Наследственная форма рака молочной железы. Методы профилактики

Перейти в содержание Вестника РНЦРР МЗ РФ N12.

Текущий раздел: Обзоры

Наследственная форма рака молочной железы. Методы профилактики.

Ходорович О. С.

ФГБУ «Российский научный центр рентгенорадиологии» Минздравсоцразвития РФ, г.Москва.

Адрес документа для ссылки: http://vestnik.mcrr.ru/vestnik/v12/papers/hodorovich_v12 Статья опубликована 29 июня 2012 года.

Контактная информация:

Рабочий адрес: 117997, г. Москва, ул. Профсоюзная, д. 86, ФГУ «Российский научный центр рентгенорадиологии Минзравсоцразвития России»

Ходорович Ольга Сергеевна - к.м.н., тел. +7 (495) 334-71-88, khodorovich-o@mail.ru

Резюме

В работе проведен анализ современных работ, посвященных наследственной форме рака молочной железы. Выделены основные отличия наследственной и спорадической форм рака молочной железы по клиническому течению, патоморфологическим характеристикам и факторам прогноза. Описаны основные виды профилактики развития наследственной формы рака молочной железы, применяемые в мировой практике: динамическое наблюдение, лекарственная и хирургическая профилактика.

Ключевые слова: наследственная форма рака молочной железы. Мутации генов BRCA1 и BRCA2. Подкожная мастэктомия.

Hereditary form of breast cancer. Prevention methods. Khodorovich O.S.

Federal State Budget Establishment Russian Scientific Center of Roentgenoradiology (RSCRR) of Ministry of Health and Social Development of Russian Federation, Moscow

Summary

The paper discusses the modern works devoted to the hereditary form of breast cancer. There are the basic differences of the hereditary and sporadic forms of breast cancer in clinical course, pathomorphological characteristics and prognostic factors. The principal preventive methods against the

development of the hereditary breast cancer are discussed: dynamic supervision, conservative and surgical prophylactics.

Key words: hereditary form of breast cancer, mutations of BRCA1 and BRCA2 genes, subcutaneous mastectomy.

Оглавление:

1.0. Введение

2.0. Наследственная форма рака молочной железы

2.1. Характеристика генов BRCA1 и BRCA2

3.0. Различия ^RCA-ассоциированной (наследственной) и спорадической форм РМЖ

4.0. Методы профилактики

4.1. Динамическое наблюдение

4.2. Лекарственная профилактика развития рака молочной железы

4.3. Хирургическая профилактика развития рака молочной железы

4.4. Профилактика у последующего поколения

5.0.3.ключение Список литературы

1.0. Введение

Рак молочной железы (РМЖ) занимает первое место в структуре онкологических заболеваний среди женщин. Ежегодно в мире регистрируется до 1,5 млн новых случаев рака этой локализзации В России заболеваемость раком молочной железы колеблется от 33,7 до 40 случаев на 100 тыс женщин. В структуре заболеваемости злокачественными опухолями у женщин рак молочной железы составляет 19% [2,6].

Известно, что опухоли практически всех локализаций могут быть наследственными и спорадическими. В основе наследственной формы рака лежат герминальные генные мутации [3,7,8,19].

Перейти в оглавление статьи >>>

2.0. Наследственная форма рака молочной железы

Достижения молекулярной биологии и генетики последних лет позволили идентифицировать гены, ответственные за возникновение, течение и прогноз наследственных форм РМЖ. К генам с высокой пенетрантностью относятся BRCA (BReast Cancer Associated) 1 и 2 [13]. Доля BRCA1- и BRCA2- ассоциированного РМЖ составляет 45 и 35% соответственно [49].Гены с меньшей

пенетрантностью, такие как PTEN, Р53, АТМ, CHEK2, FANC, NBS1, ответственны за развитие индивидуальной и семейной синдромальной патологии в 1-15% случаев [16,24, 46, 48].

Одним из клинических проявлений нижеперечисленных синдромов является развитие рака молочной железы.

1. Синдром наследственного рака молочной железы и яичников. Мутация гена BRCA1 (Breast Cancer Associated gene) [54]

2. Синдром наследственного рака молочной железы. Мутация гена BRCA2.

