Пространство ХOLSTа

Творческое объединение XOLST — это неформальная группа художников, связанных общими интересами в искусстве и верностью традиции, которая в их случае не является синонимом высушенного академизма. Скорее это опыт постижения профессионального языка, сложившегося в европейской живописи конца XIX — начала XX веков. Главные его составляющие — холст, масло, пейзаж.

1 / 4

Маршруты и остановки

Московский музей современного искусства, представляя в 2013 году выставку творческого объединения XOLST, упоминал, что оно ориентируется «на наследие таких корифеев русской живописной школы, как Константин Коровин, Валентин Серов, Исаак Левитан, Николай Фешин, Петр Кончаловский». Проект ММОМА был устроен тогда в здании на Петровке: в одном из залов шла выставка создателя оптических иллюзий Маурица Эшера, в соседнем демонстрировались работы участников группы XOLST.

История группы началась в 2011 году в Провансе. Четверо авторов-единомышленников — Виолетта Голдина, Ирина Ковалевская, Елена Павлова и Марианна Чайкина, любительницы живописи и взрослые студентки преподавателя Суриковского института Дмитрия Холкина, выехавшие на совместный пленэр, решили объединить творческие усилия.

«Наш отель располагался недалеко от Сен-Реми-де-Прованса, где писал Ван Гог,— рассказывает Виолетта.— И мы видим его солнце, эти травы, цветущую лаванду на картинах художниц.— Управляющий предложил нам устроить прямо в гостинице выставку. Всем было любопытно, что эти русские там пишут».

«Мы писали в тех местах,— продолжает Ирина,— где так популярны французские импрессионисты, где они работали и жили. Для нас было очень важно, что французы проявили к нам интерес и восторженно отреагировали на наши работы. Они очень нас поддержали».

Образовавшийся тогда квартет сохранился по сей день и получил развитие уже как самостоятельная творческая единица: все его участницы достигли определенного уровня мастерства и даже коммерческого успеха. Об ученичестве речи давно уже не идет. О профессиональном уровне свидетельствуют и продажи, и многочисленные выставки. На сегодняшний день их состоялось уже более 20.

Год назад проект «Маршрут под открытым небом. Остановки» был включен в параллельную программу 7-й Московской биеннале современного искусства. «У Марианны были работы, которые назывались "Остановка 1", "Остановка 2",— объясняет Ирина Ковалевская.— Все наши поездки, наши пленэры — это и есть маршруты под открытым небом. Наверное, мы посягнули на биеннале только из-за того, что Лена Павлова стала contemporary-художником и надо было соответствовать. Нам очень понравилась тема биеннале — "Заоблачные леса". Решили попробовать принять участие в параллельной программе. Написали заявку — и ее приняли. На вернисаж к нам в галерею зашла Юко Хасегава, куратор биеннале».

Из любви к учению

Упомянутая галерея носит название MASTERSKAYA и находится в одном из переулков в окрестностях Пречистенки. Особняк поделен на две части. Первая — гостевое пространство, оно же галерея, где проводятся выставки. Экспонируются там не только работы объединения XOLST — здесь выставлялись, например, частная коллекция Коровина и офорты Дюрера. В галерею открыт свободный доступ, нередко сюда заходят случайные посетители, и некоторые — такой опыт уже был — становятся покупателями работ резидентов мастерской.

Вторая часть — собственно мастерская художников: все четверо умудряются работать вместе, иногда одновременно, не мешая соседкам, не скрывая своих достижений и огрехов и чувствуя поддержку друг друга.

У каждой из них есть первая, не связанная с арт-дисциплинами профессия, но все они рисовали в детстве и мечтали изначально о профессии художника. Обретя семью, достигнув известного благосостояния и финансовой независимости, они вернулись к детским мечтам. Некоторые, бывает, из любви к учению снова садятся за парту. Они встали за мольберт.

Ирина Ковалевская в своих мечтах о карьере художника продвинулась когда-то дальше всех: готовилась к поступлению на художественный факультет Полиграфического института. Жила в Софии и занималась в Болгарской академии художеств, но, приехав в Москву, не прошла в институт по конкурсу. Размышляя, не попытаться ли снова или попробовать что-нибудь другое, решила, что художник не слишком надежная профессия, и поступила на химический факультет МГУ. «Мне нравилось рисовать,— говорит Ирина,— но одновременно нравилось много других вещей. Но теперь понимаю, что искусство меня не отпускает. Я рисовала, писала маслом, покупала картины, которые мне нравились, просила их авторов давать мне мастер-классы. Среди них был, например, Сергей Белов, прекрасный рисовальщик, открывший впоследствии свою студию. Университетское образование приучило меня к тому, что сначала надо выучить базу, а потом экспериментировать. Поэтому и в искусстве я хотела сначала получить академические навыки, ту самую базу. Это то, с чем я иду по жизни и что, кстати, нас всех объединяет».

