Особенности внутрисемейного вербального общения через поколение: бабушки-дедушки vs внуки-внучки

Bibliography

1. Grammatika sovremennogo bashkirskogo literaturnogo yazihka. - M., 1981.

2. Espersen, O. Filosofiya grammatiki: per. s angliyjskogo. - M., 2006.

3. Abdullina, G.R. Grammaticheskaya sistema bashkirskogo yazihka: formoobrazovanie i slovoizmenenie. - Ufa, 2011.

4. Mirzhanova, S.F. Yuzhnihyj dialekt bashkirskogo yazihka. - M., 1979; Maksyutova, N.Kh. Vostochnihyj dialekt bashkirskogo yazihka. -M., 1976.

5. Aznabaev, A.M. Istoricheskaya morfologiya bashkirskogo yazihka / A.M. Aznabaev, V.Sh. Psyanchin. - Ufa, 1976.

6. Tatar grammatikasih: 0ch tomda. Morfologiya. - M.; Kazanj, 2002. - T. 2.

7. Sovremennihyj bashkirskiyj yazihk. Ufa, 1986.

8. Kiekbaev, Dzh. G. O proiskhozhdenii nekotorihkh padezhnihkh form v uralo-altayjskikh yazihkakh v svete teorii opredelyonnosti-neopredelyonnosti // Voprosih metodologii i metodiki lingvisticheskikh issledovaniyj. - Ufa, 1966.

9. Zakiev, M.Z. K voprosu o kategorii padezha v tyurkskikh yazihkakh // Problemih tyurkologii i istorii vostokovedeniya. - Kazanj, 1964.

10. Zaripov, R.F. Padezhnaya sistema v bashkirskom yazihke // Voprosih bashkirskogo yazihkoznaniya. - Ufa, 1972.

11. Yudakin, A.P. Sravniteljno-istoricheskaya grammatika finno-ugorskikh yazihkov (Stanovlenie sistemih padezheyj). - M., 1997.

12. Ishbaev, K.G. Slovoobrazovanie bashkirskogo yazihka. - Ufa, 1994.

Статья поступила в редакцию 12.12.12

УДК 81^23; 81^25

Salikhova E.A., Nilova K.V. PARTICULARITIES INFAMILY VERBAL CONTACTS THROUGH GENERATION: GRANDMOTHERS-GRANDFATHER VS GRANDCHILDREN. In this publication the attention is drawn of the specificity of intra-communication «vertically» - between grandmothers / grandfathers and grandsons / granddaughters, which are characterized the using of verbal strategies and complex language features, showing the styles of different generations' associative behavior.

Key words: intergenerational conflict, intergenerational verbal communication, stereotypes of intergenerational communication.

Э.А. Салихова, д-р филол. наук, проф. каф. языковой коммуникации и психолингвистики ФГБОУ ВПО «Уфимский гос. авиационный технический университет», г. Уфа, E-mail: salelah 12@yandex.ru; К.В. Нилова, аспирант «Восточной экономико-юридической, гуманитарной академии» (ИЭУиП, Альметьевский филиал), г. Альметьевск, E-mail: cristina.nilova@yandex.ru

ОСОБЕННОСТИ ВНУТРИСЕМЕЙНОГО ВЕРБАЛЬНОГО ОБЩЕНИЯ ЧЕРЕЗ ПОКОЛЕНИЕ: БАБУШКИ-ДЕДУШКИ VS ВНУКИ-ВНУЧКИ

В предлагаемой вниманию публикации показана специфика внутрисемейного вербального общения «по вертикали» - между бабушками/дедушками и внуками/внучками, охарактеризованы используемые ими речевые стратегии и комплекс языковых средств, свидетельствующие о стилях ассоциативного поведения представителей разных поколений.

Ключевые слова: межпоколенческое вербальное общение, межпоколенческий конфликт, стереотипы межпоколенческого общения.

Общение внуков с бабушками и дедушками является важным для обоих поколений, поскольку, с одной стороны, несомненно, влияет на психологическое состояние старшего поколения [1], а с другой стороны, - на коммуникативную мотивацию молодых членов семьи и формирования ими определённых стереотипов межпоколенческого общения [2]. Среди факторов, сказывающихся на качестве коммуникации между поколением внуков и внучек и поколением бабушек и дедушек, выделяют демографические [3], например, пол и семейную родословную; психо-когнитивные - ощущение родственной близости, а также частота и форма общения [4].

