Психология лжи как новое направление исследования в социальной психологии (из опыта преподавания спецкурса «Психология лжи»)

СОЦИАЛЬНАЯ ПСИХОЛОГИЯ

Вестник Омского университета. Серия «Психология». 2009. № 2. С. 38-43.

© Н.В. Грушко, 2009 УДК 316.37

ПСИХОЛОГИЯ ЛЖИ КАК НОВОЕ НАПРАВЛЕНИЕ ИССЛЕДОВАНИЯ В СОЦИАЛЬНОЙ ПСИХОЛОГИИ

Н.В. ГРУШКО

Омский государственный университет им. Ф.М. Достоевского

The article contains a review of famous foreign and Russian scientists' approaches to lie psychology research and examples from an operational experience with students - participants in this special course.

The purpose of the article is to make the review of approaches, theories of the given theme and also to show problematic and novelty of the investigated team.

В последнее время в психологической науке наблюдается нарастание интереса к проблемам понимания сущности правды и ее психологических антиподов - лжи, обмана и неправды. Это связано с тем, что широкое распространение указанных коммуникативных феноменов определяет их социальную значимость и диктует настоятельную потребность в их изучении. И если раньше анализ причин лживости детей и взрослых занимал в основном педагогов и юристов, честность была предметом исследования специалистов по психологии личности, возрастной психологии (симптом «горькой конфеты»), то сегодня указанные вопросы интересуют ученых самых разных специальностей - социологов, философов, специалистов по маркетингу, банковских и таможенных служащих ит. п.

Психология распознавания лжи, понимания ее причин и истоков уже много лет разрабатывается на Западе. Значительная часть исследований посвящена детектору лжи, а также анализу вербальных и невербальных признаков, на которые ориентируется человек, считающий, что партнер по общению лжет. При анализе достоверности сообщаемой информации, с одной стороны, широко используются подходы и теории ученых, не ставивших своей целью верификацию информации, но прояснившие зна-

чимые моменты для понимания особенностей личности - 3. Фрейд, К.Г. Юнг, А. Маслоу и др.

Так, например, исследователи этого сложного феномена при верификации информации опираются на психоаналитический подход, утверждая, что лжеца может подвести то, что Зигмунд Фрейд определил как языковую оговорку. В «Психопатологии обыденной жизни» Фрейд продемонстрировал, что промахи, совершаемые в повседневной жизни, например, оговорки, ошибочные именования и ошибки, совершаемые при чтении и письме, не случайны и свидетельствуют о внутренних психологических конфликтах. Оговорка, по словам Фрейда, становится своеобразным орудием, которым «выражаешь то, чего не хотелось сказать, которым выдаешь самого себя» (цит. по: [12, с. 64]). К.Г. Юнг использовал ассоциативный тест в качестве и диагностического, и терапевтического инструментария при изучении состояний эмоциональной напряженности, стресса, аффекта и т. д.

С другой стороны, существует целый ряд исследователей, работы которых посвящены экспериментам, анализу поведенческих реакций людей: Э. Берн, Э. Шостром, П. Экман, А. Грег, Д. Моррис, Р. Краус, А. Пиз и Б. Пиз, Р. Бендлер, Д. Гриндер, Д. Коннор, Д. Сеймор и др. Авторы книг и методик по обнаружению лжи Пол Экман, Белла де Пауло и др. для изучения истинных признаков лжи широко использо-

вали эксперимент, предлагая испытуемым давать развернутые, правдивые или ложные ответы на определенные темы. Затем при помощи особой системы кодов анализировали их невербальное поведение и сравнивали среднюю частоту встречаемости определенных типов поведения при правдивых и лживых ответах [14].

Большое внимание западные психологи уделяют анализу вербальных и невербальных признаков, на которые ориентируется человек, в конкретных значимых ситуациях: при приеме на работу, при прохождении таможенного контроля ит. д. Подозрение, что претендент лжет с целью произвести лучшее впечатление, возникает у принимающего в тех случаях, когда его собеседник слишком долго обдумывает ответы на простые вопросы, отвечает неопределенно, пропускает необходимые детали, избегает зрительного контакта [13].

