Высшая русская медицинская школа в Харбине (1921 -1925 гг. )

УДК 378 : 61

П.Э. Ратманов

ВЫСШАЯ РУССКАЯ МЕДИЦИНСКАЯ ШКОЛА В ХАРБИНЕ

Дальневосточный государственный медицинский университет, г. Хабаровск

исторический опыт помогает правильно решать актуальные вопросы современности и намечать перспективы дальнейшего развития. Российская эмиграция в китае была одной из крупнейших составных частей зарубежной России [3]. начало русской экспансии в Маньчжурии было связано со строительством китайской Восточной железной дороги (кВЖд) в 1898-1903 гг. Вместе с тем, больше двух десятилетий высших русских учебных заведений в Маньчжурии не было.

идея создания в Харбине высших медицинских курсов возникла в конце 1918 г., когда был образован комитет по учреждению учебного заведения. одним из инициаторов открытия в Харбине высшего медицинского учебного заведения был харбинский врач-общественник, старший санитарный врач кВЖд доктор П.А. лощилов [4]. комитету удалось собрать большие средства на открытие курсов, но из-за падения курса рубля этих средств оказалось недостаточно, и вопрос об открытии Высшей медицинской школы в Харбине был отложен [5].

Период начала 1920-х гг. в Харбине был ознаменован созданием в городе русских высших учебных заведений: Высших экономико-юридических курсов, Русско-китайского техникума, получившего позже статус института, Педагогического института и др. [1]. осенью 1921 г. общество врачей центральной больницы кВЖд создало Высшую медицинскую школу в Харбине, ориентированную на обучение русских студентов русскими врачами-преподавателями на базе своей больницы. к концу 1921 г. общество имело уже 3-летний опыт организации работы фельдшерско-акушерской школы.

любопытно, что примерно в это же время во Владивостоке был создан комитет по учреждению медицинского факультета, который был занят активными поисками не только профессоров, но и лиц, имевших ученые степени и научные труды по медицине [16].

Таким образом, идея создания первого высшего медицинского учебного заведения на российском дальнем Востоке в 1921-1922 гг. витала в воздухе. обусловлено это было, в первую очередь, последствиями гражданской войны: нарушением сообщения с центральной Россией и Сибирью, недоступностью российских вузов для харбинской молодежи, массовым притоком русских врачей на дальний Восток и в Харбин, относительно благополучной финансовой ситуацией в Маньчжурии.

30 октября 1921 г. состоялось торжественное открытие Высшей медицинской школы (ВМШ) в Харбине. насколько такая школа в Харбине в это время была необходима, показывал хотя бы наплыв желающих зачислиться слушателями. Все имевшиеся вакансии были заполнены, и на первый курс школы было принято 115 чел. [13].

Среди учащихся школы преобладали молодые люди, но были и те, кто перешагнул 30-летний рубеж. для взаимоотношений с профессурой и для разрешения матери-

Резюме

В 1921 г. в Харбине врачами Центральной больницы КВЖД и русскими врачами-эмигрантами была открыта Высшая медицинская школа. Преподавание в школе велось по программе Томского университета. За все время своего существования школа постоянно испытывала кадровые и финансовые трудности. В 1925 г. администрация КВЖД прекратила субсидии Высшей медицинской школе, а ее студентов лишила права практики в железнодорожных больницах. Все попытки спасти школу оказались безуспешными.

P.E. Ratmanov

RUSSIAN HIGHER MEDICAL SCHOOL IN HARBIN

Far Eastern State Medical University, Khabarovsk Summary

In 1921 physicians of Chinese Eastern Railway Central Hospital and Russian physicians-emigrants organized the Higher Medical School in Harbin. The School used the curriculum of the Tomsk University. For all 4 years of its existence the School had the teaching staff shortage and financial difficulties. In 1925 Chinese Eastern Railway Administration halted subsidies to the Higher Medical School in Harbin and prohibited their students to visit railway hospitals. All attempts to save the School were in vain.

альных нужд учащиеся организовали старостат, который возглавил бывший русский генерал, ставший студентом 1 курса. В первые месяцы работы школы ее посещаемости мог бы позавидовать любой университет. объяснялось это в какой-то мере недостатком в Харбине учебников, вследствие чего слушатели дорожили лекциями профессоров. В материальном отношении среди учащихся школы преобладали малосостоятельные люди, и этим объяснялось плохое поступление оплаты за слушание лекций. В целом постановка дела в ВМШ в Харбине оценивалась хорошо, и первоначально считалось, что школа должна иметь будущее [14].

