ПЕРИОДИЗАЦИЯ ИСТОРИИ МЕЖРЕЛИГИОЗНОГО ДИАЛОГА НА СОВРЕМЕННОМ ЭТАПЕ

Вестник ПСТГУ

Мельник Сергей Владиславович,

Серия I: Богословие. Философия.

Религиоведение.

2021. Вып. 96. С. 95-118

DOI: 10.15382/sturI202196.95-118

по общественным наукам РАН Российская Федерация, 117997, г. Москва, Нахимовский пр., 1/21,

канд. филос. наук, науч. сотрудник Института научной информации

ст. науч. сотрудник Центра

межрелигиозного диалога Болгарской исламской академии Российская Федерация, 422840,

Республика Татарстан, г. Болгар, ул. Кул Гали, 1а melnik.s.vl@yandex.ru

ORCID: 0000-0002-1491-7624

Периодизация истории межрелигиозного диалога

*

НА СОВРЕМЕННОМ ЭТАПЕ

Аннотация: В статье представлен авторский подход к периодизации истории межрелигиозного диалога на современном этапе. Автор выделяет несколько событий, оказавших влияние на развитие межрелигиозного диалога: Всемирный парламент религий 1893 г., Вторая мировая война (и Холокост), Второй Ватиканский собор, атака на башни-близнецы в Нью-Йорке в сентябре 2001 г. Межрелигиозный диалог на современном этапе понимается как позитивное, конструктивное взаимодействие между последователями разных религий, которое стало осуществляться на регулярной основе. Началом современного этапа межрелигиозного диалога считается Всемирный парламент религий 1893 г. в Чикаго. Вторая мировая война оказала большое влияние на человечество в различных аспектах, в том числе ее окончание можно условно связать с началом очередного периода межрелигиозного диалога. Большой импульс к развитию межрелигиозного диалога придал Второй Ватиканский собор и принятие на нем декларации «Nostra aetate» 1965 г., посвященной отношению к нехристианским религиям. Межрелигиозный диалог в этот период развивается в рамках двух основных тематических направлений. Первое из них, на котором делала особый акцент Католическая Церковь, заключалось в понимании диалога как взаимного изучения разных религий, сравнения их представлений и религиозного опыта. Вторым направлением был диалог с целью миротворчества, урегулирования конфликтов и укрепления общественного согласия. Отдельное внимание в статье уделяется рассмотрению межрелигиозного диалога в СССР, который можно отнести ко второму из указанных направлений. В последние десятилетия особое значение имеет межрелигиозный диалог, понимаемый как сотрудничество верующих не только в деле укрепления мира, но и в различных сферах — гуманитарной, социальной, образовательной, экологической. Выявляются основные факторы, способствующие развитию межрелигиозного диалога в каждый из указанных

© Мельник С. В., 2021.

Серия I: Богословие. Философия. Религиоведение. 2021. Вып. 96. С. 95—118.

Автор выражает благодарность Президенту организации «United religions» А. Т. Гилалову

С. В. Мельник

периодов. Например, среди факторов последнего периода межрелигиозного диалога, начавшегося после террористических актов 11 сентября 2001 г., автор выделяет следующие: проблема распространения терроризма под религиозными лозунгами, дискурс «столкновения цивилизаций», повышение уровня взаимозависимости и взаимосвязи современного мира, постсекуляризм.

Ключевые слова: межрелигиозный диалог, история, межрелигиозные отношения, факторы, Всемирный парламент религий, католицизм, Второй Ватиканский собор, глобализация, терроризм.

В статье представлен авторский подход к периодизации истории межрелигиозного диалога на современном этапе. Анализироваться будут именно отношения между разными религиями, а не деноминациями внутри христианства, что часто обозначается как «межконфессиональный диалог». Экуменическое движение, основной целью которого является сближение, а в идеале объединение различных направлений христианства, имеет свои специфические концептуальные основания, логику развития, институциональные структуры и должно рассматриваться отдельно. Вообще, история экуменического движения изучена достаточно широко1. Вместе с тем фактически отсутствуют работы, в которых бы комплексно и системно описывалась история межрелигиозного диалога на современном этапе, которая бы учитывала все разнообразие его видов. По большей части это связано с тем, что межрелигиозный диалог представляет собой очень сложный, многогранный и многоаспектный феномен, который может интерпретироваться весьма по-разному. Например, ряд западных исследователей концентрируются на понимании межрелигиозного диалога как способа взаимодействия, в центре которого находится осмысление соотношения воззрений разных религий, «теологический обмен», встречи с целью «взаимного обогащения»2. При этом не уделяется достаточного внимания, а зачастую и просто игнорируется практика контактов религиозных лидеров и других официальных представителей религиозных общин высокого уровня. Такой способ межрелигиозной коммуникации может быть охарактеризован как «дипломатический диалог», он вообще не затрагивает собственно богословских вопросов, а концентрируется на социальной проблематике3. Статья призвана несколько заполнить эту лакуну и представить целостное, панорамное обозрение основных направлений, этапов и факторов в развитии межрелигиозного диалога на современном этапе.

На пути к современному этапу межрелигиозного диалога

Событием, с которым исследователи связывают начало современного этапа межрелигиозного диалога, является Всемирный парламент религий, который прошел в Чикаго в 1893 г. Главной характеристикой современного этапа межре-

1 См., напр.: Селезнев Н. История экуменизма: забытый ранний этап // Государство, религия, церковь в России и за рубежом. 2015. № 2 (33). С. 163—181.

2 Cornille C. Conditions for inter-religious dialogue // The Wiley-Blackwell companion to inter-religious dialogue. Chichester, 2013. P. 20-33.

3 Мельник С. В. Дипломатический межрелигиозный диалог // Миссия конфессий. 2020. Т. 9. Ч. 2 (№ 43). С. 217-225.

лигиозного диалога является то, что верующие разных религий стремятся выстраивать, так или иначе понимаемые, позитивные, конструктивные взаимоотношения. До современного этапа, как предполагается, межрелигиозные отношения, по крайней мере в ареале авраамических религий, характеризовались главным образом полемикой, стремлением продемонстрировать превосходство своей религии, обратить собеседника в свою веру. Нередко такой полемический межрелигиозный диалог приводил к антагонизму, конфронтации, а зачастую и открытой вражде. Тогда как на современном этапе декларируется, что межрелигиозное взаимодействие направлено на то, чтобы отношения между последователями разных религий были мирными, гармоничными, уважительными, созидательными.

Еще одной отличительной особенностью современного этапа является регулярный характер межрелигиозных встреч. То есть это позитивное, созидательное межрелигиозное взаимодействие не ограничивается отдельными, частными инициативами и случайными встречами, а осуществляется на постоянной основе с весьма оживленной активностью.

Началу современного этапа межрелигиозного диалога способствовали несколько факторов. По мнению М. Мойерт, одним из триггеров, способствующих распространению идеалов свободы религии, уважения к другому и толерантности, явилась болезненная и драматичная история религиозных войн между протестантами и католиками в Европе в XVI—XVII вв. В ходе Тридцатилетней войны (1618—1648), по оценкам историков, погибли 5—8 млн человек, сопровождавшие войну голод и эпидемии опустошали целые регионы. В частности, на территории Германии погибло около 40 % сельского населения и около трети городского. Это противостояние также было названо «герменевтические гражданские войны», поскольку вопросы экзегезы Священного Писания и религиозных предписаний привели к ожесточенной борьбе и самым безжалостным деяниям, наглядно продемонстрировав, к каким деструктивным последствиям могут приводить религиозные разногласия. Все более росло осознание того факта, что дискриминация, гонения и убийства во имя Бога неприемлемы. М. Мойерт приходит к выводу, что «до некоторой степени, межрелигиозный диалог является дитем современной эпохи и ее выбора в пользу разделения "церкви" и "государства", одновременно с просвещенными идеалами демократического плюрализма и осознания фундаментальных прав человека»4.

Католический профессор Л. Свидлер размышлял о мировоззренческих предпосылках, благодаря которым межрелигиозный диалог с конца XIX в. получил общемировое значение и масштаб. По его мнению, в сознании человечества произошел глобальный сдвиг, который он сравнивает с предложенной Т. Куном концепцией смены эпистемологических парадигм. Л. Свидлер объясняет расширение межрелигиозного диалога появлением новых гносеологических принципов: историзма (историко-культурная обусловленность представлений об истине), интенциональности (ориентированность на действие, влияние интенции исследователя, его целей на результаты познания; эта концепция разрабатыва-

4 Moyaert M. Interreligious Dialogue // Understanding Interreligious Relations / D. Cheetham, D. Pratt, D. Thomas, ed. Oxford, 2013. P. 195.

