В деле о томографах завелись "жучки"

В Московском окружном военном суде (МОВС) вчера началось рассмотрение дела бывших начальника главного военно-медицинского управления Минобороны Александра Белевитина и его заместителя Алексея Никитина. Генералы обвиняются в получении взяток: за вознаграждение они предоставляли коммерсантам право продать своему ведомству медоборудование по завышенной цене. Теневой доход от медицинского снабжения, как установило следствие, получали десятки чиновников самого высокого ранга, расхитившие в общей сложности около 5 млрд руб. Как утверждают в правоохранительных органах, на участников расследования дела Белевитина оказывалось беспрецедентное давление.

Предварительные слушания, как рассказала "Ъ" пресс-секретарь МОВСа Ирина Жирнова, начались с небольшим опозданием — конвойный автомобиль с обвиняемыми застрял в пробках. Само же заседание не заняло и часа, причем большая часть времени ушла на перечисление ходатайств, заявленных защитником генерал-майора Белевитина Надеждой Дуванской. Адвокат попросила суд исключить из списка доказательств вины ее клиента около двух десятков документов, убеждая суд в том, что перечисленные улики были получены оперативниками с нарушением законодательства.

Защитник Алексея Никитина Александр Обозов заявил одно ходатайство — о закрытии процесса по соображениям безопасности его участников. Конкретизировать свое ходатайство в беседе с "Ъ" он отказался. Оба обвиняемых ограничились сообщениями, что их позиции согласованы с защитниками. В свою очередь представитель обвинения попросил суд предоставить ему время на обдумывание заявленных ходатайств, что и было сделано.

Отметим, ранее оба защитника заявили "Ъ", что не возражают против рассмотрения дела профессиональным военным судьей, однако у обоих адвокатов остается возможность на ближайших слушаниях потребовать и участия в разбирательстве коллегии присяжных.

Комментируя начавшийся процесс, официальный представитель СКР Владимир Маркин сообщил вчера, что генералы обвиняются в злоупотреблении должностными полномочиями и получении взятки группой лиц по предварительному сговору и в крупном размере (ст. 285 и 290 УК РФ). Следствие полагает, что Белевитин и Никитин за откат в размере €180 тыс. оказали содействие коммерсантам в заключении госконтрактов на поставку Минобороны компьютерных диагностических томографов. Оборудование в итоге было приобретено по завышенной цене — за 187 млн руб., из которых 51 млн руб. эксперты сочли причиненным государству ущербом.

По данным господина Маркина, чтобы доказать причастность обвиняемых к инкриминируемым преступлениям, его коллегам пришлось провести около сотни допросов и назначить порядка 30 экспертиз, среди которых были почерковедческие, криминалистические, фоноскопические, медико-технические и экономические. Уголовное дело насчитывает 54 тома.

Официальный представитель СКР особо отметил, что на протяжении всех десяти месяцев расследования следствию оказывалось мощное противодействие. Так, например, обвиняемые пытались скрыть улики, поэтому обыски приходилось иногда проводить по десяти адресам одновременно. Чтобы избежать возможного давления на свидетелей со стороны Белевитина и Никитина, обоих пришлось взять под стражу.

При этом близкие к следствию источники "Ъ" оценили ситуацию еще более жестко. По их данным, на участников расследования оказывалось прямое давление. Так, например, члены следственно-оперативной группы неоднократно обнаруживали за собой слежку. "Пробив" соглядатаев, правоохранители установили, что те состоят на службе в ЧОПах и детективных агентствах, созданных из бывших сотрудников спецподразделений Минобороны. Установить заказчика и цели слежки не удалось. Кроме того, два члена следственно-оперативной группы обнаружили, что в их квартирах, пока хозяев не было дома, с неизвестной целью побывали посторонние. Ценности и деньги гости не тронули, но это обстоятельство еще больше насторожило участников расследования. В итоге пострадавшим даже выделили госзащиту.

Интересно, что в число объектов негласного наблюдения попали не только задействованные в расследовании правоохранители, но и адвокат обвиняемого Никитина Александр Обозов. Как сообщил "Ъ" сам защитник, в своей Audi Q7, оборудованной спутниковой сигнализацией, он случайно обнаружил замаскированный аудиопередатчик. "Мой сосед Николай как-то ехал за мной на своем автомобиле,— рассказал адвокат Обозов.— А потом говорит: твоя машина глушит мой антирадар. Стал разбираться, в чем дело, и нашел под плафоном потолочного фонаря маленькую черную коробку с микрофоном и антенной, подключенную к бортовой сети автомобиля". По словам адвоката, "жучок" он вырезал кусачками и показал специалистам. Те сказали, что это профессиональный радиопередатчик дальнего радиуса действия, с помощью которого можно, например, прослушивать ведущиеся в салоне переговоры из идущего следом или припаркованного неподалеку автомобиля. Господин Обозов сообщил, что собирался отдать находку руководителю следственно-оперативной группы по делу Белевитина, но не успел. В его офис вскоре после демонтажа "жучка" приехали "серьезные люди" и потребовали вернуть их собственность, случайно, по их словам, оказавшуюся у защитника. Адвокат не захотел высказывать какие-либо версии случившегося. При этом сотрудник оперативно-следственной группы по делу Белевитина сказал "Ъ", что под колпаком оказались все участники расследования, включая защитников, и "это вполне логично".

Дело в том, что благодаря вскрытой коррупционной схеме в главном военно-медицинском управлении Минобороны сотрудникам военного следственного управления СКР и главного управления экономической безопасности и противодействия коррупции (ГУЭБиПК) МВД России удалось установить, что подобного рода преступления совершались повсеместно, во многих регионах и федеральных ведомствах страны. По данным начальника ГУЭБиПК Дениса Сугробова, всего в последнее время было возбуждено 136 уголовных дел, связанных с приобретением высокотехнологичного медицинского оборудования, в которых обвиняемыми стали 86 высокопоставленных представителей госвласти и здравоохранения. Ущерб от деятельности этих людей, как заявил генерал-майор Сугробов, составил около 5 млрд руб.