3. Синдром Ли-Фраумени обусловлен мутацией гена р53. Наследственный рак молочной железы сочетается с различными опухолями (саркомами, опухолями головного мозга, лейкозом) [47].

4. Синдром Lynch 2 обусловлен мутацией гена HNPCC (hereditary nonpolyposis colorectal cancer syndrome). Характеризуется накоплением аденокарцином толстой кишки.

5. Синдром атаксии - телангиэктазии обусловлен мутацией гена АТМ. Гетерозиготное носительство мутаций данного гена, встречающееся у 1-3% населения, повышает риск развития рака молочной железы в 4-5 раз [20,26,33].

Случаи выявления наследственного рака молочной железы по литературным данным составляют 5-10% [8,11, 34,62].

Перейти в оглавление статьи >>>

2.1. Характеристика генов BRCA1 и BRCA2

На сегодняшний день считается, что в 80-90% случаев наследственный рак молочной железы обусловлен мутациями генов BRCA1 и BRCA2 [9, 11, 15]. У женщин с герминальными мутациями одного из аллелей гена BRCA1 риск развития в течение жизни рака молочной железы составляет около 75% в возрасте до 50 лет, к 70 годам - до 85-90% [28]. Риск развития рака контрлатеральной железы составляет 50% в 50 лет и 65% в 70 лет. Риск развития опухолей яичника составляет 29% в возрасте до 50 лет и 44% в 70 лет. При герминальных мутациях гена BRCA2 риск развития опухолей молочной железы ниже и составляет 65-95%.

Гены BRCA1 и BRCA2 относятся к группе классических опухолевых супрессоров [28, 29]. В настоящее время идентифицировано 1500 различных мутаций в гене BRCA1 и 1384 мутации в гене BRCA2 (международная база данных Вrеаst Саnсеr Information Соге — В1С datе base online. http://www.nhgri.nih.gov).

Гены BRCA1 и BRCA2 кодируют ядерные фосфобелки, которые участвуют в регуляции репарации ДНК и делении клеток [26]. Помимо этого, белок гена BRCA1 выполняет ряд других функций: он связывает рецептор эстрогенов и репрессирует его

транскрипционную функцию, сдерживая избыточную пролиферацию клеток молочной

железы и других эстроген-зависимых органов. Наиболее высокий уровень экспрессии гена наблюдается в клетках молочной железы и яичников [54].

В клетках с мутациями гена BRCA1 и BRCA2 наблюдается генетическая нестабильность: повышается частота возникновения спонтанных или индуцированных генетических изменений [57]. Кроме того, блокируется сдерживание пролиферации эстроген-зависимых клеток в таких органах, как молочная железа и яичники.

Спектры мутационных повреждений в этих генах различны в разных популяциях. В славянской популяции, а также в этнической группе евреев Ашкенази наиболее часто выявляются мажорные (доминирующие по частоте) мутации: 185ёе1АО и 5382твС гена BRCA1, и мутация 6174ёе1Т гена BRCA2 [46]. Реже встречаются мутации Т18Ш, 4153ёе1А в гене BRCA1 и 1528ёе1АААА, 1099БХ С>0, 9318ёе1АААА в гене BRCA2. Частота этих мутаций, по данным различных авторов, колеблется от 10 до 63% [58]. Перейти в оглавление статьи >>>

3.0. Различия #ЛСЛ-ассоциированной (наследственной) и спорадической форм РМЖ

Выявлено, что ВЯСА-ассоциированная и спорадическая формы рака молочной железы отличаются по фенотипическим, гистологическим, иммуногистохимическим и прогностическим признакам [4].

Опухоли, ассоциированные с мутациями генов BRCA1 и BRCA2, имеют более высокую степень злокачественности, преимущественно III [44,45].

Гистологический фенотип БЯСА-обусловленных форм рака молочной железы также различен. Опухоли пациентов - носителей герминальных мутаций в гене BRCA1 чаще представлены медуллярным и атипично-медуллярным типом опухоли. Для BRCA2 мутантного генотипа характерно большое число долькового и тубуло-долькового рака [49]. Рядом авторов было отмечено наличие лимфоцитарного инфильтрата вокруг опухолей, обусловленных мутациями генов БЯСА1 и 2, что говорит о выраженной реакции иммунной системы, которая благоприятно отражается на прогнозе [11, 44].

