Пространственное укрепление сибирского города

УДК 711.4.03

ПРОСТРАНСТВЕННОЕ УКРЕПЛЕНИЕ СИБИРСКОГО ГОРОДА

А

А.Н.Клевакин1

Новосибирская государственная архитектурно-художественная академия, 630009, г. Новосибирск, Красный пр., 38.

Рассмотрена научно обоснованная стратегия третьего этапа урбанизации городов Сибири. Выделены типы городских поселений, составляющих основу современного расселения Сибири - индустриальные, новые моногорода и старогородские центры. Эмпирическая база, основанная на материалах анкетирования населения городов Ноябрьск, Кемерово и Новосибирск, сопоставляется с данными по городу Москва. Предложения по комплексному исправлению накопившихся деформаций пространственной среды связаны с постепенным объединением частей расчлененной структуры и могут быть использованы в теории города и практике проектирования. Библиогр. 5 назв.

Ключевые слова: расчлененная городская структура; укрепление пространственной среды; компактный город.

SIBERIAN CITY SPATIAL CONSOLIDATION A.N. Klevakin

Novosibirsk State Academy of Architecture and Art, 38 Krasny Av., Novosibirsk, 630009.

The article discusses a scientifically founded strategy for the third phase of city urbanization in Siberia. It identifies the types of urban settlements that form the basis of modern settlings in Siberia: industrial, new mono towns and old city centers. The empirical framework based on surveys of the citizens of Noyabrsk, Kemerovo and Novosibirsk, is compared with the data for the city of Moscow. Proposals for the comprehensive correction of the accumulated deformations of spatial environments are associated with a gradual union of dismembered parts of the structure and can be used in the theory of a city and the practice of city planning. 5 sources.

Key words: dismembered urban structure; consolidation of spatial environment; compact city.

Актуальность рассмотрения проблемы преобразования городов Сибири обусловлена необходимостью сохранения целостности ареала поселений, входящих в наиболее обустроенный сектор Сибирского федерального округа и включающего научно-образовательные (Томск, Новосибирск), производственные (Омск, Кузбасс), добывающие и перерабатывающие (Нижневартовск, Ноябрьск). Принятие политических решений и согласование инвестиционных вложений государства и частных структур упирается в необходимость научного обоснования процесса освоения. Нужна стратегия, учитывающая реалии нового времени.

Выработанная в недрах централизованного планирования советского времени система изучения и проектирования городов направлялась на освоение новых территорий, позже дополнялась охранным проектированием, была призвана пассивно сберегать образцы материально-пространственной формы как музейные экспонаты прошлых эпох. Обе традиции проектного дела развивались и существовали автономно, не взаимодействуя между собой, не вырабатывая механизмы обновления пространственной среды. Постоянные пожары в кварталах деревянной застройки центральных частей и море свободной земли составили арсенал нелегальных средств кажущегося

обновления. Этот способ «решения» накопившихся проблем обновления сформировал своеобразную традицию российского строительства и мнимой реконструкции.

Группа объектов исследования территориально ограничивается Западно-сибирским ареалом поселений с территориями вокруг крупнейших городов. Мы опираемся на материалы по Тюменской, Новосибирской, Кемеровской областям. Анализ процессов в зоне влияния городов проводится на примере наиболее структурированной в Сибири Новосибирской агломерации. В качестве индустриальных поселений выбраны Кемерово, Киселевск, представляющие Кузбасс. Новые города представлены материалами по Нижневартовску, Ноябрьску, исторические - Куйбышевым (Каинск). Изучение научного центра опиралось на пример Новосибирского академгородка.

Эмпирическая часть исследования базируется на материалах четырех основных анкетных обследований населения. Проведены опросы жителей Новосибирска (1985, 1986, 2003), Кемерово (1989), Ноябрьска (1989). Протекание процессов урбанизации сибирских городов рассматривается на фоне городов европейской России. Эмпирические данные сопоставляются с материалами по Москве (1972), представляющей на тот период времени пример города с компактной

1Клевакин Александр Николаевич, кандидат архитектуры, доцент кафедры дизайна архитектурной среды, тел.: 89139449898, e-mail: kan0756@mail.ru

Klevakin Alexander, Candidate of Architecture, Associate Professor of the Department of Architectural Environment Design, tel.: 89139449898, e-mail: kan0756@mail.ru

структурой.

