Сюжет о Ришьяшринге: мотив соблазнения отшельника в древнеиндийской словесности

М. И. Петрова

СЮЖЕТ О РИШЬЯШРИНГЕ: МОТИВ СОБЛАЗНЕНИЯ ОТШЕЛЬНИКА В ДРЕВНЕИНДИЙСКОЙ СЛОВЕСНОСТИ

В древнеиндийской эпической традиции популярен сюжет об отшельнике Ришьяшринге (в переводе «Оленеро-гий»), живущем в лесу и придающемся суровому подвижничеству. Тем временем в стране наступает сильная засуха,

-

рингой, который один может остановить засуху и спасти

-

ревна находит Ришьяшрингу, который никогда до того не

видел женщин, соблазняет его или приводит в свой город,

-

тем юный отшельник, рожденный чудесным образом от лани, женится на дочери царя.

Данный мотив присутствует в эпосе: "Рамаяна", "Махабхарата", пуранах: "Падма" и "Сканда", в текстах буддистской традиции: палийские джатаки "Аламбуша" и "Налиника", "Махавасту". Существуют его китайские и тибетские версии. Упоминания о Ришьяшринге есть также

в текстах ведийской традиции: "Джайминия-упанишада-

-

да".

Разумеется, в разных версиях сказания содержится много различий, причину и характер некоторых из них мы и попробуем кратко рассмотреть далее.

--

правление исследований, которое усматривает в основе сказания мифологический фон, связывает его с обрядом вызывания дождя и земледельческим мифом, а самого

Ришьяшрингу возводит к древнему божеству плодородия и

-

-

лежит Я. В. Василькову1. Ученые обращали внимание и на структурное и содержательное сходство сказания с эпическими и фольклорными мотивами других культур, в частности с эпосом о Гильгамеше, где звероподобного Энкиду

-

невековыми легендами о единороге, существе необычайно пугливом и осторожном, которого можно поймать только

хитростью, чаще всего, с помощью юной девы2. В общем,

-

дований, предположений и гипотез3.

Изложенные далее соображения представляют собой

-

-

маяне (1.9) и Налиника-джатаке (№ 526). Причем из двух изданий Рамаяны - критического и издания Г. Горрезио4: Gauda - бенгальская рецензия эпоса - выбрано второе.

Версия критического издания очень краткая, схематичная,

-

зио гораздо богаче как с точки зрения содержания, так и стиля, поэтому и выигрывает в литературном отношении. К тому же, по мнению ряда ученых, в частности Л. фон Шредера и X. Лассена5, данный вариант сказания является

1 Я.В. Васильков. Земледельческий миф в древнеиндийском эпосе (сказание о Ришьяшринге) // Литература и культура древней и средневековой Индии. М., 1979.

2 См. подробнее: В.К. Шохин. Древняя Индия в культуре Руси. М., 1988, Dieter Schligloff. Studies in the Ajanta paintings. Ajanta Publications, 1988.

3 Например, Георг фон Симеон предлагает символическое толкование

сюжета, рассматривает еш как отражение свадьбы солнца (Ушас) и

-

ский миф о Геракле и кентавре Нессе, либо как отражение свадьбы земли (Шанга) и луны (Ришьяшринга): Rsyasrnga: Ursprung und Hintergrund. Kalyanamitraraganam. Essays in honor of Nils Simonsson. Red. E. Kahrs. Instituttet for sammenlignende kulturforskning. Series B: Skrifter LXX. Universitetsforlaget AS, Oslo. 1986. P. 203-228.

4 Valmiki Ramayana. Adicandam. Edited by Prof. Gaspare Gorresio. Madras, India, 1981.

5 Valmiki Ramayana Prof. Gaspare Gorresio's prefaces to the Sanskrit text. Madras, India, 1981. P. 22.

более древним. Что касается палийских джатак, то о Ришьяшринге (в пали ЫБ^а) повествуют две из них: "Аламбуша-джатака" (№523) и "Налиника-джатака"

(№526) . В "Налиника-джатаке" сохраняется сюжет о со-

--

тив накладывается совершенно иной. В "Аламбуша-

джатаке" мотив соблазнения отшельника уже целиком

-

торому посылает апсару обеспокоенный Индра.

-

вает Пандавам риши Ломаша во время паломничества по

тиртхам, когда странники приходят в обитель на берегу

-

социации: в этой священной обители некогда жил великий подвижник Ришьяшринга и, таким образом, сюжет о нем вплетается в мотив паломничества. Известно, насколько мотив паломничества важен для "Махабхараты". Ведь

именно в тиртхах, как это показал Я. В. Васильков 7, в эпос

-

ский материал. Указание на принадлежность священной

обители отцу Ришьяшринги влечет за собой подробные

-

-

яшринги начинается с не формальных, но с задаваемых со

-

--

жется здесь вполне закономерным.

-

чие от "Махабхараты" сказание непосредственно связано с

-

сказывает бездетному царю Дашаратхе его колесничий

-

6 The Jataka, ed. by E.B. Cowell. transl. from the Pali. Vol. 5. Cambridge, 1905. P. 79-84, 100-106.

7 Я.В. Васильков. Эпос и паломничество. Литературы Индии. М., 1979.

мары. С самого начала привлекается внимание не столько к подвижничеству как таковому, сколько к особым, магическим способностям Ришьяшринги: связанный с плодородием, он способен вызвать дождь и, следовательно, поможет

-

сказ Ломаши о Ришьяшринге преследует описательно-

поучительную цель, то в Рамаяне действия Ришьяшринги

-

зочными мотивами, которые, как показал П. А. Гринцер8, чрезвычайно характерны для "Рамаяны". Само сказание

открывается ссылкой на бездетность царя. Венчает сюжет

-

ретения потомства, и яркое фантастическое описание его завершения:

-

вателя) чудесным образом появился великан, блеском подобный огню.