Отдельные исследования посвящены детектору лжи - теории построения полиграфа и эффективности его применения в различных областях практики, например, при доказательстве обвинения в суде. Многочисленны исследования с применением машин, которые могут с точностью определять ложь по голосу: психологический оцениватель стресса (PSE), анализатор голоса «Марк II», анализатор стресса по голосу, анализатор психологического стресса (PSA), устройство для контроля стресса по голосу и др.

Для отечественной науки эта тема является новой и мало изученной областью исследований. Исследователь западных и русских традиций в понимании лжи В.В. Знаков считает, что это связано с тем, что в предельно политизированном советском обществе не могли быть опубликованы результаты научных исследований, которые доказывали, что советский человек может быть неправдивым, нечестным, лживым. Видимо, поэтому исследования отечественных ученых связаны с особенностями проявления искажения информации, и в большей степени - с определением содержания понятий «правда», «ложь», «обман» [3, 4, 5, 6].

Так, например, в работе А.Н. Леонтьева (1928) изучалось влияние состояния аффекта на характер протекания потока свободных ассоциаций; А.Р. Лурия использовал методику свободных ассоциаций при создании полиграфа;

Э.Л. Носенко в своих работах применяет метод свободных ассоциаций для выявления диагностических признаков речи в состоянии эмоционального напряжения (цит. по: [9]).

При анализе содержания понятия «ложь» используются самые различные источники. Ложь, согласно толковому словарю русского языка С.И. Ожегова [12], - «намеренное искажение истины, неправда, обман». В психологии выделяют следующие разновидности лжи:

1. Говорить правду таким образом, чтобы в это трудно было поверить (как правило, с насмешливой интонацией, выражением лица и преувеличением действительных событий) - это дает эффект невероятности и вызывает обман.

2. Говорить полуправду - правда говорится не полностью, не договаривается. Здесь недосказанность или поворот разговора на волнующую тему в другую сторону позволяют обмануть, не прибегая к особой лжи.

Однако существуют разногласия в толковании даже базовых понятий. Например, П. Экман ставит «ложь» и «обман» в синонимический ряд, тогда как В.В. Знаков говорит о существенных отличиях этих понятий. В то время как западные психологи уделяют основное внимание личностным и особенно ситуативным детерминантам порождения лжи в коммуникативных системах, в отечественной психологии понимания главным, по мнению исследователя, является вопрос о моральной допустимости лжи.

Неправда в средствах массовой информации и ситуациях межличностного общения обычно проявляется, с точки зрения В.В. Знакова, в двух разновидностях: неправда как вербальный эквивалент заблуждения и неправда как следствие ограниченности знания. Неправда как вербальный эквивалент заблуждения: человек верит в реальность существования чего-то, но ошибается - в результате он говорит неправду, сам того не осознавая. Так, спортсмен в кругу друзей может рассказывать, что его соперник перед соревнованиями употребляет допинг. Неправда как следствие ограниченности знания, неполноты истины: описание говорящим внешней стороны поступка другого человека (например, вступления в общество «Мемориал») при незнании мотивов последне-

го и конкретных обстоятельств, в которых реализуется поведение [4].

Необходимость исследования данной темы в рамках спецкурса «Психология лжи» связана с изменением социальной обстановки в стране, особенностями времени - когда утрачивается доверие к средствам массовой информации, к рекламным сообщениям, печатному и устному слову (например, появление «пикаперов»); появляются различные реалити-шоу с привлечением профессиональных актеров. В реальной жизни мы все чаще сталкиваемся с различными примерами искажения информации. Все это в целом оказывает влияние на качество, искренность и открытость взаимодействия людей даже со своим близким окружением.

