей и миграционному притоку населения не публикуются в относительных значениях, необходимых для расчёта. В связи с этим абсолютные значения по данным показателям пересчитываются на 1000 чел. населения.

2.2. Расчёт частных индексов После приведения всех данных по компонентам интегрального индекса к предписанному виду производится расчёт частных индексов по четырём оцениваемым показателям согласно формулам 3, 4, 5, 6 (см. табл. 1). Затем, для расчёта индекса активности, значения индексов по показателям индивидуального предпринимательства и миграционного притока рассчитываются по формуле 7.

2.3. Расчёт интегрального индекса Расчёт среднего арифметического частных индексов по трём компонентам индекса трудового потенциала сельских территорий производится по формуле 8. При необходимости сравнения с данными за предыдущие годы и в случае использования обновлённых предельных значений (см. шаг 1.2) индексы районов за предыдущие годы перерассчитываются по аналогичному алгоритму.

Источник: составлено авторами.

Шекснинского района индекс почти в 2 раза выше, чем у Кичменгско-Городец-кого, занимающего последнее место. В тройку лидеров также входят Вологодский и Кадуйский районы, остальные ощутимо отстают от них. Причем определяющими факторами стали миграционная привлекательность территорий и отчасти связанная с ней численность лиц с высшим

образованием. Например, преимуществом Кадуйского района, несмотря на невысокое значение индекса здоровья населения, является высокий уровень образования. В то же время Череповецкий район, находящийся в группе лидеров по индексу активности и индексу здоровья, занимает лишь 6-е место по общему индексу в силу невысокого уровня образования.

Таблица 3. Индекс трудового потенциала сельских территорий в Вологодской области, 2012 г.

-. е блт л. е й ея к я

Территория Смертность в трудоспо ном возрасте, на 1000 1 в трудоспособном возр; Индекс здоровья Число лиц с высшим образованием на 1000 1 старше 15 лет Индекс образования Число предпринимате на 1000 чел. населен Миграционный прито на 1000 чел. населен Индекс активности Индекс трудового потенциала сельски: территорий Место в рейтинге

