Памяти дорогого учителя Зои Филипповны Ковриги

УДК 343.1

ПАМЯТИ ДОРОГОГО УЧИТЕЛЯ -ЗОИ ФИЛИППОВНЫ КОВРИГИ

Поступила в редакцию 31 марта 2016 г.

23 марта 2016 г. исполнилось бы 80 лет известному ученому-процессуалисту, удивительному человеку Зое Филипповне Ковриге - доктору юридических наук, профессору кафедры уголовного процесса Воронежского государственного университета, в котором мне посчастливилось учиться и который свел меня с такими замечательными педагогами, как Лев Дмитриевич Кокорев, Владимир Яковлевич Понарин, Николай Пантелеймонович Кузнецов, увы, ушедшими из жизни. К сожалению, этот список пополнился - в 2015 г. безвременно ушел из жизни Валентин Анатольевич Панюшкин, долгое время возглавлявший юридический факультет ВГУ.

Зоя Филипповна Коврига была для меня ниточкой, связывающей с воронежской процессуальной школой, чье знамя гордо и достойно она несла долгие годы.

Какой останется Зоя Филипповна в моей памяти? В первую очередь ученым -борцом за истину и чистоту в науке, принципиальным человеком, который мог и поддержать добрым словом, советом, и высказать нелицеприятное мнение, невзирая на авторитеты. Она всегда болела за дело душой, не могла выносить фальши. Молодые, начинающие ученые, прежде всего аспиранты, порой боялись ее критической оценки, которую она давала их работам. Но я уверена, что потом они все были благодарны ей за это. Я сама прошла через страх выслушать всю правду о своем диссертационном исследовании, но это было на этапе подготовки работы. А вот на защитах диссертационных работ именно она чаще всего подбадривала молодых. Свой колоссальный опыт, знания Зоя Филипповна смогла передать не только своим ученикам, но и детям: Панько Надежда - кандидат юридических наук, Панько Кирилл - доктор юридических наук вносят свой вклад в науку. Вообще это уникальная семья: супруг Зои Филипповны - Панько Константин Александрович, доктор юридических наук, профессор, известный ученый, занимавшийся проблемами уголовного права, тоже мой бывший учитель, чьими лекциями мы заслушивались, и тоже ушедший из жизни. Сколько учеников они оставили после себя...

Мое знакомство с Зоей Филипповной Ковригой сначала было заочным - по ее работам. Сама она преподавала студентам вечернего отделения. Я же готовила сначала курсовую, а затем дипломную работу по теме «Уголовно-процессуальное принуждение», и ее труды, посвященные этой проблеме, в буквальном смысле стали для меня настольными книгами. Достав с дальней полки свою дипломную работу, я перелистала ее. 1983 г. - другая эпоха, но идеи, мысли, почерпнутые из книг Зои Филипповны, актуальны и сегодня.

Как сторонница широкого понимания охранительных средств в уголовном судопроизводстве, вслед за З. Ф. Ковригой и ее единомышленниками, я, читая студентам лекцию по теме «Уголовно-процессуальное принуждение», которая основана на этой дипломной работе, обязательно делаю акцент на том, что выполнение задач уголовного судопроизводства обеспечивается с помощью не только уголовно-процессуальных, но и уголовно-правовых, гражданско-процессуальных

© Рябинина Т. К., 2016

и административно-процессуальных норм права, что проявляется в регулировании вопросов гражданского иска и его обеспечении в уголовном деле, в административном доставлении, предшествующем процессуальному задержанию, в приводе, осуществляемом органами милиции, в предупреждении об уголовной ответственности за отказ и дачу ложных показаний и т.д. Все эти средства воздействия на поведение субъектов уголовно-процессуальных отношений составляют компоненты широкого понятия «принуждение в сфере уголовного судопроизводства», из которого как составную часть надо выделить уголовно-процессуальное принуждение1.

