О системности словарного состава и структуре лексико-семантической группы глаголов английского языка количественного изменения

Библиографический список

1. Блинова О.И., Захарова Л.А., Киселева О.Н., Палагина В.В. Русские говоры среднего Приобья. Томск, 1984; Часть 1: 144 - 147.

2. Блинова О.И. О термине «старожильческий говор Сибири». Вопросы языкознания и сибирской диалектологии. Томск, 1971. Вып. 2.

3. Мораховская О.Н. Предмет и построение диалектологии в её отношении к истории языка. Исследования по русской диалектологии. Москва, 1973: 5 - 17.

4. Бромлей С.В. Проблемы диалектологии, лингвогеографии и истории русского языка. Москва: Азбуковник, 2010.

5. Букринская И.А. Ударенное окончание -и в предложном падеже существительных второго типа склонения по диалектным данным. Русские народные говоры. Москва, 1983: 89 - 93.

6. Вещикова И.А. О двух явлениях диалектной фонетики в устной публичной речи. Русская словесность: научно-методический журнал. 2007; 4: 49 - 51.

7. Живы ли русские диалекты? Лекция лингвиста Игоря Исаева. Лекторий Политехнического музея Москвы (9 декабря 2011 года). Available at: http://www.webcitation.org/67g6sUfAo

8. Зорина Л.Ю. Влияние говоров родного края на письменную речь выпускников школ. Русский язык в школе. 2011; 10: 16 - 21.

9. Калнынь Л.Э. Русские диалекты в современной языковой ситуации и их динамика. Вопросы языкознания. Москва: «Наука», 1997; 3: 115 - 124.

10. Шелепова Л.И. Диалекты и этимология (источниковедческий аспект): монография. Барнаул, 1994.

11. Волкова Н.А. Диалектные прилагательные со значением характеристики внешности человека (на материале талицких говоров Республики Алтай). Мир науки, культуры, образования. 2015; 3 (50): 298 - 302.

12. Орехова Т.И., Волкова Н.А., Новикова О.В. Имена существительные с характеризующе-оценочным значением лица как репрезентанты языковой картины мира старожилов Горного Алтая. Наука и образование XXI века: сборник статей Международной научно-практической конференции (29 мая 2014): в 2-х частях. Уфа: Аэтерна, 2014; Ч. 2: 50 - 54.

13. Богданов В.Н., Луканина Г.В., Сенина В.Я. Талицкий словарь. Издание 2-е, исправленное и дополненное. Горно-Алтайск: РИО Горно-Алтайского госуниверситета, 2008.

14. Русская диалектология. В.В. Колесов [и др.]. Под редакцией В.В. Колесова. Издание 2-е, исправленное Москва: Дрофа, 2006.

References

1. Blinova O.I., Zaharova L.A., Kiseleva O.N., Palagina V.V. Russkie govory srednego Priob'ya. Tomsk, 1984; Chast' 1: 144 - 147.

2. Blinova O.I. O termine «starozhil'cheskij govor Sibiri». Voprosy yazykoznaniya isibirskoj dialektologii. Tomsk, 1971. Vyp. 2.

3. Morahovskaya O.N. Predmet i postroenie dialektologii v ee otnoshenii k istorii yazyka. Issledovaniya po russkoj dialektologii. Moskva, 1973: 5 - 17.

4. Bromlej S.V. Problemy dialektologii, lingvogeografii i istorii russkogo yazyka. Moskva: Azbukovnik, 2010.

5. Bukrinskaya I.A. Udarennoe okonchanie -i v predlozhnom padezhe suschestvitel'nyh vtorogo tipa skloneniya po dialektnym dannym. Russkie narodnye govory. Moskva, 1983: 89 - 93.

6. Veschikova I.A. O dvuh yavleniyah dialektnoj fonetiki v ustnoj publichnoj rechi. Russkaya slovesnost': nauchno-metodicheskij zhurnal. 2007; 4: 49 - 51.

7. Zhivy li russkie dialekty? Lekciya lingvista Igorya Isaeva. Lektorij Politehnicheskogo muzeya Moskvy (9 dekabrya 2011 goda). Available at: http://www.webcitation.org/67g6sUfAo

8. Zorina L.Yu. Vliyanie govorov rodnogo kraya na pis'mennuyu rech' vypusknikov shkol. Russkijyazyk vshkole. 2011; 10: 16 - 21.

9. Kalnyn' L.'E. Russkie dialekty v sovremennoj yazykovoj situacii i ih dinamika. Voprosy yazykoznaniya. Moskva: «Nauka», 1997; 3: 115 - 124.