Идея создания общеуниверситетского курса «Психология лжи» опиралась на собственный опыт работы автора статьи в качестве практического психолога: преподавание одноименного курса слушателям юридического института (мировые судьи, работники ЗАГСа, юристы и т. д.); тренерская работа с банковскими служащими (кредитный отдел); работа в качестве эксперта по анализу и интерпретации невербального поведения мошенников; консультативная практика (работа с зависимостями).

Актуальность и популярность данной темы определяется несколькими факторами. Все чаще люди самого различного мировоззрения, социального статуса говорят о том, что они устали от того, что утрачиваются честные, искренние отношения между людьми. «Интерес к эмоциональной жизни неизбежно приводит нас к вопросу об отношениях внешних социальных проявлений эмоций и внутреннего мира наших чувств. Разрыв, лежащий между восторженной социальной реакцией: «Ой, спасибо, какой чудесный подарок», - и нашими внутренними ощущениями: «Боже, какая безвкусица», заставляет нас задуматься, почему мы обманываем друг друга» [7, с. 12].

Тема манипуляции сознанием особенно остро проявляется в период трансформации ценностей, в последнее время наблюдается активизация проповедников различных стилей жизни, конфессий. К психологам все чаще обращаются с проблемой зависимости людей, и этот спектр зависимостей растет - от сетевого маркетинга до сект различной направленности.

Тема правдивости-лживости - тема экзистенциального порядка, и психологическая наука и практика не может, конечно, быть в стороне от исследования и решения этого вопроса. Откуда родом ложь? Опасно или безопасно быть искренним, открытым? Эти и другие вопросы стали темами активных и глубоких рассуждений на занятиях нашего спецкурса.

С другой стороны, попытка систематизации признаков, свидетельствующих о возможности присутствия неискренности, позволяет более целенаправленно подойти к развитию коммуникативной компетентности людей, занимающихся политикой, предпринимательской деятельностью, работающих в системе государственного управления. Это придает особое социально-значимое звучание исследованиям в данной области, и это было важной содержательной частью спецкурса «Психология лжи».

Проблема выявления лжи или обнаружение неискренности в поведении человека имеет довольно давнюю историю, потому что в основе этого испытания лежит твердо установленный и давно известный факт, что наше телесное состояние связано очень тесно и прямо с душевными переживаниями. Способность определять ложь может пригодиться в совершенно разных ситуациях, решаем ли мы - идти ли на свидание, или проводим интервью с кандидатом на вакантную должность. Но в некоторых случаях в равной степени важно определить правду, и ловцы лжи могут иногда ошибаться из-за чрезмерного недоверия, переоценивая частоту обмана и упуская моменты, когда собеседник говорит истину.

Целями и задачами данного курса были -раскрыть концептуальные основы понятий «ложь», «обман»; обучить студентов основам классификации информации на основе поведенческих признаков, применению на практике психологических знаний по отслеживанию особенностей вербальных и невербальных проявлений в ситуации умалчивания и искажения информации; повышение коммуникативной компетентности.

Также задачей курса является развитие способности студентов к дальнейшему самообучению в данной области. Курс был разработан для студентов ОмГУ им. Ф.М. Достоевского, интересующихся приобретением знаний и навыков

исследования невербального поведения человека; поведением человека, в ситуациях, когда он стремится обмануть или скрыть информацию; исследованием особенностей своего собственного поведения в различных ситуациях.

В процессе усвоения курса студенты знакомятся с основными подходами по проблемам распознавания эмоциональных состояний человека, исследования мотивов, побуждающих ко лжи; овладевают конкретными методами выделения наблюдаемых признаков лжи и распознавания их в ситуациях непосредственного общения. Программа курса предполагает освоение студентами определенных методов, приемов диагностики различных признаков обмана и представляет собой вариант междисциплинарного подхода, включающего в себя такие области психологии, как психология невербального поведения, клиническая и социальная психология.