лась М. Шеллером), социологии знания (социально-историческая обусловленность мышления), ограниченности языка, герменевтики (проблема интерпретации) и диалога (диалогическая природа познания и мышления)5. Указанные Л. Свидлером тенденции в развитии гуманитарного знания, несомненно, оказали влияние на возможность формирования межрелигиозного диалога на современном этапе.

Еще одним фактором, повлиявшим на формирование современного межрелигиозного диалога, считается развитие сравнительного религиоведения. Сравнительное изучение религий, или «наука о религии», появляется во второй половине XIX в. Важнейший вклад в формирование этой дисциплины внес Фридрих Макс Мюллер (1823-1900). Деятельность М. Мюллера по переводу с санскрита индийских религиозных книг, главным образом брахманического индуизма (в том числе он перевел Ригведу), некоторыми исследователями характеризуется как начало диалога между Западом и Востоком в религиозной сфере. Так, Э. Дж. Шарп однажды отметил, что М. Мюллер, благодаря своим новаторским трудам, «почти невзначай подготовил западный мир к тому, что с тех пор стало называться "диалогом религий", настаивая не только на точности в отношении мертвых традиций, но и на сочувствии (sympathy) в отношении живых традиций»6.

От Всемирного парламента религий (1893) до Шоа

Всемирный парламент религий состоялся 11-27 сентября 1893 г. в Чикаго. Парламент проводился в рамках Всемирной Колумбовой выставки (World's Columbian Exposition), которая была посвящена 400-летию открытия Америки. В рамках выставки были представлены достижения со всего мира в таких сферах, как сельское хозяйство, металлургия, промышленные товары, рыболовство, машиностроение, транспорт, электричество, изящные искусства и др. Инициаторами Всемирного парламента религий выступили либеральные протестанты. Основными целями Парламента были следующие: 1) показать наличие общих истин, содержащихся в главных религиях; 2) содействовать распространению духа человеческого братства; 3) совместно работать для укрепления международного мира.

Исследователь М. Мойерт пишет: «Всемирный парламент религий стал символическим началом диалогического движения, которое стремилось продвигать (promote) позитивные и созидательные отношения между последователями разных религиозных традиций и рассматривало идеалы братства, гармонии, уважения и открытости как имеющие первостепенное значение»7. Это мероприятие действительно стало беспрецедентным по своему характеру и масштабу, знаковым и, в некотором роде, архетипическим для многочисленных межрелигиозных встреч, проводившихся впоследствии.

5 Swidler L. The history of inter-religious dialogue // The Wiley-Blackwell companion to inter-religious dialogue. Chichester, 2013. P. 10-13.

6 Цит. по: Swamy M. Revisiting the Antecedents of Interreligious Dialogue // Current dialogue. The Ecumenical Review. 2019. Vol. 71. № 5. P. 722.

7 Moyaert M. Op. cit. P. 195.

Парламент собрал религиозных лидеров со всего мира, в том числе состоялись выступления последователей восточных религий: индуизма, буддизма, джайнизма, бахаизма. На приглашение посетить Всемирный парламент религий откликнулись 400 делегатов всего мира (а всего было направлено 10 тыс. приглашений). Следует отметить, что в Парламенте из числа христиан не участвовали представители римско-католического духовенства (принимала участие американская организация католиков-мирян), православные, англикане, баптисты. Мусульмане были представлены единственным делегатом — бывшим американским послом на Филиппинах М. Уэббом, который принял ислам8.

Парламент посетили тысячи слушателей, выступления и само пестрое мно-гоцветие нарядов сотен верующих разных национальностей со всего мира в конце XIX в. не могло не поражать всех собравшихся. В заметках в одной из газет, посвященной Парламенту, было написано: «Парламент религий, собранный вчера в зале Колумба в Институте искусств, представил спектакль, которому никогда не было равных в мировой истории»9.

Всемирный парламент религий был неоднозначным и неоднородным по составу участников событием, не всегда беседы строились вокруг взаимоуважительного поиска истины и путей сотрудничества во имя общего блага. Например, некоторые протестантские лидеры использовали свои выступления для того, чтобы заявить о превосходстве христианства; доклады некоторых раввинов были посвящены опровержению стереотипов и представлений, которые они считали ошибочными, диффамирующими их религию и приводящими к анти-семитизму10.

М. Мойерт считает, что одним из главных итогов Всемирного парламента религий стало осознание западными христианами, что «больше не существует "безбожных" и языческих (heathen) народов, но есть буддисты, конфуцианцы, индусы и другие... в основаниях некоторых религий, несомненно, лежит идея божественного, в основании всех религий, несомненно, лежит идея морали»11. Парламент наглядно продемонстрировал, что можно выстраивать межрелигиозные отношения, не из парадигмы полемики, конфронтации, стремления «победить» оппонента и показать преимущества своей веры, а с целью налаживания уважительных, добрососедских отношений и сотрудничества для решения общих проблем. В этом контексте Всемирный парламент религий, как выражаются некоторые исследователи, ознаменовал собой переход от эры монолога к эре глобального диалога12.

Самой яркой фигурой на Всемирном парламенте религий был представитель индуизма (адвайта-веданты) Свами Вивекананда (1863—1902). Впоследствии, с начала XX в. некоторые восточные миссионеры, оказавшись на Западе,

8 Ефанова В. Н. Всемирный парламент религий // Православная энциклопедия. URL: https://www.pravenc.ru/text/155516.html (дата обращения: 08.01.2021).

9 Цит. по: Fletcher J. H. Women in inter-religious dialogue // The Wiley-Blackwell companion to inter-religious dialogue. Chichester, 2013. P. 168.

10 Ariel Y. Jewish-Christian dialogue // The Wiley-Blackwell companion to inter-religious dialogue. Chichester, 2013. P. 206.

11 Moyaert M. Op. cit. P. 195.

12 Ibid. P. 193.

предприняли ряд усилий по ознакомлению европейцев и американцев со своими духовными традициями. Их проповедь носила универсалистский характер — индуизм после проповеди Вивекананды приобрел черты интернационального учения, также и буддизм, во многом благодаря трудам и деятельности мастера Судзуки, в XX в. превратился в мировую религию13. В этом смысле Всемирный парламент религий послужил некоторой стартовой точкой интереса Запада к восточным религиям, что явилось одним из значимых факторов развития межрелигиозного диалога на современном этапе.

Еще одним фактором развития межрелигиозного диалога стало родившееся в кругах американского протестантизма в начале XX в. экуменическое дви-жение14. Целью движения было сближение и достижение единства различных ветвей христианства. М. Мойерт указывает, что экуменический диалог продемонстрировал, что возможно поддерживать уважительные и конструктивные отношения между людьми, которые думают и верят по-разному. Постепенно все более формировалось убеждение, что нечто подобное возможно и между разными религиями15.

На протяжении двух десятилетий после проведения Всемирного парламента религий это событие некоторые интерпретировали как «пик человеческой "эволюции" и религиозного "прогресса", указывая на будущее всеобщей человеческой гармонии и доброй воли»16. Как отметил С. С. Хоружий, «в этих безбрежных проектах сразу видна печать той атмосферы прекраснодушно-поверхностного гуманизма и прогрессизма, что царила на Западе в десятилетия перед Первой мировой войной — и разом испарилась, исчезла с ее первыми залпами»17.

В декабре 1914 г., вскоре после начала Первой мировой войны, группа христиан собралась в Кембридже и организовала «Братство примирения» (Fellowship of Reconciliation). В настоящее время филиалы «Братства примирения» находятся в десятках стран и включают в себя не только христиан, но и иудеев, буддистов, мусульман, бахаи и др.18. В период между мировыми войнами создавались специальные институты, занимающиеся проблемами межрелигиозного диалога. Так, известный богослов Рудольф Отто с целью содействия разрешению конфликтов в международных отношениях в 1921 г. основал Религиозный союз человечества (Religious Humanity Union)19.

13 Шохин В. К. Диалог религий: идеология и практика. Ч. 1 // Альфа и Омега. 1997. № 1 (12). С. 281-295.

14 Swidler L. The history of inter-religious dialogue. P. 4-б.

15 Moyaert M. Op. cit. P. 19б.

16 Swamy M. Op. cit. P. 727.

17 Хоружий С. С. Диалог религий: исторический опыт и принципиальные основания // Христианство и ислам в контексте современной культуры: Межрелигиозный диалог в России и на Ближнем Востоке. СПб.; Бейрут, 2009. С. 1б0—171.

18 The Fellowship of Reconciliation. URL: www.for.org.uk (дата обращения: 08.01.2021).

19 Шохин В. К. Диалог религий: идеология и практика. Ч. 2 // Альфа и Омега. 1997. № 2 (13). С. 223—240.

