К вопросу о сущности и ведомственном понимании некоторых полномочий руководителя следственного органа

Алексеев Игорь Михайлович

кандидат юридических наук, Краснодарский университет МВД России

К вопросу о сущности и ведомственном понимании некоторых полномочий руководителя следственного органа

В статье анализируются основные недостатки, допускаемые при подготовке материалов ходатайств о продлении процессуальных сроков свыше 12 месяцев, представляемых в Следственный департамент МВД России. Выявляются противоречия в ведомственных подходах к определению места руководителя следственного органа в уголовном судопроизводстве России. Автором исследуются аргументы pro и contra по вопросу права руководителя следственного органа устанавливать срок предварительного следствия, возвращая уголовное дело для производства дополнительного расследования, руководствуясь ч. 6 ст. 162 УПК РФ.

Ключевые слова: уголовный процесс, руководитель следственного органа, возвращение уголовных дел для дополнительного расследования, срок предварительного следствия.

I.M. Alekseev, Candidate of Law, Krasnodar University of the Ministry of the Interior of Russia; e-mail: Kaspar555@mail.ru

To the question about the essence and departmental understanding of some powers of the head of the investigating authority

The article analyzes the main faults made in the preparation of materials requests for the prolongation of procedural terms exceeding 12 months submitted to the Investigative Department of the MIA of Russia. Identifies inconsistencies in departmental approaches to defining the place of the head of the investigative body in the criminal proceedings of Russia. The author examines the arguments pro and contra on the right of the head of the investigative body to set the period of preliminary investigation, returning the criminal case for further investigation, in accordance with pt. 6 of art. 162 of the Criminal Procedure Code of the Russian Federation.

Key words: criminal process, the head of the investigative body, returning criminal cases for further investigation, preliminary investigation.

Предметом нашего исследования является право руководителя следственного органа на возвращение уголовного дела для производства дополнительного расследования, предусмотренное п. 11 ч. 1 ст. 39 УПК РФ, точнее правовые последствия, возникающие в случае реализации им данного полномочия. Практика применения указанного полномочия весьма разнообразна. Указанное обстоятельство заставило нас проанализировать основные правовые позиции по данному вопросу.

Анализ мы начнем с правовой позиции Следственного департамента МВД России.

В ч. 1.5 Инструкции по организации процессуального контроля при возбуждении ходатайств об установлении и продлении сроков предварительного следствия, содержания обвиняемых под стражей и домашнего ареста по уголовным делам, находящимся в производстве следователей органов внутренних дел,

указано: «В случаях возвращения руководителем следственного органа уголовного дела следователю для производства дополнительного расследования и устранения выявленных недостатков (статья 39 УПК РФ) обеспечить продление срока предварительного следствия в порядке требований частей четвертой и пятой статьи 162 УПК РФ» [1]. То есть указанная Инструкция прямо запрещает руководителям следственных органов устанавливать срок расследования, руководствуясь положениями ч. 6 ст. 162 УПК РФ. Однако на практике требование «обеспечить» продление срока имеет различные интерпретации. Подтверждением чего являются недостатки, выявленные сотрудниками контрольно-методического управления Следственного департамента МВД России, обобщенные в обзоре основных недостатков, допускаемых при подготовке материалов ходатайств о продлении процессуальных сроков

106

свыше 12 месяцев, представляемых в Следственный департамент МВД России (далее по тексту - Обзор) [2].

Так, в Обзоре указано: «В отдельных случаях руководители следственных органов в соответствии с требованиями п. 11 ч. 1 ст. 39 УПК РФ возвращают уголовные дела следователю со своими указаниями о производстве дополнительного расследования, при этом применяют положения уголовно-процессуального законодательства, касающиеся возвращения уголовных дел прокурором. Имеются в виду факты, когда течение общего срока следствия при возвращении уголовного дела следователю начальником территориального следственного подразделения прерывается» [2].

Авторы Обзора приводят несколько примеров подобных нарушений: «Так, 7 сентября 2013 года и.о. начальника следственной части СУ МВД по Республике Дагестан вынесено постановление о возвращении уголовного дела № 36972 следователю для производства дополнительного расследования, этим же постановлением срок следствия установлен на 30 суток со дня поступления уголовного дела к следователю. 18 сентября 2013 года уголовное дело принято следователем к производству, период с 7 по 18 сентября 2013 года (со дня возвращения уголовного дела до принятия дела к производству следователем) был исключен из общего срока следствия. В результате допущенных нарушений постановление и.о. начальника следственной части СУ о возвращении уголовного дела следователю от 7 сентября 2013 года отменено заместителем начальника Следственного департамента МВД России.