10. Shelepova L.I. Dialekty i 'etimologiya (istochnikovedcheskij aspekt): monografiya. Barnaul, 1994.

11. Volkova N.A. Dialektnye prilagatel'nye so znacheniem harakteristiki vneshnosti cheloveka (na materiale talickih govorov Respubliki Altaj). Mirnauki, kul'tury, obrazovaniya. 2015; 3 (50): 298 - 302.

12. Orehova T.I., Volkova N.A., Novikova O.V. Imena suschestvitel'nye s harakterizuyusche-ocenochnym znacheniem lica kak reprezentanty yazykovoj kartiny mira starozhilov Gornogo Altaya. Nauka i obrazovanie XXI veka: sbornik statej Mezhdunarodnoj nauchno-prakticheskoj konferencii (29 maya 2014): v 2-h chastyah. Ufa: A'eterna, 2014; Ch. 2: 50 - 54.

13. Bogdanov V.N., Lukanina G.V., Senina V.Ya. Talickijslovar'. Izdanie 2-e, ispravlennoe i dopolnennoe. Gorno-Altajsk: RIO Gorno-Altajskogo gosuniversiteta, 2008.

14. Russkaya dialektologiya. V.V. Kolesov [i dr.]. Pod redakciej V.V. Kolesova. Izdanie 2-e, ispravlennoe Moskva: Drofa, 2006.

Статья поступила в редакцию 04.08.16

УДК 811.111

Banina N.V., Cand. of Sciences (Philology), senior lecturer, Financial University under the Government of the Russian Federation

(Moscow, Russia), E-mail: n.banina@mai.ru

Melnichuk M.V., Doctor of Sciences (Economics), Cand. of Sciences (Pedagogy), Head of Department of Foreign Languages,

Financial University under the Government of the Russian Federation (Moscow, Russia), E-mail: mvmelnichuk@gmail.com

ON SYSTEMATICITY OF LEXICAL COMPOSITION AND STRUCTURE OF LEXICO-SEMANTIC GROUP OF ENGLISH VERBS WITH MEANING OF QUANTITATIVE CHANGE. The article views a systematic and structural approach to the study of lexical group of English verbs of quantitative change. The work reveals a particular character of hierarchy within the group of verbs of changing as well as graded distributional analysis of verbs. The research describes semantic and syntactical characteristics of modern English verbs united into one thematic group under the common compound concept of "quantitative change" ("increasing" and "decreasing"). The analysis reveals a character of semantic relations within the thematic group and makes it possible to systematize the verbs into two lexical-semantic groups, as well as into sets of synonyms and antonyms.

Key words: structure, semantics, lexico-semantic group, syntagmatics, paradigmatics, transformation.

Н.В. Банина, канд. филол. наук, доц., Финансовый университет при Правительстве Российской Федерации, г. Москва,

E-mail: n.banina@mai.ru

М.В. Мельничук, д-р экон. наук, канд. пед. наук, зав. каф. иностранных языков, Финансовый университет

при Правительстве Российской Федерации, г. Москва, E-mail: mvmelnichuk@gmail.com

О СИСТЕМНОСТИ СЛОВАРНОГО СОСТАВА И СТРУКТУРЕ ЛЕКСИКО-СЕМАНТИЧЕСКОЙ ГРУППЫ ГЛАГОЛОВ АНГЛИЙСКОГО ЯЗЫКА КОЛИЧЕСТВЕННОГО ИЗМЕНЕНИЯ

В статье рассматривается системно-структурный подход к изучению лексического состава языка на материале английских глаголов количественного изменения. Устанавливается характер иерархии групп глагольной лексики с общим значением изменения, а также поэтапный анализ их дистрибутивных свойств. В работе дано описание семантико-синтаксических

характеристик глагольной лексики современного английского языка, объединённой общим сложным понятием «количественное изменение» («увеличение» и «уменьшение») в одну тематическую группу. Анализ позволяет выявить характер семантических отношений внутри указанной тематической группы и систематизировать глаголы по двум лексико-семантическим группам, а также по синонимическим и антонимическим рядам.

Ключевые слова: структура, семантика, лексико-семантическая группа, синтагматика, парадигматика, трансформация.

