Когнитивный аспект реализации субъективно-межличностной модальности в английском судебном дискурсе

Вестник Челябинского государственного университета. 2009. № 27 (165).

Филология. Искусствоведение. Вып. 34. С. 39-43.

р. р. Исхакова

когнитивный аспект реализации субъективно-межличностной модальности в английском судебном дискурсе

Данная статья посвящена исследованию субъективно-межличностной модальности и языковых средств ее реализации в английском судебном дискурсе. Концепт субъективномежличностной модальности представлен микроконцептами деонтической, эпистемиче-ской, аксиологической модальности с их интенциями изменить мир, описать его, дать ему оценку. Все три аспекта представлены в судебном дискурсе в сочетании друг с другом.

ключевые слова: когнитивная лингвистика, субъективно-межличностная модальность, интенция, судебный дискурс.

Как известно, ХХ век характеризуется усилением интереса к внутреннему миру человека, к его сознанию и подсознанию. Человек как личность становится центральным звеном таких междисциплинарных наук, как психолингвистика, теория коммуникации, когнитивная лингвистика, прагмалингвисти-ка и т. д. Их основной тенденцией выступает включенность субъекта в речевую деятельность с системой целей. Язык начинает рассматриваться не как замкнутая система знаков, а как способ выражения межличностных отношений в процессе общения, результат ментальных процессов1. Эти процессы находят свое отражение в рамках когнитивной лингвистики, ориентированной на исследование ментальных процессов восприятия мира, категоризации, формирования речи; проявление интеллектуальных способностей человека, включающего осознание самого себя и окружающей действительности2. Когнитивная лингвистика ставит целью изучить и описать концептосферу человека.

Ментальные процессы тесно связаны с модальностью. Модальность - категория, которая отражает различные стороны человеческого мышления в языке. Данная категория выражает отношение человека к окружающей его действительности, которое складывается в процессе восприятия им явлений объективного, реального мира.

Исследователи рассматривают модальность в широком и узком смысле. К модальности в широком смысле они относят так называемую общую, или конститутивную модальность, которая является одной из категорий предикативности и входит в обязательное грамматическое значение предложения.

Через общую модальность говорящий придает грамматической формуле предложения при ее реализации в высказывании статус сообщения, вопроса, приказания, положения3.

Модальность в узком смысле представлена оппозицией «объективность-субъективность». Объективная и субъективная модальности тесно переплетены в каждом высказывании и создают сложную гамму модальных значений, формирующих общий модальный фон высказывания4. Г. Колшанский утверждает, что модальность образует двойственную природу высказывания - утверждение о чем-то и также оценка этого утверждения. В действительности эта двойственность не противоречит органической цельности данного высказывания. Иными словами, «все, что содержится в речи, есть одновременно и субъективное, и объективное»5.

В данном исследовании мы опираемся на точку зрения А. Г. Баранова, который в своей работе «Функционально-прагматическая концепция текста»6 также выделяет два вида модальности - объективную и субъективную, обращая особое внимание категории субъективной модальности. Он подразделяет субъективную модальность на субъективноличностную и субъективно-межличностную. Базируясь на концепцию А. Г. Баранова, мы рассматриваем категорию модальности не только как категорию текста, но и как категорию коммуникации. Мы можем объяснить это тем, что современная лингвистика рассматривает язык не как замкнутую систему знаков, а как форму жизнедеятельности человека, способ вербализации человеческого опыта, способ выражения личности и организации межличностных отношений в процессе

совместной деятельности людей. Основное внимание уделяется «языковой личности» -субъекту, который использует язык в сфере коммуникации7. Данное предположение позволяет нам выйти за рамки грамматического и семантического анализа категории модальности и рассматривать ее в более широком контексте, принимая во внимание и данные теории коммуникации. В этом и заключается актуальность нашего исследования.

Итак, в русле бурно развивающегося когнитивного подхода к изучению языковых явлений модальность не может рассматриваться как чисто грамматическая категория, являющаяся обязательным признаком любого предложения или текста в целом. Когнитивная наука выходит за рамки «формального», следовательно, и модальность приобретает новую интерпретацию, которая в некоторой степени отличается от традиционного подхода: она предстает как сложное ментальное образование (концептосфера) с определенной структурой, выражающая триаду отношений в коммуникативном процессе - «адресант -адресат - объективная действительность». Но следует отметить, что этим языковеды не исключают традиционную форму существования модальности, ее базовых понятий («субъективность» и «объективность»), они ее дополняют, уточняют, выявляя ее новые признаки и функции.

Известно, что человек и язык являются понятиями тесно связанными, так как язык - это среда обитания человека. «В процессе освоения родного языка ребенок усваивает жизненный опыт народа, «языковую картину» мира... Язык народа есть важнейший компонент его национальной культуры, который формируется вместе с образованием этноса, являясь предпосылкой и условием его суще ствования»8.