Всего по районам 8,6 0,612 111,3 0,641 28,0 31,5 0,520 0,591 х

Сельские территории 8,3 0,627 103,3 0,557 27,7 35,4 0,560 0,581 х

Прочие районы 8,9 0,597 119,5 0,729 28,3 27,3 0,479 0,601 х

Бабаевский 11,7 0,427 106,3 0,588 28,6 20,0 0,403 0,473 21

Бабушкинский 9,0 0,591 72,9 0,233 33,4 19,8 0,438 0,421 24

Белозерский 11,2 0,458 110,5 0,633 26,8 37,0 0,569 0,553 15

Вашкинский 10,8 0,485 100,4 0,526 33,5 31,4 0,562 0,524 11

Великоустюгский 8,0 0,644 113,5 0,665 32,5 26,1 0,498 0,602 18

Верховажский 7,0 0,704 101,3 0,535 22,6 33,5 0,501 0,580 14

Вожегодский 9,9 0,536 84,7 0,359 18,5 33,0 0,464 0,453 22

Вологодский 5,7 0,782 128,1 0,820 27,0 39,6 0,599 0,734 2

Вытегорский 11,1 0,463 94,1 0,458 21,7 16,3 0,312 0,411 25

Грязовецкий 7,6 0,673 119,8 0,732 21,6 19,4 0,344 0,583 13

Кадуйский 10,5 0,502 145,3 1,000 30,4 43,7 0,669 0,725 3

Кирилловский 8,6 0,612 128,1 0,821 23,2 43,1 0,608 0,680 4

К.-Городецкий 10,8 0,481 80,3 0,312 20,2 24,8 0,390 0,394 26

Междуреченский 12,7 0,368 102,0 0,543 28,0 41,3 0,625 0,512 20

Никольский 9,5 0,556 72,2 0,225 23,1 34,2 0,512 0,431 23

Нюксенский 8,6 0,611 119,9 0,733 28,4 34,8 0,558 0,634 7

Сокольский 8,3 0,630 125,9 0,797 28,3 18,7 0,387 0,605 10

Сямженский 8,2 0,633 103,6 0,560 36,0 39,5 0,666 0,620 8

Тарногский 9,5 0,557 103,4 0,557 54,4 31,7 0,723 0,612 9

Тотемский 7,2 0,695 117,1 0,703 28,6 39,2 0,607 0,668 5

Усть-Кубинский 9,2 0,577 109,8 0,626 24,6 40,7 0,592 0,598 12

Устюженский 10,4 0,505 106,5 0,590 29,7 29,6 0,513 0,536 17

Харовский 12,5 0,381 114,6 0,676 39,3 21,6 0,501 0,519 19

Чагодощенский 10,9 0,476 118,3 0,716 27,6 21,9 0,416 0,536 16

Череповецкий 7,1 0,699 101,9 0,542 32,6 48,0 0,730 0,657 6

Шекснинский 5,9 0,769 130,1 0,842 22,0 45,8 0,627 0,746 1

Источник: расчёты авторов.

Предпринимательская активность в районах также существенно разнится. Отчасти это объясняется тем, что значительный миграционный приток стал проявляться здесь лишь в последние годы (1945 человек в 2012 году по сравнению с 295 в 2010 году; см. табл. 3) и не успел оказать ощутимого воздействия. Что касается районов, занимающих последние места в рейтинге, то, помимо Кичменгско-Горо-децкого, следует отметить Вытегорский, Бабушкинский и Никольский, близкие друг к другу по значению интегрального индекса.

Однако здесь есть некоторые нюансы. Если Кичменгско-Городецкий и Вытегорский районы отстают по всем показателям, то Никольский и Бабушкинский — по уровню образования. Любопытно, что в ряде районов с невысокой долей сельского населения оно отличается крайне низкой активностью на фоне средних и даже высоких показателей по здоровью и образованию. К числу таких районов можно отнести Бабаевский, Грязовецкий, Сокольский, Чагодощенский. В целом, несмотря на то, что в малых городах и посёлках городского типа налажена сравнительно эффективная работа систем здравоохранения и образования, следует отметить низкую привлекательность этих территорий для трудовых ресурсов и предпринимательской деятельности.

Что касается сельских и прочих районов области, то очевидных различий между данными группами по значению сводного индекса — нет. Хотя, кроме упомянутых выше, можно выделить и другие особенности. Так, в большинстве сельских районов зафиксирован низкий уровень образования (Кичменгско-Городецкий район — 72 человека с высшим образованием на 1000 человек населения, Бабушкинский — 72,9, Вожегодский — 84,7 и т.д.; см. табл. 3).

В результате, несколько выигрывая в миграционной и предпринимательской активности, сельские территории уступают прочим районам по числу лиц с высшим образованием. Для большей наглядности сравнения сельских и прочих территорий области они были распределены в пять групп по значению индекса трудового потенциала: с очень низким (ниже 0,500); с низким (от 0,500 до 0,600); со средним (0,600-0,700); с высоким (0,700-0,800) и с очень высоким значением индекса (свыше 0,800). Схожий принцип группировки используется, в частности, в методологии ПРООН [2, с. 144-147].

В таблице 4 представлены названные группы районов с указанием доли сельского населения, за исключением группы с очень высоким значением индекса, поскольку такие районы в 2012 году в области отсутствовали. Курсивом выделены те районы, которые в рамках данного исследования принято считать сельскими территориями.

Как наглядно продемонстрировано в таблице, сельские территории можно наблюдать во всех группах районов. В то же время, учитывая, что Вологодский район по факту является прилегающим к областной столице и, следовательно, попадает в зону её экономического влияния, не вполне оправданно сравнивать его с другими сельскими территориями. Нижнюю часть таблицы занимают 5 районов с превалирующим сельским населением. Вместе с тем группа территорий с низким уровнем трудового потенциала по большей части представлена районами с высокой долей городского населения. Таким образом, несмотря на различия в значениях частных индексов, имеют место несущественные различия между сельскими и городскими территориями по среднему значению индекса трудового потенциала.

