Общие положения учения о криминалистической характеристике преступлений как теоретико-методологическая основа для формирования криминалистической характеристики преступлений, связанных с организацией незаконной миграции

из системы правовых отношений, а лишь указывает на тот факт, что возникновение правоотношений и сопутствующих им императивно-атрибутивных эмоций оказывается возможно лишь в условиях взаимодействия индивидов, возникновения социальных форм мышления и поведения.

Литература

1. Антонов М. В., Поляков А. В. Г. Д. Гурвич и русская постклассическая правовая мысль конца XIX - начала XX века // Правоведение. 2005. № 4.

2. Антонов М. В. Мир права Г. Д. Гурвича // Философия и социология права: избранные сочинения. СПб., 2004.

3. Гурвич Г. Д. Идея социального права // Философия и социология права: избранные сочинения. СПб., 2004.

4. Гурвич Г. Д. Философия и социология права: избранные сочинения. СПб., 2004.

5. Петражицкий Л. И. Теория права и государства в связи с теорией нравственности. СПб., 2000.

© 2015 г. А. В. Варданян,

Д. В. Андреянченко

ОБЩИЕ ПОЛОЖЕНИЯ УЧЕНИЯ О КРИМИНАЛИСТИЧЕСКОЙ ХАРАКТЕРИСТИКЕ ПРЕСТУПЛЕНИЙ КАК ТЕОРЕТИКО-МЕТОДОЛОГИЧЕСКАЯ ОСНОВА ДЛЯ ФОРМИРОВАНИЯ КРИМИНАЛИСТИЧЕСКОЙ ХАРАКТЕРИСТИКИ ПРЕСТУПЛЕНИЙ, СВЯЗАННЫХ С ОРГАНИЗАЦИЕЙ НЕЗАКОННОЙ МИГРАЦИИ

В статье анализируются теоретические основы учения о криминалистической характеристике преступлений, с учетом которых разрабатывается авторская структура криминалистической характеристики преступлений, связанных с организацией незаконной миграции.

Ключевые слова: миграция, мигранты, иммигранты, организация незаконной миграции, миграционная политика, преступление, расследование, криминалистическая характеристика преступлений, элементы криминалистической характеристики преступлений.

Глобальные экономические, политические, социальные реформы, проведенные в Российской Федерации на рубеже веков, одним из объектов которых явилась миграционная политика, оказали значительное влияние на формирование демографической ситуации. Постепенно из некогда «закрытой» для въезда иностранных граждан и лиц без гражданства страны Россия трансформировалась в субъекта активной внешнеэкономической деятельности, международного туризма, миграционного обмена. Она даже приобрела статус мигра-ционно привлекательного государства для представителей целого ряда стран. Разумеется, во многом этому способствовали ее достаточно выгодное географическое расположение, обширная территориальная протяженность, более стабильная экономическая ситуация по сравнению с другими странами СНГ и некоторыми государствами бывшего социалистического лагеря. В результате в Российскую Федерацию ежегодно стали пребывать более 20 миллионов иностранцев. Однако в структуре миграционных потоков наметилась и такая негативная тенденция, как незаконная миграция. Таким образом, крупные города оказались переполненными приезжими из экономически не-

благополучных стран ближнего и дальнего зарубежья, находящимися в России нелегально. Это неминуемо отразилось и на росте различных видов преступности, в структуре которой стабильно существенный удельный вес приходится на незаконных мигрантов [1, с. 4].

Следует отметить, что проблема незаконной миграции в современных условиях не ограничивается локальным, региональным масштабом, поскольку она характерна и для многих других цивилизованных государств. Россией ратифицированы международные нормативно-правовые акты, касающиеся регулирования миграционной политики, а именно Протокол против незаконного ввоза мигрантов по суше, морю и воздуху, являющийся дополнением к Конвенции Организации Объединенных Наций против транснациональной организованной преступности, что потребовало реформирования национального законодательства. Уголовный закон нашей страны был дополнен группой новелл: ст. 322.1 «Организация незаконной миграции»; ст. 322.2 «Фиктивная регистрация гражданина Российской Федерации по месту пребывания или по месту жительства в жилом помещении в Российской Фе-

Юристг-Прлвов^дъ, 2015, № 1

дерации и фиктивная регистрация иностранного гражданина или лица без гражданства по месту жительства в жилом помещении в Российской Федерации»; ст. 322.3 «Фиктивная постановка на учет иностранного гражданина или лица без гражданства по месту пребывания в жилом помещении в Российской Федерации».

