ЗАМЕТКИ ПО ИСТОРИИ ГЕОБОТАНИЧЕСКОГО КАРТОГРАФИРОВАНИЯ (ПО МАТЕРИАЛАМ ВЫСТАВКИ ГЕОБОТАНИЧЕСКИХ КАРТ В БОТАНИЧЕСКОМ ИНСТИТУТЕ ИМ. В. Л. КОМАРОВА РАН, ОРГАНИЗОВАННОЙ К 100-ЛЕТИЮ ОТДЕЛА ГЕОБОТАНИКИ)

Геоботаническое картографирование 2022 С. 49-74.

https://doi.org/10.31111/geobotmap/2022.49

ИСТОРИЯ НАУКИ

© З. В. КАРАМЫШЕВА, В. Н. ХРАМЦОВ

ЗАМЕТКИ ПО ИСТОРИИ ГЕОБОТАНИЧЕСКОГО КАРТОГРАФИРОВАНИЯ

Z. V. Karamysheva, V. N. Khramtsov Notes on the history of vegetation mapping

Ботанический институт им. В. Л. Комарова РАН.

197022, Санкт-Петербург, ул. Проф. Попова, 2.

Komarov Botanical Institute of the Russian Academy of Sciences.

E-mail: vteberda@gmail.com

Ключевые слова: выставка карт, история науки, геоботаническое картографирование, тематическое картографирование, Россия.

Key words: exhibition of maps, history of science, geobotanical mapping, thematic mapping, Russia.

Дано краткое описание истории развития геоботанического картографирования в России с 1900 г. по настоящее время. Приведены списки карт растительности, которые были представлены на выставке, организованной в сентябре 2022 г. к 100-летию образования Отдела геоботаники Ботанического института им. В. Л. Комарова РАН. Экспонировались карты различных масштабов и регионов, созданные в разных научных учреждениях и хранящиеся в БИН РАН. Охарактеризованы некоторые наиболее интересные карты.

В период прохождения конференции, посвященной 100-летию образования Отдела геоботаники, в Ботаническом институте им. В. Л. Комарова РАН была организована выставка «Развитие геоботанического картографирования в России». Основная цель выставки — на представленных картах показать последовательное развитие теоретических подходов к разработке легенд, приемов и методов отражения растительности на геоботанических картах, развитие разных школ геоботанического картографирования в России.

На стендах было размещено около 70 карт разного времени, созданных за период с 1900 г. и по настоящее время. Экспонаты сопровождались краткими пояснительными текстами. Выставка включала обзорные карты растительности России

(СССР) в целом и отдельных регионов, средне- и крупномасштабные универсальные, инвентаризационные, научно-справочные и учебные карты.

На первом стенде была представлена краткая характеристика 4 этапов развития геоботанического картографирования в России.

I. Предыстория геоботанического картографирования относится к XIX в. и связана с исследованиями знаменитых ученых-натуралистов И. Г. и С. Г. Гмелиных, С. П. Крашенинникова, Э. Лаксмана, П. С. Палласа, И. И. Лепёхина, Ф. К. Бибер-штейна, С. И. Коржинского и многих других, которые собрали обширные материалы по флоре и растительности различных регионов страны и выявили в общем виде взаимосвязи растительного покрова с главнейшими природными факторами. На картах, созданных в это время, показывали только общие ботанико-географи-ческие закономерности — районы распространения хвойных и смешанных лесов, болот; их, скорее, можно отнести к картам районирования. Карты этого периода содержатся в монографиях и представляют историческую и библиографическую ценность. На выставке эти карты не были представлены.

II. В начале 1900-х гг. были опубликованы первые геоботанические карты С. И. Коржинского и Г. И. Танфильева. В 1922 г. был организован Отдел геоботаники в Главном Ботаническом саду Наркомзема (ныне — Ботанический институт им. В. Л. Комарова РАН), который возглавил Николай Иванович Кузнецов. Под его руководством в 1920-1930 гг. развернулись работы по картированию растительности европейской части СССР; сформировалась петроградская (ленинградская) ботанико-картографическая школа. В 1930-1950-е гг. геоботаническое картографирование утвердилось как самостоятельное научное направление.

III. Третий этап (с конца 1950-х по 1980-е гг. включительно) характеризуется существенными качественными изменениями в картографировании растительности, широкими теоретическими обобщениями, разработкой новых типов карт, внедрением новых методов, созданием иркутской ботанико-картографической школы под руководством В. Б. Сочавы.

IV. С конца 1980-х гг. и по настоящее время развитие тематического картографирования происходит под влиянием активного внедрения ГИС-технологий, автоматизации дешифрирования данных дистанционного зондирования (ДДЗ), использования космических спектральных снимков высокого разрешения.

«Ботанико-географическая карта Российской империи» (м. 1: 25 200 000) была составлена Г. И. Танфильевым в 1900 г. Это первая отечественная обзорная геоботаническая карта (рис. 1). На ней схематично показаны зональные типы растительности, особо выделены горные страны, для которых отмечены вертикальные пояса растительности. Всего отображено 14 единиц растительного покрова. В их диагнозах, кроме указаний на зональный тип растительности, содержатся различные дополнительные характеристики: сведения о географическом распространении, структуре растительных сообществ, экологии. В формулировке некоторых подразделений легенды автор отмечает региональные отличия, не используя буквенные или цифровые шифры, как это делается на современных картах. Интересна попытка показать не только высотно-поясные типы растительности, но и структуру (колонку) поясности.

Карта Г. И. Танфильева сыграла важную роль в развитии геоботанического картографирования в России, о чем написал Н. И. Кузнецов (К^пе180У, 1902) в рецензии сразу же после выхода карты в свет. Он отметил, что карта Г. И. Танфилье-ва дает ценный материал для последующих ботанико-географических карт.

Показ зональных типов растительных сообществ, впервые использованный на карте Г. И. Танфильева, в дальнейшем становится одним из принципов отечественной картографической школы и одной из главных черт ее самобытного развития.

Дальнейшее становление и развитие геоботанического картографирования как самостоятельного направления и метода исследования в геоботанике и ботанической географии связано с историей Отдела геоботаники Ботанического института

Рис. 1. Ботанико-географическая карта Российской империи. М. 1: 25 200 000. 1900 г. Fig. 1. Botanical-geographic map of the Russian Empire.

им. В. Л. Комарова. В 1922 г. в составе Главного ботанического сада в Петрограде был организован Отдел геоботаники, который возглавил Н. И. Кузнецов.1 Это было первое научное геоботаническое подразделение в стране. Первоначально в Отделе было всего 2 человека — Н. И. Кузнецов и чертежница, но очень быстро к работе по составлению карты растительности европейской части СССР были привлечены многие ученые — знатоки растительности отдельных регионов, причем не только из Петрограда, но и из других городов. В связи с запросами практики основной задачей созданного Отдела было исследование и картографирование растительности. С этими целями организуются маршрутные экспедиционные исследования в разные регионы страны, особенно, в труднодоступные и малоизученные.

Н. И. Кузнецов разработал грандиозную программу работ по картированию растительности, с которой он выступил уже в 1923 г. (т. е. через год после создания Отдела геоботаники) на геоботаническом совещании во время 1-й Всесоюзной конференции Госплана по изучению производительных сил природы.

Планируя создание среднемасштабных (25 верст в дюйме, а позднее и м. 1: 1 000 000) карт на европейскую часть СССР, Н. И. Кузнецов прежде всего организовал работу по составлению мелкомасштабных (м. 1: 10 000 000) карт на эту территорию. Первая карта этого масштаба демонстрировалась на 1-й Всероссийской конференции Госплана в 1923 г., а уже в 1928 г. была издана «Карта растительности европейской части СССР» м. 1: 4 000 000 (рис. 2). Число картируемых единиц на ней достигло 46; в легенде введены заголовки, соответствующие широко трактуемым зональным типам (тундра и лесотундра; лесная область, лесостепь, степь и пустыня) или региональным выделам (горные части Кавказа и Крыма). В отличие от ранее изданных карт зонального расчленения, на карте Н. И. Кузнецова отражены состав и структура растительности в пределах зон и горных систем, впервые показано распространение отдельных типов лесов, болот, лугов. Наряду с зональностью на карте впервые намечаются провинциальные различия

1 Подробнее о работах, проводимых Н. И. Кузнецовым, можно найти в статье: КагатуяЬеуа еГ а1., 2021.

в растительном покрове, например, разграничены хвойные леса средней части лесной области (№ 8) и хвойные леса восточной части лесной области (№ 9). Это — один из первых примеров регионально-типологического подхода к построению легенды — принципа, который в последующие годы становится господствующим в российской картографической школе. Карта отличается оформлением — отсутствуют четкие контуры зональных типов растительности, переход красок от типа к типу — постепенный, с размытием. В то же время четко показаны контура песков, солончаков, лесные колки. Растительность гор Кавказа и Крыма дана в отдельном разделе, а растительность Урала «растворена» в зональных разделах, но имеет собственные номера легенды.

Составление среднемасштабных (м. 1: 1 050 000, а затем 1: 1 000 000) карт европейской части СССР было также осуществлено с большим размахом, глубоко и разносторонне. По замыслу Н. И. Кузнецова карта должна была состоять из 18 листов, т. е. охватить огромную территорию. При жизни Н. И. Кузнецова вышло из печати 8 листов. На выставке были представлены 4 листа из этой серии карт (листы 7, 14, 15, 16). Карты подвели итоги имевшимся в 1930-е гг. материалам о раститель-

На выставке период 1900-середина 1950-х гг. был последовательно представлен следующими картами. Карты 1900-1956 гг.

Ботанико-географическая карта Российской империи. М. 1: 25 200 000. 1900. 1 л. Автор: Г. И. Танфильев. (В кн.: Полная энциклопедия русского сельского хозяйства. Т. 2. СПб.).

Растительность пойм р. Волхов и оз. Ильмень. М. в 0.01 сажени — 250 саженей [М. 1 : 27 500]. 1926. 13 л. Авторы: В. В. Алабышев, П. Н. Овчинников, Е. С. Степанов под руководством С. С. Ганешина и Г. И. Ануфриева. (Комплект карт и пояснительная записка: Почвенные и ботанические карты пойм реки Волхова и озера Ильменя. Л.).

Карта растительности европейской части России. М. 1: 1 050 000. Лист 14. 1927. 1 л. Составил Н. И. Кузнецов, при участии: В. П. Арапова, Е. Г. Боброва, Н. А. Буша, А. Я. Гордягина, А. Э. Жадовского, М. М. Ильина, А. П. Ильинского, И. М. Крашенинникова, Е. И. Испола-това, П. Н. Овчинникова, О. А. Смирновой, И. И. Спрыгина, П. В. Сюзева, А. Ф. Терехова, Б. А. Федченко, А. П. Шенникова.

Карта растительности европейской части СССР. М. 1: 4 000 000. 1928. 1 л. Автор: Н. И. Кузнецов. (В кн.: Таланов В. В. Районы сортов яровой и озимой пшеницы СССР и их качество. Л. Приложение. 1 л.).

Карта растительности европейской части России. М. 1: 1 050 000. Лист 15. 1928. 1 л. Составил Н. И. Кузнецов, при участии: В. П. Арапова, Д. Г. Виленского, М. М. Ильина, А. П. Ильинского, Л. И. Казакевича, Б. А. Келлера, О. Э. Кнорринг-Неуструевой, И. М. Крашенинникова, И. В. Ларина, Р. Ю. Рожевица, О. А. Смирновой, И. И. Спрыгина, А. Ф. Терехова, Б. А. Федченко, Е. В. Шифферс, Д. Е. Янишевского. Л.

Карта растительности европейской части России. М. 1: 1 050 000. Лист 16. 1928. 1 л. Составил Н. И. Кузнецов, при участии: П. П. Бегучева, М. М. Ильина, Б. А. Келлера, О. Э. Кнорринг-Неуструевой, И. М. Крашенинникова, И. В. Ларина, Е. В. Шифферс. Л.

Ботанико-географическая карта европейской части СССР. Лист 14. М. 1: 1 050 000. 1930. 1 л. Составил Н. И. Кузнецов, при участии: Л. А. Александрова, Е. Г. Боброва, А. П. Ильинского, Е. И. Ис-полатова, В. Л. Некрасовой, П. Н. Никольского, А. К. Носкова, П. Н. Овчинникова, В. А. Повар-ницына, Р. Ю. Рожевица, И. Сележинского, О. А. Смирновой, И. И. Спрыгина, В. Н. Сукачёва, П. В. Сюзева, Б. А. Федченко, Ю. Д. Цинзерлинга, А. П. Шенникова, А. В. Ярмоленко. Л.