Рассмотрение проблемы реконструкции исторических городов СССР стало актуальным в 70-ые годы в связи с выходом монографии Лаврова В.А., работами по этой тематике ЦНИИП градостроительства. Тема сохранения городской среды активно муссировалась в эпоху перестройки. Тогда же восторжествовала охранительная идеология, подразумевающая, что существующий старый город должен быть защищен от нового строительства. Проблема охраны наследия — конструктивистского, деревянного и др. - в городах Западной и Восточной Сибири в настоящий период представляется нерешенной. Подход, ориентированный на преобразования через разработку генеральных планов, схем территориального планирования, показал свою низкую эффективность. Охват всей территории усредненных мероприятий не обеспечивает запуск интеграционных процессов для реконструкции объектов культурного наследия.

Проводимые на рубеже 90-х годов и в первом десятилетии нынешнего века нововведения не смогли обеспечить ухода промышленности из городов и возникновения новых видов деятельности. Разовые вливания в объекты инфраструктуры без единого плана обновления пришедших в недееспособность транспортных, инженерных сетей не ведут к позитивным переменам.

Обнаружилось противоречие между научным обоснованием проводимой градостроительной политики и ее практической реализацией. Современные исследования устанавливают прямую взаимосвязь между результатами такой политики и негативными демографическими процессами.

Единого теоретического подхода к рассмотрению проблем городов Сибири на этапе выхода из индустриальной эпохи не было выработано. Вывод моногородов из состояния стагнации и судьба старогородских центров вдоль Транссибирской железнодорожной магистрали в настоящий момент не имеют сценариев пространственного развития. Для устранения этого пробела и проделана данная работа.

Структура нашего исследования базируется на методике исследований, которая имеет три уровня и предполагает последовательный переход от теоретического анализа закономерностей формирования города к исследованию функционирования его элементов, связей между ними, выявлению направленности пространственно-планировочных трансформаций городской среды. Охват в проблематике исследования трех уровней позволяет использовать результаты одновременно в нескольких направлениях. Их получателями является теория города, практика проектирования, планирование городского развития высшая школа [1].

Нами выделяются три типа городских поселений, составляющих основу современного расселения Сибири. Это - индустриальные города довоенного и послевоенного периода освоения, новые моногорода, возникшие в 60-80-ые годы в связи с добычей природных ресурсов, старогородские центры трансибир-ского каркаса расселения [2].

Первая часть исследования посвящена рассмотрению процесса повышения роли городов в первую и вторую волну освоения Сибири. Использование понятия «расчлененность структуры» позволяет вскрыть накопление хронических «болезней» поселений восточной части России.

Сибирский город, как и все города СССР, складывается сверху, по инициативе высшей центральной власти. В период начала 30-х - конца 80-х годов власть мобилизует и организовывает население на эксперимент по построению пространственной организации жизни с «чистого листа». Подчинение вопросов планировки сугубо государственному уровню и сведение до минимума самоуправления приводит к утрате целостного отношения к городскому хозяйству, характерному для дооктябрьского периода [3].

Высокая динамика развития городов в 20-30-ые годы определялась ростом численности населения, увеличением территории, повышением промышленного потенциала. Эти изменения отражали проявление одной из двух фаз урбанизации, связанной с количественным накоплением. Вторая фаза урбанизации, связанная с качественными преобразованиями, оказалась ущемлена, зажата и блокирована. Достижения в индустриализации не охватили адекватных преобразований в социальной сфере. Массовый подъём периферийных элементов культуры происходил не по инициативе самой периферии, не в результате инициативы, исходящей от мигрантов, а в результате руководства из центра. Культура опускалась в массы, а не осваивалась самостоятельно как результат индивидуального устремления отдельных городских центров [4].

Вместо целостных городов складывался набор отдельных посёлков при заводах с жёсткой схемой функционального зонирования. Вместо общегородских центров и ансамблей улиц и площадей с большими трудностями были возведены лишь отдельные объекты. Вместо городского сообщества - массовая устремлённость в будущее и вера в то, что ради будущего можно пожертвовать настоящим. Вместо нового человека - труженик, прикреплённый к производству. Переход к социалистическому городу приводил к началу разрушения старых частей городов, сложившихся в дореволюционный период.

