Деятельность секретарей в античных государствах Северного Причерноморья

М. В. Скржинская

ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ СЕКРЕТАРЕЙ В АНТИЧНЫХ ГОСУДАРСТВАХ СЕВЕРНОГО ПРИЧЕРНОМОРЬЯ

Резюме. Деятельность секретарей сопровождала почти всю тысячелетнюю историю античных государств Северного Причерноморья. В надписях, найденных в Тире, Ольвии, Херсонесе и на Боспоре, упоминаются секретари Народного собрания, Совета, различных коллегий и религиозных союзов. Начиная с эллинистического времени, должность секретаря Совета была первой ступенью в карьере государственных деятелей, потому секретарями становились образованные молодые люди. Они зачастую происходили из знатных семей, о чем свидетельствуют херсонесские надписи. Работа секретарей, составлявших различные документы, нашла отражение в копиях постановлений и законов, которые вырезали на каменных стелах. В основном это рядовые тексты, написанные по сложившимся трафаретам, но некоторые представляют образцы хорошей документальной прозы. К их числу принадлежат пространные ольвийские декреты в честь Протогена и Никерата и херсонесский декрет в честь полководца Диофанта

Ключевые слова: Древняя Греция, эпиграфика, органы власти, религиозные союзы, документальная проза.

В VI в. до н. э. в процессе создания древнегреческих полисов на северных берегах Черного моря возникла необходимость ведения государственной документации: требовалось составлять списки полноправных граждан, записывать различные постановления, законы, договоры, права на владение землей и разными видами имущества. Поэтому уже на исходе архаического периода в городах Северного Причерноморья зарождается жанр местной документальной прозы, развивавшейся в русле принятых норм во всей греческой ойкумене. В метрополии уже были выработаны определенные правила для составления договоров между государствами, для различных законов и постановлений Народных собраний и Советов, для отчетов должностных лиц, для почетных декретов, всевозможных списков и других документов. Их писали должностные лица, в основном секретари, которые, как правило, принадлежали к влиятельным и наиболее образованным слоям граждан (Доватур 1957: 13).

Название должности секретаря ура^атги^ происходит от слова ура^а (буква), то есть подразумевает грамотного человека, способного в сжатой и точной форме излагать всевозможные постановления, законы, договоры и тому подобное. Аристотель в «Афинской политии» (54, 3) писал, что государственный секретарь составлял текст документов, хранил постановления Народного собрания, подписывал все государственные акты и присутствовал на заседаниях Совета.

Тексты множества официальных древнегреческих надписей составлены секретарями. Древнейшее известное сейчас упоминание секретаря в Северном Причерноморье сохранилось в надписи первой половины III в. до н. э. на стеле коллегии ситонов, которые заботились о снабжении Ольвии хлебом в голодные годы. Стелу украшало изображение всех членов коллегии, состоявшей из пяти человек; внизу под рельефом начертаны слова: «Бывшие ситонами Феокл, сын Фрасидама, Деметрий, сын Фокрита, Афиней, сын Конона, Навтим, сын Героксена при секретаре Афинодоре, сыне Демагора, (это изображение) Герою Внемлющему (посвятили)» (НО. 72). Наверное, Афинодор составил надпись, нанял скульптора и следил за исполнением изображения и за нанесением текста на мраморную плитку. Имя секретаря названо с отчеством, из чего следует, что он был гражданином, а его должность была не чисто вспомогательной, так как он изображен на стеле наравне с остальными членами коллегии. Этот памятник указывает на важную роль секретаря во время деятельности разных выборных коллегий.

Хотя сейчас это самый ранний в Северном Причерноморье эпиграфический документ с упоминанием секретаря, нет сомнений, что такая должность появилась здесь гораздо раньше. Однако до эллинистического времени в надписях не было принято упоминать имена секретарей. Сначала, наверное, эту функцию наряду с другими поручали одному из членов Совета или коллегии, которые осуществляли практическую власть в государстве. Но с увеличением количества всевозможных документов для их оформления и хранения стали выделять отдельного человека.