Карта растительности европейской части России. М. 1: 1 050 000. Лист 7. 1932. 1 л. Под ред. Н. И. Кузнецова. Составили: А. П. Шенников, Ю. Д. Цинзерлинг, при участии: М. И. Ав-рамчика, Е. Г. Боброва, Е. А. Галкиной, С. Ф. Егорова, Л. И. Жилиной, А. П. Ильинского, А. А. Комова, А. А. Корчагина, А. А. Красноруцкой, В. Л. Леонтьева, А. С. Порецкого, И. И. Сапожниковой, В. И. Смирнова, О. А. Смирновой, Л. А. Соколовой, К. И. Солоневича, Н. Г. Солоневич, Ю. Д. Суховой, Б. А. Федченко, А. П. Филинцева. Л.

Геоботаническая карта БССР. М. 1: 500 000. 1932. 2 л. Под ред. Н. И. Кузнецова. Составили: О. С. Полянский, Н. М. Савич, М. И. Прахин, Н. А. Збитковский. Л.

Почвенно-ботаническая карта южной части Алма-Атинского округа Казакской АССР. М. 1: 600 000. 1929. 1 л. Составил Р. И. Аболин. Ташкент. (В кн.: Аболин Р. И. Южная часть Алма-Атинского округа Казакской АССР в естественно-историческом отношении. Ташкент. Вклейка).

ности европейской части СССР, и в этом состояло их большое научно-справочное, а также важное хозяйственное значение. По своим принципам, теоретическим концепциям и оформлению эта работа была во многом новаторской. Н. И. Кузнецов разработал и впервые применил на карте метод отражения нарушенности растительного покрова, т. е. осуществил показ современной растительности на фоне восстановленной. Этот крайне важный, особенно для мелкомасштабного картографирования, метод реконструкции климатически и эдафически обусловленных типов сообществ, позволяющий полнее раскрыть экологический потенциал местности, получил в дальнейшем широкое развитие на большинстве отечественных карт растительности. При создании карт, выполненных под руководством Н. И. Кузнецова, пристальное внимание уделялось флористическим особенностям территорий, что в дальнейшем становится традиционным для российской картографической школы. На «Ботанико-географической карте Европейской части СССР» показаны ареалы 12 эдификаторных и характерных видов, определивших главнейшие бота-нико-географические рубежи, и отдельные местонахождения степных видов вне основного их распространения.

Почвенно-ботаническая карта восточной части Сыр-Дарьинского округа Казакской АССР. М. 1: 600 000. 1929. 1 л. Составил Р. И. Аболин. (В кн.: Аболин Р. И. Восточная часть Сыр-Дарьинского округа Казакской АССР в естественно-историческом отношении. Ташкент. Вклейка.).

Карта ботанико-географических факторов и геоботанического районирования европейской части СССР. Лист 10. М. 1: 1 050 000. 1930. 1 л. Под ред. Н. И. Кузнецова. Составила Е. В. Шиф-ферс. Л.

Карта растительности европейской части СССР. М. 1: 7 000 000. 1930. 1 л. Составил В. В. Алёхин (В кн.: Атлас промышленности СССР. Т. 5. Л.).

Карта современного растительного покрова Московской области. [С врезкой: Карта восстановленного растительного покрова Московской области]. М. 1: 1 500 000. 1933. Составил В. В. Алёхин. (В кн.: Атлас Московской области. М. С. 14-15).

Геоботаническая карта Казакстана. М. 1: 2 000 000. 1933. 4 л. Под ред. Б. А. Келлера, Р. И. Аболи-на, М. М. Ильина, И. М. Крашенинникова, Б. К. Шишкина; составили: А. В. Прозоровский, Н. И. Рубцов, А. А. Дмитриева при участии М. Н. Аврамчика. Алма-Ата.

Карта растительности Союза Советских Социалистических Республик. М. 1: 5 000 000. 1939. 4 л. Составили: Арктику — Б. Н. Городков; лесную зону европейской части СССР — А. П. Ильинский, при участии И. М. Крашенинникова, Л. А. Соколовой и др.; Сибирь — Б. Н. Городков, при участии Я. Я. Васильева и Е. М. Лавренко (степи); Дальний Восток — Н. Е. Кабанов, Я. Я. Васильев и др. сотр. ДВФАН; степную зону европейской части СССР — Е. М. Лавренко, при участии Л. Е. Родина и Е. В. Шифферс; Казахстан и Среднюю Азию — А. В. Прозоровский, при участии А. Г. Гаеля, Н. Ф. Гончарова, Ю. С. Григорьева, И. М. Крашенинникова, И. А. Линчевского, Л. Е. Родина и др.; Крым и Кавказ — Е. В. Шифферс, при участии

A. И. Лескова, В. П. Малеева и др. Л.

Карта растительности европейской части СССР. М. 1: 2 500 000. 1948. 4 л. Под ред. Е. М. Лавренко,

B. Б. Сочавы. Составлена: А. М. Семёновой-Тян-Шанской; В. Н. Андреевым (тундры северо-востока), К. Н. Игошиной (Урал), Е. М. Лавренко (Украина), Л. Е. Родиным (Прикаспий), М. Ф. Сахокия (Грузия), Е. Г. Черновым (Кольский полуостров), Е. В. Шифферс (Кавказ). При участии: Е. А. Галкиной, Т. С. Бейдеман, А. А. Гроссгейма, Е. А. Малыгиной, О. С. Полянской, Л. И. Прилипко, Л. А. Соколовой, Н. Г. Солоневич, А. Л. Тахтаджяна. Л.

Геоботаническая карта СССР. М. 1: 4 000 000. 1954. 8 л. Под ред. Е. М. Лавренко и В. Б. Сочавы. Составили: Б. Н. Городков, Т. И. Исаченко, Е. М. Лавренко, А. Н. Лукичёва, Л. Е. Родин, Н. И. Рубцов, А. М. Семёнова-Тян-Шанская, В. Б. Сочава. В составлении участвовали: В. Н. Андреев, И. Н. Бейдеман, И. В. Выходцев, Е. А. Галкина, А. А. Гербих, К. М. Дементьев, К. Н. Игошина, М. Н. Караваев, Б. П. Колесников, Е. П. Коровин, Е. И. Лапшина, В. А. Никитин, П. Н. Овчинников, М. П. Петров, К. В. Станюкович, Б. А. Тихомиров, Л. Н. Тюлина, В. А. Шелудякова и Е. В. Шифферс. Л.

Карта растительности СССР (для вузов). М. 1: 4 000 000. 1955. 6 л. Под ред. В. Б. Сочавы. Составлена: Т. И. Исаченко, А. Н. Лукичёвой, В. Б. Сочавой. Минск.

Карта растительности Средней Азии. М. 1: 1 000 000. 1956. 17 л. Отв. ред. Л. Е. Родин. Составили: И. В. Выходцев, Е. П. Коровин, В. А. Никитин, П. Н. Овчинников, М. П. Петров, Л. Е. Родин, Н. И. Рубцов, К. В. Станюкович, при участии Э. Н. Благовещенского, С. Л. Миркина, Е. А. Нечаевой, Н. Н. Пельта. М.; Л.

Карта растительности Европейской части С. С. С. Р.

Составил проф. Н. И. Кузнецов по данный Гео-Ботанпчеокого Отдела Главного Ботанического Сада

Рис. 2. Карта растительности европейской части СССР. М. 1: 4 000 000. 1928. Vegetation map of the European part of the USSR.

В 1932 г. под редакцией Н. И. Кузнецова опубликована «Карта растительности Белоруссии». Карта отражает современный растительный покров на тот период. На ней существующая естественная растительность показана на белом фоне, который обозначен как культурные земли (пашни и проч.).

Карты растительности, помимо большого научного значения, нашли широкое применение в различных отраслях народного хозяйства. Геоботанические карты районов нового освоения позволили не только наметить мероприятия по использованию существующего растительного покрова, но и сделать научные прогнозы о тех его изменениях, которые произойдут в будущем при осуществлении этих мероприятий. При проектных работах по Волховской ГЭС была создана серия тематических карт (рис. 3), включающая «Карту растительности пойм р. Волхов и оз. Ильмень» (растительность поймы р. Волхов показана на 13 листах, поймы оз. Ильмень — на 5 листах). Карты растительности были составлены В. В. Алабышевым, П. И. Овчинниковым и Е. С. Степановым под руководством проф. С. С. Ганешина и Г. И. Ануфриева. Карты сопровождает «Объяснительная записка» на 64 страницах (формат ~ А3), составленная С. С. Ганешиным. Подробный текст, характеризующий основные ассоциации растительности, дополняют таблицы с указанием увлажнения, типом местообитания, почвы, высоты над уровнем моря, площадью в гектарах и десятинах, хозяйственную ценность, местонахождение выделов на листах с условными обозначениями.

щт

ш

BS«

" V? - f

Издание ВОЛХОВСКОГО Строительства

ЛЕНИНГРАД, Спетолитогрйфин egjwousKoro Строитальстйа 1926 г.

I"" J 1

Рис. 3. Фрагмент обложки папки с серией карт пойм р. Волхов и оз. Ильмень. Fig. 3. Folder cover of a series of maps of the river floodplains of the Volkhov River

В. С. Н. X. Промбюро Сев.-Знп. Области

стгмшиш ВОЛХОВСКОЙ гпдикищинкшш .......ш утиши;«

ПОЧВЕННЫЕ Н БОТАНИЧЕСКИЕ НАРТЫ

ПОЙМ

РЕКИ

ВОЛХОВА

И ОЗЕРА ИЛЬМЕНЯ

Но иосмецоваиппм Огдолц Изысканий Вплховокш'о Строительства п::и рукоподатпим Начальники Отдела шлшира. М. Рол^кча. инженера А. А. Гелнюрй, протййоороп Л. И. Прасолона, С. С, Гаиотина, Г, И, Алуфрична и научного сотрудника II. II. Соколова.

and the Ilmen Lake.

Московская школа геоботанического картографирования развивалась в Московском университете под руководством В. В. Алёхина. Им опубликованы обзорные мелкомасштабные карты европейской и азиатской частей СССР. На «Карте растительности европейской части СССР» В. А. Алёхин показывает только пла-корные типы растительности, при этом более подробно, чем на картах Н. И. Кузнецова, дифференцированы степи, и в качестве самостоятельного зонального типа выделены широколиственные леса.

В. В. Алёхиным был применен новый метод составления двух типов карт на одну и ту же территорию — современного и восстановленного растительного покрова. Такие карты были разработаны им для территории Московской области и бывшей Нижегородской губернии. «Карта современного растительного покрова Московской области» наглядно демонстрирует степень нарушенности растительности, особенно южных регионов, где на белом фоне (как и на карте растительности Белоруссии) даны редкие контуры сохранившихся фрагментов коренных типов. Метод, предложенный В. В. Алёхиным, в дальнейшем не нашел широкого использования и был заменен совмещенным показом современного растительного покрова на фоне восстановленного, когда ясно просматривается связь нарушенной растительности с коренной.

Одной из лучших региональных мелкомасштабных карт, созданных в начале 1930-х гг., является «Геоботаническая карта Казакстана [Казахстана]» м. 1: 2 000 000 (рис. 4). Она составлена большим коллективом авторов из различных учреждений, в том числе и производственных. Для ее составления использованы материалы казахстанских экспедиций Академии наук СССР, бывшего Переселенческого Управления и др. Редакционную коллегию составила «бригада Ботанического института Академии наук СССР» — акад. Б. А. Келлер, проф. Р. И. Аболин и старшие специалисты Ботанического института М. М. Ильин, И. М. Крашенинников и Б. К. Шишкин.

Рис. 4. Первый лист геоботанической карты Казахстана м. 1: 2 000 000. 1933. Fig. 4. The first sheet of the geobotanical map of Kazakhstan.

Карта очень детальна, легенда насчитывает 55 картируемых единиц, а если учесть региональные варианты, показанные буквенными индексами, то количество картируемых единиц возрастает до 80. Контуры имеют естественную рисовку, довольно хорошо проработаны горные системы. Только на пустынных территориях, ввиду их более слабой изученности, контуры несколько схематичны. Красочная шкала выполнена в тонах, отличающихся от современных, но следует уточнить, что эта карта опубликована до выхода в свет мелкомасштабных обзорных карт СССР и европейской части СССР, на которых отрабатывались подходы к иллюминовке карт.2

2 Иллюминовка — придание контурному изображению или его участку объемности с помощью тона в полутоновом изооригинале или посредством штрихов и заливок в штриховом.