В 40-ые годы в результате размещения на территории Западной Сибири эвакуированных предприятий промышленный потенциал Кемеровской, Новосибирской областей, Алтайского края значительно возрастает. В этот период в планировке города-центра окончательно получает закрепление расчлененности частей, теряется целостность. На удалённых от центральных частей городов территориях возникают автономные промышленно-селитебные образования. Промежуточные территории при этом оказываются не занятыми. Включенность в целое городское пространство, использование возможностей и ресурсов городской культуры на последующие десятилетия связывается с преодолением «удаленности», «обособленности» и «ограниченности выбора». Поиск работы, потребление объектов социальной инфраструктуры,

общение, рекреация и культура остаются труднодостижимыми из-за отсутствия коммуникаций, связывающих расползшийся город в единое целое.

Кампания строительства новых городов в 60-80-е годы продолжила наращивание периферии. Количественный рост городского населения обеспечивался не за счет собственного воспроизводства, а во многом благодаря миграции населения. Сокращается сеть сельских населенных пунктов. Увеличение территории городов обеспечивается расширением периферийных частей, разрастанием производственных зон. Появление новых городов в необжитых районах в связи с необходимостью освоения нефтегазоносных площадок Западной Сибири, как и в 30-ые годы, опережает процесс обновления старогородских поселений. Тобольск, Томск, Сургут, Куйбышев (Каинск), Колывань утрачивают первозданные части структуры. Новодел замещает кварталы старой каменной и деревянной среды. Уличная сеть, не обеспеченная необходимыми реконструктивными мероприятиями, приходит в ветхое состояние.

Стратегия высаживания десанта в условиях освоения необжитых районов применялась как в сфере развертывания производства, добычи полезных ископаемых, так и развития интеллектуальной сферы. Со второй половины 50-х годов в Сибири разворачивается кампания строительства городов науки. В 30-ти километровом удалении от Новосибирска возникает Академгородок. В своем первоначальном замысле первый научный центр в восточной части страны содержал черты, характерные для известных мировых аналогов. Это как самодостаточность научно-образовательного комплекса относительно крупнейшего города, так и использование передового принципа микрорайонной организации жизни сообщества ученых в природном окружении. Позже по образцу пионера в пригородной зоне Новосибирска возникают его сателлиты: Краснообск, Кольцово, медицинский центр в Нижней Ельцовке.

Малые города и мелкие поселения транссибирского ареала расселения, не имея самостоятельности и будучи полностью зависимыми от центра, на протяжении всего советского периода испытывали обделен-ность финансами, вниманием региональных властей, культурой. Снятие некоторых запретов на проявление инициативы, возможности поиска инвестиций на рубеже 90-х годов прошлого столетия не смогло преодолеть накапливающуюся десятилетиями инерцию пассивного обустройства пространственной среды. Даже статус районных центров, наличие образовательных и культурных учреждений не обеспечили самоопределение и старых, и вновь возникающих поселений в рыночных условиях.

Нарушение равновесия между старыми городскими центрами, сложившимися ядрами городов и новым в форме сети городов нефтегазоносного комплекса, периферийных жилых районов с течением времени сказывается на общем состоянии социально-пространственной среды городов. Констатируется, что без внимания местной власти службы охраны культурного наследия остаются старые промышленные

предприятия, заводы, порты, склады, части городского ландшафта, сложившиеся в период индустриального развития сибирского города. Данные атрибуты среды выпали из поля зрения архитектурно-градостроительной науки и не рассматриваются в качестве средоформирующих в современной жизни.

К третьему тысячелетию накопление за годы индустриального освоения региона в концентрированном виде начало проявляться в депрессивности качеств и состоянии пространственной среды городов. Рассмотрение этих проблем проводится через проявление центробежной и центростремительной тенденций. Новые представления о цивилизованной форме обустройства жизни сибирских городов приносит 21 век, знаменующий наступление постиндустриальной эпохи. Отрицаются прежние схемы освоения региона, в соответствии с которыми различия между территориями рассматривались наподобие различий между метрополией и колонией. В перспективе регионы освоения — это не столько поставщики людей, нефти, газа, золота и алмазов, сколько производители знаний и умений, носители "чистоты и красоты природы".