Дискутируемым на протяжении не одного десятилетия является вопрос о наличии системы и структуры в лексике. Этому вопросу уделяли внимание лингвисты Пражской школы со времени основания кружка, однако, так и не решив его до конца: «... вопрос о том, должны ли мы рассматривать лексику как систему или нет, остается открытым. Слова бесспорно связаны друг с другом, но мы не достигли того, чтобы отчётливо ощущать эти связи» [1]. В настоящее время этот вопрос плодотворно решается в отечественном языкознании на материале различных языков [2]. В пользу системной организации лексики говорят результаты многочисленных исследований синонимических, антонимических, гипонимических, деривационных и других рядов семантической близости лексических единиц.

Системно-структурный подход к изучению языка раскрывает компонентный состав языка, его многоуровневый характер, а также наличие разного рода отношений между компонентами каждого уровня (фонемного, морфемного, семемного или семан-темного, уровня слов и предложений) [3].

Изучение системы в лексике представляет большие трудности, чем, например, в грамматике и фонетике, в связи с многочисленностью лексических единиц, имеющих различное значение и не поддающихся точному подсчету. Слова - это неоднородные знаки, они обладают функцией номинации, с одной стороны, а с другой стороны, имеют чисто лингвистические функции, а именно, включают в себя различные элементы (единицы) языка - фонемы, морфемы, семемы (семантемы), а также обладают способностью функционировать в составе предложений. Такая полиструктурная (микро) система слова является отражением полиструктурности системы языка в целом и словарного состава языка в частности.

Для целей же упорядочения словарного состава языка как лексико-семантической системы важно рассмотрение слов в плане именно семантических отношений, т.е. отношений между значениями слов, чтобы в итоге можно было получить представление о структуре лексико-семантической системы языка.

Большую популярность получило изучение лексической системы языка путем применения теории семантических полей (далее: СП). Зародившись как понятийные и лексические (словесные) поля (И. Трир, Л. Вайсгербер и др.), в основу которых был положен признак общности понятия (экстралингвистическая реальность), СП в настоящее время представляют собой группы слов, объединенные по разным признакам в зависимости от языкового уровня. Так, выделяются словообразовательные поля, синтаксические поля, ассоциативные поля, лексико-семантиче-ские поля и др.

Под СП последнего типа понимаются группы близких по семантике слов, объединенных инвариантным лексическим значением или общей темой и, в то же время, соотносимых с одним понятием (занимающих, как правило, одну предельную тематическую рубрику в словарях-тезаурусах), и с помощью которых словарный состав членится на подсистемы. Принадлежность к той или иной части речи не играет существенной роли (в СП могут объединяться слова разных частей речи, имеющие тематическую общность).

Частным случаем лексико-семантических полей можно считать группы слов в пределах одной части речи, объединенных общностью плана содержания; единицами последнего, как правило, являются ЛСВ [4] (идентичные понятию семемы, принятому в настоящей работе).

Изучение субстанции (значения конституентов) и структуры (связей между значениями) таких групп или полей, называемых лексико-семантическими (сокращенно ЛСГ или ЛСП), дает возможность представить изучаемую часть лексики определенного языка как системную и структурную организацию. Всесторонний анализ субстанции ЛСГ предусматривает исследование как парадигматических, так и синтагматических черт конституен-тов, входящих в ЛСГ на том основании, что общность значения или семантическая общность членов ЛСГ предполагает общность их свойств как в плане парадигматики, так и синтагматики.

Исследование семантики единиц в пределах ЛСГ невозможно без обращения к их плану выражения, т. к. «в отличие от других языковых единиц (морфем, словосочетаний, предложений), носящих либо преимущественно парадигматический характер, как морфемы, или чисто синтагматический, как предложения, слово обладает как теми, так и другими свойствами» [2]. Причем, наличие определенной степени изоморфизма между семантикой и синтаксисом дает право на основании результатов, полученных после изучения синтагматических свойств слов, делать выводы о сходстве или отличии лексических единиц в плане содержания и, наоборот, сходство парадигматических свойств - сигнал к наличию общности и в синтагматическом плане.

Анализ структуры лексических групп, т. е. установление характера семантических отношений конституентов внутри ЛСГ, представляется конечным и более важным этапом исследования ЛСГ. Результатом анализа структуры ЛСГ является выделение синонимов, антонимов, гипонимов и других групп слов, представляющих собой частные системы или микросистемы в общей лексической системе языка. В понимании И.Б. Хлебниковой «микросистема - это далее не членимая совокупность единиц, связанных общностью частного дифференциального признака (или признаков), который служит основанием для отличия от какого-то другого признака, образующего другую микросистему» [5]. Исходя из данных тематической классификации лексики, данной в тезаурусе Роже, можно установить характер иерархии ЛСГ в пределах группы глаголов «изменение». Данную ЛСГ можно считать тематической группой, состоящей из двух родовых групп: ЛСГ «изменение количества» и ЛСГ «изменение качества», первая из которых распадается на две видовые группы: ЛСГ «увеличение» и ЛСГ «уменьшение». Понятие рода и вида весьма относительно. Так, понятия «увеличение» и «уменьшение» относятся к сложному понятию «количественное изменение» как видовые к родовому, по отношению же к понятиям «усиление», «удлинение», «расширение» и т.п. они являются уже родовыми, а последние - видовыми. То есть в пределах одной тематической группы (каковой является группа глаголов «изменение») наблюдается иерархия родо-видовых отношений.