Таблица 4. Группировка районов Вологодской области по значению индекса трудового потенциала сельских территорий

Группа районов Район Значение индекса трудового потенциала сельских территорий Доля сельского населения, % Место в рейтинге

Территории с высоким уровнем трудового потенциала Шекснинский 0,746 36,7 1

Вологодский 0,734 100 2

Кадуйский 0,725 19,2 3

Кирилловский 0,680 51,3 4

Тотемский 0,668 57,9 5

Череповецкий 0,657 100 6

Территории со средним уров- Нюксенский 0,634 100 7

нем трудового потенциала Сямженский 0,620 100 8

Тарногский 0,612 100 9

Сокольский 0,605 15,6 10

В.-Устюгский 0,602 30,1 11

Усть-Кубинский 0,598 100 12

Грязовецкий 0,583 38,4 13

Верховажский 0,580 100 14

Районы с низким уровнем трудового потенциала Белозерский 0,553 42,7 15

Чагодощенский 0,536 26,7 16

Устюженский 0,536 49,6 17

Вашкинский 0,524 100 18

Харовский 0,519 38,1 19

Междуреченский 0,512 100 20

Бабаевский 0,473 43,6 21

Вожегодский 0,453 59,4 22

Районы с очень низким уров- Никольский 0,431 61,6 23

нем трудового потенциала Бабушкинский 0,421 100 24

Вытегорский 0,411 60,5 25

К.-Городецкий 0,394 100 26

Источник: составлено авторами.

Группы районов представлены на карте, где, в частности, чётко прослеживается повышение значения индекса трудового потенциала территорий, расположенных близ крупных городов, а также по направлению Вологда — Великий Устюг (рис. 5).

Кроме того, интересно сравнить данные о значениях индекса за 2012 год с более ранними (табл. 5). Выбор 2002 года обусловлен большей точностью данных в связи с проведённой переписью населения.

Как видно из приведенных данных, в рассматриваемый период во всех районах области отмечается рост значения индекса трудового потенциала сельских территорий. Хотя многие районы сохранили или незначительно изменили свои позиции, в некоторых из них очевиден ощутимый сдвиг, например в Кирилловском, Тарногском, Чагодощенском и Шекснинском. Однако свои позиции утратили Великоустюгский, Междуреченский и Сокольский районы.

Рисунок 5. Индекс трудового потенциала сельских территорий в районах Вологодской области в 2012 году

Источник: расчёты авторов.

Таблица 5. Индекс трудового потенциала сельских территорий в районах Вологодской области в 2002 и 2012 годах

Территория Значение индекса Место в рейтинге

2002 г. 2012 г. 2002 2012

Всего по районам 0,361 0,591 н/д н/д

Сельские территории 0,343 0,581 н/д н/д

Прочие районы 0,378 0,601 н/д н/д

Бабаевский 0,245 0,473 23 21

Бабушкинский 0,212 0,421 26 24

Белозерский 0,298 0,553 16 15

Вашкинский 0,337 0,524 13 11

Великоустюгский 0,498 0,602 1 18

Верховажский 0,318 0,580 15 14

Вожегодский 0,255 0,453 21 22

Вологодский 0,471 0,734 2 2

Вытегорский 0,235 0,411 24 25

Грязовецкий 0,326 0,583 14 13

Кадуйский 0,411 0,725 5 3

Окончание таблицы 5

Кирилловский 0,360 0,680 11 4

К.-Городецкий 0,296 0,394 18 26

Междуреченский 0,352 0,512 12 20

Никольский 0,256 0,431 20 23

Нюксенский 0,379 0,634 7 7

Сокольский 0,463 0,605 3 10

Сямженский 0,364 0,620 10 8

Тарногский 0,298 0,612 17 9

Тотемский 0,373 0,668 8 5

Усть-Кубинский 0,387 0,598 6 12

Устюженский 0,245 0,536 22 17

Харовский 0,292 0,519 19 19

Чагодощенский 0,231 0,536 25 16

Череповецкий 0,414 0,657 4 6

Шекснинский 0,365 0,746 9 1

Источник: расчёты авторов.

Анализируя динамику частных показателей, стоит отметить, что индекс смертности практически не изменился (0,628 в 2002 году против 0,612 в 2012 г.). При этом остальные показатели выросли приблизительно в 2—3 раза: индекс образования — с 0,258 до 0,641, активности — с 0,196 до 0,520. Это указывает, с одной стороны, на стабильность уровня смертности в трудоспособном возрасте, с другой — на высокие темпы роста уровня образования, миграционной и предпринимательской активности населения, способствующие, по нашему мнению, созданию основы для перехода экономики региона на инновационный путь развития.

