Естественное право и принцип личности в философской мысли П. И. Новгородцева

СОВРЕМЕННАЯ ФИЛОСОФИЯ ПРАВА: ЗАПАДНОЕВРОПЕЙСКИЕ И РУССКИЕ ТРАДИЦИИ ИССЛЕДОВАНИЯ

В. Е. Зелинский

ЕСТЕСТВЕННОЕ ПРАВО И ПРИНЦИП ЛИЧНОСТИ В ФИЛОСОФСКОЙ МЫСЛИ П. И. НОВГОРОДЦЕВА

В статье доказывается взаимосвязь естественно-правовой теории и принципа личности, который в философии П. И. Новгородцева заключается в приоритете нравственного сознания над общественными формами и базируется на кантовском учении об автономности морали. Показано, что источником естественного права является моральное сознание с его абсолютным нравственным законом. Естественное право постоянно развивается в своем идеальном представлении о праве, являясь правом будущего, в то же время давая оценку настоящему.

Ключевые слова: естественно-правовая теория, идеальное право, неокантианство, моральный императив, абсолютный идеал, личность.

Русская философия, подлинный рассвет которой приходится на конец XIX - начало XX века, обогатила мировую культуру уникальными и самобытными произведениями философской мысли. В ряду выдающихся русских философов значительное место занимает Павел Иванович Новгородцев (1866-1924). В целом философия права Новгородцева - довольно широкая социально-философская концепция, в центре которой находятся личность, ее идеалы и ценности. Согласно Новгородцеву, теория личности как самоценности должна выставить барьер на пути хилиа-стической, то есть переносящей все в светлое будущее, концепции. Конкретной личности придается безусловное значение, бытие личности всегда остается той основой, которая должна охраняться в каждом поколении и в каждую эпоху как источник и цель прогресса [ 1, с. 327].

Новгородцев призывает исходить «из конкретного рассмотрения личности во всей полноте ее нравственных определений» [3, с. 156]. «Личность не представляет собою лишь отвлеченной родовой сущности, - подчеркивает мыслитель, - однообразно повторяющейся в отдельных индивидах в качестве общей разумной основы человеческого существа, являющейся единственной связью этих индивидов между собою... Перед лицом Абсолютного, пред бесконечной полнотой всех возможностей и своеобразий

личность освящается в своем индивидуальном призвании и вместе с тем вводится в связь с другими лицами потребностью высшего синтеза» [3, с. 166]. Конкретность личности проявляется в степени и своеобразии сопричастности Абсолюту как «высшему закону добра».

Философской базой, на которой сформировались убеждения Новгородцева, стало кантианское учение об автономности морали. Согласно Канту, основу нравственной обязанности следует искать не в природе человека или в определенных обстоятельствах, а исключительно в понятиях чистого разума. Вслед за Кантом Новгородцев указывает на самостоятельное значение нравственного идеала, независимо от исторического и социального контекста. Несомненно, от Канта Новгородцев воспринял принцип личности в том значении, которое придавал ему великий немецкий философ. Кант провозгласил законодательное значение человеческого разума как в сфере познания, так и в области нравственных суждений.

Для Новгородцева, как и для Канта, личность стала неким абсолютным началом в истории. «В отличие от всех временных исторических форм общественной жизни личность как отражение абсолютного духа, - утверждает Новгородцев, -сама есть источник всего этого разнообразия конкретных временных форм. Личность - это бес-

конечность возможностей, это - безграничность перспектив .. .образ и путь осуществления абсолютного идеала» [3, с. 171]. Но у Новгородцева путь к идеалу личность преодолевает не автономно, а «в общении с другими», ведь какой бы высоконравственной ни была отдельная человеческая личность, она не может достигнуть общественного идеала в одиночку. У Канта же личность в себе самой заключает идеал, что говорит об индивидуализме концепции философа. Мысль о независимости нравственного суждения от данных опыта выразилась в философии Новгородцева в виде критической функции морали по отношению к положительному праву, что стало основой возрождения естественно-правового учения.

