Фразеологические фантомы

промышленности были оставлены на голодном пайке, и те, кто пошел в торговлю сырьем, товарами или деньгами, стали накапливать жирок (Эксперт. 1998. 31 авг.). Таким образом, в качестве гиперболических средств используются фразеологические единицы, характеризующие очень высокую, предельную степень выраженности признака, участвующие в моделировании «новой реальности», бытия текста.

"REAL WORLD" TEXT MODELING (BASED ON HYPERBOLIC MEANING OF

ADJECTIVES)

S.A. Tikhomirov

The article considers "real world" text modeling by the example of gradual-hyperbolic meaning of adjectives in lexico-grammatical and phraseological aspects. The basic means of hyperbolic expression in associative fields is the adjective with its special forms of comparison degrees. Affixation as gradation building means is also productive and is quite frequent among qualitative adjectives and adverbs. Fixed phrases with such connotative components as emotional, evaluative, and expressive also appear among hyperbolization means. The paper describes fixed phrases with spatial, temporal, and quantitative meaning expressed by nominal constructions, which participate in building up hyperbole.

Key words: text modeling, gradual-hyperbolic meaning, adjective, degrees of comparison, set phrases.

© 2009

А.В. Жуков

ФРАЗЕОЛОГИЧЕСКИЕ ФАНТОМЫ

Памяти Учителя,

профессора Виталия Ивановича Кодухова И в десятый раз он вспомнил:

«Да — был ли мальчик-то? Может — мальчика-то и не было?»

М. Горький. Жизнь Клима Самгина.

Во фразеологической подсистеме языка вследствие её ядерно-периферийной организованности и динамического характера наряду с типовыми единицами существуют единицы с менее выраженными признаками и свойствами. Подобные образования, образно названные автором «фразеологическими фантомами», в силу своей аморфной и противоречивой

природы нередко смешиваются отдельными исследователями и составителями словарей с подлинными фразеологизмами.

Ключевые слова: фразеология, подсистема языка, фразеологический фантом, типовая единица.

Любой современный словарь, в том числе и фразеологический, создается на определенном теоретическом фундаменте. Разумеется, речь в данном случае идет о словарях, составителями которых являются специалисты. Однако какой бы продуманной и последовательной ни была исходная теоретическая база словаря, она в той или иной мере допускает проникновение в словник не только единиц, могущих получить различную научно-лексикографическую интерпретацию, но и единиц случайных, противоречащих отправным положениям теории.

К «фразеологическим фантомам» (ФФ), на наш взгляд, относятся воспроизводимые словосочетания (сочетания слов), по некоторым формальным признакам напоминающие фразеологизмы, но в действительности ими не являющиеся. Как бы примеривая «маски» подлинных фразеологизмов, их двойники растворяются в пёстрой массе воспроизводимых раздельнооформленных образований, объективно наделенных разной мерой идиоматичности.

1. Первую, наиболее многочисленную группу ФФ составляют предлож-но-субстантивные выражения (ПСВ) типа без шуток, без обиняков, без умолку, без устали, без задержки, в адрес, в обтяжку, в обнимку, в шутку, в отместку, в кредит, для смеха, на редкость, по адресу, под хмельком, с толком. Достаточно часто по разным причинам эти и подобные им воспроизводимые образования смешиваются с действительными фразеологизмами разной степени идиоматичности.

Соотношение идиоматичных, полуидиоматичных и неидиоматичных ПСВ наглядно представлено в приводимой ниже таблице. Из таблицы, в частности, видно, что к разряду ФФ относятся ПСВ последних трех групп (7, 8 и 9)1. Соответствующие образования (типа в обнимку, с азов, без шуток), хотя и являются воспроизводимыми и предсказуемыми, но лишены главного признака подлинных фразеологизмов — идиоматичности.

Следует также отметить, что отдельные ПСВ (прежде всего нейтральноидио-матичные и неидиоматичные), демонстрируя известную орфографическую неустойчивость и условность, обнаруживают в той или иной мере тенденцию к адвербиализации2.

