Концептуальная интеграция в сфере этнокультурных антропонимических образов как основа вторичной репрезентации

КОНЦЕПТУАЛЬНАЯ ИНТЕГРАЦИЯ В СФЕРЕ ЭТНОКУЛЬТУРНЫХ АНТРОПОНИМИЧЕСКИХ ОБРАЗОВ КАК ОСНОВА ВТОРИЧНОЙ РЕПРЕЗЕНТАЦИИ

М. В. ХАЛИКОВА

В статье рассматриваются концептуальная основа вторичных явлений в классе антро-понимических единиц немецкого языка, которой являются интеграция ментальных пространств, процесс дефокусирования и механизм когнитивных фильтров.

Ключевые слова: этнокультурные антропонимические образы, интеграция концептуальных пространств, процесс дефокусирования, когнитивные фильтры.

Имена собственные, а в частности, имена личные, обозначаемые в языкознании термином антропонимы, всегда занимали в науке о языке да и в человеческой реальности особое место.

В лингвистике проблема ономастических единиц продолжает вызывать споры, поскольку ученые до сих пор не могут прийти к единому мнению относительно значения и семантики имени собственного.

Основные противоречия заключаются в следующем: часть языковедов считает, что имя собственное ничего не обозначает (Дж. Миль, А. Гардинер, В. Брендаль и др.); другие утверждают, что имя собственное имеет значение (О. Есперсен,

Н. Ф. Алефиренко, Т. Шиппан, А. В. Суперанская, Е. Курилович). Первая точка зрения является отражением формально-структурного подхода, когда исследователя интересует связь между содержанием и объемом понятия, которое обозначается языковым знаком. Данная связь у имен собственных и нарицательных отличается, поскольку в классе имен нарицательных вышеназванные аспекты понятия связаны обратной зависимостью, т. е. чем больше признаков объекта перечисляются, тем меньше объектов входят в объем понятия [10], а в классе имен собственных - прямой, т. е. чем меньше признаков объекта, тем меньше содержание.

Современные ученые придерживаются, как правило, последней точки зрения, указывая на то, что имена собственные при акте номинации не интегрируют референт в класс подобных ему объектов, а дифференцируют его из подобных ему классов предметов.

Однако данная особенность не лишает имена собственные значения, поскольку любое имя собственное имеет денотат [1], а кроме этого на него

накладывается стилистическая окраска и прочие явления коннотации, включая тот факт, что имя собственное выполняет эстетические функции [13].

Утверждение о том, что имена собственные или ономастические единицы имеют значение, подтверждается наличием вторичной номинации в классе ономастических единиц.

При этом под вторичной номинацией понимается и «использование уже имеющихся в языке номинативных средств в новой для них функции наречения. Все вторичные наименования формируются на базе того значения слова, чье имя используется в новой для него функции называния» [12]. Необходимо отметить, что «результаты вторичной номинации воспринимаются как производные по морфологическому составу или смыслу» [4].

Из приведенных выше определений вторичной номинации следует, что данный процесс основан на использовании уже существующего знака для обозначения иного, не свойственного ему значения и характеризуется установлением особой опосредованной связи между значением и знаком.

Проблема вторичных явлений в языке и речи, одним из видов которых является вторичная номинация, исследуется в разных лингвистических течениях. Представитель Женевской школы С. Кар-цевский постулировал один из признаков языковых единиц, которому он дал название «ассимет-ричный дуализм языкового знака», состоящий в том, что обозначающее стремиться выражать как можно больше обозначаемых и наоборот. Условием для формирования данного признака является то, что «знак и значение не покрывают друг друга» и «реальное бесконечно, и в каждой данной ситуации мы удерживаем только некоторые элементы, отбрасывая остальное как не имеющее

значение с точки зрения наших интересов. Мы приходим тем самым к понятию, схематическому продукту интеграции, призванному с самого своего зарождения служить общим типом» [8].

С позиции принципа «от содержания к форме» (один из принципов структурной лингвистики) проблему вторичных явлений рассматривает

В. Г. Гак, посвящая этому свою статью «Десеман-тизация языкового знака в аналитических структурах синтаксиса». В данной работе он выделяет следующие средства такого вторичного явления как десемантизация в аналитических структурах синтаксиса: 1) семантическая избыточность;

2) специализация значения слова в составе аналитической структуры; 3) переносное употребление слова [6].

