Революция и легитимность власти

Раздел I. Социальная революция: современные теоретические реконструкции

УДК 323.2

РЕВОЛЮЦИЯ И ЛЕГИТИМНОСТЬ ВЛАСТИ

С.М. Елисеев, Санкт-Петербургский государственный университет (Санкт-Петербург, Россия), e-mail: Eliseevprof@gmail.com

Аннотация. В статье представлен анализ места и роли проблемы легитимности власти в период революций. Особое место занимает проблема философского и идеологического обоснования легитимности в период революций. В качестве исторических примеров рассматриваются французская революция 1789 г. и русская революция 1917 г.

Ключевые слова: революция, легитимность, власть, режим, идеология.

THE REVOLUTION AND THE LEGITIMACY OF POWER

Abstract. The article presents the analysis of place and role of the problem of legitimacy during the revolution. A special place takes the problem of philosophical and ideological underpin-nings of legitimacy in a period of revolutions. As historical examples the French revolution of 1789 and the Russian revolution of 1917 are being researched.

Keywords: revolution, legitimacy, power, regime, ideology.

Тема легитимности власти и революции не нова. Она уже дискуссируется на протяжении более 200 лет. Но от этого дискуссии по проблемам принципов, правил и норм легитимации власти в постреволюционной период не становятся менее острыми.

Революции представляют собой наиболее яркое проявление социальных изменений. Они знаменуют собой фундаментальные переломы в исторических процессах и преобразуют человеческое общество. От других форм социальных изменений революции отличаются пятью особенностями.

1. Они затрагивают все уровни и сферы общества: экономику, политику, культуру, социальную организацию, повседневную жизнь индивидов.

2. Во всех этих сферах революционные изменения имеют радикальный, фундаментальный характер, пронизывают основы социального устройства и функционирования общества.

3. Изменения, вызываемые революциями, исключительно быстры, они подобны неожиданным взрывам в медленном потоке исторического процесса.

4. По всем этим причинам революции представляют собой наиболее характерные проявления изменений, время их свершений исключительно и, следовательно, особенно памятно.

5. Революции вызывают необычные реакции у тех, кто в них участвовал или был их свидетелем. Это взрывы массовой активности, это энтузиазм, возбуждение, подъем настроений, радость, оптимизм, надежда, ощущение силы и могущества, сбывшихся надежд, обретение смысла жизни и утопические видения ближайшего будущего.

Распределение революций в истории неравномерно. Большинство из них связано с современной или новейшей историей. Революции, известные как «великие», - английская

(1649 г.), американская (1776 г.), французская (1789 г.) - открыли эпоху современности; русская (1917 г.) и китайская (1949 г.) - положили начало периоду коммунизма, а антикоммунистические в Восточной и Центральной Европе (1989 г.) завершили его. «Бунтарское столетие» - так некоторые историки называют период с 1830 по 1930 годы. Большинство социологов единодушно во мнении о том, что, если какой-либо век и заслуживает титула «век революций», так это предшествующий, двадцатый. Наряду с «прогрессом», «наукой» «революция» во многом выражает сущность ХХ столетия [2].

Революция представляет собой радикальный тип политических изменений, в результате которых прерывается прежняя политическая традиция и воспроизводится новая политическая система. В ХХ веке политика России неоднократно менялась под воздействием революций. В 1905 г., дважды в 1917 г. и в 1991 г. произошли революционные изменения в политической системе общества, в результате которых трансформировались государственные и политические структуры, процессы и цели, затрагивающие распределение и отправление властных полномочий по управлению российским обществом.

В период революции всегда обостряется вопрос о легитимности существующей власти. Под легитимностью, как привило, понимают признание со стороны общества правомерности политического господства.

Легитимность выражает тот факт, что граждане в явной или неявной форме воспринимают политическую систему как соответствующую его собственным политическим и моральным принципам, личностным представлениям об истинном и справедливом в политике [3, с. 26].

В этом плане легитимность власти и «право на революцию» тесным образом переплетены друг с другом. Как свидетельствует исторический опыт, политическая революция, как правило, терпит поражение, когда она направлена против политической власти, обладающей высоким уровнем легитимности. Следствием этой закономерности является правило, согласно которому, революции всегда предшествуют процессы делегитимации государственной власти. Процессы делегитимации могут происходить в силу объективных причин, например, неуклонного падения уровня жизни населения в силу неэффективного управления или поражения в войне. Но они также могут происходить и в силу субъективных причин, под которыми мы понимает целенаправленное воздействие политической оппозиции на систему ценностей и норм существующего политического режима с целью разрушения доверия к нему со стороны общества и порождения убеждения в ее социальной несправедливости.