Язык любого народа выражает менталитет каждого человека, в частности, и всего народа, в целом. В когнитивной лингвистике менталитет народа определяется термином «концептосфера», который был введен в отечественной науке академиком Д. С. Лихачевым. Концептосфера, согласно его мнению, это совокупность нации, она образована всеми потенциями концептов носителей языка9. Для подтверждения данного предположения рассмотрим определение термина «концепт»: «Концепт - единица концептосферы, то есть упорядоченной совокупности единиц мыш-

ления народа. Концепт включает все ментальные признаки того или иного явления, которые отражены сознанием народа на данном этапе его развития. Концепт обеспечивает осмысление действительности»10.

Важно отметить, что концептосфера языка представляет собой не набор концептов, а сложную систему, образованную пересечениями и переплетениями многочисленных и многообразных структур, образующих концепты то в ряды, то в цепочки, то в поля с центром и периферией, то в ветвящиеся деревья с перекрестными отсылками11. Концеп-тосфера в полевом представлении включает в свою структуру ядро, приядерную зону и периферию, причем «ядро и приядерная зона преимущественно репрезентируют универсальные и общенациональные знания, а периферия - индивидуальные»12.

Исходя из вышесказанного, мы можем предположить, что категория модальности -это концептосфера, ядром которой является суперконцепт объективной и субъективной модальности. Приядерную зону концептос-феры модальности составляют концепты референтивной, субъективно-личностной и субъективно-межличностной модальности13. По мнению А. Г. Баранова, референтивная модальность задается отношениями когнитивного компонента текста к действительному миру, как их формирует субъект через свои интенции текстовой деятельности. Концепт референтивной модальности представлен микроконцептами субъекта, действия\состоя-ния, объекта, темпоральности и локальности. Субъективно-личностная модальность характеризует автора текстовой деятельности и состоит из микроконцептов эмотивной, ментальной, композитивной, сенсорной и оценочной модальности. Субъективно-межличностная модальность, которая является объектом нашего исследования, обусловлена интенциями автора в коммуникации (устной или письменной). Интенция является тем доминирующим условием, которое определяет и организует содержание коммуникативного акта. Согласно мнению О. Г. Почепцова, именно интенция выступает в качестве того звена, которое связывает человека и язык: человек - это деятель, язык - это орудие, а интенция соединяет их в речевую деятельность: человек + интенция + язык = речевая деятельность14.

Категория адресанта является центральной категорией в современной лингвистиче-

ской науке. Адресант оценивает окружающую его реальность, выражает свое отношение к ней. «В реальной коммуникации перед говорящим как минимум стоят две задачи: а) назвать предмет сообщения /объект/; б) выразить свое к нему отношение /субъект/»15. Комплекс вопросов, связанных с адресантом, включает в себя такие моменты, как условия и цели высказывания, правила разговора, прагматическое значение высказывания (в том числе косвенные смыслы)16; отношение его к тому, что он говорит (выражение чувств, мыслей по отношению к собственному высказыванию, оценка собственного высказывания), выражаемая преимущественно категорией модальности.

Адресант выполняет устное либо письменное речевое действие, скорее всего, не в связи с информационной потребностью адресата, а под давлением внутренних и внешних обстоятельств, связанных с актуальной для него прагматической ситуацией. Обращаясь к адресату, он побуждает его стать участником коммуникативной ситуации. И субъективномежличностная модальность отражает психологические установки адресанта описать мир (эпистемическая модальность), изменить мир (деонтическая модальность), дать ему оценку (аксиологическая модальность)17.

Микроконцепт эпистемической модальности подразделяется на группы, «в зависимости от эпистемической установки автора, которая проявляется в виде разных статусов достоверности информации, присущих разным текстотипам» (рамках нашей исследовательской работы текстотип идентичен понятию «дискурс»). Эпистемической модальности присущ статус субъективной достоверности, статус объективированной достоверности, статус объективной достоверности и статус «как - если - бы» достоверности18. Эписте-мическая модальность реализуется через повествовательные формы предложения.

Микроконцепт деонтической модальности состоит из следующих групп: 1) персональные: приказы, просьбы, мольбы и т. д.; 2) директивные: приказы, идеологические установки, призывы, морально-этические правила и т. д. Базовыми формами выражения деонтической модальности являются формы наклонения, модальные глаголы, модальные слова, частицы и т. д.

Аксиологическая модальность представлена значениями положительной оценки

(поощрения) и отрицательной оценки (порицания).