Понимание нравственности как явления и закона личной жизни, как внутренней абсолютной ценности, возвращающее кантовским постулатам значимость практического разума, заключает право в границы господства моральных норм и позволяет отстаивать независимую критическую позицию по отношению к социальной жизни. При этом заявленная Новгородцевым необходимость осуществления морального императива в социальной среде приводит мыслителя к выводу о том, что применительно к общественной жизни нравственный закон приобретает вид идеальной нормы естественного права, а моральная философия в его теории становится естественно-правовой. В результате свою концепцию естественного права Новгородцев формулирует как «совокупность идеальных, нравственных представлений о праве» [3, с. 176], определяющих масштаб моральной оценки правотворчества. Первоначалом философии стала этически понятая идея естественного права.

В ходе развития естественно-правового учения можно выделить два больших периода, существенно различающихся философскими предпосылками и философско-правовой проблематикой. Для первого периода (примерно с 1896 года до конца первого десятилетия XX века) характерно преобладание неокантианских этико-фило-софских взглядов, которым соответствует принятая Новгородцевым формула «естественное право с переменным содержанием». Во второй период (предположительно с конца первого десятилетия 1900-х годов до 1918 года) философские взгляды Новгородцева серьезно трансформируются. На фоне ослабления влияния неокантианства происходит усиление связи с метафизическими системами. Учение о естественном праве концентрируется на анализе абсолютного неизменного общественного идеала.

В одной из своих первых работ - магистерской диссертации «Историческая школа юристов, ее происхождение и судьба» Новгородцев отмечает, что возрождение идеи естественного права стало возможным в результате создания иного подхода к его пониманию. Если ранее естественное право представляло собой систему принципов и норм, существующих от природы, помимо установления законодателя, то теперь Новгородцев предлагает рассматривать естественное право с точки зрения установления не природного, а идеального нравственного закона.

Подробно исследуя отличия новой доктрины естественного права, Новгородцев отмечает, что старая естественно-правовая школа рассматривала нравственный закон как особую систему юридических норм, составляющих изначальное достояние человеческого рода. Философ считает, что данная гипотеза поддерживалась особым представлением об историческом процессе как уклонении от первоначального совершенства, когда существовали естественная мораль и естественное право. Сообразно с этим жизненным и научным идеалом считалось возвращение к старой истине в ее первоначальной чистоте и неизменном совершенстве. Перед лицом этой неизменной истины исторические различия и особенности казались результатом произвола и случая, а значение индивидуального развития не принималось во внимание. Так, Новгородцев объясняет существовавшее ранее представление о естественном праве как о неизменном идеале для всех времен и народов. Причем естественное состояние представлялось реальным фактом истории, что отвергается Новгородцевым, как и современной ему наукой. Философ убежден, что безусловность моральных требований (категорических императивов, по Канту) относится, прежде всего, к их форме, содержание же может быть различно, в зависимости от индивидуальных положений. Новгородцев видит первую серьезную ошибку старой философии естественного права в ранее считавшемся возможным неизменном содержании идеальных норм. «Но за этим ошибочным допущением, -говорит он, - скрывалось присущее нравственному сознанию стремление к безусловности своих утверждений, к открытию высших и последних оснований юридических установлений» [3, с. 178].

Идея возрожденного естественного права Новгородцева категорически отвергала теории ХУП-ХУШ веков, в которых естественный закон и естественное право понимались лишь как

Современная философия права: западноевропейские и русские традиции исследования

первоначальные нормы, закрепленные в результате общественного договора и образования государства. Учитывая исторические условия, возникновение естественного права Новгородцев, в отличие от большинства его предшественников, относит не к догосударственному периоду человеческого существования, а к тому времени, когда «личность выделилась из общества и стала способна противопоставлять себя именно государственной власти» [3, с. 180].

