"Я не стремлюсь к провокации"

"Я не стремлюсь к провокации"

Перед московской премьерой фильма "Его брат" с Патрисом Шеро побеседовал корреспондент "Коммерсантъ-Weekend" Алексей Карахан.

— Вас называют одним из самых успешных театральных режиссеров Европы. Почему в последнее время вы почти не уделяете внимания театру, а сконцентрировались на кинематографе?

— Сегодня не театральная режиссура, а именно кинорежиссура стала для меня основной профессией. Я много работал в театре, и в какой-то момент устал от него. Сначала я думал, что смогу совмещать работу в кино и в театре, но оказалось, что это невозможно. И я выбрал кино, поскольку оно помогает мне двигаться дальше в моей профессии, быть ближе к людям и рассказывать истории, которые мне интересны. А в театре я ставил пьесы, написанные кем-то другим — Кольтесом, Чеховым, Шекспиром, кем угодно. В результате получалась интерпретация чужих слов. В кино же я рассказываю свою личную историю — начиная от сценария и заканчивая актерской игрой.

— Ваш фильм "Королева Марго", снятый больше десяти лет назад,— масштабная, почти голливудская, постановка с большим количеством действия и человеческих страстей. А сейчас вы снимаете очень тихое авторское кино. Мир ваших героев стал более пустым, в них самих практически не остается жизненной энергии. Почему так происходит?

— Я надеюсь, что это происходит лишь с моими персонажами, а не со мной лично. Я свою энергию не теряю. Я действительно стараюсь делать свои фильмы как можно более простыми и чувственными, хотя от этого они, скорее, становятся лишь менее доступными. И в последнем фильме это видно особенно. Ведь его мы снимали в больнице, где страдают люди.

— Вы думаете, что простота хороша для кинематографа?

— Когда тебе 20 лет, ты все пытаешься усложнить, но спустя много лет понимаешь, что все можно делать гораздо проще. Не надо из всего делать шоу. Надо быть реальным настолько, насколько реальна сама жизнь — то есть простым. Возможно, что мой следующий фильм, наоборот, будет очень сложным, но когда я делал "Его брата", я руководствовался именно принципом простоты.

— Почти все ваши фильмы можно назвать скандальными. Как воспринимают "Его брата"?

— Я никогда не стремлюсь к провокации. Я стараюсь рассказывать истории, которые мне интересны. Я не ищу скандалов. Хотя иногда они и случаются. Так, например, было с фильмом "Интим". Но потом люди поняли, что ничего скандального в нем нет. Они поняли, про что эта картина, и успокоились. Главная задача для режиссера заключается не в том, как публика среагирует на фильм, а в том, почувствует ли она, что он пытается до нее донести. Нужно, чтобы зрители проводили параллели с реальной жизнью. Например, несколько женщин признались мне, что их жизнь похожа на жизнь моей героини из "Интима". И тогда я понял, что снял не просто скандальный фильм, а фильм о жизни.