Теоретической и методологической основой курса стали работы известных зарубежных - П. Экман (способы верификации лжи) [14, 15]; Э. Берн (социальные роли, игры) [2];

А. Пиз и Б. Пиз (анализ невербального поведения) [10]; В. Сатир (модели общения) [11] - и отечественных ученых - В.В. Знаков (проблемы психологии понимания непрады, лжи, обмана) [4, 5, 6]; М.Е. Бурно (типология характеров) [1]; Э.Л. Носенко (анализ проявления лжи в речи) [9] и др.

Основные разделы спецкурса раскрывали следующие темы:

- Причины возникновения лжи как феномена.

- Определение и психологическая структура лжи (обмана).

- Основные подходы по проблемам распознавания эмоциональных состояний человека.

- Мотивы, побуждающие человека ко лжи.

- Методы выделения наблюдаемых признаков лжи и распознавания их в ситуациях непосредственного общения: верификация ложной информации по словам; верификация ложной информации по голосу; верификация ложной информации по пластике; верификация мимических признаков ложной информации.

- Способы определения лжи. Эксперименты по распознаванию признаков обмана.

- Методики обнаружения лжи: техника контрольных вопросов, способы толкования

поведенческих признаков с целью выявления признаков лжи и обмана, распознавание мимических признаков обмана.

- Ролевая игра «Детектор лжи». Цель игры: проверка и корректировка полученных в ходе спецкурса знаний.

В процессе занятий студенты пришли к выводу о том, что причины, по которым люди лгут, сложны, и истоки неискренности могут скрываться в прошлом детском опыте, когда ребенок усвоил определенную модель общения. Для распознавания различных моделей поведения мы опирались на описания, предложенные

В. Сатир [11].

Психологические приемы искажения информации достаточно многообразны, также существуют ситуации повышенной мотивации для обмана того или иного человека. В ситуации умышленной манипуляции, если определить, что больше всего хочет человек, и преподнести ему обман как исполнение его желаний - человек может быть дезориентирован. Повышать свою информированность необходимо в связи с тем, что профессиональные лжецы могут такую сильную потребность в чем-либо выявлять либо создавать искусственно; таким обходным путем добиться желаемой цели - вовлечь человека в сделку, привлечь к участию в организации, секте и т. д. Опираясь на знания иерархии человеческих потребностей, предложенной А. Маслоу, соответственно потребностям можно перечислить «кнопочки», на которые нажимают, желая обмануть. В ходе групповой работы был выявлен список «мишеней», которые могут стать целью манипулирования:

- использование состояний любви и ревности;

- использование благородных мотивов;

- использование сильных эмоций;

- использование жадности;

- использование индивидуальных особенностей.

Чаще всего мы не склонны открыто уличать кого-либо во лжи, «отсюда следует, что обыденная «социальная ложь» преподносится не столь искусно», - пишет Десмонд Моррис в Библии языка телодвижений и вводит понятия Неискусных Лжецов и Искусных лжецов [8, с. 209].

Олдерт Фрай - автор большого количества работ, посвященных теме обмана, - считает, что

«обман окружающих людей является неотъемлемой составляющей повседневных социальных взаимодействий... Сидящий у телевизора школьник отвечает отцу, что он уже сделал уроки; неверный муж отрицает свою связь с другой женщиной; контрабандист заявляет на таможне, что не провозит товаров, подлежащих таможенной декларации; а убийца упорно отрицает факт, что совершил преступление» [13, с. 11].

Сложность феномена позволила нам сделать выводы о диалектической стороне существования лжи в социальном взаимодействии, анализируя в индивидуальной и групповой работе - чему мешает, чему помогает ложь, что такое «белая ложь», ложь во спасение и т. д.

