Понятие «Контекст» в категориальном строе психологической науки

-\

90

Общая психология, психология личности, история психологии

А.А. Вербицкий, В.Г. Калашников

Понятие «контекст» в категориальном строе психологической науки

В статье термин «контекст» представлен как важное понятие современных гуманитарных исследований. Предлагается ввести данное понятие в категориальный строй психологической науки. Раскрывается место понятия «контекст» в системе категорий психологии.

Ключевые слова: методология, категория, психологическая наука, контекст, психологический контекст, контекстуализм.

Как известно, познание мира человеком имеет результатом формирование комплекса категорий, включающего наиболее общие понятия, не сводимых к другим и не выводимых из других. Сам термин «категория» (от греч. kategoria - «высказывание», «признак») означает предельно общее, фундаментальное философское понятие, отражающее всеобщие, наиболее существенные закономерные связи и отношения бытия (природы, общества, человеческого мышления). Учение о категориях впервые разработал Аристотель, хотя это понятие использовал еще Платон. В дальнейшем категориальные схемы создавали схоласты, а позднее - Декарт, Локк, Кант, Гегель и другие философы [19, с. 251]. Категориями принято называть также фундаментальные понятия, задающие структуру научного знания в той или иной области [18, с. 472]. В частности, в отечественной психологии уже около полувека ведется работа по выделению такой системы категорий для психологического знания.

В 1971 г. М.Г. Ярошевский ввел понятие «категориальный строй психологической науки» в отличие от традиционного понятия об общефилософских категориях, охватывающих всеобщие формы бытия и познания [20]. Занимаясь историей психологии, авторы рассмотрели причины рас-

пада некоторых психологических школ и течений и обнаружили, что их к создатели ориентировались на один относительно изолированный, заве- | о домо приоритетный для исследователей психологический феномен (так, | § бихевиоризм сосредоточился на анализе поведения, действия, гешталь- с ЕЕ тпсихология - образа и т.д.). Иными словами, в ткани психологической реальности была выделена якобы единственная инвариантная «универсалия», ставшая основанием для конструирования общей психологической теории во всех ее ответвлениях [13, с. 8-9].

При изучении различных психологических направлений и школ М.Г. Ярошевский выделил четыре базисные категории, впервые введенные при характеристике категориального строя психологии - «образ», «мотив», «действие». Позже к ним добавились еще две - «переживание» и «субъект» [21]. В отечественной науке существует значительно число попыток построения системы категорий психологической науки (Л.М. Веккер, В.А. Ганзен, В.А. Богданов, Б.Ф. Ломов, Н.И. Рейн-вальд, М.С. Роговин, Н.И. Чуприкова). Однако наиболее развернутыми стали разработки К.К. Платонова, А.В. Петровского, В.А. Петровского, М.Г. Ярошевского.

Категориально-понятийная система психологии, предложенная К.К. Платоновым, имеет вид семантического дерева, разветвляющегося от одной категории (психика) к следующим подкатегориям: формы психического отражения - память, эмоции, ощущения, мышление, восприятие, чувства и воля; психические явления - состояние и свойства личности; сознание - переживание, знание, отношение; личность - биопсихические свойства, особенности форм отражения, опыт, направленность, характер и способности; деятельность - цель, мотив, действие; развитие психики в филогенезе и онтогенезе, созревание, формирование [14, с. 53].

М.Г. Ярошевский, А.В. Петровский и В.А. Петровский уже на рубеже XX и XXI вв. предприняли новую попытку создания такой системы для психологической науки на основе системного подхода; их методологическая концепция получила название «Теоретическая психология». Как указывают сами авторы, «предметом теоретической психологии является саморефлексия психологической науки, выявляющаяся и исследующая ее категориальный строй (протопсихические, базисные, метапсихологи-ческие, экстрапсихологические категории), объяснительные принципы (детерминизм, системность, развитие), ключевые проблемы, возникающие на историческом пути развития психологии (психофизическая, психогностическая и др.), а также само психологическое познание как особый род деятельности» [13, с. 5].