По данным большинства авторов в 64-92% случаев опухоли, обусловленные герминальными мутациями BRCA1 и BRCA2 генов, не имеют рецепторов эстрогена и прогестерона [45].

Исследуя общую выживаемость, многие исследователи показывают, что выживаемость пациенток с БЯСА-ассоциированным РМЖ практически не отличается от спорадических случаев РМЖ [55]

В России исследования мутаций BRCA-генов начаты сравнительно недавно. Наиболее полный анализ пациентов и их родственников с онкологически отягощенным семейным

анамнезом по нозологиям (2 583 членов из 1 678 семей) проведен в РОНЦ им. Н.Н. Блохина [10]. На основании этой работы разработана программа специализированного медико-генетического консультирования и изучение клинико-генетической гетерогенности наследственных форм РМЖ/РЯ на основе ДНК-диагностики. Создан специализированный семейный генетический регистр.

В работах по изучению спектра мутаций гена BRCA1 в российских семьях, отягощенных РЯ и/или РМЖ, показано, что 47% всех мутаций пришлось на долю мутации 5382 insC [12, 34]. По данным РОНЦ им. Н.Н.Блохина в 78,6% случаев наследственный РМЖ был ассоциирован с мутацией 5382 insC в 20-м экзоне гена BRCA1 [11]. В исследовании, проведенном в Санкт-Петербурге, при изучении спектра мутаций гена BRCA1 в материале на 43 пациентах с хорошо документированной семейной историей рака молочной железы, было идентифицировано множество различных вариантов, отличающихся от канонической последовательности [5].

Высокопенетрантные гены BRCA1 и BRCA2 на сегодняшний день являются наиболее широко изученными. Также известно, что выявлен ряд генов и полиморфизмов, которые играют роль в этиологии индивидуальной и семейной предрасположенности к развитию РМЖ: Tр53, PTEN (Phosphates TENsin), CHEK2, NBS1, CYP17, CYP19; TGFB1 и TGFBR1 и т.п. [23, 46, 47].

В ФГУ РНЦРР в работе по изучению влияния 9 полиморфных вариантов генов TGFB1 и TGFBR1 на риск развития спорадического РМЖ выявлено, что частота сочетаний клинически значимых полиморфных вариантов генов TGFB1 и TGFBR1 составляет 77,1% у женщин со злокачественной патологией молочной железы и 41,9% у женщин с доброкачественной патологией молочной железы. Отмечается преобладание сочетаний полиморфных вариантов группы высокого риска генов TGFB1 и TGFBR1 у женщин с диагнозом рак молочной железы по сравнению с женщинами, имеющими доброкачественные заболевания молочной железы, 59,6% и 15,1% соответственно (р<0,05) [13].

Перейти в оглавление статьи >>>

4.0. Методы профилактики

В настоящее время существует следующие направления ведения пациентов с генетической предрасположенностью к развитию РМЖ [9, 11].

4.1.Динамическое наблюдение

Специализированный клинический мониторинг направлен на раннюю диагностику рака у лиц с генетически детерминированным риском и его предупреждение. Для этого используют современные диагностические и лечебно-оздоровительные мероприятия:

- физикальное обследование органов малого таза и молочных желез;

- определение опухолевых маркеров СА125, СА 19-9, СА 15-3 РЭА;

- маммография;

- УЗИ молочных желез;

- компьютерная томография;

- магнитно-резонансная томография;

- позитронно-эмиссионная томография;

- трансабдоминальная и трансвагинальная сонография с доплерометрией кровотока. Перейти в оглавление статьи >>>

4.2. Лекарственная профилактика развития рака молочной железы

Впервые сообщение о снижении частоты развития рака контрлатеральной молочной железы у женщин, получавших антиэстрогенные препараты (Тамоксифен) по поводу РМЖ, появилось в 1986г. Это наблюдение послужило толчком для исследований оценки профилактической эффективности данной группы препаратов у женщин с высоким риском развития РМЖ. Результаты оказались положительными [25; 27; 51].

Позднее подобные работы были проведены во многих медицинских центрах мира (в общей сложности в исследованиях приняли участие 12 222 человек) [21; 22].