Остается современным и подход З. Ф. Ковриги к сути уголовно-процессуального принуждения как методу или средству государственного воздействия, используемому для пресечения (предупреждения) неисполнения участниками судопроизводства своих обязанностей и совершения ими неправомерных действий (бездействия), препятствующих осуществлению правосудия, а также для обеспечения условий выполнения задач уголовного судопроизводства. Это нашло отражение в учебном пособии, подготовленном в 2003 г. воронежскими учеными. То же можно сказать и по поводу признаков уголовно-процессуального принуждения, которые она выделяла: 1) применяется только в сфере уголовного судопроизводства; 2) носит характер ограничения определенных прав и интересов личности; 3) выражается в действиях принудительного характера в отношении участников уголовного судопроизводства; 4) формы ограничения конституционных прав и свобод личности в уголовном судопроизводстве регламентированы действующим уголовно-процессуальным законодательством2.

До настоящего времени уголовно-процессуальный закон не раскрывает содержание понятия оснований избрания мер пресечения, что приводит к нарушениям при установлении их наличия и принятии решений об избрании мер пресечения. Поэтому и в настоящее время остается актуальным предложение З. Ф. Ковриги о следующем изменении формулировки закона: при наличии достаточных доказательств считать, что обвиняемый скроется от следствия и суда или будет продолжать заниматься преступной деятельностью и пр. ..., что предохранило бы данную норму от субъективизма и произвольности в ее толковании3.

В связи с этим нельзя не затронуть вопрос о гарантиях прав и законных интересов лиц, в отношении которых применяются меры процессуального принуждения, на что постоянно обращала внимание З. Ф. Коврига. В числе прочих ею обсуждался вопрос о степени «насыщенности» уголовно-процессуального законодательства мерами процессуального принуждения и возможности их сокращения, необходимости использования разных мер принуждения в каждых конкретных случаях4.

Особое место среди проблем, которые интересовали Зою Филипповну, занимала проблема уголовно-процессуальной ответственности, широко обсуждавшаяся в 70-80-е гг. прошлого столетия5. Серьезное исследование в этом направлении она провела, выпустив в 1984 г. монографию «Уголовно-процессуальная

1 См.: Коврига З. Ф. Уголовно-процессуальное принуждение. Воронеж, 1975. С. 10.

2 См.: Там же. С. 16-17 ; Уголовный процесс России : учеб. пособие / под ред. З. Ф. Ковриги, Н. П. Кузнецова. Воронеж, 2003. С. 150.

3 См.: Коврига З. Ф. Уголовно-процессуальное принуждение. С. 96.

4 См.: Там же. С. 49-92.

5 См.: КовригаЗ. В. Проблема взаимосвязи законности и ответственности в уголовном судопроизводстве // Развитие теории и практики уголовного судопроизводства в свете нового законодательства о Верховном Суде СССР, прокуратуре и адвокатуре в СССР. Воронеж, 1981. С. 132.

ответственность»6, в которой она отстаивала позицию о существовании уголовно-процессуальной ответственности как самостоятельного вида ответственности, справедливо утверждая, как и другие сторонники данной точки зрения7, что если уголовно-процессуальное право имеет свой предмет и метод правового регулирования, а в структуре норм уголовно-процессуального права выделяются процессуальные санкции, то оно имеет и свои собственные средства обеспечения правовых норм. На ее взгляд, назначение процессуальной ответственности в механизме правового регулирования определяет две ее функциональные особенности: 1) охранять от нарушений нормы уголовно-процессуального права - общеобязательные правила поведения субъектов уголовного судопроизводства; 2) способствовать достижению эффективного результата при реализации норм уголовного и других отраслей права в сфере уголовного судопроизводства8.

