Управление АТР на примере «Стратегического треугольника Россия - Индия - Китай»: межпарадигмальный подход

Панченко М.Ю.

Управление АТР на примере «стратегического треугольника Россия -Индия - Китай»: межпарадигмальный подход

Широкое распространение в политической науке, прежде всего, российской получила идея «стратегического треугольника» РИК (Россия - Индия - Китай), который, по мнению ее сторонников, может стать мощным инструментом формирования стабильных и организованных межгосударственных отношений.

Ряд исследователей приписывает авторство идеи геостратегического объединения трех стран В.И.Ленину, который считал, что они могут сыграть решающую роль в мировой антиимпериалистической борьбе . Однако предметом серьезного научного рассмотрения проблема геополитического взаимодействия России, Индии и Китая стала лишь в 1990-е гг. В это же время появился термин «стратегический треугольник» РИК.

Решающим для его судьбы как идеи и политического проекта стало заявление Председателя Правительства РФ Е.М. Примакова о необходимости формировании «стратегического треугольника», сделанное им в декабре 1998 г. в ходе визита в Индию. Е.М.Примаков рассматривал «треугольник» как важнейшее средство противодействия гегемонизму в управлении международными делами и становления «многополярного» миропорядка.

Несмотря на то, что инициатива Председателя Правительства РФ первоначально не получила положительного отклика со стороны Пекина и Дели, в 1999 г. Индия по своей инициативе призвала вернуться к ее обсуждению на государственном и научном уровнях. Позднее интерес к развитию стратегического сотрудничества трех стран был проявлен и в Пекине.

Поэтому с начала 2000-х гг. политики и политологи РИК активно разрабатывают теоретические и практические проблемы формирования и функционирования «стратегического треугольника Москва - Дели - Пекин». С 2001 г. проводятся ежегодные научно-практические конференции политологов трех стран, посвященные анализу возможностей, перспектив, направлений и форм межгосударственного взаимодействия РИК.

В марте 2008 г. в индийской столице прошел первый геостратегический семинар «Россия - Индия - Китай» по формуле «Трек 2 плюс 1», в рамках которого состоялись

предметные дискуссии с одновременным участием ученых-экспертов и ответственных

2

представителей внешнеполитических ведомств трех стран . В 2000-е гг. в отечественной политологической литературе появляются многочисленные публикации

3

по проблеме стратегического взаимодействия РИК .

1 Ленин В.И. Лучше меньше, да лучше // Полн. собр. соч. Т. 45. С. 403-404.

2

Китай в мировой и региональной политике (история и современность) / Рук. авт. коллектива

В.Я.Портяков. Отв. ред. - сост. Е.И. Сафронова. М., 2008. С. 171.

3

Россия - Китай - Индия: проблемы стратегического партнерства / Отв. за выпуск В.С.Мясников, П.М.Кожин. М., 2000; Яскина Г.С. Россия - Китай - Индия: перспективы трехстороннего сотрудничества // Проблемы Дальнего Востока. 2003. №1; Уянаев С.В. Россия - Китай - Индия: на пути трехстороннего взаимодействия // Китай в мировой и региональной политике (история и современность) / Сост. Е.И.Сафронова. М., 2004; Взаимодействие России, Индии и Китая в XXI в.: проблемы, перспективы, направления / Сост., предисл. С.В.Уянаева. В 2-х т. М., 2004; Портяков В.Я. Основные особенности и проблемы взаимодействия России, Индии и Китая на современном этапе // Китай в мировой и региональной политике (история и современность) / Ред.-сост. Е.И.Сафронова. М., 2005; Уянаев С.В. Москва - Дели - Пекин: мост взаимопонимания и сотрудничества // Китай в мировой и региональной

Среди политологов существуют различные точки зрения на сущность «стратегического треугольника» РИК. Во-первых, ряд авторов рассматривает «треугольник» как возможный военно-политический союз трех стран, имеющий антизападную и, прежде всего, антиамериканскую направленность. Ученые, придерживающиеся такой позиции, опираются на традиции школы геа1ро1Шк, которая рассматривает международные отношения как антагонистическое противоборство субъектов, преследующих свои эгоистические цели и опирающихся, главным образом, на силовые методы их достижения. Кроме того, эта группа политологов испытывает сильное влияние миросистемного подхода, рассматривающего мировую систему в качестве арены борьбы «ядра» (богатые постиндустриальные страны) и «периферии» (бедные развивающиеся государства) .