В рамках когнитивной лингвистики образование вторичных единиц можно объяснить с помощью теории концептуальной интеграции, основоположниками которой являются Д. Фоконье и М. Тернер. Суть данной теории состоит в том, что два концептуальных пространства интегрируются на основе общих концептуальных признаков, содержащихся в этих концептуальных пространствах, что дает основание для того, чтобы использовать языковую единицу, вербализующую одно концептуальное пространство, для репрезентации другого концептуального пространства.

Важнейшим условием концептуальной интеграции является процесс, который позволяет делать центральным тот или иной признак из определенного числа признаков. В лингвистической литературе он обозначается термином концептуальное дефокусирование, которое понимается как «мыслительный процесс, направленный на выведение из фокуса внимания определенных свойств объектов или ситуаций» [9].

Условиями процесса дефокусирования являются: 1) наличие у языковой единицы коннотаций; 2) механизмы, позволяющие реципиенту интерпретировать значение употребляемой единицы соответственно интенции адресанта.

Термин «коннотация» разными исследователями понимается по-разному, однако мы остановимся на определении, предложенном немецким лексикологом Т. Шиппан, которая под коннотацией понимает дополнительное значение, связанное с формативом [16].

Рассмотрим процессы концептуальной интеграции и дефокусирования на примере этнокультурных антропонимических образов, под которыми понимается следующее: этнокультурный ан-тропонимический образ представляет собой концепт, состоящий из концептуальных признаков,

которые являются представлением о лице, содержащий образный и оценочный компоненты и, соответственно, репрезентируемый в языке антро-понимическими единицами.

Для того чтобы наиболее точно описать концептуальное поле этнокультурного антропоними-ческого образа, репрезентируемого антропонимом Loreley (возможны также варианты написания Lorelei и Lore-Ley) обратимся к его дефиниции: 1) Rheinnixe; 2) Felsen am rechten Rheinufer bei St. Goarshausen [14]. Данный список можно также пополнить концептуальными признаками, почерпнутыми из одноименного стихотворения Г. Гейне, которые собственно и составляют коннотацию единицы Loreley:

Ich weift nicht was soil es bedeuten,

Daft ich so traurig bin;

Ein Marchen aus alten Zeiten,

Das kommt mir nicht aus dem Sinn.

Die Luft ist kuhl und es dunkelt,

Und ruhig flieftt der Rhein;

Der Gipfel des Berges funkelt Im Abendsonnenschein.

Die schonste Jungfrau sitzet Dort oben wunderbar;

Ihr goldnes Geschmeide blitzet,

Sie kammt ihr goldenes Haar.

Sie kammt es mit goldenem Kamme Und singt ein Lied dabei;

Das hat eine wundersame,

Gewaltige Melodei.

Den Schiffer im kleinen Schiffe Ergreift es mit wildem Weh;

Er schaut nicht die Felsenriffe,

Er schaut nur hinauf in die Hoh.

Ich glaube, die Wellen verschlingen Am Ende Schiffer und Kahn;

Und das hat mit ihrem Singen Die Lore-Ley getan.

В ходе анализа стихотворения можно выделить следующие признаки, репрезентируемые мифонимом Loreley: 1) признак локальной связи с Рейном (Rhein); 2) возрастной и гендерный признак лица (Jungfrau); 3) признак физической красоты (schonste Jungfrau); 4) признак наличия в одежде украшений (goldenes Geschmeide); 5) признак наличия волос золотого цвета (goldenes Haar); 6) магическое пение (wundersame, gewaltige Melodei); 7) пагубное воздействие на наблюдателя и слушателя (mit wildem Weh); 8) смертный исход (die Wellen verschlingen am Ende Schiffer und Kahn), которые могут быть вербализованы в процессе вторичной номинации, что подтверждается следующими примерами:

1. «Lady Lilith», wie der Praraffaelit Dante Gabriel Rossetti sie sah, striegelt ihre gewaltige Mahne wie eine Loreley aus dem Reich der Kalte... [17];

2. Sarah Schirp ist 18 Jahre alt, hat blonde Haare wie die Loreley und eine geschwungene Nase, die je-ner der Konigin Kleopatra ahnlich ist [17].