Логика содержания занятий, во-первых, была связана с тем, что обнаружить ложь достаточно сложно в связи с большим объемом информации. Слишком много источников информации приходится рассматривать сразу: слова, паузы, звучание голоса, выражение лица, движения головы, жесты, позу, дыхание, испарину, румянец или бледность и т. д. И все эти источники могут передавать информацию попеременно или с наложением, в равной мере претендуя на внимание верификатора. Для эффективного овладения работы с информацией студентам предлагалось повторить способы верификации информации, которые использовались ранее в Индии, Китае. В древней Индии, например, когда проводился допрос подозреваемых лиц, их просили одновременно с ответом на поставленный вопрос ударять в гонг. Было замечено, что когда вопрос вызывал затруднение, внутреннее замешательство тем, что тема для подозреваемого является слишком значимой, то на этот вопрос он не мог ответить быстро и совершенно искренне, что и приводило к сбоям в ударе в гонг. В нашем эксперименте мы составили списки вопросов в минигруппах, определили роли - «подозревающие»

- «подозреваемые», смоделировали ситуацию опроса, заменив удары в гонг ударами ручкой по крышке стола одновременно с ответом.

Во-вторых, необходимо было обратить внимание на индивидуальные особенности участников диалога - как, каким образом особенности темперамента, типа ВИД, характера проявляются в общении. Например: демонстративному типу характера в принципе свойственно

приукрашивать или видоизменять информацию; тревожность в невербалике психастеника можно принять за попытку обмануть [1]. Кроме того, исследователи поведения человека в стрессовых ситуациях и проявления аффекта в речи, Д. Л. Спивак, М.С. Силантьева, С.С. Гала-гудзе, Е.И. Горошко и др., обращают внимание на то, что «необычное психофизиологическое состояние отражается на ассоциативном поведении по трем параметрам, а именно: резко повышается контекстуальность, ситуативность и оценочность реакций. При этом гендерный параметр существенного влияния на особенности проявления вербального ассоциативного поведения не оказывает» [3, с. 27].

С точки зрения логики преподавания материала необходимо было создать условия для дискуссии, вдумчивого анализа источников и причин проявления данного феномена в нашей жизни. Это давало возможность учесть запрос участников спецкурса и позволяло ассоциировать теоретические знания с реальными жизненными ситуациями. И наконец, в завершение, студентам было предложено, опираясь на изученный материал, создать свою логику верификации информации.

Дополнительной формой взаимодействия было интерактивное общение со студентами, в процессе которого делалась рассылка по данной теме (лекции и дополнительные материалы), давались самостоятельные задания для практической работы, выполнялись индивидуальные групповые проекты по заданным темам.

В результате рефлексии двухгодичного преподавания общеуниверситетского курса можно говорить о том, что темы просветительские и практико-ориентированные в процессе совместного взаимодействия выросли в обсуждение тем экзистенциального порядка, например: «является ли ложь обязательным элементом социальной адаптации?».

Так, например, проект одной из групп «Ложь родом из детства» вызвал много эмоций, вопросов. Студенты анализировали свой личный экзистенциальный опыт прохождения через ложь, когда впервые осознали, что социум лжет. Повторив несколько экспериментов, описанных Полом Экманом [15, с. 30], студенты смогли самостоятельно сделать вывод о том, что мотивы лжи могут быть различны и сводятся к следую-

щим: мотивы самозащиты или защиты другого человека; избегание наказания; избегание стыда; желание избежать насмешки, неловкой ситуации; стремление завоевать признание окружения; стремление доказать свое превосходство. Данным списком мотивы лжи не ограничиваются, многообразие причин, по которым дети и взрослые лгут, кроются, с одной стороны, в особенностях личности, с другой - в окружении.

В рамках данной темы мы имели возможность рассуждать и анализировать феномен «социализации социального притворства», когда, например, в западной культуре детям прививаются противоречивые ценности: «ты должен быть честным», и в то же время «ты можешь выражать свои подлинные чувства неискренне». Анализируя теории, объясняющие, каким образом дети усваивают стратегии притворства в процессе выражения эмоций или коммуникации, ученые Кэролин Саарни и Мария фон Залиш сделали вывод о том, что «мы живем в запутанном лабиринте правил ожиданий относительно того, какие чувства мы можем выражать, где, когда и кому» [5, с. 147].

