Банкротство на личные нужды

Шансы Агентства по страхованию вкладов (АСВ) получить от экс-совладелицы банка «БФГ-Кредит» Тамары Хорошиловой 750 млн руб., которые, по мнению агентства, были выведены из банка незадолго до отзыва лицензии, стремительно снижаются. Как стало известно “Ъ”, госпожа Хорошилова была признана банкротом по инициативе ее бывшего мужа, экс-главы МОЭК Александра Ремезова, которому она задолжала $250 млн по займу. Юристы сходятся во мнении, что оспорить этот долг другим кредиторам будет крайне сложно.

Согласно картотеке арбитражных дел, Арбитражный суд Чеченской Республики признал банкротом экс-совладелицу Тэмбр-банка и обанкротившегося банка «БФГ-Кредит» Тамару Хорошилову. Банкротство инициировал ее бывший муж Александр Ремезов, до апреля 2011 года возглавлявший МОЭК. Причем сначала дело было передано по подсудности в столичный арбитражный суд, так как госпожа Хорошилова была зарегистрирована как предприниматель в Москве, но затем она прекратила статус ИП и изменила место регистрации, после чего чеченский суд сам рассмотрел заявление кредитора. Из судебного акта следует, что долг возник в результате займа на $250 млн, эти средства Тамара Хорошилова 20 сентября 2012 года взяла у Александра Ремезова под 12% годовых и должна была вернуть до 20 марта 2017 года. В подтверждение в суд была представлена расписка о получении денег, а также решение Гудермесского горсуда Чечни от 8 сентября 2017 года, взыскавшего с госпожи Хорошиловой сумму долга и $267 млн процентов и неустойки.

250 миллионов долларов,

которые совладелица «БФГ-кредита» Тамара Хорошилова задолжала бывшему мужу, обеспечили ее личное банкротство

Тамара Хорошилова, в свою очередь, заявила суду, что полученные средства были потрачены ею, в том числе на приобретение доли в банке «БФГ-Кредит». На данный момент возможность вернуть заем у нее отсутствует, из имущества имеется 6,4 млн руб. на счетах в банках, доля в «БФГ-Кредит» в размере 19,5%, квартира и два машино-места в Москве. В итоге арбитражный суд пришел к выводу о невозможности применения в отношении должника реструктуризации долгов и 1 февраля ввел процедуру реализации ее имущества сроком до 5 июля. Требования кредитора были переведены в рубли и включены в реестр в размере 29,046 млрд руб.

Банкротство Тамары Хорошиловой может повлиять на судьбу требований Агентства по страхованию вкладов, которое сейчас как конкурсный управляющий банка «БФГ-Кредит» оспаривает совершенную незадолго до отзыва лицензии выдачу из банка 750 млн руб. наличными госпоже Хорошиловой. В АСВ сообщили “Ъ”, что рассмотрение их иска сейчас приостановлено в связи с назначением почерковедческой экспертизы. «В случае признания судом недействительной банковской операции по выдаче наличных денежных средств требования банка будут предъявлены для их включения в реестр требований кредиторов Тамары Хорошиловой»,— добавили в АСВ. О других возможных претензиях к Тамаре Хорошиловой в агентстве пока не говорят, ссылаясь на то, что проверка обстоятельств банкротства банка еще не завершена. Кроме того, Следственный комитет России сейчас расследует уголовное дело о выводе из банка 2,3 млрд руб. (см. “Ъ” от 21 марта).

Шансы АСВ получить что-то от Тамары Хорошиловой стремятся к нулю, учитывая, что она признана банкротом и размер требований АСВ составляет около 5% от требований первого кредитора, считает партнер юрфирмы «Дювернуа Лигал» Александр Арбузов. По словам главы правового бюро «Олевинский, Буюкян и партнеры» Эдуарда Олевинского, у АСВ есть шанс, если по завершении банкротства суд сочтет, что должник вел себя недобросовестно, тогда долги не будут списаны.

Примечательно, что основной совладелец «БФГ-Кредита» Юрий Глоцер и двое его сыновей в августе 2017 года тоже были признаны банкротами. Финансовый управляющий Юрия Глоцера сейчас оспаривает решение о банкротстве Тамары Хорошиловой. Господин Глоцер рассказал “Ъ”, что Тамара Хорошилова, будучи его партнером по банку, взяла у него заем, но взыскать долг на сумму свыше $60 млн в Дорогомиловском суде Москвы не удалось из-за того, что чеченский суд признал договор займа незаключенным. Юрий Глоцер также усомнился в реальности долга госпожи Хорошиловой перед Александром Ремезовым, поскольку, по его мнению, бывший глава госкомпании вряд ли мог иметь такую сумму личных средств.

Юристы указывают, что расписка должника о получении денег должна означать передачу наличных, но это сложно представить, учитывая размер займа. По мнению Эдуарда Олевинского, новые кредиторы могут попробовать оспорить договор займа с Александром Ремезовым. Александр Арбузов уверен, что доказать фиктивность займа будет крайне сложно: «Кредиторам нужно включиться в реестр, получить доступ к документам и затем найти доказательства и новые обстоятельства для пересмотра дела». Тамара Хорошилова отказалась от комментариев “Ъ”.