Освещение деятельности классных наставников в воспитательной системе отечественной гимназии в периодической печати во второй половине XIX - начале ХХ века

УДК 371.48 ББК 74.03

ОСВЕЩЕНИЕ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ КЛАССНЫХ НАСТАВНИКОВ В ВОСПИТАТЕЛЬНОЙ СИСТЕМЕ ОТЕЧЕСТВЕННОЙ ГИМНАЗИИ В ПЕРИОДИЧЕСКОЙ ПЕЧАТИ ВО ВТОРОЙ ПОЛОВИНЕ XIX - НАЧАЛЕ ХХ ВЕКА

Н.М. Ичетовкина

Аннотация. В статье проанализировано содержание публикаций педагогической прессы второй половины XIX- начала ХХ века, в которых отражены отдельные аспекты деятельности классного наставника в воспитательной системе отечественной гимназии. Выделены следующие группы в тематике статей: статьи, посвященные обоснованию феномена классного наставничества как самостоятельного педагогического, культурного явления; публикации, посвященные обоснованию классного наставника в качестве звена воспитательной системы гимназии, его взаимодействия с другими субъектами; статьи, в которых воспитательная деятельность классного наставника рассматривалась в контексте общественно-политического развития России.

Ключевые слова: классный наставник, воспитательная система, гимназия, периодическая печать, педагогическая пресса.

COVERAGE OF FORM TUTORS' WORK IN THE EDUCATIONAL SYSTEM OF NATIONAL GYMNASIUM IN THE PERIODICALS IN THE SECOND HALF OF THE 19TH - EARLY 20TH CENTURIES

N.M. Ichetovkina

Abstract. The article analyzes the content of publications of the educational printed media of the second half of XIX - early XX centuries, which reflect separate aspects of educational work of form tutors in the educational system of the native school. It also identifies the following groups in the theme articles: articles dedicated to the study of the phenomenon of classroom mentoring as an independent educational, cultural phenomenon; publications, devoted to justifying form tutors to be part of the educational system of the gymnasium, its interaction with other subjects; articles in which educational activities of a student mentor was considered in the context of socio-political development of Russia.

182

Keywords: form tutor, educational system, gymnasium, periodicals, educational printed media.

Периодическая печать — вид исторических источников, представленный долговременными изданиями периодического характера. К середине XIX века педагогическая пресса была представлена в основном ведомственными журналами («Периодическое сочинение об успехах народного просвещения», «Журнал Департамента МНП», «Журнал МНП», «Педагогический сборник», «Народное образование»). В 1860-е гг. появляется частная педагогическая пресса, сосредоточившаяся преимущественно в Москве и Санкт-Петербурге. Как правило, частные издания являлись приложениями к детским журналам, например, «Педагогический листок», выпускавшийся при «Детском чтении». С 1876 г. при Санкт-Петербургском педагогическом обществе начал издаваться журнал «Педагогическая летопись», освещавший проблемы обучения и воспитания, классического и реального образования. В 1878 г. как приложение к журналу «Семья и школа» стала выпускаться первая педагогическая газета — «Педагогическая хроника», в которой отражалась и воспитательная деятельность классных наставников в гимназии. В конце 1870-х гг. возник журнал «Воспитание и обучение», содержащий тексты по воспитанию и образованию, а также учебный материал литературно-художественного содержания. С 1880-х гг., по мнению М.А. Азарной, наблюдается тенденция тематической контаминации педагогических изданий [1, с. 17]. Так, в результате сращивания двух типов специализи-

рованных журналов — медицинского и педагогического — возник «Медико-педагогический вестник». В 1880-е гг. широкое развитие получила провинциальная педагогическая периодика («Педагогический вестник» (г. Ели-заветград), «Гимназия» (г. Ревель)). 1890-е гг. ознаменовались появлением двух ведущих педагогических журналов — «Вестник воспитания» и «Русская школа», ориентировавшихся как на педагогов и воспитателей, классных наставников, так и родителей. В изданиях анализировались проблемы нравственного и эстетического, физического, трудового воспитания, женского образования, обучения в специальных учебных заведениях, интернатах и пансионах, опыт образования и воспитания за границей. Оба журнала привлекали к сотрудничеству известных педагогов, ученых, общественных деятелей (В.М. Бехтерева, В.П. Вахте- 1П„ рова, А.С. Вирениуса, В.И. Вернанд- 183 ского, И.И. Мечникова, Н.В. Чехова).