х В предлагаемой А.В. Петровским, В.А. Петровским и М.Г. Ярошев-| § I ским категориальной системе теоретической психологии получил свое

^ х о

Ig Ig воплощение принцип системности, поскольку все категории, составив-|= | ^ шие «каркас» психологического знания, связаны между собой закономер-Л § о ными отношениями (сущности и явления, порождения, взаимодействия и ° S ^ т.п.). Авторы создают группы категорий пяти разных уровней (объединяя их в «вертикали»-кластеры: субстанциональность, направленность, активность, когнитивность, субъективность, событийность, действительность), а также внутри уровней (объединяя их в «параллели»-плеяды категорий: биоцентрические, протопсихологические, базисные психологические метапсихологические, социоцентрические).

Всего исследователи выделяют 35 сгруппированных таким двойным способом категорий: организм, индивид, «Я», личность, человек, нужда, потребность, ценность, идеал, метаболизм, рефлекс, действие, деятельность, свобода, сигнал, ощущение, образ, сознание, разум, избирательность, аффективность, переживание, чувство, экзистенция, синергия, сосуществование, интеракция, общение, соучаствование, среда, предметность, персоносфера, эйкумена [12; 13]. При этом все создатели категориальных систем психологии указывают на возможность дальнейшего обогащения данного научно-психологического тезауруса.

В развитие этой тенденции мы постараемся показать, что существуют снования для признания собственного, специфического содержания термина «контекст» в психологической науке, что делает его незаменимым понятием категориального строя психологии. Очевидно, что любое самостоятельное понятие должно описывать реальность, не раскрываемую с должной полнотой ни в каком другом понятии. При этом требование известного методологического приема «лезвие (или бритва, скальпель) Оккама» «Не умножать сущности сверх необходимости» также является чрезвычайно важным. Этот принцип назван по имени средневекового английского философа-номиналиста У. Оккама, хотя он не формулировал его в явном виде, а лишь озвучил принцип достаточного основания, известный в логике со времен Аристотеля [19, с. 251].

В любом случае, это правило означает требование методологической экономии и запрещает произвольно вводить новые умозрительные сущности в научные и философские модели, если можно обойтись уже имеющимися. Однако настойчивость, с которой научная общественность в самых разных отраслях знания и в разных языках употребляет термин «контекст», наводит на вывод о его необходимости в научной лексике и научном дискурсе. Это понятие может обоснованно претендовать на

статус новой психологической категории, о чем один из авторов впервые к заявил еще в начале 1980-х гг. [15]. | о

Даже при самом беглом анализе становится ясно, что термин «кон- | § текст» получил широкое распространение в постмодернистской (и с ЕЕ пост-постмодернистской, т.е., собственно, современной) гуманитарной литературе. В теоретическом плане преимущественно имело место прямолинейное перенесение смыслового содержания понятия «контекст» из лингвистики на основе аналогии между текстом и системой поведения человека, группы людей или функционирования целой культуры. В употреблении понятия «контекст» в гуманитарной «нелингвистической» литературе (психологической, социологической, философской и методологической) отчетливо прослеживаются две тенденции.

1. Это понятие может применяться как «служебное», когда требуется описать «фон», «среду», «ситуацию», «обстоятельства», «обстановку», «условия» и т.п., т.е. некоторое «пространство», которое задает характеристики включенного в них объекта для субъекта-наблюдателя. К ним примыкают термины, служащие для указания на специфичность восприятия изучаемого объекта, задаваемую уникальной позицией самого наблюдателя - это «точка зрения», «точка обзора», «позиция» («воспринимать с позиции»), «аспект» или «ракурс» исследования и т.п. Эти устойчивые словосочетания активно используются в научной лексике и именно с целью указать на тот теоретический контекст (парадигма, подход, концепция, теория), в котором данный исследователь воспринимает изучаемое явление.