Приоритет «индустрии знаний» и новаций смещает акценты в использовании территории городов. Необходимость распространения экологически чистого производства, современных технологий, потребность в комфортной среде потребовали нового взгляда на состояние жилых зон, производственных территорий. Обустройство, реконструкция, внимание к внутренним территориям, интеграция отдельных частей в целостную среду отражают наступление второй фазы урбанизации. Отличительной чертой этой фазы является доминирование центробежных тенденций.

Во второй части исследования рассматривается состояние основных зон, частей и районов в новых (монопрофильных), индустриальных, крупнейших городах и в научном центре. Временные рамки рассмотрения охватывают период с 60-х годов прошлого века до начала нынешнего тысячелетия.

Теоретическое представление о городе с расчлененной структурой имеет под собой конкретное эмпирическое подтверждение. Сохранение на протяжении индустриального развития городов автономных городских частей порождает кристаллизацию особого типа среды - старогородских ядер. Наряду с центральной частью на удаленной периферии складываются специфические по своему средообразованию районы. Эти районы играют заметную роль в жизнедеятельности города.

По сравнению с другими районами удаленной периферии - участками индивидуальной и микрорайонной застройки - старогородские ядра имеют ряд преимуществ. Это сложившаяся система обслуживания, мелкоструктурность пространственного строения, наличие зеленых насаждений. Три выделенных качества приобрели ключевое значение в сибирских городах. Короткая и бурная история не создала иной альтернативы среде районов соцгорода. Отдельные старые районы по своей роли в жизнедеятельности периферии даже могут соперничать с центральной частью города.

В течение 18 лет, прошедших между двумя обследованиями, проведенными в крупнейшем городе (Новосибирск — 1985, 2003 гг.), квартальная сетка старогородских районов демонстрирует прочность к повышенным нагрузкам. Закрытый характер организации жизни, расчитанный на самодостаточность, сменяется на открытый, основанный на принципе проточ-ности и транзите. Это сопровождается заменой ветхого усадебного фонда на капитальный (ул. Б. Хмельницкого и ул. Станиславского). В заложенной в 1950-е годы структуре происходит замена жилых функций периметра первого этажа застройки на обслуживающий профиль. Естественный процесс складывания подцентров обслуживания протекает на основе производственно-селитебных образований индустриального импульса (жилые кварталы, сады, отдельные зрелищные и культурные объекты).

Активно идущий процесс приращения микрорайонной застройки и связанное с ним возрастание внешних нагрузок центростремительного характера на старогородские районы не имеют адекватной реакции среды районов, расположенных на пути к центральной части. Уличная сеть не справляется с возрастающим потоком транспорта, система торговых, обслуживающих сооружений, имеющиеся зеленые насаждения испытывают наплыв посетителей, не обеспеченный имеющимися мощностью и возможностями.

Увеличение плотности объектов транспортной инфраструктуры в период резкого повышения количества автомобилей не обеспечивается мероприятиями, направленными на улучшение пропускной способности планировочной структуры. Разовые акции по расширению отдельных участков главных радиальный магистралей не соизмеримы с увеличивающимися нагрузками на уличную сеть. На протяжении трех последних десятилетий полумеры не решают проблему парковок автомобилей, разграничения полос движения общественного транспорта, снятия барьеров на пути движения пешеходов. Заторы и транспортные пробки автомобилей возникают далеко до подъезда к центральной части юго-восточном секторе - двух направлениях, открытых для обновления уже с 80-х г. прошлого столетия. Не привлекают внимание проектантов и властей, нацеленных на новое строительство микрорайонной застройки, на удаленной периферии.

Наряду со сложившимися направлениями послевоенного периода и старогородскими районами, фокусы активности и центральные пространства возникают в районах массовой застройки 1960-1970-х гг., расположенных на удаленной периферии и частях города по другую сторону водных преград. Так, в г. Новосибирске в связи с освоением и застройкой левобережной части города резко повышается роль участка, примыкающего к транспортно-пересадочному узлу по пр. Маркса. Микрорайонная структура не выдерживает проверки на прочность и испытывает трансформирование. Точечная концентрация вытесняется линейным сосредоточением функций вдоль транспортных магистралей. Наблюдается полная замена жилых функций первых этажей на торговые, обслуживающие, деловые. В уровне первого этажа располагаются ма-

газины, салоны, другие учреждения обслуживания. Подвальные помещения жилой застройки, ранее используемые для хозяйственных нужд населения, постепенно задействуют в коммерческих целях (пр. Маркса, ул. Ватутина, ул. Станиславского, ул. Титова). Позже активизируются малые улицы, примыкающие к главным магистралям района. Заложенная в проекте застройки микрорайонная структура, предполагающая размещение крупных объектов и свободную планировку, естественным образом преобразуется в более плотную уличную сеть.