В качестве рекомендации по использованию рассматриваемого индекса можно предложить как сопоставление его значений между районами за конкретный год, так и изучение общей динамики изменения индекса в отдельных районах и в целом по области. Следует также учитывать, что интегральный индекс, сам по себе, отражает лишь некую совокупность явлений,

определяющих трудовой потенциал территории. В связи с этим более информативным представляется расширенный анализ статистики по отдельным характеристикам трудового потенциала. Это особенно актуально в случаях низких и крайне низких значений показателей (см. табл. 3), поскольку позволит выявить фактические проблемы, сдерживающие рост трудового потенциала территории. Помимо собственно выявления определяющего фактора, имеет смысл проанализировать статистику по сопутствующим ему показателям.

Так, при анализе причин высокого значения индекса смертности следует провести углублённый анализ заболеваемости, территориальной доступности учреждений здравоохранения, охвата профилактическими осмотрами, а также проводимых мероприятий по популяризации здорового образа жизни и т.д.

Низкий уровень образования может быть вызван как удаленностью учреждений высшего образования от места проживания, так и дефицитом спроса на

выпускников вузов на локальном рынке труда, что обусловливает необходимость создания соответствующих рабочих мест. Низкий миграционный приток свидетельствует, как правило, о низкой миграционной привлекательности территорий, что может быть вызвано стагнацией рынка труда, неблагоприятными условиями проживания, слабой развитостью социальной инфраструктуры. Анализ предпринимательской активности может быть ориентирован не только на эндогенные факторы рынка труда, но и на оценку поддержки малого предпринимательства органами местного самоуправления.

Что касается исследования динамики общего и частных значений индекса трудового потенциала, то здесь эффективно прежде всего наблюдение за выраженными изменениями. При выявлении негативных тенденций необходимо, с целью установления их вероятных причин, провести анализ административных решений местного и регионального руководства. В случае роста значений частной характеристики трудового потенциала целесообразно не только выявить определяющий фактор, но и проанализировать возможность переноса успешного опыта на отстающие районы.

Литература

1. Демографический ежегодник Вологодской области. 2012 [Текст] : стат. сборник / Вологдастат. — Вологда,

2013. - 80 с.

2. Доклад о человеческом развитии 2013. Возвышение Юга: человеческий прогресс в многообразном мире [Текст] / ПРООН. - М.: Весь Мир, 2013. - 216 с.

3. Доктрина продовольственной безопасности Российской Федерации [Электронный ресурс] : утв. Указом Президента РФ от 30 января 2010 года № 120. — Режим доступа: http://www.kremlin.ru/news/6752

4. Концепция долгосрочного социально-экономического развития Российской Федерации на период до 2020 года [Электронный ресурс] : утв. распоряжением Правительства Российской Федерации от 17 ноября 2008 г. № 1662-р. — Режим доступа: http://www.government.ru/content/governmentactivity/ ^ёег1^егптеМ/ archive/2008/11/25/69b3495c378e451db8df6c3a265a755b.doc

5. Концепция устойчивого развития сельских территорий Российской Федерации на период до 2020 года [Электронный ресурс] / Центр экономической безопасности. — 61 а — Режим доступа: econsec.ru/ ПЬ5/28^.

6. Маслова, И.С. Трудовой потенциал советского общества. Вопросы теории и методологии исследования [Текст] / И.С. Маслова. — М.: Политиздат, 1987. — 125 а

7. Муниципальные районы и городские округа Вологодской области: социально-экономические показатели, 2012 [Текст] : стат. сб. / Вологдастат. — Вологда, 2013. — 324 с.

8. О развитии сельского хозяйства [Электронный ресурс] : ФЗ от 29.12.2006 № 264 (ред. от 29.12.2014). — Режим доступа: http://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_173011/

9. Основные показатели деятельности учреждений здравоохранения за 2012 год [Текст] : стат. сб. / МИАЦ при Департаменте здравоохранения Вологодской области. — Вологда, 2013. — 133 с.