В большинстве случаев эти аспекты модальности встречаются в дискурсе в тесном сочетании друг с другом. Остановимся чуть подробнее на феномене «дискурс», который определяется как «речь, связная речь»19, «поток речи, сложное синтаксическое целое, сверхфразовое единство, текст»20, «определенный тип ментальности»21. И поскольку в данной работе мы ставим целью рассмотрение микроконцептов субъективномежличностной модальности в судебном дискурсе, мы будем иметь дело с письменным тестом. Поэтому ценным для нас является определение термина «дискурс», предложенное Д. Шиффрином: с точки зрения взаимодействия формы и функции, дискурс - это совокупность функционально-организованных, контекстуализованных единиц употребления языка22. Дискурс существует в рамках социального контекста и изучается совместно с соответствующими «формами жизни» (репортаж, интервью, светская беседа, суд и т. д.), что позволяет нам говорить о видах дискурса. Языковеды в рамках одного национального дискурса разграничивают научный, политический, критический, юридический и др. дискурсы. Каждый дискурс может быть представлен в виде многообразных ситуаций, которые образуют типы внутри дискурса, к примеру, к юридическому дискурсу относятся судебный дискурс, дискурс трудового права, дискурс криминального права и т. д.

Основная задача данной статьи заключается в описании субъективно-межличностного представления модальности и языковых средств ее реализации в английском судебном дискурсе. Судебный дискурс считается местом «реального права». Как отмечает Н. А. Гредескул, «функция суда и его истинная роль состоит в чисто интеллектуальном процессе распознавания права не in abstracto, in concreto - в обстановке и условиях тех частных случаев жизни, в которых право должно найти свое осуществление»23. Следует отметить, что судебный дискурс характеризуется определенной заданностью: речь прокурора, адвоката, судьи, допрос обвиняемого и свидетелей. Предметом судебной дискуссии сторон может быть любой юридический текст: закон, показания свидетеля, судебный прецедент, письменный документ. Суд поставлен перед необходимостью обязательно вынести реше-

ние по делу (прагматический момент), и это решение должно быть мотивированным, обоснованным24. События в судебном процессе происходят в определенном порядке.

Рассмотрим реализацию микроконцептов деонтической, эпистемической и аксиологической модальности в английском судебном дискурсе:

Step 1: Selection of the Jury.

Step 2: Opening Statements. The lawyers for each side will discuss their views of the case that you are to hear and will also present a general picture of what they intend to prove about the case. What the lawyers say in their opening statements is not evidence and, therefore, does not help prove their cases.

Step 3: Presentation of Evidence. All parties are entitled to present evidence. The testimony of the witnesses who testify at trial is evidence. Evidence may also take the form of physical exhibits such as a gun or a photograph. On occasion, the written testimony of people not able to attend the trial may also be evidence in the cases you will hear. Many things you will see and hear during the trial are not evidence. For example, what the lawyers say in their opening and closing statements is not evidence. Physical exhibits offered by the lawyers, but not admitted by the judge, are also to be disregarded, as is testimony that the judge orders stricken off the record. Many times during the trial the lawyers may make objections to evidence presented by the other side or to questions asked by the other lawyer. It is up to the judge to decide whether each objection was valid or invalid, and whether, therefore, the evidence can be admitted or the question allowed. It is your duty as a juror to decide the weight or importance of evidence or testimony allowed by the judge. You are also the sole judge of the CREDIBILITY OF Witnesses. In considering credibility, you may take into account the witnesses ’ opportunity and ability to observe the events about which they are testifying, their memory and manner while testifying, the reasonableness of their testimony when considered in the light of all the other evidence in the case, their possible bias or prejudice, and any other factors that bear on the believability of the testimony or on the importance to be given that testimony.

Step 4: Closing Arguments. The lawyers in the closing arguments summarize the case from their point of view. They may discuss the evidence that have been presented or comment

on the credibility of witnesses. The lawyers may also discuss any of the judge’s instructions that they feel are of special importance to their case. These arguments are not evidence.

Step 5: The Instructions. Following presentation of all the evidence, the judge instructs the jury on the laws that are to guide the jury in their deliberations on a verdict. A copy of the instructions and all documents or physical objects that have been received into evidence will be sent to the jury room for the use ofjuror during their deliberations.

Step 6: Jury Deliberation. The jury retires to the jury room to conduct the deliberations on the verdict in the case they have just heard. The jury first elects a foreman who will see to it that discussion is conducted in a sensible and order fashion that all issues are fully and fairly discussed and that every juror is given a fair chance to participate. When a verdict has been reached the foreman signs it and informs the bailiff. The jury returns to the courtroom where the foreman presents the verdict. The judge then discharges the jury from the case25.