Однако анализ судебно-следственной практики позволяет сделать вывод о том, что, очевидно, вследствие достаточной новизны данного социального явления эффективность уголовно-правового воздействия остается на низком уровне. Переполненность мегаполисов незаконными мигрантами сочетается с проблематичностью выявления уголовно наказуемых фактов организации незаконной миграции. Из общего числа уголовных дел, возбуждаемых по ч. 1, 2 ст. 322.1 УК РФ, в суд направляется около половины. При этом значительный удельный вес приходится на уголовные дела, прекращенные производством (причем по реабилитирующим основаниям - по п. 1 ч. 1 ст. 24 УК РФ - в связи с отсутствием события преступления), и дела, предварительное расследование по которым приостановлено (по п. 1 ст. 208 УПК РФ - в связи с неустановлением лица, подлежащего привлечению к уголовной ответственности). Материалы уголовных дел также свидетельствуют о наличии в них пробелов в установлении значимых для расследования обстоятельств, ошибок организационного и тактического характера, допускаемых при назначении и проведении ряда следственных и иных процессуальных действий.

Сам по себе непродолжительный период действия новой миграционной политики и, как следствие, мер уголовно-правового воздействия на лиц, причастных к преступлениям в сфере организации незаконной миграции, обусловливает потребность комплексного научного исследования закономерностей преступной деятельности в этой области с целью выработки непротиворечивых криминалистических рекомендаций, направленных на эффективное раскрытие и расследование указанной категории преступлений. Диссертационные работы по рассматриваемой проблематике единичны, носят постановочный характер, что вполне объяснимо этапом формирования частной криминалистической методики расследования преступлений в сфере нарушения миграционного законодательства. Поэтому в первую очередь требуется научное познание закономерностей совершения миграционных преступлений, переосмысление которых в дальнейшем позволит выработать диалектически обусловленные закономерности их раскрытия и расследования.

В соответствии с концептуальными положе-

ниями криминалистики информационной моделью преступления, отражающей механизм совершенного деяния, выступает научная категория криминалистической характеристики преступления. Криминалистическая характеристика преступления есть научная абстракция, отражающая систему криминалистически значимых признаков определенной группы или вида преступлений, закономерно связанных между собой [2, с. 28-31]. Практическое значение криминалистической характеристики преступлений неоспоримо. Познание имеющих криминалистическое значение особенностей совершения миграционных преступлений вооружает следователя системным подходом к расследованию данных деяний, его информированность о закономерностях их совершения дает возможность в дальнейшем осуществлять раскрытие и расследование более полно, рационально и эффективно. На этапе выявления миграционных преступлений следователь испытывает дефицит информации, имеющей доказательственное и ориентирующее значение, который существенно восполняет криминалистическая характеристика преступлений, способствуя формированию системы общих и частных версий и последующей их отработке.

Структуру криминалистической характеристики преступлений миграционного характера образуют ее элементы, в своей совокупности отражающие систему криминалистически значимых признаков данного деяния. Вместе с тем перечень и содержание данных элементов не является общепризнанным. Эта проблема имеет теоретико-методологическое значение, поскольку до сих пор отечественные криминалисты так и не пришли к единству мнений относительно структуры криминалистической характеристики преступлений [3, с. 72-92].

С. И. Коновалов исходя из теоретической типизации структуры криминалистической характеристики преступлений, осуществленной им в результате анализа обширного числа исследований криминалистов, пришел к выводу о том, что основными элементами криминалистической характеристики преступлений как научной абстракции (безотносительно к определенной группе деяний) выступают следующие: способ преступления, субъект преступления (особенности личности возможного преступника), обстановка совершения преступления, механизм следообразования, объект (предмет) преступного посягательства [3, с. 88].