Во-вторых, в последнее время широкое распространение получило неконфронтационное понимание «треугольника», которое уже не рассматривает его как военно-политический союз или альтернативный антизападный культурный кластер. Его приверженцы называют отношения между РИК «стратегическим партнерством», «трехсторонним взаимодействием», «трехсторонним сотрудничеством», «диалогом»,

5

не направленным против третьих стран .

Вместе с тем, нельзя отрицать, что стремление противодействовать «гегемонизму» (под которым понимаются внешнеполитические действия США и их ближайших союзников) сыграло существенную роль в формировании стратегического партнерства РИК. Достаточно вспомнить обстоятельства, при которых Е.М.Примаков выступил с инициативой о создании «стратегического треугольника» трех стран.

Его предложение прозвучало на фоне британо-американских бомбардировок Ирака, которые вызвали резкую реакцию руководства России. В частности, российские послы были отозваны для консультаций из Великобритании и США, сухопутные войска и ВМФ РФ были приведены в состояние повышенной боевой готовности. И хотя сейчас Е. М. Примаков отрицает, что призывал создать военный союз против Запада, антиамериканские мотивы его заявления о создании «стратегического треугольника» РИК не вызывают сомнения.

Показательно, что премьер-министр Индии призвал вернуться к обсуждению «идеи Примакова» сразу после бомбардировок НАТО Югославии. Примерно в это же время российские и китайские дипломаты в Пекине проводят консультации о

7

возможности создания «треугольника» .

На скрытый антиамериканизм как один из мотивов создания «треугольника» указывают многие ученые и эксперты трех стран. Так, Ю.А.Жулин прямо утверждает,

политике (история и современность) I Рук. авт. коллектива В.Я.Портяков. Отв. ред. - сост. Е.И.Сафронова. М., 2GG8 и др.

4

Яковлев А. Г. Россия, Китай и Индия в условиях становления новой биполярности мира II Китай в мировой и региональной политике (история и современность) I Отв. ред. Б.Т.Кулик. М., 1996; Его же. Глобальные факторы: «за» и «против» стратегического треугольника II Взаимодействие России, Индии и Китая в XXI в.: проблемы, перспективы, направления. Указ.соч. Т. 1; Орлов С.Б. Военно-стратегические аспекты отношений РФ с КНР и Индией и их роль в обеспечении региональной и глобальной безопасности II Россия - Китай - Индия: проблемы стратегического партнерства. Указ. соч.; Моханти А . Стратегический треугольник - миф или реальность? II «Новый порядок на века?». Политическая структура современного мира: состояние, проблемы, перспективы I Науч. труды МНЭПУ. Вып.3. Сер. Политология I Отв. ред. Ю.В.Соколов. М., 2GGG.

Титаренко М.Л. Геополитическое значение Дальнего Востока. Россия, Китай и другие страны Азии. М., 2GG8. С. 492; Уянаев С.В. Россия - Индия - Китай: не блок, а система партнерства в интересах развития и мира II Российско-китайские отношения: состояние, перспективы I Рук. проекта М.Л.Титаренко. М., 2GG5; Лузянин С.Г. Указ.соч. С. 189

6 Примаков Е.М. Мир без России? М., 2GG9. С. 194

7 ИНФО-ТАСС. 5.G5.1999

что треугольник замышлялся «с явным антиамериканским подтекстом»8. С.Г.Лузянин

9

отмечает, что РФ стремится к сплочению с Китаем в противовес США . В.Л.Андрианов называет РИК «адекватным ответом на вызов Западу» .

Наиболее широко эта точка зрения распространена среди российских политологов, однако с ними солидарны и некоторые индийские коллеги. Так, Мира Синха Бхаттагарджи указывает на то, что РИК объединяют «общая и широкая антизападная позиция» . Г.П.Дешпанде рассматривает современный мировой порядок

как «политически глобализированный, контролируемый США», который должен быть

12

реформирован совместными усилиями России, Индии и Китая .

Ряд китайских исследователей также не скрывает, что сотрудничество России, Китая и Индии направлено на сдерживание американских претензий на мировое

13

лидерство . Так, Ма Шуфань подчеркивает, что эти страны могут «служить мощной уравновешивающей силой для предотвращения стремления США к однополюсному

14 15.

миру» . Хэ Вэйгань называет Китай и Россию крупнейшими соперниками США

Исходя из вышесказанного, можно согласиться с выводом, который делает Гао Шуцинь: «Несмотря на постоянные заверения России и Китая о том, что их партнерство не направлено против третьих стран, в нем присутствует определенный антиамериканский потенциал, представляющий собой ответ на экспансионистскую стратегию США» .

