Дискурсивные стратегии освещения акта насилия в современной британской прессе

ДИСКУРСИВНЫЕ СТРАТЕГИИ ОСВЕЩЕНИЯ АКТА НАСИЛИЯ В СОВРЕМЕННОЙ БРИТАНСКОЙ ПРЕССЕ

DISCURSIVE STRATEGIES OF VIOLENCE ACT COVERAGE IN MODERN BRITISH PRESS

O.A. Семынина O.A. Semynina

Дискурс, медиатекст, медиадискурс, дискурс качественной прессы, дискурс «желтой» прессы, дискурс газеты «The Economist», дискурс таблоида «The Sun», акт насилия.

В статье обсуждаются особенности дискурса современных британских газет в связи с освещением акта насилия, связанного с гибелью главы Ливийского государства Муаммара Каддафи. Автором выявляется целый ряд дискурсивных стратегий, которые применяются для достижения желаемого воздействия на адресата. В статье впервые дается аргументированный взгляд автора на существенные различия в дискурсивных стратегиях освещения акта насилия двух современных британских газет.

Discourse, media text, media discourse, quality press discourse, "gutter" press discourse, discourse of the newspaper "The Economist", discourse of the tabloid "The Sun", act of violence

The article discusses discourse peculiarities of modern British newspapers in connection with the coverage of the act of violence, related to the death of the Libyan Leader Muammar Qaddafi. A wide range of discoursive strategies used to achieve the desired effect is revealed by the author. This article was the first to give the author's reasoned perspective on the significant differences in the discursive strategies of the coverage of the act of violence by two modern British newspapers.

Как известно, термин «дискурс» был впервые употреблен американским лингвистом 3. Хэррисом в 1952 году в статье «Discourse analysis» и с тех пор стал широко распространенным.

Несмотря на огромное количество работ, посвященных проблемам дискурса, общепринятых определений данного понятия не существует, что, по-видимому, можно объяснить сложностью и многогранностью этого термина. Согласно наиболее авторитетному определению Н.Д. Арутюновой, «дискурс - это связный текст в совокупности с экстралингвистическими факторами: текст, взятый в событийном аспекте; речь, рассматриваемая как целенаправленное социальное действие, как компонент, участвующий во взаимодействии людей и механизмах их сознания (когнитивных процессах). Дискурс - это речь, погруженная в жизнь» [Арутюнова, 1990, с. 136].

Т.А. Ван Дейк говорит о том, что «понятие дискурса так же расплывчато, как понятия языка, общества, идеологии». В своей книге «Ideology: А Multidisciplinary approach» он выделяет дискурс в широком смысле (как комплексное коммуникативное событие) и дискурс в узком смысле сло-

ва (как текст или разговор). Под дискурсом в широком смысле слова Т.А. Ван Дейк подразумевает «коммуникативное событие, происходящее между говорящим, слушающим (наблюдателем и др.) в процессе коммуникативного действия в определенном временном, пространственном контексте. Это коммуникативное действие может быть речевым, письменным, иметь вербальные и невербальные составляющие». Дискурс в узком смысле слова обозначается им «как завершенный или продолжающийся "продукт" коммуникативного действия, его письменный или речевой результат, который интерпретируется реципиентами». Также понятие дискурса используется им «для обозначения того или иного жанра, например: "политический дискурс", "научный дискурс" или "новостной дискурс"» [Ван Дейк].

Рассматривая новости как особый вид дискурса, Теун ван Дейк считает, что «структуры ме-диатекстов могут быть адекватно поняты только в одном случае: если мы будем анализировать их как результат когнитивной и социальной деятельности журналистов по производству текстов и их значений, как результат интерпретации текстов чи-

тателями газет и телезрителями, производимой на основе опыта их общения со средствами массовой информации» [Ван Дейк, 1989, с. 123].

Исследования таких ученых, как С.И. Берн-штейн, Д.Н. Шмелев, Г.Я. Солганик, С.И. Трескова, Б.В. Кривенко, Т.Г. Добросклонская, Теун ван Дейк, Мартин Монтгомери, Алан Белл, Норман Фейер-клаф и др., внесли огромный вклад в развитие ме-диалингвистики, объединяющей целую группу исследований, посвященных функционированию языка в средствах массовой информации.