Итак, термином «контекст» можно заменить значительное количество различных специальных терминов, что нередко и происходит в научных текстах. Однако такая экспансия словоупотребления размывает содержательное наполнение самого понятия «контекст» и противоречит самой сущности понятия «термин». Латинское слово terminus означает «граница», следовательно, слово как термин призвано отграничивать данное понятие от остальных, акцентируя присущий только ему оттенок значения или смысла. Поэтому необходимо указать на специфику понятия «контекст» как психологического термина, что мы и сделаем несколько позже.

2. Понятие «контекст» используется и как самостоятельное понятие, постепенно обрастающее новыми коннотациями, выходящими за пределы лингвистики и тесно связанными с той или иной предметной областью исследования. При этом изначально перенос понятия «контекст» из лингвистики в другие предметные области осуществлялся в качестве метафоры. Однако в последнее время метафора признается в каче-

я ^ х стве полноправного способа познания, поскольку отражает сущность | § I человеческого мышления (М. Джонсон, Дж. Лакофф, С.Ю. Деменский, §|§ С.С. Гусев, В.В. Петров, И.В. Полозова, В.А. Ротенберг и др.). На этой |= | ^ основе можно констатировать, что в качестве метода расширения теза-Л <з о уруса той или иной научной дисциплины метафора является одним из ° 5 ^ важнейших средств.

В частности, привлечение понятия «контекст» в психологию напоминает другие примеры обогащения методологии этой научной дисциплины из различных, в том числе весьма отдаленных от нее областей знания (включая и модели, и конкретные термины). Это такие дисциплины, как физика (рефлексология В.М. Бехтерева построена на основе механики, психоанализ З. Фрейда включал гидравлическую модель психики, теория поля К. Левина), химия (гештальт-модель психики К. Коффки, В. Кёле-ра), математика (топология в теории поля К. Левина, математические модели психических явлений В.В. Налимова, В.А. Лефевра, В.А. Петровского, позволяющие раскрыть их новые аспекты), биология (сравнительная психология, этология), кибернетика (компьютерная метафора психики в когнитивизме).

И здесь можно сделать два вывода. Во-первых, чем ближе область науки, тем легче, органичнее заимствуются из нее некоторая объяснительная модель и тем опаснее такое прямолинейное заимствование. Пример тому - социобиология вообще и так называемый социал-дарвинизм в частности, который возник в результате некритического переноса модели естественного отбора в сферу жизнедеятельности человеческого общества, т.е. законы социальной психики описывались исключительно в терминах этологии. Во-вторых, напротив, чем дальше друг от друга отстоят области исследования, между которыми происходит обмен или заимствование теоретических объяснительных моделей (но не эмпирических методов!), тем продуктивнее результат. Иллюстрацией этому тезису могут служить приведенные выше примеры методологических прорывов в результате заимствования схем, весьма далеких от гуманитарной проблематики наук.

Психологическая наука на протяжении всей истории своего существования постоянно обогащалась терминологией этих дисциплин; в качестве примеров можно привести такие понятия, как «механизм», «рефлекс», «гомеостаз», «гештальт», «экология», «карта», «схема», «сфера», «текст». Однако это понятия, которые используются в психологии преимущественно метафорически и не описывают собственно-психических явлений (за исключением понятия «гештальт»). Тем важнее превратить понятие «контекст» из очередной метафоры, лишенной психологического содер-

жания, в полноценный научный термин и даже одну из важных категорий к психологической науки. | о

В психологию понятие «контекст» проникло из лингвистики в ходе | § изучения психологии языковых явлений и, шире, - семантических про- с ЕЕ цессов психики. Термин «контекст» этимологически восходит к латинскому contextus, что означает «соединение», «сцепление», «тесная связь», «некое целое, связующее и объясняющее явления, факты, события» [17, с. 248]. Тем самым уже в самом слове акцентируются те связи, в которых находится некоторый фрагмент текста и которые необходимо учитывать для его понимания. Понятие «контекст» очевидным образом тесно связано с понятием «текст» - это явление и существует только как атрибут некоего текста. Слово «текст» происходит от латинского textum, что означает «ткань», «связь», «построение». Поскольку латинская приставка con- в данном слове означает объединение, общность, совместимость, то, по справедливому утверждению Е.Л. Доценко, это еще больше подчеркивает усложнение структуры и многообразия связей между некоторыми элементами [5, с. 29].