Вопреки мнению многих авторов, рассматривающих уголовно-процессуальную ответственность только в негативном аспекте как применение принудительных мер за уголовно-процессуальное нарушение9, З. Ф. Коврига анализирует уголовно-процессуальную ответственность в двух аспектах - позитивном и негативном - как целостное правовое образование, включающее в себя: 1) предусмотренные уголовно-процессуальным законодательством требования (обязанности) к участникам судопроизводства; 2) осознание требований (внутреннее отношение субъекта к правам и обязанностям), активную деятельность (бездеятельность) и предвидение результатов; 3) оценку поведения субъекта и меры воздействия -поощрение за определенную заслугу или санкции за правонарушения10.

Возражая И. Л. Петрухину, считавшему, что «введение позитивной ответственности за предстоящее поведение означало бы серьезное нарушение законности»11, З. Ф. Коврига настаивала на том, что безотносительно от «введения» позитивная ответственность проявляет себя в практической деятельности участников процесса, в реализации ими своих прав и обязанностей, существует в самой структуре их поведения, тем самым «работает» на режим законности в судопроизводстве и ее укрепление. Вне поведения, в частности вне процессуальной деятельности, нет не только позитивной ответственности, но и ее негативного аспекта, существование которого не ставится под сомнение12.

Таким образом, для позитивной ответственности характерна положительная оценка со стороны государства поведения лица как правомерного, как одобре-

6 См.: КовригаЗ. Ф. Уголовно-процессуальная ответственность. Воронеж, 1984.

7 См.: Мотовиловкер Я. О. Вопросы теории советского уголовного процесса. Томск, 1971. С. 89-91 ; Чечина Н. А., Элькинд П. С. Об уголовно-процессуальной и гражданско-процессуальной ответственности // Сов. государство и право. 1973. № 9. С. 33-34 ; Корнуков В. М. Меры процессуального принуждения в уголовном судопроизводстве. Саратов, 1978. С. 11-19 ; Алексеева Л. Б. Принуждение и ответственность в механизме уголовно-процессуального регулирования // Строгович М. С., Алексеева Л. Б, Ларин А. М. Советский уголовно-процессуальный закон и проблемы его эффективности. М., 1979. С. 170.

8 См.: КовригаЗ. Ф. Уголовно-процессуальная ответственность. С. 117.

9 См.: Элькинд П. С. Цели и средства их достижения в советском уголовно-процессуальном праве. Л., 1976. С. 96 ; Корнуков В. М. Указ. соч. С. 11 ; Капустянский В. Г. Об уголовно-процессуальной ответственности // Правоведение. 1982. № 6. С. 101.

10 См.: Коврига З. Ф. Уголовно-процессуальная ответственность. С. 59.

11 Петрухин И. Л. Уголовно-процессуальная ответственность // Правоведение. 1984. № 3. С. 62.

12 См.: Коврига З. Ф. Свобода личности и ответственность в уголовном судопроизводстве // Там же. 1987. № 5. С. 62.

ние такого поведения. Негативная форма ответственности, напротив, основана на отрицательной государственной оценке неправомерного поведения, осуждении правонарушения.

Эти идеи З. Ф. Ковриги находят поддержку у других процессуалистов13. Есть авторы, которые связали вопросы уголовно-процессуальной ответственности с вопросами правового статуса личности в уголовном судопроизводстве, в результате чего предложили включить уголовно-процессуальную ответственность отдельным компонентом в правовой статус личности, так как она ставит личность в определенное положение по отношению к государству, обществу, другим гражданам, заставляет воздержаться от совершения определенных действий (позитивная) или отвечать за их совершение (негативная)14. Большая заслуга в этом принадлежит З. Ф. Ковриге.

