Значение анализа авторского намерения для лингвистического исследования спорных текстов (по статье 282 УК РФ)

НАУКА И ОБРАЗОВАНИЕ, 2011, №4

УДК 81 -13

Значение анализа авторского намерения для лингвистического исследования спорных текстов

А.Д. Лапухина

Рассматривается понятие авторского намерения в контексте анализа текстов по статье 282 УК РФ. Анализ этого компонента речевого акта позволяет упростить задачу по исследованию конфликтных текстов.

Ключевые слова: лингвистическая экспертиза, авторское намерение, речевой акт, юридическая лингвистика.

For today the problem of text analysis within the limits of linguistic examination is a matter of topical interest. Mainly it is connected with the absence of uniform methodology of the analysis. The concept of author's intention in a context of the analysis of texts under article 282 of the Criminal code of the Russian Federation is considered. The analysis of this component of the speech act allows to simplify a problem of the research of disputed texts.

Key words: linguistic expertise, author's intention, the speechact, juridical linguistics.

На сегодняшний день актуальность судебной лингвистической экспертизы как сравнительно нового направления в языкознании очевидна. Главным образом это обусловлено процессами, связанными с демократизацией общества и, как следствие, с возникновением конфликтных ситуаций, требующих вмешательства эксперта в области языкознания. В связи с чем исследователи все чаще обращаются к области прикладной лингвистики, находящей применение в экспертной практике.

В центре данного исследования конфликтный дискурс, возникающий в ситуации конфликтного межличностного общения, при котором «речевое поведение его участников отражает эмоционально-негативное отношение коммуникантов друг к другу, ситуации и факторам, его порождающим» [1, с. 6].

В качестве дополнительного параметра мы приняли ситуацию межнационального общения как условие, при котором наиболее часто реализуется конфликт.

Говоря об экспертизе текстов, потенциально репрезентирующих формы унижения по признакам национальной принадлежности, необходимо отметить, что при относительном единстве методологической базы исследования подобных текстов оказываются проблематичными. Данный факт указывает на необходимость апелляции к глубинным уровням анализа. В связи с чем обращение к прагматике текста видится нам целесообразным.

Необходимо отметить, что данный раздел языкознания имеет дело с разного рода коммуника-

ЛАПУХИНА Алевтина Дмитриевна - аспирантка Алтайского госуниверситета, ассистент каф. ТИ (ф) СВФУ в г. Нерюнгри, lanava@yandex.ru.

тивными актами.

В центре любого речевого акта, безусловно, субъект, который понимается как некий «абстрактный индивид, являющийся носителем ряда характеристик, психологических (намерение, знание, мнение, эмоциональное состояние, воля) и социальных (статус по отношению к слушающему, функция в рамках определенного социального института)» [2, 3, с. 2]. Рассматривая вопросы юрис-лингвистического характера, мы в первую очередь имеем в виду публицистические тексты. Отсюда становится очевидным, что роль социальной стороны субъекта практически нивелируется. Значение для экспертизы имеют так называемые психологические характеристики, приобретающие в контексте публицистического произведения статус эстралингвистических факторов.

Кроме субъекта важным компонентом речевого акта является цель: это две составляющие, находящиеся в дистантной взаимосвязи. Медиатором в данном случае выступает мотив, намерение автора или интенция. «Делай свой вклад в разговор на данной его стадии таким, как этого требует принятая цель или направление разговора, в котором ты участвуешь», - цитирует П. Грайса И. М. Кобозева [3, с. 4]. П. Грайс же определил в термине намерение «понятие субъективного значения высказывания» или «значение говорящего». Таким образом, И.М. Кобозева обобщает сказанное и делает заключение исходя из мысли П. Грайса: «субъективное значение высказывания есть намерение говорящего получить с его помощью определенный результат, благодаря осознанию слушающего этого намерения» [3, с. 5]. Самое общее определение интенции сводится к тому, что это коммуникативное намерение говорящего. Известная классификация речевых актов (или ил-

ЛАПУХИНА

локуций) Джона Серля основывается на типах интенций, которые в них заложены. Так, Дж. Серль предлагает следующую таксономию:

1. Директивы. Иллокутивная направленность -побуждение к действию.

2. Комиссивы. Это такие иллокутивные акты, целью которых становится обещание чего-либо.

3. Экспрессия (экспрессивы). Выражение психологического состояния: благодарность, сочувствие, поздравление и т. д.

4. Декларации (декларативы). Возможности говорящего совершить то или иное действие в рамках высокой социальной позиции, которую он занимает (разрешить, запретить).

5. Констативы (репрезентативы). Констатация фактов.

6. Интеррогативы - акты-запросы информации.

Таким образом, очевидно, что разновидностей

иллокуций довольно много. В контексте нашего исследования значимым является разграничение коммуникативных актов, в основе которых интенция со значением утверждения и противопоставленные им иллокуции, направленные на репрезентацию мнения, предположения.

В целом это можно представить в виде взаимосвязи:

1) интенция реализуется в двух формах: фактическая информация и субъективные представления;

2) при этом фактическая информация репрезентируется в виде утверждения, а информация субъективного характера - в виде мнения, предположения, убеждения, оценочного суждения.

А. Н. Баранов выделяет утверждение как особый тип коммуникативного намерения, дает ему свое определение: «вербально передаваемая кому-л. информация о том, что из нескольких возмож-

ностей имеет место некоторая одна, <...> а сама информация передается в грамматической форме повествовательного предложения, допускающего истинностную оценку (верификацию), которое <...> не соотносится в явной форме с субъективными представлениями говорящего о действительности» (курсив мой - А. Л.) [4, с. 32]. На последнем компоненте останавливается подробнее и сам автор и поясняет наметившееся противопоставление, основываясь на категории субъективного. Вышеприведенная схема базируется на этой же категории. Из сказанного мы можем сделать заключение: выявление авторской интенции принципиально для любой экспертизы, поскольку на первом этапе важно определить характер намерения с точки зрения объективности, после чего возможна уже частная классификация.

Фактически анализ авторской интенции должен выступать в качестве начального этапа экспертизы по делу о разжигании межнациональной розни, что позволит определить характер высказываний в рассматриваемом речевом произведении, с точки зрения объективности, и, следовательно, очертить область дальнейшего исследования.

Литература

1. Кошкарова Н. Н. Конфликтный дискурс: психологические и лингвистические аспекты: монография / ЮУрГУ - Челябинск, 2008. - 231 с.

2. Кобозева И. М. Лингво-прагматический аспект анализа языка СМИ//URL.http://evartist.narod.ru/text12/ 08.Йт#з_13.

3. Кобозева И. М. Теория речевых актов как один из вариантов теории речевой деятельности // Новое в зарубежной лингвистике. - 1986. - №2 17. - С. 1-7.

4. Баранов А. Н. Лингвистическая экспертиза текста: теория и практика: учеб. пособие / А. Н. Баранов. - М.: Флинта: Наука, 2007. - 592 с.

106

НАУКА И ОБРАЗОВАНИЕ, 2011, №№4