От Второй мировой войны до «Nostra aetate»

Вторая мировая война оказала большое влияние на человечество в различных аспектах, в том числе ее окончание можно условно связать с началом очередного этапа межрелигиозного диалога. Развитие и распространение межрелигиозного диалога после Второй мировой войны В. К. Шохин объясняет совокупностью нескольких факторов: расширением контактов между христианами и нехристианами как часть развернувшихся процессов глобализации; кризисом системы мирового колониализма, которая обуславливала неравноправие и в межрелигиозных отношениях; популярностью восточных религий, а также «внутренними процессами» в христианских странах, в первую очередь выражавшихся в виде отторжения религиозного авторитаризма в любом его виде20. Существенное влияние на богословие западного христианства в отношении к иудаизму оказала Катастрофа европейского еврейства. Остановимся на некоторых из перечисленных факторов более подробно.

После Второй мировой войны завершилась так называемая «колониальная эра», а вместе с этим господство и привилегированное положение христианства. М. Моейрт отмечает, что «убежденность в необходимости межрелигиозного диалога, по крайней мере частично, инспирирована желанием изменить имевшие ранее место привилегии и доминирование христианства. Постепенно росло осознание потребности в выработке не-империалистической позиции по отношению к миру»21, которая нашла отражение и в попытках организации равноправного и уважительного межрелигиозного диалога.

Размышления о связи имевших в истории церкви антииудаистских высказываний с Шоа привело к глубокому процессу рефлексии в протестантском и католическом богословии. Результатом, среди прочего, стало существенное изменение позиции западного христианства к иудаизму, что также нашло отражение и в формировании отношения к другим религиям22.

По мнению М. Мойерт, самым главным фактором развития межрелигиозного диалога, имевшим место после Второй мировой войны и с течением времени становящимся все более значимым, является феномен глобализации. Вследствие роста миграционных потоков, повышения мобильности, развития новых средств коммуникации мир стал «меньше»23.

В 1948 г. в рамках развития и институализации экуменического движения был создан Всемирный совет церквей, в деятельности которого с 1967 г. начинает занимать важное место межрелигиозный аспект24. Эта организация впоследствии будет оказывать большое влияние не только на межконфессиональный, но и на межрелигиозный диалог.

20 Шохин В. К. Диалог религий: идеология и практика. Ч. 1. С. 288—289.

21 Moyaert M. Op. cit. P. 197.

22 Ibid.

23 Ibid. P. 198.

24 World Council of Churches. URL: https://www.oikoumene.org/en/ (дата обращения: 08.01.2021).

От «Nostra aetate» до событий 11 сентября 2001 г.

Новый этап развития межрелигиозного диалога можно связать с проведением Второго Ватиканского собора и более конкретно с выходом декларации «Nostra aetate» (лат. «Наше время») 1965 г., посвященной отношению к нехристианским религиям. Л. Свидлер, характеризуя Второй Ватиканский собор, указывает, что это событие было революционным в прямом смысле этого слова во многих областях, в том числе с точки зрения сформулированной на нем позиции католицизма по отношению к другим религиям и последствий, к которым это привело в области межрелигиозного диалога25.

В декларации «Nostra aetate», в частности, отмечается, что Католическая Церковь не отвергает в других религиях ничего, что является «истинным и святым» и «с искренним уважением рассматривает тот образ действия и жизни, те предписания, которые... доносят луч Истины, просвещающих всех людей»26. А декрет о миссионерской деятельности Церкви «Ad gentes» (лат. «К народам») призывает всех христиан «знать людей, среди которых они живут и с которыми беседуют, чтобы в смиренном и терпеливом диалоге постичь, какие богатства даровал народам прещедрый Бог» (Ad gentes 2.11)27. То есть Католическая Церковь признала, что и в других религиях есть нечто «истинное и святое», Бог даровал и верующим других религий «блага», что открыло возможности для уважительного диалога. Также в декларации «Nostra aetate» была сформулирована новая, уважительная позиция по отношению к исламу и иудаизму, которая нашла отражение в третьем и четвертом параграфах документа.

Рассматривая развитие межрелигиозного диалога после Второго Ватиканского собора в целом, можно выделить два основных направления. Первое из них, на котором делала особый акцент Католическая Церковь, заключался во взаимном изучении разных религий, осмыслении соотношения их представлений и религиозного опыта. Л. Свидлер так объясняет понимание задач межрелигиозного диалога, соответствующее первому направлению: «Искренние партнеры по диалогу не стремятся переубедить друг друга, а наоборот, пытаются с симпатией выслушать собеседника и непредвзято вникнуть в его доводы. Истинная цель диалога в том, чтобы принять своего партнера как человека, смотрящего на жизнь по-иному, нежели вы сами. Задача же диалога в том, чтобы более глубокое понимание вашего собеседника и его взглядов привело к плодотворному изменению вашей собственной позиции. Иначе говоря, межрелигиозный диалог направлен на взаимообогащение и духовный рост его участников и исключает навязывание кому-либо из них чуждых взглядов»28. Для новой парадигмы отношений победа и самоутверждение в процессе диалога стали неприемлемы как

25 Swidler L. The history of inter-religious dialogue. P. 7.

26 Nostra aetate: Декларация об отношении Церкви к нехристианским религиям. URL: http://www.agnuz.info/app/webroot/library/6/128/page10.htm (дата обращения: 08.01.2021).

27 Ad gentes: Декрет о миссионерской деятельности Церкви. URL: http://www.vatican.va/ archive/hist_councils/ii_vatican_council/documents/vat-ii_decree_19651207_ad-gentes_en.html (дата обращения: 08.01.2021).

28 Свидлер Л. Межрелигиозный диалог: истоки, проблемы, перспективы // Страницы. 2000. № 5. Вып. 3. С. 456.

цель. Такой род межрелигиозной коммуникации осуществляется в духе эмпатии, уважения к партнеру, основывается на представлении, что изучение других религий может помочь по-новому, глубже осмыслить свою веру и «обогатиться». Ряд ярких католических и протестантских богословов (среди которых Т. Мер-тон, К. Ранер, Р. Панникар, Б. Лонерган, К. Барт, Дж. Линбек, Ханс фон Баль-тазар, И. Конгар) творчески и разносторонне осмысливали различные аспекты соотношения учения христианства и других религий.

Вторым направлением был диалог религий с целью миротворчества, урегулирования конфликтов и укрепления общественного согласия.

В 1970 г. в Киото (Япония) прошла «Всемирная конференция религии и мира» (World Conference on Religion and Peace), в которой приняли участие представители из 75 стран, в том числе делегация религиозных лидеров из СССР29. На этом мероприятии была учреждена крупнейшая межрелигиозная организация, или, как она сама себя именует, «мульти-религиозная коалиция», которая в настоящее время называется «Религии за мир» («Religions for peace»). Впоследствии эта организация с периодичностью один раз в пять лет проводила крупные межрелигиозные саммиты.

Вообще в рассматриваемый период проходило много межрелигиозных форумов, на которых религиозные лидеры выступали с миротворческой позицией. Кроме «традиционного» формата межрелигиозных саммитов, когда религиозные деятели выступают поочередно с докладами по теме роли религий в укреплении общественного мира и согласия, проводились и другие встречи последователей разных религий. Следует упомянуть о проводящихся в Ассизи (Италия) с 1986 г. по инициативе папы Иоанна Павла II молитвах духовных лидеров о мире30. Видной миротворческой межрелигиозной инициативой был проект «Глобальная этика» (Weltethos), основным идеологом и руководителем которого является католический богослов Ганс Кюнг. Этот проект, ставящий своей целью выявление общих моральных принципов, которые разделяют все религии, получил развитие в начале 1990-х гг.

Несомненно, указанные два направления — взаимное познание и миротворчество — были дальнейшим раскрытием и развитием тех тенденций межрелигиозного диалога, которые имели место и раньше, но их различие стало более рельефным и очевидным. При этом две названные линии межрелигиозного диалога в некоторых случаях имели смежное положение, в частности, католики справедливо утверждали, что взаимное познание существенно способствует гармонизации взаимоотношений. Вместе с тем по своим целям, содержанию и характеру диалога эти два направления существенно различаются.

Межрелигиозный диалог в СССР

Говоря о межрелигиозном диалоге, полезно выделять три уровня, на которых он может реализовываться: «высокий» (религиозные лидеры, официальные представители религиозных общин высокого уровня), «средний» (ученые, экс-

29 Swidler L. The history of inter-religious dialogue. P. 15.

30 Шохин В. К. Диалог религий: идеология и практика. Ч. 2. С. 223—240.

перты) и «низовой» (рядовые верующие). Как известно, в Советском Союзе господствовала атеистическая идеология. Деятельность религиозных организаций подвергалась контролю, а религиозные общины находились фактически в состоянии выживания. В этой связи о каком-то системном, активном межрелигиозном диалоге «на низовом» уровне говорить вовсе не приходится.