Аналогичный факт выявлен при рассмотрении ходатайства о продлении срока следствия по уголовному делу № 910093 (ГСУ ГУ МВД России по Новосибирской области) до 16 месяцев 27 суток» [2].

После чего приводятся авторские пояснения: «В соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства срок предварительного следствия по уголовному делу исчисляется со дня возбуждения уголовного дела и до дня его направления прокурору с обвинительным заключением. При возвращении руководителем следственного органа уголовного дела следователю со своими указаниями о производстве дополнительного расследования срок предварительного следствия не прерывается, его продление осуществляется на общих основаниях, установления дополнительного срока не требуется» [2].

Причем, как мы видим, авторы Обзора аргументируют свою позицию тем, что, поскольку срок предварительного следствия оканчивается в момент направления уголовного дела прокурору, возвращение уголовного дела руководителем следственного органа не прерывает его течения. Однако указанная позиция ошибочна.

Срок предварительного следствия определяет границы легитимной деятельности участников уголовного судопроизводства. Однако в отличие от времени его исчисление может быть прекращено или приостановлено посредством принятия определенных процессуальных решений. В какой бы момент ни было принято одно из таких процессуальных решений, оно прерывает течение срока, но его отмена сама по себе не послужит основанием для возобновления его течения. Например, если следователь вынес постановление о приостановлении предварительного следствия по п. 3 ч. 1 ст. 208 УПК РФ до истечения предусмотренного законом 2-месячного срока расследования, его отмена руководителем следственного органа не будет основанием для продолжения течения срока следствия. Производство по такому уголовному делу придется возобновить, несмотря на то, что момент окончания срока предварительного расследования не наступил.

Необходимо заметить, что единого подхода к способам возобновления сроков на практике не сложилось. В одних регионах руководители следственных органов выносят одно постановление об отмене и возобновлении срока, устанавливая его со дня принятия следователем уголовного дела к производству. В других просто отменяют постановление следователя и требуют возобновить производство по делу.

С утверждением авторов Обзора о том, что срок расследования при возвращении руководителем следственного органа уголовного дела следователю не прерывается, мы вынуждены согласиться. Срок прервал свое течение в момент подписания обвинительного заключения следователем. Именно тогда предварительное следствие было окончено. Процедуру согласования обвинительного заключения руководителем следственного органа необходимо рассматривать с позиции процессуального контроля, осуществляемого последним, а не ведомственной подчиненности.

Нам могут возразить, сославшись на то, что в соответствии с п. 3 ч. 2 ст. 38 УПК РФ следователь уполномочен самостоятельно принимать решения о производстве процессуальных

107

действий только в случае, если их производство не требует согласования с руководителем следственного органа. Исходя из чего моментом составления обвинительного заключения необходимо считать момент его согласования. Однако в соответствии с ч. 3 ст. 220 УПК РФ обвинительное заключение подписывается именно следователем. Согласие руководителя следственного органа требуется только для передачи уголовного дела с обвинительным заключением прокурору. Соответственно, с момента подписания следователем обвинительного заключения срок следствия прерывается.

В связи с этим интерес представляет позиция Следственного комитета по указанному вопросу. Так, в п. 1.23 приказа Следственного комитета РФ от 15 января 2011 г. № 1 «Об организации процессуального контроля в Следственном комитете Российской Федерации» (указанный приказ признан недействующим [5], однако Верховный Суд РФ признал его таковым только ввиду нарушений процедурного характера, не влияющих на содержание анализируемого приказа, что позволяет нам оценить его положения в контексте проводимого нами исследования) указано, что руководитель следственного органа обязан «не позднее чем за 5 суток до направления следователем участникам уголовного судопроизводства уведомления в соответствии с частью 2 статьи 215 УПК РФ организовывать изучение материалов уголовного дела и при необходимости давать конкретные указания о производстве следственных и иных процессуальных действий.

После составления следователем обвинительного заключения незамедлительно, но не позднее 24 часов с момента его подписания, обеспечивать изучение уголовного дела для проверки полноты выполнения ранее данных указаний, отсутствия препятствий к рассмотрению дела судом и после согласования обвинительного заключения направление уголовного дела прокурору с сопроводительным письмом руководителя следственного органа для утверждения обвинительного заключения.