Соответственно своему лингвистическому происхождению, контекст долгое время определялся в психологии как текстовый феномен. Например, в словаре «Психология» под редакцией А.В. Петровского - как законченный в смысловом отношении отрезок письменной речи (текста), дающий возможность точно установить значение отдельных входящих в него слов и предложений. Контекст трактуется и как условие употребления конкретной языковой единицы в речи, ее конкретное языковое окружение, а в широком смысле - как ситуация общения. Под контекстом понимается и способ семантизации, раскрытия значения слова через содержание всего высказывания в целом [16, с. 173].

В «Большом психологическом словаре» под ред. Б.Г. Мещерякова и В.П. Зинченко под контекстом также понимается «законченный в смысловом отношении отрывок текста, необходимый для определения смысла отдельно входящего в него слова или фразы. В широком смысле контекст включает также ситуацию, в которой текст создается и/или воспринимается» [1, с. 183]. Однако наряду с традиционным для лингвистики и психолингвистики в этом словаре приводится и второе значение данного понятия, отражающее расширяющуюся сферу употребления этого термина в психологии, где «...нередко употребляется выражение "социальный контекст", "культурный контекст" "духовный контекст" для обозначения окружающей человека социальной среды, ситуации. Подразумевается, что понимание поведения личности невозможно вне учета актуального и прошлого контекста» [Там же]. Это приближает нас к собственно психо-

я ^ х логическому пониманию контекста, хотя его сущность в данной словар-| 8 ё ной статье конкретно не раскрывается.

^ X о

Благодаря усилиям одного из авторов данной статьи понятие «кон-|= | ^ текст» стало приобретать собственно психологическое содержание. В Л § о частности, в одном из фундаментальных психологических словарей это ° 5 х понятие приводится как в традиционной, так и в психологической его трактовке. В последнем случае под контекстом понимаются некоторые внешние и внутренние условия, формирующие состояние и обуславливающие определенные реакции человека или группы, выступающих в роли объекта исследования [2, с. 137].

Дальнейшая конкретизация психологического содержания этого понятия привела к его пониманию как научного теоретического конструкта, отражающего деятельность специфического семантического психического механизма, который обеспечивает означивание и осмысление всех фрагментов психических содержаний. Следовательно, контекст как психическое явление - это психическая семиотическая функция, способ упорядочения хаоса психических содержаний через посредство задания некоторой «системы координат», указывающей значение и смысл каждого из психических фрагментов.

В психологическом понимании контекст - это процессуальный феномен, и поэтому различные частные проявления контекста (текстовый фрагмент, условия общения, фоновые знания о социокультурной ситуации, прецедентные тексты и пр.) предстают не столько как разновидности этого явления, сколько как формы его объективации, раскрывающие разные грани этого психического процесса [3; 4]. Можно также сказать, что в терминах психосемантики контекст можно понимать и как семантическое поле, с учетом указанной процессуальности этого явления, это поле взаимодействия семантических единиц, порождающих новые единицы.

Кроме того, поскольку контекст является важнейшим психическим механзмом семантизации всего, что воспринимает субъект во внешнем и во внутреннем мире, велика его роль и в качестве методологического понятия. В этом отношении контекст представляет собой определенную эпистемологическую установку, указывающую на ограничения каждого конкретного способа интерпретации исследуемого объекта и требующую системной взаимодополнительности таких описаний. В психологии это приводит к построению многомерных моделей психики и конкретных явлений, в результате чего диалектически снимается противопоставление концепций различных психологических школ и направлений.