Проанализировав данный текст, мы можем констатировать, что здесь аксиологическая модальность представлена значениями положительной оценки (in a sensible and order fashion, a fair chance, the reasonableness of their testimony, the sole judge etc.). Что касается микроконцепта деонтической модальности, то в данном контексте она ставит целью, вероятнее всего, не изменить картину мира реципиента, а выполняет предписывающую функцию. Деонтическая модальность в основном выражена модальным глаголом “to be to”, который использован в значении “orders and instructions, often official”26. «Мягкие» модальные глаголы “may” и “can” представляют менее категоричное долженствование. Также можно говорить об имплицитном выражении деонтической модальности, так как понятие «суд» уже подразумевает некое долженствование. С эпистемической точки зрения судебный дискурс обладает статусом объективной достоверности, т. е. судебный дискурс обеспечивает реципиента достоверной информацией. Эффект объективной действительности достигается использованием повествовательных форм предложения.

Как видно из проведенного анализа, судебный дискурс представлен всеми видами микроконцептов субъективно-межличностной модальности. Это объясняется интенцией су-

дебного дискурса вынести правильное решение по рассматриваемому делу.

Примечания

1 Степанов, Ю. С. В трехмерном пространстве языка : семиотические проблемы лингвистики, философии, искусства. М., 1985. C. 3-4.

2 См.: Croft, W. Syntactic categories and grammatical relations : The cognitive organization of information. Chicago ; London, 1991. С. 273.

3 См.: Латыпова, Ю. А. Описание концепта «Воля» в модальном аспекте (на материале английского, русского и башкирского языков) // Когнитивно-функциональное описание языка : межвуз. сб. науч. тр. Уфа : РИЦ Баш-ГУ, 2008.

4 Скрипникова, Н. Н. Прагматика языка как феномен семиотики. Воронеж : Номос, 1999. С. 44.

5 Колшанский, Г. В. Соотношение субъективных и объективных факторов в языке. М. : Наука, 1975.

6 Баранов, А. Г. Функционально-прагматическая концепция текста. Ростов н/Д : Изд-во Ростов. ун-та, 1993. С. 180.

7 Степанов, Ю. С. В трехмерном пространстве языка... С. 216.

8 См.: Болышева, Н. Н. Влияние языка на национальное мышление // Вопросы современной филологии и методики обучения языкам в вузе и школе : сб. науч. тр. Пенза, 2004. С. 3.

9 Лихачев, Д. С. Концептосфера русского языка // Изв. АН СССР. Сер. лит. и яз. Т. 52. 1993. № 1. С. 52.

10 Стернин, И. А. Когнитивная интерпретация в лингвокогнитивных исследованиях // Вопросы когнитивной лингвистики. 2004. № 1. С. 65-69.

11 Попова, З. Д. Семантическое пространство языка как категория когнитивной лингвистики // Вестн. Воронеж. гос. ун-та. Сер. 1, Гума-нит. науки. 1996. № 2.

12 Маслова, В. А. Когнитивная лингвистика. Минск : ТетраСистемс, 2005. С. 256.

13 Мухтаруллина, А. Р. Когнитивно-прагматический аспект модальности в разговорном дискурсе А. Р. Мухтаруллина, Г. Р. Бикти-мирова // Научные исследования и их практическое применение : Современное состояние и пути развития : материалы междунар. практ. конф. Одесса, 2007.

14 См.: Почепцов, О. Г. Основы прагматического описания предложения. Киев, 1986.

15 См.: Лазарев, В. В. Речевые акты в лингвистике и методике // Межвузовский сборник научных трудов. Пятигорск, 1986. С. 3-10.

16 Серль, Дж. Теория речевых актов // Новое в зарубежной лингвистике. Вып. 17. М., 1986. С. 172.

17 Баранов, А. Г. Функционально-прагматическая концепция текста. С. 182.

18 Там же. С. 180.

19 См.: Почепцов, О. Г. Основы прагматического описания...

20 См.: Борботько, В. Г. Семантическая организация и интерпретация дискурса при когнитивной и эстетической коммуникации // Текст как психологическая реальность. М., 1982.

21 См.: Арутюнова, Н. Д. Дискурс // Лингвистический энциклопедический словарь. М., 1990.

22 См.: Schiffrin, D. Approaches to Discourse. Oxford, Cambridge, Mass., 1994.

23 См.: Гредескул, Н. А. К учению об осуществлении права. Интеллектуальный процесс, требующийся для осуществления права. Харьков, 1900.

24 См.: Perelman, Ch. Justice, Law and Argument/Essays on Moral and Legal Reasoning. Dordrecht: Holland/Boston: USA/London: England, 1978.

25 См.: Lawrence, Susan E. The Poor in the Court : The Legal Services Program and Supreme Court Decision Making. L. : Princeton Univ Pr., 1990.

26 Krylova, I. P. A Grammar of Present-day English / I. P. Krylova, E. M. Gordon. M, 2001. C. 122.