Легенда к карте имеет иерархическую структуру и очень логично построена. Высшие ее подразделения соответствуют крупным ботанико-географическим регионам — областям для равнинных территорий: А. Степная область; Б. Полупустынная область; В. Пустынная область. В самостоятельный раздел объединены картируемые единицы растительности гор — Г. Горные области. Заголовками следующего ранга являются подзональные подразделения (названные авторами зонами). Внутри каждой зоны устанавливается определенный порядок следования картируемых единиц. Например, в степной, полупустынной и пустынной областях на первом месте помещаются подразделения легенды, соответствующие плакор-ной растительности, затем галофитные, а в заключение — петрофитные варианты. Растительность песков, солонцов и солончаков, пойм, тугаев, окраин озер и т. д., то есть неплакорная растительность, помещена в разделы азональной растительности, подчиненные соответствующей области.

Даже из краткого анализа видно, как богата содержащаяся на карте информация и насколько квалифицированно разработана ее легенда. По своим подходам она современна, хотя конкретное содержание, если сопоставить его с новейшими картами, частично устарело.

Составлению карты Казахстана предшествовало создание Р. И. Аболиным среднемасштабных почвенно-геоботанических карт на отдельные регионы Казахстана: «Почвенно-ботаническая карта южной части Алма-Атинского округа Казак-ской АССР» и «Почвенно-ботаническая карта восточной части Сыр-Дарьинского округа Казакской АССР», также представленных на выставке.

Время с середины 1930-х до середины 1950-х гг. характеризуется бурным развитием всех направлений картографирования: крупно-, средне- и мелкомасштабного. Идейными лидерами в Ботаническом институте в этот период были Ю. Д. Цинзер-линг (до 1937 г.), А. П. Ильинский, Е. М. Лавренко, В. Б. Сочава. Особенно велики были успехи в области мелкомасштабного картографирования, где Россия заняла ведущие позиции в мировой науке. В этот период под руководством А. П. Ильинского были созданы такие фундаментальные произведения, как «Карта растительности мира» м. 1: 70 000 000, «Карта растительности СССР» м. 1: 15 000 000, «Карта растительности европейской части СССР» м. 1: 7 500 000 для Большого Советского Атласа Мира. Впервые были составлены и опубликованы настенные мелкомасштабные карты растительности: в 1939 г. завершено создание «Карты естественного (восстановленного) растительного покрова Советского Союза» м. 1: 2 500 000 на рельефной основе, которая демонстрировалась на Всесоюзной сельскохозяйственной выставке в Москве в 1939 и 1940 гг. Она была переработана и опубликована как «Карта растительности Союза Советских Социалистических Республик» в м. 1: 5 000 000. В 1948 г. издана «Карта растительности европейской части СССР» м. 1: 2 500 000 с пояснительным текстом. В 1954 г. вышла из печати «Геоботаническая карта СССР» м. 1: 4 000 000 под редакцией Е. М. Лавренко и В. Б. Сочавы с двухтомным пояснительным текстом (Яа81ке1пуу..., 1956). В. Б. Сочава (БосЬауа, 1979) оценил публикацию этой карты как поворотный момент в развитии геоботанического картографирования в нашей стране. На основе этой карты в более упрощенном виде была создана «Карта растительности СССР (для вузов)» м. 1: 4 000 000 под редакцией В. Б. Сочавы (рис. 5). Карта примечательна тем, что на ней растительность показана не только в границах СССР, но и на всех сопредельных территориях, что предоставило возможность оценить связи растительного покрова в целом на Евразийском материке.

Оформление карт, как и построение легенд к ним — важная составляющая общего процесса тематического картографирования. Принципы оформления карт были разработаны Н. И. Кузнецовым при создании Карты растительности европейской части СССР м. 1: 1 050 000, и в дальнейшем они были использованы при составлении мелкомасштабных карт растительности. С 1930-х гг. в составлении и оформлении геоботанических карт принимает участие инженер-картограф А. А. Гербих, а с 1960-х гг. и вплоть до публикации Карты растительности Европы

Рис. 5. Четвертый лист Карты растительности СССР для высших учебных заведений. М. 1 : 4 000 000. 1955. (Показан растительный покров и на сопредельных территориях).

Fig. 5. Fourth sheet of the Vegetation Map of the USSR for higher educational institutions. Scale 1: 4,000,000. 1955. (Vegetation cover is also shown on adjacent territories).

Карты 1954-1977 гг.

Карта растительности Ленинградской области. М. 1: 600 000. 1954. 1 л. Автор А. М. Семёнова-Тян-Шанская при участии Е. П. Матвеевой, И. В. Сырокомской. Рукопись (хранится в кар-тохранилище БИН РАН).

Карта растительности Советской Прибалтики. М. 1: 600 000. 1959. 4 л. Под ред. Т. И. Исаченко, В. Б. Сочавы. Авторы: К. Я. Биркмане, К. И. Брундза, М. П. Галениеце, А. С. Карпенко, Г. И. Козлова, Л. Р. Лаасимер, В. Л. Леонтьев, Е. П. Матвеева, А. М. Семёнова-Тян-Шанская, Л. В. Табак.

Карта растительности Дагестанской АССР. (Масштаб не указан, ~ 1 млн). 1960. 1 л. Под ред. Е. В. Шифферс. Составили: Л. Н. Чиликина, И. И. Волкова, Н. А. Яруллина, Е. В. Шифферс. Л.

Карта растительности Северного Казахстана. М. 1: 1 500 000. 1960. 1 л. Под ред. Е. М. Лавренко. Составили: И. В. Борисова, Е. И. Рачковская, Т. И. Исаченко, А. В. Калинина и З. В. Кара-мышева. М.

Карта растительности юго-востока Западной Сибири. М. 1: 1 000 000 . 1963. 2 л. Под ред. В. Б. Со-чавы, А. В. Куминовой. Составила: Е. И. Лапшина. М.

Карта растительности Кавказа. М. 1: 2 500 000. 1963. 1 л. Автор Е. В. Шифферс. Рукопись (хранится в картохранилище БИН РАН).

Карта растительности Урала. М. 1: 2 500 00. 1963. 1 л. Автор К. Н. Игошина (В статье: Иго-шина К. Н. Растительность Урала // Тр. БИН АН СССР. Сер. III, Геоботаника. Вып. 16. С. 83-230. Вкладка).

(2000) разработкой красочных легенд карт, опубликованных Ботаническим институтом, занималась Г. Д. Катенина. Постепенно сложился подход и рекомендации в отношении употребления цветовых обозначений (ЬикшЬеуа, 1962), применения типографских сеток и штриховок (ОпЬоуа, касЬепко, 1972).

При разработке легенд к большинству перечисленных выше карт, особенно мелкомасштабных, широко использовался регионально-типологический принцип, который прочно утвердился в практике картосоставления и стал традиционным для российской картографической школы, особенно в 1930-1950-е гг. Этот подход

Растительность [СССР]. М. 1: 15 000 000. 1964. Ред. В. Б. Сочава. Автор А. Н. Лукичёва. (В кн.:

Физико-географический атлас мира. М., 1964. С. 241). Растительность [Австралия]. М. 1: 25 000 000. 1964. Ред. В. Б. Сочава. Автор А. А. Корчагин.

(В кн.: Физико-географический атлас мира. М., 1964. С. 187). Растительность [Азия]. М. 1: 25 000 000. 1964. Ред. В. Б. Сочава. Автор А. Н. Лукичёва. (В кн.:

Физико-географический атлас мира. М., 1964. С. 111). Растительность [Европа]. 1964. Ред. В. Б. Сочава. Автор А. Н. Лукичёва. (В кн.: Физико-географический атлас мира. М., 1964. С. 90-91). Растительность [Африка]. 1964. Ред. В. Б. Сочава. Автор А. И. Зубков. (В кн.: Физико-географический атлас мира. М., 1964. С. 130-131). Растительность [Северная Америка]. 1964. Ред. В. Б. Сочава. Автор А. М Семёнова-Тян-

Шанская. (В кн.: Физико-географический атлас мира. М., 1964. С. 151). Растительность [Южная Америка]. 1964. Ред. В. Б. Сочава. Автор Л. Е. Родин. (В кн.: Физико-

географический атлас мира. М., 1964. С. 170-171). Растительность [мира]. 1964. Автор В. Б. Сочава. (В кн.: Физико-географический атлас мира. М., 1964. С. 66-67).

Карта растительности [Азербайджанская ССР]. М. 1: 1 000 000. 1965. 1 л. Автор Л. И. Прилипко. М. Карта растительности [Ленинградской области]. М. 1: 1 500 000. 1967. Автор А. М. Семёнова-

Тян-Шанская. (В кн.: Атлас Ленинградской области. М., 1967. С. 32-33). Карта растительности бассейна Амура. М. 1: 2 500 000. 1968. 1 л. Под ред. В. Б. Сочавы. Составили: С. А. Грибова, А. С. Карпенко, Г. Д. Катенина, Г. Э. Куренцова, Г. А. Пешкова, В. А. Розен-берг. При участии: А. В. Белова, И. С. Ивановой, Ю. И. Манько. М. Карта растительности сухостепного стационара (среднее течение р. Терсаккан). (Масштаб не указан). 1969. 1 л. Авторы З. В. Карамышева, Е. И. Рачковская при участии Н. П. Гуричевой. (В статье: Гуричева Н. П., Карамышева З. В., Рачковская Е. И. Терсакканский сухостепной стационар. Растительность // Биокомплексные исследования в Казахстане. Л., 1969. Ч. 1. С. 86-101. Вкладка; легенда на стр. 481-490). Карты растительности ключевых участков в подзоне широколиственно-хвойных лесов на Аму-ро-Зейском междуречье. 1969. 1 л. Ред. В. Б. Сочава. Составила В. В. Липатова. (В кн.: Амурская тайга (комплексные ботанические описания). Л., 1969. Вкладка). М. Карта растительности Белорусской ССР. М. 1: 1 000 000. 1969. 1 л. Под рук. И. Д. Юркевича. Авторы: В. С. Адерихо, Н. А. Буртыс, В. С. Гельтман, Д. С. Голод, Е. А. Круганова, Н. Ф. Ловчий, Е. Г. Петров, П. Я. Петровский, Н. И. Петручук, Л. П. Смоляк, И. Д. Юркевич, Э. П. Яроше-вич. Минск.

Карта растительности степной части Казахского мелкосопочника. М. 1: 1 500 000. 1975. 2 л. Под

ред. Е. М. Лавренко. Авторы: З. В. Карамышева, Е. И. Рачковская. М. Карта растительности европейской части СССР (Канино-Тиманская и Малоземельская тундра (западная часть Ненецкого национального округа)). М. 1: 1000 000. 1975. 1 л. Науч. ред. С. А. Грибова, Е. М. Лавренко. Авторы: С. А. Грибова, В. В. Липатова, Т. К. Юрковская, А. А. Гербих. М. Карта растительности европейской части СССР (О-36). М. 1: 1000 000. 1975 / 1 л. Науч. ред. Т. И. Исаченко, Е. М. Лавренко. Авторы: С. А. Грибова, Т. И. Исаченко, Г. Д. Катенина,

A. С. Карпенко, В. В. Липатова, Т. К. Юрковская, А. А. Гербих. М.

Карта растительности европейской части СССР (О-37). М. 1: 1000 000. 1975 / 1 л. Науч. ред. Т. И. Исаченко, Е. М. Лавренко. Авторы: С. А. Грибова, Т. И. Исаченко, Г. Д. Катенина,

B. В. Липатова, Т. К. Юрковская, А. А. Гербих. М.

Карта растительности европейской части СССР (О-39). М. 1: 1000 000. 1975 / 1 л. Науч. ред.

А. С. Карпенко, Е. М. Лавренко. Авторы: А. С. Карпенко, А. А. Гербих. М. Растительность Западно-Сибирской равнины. М. 1: 1 500 000. 1976. 4 л. Ред. И. С. Ильина. Авторы: И. С. Ильина, Е. И. Лапшина, В. Д. Махно, Е. А. Романова. М. Карта растительности Белорусской ССР. М. 1: 600 000. 1977. 2 л. Под ред. И. Д. Юркеви-ча, Д. С. Голода. Составили: В. С. Адерихо, В. И. Бандурин, Д. С. Голод, Е. А. Круганова, Н. И. Петручук, И. Д. Юркевич. М.

предполагает использование множества критериев, которые привлекаются в процессе анализа растительности с целью ее картирования. Главными из них являются типологический (таксономическое разнообразие растительных сообществ) и географический (региональные отличия растительности). Широко используются также флористический, экологический, биоморфологический, структурно-динамический и другие критерии. Эти признаки обычно привлекаются последовательно на разных этапах анализа растительности и включаются в структуру легенды на разных уровнях ее организации. Вследствие этого легенда к карте представляет собой многоступенчатую иерархическую систему рубрикаций, каждая из которых несет определенную нагрузку.