Термин «медиатекст» впервые был употреблен в работе Т.Г. Добросклонской «Вопросы изучения медиатекетов» в 2000 году, где автор раскрывает положение о том, «что главной теоретической составляющей медиалингвистики можно считать особую концепцию медиатекста, которая, так или иначе, присутствует практически во всех исследованиях медиаречи» [Добросклонская, 2008, с. 26].

Е.О. Менджерицкая в своей статье «Термин "дискурс" и типология медиадискурса» отмечает, «что основной функцией публицистики является сообщение информации. Но публицистика как тип дискурса этим не ограничивается при условии, что под дискурсом подразумевается когнитивный процесс, отражение мышления средствами конкретного языка с учетом экстралингвистической реальности» [Менджерицкая, 2006, с. 54].

Е.О. Менджерицкая рассматривает «при анализе печатных изданий следующие типы дискурса: дискурс качественной прессы, дискурс популярной прессы (причем следует отдельно рассмотреть дискурс "желтой" прессы и дискурс глянцевых журналов) и дискурс специализированных изданий, таких как научные и научно-популярные журналы» [Менджерицкая, 2006, с. 54].

Объектом исследования в данной статье является дискурс газеты «The Economist», который традиционно относится к печатной прессе «качественного» типа, и британского таблоида «The Sun».

Обратимся к анализу выражения насилия на примере статей из этих изданий. 20 октября 2011 года газеты всего мира обсуждали ужасающие подробности гибели главы Ливийского государства Муаммара Каддафи. Свергнутый ливийский лидер был захвачен и умер от полученных ранений во время штурма города Сирт.

В данной статье делается попытка выявить особенности дискурса двух рассматриваемых британских газет в связи с освещением вышеупомянутого акта насилия. «The Economist» - влиятельный еженедельный англоязычный журнал (само издание называет себя «газетой») и публикуется в Великобритании с 1843 года. Основные темы, освещаемые журналом, - политические события, международные отношения, финансовые, экономические и деловые новости, а также наука и культура. Редакция журнала придерживается позиций классического либерализма. «The Economist» публикуется компанией «The Economist Group». С 1928 года половина акций компании принадлежит газете «Financial Times», в то время как другая половина находится в руках независимых инвесторов, многие из которых являются работниками компании и корреспондентами журнала.

Заголовки статей на данную тему издания «The Economist» впечатляют своей эмоционально окрашенной лексикой и открытой критикой Запада: «Hypocrisy and the West», «When to celebrate a death» «Human rights in Libya».

Журналисты этого издания не скрывают своего возмущения по поводу триумфального тона в освещении зверского насилия над человеком: «the triumphalist tone of some of the Western coverage of the end of Muammar Qaddafi», «Yet the end of the war in Sri Lanka was marked by the celebratory tone that has marked some of the reporting of the death of Muammar Qaddafi this month». Статьи «The Economist» изобилуют следующими метафорическими высказываниями: «the despised dictator was cornered like an exhausted fox at the end of the hunt»; «a witch-hunt for suspected pro-Qaddafi people». В статьях, посвященных данной теме, с неприкрытой иронией осуждается бесчеловечный характер убийства бывшего ливийского лидера: «It was kinder than the lingering, agonising death he deserved and he was better dead than alive;» «It will be a long and bumpy road for the Helsinki Foundation and other groups that are seeking to spread respect for human rights in the new Libya». Таким образом, авторы сходятся в том, что уважения к человеческим правам в «Новой Ливии», уже без бывшего диктатора, ожидать не приходится: «Remember when you arrest any follower of Qaddafi that he is a Libyan like you and has his dignity

like you... Judging by the images of the last gruesome moments of Colonel Qaddafi, such messages were not widely taken to heart».

Изобразительно-выразительные средства языка широко используются в дискурсе данного издания. Они необходимы для живости изложения, образности и эмоциональной яркости высказывания. Эти средства усиливают действенность слова благодаря экспрессивности его выражения. Синтаксис обладает огромными выразительными возможностями. Таким образом, для достижения желаемого воздействия в дискурсе газеты «The Economist» используется целый ряд разнообразных синтаксических построений. Чаще всего встречаются следующие конструкции:

- антитеза (he was better dead than alive; should be counted a hero, not investigated as a war-criminal);

- градация (After days of shelling during which untold numbers of diehard loyalists and unfortunate civilians were traumatised, maimed and killed; in crossfire, the confusion of battle, or in what amounted to an execution; It was kinder than the lingering, agonising death he deserved);

- эпифора (he is a Libyan like you and has his dignity like you);

-анафора {Both men did great evil. Both deserved to face justice.);

- риторические вопросы встречаются, но заметно реже вышеупомянутых синтаксических конструкций.