В свою очередь, конституенты исследуемых ЛСГ подразделяются на подгруппы для целей системного и более четкого представления их семантико-синтаксических характеристик. Исходя из критериев а) возможности - невозможности выражения инвариантного значения ЛСГ, б) узуальности - окказиональности его выражения, в) частотности употребления в инвариантном значении, конституенты ЛСГ «увеличение» и ЛСГ «уменьшение» подразделяются на три подгруппы.

1. Для глагольных семем первой подгруппы характерны следующие признаки:

а) узуальность выражения инвариантного значения ЛСГ в самом общем смысле без указания на специальные виды изменения (каковыми считаются, например, усиление, ослабление, расширение, сужение и т. п.);

б) относительно высокая частотность употребления.

Семемы, удовлетворяющие этим требованиям, называются

узуальными. К ним относятся следующие семемы:

ЛСГ «увеличение» ЛСГ «уменьшение»

increase, grow, enlarge, decrease, reduce, diminish, expand, extend lessen, decline

2. Глагольные семемы второй подгруппы обладают следующими тремя признаками:

а) окказиональностью выражения инвариантного значения

ЛСГ;

б) способностью обозначать не только инвариантное значение ЛСГ в общем смысле, но и (при определенных синтагматических условиях) специальные значения изменения. Являясь кон-ституентами второй подгруппы, т.е. обладая способностью лишь окказионального обозначения инвариантного значения ЛСГ в общем смысле, такие семемы маркируются цифрой 1, например, widen,, narrow, и т. п.;

в) сравнительно низкой частотностью употребления в инвариантном значении.

К глагольным семемам второй подгруппы (т. н. окказиональным семемам) относятся следующие:

ЛСГ «увеличение» ЛСГ «уменьшение»

rise, go up, raise, climb, lift, jump, run, escalate, heighten, mount, elevate, widen, broaden, ,lengthen,, prolong, deepen,

fall ,drop, go down ,lower, cut(down), shrink, force (down), bring down, narrow, shorten, slump

3. Глагольные семемы третьей подгруппы обозначают только специальные виды увеличения/уменьшения, не выражая инвариантного значения ЛСГ в общем смысле. Сюда относятся семемы:

a) ЛСГ «увеличение»

strengthen, enhance, enforce, intensify, accelerate /quicken, double, treble/triple, quadruple, multiply, maximize, thicken

ЛСГ «уменьшение»

weaken, loosen, contract, compress, thin, slow (down), minimize

б) семемы, которые наряду со способностью выражать специальные виды изменения, при определенных синтагматических условиях могут обозначать инвариантное значение ЛСГ в общем смысле (в данном случае семемы как конституенты третьей подгруппы маркируются цифрой 2:

ЛСГ «уменьшение»

ЛСГ «увеличение»

widen2broaden2 1епд^еп2, deepen2.

Общую иерархическую структуру глагольной лексики, соотносимой с понятием «изменение», можно представить в виде следующей схемы:

изучения окружения данных глаголов в речи, с изучения их сочетаемости, которое поможет на следующем этапе выявить семантические компоненты глаголов для сравнения последних в плане содержания. Таким образом, синтаксический анализ проводится в работе не просто как констатация возможных связей исследуемых глаголов на синтагматической оси, а как подсобный критерий для выявления значимостей разного порядка в смысловой структуре глаголов.

Принятое в работе понимание значимости чисто условно. Оно отчасти отличается от того определения значимости, которое находим у Ф. де Соссюра, и которое поддерживается О.С. Ахмановой и другими учёными [7; 8]. В их понимании, значимость - это место элемента в ряду других элементов, обусловленное его отношениями с прочими элементами языка.

В настоящей работе понятие значимости вводится для разграничения разнотипных значений (таких, как переходное - непереходное значение, с одной стороны, и значения 'увеличиваться)' - 'уменьшать(ся)' и их оттенки, с другой), существующих в семантической структуре каждой из семем. Условно, для удобства идентификации видов значимостей, последние представляются в виде иерархии в семантической структуре глагольных семем и обозначаются значимостями первого (I) и второго (II) порядка.