Данная структура элементов криминалистической характеристики преступлений является типовой, свойственной большинству групп или видов преступлений, а потому может быть рассмотрена как методологическая основа для конст-

руирования криминалистических характеристик конкретных видов и групп преступлений. Вместе с тем закономерности механизма отдельной группы или вида преступлений, обусловливающие специфические наиболее важные особенности, присущие данной категории деяний, могут вносить и некоторые коррективы в вышеприведенный теоретико-методологический «трафарет» типовой криминалистической характеристики преступлений.

Одним из первых авторов, разработавших криминалистическую характеристику преступлений, совершаемых в сфере организации незаконной миграции, стала А. В. Сухарникова. Ее модель криминалистической характеристики организации незаконной миграции состоит из следующих элементов: описание личности преступника, описание личности незаконного мигранта, особенности способов совершения преступления, особенности типичных следов, обстоятельства, способствующие совершению преступления, цель [4, с. 14].

Обращает на себя внимание тот факт, что А. В. Сухарникова выделяет в качестве самостоятельных элементов данные о личности преступника и данные о личности незаконного мигранта. Действительно, закономерности совершения миграционных преступлений свидетельствуют о наличии специфических особенностей не только у преступников, то есть организаторов незаконного въезда на территорию Российской Федерации и пребывания в стране иностранных граждан или лиц без гражданства, но и самих иммигрантов. Эти лица обладают комплексом специфических демографических, психологических, социальных и иных особенностей, побуждающих их оказаться в категории незаконных мигрантов. По общему правилу данные лица не являются субъектами преступления (за исключением случаев совершения ими других преступных деяний, в том числе если организация их въезда заведомо планировалась именно для совершения преступлений, о чем упоминается в п. «б» ч. 2 ст. 322.1 УК РФ). По сути, в этом случае незаконные мигранты выступают в качестве предмета преступного посягательства. В рамках уголовного судопроизводства они чаще всего выступают в качестве свидетелей и приобретают процессуальный статус потерпевших или подозреваемых лишь при наличии специальных оснований. Например, если доставленные в Россию незаконные мигранты из республик Средней Азии были проданы в трудовое рабство, то соответственно они могут приобрести статус потерпевших по уголовным делам о торговле людьми [5, с. 106-108; 6, с. 114-117].

Разумеется, справедливым является выделение в качестве элемента криминалистической характеристики способа преступного деяния,

который традиционно служит одним из наиболее важных и информативных источников знаний. Полагаем, что следует анализировать типичные способы преступлений в сфере организации незаконной миграции с точки зрения положений криминалистического учения о способе преступлений, а именно различая действия виновных по приготовлению, непосредственному совершению и сокрытию преступлений, находящихся в системной взаимосвязи. В структуре действий виновных лиц целесообразно выделять следующие виды: вербовка мигрантов, формирование их в группы; непосредственное перемещение мигрантов через Государственную границу Российской Федерации; размещение мигрантов в России, организация их быта; трудоустройство; координация действий мигрантов, работодателей и виновных; получение и распределение между виновными прибыли в результате организации незаконной миграции [1, с. 20, 21].

Справедливо представлены как самостоятельный элемент криминалистической характеристики данных деяний особенности типичных следов, а также обстоятельства, способствующие совершению преступления (типичные условия, которые виновными воспринимаются привлекательными с точки зрения реализации преступного умысла, среди которых и конкретные пробелы в законодательном регулировании, и различные факторы социально-экономического и политического характера, детерминируемые миграционной политикой государства).