Общение с бабушкой и дедушкой позволяет ребенку удерживать связь с прошлым, иметь представление о жизни предыдущих поколений. У него возникает более глубокая пространственно-временная перспектива, в результате чего картина мира внука/внучки будет отличаться от картины мира ребенка, не знающего историю развития семьи и своего места в ней. Прародители (в основном бабушки) имеют большую возможность познакомить внуков с устным народным творчеством, чем родители. Все жанры фольклора, игровые сюжеты, а также стихи, пословицы и поговорки, колыбельные песенки и сказки - все это ребенок слышит в большинстве случаев от бабушек, хотя фольклор называется «материнским». Колыбельные песни, по мнению психологов, помогают ребенку зафиксировать собственное место его в этом мире и таким образом успешнее структурировать пространство окружающей среды, а народные сказки не только способствуют различению добра и зла, но и фиксируют модели «доброго молодца и красной девицы» и, в конечном счете, формируют идеальный образ будущей семьи. Прародители способствуют передаче традиций, культурных норм и ценностей, этических принципов, то есть всего того, что в современном обществе квалифицируется как духовный и культурный дефицит.

Для детей из многопоколенных семей характерно более глубокое (по сравнению с детьми из нуклеарных семей) понимание таких представлений, как дружба и счастье, хорошее и плохое. Во взаимодействии с прародителями дети апробируют новые модели межличностных отношений - определения дистанции, границ, этических правил и норм поведения, степени контроля и т.п. Вероятно, что такие формы взаимодействия между внуками и прародителями обусловлены высокой степенью принятия их первыми и низким контролем со стороны вторых. Прародители предоставляют более безопасное пространство для осуществления этих проб. Жизненная стабильность особенно важна для маленьких детей: им необходим четкий распорядок дня, в котором присутствуют знакомые, привычные для них действия, то есть необходима цикличность происходящего, гарантирующая устойчивость и незыблемость некоторых ценностей. На ее основе формируется чувство безопасности, которое знаменитый американский психолог Э. Эриксон определил как «базовое доверие» к миру.

Специфика отношения прародителей к внукам задает особую социальную ситуацию развития ребенка в многопоколенной семье. Наиболее существенные отличия в родительском и прародительском отношении к ребенку наблюдаются в стиле вербального взаимодействия и эмоциональных отношениях. В связи с нуклеаризацией семьи и отдельным проживанием молодой семьи сегодня, прародители реже оказываются главой семьи, что было характерно для традиционной семьи в России (большак - как правило, самый старший мужчина в семье, боль-шуха (старшуха) - обычно мать и свекровь для остальных женщин в крестьянских семьях; старшие члены семьи как хозяева имений, крепостных и челяди в дворянских семьях и т.п.). При этом прародители (особенно бабушки) все же сохраняют важную роль в воспитании и развитии внуков. По данным отече-

Таблица 1

Лексико-семантическое наполнение АП ГНЕВ

|_ (Л о Действия, состояния и характеристики референта слова стимула Другие субъекты -участники ситуации Действия, состояния и характеристики др. субъектов -участников ситуации Чувства и эмоции

ГНЕВ 5 * У > X м X * > X ой Война, зло, огонь, нервы, драка, раздражительность, ненавидеть, месть, бомба, плохое качество, злиться, неудача, презирать, угрозы, плохое качество человека, стрельба, конфликт, плохое отношение к близким людям, волки, солдат, красный цвет =36 Враги, на подругу, люди страдающие алкоголизмом, человек = 4 Плохое отношение к близким людям, раздражительность, ненавидеть, месть, злиться, презирать, «уф!», угрозы, брань, ругань = 12 Злость, ярость, обида, ненависть, злоба; брань, раздражение, всплеск эмоций, бешенность, злиться, грусть, радость, нервоз, жестокость, плохое настроение, разочарование, крик, ругань = 50

ГНЕВ бабушки/дедушки ругань, злость, раздражение, ярость, конфликт, болезнь, влияет на здоровье подумать, разум, входить в ступор, Пусть бог простит, Поживём увидим, злиться, разочарование, закрыться в себе, уйти в себя, злоба, гроза, гром, вулкан, неудержимое зло, крики = 40 разгневанный человек, гневное лицо, разгневанное лицо = 3 непонимание, несправедливое оскорбление, несправедливое обвинение, рассердиться, разозлиться, гневное лицо, громкий голос, предательст-во, разгневанное лицо = 15 Неуправляемость эмоциями, обида, пессимизм, раздражимость рассердиться, разозлиться, недовольство, растеряться, потеряться, негатив, раздражённость, раздражаешься, обозлиться, ярость, агрессия, злиться, обидет-ься, отчаяние, пережива-ние = 34

Таблица 2

Лексико-семантическое наполнение АП КОНФЛИКТ

Г <я о с; Действия, состояния и характеристики референта слова стимула Другие субъекты- участники ситуации Действия, состояния и характеристики др. субъектов -участников ситуации События жизни референта слова-стимула и периоды времени

КОНФЛИКТ внуки/внучки Ссора, драка, непонимание друг друга и более сторон, спор, недопонимание, проблема, война, ругань, вражда, ссориться, измена, враньё, разногласие, небольшая ссора, разные взгляды, алчность, драма, бесполезный, скандал, забвение, перепалка, борьба, табуретка, стычка, разговор, слово, интерес = 71 С друзьями, люди, девушки, парень, общество, родители, с окружаю-щими, между соперниками = 11 Непонимание друг друга и более сторон, недопонимание ругань, вражда, ссориться, разногласие, разные взгляды, манеры людей, алчность, нет понимания, ненависть, плохое владение языком, интерес = 27 часто = 1