То же самое можно сказать и о «среднем уровне» ученых. Если на Западе в течение XX в. межрелигиозный диалог развивался свободно, а различные связанные с ним проблемы получили разностороннее и глубокое осмысление, то мы были как бы в стороне от этого процесса. То есть исследованию проблем диалога религий — теологическому, религиоведческому, философскому, культурологическому — внимания в Советском Союзе почти не уделялось.

Единственная область, в которой межрелигиозный диалог относительно интенсивно осуществлялся в СССР, — это высокий уровень религиозных лидеров. В Советском Союзе был проведен ряд крупных, в том числе международных, межрелигиозных форумов. Деятельность религиозных общин координировалась и контролировалась государством, то же самое, очевидно, относится и к межрелигиозным контактам. Межрелигиозные форумы рассматривались как часть политической борьбы Советского Союза за мир и всеобщее разоружение.

Первая встреча, в которой приняли участие как христианские лидеры, так и представители других религий СССР, состоялась 27—29 ноября 1951 г. в рамках Третьей Всесоюзной конференции сторонников мира31. 9—12 мая 1952 г. в Свято-Троицкой Сергиевой лавре прошла первая в Советском Союзе межрелигиозная конференция. Вторая межрелигиозная конференция в СССР по теме «За сотрудничество и мир между народами» состоялась в Троице-Сергиевой лавре с 1 по 4 июля 1969 г. В мероприятии приняли участие 175 делегатов, среди которых были представители мусульман из зарубежных государств — Сирии, Марокко, Иордании, Югославии, Гайаны и Сенегала. В официальном приветствии председателя Совета Министров СССР А. Косыгина говорилось: «Советское правительство неуклонно и последовательно проводит политику мира и дружбы между народами, неустанно стремится предотвратить угрозу новой мировой войны и высоко ценит любые усилия, в том числе и религиозных организаций, в достижении этой цели»32. В приветствии отражена позиция государства по отношению к подобным межрелигиозным мероприятиям, которое фактически стремилось использовать «религиозный фактор» для достижения целей своей внешней и внутренней политики.

В 1977 и в 1982 гг. в Москве были проведены два крупных межрелигиозных международных форума, которые можно рассматривать как два наиболее заметных, масштабных события в области межрелигиозного диалога в СССР.

6—10 июня 1977 г. в Москве прошла Всемирная конференция «Религиозные деятели за прочный мир, разоружение и справедливые отношения между народами». 10—14 мая 1982 г. состоялся крупнейший в истории СССР межрелигиозный саммит: Московская Всемирная конференции «Религиозные деятели

31 Силантьев Р. А. Исламо-христианский диалог в досоветский и советский периоды // Религия и современный мир. 2010. № 8. С. 68.

32 Цит. по: Там же. С. 69.

за спасение священного дара жизни от ядерной катастрофы». В мероприятии приняли участие 590 делегатов из 90 стран, представлявшие православие, католицизм, протестантизм, англиканство, армяно-григорианизм, ислам, иудаизм, буддизм, индуизм и синтоизм, сикхизм, зороастризм и другие религии. По итогам конференции были приняты три документа: «Обращение к руководителям и последователям всех религий», «Обращение ко всем правительствам мира» и «Обращение ко Второй специальной сессии Генеральной ассамблеи ООН по разоружению — 1982 г.».

Выше мы отметили, что с 1970-х гг. заметно развитие межрелигиозного диалога в рамках двух направлений — это «познание» (диалогу как изучению, способу «взаимообогащения», личностного и духовного роста уделяла большое внимание Католическая Церковь) и «миротворчество». Межрелигиозные саммиты в СССР целиком относились ко второму направлению, ни о каком богословском осмыслении соотношения разных религий речь не шла, напротив, участники подчеркивали, что они не затрагивают в ходе собеседований доктриналь-ную проблематику. В итоговом заявлении конференции 1982 г. сказано: «Мы не стремимся к слиянию наших мировоззрений. Наши точки зрения на реальность остаются отличными друг от друга. Мы бескомпромиссно придерживаемся наших различных религиозных убеждений. Несмотря на эти различия, мы можем совместно утверждать то многое, что дорого всем нам»33. Следует отметить, что подобные концептуальные основания межрелигиозного диалога — отказ от обсуждения догматической проблематики и сотрудничество в деле укрепления мира и других социальных сферах, представляющих общий интерес, — актуальны и для организации межрелигиозного диалога на официальном уровне и в современной России.

От 11 сентября 2001 г. до сегодняшнего дня

Событием, с которым можно связать начало очередного этапа в развитии межрелигиозного диалога, является атака террористов на башни-близнецы в Нью-Йорке 11 сентября 2001 г. Безусловно, эта дата выбрана автором весьма условно, однако она знаменует собой некий рубеж, свидетельствующий о наличии новых социальных, культурных, политических факторов, которые оказали влияние и на характер межрелигиозного диалога.

Во-первых, таким фактором стала проблема терроризма под религиозными лозунгами. Не будет преувеличением сказать, что впоследствии терроризм и экстремизм, использующие религиозную риторику, были признаны одним из вызовов глобального масштаба, на который регулярно обращают внимание политики. Эта тема стала постоянно присутствовать и в повестке различных межрелигиозных форумов. Примечательно, что вскоре после терактов, 24 января 2002 г. в Ассизи (Италия) по инициативе и при личном участии Папы Римского Иоанна Павла II прошел «День молитвы о мире во всем мире», который собрал религиозных лидеров высокого уровня со всего мира. В своих выступлениях и

33 Религиозные деятели за спасение священного дара жизни от ядерной катастрофы. Всемирная конференция 10—14 мая 1982 года / ред. А. Г. Чулюкина. М., 1983. С. 7.

молитвах папа Иоанн Павел II осудил терроризм и акты насилия, которые прикрываются религиозными лозунгами, а также подчеркнул, что не следует путать экономические, националистические, политические интересы и религию34.

Во-вторых, в общественных науках и политике весьма популярным стал дискурс столкновения цивилизаций, который предложил Самуэль Хантингтон. Диалог и партнерство религий и цивилизаций стали рассматриваться как альтернатива их столкновению и конфронтации, один из способов предотвращения конфликтов, гармонизации взаимоотношений и снятия напряженности.

В-третьих, стало очевидным, что религиозный фактор играет существенную роль в общественной жизни, на него нельзя не обращать внимания. В академической сфере представление о большом значении религии для современности нашло отражение в позиции, что мир вошел в новый, так называемый постсеку-лярный этап своего развития, в котором религия является важной и неотъемлемой частью социальной действительности35.

В-четвертых, новый масштаб и характер принял упоминавшийся выше фактор глобализации. Уровень мобильности людей повысился еще больше, миллиардам людей на земном шаре стал доступен Интернет, а также связанные с ним средства коммуникации, такие как социальные сети и мессенджеры, которыми стали пользоваться, в том числе, с помощью персональных мобильных телефонов. В ходе глобализации, формирования все более взаимосвязанного и взаимозависимого мира росло осознание общей ответственности за существующее положение вещей, понимание того факта, что глобальные проблемы должны решаться совместно. Причем сотрудничество должно осуществляться общими усилиями всех людей доброй воли, поверх религиозных, национальных и политических границ.

В связи с ростом фактора глобализации, в рамках межрелигиозного диалога все больше внимания стало уделяться не взаимному познанию религий (эта тема вышла, в некотором смысле, на периферию внимания, оставаясь значимой для теологов и религиоведов), а их соработничеству. То есть диалог в когнитивном аспекте, в качестве исследования проблем соотношения религий как разных систем мировоззрений имеет место и на современном этапе. Ярким примером здесь может служить популярное научное направление «компаративная теология», основоположником которого выступил американский католический священник, индолог Френсис Клуни. Однако межрелигиозный диалог на новейшем этапе в большинстве случаев вовсе не затрагивает богословские темы. Межрелигиозный диалог понимается, скорее, как обеспечение гармоничного сосуществования религий как социальных институтов, что приводит к формированию соответствующих задач, повестки и дискурса диалога. Причем цель диалога стала определяться не только как миротворчество, но как сотрудничество верующих в более широкой перспективе — для решения различных социальных (справедливость, отсутствие дискриминации, интеграция

34 День молитвы о мире в Ассизи. URL: https://mospat.ru/archive/2002/02/nr201291/ (дата обращения: 08.01.2021).

35 Berger P. L. Desecularization of the world: a global overview // The desecularization of the world: resurgent religion and world politics. Washington, 1999. P. 2.

мигрантов, защита религиозной свободы, вклад в процветание общества и пр.) и экологических проблем.

Перечисленные факторы оказали влияние на направление развития и повестку межрелигиозного диалога на современном этапе.