Как мы видим, значительная часть российских, китайских и индийских политологов с той или иной степенью жесткости интерпретирует партнерство РИК с позиций реализма и неореализма, рассматривая его как фактор поддержания баланса сил в мире и формирования мирового порядка на «многополярной» основе. Либеральная и неолиберальная парадигмы изучения «треугольника» РИК не получили широкого распространения.

Сторонники последнего подхода призывают не увлекаться идеей военнополитического противостояния США и Западу, а укреплять взаимовыгодное экономическое сотрудничество между тремя странами, не отгораживаясь при этом от глобальных торговых, финансовых, производственных и иных связей с другими международными партнерами . Таким образом, неолиберальное понимание партнерства РИК опирается на утилитарно-рационалистский подход, в соответствии с которым международное сотрудничество основано, прежде всего, на стремлении к

8 Жулин Ю.А. Россия и Китай: военно-политические проблемы взаимной безопасности на пороге XX -XXI вв. Саранск, 2005. С. 28.

9 Восток. 2007. № 2. С. 144.

Андрианов В.Л. Формирование «большого Китая»: геополитическое измерение // Китай в мировой и региональной политике (история и современность) / Отв. ред. А.Г.Яковлев. М., 2000. С. 100.

Мира Синха Бхаттагарджи К геополитике мира // Взаимодействие России, Индии и Китая в XXI в.:

проблемы, перспективы, направления. Т.1. С. 64.

12

Дешпанде Г.П. Глобализм, регионализм и национализм. С. 42.

13

См.: Чже Сун Хун. Развитие военного сотрудничества между Россией и Китаем // Социально-гуманитарные знания. 2008. №5; Чэнь Цзумин. Возобновление дохийского раунда переговоров и углубление экономического сотрудничества между Китаем, Индией и Россией // Проблемы Дальнего Востока. 2007. № 1.

14

Ма Шуфань. Стратегический ракурс китайско-российских отношений, обращенных в XXI в. // Китайские исследователи России о китайско-российских отношениях и развитии внутренней обстановки в РФ / Сост. и авт. предисл. В.Н.Барышников. М., 2005. С. 14-15.

Хэ Вэйгань. Сотрудничество и расхождения в отношениях Китая, США и России в рамках международной системы. Там же. С. 21.

Гао Шуцинь. Российско-китайские отношения в условиях глобализации. М., 2005. С. 119.

См.: Китайский фактор в новой структуре между народных отношений и стратегия России. М., 2004. С. 12-35; Яскина Г.С. Указ.соч. С. 29-30.

извлечению максимальной выгоды, а не увеличению политического влияния или реализации каких-то моральных принципов.

Несомненно, что Россия, Индия и Китай обладают огромными возможностями (экономическими, геополитическими, демографическими, культурно-

цивилизационными, военными и др.) для оказания серьезного влияния на процесс упорядочения и управления международными отношениями в регионе. Более того, эти страны добились отдельных практических результатов в этой области (прежде всего, придали конструктивный и стабильный характер отношениям между самими участниками «стратегического треугольника»).

Однако, насколько вероятно, что геополитический потенциал РИК в полной мере реализуется? Сумеет ли «стратегический треугольник» стать образцом нового международного порядка с качественно другим управлением? Какова степень прочности партнерства трех стран, в какой мере оно является стратегическим?

Попробуем оценить возможности и перспективы партнерства между тремя странами с позиций межпарадигмального подхода. Межпарадигмальный политологический анализ предполагает использование всего рационального, что содержится в классических и неклассических методологических подходах к анализу управления мировой политикой - институциональном, системном,

конструктивистском, информационном, сетевом, социосинергетическом и др. Так, социосинергетика рассматривает международные отношения как нелинейный процесс, в котором взаимодействуют упорядочивающие и хаотические факторы, что не позволяет однозначно оценивать их перспективы.

На наш взгляд, этот вывод вполне применим к анализу перспектив «стратегического треугольника» РИК. Они определяются не только факторами, благоприятствующими консолидации трех стран, но и обстоятельствами, которые оказывают негативное, дестабилизирующее влияние на отношения России, Индии и Китая.