Отметим, что частная педагогическая пресса исследуемого периода, в отличие от ведомственной, находилась в более жестких экономических и цензурных условиях, претерпевая существенные изменения: частую смену редакторов-издателей, названий, содержания. Тем не менее, ее издательство становилось выгодным коммерческим предприятием, что было обусловлено расширением читательской аудитории в связи с ростом городского населения, потребностью в информации. Кроме того, происходила дифференциация прес-

сы по отраслям педагогической науки, типам учебных заведений, возрастным группам учащихся, учебным предметам, регионам. Внутри педагогических журналов наблюдалось появление тематических разделов: теория и практика воспитания, методика преподавания, состояние образовательных учреждений, педагогическая литература, история педагогики, выдающиеся педагоги, взаимодействие школы и общества. Авторский состав педагогических изданий второй половины XIX — начала ХХ века включал как известных педагогов, ученых и общественных деятелей, так и представителей столичной и провинциальной интеллигенции, в том числе преподавателей и классных наставников гимназий.

Обзор многообразия педагогической прессы в изучаемый период позволил нам обозначить политематические издания («Образование», «Педагогическая хроника», «Педагогический листок», «Педагогическое обозрение», «Русская школа», «Семья 1ПЛ и школа», «Учитель»); монотематиче-184 ские издания («Гимназия», «Воспитание и обучение», «Вестник воспитания»); журналы, выходящие за пределы педагогической проблематики («Вестник психологии, криминальной антропологии и педологии», «Известия Совета Всероссийского педагогического общества»); региональные педагогические издания («Вестник образования и воспитания Казанского учебного округа», «Педагогический вестник Московского учебного округа»).

Анализ обнаруженных в названных изданиях публикаций, где раскрывались отдельные аспекты деятельности классного наставника в

гимназии, позволил нам выделить следующие группы в тематике статей: первую группу составили статьи, посвященные обоснованию феномена классного наставничества как самостоятельного педагогического, культурного явления; во вторую группу мы включили публикации, посвященные обоснованию классного наставника в качестве звена воспитательной системы гимназии, его взаимодействия с другими субъектами; к третьей группе мы отнесли статьи, в которых воспитательная деятельность классного наставника рассматривалась в контексте общественно-политического развития России.

Рассмотрим содержательное наполнение выделенных групп.

В публикациях первой группы, рассматривались личностные и профессиональные качества наставников, их материальное положение, социальный статус. Всего нами обнаружено 18 статей данной тематики.

Авторы периодических изданий 1870-80-х гг. определяли классного наставника как выпускника университета, владеющего теоретическими знаниями по предмету, совмещающего должность преподавателя гимназии с исполнением воспитательных функций классного наставника. Авторы публикаций неоднократно задумывались о мотивах исполнения преподавателем воспитательных функций. Большинство из них сходились во мнении, что исполнение обязанностей наставника связано с тяжелым материальным положением преподавателей гимназии и необходимостью иметь дополнительный доход. Следовательно, назначение на должность классного наставника происходило не только с учетом количе-

ства преподаваемых в классе уроков, но и материальных интересов.

Авторы статей неоднократно задавались вопросом о личностных качествах классного наставника (опрятность, вежливость, доброжелательное отношение к воспитанникам, умение сохранять дисциплину в классе). В начале XX века в прессе развернулись дискуссии о назначении классного наставника в учебном заведении, его роли, значении личного влияния воспитателя на учеников. Так появились статьи «Об отношениях учителя к ученикам», «Обязанности воспитателя как человека», «Воспитательное значение средней школы». Основная точка зрения авторов заключалась в том, что классный наставник — это, прежде всего, помощник и друг воспитанников, искренне преданный детям и педагогической профессии, уважающий и доверяющий ученикам. По мнению А.Д. Галанина, воспитатель — это пет дагог с личной инициативой и убеждениями [2, с. 259].

Таким образом, на страницах периодической печати наблюдалось осмысление педагогического феномена классного наставничества, его характеристика с личностных и профессиональных позиций. Отметим, что авторы чаще задумывались о человеческих качествах воспитателя, чем о профессиональных; наличие человеческих качеств являлось главным критерием профессиональной принадлежности педагога-воспитателя.

Во вторую группу отнесем статьи, посвященные обоснованию классного наставничества в качестве звена воспитательной системы гимназии. Можно выделить три тематических направления:

• публикации, в которых анализировался опыт взаимодействия наставников с субъектами воспитательной системы (воспитанники, преподаватели и учительские союзы, родительские комитеты);

• статьи, в которых рассматривался опыт организации досуга классными наставниками;

• статьи, посвященные социально-педагогической деятельности наставников.

В рамках первого тематического направления нами проанализировано 30 статей, значительная часть которых содержит характеристики ученических объединений, кружков, союзов, получивших распространение на фоне общественно-политического и педагогического движения.