В рамках исследований NSABP (National Surgical Adjuvant Breast Project Chemoprevention Trail) выявлено, что прием Тамоксифена в группе высокого риска достоверно снижает частоту возникновения гормональнозависимых опухолей молочной железы на 49% (р <0,00001) за период наблюдения 69 месяцев [51].

На основании этого в США разрешен прием Тамоксифена в качестве профилактического средства у женщин с высоким риском развития рака молочной железы.

Несмотря на то, что большинством исследователей доказана профилактическая активность Тамоксифена в отношении развития РМЖ у женщин с повышенным риском этого заболевания [57], широкое применение ограничено в связи с многочисленными осложнениями, возникающими на фоне приема данного препарата: развитие рака эндометрия, тромбоза глубоких вен и др. [32].

Также известно, что существует достаточно большая группа пациентов, клетки опухоли которых не имеют рецепторов к эстрогену и прогестерону (РЭ-, РП-). По данным литературы эта группа может составлять 32%. Становится очевидным, что прием

антиэстрогенных препаратов пациентами этой группы в качестве меры профилактики не принесет желаемого результата. Этим пациентам может быть предложен другой вариант профилактики - хирургический.

Перейти в оглавление статьи >>>

4.3. Хирургическая профилактика развития рака молочной железы

Первоначально подкожная мастэктомия с различными видами реконструкции рассматривалась в качестве возможного хирургического вмешательства при верифицированном диагнозе рака молочной железы [35, 43]. В связи с выявлением наследственной формы РМЖ, наследственной предрасположенности к развитию РМЖ, а также обнаружением генов, мутации которых приводят к развитию этой формы рака, возник вопрос о применении данного вида операции для профилактики развития РМЖ.

В настоящее время существуют два типа превентивных операций при высоком риске развития рака молочной железы.

1. Подкожная мастэктомия - вид операции, при которой мобилизуются относительно толстые кожные лоскуты, а также оставляется диск ткани молочной железы под сосково-ареолярным комплексом для улучшения его кровоснабжения

[17, 31];

2. Полная железистая мастэктомия - вид операции, при которой выделяются тонкие кожные лоскуты, как в случае радикальной мастэктомии, и удаляется вся ткань под сосково-ареолярным комплексом [17, 40, 48].

При втором виде операции существует высокий риск некроза сосково-ареолярного комплекса. Как правило, эти операции сопровождаются реконструкцией с использованием, как собственных тканей пациента, так и силиконовых имплантов. Впервые исследования по оценки эффективности подкожной мастэктомии в качестве меры профилактики РМЖ начаты в клинике Мейо в США, где профилактические мастэктомии выполняются с 1960г. По данным этой клиники снижение риска развития РМЖ у женщин, входящих в группу высокого риска при применении профилактической подкожной мастэктомии составило 96%. Средний возраст выполнения операции 42 года [36, 38].

Аналогичная работа выполнена в Европе, Роттердам [42], где проводился анализ результатов наблюдений за группой здоровых носителей мутаций BRCA1, BRCA2 (п=286), 113 из которых подверглись профилактической мастэктомии, а 176 составили группу контроля. Медиана наблюдения в первой группе составила 4,8 года, во второй - 3,5 года. Установлено, что в группе контроля за этот период диагностированы 24 случая РМЖ.. В

группе пациентов, подвергшихся профилактической мастэктомии, у 1 пациентки спустя 3,5 года после оперативного вмешательства (без выявленной первичной опухоли) возникли отдаленные метастазы РМЖ, а у 2 пациенток опухоль была выявлена в удаленном материале. Таким образом, в группе контроля актуриальная частота РМЖ составила 17%, что существенно выше (р=0,01), чем в группе пациентов, подвергшихся профилактической мастэктомии. Профилактическая мастэктомия позволила снизить на 100% частоту первичного РМЖ.

В ряде других работ [37] оценивалась степень снижения риска рака молочной железы у 483 женщин, носительниц мутаций БЯСА1 и 2 после проведения профилактической двусторонней подкожной мастэктомии. Средний период наблюдения составил 6,4 лет. Рак молочной железы был диагностирован у 2 (1,9%) из 105 женщин первой группы, у которых была выполнена профилактическая мастэктомия, и у 184 (48,7%) из 378 женщин контрольной группы без проведенной операции. При анализе оказалось, что риск развития рака молочной железы уменьшается на 95% у женщин, которым, в том числе, была выполнена двухсторонняя профилактическая овариоэктомия и на 90% у женщин без операции на яичниках. Данное исследование в очередной раз демонстрирует высокую эффективность выполнения профилактической мастэктомии у женщин, носителей мутации генов BRCA1 и BRCA2.