В 1998 г. был создан Межрелигиозный совет России, включающий представителей четырех так называемых «традиционных религий» нашей страны: православия, ислама, иудаизма и буддизма36. В его рамках межрелигиозный диалог ведется на постоянной основе на самом высоком уровне. Основной целью межрелигиозного взаимодействия является миротворчество и сотрудничество в сферах, представляющих общий интерес (утверждение традиционных нравственных ценностей, диалог с государственной властью с целью учета интересов религиозных общин в образовательной, юридической и социальных сферах).

3—5 июля 2006 г. Межрелигиозный совет России провел в Москве крупнейший саммит за всю историю России — Всемирный саммит духовных лидеров, который был приурочен к встрече «Большой восьмерки» в Санкт-Петербурге. В мероприятии приняли участие более 300 религиозных деятелей из 49 стран. Пленарное заседание саммита открыл Президент России В. В. Путин. В итоговом документе («Послании») Всемирного саммита духовных лидеров затрагивались следующие темы: роль религии и ее миротворческий потенциал; права и достоинство личности, ценность человеческой жизни как «дара Всевышнего»; институт семьи; оскорбление религиозных чувств; значение традиционных нравственных ценностей для современного мира; экономическая деятельность и моральные принципы; миграция; экстремизм и терроризм; забота об окружающей среде; призыв к построению справедливого мироустройства и сотрудничества для борьбы с новыми вызовами (наркомания, инфекционные болезни, особенно СПИД, распространение оружия массового уничтожения)37.

Существуют международные организации и проекты, в рамках которых встречи религиозных лидеров проводятся на постоянной основе. На пространстве Евразии такой значимой площадкой является Съезд лидеров мировых и традиционных религий в Казахстане. Заседания Съезда проводятся с периодичностью один раз в три года, начиная с 2003 г. в столице Казахстана Нур-Султане (ранее — в Астане). Одним из инициаторов этого мероприятия и регулярно принимавшим в нем участие был бывший президент Казахстана Н. Назарбаев. Второй съезд, прошедший в 2006 г., был посвящен теме «Религия, общество и международная безопасность», третий (2009) — теме «Роль религиозных лидеров в построении мира, основанного на толерантности, взаимном уважении и сотрудничестве». В четвертом съезде (2012), который состоялся под заглавием «Мир и согласие как выбор человечества», принял участие Святейший Патриарх Московский и всея Руси Кирилл. VI съезд лидеров мировых и традиционных религий в Астане (2018) был посвящен теме «Религиозные лидеры за безопасный

36 Межрелигиозный совет России. URL: www.interreligious.ru (дата обращения: 08.01.2021).

37 Всемирный саммит религиозных лидеров принял итоговый документ. URL: http://www. patriarchia.ru/db/text/123672.html (дата обращения: 08.01.2021).

мир»38. Тематика указанных форумов дает представление о повестке и дискурсе межрелигиозных отношений на международном уровне.

Межправительственные организации также уделяют внимание взаимодействию с религиозными общинами. Одной из наиболее известных таких площадок является созданный по инициативе Генерального секретаря ООН Кофи Аннана и премьер-министров Испании и Турции в 2005 г. «Альянс цивилизаций». Альянс декларирует задачи своей деятельности как утверждение широкого консенсуса «государств, культур и религий относительно того, что все сообщества связаны в своей принадлежности к человечеству и взаимозависимы в своем стремлении к стабильности, процветанию и мирному сосуществованию. Цель Альянса цивилизаций заключается в укреплении взаимопонимания и отношений сотрудничества между странами и народами различных культур и религий и в процессе этого — оказании помощи в борьбе с силами, усугубляющими поляризацию общества и разжигающими экстремистские настроения» 39. Следует отметить, что некоторые межрелигиозные структуры стремятся воспроизводить деятельность ООН, но только в религиозной сфере, когда участниками выступают не политические, а религиозные лидеры. В качестве примера можно привести возглавляемую бизнесменом, общественным деятелем, президентом Всемирного конгресса горских евреев организацию «Объединенные религии» (United Religions)40.

Большое внимание межрелигиозному диалогу после терактов 2001 г. стали уделять арабские страны. Ежегодные конференции проводит Международный центр по международному диалогу в Дохе (Катар) (Doha International Center for Interfaith Dialogue, DICID)41. В настоящее время весьма активен поддерживаемый Саудовской Аравией Международный центр межрелигиозного и межкультурного диалога им. короля Абдуллы (King Abdullah bin Abdulaziz International Centre for Interreligious and Intercultural Dialogue, KAICIID), штаб-квартира которого находится в Вене (Австрия)42.

По мнению Л. Свидлера, ислам начинает массово включаться в межрелигиозный диалог, начиная с 2007 г., и он связывает это с реакцией мусульманского мира на террористическую атаку 11 сентября 2001 г.43 В 2007 г. группа мусульманских религиозных деятелей и ученых направила христианским лидерам открытое письмо «Общее слово для нас и вас» («A Common Word between Us and You»). Основной темой письма является призыв к миру, который может основываться на осознании близости христианства и ислама, заключающейся в принципиальной важности для обеих религий заповедей о «любви к Богу» и «любви к ближнему». В письме, в частности, говорится: «Мусульмане и христиане вме-

38 Съезд лидеров мировых и традиционных религий. URL: http://www.religions-congress. org/ (дата обращения: 08.01.2021).

39 Альянс цивилизаций. URL: http://www.un.org/ru/peace/alliance/ (дата обращения: 08.01.2021).

40 United Religions. URL: https://unitedreligions.org (дата обращения: 08.01.2021).

41 Doha International Center for Interfaith Dialogue. URL: www.dicid.org/english/index.php (дата обращения: 08.01.2021).

42 King Abdullah bin Abdulaziz International Centre for Interreligious and Intercultural Dialogue. URL: https://www.kaiciid.org/ (дата обращепния: 08.01.2021).

43 Swidler L. The history of inter-religious dialogue. P. 9.

сте составляют намного больше половины населения земного шара. Без мира и справедливости между этими общинами не будет мира и на земле. Будущее человечества зависит от согласия между мусульманами и христианами. Более того, основа для взаимопонимания уже существует. Это часть фундаментальных принципов обеих религий — любовь к Единому Богу и любовь к ближнему»44. То есть понимание межрелигиозного диалога как инструмента миротворчества продолжает играть существенную роль на новейшем этапе межрелигиозных отношений.

В этом контексте показательна тематика X Ассамблеи упоминавшейся выше организации «Религии за мир», которая состоялась в августе 2019 г. в немецком городе Линдау. Мероприятие собрало около 900 представителей религиозных общин разного уровня из 125 стран мира45. Общая тема Ассамблеи была сформулирована следующим образом: «Забота о нашем общем будущем — продвижение коллективного благополучия» (Caring for our Common Future — Advancing Shared Well-being). Работа Ассамблеи велась по пяти направлениям: «Продвижение позитивного мира (positive peace)», «Предотвращение и трансформация насильственных конфликтов», «Поддержка справедливых и гармоничных обществ», «Содействие интегральному развитию человечества», «Защита Земли». То есть наряду с темами миротворчества в повестке межрелигиозного диалога присутствуют различные социальные и экологические проблемы, которые последователям разных религий предлагается решать вместе.

Примечательно, что последние две темы разрабатывались в партнерстве с ООН в рамках реализации программы «Цели в области устойчивого развития». Глобальная программа ООН в области устойчивого развития до 2030 г. была принята в 2015 г. Документ включает в себя 17 целей, направленных на борьбу с нищетой, социальной несправедливостью (например, против дискриминации, ксенофобии, за доступ к образованию, за равенство полов и пр.), экологическими угрозами46. Учитывая большую роль религии в жизни современных обществ по всему миру, ООН заинтересована в содействии религиозных объединений и рядовых верующих реализации этой программы47. Этим занимается, в том числе, и специально созданная для этого организация — «Международное партнерство в области роли религий в устойчивом развитии»48.

44 Мельник С. В. Православие и хасидизм Хабад: Личностная модель межрелигиозного диалога. М., 2017. С. 44.

45 Представители Русской Православной Церкви приняли участие в X Ассамблее «Религии за мир». URL: https://mospat.ru/ru/2019/08/26/news176853/ (дата обращения: 08.01.2021).

46 Цели в области устойчивого развития. URL: http://sdg.openshkola.org/ (дата обращения: 08.01.2021).

47 Например, 8 июля 2019 г. в Информационном центре ООН в Москве состоялся круглый стол «Межконфессиональный диалог и цели в области устойчивого развития». Одно из пленарных заседаний X Ассамблеи «Религии за мир» (2019) было посвящено теме «Продвижение общего благосостояния путем содействия целостному развитию человечества и защите Земли». Модератором заседания выступил директор Центра по устойчивому развитию, специальный советник Генерального секретаря ООН по целям в области устойчивого развития Дж. Сакс.