Кроме упомянутого ольвиополита Афинодора, сохранилось несколько имен секретарей, служивших в Херсонесе, Тире и в боспорских городах. Первым по времени из известных сейчас херсонесских секретарей Совета и Народного собрания является Дамасикл, сын Афинея (IOSPE I2. № 352); во второй половине II в. до н. э. он записал и передал мастеру почетный декрет,

текст которого был вырезан на постаменте статуи полководца Диофанта. Имена других секретарей можно прочесть в надписях римского времени: это Аполлонид и Теоген (IOSPE I2. 357, 360), а также Тит Флавий Агеполис, Флавий, сын Аристона (НЭПХ. 112, 113) и Тит Флавий Аттиан (Антонова, Яйленко 1995: 5886). Три последних имени указывают на принадлежность их носителей к херсонесской знатной семье Флавиев, члены которой имели римское гражданство и во II в. н. э. неоднократно занимали руководящие должности в Херсонесе (Соломоник 1973: 28-31, 40). Исполнение обязанностей секретаря Совета (ура^^атси^ тл<; ßou^n<; - IOSPE I . 359, 363, 396) находилось на одной из первых ступеней, с которой начиналось восхождение по служебной лестнице. Не случайно во всех надписях имена секретарей пишутся в самом конце вслед за более важными должностными лицами.

О круге обязанностей государственного секретаря (ура^а-тси^ т^ по^гю^) можно прочесть в одной частично сохранившейся надписи римского времени из Тиры (IOSPE I2. 2). Там написано, что секретарь Валерий Руф редактировал постановление о награждении золотым венком сына Коккея. Вероятно, тот умер к моменту издания декрета, в котором сказано, что секретарь вручал отцу копию декрета, а оригинал передавал в городской архив. По надписям Тиры и Херсонеса известно, что в первые века нашей эры государственные документы скреплялись печатями нескольких должностных лиц и последним из них был секретарь. Оттиски печатей прилагались к рукописному документу, написанному на папирусе или пергаменте. Но их нельзя увидеть на копиях декретов, запечатленных на каменных стелах.

Древнейшее упоминание о секретаре на Боспоре находится в плохо сохранившейся надписи эллинистического времени (КБН. 823). В царской канцелярии служили несколько секретарей; в III в. н. э. Фанн был главным, а Менестрат рядовым секретарем (КБН. 36). В боспорских надписях римского времени имена секретарей постоянно присутствуют в списках имен членов различных религиозных объединений, называвшихся фиасами; они существовали не только в столице Пантикапее (КБН. 82, 89, 93), но и в других городах Боспора; документально это известно по надписям из Гермонассы и Танаиса (КБН. 1054, 1263, 1264, 1268). В списках подобных объединений перечислялись в строго определенном порядке соответственно рангам должностные

лица фиаса; имя секретаря стояло на последнем месте, а далее после слов «остальные члены фиаса» шел перечень рядовых членов объединения.

В городской архив поступали документы, отредактированные секретарями; они владели литературным языком и умели писать по определенным правилам, существовавшим в их время во всех греческих государствах (Тюменев 1950: 14-20; виаг-ёисс1 1969: 28). Если в документе шла речь о предоставлении каких-либо прав или привилегий, то секретарь вручал копию лицу, упомянутому в постановлении. Таковы были почетные декреты о наградах и проксении иноземным гражданам, в которых говорилось о предоставлении им особых льгот, а иногда и гражданства. Древнейшая известная сейчас проксения из Северного Причерноморья записана на известняковой стеле из Оль-вии в начале V в. до н. э. (НО. 1). Приведем два образца из числа нескольких десятков ольвийских и боспорских проксений IV в. до н. э. Первая дана двум гражданам Гераклеи, а вторая гражданину города Амиса, который одно время назывался Пиреем.

«В добрый час! Ольвиополиты дали сыновьям Феопропа, Феофану и Аристе, гераклеотам, им самим и их потомкам проксению, право гражданства, освобождение от пошлин на все товары, какие бы не ввезли или не вывезли они сами или их слуги, и (дали право) входа и выхода (из гавани) и в военное, и в мирное время, без конфискации и заключения договора» (НО. 6).

«...сыну Дионисия проксения. Перисад и (его) сыновья... сыну Дионисия, пирейцу, и (его) потомкам дали проксению и свободу от пошлин на все товары во всем Боспоре, им самим и их слугам, и право въезда в гавань и выезда во время войны и во время мира, без конфискации и без необходимости договора» (КБН. 1).

Сравнение этих документов показывает, с одной стороны, сходство формулировок относительно предоставления льгот, с другой стороны, отличие тех, кто их предоставляет: Совет и Народное собрание в демократической Ольвии и царская семья в Боспорском царстве.

Почетные декреты в честь соотечественников и проксении составляют значительную часть интересующих нас надписей. Гораздо меньше уцелело отредактированных секретарями законов и международных договоров. К последним относятся договор IV в. до н. э. об исополитии Милета и Ольвии (Граков 1939: № 35) и датированное 179 годом до нашей эры соглашение царя Понта и правительства Херсонеса о совместном отражении врагов и охране политического строя обоих госу-

2

дарств (ЮБРЕ I . 402). Хорошее представление об оформлении текстов законов дает ольвийский декрет, в котором четко определено требование торговать на территории этого государства, используя исключительно местные деньги, менять кизикины по установленному курсу и взыскивать штрафы с нарушителей (ЮБРЕ I2. 24). Уникальным документом является клятва, которую давали граждане Херсонеса на рубеже IV-III в. до н. э. (ЮБРЕ I2. 401). Она написана по образцу, использовавшемуся для присяги граждан во многих греческих городах (Жебелев 1953: 221-222).