Таблица

ПСВ И ИХ МОДЕЛИ

Условное обозначение ПСВ

п/п ПСВ Процедуры идиоматичные полу идиоматичные нейтрально-идиоматичные неидио-матичные

А Б В

1 в доску _ _ А-Б-

2 на ять _ А-

Окончание табл.

п/п ПСВ Процедуры Условное обозначение ПСВ

идиоматичные полу идиоматичные нейтрально-идиоматичные неидио-матичные

3 до упаду _ Б-

4 под диктовку _ + А-Б+

5 с кондачка 0 В0

6 на хлеб + _ А+Б-

7 в обнимку + Б+

8 с азов + А+

9 без шуток + + А+Б+

К неидиоматичным ПСВ близки по своей природе и предложно-адъектив-ные образования типа в открытую, на мировую. Ср. сходные с ними, но орфографически «слитные» наречия впустую, вслепую, напрямую и др.

2. Вторая группа ФФ — это закрепившиеся в функции именного сказуемого (или реже — несогласованного определения) сочетания имен существительных в им. п. с отрицанием не: не ангел, не пара, не радость, не чета, не ровня и др.

Комплексный семантико-синтаксический анализ подобных воспроизводимых образований впервые дан в кандидатской диссертации В.П. Жукова3. Автор, в частности, замечает, что «некоторая часть устойчивых словосочетаний без "не" вообще неупотребительна (ср.: не жилец)». И далее: «Такие образования, как: не пара, не жилец, не шутка, не сахар и т. д. употребляются исключительно в роли сказуемого», поскольку не мыслятся «без того лица, к которому они могут быть приурочены».

«В грамматическом употреблении таких слов, — уточняет акад. В.В. Виноградов, — резко обозначаются оттенки времени. Они всё сильнее окрашивают семантическую структуру их и парализуют в них способность склонения и родовые различия. Например, выражение не жилец в значении: человек, обреченный на смерть, человек, который не долго проживет, — применяется как к мужчине, так и к женщине (не жилец она на белом свете). Ср. у Лескова в «Островитянах»: «Марья Ивановна не жилец на этом свете, так я за это голову свою дам на отсеченье, что она не жилец». Ср. он, она — не промах»4.

Думается, что лишь незначительная часть подобных выражений (как правило, не способных употребляться без не — типа не жилец, не промах) входит в состав фразеологии, хотя и занимает в нем периферийное положение. Основная же их часть (не пара, не ровня, не чета, не авторитет и под.) смыкается с разнородной массой воспроизводимых, но не идиоматичных образований, лежащих за пределами русской идиоматики.

Синтаксическая специализация этих устойчивых выражений, их соотнесенность с субъектом при посредстве отвлеченных и полуотвлеченных связок, их закрепленность за относительно стандартными контекстами употребления не только способствуют их воспроизводимости, но одновременно усиливают иллюзию их фразеологичности.

Пожалуй, больше оснований подобные сочетания квалифицировать не как

фразеологизмы, а как лексемы с синтаксически или фразеологически связанным значением, находящимся на периферии смысловой структуры соответствующего слова и обычно реализующим это значение в сочетании с отрицанием. Ср. в «Словаре русского языка (в четырех томах)»: пара, -ы, ж. 6. в знач. сказ., кому (обычно с отрицанием). Разг. Тот, кто подходит к другому по каким-л. качествам, в каком-л. отношении. — Что ему во мне? Я не богат, не чиновен, да и по летам совсем ему не пара. Лермонтов. Максим Максимыч. Т. III, 20; сахар, -а(-у), м. 2. Прост. // О ком-л. приятном, доставляющем удовольствие, наслаждение. О Не сахар кому (в знач. безл. сказ.) — не сладко; мало приятного, мало удовольствия. — Я старый, дряхлый... — думал Григорий Семеныч. — Ей не сахар со мной. Чехов. Трифон. Т. IV, 31. См. также в «Словаре русского литературного языка» (в 20 томах): авторитет, а, м. 2. О том, кто пользуется влиянием, признанием. — Я бабушку люблю, как мать, — сказал Райский: — от многого в жизни я отказался, а она все для меня авторитет. Гончаров. Обрыв. — Не знаю, Виктор Григорьевич, как подступиться к Лобанову. Если уж вы для него не авторитет, так на меня он совсем смотреть не будет. Д.Гранин. Искатели.