Наиболее крупные подразделения легенды отражают категории растительности, которые для плакорных условий соответствуют, в большинстве случаев, зональным типам растительности (тундры, тайга, широколиственные леса, степи, пустыни и т. д.). При их установлении используется не только состав экобиоморф господствующих синузий, но и весь спектр экобиоморф, а также состав характерных синузий. Подразделения легенды 2-3-го уровней (на разных картах — по-разному) отражают различия картируемых единиц, обусловленные приуроченностью к различным регионам (горные или равнинные территории), или вскрывают подзональную или высотно-поясную дифференциацию. Один из важнейших критериев — географический — подчеркивает провинциальные (секторальные) или подпровинциальные отличия растительности. Обычно эти отличия формулируются в диагнозах картируемых единиц, куда кроме эдификаторных и доминантных видов включаются виды, имеющие определенную географическую ориентацию (иначе говоря, группы геоэлементов). Картируемыми единицами являются (в зависимости от масштаба карт) различные классификационные единицы растительности (ассоциации, группы ассоциаций, классы ассоциаций или их совокупности), а также территориальные единицы (например, для пойм, песчаных и мелкосопочных массивов и других местообитаний с пестрым, некартируемым в масштабе растительным покровом).

Вторая половина 1950-х—1980-е гг. характеризуются существенными особенностями в развитии картографирования растительности: появлением новой иркутской ботанико-картографической школы, широкими теоретическими обобщениями, созданием карт нового типа.

В 1950-1960-е гг. возникает новая иркутская картографическая школа, центром которой стал Институт географии Сибири и Дальнего Востока Сибирского филиала АН СССР, основанный в 1957 г. Директором института и главой иркутской картографической школы являлся В. Б. Сочава. Эта школа отличается особым подходом к разработке легенд к картам растительности. Если для ленинградской картографической школы оставался традиционным регионально-типологический принцип, то В. Б. Сочава предложил новый географо-генетический подход, опирающийся на генетическую классификацию растительности, которая построена с учетом не только типологических, флористических, экологических критериев, но и генетических связей. Формации и фратрии формаций, являющиеся картируемыми единицами на мелкомасштабных и обобщенных среднемасштабных картах, подчиняются широко трактуемым типам растительности, а затем свитам (системам) типов растительности, которые показываются на мелкомасштабных картах. Тип растительности, в понимании В. Б. Сочавы, характеризуется определенным набором биоморф с характерными для каждого типа растительности жизненными формами; типу растительности присущи определенный круг эколого-геогра-фических связей и своя структурно-динамическая система в виде экологических и неогенетических (сукцессионных) рядов. Отображаемые на картах фратрии объединяют формации, связанные друг с другом сукцессионными связями, возникшими в процессе их сосуществования в пределах определенного природного региона. На основе географо-генетического принципа построены легенды многих карт, созданных не только в Институте географии в Иркутске (как «Карта рас-

тительности юга Восточной Сибири» м. 1: 1 500 000, составленная А. В. Беловым — Бе1оу, 1972; карта «Растительность Западно-Сибирской равнины» (1976) под ред. И. С. Ильиной), но и в других научных центрах, например, в Московском государственном университете им. М. В. Ломоносова (МГУ) («Карта растительности Алтая», составленная Г. Н. Огуреевой — Ogureeva, 1980). Особенно последовательно этот принцип воплощен в картах растительности мира, материков и СССР, созданных для «Физико-географического атласа мира» (РЬу81ко-..., 1964) под руководством и при участии В. Б. Сочавы.

Создание обзорной карты растительности столь обширного региона, каким является Западно-Сибирская равнина, потребовало, кроме анализа большого фактического материала, решения некоторых теоретических вопросов, связанных, главным образом, с обоснованием принципов построения легенды. В основу легенды карты положена географо-генетическая классификация растительности В. Б. Со-чавы. Крупные подразделения легенды соответствуют высшим таксономическим категориям этой классификации — типам растительности, фратриям растительных формаций и региональным комплексам. На территории Западно-Сибирской равнины выделяются 3 типа растительности — тундровый, бореальный и степной. Каждый тип в своем составе объединяет лесные, болотные, луговые сообщества, образованные разными биоморфами и тесно связанные друг с другом экологией и процессами динамики. Сообщества бореального типа растительности представлены Урало-Сибирской фратрией формаций, в пределах тундрового типа выделены две фратрии — Арктическая и Амфиатлантическая, в пределах степного типа — одна Заволжско-Казахстанская. Подзональные типы растительных сообществ выделяются в пределах региональных групп формаций. Структура разделов легенды, где систематизированы непосредственно картируемые единицы растительного покрова, отражает динамические категории растительности.

Гетерогенность растительного покрова показана хорологическими категориями: это типы и группы типов комплексов растительных сообществ, типы сочетаний, эколого-динамические ряды, типы болотных массивов. Пойменная растительность крупных рек отображена обобщенными динамическими рядами: звенья серий и серии растительности для отдельных участков пойм Оби и Иртыша. Основная часть легенды карты насчитывает 144 красочно-штриховых обозначения, что в 3-4 раза превышает число подразделений растительности на ранее опубликованных обзорных геоботанических картах этой территории. Кроме основных номеров, в легенде помещены дополнительные обозначения для некартируемых в данном масштабе растительных сообществ или отдельных видов растений, редких или интересных в ботанико-географическом отношении.

В эти же годы в Ботаническом институте в Ленинграде продолжаются работы по составлению обобщенных среднемасштабных, мелкомасштабных, а также крупномасштабных карт, при этом совершенствуется и развивается регионально-типологический принцип. Основные карты, изданные в это время, — «Карта растительности Советской Прибалтики» м. 1: 600 000, «Карта растительности Северного Казахстана» м. 1: 1 500 000, «Карта растительности бассейна Амура» м. 1: 2 500 000, «Карта растительности степной части Казахского мелкосопочни-ка» м. 1: 1 500 000 и др.

Созданию «Карты растительности степной части Казахского мелкосопочни-ка» предшествовали многолетние полевые работы и глубокие теоретические исследования, направленные на разработку типологии степной растительности и принципов классификации различных категорий неоднородного по структуре растительного покрова степного Казахстана, и появление структурно-динамического принципа в показе растительного покрова.

Карта издана на двух листах. На первом листе размещена сама карта и дополняющие ее карты-врезки м. 1: 10 000 000: гипсометрическая, климатическая, геоморфологическая, почвенная, а также схема ботанико-географического районирования и карта ареалов растений. На втором листе — легенда карты, которая

построена по зонально-типологическому принципу, традиционному для мелкомасштабных карт, создаваемых в 1950-1980-х гг. Подзаголовки высшего ранга соответствуют типам растительности или их сочетаниям. Поскольку закартированная территория находится в пределах степной зоны, наиболее подробно разработана легенда для степного типа растительности. Более низкие по рангу подзаголовки выделяют различные категории растительного покрова в зависимости от эдафи-ческих особенностей, т. е. механического состава почв, степени их карбонатности и солонцеватости и т. п. Всего выделено 10 эдафических вариантов степной растительности.

На карте нашли свое отражение не только гомогенные, однородные по структуре выделы растительного покрова (ассоциации, группы ассоциаций и другие единицы), но и гетерогенные — неоднородные выделы растительного покрова

Карты 1979-2000 гг.

Карта растительности европейской части СССР. М. 1: 2 500 000. 1974.3 6 л. Отв. ред. Т. И. Исаченко, Е. М. Лавренко. Редакционная группа: С. А. Грибова, Т. И. Исаченко, А. С. Карпенко, Е. М. Лавренко, В. В. Липатова, Т. К. Юрковская, А. А. Гербих, Г. Д. Катенина. Специальное содержание карты на отдельные регионы составили: РСФСР— Т. Г. Абрамова, В. Д. Александрова, В. А. Батырева, В. К. Богачёв, Б. Н. Горбачёв, П. Л. Горчаковский, С. А. Грибова, Т. И. Исаченко, Н. С. Камышев, А. С. Карпенко, Г. Д. Катенина, Г. И. Козлова, И. С. Косенко, Е. М. Лавренко, А. Н. Лащенкова, В. К. Левин, В. В. Липатова, Н. П. Литвинова, Н. И. Непоми-луева, С. И. Никитин, Н. Н. Никонова, К. К. Полуяхтов, И. Н. Сафронова, М. А. Скавронский, М. П. Соловьева, А. А. Солянов, В. Г. Танфильев, А. О. Тарасов, Т. В. Фамелис, И. Т. Фёдорова, М. С. Хомутова, Е. Г. Чернов, М. И. Шарафутдинов, Т. К. Юрковская. УССР — Д. Я. Афанасьев, Г. И. Билык, Е. М. Брадис, Ф. А. Гринь, А. А. Запятова, Н. И. Косец, В. К. Мякушко,

B. А. Поварницын, В. С. Ткаченко, Ю. Р. Шеляг-Сосонко. БССР — В. С. Адерихо, Н. А. Бур-тыс, В. С. Гельтман, Д. С. Голод, Е. А. Круганова, Н. Ф. Ловчий, Е. Г. Петров, П. Я. Петровский, Н. И. Петручук, Л. П. Смоляк, И. Д. Юркевич, Э. П. Ярошевич. Кавказ — В. М. Богданов, Н. Н. Кецховели, Я. И. Мулкиджанян, Л. И. Прилипко, М. Ф. Сахокия, И. И. Тумаджанов. Прибалтика: Литовская ССР — А.-Р. А. Будрюнас, Р. Ю. Пакальнис; Латвийская ССР — К. Я. Бирк-мане, Л. В. Табака; Эстонская ССР — Л. Р. Лаасимер. Молдавская ССР — Т. С. Гейдеман. М.

Нечерноземная зона РСФСР. Геоботаническая карта. М. 1: 1 500 000. 1976. 4 л. Редакционная коллегия: Т. И. Исаченко и А. С. Карпенко (леса), С. А. Грибова (тундры), Т. К. Юрковская (болота), В. В. Липатова (луга) и Г. Д. Катенина (техническая редакция). Специальное ботаническое содержание на отдельные регионы составили: Карельская АССР — Т. К. Юрковская; Коми АССР — А. Н. Лащенкова, Н. И. Непомилуева; Марийская АССР — С. А. Грибова; Мордовская АССР — В. К. Левин; Удмуртская АССР — А. С. Карпенко; Чувашская АССР —

C. А. Грибова; Архангельская обл. — Т. Г. Абрамова, С. А. Грибова, Г. И. Козлова; Брянская обл. — Т. И. Исаченко, В. В. Липатова; Владимирская обл. — Т. И. Исаченко, Г. Д. Катенина; Вологодская обл. — Т. Г. Абрамова, Г. И. Козлова; Горьковская обл. — С. А. Грибова, К. К. Полуяхтов; Ивановская обл. — Г. Д. Катенина; Калининградская обл. — А. С. Карпенко; Калининская обл. — С. А. Грибова, Т. К. Юрковская; Калужская обл. — М. П. Соловьёва, М. С. Хомутова; Кировская обл. — А. С. Карпенко; Костромская обл. — Г. Д. Катенина; Ленинградская обл. — Т. И. Исаченко, Г. Д. Катенина; Московская обл. — Г. Д. Катенина, Т. К. Юрковская; Мурманская обл. — Е. Г. Чернов; Новгородская обл. — Т. И. Исаченко, Г. Д. Катенина; Орловская обл. — Т. И. Исаченко, В. В. Липатова; Пермская обл. — П. Л. Горчаковский, А. С. Карпенко, Н. Н. Никонова, Т. В. Фамелис, М. И. Шарафутдинов; Псковская обл. — А. С. Карпенко; Рязанская обл. — Т. И. Исаченко, Г. Д. Катенина; Свердловская обл. — П. Л. Горчаковский, Н. Н. Никонова, Т. В. Фамелис, М. И. Шарафутдинов; Смоленская обл. — В. А. Батырева; Тульская обл. — Т. И. Исаченко, Г. Д. Катенина; Ярославская обл. — В. К. Богачёв, Т. И. Исаченко. М.

Карта растительности Заалтайской Гоби. М. 1: 1 000 000. 1978. 1 л. Авторы: Е. И. Рачковская, Е. А. Волкова. Рукопись (хранится в Лаборатории географии и картографии БИН РАН).

Карта растительности северо-западной Монголии. М. 1 000 000. 1978. 1 л. Авторы: З. В. Карамы-шева, Д. Банзрагч. Рукопись (хранится в Лаборатории географии и картографии БИН РАН).

Карта растительности Монгольской Народной Республики. М. 1: 1 500 000. 1979. 4 л. Общая научная редакция Е. М. Лавренко. Специальное содержание составили: А. А. Юнатов, Б. Дашням при участии А. А. Гербиха. Легенда дополнена Б. Дашнямом, З. В. Карамышевой, Е. М. Лавренко, Б. М. Миркиным, Е. И. Рачковской при участии А. В. Калининой. М.