48 International partnership on religious and sustainable development. URL: www.partner-reli-gion-development.org/ (дата обращения: 08.01.2021).

Тенденцию к смещению тематики межрелигиозного диалога от богословской сферы к социальной можно заметить и в деятельности Римско-Католической Церкви. В декларации «Nostra аetete» (1965) был сформулирован рад богословских положений, касающихся отношения к исламу и иудаизму. Например, в третьем параграфе документа говорится: «Церковь с уважением относится и к мусульманам, поклоняющимся Единому Богу, Живому и Сущему, милосердному и всемогущему, Творцу неба и земли, говорившему к людям. Кроме того, они ожидают Судного дня, когда Бог воздаст всем воскресшим людям»49. То есть утверждается, что христиане и мусульмане поклоняются одному и тому же Богу. Давая оценку иудаизму, декларация рассматривает такие вопросы, как общее духовное наследие христиан и иудеев, особое положение еврейского народа с точки зрения взаимоотношений с Богом, неправомерность обвинений в «богоубийстве» и др.

Изменение позиции Католической Церкви по отношению к другим религиям, официально зафиксированное в документах Второго Ватиканского собора, нашло выражение в развитии диалога с другими религиями. В частности, в 1974 г. была создана комиссия по взаимодействию с иудаизмом, которая приняла ряд документов. Наиболее резонансным из них стала декларация 2015 г. «Дары и призвание Божие непреложны (Рим 11. 29)». В ней не поддерживается широко распространенная на протяжении веков концепция «теологии замещения» (Церковь как «новый», «истинный» Израиль, которая заместила еврейский народ), но говорится о том, что завет Бога с народом Израиля, заключенный на горе Синай, продолжает действовать50.

В 1985 г., в ходе визита в Марокко, папа Иоанн Павел II произнес свою известную речь, обращенную к мусульманской молодежи (аудитория составляла порядка 80 тыс. человек). В выступлении глава Католической Церкви повторил основные идеи «Nostra Aetete» и в целом следовал духу декларации и ее направленности на подчеркивание сходств. Иоанн Павел II, в частности, отметил: «У нас, христиан и мусульман, есть много общего и как у верующих, и просто как у людей... Для всех нас Авраам служит идеальным образцом веры в Бога, подчинения Его воле, доверия к Его доброте. Мы верим в одного Бога. сотворившего мир и ведущего свои творения к совершенству. Именно к этому Богу обращены сегодня мои мысли и мое сердце. поскольку именно в Него верим мы все — и вы, мусульмане, и мы, католики. Ваш и наш Бог есть один и тот же Бог, мы — братья и сестры по вере Авраама»51. В 2001 г. папа Иоанн Павел II посетил мечеть Омейядов в Дамаске (Сирия) и помолился в ней, став первым главой Католической Церкви, который сделал это52.

49 Nostra aetate.

50 Пущаев Ю. В. Изменение позиции Римско-Католической Церкви по отношению к иудаизму (аналитический обзор) // Социальные и гуманитарные науки. Отечественная и зарубежная литература. Сер. 3: Философия: Реферативный журнал. М., 2016. № 4. С. 79—91.

51 Речь Иоанна Павла II к молодым мусульманам в Касабланке. URL: Шр://рускатолик. рф/rech-k-musulmanam/ (дата обращения: 08.01.2021).

52 Папа Римский Иоанн Павел Второй стал первым в истории главой Католической Церкви, посетившим мечеть. URL: https://www.svoboda.Org/a/24126428.html (дата обращения: 08.01.2021).

Папа Бенедикт XVI (Й. Ратцингер) занимал более консервативную позицию, но в целом следовал заданному Вторым Ватиканским собором направлению на развитие уважительных взаимоотношений и сотрудничества с мусульманами. Католики и последователи ислама, по мнению Бенедикта XVI, призваны свидетельствовать о Боге и способствовать тому, чтобы трансцендентный Творец занял надлежащее место в жизни этого мира. Такое свидетельство может выражаться в служении человечеству посредством миротворчества, утверждения принципов достоинства и неотъемлемых прав человека, противостояния идеологии морального релятивизма. Вместе с тем Й. Ратцингер не стремился нивелировать отличия и идти на какие-то компромиссы в вопросах веры. В частности, он указывал на принципиальные различия в понимании христианами и мусульманами отношений общества, политики и религии. На практическом уровне христианско-мусульманский диалог, по мнению Й. Ратцингера, может включать в себя следующие составляющие: «богословский обмен», направленный на признание и развитие имеющихся духовных связей; совместный поиск истины; культивирование особого значения и огромного потенциала человеческого разума в отношении вопросов веры и истины53.

Католическая Церковь после Второго Ватиканского собора стремилась развивать то, что она обозначила в официальных документах как «диалог теологического обмена» (сравнительное изучение религий) и «диалог духовности» (более глубокое вхождение в другую религию с целью «обогащения», «духовного и личностного роста»)54. Однако эти инициативы зачастую встречали скептическое отношение иудеев и мусульман, больше настроенных выстраивать взаимодействие, в центре которого были бы вопросы мирного и гармоничного сосуществования. В этом контексте следует отметить Декларацию под названием «Документ о братстве между людьми ради мира во всем мире и мирного сосуществования», которая была подписана в Абу-Даби папой Франциском, в ходе его визита в ОАЭ в феврале 2019 г., и Великим имамом Университета Аль-Азхар Ахмадом Аль-Тайебом55. В 2020 г. папа Франциск выпустил декларацию «Fratelli tutti» (лат. «Все братья»). Характерно, что в документе говорится не только о социальной дружбе и братстве как необходимых условиях прочного мира на нашей планете, но и о миграции, правах человека, религиозной свободе, бедности, политике, неравноправии, абортах и о других проблемах, которые все человечество, независимо от вероисповедания и нации, должны решать сообща. То есть мы можем увидеть, что акцент в диалоге с мусульманами, в соответствии с общей тенденцией развития межрелигиозных отношений на новейшем этапе (как отмечалось в первой главе), делается на область сотрудничества для решения социальных, экологических проблем, тогда как собственно богословские вопросы отходят на периферию внимания.

53 Viviano R. Benedict XVI, Islam and Christian-Muslim relations // The downside review. Somerset, 2016. P. 7—16.

54 Swidler L. The «dialogue of civilizations» at the tipping point: The «dialogosphere» // Journal of ecumenical Studies. 2015. 50:1. P. 3—17.

55 Папа Франциск и Великий Имам подписали совместную Декларацию о мире. URL: https://sib-catholic.ru/papa-frantsisk-i-velikiy-imam-podpisali-sovmestnuyu-deklaratsiyu-o-mire/ (дата обращения: 08.01.2021).

Выводы

Итак, при панорамном обзоре истории межрелигиозного диалога можно выделить несколько этапов, связанных со следующими событиями: Всемирный парламент религий (1893), Шоа и окончание Второй мировой войны, Декларация «Nostra aetate» (1965) Второго Ватиканского собора, атака на башни-близнецы в Нью-Йорке в сентябре 2001 г.

Характеризуя типы межрелигиозного диалога в целом, можно условно отнести их к двум сферам, первую из которых предлагается обозначить как «богословская», а вторую — «конвивенциальная» (от лат. convivencia — «совместная жизнь»). Первая из областей межрелигиозного взаимодействия предполагает сравнительное изучение различных доктринальных тем, вопросов религиозного опыта и духовной жизни (полемический и когнитивный типы диалога). Диалог в рамках «конвивенциальной» сферы ставит своей целью поддержание мира и гармоничной совместной жизни верующих разных религий (миротворческий и партнерский типы диалога)56.

Если в «богословской» сфере, так или иначе, осмысливается соотношение религий как мировоззренческих систем, то в конвивенциальной речь идет о взаимодействии религий как социальных институтов, об обеспечении их гармоничного сосуществования. Современный межрелигиозный диалог на уровне религиозных лидеров и глав религиозных общин почти целиком можно отнести к конвивенциальной сфере, тогда как богословские вопросы в его рамках фактически не затрагиваются. Основной целью межрелигиозного диалога становится мирное сосуществование и сотрудничество во имя всеобщего благоденствия и процветания.

Началом современного этапа межрелигиозного диалога считается Всемирный парламент религий 1893 г. в Чикаго. До этого, по крайней мере в ареале авраамических религий, преобладало понимание межрелигиозного диалога как диспута, полемики, основанной на стремлении доказать свою правоту, продемонстрировать преимущества своей веры, «победить» оппонента в споре («полемический диалог»). Межрелигиозный диалог на современном этапе стал пониматься только как позитивное, конструктивное взаимодействие между последователями разных религий.