Идеологическая делегитимация существующей власти всегда предшествует революции. Равно как и идеологическая легитимация лежит в основе любой социальной и/или политической революции.

В этой связи напомним несколько мыслей А. Токвиля о французской революции 1789 г. В известной работе «Старый порядок и революция» он отмечал, что именно философию XVIII века справедливо считают одной из главных причин Революции. Все новые или обновленные воззрения, созданные философией XVIII века, стали не только причиной французской революции, они составляли ее существо; это самое основополагающее, самое прочное, самое истинное из ее творений относительно времени» [4, с. 13-14].

Целью «французской революции было не только изменить прежнее правление, но и уничтожить прежнюю форму общества, она должна была обрушиться разом на все устоявшиеся формы власти, опровергнуть все признанные авторитеты, стереть традиции, об-

новить нравы и обычаи и, в некотором роде, очистить человеческий ум от всех идей, на которых прежде основывались уважение и повиновение. Отсюда ее чрезвычайно анархический характер» [4, с. 15].

Идеологические алгоритмы французской революции прослеживаются и в истории русских революций ХХ века. Русский марксизм начала ХХ века был идеологической основой Октябрьской революции 1917 г. Он же стал и основным источником легитимности Революции и установившегося в ее следствии коммунистического режима [1, с. 59-72].

Социалистическая революция, во многом копируя французскую революцию 1789 г., еще с большей яростью обрушилась на все устоявшиеся формы власти, опровергла все признанные авторитеты, включая церковь, традиции, нравы и обычаи, на которых прежде основывались уважение и повиновение. Но по иронии истории, спустя уже несколько десятилетий после революции, большевики вынуждены были вернуть церкви авторитет, некоторые дореволюционные традиции и обычаи. Одной идеологической легитимности было недостаточно для того, чтобы общество поддерживало существующую власть.

В конце существования СССР идеологическая легитимность власти стала стремительно разрушаться. Все указывало на приближение новой политической революции. В обществе стала формироваться новая альтернативная существующей система ценностей и норм. Большинство граждан относительно спокойно восприняло делегитимацию коммунистического режима и поддержало новый принцип легитимности власти - демократический. Но и он, как показывает российская практика, небезупречен.

Литература:

1. Ачкасов В.А., Елисеев С.М., Ланцов С.А. Легитимация власти в постсоциалистическом российском обществе. - М.: Аспект Пресс, 1996. - 125 с.

2. Белов А.А., Елисеев С.М. Политические процессы и институты в современной России. - СПб.: Изд-во Санкт-Петербургского университета, 2006. - 184 с.

3. Елисеев С.М. Легитимность власти. Концепции и проблемы развития в посткоммунистическом обществе. - СПб.: Изд-во «Полиграфстройсервис», 1996. - 220 с.

4. Токвиль А. Старый порядок и революция / Пер с фр. М. Федоровой. - М.: Московский философский фонд, 1997. - 252 с.

References:

1. Achkasov V.A., Eliseev S.M., Lancov S.A. Legitimacija vlasti v postsocialisticheskom rossijskom obshhestve. - M.: Aspekt Press, 1996. - 125 s.

2. Belov A.A., Eliseev S.M. Politicheskie processy i instituty v sovremennoj Rossii. - SPb.: Izd-vo Sankt-Peterburgskogo universiteta, 2006. - 184 s.

3. Eliseev S.M. Legitimnost' vlasti. Koncepcii i problemy razvitija v postkommunisticheskom obshhestve. - SPb.: Izd-vo «Polig rafstroj servis», 1996. - 220 s.

4. Tokvil' A. Staryj porjadok i revoljucija / Per s fr. M. Fedorovoj. - M.: Moskovskij filosofskij fond, 1997. - 252 s.

— • —

Сведения об авторе

Сергей Михайлович Елисеев, доктор политических наук, профессор кафедры социологии политических и социальных процессов, Санкт-Петербургский государственный университет (Санкт-Петербург, Россия).

— • —