Был он черен, одет в шкуру черной антилопы, с золотистыми, всклокоченными волосами и бородой.

-

сы, а голос - громовые раскаты.

Отмеченный счастливыми знаками, украшенный дивными драгоценностями, он был высок, словно горная вершина, со взглядом и походкой льва.

--

ком»9.

Этот напиток будет впоследствии разделен между

-

вей.

-

дения, получивший свое отражение в Рамаяне Вальмики.

---

8 П.А. Гринцер. Древнеиндийский эпос. Генезис и типология. М., 1974. С. 178-195.

9 Рамаяна, 1.15. 3-6.

разный, чем в Рамаяне. Гетера «веселится, играет, смеется, резвится с мячом, качаясь, как раздвоенная, цветущая лиана»10. Она «касается тела Ришьяшринги своим, то и дело

-

бор эпитетов для описания красавицы: ее глаза «огромны,

-

тистый», «ее заплетенные волосы изумительной длинны,

-

--

ки» и. т. д.

-

тельно:

«Некоторые (гетеры), хмельные от возбуждения

падали на землю и вновь поднимались, при этом они

-

вями и глазами, взмахивая руками, напоминающими

-

чину».

---

яшринги своей пышной грудью, нашептывают ему на ухо сладкие, чарующие речи».

-

сание женской красоты, то в Рамаяне вырисовывается вполне куртуазная картина.

-

ние к психологическому аспекту поведения действующих

лиц. «Гетеры, страшась гнева Вибхандаки прикрываются

-

--

хом перед проклятием Вибхандаки, только и думают о том,

-

ва, настроения и их оттенки. Обратимся теперь к разговору

10 Здесь и далее используется перевод Лесной книги Махабхараты ЯВ. Василькова и С.Л. Невелевой. Москва 1987 г.

отца Ришьяшринги с сыном после ухода гетер. В Рамаяне отец, прежде всего, обращает внимание на душевное состояние сына и, видя, что он грустен и задумчив, спрашивает его: «Сын мой, почему ты меня не приветствуешь, я

вижу, что ты погружен в океан раздумий». В Махабхарате

-

полнил свои обязанности, и обращается к нему с вопросом: «Почему, мой сын, не готовишь ты поленьев для жертвы? Совершал ли ты сегодня агнихотру (жертвоприношение богу Агни)? Хорошо ли ты вымыл жертвенные ковши, привел ли теленка к корове, дающей молоко для жертвы?» В Рамаяне этот разговор пронизан истинно отцовскими чувствами заботы, беспокойства, тревоги, отец успокаивает Ришьяшрингу, отнюдь не укоряя его. В Махабхарате - это скорее отповедь, поучение о греховности и суетности мира.

Вибхандака предупреждает сына насчет ракшасов-

-

-

ние венками и украшениями. Еще одна деталь, вроде бы незначительная, однако бросающаяся в глаза: в Рамаяне Вибхандака остается с сыном в обители на ночь, и уходит в лес лишь на утро, в Махабхарате же он сразу устремляется на поиски гетеры и проводит за этим занятием три дня. Вернувшись домой, отец не застает сына в обители. Вот как описывается этот эпизод в Рамаяне:

«Тем временем риши Вибхандака вернулся в

-

немогая под тяжестью ноши.

Он пожелал увидеть сына, и, обнаружив, что обитель пуста, очень обеспокоился.

Измученный усталостью, даже не омыв ног, он

-

га!»11

--

ся большое внимание.

11 Рамаяна, 1.9.57-59.

В Махабхарате чувства Вибхандаки принципиально иные: не найдя сына он приходит в неистовство и, «терзаемый яростью, горит желанием испепелить царя ангов и

его владения». Интересен и конец истории: в Рамаяне

-

гой Шантой, в Махабхарате же отец, хоть и сменив гнев на милость, все же приказывает ему после рождения сына вернуться в лес и продолжить подвижничество.

---

лается на выполнении религиозного долга, в другом - на

-

-

но-философский в Махабхарате, и лирико-эпический - в Рамаяне, определяет рисунок образа.

Обратимся теперь к материалу Налиника-джатаки.

Эта джатака, как и остальные, приводит ссылку на некое

-

-

ненном своей бывшей женой. С самого начала очевидно, что этот рассказ преследует морализаторские цели: главное

здесь - предупреждение об опасности, которая исходит от

-

-

ским юмором в народном стиле. Царевна, выступающая в

роли соблазнительницы, пускается на невероятные уловки,

-

шить подвижничество. Притворяясь молодым аскетом, она

-

ду ними вызваны тяжелой раной, будто бы нанесенной ей

-

-

зоде перекличку с рассказом о Рустико из «Декамерона». Правда, в случае с джатакой, совращение обставляется, как лечебное, а в «Декамероне», как религиозное действие. Присутствие грубоватого юмора побуждает многих ученых характеризовать этот сюжет, как эротически-бытовой, хотя

это мнение очевидно поверхностно и, как полагает Я. В. Васильков и некоторые другие исследователи, за внешней непристойностью скрывается ритуальная основа.

В целом Налиника-джатака представляет собой пример того, как древний сюжет приспосабливается для того, чтобы проиллюстрировать близкую буддистам идею - от женщин исходит зло, они способны уничтожить любую добродетель. Заключительная проповедь отца Ришь-яшринги (самого Будды) оказывает на юного аскета такое действие, что он вырывает царевну из своего сердца и

вновь погружается в религиозную практику. Хотя, судя по

-

начально повествование на этом не кончалось.

Хотелось бы думать, что на основе этих примеров мне удалось показать, хотя бы и кратко, насколько общий характер памятника подчиняет себе традиционный сюжет.