Изучение гистологических препаратов профилактически удаленных молочных желез у женщин с высоким генетическим риском развития рака молочной железы (у 66% женщин имелись мутации генов BRCA1 или BRCA2) проводилось в работе Ноо§егЬги§§е [39]. Было изучено 67 гистологических препаратов молочных желез. У 57% женщин были обнаружены различные типы гистопатологических изменений высокого риска: у 21% -атипическая дольковая гиперплазия, у 39% - атипическая протоковая гиперплазия, у 25% -дольковая карцинома т-Б^ц и у 15% - протоковая карцинома т-Б^ц. Ни одно их этих изменений не было обнаружено на дооперационном этапе обследования.

Анализируя данные литературы, следует заключить, что применение подкожной мастэктомии в качестве меры профилактики развития рака молочной железы высоко эффективно [49]. Вместе с тем, однозначных показаний к выполнению подкожной мастэктомии в целях предупреждения развития РМЖ, выполняемых в клиниках США и Европы, нет. Следует также отметить, что для применения данного метода профилактики требуются весомые клинические и диагностические показания к такому вмешательству. И лишь после тщательного анализа и обсуждения полученных данных, эта операция может быть предложена конкретной женщине [50].

В Европейском обществе мастологов по контролю выполнения профилактической мастэктомии (ЕИБОМА) сформированы и предложены определенные требования, которые позволяют исключить необоснованность предлагаемых операций. Пациентка должна быть обследована генетиком, генетический диагноз должен быть подтвержден молекулярно-генетическими методами. Пациентка должна быть информировна о возможных вариантах тактики ведения: динамическое наблюдение, лекарственная или хирургическая профилактика. Если выбрана профилактическая мастэктомия, с пациенткой должен быть обсужден вид операции (подкожная мастэктомия) и предложен вариант реконструкции молочной железы [50].

Перейти в оглавление статьи >>>

4.4. Профилактика у последующего поколения

С появлением новых диагностических молекулярно-генетических технологий появилась возможность первичной профилактики наследственных форм рака.

В случае если у одного или обоих родителей выявлена мутация генов BRCA1 и BRCA2, семейная пара должна пройти генетическое консультирование у сертифицированного специалиста генетика, в ходе которого обсуждены возможные исходы беременности. До зачатия должна быть обсуждена готовность проведения преимплантационной диагностики плода. При положительном ДНК-тесте плода, необходимо учитывать и обсуждать с семейной парой возможную синдромальную патологию, учитывая пол плода, пенетрантность генов, относительность рисков развития онкологического заболевания.

В настоящее время имеется возможность применения вспомогательных репродуктивных технологий (экстракорпоральное оплодотворение) с последующим отбором здорового эмбриона (преимлантационная генетическая диагностика). В данном случае у последующих поколений не должно быть наследственного рака молочной железы. Перейти в оглавление статьи >>>

5.0.Заключение

Становится очевидным, что генетически обусловленные формы рака молочной железы отличны по этиологии, клинической картине, факторам прогноза и требуют индивидуального подхода к диагностике, тактике лечения, и, что наиболее актуально, к разработке и внедрениию профилактических методов и технологий, позволяющих предотвратить развитие РМЖ (первичная профилактика), стабилизировать рост заболеваемости и существенно сократить смертность от РМЖ (вторичная профилактика). Перейти в оглавление статьи >>>

Список литературы

1. Берштейн Л.М. Гормональный канцерогенез. Наука, Спб., 2000. 199 с.

2. Ганцев Ш. Х., Ханов А. М., Демидов С. М. и др. Рак молочной железы. М.: ООО

Медицинское информационное агентство, 2004. 116 с.

3. Гарькавцева Р.Ф., Гарькавцев И.В. Молекулярно-генетические аспекты злокачественных новообразований. // Вестник РАМН. 1999. №2. С. 38-44.