Вместо борьбы мнений (и самолюбий) возникает многогранное, объемное описание изучаемого явления, где «истинность» той или иной

модели определяется в соответствующем контексте, выступающем в к

« « т-» ^ х

качестве некоторой методологической системы координат. В этих целях | о для каждого исследователя необходимой становится рефлексия того, в | § каком именно методологическом контексте (теории, концепции, подхо- с ^ да) он описывает изучаемое явление. При таком понимании контекст как понятие может стать не только важной психологической категорией, но и категорией методологической, чье значение выходит далеко за рамки психологической науки.

В частности, философ И.Т. Касавин предложил линию развития кон-текстуализма как методологической программы исследований в философии [10]. Этот философский подход развивают в своих работах ряд западных исследователей: Дж. Дьюи, Д. Льюис, П. Коэн, И. Моррис, П. Унгер, С. Пеппер и др., - которые, как правило, рассматривают контекст как ситуацию или процесс, определяющие понимание и интерпретацию того или иного явления. В свою очередь, И.Т. Касавин рассматривает контекст в его широком значении как совокупность условий интерпретации различных культурных явлений и решения на этой основе познавательных проблем [11], т.е. как методологический термин.

Можно утверждать, что введение понятия «контекст» в категориальный строй психологии является одним из направлений реализации контекстуализма как общегуманитарной методологической программы, обогащающий эту сферу еще одним инструментом анализа. Фактически, понятие «контекст» уже выступает как общенаучная объяснительная категория, опора на которую открывает новые перспективы в научном познании и гуманитарной практике.

Продуктивность понятия «контекст» в качестве психологической категории проявляется, в частности, в успешном развитии научной школы знаково-контекстного обучения (контекстный подход) (А.А. Вербицкий, Н.А. Бакшаева, Т.Д. Дубовицкая, Н.В. Жукова, М.Д. Ильязова, О.Г. Ларионова, В.Ф. Тенищева, Н.П. Хомякова, О.А. Шевченко, О.И. Щербакова и др.). В качестве психологической категории данное понятие может стать основой общепсихологического контекстного подхода. В настоящее время уже сформулированы принципы такого подхода [6; 7], проведена классификация контекстов [8], описан психологический метод контекстного анализа [8].

В терминах А.В. Петровского и М.Г. Ярошевского понятие «контекст» относится к метапсихологическим категориям. В когнитивной сфере такой категорией они называют «сознание». Можно сказать, что это ядро некоторого множества категорий, которые также являются фундаментальными для психологии, прежде всего это значение и смысл.

ООО

О О

О g о

Поскольку, как признается всеми исследователями в области лингвистики, семиотики, психологии и философии, контекст активно участвует в порождении значения и смысла, то его можно также отнести к тем когнитивным явлениям, которые составляют семиотическую (а значит, искусственную, - культурную) основу человеческого сознания.

Кроме того, как было показано нами ранее [3; 4], контекст представляет собой рекурсивный механизм, который находится в состоянии постоянного изменения, отталкиваясь от предыдущего состояния, порождает новый контекст. При этом рефлексия, составляющая основу функционирования сознания и самосознания человека, также работает на основе рекурсивного «самооборачивания» психики на свои содержания и процессы. Ранее уже был предложена контекстуальная модель сознания, которая, в частности, опиралась именно на механизм рекурсии [9]. Следовательно, категория «контекст» в категориальной схеме теоретической психологии занимает важное место в кластере категорий, относящихся к когнитивным феноменам, обеспечивающим функционирование сознания, среди которых - значение, смысл, рефлексия, самосознание.

Таким образом, изложенное позволяет прийти к выводу о необходимости введения понятия «контекст» в категориальный строй психологической науки. В заключение можно с уверенностью констатировать, что понятие «контекст» уже вошло в науку (в том числе в отечественную психологическую науку) де-факто в качестве одной из важных смысловых единиц. По нашему мнению, в настоящее время назрела необходимость для закрепления его де-юре в качестве необходимой психологической категории.