Новгородцев показал, что включение идеи естественного права в государственную науку потребует признания того, что «над государством стоят некоторые высшие нормы, которым оно должно подчиняться, из которых оно черпает и свое оправдание, и свои руководящие начала». По отношению к этим нормам государство является лишь органом, а не творцом: «оно так же мало создает субстанциональные основы права, как мало создает оно драгоценные металлы, из которых чеканит монету» [2, с. 510]. Этическая норма, стоящая над государством, не может быть продуктом его воли и, следовательно, не может быть санкционирована властью. Она является принципом естественного права, сдерживающим деятельность государства.

Потребность в нравственной критике политико-правовой реальности и стремление к философскому исследованию основ права являются, по мысли Новгородцева, мотивом, порождающим естественно-правовые представления. Они же выступают основными элементами естественно-правовой идеи, тесно связанными, но не сводимыми друг к другу. Нравственную критику Новгородцев считает ведущим мотивом естественного права, что является результатом активного взаимодействия права и нравственности. В работах, относящихся к первому периоду, он особо подчеркивает первостепенную значимость критического анализа. «Сущность естественно-правовой идеи, - снова повторяет Новгородцев, - состоит, прежде всего, в ее критическом духе. Она знаменует собой независимый и самостоятельный суд над положительным правом» [4, с. 150].

Но нравственная критика осуществляется не отвлеченно, суть ее состоит именно в том, что носителем представления о должном является не общество, а отдельная личность. Как считает Новгородцев, абсолютная основа естественного права раскрывается в моральной идее личности. Согласно данному положению моральная личность выступает идеалом и целью самой себя и с этой позиции оценивает политико-правовую действительность.

В статье «Нравственный идеализм в философии права» Новгородцев продолжает развивать свое понимание естественного права и пишет, что «естественное право есть проблема моральная, и его источник - моральное сознание» [5, с. 279]. Одним из наиболее важных в указанной статье является следующее положение: «право должно быть понято не только как факт социальной жизни, но также как норма и принцип личности» [5, с. 280]. Свой подход к праву Новгородцев обосновывает тем, что индивидуум есть исходный пункт, основание морали. Таким образом, автономная моральная личность представляет собой базис идеального общественного устройства, ее естественно-правовой идеал служит средством и критерием организации правопорядка и политических институтов. В связи с тем, что между идеалом и реальностью всегда существует дистанция, несоответствие, то личность как носитель естественно-правовой идеи постоянно кон-фронтирует с действующими законами, находится в оппозиции к существующей власти. Личность, конечно, не может проявить себя вне общественных союзов, но для Новгородцева важнее другое - без автономии (свободы) личности не может быть нравственности, следовательно, и естественного права. Более того, он утверждает, что само «естественное право возникает как продукт индивидуального сознания, противопоставляющего себя господствующим убеждениям и установлениям» [3, с. 13 4].

Постулирование мысли о том, что источником естественного права является моральное сознание с его абсолютным нравственным законом, и предположение об обусловленности правоус-тановления закономерным историческим процессом приводят Новгородцева к утверждению о естественном праве как о постоянно развивающемся идеальном представлении о праве. Идеальное право, являясь правом будущего, в то же время дает оценку настоящему.

Здесь Новгородцев подошел к новой важной проблеме осмысления правового идеала. Осознавая ее значение, философ подчеркивал, что «основной вопрос естественного права есть вопрос о праве будущего» [5, с. 283], который был полностью решен после радикального пересмотра Новгородцевым всей концепции возрожденного естественного права.

После Первой русской революции философские взгляды Новгородцева существенно изменились. Это время стало переломным для мировоззрения многих русских философов. Идеальное стремление личности, отрываемое ранее

Новгородцевым (вслед за Кантом) от мира сущего, теперь приводится в соответствие с действительностью. Отсюда совсем иная постановка задачи, невозможная для неокантианцев: определить абсолютный идеал в области общественных явлений. Такой идеал Новгородцев видит в естественном праве, определяя его как идеал общественного развития [6, с. 34]. Но абсолютный идеал не совместим с изменяющимся содержанием естественного права, то есть с той идеей, которую Новгородцев отстаивал ранее. Изменившиеся философские убеждения заставили его отказаться от этой теоретической конструкции, что привело к серьезной перестройке всего учения о возрожденном естественном праве. Прежде всего, это касается решительного осуждения формулы естественно права Р. Штаммлера, которую Новгородцев называет эклектической и половинчатой, прямо заявляя, что естественное право с изменяющимся содержанием «есть идея противоречивая и несостоятельная» [8, с. 22].