Организация и функционирование ученических объединений в начале XX века — это способ, используемый воспитанниками гимназий для обозначения своих требований перед руководством гимназии, преподавателями, наставниками, родителями, общественностью. Так, на страницах журнала «Образование» мы встречаем текст петиции учащихся одной из гимназий [3, с. 89]. Их требования касались реорганизации как учебного процесса (исключение классических языков, предоставление преподавателям большей самостоятельности, отмена барьера для поступления в гимназию инородцев и иноверцев), так и воспитательного (отмена внешкольного надзора, наказаний, обязательного посещения церкви, устройство касс взаимопомощи, легализация ученических кружков). А ученическая организация, созданная в Иваново-Вознесенске, разработала Устав, в котором своей задачей про-

185

возглашала борьбу за свободную, демократическую и автономную школу. Воспитанники выражали протест в форме забастовок, бойкотов, срыва занятий, разрушения школьной мебели, битья стекол, участия в демонстрациях.

Необходимо отметить, что в начале ХХ века дисциплина в гимназии находилась на низком уровне. Классные наставники сообщали о низкой посещаемости занятий. Известны случаи, когда ученики приходили в гимназию с картами и водкой, читали сатирические журналы, газеты, политические брошюры. При этом действия воспитанников вызывали различную реакцию со стороны наставников. Некоторые из них оставались на консервативной позиции, заключавшейся в новых запретах, усилении дисциплины. Известны, однако, случаи, когда педагоги разделяли взгляды воспитанников, поддерживали их, оказывали помощь. В качестве примера приведем организацию I Всероссийского съезда учащихся средних учебных заведений, 186 собравшего делегатов — учеников и педагогов — из 59 городов России [4, с. 60]. В публикациях начала ХХ века встречаем также заметки об организациях скаутов в России.

Таким образом, на фоне демократизации школьной жизни в начале ХХ века наблюдается появление ученических кружков, которые носили социальную, образовательную направленность и характеризовались относительной самостоятельностью. В этих условиях классные наставники были вынуждены лавировать между тем, чтобы восстановить дисциплину в гимназии, не потеряв при этом доверия детей, авторитета.

Со страниц педагогической прессы мы узнаем также о создании организаций педагогов, в том числе классных наставников (9 статей). В педагогических изданиях подробно описывались структура, содержание и результаты функционирования различных объединений. Например, в «Вестнике воспитания» сообщалось о деятельности Всероссийского Союза деятелей средней школы. Своей задачей Союз провозглашал защиту экономических, правовых и профессиональных интересов педагогов. Большое распространение в России получили педагогические общества, которые создавались на уровне гимназии, города, учебного округа, их деятельность также активно обсуждалась публицистами. Так, в педагогическом обществе г. Ревель [5, с. 100] насчитывалось 66 педагогов. На секционных заседаниях заслушивались доклады, касавшиеся отдельных аспектов воспитания и обучения, обсуждались вопросы улучшения жилищных условий, организации педагогических курсов, музеев, приобретение учебников.

В прессе обсуждалась деятельность преподавателей и воспитателей в составе не только организаций, но и педагогических советов гимназии (4 статьи). Как правило, выражались отрицательные отзывы о деятельности педсоветов: «воспитательные функции педагогических советов слабо реализуются», «деятельность педагогических советов в основном сводится к утверждению отчетов классных наставников» [6]. Большинство авторов критиковали формальное выполнение ими воспитательных задач.

Таким образом, значение деятельности педагогических обществ

состояло, главным образом, в содействии объединению педагогов, в том числе воспитателей, классных наставников, возможности обсуждения проблем, с которыми они сталкивались в своей деятельности, обмена педагогическим опытом.

В начале XX века на фоне подъема общественной активности сначала стихийно, а позже с разрешения МНП, в разных городах Российской Империи стали создаваться родительские комитеты. Их деятельность также нашла отражение в педагогической прессе исследуемого периода (7 статей). Анализ содержания публикаций позволяет констатировать, что созданные комитеты в основном решали материальные проблемы — занимались сбором одежды, обуви, учебников беднейшим ученикам, а также вносили часть платы за обучение. Для сбора средств устраивались спектакли и воскресные чтения, в которых принимали участие и члены комитета [7, с. 20]. Другое направление деятельности — забота о здоровье гимназистов, главным образом организация завтраков и обедов, лечение детей, обустройство кабинетов, соблюдение гигиенических условий. Родители также занимались и воспитательной работой, совместно с наставниками организовывали внешкольные занятия, кружки, экскурсии, музыкальные и литературные вечера, спектакли и концерты. Отметим, что активность комитетов не всегда встречала поддержку педагогов, считавших родителей некомпетентными по многим вопросам.

Таким образом, деятельность всех субъектов воспитательной системы отечественной гимназии обсуждалась в периодических изданиях. Их

изучение позволяет нам утверждать, что классный наставник активно взаимодействовал с субъектами воспитательной системы гимназии, обеспечивая тем самым ее цельность и жизнеспособность.