В случае выявления недостатков и упущений, препятствующих направлению дела с обвинительным заключением прокурору и рассмотрению его в суде, руководствуясь пунктом 11 части 1 статьи 39 УПК РФ, возвращать уголовное дело следователю со своими указаниями для дополнительного следствия» [4].

Как видим, в Следственном комитете РФ от руководителя следственного органа требуют обеспечить процессуальный контроль,

для чего возлагают на него обязанность организовывать изучение материалов уголовного дела как минимум за 5 суток до направления следователем уведомлений об окончании предварительного следствия. В срок не более 24 часов с момента подписания следователем обвинительного заключения обеспечить изучение уголовного дела и после согласования обвинительного заключения направить уголовное дело прокурору, а в случае выявления недостатков, препятствующих направлению дела прокурору, возвращать уголовное дело следователю для дополнительного следствия, руководствуясь п. 11 ч. 1 ст. 39 УПК РФ [5].

Таким образом, можно сделать вывод о том, что различия в подходах к правовым последствиям, наступающим после возвращения уголовного дела для дополнительного расследования руководителем следственного органа, обусловлены отношением к его месту в уголовном судопроизводстве. Нам кажется предпочтительней позиция Следственного комитета РФ, рассматривающая руководителя следственного органа в качестве полноценного субъекта процессуального контроля.

В свою очередь, Конституционный Суд РФ в Определении по жалобе гражданина Петрова Романа Николаевича на нарушение его конституционных прав положениями ст. 39 и 162 Уголовно-процессуального кодекса РФ от 25 декабря 2008 г. № 962-О-О указал, что «... согласно части шестой статьи 220 УПК Российской Федерации в редакции Федерального закона от 2 декабря 2008 № 226-ФЗ после подписания следователем обвинительного заключения уголовное дело с согласия руководителя следственного органа немедленно направляется прокурору. Тем самым федеральным законодателем была подтверждена правомерность рассмотрения уголовного дела руководителем следственного органа после подписания следователем обвинительного заключения и до направления уголовного дела прокурору» [6].

Указанная правовая позиция получила развитие в Определении Конституционного Суда РФ по жалобе гражданина Шагана Валерия Викторовича на нарушение его конституционных прав частью шестой статьи 162 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации от 2 июля 2015 г. №1542-О. В данном Определении указано: «Предусмотренный частью шестой статьи 162 УПК Российской Федерации исключительный порядок продления срока предварительного следствия, будучи направленным на реализацию принципов закон-

108

ности и разумного срока уголовного судопроизводства посредством устранения выявленных нарушений и препятствий к надлежащему окончанию предварительного расследования, принятия мер для ускорения рассмотрения уголовного дела в случае его незаконного и необоснованного приостановления или прекращения, может применяться лишь законно -при условии, что процессуальные решения о возобновлении производства по приостановленному или прекращенному уголовному делу, а также о возвращении уголовного дела для производства дополнительного следствия основаны на правильном применении положений пункта 11 части первой статьи 39, статей 211 и 214, пункта 2 части первой статьи 221 УПК Российской Федерации и отвечают требованиям законности, обоснованности и мотивированности. Несоблюдение же названных требований, в частности при вынесении незаконных и необоснованных решений о возвращении следователю уголовного дела при неоднократном его направлении для производства дополнительного следствия, неоднократном приостановлении или прекращении уголовного дела по одним и тем же основаниям, свидетельствует - с учетом приведенных и сохраняющих свою силу правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации - о незаконном продлении срока предварительного следствия, злоупотреблении применением специальных правил вместо общего порядка его продления, а потому и о нарушении не только норм о ведомственном контроле со стороны руководителей следственных органов над ходом производства по уголовному делу,

1. Об утверждении Инструкции по организации процессуального контроля при возбуждении ходатайств об установлении и продлении сроков предварительного следствия, содержания обвиняемых под стражей и домашнего ареста по уголовным делам, находящимся в производстве следователей органов внутренних дел: приказ Следственного департамента МВД России от 12 дек. 2012 г. № 64. Официально опубликован не был.

2. Обзор основных недостатков, допуска-емыхпри подготовке материалов ходатайств о продлении процессуальных сроков свыше 12 месяцев, представляемых в Следственный департамент МВД России (исх. от 28 февр. 2014 г. № 17/3-5413). Официально опубликован не был.

но и гарантированного статьей 46 (часть 1) Конституции Российской Федерации и пунктом 1 статьи 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод права на судебную защиту и судебное разбирательство в разумный срок» [7, с. 97-98].