Библиографический список

1. Большой психологический словарь / Под ред. Б.Г. Мещерякова, В.П. Зин-ченко. 3-е изд., доп. и перераб. СПб., 2006.

2. Вербицкий А.А. Контекст (в психологии) // Психологический лексикон. Энциклопедический словарь в 6 т. / Ред.-сост. Л.А. Карпенко; Под общ. ред. А.В. Петровского. Т. 1. Общая психология / Под ред. А.В. Петровского. М., 2005. С. 137.

3. Вербицкий А.А., Калашников В.Г. Контекст как психологическая категория // Вопросы психологии. 2011. № 6. С. 3-15.

4. Вербицкий А.А., Калашников В.Г. Категория «контекст» в психологии и педагогике. М., 2010.

5. Доценко Е.Л. Психология манипуляции: феномен, механизмы, защита. 3-е изд., испр. и перераб. СПб., 2005.

6. Дубовицкая Т.Д. Развитие самоактуализирующейся личности учителя: контекстный подход: Дис. ... д-ра психол. наук. М., 2004.

f

7. Калашников В.Г. Контекстный подход как методологический проект в пси- к хологии // Актуальные проблемы теоретической и прикладной психологии: | | традиции и перспективы: Материалы Всероссийской научно-практической § о конференции, Ярославль, 19-21 мая 2011. В 3 ч. / Отв. ред. А.В. Карпов. Ч. I. ^ 5 Ярославль, 2011. С. 69-73. ^

8. Калашников В.Г. Система психологических контекстов как методологическая основа контекстного подхода // Контекстный подход в психологии, педагогике и менеджменте: Межвуз. сб. научн. тр. / Научн. ред. А.А. Вербицкий, отв. ред. В.Г. Калашников. М., 2011. С. 20-26.

9. Калашников В.Г. Сознание: контекстный подход // Психология человека в современном мире. Материалы Всерос. юбилейной науч. конференции, посвящ. 120-летию со дня рождения С.Л. Рубинштейна, г. Москва, 15-16 октября 2009 г. / Отв. ред. А.Л. Журавлев, И.А. Джидарьян, В.А. Барабанщиков и др. Т. 2. Проблема сознания в трудах С.Л. Рубинштейна, Д.Н. Узнадзе, Л.С. Выготского. Проблема деятельности в отечественной психологии. Исследование мышления и познавательных процессов. Творчество, способности, одаренность. М., 2010. С. 24-30.

10. Касавин И.Т. Контекстуализм как методологическая программа // Эпистемология и философия науки. 2005. Т. VI. № 4. С. 5-17.

11. Касавин И.Т. Текст. Дискурс. Контекст. Введение в социальную эпистемологию языка. М., 2008.

12. Петровский А.В., Петровский В.А. Категориальная система психологии // Вопросы психологии. 2000. № 5. С. 3-18.

13. Петровский А.В., Ярошевский М.Г. Теоретическая психология: Учеб. пособие. М., 2003.

14. Платонов К.К. Краткий словарь системы психологических понятий. М., 1984.

15. Психология и педагогика высшей школы: проблемы, результаты, перспективы. Круглый стол // Вопросы психологии. 1981. № 3. С. 20-21.

16. Психология. Словарь / Под общ. ред. А.В. Петровского, М.Г. Ярошевского. 2-е изд., испр. и доп. М., 1990.

17. Словарь иностранных слов. 11 изд., стереотип. М., 1984.

18. Философская энциклопедия в 5 т. Т. 2. М., 1962.

19. Философский энциклопедический словарь. М., 1983.

20. Ярошевский М.Г. Психология в XX столетии. Теоретические проблемы развития психологической науки. М., 1971.

21. Ярошевский М.Г. Психология в XX столетии. Теоретические проблемы развития психологической науки. 2-е изд. М., 1974.