Эволюция теоретических подходов к изучению неформальной занятости

Эволюция теоретических подходов к изучению неформальной

занятости

Evolution of theoretical approaches to the study of informal

employment

Ахмадеев Денис Рашидович,

аспирант кафедры «Макроэкономика» ФГОБУ ВПО «Финансовый университет при Правительстве

Российской Федерации» e-mail: akhmadeevdenis @ mail.ru Аннотация: В статье исследуется эволюция изучения неформальной

занятости. Выделены основные особенности формального и неформального

секторов, последовательно рассмотрены основные критерии

неформальности. Проанализированы основные концептуальные подходы к

изучению данного явления. В результате анализа сделан вывод о

значительном расширении первоначального объекта исследования,

признании универсальности неформальных отношений, их неразрывной

связи с формальной экономикой.

Abstract: The evolution of the study of informal employment is considered.

The principal features of the formal and informal sectors are marked out, the basic

criteria of informality are consistently examined. The basic conceptual approaches

to the study of this phenomenon are analyzed. The analysis concludes that a

significant expansion of the original object of study occurs, the recognition of the

universality of informal relationships happens, the close connection with the

formal economy exists.

Ключевые слова: неформальный сектор, неформальная занятость,

неформальная экономика.

Keywords: informal sector, informal employment, informal economy.

Неформальные трудовые отношения крайне распространены в настоящее время. Оценка данного явления в научной сфере носит неоднозначный характер. Чтобы лучше понять сложившуюся ситуацию, представляется разумным разобраться в истоках формирования данного явления и выделить основные теоретические подходы к его концептуализации.

Изначально неформальную экономическую деятельность исследовали

применительно к развивающимся странам. Сделано это было в контексте

изучения неформального сектора, который представлял из себя

организованные группы людей, создавших собственную систему занятости,

подчиненную системе выживания. Сюда входили разнообразные виды

занятости, опирающиеся на неформальные, персонифицированные

отношения с потребителями, наемными работниками и кредиторами.

Естественно, занятые в такой деятельности работники выпадали из

официально организованного рынка труда.

Следует отметить, что первоначально для обозначения неформального

сектора использовались несколько иные термины. Так, Дж. Бойк в начале 50-

х годов отметил феномен «дуальной экономики» (Boeke J.N. Economics and

economic policy of dual societies. New York, 1953). Немного позднее К.Гиртц

предложил разделение на «базарную» и «ориентированную на фирменное

устройство» экономику («bazaar-economy» и «firm-centred economy») (Geertz

C. Peddlers and princes: Social change and economic modernization in two

Indonesian towns. Chicago: University of Chicago Press, 1963). Первая

характеризовалась как трудоемкая, низкопроизводительная, маломасштабная

и низкодоходная, в то время как вторая наоборот - более эффективная,

капиталоемкая, с более высокой производительностью труда1. Таким образом,

проблема «неформальности» постепенно созревала в научном сообществе,

приобретая все более и более четкие контуры.

На более высокий качественный уровень изучение неформального

сектора перешло благодаря исследованиям, осуществленным под

руководством Мирового банка и Международной организации труда.

Наибольшую известность получила работа английского социолога Кейта

Харта (сам Харт считал своим предшественником в изучении неформальной

экономической деятельности английского публициста середины XIX в. Г.

Мейхью, исследователя «культуры бедности» в Лондоне), который считается

1 Барсукова Неформальная экономика экономико-социологический анализ. М.: Изд. Дом ГУ-ВШЭ, 2004, с.15.

пионером в исследовании «неформальности». Во время полевых исследований конца 60-х гг. XX века в городских трущобах Аккры, столицы Ганы, одной из отсталых стран Африки, ученый заметил, что местное население в большей части не имеет никакого отношения к официальной экономике. «Городская экономика отсталых стран представляла собой громадное скопление мелких и мельчайших мастерских, лавок и иных "микрофирм", снабжающих жителей городов простыми повседневными товарами (едой, одеждой, транспортными услугами и т. д.), не проходя никакой официальной регистрации, игнорируя налоговые и иные требования

правительства к бизнесу»2.