3 Нередко на картах имеются расхождения в датах: на титуле карты указывается год окончательной подготовки авторским коллективом, а рядом с указанием типографии (обычно в одном из

нижних углов карты) приводится год печати. Данная карта была издана в 1979 г.

Байкало-Амурская железнодорожная магистраль. Растительность. М. 1: 2 500 000. 1983. 2 л.

Отв. ред. А. В. Белов. Автор Н. Н. Лавренко. М. Карта растительности Украинской ССР. М. 1: 1 500 000. 1984. 1 л. Под ред. Г. И. Билыка, Ю. Р. Шеляг-Сосонко. Авторы: Т. Л. Андриенко, Д. Я. Афанасьев, Г. И. Билык, В. В. Осыч-нюк, В. К. Мякушко, Ю. Р. Шеляг-Сосонко. М. Карта растительности европейской части СССР и Кавказа (для вузов). М. 1: 2 000 000. 1987. 4 л. Отв. ред. Т. В. Котова. Науч. ред. С. А. Грибова, Т. И. Исаченко. Авторы: С. А. Грибова, Т. И. Исаченко, В. В. Липатова, Т. К. Юрковская. М. Растительность [Монголии]. М. 1: 3 000 000. 1990. Под ред. З. В. Карамышевой и Е. М. Лавренко. Авторы: Е. А. Волкова, З. В. Карамышева, Е. И. Рачковская, Б. Дашням, Г. Цэдэндаш, У. Бе-кет. (В кн.: Монгольская Народная Республика. Национальный атлас. М.; Улан-Батор, 1990. С. 72-73).

Растительность СССР. Для высших учебных заведений. М. 1: 4 000 000. 1990. 4 л. Отв. ред.: А. В. Белов, С. А. Грибова, З. В. Карамышева, Т. В. Котова. Редакционная группа: Т. И. Исаченко, З. В. Карамышева, Г. М. Ладыгина, И. Н. Сафронова, Т. Н. Юрковская. Специальное содержание карты разработали: А. В. Белов, И. И. Букс, С. А. Грибова, Т. И. Исаченко, Н. М. Калибернова, З. В. Карамышева, Г. Д. Катенина, Г. М. Ладыгина, В. В. Липатова, Н. П. Литвинова, Н. И. Никольская, Е. И. Рачковская, И. Н. Сафронова, В. Н. Храмцов, Т. К. Юрковская, И. С. Ильина, Ю. С. Прозоров. М. Карта растительности Казахстана и Средней Азии (в пределах пустынной области). М. 1:2 500 000. 1995. 3 л. Гл. ред. Е. И. Рачковская. Ред. Г. М. Ладыгина, Е. И. Рачковская, И. Н. Сафронова. Редакционная группа: Н. И. Акжигитова, Н. М. Калибернова, Г. Д. Катенина, Л. Я. Курочкина, Н. П. Литвинова, Н. И. Никольская, В. Н. Храмцов. Авторы: Н. И. Акжигитова, С. А. Ары-стангалиев, Б. Б. Бердыев, Г. Г. Бижанова, Е. А. Востокова, Д. Д. Вышивкин, Г. С. Калёнов,

H. М. Калибернова, Л. Я. Курочкина, Г. М. Ладыгина, Н. П. Литвинова, З. А. Майлун, Г. Б. Ма-кулбекова, А. Н. Малыхина, Н. И. Никольская, С. С. Новикова, Н. П. Огарь, Р. П. Плисак, Е. И. Рачковская, И. И. Ролдугин, М. С. Сафаров, И. H. Сафронова, М. С. Тасекеев, В. И. Терехов, А. В. Фридман, В. Н. Храмцов, И. Н. Шестакова. М.

Карта растительности Московской области. М. 1: 200 000. 1996. 4 л. Гл. ред. Г. Н. Огуреева. Ред.

Т. В. Котова. Авторы: И. М. Микляева, Г. Н. Огуреева, Е. Г. Суслова, Л. В. Швергунова. М. Карта восстановленной растительности Центральной и Восточной Европы. М. 1: 2 500 000. 1996. 6 л. Отв. ред. С. А. Грибова, Р. Нейхейсл. Авторы национальных карт: Беларусь — Д. С. Голод; Болгария — И. Бондев; Венгрия — А. Борхиди, Б. Золиоми, Г. Фекете, И. Хорват (ред.

A. Борхиди); Германия — Г. Гофманн, А. Скамони, X. Шлютер (ред. Г. Гофманн, X. Шлютер); Грузия — А. Г. Долуханов, Н. И. Зазанашвили, М. А. Иванишвили, Г. Ш. Нахуцришвили (ред. Г. Ш. Нахуцришвили); Казахстан (междуречье Волга-Урал) — И. Н. Сафронова; Польша —

B. Матушкевич; Россия — С. А. Грибова, Т. И. Исаченко, З. В. Карамышева, Г. Д. Катенина, Е. М. Лавренко, В. В. Липатова, И. Н. Сафронова, Т. К. Юрковская (ред. С. А. Грибова, З. В. Карамышева); Румыния — Н. Доница, И. Драгу, Д. Иван, Г. Колдев, Н. Роман, Г. Бабака, И. Мунтяну (ред. Н. Доница); Словакия — Ш. Маглоцкий, Я. Михалко, Я. Моравец (ред. Я. Михалко); Украина — Ю. Р. Шеляг-Сосонко; Чехия — Р. Нейхейсл, З. Нейхейслова-Но-вотна, К. Рыбничек (ред. Р. Нейхейсл). СПб.

Karte der natürlichen Vegetation Europas (Map of the Natural Vegetation of Europe). Maßstab/Scale 1: 2 500 000. 2000. [9 л.] General coordination: U. Bohn (Bonn), R. Neuhausl (Pruhonice). Compilation and coordination for the former USSR: S. A. Gribova, Т. К. Jurkovskaja, Z. V. Karamy-seva (St. Petersburg). Contributors for the different countries: Albania — J. Vangjeli, P. Hoda, Th. Raus; Austria — H. Wagner, K. Zukrigl; Belgium — A. Noirfalise; Bulgaria — I. Bondev; Czech Republic — J. Moravec, R. Neuhausl, Z. Neuhauslova; Denmark (incl. Faroe Islands) — P. Ves-tergaard, K. Hansen; Finland — L. Hamet-Ahti, H. Toivonen; France — P. Ozenda, J.-M. Gehu, U. Bohn, J. C. Rameau; Germany — U. Bohn, L. Schroder, W. Trautmann, G. Hofmann, A. Sca-moni, H. Schlüter; Greece — Th. Raus, E. Bergmeier; Hungary — A. Borhidi, B. Zolyomi; Iceland — E. Einarsson, G. Gudjonsson, R. Glawion; Ireland — J. Cross; Italy (incl. San Marino, Malta) — F. Pedrotti; The Netherlands — J. T. R. Kalkhoven; Norway (incl. Svalbard) — R. Elven, O. Vevle, A. Elvebakk; Poland — W. Matuszkiewicz; Portugal — S. Rivas-Martinez, C. J. Pinto Gomes; Romania — N. Donitä; Slovakia — J. Michalko, S. Maglocky; Spain — S. Rivas-Martinez; Sweden — L. Pahlsson; Switzerland — O. Hegg, F. Klotzli; Turkey (European part) — M. D. Kan-tarci; United Kingdom — J. Rodwell; Former Yugoslavia — P. Fukarek, M. Zupancic, R. Lakusic,

I. Trinajstic; Croatia — I. Trinajstic, I. Sugar; Slovenia — M. Zupancic, I. Puncer, A. Seliskar; Former USSR (European part) — S. A. Gribova, T. I. Isacenko, E. M. Lavrenko, V. V. Lipatova, Т. К. Jurkovskaja, Z. V. Karamyseva, I. N. Safronova; Estonia — J. Sultson; Ukraine — J. R. Seljag-Sosonko, J. P. Diduch; Caucasian States (Georgia, Armenia, Azerbaijan) — A. G. Doluchanov, G. S. Nachucrisvili, N. Zazanasvili, M. Ivanisvili. Compilation of specific formations: Atlantic Heaths — A. Noirfalise, J. Cross; Coastal vegetation — J.-M. Gehu, O.-D. Ivan; Mires — K. Ryb-nicek, J. Cross, Т. К. Jurkovskaja; Alluvial vegetation — Z. Neuhauslova, V. V. Lipatova. Bonn. 9 л. + 1 sheet of legend + 1 sheet generalized map (1: 10 000 000) with legend.

(территориальные, или хорологические, единицы), включающие совокупности нескольких фитоценозов: серии сообществ, комплексы сообществ, микропоясные ряды сообществ, совокупности серий. Использованы и более сложные по структуре территориальные единицы — типы поясного расчленения, под которыми понимается определенное сочетание растительных сообществ (или их серий), закономерно сменяющих друг друга в высотном ряду. Кроме легенды, на карте дана краткая пояснительная записка, раскрывающая диагностические признаки выделения основных картируемых единиц, что облегчает понимание растительности.

Геоботаническое содержание номера легенды раскрывается путем перечисления эдификаторных и доминантных видов растений, а для большинства выделов указывается, кроме того, группа дифференциальных видов. Широко использована система буквенных индексов 3 типов, причем они несут различную ботаническую нагрузку. Красочная легенда карты насчитывает 107 цветовых и красочно-штриховых номеров. Большую смысловую нагрузку несут 3 типа внемасштабных знаков, выполненных в разных цветах. Картографическое оформление карты, сочетающее удачный подбор цветов с большим разнообразием красочно-штриховых знаков, делает ее хорошо читаемой и в то же время обусловливает ее большую информационную емкость.

Сложившийся в Ботаническом институте в конце 1950-1960-е гг. коллектив геоботаников-картографов одновременно работал над составлением карт растительности на разные регионы страны и в разных масштабах. Внедрение нового в теории геоботаники и картографии происходило одномоментно и с последующим развитием. Этому способствовала работа Лаборатории географии и картографии растительности под руководством Е. М. Лавренко и организация в 1963 г. ежегодника «Геоботаническое картографирование» под редакцией В. Б. Сочавы, в котором концентрировались основные публикации по этому направлению науки и помещались вновь созданные, разнообразные по содержанию карты (или их фрагменты), легенды и оригинальные работы по их анализу.

В 1972 г. была опубликована в 4-м томе «Полевой геоботаники» исключительно ценная программно-методическая работа С. А. Грибовой и Т. И. Исаченко «Картирование растительности в съемочных масштабах» (ОпЬоуа, касЬепко, 1972). В ней авторы рассматривают не только вопросы методики и техники полевой геоботанической съемки, но и анализируют весь процесс создания карт растительности, а также рассматривают основные теоретические вопросы геоботаники применительно к картированию. В публикации обсуждаются разные схемы классификации растительности, разрабатываемые как в России, так и за рубежом, и соотношение их с легендами карт. Приводятся определения территориальных единиц, динамических категорий растительности и возможности их отображения на картах. Эта работа до настоящего времени является актуальным учебным пособием для всех геоботаников-картографов.

В 1979 г. была опубликована «Карта растительности европейской части СССР» м. 1: 2 500 000, которую можно рассматривать как итог ботанико-географических исследований европейской части СССР на 1970-е гг. Несмотря на мелкий масштаб, карта отличается наибольшей информативностью и богатством содержания. Легенда карты отражает все разнообразие растительного покрова европейской части страны, Кавказа (включая Закавказье) и Урала (включая его восточные склоны), с предельно возможной для заданного масштаба подробностью. При ее составлении были учтены и в различной степени использованы легенды региональных карт: Украины, Крыма, Белоруссии, Молдавии, Латвии, Литвы, Эстонии, Кавказа и др.

Легенда систематизирует многочисленные сведения по типологии и географии растительности. В отличие от легенд ранее изданных мелкомасштабных карт, она более полно раскрывает флористический состав, структурные особенности и географическую приуроченность картируемых подразделений. На карте воплотились все знания, многочисленные идеи и способы показа растительного покрова, накопленные за все предыдущие 70 лет геоботанического картографиро-

вания. Карта сопровождается книгой (ЯазиДеЫозД..., 1980) с пояснительным текстом, картой районирования и 10 аналитическими картами м. 1: 7 500 000.

На основе этой карты составлено несколько карт растительности: «Нечерноземная зона РСФСР. Геоботаническая карта», «Карта растительности европейской части СССР и Кавказа (для вузов)».