Так, под значимостью I порядка имеется в виду переходное/ непереходное значение глагола, а значимость II порядка объединяет как инвариантные значения ЛСГ, так и их оттенки. Перечисленные значения подводятся под рубрики разных значимостей вследствие своей разнородности. Несмотря на кажущееся различие между указанными определениями понятия значимости, они, безусловно, перекликаются друг с другом в том смысле, что значения, объединенные под рубрики разных значимостей (в нашем понимании), выявляются в результате анализа отношений исследуемых глаголов к другим элементам языка, их окружению.

Установление определенной иерархии значимостей в семантической структуре глагольных семем и проведение содержательной интерпретации этих значимостей, т.е. установление

Рис. 1. Иерархическая структура глагольной лексики, соотносимой с понятием «изменение»

Основнаячастьглагол ов групп «увеличение» и «уменьшение» собрана воедино из различных разделов тезауруса Роже семантическим способом, по словам-идентификаторам increase и decrease. Материал словарей, хотя и строится на коллективной интуиции их создателей, все же может использоваться как основа для дальнейшггонтучного описания [6].Правомерностл объединения лексических единиц именно таким образом может быть подтвеяждегтили опмовяргнуоа в ходеирмлешования. Объективными критериями такого объединения может явиться как общноатьтинаагматечеокиехарактеристик глаголов, таки сходство их семантических структур. Причем, оба эти критерия взаимообусловлены. Семантическая общность лексических единиц должнтпууявтотьая всочаттемоатнак свойстшах этеоьуов в речи, а общность в сочетаемости - сигнализировать сходство в значении. Оусттмс впьлне птеромтоно начнтаиетладование с

соответствующей значимостям системы значений, осуществляется в результате применения дистрибутивного анализа, включающего три этапа.

Первый этап. Обязательное глагольное окружение анализируется как на уровне смысловых моделей (т.е. в терминах синтаксической се и нтики),так инаеро внесовтввтствующиним дистрибутивных моделей, в которых глагольное окружение пред-ставлене в внрмичах клсссов слов(высшвм ступень абстракоти).

Смысловая модель отражает ситуацию глагольного дей-ствия(мвеосчения рли уменешения)смказаоиеммаеогмреский субъект, объект действия и глагол, обозначающий действие увеличения/уменьшения. Она дает четкую картину субъектной, отъектное илвсебъестрн-енъекеной (крузаланой)рнпетвлен-ности глагольного действия. Дистрибутивная же модель дает пртдскаеоенврмглвгшльенмнкехженинелрсоверкиассов слнв

(первый этап анализа) или подклассов слов (второй этап). Под дистрибутивной (структурной) моделью (вслед за Ю.Д. Апресяном) понимаем цепочку символов классов, соответствующих словоформам некоторой фразы, в которую глагол в данном значении входит в качестве одного из членов [9].

Второй этап. Анализ глагольного окружения проводится на уровне подклассов слов (существительных) и видов обстоятельственных модификаторов глагола.

В настоящей работе принимается логико-тематическая классификация существительных на подклассы, такие как: существительные абстрактной семантики, обозначающие а) понятия из области финансов и экономики, б) понятия времени, расстояния, количества, в) общественно-политические понятия, г) научно-технические понятия; существительные конкретной семантики, обозначающие а) физические предметы и б) вещества; существительные собирательные, обозначающие людей; существительные - названия явлений природы и др.

Такая классификация существительных на подклассы приемлема для настоящего исследования в силу того, что перечисленные подклассы существительных при сочетании с анализируемыми глаголами выявляют у последних различные оттенки значения.

Третий этап. Глагольное окружение анализируется на семантическом уровне: речь идет о конкретной лексической единице, сочетающейся с глаголом.

Кроме установления типовых валентных свойств глагольных семем и выявления их смысловой структуры на каждом из этапов устанавливается зависимость между синтаксической структурой словосочетания (моделью) и смысловой структурой слова. Для анализа материала вводится понятие диагностирующей силы модели (сокращенно ДС), которое понимается как способность модели структурно или при помощи ее лексико-семантического наполнения однозначно выявлять значение исследуемого слова. ДС модели устанавливается для каждого этапа синтагматического исследования.

