Удаление груди не влечет изъятия детей

Представители Общественной палаты (ОП) РФ провели проверку по жалобе жительницы Екатеринбурга Юлии Савиновских, у которой органы опеки изъяли приемных детей. Причиной изъятия называлась операция госпожи Савиновских по удалению груди. Участники проверки отмечают, что органы опеки руководствовались «опасением» о возможной смене пола госпожой Савиновских, однако не предоставили аргументов по поводу конкретных рисков и угроз для детей. Приемной матери рекомендовано пройти комплексное психологическое обследование, по итогам которого в ОП РФ готовы рекомендовать органам опеки отменить свое решение о расторжении договора о приемной семье.

«Действия по прекращению опеки Юлии Савиновских над несовершеннолетними детьми кажутся нам слишком резкими и не основываются на достаточных доказательствах»,— говорится в отчете члена Общественной палаты РФ, президента благотворительного фонда «Волонтеры в помощь детям-сиротам» Елены Альшанской, которая в конце октября провела общественную проверку по жалобе приемной матери. Напомним, 27 августа из семьи Савиновских изъяли двух приемных детей (у семьи остались трое кровных детей), причиной изъятия стала добровольная операция госпожи Савиновских по удалению груди. Органы опеки указывали, что женщина вела блог, где под псевдонимом рассказывала о том, что с ней происходит, и делала это «в мужском роде». В начале октября Орджоникидзевский райсуд Екатеринбурга приступил к рассмотрению иска районного управления соцполитики к гражданке Юлии Савиновских о расторжении договора, по которому ей передали двух приемных детей. Министерство соцполитики Свердловской области считает невозможным примирение сторон по делу, сообщил адвокат госпожи Савиновских Алексей Бушмаков, выложив в соцсети официальный ответ ведомства.

«Основанием расторжения договора опеки стали не претензии к выполнению Юлией Савиновских своих родительских обязанностей в отношении детей или ситуации угрозы жизни и здоровью детей, а предположение о потенциальном нанесении вреда нравственному воспитанию детей при возможном прохождении операции по полной смене пола,— говорится в отчете по итогам общественной проверки.—

Потенциальная угроза нравственному здоровью детей, на наш взгляд, не имеет достаточных доказанных оснований. Органами опеки были учтены потенциальные угрозы, но проигнорирована реальная привязанность, сложившаяся у детей и родителей».

Участники проверки отмечают, что со стороны социальных служб не было принято мер усиления социального патронирования семьи для оценки реальности угроз, а также не шла речь о приостановлении договора «на время глубокого исследования реальности потенциальных угроз для детей»: «Несмотря на опасение органов опеки о возможной смене пола, мы не услышали аргументации по поводу конкретных рисков и угроз для детей».

Общественники, в частности, проверили условия проживания семьи: все члены комиссии остались удовлетворены состоянием квартиры, наличием мебели и вещей для детей: «Единственное замечание касается небольшого общего метража квартиры, но супруги отмечают, что планировали утеплять загородный дом и переезжать туда». «Отмечается привязанность родителей к приемным детям,— говорят эксперты.— Видно, что они, особенно мама — Юлия Савиновских, серьезно переживают, находятся в сильном стрессе. Дети (кровные.— “Ъ”) спрашивали у мамы, когда вернутся Димасик и Костя, что может свидетельствовать о том, что они скучают по приемным братьям».

Участники проверки встретились с сотрудниками опеки, детского дома, где сейчас находятся дети, изъятые из семьи, а также представителями управления соцзащиты Екатеринбурга. Со слов представителей органов опеки, семья Савиновских регулярно контролировалась органами опеки и службой сопровождения: «Никаких претензий к воспитанию и содержанию детей ранее не возникало. Представители управления соцзащиты и министерства отметили, что их основным опасением являлся потенциальный вред “традиционному” нравственному воспитанию детей, а также наличие медицинского диагноза поведенческого расстройства, который подтвердила госпожа Савиновских, ознакомив комиссию с документами по сделанной операции». «До операции у Юлии была грудь седьмого размера, которая мешала ей заниматься спортом и была источником дискомфорта и чувства недовольства собственным телом,— отмечается в отчете по итогам разговора с семьей.— И бывали периоды депрессивного состояния с чувством неудовлетворенности собой и дискомфортом. Это стало причиной желания Юлии удалить грудь и даже мыслей о смене пола. Юлия прошла соответствующую медкомиссию, где определено отсутствие острых психиатрических заболеваний и наличие поведенческого расстройства, которое позволило ей получить разрешение на операцию». Участникам проверки госпожа Савиновских сообщила, что «после операции почувствовала гармонию со своим телом и не планирует менять пол».

По итогам общественной проверки и «с согласия органов опеки» Юлии Савиновских рекомендовано пройти комплексное психологическое обследование у независимого клинического психолога на предмет возможных психических отклонений: «Если приемная мать не представляет опасности и угрозы для детей и адекватно оценивает свою материнскую роль в воспитании, рекомендуем отменить решение органов опеки о расторжении договора о приемной семье».

Тяжелое материальное положение семьи не может служить достаточным основанием для изъятия органами опеки ребенка из семьи. Так предлагает трактовать нормы Семейного кодекса (СК) пленум Верховного суда (ВС), который в октябре обсудил судебную практику в части ограничения и лишения родительских прав. При этом ВС, фактически подводя черту под масштабной общественной дискуссией, подчеркивает, что таковым основанием следует считать и «грубое, пренебрежительное, унижающее человеческое достоинство обращение с детьми».