Таким образом, Конституционный Суд РФ подтвердил правомерность рассмотрения уголовного дела руководителем следственного органа после подписания следователем обвинительного заключения и до направления уголовного дела прокурору. Кроме того, он поставил в один ряд полномочия по возвращению уголовных дел для производства дополнительного расследования, принадлежащие руководителю следственного органа и прокурору, прямо увязав их использование с исключительным порядком продления срока предварительного следствия, предусмотренным ч. 6 ст. 162 УПК РФ.

В заключение можно сделать следующие выводы.

1. Срок следствия прерывается с момента подписания следователем обвинительного заключения.

2. Различия в подходах к правовым последствиям, наступающим после возвращения уголовного дела для дополнительного расследования руководителем следственного органа, обусловлены отношением к его месту в уголовном судопроизводстве.

3. Возвращая уголовное дело для производства дополнительного расследования, руководитель следственного органа использует исключительный порядок продления срока предварительного следствия, предусмотренный ч. 6 ст. 162 УПК РФ.

1. On approval of the Instruction on the organization of procedural control in the initiation of motions on the establishment and extension of time limits for preliminary investigations, the detention of the accused and of house arrest in criminal cases which are in production of investigators of the internal affairs bodies: order of the Investigative Department of the MIA of Russia d.d. Dec. 12, 2012 № 64. The text was not published officially.

2. Overview of major deficiencies permitted in the preparation of materials requests for the prolongation of procedural terms exceeding 12 months submitted to the Investigative Department of the MIA of Russia (out d.d. Febr. 28, 2014 № 17/3-5413). The text was not published officially.

109

3. О признании недействующим приказа Следственного комитета РФ от 15.01.2011 № 1 «Об организации процессуального контроля в Следственном комитете Российской Федерации»: решение Верховного Суда РФ от 15 авг. 2016 г. № АКПИ16-547.

4. Об организации процессуального контроля в Следственном комитете Российской Федерации: приказ Следственного комитета РФ от 15 янв. 2011 г. № 1. URL: http:// www.bestpravo.ru/federalnoje/ea-instrukcii/y7o. htm (дата обращения: 05.04.2016).

5. Лозовский Д.Н., Фидельский С. В. Дискуссионные вопросы, возникающие в ходе отмены постановления о возбуждении уголовного дела руководителем следственного органа // Вестн. Краснодар. ун-та МВД России. 2014. № 4(26). С. 80-82.

6. Определение Конституционного Суда РФ по жалобе гражданина Петрова Романа Николаевича на нарушение его конституционных прав положениями статей 39 и 162 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации от 25 дек. 2008 г. № 962-О-О. URL: http://www.ksrf.ru/ru/Decision/Pages/ default.aspx (дата обращения: 01.03.2016).

7. Определение Конституционного Суда РФ по жалобе гражданина Шагана Валерия Викторовича на нарушение его конституционных прав частью шестой статьи 162 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации от 2 июля 2015 г. № 1542-О // Вестн. Конституционного Суда РФ. 2015. № 6. С. 92-99.

3. On the invalidation of the order of the Investigative Committee of the Russian Federation dated 15.01.2011 № 1 «About the organization of procedural control of the Investigative Committee of the Russian Federation»: decision of the Supreme Court of the Russian Federation d.d. Aug. 15, 2016 № AKPI 16-547.

4. About the organization of procedural control of the Investigative Committee of the Russian Federation: order of the Investigative Committee of the Russian Federation d.d. Jan. 15, 2011 № 1. URL: http://www.bestpravo.ru/federalnoje/ ea-instrukcii/y7o.htm (date of access: 05.04.2016).

5. Lozovsky D.N., Fidelsky S.V Topical issues, arising at the repeal of the investigator's decision to initiate a criminal case by the head of the investigative authority//Bull. of Krasnodar university of Russian MIA. 2014. № 4(26). P. 80-82.

6. Determination of the Constitutional Court of the Russian Federation on the complaint of the citizen Petrov Roman Nikolaevich on infringement of his constitutional rights by provisions of articles 39 and 162 of the Criminal Procedure Code of the Russian Federation d.d. Dec. 25, 2008 № 962. URL: http://www.ksrf.ru/ru/Decision/ Pages/default.aspx (date of access: 01.03.2016).

7. Determination of the Constitutional Court of the Russian Federation on the complaint of the citizen Shagan Valery Viktorovich on infringement of his constitutional rights by part six of article 162 of the Criminal Procedure Code of the Russian Federation d.d. July 2, 2015 № 1542 // Bull. of the Constitutional Court of the Russian Federation. 2015. № 6. P. 92-99.

110