Значительное место среди публикаций занимают статьи, в которых анализировалась организация классными наставниками досуга воспитанников (31 статья). Педагоги, публицисты, ученые анализировали различные формы организации наставниками «изящного» досуга. Обратимся к их характеристике.

В педагогической прессе мы обнаруживаем достаточное количество статей о литературных чтениях и беседах, проводившихся в гимназиях (12 статей). Авторы публикаций считали данную форму проведения досуга эффективной в пробуждении интереса гимназистов к внеклассному чтению. В частности, «литературные или литературно-музыкальные вечера и утра имеют огромное воспитательное значение, которое заключается в том, что воспитанники, готовясь к выразительному чтению, тщательно изучают произведение, пытаясь осмыслить его содержание» [8, с. 157]. В. Фишер отмечала, что с 1890-х гг., в период повышения общественно-педагогической инициативы при организации мероприятий, содержание литературных бесед не ограничивалось школьной программой, в тематику бесед включались произведения отечественной и мировой литературы [9, с. 67].

В гимназиях устраивались также духовные вечера, на которых гимназистами читались стихотворения и исполнялись музыкальные композиции религиозной тематики, приоб-

187

щающие детей к религиозно-нравственным ценностям.

В публикациях описывался опыт организации гимназических театров (3 статьи). Так, А.Д. Звягинцева утверждала, что детский спектакль имеет огромный образовательно-воспитательный контекст, способствует развитию эстетического восприятия и понимания [10]. Классные наставники отмечали благотворное влияние спектаклей на воспитанников (развитие актерских способностей, речи, выработка умения выражать мысли и чувства, выступления на публике, анализ поступков героев).

С начала ХХ века отмечается появление новых форм организации досуга. К таковым относем образовательные экскурсии (10 статей), например, экскурсия астраханских гимназистов по Волге, воспитанников казанских гимназий в Раифскую пустынь, образовательная поездка учениц Екатеринославской гимназии в Москву. В. Ар-ко ыделил три этапа в проведении школьных экскурсий: подготовительная работа 188 (знакомство с памятниками культуры, их географическим положением, историей); непосредственно сама экскурсия и заключительный этап — анализ полученных данных, составление дневника наблюдений, оформление результатов, проверка усвоенного материала [11, с. 45]. В 1911 г. на съезде педагогов средних учебных заведений были обозначены цели проведения экскурсий: приобретение новых знаний; приобщение к материальной и духовной культуре; эстетическое восприятие; развитие патриотических чувств. Кроме того, съезд определил разнообразие экскурсий: ученические, состоявшие из

воспитанников одного или нескольких учебных заведений; окружные, охватывавшие учащихся всего учебного округа; учительские экскурсии, направленные на изучение учебного и воспитательного дела в лучших учебных заведениях.

Таким образом, можно констатировать не только широкое распространение экскурсий как воспитательных, образовательных мероприятий, но и отметить, что авторы публикаций предпринимали попытки теоретического осмысления экскурсионного дела.

В результате анализа содержания статей, удалось установить, что в начале ХХ века происходило повышение внимания педагогов и наставников к краеведческой работе (5 статей). В публикациях педагоги проводили в жизнь идеи изучения родного края, его природы, занятий населения. Известно, что в гимназический курс предлагалось ввести новую дисциплину «родиноведение». Краеведческая работа гимназистов заключалась, по мнению авторов статей, в ведении записей о природных явлениях (ледоход, первый снег, перелет птиц, время посева и уборки урожая), этнографических материалов (особенности разговорной речи, песни, сказки, былины), зарисовке элементов одежды, предметов быта, собрании коллекций минералов, гербариев. Конечную цель такой работы педагоги видели в создании гимназического краеведческого музея.

Таким образом, в педагогической прессе подробно описывались различные формы проведения досуга в гимназии, роль классных наставников в его организации. При этом мы наблюдаем обращение, как к педаго-

гическому опыту отдельных гимназий и наставников, так и попытки теоретического осмысления разных форм досуговой деятельности воспитанников.

Публикации следующего тематического направления посвящены социально-педагогической деятельности классных наставников (39 статей). На протяжении второй половины XIX века в педагогической прессе активно обсуждался вопрос о применении или отмене наказаний детей (7 статей). Некоторые авторы считали, что наказания являются «временной необходимостью», «единственным средством приучения ребенка к порядку». Ф. Резенер, напротив, настаивал на недопущении наказаний, которые «уничтожают в воспитанниках доверие и любовь к педагогу, наставнику и гимназии в целом» [12, с. 269]. В педагогической прессе описывались различные наказания: некоторые педагоги традиционно использовали «карцер», «оставление без обеда», другие — придумывали свои наказания, например, «обрезание косы у непослушной гимназистки».