Процессы освоения площадок, выделенных проектами 60-70-х годов сметают первоначальные замыслы. Размещение крупных объектов, открытие станции метро и наличие транспортных коммуникаций не являются достаточным условием для запуска процесса интенсивного насыщения среды, складывания пространственной среды намеченных «площадей» и «комплексов». Первоначально территория делится на мелкие участки и сдается в аренду частным предпринимателям (начало 90-х годов). Прохождение через микрорыночную кампанию, возведение больших строений в сумме не обеспечиваются качеством архитектуры и не складываются в комплексное решение. Участок не имеет инфраструктуры, связывающей внешние и внутренние потоки. Локальность вводимых в эксплуатацию объектов не соответствует сложности нагрузок, испытываемых с удаленной периферии города. Наследие долгостроя советской эпохи (пл. Маркса, участок вокзала «Новосибирск-Главный») сменяется неуправляемостью замыслов частных владельцев. Единство целого заменяется на конгломерат частных устремлений владельцев и арендаторов.

Большинство районов массовой застройки продолжает получать спонтанно вводимые объекты, в целом не приобретая специализации. Скороспелые решения по присвоению названий отдельным участкам опережают процессы их пространственного формирования и обустройства. Участки получают имена площадей и улиц, не имея застроенного периметра и значимых объектов. Плотность застройки остается низкой.

Изучение Кемерова и Киселевска позволило зафиксировать результат строительства индустриального города с чистого листа. По прошествии восьми десятилетий периода создания второй энергетической базы страны на Кузбассе жители и представители руководства дают оценку качествам пространственной среды, констатируют необходимость изменения отношения к городам, возникшим на базе добывающих отраслей.

Особенности моделей освоения центра г. Кемерово определяются, с одной стороны, стремлением населения периферии города восполнить ограниченность возможности выбора услуг и видов деятельности по месту проживания за счет потребления общегородского центра. С другой стороны, жители самого центра города своими ответами демонстрируют, что для них общегородской центр в существующем виде не является местом концентрации и выбора многообразных услуг.

Строительство новых городов в Сибири в 60-80-ые годы ХХ в. во многом повторяло задачу строительства с «чистого листа» эпохи индустриализации. Расширение границы освоенных территорий, богатых сырьевыми запасами, необходимость разработки месторождений нефти, газа, добычи леса осуществляются без подготовительных мероприятий, связи с модернизацией опорных центров освоения, создания организационных условий, обеспечивающих выполнение поставленной задачи.

Исследование процесса становления среды нового города на примере Нижневартовска, Ноябрьска позволяет констатировать, что в условиях 60-90-х годов выдвижение в качестве единственного приоритета количественных показателей роста производственной сферы города на многие годы «обделило» жителей комфортом и обустроенностью пространственной среды.

Отрицание старого города как категории, имеющей право на существование, определяло изъятие из планов строительства новых городов. Старый Вар-товск на первом этапе формирования Нижневартовска оказался искусственно изъят из процесса становления и выводится из списка субъектов активной жизнедеятельности. Не будучи учтенным и зафиксированным в проектных материалах, Старый Вартовск оказался территориально отдален от районов нового строительства, тем самым доступность была ограничена, мероприятия по реконструкции инженерной инфраструктуры не осуществлялись, не укреплялись системы обслуживания.

Объекты повседневного спроса, минуя тщательно прорисованные проектные схемы новых микрорайонов первой, второй очередей Нижневартовска, встраивались в малоприспособленные для потребления горожанами и неудобные с точки зрения технологических требований первые этажи жилых панельных построек. Участки общегородских объектов оказались заполнены типовыми индустриальными сериями жилых домов, гипертрофирующими масштаб пространства, и набором малоэтажных офисных построек.

В условиях конкуренции и осуществления программ развития федеральной значимости, Новосибирская область с 2004 года реализует свой инновационный потенциал в двух крупных проектах, имеющих значение для активизации наиболее развитого южного сектора агломерации. Это реконструкция государственного университета и строительство технопарка на базе академгородка.