Исследователь трактовал экономическую систему развивающихся

стран в рамках дуальной концепции, противопоставляя формальный сектор неформальному. Для каждого сектора выделялись прямо противоположные характеристики. По мнению Харта, ключевым критерием при разграничении формального и неформального является степень рационализации труда, его постоянства и регулярности, а также наличие или отсутствие фиксированного заработка. Отталкиваясь от этих критериев ученый выделил три основные группы доходов горожан:

1) формальные доходы - зарплата в государственном и частном

секторах, трансфертные платежи;

2) законные неформальные доходы - от занятости в первичном

(сельское хозяйство), вторичном (ремесленники, сапожники, производители пива и т.д. работающие самостоятельно или по контракту), третичном (строительство, торговля, транспорт) секторах, от предоставления услуг (медицинские и ритуальные услуги, музыканты, парикмахеры и т.д.), от частных трансфертов (подарки, займы, попрошайничество);

2 Латов Ю.В. Эволюция исследований неформального сектора экономики за рубежом // Теневая экономика: экономический и социальный аспекты, 1999, с. 30.

3) незаконные неформальные доходы - от услуг (труд нелегальных

ростовщиков, наркобизнес, контрабанда и т.д.) и трансфертов

(воровство, гемблинг и т.д.)3.

Также ученый отмечал ненадежность и сомнительную ценность

исследований, которые изучают лишь «современный сектор» - предприятия,

использующие новое технологичное оборудование и управляемые

профессиональными менеджерами. По его мнению, оставляя прочие виды

экономической деятельности горожан за рамками внимания, такие

исследования не охватывали до половины городской рабочей силы. Харт

категорически возражал против пренебрежительного отношения к

неорганизованным работникам и подчеркивал их важную роль в

предоставлении товаров и услуг простым горожанам. Он объединил таких

работников понятием «неформальный сектор».

Новация Харта была встречена с большим интересом и очень скоро

многие ученые стали уделять пристальное внимание проблемам

неформальной занятости. Ряд аналогичных исследований был проведен в

других странах «третьего мира». Уже в 1972 г. МОТ опубликовала

исследование занятости в Кении, где концепция неформальной

экономической деятельности использовалась уже как основная научная

парадигма. В данном исследовании различия между формальным и

неформальным секторами объяснялись следующим образом. Для неформальной деятельности характерны:

а) легкость вступления [в производство];

б) опора на собственные ресурсы;

в) семейная собственность на предприятия;

г) малые масштабы деятельности;

д) трудоинтенсивные и гибкие технологии;

е) навыки, приобретаемые вне официальной школьной системы;

ж) нерегулируемость и конкурентность рынков.

Деятельность неформального сектора обычно правительством игнорируется, редко поддерживается, часто регулируется и иногда активно подавляется.

3 Hart K. Informal-Income Opportunities and Urban Employment in Ghana // The Journal: of Modern African Studies. - 1973; - Vol. 11, - №1. - P.69.

Характеристики деятельности в формальном секторе противоположны,

а именно:

а) вступление [в нее] затруднено;

б) постоянная опора на внешние ресурсы;

в) корпоративная собственность;

г) крупные масштабы функционирования;

д) капиталоинтенсивные, часто импортные технологии;

е) формально полученные навыки; и

ж) рынки находятся под протекционистской защитой (при помощи

тарифов, квот, торговых лицензий)4.

Стоит отметить, что в основе внимания к неформальной экономической

деятельности лежал ряд исторически объективных процессов. Так,

значительный индустриальный потенциал ведущих западных держав,

накопленный после окончания второй мировой войны, требовал

территориального расширения. Для этого идеально подходили страны,

обладающие достаточным количеством дешевой рабочей силы, то есть

Индия, Китай, государства Латинской Америки. Однако в ходе

осуществления экономической экспансии оказалось, что местные

хозяйственные уклады отторгают устоявшиеся западные хозяйственные

практики. Между тем, иностранные инвесторы желали унифицировать

экономические процессы под привычные им схемы хозяйствования.

Таким образом, потребность использования дешевых трудовых

ресурсов данных стран в сочетании с необходимостью недопущения

социального волнения привело к возникновению концепции «третьего мира».

Эту концепцию активно стали использовать международные организации (в

частности, Мировой банк, Международная организация труда). Эти

организации и сформировали предмет исследований, отвечающий интересам

развитых стран. Так выработалась проблематика неформальной экономики и

занятости.

