Триста коробок ребром

Вокруг музея Владимира Набокова в Санкт-Петербурге разворачивается масштабный конфликт. Международное набоковское общество обратилось к российским властям с призывом передать его «из управления Санкт-Петербургского государственного университета в подходящее городское или федеральное культурное управление» для сохранения, по словам ученых, ведущей роли учреждения в мире набоковедения. Эти требования были поддержаны рядом российских культурных деятелей, недавно судьба музея обсуждалась на заседании СПЧ. Впрочем, как выяснил “Ъ”, вряд ли эти предложения найдут поддержку в правительстве. Замминистра культуры Алла Манилова настаивает, что музей уже является самостоятельным федеральным учреждением со статусом «похожим на Эрмитаж и выше, чем у Петергофа».

В распоряжении “Ъ” оказалось письмо Международного набоковского общества (.pdf), адресованное советнику Владимира Путина Владимиру Толстому, министру культуры Владимиру Мединскому и его заместителю Алле Маниловой. К американским набоковедам присоединяются коллеги из Франции и Японии. Ученые обеспокоены судьбой музея Владимира Набокова в Петербурге и просят российские власти пересмотреть статус учреждения, передав его «из управления Санкт-Петербургского государственного университета в подходящее городское или федеральное культурное управление».

«Мы узнали, что за прошлый год СПбГУ решил радикально сократить состав музея и понизить зарплаты остающихся сотрудников наполовину, что поощрило их скорый уход»,— сообщают авторы, отмечая, что это негативно сказывается на ведущей роли учреждения в мире набоковедения.

Ученых настораживают и кадровые перестановки: директором стал «новый музею человек, который доказал свое полное незнание деятельности и мирового значения музея». Авторы также упоминают о «разных способах, которыми СПбГУ препятствовал деятельности музея в последние годы» в части организации научных конференций и работы сайта. Набоковское общество, говорится в документе, поддерживает позицию Литературного фонда Владимира Набокова об исключении музея писателя и его дома (ул. Большая Морская, 47) из «ответственности университета и передаче в управление города Санкт-Петербурга или Министерство культуры РФ со статусом национального памятника и музея». Лишь в этом случае американский фонд Набокова (наследник писателя) готов передать его личные вещи, рукописи и книги (300 коробок) петербургскому музею.

Музей писателя располагается на первом этаже трехэтажного особняка в самом центре Петербурга, недалеко от Исаакиевской площади, занимая 330 кв. м. Его коллекция насчитывает около 5 тыс. единиц хранения. Владимир Набоков родился в этом доме. После революции здесь были и райвоенкомат, и управление бытового обслуживания, и комитет литературной цензуры. Два верхних этажа до 2010 года занимала редакция газеты «Невское время». Сейчас верхние этажи (1209,8 кв. м) отданы детской музыкальной школе, но там все это время продолжается ремонт, посторонних не пускают.

Музей основан как негосударственное учреждение культуры в 1997 году. В 2007 году он стал подразделением СПбГУ в статусе одного из отделов управления экспозиций и коллекций вуза. В структуру университета таким образом входят несколько музеев (музей-архив Д. И. Менделеева, музей истории СПбГУ, музей современных искусств им. С. П. Дягилева, отдел истории физики и математики, отдел естественнонаучных коллекций). Как пояснили в пресс-службе вуза, «государственных субсидий на ведение музейной деятельности СПбГУ не выделяется». В учебном учреждении назвали заявление о необходимости трансформации статуса музея писателя «слухами и домыслами». В вузе при этом выразили готовность «разместить на втором и третьем этажах экспозицию музея в случае передачи этих помещений СПбГУ». Тот факт, что городские власти отдали два этажа набоковского дома детской школе, ранее назвал абсурдом профессор Висконсинского университета литературовед Александр Долинин.

До 2017 года директором музея была Татьяна Пономарева, потом она стала заведующей отделом «Музей В. В. Набокова». Именно ее в своем письме поддержали ученые, заявив, что «в течение двух десятилетий во главе с Татьяной Пономаревой музей Набокова служит международному коллективу ученых и любителей Набокова ценнейшим ресурсом и центром ученой деятельности». 26 апреля 2019 года директором музея назначен писатель Андрей Аствацатуров, к кандидатуре которого скептически отнеслось набоковское сообщество.