Попытка администрации Новосибирской области, СО РАН и мэрии г. Новосибирска в 2005 году выступить инициаторами первого проекта связывалась с насущными задачами возрождения научных центров, испытавших первые импульсы развития в середине 50-х, в 70-ые и 80-ые годы прошлого столетия. Это Краснообск, Кольцово, медицинская академия, Новосибирский академгородок. На уровне руководства города и области была осознана необходимость реконструкции инфраструктуры Советского района, требовались ассигнования на расширение университета.

При таком подходе к «развитию» без проведения

реконструкции Верхней зоны обозначается проблема дефицита свободных площадок; необходим поиск территориальных резервов в южном секторе Новосибирской агломерации. Рассматривается возможность расширения жилой зоны за счет ближайших городов — Бердска, Кольцово. В этой связи обновление пространственной связи принимает форму приращения за счет смежных территорий. Сложившееся образование «Академгородок» в большей степени должно усиливать взаимодействие с другими секторами Новосибирской агломерации.

Шесть лет, прошедшие с момента начала реализации идеи технопарка на базе новосибирского академгородка, свидетельствуют, что накопившиеся за период советского времени проблемы оказываются серьезным препятствием на пути продвижения инновационной программы. Недовольство населения, отсутствие научного обоснования выбранного варианта размещения площадки, преждевременные шаги по привлечению инвесторов и разработке проектной документации обернулись угрозой замораживания программы обновления.

Устранение накопившихся деформаций обеспечивается предложениями по комплексному лечению города. В третьей части исследования описывается «Динамика перехода расчлененного города в компактный».

Развитие городов Сибири в современную эпоху определяется объективной закономерностью пространственного объединения старогородских и новых частей и районов между собой. Квартальная структура планирования городской территории, выдержавшая проверку времени, процессами обновления, и как более конкурентоспособная по сравнению с микрорайонной структурой, должна быть восстановлена и быть положена в основу перспективы. Упор должен делаться на увеличение плотности уже урбанизированных участков. Вместо подхода с «чистого листа» однозначный выбор делается в пользу принципа постепенного объединения и развития на основе существующих условий. Приоритетом при этом становится наполняющая застройка, а также повторное использование и трансформация заброшенных территорий.

Важную роль в лечении накопившихся болезней призваны сыграть радиальные городские улицы, которые призваны поддержать непрерывность городской среды в условиях расчлененности. Участки таких улиц в приближенной периферии концентрируют различные городские функции, приобретают пространственное разнообразие и становятся центрами для более удаленной периферии.

Приближенная периферия на границе с центральной частью в наибольшей степени отражает интегра-тивные тенденции в развитии города, направленные на усложнение, повышение многообразия типов среды жилых районов. Этот тип пространственной среды характеризуется переходом от аморфности и структурной «жесткости», ограниченности элементов и связей к структурности, основанной на множественности и разнообразии элементов.

В процессе усиления интеграции города удален-

ные периферийные районы утрачивают несвойственные им функции общегородского значения, возрастает роль районов приближенной периферии и общегородского центра. В отличие от общегородского центра центры в районах приближенной периферии приобретают, в основном, функции массового характера, увеличивается степень их концентрации и разнообразия. Развитие общегородского центра, усиление его значимости для города происходит за счет сосредоточения в нем наиболее уникальных функций, повышения уникальности всей пространственной среды центра в целом, усиления значения центрального ядра.

Полноценность общественных пространств и восстановление природного ландшафта достигаются расширением системы существующих парков, площадей и других видов ландшафта. Создаются условия для развертывания различных видов активности и функций на открытом воздухе. Выполнение требования по сменяемости функционального использования открытых пространств города в зимнее и летнее время в течении суток является наиболее эффективным способом повышения качества городской среды

Следует использовать имеющиеся возможности пространственного и функционального насыщения застройки участков размещения «опорных» учреждений обслуживания. Решение задачи укрепления системы обслуживания общегородского значения в новых секторах расчленённых городов заключается не в количественном увеличении новых учреждений, а в обустройстве старых и сложившихся районов. Важное значение приобретает «опорная» сеть существующих специализированных учреждений торгово-обслужи-вающего социально-культурного назначения.