Постепенно термин «неформальный сектор» получил научное признание и стал общепринятым в англоязычной литературе. К исследователям стран Африки быстро присоединились специалисты по

4 ILO. Employment, incomes and equality: a strategy for increasing productive employment in Kenya. -Geneva: ILO, 1972, P.6

развивающимся странам Латинской Америки и Азии. Кроме

«географического» расширения постепенно происходило и расширение

дисциплинарное - помимо экономистов к изучению данного феномена

активно подключились социологи, антропологи, политологи.

Английский специалист по проблемам «третьего мира» Рей Бромлей

указывал, что предложена Хартом терминология и связанная с ней концепция

оказались в подходящем месте и в подходящее время. Концепция

неформального сектора быстро завоевала международную популярность,

прежде всего потому, что она предлагала такие рекомендации, которые в 70-е

годы оказались весьма удобны и для международных организаций, и для не

склонных к крайностям правительств. Поддержка неформального сектора

предполагает возможность помогать бедным, не угрожая богатым, то есть

перераспределять часть доходов и богатства в пользу «бедных», но в такой

степени, чтобы оставлять у «элиты» чувство спокойной жизни в атмосфере

стабильности и благополучия.

Кроме того, Бромлей жестко критиковал дуальную концепцию

экономики, выделяя ряд присущих ей принципиальных недостатков5. Ученый

склонялся к наличию некоего континуума, позволяющего охарактеризовать

хозяйственную деятельность, сочетающую черты обоих его полюсов.

Расширение круга исследователей привело к некоторым расхождениям

в понимании объекта исследования, что также связано и со страновыми

особенностями явления. Так, исследователи стран Африки выдвигали на

первый план такие признаки неформальной экономики, как малые размеры

субъектов хозяйствования и их слабую техническую оснащенность. Ученые,

исследующие страны Латинской Америки, обращали основное внимание на

ее нелегальность.

В данном аспекте представляет интерес совместная работа Дональда Мида и Кристиана Морриссона6, раскрывающая трудности, возникающие при определении ключевых признаков неформального сектора. Американский и

5 British Social Attitudes / R. Jowell, S. Witherpoon (eds.). Gower: Aldershot, 1985. Bromley R.

Introduction — the Urban Informai Sector: Why Is It Worth Discussing?//World Development. 1978. N 6., p. 1034-1035.

французский экономисты провели в 1990 г. исследования мелких предпринимателей в странах «третьего мира». В выборку вошли 2200 предприятий из семи стран: две страны Латинской Америки (Эквадор, Ямайка), четыре страны Африки (Алжир, Тунис, Нигерия, Свазиленд), одна страна Азии (Тайланд). Мид и Морриссон последовательно анализировали

три основных критерия неформальности:

1) законность

• регистрация предприятия

• уплата налогов

• регулирование условий труда (выплата минимальной зарплаты, пенсионных и страховых платежей, обеспечение техники

безопасности и т.д.)

• законодательные меры ограничения деятельности субъектов

неформального сектора

2) размеры предприятия (обычно к неформальному сектору относят

предприятия с числом занятых не более 5-10 работников)

3) уровень капиталоемкости производства.

На практике эти характеристики тесно взаимосвязаны, поэтому не

имеет принципиального значения, какая из них является определяющей.

В результате проведенного исследования Мид и Морриссон приходят к

следующим выводам:

> не существует четкой взаимосвязи между критерием «малый

размер» предприятия и степень его регистрации;

> регистрация предприятия не является ни обязательным, ни

достаточным условием уплаты налогов;

> не существует явной взаимосвязи между регистрацией и

регулирование трудовых отношений;

> не существует также однозначной согласованности между

уровнем капиталоемкости и размерами предприятия. Исследователи в итоге заключают, что данные критерии не всегда встречаются сразу, что и затрудняет выработку универсального определения неформального сектора.

Вскоре стало очевидно, что неформальная экономическая деятельность

распространена не только в слаборазвитых государствах. В 1977 году

практически одновременно в США были опубликованы две концептуальные

статьи о формах и масштабах теневой экономической деятельности в

советской экономике: американского советолога Грегори Гроссмана7 и

бывшего советского экономиста, эмигрировавшего в Америку, Арона

Каценелинбойгена8. Они положили начало исследованиям самостоятельной

хозяйственной деятельности в СССР и странах Восточной Европы.