В примере под номером один на первый план выдвигается четвертый и пятый признаки, переданные посредством словосочетания «striegelt ihre gewaltige Mahne», которые позволяют осуществить метонимический перенос. Во втором приме-

ре из контекста выдвигается признак цвета волос, который отличает Сару Ширп (‘blonde Haare’) от Loreley (‘goldenes Haar’).

Таким образом, процесс концептуальной интеграции можно представить следующей схемой, где исходный концепт обозначен как А, а вторичный концепт как В. Область пересечения концептуальных пространств А и В может быть представлена тем или иным концептуальным признаком или совокупность таких признаков как в вышеприведенных примерах (рис. 1).

концептуальное поле концепта А

концептуальное поле концепта В

область пересечения концептуальных пространств

Рис. 1. Схема процесса концептуальной интеграции

Концептуальная интеграция возможна не только за счет наличия у языковой единицы коннотаций, но и благодаря такому свойству концептов, изначально приписываемых фрейму, как взаимопроникновение, которое становится условием для «фокусировки внимания человека на любой части фрейма» или концепта, что в свою очередь является причиной разных интерпретаций одной и той же ситуации или одного и того же языкового знака [3].

В связи с этим уместно вспомнить высказывание К. Бюлера, который пишет о том, что проблемным является не столько признаки, на основе которых происходит смешение сфер, сколько признаки, которые выпадают при данном процессе [5].

Верно интерпретировать значение вторичной единицы, а именно акцентировать внимание реципиента на одном признаке из определенного числа возможных, которые могут стать основой для вторичных процессов, т.е. являются местом пересечения двух концептуальных пространств, и блокировать другие признаки позволяет механизм когнитивных фильтров.

Разработкой проблемы когнитивных (культурных) фильтров занимаются как лингвисты, так и психологи (W. Gudykunst, А. П. Бабушкин,

В. Б. Кашкин, Д. Мацумото). Под когнитивными фильтрами исследователи понимают правила кодирования и декодирования вербальной и невербальной информации и [11, 15], «знания о предмете речи» [2] и «механизм, обеспечивающий отбор и акцентирование концептуальных признаков, локализованных в соответствующем ментальном пространстве, обладающих этнокультурной маркированностью и особой коммуникативной значимостью для межкультурного общения» [7].

Механизм когнитивных фильтров обнаруживается в виде использования определенных единиц контекстного окружения, что можно продемонстрировать на примере вторичной номинации мифонима Dornroschen.

Обратимся к дефиниции вышеупомянутой единицы: Dornroschen ‘die Gestalt des Volksmar-chens, die durch eine Fee in einen hundertjahrigen Schlaf in einem von einer hohen Dornenhecke umge-benen Schloss versenkt wird’[14], из которой можно вычленить следующие признаки этнокультурного антропонимического образа: 1) нереальный образ (die Gestalt des Volksmarchens); 2) воздействие мистических сил (durch eine Fee); 3) продолжительный сон (in einen hundertjahrigen Schlaf ver-

senkt). Дополнительно к данным признакам из сказки можно почерпнуть следующие признаки: 1) принадлежность к королевской фамилии (Ko-nigin gebar ein Madchen); 2) обладание такими признаками как добродетель, физическая красота, материальное благосостояние (.. .beschenkten die weisen Frauen das Kind mit ihren Wundergaben: ...mit Tugend, ... mit Schonheit, ... mit Reichtum);

3) обладание такими признаками как благовоспитанность, приветливость, ум (sittsam, freundlich, verstandig); 4) фатальное воздействие предмета (In dem Augenblick aber, wo sie den Stich empfand, fiel sie auf das Bett nieder, das da stand, und lag in einem tiefen Schlaf); 5) пробуждающее ото сна воздействие поцелуя (Wie er es mit dem Kuft beruhrt hatte, schlug Dornroschen die Augen auf, erwachte) (Die Kinder- und Hausmarchen der Bruder Grimm).

