Твердая линия

Выставка / Графика

В Киевском национальном музее русского искусства открылась выставка графики Николая Глущенко. Учитывая громкие скандалы, вызванные пропажей картин выдающегося украинского художника, ЕКАТЕРИНА СТУКАЛОВА советует ценителям изобразительного искусства поспешить в музей, чтобы успеть насладиться оригиналами его работ.

Ушедший из жизни в 1977 году выдающийся живописец Николай Глущенко стал на минувшей неделе едва ли не главным ньюсмейкером художественной жизни Украины — по крайней мере, два недавних события дают основания так полагать. Во-первых, именно вокруг полотен Николая Глущенко, переданных несколько лет назад Национальным художественным музеем (НХМУ) во временное пользование Кабинету министров, разгорелся шумный скандал: две картины куда-то бесследно исчезли, а на месте двух других, по мнению хранителей музея, появились скверно выполненные копии. Противостояние между музеем и Кабмином, похоже, оказало влияние на объявленную в пятницу отставку директора НХМУ Анатолия Мельника (см. "Ъ" от 9 апреля) и, судя по накалу страстей вокруг ситуации, обещает повлечь за собой еще немало пертурбаций и сдвигов культурного ландшафта.

Другой информационный повод, связанный с Николаем Глущенко, более мирный и оптимистичный — в Киевском национальном музее русского искусства аукционный дом "Золотое сечение" представил выставку графики мастера. Не очень большая, но со вкусом и знанием дела подобранная экспозиция представляет два важных периода в творчестве классика. Первый относится к 1930-м годам, времени становления, странствий по миру и интенсивного поиска художником собственного пластического языка. Однако и в этих ранних работах уже отчетливо виден одаренный мастер — уже тогда Николаю Глущенко было мало равных в умении построить объемную, наполненную воздухом и светом композицию, используя скромные возможности туши на бумаге,— многочисленные пейзажи, представленные в экспозиции, успешно это подтверждают.

Вторую часть выставки составляют работы уже зрелого мастера — пейзажная графика 1970-х годов. В ней художник добивается поистине магических визуальных эффектов. В том, что сначала кажется мрачноватым первобытным хаосом линий, штрихов и пятен, вдруг начинают угадываться детали — гладкие стволы, косматый кустарник, мощные еловые лапы или нависшие над аллеей могучие кроны деревьев, и на плоском листе возникает буквально дышащий жизнью, поразительно узнаваемый уголок леса или парка.

Неугасающий интерес к Николаю Глущенко связан не только с масштабом его творческого величия, но и с его необычной и захватывающей биографией. Если на Западе личность артиста ХХ века часто окружена романтическим авантюрным ореолом, то высокоморальный облик советского художника подобных вольностей обычно не допускал. Поэтому фигура Николая Глущенко — блистательного денди, успешного шпиона, который, как утверждает легенда, на несколько месяцев раньше, чем Рихард Зорге, якобы предупредил Сталина о готовящемся нападении Германии на СССР, владельца мифического альбома акварелей, подаренного ему самим Гитлером,— по-прежнему продолжает вызывать интерес у публики. Ценители материальной стороны искусства тоже явно испытывают влечение к постоянно растущему в цене наследию художника. Как стало очевидно из истории с пропавшими полотнами, внимание это настолько пристальное, что всем поклонникам изобразительного искусства следует обязательно посетить нынешнюю выставку графики украинского классика,— возможно, в скором времени насладиться оригиналами Николая Глущенко в публичных коллекциях уже не будет возможности.