Сибирский город должен вернуть структуру сетки с четкими границами кварталов, улиц, площадей и дворов. Объединение городских кварталов создаст четкие границы частной и публичной ответственности, воссоздаст характер площадей, улиц и дворов. Благодаря разделению открытого пространства и частного запускается их совместная работа и функционирование. Формирование базовых кварталов определяется в качестве механизма улучшения общего качества городской пространственной среды.

Следует уходить от существующей классификации функциональных зон, унаследованных от советской системы планирования - промышленная, селитебная и рекреационная, всегда разделяющая первые две. Среда старых сложившихся районов, сохраняющая традиционную для города улично-квартальную структуру, несмотря на недостаточное функционально-пространственное разнообразие, характеризуется большей комфортностью и социальной эффективностью. В отличие от новых жилых массивов, в старых районах население без затруднений выделяет центр своего района - его главную улицу, площадь. Эти элементы среды выступают в качестве «любимых» мест для большинства жителей. Подобные центральные элементы среды требуют особого внимания, обустройства и закрепления.

Смешанное использование участков среды, приходящее на смену монофункциональности, призвано

устранить накопленные деформации. Ясная структура зон должна включать концентрацию и набор функций. Активность пространственной среды в течении суток определяет важное качество, связанное с безопасностью районов. Модель смешанного использования территории способствует более ответственному и экологически осознанному поведению жителей города. Центры концентрации активности возникают как результат сбалансированного совмещения жилья с местами приложения труда, образовательными функциями, объектами обслуживания и социальной инфраструктуры.

Модернизация высвобождающихся территорий после ухода промышленных и складских зон из прибрежных частей городов, исторических ядер предполагает интеграцию монопрофильных участков с окружением в общую городскую структуру. Создаются условия для перехода районов в участки со смешанным использованием. Участки преобразования должны быть разбиты в соответствии с модулем базового городского квартала, который обеспечит более высокий уровень связанности. Существует потребность в качественном общественном пространстве и увеличении охвата системой общественного транспорта промышленных зон. Для определения того, как город и его промышленность будет развиваться или трансформироваться в будущем, необходимо сформулировать социально-экономическое видение как для города, так и для региона. Уместен подход, основанный на диалоге с бизнес-сообществом.

Диверсификация двух типов зон — жилой и промышленной - обеспечивается за счет добавления новых функций. Наивысшая концентрация активности создается вдоль главных продольных и поперечных улиц. Это позволит связать самую высокую концентрацию самых различных функций с максимальной доступностью с общественным транспортом, создать соответствующее месту общественное пространство, с приоритетом, отданным пешеходному движению.

Необходимо активизировать развитие активных функций на первых этажах всей новой застройки вдоль продольных и радиальных связей и других существующих центров. Нужно поддерживать баланс различных функций в каждой части города и находить оптимальное соотношение жилой, промышленной функций, объектов розничной торговли, офисов и социальной инфраструктуры. Важно установить контроль за развитием коммерческих объектов. Строительство большого количества объектов розничной торговли вне центра и на окраинах приводит к оттоку активности из ядра.

Создание открытой сетевой структуры определяется связанностью, понятностью и удобством для пешеходного передвижения сибирского города. Город и районы внутри него должны взаимодействовать. В Новосибирске это достигается на двух уровнях — между правобережной и левобережной частями города и внутри отдельных секторов, разделенных долинами малых рек, полосами отвода железнодорожных магистралей.

Сбалансированная система различных видов

транспорта способствует повышению качества пространственной среды. Высокий уровень охвата этой системы создает альтернативу личному автотранспорту в центре. Необходимо проводить популяризацию общественного транспорта и повышать его качество. Ключевым должен стать принцип согласования двух целей - общественного блага и коммерческой.

Разные виды транспорта должны быть согласованы и интегрированы друг с другом, что позволит им дополнять друг друга, образуя рациональную сеть, охватывающую весь город. Связанность всей сети должна быть улучшена путем предоставления возможности легко пересаживаться с одной линии на другую и с одного вида транспорта на другой.

Пешеходное движение стимулирует развитие мультифункциональных центров активности, в которых тесно переплетаются сфера обслуживания, жилой, деловой и коммерческие секторы.