Отталкиваясь от знания перечисленных признаков, реципиенту удается прийти к ожидаемой интерпретации вторичной номинации антропонима в следующем примере: Deutschland ist «Dornroschen» [18], а именно, Германия пробудилась от долгого сна, к ней вернулось прежнее благополучие и красота. Далее автор статьи помещает предложение, которое не дает усомниться в приведенной интерпретации: Die Republik ist, vor allem auf dem Gebiet der Ex-DDR, eine wachgekusste Schon-heit, die viele Jahre weggesperrt war und schlief [18]. В приведенном контексте реализуются когнитивные фильтры, а именно знание коннотаций двух языковых единиц Dornroschen и Deutschland, которые связывают два концептуальных пространства, репрезентируемых вышеназванными знаками.

Таким образом, процесс образования вторичных номинаций в антропонимической лексики немецкого языка можно представить как последовательность следующих этапов: 1) процесс дефокусирования, т. е. смешение внимания на признак, составляющий периферию концептуального пространства; 2) выделение признаков общих для интегрируемых концептуальных пространств, т. е. собственно интеграция или пересечение концептуальных пространств; 3) введение в контекст когнитивных фильтров, которые устраняют помехи, не позволяющие интерпретировать вторичную единицу соответственно интенции говорящего.

Литература

1. Алефиренко Н. Ф. Спорные проблемы семантики: монография. М., 2005. C. 203.

2. Бабушкин А. П., Кашкин В. Б. Когнитивный аспект грамматического употребления: URL: http:// kachkine.narod.ru.

3. Беляевская Е. Г. Когнитивные основания изучения семантики слова // Структуры представления знания в языке. М., 1994. С. 87-110.

4. Большой энциклопедический словарь. Языкознание / под ред. В.Н. Ярцевой. М., 1998. С. 336.

5. Бюлер К. Теория языка. М., 2000. С. 322.

6. Гак В. Г. Десемантизация языкового знака в аналитических структурах синтаксиса // Аналитические конструкции в языках различных типов. М.-Л., 1965. С. 129-142.

7. Дронова Н. П., Ушкова Н. В., Зеленева Е. В. Актуальные концепты в языке и национальном самосознании. Тамбов, 2010. С. 76.

8. Звегинцев В. А. История языкознания XIX -XX веков в очерках и извлечениях. М., 1965. Ч. 2.

С. 90, 86.

9. Ирисханова О. К. Концептуальный анализ и процессы дефокусирования // Концептуальный анализ: задачи и методы. М.; Тамбов, 2009. С. 68-77.

10. Курилович Е. Очерки по лингвистике. М., 1962. С. 251.

11. Мацумото Д. Психология и культура: URL: http://www.gumer.info/bibliotek.

12. Телия В. Н. Вторичная номинация и ее виды // Языковая номинация: виды наименований. М., 1977.

С. 129-222.

13. Шварцкопф Б. С. О социальных и эстетических оценках личных имен // Ономастика и норма. М., 1976. С. 47-59.

14. Duden. Deutsches Universalworterbuch. Mannheim; Leipzig; Wien; Zurich, 1989. S. 956, 359.

15. Gudykunst W. B., Kim Y. Y. Communicating with Strangers: An Approach to Intercultural Communication. N. Y., 2002.

16. Schippan T. Lexikologie der deutschen Gegen-wartssprache. Tubingen, 1992. S. 156.

17. URL: http://www.sueddeutsche.de.

18. URL: http://www.fr-online.de.

* * *

CONCEPTUAL INTEGRATION IN THE RANGE OF THE ETHNO-CULTURAL ANTHROPONYMICAL CONCEPTS-IMAGINE AS A BASE OF THE SECOND REPRESENTATION

M. V. Khalikova

In the article conceptual basis of the second phenomena in the class of anthroponomys are described. This basis is the integration of conceptual spaces, the process of the defocusing and the mechanism of cognitive filters.

Key words: ethno-cultural anthroponymical concepts-imagines, integration of conceptual spaces, process of the defo-cusing, cognitive filters.