Большой импульс к развитию межрелигиозного диалога придал Второй Ватиканский собор и, более конкретно, принятие Декларации «Nostra aetate» 1965 г., посвященной отношению к нехристианским религиям. Межрелигиозный диалог в этот период развивается в рамках двух основных тематических направлений. Первое из них, на котором делала особый акцент Католическая Церковь, заключалось в понимании диалога как взаимного изучения разных религий, сравнения их воззрений и религиозного опыта («когнитивный диалог»). Такой род межрелигиозной коммуникации осуществляется в духе эмпатии, уважения к диалогическому партнеру, основывается на представлении, что изучение других религий может помочь по-новому, глубже осмыслить свою собствен-

56 Мельник С. В. Классификация типов межрелигиозного диалога // Коммуникология. 2020. Т. 8. № 2. С. 25-51.

ную веру и «обогатиться». Вторым направлением был диалог религий с целью миротворчества, урегулирования конфликтов и укрепления общественного согласия, причем это взаимодействие часто носило институциональный характер

В последние десятилетия особое значение имеет межрелигиозный диалог, понимаемый как сотрудничество верующих не только в деле укрепления мира, но и в различных сферах — гуманитарной, социальной, образовательной, экологической («партнерский диалог») 57.

Представленный подход к периодизации современного этапа межрелигиозного диалога является всего лишь схемой. Безусловно, как любая теоретическая схема, которая описывает сложные социальные феномены, включающие в себя множество проблем и процессов, она не может претендовать на полноту и имеет свои ограничения. Кроме этого, будучи ограниченным объемом одной статьи, автор не имел возможности даже просто перечислить и коротко охарактеризовать основные существующие межрелигиозные площадки и проекты. Вместе с тем изложенный подход позволяет получить представление об основных направлениях, тенденциях развития и формах реализации межрелигиозного диалога на современном этапе.

Этап Факторы

На пути к современному этапу МД Религиозные войны между протестантами и католиками в Европе в ХУ1—ХУ11 вв. (Тридцатилетняя война 1618—1648). М. Мойерт: «Межрелигиозный диалог является дитем современной эпохи и ее выбора в пользу разделения "церкви" и "государства", одновременно распространением просвещенных идеалов демократического плюрализма и осознания фундаментальных прав человека». Прогрес-сизм, гуманизм. Развитие «науки о религии» (сравнительного религиоведения), начиная со второй половины XX в. Л. Свидлер: «Смена эпистемологических парадигм», «переход от эры глобального монолога к эре глобального диалога». Принципы: историзм (историко-культурная обусловленность представлений об истине), интенциональность (ориентированность на действие, влияние интенции исследователя, его целей на результаты познания), социология знания (социально-историческая обусловленность мышления), ограниченность языка, герменевтика (проблема интерпретации) и диалог (диалогическая природа познания и мышления).

57 Более подробно см.: Мельник С. В. Классификация типов межрелигиозного диалога.

113

Этап Факторы

1. Всемирный парламент религий 1893 г. в Чикаго (начало современного этапа межрелигиозного диалога: стремление выстраивать позитивные, конструктивные отношения + регулярность) Интерес Запада к восточным религиям, деятельность индуистских и буддийских миссионеров на Западе. Зарождение и развитие экуменического движения.

2. Окончание Второй мировой войны и Шоа Глобализация; расширение контактов между христианами и нехристианами как часть развернувшихся процессов глобализации. Кризис системы мирового колониализма, которая обуславливала неравноправие и в межрелигиозных отношениях. Популярность восточных религий. «Внутренние процессы» в христианских странах, в первую очередь выражавшиеся в виде отторжения религиозного авторитаризма в любом его виде. Катастрофа европейского еврейства (Холокост).

3. Декларация «Nostra aetate» (1965) Второго Ватиканского собора Римско-Католическая Церковь занимает инклю-зивистскую позицию и придает мощный импульс к развитию межрелигиозного диалога. 1960—1970-е гг. — «золотой век межрелигиозного диалога» и «формирующий период», в который были творчески разработаны и получили развитие разнообразные его виды. Формируются направления диалога как взаимного изучения и миротворчества.

4. Атака на башни-близнецы в Нью-Йорке в сентябре 2001 г. Проблема терроризма под религиозными лозунгами. Дискурс столкновения цивилизаций (С. Хантингтон), диалог как альтернатива. Постсекуляризм (осознание, что религия является неотъемлемой частью человеческого существования и общественной реальности; осознание необходимости управления религиозным фактором, направление межрелигиозных отношений в мирное и созидательное русло). Новый масштаб и характер принял фактор глобализации (развитие мобильности человека, Интернета, средств коммуникации, создание единого информационного пространства). Глобальные проблемы необходимо решать глобально. То есть крайне высокая степень взаимозависимости и взаимосвязи современного мира, религия продолжает играть существенную роль (постсекуляризм).

Список литературы

Ефанова В. Н. Всемирный парламент религий // Православная энциклопедия. URL:

https://www.pravenc.ru/text/155516.html (дата обращения: 08.01.2021). Мельник С. В. Дипломатический межрелигиозный диалог // Миссия конфессий. 2020.

Т. 9. Ч. 2 (№ 43). С. 217-225. Мельник С. В. Классификация типов межрелигиозного диалога // Коммуникология.

2020. Т. 8. № 2. С. 25-51. Мельник С. В. Православие и хасидизм Хабад: Личностная модель межрелигиозного

диалога: М.: ИНИОН РАН, 2017. Пущаев Ю. В. Изменение позиции Римско-Католической Церкви по отношению к иудаизму (аналитический обзор) // Социальные и гуманитарные науки. Отечественная и зарубежная литература. Сер. 3: Философия: Реферативный журнал. М.: ИНИОН РАН, 2016. № 4. С. 79-91. Религиозные деятели за спасение священного дара жизни от ядерной катастрофы: Всемирная конференция 10-14 мая 1982 года / ред. А. Г. Чулюкина. М.: Московская Патриархия, 1983.

Рыбаков Р. Б. Всемирный Парламент религий (Наблюдения и размышления). URL:

http://www.delphis.ru/journal/article/vsemirnyi-parlament-religii Свидлер Л. Межрелигиозный диалог: истоки, проблемы, перспективы // Страницы.

2000. № 5. Вып. 3. С. 452-461. Селезнев Н. История экуменизма: забытый ранний этап // Государство, религия, церковь в России и за рубежом. 2015. № 2 (33). С. 163-181. Силантьев Р. А. Исламо-христианский диалог в досоветский и советский периоды // Религия и современный мир. 2010. № 8. С. 65-73. Хоружий С. С. Диалог религий: исторический опыт и принципиальные основания // Христианство и ислам в контексте современной культуры: Межрелигиозный диалог в России и на Ближнем Востоке. СПб.; Бейрут: ФКИЦ «Эйдос», 2009. С. 160-171. Шохин В. К. Диалог религий: идеология и практика. Ч. 1 // Альфа и Омега. М., 1997. № 1 (12). С. 281-295.

Шохин В. К. Диалог религий: идеология и практика. Ч. 2 // Альфа и Омега. 1997. № 2 (13).

C. 223-240.

Ad gentes: Декрет о миссионерской деятельности Церкви. URL: http://www.vatican.va/ archive/hist_councils/ii_vatican_council/documents/vatii_decree_19651207_ad-gentes_ en.html (дата обращения: 08.01.2021). Ariel Y. Jewish-Christian dialogue // The Wiley-Blackwell companion to inter-religious dialogue.

Chichester: John Wiley & Sons, 2013. P. 205-223. Berger P. L. Desecularization of the world: a global overview // The desecularization of the world:

resurgent religion and world politics. Washington, 1999. P. 1-18. Cornille C. Conditions for inter-religious dialogue // The Wiley-Blackwell companion to inter-

religious dialogue. Chichester: John Wiley & Sons, 2013. P. 20-33. Fletcher J. H. Women in inter-religious dialogue // The Wiley-Blackwell companion to inter-

religious dialogue. Chichester: John Wiley & Sons, 2013. P. 168-184. Moyaert M. Interreligious Dialogue // Understanding Interreligious Relations / D. Cheetham,

D. Pratt, D. Thomas, ed. Oxford: Oxford University Press, 2013. P. 193-217.

Nostra aetate: Декларация об отношении Церкви к нехристианским религиям. URL: http://

www.agnuz.info/app/webroot/library/6/128/page10.htm (дата обращения: 08.01.2021). Swamy M. Revisiting the Antecedents of Interreligious Dialogue // Current dialogue. The Ecumenical Review. 2019. Vol. 71. № 5. P. 719-738.