Таким образом, к началу XX века в большинстве публикаций педагогической прессы классный наставник ассоциировался с надзирателем, контролировавшим многие стороны жизни воспитанников (посещение ученических квартир, дежурство, проверка читаемой книжной и журнальной продукции). Однако параллельно указанному явлению мы отмечаем тенденцию индивидуализации воспитания. Нередко встречаются публикации следующего содержания «классному наставнику следует стать ближе к ученикам», «необходимо учитывать умственные и нравст-

венные особенности детей, их индивидуальный душевный склад, выяснить личность каждого воспитанника», «установить теплые отношения при взаимном доверии и сердечности». Следовательно, наблюдается стремление обратить внимание педагога на личностные особенности воспитанника, подчеркнуть его уникальность, возрастные, социальные, индивидуальные особенности.

В начале XX века наблюдалось распространение в среде воспитанников таких явлений, как пьянство, курение (12 статей), склонность к суицидальному поведению (8 статей), переутомление гимназистов (5 статей). Автор данной статьи обнаруживает достаточное количество публикаций этой тематики. В решении данных проблем активно использовались идеи экспериментальной педагогики, педологии, психологии. Главной причиной распространения курения, пьянства среди воспитанников, учащения суицидов авторы статей называли чрезмерную регламентацию школьной жизни, многочисленные правила, запреты, строгую дисциплину.

В начале XX века наблюдался рост числа самоубийств среди воспитанников средних учебных заведений, в частности, гимназий. Так, в журнале «Образование» приведена статистика суицидальных случаев: в 1905 г. было зафиксировано 47 случаев, в 1906 - 71, 1907 - 112 случаев [13]. Ученые неоднократно предпринимали попытки теоретического обоснования причин суицидального поведения. По мнению автора статьи, доктора В.Гордона, внешние причины заключались в возрастных особенностях гимназистов и социально-

189

190

политических событиях в стране. К внутренним причинам автор отнес «школьный режим» и конфликтные взаимоотношения воспитанников с преподавателями и наставниками. Автор публикации предложил один из путей решения проблемы — усиление внимания к занятиям спортом, физическому воспитанию детей. В 1906 г. профессор В. Xлопин пришел к выводу, что наиболее распространенной причиной суицидальных поступков являлись нервные и «душевные» болезни детей, а также «школьные причины» (плохая отметка, провал на экзамене, конфликты с преподавателями, исключение из гимназии, сложная семейная ситуация, страх наказания, несчастная любовь) [14]. В журнале «Воспитание и обучение» врач А. Соловцова настаивала на мнении, что в основе самоубийств детей лежит не патологическая наследственность, а переутомление, проблемы в семье [15, с. 195]. На страницах «Вестника воспитания» в качестве основной причины суицидального поведения в гимназиях также назывались взаимоотношения с учителями и наставниками. Например, воспитанник Витебской гимназии отравился по причине получения удовлетворительной оценки за поведение, что лишало гимназиста права поступления в университет. Подводя итог, отметим, что основной причиной суицидального поведения гимназистов назывались плохие отметки и конфликты с педагогами. Это было обусловлено тем, что неудовлетворительная учеба и «дурное поведение» лишали воспитанника возможности поступления в университет, а следовательно, многих социальных и ма-

териальных гарантий. Кроме того, не стоит исключать фактор сильной умственной, физической и эмоциональной нагрузки, которую формирующаяся психика воспитанников не могла выдержать. Не все гимназические педагоги и воспитатели разделяли инновационные идеи учета личностных, возрастных и социальных особенностей детей, часто используя авторитарные формы воздействия на воспитанников.

На страницах периодических изданий в указанный период активно обсуждались проблемы применения методов экспериментального исследования личности (памяти, мышления, внимания, речи). Отметим наметившуюся интеграцию педагогической науки с психологией, физиологией, медициной, психиатрией. В частности, при рассмотрении вопросов о психических расстройствах и переутомлении детей ученые сходились во мнении, что их причиной являются не только физические (врожденные) особенности, но и «средо-вые» (приобретенные). Гимназические врачи констатировали сильнейшее умственное и физическое переутомление, малокровие, головные боли, физическую слабость, нервные и психические расстройства, близорукость, детские неврозы. Родители отмечали недостаток времени для отдыха после занятий в гимназии, для сна, прогулок на свежем воздухе. Так, в ^ской гимназии была проведена анкета среди воспитанников [16, с. 143]. Анкетирование выявило один из важных факторов утомления — недостаток пребывания на свежем воздухе и недосыпание.

Принимая во внимание проникновение в отечественную гимназию в

начале ХХ века новейших идей экспериментальной педагогики, психологии, педологии, педагогическая общественность активно обсуждала вопросы школьной гигиены, физиологии пищеварения, строения головного мозга, методы экспериментального исследования личности (4 статьи). В России начинали функционировать различные организации, например, Педологический отдел при Педагогическом музее военно-учебных заведений. Проведение членами Отдела публичных лекций и практических занятий способствовало распространению педологических знаний среди родителей, наставников и преподавателей. А в 1901 г. в России была учреждена первая лаборатория экспериментальной педагогической психологии.