4. Гарькавцева Р.Ф., Казубская Т.П. и др. Наследственный рак: идентификация, генетическая гетерогенность, медико-генетическое консультирование // Вестник РАМН. 2001. №9. С. 32.

5. Грудинина Н.А., Голубков В.И., Тихомирова О.С., Брежнева Т.В. и др.

Преобладание широко распространенных мутаций в гене ВКСА1 у больных семейными формами рака молочной железы Санкт-Петербурга // Ж. Генетика. Том

41. ЗГ 23: 2005. С 56.

6. Давыдов М.И., Аксель Е.М. // Вестник РОНЦ им Н.Н. Блохина. Т. 17. №3 (прил.1). 2006.

7. Залетаев Д. В., Горбунова В. Н., Бабенко О. В. Онкогеномика и молекулярная диагностика в онкологии. Москва. 2001.

8. Логинова А. Н. Молекулярно-генетический анализ наследственной формы рака молочной железы и/или яичников: Автореф. дисс. на соискание уч. степени к. м. н./ Москва. 2004. 67 с.

9. Любченко Л.Н., Гарькавцева Н.И., Поспехова Н.И. и др. ДНК-диагностика и медико-генетическое консультирование при наследственной предрасположенности к раку молочной железы // Возможности современной онкологии в диагностике и лечении злокачественных заболеваний. Москва.2003. С. 44-47.

10. Любченко Л.Н., Гарькавцева Р. Ф. Клинико-генетическая

гетерогенность семейного рака молочной железы // Современная Онкология. Том

б, З2. Москва. 2004. С.76-78

11. Любченко Л.Н., Поспехова Н.И., Портной К.И. и др. Наследственные формы рака молочной железы и/или яичников: прогноз, тактика лечения и профилактика // Материалы VII Российской Онкологической конференции. Москва. 2003. С. 56-57

12. Мандельштам М. Ю. Молекулярно-генетический анализ моногенных форм атеросклероза и рака молочной железы у жителей Санкт-Петербурга: Автореф. дисс. на соискание уч. степени д.б.н. /Санкт-Петербург. 2005.

13. Ходорович О.С. Хирургическая профилактика генетически обусловленных форм рака молочной железы у женщин: Автореф. дисс. на соиск уч. ктепени к.м.н./Москва. 2008.

14. Anglian Breast Cancer Study Group Prevalence and penetrance of BRCA1 and BRCA2 mutations in a population-based series of breast cancer cases // Br. J. Cancer, 83. 2000, P.10301-10308.

15. Antoniou A. C., Pharoah P. D., McMullan G., Day, N. E., Ponder B. A., and Easton D. Evidence for further breast cancer susceptibility genes in addition to BRCA1 and BRCA2 in a population-based study // Genet. Epidemiol. 2001. Vol. 21. P.1-18.

16. Bartek J., Falck J., Lukas J. Chek2 kinase-a busy messenger // Nature Rev. Mol. Cell. Biol. 2001. Vol 2. P.877-886.

17. Bartlett W. An anatomic substitute for the female breast // Ann Surg. 1917. Vol. 66, P.208-211.

18. Cauch F.J., et al. BRCA 1 mutation in women attending clinics that evaluate the risk of breast cancer // N Engl. J. Med. 1997. Vol. 336. P. 1409-1415.

19. Chinnery P. F., Samuels D. C., Elson J., TurnbullD. M. The epidemiology of pathogenic mitochondrial DNA mutations // Lancet. 2002. Vol. 360. P. 1323-1325.

20. Chun H. H., Gatti R. A. Ataxia-telangiectasia, an evolving phenotype. DNA repair. 2004. 3: P. 1187-1196.

21. Collaborative Group on Hormonal Factors in Breast Cancer / Breast cancer and hormone replacement therapy: collaborative reanalysis of data from 51 epidemiological studies of 52,705 women with breast cancer and 108,411 women without breast cancer // Lancet. 1997. Vol. 350. P. 1047-1059.

22. Collaborative Group on Hormonal Factors in Breast Cancer / Familial breast cancer: collaborative reanalysis of individual data from 52 epidemiological studies including 58,209 women with breast cancer and 101,986 women without the disease // Lancet.