В 80-е гг. ХХ века советологи пришли к мнению, что, несмотря на

централизованное планирование и тотальный учет, неформальная

хозяйственная деятельность имела место быть. Более того за всеобщей

зарегулированностью фактически скрывается экономическая система

смешанного типа, где неформальное, неконтролируемое производство играет

подчас не меньшую роль, чем официальное производство. Однако

ликвидация командной экономики привела к свертыванию исследований в

этой социально-экономической системе.

Принято считать, что изучение неформальной экономики в развитых

странах Запада началось во второй половине 70-х годов XX столетия. Так,

«пионером» в 1977 году стал П.Гутманн. Американский экономист

опубликовал статью, в которой утверждал, что неучитываемая деятельность в

развитых капиталистических странах разрослась настолько, что пренебрегать

ею просто недопустимо9. Внушительный резонанс получила статья другого

американского экономиста Э. Файга, опубликованная в 1979 году10. В ней

ученый произвел расчет, в соответствии с которым нерегулярная экономика

7 Grossman G. The "Second Economy" of the USSR // Problems of Communism. 1977. Sept. - Oct.

8 Katsenelinboigen A. Coloured Markets in the Soviet Union // Soviet Studies. - 1997. - Vol. 29. - №1.

9 Gutmann P. The Subterranean Economy // Financial Analysis Journal. - 1977. - Vol.33.

США охватывает около трети ВНП, то есть сопоставимо по уровню со

странами «третьего мира».

За годы исследований сложилось несколько концептуальных подходов к

анализу неформальной экономики и занятости. Рассмотрим основные из них. Структуралистский подход Международной организации труда

(МОТ). Представлен в публикациях самой этой организации, а также в трудах

таких латиноамериканистов как Токман, Меззера, Маркес и Картайя.

Фундаментальную причину роста неформального сектора сторонники

данного подхода видят в сочетании избытка предложения труда с низким

спросом на него. Избыточное предложение труда они объясняют переходом

от трудоемких технологий к технологиям капиталоемким, особенностью

местных трудовых ресурсов, выраженных в недостаточном образовании и

низких трудовых навыках, а также наличием внутренней миграции (из

деревни в город), способствующей быстрому росту городской рабочей силы,

сильно опережающем рост предоставляемых рабочих мест в формальном

секторе экономики. В соответствии со структуралистским подходом

Международной организации труда неформальный сектор характеризуется

малыми размерами предпринимательских единиц (преимущественно

самозанятость либо семейные фирмы), примитивностью технологий,

легкостью доступа на рынок. Приверженцы этого подхода признают

гетерогенность неформальной занятости, то есть ее внутреннюю

неоднородность. При этом выделяются три типа участников неформальной

деятельности:

1) бедняки, имеющие низкий человеческий капитал или довольствующиеся маргинальной работой ввиду своих

объективных характеристик

2) «конъюнктурно безработные», теряющие легальные доходы из-за

структурных сдвигов в официальной экономике

3) неформальные предприниматели, собственники

микропредприятий.

Считают, что для экономического роста и ликвидации нищеты

необходима макроэкономическая политика, направленная в первую очередь

на поддержку формального, а не неформального сектора. Однако

поддерживают и другие меры, ведущие к увеличению занятости,

производительности труда и доходов.

Марксистский подход (другие названия - Структуралистский подход

«левых», подход с позиций концепции «черного рынка», подход с позиций

концепции «подпольной экономики», мир-системным подход, подход

Алехандро Портеса).

Наиболее известными представителями являются Портес и Кастельс.

Корни этого подхода уходят в идеи неомарксизма, поэтому основное

внимание уделяется анализу производственных отношений (в частности

механизму подчинения труда), потоков товарооборота (взаимосвязи между

неформальной деятельностью и крупными легальными фирмами), классовых

противоречий и реорганизации производства под влиянием меняющихся

экономических, институциональных, социальных и правовых условий. Так,

Кастельс и Портес в результате ряда исследований предложили

функциональную классификацию неформальных видов деятельности

(которые априори осуществляются вне рамок государственного

регулирования) в зависимости от их целей (Таблица 1).

Таблица 1.

Классификация неформальных видов деятельности в зависимости

от целей.