К первым факторам относятся:

- определенная экономическая взаимозависимость, которая помогает решать сходные внутриполитические задачи. Все три страны объективно нуждаются в международной стабильности для модернизации экономики, преодоления отставания от ведущих мировых держав, обеспечения конкурентоспособности производимой продукции;

- общность ряда геополитических интересов (противостояние чрезмерному усилению США, борьба с угрозой терроризма и религиозного экстремизма и др.);

- определенная культурно-ценностная близость трех стран (отсутствие ярко выраженного индивидуализма, повышенного интереса к материальным ценностям, потребительству);

- близость политических систем (неразвитых демократических и авторитарных), которая заставляет их выступать «единым фронтом» в полемике с западным миром по гуманитарным проблемам, что можно рассматривать фактором негативной идентификации;

- богатый опыт дружественных отношений, тесного взаимодействия на международной арене.

Как мы видим, существуют исторические, географические, экономические, политические, культурно-идеологические факторы, благоприятствующие упорядочению отношений в формате РИК. Они обусловливают развитие партнерства между Россией, Индией и Китаем по восходящей линии, начиная с 1990-х гг.

С другой стороны, на перспективы отношений внутри «стратегического треугольника» влияют и дестабилизирующие факторы. Прежде всего, несовпадение существенных геостратегических интересов входящих в РИК государств. Как ни

парадоксально, но участники «стратегического треугольника» имеют мало объединяющих стратегических целей. В настоящее время каждая из тех стран ставит перед собой амбициозную задачу - войти в число мировых лидеров, способных оказывать существенное влияние на глобальную и региональную политику.

С учетом претензий на геополитическое лидерство России, Индии и Китая их можно рассматривать скорее как потенциальных стратегических конкурентов, чем союзников. Собственно, соперничество за влияние в мире между тремя странами уже идет. Так, Китай и Индия конкурируют за роль региональных лидеров в Азии . Геополитическую конкурентность отношений двух азиатских гигантов подчеркивают

19

многие авторы .

20

Геополитическое соперничество характеризует и отношения Китая и России . В частности, негласно идет борьба за влияние на постсоветском пространстве Центральной Азии, где китайцы стремятся взять под свой контроль казахстанские,

туркменские и узбекские источники энергоресурсов, а также трубопроводные

21

магистрали .

Российско-индийское соперничество в настоящее время не так выражено в силу значительного разрыва в уровнях социально-экономического развития и военного

потенциала, однако можно наблюдать его возникновение в некоторых регионах,

22

например, в той же Центральной Азии .

Поскольку каждая из трех стран стремится стать геополитическим лидером, ни одна из них не согласится быть младшим партнером, играть вторые роли в отношениях друг с другом. «Комплекс великодержавия» подрывает единство РИК, является серьезным препятствием на пути формирования прочного, тесного и долговременного союза между ними. Как подчеркивает В.А.Гайкин, «волк, коза и капуста» в одной лодке оказаться не могут . По нашему мнению, для характеристики отношений внутри «треугольника» лучше подходит сравнение с «тремя медведями в одной берлоге», которым ужиться еще труднее, чем двум.

Как мы отмечали выше, одним из главных объединяющих факторов взаимодействия РИК является их общее неприятие доминирующей роли США в мире. Однако системообразующую роль в объединении трех стран оно вряд ли сыграет в долгосрочной перспективе. Индия и Китай не заинтересованы в чрезмерном обострении отношений с американцами, поскольку очень тесно экономически связаны с ними, гораздо более тесно, чем с Россией.

18 См.: LalR. Understanding China and India: Security Implications for the US and the World. Westport, Conn., L., 2006

19

Гаджиев К.С. Геополитические горизонты России: контуры нового миропорядка. М., 2007. С. 360 -461; Яскина Г.С. Указ.соч. С. 34; Ефремова К.А. Модели взаимодействия неравновесных участников международных отношений (на примере Китая, Индии и Мьянмы): Автореф.дис... канд.полит.наук. М.,

2004 и др.

20

Сафронова Е.И. Россия, Китай и «третий мир» на рубеже веков: возможно ли «второе дыхание» отношений // Российско-китайские отношения: состояние, перспективы. Указ.соч. С. 204 - 228; Чже Сун Хун. Геополитические аспекты внешней политики России на Дальнем Востоке (2000 - 2007 гг.). М., 2008.

С. 70

21

Гаджиев К.С. Мифы и реальности «нового великого шелкового пути» // МЭ и МО. 2008. № 11. С. 3 -14; Сыроежкин К.Л. Центральная Азия в треугольнике «Россия-Китай-Запад»: выбор приоритетов // МЭ

и МО. 2007. № 10. С. 12 - 24.