Существенное влияние на распространение идей экспериментальной педагогики оказывали ежегодные съезды ученых, педагогов, психологов, физиологов, врачей, на которых подчеркивалась главная задача педагога — раскрытие психологических особенностей ребенка, стремление к гармоничному развитию личности воспитанника во всех его индивидуальных особенностях и задатках.

Таким образом, с начала ХХ века наблюдается открытие многочисленных организаций и объединений, занимавшихся экспериментальным исследованием личности воспитанников. Полученные в ходе исследований экспериментальные данные служили источником информации о физиологическом, интеллектуальном, нравственном развитии гимназистов. Кроме того, распространение идей экспериментальной педагогики и педологии послужило толчком для

развития педагогической психологии как научной отрасли и дисциплины. Тем не менее, необходимо отметить, что в исследуемый хронологический период экспериментальная педагогика находилась на стадии теоретического и научного обоснования, что осложняло ее распространение и применение в практике образовательных учреждений. Кроме того, проведение психолого-педагогических исследований требовало соответствующего материально-технического и диагностического оснащения. И наконец, классные наставники, которым надлежало проводить такие исследования, были некомпетентными в данной области. Более того, отвлеченные общественно-политическими событиями начала ХХ века, участием в педагогических организациях, они не всегда учитывали полученные знания и экспериментальные данные в своей работе.

К третьей группе публикаций мы отнесли статьи, в которых классное наставничество рассматривалось в контексте социально-политического развития России, прослеживалась динамика деятельности наставников в связи со сменой министров народного просвещения, научными открытиями, военными событиями русско-японской войны, I Мировой войны (28 статей).

Педагогическая пресса начала ХХ века содержала достаточное количество публикаций, в которых раскрывались недостатки гимназического образования (7 статей). Критические замечания публицистов касались в основном практической подготовки гимназистов. В частности, педагогов обвиняли в воспитании вялых, больных, неприспособленных к

191

жизни юношей, отсутствии у выпускников практических навыков, необходимых в жизни. Подвергалась критике и воспитательная работа наставников. Некоторые авторы считали, что их значение сводится лишь к внешнему наблюдению за дисциплиной в классе, чистотой и благоустройством ученических квартир; наставников обвиняли также в невнимании к индивидуальным особенностям детей. Наряду с этим анализ педагогической прессы начала XX века позволяет нам говорить о процессах гуманизации и индивидуализации воспитания (4 статьи). Так, из воспоминаний наставницы одной из гимназий В. Федяевской: «Я всегда щадила самолюбие учеников, старалась поднять их уверенность в себе, иногда наедине говорила с отдельным учеником, стремясь учесть характер и особенности каждого, и эта мера оказывала большое воздействие» [17, с. 153]. Таким образом, на фоне авторитарного (в основном) характера взаимодействия классного наставника с гимназистами наблюда-192 лось обращение к личности воспитанника, особенностям его интеллектуального и нравственного развития, что, естественно, повышало эффективность воспитательной работы.

Педагогическая пресса не могла не отражать политических и военных событий, происходивших в России в начале XX века, их влияния на образовательный и воспитательный процесс, на деятельность классных наставников (17 статей). Так, авторы отмечали, помимо отрицательного, также положительное (прежде всего патриотическое) воспитательное влияние событий I Мировой войны. В сложный военный

период необходимо было воспитывать граждан-патриотов, приверженцев монархии, формировать у детей чувство сопричастности к общегосударственному делу разгрома врага, победы над Германией. Данные чувства, качества формировали классные наставники как координаторы воспитательной системы отдельного класса и гимназии в целом. В частности, наставники организовывали сбор пожертвований учениками, изготовление вещей, подарков и их отправку солдатам. В журнале «Русская школа» описано изготовление детьми кисетов. С кисетами солдатам отправлялись письма детей. Классная наставница одной из гимназий привела пример такого письма [18, с. 3]: «Дорогой солдатик, защитник Родины, желаю тебе победить врага, а главное Вильгельма...», затем просили написать «Как Вы живете» и желали вернуться с войны здоровыми, а в конце неизменно стояла просьба «Пришлите ответ». В ответных письмах солдаты благодарили учеников за проявленное внимание; в некоторых письмах описывались тяготы войны, что, несомненно, имело воспитательное влияние. Сбор пожертвований, благотворительность носили повсеместный характер. Кроме того, известны случаи организации воспитанниками трудовых дружин для помощи семьям участников военных действий, героев и жертв войны. Помощь выражалась главным образом в сезонных сельскохозяйственных работах.