Несколько иная ситуация наблюдается в тех случаях, когда структурные и семантико-грамматические свойства парадигматически замкнутых оборотов допускают возможность параллельного их употребления с не и без не (ко двору — не ко двору, по душе — не по душе, с руки — не с руки и под.). Однако и в этом случае фразеологический статус вариантов с не (как, впрочем, и без не!) остается достаточно зыбким. Ср., например: «А наш Ленечка, новорожденный, сегодня что-то не в духе. Угрюм.». Чехов. Леший. «Он (Виктор Семенович) был в духе, вошел шумно, от него веяло парикмахерской и ноябрьским ветром». К.Фе-дин. Необыкновенное лето.

3. Наконец, крайним случаем фразеологической мистификации является искусственное «удвоение» состава глагольной фразеологии за счет вариантов, отличающихся от словарных образцов лишь прибавлением отрицательной частицы не. Ср.: распускать нюни — /не/распускать нюни, распускать сопли — /не/ распускать сопли, владеть собой — /не/ владеть собой, считать нужным — /не/ считать нужным, принимать в расчет — /не/ принимать в расчет и под5. Совершенно очевидно, что в составе подобных глагольных образований отрицательная частица в структуру фразеологизма не входит. Употребляясь в «канонической» форме — без не или, наоборот, с не — фразеологизм в обоих случаях остается равным самому себе.

Самостоятельное место в кругу рассматриваемых явлений занимают устойчивые образования, проявляющие признаки подлинных фразеологизмов, но не получившие, однако, языковую «прописку». Подобные сочетания следует, очевидно, квалифицировать как потенциальные фразеологизмы. Это антиподы собственно «фразеологических фантомов», своего рода фразеологические «невидимки».

«С Марьяной он (Оленин) не говорил, и она только посмеивалась, глядя на него. Ночь он опять провел без сна, тщетно бродя по двору. Следующий день он нарочно провел на охоте и вечером, чтобы бежать от себя, ушел к Белецкому. Он боялся себя и дал себе слово не заходить больше к хозяевам». Л. Толстой. Казаки.

Оставь его (племянника), — сказал Пьер, взяв за руку Николая, и продолжал: —

Этого мало, и я им говорю: теперь нужно другое. Когда вы стоите и ждете, что вот-вот лопнет эта натянутая струна; когда все ждут неминуемого переворота, — надо как можно теснее и больше народа взяться рука с рукой, чтобы противостоять общей катастрофе». Л. Толстой. Война и мир.

«— Ну вот, ну вот... неудивительно! А Берлиоз, повторяю, меня поражает. Он человек не только начитанный, но и очень хитрый. Хотя в защиту его я должен сказать, что, конечно, Воланд может запорошить глаза и человеку похитрее». М. Булгаков. Мастер и Маргарита.

В приведенных контекстах выделенные словосочетания производят впечатление полноценных фразеологических единиц: они обладают целостным метафорическим значением (бежать от себя 'стараться отвлечься, забыться'; ср. уйти в себя; браться (взяться) рука с рукой 'объединяться ради общего дела, высокой цели'; запорошить глаза кому 'запутать, сбить с толку кого-либо'), наделены образностью, эмоционально насыщены, экспрессивны, однако им явно недостает свойства регулярной воспроизводимости, их употребление носит разовый характер, не подкреплено словарной традицией. Это своеобразные фразеологические заготовки, «полуфабрикаты».