Г (Л о Л Действия, состояния и характеристики референта слова стимула Другие субъекты- участники ситуации Действия, состояния и характеристики др. субъектов -участников ситуации Чувства и эмоции

КОНФЛИКТ бабуш ки/дедуш ки неустройство детей, очередь, разные взгляды, ссора, ругачка, недоразумение, крик, непонимание, непонимание друг друга, расходятся взгляды, Бог рассудит, драка прощение, ругань, неразрешимая ситуация, драки, недопонимание, спор, серьёзное разногласие, терпение, ярость, неприязнь, осадок столкновение, пустота, на работе = 51 с соседями, с семьёй общество, семейный = 8 несправедливо говорят, неприязнь к человеку, обе стороны не могут его разрешить правильно, не приходят к одному мнению, спор, ответить, нецензурная речь, драка, спор, ругань = 21 Раздражение, стресс, депрессия, ярость = 11

ственных и зарубежных источников обозначились такие конкретные типы межпоколенческого конфликта, как «осовремененные» взгляды бабушек и дедушек [5], преемственность и разрывы в традиции воспитании детей [6], религиозные убеждения [7], участие бабушек в воспитании внуков [8] и родительский стресс бабушек и дедушек, связанный с изменяющимся поведением подрастающих детей [9].

Одним из психолингвистических инструментариев изучения коммуникативного аспекта межпоколенного взаимодействия является свободный ассоциативный эксперимент (далее - САЭ) в вербальной форме, потенциал которого еще не до конца оценен специалистами. На наш взгляд, он дает возможность подойти к описанию действия глубинных социо- и психолингвистических механизмов, определяющих, в частности, характер меж-

поколенческого конфликта и позволяющих в определенной степени влиять на него.

Ассоциативный эксперимент был проведен со студентами Альметьевского филиала Института экономики, управления и права и их бабушками, дедушками. САЭ был модифицирован нами в один из видов проективной методики исследования личности, позволяющей снять самоконтроль «Я» и тем самым исследовать мотивацию личности в общении с представителями молодого или пожилого поколения. В качестве стимульного материала были предложены слова ГНЕВ, КОНФЛИКТ, ССОРИТЬСЯ, СЕМЬЯ, реакции на которые и их детальный анализ, по нашему мнению, позволят на последующих этапах исследования определить не только степень конфликтогенности отдельных вербальных единиц, но и траекторию (внутри и вне)семейных

Таблица 3

Лексико-семантическое наполнение АП ССОРИТЬСЯ

|_ О (О Действия, состояния и характеристики референта слова стимула Другие субъекты-участники ситуации Действия, состояния и характеристики др. субъектов -участников ситуации Возможные референты слова- стимула Чувства и эмоции

ССОРИТЬСЯ 2 ы У > X -5 2 > X ш Драка, крики, не сойтись мнении-ями, нет дружбы, полемика, одиночество, портить отношения, прощение, вина, мордобой, фиг-ня, война, драма, развод, недо-понимание, ругачка, слёзы, спор = 22 Друзья, парень, со всеми, с молодым человеком, с другом, знако-мые, с близкими людьми =13 Ругаться, кричать, драться, не дружить, погоречиться, разойтись во мнениях, портить отношения, игнорировать, вина, мириться, плохое воспитание, ударить, бить посуду = 28 Не люблю = 1 Обида, нервничать, недовольствие, безразличие, повышенный тон = 15

і_ о <л Действия, состояния и характеристики референта слова стимула Другие субъекты- участники ситуации Действия, состояния и характеристики др. субъектов -участников ситуации Чувства и эмоции

ССОРИТЬСЯ 1 бабушки/дедушки Нежелательно, драма, чтобы не ссориться с детьми, обижаться, выяснение, непонимание, недопонимание, слёзы, потеря аппетита, испорченное настроение, мелкий конфликт, помирились, возможность примирения, налаживать отношение, улаживать, сглаживать, незлопамятство, недоверие, ругаться, успокоительные, обида, раздор, взаимообвинение, дождь, грусть, затмение, ругаться = 45 семейная ссора, с соседями, с детьми = 6 не любить правду, воспринимать в штык, ругаться, разные взгляды, обижаться, выяснение, непонимание, жажда высказаться, спор, невзаимопонимание, выяснение отношений, выяснять отношения, конфликтовать, издеваться друг над другом = 28 Обида 2, нервозность, агрессия 2, раздражительность, плохое настроение, импульсивность 2 обижаться, равнодушие = 15

Таблица 4

Лексико-семантическое наполнение АП СЕМЬЯ

|_ о <л Действия, состояния и характеристики референта слова стимула Другие субъекты- участники ситуации Возможные референты слова- стимула Объекты- участ-ники ситуации Место ситу-ации События жизни референта слова-стимула и периоды времени