Следует отметить в рассмотренных нами примерах намеренное опущение союзов между членами простого предложения или между частями сложного предложения с целью придания высказыванию динамичности: «So it is not surprising that some commentators in Sri Lanka have been offended by the triumphalist tone of some of the Western coverage of the end of Muammar Qaddafi. Jehan Perera, a brave liberal voice who has constantly called for accountability in Sri Lanka, asked why there has been so little condemnation of the conduct of the last phase of the war in Libya, from either governments or human-rights watchdogs». Таким образом, дискурс газеты «The Economist» в полной мере использует выразительные возможности синтаксических конструкций. Помимо эстетической функции, тщательно отобранный синтаксис выполняет определенные коммуникативные задачи и уча-

ствует в передаче отношения к изображаемой действительности.

Журналисты данного издания не стесняются называть бывших союзников ливийского лидера лицемерами: «The more urgent question is why the countries that led a righteous crusade against Qaddafi, and rightly or wrongly are now triumphing in his defeat, are the very same that up until recently were busy trying to be his friends?»; «hypocrites do not make a right».

Ливийский полковник представлен в статьях «The Economist» в большей степени жертвой насилия, практически отсутствуют упоминания о его кровавой политической деятельности, о терактах в США, унесших жизни сотен людей. Муаммар Каддафи - «загнанный зверь», «полковник с печальной судьбой», которого предали люди, с которыми он сотрудничал и которые называли себя его друзьями.

Как известно, важнейшим свойством качественной британской прессы являются ее объективность и стремление к нейтральности, намеренная дистанция автора текста от его получателя. В статьях журнала «The Economist» на вышеупомянутую тему присутствует стремление к объективности, что достигается цитированием речи корреспондентов, цитат участников события, которые подчеркивают достоверность передаваемой информации.

Однако следует отметить ироничный характер некоторых статей в освещении реакции американского правительства на убийство бывшего ливийского лидера, и авторы не скупятся на языковые выразительные средства, называя западных лидеров лицемерами и обвиняя их в навязывании «Новой Ливии» своих ценностей: «But this superpower and its allies seek to assert their standards and values as universal». Таким образом, функция этих статей -не только сообщение информации, но и воздействие. И это воздействие достигается определенным набором языковых средств.

Теперь обратимся к особенностям освещения данного события в дискурсе британского таблоида «The Sun». Это известный британский таблоид, основанный в 1963 году, и издается он в Великобритании и Ирландии. Газета известна своими историями о жизни звезд, а также об индустрии развлечений.

Перед нами открывается совсем другая картина случившегося. Заголовки статей еще более красочные, и им присуща высокая степень аллюзивности: «Rot in hell with Hitler, Gaddafi», "Barack Obama hails end of tyrant Gaddafi», «That's for Lockerbie, Gaddafi». Некоторые заголовки статей на данную тему построены на противопоставлении: «Victims' families tell of joy and regret», «Wanted: dead or alive». Другие заголовки анализируемого таблоида метафоричны: «Gaddafi is in bin of history», «I played on Mad Dog's teacup ride». Реже встречаются заголовки, содержащие риторические вопросы: «Don't you know right from wrong?», «Colonel Gaddafi's plea to raging mob: What did I ever do to you?».

Теперь бывший ливийский лидер Муаммар Каддафи представлен не жертвой, а тираном и убийцей, «The Libyan Mad Dog», к нему нет ни малейшей жалости. Тема мести и платы за злодеяния прослеживается почти в каждой статье этого издания: «Victims' families tell of joy and regret», «a widow whose husband was killed in the Lockerbie bombing last night said she hoped evil Gaddafi rots in hell», «ruthless tyrant Colonel Muammar Gaddafi lies dead - after the 270 victims of the Lockerbie bombing he orchestrated were finally avenged». Его уничижительно называют крысой и собакой: «Shut up you dog», «tyrannical Colonel Gaddafi called Libyan people rats when they rose up against him - but he died like one himself yesterday after being cornered in a stinking drain», «Here lies the rat... tyrant captured in a drain, then shot dead». Почти в каждой статье ливийского лидера называют «Mad Dog», ссылаясь тем самым на слова президента США Рональда Рейгана, который назвал Каддафи «бешеным псом Ближнего Востока», обвинив его в пособничестве международному терроризму. В статьях анализируемого нами таблоида были обнаружены главным образом графические выразительные средства, направленные на достижение визуальной экспрессивности:

- прием капитализации: «It emerged yesterday that Gaddafi's "executioner", who delivered the final bullet, was a TEENAGER»; «TYRANNICAL Colonel Gaddafi called Libyan people rats when they rose up against him» и др.;

- шрифтовое выделение фрагмента текста: курсив и жирный шрифт;

- употребление обособленных конструкций (detached constructions):

«Massive crowds flocked to Benghazi- the city where Gaddafi's death squads had attempted a large-scale massacre- to attend a ceremony liberating the country»; «And American Susan Cohen- who lost daughter Theodora, 20- said: "I'm just going to go out and buy an expensive bottle of champagne to celebrate"».

Под «авторской графикой» таблоида «The Sun» понимаются графические особенности оформления языкового материала, нацеленные на осуществление определенного воздействия на читателя. Это обеспечивает дифференцированную подачу языкового материала и придает определенную значимость какому-либо фрагменту текста. Расставляя знаки препинания, авторы данного таблоида стараются передать читателю ту интонацию, с которой должен быть прочитан текст их статей.

Среди лексических и синтаксических выразительных средств можно выделить немногочисленные случаи употребления эпитетов (massive crowds, large-scale massacre, celebratory shots), метафор (stroke of fate, the bin of history) и инверсии (Here lies the rat... tyrant captured in a drain, then shot dead).

Анализируя языковые особенности данного издания в освещении описываемого события, следует отметить упрощение текстовых форм подачи материала и легкий стиль изложения. В текстах статей преобладают слова разговорного стиля как следствие того, что статьи поданной теме практически полностью состоят из цитат участников событий и людей, высказывающих свое мнение по поводу случившегося. Тем самым выражается не только стремление к эмоциональности, но и попытка установления более доверительных, конфиденциальных отношений с читателем.

Статьи по большей части носят провокационный характер, приводятся только цитаты людей, которые восприняли новости о смерти бывшего ливийского лидера с ликованием и которые поддерживают тему мести за преступные деяния. Также превалируют цитаты родственников людей, погибших в терактах и операциях по поимке полковника. Яркая иллюстративность и крупные заголовки являются особенностью данного британского таблоида.

Таким образом, входе проведенного анализа становится очевидным, что оба британских печатных издания характеризуются разным стилем освещения вышеобозначенного события, что обусловлено разными когнитивными установками адресантов и нацеленностью на разные целевые аудитории. Статьи «The Economist» ироничны и полны критики американского правительства, «The Sun» провокационен и насыщен цитацией участников события и наблюдателей. Дискурс газеты «The Economist» представлен впечатляющим набором лексических и синтаксических выразительных средств, которые выполняют определенные коммуникативные задачи. Дискурс таблоида «The Sun» избирает, главным образом, графические выразительные средства в качестве инструмента воздействия на читателя. При помощи специально отобранных языковых средств для данного конкретного дискурса печатной прессы достигается желаемое воздействие на адресата.

Библиографический описок

1. Арутюнова Н.Д. Дискурс // Лингвистический энциклопедический словарь. М., 1990. С. 136.

2. Ван Дейк Т.А. К определению дискурса [Электронный ресурс]. URL: http://psyberlink.fiogiston ru/ínternet/bits/vandijk2.htm

3. Ван Дейк Т.А. Язык. Познание. Коммуникация, М., 1989. 264 с.

4. Добросклонская Т.Г. Язык средств массовой информации. М.: КДУ, 2008. 116 с.

5. Менджерицкая Е.О. Термин «дискурс» и типология медиадискурса // Вестник Моск. ун-та. Сер. 10: Журналистика. 2006. № 2. С. 50-55.

6. The Economist [Электронный ресурс]. URL; http://www.economist.co.uk (дата обращения: 20.11.12).

7. The Sun [Электронный ресурс]. URL: http:// www.thesun.co.uk/sol/homepage/news/politics (дата обращения: 20.11.12).