При этом выделенный А. В. Сухарниковой такой самостоятельный элемент криминалистической характеристики, как цель преступления, вряд ли является необходимым. Цель преступления - ожидаемый преступный результат - вполне могла быть структурным компонентом способов совершения преступления, поскольку именно целеопределение обусловливает выбор виновными соответствующего способа совершения преступного деяния. Цель прямо взаимосвязана с мотивами как движущей силой, побуждающей к реализации данной цели. В свою очередь, мотив, на наш взгляд, является составляющей характеристики личности виновных, поскольку мотивация генерируется именно личностными особенностями преступников. Таким образом, через мотив, структурно входящий в содержание элемента криминалистической характеристики «особенности личности виновного», и цель, относящуюся к способам совершения преступления, формируется имеющая коррелятивные зависимости взаимосвязь между данными элементами криминалистической характеристики.

Полагаем также необходимым включить в структуру криминалистической характеристики

Юристъ-Правов^дъ, 2015, № 1

организации незаконной миграции особенности места и времени совершения преступлений. Дело не только в том, что указанные деяния осуществляются в конкретных пространственно-временных условиях, но и в том, что в силу присущей рассматриваемой категории деяний многоэтапно-сти каждому этапу преступления соответствуют специфические условия места и времени, несущие обширный информационный криминалистический потенциал, касательно совокупности типичных следов преступления, концентрирующихся в определенном месте и в определенный временной период и т. д.

Итак, формирование структуры криминалистической характеристики организации незаконной миграции, образованной криминалистически значимыми, находящимися в коррелятивных взаимосвязях элементами, отражающими механизм совершения данного деяния, должно осуществляться в строгом соответствии с концептуальными положениями учения о криминалистической характеристике. В настоящей статье с учетом критического переосмысления положений, содержащихся в трудах по исследуемой проблематике, мы представили авторское видение структуры криминалистической характеристики рассматриваемой категории преступлений, состоящей из таких элементов, как: криминалистически значимые особенности типичных субъектов преступлений; криминалистически значимые особенности личности незаконных мигрантов; типичные способы приготовления, совершения и сокрытия преступлений; особенности механизма следообразо-

вания; особенности времени и места совершения преступления; типичные обстоятельства, способствующие совершению преступления (обстановка преступления).

Литература

1. Кахбулаева Э. Ч. Уголовно-правовые и криминологические аспекты организации незаконной миграции: автореф. дис. ... канд. юрид. наук. Ростов н/Д, 2011.

2. Айвазова О. В., Варданян А. В. Теоретические основы криминалистической характеристики преступлений, связанных с оборотом наркотических средств и психотропных веществ в учреждениях системы здравоохранения // Юристъ-Правоведъ. 2012. № 4.

3. Коновалов С. И. Теоретико-методологические проблемы криминалистики: монография. Ростов н/Д, 2001.

4. Сухарникова А. В. Методика расследования преступлений, совершаемых в сфере организации незаконной миграции: автореф. дис. ... канд. юрид. наук. М., 2010.

5. Варданян А. А. Преступления, связанные с торговлей людьми, в контексте тенденции глобализации противоправных посягательств на свободу, честь и достоинство личности // Философия права. 2011. № 3.

6. Варданян А. А. Особенности производства следственных действий, осуществляемых с участием потерпевших, по делам о торговле людьми // Юристъ-Правоведъ. 2009. № 6.

© 2015 г. М. В. Мархгейм, С. Ю. Зайцев

СИСТЕМА ОГРАНИЧЕНИЙ СВОБОДЫ ПРЕПОДАВАНИЯ В ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВЕ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

В статье представлен анализ правовых норм, содержащих положения, ограничивающие свободу преподавания. Предложены понятия статусно-квалификационных и деятельностно-профессиональныхразновидностей положений ограничения свободы преподавания.

Ключевые слова: свобода преподавания, ограничения, гарантии, законодательство.

Свобода преподавания относится к той правовой традиции, без которой невозможно формирование активной, творческой личности, идеологического многообразия гражданского общества. Пользование этой свободой для преподавателя небезгранично: оно сопряжено с его ответственностью, ограничениями, устанавливаемыми правовыми актами.

Относя свободу преподавания к числу основ-

ных свобод человека, Конституция Российской Федерации допускает и ее ограничение. Последнее согласно положениям ст. 55 заключается в создании федеральных законов, ограничивающих свободу преподавания в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства. Таким образом, теоретизируя данную инфор-