СЕМЬЯ и к У у X /и к у X ой Любовь, понимание, счастье, очаг, сон доброта, взаимопонимание, уважение, солнце, все хорошее, крепость, новый год, праздник, вера, покой дружба, идиллия, забота, уют, тепло, цветы, доброта, взаимопонимание, спокойствие, отстаивание своей позиции = 65 Мама, папа, дети, родители, братья, сестра, близкие люди, бабушка, родственники, дедушка, близкие, жена, предки, дядя, родные, муж, мамочка, папочка, племянники = 94 Я, моя любимая = 2 Еда, вкусная еда = 3 Дом, теплый дом = 13 Будущее = 2

I- О (0 Действия, состояния и характеристики референта слова стимула Другие субъекты-участники ситуации Чувства и эмоции Объекты- участники ситуации Место ситуации

СЕМЬЯ бабуш ки/дедуш ки Дружный, любящий, общие интересы, взаимопонимание , согласие, взгляды жены и мужа совпадают, уют, за семью стоять горой, все отдавать, забота, помощь, уважение друг друга в семье, уважение мужа и жены, устройство детей, понимание, забота, поддержка, воспитание детей, уважение, ячейка общества = 51 дети, внуки, «карчык»- старуха, жена, муж, родные, уважающий друг друга коллектив = 35 сильное переживание, страх потери жены, теплота, любовь, тепло, радость = 18 Очаг, домашний очаг = 5 Дом, домашний очаг = 7

вербальных взаимоотношений между поколениями. Выбор стимулов был предопределен результатом проведенного на подготовительном этапе исследования анкетированием разновозрастных испытуемых, в ответах которых эти слова были отмечены

как частотные. Представляется, что основой для описаний ассоциативного поведения представителей молодого (внуки/внучки) и пожилого (дедушки/бабушки) поколений послужит логика стереотипа, ценности, коренящиеся в опыте той социальной

группы, к которой относит себя испытуемый. Предположительно, семантическая категоризация будет основана как на содержательных (гностических) признаках, так и на эмоциональнооценочных, указывающих на дивергентные способности индивидов.

С психолингвистической точки зрения интересно лексикосемантическое наполнение отдельных секторов полученных ассоциативных полей (АП), позволяющее выявить некоторые экстралингвистические факты, закрепленные за вербальным стимулом в языковом сознании индивидов двух поколений. Значение слова ГНЕВ - «чувство сильного возмущения, негодования» [10, с. 109], «чувство сильного негодования, возмущения, раздражения» [11, с. 578] отражено в следующих выделенных нами лексико-семантических группах, или слотах (на основе схемы анализа, предложенной в [12, с. 108-119]). Орфография ответов испытуемых сохранена.

Из нижеприведённой таблицы 1 видно, что бульшая часть ассоциатов - 50 - находятся в группах, обозначающих чувства и эмоции, и 36 - действия, состояния и характеристики референта слова-стимула, так как у респондентов данной возрастной группы оно вызывает отрицательные образы и чувства. Такое численное соотношение, по нашему убеждению, вполне закономерно и логично: субъект речи - основное действующее лицо, выступающее к тому же выразителем определенного душевного, психического состояния и собственных эмоций. Следует согласиться с мнением исследователей, полагающих, что различные чувства и переживания (эмоции) являются, в частности, некоторым результатом деятельности (действий) субъекта, который включается в оценку этой деятельности и участвует в осуществлении её корректировки [13, с. 29].

У пожилых репондентов бульшая часть ассоциатов находится в группах, обозначающих действия, состояния и характеристики референта стимула. Это говорит о том, что люди старшего поколения более закрыты и менее эмоциональны, испытывают некоторый дефицит в общении: закрыться в себе, уйти в себя. Старое поколение чаще думает о здоровье: показательны реакции - негативные оценки самочувствия: болезнь, влияет на здоровье. Им свойственно избегать отрицательных эмоций, они склонны к всепрощению и сочувствию - Пусть Бог простит, Поживём увидим. Лексемы Ап отражают набор его разноуровневых характеристик - когнитивных, т.е. сенсорно-эмоциональных и словесно-речевых; метаязыковых, когда языковой код затрагивает глубинные представления индивида о мире; интенциональных, в которых актуальна смысловая регуляция некоторых аспектов жизнедеятельности.

Рассмотрим лексическое наполнение АП стимула КОНФЛИКТ (таблица 2) - «столкновение, серьёзное разногласие, спор» [10, с. 237], «столкновение между спорящими несогласными сторонами» [11, с. 1454]. В ответах двух возрастных групп на исходное существительное постоянно и в значительном количестве встречаются определения, обозначающие действия, состояния и характеристики референта слова стимула и действия - 64/51, состояния и характеристики др. субъектов - участников ситуации - 25/21. По-видимому, такое распределение в АП слова объясняется тем, что испытуемые предпочитают оперировать понятиями базового уровня и что доступ к таким понятиям в процессе переработки вербальной информации осуществляется легче. Н.И. Миронова ссылается на данные о том, что понятия базового уровня усваиваются раньше, чем суперординатные или субординатные. При этом специалисты в некоторой области знания обычно больше оперируют понятиями субординатного уровня, чем базового, поскольку усвоили больше признаков, различающих понятия именно этого уровня категоризации [12, с. 113].