Таким образом, анализ манипулятивных приемов и особенностей поведения лиц, прибегающих ко лжи как к типичной форме поведения, подводит к более высокому уровню рефлексивной оценки признаков неискренности, истоков и мотивов лжи, приемов верификации информации, что требует дальнейшего изучения данной проблемы.

Кроме того, совместное со студентами творческое размышление и исследование данной темы позволило обозначить рейтинг популярных и значимых тем для современной молодежи, а также определить темы, не заявленные в курсе, но вызвавшие особый интерес у слушателей - например, тема самообмана.

Интересно было наблюдать, как в процессе знакомства с материалом акценты в обсуждении содержания спецкурса смещались - от практико-ориентированных тем: как научиться определять ложь, как владеть своими эмоциями, - к темам, более глубоким и близким к общечеловеческим ценностям. Вот некоторые цитаты из студенческих работ: «я хочу изучать психологию лжи, чтобы понять мотивацию -почему человек обманывает, что он чувствует, обманывая другого человека. »; «хочу понять,

почему я дала себя обмануть.»; «.почему в повседневной жизни мы сталкиваемся с проблемой лицемерия и лжи»; «эти знания помогут мне в дальнейшем изучении психологии и глубже погрузиться в профессию» и т. п.

Проведенные занятия позволили нам также убедиться в возможности развития качеств личности, способствующих более точной оценке присутствия неискренности у партнера по общению. Мы сделали вывод о том, что, благодаря соответствующей подготовке, можно повысить коммуникативную компетентность участников спецкурса.

1. Бурно М. Е. О характерах людей. - Изд. 3-е, испр. и доп. - М. : Академичекий проект; Фонд «Мир», 2008. - 639 с.

2. Берн Э. Игры, в которые играют люди. Психология человеческих взаимоотношений / пер. А. А. Грузберга. - Екатеринбург : ЛИТУР, 1999.

3. Горошко Е. И. Интегративная модель свободного ассоциативного эксперимента. - М. : Институт языкознания РАН ; Харьков : РА-Каравелла, 2001. - 318 с.

4. Знаков В. В. Неправда, ложь и обман как проблемы психологии понимания // Вопросы психологии. - 1993. - № 2. - С. 9-16.

5. Знаков В. В. Макиавеллизм и феномен вранья // Социальная психология в трудах отечественных психологов / сост. и общ. ред. А. Л. Свен-цицкого. - СПб. : Питер, 2000. - С. 394-412.

6. Знаков В. В. Категории правды и лжи в русской

духовной традиции и психологии понимания // Вопросы психологии. - ЫКЬ: http://www.

portalus.ru/modules/psychology/print.php, 2005

7. Исследуем ложь. Теории, практика обнаружения / под ред. М. Льюиса, К. Саарни. - СПб. : Прайм - ЕВРОЗНАК, 2004. - 288 с. - Проект «Мэтры психологии».

8. Моррис Д. Библия языка телодвижений / пер. с англ. Н. Караева. - М. : Эксмо, 2010. - 672.

9. Носенко Э. Л. Эмоциональное состояние и речь. - Киев : Вища школа, 1981. - 195 с.

10. Пиз А. Язык жестов / пер. с англ. - Воронеж : НПО «МОДЭК», 1992. - 218 с.

11. Сатир В. Как строить себя и свою семью / пер. с англ.; улучш. изд. - М. : Педагогика-Пресс, 1992. - 192 с.

12. Ожегов С. И. Словарь русского языка. - М. : Советская энциклопедия, 1964. - С. 320.

13. Фрай О. Ложь. Три способа выявления. Как читать мысли лжеца, как обмануть детектор лжи. - СПб. : Прайм-Еврознак, 2006. - 284 с.

14. Экман П. Психология лжи. - СПб. : Питер, 1999. - 272 с. - (Серия «Мастера психологии»).

15. Экман П. Почему дети лгут? / пер. с англ. -М. : Педагогика-Пресс, 1993. - 272 с.