Субъект Цель Вид неформальной деятельности Тип экономики

Индивид или домохозяйство Выживание Натуральное хозяйство или реализация товаров, работ или услуг на рынке Экономика выживания

Фирмы, относящиеся к формальному сектору (то есть Увеличение управленческой гибкости, снижение затрат на соблюдение Теневой найм или использование субконтрактных отношений с Экономика зависимой эксплуатации

сравнительно крупные фирмы) трудового законодательства неформальными пр едпринимателями

Малые фирмы Накопление капитала, мобилизация сетевых связей, увеличение гибкости, сокращение издержек Теневой найм или использование субконтрактных отношений с неформальными пр едпринимателями Экономика роста

Источник: составлено автором по [4, с.37-38].

Все эти типы экономики не являются взаимоисключающими и различаются не только мотивацией участников, но и усложняющимся уровнем социальной организации, необходимой для каждого перечисленного типа экономик.

Из этой классификации следует важный вывод о том, что не только формальная, но и неформальная деятельность может способствовать выполнению функции накопления капитала, так как фирмы, действующие в рамках формального сектора, способны уходить в подполье и делают это

вполне сознательно.

Представители данного подхода также делали акцент на том, что

неформальная экономика имеет место и в развивающихся, и в развитых странах. Она является неотъемлемой частью экономической жизни общества, представляя собой своеобразный ответ на вызовы глобализации хозяйственной жизни и развития научно-технического прогресса11. По их мнению неформальная экономика развитых стран скрыта гораздо сильнее, чем в развивающихся. Неформальный сектор в развитых странах мира получил бурный рост, начиная с 70-х годов XX столетия. Середина 70-х гг. стала периодом водораздела, потому что глобальный спад убедил руководителей и служащих корпораций в развитых странах, что «обычный предприниматель» более не жизнеспособен. Преобладание крупных предприятий, соответствовавших классическим неолиберальным теориям,

11 Partes A., Sassen-Koob S. Making It Underground: Comparative Material on the Informal Sector in Western Market Economies // American Journal of Sociology. 1987. Vol.93. No.l.

сменилось сильнейшей конкуренцией со стороны предприятий «третьего

мира», использующих трудоинтенсивные и относительно простые

технологии. Деформализация стала одной из стратегий новой,

альтернативной промышленной организации.

Главное, в чем расходятся структуралистский подход МОТ и

марксистский подход, - это в определении неформального сектора. В

соответствии марксистским подходом основными критериями

неформальности считаются:

1) статус труда - отсутствие контрактных соглашений, оплата ниже

предписанной законом минимальной зарплаты;

2) условия труда - вредные, отсутствие средств защиты;

3) форма управления фирмой - уклонение от налогов, отсутствие

регистрации сделок;

4) природа труда - его нелегальность12.

Основные сходства и различия данных подходов представлены в таблице.

Таблица 2.

Основные сходства и различия структуралистского подхода МОТ и

марксистского подхода.

Структуралистский подход Мот Марксистский подход

Фундаментальной причиной роста неформального сектора является сочетание избытка предложения труда с низким спросом на него

Признание гетерогенности неформальной экономики

Признают наличие взаимосвязи между неформальностью и обнищанием работников

Формальная деятельность Функция накопления капитала И формальная, и неформальная деятельность

Особым сегментом рынка труда Неформальный сектор является Особым сегментом экономики в целом

• Размер хозяйствующего субъекта • Возможность доступа на рынок • Уровень технологий Определение • неформального сектора * Статус труда Условия труда Форма управления фирмой Природа труда

Источник: составлено автором по [16, с.502-505].

12 Rakowski C.A. Convergence and Divergence in the Informal Sector Debate: A Focus on Latin America, 19841992 // World Development. 1994. Vol. 22. № 4. P.504.

Легалистский подход Института свободы и демократии

(десотианство). Данный подход предложен перуанцем Эрнандо де Сото.

В 1989 году перуанский экономист Эрнандо де Сото опубликовал книгу

«Иной путь. Невидимая революция в третьем мире», которая произвела переворот в представлениях исследователей о причинах возникновения, роли и значении теневой экономики в современном рыночном хозяйстве, поставила под сомнение исключительно негативную характеристику неформального сектора.