Необходимо заметить, что в АП респондентов преклонного возраста в слоте «чувства и эмоции» преобладают отрицательные эмоции на слово-стимул КОНФЛИКТ: раздражение, стресс, депрессия, ярость и их настроение определяются усталостью, беспокойством или тревогой, беспомощностью, печалью и страхом. Перечисленные признаки эксплицитно и имплицитно противопоставлены друг другу; выявленные вербальные элементы эмоционально-оценочного комплекса отражают отношение говорящих к конфликту и само это явление.

Наполнение АП слова ССОРИТЬСЯ (таблица 3) - «вступать в отношения открытой взаимной неприязни; браниться, пререкаться, препираться» [10, с. 621], «вступать в ссору с кем-нибудь; браниться попрекая друг друга в чем-нибудь» [14, с. 471] представлено в следующих слотах. Кроме семантических групп действия, состояния и характеристики референта стимула и действия - 22/45, состояния и характеристики др. субъектов-участников ситуации - 28/28, в АП также представлена семантическая группа с обозначением чувств и эмоций - 15/15 ассо-

циатов, которая совпадает в обеих группах. В группе внуки/внучки для глагольного слова-стимула тематика реакций, связанных с объектами - участниками ситуации, примерно одинакова. Это близкие, друзья или знакомые; круг знакомых; окружающие -13. Для пожилой возрастной группы характерна смена ценностных ориентаций, когда на первый план все больше выходят экзистенциальные вопросы, но при этом прагматическая ориентация остается еще достаточно выраженной, нередко у людей преклонного возраста происходит как бы «внутренняя борьба» между размышлениями о неизбежном, вечном и стремлением «материально» подтвердить добрую память о себе [15, с. 576].

Рассмотрим имеющиеся в лексикографических источниках ЛСВ на слово СЕМЬЯ - «1. Группа живущих вместе близких родственников. 2. перен. Объединение людей, сплочённых общими интересами. 3. Группа животных, птиц, состоящая из самца, самки и детёнышей, а также обособленная группа некоторых животных или растений одного вида» [10, с. 580], «1. Группа людей, состоящая из родителей, детей, внуков и ближних родственников, живущих вместе. 2. Группа высших животных, состоящая из самца и одной или нескольких самок (зоол.)» [14, с. 146]. В отличие от других ассоциантов на данное слово многочисленны ответы представителей внуков/внучек, соответствующие ЛСВ-1 и ЛСВ-2 со значением субъектов-участников ситуации действия - 94, состояния и характеристики референта слова стимула - 65 (Таблица № 4). Менее объемными оказались слоты, соответствующие секторам АП: место ситуации - 13, объекты - участники ситуации - 3, возможные референты слова-стимула - 2, события жизни референта слова-стимула и периоды времени - 2. Такие особенности ассоциаций отражают естественное положение дел: каждый человек считает, что СЕМЬЯ это «малый коллектив», который включает в себя маму, папу, брата, сестру и т.д. и её членам для того чтобы существовать, необходимы понимание, взаимопонимание, любовь и пр.

В преклонном возрасте более наполненным оказалась группа: действия, состояния и характеристики референта слова стимула - 51, затем - другие субъекты-участники ситуации - 35. По-видимому, на данном жизненном этапе семья приобретает особую значимость: определенную оценку, с точки зрения В. Альперович, получают семейные отношения в формировании и самоопределении личности.

Фрагменты анализа полученного вербального материала данного исследования показывают, что особенности идентификации исходных слов определяют и ассоциативное поведение представителей молодого и преклонного групп, которое отображает результаты социализации первых и накопления и отчасти перенятия ими социокультурного опыта от вторых, а также стереотипизации, закреплённой за отдельными словами в некоторый временнуй отрезок. Вошедшие в ассоциативный материал реакции тематически связаны со словом-стимулом. За ними стоят разные аспекты ситуаций, коррелируемые в жизни современного носителя языка с референтом (денотатом) исходного слова. Самая общая схема (в иной терминологии - фрейм), по мнению Н.И. Мироновой, для некоторого объекта действительности содержит слоты, соответствующие элементам, выделенным в данном фрагменте опыта на основе взаимодействия человека с подобными объектами. Таковыми являются и могут быть участники ситуации, их характеристики и отношения между ними (их действия и состояния). Подобная общая (универсальная) схема действительно, в отличие от схем, создаваемых для анализа одного концепта, позволяет представить любую ситуацию действительности, она применима для анализа любых концептов, что значительно расширяет исследовательские возможности.

Имеющиеся в социологической и психологической литературе классификации общения бабушек/дедушек с внуками/внучками, на наш взгляд, искусственны и не учитывают динамики процессов межпоколенного внутрисемейного общения, зависящего от возраста, коммуникативных потребностей, близости проживания родственных представителей и частоты контактов между ними, сдвигов в нормах коммуникативного поведения в социуме и пр.