Преподавание в школе велось по программе Томского университета. Экзамены по прочитанным на 1 курсе предметам проходили в сентябре 1922 г. Студенты сдавали физику, химию с кристаллографией, зоологию и ботанику [15]. обществом врачей центральной больницы кВЖд в 1922 г. издавалось периодическое издание «Высшая школа в Харбине. Медицинская школа».

В ноябре 1922 г. начался второй год работы ВМШ в Харбине. на 1 курс второго набора записалось вновь бо-

лее 160 студентов, на 2 курсе числилось около 100 чел. Второкурсники приступили к занятиям по анатомии, которые проходили в прозекторских центральной больнице кВЖд и городской больнице Харбина. Занятия велись прозектором школы, врачом Харбинского госпиталя За-амурского округа отдельного корпуса пограничной стражи доктором A.A. коневым1.

но трудностей было больше, чем успехов. организаторам школы с огромным трудом удалось пригласить несколько профессоров, однако большинство кафедр пришлось заместить местными врачебными и преподавательскими силами. Большая часть приглашений преподавателям из иркутского университета в Харбинскую ВМШ оказались отклоненными.

кроме кадровой выявилась и проблема финансового благополучия школы. Если первый академический год, благодаря помощи кВЖд, городского совета Харбина и Железнодорожного собрания, в финансовом отношении удалось закончить вполне успешно, то в конце 1922 г. материальное положение школы значительно осложнилось. организация преподавания по новым дисциплинам на 2 курсе потребовала новых расходов. кроме этого, кВЖд резко сократила размер субсидий, городской совет и Железнодорожное собрание из-за переживаемых ими трудностей просто приостановили ассигнования. да и большинство учащихся школы плату за обучение вносили несвоевременно и в неполном объеме. Попытки старостата школы изыскать новые источники дохода столкнулись с общим финансовым кризисом в Харбине и оказались безуспешными [7].

Причины у студентов школы не платить за обучение тоже были. Через год после открытия ВМШ в Харбине выяснилось, что учеба в этой школе не дает права на продолжение образования в вузах Советской России. Поэтому интерес к школе стал постепенно падать. В течение 1923-1924 гг. учащиеся неоднократно поднимали вопрос о регистрации школы в местном представительстве СССР, чтобы тем самым дать возможность студентам и выпускникам школы продолжить обучение и работать на родине.

но руководители школы занимали радикальную антибольшевистскую политическую позицию, на признание школы в Советской России не пошли, и студенты стали разбегаться из школы. к осени 1923 г. из «старых» студентов осталось только 35, а на 1 курс записалось всего 20. Усугубилась и кадровая ситуация: единственный профессор этой школы н.и.Морозов (по коллоидной химии) выражал намерение уехать из Харбина в Советскую Россию [8].

Среди студентов школы тоже не было единодушия. В феврале 1923 г. группа студентов ВМШ обвинила старостат в бездействии и злоупотреблениях. Этот случай разбирался на общем собрании студентов-медиков, собрание поддержало председателя старостата студента Белова и осудило действия студентов, заявивших отвод старостата [6].

В середине 1920-х гг. в полосе отчуждения кВЖд произошли значительные перемены: с октября 1924 г. началось совместное управление китаем и СССР китайской Восточной железной дорогой. С середины 1925 г. на дороге имели право работать только граждане китая или СССР. Вследствие этого в конце 1924 - начале 1925 гг. полностью сменилось руководство врачебно-санитарной

службы кВЖд, а в обществе врачей центральной больницы кВЖд оставалось все меньше и меньше врачей, заинтересованных в поддержании ВМШ.

летом 1925 г., когда 15 студентам Высшей медицинской школы в Харбине, оставшимся с первого набора, предстоял пятый (последний) учебный год, вопрос о правах на медицинскую деятельность будущих врачей все еще не был окончательно урегулирован. к этому времени администрация школы добилась признания вуза китайскими властями, и на территории китая будущие выпускники могли бы пользоваться всеми профессиональными правами врачей. но учащиеся школы по-прежнему требовали от администрации принятия мер по признанию ее дипломов на территории СССР. Всего к концу четвертого года существования школы в ней насчитывалось 98 студентов, в том числе всего одна китаянка [10].

В конце августа 1925 г. просоветская администрация кВЖд прекратила субсидии ВМШ, а ее студентов лишила права практики в центральной больнице кВЖд [11].

инициатором закрытия школы стал новый помощник главного врача кВЖд доктор Т.д. Бочков — бывший железнодорожный врач и профсоюзный лидер на станции Маньчжурия. 3 сентября 1925 г. он официально уведомил нового директора школы доктора Е.А. Петникова, что ВМШ должна быть ликвидирована до начала 1926 г.