Родители также принимали участие в сборах вещей, медикаментов, продуктов для пострадавших от войны районов. Таким образом, усиливалась связь семьи и школы, шко-

лы и социального окружения, происходило приобщение родителей к делам школы.

Классные наставники на примере военных действий, подвигов русского солдата, его героизма, храбрости, выносливости воспитывали в детях патриотические чувства. С этой целью в гимназиях возводились мраморные доски с фамилиями участников военных событий, организовывались тематические выставки. Воспитанникам гимназий сообщалось также о подвигах людей, отстаивающих Родину в тылу, о труде государственных деятелей, телеграфистов, сестер милосердия, крестьян; приводились примеры великодушия русского солдата, приведшего раненого пленника-немца и отдавшего ему свою порцию; военных, спасавших немецких детей.

Данные факты позволяли детям испытывать чувство гордости и патриотизма. Конечно, помимо школы, гимназисты получали информацию из газет, от родителей, но все-таки общую картину формировали наставники, преподаватели.

Классные наставники, помимо непосредственной воспитательной работы с гимназистами, активно участвовали в различных общественных организациях и объединениях. Так, Комитет помощи пострадавшим от войны занимался обустройством лазаретов, лечением раненых, оказанием продовольственной, материальной и педагогической помощи семьям. Для детей участников, жертв войны открывались пансионы, при которых они продолжали обучение.

Таблица

Обзор проблемы классного наставничества (КН) на страницах педагогической прессы во второй половине XIX - начале ХХ века

Основные группы в тематике публикаций Характеристика

Статьи, посвященные обоснованию феномена КН как педагогического явления Наблюдается осмысление педагогического феномена КН, рассматривались личностные и профессиональные особенности КН, их материальное положение, социальный статус

Статьи, посвященные обоснованию КН в качестве звена воспитательной системы отечественной гимназии, его взаимодействия с другими субъектами 1) Анализировался опыт взаимодействия КН с другими субъектами воспитательной системы

2) Рассматривался опыт воспитательной работы КН с гимназистами, организации досуга; происходит выделение различных форм проведения досуга

3) Описывалась социально-педагогическая деятельность КН (борьба с курением, пьянством, переутомлением гимназистов), на которую большое влияние в начале ХХ в. оказали идеи экспериментальной педагогики, педологии

Статьи, в которых КН рассматривалось в контексте общественно-политического развития России Показано содержание воспитательной деятельности КН в связи с военными событиями I русской революции, I Мировой войны, сменой министров народного просвещения, научными открытиями; реализация идеи индивидуализации воспитания

193

194

Таким образом, военные события создали благоприятную обстановку для воспитания нравственных, гра-жданско-патриотических чувств, определив тем самым направления воспитательной работы. Содержание воспитательной деятельности классных наставников наполнялось знаниями, (фактами, историями) о войне, сообщаемыми воспитанникам, эмоциональными характеристиками военных событий и закреплялось организацией и проведением воспитательных мероприятий — вечеров памяти, спектаклей, концертов, чтений.

Итак, обзор и анализ проблемы классного наставничества в периодических педагогических изданиях второй половины XIX — начала XX века позволил автору данной статьи выделить основные группы в тематике публикаций (см. табл.).

СПИСОК ИСТОЧНИКОВ И ЛИТЕРАТУРЫ

1. Азарная, М.А. Педагогическая пресса в России во второй половине XIX века: генезис, предметно-тематические и структурно-функциональные особенности: ав-тореф. дис. ... канд. филол. наук [Текст] / М.А. Азарная. - Ростов н/Д., 2006. - 21 с.

2. Галанин, Д. Воспитательное значение средней школы [Текст] / Д. Галанин // Воспитание и обучение. - 1906. - № 8. -С. 257-268.

3. Ожигов, А. Заметки публициста [Текст] / А. Ожигов // Образование. - 1905. - № 3. - С. 85-95.

4. Г.Р. Первый Всероссийский съезд учащихся средних учебных заведений [Текст] / Р.Г. // Вестник воспитания. - 1917. -№ 4-5. - С. 59-63.

5. Хроника [Текст] // Вестник воспитания. -1908. - № 9. - С. 97-101.

6. Шульгин, К. О значении педагогического совета в жизни средней школы [Текст] /

К. Шульгин // Русская школа. - 1895. -№ 12.

7. Молотов, А. Семья как основа воспитания [Текст] / А. Молотов // Вестник воспитания. - 1894. - № 4. - С. 1-26.

8. Литературные чтения и беседы в средних учебных заведениях за последние двадцать лет [Текст] // Педагогический листок. - 1902. - Книга 1. - С. 156-159.

9. Фишер, В. Литературные беседы в средней школе [Текст] / В. Фишер // Педагогическое обозрение. - 1914. - № 5. - С. 67-68.