Несомненный интерес представляет изданное коллективом кафедры уголовного процесса Воронежского государственного университета под редакцией З. Ф. Ковриги и Н. П. Кузнецова учебное пособие «Уголовный процесс России», в котором Зоя Филипповна подготовила разделы, посвященные уголовно-процессуальному законодательству, органу дознания и производству дознания, уголовно-процессуальному принуждению, общим условиям предварительного расследования, кассационному порядку рассмотрения уголовного дела, стадии исполнения приговора. Знакомясь с содержанием этих разделов, привлекло внимание ее авторское видение некоторых проблем уголовного процесса. Например, отмечая важную роль в регулировании уголовно-процессуальных отношений постановлений Верховного Суда РФ по конкретным уголовным делам и его Пленума, она подчеркивает, что они «.чаще всего являются прецедентами толкования правовых норм, судьи используют их в судебной практике как эталон при вынесении судебного решения». В связи с этим она высказывается за предоставление судам «... права ссылаться в своих решениях на постановления Верховного Суда по конкретным делам именно как на прецедент в области толкования применяемой правовой нормы наряду с правовой нормой и после ссылки на нее»15.

Рассматривая сущность кассационного производства, З. Ф. Коврига высказывает мнение, с которым мы полностью согласны, о том, что кассация является «... формой надзора за судебной деятельностью судов первой и апелляционной инстанций, устраняет допущенные ими ошибки и нарушения закона, укрепляет правопорядок и содействует повышению качества их работы. Рассматривая в кассационном порядке дела, решенные судом первой или апелляционной инстанции, кассация охраняет права и законные интересы сторон, стоит на страже личных и общественных интересов, отменяя и изменяя незаконные и несправедливые решения»16.

В 2005 г. воронежскими коллегами было издано учебное пособие - практикум для подготовки студентов к семинарским занятиям, экзаменам и написания

13 См.: Ветрова Г. Н. О сущности уголовно-процессуальной ответственности // Развитие теории и практики уголовного судопроизводства в свете нового законодательства о Верховном Суде СССР, прокуратуре и адвокатуре в СССР. С. 158-159 ; Ее же. Уголовно-процессуальная ответственность. М., 1987.

14 См.: Чеботарева И. Н. Обвиняемый в стадии предварительного расследования современного российского уголовного процесса : статус, гарантии прав и законных интересов. Курск, 2005. С. 24.

15 Уголовный процесс России : учеб. пособие / под ред. З. Ф. Ковриги, Н. П. Кузнецова. С. 29-30.

16 Там же. С. 367.

курсовых и дипломных работ по уголовному процессу, в котором в доступной, лаконичной форме доведена до студентов необходимая информация по данной дисциплине. И преподаватели, и студенты, широко его используя, оценили методическое, прикладное и методологическое значение этого пособия.

Что касается проблемы охраны прав, свобод и законных интересов личности в уголовном судопроизводстве, то она, как уже отмечалось выше, постоянно была в центре внимания З. Ф. Ковриги, особенно в связи с принятием УПК РФ. Многочисленные и непрекращающиеся реформы в сфере уголовного процесса, часто вносящие не порядок, ясность и четкость в правовое регулирование правоприменительной деятельности, а сумятицу, противоречивость, недосказанность, очень раздражали ученого: она не переставала критиковать непродуманные новации, вместе с тем предлагая свои пути решения острых проблем.

Так, в статье «Проблемы ограничения прав и свобод личности в сфере уголовного судопроизводства» З. Ф. Коврига, признавая объективную необходимость дифференциации уголовного процесса и существования упрощенных, альтернативных, форм в уголовном судопроизводстве, критиковала современное правовое регулирование производства дознания, в первую очередь за отсутствие процедуры предъявления обвинения, что затрудняет определение правового статуса лица, привлекаемого к уголовной ответственности, не создает надлежащего режима для установления обстоятельств, подлежащих доказыванию, не в полной мере обеспечивает права и законные интересы подозреваемого, обвиняемого, потерпевшего, усложняет вступление защитника в уголовное дело и в целом нарушает конституционный принцип равенства всех перед законом и судом. По ее мнению, «... упрощение порядка дознания произошло не за счет установления особой процедуры, а за счет ограничения прав личности при производстве дознания и ограничения пределов законодательного регулирования порядка дознания как вида расследования, который проходит значительное количество уголовных дел».