Swidler L. The «dialogue of civilizations» at the tipping point: The «dialogosphere» // Journal of

ecumenical Studies. 2015. 50:1. P. 3-17. Swidler L. The history of inter-religious dialogue // The Wiley-Blackwell companion to inter-

religious dialogue. Chichester: John Wiley & Sons, 2013. P. 3-19. Viviano R. Benedict XVI, Islam and Christian-Muslim relations // The downside review. Somerset, 2016. P. 1-21.

Vestnik Pravoslavnogo Sviato-Tikhonovskogo Sergey Melnik,

gumanitarnogo universiteta. Candidate of Sciences in Philosophy,

Seriia I: Bogoslovie. Filosofiia. Religiovedenie. Researcher at the Institute

2021. Vol. 96. P. 95-118 of Scientific Information for Social Sciences

DOI: 10.15382/sturI202196.95-118 of the Russian Academy of Science

1/21 Nakhimovsky Prospekt, 117418 Moscow, Russian Federation;

Senior Research, Center for Interreligious Dialogue, Bolgar Islamic Academy 1a st. Kul Gali, 422840, Republic of Tatarstan, Bolgar, Russian Federation melnik.s.vl@yandex.ru ORCID: 0000-0002-1491-7624

Periodization of the History of Interreligious Dialogue at the Modern Stage

S. Melnik*

Abstract: Interreligious dialogue at the modern stage is understood as a positive, constructive interaction between followers of different religions, which is carried out on a regular basis. The beginning of the modern stage of interreligious dialogue is the World Parliament of Religions of 1893 in Chicago. The Second World War had a great impact on humanity in various aspects, including the fact that its end can be associated with the beginning of another period of interreligious dialogue. A great impetus to the development of interreligious dialogue was given by the Second Vatican Council and the adoption of the declaration Nostra aetate of 1965, dedicated to the attitude towards non-Christian religions. During this period, interreligious dialogue develops within the framework of two main thematic areas. The first of them, which was emphasised by the Catholic Church, was to understand dialogue as a mutual study of different religions, comparing their ideas and religious experience. The second direction was a dialogue with the aim of peacemaking, conflict resolution and strengthening social harmony. Special attention is paid to the interreligious dialogue in the USSR, which can be attributed to the second of these areas. In recent decades, interreligious dialogue has been actively developing, which is expressed in the cooperation of believers not only in strengthening peace, but in various spheres, e.g. humanitarian, social, educational, environmental. The main factors contributing to the development of interreligious dialogue in each of

* The author expresses gratitude to the President of «United religions» Mr. Akif Gilalov.

these periods are identified in the article. For example, among the factors of the last period of interreligious dialogue, which began after the terrorist attacks of September 11, 2001, the author highlights the following: the problem of the spread of terrorism under religious slogans, the discourse of a "clash of civilisations", the increasing interdependence and interconnection of the modern world, post-secularism.

Keywords: interreligious dialogue, history, interreligious relations, factors, World Parliament of Religions, Catholicism, Second Vatican Council, globalisation, terrorism.

References

Ad gentes, available at: http://www.vatican.va/archive/hist_councils/ii_vatican_council/docu-ments/vatii_decree_19651207_ad-gentes_en.html (08.01.2021).

Ariel Y. (2013) "Jewish—Christian dialogue", in C. Cornille (ed.) The Wiley-Blackwellcompanion to inter-religious dialogue, Chichester: John Wiley & Sons, pp. 205—223.

Berger P. L. (1999) "Desecularization of the world: a global overview", in P. L. Berger (ed.) The desecularization of the world: resurgent religion and world politics, Washington, pp. 1—18.

Cheliukina A. G. (ed.) (1983) Religioznye deiateliza spasenie sviashchennogo dara zhizni ot iadernoi katastrofy. Vsemirnaia konferentsiia 10-14 maia 1982 goda [Conference of Religious Workers for Saving the Sacred Gift if Life from Nuclear Catastrophe May 10-14, 1982]. Moscow: Moskovskaia Patriarkhiia (in Russian).

Cornille C. (2013) "Conditions for inter-religious dialogue", in C. Cornille (ed.) The Wiley-Blackwell companion to inter-religious dialogue, Chichester: John Wiley & Sons, Ltd., pp. 2033.

Efanova V. N. "Vsemirnyi parlament religii" ["The World's Parliament of Religions"], in Pravoslavnaia entsiklopediia [Orthodox Encyclopedia], available at: https://www.pravenc.ru/ text/155516.html (08.01.2021) (in Russian).

Fletcher J. H. (2013) "Women in inter-religious dialogue", in C. Cornille (ed.) Wiley-Blackwell companion to inter-religious dialogue, Chichester: John Wiley & Sons, Ltd., pp. 168-184.

Melnik Sergey V. (2017) Pravoslavie i khasidizm Хabad: Lichnostnaia model mezhreligioznogo dialoga [Orthodox Christianity and Chabad Hasidism: The personal model of interreligious dialogue]. Moscow: INION RAN (in Russian).

Melnik Sergey V. (2020) "Diplomaticheskij mezhreligioznyj dialog" ["Diplomatic interreligious dialogue"]. Mission confessions. 2020, vol. 9.2 (no. 43), pp. 217-225 (in Russian).

Melnik Sergey V. (2020) "Klassifikatsiia tipov mezhreligioznogo dialoga" ["Classification of types of interreligious dialogue"]. Communicology, vol. 8 (2), pp. 25-51 (in Russian).

Moyaert M. (2013) "Interreligious Dialogue", in D. Cheetham, D. Pratt, and D. Thomas (eds) Understanding Interreligious Relations, Oxford: Oxford University Press, pp. 193-217.

Nostra aetate, available at: http://www.agnuz.info/app/webroot/library/6/128/page10.htm (08.01.2021).

Pushchaev YU.V. (2016) "Izmenenie pozicii Rimsko-Katolicheskoj Cerkvi po otnosheniyu k iudaizmu (analiticheskij obzor)" ["Changing the position of the Roman Catholic Church in relation to Judaism (analytical review)"]. Social'nye igumanitarnye nauki. Otechestvennaya i zarubezhnaya literatura. Ser. 3, Filosofiya: Referativnyj zhurnal, vol. 4, pp. 79-91 (in Russian).

Rybakov R. B. Vsemirnyi Parlament Religii. (Nabliudeniia i razmyshleniia) [The World's Parliament of Religions (Observations and Reflections)], available at: http://www.delphis.ru/journal/ article/vsemirnyi-parlament-religii (08.01.2021).

Seleznev N. (2015) "Istoriia ekumenizma: zabytyi rannii etap" ["History of Ecumenism: Forgotten Early Period"]. Gosudarstvo, religiia, tserkov' v Rossii i za rubezhom, vol. 2 (33), pp. 163-181 (in Russian).

Shokhin Vladimir K. (1997) "Dialog religii: ideologiia i praktika (chast' 1)" ["Dialogue of religions: ideology and practice (part 1)"]. Alfa i Omega, vol. 1(12), pp. 281-295 (in Russian).

Shokhin Vladimir K. (1997) "Dialog religii: ideologiia i praktika (chast' 2)" ["Dialogue ofreligions: ideology and practice (part 2)"]. Alfa i Omega, 1997, 2(13), pp.: 223-240 (in Russian).

Silant'ev R. A. (2010) "Islamo-khristianskii dialog v dosovetskii i sovetskii periody" ["Islamic-Christian dialogue in the pre-Soviet and Soviet periods"]. Religiia i sovremennyi mir, no. 8, pp. 65-73 (in Russian).

Swamy M. (2019) "Revisiting the Antecedents of Interreligious Dialogue". Current dialogue. The Ecumenical Review, vol. 71, no. 5, pp. 719-738.

Swidler L. (2000) "Interreligious dialogue: origins, problems, prospects". Stranitsy, no. 5, vol. 3, pp. 452-461 (Russian translation).

Swidler L. (2013) "The history ofinter-religious dialogue", in Cornille C. (ed.) The Wiley-Blackwell companion to inter-religious dialogue, Chichester: John Wiley & Sons, Ltd., pp. 3-19.

Swidler L. (2015) "The «dialogue of civilizations» at the tipping point: The «dialogosphere»". Journal of ecumenical Studies, vol. 50:1, pp. 3-17.

Viviano R. (2016) "Benedict XVI, Islam and Christian-Muslim relations". The downside review, vol. 135(1), pp. 1-21.

Xoruzhii S. S. (2009) "Dialog religii: istoricheskii opyt i printsipial'nye osnovaniia" ["Dialogue of religions: historical experience and fundamental foundations"], in Mezhreligioznyi dialog v Rossii i na Blizhnem Vostoke [Interreligious dialogue in Russia and the Middle East], Saint-Petersburg; Beirut, pp. 160-171 (in Russian).