Ядром моделей является исследуемый глагол в личной форме. Конструкции с неличными формами глаголов исключаются из исследования на том основании, что в них не совсем полно отражаются комбинаторные свойства глаголов. В финитных глаголах, в отличие от неличных форм, реализуются не только их правые, но и левые валентности, т.е. актуализируется наибольшее количество возможных синтаксических отношений.

Особенностью непереходного значения (значимости I порядка) глагольных семем ЛСГ «увеличение» и ЛСГ «уменьше-

Библиографический список

ние» является наличие определенного медиального оттенка (оттенка пассивности), присутствующего в семантической структуре семемы при ее непереходном употреблении.

Многие лингвисты (в частности, Ф. Палмер, С. Чэтмен и др. [10; 11]) считают, что в английском языке существует большое количество глаголов, которые могут употребляться как с постпозитивным объектом, так и без него. Причем, по их мнению, в случае непереходного употребления, глаголы функционируют как пассивные формы. На уровне синтаксиса эта пассивность проявляется в том, что отношение субъекта (подлежащего) к непереходному глаголу трансформационно идентично отношению объекта (прямого дополнения) к переходному глаголу, т.е. роль субъекта при непереходном употреблении исследуемых глаголов выполняет объект, который всегда обозначает предмет, «вместилище» действия, а не лицо. Это и понятно, т.к. субъект является пациенсом, а не агенсом действия. Таким образом, отношение субъекта действия к его объекту (в нашем понимании) соответствует отношению агенса и пациенса действия. В пределах семантической структуры глаголов происходит определенный семантический сдвиг - от переходного значения к непереходному значению пассивного характера. Причем, пассивное значение, содержащееся в самой семантической структуре непереходного глагола (конечный трансформ), не эксплицировано в пассивной форме глагола. Такого рода пассивное значение носит медиальный характер, т.е. указывает на то, что «действие, сосредоточенное в субъекте (объекте, в нашем понимании - Б.Н., М.М.) приводит к изменениям в его состоянии» [8]. Такое непереходное значение можно назвать медиальным или непереходным значением медиального характера. Наличие фразы с предлогом by (by-phrase) в функции неодушевленного субъекта как при глаголе в пассивной форме, так и при глаголе в активной форме говорит в пользу того, что фразы с глаголом в пассивной форме (например, In fact this information-handling rate is being continually increased by various software aids.. ) и в активной форме (...its rest mass had increased precisely by the amount of energy.) трансформационно идентичны, что, в свою очередь, подтверждает наличие пассивности (медиальности) в смысловой структуре глагола, употребленного в активной форме.

Исходя из указанных выше задач и исходных посылок, представляется возможным дать описание синтагматических, парадигматических, синонимических и антонимических характеристик глагольных семем ЛСГ «увеличение» и ЛСГ «уменьшение» в английском языке [12; 13; 14].

1. Вахек И. Лингвистический словарь Пражской школы. Москва, 1964: 111.

2. Уфимцева А.А. Опыт изучения лексики как системы. Издание .3 Москва: КомКнига, 2010.

3. Бенвенист Э. Уровни лингвистического анализа. Новое в лингвистике. Москва, 1965; Выпуск ГУ: 434 - 449.

4. Шмелев Д.Н. Очерки по семасиологии русского языка. Издание 3. Москва: URSS: ЛКИ, 2008.

5. Хлебникова И.Б. Оппозиции в морфологии. Москва: Издание Черо, 2001: 63.

6. Ельмслев Л. Можно ли считать, что значения слов образуют структуру? Новое в лингвистике. 1962; Вып. 2: 135.

7. Соссюр Ф. Курс общей лингвистики. Москва: УРСС Эдиториал, 2007.

8. Ахманова О.С. Словарь лингвистических терминов. Издание 4. Москва, 2007.

9. Апресян Ю.Д. О толковом словаре управления и сочетаемости русского глагола Словарь. Грамматика. Текст. Москва, 1996.

10. Palmer F. A Linguistic study of the English Verb. Longmans, 1965: 68.

11. Chatman S. The classification of English Verbs by Object types. International Conference on Machine Translation of Languages and Applied Language Analysis, Vol.1, Lnd., 1962: 82 - 94.

12. Банина Н.В. Глагольная антонимия в структуре тематической группы (парадигматический аспект). Теория и практика обучения иностранным языкам в неязыковом вузе: традиции, инновации, перспективы: сборник научных трудов. Москва: Финансовый университет, 2014: 11 - 20.

13. Мельничук М.В., Банина Н.В. Синтагматические характеристики глагольных антонимов. Теория и практика обучения иностранным языкам в неязыковом вузе: традиции, инновации, перспективы: сборник научных трудов. Москва: Финансовый университет, 2014: 223 - 233.