Начиная с 1970 г. в Монголии работала совместная Советско-Монгольская (позднее Российско-Монгольская) комплексная биологическая экспедиция; в результате ботанико-географических исследований создано большое количество карт разного масштаба. В 1979 г. вышла из печати «Карта растительности Монгольской Народной Республики» м. 1: 1 500 000. Основная работа по созданию авторского макета выполнена лучшим знатоком растительности Центральной Азии А. А. Юнатовым, а также монгольским геоботаником Б. Дашнямом. При подготовке карты к печати она была существенно дополнена сотрудниками Отдела геоботаники БИН (А. В. Калининой, З. В. Карамышевой, Е. М. Лавренко, Е. И. Рачковской), а также Б. М. Миркиным. В легенде нашли воплощение существующие на то время представления о зональном и подзональном расчленении растительного покрова МНР, о региональных особенностях растительности, о высотной дифференциации растительности в ее горных массивах. Легенда к карте — определенный итог работы по инвентаризации растительных сообществ МНР. На карте с помощью красочных обозначений, штриховок, буквенных шифров и внемасштабных знаков показано распространение свыше 200 подразделений растительного покрова, являющихся типологическими единицами разного ранга или их сочетаниями. Карта отражает многие закономерности растительного покрова МНР: широтную зональность, высотную поясность, предгорно-гумидную зональность, котловинный эффект и др.

Для отдельных регионов Монголии были составлены среднемасштабные карты (м. 1: 1 000 000): «Карта растительности Заалтайской Гоби» (Е. И. Рачковская, Е. А. Волкова), «Карта растительности Джунгарской Гоби» (Е. И. Рачковская, Е. А. Волкова), «Карта растительности северо-западной Монголии» (З. В. Кара-мышева, Д. Банзрагч).

На основе собранных новых данных совместно с монгольскими геоботаниками была создана мелкомасштабная (м. 1: 3 000 000) карта «Растительность» для первого Национального атласа этой страны (Мо^оккауа..., 1990). На ней дано дробное разделение высокогорной растительности, уточнены высотно-поясные типы лесов и состав лесообразующих пород, установлена детальная зональная и высот-но-поясная дифференциация степной и пустынной растительности. Впервые осуществлена региональная дифференциация растительности применительно ко всей территории МНР. Всего на карте показаны 142 подразделения растительности.

В начале 1970-х гг. Ботанический институт возглавил работу по составлению «Карты растительности Казахстана и Средней Азии (в пределах пустынной области)» м. 1: 2 500 000. В работе принял участие большой коллектив ботаников из России, Казахстана, Таджикистана, Туркменистана и Узбекистана. В основу карты были положены идеи и проекты Е. М. Лавренко, научное руководство осуществляла Е. И. Рачковская. Многолетние (более 15 лет) полевые исследования и аналитическая работа авторов в процессе создания карты позволили осмыслить и, в одних случаях, подтвердить справедливость традиционных представлений о растительности пустынь, в других — внести в них коррективы. Так, в процессе работы было уточнено понятие пустынного типа растительности и принята его широкая трактовка. Детально показана на карте растительность солончаков и долин. Новую трактовку получила на этой карте и сложная растительность гор Средней Азии. Обосновано выделение саванноидного и фриганоидного типов растительности.

Легенда к карте построена по традиционному регионально-типологическому принципу и состоит из многоступенчатой системы заголовков, которым подчинены основные картируемые подразделения. Легенда состоит из двух дополняющих друг друга частей. Первая (текстовая) — это система картографических единиц, упорядоченных по типологическому принципу. Вторая — матрица, отражающая

высотно-поясную и ботанико-географическую дифференциацию картируемой растительности.4 Матрица информирует о принадлежности каждой картируемой единицы к крупным типологическим категориям растительности и указывает на их положение в зональной (подзональной) полосе или высотном поясе и его региональном подразделении. При этом в легенде часто указывается более дробная региональная дифференциация.

При составлении карты такого крупного природного региона, каковым является территория пустынь Казахстана и Средней Азии, перед авторами стояла задача, в первую очередь, отразить основные широтные (зональные и подзональные) закономерности растительного покрова, связанные с изменением солярного и термического режимов при движении с севера на юг (показаны 3 подзональных типа: северные, средние и южные пустыни). Отражены также региональные отличия в направлении с запада на восток. Самостоятельными разделами дана растительность солончаков и долин рек. Выделены 5 крупных подразделов, характеризующих растительность предгорных равнин и низкогорий.

В легенде и на карте детально показаны связи растительности с почвенными условиями и литологическим составом подстилающих пород. Выделены 7 типов эдафических вариантов по механическому составу почв и 7 вариантов по степени засоления почв и химизму подстилающих пород. Горизонтальная структура растительного покрова равнин, мелкосопочников и низкогорий показана 8 типами территориальных единиц.

Чрезвычайно сложная задача стояла при картировании растительности гор. Сложность и самобытность растительности гор Средней Азии определяется географическим положением и историей формирования растительного покрова этого региона, который лежит на границе двух тепловых поясов Земли — умеренного и субтропического; здесь происходит смена различных режимов увлажнения: вос-точносредиземноморского с зимне-весенним выпадением осадков на переходный к центральноазиатскому с весенне-летним выпадением осадков. Территория находится на стыке нескольких ботанико-географических областей и отличается чрезвычайным богатством и разнообразием флоры.

Легенда содержит 266 основных номеров (89 — горная растительность и 177 — равнинная), а с учетом цифровых и буквенных индексов показано 569 (173 в горах и 396 на равнинах) картируемых подразделений растительности. По своей нагрузке она приближается к среднемасштабным картам, а по содержанию соответствует требованиям, предъявляемым к справочным универсальным картам.

Вследствие сложной экономической ситуации в стране эта карта была опубликована только в 1995 г. Это была первая карта растительности, подготовленная к печати на компьютере. К тому времени картографические фабрики либо оказались за рубежом (на Украине, в Узбекистане и др.), либо находились на грани развала или запрашивали несоразмерное финансирование. Карта была подготовлена на 3 листах и тиражирована в Москве, а брошюра с текстовой легендой отпечатана в Санкт-Петербурге на средства гранта, полученного Е. И. Рачковской. К 2000 г. карта была переведена в векторную версию для работы в ГИС-программах GeoGraph (GeoDraw) и ArcView (Khramtsov, Rachkovskaya, 2000). Это способствовало быстрому созданию разнообразных аналитических карт, 35 из них вошли в коллективную монографию «Ботаническая география Казахстана и Средней Азии (в пределах пустынной области)» (Botanical..., 2003), опубликованную на русском и английском языках.

Крупной работой в этот период является карта «Растительность СССР» для высшей школы м. 1: 4 000 000, созданная коллективом ученых Лаборатории географии и картографии БИН, сотрудников Института географии СО АН СССР и Лаборатории комплексного картографирования МГУ. По информативности, бо-

4 Матричные формы легенды в это же время разрабатывались и для других карт, в частности для «Карта восстановленной растительности Центральной и Восточной Европы» с целью более наглядно показать различные закономерности и связи растительности с экологическими факторами среды.

гатству фактического материала, принципам построения легенды эта карта приближается к общенаучным картам.

В 1996 г. была опубликована «Карта растительности Московской области», выполненная в обобщенном крупном масштабе (1: 200 000) коллективом биогеографов МГУ. Это первая детальная инвентаризационная карта для московского региона. Легенда к карте отражает динамику, происходящую в лесных сообществах под влиянием различных факторов и выражающуюся в смене видов древесных до-минантов, что последовательно и наглядно показано в матричной форме легенды, в основу которой положена эколого-динамическая классификация растительности В. Б. Сочавы. С максимальным разнообразием и очень детально (при помощи около 200 цифровых и буквенных индексов) показана лесная растительность региона. Луга подразделены на естественные и сеяные, в матрицах они распределены по степени богатства почв и увлажнению, их разнообразие отражено 28 номерами. Структура легенды построена по типологическому принципу и содержит 93 основных номера. Отдельно показаны сады, торфоразработки и пахотные земли. Созданная карта крупного региона центральной России с сильно трансформированным растительным покровом, безусловно, имеет большое значение для практических и научных целей.

В 1975 г. на Международном Ботаническом конгрессе, проходившем в Ленинграде (организатором которого был Ботанический институт), Е. М. Лавренко предложил проект создания карты растительности Европы. Инициаторами проекта, кроме акад. Е. М. Лавренко, стали профессор Гренобльского университета акад. П. Озан-да (Франция), директор Государственного института охраны природы и экологии ландшафта в Бонне проф. В. Траутманн (ФРГ) и директор Ботанического института чл.-корр. АН Чехословакии Сл. Гейны. Осуществление работ в конце 1970-х и в 1980-е гг. во многом обязано куратору проекта Р. Нейхейслу — ведущему фи-тоценологу Европы, чл.-корр., а затем академику, директору Института ботаники Чехословацкой АН, вице-президенту Международной ассоциации наук о растительности (¡ЛУБ). Важно, что российские участники были представлены специалистами высокой квалификации, имеющими большой опыт составления и редактирования карт растительности — Т. И. Исаченко, С. А. Грибовой, З. В. Карамышевой, Т. К. Юрковской.

Создание карты растительности европейского субконтинента — пример уникального международного сотрудничества геоботаников-картографов, фитосоцио-логов, ботанико-географов практически всех стран Европы: ученых, представляющих различные фитоценотические школы, с разными подходами к классификации растительности, ученых из стран, различающихся по опыту и уровню картографирования растительности и, особенно, обзорного мелкомасштабного картографирования, стран с различными политическими системами, что, как это ни парадоксально, очень существенно влияло на процесс создания единой карты для стран Центральной, Восточной и Западной Европы.

Ныне может показаться абсурдным, но тематические карты масштабов 1: 2.5 млн (в котором и планировалась карта Европы) и даже 1: 4 млн (т. е. 40 км в 1 см!) в период создания карты относились в нашей стране к материалам «для служебного пользования». Поэтому российские участники проекта не могли при обсуждении теоретических подходов к построению легенды демонстрировать на рабочих совещаниях многочисленные обзорные карты растительности СССР, отдельных крупных его регионов, карты материков и мира, созданные на основе традиций российской ботанико-картографической школы и опубликованные до начала работ над картой Европы.

Картографические материалы для территорий стран СЭВ5 (Центральной и Восточной Европы) были в большей степени подготовлены к печати и уже в 1986 г.

5 СЭВ (Совет экономической взаимопомощи) — межправительственная экономическая организация, существовавшая в 1949-1991 гг.

«Карта восстановленной растительности Центральной и Восточной Европы» была сдана в печать на Винницкую картфабрику (Украина). Оформление карты осуществлялось в Лаборатории географии и картографии растительности БИН под руководством Г. Д. Катениной. Работы на картфабрике начались лишь в 1989 г. Развал СССР и блока СЭВ, трудности с финансированием задержали выход из печати этой карты, и только благодаря поддержке ЮНЕСКО карта была издана в 1996 г. в двух вариантах — на русском и английском языках.

После кончины Р. Нейхейсла (1991 г.) координатором международного проекта по составлению карты Европы стал проф., д-р и. БоЬп (директор Государственного института охраны природы и экологии ландшафта, Бад-Годесберг, Германия). Он провел огромную работу по завершению карты и созданию пояснительного текста к ней. Великолепно оформленная «Карта естественной растительности Европы» была опубликована полистно (на 9 листах) с легендой (около 700 картируемых подразделений) на немецком и английском языках. В приложении помещена генерализованная (около 70 индексов легенды) карта естественной растительности Европы в м. 1: 10 000 000 (И. БоЬп, Г. Д. Катенина), с обобщенным вариантом красочной шкалы. Пояснительный текст к карте был опубликован в 2003 г.6

«Карта растительности Казахстана и Средней Азии (в пределах пустынной области)» (1995), созданная съемочно-камеральным путем в результате многолетних полевых исследований и ранее опубликованных материалов, а также с использованием космофотоснимков, как и обе мелкомасштабные карты растительности Европы («Карта восстановленой растительности Восточной и Центральной Европы» (1996), «Карта естественной растительности Европы» (2003)), по сути, завершили золотой век российской школы геоботанического картографирования. Грандиозные работы по созданию этих карт в основном были закончены к концу 1980-х гг., но политические изменения в стране задержали их публикацию.

В 1990-х гг. стало практически невозможным проведение длительных экспедиций с целью изучения растительного покрова и его картирования. В последние 20-30 лет не появились новые обзорные мелкомасштабные карты, основанные на современных материалах. Из мелкомасштабных карт растительности последнего времени упомянем некоторые публикации в атласах, составленные на основе обобщения картографических материалов прошлых лет. В «Национальном атласе России» (Yurkovskaya, 2007) и в «Национальном атласе почв Российской Федерации» (Yurkovskaya, 2011) опубликованы карты растительности (м. 1: 15 000 000).7 Они отображают основные зональные, секторные и высотно-поясные закономерности растительного покрова России; всего на каждой из карт отражено более 130 подразделений растительного покрова. Наиболее детально показана равнинная растительность европейской части и Западной Сибири, для отражения которой использованы подзональные категории растительности или их эдафические варианты. Растительность гор Кавказа, Восточной Сибири и Дальнего Востока показана в виде высотно-поясных рядов и не дает представления о типологическом разнообразии горной растительности.