10. Панов, М.М. Трудовой потенциал сельских территорий Вологодской области: состояние и проблемы развития [Электронный ресурс] / М.М. Панов, Е.А. Чекмарева // Вопросы территориального развития. —

2014. — № 10 (20). — Режим доступа: http://vtr.vscc.ac.ru/file.php?module=Articles&action=view&file=art icle&aid=4373

11. Уровень образования населения Вологодской области: итоги Всероссийской переписи населения 2010 года [Текст] : стат. сборник / Вологдастат. — Вологда, 2012. — 238 а

12. Устойчивое развитие сельских территорий на 2014—2017 годы и на период до 2020 года: федеральная целевая программа [Электронный ресурс] : утв. постановлением Правительства Российской Федерации от 15 июля 2013 г. № 598. — Режим доступа: http://www.vologda-agro.ru/images/stories/Information/ Other_documents/00056.pdf

13. Шик, О. Альтернативная несельскохозяйственная занятость в сельской местности России [Текст] : научный отчет / О. Шик, Т. Тихонова. — М.: Институт экономики переходного периода, 2007. — 206 с.

14. Human Development Report 1990 [Текст] / UNDP. - New York: Oxford University Press, 1990. - 180 c.

15. OECD Regional Typology [Электронный ресурс] : методологическое пояснение / OECD Directorate for Public Governance and Territorial Development. — 2011. — Режим доступа: http://www.oecd.org/gov/regional-policy/0ECD_regional_typology_Nov2012.pdf

Chekmareva E.A., Panov M.M.

Assessment of labor potential of rural areass

Elena Andreevna Chekmareva — Ph.D. in Economics, Research Associate at the Department of Living Standards and Lifestyle Studies. Federal State Budgetary Institution ofScience Institute ofSocioEconomic Development of Territories of Russian Academy of Science. 56A, Gorky Street, Vologda, Russian Federation, 160014. E-mail: miteneva@inbox.ru.

Mikhail Mikhailovich Panov — Junior Research Associate at the Department of Living Standards and Lifestyle Studies. Federal State Budgetary Institution of Science Institute ofSocioEconomic Development of Territories of Russian Academy of Science. 56A, Gorky Street, Vologda, Russian Federation, 160014. E-mail: mm_panov@mail.ru.

Abstract. The article presents the authors' method to evaluate and analyze labor potential in rural areas. It is focused on the role ofhuman factor in solving the problem ofsustainable development of rural territories. It considers the need to apply special tools in the study of labor potential of rural areas in order to justify the management decisions on the allocation of budgetary funds for sustainable development. The work discloses the algorithm to calculate the integral index of labor potential of rural areas, the formulas and the sources of required data. Health, education and activity of the population are the main estimated characteristics of labor potential. The authors estimate them by calculating the partial indices for four statistical indicators: mortality in the working age, number of persons with higher education, number of individual entrepreneurs and in-migration. The developed method is tested on the basis ofthe Vologda Oblast statistical data. The article reveals the results of the partial and integral indices calculation; the specially compiled map clearly shows the main problems and features ofthe labor potential distribution in the region, in particular: increased values of the labor potential index in the areas near large cities and in the direction of the Vologda — Veliky Ustyug highway, reduced labor potential in the areas located far from the regional center and major highways. The authors group the districts by values of the labor potential index and rank them by level of development. Sheksninsky District, Vologodsky District and Kaduysky District belong to the group of leaders; Babushkinsky District, Vytegorsky District and Kichmengsko-Gorodetsky District are characterized by the lowest level of labor potential development. The authors offer recommendations to use this index as a tool to study labor potential of rural areas.

Key words: labor potential, rural areas, assessment of labor potential, assessment method.

References

1. Demograficheskii ezhegodnik Vologodskoi oblasti. 2012: stat. sbornik [Demographic Yearbook of the Vologda Oblast. 2012: Statistics Digest]. Vologdastat [Vologda Oblast Statistics Service], Vologda, 2013. 80 p.

2. Doklad o chelovecheskom razvitii 2013. Vozvyshenie Yuga: chelovecheskii progress v mnogoobraznom mire [Human Development Report 2013. The Rise of the South: Human Progress in the Diverse World]. PROON [UNDP]. Moscow: Ves' Mir, 2013. 216 p.