Не согласна была З. Ф. Коврига с исключением из системы принципов уголовного судопроизводства гласности уголовного судопроизводства, обеспечивающей воспитание уважения к закону, укрепление авторитета судебной власти и возможность поставить под контроль общественности деятельность правоохранительных органов, а также принципа равенства всех перед законом и судом. Путем введения особого производства по уголовным делам в отношении отдельных категорий лиц (наряду с современным регулированием производства дознания) уголовно-процессуальное законодательство, на ее взгляд, установило неравенство прав граждан перед законом и судом. «Исключение принципа равенства всех перед законом и судом. подрывает идею законности, так как законность и неравенство граждан одного государства, претендующего называться правовым, несовместимы. Узаконенное УПК РФ, вопреки международным правовым принципам и конституционному установлению, неравенство - это наихудший вариант беззакония»17.

Мы тесно общались с Зоей Филипповной - она приезжала к нам в Курск на конференции и круглые столы, рецензировала наши монографии и учебные пособия, консультировала аспирантов. Под ее непосредственным научным руководством

17 Коврига З. Ф. Проблемы ограничения прав и свобод личности в сфере уголовного судопроизводства // Российское правовое государство : итоги формирования и перспективы развития : в 5 ч. Ч. 5 : Уголовное право, уголовный процесс и криминалистика : материалы Всерос. науч.-практ. конф. (Воронеж, 14-15 ноября 2003 г.) / под ред. Ю. Н. Старилова. Воронеж, 2004. С. 75-82.

защитили свои кандидатские диссертации О. В. Петрова - ныне судья Ленинского районного суда г. Курска, доцент кафедры уголовного процесса и криминалистики ЮЗГУ, С. В. Шевелева - декан юридического факультета ЮЗГУ.

Запомнился ее последний приезд в наш университет в октябре 2010 г. на круглый стол «Современные направления реформирования досудебного производства», посвященный 15-летию нашей кафедры, в котором приняли участие работники прокуратуры, следственного комитета, органов внутренних дел, представители адвокатской палаты. Острая дискуссия разгорелась вокруг вопросов о соотношении полномочий следователя, руководителя следственного органа и прокурора, о самостоятельности следователя, об эффективности прокурорского надзора в современной ситуации. Известное многим, ставшее уже крылатым выражение Зои Филипповны - «следователь - самая трагичная фигура в уголовном процессе» - еще больше подогрело интерес присутствующих к этой проблематике. В своем выступлении она отметила фактическое отсутствие процессуальной самостоятельности следователя, ущербность его положения по сравнению с Уголовно-процессуальным кодексом РСФСР 1960 г., что, несомненно, сказывается на качестве предварительного расследования и привлекательности этой профессии. З. Ф. Коврига предложила наряду с формированием единого следственного органа создать при нем и оперативный аппарат, целью которого стало бы оперативно-розыскное сопровождение уголовно-процессуальной деятельности. Именно благодаря умению Зои Филипповны вовлечь в дискуссию многих юристов круглый стол прошел неформально, живо и, самое главное, помог участвующим в нем студентам совсем не по-книжному взглянуть на проблемы, обсуждавшиеся в учебных аудиториях.

В нашей памяти Зоя Филипповна навсегда останется активным, жизнеутверждающим, принципиальным, совестливым, честным, порядочным человеком и разносторонним, масштабным ученым с острым и критичным взглядом на самые актуальные проблемы.

Юго-Западный государственный университет (г. Курск) Рябинина Т. К., кандидат юридических наук, профессор, заведующая кафедрой уголовного процесса и криминалистики, заслуженный юрист Российской Федерации

Yugo-Zapad State University (Kursk) Ryabinina T. K., Candidate of Legal Sciences, Professor, Head of the Criminal Process and Criminalistics Department, Honoured Lawer of Russian Federation E-mail: tatyanakimovna-r@yandex.ru