Концепция культурного наследия предполагает в качестве составной части актуализацию индустриального периода, выделение в качестве достояния кварталов старогородских ядер, определивших складывание сибирских городов. Образцы среды прошлой индустриальной эпохи должны получить техническое и инфраструктурное обустройство. Ценность производственно-селитебных образований до и послевоенного времени, портовых, производственных и промышленных образований имеет не музейный формат. Возвращается прежняя функция в новом качестве, привносится новое значение, связанное с публичным характером использования.

Периферийные поселки пригорода, находящиеся за пределами урбанизированной и зеленой зон города, должны быть включены в орбиту преобразований. В условиях Новосибирска это связано с необходимостью применения уплотняющей застройки прежде всего вдоль западного (г. Обь, г. Чик) и южного направлений (г. Бердск, г. Искитим, г. Черепаново). Формирование мультимодального транспортного узла, технопар-ковое строительство, реконструкция научного центра на базе академгородка должны включать консолидацию обширных районов индивидуальной застройки, закрытых поселков, микрорайонов, сохраняющихся участков сталинской застройки. При условии движения к компактности и ориентирования населенных пунктов на создание новых возможностей, периферийные населенные пункты смогут использовать такие преимущества, как близость природы и открытых ландшафтов.

Устранение деформаций пространственной среды поселений индустриальной специализации (Кемерово, Киселевск) обеспечивается комплексом мероприятий по ликвидации монопрофильности среды периферийных жилых районов. Движение в сторону компактности связано с модернизацией районов усадебной застрой-

ки, примыкающих к центру, очисткой и обустройством долин малых рек.

В настоящее время термин «градостроительство» имеет обновленное содержание, определяемое рыночным характером отношений в обществе. Формируется новая область - урбанистика, отвечающая за управление пространственным развитием городов. Знания, навыки и умения, необходимые для работы в системе государственного и муниципального управления или частного девелопмента, определяет профессия, аналогичная urban planner. Закладывается основа институциональных изменений градостроительства. Подготовка проектировщиков с графическими и планировочными умениями дополняется экономической, социальной, правовой и другой научной подготовкой. Необходимо формировать у слушателей новой программы ценностные установки гуманитарного подхода к управлению и развитию городов. Выпускники должны быть обучены навыкам самостоятельной исследовательской работы, иметь развитые умения в области проектного подхода, принятия и обоснования управленческих решений.

Обучение работе с городом должно быть развернуто в двух предметных «плоскостях» - дисциплинарной (экономика, социология, культурология, право и др.), в которой исследуются, планируются и проектируются различные городские процессы; и пространственной, в которой указанные процессы рассматриваются с точки зрения их локализации. Выпускники высшей школы должны научиться различать эти «плоскости» рассмотрения и работать в каждой из них, используя специфические знания, методы, умения и навыки.

Планирование преобразований - коллективное действие, в котором устанавливаются взаимосвязи между разными слоями общества. Процесс выработки стратегии модернизации города — это достижение конвенций между социальными группами. Для всех членов общества требуется обучение следующим навыкам: включения в городскую культуру, освоения городских норм жизни, формирования сообщества кемеровчан, иркутян, новосибирцев. На этом направлении следует концентрировать школьное образование, молодежную политику, высшую школу. Ответственность за место проживания, инициатива выработки норм жизни в городе, установка на интеграцию в единое сообщество по месту жительства должны в качестве ключевых положений появиться в региональной составляющей вузовской подготовки. Предстоит разработка лекционных курсов, написание планов и программы семинарских занятий, запуск полевых исследований пространственной среды городов и поселков области. Это позволит пополнить скудную базу эмпирических данных о среде поселений для современного проектирования [5].

Библиографичский список

1. Коган Л.Б. Социально-культурная среда города и пространственная среда. М., 1982.

2. Клевакин А.Н. Сибирский город в эпоху перемен // Проектирование и строительство в Сибири. № 5. 2001. С. 46-49.

3. Клевакин А.Н. Опыт городского управления России (дореволюционная муниципальная наука в свете современного

учения о городе) // Вестник ИрГТУ. № 2. 2010. С. 166-170.

4. Клевакин А.Н. Урбанизация Сибири // Вестник ИрГТУ. № 7. 2010. С. 85-89.

5. Клевакин А.Н. Город как лаборатория: исследование, проектирование и воспитание пространственной средой // Проект Байкал. № 28. Иркутск. С. 64-65.