Заслугой Штаммлера Новгородцев считает поиск общественного идеала исходя из проблемы естественного права. Но тот субъективный идеализм, на почве которого Штаммлер пытается вывести социальный идеал, мешает ему возвыситься до этического понимания общества. Новгородцев видит в этом уничтожение понятия общества, поскольку «мысль не выходит из пределов личности в ее отвлеченной общности и самобытной законченности» [8, с. 22]. В результате Новгородцев делает вывод, что теорию естественного права сменила новая идея «правильного права». В этой связи ученый пересматривает общий вопрос о пределах возрождения естественного права, признавая, что «в деле возрождения естественного права следует. идти гораздо далее, чем думали обыкновенно и чем я сам думал ранее ...необходимо идти за Кантом к Гуго Гроцию и даже Сократу» [8, с. 23]. Более того, он утверждает, что следует восстановить старую истину о неизменном естественном праве.

Новое теоретическое положение, идущее вразрез с прежним, повлекло изменение понимания содержания естественного права. Теперь Новгородцев признает, что естественное право представляет собой не субъективное этическое сознание, а объективную основу идеального правосознания. «Естественное право в этом смысле, -подчеркивает Новгородцев, - столь мало субъективно, что оно может быть определено с точностью аксиом математики» [8, с. 23]. Отсюда следует важнейший вывод о неизменности естествен-

ного права. Причем, как разъясняет Новгородцев, под неизменным естественным правом следует понимать не застывшую систему норм права, которая в будущем заменит данное положительное право, а «неизменный идеал или принцип права, который всегда направляет и всегда будет направлять развитие положительного права» [8, с. 24]. Новгородцев разделяет стремление первых учителей естественного права найти его идеал, не меняющийся со временем, а «возвышающийся над временными различиями и временными перегородками, который составляет правду всегда и для всех» [7, с. 17]. Новгородцев убежден, что есть общая и обязательная для всех людей правда, соответствие которой наполняет смыслом и оправдывает всякое относительное и временное право. Это тот идеальный критерий оценки прогресса в праве, перед которым одинаково должны преклоняться «и прошлое, и настоящее, и будущее» [8, с. 24].

Таким образом, на втором этапе развития естественно-правовой теории Новгородцев существенным образом изменяет ее. Вместо прежней конструкции «естественное право с изменяющимся содержанием» он склоняется к ее новому пониманию как «естественного права с неизменным идеалом». «Центр тяжести» теории переносится с «изменяющегося содержания» на «неизменный идеал». Проблеме обоснования и построения такого идеала Новгородцев отводит центральное место в своем творчестве.

Литература

1. Мотрошилова Н. В. Павел Новгородцев // История философии: Запад-Россия-Восток: в 4 кн. Кн. 3: Философия ХЖ-ХХ веков. М., 1999.

2. Новгородцев П. И. Государство и право // Вопросы философии и психологи. М., 1904.

3. Новгородцев П. И. Историческая школа юристов, ее происхождение и судьба. СПб., 1999.

4. Новгородцев П. И. Кант и Гегель в их учениях о праве и государстве. М., 1903.

5. Новгородцев П. И. Нравственный идеализм в философии права // Проблемы идеализма / под ред. П. И. Новгородцева. М., 1903.

6. Новгородцев П. И. Об общественном идеале. М., 1991.

7. Новгородцев П. И. Психологическая теория права и философия естественного права // Юридический вестник. 1913. Кн. III.

8. Новгородцев П. И. Современное положение проблемы естественного права // Юридический вестник. 1913. Кн. I.