Краеугольным камнем концепции де Сото является тезис, что основной причиной разрастания городского неформального сектора является излишняя бюрократическая заорганизованность легального сектора экономики, которая препятствует свободному развитию конкурентных отношений. Ученый подвергает критике понимание неформальной экономики как неспособности части населения найти свое место в формальной экономике. По мнению сторонников данного подхода занятые в неформальной сфере не являются обузой для общества, а наоборот составляют основу развития национальной экономики, так как они - предприниматели, пробивающие себе дорогу в трудных условиях бюрократической зарегулированности.

Руководимый де Сото Институт свободы и демократии в Лиме провел ряд экспериментов по выяснению затрат, которые приходится нести желающим заняться обычным легальным предпринимательством. Для регистрации фабрики по пошиву одежды приходится затратить 289 дней и сумму, равную 32-м минимальным месячным зарплатам (расходы на взятки, пошлины, потерянные доходы). Получение лицензии на торговлю в уличном киоске требует 43-х дней хождения по бюрократическому лабиринту и денежных расходов в 15 минимальных зарплат. Подготовка земельного участка для строительства жилья потребует порядка 7-ми лет и 56-ти минимальных зарплат13.

Де Сото отмечает: «Наше исследование показывает, что готовность перуанцев действовать вне рамок закона в значительной степени есть результат рациональной оценки издержек законопослушания»14. Следовательно, основной причиной теневой экономической активности следует считать нерациональный правовой режим, при котором «процветание компании в меньшей степени зависит от того, насколько хорошо она работает, и в большей - от издержек, налагаемых на нее законом. Предприниматель, который лучше манипулирует этими издержками или связями с чиновниками, оказывается более успешным, чем тот, кто озабочен лишь производством»15. Результатом излишней бюрократизации и заорганизованности становится такая ситуация, когда на нелегальную деятельность в Перу приходится 48% экономически активного населения и 61,2% рабочего времени, 38,9% официального ВНП16. При этом товары и услуги, произведенные неформально, практически ничем не отличаются от продукции легального производства.

В своей работе де Сото приходит к выводу, что теневая экономика перенимает эффективные формы организации у легальной экономики. Внутренний механизм неформальной экономики регулируется специфическим «неформальным правом». Исследователь показывает, что во всех видах нелегальной деятельности существуют устойчивые организации, которые координируют контакты предпринимателей друг с другом и с законными государственными институтами. Высокие транзакционные издержки предпринимательства делают сугубо индивидуалистическую деятельность заведомо неэффективной, что и заставляет предпринимателей сплачиваться в нелегальные организации.

14 Сото Э. де. Иной путь. Невидимая революция в третьем мире. М.: CataHaxy, 1995, с. 178

15 Сото Э. де. Иной путь. Невидимая революция в третьем мире. М.: CataHaxy, 1995, с. 48

Де Сото также разработал оригинальную классификацию транзакционных издержек, связанных с осуществлением предпринимательской деятельности. Данная классификация построена на признаке легальности/нелегальности предпринимательской деятельности. Если хозяйствующий субъект ведет свою деятельность легально, то он уплачивает, так называемую, «цену подчинения закону». Она состоит из нескольких частей. Во-первых, это «издержки доступа к закону», которые связаны с возможностью осуществлять предпринимательскую деятельность на легальной основе. Помимо этого предприниматель несет «издержки продолжения деятельности в рамках закона» - обязанность уплачивать налоги и другие сборы, подчиняться бюрократической регламентации производственных стандартов, нести потери из-за несовершенства судопроизводства при разрешении конфликтов. Основным источником давления на предпринимателей оказываются даже не налоги, а бюрократические процедуры. Так на их исполнение тратится, в частности, примерно 40% рабочего времени управляющего персонала. Кроме того, законопослушание обходится малому бизнесу Перу в 348% посленалоговой прибыли. При этом налоги составляют лишь пятую часть затрат по подчинению закону17.

В случае если предприниматель решает осуществлять свою деятельность в обход действующего законодательства, он, безусловно, освобождается от бремени «цены подчинения закону», однако вынужден уплатить «цену внелегальности». «Цена внелегальности» включает в себя:

1) издержки, связанные с уклонением от легальных санкций

2) издержки, связанные с трансфертом доходов

3) издержки, связанные с уклонением от налогов и начислений на

заработную плату

4) издержки, связанные с отсутствием легально зафиксированных

прав собственности

5) издержки, связанные с невозможностью использования

контрактной системы

6) издержки, связанные с исключительно двухсторонним

характером внелегальной сделки

7) издержки доступа к внелегальным процедурам разрешения

конфликтов

Большая заслуга де Сото в том, что благодаря его работе неформальная трудовая деятельность рассматриваться не просто как асоциальное явление, но как реакция общества на излишнюю бюрократическую заорганизованность экономики.