22

Шамгунов Р.Г. Политика Индии и России в Центральной Азии // Россия и Индия в современном мире: Материалы международной конференции, 24-25 февраля 2005 г. / Редколл.: К.К.Худолей и др. СПб.,

2005. С. 73-83.

23

Гайкин В.А. Китай и Евросоюз - два расовых полюса планеты // Усиление Китая: внутренние и международные аспекты. Тезисы докл. XV межд. науч. конференции «Китай, китайская цивилизация и мир. История, современность и перспективы / Подгот.: Р.М. Асланов (рук.) и др. Ч. I. М., 2005. С. 156.

24

Так, США являются вторым после Японии торговым партнером Китая . Объем

25

торговли Индии с США составляет более 30 млрд.долл . По этому показателю американцы занимают второе место среди экономических партнеров Индии. Укрепляется политическое сотрудничество между двумя странами. Премьер-министр Индии Ваджпаи в 2001 г. назвал Индию и США «естественными союзниками» . В последнее время наблюдается расширение американо-индийских контактов в различных областях - борьбе с терроризмом, бедностью, в сфере обороны.

При этом существенное значение для оценки отношений Индии и Китая с США имеет не количественная сторона вопроса (у Китая и Индии, например, также очень активная торговля), а то обстоятельство, что сотрудничество с этой страной играет жизненно важную роль для решения насущных внутренних задач двух государств. Именно США и Запад, в целом, а не Россия, являются источниками капиталов,

„27

передовой науки и технологий .

Без торгово-экономических связей с США невозможен стремительный взлет ни китайской, ни индийской государственной мощи. Поэтому многие эксперты небезосновательно считают, что отношения, например, Китая с США являются для

него приоритетными, т. к. последние могут блокировать достижение китайских

28

стратегических целей во внутренней и внешней политике . Не следует, конечно, идеализировать связи Вашингтона и Пекина. Они также являются геополитическими соперниками. Однако, несмотря на это, отношения между ними не могут опуститься ниже определенного уровня, вылиться в серьезный международный конфликт, по крайней мере, в среднесрочной перспективе.

На фоне интенсивного торгового сотрудничества Китая и Индии с США, можно констатировать, что у стратегического партнерства РИК довольно слабый экономический фундамент. Торгово-экономические связи трех стран не только маломасштабны, несбалансированны и архаичны (сводятся главным образом к обмену российского и индийского сырья на китайский ширпотреб), но и неустойчивы,

29

сопровождаются заметными взлетами и падениями .

Серьезным препятствием на пути укрепления сотрудничества России, Индии и Китая являются неурегулированные до конца конфликты между ними. Особенно сложными, несмотря на некоторую нормализацию в последние годы, продолжают оставаться китайско-индийские отношения. До сих пор существуют территориальные споры двух государств. Индия претендует на 34 тыс.кв.км. территории Китая, а Китай -

30

на 90 тыс.кв.км. индийской земли .

Российско-китайские территориальные споры были на официальном уровне решены в 2004 г. Однако определенные претензии друг к другу остались по обеим

24

Кулик Б.Т. Фактор США в российско-китайских отношениях // Российско-китайские отношения: состояние, перспективы. Указ.соч. С. 127.

25 __

Уянаев С.В. Москва - Дели - Пекин: мост взаимопонимания и сотрудничества. Указ.соч. С. 180 Ханин Ф.П. Внешняя политика Индии в условиях глобализации однополярного мира // Россия и Индия в современном мире. Указ.соч. С. 68.

27 __

Алка Ачария. Политическое сотрудничество между Индией, Китаем и Россией: проблемы и перспективы // Взаимодействие России, Индии и Китая в XXI в.: проблемы, перспективы, направления. Указ.соч. Т.1. С. 117; Титаренко М.Л. Указ.соч. С. 529.

Кузык Б.Н., Титаренко М.Л. Китай-Россия 2050: стратегия соразвития. М., 2006. С. 12; Ларин В.Л. В тени проснувшегося дракона. Российско-китайские отношения на рубеже XX - XXI вв. Владивосток,

2006. С. 51.

29

Ма Шуфан. Стратегический ракурс китайско-российских отношений, обращенных в XXI в. // Китайские исследователи России о китайско-российских отношениях и развитии внутренней обстановки в РФ. Указ.соч. С. 12.

30

Комиссина И.Н., Куртов А.А. ШОС // Россия в Азии: проблемы взаимодействия / Под ред. К.А.Кокарева. М., 2006. С. 296.