В конце ХХ в. в нашей стране началось широкое внедрение компьютерной техники и разнообразных программ, позволяющих обрабатывать данные дистанционного зондирования, геоинформационные системы (ГИС). Программы подготовки и оформления векторных и растровых карт к печати кардинально изменили процессы составления и подготовки геоботанических карт. Данные дистанционного зондирования (ДДЗ) предоставляют возможность достаточно достоверно и детально получать сведения о современном состоянии и структуре растительного покрова страны.

Созданная в 2010 г. пиксельная «Карта растительности России» в м. 1: 5 000 000 по снимкам МОЭТБ с привлечением более детальных снимков посредством спе-

6 О карте естественной растительности Европы см. публикацию З. В. Карамышевой (Кага-mysheva, 2006).

7 На выставке эти атласы не были представлены.

циально разработанного метода локально-адаптивной классификации отражает пространственное распределение растительных сообществ, выделенных, главным образом, на основе структурно-физиономических признаков. Однако ее легенда содержит всего 18 подразделений растительного покрова (включая пашни), которые сгруппированы в 5 крупных разделов: «Леса», «Травяно-кустарниковая растительность», «Тундра», «Водно-болотные комплексы», «Прочая растительность». В разделе «Леса» выделены темнохвойные вечнозеленые, светлохвойные вечнозеленые, лиственные, смешанные леса и т. п. В 2011 г. эта карта была помещена в новом «Экологическом атласе России» (ВаПа1еу е1 а1., 2011), приведенной к масштабу 1: 20 000 000 с той же легендой и незначительными уточнениями.

В настоящее время все большее значение приобретают средне- и крупномасштабные инвентаризационные и оценочные карты растительности, нацеленные на решение прикладных задач. Крупномасштабное картирование, основывающееся на полевой съемке с использованием ДДЗ, является востребованным для оценки воздействия на окружающую среду (ОВОС), оценки ресурсного потенциала, а также для обоснования создания новых особо охраняемых природных территорий и т. п.

На выставке была представлена обобщенная крупномасштабная «Карта растительности государственного заповедника «"Остров Врангеля"» м. 1: 100 000 (КЬо1о^ 2015; рис. 6). Карта составлена на основе авторских оригинальных материалов, аэрокосмической информации (АФС и КС), литературных и картографических источников. Площадь закартированной территории, включая участки акватории, — 7900 км2. Полевые работы по созданию карты продолжались в течение 11 полевых сезонов. Легенда к карте составлена в табличной форме и насчитывает 126 номеров. Принята иерархическая система подзаголовков. Самый высший уровень представлен типами, группами типов растительности и их экологическими вариантами: полярнопустынная, тундровая, тундрово-болотная, нивальная, криоксеро-фитная, кустарниковая, пойменная, галофитная и петрофитная растительность.

Карты 2001-2021 гг.

Карта современной растительности [побережья Финского залива в районе Лужской губы]. М. 1: 50 000. 2001. Авторы: Е. А. Волкова, В. Н. Храмцов, М. А. Макарова (В кн.: Комплексное картографирование природной среды побережья Финского залива (район Лужской губы). СПб., 2001. 140 с. Приложение).

Карта современной растительности района порта «Приморск». М. 1: 50 000. 2003. Авторы: Е. А. Волкова, В. Н. Храмцов. (В кн.: Природная среда побережья и акватории Финского залива (район порта «Приморск»). СПб., 2003. 118 с. Вкладка).

Карта растительности архипелага «Березовые острова». М. 1: 50 000. 2007. Авторы: Е. А. Волкова, М. А. Макарова, В. Н. Храмцов (В кн.: Природная среда и биологическое разнообразие архипелага Березовые острова. СПб., 2007. 368 с. Вкладка).

Лапландский государственный природный биосферный заповедник. Восточная часть. Растительный покров [карта]. М. 1: 50 000. 2008. 2 л. Гл. ред. В. Ю. Нешатаев; ред. А. А. Добрыш, В. Ю. Нешатаев (лесная растительность, растительность болот), Н. Ю. Нацваладзе, Т. К. Юр-ковская (растительность болот), С. С. Холод (тундровая растительность). СПб.

Карта растительности России. М. 1: 5 000 000. 2010. (Электронный вариант). Авторы: С. А. Бар-талёв, Д. В. Ершов, А. С. Исаев, Е. А. Лупян, И. А. Уваров при участии Е. И. Беловой, В. А. Егорова, Н. В. Кузьменко, М. А. Медведевой, Д. Е. Плотникова, Е. Н. Сочиловой, Ф. В. Стыцен-ко, Э. А. Ярониной. М.

Карта растительности государственного заповедника «Остров Врангеля». М. 1: 100 000. 2015. 1 л. Автор: С. С. Холод. СПб.

Карты растительности для 11 ООПТ Санкт-Петербурга. 2016. Авторы: Е. А. Волкова, В. Н. Храмцов, М. А. Макарова, О. В. Галанина, В. Н. Ухачёва, О. М. Вершинина (В кн.: Атлас особо охраняемых природных территорий Санкт-Петербурга / Отв. ред. В. Н. Храмцов, Т. В. Ковалёва, Н. Ю. Нацваладзе. 2-е изд. СПб., 2016. С. 26-27, 40-41, 54-55, 68-69, 82-83, 94-95, 112-113, 122-123, 136-137, 145, 160-161).

Карта растительности заказника «Северное побережье Невской губы». М. 1: 15 000. 2020. Авторы: Е. А. Волкова, В. Н. Храмцов. (В кн.: Природа заказника «Северное побережье Невской губы». СПб., 2020. 240 с. Вкладка).

Карта растительности заказника «Западный Котлин» и форта Риф. М. 1: 10 000. 2021. Авторы: Е. А. Волкова, В. Н. Храмцов. (В кн.: Природа Западного Котлина. СПб., 2021. 176 с. Вкладка).

Рис. 6. Карта растительности государственного заповедника «Остров Врангеля».

Fig. 6. Vegetation map of the state nature reserve «Wrangel Island».

На следующем уровне, например, для тундр, дается подзональное положение: арктические, типичные тундры. Далее указывается «зональная категория 3-го порядка», отражающая горизонтальную структуру и эколого-физиономическую категорию растительности на уровне группы или класса ассоциаций в доминантной классификации: северные полигональные кустарничково-травяно-моховые, южные пятнистые кустарничково-травяно-моховые, травяно(кочкарно)-моховые. Последний заголовок указывает на эдафический вариант сообществ, обусловленный геохимическими свойствами субстрата: ацидофитные, базифитные, на геохимически нейтральных субстратах, на геохимически смешанных субстратах. За общими подзаголовками следуют 4 столбца таблицы.

В первом столбце приведена общая характеристика растительных сообществ и группировок. В скобках указаны виды-содоминанты, а также характерные виды (в соответствии с выполненной для данного района флористической классификацией на основе подхода Браун-Бланке). Второй столбец отражает типологию растительного покрова, являющуюся одним из главных структурных элементов легенды. Основная картируемая единица — тип территориальных единиц растительного покрова, или сигмета.

В третьем столбце таблицы указано положение картируемой единицы в пределах тех или иных форм мезо- или макрорельефа, преобладающие фракции грунтов, формы микро- и нанорельефа, структурные грунты. В четвертом столбце указаны режимы среды и преобладающие абиотические процессы.

Для гетерогенного растительного покрова разработаны типы форм неоднородности — прекомплексы, преташеты, комплексы, экологические ряды, вариации, мозаики, ташеты. Красочный фон и его оттенки на карте использованы, в первую очередь, для отображения сигма-синтаксонов ранга сигма-союза, т. е. тех типологических категорий, в основу которых положен константный синтаксон.

Легенда карты (126 номеров) строго построена на основе ранее опубликованных синтаксонов (более 60), отражает ценотическое разнообразие растительного

покрова и его сложную горизонтальную структуру (16 типов структур, гомогенные единицы и сочетания), показывает связи растительных сообществ (синтаксонов) с основными экологическими факторами. Легенда сложна для чтения и требует серьезной научной подготовки, но при внимательном изучении дает многоплановую информацию о растительном покрове и биотопах о-ва Врангеля, и в этом заключается ее высокая научная ценность.

На выставке также были представлены несколько крупномасштабных карт растительности, опубликованных в монографиях, посвященных природе Ленинградской области и Санкт-Петербурга. Активные работы по составлению карт растительности на отдельные участки этих регионов начались в конце 1990-х гг. и проводились в комплексе с ландшафтными, флористическими, зоологическими исследованиями в рамках проектов ОВОС на территориях, отведенных под строительство морских портов в Финском заливе. Цель проводимых работ — дать по возможности полную и разностороннюю характеристику всех компонентов среды, выявить наиболее ценные объекты и природные комплексы в целом, оценить степень нарушенности природных компонентов, т. е. зафиксировать современное состояние природы ключевых участков и установить «уровень нулевого отсчета», чтобы впоследствии осуществлять экологический мониторинг. Собранные в ходе полевых работ материалы послужили основой составления не только карт растительности, но и других тематических, аналитических и прикладных карт, позже опубликованных в коллективных монографиях (Кошр1ек8пое ..., 2001; Рпгс^пауа ..., 2003).8

Сложившийся коллектив исследователей из научных учреждений Санкт-Петербурга продолжил комплексные работы, перенеся их на особо охраняемые природные территории (ООПТ) Ленинградской области и Санкт-Петербурга. За последние 20 лет были обследованы как многие существующие заказники и памятники природы, так и территории, в отношении которых предполагалось создание ООПТ. В коллективных монографиях опубликовано 12 карт растительности ООПТ Санкт-Петербурга и Ленинградской области,9 карты 4 территорий, предлагаемых к организации ООПТ, опубликованы в журнале «Геоботаническое карто-графирование»;10 другие карты (рукописные и в ГИС-программах) хранятся в Лаборатории географии и картографии растительности БИН РАН, а также в архиве Дирекции ООПТ Санкт-Петербурга.

Ряд карт был актуализирован к выходу «Атласа особо охраняемых природных территорий Санкт-Петербурга», в котором представлено 11 карт растительности заказников и памятников природы (АЙаз..., 2016). Карты являются инвентаризационными и отражают современный растительный покров на период исследований. Легенды к картам построены по типологическому принципу на основе доминант-но-детерминантного подхода к классификации растительности. Картируемыми единицами выступают группы ассоциаций, ассоциации и их варианты, применяются и территориальные единицы — сочетания, комплексы, экологические ряды сообществ. Формулировки картируемых единиц отражают флористическое и фи-тоценотическое разнообразие, а в опубликованных монографиях приведено и более детальное описание растительных выделов с указанием номера легенды карты и сводных таблиц описаний.

Карты растительности и ландшафтов послужили основой для выбора постоянных пробных площадей на ООПТ с целью проведения мониторинга за динамикой природных комплексов в условиях воздействия мегаполиса. На ООПТ Санкт-Петербурга заложено 55 пробных площадей, на которых проводятся регулярные наблюдения. Расположение пробных площадей отмечено на картах в Атласе

8 Подробнее об этих книгах см. публикацию З. В. Карамышевой (КагашуяЬеуа, 2003).

9 Некоторые из этих монографий см. на сайте: https://www.binran.ru/science/pub1ikatsii/ monografii/.

10 Сайт журнала «Геоботаническое картографирование»: https://www.binran.ru/science/ perюdicheskiye-izdaшya/geobotaпicheskoe-kartografirovaпie/.

(Atlas..., 2016), а их полное первоначальное описание и анализ изменений дан в последних монографиях, вышедших в 2017-2021 гг.

В настоящее время в результате использования новейших компьютерных программ при составлении карт сместились некоторые акценты при их разработке: все большее внимание уделяется методам и инструментам машинного картосоставле-ния и дешифрированию ДДЗ, а не развитию теоретических подходов, использующих ботаническую географию, анализ и сопоставление различных карт природы с целью выяснения частных и общих закономерностей и связей растительности с экологическими условиями среды. Все меньшее внимание уделяется разработке легенд к картам и их оформлению, в результате многие современные карты растительности малоинформативны.

Выставка карт растительности дала представление об истории становления геоботанического картографирования как науки и его развитии в нашей стране, об основных научных школах и коллективах геоботаников-картографов. Несмотря на то, что на ней была представлена только часть картографических произведений, созданных более чем за 100 лет, она продемонстрировала огромный вклад, сделанный учеными в эту область тематического картографирования.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

[Atlas.] Атлас особо охраняемых природных территорий Санкт-Петербурга. 2016 / Ред. В. Н. Храмцов, Т. В. Ковалёва, Н. Ю. Нацваладзе. 2-е издание. СПб. 176 с.