Экспериментальные данные позволяют определять ассо-циаты как стандартные (устойчивые) части лексических объединений, тематически организованных в языковом сознании людей непосредственно в коммуникативных целях. Показателен тот факт, что ассоциативное поведение участников преклонного возраста схоже в некоторых ситуациях с поведением молодого поколения отчасти еще и потому, что в силу сложившихся внутрисемейных традиций бабушки/дедушки вынуждены воспитывать своих внуков. Фактор возраста является ключевым в вербальном контактировании через поколение. К сожалению, воз-

можности представителей пожилого поколения в плане оказания помощи для социальной реализации детей и внуков уже не те, что были ранее, и они по-своему страдают от этого. В определенном смысле виновато в этом общество, которое больше рекламирует счастье молодых и очень мало «воспевает» особое счастье представителей старших возрастов. К сожалению, в современном российском социуме почти не развита «эстетика старости». Пожилые как бы стыдятся этой жажды жизни, особенно в ходе демонстрации своего, скорее всего, показного пренебрежения к повседневным атрибутам семейного бытия. Получается, что молодежь, еще не насытившаяся радостями жизни, реализует их довольно демонстративно, а люди преклонного возраста так же демонстративно убеждают себя и окружающих, что им эти радости уже якобы не интересны. Недаром еще Ф. Ларошфуко остроумно заметил: «Старики потому так любят давать хорошие советы, что уже не способны подавать дурные примеры» (цит. по: [15]).

Социально-культурные нормы и прошлый опыт старшего поколения в определенном смысле претерпели девальвацию. Если два-три десятилетия назад в России в межпоколенных отношениях предполагалась полная преемственность и заимствование опыта старшего поколения, то в постперестроечное время молодежь выступает как доминирующий субъект межпоко-ленного взаимодействия и оказывает значительное влияние на среднее и пожилое поколения россиян. Социально-экономические и духовно-культурные перемены, смена шкалы ценностей в обществе усиливают ощущения межпоколенных различий (в т.ч. вербальных) и изменение аксиологических норм, получающие подтверждение и в эмпирических материалах.

Правомерно предположить, что все наиболее стереотипные (социально значимые) вербальные ассоциации возникают и закрепляются в языковом сознании людей в значительной мере под влиянием текстов как естественный итог постоянного существования человека не только в мире вещей и подобных себе субъектов (прежде всего - био- и социосферах), но и в мире слов (лин-гвосфере), чувств и эмоций (психосфере), разума и мыслей (ноосфере). Язык существует не сам ради себя, он только закрепляет те продукты процессов познания, которые необходимы для адаптации к естественной и социальной среде. Это хорошо прослеживается через лингвокультурные межпоколенные (возрастные) различия, закрепляемые в языке (в том числе и вербальных ассоциациях): один и тот же объект может восприниматься в разных ракурсах; те или иные признаки одного и того же объекта могут иметь весьма различающиеся уровни актуальности для представителей разных лингвокультур, но единым остаётся следующий универсальный принцип: познание мира идет параллельно с овладением речью (даже немного раньше) и происходит это, с одной стороны, по законам психической деятельности, а с другой, - под контролем выработанных в культуре способов категоризации и видения мира, социально выработанных норм и оценок (А.А. Залевская).

Так, данный эксперимент позволяет очертить круг активно используемых современными носителями русского языка - представителями разных поколений - слов и словосочетаний для жанров повседневного общения, выделив в нем наиболее употребительные речевые единицы. Вербальные ассоциаты могут

квалифицироваться не как пассивное отражение некоего содержания сознания, а выражение коммуникативного намерения реципиента. По мнению Э.А. Салиховой, «ассоциативное значение слова отражает его коммуникативный потенциал - то, что обусловливает способность слова участвовать в общении в качестве элемента высказывания» [16, с. 9]. Ассоциативно-вербальная сеть является отображением уникальных моделирующих способностей вербальной памяти «усредненного» индивида как носителя языка, принадлежащего к определённому поколению, и является моделью знаковой языковой системы, указывающей на образы сознания коммуникантов - образы, достаточные для взаимопонимания.