сторонам границы. Так, в России многие аналитики и политические деятели считают, что наша страна пошла на слишком большие территориальные уступки (с 1992 г. она безвозмездно передала Китаю около 600 островов на реках Амур и Уссури, а также 10 тыс.кв.км. сухопутной территории) .

В свою очередь, в Китае есть влиятельные силы, недовольные тем, что РФ вернула лишь незначительную часть принадлежащей «поднебесной» земли. Как известно, комитет по международным делам ВСНП сначала даже отказывался

32

ратифицировать договор с Россией о территориальном разграничении .

Исторические и до сих пор неурегулированные полностью конфликты породили определенное недоверие и взаимную подозрительность между государствами и народами России, Индии и Китая. Например, в российском массовом сознании широко

33

распространено опасение по поводу «китайской угрозы» . Со своей стороны, китайцы обнаруживают немало негативных стереотипов по отношению к России: «В современном общественном мнении КНР Российская империя для многих воспринимается агрессором, отобравшим у слабого Китая обширные территории в Приамурье, а нынешняя Россия ассоциируется с нестабильностью, коррупцией,

34

терактами и политическими скандалами» .

В еще большей степени взаимная подозрительность и предвзятость характеризует отношения Индии и Китая вследствие исторически непростого взаимодействия двух стран. У Индии и России основ для недоверия значительно меньше, но у индийской стороны наблюдается «комплекс младшего партнера» в «треугольнике», который

35

создает психологические барьеры в системе партнерства РИК .

Культурно-ценностному сближению препятствуют и серьезные цивилизационные различия России, Индии и Китая. Некоторые китаеведы подчеркивают

„ 36

принципиальный характер различий между китайской и российской цивилизациями . Китайский политолог Ван Цюн конкретизирует социокультурные различия китайцев и русских. В Китае, по его мнению, выше уровень коллективизма. У китайцев более выражены черты мужественности, а у русских - избегания неопределенности. В России полиактивная культура, которая допускает выполнение нескольких дел одновременно.

Поэтому, отмечает исследователь, график русских непредсказуем, они менее пунктуальны. Китай - типичный представитель реактивных культур, время которых движется циклично. Китаю свойственна высококонтекстуальная культура, которую отличают невыраженная, скрытая манера речи и поведения. Конфликт считается разрушительным и избегается, открытое проявление недовольства считается неприемлемым. Россия занимает промежуточное место между низко - и высококонтекстуальными культурами. Поэтому здесь невербальное общение менее

37

значимо, молчание вызывает недоверие, возможно открытое выражение недовольства .

Добавим к вышесказанному, что, по нашему мнению, китайцы значительно более трудолюбивы, терпеливы, дисциплинированны, исполнительны, чем русские. У них менее выражены «комплекс бунтаря и верноподданного», неоднозначного отношения к власти, эмоциональность и открытость, свойственные русским.

31

Ившина О.Я. Динамика российско-китайских отношений // Усиление Китая: внутренние и международные аспекты. Указ.соч. С. 185.

32

Ларин В.Л. Указ.соч. С. 53 - 54.

33

См.: ГаленовичЮ. Россия и Китай: понять друг друга // Азия и Африка сегодня. 2008. № 4.

34

Ларин В.Л. Указ.соч. С. 56.

35

Дешпанде Г.П. Указ.соч. С. 43.

См.: Попов И.М. Россия и Китай: 300 лет на грани войны. М., 2004; Ларин В.Л. Указ.соч.

37

Ван Цюн. Влияние социокультурных особенностей Китая и России на российско-китайские отношения: Автореф.дис... канд.полит. наук. М., 2007. С. 12 - 13.

Существенные различия есть и в ментальности и культуре индийцев и китайцев. Так, Х.Жинсин отмечает, что конфуцианство в отличие от индуизма более практично . Также во многом не похожи православная и индуистская цивилизации.

Таким образом, с точки зрения межпарадигмального подхода «треугольник» РИК представляет собой внутренне противоречивую систему взаимоотношений трех стран, развитие которой предопределяется взаимодействием упорядочивающих и дестабилизирующих факторов. В ее основе лежат как кооперационные, так и конкурентные связи.

Межпарадигмальность позволяет использовать различные методологические подходы для оценки эффективности механизмов сотрудничества «стратегических партнеров». С точки зрения неореализма мы можем сделать вывод о том, что единство трех стран обеспечивается главным образом тактическими интересами, необходимостью уравновешивать американское доминирование в мире. Вместе с тем, Индия и Китай находятся в сильной зависимости от США, поэтому антиамериканизм не является мощным интегрирующим фактором в «треугольнике» РИК.