В особо важных случаях принималось решение начертать декрет или закон на каменной стеле и поставить на видном месте в городе. Текст документа при передаче его резчику по камню не редактировался. Поэтому в ольвийских надписях часто имеется лишь число без указания месяца и года. Вероятно, в архиве секретари складывали документы по годам и месяцам, поэтому было ясно, когда они написаны. Например, знаменитый декрет в честь Протогена начинается словами: «Совет и Народ постановили двадцатого числа, архонты и коллегия Семи предложили.». В то же время в декрете точно обозначены годы, когда Протоген совершал свои благотворительные акции; они датированы, как это было принято во многих греческих городах, по именам верховных жрецов, дававших название году.

Вероятно, к государственному секретарю обращались за выписками из законов, которые требовались при решении того или иного дела в суде. Древнейшие письменные и археологические свидетельства о судах в Ольвии и в Пантикапее относятся к IV в. до н. э. (Скржинська 2009: с.20). Наряду с судьями и присяжными в судебных заседаниях непременно участвовал секретарь. В его обязанности входило чтение законов, свидетельских показаний и других документов, которые принесли в суд истец и ответчик. Заседание суда начиналось с молитвы богам, после чего секретарь вызывал истца и ответчика, просил их назвать свои имена и читал текст жалобы. Затем истец выходил на специальное возвышение бему и произносил свою речь. Вслед за ним выступал ответчик. Оба они неоднократно обращались к секретарю, чтобы он прочел соответствующий документ из тех, которые они предоставили суду.

На основании рассмотренных эпиграфических источников можно утверждать, что деятельность секретарей сопровождала почти всю тысячелетнюю историю античных государств Север-

ного Причерноморья. Как и прочие должности в государственных учреждениях и судах, эту обязанность исполняли исключительно мужчины, полноправные граждане. Работа секретарей, составлявших различные документы, нашла отражение в копиях постановлений и законов, которые вырезали на каменных стелах. В основном это рядовые тексты, написанные по сложившимся трафаретам, но некоторые представляют образцы хорошей документальной прозы. К их числу принадлежат пространные декреты в честь Протогена и Никерата, выдающихся ольвийских граждан, и херсонесский декрет в честь полководца Диофанта

Литература

Антонова, Яйленко 1995 - Антонова И. А., Яйленко В. П. Северное Причерноморье и Маркоманнские войны по данным херсонесского декрета 174 г. в честь Тита Аврелия Кальпурниана Аполлонида // ВДИ. 1995. № 4.

Граков 1939 - Граков Б. Н. Материалы по истории Скифии в греческих

надписях Балканского полуострова и Малой Азии // ВДИ. № 3. Доватур 1957 - Доватур А. И. Повествовательный и научный стиль

Геродота. Л., 1957. Жебелев 1953 - Жебелев С. А. Северное Причерноморье. М.; Л. 1953. КБН - Корпус боспорских надписей. М.; Л. 1965. НО - Надписи Ольвии. Л., 1968.

Скржинська 2009 - Скржинська М. В. Судочинство в античних державах Швшчного Причорномор'я // Украшський юторичний журнал. 2009. № 5. НЭПХ - Соломоник Э. И. Новые эпиграфические памятники

Херсонеса. Киев, 1964. Т. 1.; Киев, 1972. Т. 2. Тюменев 1950 - Тюменев А. И. Херсонесские этюды // ВДИ. № 4. Guarducci 1969 - Guarducci M. Epigrafía Greca. Т. 2. Roma, 1969. IOSPE - Latyschev B. Inscriptiones orae septentrionalis Ponti Euxini. Petropoli, 1916.

Skrzhinskaja M. V. Secretaries and their activity in ancient states on the Northern littoral of the Black Sea

The inscriptions from Tyra, Olbia, Chersonesos and Bosporos let us find out about secretaries' activities in government institutions, in king's secretariat and in various religious unions. Secretarial work is presented in the copies of important documents, carved on stone stelas. Most of those texts were composed in accordance with certain templates, but some of them represent examples of high-quality documentary prose. Those are Olbian honour decrees to Protogenes and Nicerates and Chersonesos honour decree to Diophantos (IOSPE I2. 32, 34, 352).