Социальное самочувствие отражается в общение между поколениями, для которых свойственны как конфликтные формы, так и сотрудничество и взаимопомощь, особенно на внутрисемейном уровне. Если в советское время типичными можно было считать разговоры о разных формах материальной помощи со стороны пожилых молодым («бабушка внесла первый взнос за кооперативную квартиру для внучки»), то в постсоветское время динамика материальных трансфертов изменилась, что отражается на коммуникативном уровне («с таким богатеньким внуком и пенсия не нужна»; «племянник пристроил родителей в свою фирму и зарплату им платит по полной» - из разговоров людей пенсионного возраста). Таким образом, для воссоздания вербального взаимодействия поколений в сегодняшней России важно учитывать динамику их социального статуса, даже стратегию экономического поведения, проявляемых в выборе лексики у тех и других. Для поколения бабушек/ дедушек свойственен сленг 50-70-х годов прошлого века, для внуков - сленг постперестроечного времени, использование соответствующих обозначений лингвокультурных реалий. При этом, как верно отмечает А.А. Залевская, целостность человека (взаимодействие его тела и разума, невозможность отрыва продуктов перцептивных и когнитивных процессов от эмоционально-оценочных переживаний, постоянная опора на знание о том, как устроен мир, чего можно ожидать в той или иной ситуации, к чему могут привести те или иные действия и т.д.) и постоянная включённость индивида в те или иные естественные и социально-культурные «контексты» обеспечивают возможность т.н. эмер-жентности, благодаря которой на пересечении трех фундаментальных осей - ИНДИВИД (личность), ФИЗИЧЕСКИЙ МИР (естественный мир), Социальный мир (культура) - возникает СМЫСЛ, не являющийся простой суммой значений слов, посредством которых можно было бы описать некоторое событие.

Иначе говоря, главное при исследовании процесса идентификации слова представителями разных поколений важен не сам по себе факт наличия или отсутствия у предъявляемого слова некоторого вербального (т.е. «материализованного», «внешнего») контекста в его традиционной трактовке, а ориентация на выявление действий и операций, а также вербальных и невербальных опор, обеспечивающих выход индивида на глубинные связи и отношения, образы и обобщения, признаки и признаки признаков объектов, ситуаций и т.п., благодаря чему происходит идентификация слова как понимание/переживание смысла, на который указывает (или намекает) предъявленное в эксперименте слово.

Библиографический список

1. Kennedy, G.E. Quality in grandparent /grandchild relationships. // International Journal of Aging and Human Development. - 1992.

2. Harwood, J. Comparing grandchildren's and grandparents' stake in their relationship. // International Journal of Aging and Human Development

- 2001. - Vol. 53.

3. Roberto, K., Stroes, J. Grandchildren and grandparents: Roles, influences, and relationships. // International Journal of Aging and Human Development. - 1992.

4. Жельвис, В.И. Инвективная агрессия в ряду эмотивных средств // Социальная психолингвистика. Хрестоматия. - М., 2007.

5. Aldous, J. New views of grandparents in intergenerational context // Journal of Family Issue. - 1995. - January 16 (1).

6. Campbell, J.&Gilmore, L. Intergenerational continuities and discontinuities in parenting styles // Australian Journal of Psychology. - 2007. -December 59(3).

7. Copen, C.&Silverstein, M. Transmission of religious beliefs across generations: Do grandparents matter? // Journal of Comparative Family Studies. - 2007. - Autumn 38(4).

8. Gattai, F.B.&Musatti, T. Grandmothers' involvement in grandchildren's care: Attitudes, feelings, and emotions. // Family Relations. - 1999. -48(1).

9. Harrison, K., Richman, G.& Vittimberga, G. Parental stress in grandparents versus parents raising children with behavior problems. // Journal of Family Issues. - 2000. - March. 21(2).

10. Ожегов, С.И. Словарь русского языка. - М., 1989.

11. Толковый словарь русского языка: в 4 т. / под ред. Д.Н. Ушакова. - М., 1994. - Т. 1.

12. Миронова, Н.И. Ассоциативный эксперимент: методы анализа данных и анализ на основе универсальной схемы // Вопросы психолингвистики. - 2011. - № 2(14).

13. Путляева, Л.В. О функциях эмоций в мыслительном процессе // Вопросы психологии. - 1979. - № 1.

14. Толковый словарь русского языка: в 4 т. / под ред. Д.Н. Ушакова. - М., 1994. - Т. 4.

15. Альперович, В. Социальная геронтология. - Ростов-на-Дону, 1997.

16. Салихова, Э.А. Моделирование процессов овладения и пользования психологической структурой значения слова. - Уфа, 2012.

Bibliography

1. Kennedy, G.E. Quality in grandparent /grandchild relationships. // International Journal of Aging and Human Development. - 1992.

2. Harwood, J. Comparing grandchildren's and grandparents' stake in their relationship. // International Journal of Aging and Human Development

- 2001. - Vol. 53.

3. Roberto, K., Stroes, J. Grandchildren and grandparents: Roles, influences, and relationships. // International Journal of Aging and Human Development. - 1992.

4. Zheljvis, V.I. Invektivnaya agressiya v ryadu ehmotivnihkh sredstv // Socialjnaya psikholingvistika. Khrestomatiya. - M., 2007.

5. Aldous, J. New views of grandparents in intergenerational context // Journal of Family Issue. - 1995. - January 16 (1).

6. Campbell, J.&Gilmore, L. Intergenerational continuities and discontinuities in parenting styles // Australian Journal of Psychology. - 2007. -December 59(3).

7. Copen, C.&Silverstein, M. Transmission of religious beliefs across generations: Do grandparents matter? // Journal of Comparative Family Studies. - 2007. - Autumn 38(4).

