Fortum зовет «Газпром» на водораздел

Финский концерн Fortum стремится существенно сократить свое присутствие в традиционной генерации в РФ, оставив в своем портфеле преимущественно зеленую энергетику. По данным “Ъ”, компания вновь подняла вопрос об обмене активами с «Газпром энергохолдингом» (ГЭХ). Fortum хочет получить входящую в ТГК-1 гидрогенерацию, предлагая ГЭХ взамен свой блокпакет в ТГК-1 и часть тепловых активов в Западной Сибири и на Урале. ГЭХ с таким подходом не согласен. Аналитики отмечают, что при очевидных плюсах для Fortum сделка будет не столь выгодна для ТГК-1 и ГЭХ.

В конце 2018 года финская Fortum направила «Газпром энергохолдингу» (контролирует электроэнергетику монополии) предложения об обмене активами. Fortum хочет забрать себе гидрогенерирующие активы энергокомпании ТГК-1 (в ней у ГЭХ — 51,79%, у Fortum — 29,45%). В обмен ГЭХ получит долю Fortum в ТГК-1, а также либо Няганскую ГРЭС в Западной Сибири (1,3 ГВт), либо все остальные активы Fortum в Сибири и на Урале — Челябинские ТЭЦ-1, ТЭЦ-2, ТЭЦ-3, ТЭЦ-4, Аргаяшскую ТЭЦ и Тюменские ТЭЦ-1 и ТЭЦ-2.

В Fortum отказались от комментариев, в ГЭХ сообщили, что знают об этих предложениях финнов, но «категорически против» передачи ГЭС.

ТГК-1 принадлежат 40 ГЭС на Кольском полуострове, в Карелии и Ленинградской области общей мощностью 2,85 ГВт. Их выработка в 2018 году составила 12,8 млрд кВт•ч, выработка ТЭЦ ТГК-1 — 16,5 млрд кВт•ч. При этом ТГК-1 со времен реформы РАО ЕЭС остается единственной компанией, помимо монополиста «Интер РАО», которая может экспортировать электроэнергию на рынок Северной Европы (зона Nord Pool). В 2018 году выручка от экспорта электроэнергии ГЭС ТГК-1 выросла в два раза, примерно до 2,77 млрд руб. (3% от общей выручки ТГК-1 по МСФО в 2018 году), из-за увеличения спотовых цен на Nord Pool. По оценке Владимира Скляра из «ВТБ Капитала», вклад гидромощностей в EBITDA ТГК-1 составляет 20–30%.

Fortum не в первый раз инициирует переговоры по выводу ГЭС из контура ТГК-1. Но в 2014 году схема была сложнее: финская компания хотела привлечь «Росатом» в качестве партнера в сделке, при этом Fortum планировал войти в проект по строительству АЭС «Ханхикиви-1» в Финляндии. Но в этом виде сделка так и не была реализована.

Fortum — один из трех иностранных инвесторов, купивших генерацию при реформе РАО ЕЭС. Помимо акций ТГК-1 ей принадлежат 4,5 ГВт тепловой генерации в Западной Сибири и на Урале (бывшая ТГК-10), 35 МВт солнечной генерации, компания собирается построить еще 110 МВт «солнца» и 1,8 ГВт ветроэлектростанций вместе с «Роснано». Таким образом, передача ГЭХ части традиционного бизнеса может сделать Fortum крупнейшим владельцем зеленой генерации в РФ.

Впрочем, Fortum может получить часть активов генкомпании «Юнипро» (подконтрольна немецкой Uniper), владеющей 11,2 ГВт ГРЭС в РФ: в прошлом году финский концерн купил почти 50% в энергетической группе Uniper у немецкого концерна E.ON. Пока Fortum не получил операционного контроля в Uniper — как сообщал в интервью “Ъ” 25 сентября 2018 года глава ФАС Игорь Артемьев, этому препятствует то, что среди активов Uniper в России есть водоканал, обладающий стратегическим статусом. Из-за того что Fortum принадлежит правительству Финляндии, компании нельзя покупать в стратегических активах в РФ больше 50%. «Пока они не избавятся от этого водоканала, дальше идти нельзя»,— говорил глава ФАС, добавив, что «при определенном предписании они могли бы рассчитывать на 50% плюс 1 акцию». По данным “Ъ”, речь идет о Сургутской ГРЭС-2 «Юнипро», которая получила статус естественной монополии, так как владеет, в частности, станцией водоочистных сооружений и артезианскими скважинами. Но, как отмечают собеседники “Ъ” на энергорынке, «Юнипро» намерена продать эти активы, что может снять запрет ФАС на увеличение доли Fortum. В Uniper и Fortum это не комментировали.

Как отмечает Владимир Скляр, для Fortum обмен активами выгоден по многим причинам. Гидромощности не подвержены регуляторному давлению, с которым сталкивается тепловой бизнес. Кроме того, приобретение ГЭС повысит рейтинг Fortum с точки зрения сокращения выбросов. Обмен активами вместо сделок купли-продажи избавляет концерн от необходимости признавать убыток по своим историческим инвестициям в TГК-1, а также дает возможность полностью консолидировать прибыль этих активов. Но для ТГК-1 плюсы такой сделки не столь очевидны: потеря ГЭС с понятной прибыльностью и ограниченными инвестиционными потребностями негативно скажется на компании. ГЭХ и так имеет операционный контроль над ТГК-1, и увеличение доли существенных плюсов ему не дает, считает аналитик.