Мы ограничились иллюстрацией наиболее характерных случаев мнимой фразеологичности, свойственной в той или иной степени некоторым воспроизводимым образованиям русского языка. Подобного рода устойчивые словосочетания, находящиеся за пределами корпуса фразеологии, вместе с тем далеко не однородны. Одна часть из них близко смыкается с периферийными фразеологическими явлениями (в обнимку, с азов, без шуток и под.), другая часть по воле отдельных исследователей и составителей словарей искусственно наделяется знаком фразеологичности по формальным или фиктивным основаниям (/не/ пара, /не/ ровня, /не/ чета, /не/ авторитет; /не/ + x, где x — любой глагольный фразеологизм; и под.)6.

Особое место в иллюзорном фразеологическом пространстве занимают потенциальные фразеологизмы (бежать от себя, взяться рука с рукой, запорошить глаза и под.), которые, несмотря на свой вполне фразеологический облик, также остаются за порогом русской идиоматики.

ПРИМЕЧАНИЯ

1. Идиоматичность (+) или, напротив, неидиоматичность (—) определяется путем семантического соотнесения значения ПСВ с системой исходных значений именного компонента (процедура А) или его деривата (процедура Б). Компоненты-реликты, утратившие живые семантические и словообразовательные связи в современном русском языке (процедура В), реальной идиоматичностью не обладают.

2. Жуков А.В. Фразеология и орфография // Studia Russica VIII. Budapest, 1985. С. 31-53.

3. Жуков В.П. Сказуемое, выраженное устойчивыми словосочетаниями в современном русском языке: дис. ... канд. филол. наук. Л., 1953.

4. Виноградов В.В. Русский язык (грамматическое учение о слове). М.; Л., 1947. С. 420.

5. Свиридова А.В. Фреймовая структура концепта знание/познание, вербализованная фразеологическими единицами русского языка. М., 2008. С. 57, 58, 61, 109.

6. Глубокие, восходящие к идеям А.А. Потебни, замечания о формальности, фиктивности и мнимости в языке в связи с развитием грамматических категорий находим у Д.Н. Овсянико-Куликовского в его «Синтаксисе». Овсянико-Куликов-скийД.Н. Синтаксис русского языка. Изд-е 2-е, испр. и доп. СПб., 1912. С. XXXIII.

PHRASEOLOGICAL PHANTOMS A.V. Zhukov

As phraseological subsystem of language is dynamic and has its core and periphery, alongside typical units there are ones with less pronounced features. The author gave such units a figurative name of "phraseological phantoms". They are quite often confused by researchers and dictionary compilers with true phraseological units due to their amorphous and ambiguous character.

Key words: phraseology, language subsystem, phraseological phantom, typical unit.

© 2009

Р.Д. Юнусова

СЕМАНТИКА ФРАЗЕОЛОГИЗМОВ О ГОСТЕПРИИМСТВЕ: АКСИОЛОГИЧЕСКИЙ АСПЕКТ

В статье рассмотрена фразеологическая концептуализация ценности гостеприимства в русском и татарском языках. В результате сопоставительного анализа определяются универсальные и национально-специфические черты в представлениях о ценности гостеприимства в разных лингвокультурах.

Ключевые слова: ценность, фразеологическая концептуализация, национально-культурная специфика.

Лингвистическая аксиология исходит из предположения, что реконструкция «языка ценностей» приближает к пониманию мировоззрения и мотивов поведения человека. Аксиологическая фразеология, ориентированная на описание фразеологического состава языка как отражение ценностных представлений, разрабатывается на материале разноструктурных языков в работах Л.К. Байра-мовой. Предложенные автором понятие аксиологической парадигмы и метод фразеологических диад позволяет описывать фразеологический материал как систему отображения ценностей1. Понятие фразеологической диады позволяет классифицировать фразеологический материал, в котором выделяются ФЕ,