С позиций неолиберализма степень экономической взаимозависимости трех стран и институционализации отношений между ними является невысокой, что не позволяет рассматривать экономический и институциональный фундамент «треугольника» как прочный. Поэтому трудно рассчитывать на тесное сплочение входящих в него государств.

Применяя неомарксистский подход в рамках межпарадигмальности к анализу степени упорядоченности партнерства РИК, также можно сделать неутешительные выводы. Учитывая, что Россия, Индия и Китай глубоко включены в глобальные экономические связи, маловероятно, что они смогут или захотят создать единый фронт «полупериферийных» стран против государств «ядра».

Цивилизационный подход связывает формирование стабильных отношений государств с межцивилизационным диалогом, развитием тесных культурноценностных связей стран и регионов. Однако мы можем констатировать, что цивилизационные различия России, Индии и Китая глубже, чем черты сходства. РИК еще далеко до формирования «общей идентичности», в которой конструктивистская парадигма видит важнейшее условие интеграции народов и государств.

С позиций постнеклассической методологии «треугольник» РИК также не опирается на прочные основания. Все три страны считают приоритетным защиту своего государственного суверенитета, поэтому прямые транснациональные, сетевые связи институтов гражданского общества между ними носят крайне неразвитый характер.

Таким образом, анализ «стратегического треугольника» РИК через призму основных компонентов межпарадигмального подхода позволяет сделать вывод о том, что, несмотря на укрепление отношений внутри него в последние годы, уровень многоуровневой управленческой упорядоченности партнерства трех стран не является высоким.

Однако отношения России, Индии и Китая необходимо рассматривать в динамике. Каковы возможные сценарии их развития? На наш взгляд, вероятными могут быть три варианта эволюции РИК, как упрвленческого триумвирата АТР:

- пессимистический;

- оптимистический;

- умеренно-оптимистический.

38 Jinxin H. China Rethinks India // Asia’s Giants: Comparing China and India / Eds. by E.Friedman and B.Gilley. Basingstoke, 2005. P. 222.

Согласно пессимистическому сценарию стратегическое партнерство РИК не имеет перспективы. Противоречия между Россией, Индией и Китаем будут обостряться. Усилится противоборство трех «гигантов» за мировое и региональное лидерство. Укрепление экономической и военно-политической мощи Китая приведет к тому, что Россия и Индия будут блокироваться с США и Западом, чтобы уравновесить его возвышение. Это приведет в конечном итоге к распаду РИК. Такой точки зрения

39

придерживаются В.А.Гайкин, А.П.Девятов и другие авторы .

При оптимистическом варианте развития событий «треугольник РИК» будет в дальнейшем укрепляться во всех областях управления укрупненным регионом, что приведет к образованию в той или иной форме тесного политического союза. Следует признать, что в российской политологии немного авторов, которые верят в реальность такого сценария. Скорее они доминируют среди политиков левых и державных убеждений.

Наконец, умеренно-оптимистический взгляд на перспективы РИК состоит в том, что три страны будут развивать сотрудничество между собой в основном на том же уровне, что сложился к настоящему времени - «партнерство без союзничества». При этом они будут прагматически реализовывать управление своими экономическими, политическими и культурно-идеологическими интересами. Такое партнерство не только будет сопровождаться дальнейшим упорядочением управления внутри РИК, но и вносить вклад в стабилизации обстановки в АТР и в мире в целом.

Из трех сценариев самым маловероятным нам представляется оптимистический. Ряд авторов считает, что идея «треугольника» как союза трех государств - это продукт мифологизированного сознания советской эпохи («русский с китайцем - братья навек», «руси - хинди бхай-бхай») и не соответствует политической реальности XXI в. Ю.И.Суровцев подчеркивает: «... Создание «стратегического треугольника «Китай-Россия-Индия» есть политическая фантазия некоторых наших политиков и политологов, не просто малокомпетентных в геополитических реальностях современного мира, но и подчиняющих свои субъективные фантазии

40

внутриполитическим выгодам, как они им представляются» .

Мы не придерживаемся столь категорической точки зрения. Вероятностный подход, характерный для постнеклассической методологии, не исключает возможности любого сценария, включая превращение РИК в военно-политический союз. Его вероятность возрастет, если США будут проводить жесткий гегемонистский курс во внешней политике, пытаться играть роль мирового жандарма, инициировать новые военные интервенции. В этом случае страны «большой тройки» будут вынуждены создать блок для сдерживания американского экспансионизма.