[Bartalev et al.] Барталёв С. А., Егоров В. А., Уваров И. А. 2017. Растительный покров [Карта] // Экологический атлас России. М. С. 116-117.

[Belov] Белов А. В. 1973. Карта растительности юга Восточной Сибири. Принципы и методы составления // Геоботаническое картографирование 1973. Л. С. 16-30. https://doi. org/10.31111/geobotmap/1973.16.

[Botanical.] Ботаническая география Казахстана и Средней Азии (в пределах пустынной области). 2003 / Под ред. Е. И. Рачковской, Е. А. Волковой, В. Н. Храмцова. СПб. 424 с. https://www.binran.ru/files/publications/monographs/Botanical_Geography_of_ Kazakhstan_and_Middle_Asia_2003.pdf.

[Gribova, Isachenko] Грибова С. А., Исаченко Т. И. 1972. Картирование растительности в съемочных масштабах // Полевая геоботаника. Т. 4. Л. С. 137-334.

[Khramtsov, Rachkovskaya] Храмцов В. Н., Рачковская Е. И. 2000. Векторная карта растительности Казахстана и Средней Азии // Геоботаническое картографирование 19982000. СПб. С. 77-83.

[Kuznetsov] Кузнецов Н. И. 1902. Критический реферат: Танфильев Г. География растений, 1900 // Тр. Бот. сада Юрьевского университета. Т. 3. Вып. 2. С. 100-103.

[Mongolskaya...] Монгольская Народная Республика. Национальный атлас. 1990 / Гл. ред. Ш. Цегмид, В. В. Воробьёв. Улан-Батор; М. 140 с.

[Karamysheva] Карамышева З. В. 2003. (Рецензия) Три книги о природной среде побережья Финского залива // Растительность России. № 5. С. 89-94. https://doi.org/10.31111/ vegrus/2003.05.89.

[Karamysheva] Карамышева З. В. 2006. О «Карте естественной растительности Европы» м. 1: 2 500 000 // Растительность России. № 8. С. 91-93. https://doi.org/10.31111/ vegrus/2006.08.91.

[Karamysheva et al.] Карамышева З. В., Храмцов В. Н., Волкова Е. А. 2021. Наследие Н. И. Кузнецова в картографировании растительности (к 100-летию Отдела геоботаники Ботанического института им. В. Л. Комарова) // Геоботаническое картографирование 2021. СПб. С. 3-19. https://doi.org/10.31111/geobotmap/2021.3.

[Kholod] Холод С. С. 2015. Карта растительности государственного природного заповедника «Остров Врангеля». (Пояснительный текст и легенда к карте). СПб. 56 с. + 1 карта.

[Kompleksnoe...] Комплексное картографирование природной среды побережья Финского залива (район Лужской губы). 2001 / Е. А. Волкова, В. Н. Храмцов, Г. А. Исаченко, Ю. Н. Бубличенко, А. Г. Бубличенко, М. А. Макарова. СПб. 140 с. + 7 вкл. https://www. binran.ru/files/publications/monographs/Luga_Bay_Region_2001.pdf.

[Lukicheva] Лукичёва А. Н. 1962. Принципы подбора цветовых обозначений для мелкомасштабных геоботанических карт // Принципы и методы геоботанического картографирования. М.; Л. С. 244-253.

[Ogureeva] Огуреева Г. Н. 1980. Ботаническая география Алтая. М. 190 с.+1 карта.

[Physiko-...] Физико-географический атлас мира. 1964. М. 298 с.

[Prirodnaya ...] Природная среда побережья и акватории Финского залива (район порта «Приморск»). 2003 / Ред. Е. А. Волкова, В. Н. Храмцов, Г. А. Исаченко. СПб. 128 с. + 19 вкл. https://www.binran.ru/files/publications/monographs /Natural_environment_Gulf_of_ Finland_2003.pdf.

[Rastitelnost...] Растительность европейской части СССР. 1980 / Под ред. С. А. Грибовой, Т. И. Исаченко, Е. М. Лавренко. Л. 429 с.

[Rastitelnyy...,] Растительный покров СССР. Пояснительный текст к Геоботанической карте СССР. 1956. М.; Л. Т. 1. С. 1-460; Т. 2. С. 461-972.

[Sochava] Сочава В. Б. 1979. Растительный покров на тематических картах. Новосибирск. 190 с.

[Yurkovskaya] Юрковская Т. К. 2007. Растительность [Карта] // Национальный атлас России. Т. 2. М. С. 370.

[Yurkovskaya] Юрковская Т. К. 2011. Карта растительности // Национальный атлас почв Российской Федерации. М. С. 46-47.

Получено 5 декабря 2022 г.

Подписано к печати 23 декабря 2022 г.

SUMMARY

During the conference, dedicated to the 100th anniversary of the Department of Geobotany, the exhibition "Development of vegetation mapping in Russia" was organized at the Komarov Botanical Institute RAS. The aim of the exhibition was to show the consistent development of theoretical approaches to the compilation of legends, mapping techniques and methods, the development of various schools of vegetation mapping in Russia. About 70 maps of different times, from 1900 to the present, were demonstrated. Brief explanatory texts were given. The exhibition included the survey maps of the vegetation of Russia (former USSR) and some individual regions; medium- and large-scale inventory, scientific reference and educational maps. This article contains the lists of presented vegetation maps, indicating authors and editors' names. The most interesting maps got short descriptions of scientific approaches to the compilation of legends and their design. The authors note some tendencies in the recent development of vegetation maps. Nowadays more attention is paid to automatic mapping and remote data interpretation, rather than the development of theoretical approaches based on botanical geography, analysis and comparison of various nature maps. Early, vegetation maps aimed to clarify particular features and general vegetation patterns as well as interrelations between vegetation and environmental conditions. Less attention is paid to the development of map legends. Modern vegetation maps are not very informative sometimes. The exhibition of vegetation maps gave an overview of history and development of vegetation mapping in Russia (USSR); it presented the main scientific schools and teams of geobotanical cartographers. Despite the fact that only a part of the maps created over more than 100 years was presented at the exhibition, it demonstrated the enormous contribution made by Russian scientists to thematic mapping.

References

Atlas osobo okhranyaemykh prirodnykh territoriy Sankt-Peterburga [Atlas of specially protected natural areas of St. Petersburg]. 2016 / Red. V. N. Khramtsov, T. V. Kovaleva, N. Yu. Natsvaladze. (2-e izdanie) [Eds. V. N. Khramtsov, T. V. Kovaleva, N. Yu. Natsvaladze. (2nd edition)]. St. Petersburg. 176 р. https://www.binran.ru/files/pubhcations/monographs/ Atlas_00PT_2016_2nd_Edition.pdf. (In Russian).

Bartalev S. A., Egorov V. A., Uvarov I. A. 2017. Rastitelnyy pokrov [Vegetation cover]. [Map]. Ecological Atlas of Russia. Moscow. P. 116-117. (In Russian).

Betav A. V. 1973. Vegetation map of the south of East Siberia. Principles and methods of compilation. Geobotanical mapping 1973: 16-30. Leningrad. https://doi.org/10.31111/ geobotmap/1973.16.

Botanical geography of Kazakhstan and Middle Asia (desert region). 2003 / Eds. E. I. Rachkov-skaya, E. A. Volkova, V. N. Khramtsov. St. Petersburg. 424 p. https://www.binran.ru/files/

publications/monographs/Botanical_Geography_of_Kazakhstan_and_Middle_Asia_2003.pdf (In Russian, In English).

Gribova S. A., Isachenko T. I. 1972. Kartirovanie rastitelnosti v siemochnykh masshtabakh [Vegetation mapping on survey scale]. Polevaya geobotanika [Field geobotany]. 4 : 137-334. Leningrad. (In Russian).

Karamysheva Z. V. 2003. (A review) Three books on natural environment of the coastal area of the Gulf of Finland. Rastitel'nost' Rossii. 5: 89-94. https://doi.org/10.31111/vegrus/2003.05.89. (In Russian).

Karamysheva Z. V. 2006. On the «Map of the Natural Vegetation of Europe» М. 1: 2 500 000. Rastitel'nost' Rossii. 8: 91-93. https://doi.org/10.31111/vegrus/2006.08.91. (In Russian).

Karamysheva Z. V., Khramtsov V. N., Volkova E. A. 2021. N. I. Kuznetsov's scientific heritage in vegetation mapping (to the 100th anniversary of the Geobotany Department of the Komarov Botanical Institute). Geobotanical mapping 2021: 3-19. https://doi.org/10.31111/ geobotmap/2021.3. (In Russian).

Kholod S. S. Karta rastitelnosti gosudarstvennogo prirodnogo zapovednika «Ostrov Vrangelya». (Poyasnitelnyy tekst i legenda k karte) [Vegetation map of the state natural reserve "Wrangel Island". (Explanatory text and legend to the map).]. St. Petersburg. 56 p. + 1 map. https://www.binran.ru/ files/publications/monographs/Kholod_2015_Wrangel_Island_Reserve.pdf. (In Russian).

Khramtsov V. N., Rachkovskaya E. I. 2000. Digital vegetation map of Kazakhstan and Middle Asia. Geobotanical mapping 1998-2000: 77-83. https://www.binran.ru/files/journals/ GeobotMap/1998-2000/GE0_MAP_Khramtsov_Rachkovskaya_1998-2000.pdf. (In Russian).

Kompleksnoye kartografirovaniye prirodnoy sredy poberezhiya Finskogo zaliva (rayon Luzhskoy guby). [Complex environmental mapping of Gulf of Finland coast (Luga Bay region)] 2001 / E. A. Volkova, V. N. Khramtsov, G. A. Isachenko, Yu. N. Bublichenko, A. G. Bublichenko, M. A. Makarova. St. Petersburg. 140 p. + 7 incl. https://www.binran.ru/files/publications/ monographs/Luga_Bay_Region_2001.pdf (In Russian).

Kuznetsov N. I. 1902. Kriticheskiy referat: Tanfiljev G. Geografiya rasteniy, 1900 [Critical abstract: Tanfiljev G. Geography of plants, 1900]. Trudy Botanicheskogo sada Yurievskogo universiteta [Proceedings of the Botanical Garden of the Yuriev University]. 3, 2: 100-103.

Lukicheva A. N. 1962. Printsipy podbora tsvetovykh oboznacheniy dlya melkomasshtabnykh geobotanicheskikh kart [Principles for the selection of color designations for small-scale geobotanical maps]. Printsipy i metody geobotanicheskogo kartografirovaniya [Principles and methods of geobotanical mapping]. Moscow; Leningrad. P. 244-253.

Mongolskaya narodnaya Respublika. Natsionalnyy atlas [Mongolian People's Republic. National Atlas]. 1990. Eds. Sh. Tsegmid, V. V. Vorobjev. Ulan-Bator; Moscow. 140 p. (In Russian).

Ogureeva G. N. 1980. Botanicheskaya geographiya Altaia [Botanical geography of Altai]. Moscow. 190 p.+1 map. (In Russian).

Prirodnaya sreda poberezhiya i akvatorii Finskogo zaliva (rayon porta «Primorsk») [The natural environment of the coastal area and water body of the Gulf of Finland (the Region of the port "Primorsk")] 2003. / Eds. E. A. Volkova, V. N. Khramtsov, G. A. Isachenko. St. Petersburg. 128 p. + 19 incl. https://www.binran.ru/files/publications/monographs/Natural_ environment_Gulf_of_Finland_2003.pdf (In Russian).

Phiziko-geographicheskiy atlas mira [Physical-geographical atlas of the World.]. 1964. Moscow. 298 p. (In Russian).

Rastitelnostyevropeyskoy chasti SSSR [Vegetation of the European part of the USSR]. 1980 / Eds. S. A. Gribova, T. I. Isachenko, E. M. Lavrenko. Leningrad. 429 p. (In Russian).

Rastitelnyy pokrov SSSR. Poyasnitelnyy tekst k Geobotanicheskoy karte SSSR [Vegetation cover of the USSR. Explanatory text to the Geobotanical map of the USSR]. 1956. Moscow; Leningrad. 1: 1-460; 2: 461-972. (In Russian).

Sochava V. B. 1979. Rastitelnyy pokrov na tematicheskikh kartakh [Vegetation cover on thematic maps]. Novosibirsk. 190 p. (In Russian).

Yurkovskaya Т. К. 2007. Rastitelnost [Vegetation]. Natsionalnyy atlas Rossii [National Atlas of Russia]. Moscow. 2: 370. (In Russian).

Yurkovskaya Т. К. 2011. Karta rastitelnosti [Vegetation map]. Natsionalnyy atlas pochv Rossiyskoy Federatsii [National atlas of soils of the Russian Federation]. Moscow. P. 46-47. (In Russian).