По мнению сторонников данного подхода разделение экономики связано не со структурными причинами, а именно с правовой и бюрократической деятельностью самого государства, использующего свою мощь в интересах властных структур. Таким образом, развитие неформальности представляется как ответ бедных слоев населения на сознательную защиту государством status quo, когда создание привилегий одним связано с попиранием прав других. Фактически предлагается новая сегментация экономики вида не «формальная - неформальная», а «привилегированный предприниматель - непривилегированный предприниматель».

Легалистский подход основан на правовом детерменизме, относящемся к направлению неоинституционализма, которое основное внимание в развитии общества уделяет совершенствованию правовых институтов. К этому направлению также принадлежат такие известные экономисты, как Р. Коуз, Д. Норт, Р. Познер, Х. Демсец.

Основные различия между структуралистскими подходами (Международной организации труда и марксистским) и подходом Де Сото приведены в таблице.

Таблица 3.

Основные различия между структуралистскими подходами (МОТ и марксистским) и легалистским подходом.

Структуралистские подходы Легалистский подход

государственное вмешательство в экономику необходимо государственное вмешательство в экономику категорически нежелательно

фундаментальная причина роста неформального сектора в сочетании избытка предложения труда с низким спросом на него фундаментальная причина роста неформального сектора в правовой и бюрократической деятельности самого государства

участники неформальной деятельности - пассивный объект помощи участники неформальной деятельности - основа развития национальной экономики

Источник: составлено автором по [16, с.502-508].

Мюрдализм. Культурологический подход, основоположником которого

является шведский экономист Г. Мюрдаль, один из первых экономистов

отмечавший неправомерность использования западных стереотипов для

анализа восточных обществ.

Главный акцент делается не на формальные нормы права, а на

традиции, ценности, рутины, определяющие поведение крупных социальных

общностей (классов, этносов, конфессий) и формирующих определенную

экономическую культуру. Таким образом, основную причину развития

неформальных отношений приверженцы данного подхода в сложившихся

культурных нормах, рассматривающих конкурентную

частнопредпринимательскую деятельность как маргинальную, морально

осуждаемую. Для сдерживания теневой экономики необходимо развивать

такие формы предпринимательства, которые одобряются традиционной

хозяйственной культурой, и пропагандировать ценности, которые

стимулируют предпринимательство.

Таким образом, десотианство и мюрдализм можно рассматривать как

оптимистический и пессимистический подходы к проблеме неформальной

экономики. Очевидно, что десотианство отражает типичные особенности

западной ментальности, где уже сформировалось «правовое общество». Поэтому идея смены плохо функционирующих институтов другими, более подходящими, воспринимается вполне адекватно и представляется задачей в основном инструментальной. В связи с этим процесс преодоления неформальности представляется процессом относительно кратковременным. С точки зрения мюрдализма для преодоления проблемы неформальности нужно менять традиции, устои и привычки людей, сформированные не одним поколением. Поэтому простое введение новых формальных норм поведения фактически никак не поменяет ситуацию, так как граждане просто не будут на них ориентироваться. Следовательно необходимо постепенно отказываться от прежних привычек путем небольших изменений. В связи с этим решение проблемы неформальности представляется процессом долговременным и

требующим большого усердия.

Проблема неформальной экономики оказывается частным случаем

более общей проблемы Path Dependence - зависимости от предшествующего развития. И правовые нормы, и культурные ценности являются теми механизмами, которые не позволяют обществу, сделав выбор в точке бифуркации, через какое-то время вернуться точно в обратную позицию. Тем не менее, существует возможность осуществлять некоторые постепенные изменения в рамках выбранного пути развития. Следует, однако, принимать во внимание, что различные институты обладают различной степенью эластичности. В частности правовые традиции значительно более эластичны

чем традиции культурные.