14. Банина Н.В. Семантическая структура глаголов ЛСГ «уменьшение» в английском языке. Современная наука: актуальные проблемы теории и практики, серия: гуманитарные науки. Москва, 2015:5-6: 76 - 79.

References

1. Vahek I. Lingvisticheskijslovar'Prazhskojshkoly. Moskva, 1964: 111.

2. Ufimceva A.A. Opyt izucheniya leksikikaksistemy. Izdanie .3 Moskva: KomKniga, 2010.

3. Benvenist 'E. Urovni lingvisticheskogo analiza. Novoe vlingvistike. Moskva, 1965; Vypusk GU: 434 - 449.

4. Shmelev D.N. Ocherkipo semasiologiirusskogo yazyka. Izdanie 3. Moskva: URSS: LKI, 2008.

5. Hlebnikova I.B. Oppozicii vmorfologii. Moskva: Izdanie Chero, 2001: 63.

6. El'mslev L. Mozhno li schitat', chto znacheniya slov obrazuyut strukturu? Novoe vlingvistike. 1962; Vyp. 2: 135.

7. Sossyur F. Kurs obschejlingvistiki. Moskva: URSS 'Editorial, 2007.

8. Ahmanova O.S. Slovar'lingvisticheskih terminov. Izdanie 4. Moskva, 2007.

9. Apresyan Yu.D. O tolkovom slovare upravleniya i sochetaemosti russkogo glagola Slovar'. Grammatika. Tekst. Moskva, 1996.

10. Palmer F. A Linguistic study of the English Verb. Longmans, 1965: 68.

11. Chatman S. The classification of English Verbs by Object types. International Conference on Machine Translation of Languages and Applied Language Analysis, Vol.1, Lnd., 1962: 82 - 94.

12. Banina N.V. Glagol'naya antonimiya v strukture tematicheskoj gruppy (paradigmaticheskij aspekt). Teoriya ipraktika obucheniya inostrannym yazykam vneyazykovom vuze: tradicii, innovacii, perspektivy: sbornik nauchnyh trudov. Moskva: Finansovyj universitet, 2014: 11 - 20.

13. Mel'nichuk M.V., Banina N.V. Sintagmaticheskie harakteristiki glagol'nyh antonimov. Teoriya ipraktika obucheniya inostrannym yazykam v neyazykovom vuze: tradicii, innovacii, perspektivy: sbornik nauchnyh trudov. Moskva: Finansovyj universitet, 2014: 223 - 233.

14. Banina N.V. Semanticheskaya struktura glagolov LSG «umen'shenie» v anglijskom yazyke. Sovremennaya nauka: aktual'nye problemy teorii ipraktiki, seriya: gumanitarnye nauki. Moskva, 2015:5-6: 76 - 79.

Статья поступила в редакцию 31.07.16

УДК 811.111'38

Ledeneva E.M., senior teacher, Altai State Pedagogical University (Barnaul, Russia), E-mail: thebrainteazer@gmail.com

THE ROLE OF ICONIC SYNTAX IN CREATING RHYTHMIC IMAGES IN LITERARY TEXTS (EXEMPLIFIED BY THE RHYTHMIC IMAGE OF THE "CHICKEN REEL" DANCE FROM THE NOVEL "THE GRAPES OF WRATH" BY J. STEINBECK). The article explores an ability of the iconic syntax to create rhythmic images in literary texts, exemplified by the rhythmic image of the "Chicken Reel" dance from the novel "The Grapes of Wrath" by J. Steinbeck. The literary text is a linear sign system; however, it is capable of evoking vivid realistic images in the reader's mind. Among these images, there are rhythmic images, which convey the sense of rhythm to the reader. Rhythmic images can be rendered through the prosaic rhythm, created predominantly by syntactic means. The syntactic structure is a formal unit, nevertheless capable of coding not only grammatical, but artistic information, and of performing illustrative and expressive functions. This fact can be explained by a theory of iconicity, which explores correlation between a form and a meaning of the sign. The analysis reveals that the main principle of iconicity, in syntactic structures, rendering rhythm, is a principle of quantity. This principle shows correspondence between the quantity of the linguistic signs and the scope and complexity of the cognitive model. The basic element of the rhythmic image of the dance is a musical rhythm. The article examines the syntactic structures, contributing to the imitation of the main constituents of a musical rhythm - metre, rhythmic pattern, and tempo. The results demonstrate the importance of the iconic syntax in creating rhythmic images and prove that the theory of iconicity possesses the great explanatory potential in the stylistic study and requires further development.