Наиболее реальным нам представляется умеренно-оптимистический сценарий, поскольку он больше всего отвечает интересам двух из трех участников РИК (Индии и Китая) в управлении АТР, которые будут и в дальнейшем извлекать определенную тактическую выгоду из существующего стратегического партнерства. Россия, Индия и Китай будут вести сложную политическую игру, стремясь поддерживать конструктивные отношения между собой и одновременно не обострять тесные взаимосвязи с США.

В любом случае развитие партнерства РИК будет подчиняться законам социосинергетики - нелинейности, скачкообразности, взаимоперехода хаоса и упорядоченности и др. На направление эволюции «треугольника» могут повлиять даже незначительные флуктуации в международных отношениях, перераспределение

39

Гайкин В.А. Китай и Евросоюз - два расовых полюса планеты // Усиление Китая. Указ. соч.; Девятое А.П. Практическое китаеведение: Китай и Россия в ракурсе перемен. М., 2008 и др.

40

Суровцев Ю.И. Россия и Китай в современном мире: взгляд культуролога // Российско-китайские отношения и проблема многополярного мира / Отв. ред. Л.П.Делюсин. М., 2002. С. 107.

управленческих функций - изменение в соотношении сил ведущих акторов, зигзаги мировой экономики и т. д.

Итак, исходя из межпарадигмального подхода, нельзя полностью исключать ни один из сценариев будущего РИК. При любом варианте развития событий в объективных интересах России углублять и расширять сотрудничество с Индией и Китаем на взаимовыгодной основе, не предаваясь иллюзиям о «вечной дружбе» трех народов, а решая конкретные управленческие экономические, политические и духовные задачи.

Список литературы:

Абрамов Ю.А., Куйбарь В.И. Глобальная регионализация: к обоснованию понятия // Социально-гуманитарные знания. 2008. № 1.

Адрианов В.Л. Формирование «большого Китая»: геополитическое измерение // Китай в мировой политике. М., 2000.

Гаджиев К.С. Геополитические горизонты России: контуры нового миропорядка. М., 2007.

Гаджиев К.С. Мифы и реальности «нового великого шелкового пути» // МЭ и МО. 2008. № 11.

Гайкин В.А. Китай и Евросоюз - два расовых полюса планеты // Усиление Китая: внутренние и международные аспекты. Ч. I. М., 2005.

Гао Шуцинь. Российско - китайские отношения в условиях глобализации. М., 2005.

Дешпанде Г.П. Глобализм, регионализм и национализм. М., 2005.

Жулин Ю.А. Россия и Китай: военно-политические проблемы взаимной безопасности на пороге ХХ-ХХ1 вв. Саранск, 2005.

Комиссина И.Н., Куртов А.А. ШОС // Россия в Азии: проблемы взаимодействия. М., 2006.

Кузык Б.Н., ТитаренкоМ.Л. Китай - Россия 2050: стратегия соразвития. М., 2006.

Кулик Б. Т. Фактор США в российско - китайских отношениях // Российско -китайские отношения: состояние, перспективы. М., 2005.

Ма Шуфан Стратегический ракурс китайско - российских отношений, обращенных в XXI век. М., 2006.

Мира Синха Бхаттагарджи, К геополитике мира // Взаимодействие России, Индии, Китая в XXI в. М., 2004.

Мясникова В.С., Яскина Г.С. Россия - Китай - Индия: проблемы стратегического партнерства // Проблемы Дальнего Востока. 2003. № 1.

Портяков В.Я. Китай в мировой и региональной политике. М., 2008.

Примаков Е.М. Мир без России? М., 2009.

Суровцев Ю.И. Россия и Китай в современном мире: взгляд культуролога // Российско

- китайские отношения и проблема многополярного мира. М., 2002.

Титаренко М.Л. Геополитическое значение Дальнего Востока. Россия, Китай и другие страны Азии. М., 2008.

Уянаев С.В. Россия - Китай - Индия: на пути трехстороннего взаимодействиия // Китай в мировой политике. М., 2004.

Чже Сун Хун Развитие военного сотрудничества между Россией и Китаем // Социально гуманитарные знания. 2008.

Шамгунов Р.Г. Политика Индии и России в Центральной Азии // Россия и Индия в современном мире. СПб., 2005.

Яковев А.Г. Россия, Китай и Индия в условиях становления новой биполярности мира // Китай в мировой и региональной политике. М., 1996.