В этот же день состоялось заседание правления общества врачей центральной больницы кВЖд, которое констатировало, что ВМШ, как учреждение, связанное с кВЖд, прекращает свое существование. Студенты, перешедшие на 4 и 5 курсы, получили дипломы лекарских помощников. для студентов 2 и 3 курсов предлагалось прочитать медицинские дисциплины в объеме фельдшерской школы, провести экзамен и после годичной практики также выдать дипломы лекарских помощников [12].

Такой финал вуза не стал неожиданностью для русской общественности Харбина. как писала харбинская просоветская газета «Новости жизни», школа «все 4 года влачила жалкое существование вследствие отсутствия средств» и была вынуждена пользоваться услугами местных врачей в качестве профессоров [12].

Ближайшим к Харбину русским высшим медицинским учебным заведением был медицинский факультет Томского университета. Этот старейший в Сибири вуз за годы гражданской войны и первые годы Советской власти сумел сохранить свой кадровый потенциал. к лету 1925 г. в нем работали 24 профессора, 44 преподавателя и 56 научных сотрудников, и преподавание было обеспечено по всем дисциплинам [9]. Сравнение этого факультета и Харбинской ВМШ было явно не в пользу последней.

Официальную причину отказа администрации кВЖд в финансировании школы сообщил главный врач кВЖд доктор Вей ликун, просоветски настроенный китаец, получивший образование в Военно-медицинской академии в Петрограде, работавший врачом в России и прекрасно знавший русский язык. В том виде, в каком школа существовала, она не соответствовала поставленным перед ней задачам. для приглашения профессоров из СССР и оборудования лабораторий и кабинетов были необходимы большие денежные средства и твердый бюджет. кВЖд не могла оказывать помощь школе в таком объеме, а высшее медицинское учебное заведение не могло существовать на случайные пожертвования [12].

Старое правление школы, стоявшее у ее истоков, и новое правление не смирились с ликвидацией ВМШ и предпринимали отчаянные попытки спасти свое детище. однако все попытки спасти школу оказались тщетными. Выяснилось это на заседании общества врачей центральной больницы кВЖд 27 марта 1926 г. Формально ВМШ в Харбине была ликвидирована 1 января 1926 г., а фактически — еще раньше, осенью 1925 г. занятия уже не проводились. Результатом деятельности инициативной группы врачей стало всего лишь получение сочувствия большинства организаций, а реальной поддержки школы добиться так и не удалось.

Руководители Высшей медицинской школы в Харбине так и не смогли адаптироваться к условиям китаиза-ции полосы отчуждения кВЖд в начале 1920-х гг., не сумели переориентировать преподавание на китайских студентов и недооценили важность связи русских беженцев в Харбине с родиной. Результатом такой консервативной позиции «отцов» школы стала ликвидация школы и обманутые надежды более 100 харбинских студентов-медиков.

Русские вузы в Харбине, так же, как и ВМШ, создавались немногочисленными инициативными группами и не имели прочного материального фундамента. однако они изначально искали поддержку китайских и советских властей, идя в этом на многочисленные компромиссы. Русские профессиональные учебные заведения в Харбине в 1920-х гг. изменяли учебные программы, исходя из местных условий, активно открывали китайские отделения,

приглашали китайских преподавателей. Благодаря такой гибкой политике они просуществовали до 1937-1938 гг., когда были закрыты властями Маньчжу-Ди-Го [2].

Литература

1. Аурилене Е.Е. Российская диаспора в китае: Маньчжурия. Северный китай. Шанхай (1920-50-е гг.). Хабаровск, 2003. С. 30-31.

2. Аурилене Е.Е. Российская диаспора в китае: Маньчжурия. Северный китай. Шанхай (1920-50-е гг.). Хабаровск, 2003. С. 59.

3. Аурилене Е.Е. Российская эмиграция в китае (1920 - 50-е гг.). Автореф. дис. ... д-ра ист. наук. Хабаровск, 2004. С.3.

4. Вестник Маньчжурии. 1918. 26 ноября.

5. Заря. 1922. 9 дек.

6. Заря. 1923. 27 февр.

7. новости жизни. 1922. 30 нояб.

8. Новости жизни. 1923. 13 сент.

9. Новости жизни. 1925. 1 авг.

10. Новости жизни. 1925. 2 июля.

11. Новости жизни. 1925. 2 сент.; 5 сент.; Хисамут-динов A.A. Следующая остановка — китай: Из истории русской эмиграции. Владивосток, 2003. С. 82.

12. Новости жизни. 1925. 6 сент.

13. Русский голос. 1921. 1 нояб.

14. Русский голос. 1921. 9 дек.

15. Русский голос. 1922. 25 авг.

16. Русский голос. 1922. 4 янв.