Марианна Чайкина хотела стать художником-модельером, но занималась при этом академической музыкой. «По образованию я хоровой дирижер,— рассказывает она.— Много лет проработав в музыкальной школе, пошла учиться к Марку Викторовичу Гинзбургу, заслуженному художнику СССР. Он вел студию в подвале у фабрики "Дукат". Рисовала гипсы. Он поставил мне руку, но до масла я у него так и не дошла. Потом уже, лет через 15, я пришла к Светлане Перотти, окончившей как живописец Суриковский институт». «Я училась смешивать краски,— продолжает Марианна,— и стала копировать бретонские работы Ван Гога. Помню момент, когда я подбираю, кладу краску — и остается пятно, к которому никак не могу найти цвет. Смотрю на палитру, вижу грязь, оставшуюся от смешения красок… И вдруг такое волшебство: я понимаю, что Ван Гог сделал так же. Просто взял эту фузу — сразу все оттенки, которые там оказались, потому что все они закономерны для колористического строя».

Марианна выглядит в этой группе неформальным лидером. Отталкиваясь от манеры импрессионистов, она ушла в русские традиции, в яркие цвета Кончаловского и Сарьяна (к последнему мы еще вернемся).

Виолетта Голдина родом из Ленинграда, где и окончила когда-то художественную школу. Первое образование, полученное в Москве, было экономическим, за ним последовала успешная карьера в совместном российско-чешском предприятии, но искусство и тут взяло свое. Через Академическую школу дизайна, в которой учились и ее подруги, через индийскую миниатюру, которую Виолетта изучала в Гималаях, она пришла к живописи. И тоже пошла заниматься к Светлане Перотти, в студии которой и встретилась с Марианной, Ириной и Еленой.

И, наконец, Елена Павлова, по образованию — математик. Как и ее подруги, член Союза профессиональных художников (одно из восьми московских объединений, позволяющих легально работать и продавать свои произведения), а также член Международного художественного фонда. Ирина Ковалевская недаром упомянула ее в контексте contemporary art. Помимо натурных пейзажей и этюдов Елена дрейфует в сторону нефигуративной живописи, окрашенной ее индивидуальным почерком. «В какой-то момент я стала задумываться о своем личном языке,— говорит Елена,— своем месте, о том, что я в принципе за художник. И что-то мне подсказало, что нужно вернуться к детству, когда я рисовала странные метаморфозы. Я начала делать их на маленьких листочках, потом попыталась перенести на холст».

Казань—Ташкент—Ереван

В их послужном списке выставки не только на биеннале и в Московском музее современного искусства. В 2011 году работы выставлялись в офисе Газпромбанка, в 2012-м состоялись две выставки в столице Татарстана, в том числе в центре «Эрмитаж-Казань» в Казанском кремле. После выставки «Продолжение» в ММОМА (2013) через год их проект TETE-а-TETE проехал по Швейцарии, побывав в Берне, Цюрихе и Монтрё. Тогда же XOLST принял участие в 10-м Салоне современного искусства в Montreux MAG. После этого была успешная выставка в La Galerie Maison d’Art в Монако, где почти все работы были проданы. В апреле 2015-го состоялся проект Plein Air в Центральном выставочном зале Академии художеств Узбекистана. Вспоминает Виолетта: «В выставочном зале в Ташкенте открыли тогда экспозицию местных художников 1920–1930-х годов. Эти потрясающие вещи специально вынесли из запасников. И вот на втором этаже вывесили их, а внизу висели наши картины».

Выездные экспозиции всегда связаны с пленэрами. За последние годы группа XOLST успела побывать в Венеции, в Нормандии (в Этрета их застал туман), в Вильфранше, где на них внезапно обрушился снегопад, в Переславле-Залесском и в Армении, где тоже были на этюдах… Именно так — «XOLST. Этюды» — называлась их выставка в Музее истории Еревана. А позднее состоялась еще одна — в Доме-музее Мартироса Сарьяна.

«Нашим гидом по музею,— вспоминает Марианна,— оказалась его директор, внучка Мартироса Сарьяна. Мы пригласили ее на выставку. "Боже мой,— сказала Рузанна Сарьян,— я так боялась идти, думала: современные художники! А тут столько солнца, тепла, энергии". Рузанна показала нам фрагменты фильма о последних днях жизни художника: он пишет цветы. Но весь фильм показать не могла: выяснилось, что права на картину принадлежат одному американскому армянину. Мы посовещались и решили, что устроим еще одну выставку и все вырученные средства перечислим в счет оплаты авторских прав. Добрые дела опасны тем, что трудно остановиться: к нам присоединилась одна армянская галерея. В Москве в отеле Hyatt они устроили благотворительный аукцион, на котором продавались наши работы. Удалось выручить $130 тыс. Деньги были перечислены в фонд Дома-музея Сарьяна. Тогда и правительство Армении обратило наконец на музей внимание и оплатило ремонт. А в этом году мы узнали от Рузанны, что они получили права на фильм».

Тот благотворительный аукцион — единственные торги, в которых пока участвовала группа. Но, видимо, этот этап еще впереди. Создав некоммерческое объединение XOLST, Виолетта, Ирина, Елена и Марианна относятся к делу со всей серьезностью: каждый год в декабре они устраивают отчетные выставки, как, кстати, когда-то было принято в Московском отделении Союза художников РСФСР («отчеты МОСХа»). Ближайшая выставка группы XOLST пройдет в галерее MASTERSKAYA с 13 декабря 2018 года по 13 января 2019 года.