10. Звягинцева, А.Д. Вредны ли спектакли для детей? [Текст] / А.Д. Звягинцева // Вестник воспитания. - 1904. - № 7.

11. Ар-ко, В. Из практики школьных экскурсий [Текст] / В. Ар-ко // Педагогическое обозрение. - 1912. - № 1-5. - С. 42-48.

12. Резенер, Ф. Наказания [Текст] / Ф. Резе-нер // Учитель. - 1878. - № 13-14. -С. 191-281.

13. Хроника [Текст] // Образование. - 1909. -№ 3. - С. 17.

14. Хлопин, В. Самоубийства детей [Текст] / В. Хлопин // Вестник воспитания. - 1906. - № 5.

15. Соловцова, А. Самоубийства детей [Текст] / А. Соловцова // Воспитание и обучение. - 1910. - № 7-8. - С. 193-210.

16. Григорьев, А. К вопросу о переутомлении учащихся [Текст] / А. Григорьев // Вестник образования и воспитания. - 1914. -Т. 1. - № 2. - С. 139-149.

17. Федяевская, В. Воспоминания учительницы мужской гимназии [Текст] / В. Федяевская // Вестник воспитания. - 1907. -№ 2. - С. 145-163.

18. Отражение войны в жизни детей [Текст] // Русская школа. - 1915. - № 12.

REFERENCES

1. Ar-ko V., Iz praktiki shkolnyih ekskursiy, Pedagogicheskoe obozrenie, 1912, No. 1-5, pp. 42-48. (in Russian).

2. Azarnaya M.A., Pedagogicheskaya pressa v Rossii vo vtoroy polovine ХТХ veka: genezis, predmetno-tematicheskie i strukturno-funkt-sionalnyie osobennosti, Extended abstract of PhD dissertation (Philology), Rostov-na-Donu, 2006. (in Russian).

3. Fedyaevskaya V., Vospominaniya uchitelnit-syi muzhskoy gimnazii, Vestnik vospitaniya, 1907, No. 2, pp. 145-163. (in Russian).

4. Fischer V., Literaturnyie besedyi v sredney shkole, Pedagogicheskoe obozrenie, 1914, No. 5, pp. 67-68. (in Russian).

5. G.R., Pervyiy Vserossiyskiy sezd uchaschih-sya srednih uchebnyih zavedeniy, Vestnik vospitaniya, 1917, No. 4-5, pp. 59-63. (in Russian).

6. Galanin D., Vospitatelnoe znachenie sredney shkoly, Vospitanie i obuchenie, 1906, No. 8, pp. 257-268. (in Russian).

7. Grigoriev A., K voprosu o pereutomlenii uchaschihsya, Vestnik obrazovaniya i vospitaniya, 1914, Vol. 1, No. 2, pp. 139-149. (in Russian).

8. Hronika, Obrazovanie, 1909, No. 3. (in Russian).

9. Hronika, Vestnik vospitaniya, 1908, No. 9, pp. 97-101. (in Russian).

10. Khlopin V., Samoubiystva detey, Vestnik vospitaniya, 1906, No. 5. (in Russian).

11. Literaturnyie chteniya i besedyi v srednih uchebnyih zavedeniyah za poslednie dvadtsat let, Pedagogicheskiy listok [Teaching piece], 1902, No. 1, pp. 156-159. (in Russian).

12. Molotov A., Semya kak osnova vospitaniya, Vestnik vospitaniya, 1894, No. 4, pp. 1-26. (in Russian).

13. Otrazhenie voynyi v zhizni detey, Russkaya shkola, 1915, No. 12. (in Russian).

14. Ozhigov A., Zametki publitsista, Obrazovanie, 1905, No. 3, pp. 85-95. (in Russian).

15. Resener F., Nakazaniya, Uchitel, 1878, No. 13-24, pp. 191-281. (in Russian).

16. Shulgin K., O znachenii pedagogicheskogo soveta v zhizni sredney shkolyi, Russkaya shkola, 1895, No. 12. (in Russian).

17. Solovtsova A., Samoubiystva detey, Vospitanie i obuchenie, 1910, No. 7-8, pp. 193-210. (in Russian).

18. Zvyagintseva A.D., Vrednyi li spektakli dlya detey, Vestnik vospitaniya, 1904, No. 7. (in Russian).

Ичетовкина Надежда Михайловна, кандидат педагогических наук, старший преподаватель, кафедра педагогики и психологии, факультет социальных коммуникаций и филологии, Гла-зовский государственный педагогический институт им. В.Г. Короленко, tonkovanm1@ rambler.ru

Ichetovkina N. M., PhD in Education, Senior Lecturer, Pedagogy and Psychology Department, Social Communication and Philology Faculty, G. Korolenko Glazov State Pedagogical Institute, tonkovanm1@rambler.ru

195