2001. Vol. 358. P. 1389-1399.

23. Cox A., Dunning A. M., Garcia-Closas M. et al. A common coding variant in CASP8 is associated with breast cancer risk // Nat. Genet. 2007. №1, P. 7.

24. Dufault M. R., Betz B., Wappenschmidt B. et al. Limited relevance of the CHEK2 gene in hereditary breast cancer / Int. J. Cancer. 2004. Vol. 10. P.320-325.

25. Early Breast Cancer Trialists' Collaborative Group. Tamoxifen for early breast cancer: an overview of the randomized trials // Lancet. 1998. Vol. 351. P. 1451—67.

26. Easton D. F., Peto J., andBabiker A. G. Floating absolute risk: an alternative to relative risk in survival and case-control analysis avoiding an arbitrary reference group / Stat. Med. 1991.Vol. 10. P. 1025-1035.

27. Fisher B., Constantino J.P., Wickerham D. L. et al. Tamoxifen for prevention of breast cancer. Report of the National Surgical Adjuvant Breast and Bowel Project P-1 stady // J. Natl. Cancer Inst. 1998.90, P. 1371-1388.

28. FordD, Easton D, Bishop D et al. Consortium BCL. Risk of cancer in BRCA 1 -mutation carriers // Lancet. 1994. Vol. 343. P. 692-5.

29. Ford D., Easton D., Stratton M. et al. Genetic heterogeneity and penetrance analysis of the BRCA1 and BRCA2 genes in breast cancer families / Am. J. Hum. Genet. 1998. Vol. 62, P. 676-689.

30. Freedman A. N., Seminara D., Gail M. H. et al. Cancer risk prediction models: a workshop on development, evaluation, and application // J. nat. Cancer Inst. 2005. Vol. 97. P. 715-723

31. Freeman B. S. Subcutaneous mastectomy for benign breast lesions with immediate or delayed prosthetic replacement // Plast. Reconstr. Surg. 1962. Vol. 30. P.676.

32. GailM.N., Constantino J.P., Bryant J., et al. Weighing the risk and benefits of tamoxifen treatment for preventing breast cancer // J Natl Cancer Inst. 1999. Vol. 91. P. 1829—46.

33. Gatti R A., Berkel I., Boder E. et al. Localization of an ataxia telangiectasia gene to chromosome 11q 22-23 // Nature. 1988. Vol. 336. P. 577-580.

34. Gayther S. Frequently occurring germ line mutations of BRCA 1 gene // Am J Hum Genet. 1997. Vol. 60. P. 1013-20.

35. GoldmanL.D., Goldwyn R.M. Some anatomical consideration of subcutaneous mastectomy // Plast. Reconstr. Surg. 1973. Vol. 51. P.501.

36. Hartman L.C., Schaid D.J., Woods J.E., Petty P.M., Sellers T.A., Johnson J.L., McDonnell S.K., FrostM.H., Jenkins R.B. Efficacy of bilateral prophylactic mastectomy in women with a family history of breast cancer // N. Engl. J. Med. 1999. Vol. 340 (2), P. 77-84.

37. Hartman L.C., Crotty T.P., Myers J.L., ArnoldP.G., FrostM.H., Jenkins R.B. Efficacy of bilateral prophylactic mastectomy in women with a family history of breast cancer // N. Engl. J. Med. 2001. Vol. 245 (3). P. 61-75.

38. Harvey J. A. andBovbjerg V. E. Quantitative assessment of mammography breast cancer risk // Radiology. 2004. Vol. 230. P. 29-41.

39. Holweg C. T., Baan C. C., Niesters H. G., Vantrimpont P. J., Mulder P. G., Maat, A. P., Weimar, W., and Balk, A. H. TGF-betal gene polymorphisms in patients with end-stage heart failure // J. Heart Lung Transplant. 2001. Vol. 20. P. 979-984.

40. HungR.J. et al. GST, NAT, SULT1A1, CYP1B1 genetic polimorphisms, interactions with environmental exposures and bladder cancer in high-risk population // Int. J Cancer. 2004. Vol. 110. P. 598-604

41. Ishibe N., Hankilson S. E., Colditz G. A. et al. Cigarette smoking, cytochrome P450 1A1 polymorphisms, and breast cancer risk in the Nurses' Health Study / Cancer Res. 1998. Vol. 58. P. 667-671.