Госпожа Пономарева также обеспокоена, что «в музее не осталось ни одного набоковеда, всех вынудили уйти, теперь работают люди, которые не знают музея, не знают Набокова».

В апреле в Петербурге создан координационный совет спасения музея Набокова, размещена петиция с требованием изменить статус музея (документ подписали более 4 тыс. человек). Эту позицию поддерживают, в частности, режиссер Александр Сокуров, актер Олег Басилашвили, художник Михаил Шемякин, многие другие. «Ситуация, когда музей всемирно известного писателя, не имевшего никакого отношения к СПбГУ, находится в ведении вуза, для которого музейная деятельность к тому же непрофильная, неестественна»,— объясняет суть требований член координационного совета спасения музея, президент фонда «Живая классика» Марина Смирнова. Она не исключает, что среди причин, по которым сохраняется такое положение дел, стремление вуза сохранить здание в центре города.

17 мая в Санкт-Петербурге прошло выездное заседание Совета по правам человека при президенте РФ (СПЧ), которое в том числе было посвящено обсуждению конфликта вокруг музея Владимира Набокова. «На заседание комиссии СПЧ по культуре, которое я вел, не приехали представители Министерства культуры,— рассказал “Ъ” Александр Сокуров.— Я понимаю точку зрения обеих сторон: СПбГУ и сторонников музея, но не совсем понимаю позицию Министерства культуры». Он настаивает, что музей должен иметь «федеральное значение». «Ставить вопрос: кто будет владеть и руководить музеем Набокова, неправильно по отношению к культурному процессу,— считает господин Сокуров.— Возможно, это и было бы интересно, если бы музей был при СПбГУ, но для этого нужны более либеральные настроения. Там тяжелые бюрократические надстройки! СПбГУ хотел бы иметь музей Набокова, ведь он стал бы самым ярким в созвездии его музеев. Но и в Петербурге, который называет себя культурной столицей, необходимо расширение музейного пространства».

«Создавать новые федеральные учреждения в Петербурге Министерство культуры вряд ли будет,— прокомментировал “Ъ” инициативу ученых советник президента РФ Владимир Толстой.— Делать это филиалом музея, но чего? Вопросов больше, чем ответов».

Господин Толстой при этом выразил надежду, что вопрос решится в ближайшее время.

Алла Манилова (она работала главным редактором газеты «Невское время», которая располагалась в доме Набокова) заявила “Ъ”, что письма, о котором идет речь, пока не получила, впрочем, знакома с аналогичным обращением Литературного фонда Набокова: «Я направила руководителю фонда в Монтрё наш ответ: пояснила статус музея, сказала, что мы очень заинтересованы, пригласила на встречу». «Правительство РФ как учредитель в 2017 году закрепило музейную деятельность как один из видов деятельности СПбГУ,— пояснила госпожа Манилова.— Это было инициативой самого университета». Замминистра добавила, что «Министерство культуры с СПбГУ готовят проект постановления о закреплении за Минкультом полномочий учредителя в части музейной деятельности». По ее словам, «как только за Минкультом будут закреплены соответствующие полномочия, университет будет в ведомственной юрисдикции Минкульта». «Уже сегодня музей имеет федеральный статус,— уверяет Алла Манилова.— Музей Набокова — самостоятельный музей федерального статуса, поскольку университет федеральный. Я скажу больше: у него статус выше, похож на Эрмитаж, выше, чем у Петергофа». Комментируя предложения передать музею писателя здание на Большой Морской, чиновница говорит, что «сегодня для этого нет оснований»: «Там незначительная коллекция, чтобы вести речь о передаче всего здания».

Тем не менее стороны не спешат к сближению позиций. Вчера стало известно, что Татьяна Пономарева написала заявление об увольнении. Госпожа Пономарева объяснила свое решение тем, что «чувствует себя ненужной, поскольку от нее ничего не зависит». Активисты координационного совета спасения музея тоже не собираются отказываться от активных действий. «Нам важно, чтобы музей полноценно функционировал, чтобы 300 коробок экспонатов были переданы России,— будем делать все возможное для этого»,— пообещала Марина Смирнова.