Key words: syntax, iconicity, quantitity principle, iconic syntax, literary text, rythmic image, prosaic rhythm, J. Steinbeck.

Е.М. Леденева, ст. преп. Алтайского государственного педагогического университета, г. Барнаул,

E-mail: thebrainteazer@gmail.com

РОЛЬ ИКОНИЧЕСКОГО СИНТАКСИСА В СОЗДАНИИ РИТМИЧЕСКИХ ОБРАЗОВ В ХУДОЖЕСТВЕННОМ ТЕКСТЕ

Данная статья посвящена исследованию способности иконического синтаксиса создавать ритмические образы в художественном тексте, на примере ритмического образа танца "Chicken Reel" ("Цыпленок") из романа Дж. Стейнбека "The Grapes of Wrath" ("Гроздья гнева"). Художественный текст является линейной знаковой системой, тем не менее, он может вызывать в сознании читателя яркие реалистичные образы. Среди этих образов встречаются ритмические образы, передающие ощущение ритма читателю. Ритмические образы отражаются через прозаический ритм, создаваемый преимущественно синтаксическими средствами. Синтаксическая структура является формальным образованием, несмотря на это, она способна нести не только грамматическую, но и художественную информацию, и выполнять изобразительную и выразительную функции. Этот факт можно объяснить с точки зрения теории иконичности, которая исследует зависимость формы знака от его содержания. Как показал анализ, основным иконическим принципом, который наблюдается в синтаксических структурах, передающих ритм, является принцип количества. Этот принцип показывает зависимость количества языкового материала от объема и сложности когнитивной модели. В основе ритмического образа танца лежит музыкальный ритм. В данной работе последовательно рассматриваются синтаксические структуры, участвующие в имитации его основных составляющих: музыкального размера, ритмического рисунка и темпа. Полученные результаты, показывают, что иконический синтаксис играет большую роль в создании ритмических образов в художественном тексте, а также подтверждают, что теория иконичности обладает большим объяснительным потенциалом в стилистических исследованиях и требует дальнейшего развития.

Ключевые слова: синтаксис, иконичность, принцип количества, иконический синтаксис, художественный текст, ритмический образ, ритм прозы, Дж. Стейнбек

Лучший кинозал - это воображение, поэтому хорошая книга не уступает фильму, а зачастую и превосходит его по яркости и реалистичности рождающихся в сознании читателя образов. Возникает вопрос, как художественный текст, будучи линейной знаковой системой, не обладающей способностью в полной мере передавать зрительную и аудио-информацию, может построить в сознании читателя реалистичный мир художественного произведения. Единицы всех уровней языка вносят свой вклад в создание осязаемой художественной реальности. Единицы фонетического уровня передают звуковое сопровождение событий (например, звукоподражание и аллитерация). Единицы лексического уровня могут активизировать в сознании читателя мгновенное развертывание сложных аудиовизуальных комплексов, так как за некоторыми словами непосредственно закреплены зрительные, слуховые и другие чувственные образы, полученные в результате процесса восприятия. Единицы синтаксического уровня также участвуют в создании реалистичных образов. Для читателя эффект, создаваемый синтаксическими средствами, иногда менее заметен, чем, например, эффект, создаваемый звукоподражанием или точно подобранным словом, тем не менее, значение

синтаксиса в создании чувственных образов также очень велико. В данной статье мы рассмотрим роль иконического синтаксиса в создании ритмических образов в художественном тексте, на примере ритмического образа танца "Chicken Reel" ("Цыпленок") из романа Дж. Стейнбека "The Grapes of Wrath" ("Гроздья гнева").

Ритмический образ явления передаётся при помощи собственного ритма текста. Прозаический текст, также как поэтический, может обладать своим уникальным ритмом. Ритм прозы является объектом внимания стилистов начиная с 20-х годов ХХ века (Б.В. Томашевский, А.М. Пешковский, В.В. Виноградов, И.Р. Гальперин, И.В. Арнольд и т. д.). Исследования были направлены на то, чтобы определить, какими средствами ритм прозы создаётся, и какие функции в художественном тексте он выполняет. Любой ритм создаётся чередованием сходных единиц через равные промежутки времени. Единицей ритма является ритмическая группа. По мнению исследователей, ритм прозы создается преимущественно при помощи повторов синтаксических единиц [1]. Единицы других уровней играют в создании ритма прозы второстепенную роль. Что касается функции ритма в художественном тексте, то ритм прозы выполняет не только