Подводя итог можно отметить, что с развитием и расширением

исследований неформальной экономики (как георгафически, так и предметно) концепция формально-неформального дуализма уступает место рассмотрению проблемы неформальной экономики как характера экономических отношений в разной степени и разных формах присутствующих во всех формах хозяйствования. Складывается понятие неформальной экономики как равноправной модели хозяйствования наряду с формальной, но имеющей отличные механизмы согласования интересов

участников и рычаги воздействия на их поведение. Такое рассмотрение

неформальной экономики стало возможным ввиду перехода к

постиндустриальному обществу, когда количество мелких фирм значительно

увеличилось. Теперь по совокупному объему предоставляемых товаров,

работ, услуг и получаемым доходам их можно сравнивать с крупными

промышленными предприятиями. Неформальная экономика

интерпретируется не как отдельный сегмент, а как уход хозяйствующих

субъектов от различных форм государственного регулирования и

статистического учета. Таким образом, происходит значительное расширение

объекта изучения неформальной экономики за счет включения в эти

отношения субъектов, как имеющих, так и не имеющих официальный статус. Дополнительный интерес к проблеме неформальной занятости в

развитых странах появляется в связи с быстрым распространением

различных новых форм занятости, не вписывающихся в сложившееся

представление о формальной, стандартной занятости. Такие формы занятости

получили развитие благодаря появлению новых информационных

технологий, определивших в свою очередь новую специфическую

организационную среду экономической деятельности. Очевидно, что научно-

технический прогресс, развитие науки и технологий - процесс, который

носит в значительной степени объективный характер. Следовательно и

развитие различных неформальных форм занятости, вызванных этим, также

является процессом объективным. «Он может быть скорректирован

различными обстоятельствами в рамках конкретных национальных экономик,

но неизменен по сути и в целом предопределен»18.

Таким образом, можно утверждать, что объект исследования развивался

и усложнялся. Исследования неформальных отношений прошли путь от

выделения неформального компонента экономики, как феномена особого

рода, присущего лишь отдельным слоям экономических субъектов, секторам

экономики, носящего в основном маргинальный характер, к признанию

18 Седова Н.Н. Неформальная экономика в теории и российской практике // Общественные науки и современность. - 2002. - N 3. - С.52.

универсальности неформальных отношений, их неразрывной связи с формальной экономикой. Неформальная экономическая деятельность, первоначально олицетворяющая отсталость стран «третьего мира», стала восприниматься как определенная модель хозяйствования, имеющая свою специфику в разных странах.

Список литературы

1) Барсукова Неформальная экономика причины развития в зеркале мирового опыта

2) Барсукова Неформальная экономика. Понятие, история изучения, исследовательские подходы Социологические исследования. 2012. № 2. С. 31-39.

3) Латов ЮВ Эволюция исследований неформального сектора экономики за рубежом // Теневая экономика: экономический и

социальный аспекты, 1999

4) Портес Неформальная экономика и ее парадоксы // Экономическая

социология 2003 том 4 №5

5) Седова Н.Н. Неформальная экономика в теории и российской

практике // Общественные науки и современность. - 2002. - N 3.

6) Сото Э. де. Иной путь. Невидимая революция в третьем мире. М.:

Catallaxy, 1995.

7) В.Н. Титов. Неформальная экономика как подсистема рыночного

хозяйства. М.: М-Студио, 2008. - 456 с.

8) Feige E. L. How big is the irregular economy? // Challenge. 1979. - Vol.

6. - № 22.

9) Grossman G. The "Second Economy" of the USSR // Problems of

Communism. 1977. Sept. - Oct.

10) Gutmann P. The Subterranean Economy // Financial Analysis Journal.

- 1977. - Vol.33.

11) Hart K. Informal-Income Opportunities and Urban Employment in

Ghana // The Journal: of Modern African Studies. - 1973; - Vol. 11, - №1.

12) ILO. Employment, incomes and equality: a strategy for increasing

productive employment in Kenya. - Geneva: ILO, 1972

13) Katsenelinboigen A. Coloured Markets in the Soviet Union // Soviet

Studies. - 1997. - Vol. 29. - №1.

14) Mead D., Morrisson C The informal sector elephant // World

development. 1996. Vol.24. No. 10.

15) Portes A., Sassen-Koob S. Making It Underground: Comparative

Material on the Informal Sector in Western Market Economies //

American Journal of Sociology. 1987. Vol.93. No.l

16) Rakowski C.A. Convergence and Divergence in the Informal Sector

Debate: A Focus on Latin America, 1984-1992 // World Development. 1994. Vol. 22. № 4. P. 501-516.