8. Gattai, F.B.&Musatti, T. Grandmothers' involvement in grandchildren's care: Attitudes, feelings, and emotions. // Family Relations. - 1999. -48(1).

9. Harrison, K., Richman, G.& Vittimberga, G. Parental stress in grandparents versus parents raising children with behavior problems. // Journal of Family Issues. - 2000. - March. 21(2).

10. Ozhegov, S.I. Slovarj russkogo yazihka. - M., 1989.

11. Tolkovihyj slovarj russkogo yazihka: v 4 t. / pod red. D.N. Ushakova. - M., 1994. - T. 1.

12. Mironova, N.I. Associativnihyj ehksperiment: metodih analiza dannihkh i analiz na osnove universaljnoyj skhemih // Voprosih psikholingvistiki.

- 2011. - № 2(14).

13. Putlyaeva, L.V. O funkciyakh ehmociyj v mihsliteljnom processe // Voprosih psikhologii. - 1979. - № 1.

14. Tolkovihyj slovarj russkogo yazihka: v 4 t. / pod red. D.N. Ushakova. - M., 1994. - T. 4.

15. Aljperovich, V. Socialjnaya gerontologiya. - Rostov-na-Donu, 1997.

16. Salikhova, Eh.A. Modelirovanie processov ovladeniya i poljzovaniya psikhologicheskoyj strukturoyj znacheniya slova. - Ufa, 2012.

Статья поступила в редакцию 27.12.12

УДК 16.21.51

Tatarnikova O.N. Anthroponym IVAN IN RUSSIAN FOLKLORE: A COMPARATIVE ANALYSIS OF RUSSIAN FOLK TALES AND PROVERBS. In the present article author considered the lexical meaning of name Ivan which makes use in the fairy tales and in the proverbs. In particular, such morpheme as suffix is analysed to aspect of significances.

Key words: name, Ivan, linguistic world concept, fairy tale, proverb, suffix.

О.Н. Татарникова, аспирант Алтайского гос. университета, г. Барнаул, E-mail: tatoksana@yandex.ru.

АНТРОПОНИМ ИВАН В РУССКОМ ФОЛЬКЛОРЕ: СРАВНИТЕЛЬНЫЙ АНАЛИЗ РУССКИХ НАРОДНЫХ СКАЗОК И ПОСЛОВИЦ

В статье сравнивается лексическое значение антропонима Иван в русских народных сказках и пословицах. Рассмотрена такая формообразующая единица, как суффикс, определяющий значение имени в той или иной ситуации. Описываются общие черты и различия в употреблении антропонима в фольклорных жанрах.

Ключевые слова: имя, Иван, языковая картина мира, сказка, пословица, суффикс.

ности и не может быть в полном объеме, исчерпывающе и «до конца» отражена языком, но к описанию определенной ментальной структуры, находящей свое полное, исчерпывающее и адекватное выражение в слове, которое ее именует» [1, с. 25].

На рис. 1 представлена модель полисемичности сказочного имени. Лексического значение полного личного имени Иван, широко представленного в русских народных сказках, включает в себя все значения, которые имеют суффиксальные образования, существующие и дополняющие друг друга в рассматриваемом жанре.

Нами был проведен анализ сборника русских народных сказок О.Б. Алексеевой, состоящий из 100 волшебных сказок, в результате которого выявлено, что антропоним Иван встречается в 41 сказке из 100 (41%).

В русских народных сказках показательна система наименования (называния) героев. Она представлена во всем многообразии, свойственном русской языковой картине мира. Важность называния людей безусловна. В сказках отображаются принципы называния, свойственные общеязыковой

-----Иван системе: будь то имя (Иван), либо имя + отчество

(Иван Быкович), либо какой-то иной принцип (Иван-горошко).

Условно антропоним Иван можно разбить на четыре группы: а) «имя» (Иван, Ивашка), б) «имя + отчество» (Иван Быкович, Иван Водо-вич), в) «имя + фамилия» (Иван Кобыльников, Иван Дорогокупленный), г) «составное имя» (Иван-ца-ревич, Иван-молодец). В рамках данной статьи мы рассмотрим личное имя с его суффиксальными модификациями и сравним полученные результаты с моделью называния в пословицах.

Русские народные сказки и пословицы - фольклорные жанры. Главная их характеристика с позиции лингвокультурологии заключается в том, что в них собрана народная мудрость, мировоззрение народа, представлена русская языковая картина мира.

Анализируя фольклорные жанры, мы наблюдаем употребление одних и тех же имен - этот факт говорит о значимости имени собственного и о том, что его выбор народными сказителями не может объясняться случайностью. Бытование определенного имени в одной традиции на протяжении веков, переходящего, например, из одной сказки в другую, обеспечивает передачу культурных моделей по временной цепи. Обращаясь к личному имени в сказках, «мы стремимся не к описанию некоторой «вещи», которая относится к экстралингвистической реаль-