3. Doktrinaprodovol'stvennoi bezopasnostiRossiiskoi Federatsii: utv. Ukazom Prezidenta RFot 30yanvarya 2010goda № 120 [Food Security Doctrine of the Russian Federation: Approved by the Presidential Decree of January, 30 2010 No. 120]. Available at: http://www.kremlin.ru/news/6752

4. Kontseptsiya dolgosrochnogo sotsial'no-ekonomicheskogo razvitiya Rossiiskoi Federatsii naperiod do 2020goda: utv. rasporyazheniem Pravitel'stva Rossiiskoi Federatsii ot 17 noyabrya 2008g. № 1662-r [Concept of the Long-Term Socio-Economic Development of the Russian Federation for the Period up to 2020: Approved by the Order of the Government of the Russian Federation of November 17, 2008 No. 1662-r]. Available at: http://www. government.ru/content/governmentactivity/insiderfgovernment/ archive/2008/11/25/69b3495c378e451db8d f6c3a265a755b.doc

5. Kontseptsiya ustoichivogo razvitiya sel'skikh territorii Rossiiskoi Federatsii na period do 2020 goda [Concept of Sustainable Development of Rural Territories of the Russian Federation for the Period up to 2020]. Tsentr ekonomicheskoi bezopasnosti [Economic Security Center]. Available at: econsec.ru/files/28.pdf.

6. Maslova I.S. Trudovoipotentsialsovetskogo obshchestva. Voprosy teorii i metodologii issledovaniya [Labor Potential of the Soviet Society. Issues of Theory and Methodology of the Research]. Moscow: Politizdat, 1987. 125 p.

7. Munitsipal'nye raiony i gorodskie okruga Vologodskoi oblasti: sotsial'no-ekonomicheskie pokazateli, 2012: stat. sb. [Municipal and Urban Districts of the Vologda Oblast: Socio-Economic Indicators, 2012: Statistics Digest]. Vologdastat [Vologda Oblast Statistics Service], Vologda, 2013. 324 p.

8. O razvitii sel'skogo khozyaistva: FZ ot 29.12.2006 № 264 (red. ot 29.12.2014) [Development of Agriculture: Federal law of December 29, 2006 No. 264 (Edited of December 29, 2014)]. Available at: http://www.consultant.ru/ document/cons_doc_LAW_173011/

9. Osnovnye pokazateli deyatel'nosti uchrezhdenii zdravookhraneniya za 2012 god: stat. sb. [Main Indicators of Activity of Health Care Institutions in 2012: Statistics Digest]. MIATs pri Departamente zdravookhraneniya Vologodskoi oblasti [Medical Information-Analytical Center at the Vologda Oblast Health Care Department]. Vologda, 2013. 133 p.

10. Panov M.M., Chekmareva E.A. Trudovoi potentsial sel'skikh territorii Vologodskoi oblasti: sostoyanie i problemy razvitiya [Labor Potential of Rural Areas in the Vologda Oblast: State and Development Problems]. Voprosy territorial'nogorazvitiya [Issues of Territorial Development], 2014, no. 10 (20). Available at: http://vtr.vscc.ac.ru/ file.php?module=Articles&action=view&file=article&aid=4373

11. Uroven' obrazovaniya naseleniya Vologodskoi oblasti: itogi Vserossiiskoi perepisi naseleniya 2010 goda: stat. sbornik [The Education Level of the Vologda Oblast Population: Results of the 2010 All-Russia Population Census: Statistics Digest]. Vologdastat [Vologda Oblast Statistics Service], Vologda, 2012. 238 p.

12. Ustoichivoe razvitie sel'skikh territorii na 2014—2017gody i na period do 2020goda: federal'naya tselevaya programma: utv. postanovleniem Pravitel'stva Rossiiskoi Federatsii ot 15 iyulya 2013 g. № 598 [Sustainable Development of Rural Areas in 2014—2017 and for the Period up to 2020: Federal Target Program: Approved by the Government of the Russian Federation of July 15, 2013 No. 598]. Available at: http://www.vologda-agro.ru/images/stories/ Information/Other_documents/00056.pdf

13. Shik O., Tikhonova T. Al'ternativnaya nesel'skokhozyaistvennaya zanyatost' v sel'skoi mestnosti Rossii: nauchnyi otchet [Alternative to the Non-Agricultural Employment in Rural Russia: Scientific Report]. Moscow: Institut ekonomiki perekhodnogo perioda, 2007. 206 p.

14. Human Development Report 1990. UNDP. New York: Oxford University Press, 1990. 180 p.

15. OECD Regional Typology. OECD Directorate for Public Governance and Territorial Development, 2011. Available at: http://www.oecd.org/gov/regional-policy/OECD_regional_typology_Nov2012.pdf