42. Klijn J. G., van GeelB., Meijers-Heijboer H. et al. Resalt of the extended series on prophylactic mastectomy versus surveillance in BRCA1/2 mutation carries in Rotterdam // 27th Annual Sun Antonio Breast Cancer Symposium. 2004. Vol. 88. Suppl. Abstr.10

43. Kroll S.S., Ames F., Singletary S.E. et al. The oncology risks of skin preservation at mastectomy when combined with immediate reconstruction of the breast // Surg Gynecol Obstet. 1991. Vol. 172. P. 17-20.

44. Lacbani S., Sloane J., Gusterson B. et al. A detailed analysis of morphological features associated with breast cancer in patients harboring mutations in BRCA1 and BRCA2 predisposition genes // J Natl Cancer Inst. 1999. Vol. 90. P. 1138-45.

45. Lakhani S. R., van de Vijver M. J., Jacquemieret J. et al.

The Pathology of Familial Breast Cancer: Predictive Value of Immunohistochemical Markers Estrogen Receptor, Progesterone Receptor, HER-2, and p53 in Patients With Mutations in BRCA1 and BRCA2 // J. Clin. Oncol. 2002. Vol. 20. P. 2310-2318.

46. Liaw D., Marsh D., Li J. et al. Germline mutations of the PTEN gene in Cowden disease,

an inherited breast and thyroid cancer syndrome // Nat Genet. 1997. Vol. 16: 64. P. 310-

9.

47. Malkin D, Li F, Strong L et al. Germ-line p53 mutations in a familial syndrome of breast cancer, sarcomas and other neoplasms // Science. 1990. Vol. 250. P. 1233.

48. Malkin D., Li F.P., StrongL.C. et al. Germline p53 mutations in a familial syndrome of breast cancer, sarcomas, and other neoplasms // Science. 1990. Vol. 250. P. 1235-1238.

49. Miki Y., Swensen J., Shattuck-Eidens D. et al. A Strong Candidate for the breast and ovarian cancer susceptibility gene BRCA 1 // Nat. Med. 2001. Vol. 7. P. 552-6.

50. Position Paper / Quality control in prophylactic mastectomy for women at risk of breast cancer // European J. Cancer. 2002. P. 23-26.

51. Powels T.J., Jones A.L., Ashley S.A., et al. The Royal Marsden Hospital pilot tamoxifen chemoprevention trial / Breast Cancer Res. Treat. 1994. Vol. 31. P. 73—82.

52. Robson M. et al. Outcome of Preventive Sergery and Screening for Breast and Ovarian Cancer in BRCA Mutation Carriers // J. Clin. Oncol. 2002. Vol. 5. P. 1260-1268.

53. Sato T., Akiyama F., Sakamoto G. et al. Accumulation of genetic alterations and progression of primary breast cancer / Cancer Res. 1991. Vol. 51. P. 5794-57.

54. Stoppa-Lyonnet D., Hall J., Janin N. et al. Low-penetrance genes: heterozygote ATM mutation carriers and breast cancer risk // BCLC Familial Cancer. 2003. Vol. 2. P. 185-6.

55. Venkitaraman A. Breast cancer genes and DNA repair // Science. 1999. Vol. 286. P. 1100-02

56. VerhoodL.C., Brekelmans C.T., Seynaeve C. et al. Survival in Hereditary Breast Cancer Associated With Germline Mutations of BRCA2 // J Clin Oncol. 1999. Vol. 17. P. 33963402.

57. Veronesi U., Maisonneuve P., Costa A., et al. Prevention of breast cancer with tamoxifen: Preliminary findings from the Italian randomized trial among hysterectomised women // Lancet. 1998. Vol. 362. P. 93-7

58. Walsh V., Casadei S., Coats K.H. et al. Spectrum of mutations in BRCA1, BRCA2, CHEK2 and TP53 in families at high risk of breast cancer // JAMA. 2006. Vol. 295. P. 1379-1388.

59. Wang Q., Zhang H., Fishel R., Greene M.I. BRCA1 and cell signaling // Oncogene. 2000. Vol. 19. P. 6152-6158.

Перейти в оглавление статьи >>>

ISSN 1999-7264 © Вестник РНЦРР Минздрава России © Российский научный центр рентгенорадиологии Минздрава России