Оппозиционные модели, символы в осетинской религиозно- мифологической традиции: концепт «Нымжц» (число)

УДК 811.221.18

М.С. Дзедаева*

ОППОЗИЦИОННЫЕ МОДЕЛИ, СИМВОЛЫ В ОСЕТИНСКОЙ РЕЛИГИОЗНО-МИФОЛОГИЧЕСКОЙ ТРАДИЦИИ: КОНЦЕПТ «НЫМЖЦ»

В статье на материале Нартского эпоса раскрывается значение числа как параметра описания модели мира, получившее национальную трактовку в осетинской фольклорной картине мира. Вышвляются бинарные оппозиции символических структур репрезентантов кртк «три» и авд «семь» в рамках осетинской религиозно-мифологической традиции.

Ключевые слова: число, номинатор, концепт, когнитивный признак, символизм

С древнейших времен числа служили средством описания миропорядка и ориентации в нем человека, им приписывали скрытый смысл и магическую возможность влияния на все окружающее. Числа считались неотъемлемыми характеристиками всех существ и предметов: они управляли не только физической гармонией и законами жизни, пространством и временем, отношениями с Богом, который понимался как Мировое единство, Высшая Истина, но и трактовались как божественные символы Вселенной, основа представлений о мироздании, символ гармонии и порядка в противовес Хаосу [7, с. 629].

В архаичных традициях числа описывали ситуации, которым придавалось сакральное значение. Тем самым число становилось образом мира и отсюда — средством для его периодического восстановления в циклической схеме развития для преодоления хаотических тенденций [7, с. 630]. Также числу придавалось сакральное «кос-мизирующее» значение: фиксировать параметры образа мира, с одной стороны, и служить матрицей для его периодического восстановления в циклической системе развития — с другой.

Роль числа наиболее значима в тех культурах, тексты которых базируются на развитом классификационном принципе, согласно которому все объекты (особенно сакрально значимые) связаны друг с другом определенной системой иерархических отношений [7, с. 630].

Концепт «число» в языковой картине мира объективирует один из наиболее известных классов знаков, ориентированный на качественно-количественную оценку элементов особого числового кода, с помощью которого описывается мир. Все сущее в проявленном мире отличается количеством и качеством, то есть числом.

Все числа происходят от единицы. Далее число все глубже погружается в материю, усложняющиеся процессы, «мир». Первые десять цифр рассматриваются как духовные образования: это сущности, архетипы и символы. Остальные — продукт комбинации основных чисел. Базовые универсалии обнаруживаются и в западной, и в восточной культурах. Современная символическая логика возвращается к идее количественного измерения как основы качественного [7, с. 632].

* © Дзедаева М.С., 2016

Дзедаева Марина Суликоевна (vikris-0507@mail.ru), кафедра английской филологии и иностранных языков факультета лингвистики, Северо-Осетинский государственный педагогический институт, 362003, Российская Федерация, г. Владикавказ, ул. Карла Маркса, 36.

На материале Нартского эпоса были зафиксированы значение числа как параметра описания модели мира и универсальные числовые коды, получившие национальную трактовку в осетинской фольклорной картине мира. Нартский эпос как совокупность преданий сказаний (авторство которого приписывают себе одновременно несколько народов Северного Кавказа) — это древний и архаичный по типологии эпос, построенный на мифологической подоснове. Нартский эпос создавался скифо-сармато-аланскими и местными кавказскими племенами с УШ—УП вв. до н. э. до ХШ—ХГУ вв. н. э. [2, с. 66].

Формирование и развитие эпоса возможно не только под действием объективной действительности, но также в силу внутренних закономерностей, составляющих необходимый компонент национальной специфики. Мельчайшие изменения содержательной стороны текста, связанные с заимствованием или инокультурным влиянием, вписываются во внутреннюю канву жанра повествования, обрастая национальным колоритом.

В данной статье на материале Нартского эпоса (НЭ) выявляются бинарные оппозиции числовой символики в осетинской фольклорной картине мира.

Число три (арта) практически во всех религиозных традициях имеет особое, священное значение, ассоциирующееся с жизнью, явлением абсолюта в акте творения (преодоления единичной замкнутости и двойственности), продолжением рода — от союза мужчины (единица) с женщиной (двоица) рождается ребенок (триада) [6, с. 69].

Число три связано с тремя важнейшими категориями жизни осетин: Хуыцау — Бог, хур — солнце и захх — земля. Когнитивные признаки актулизируются в концепте «число» через божественную символику «слеза», «святилище» и «голубка»: «Хуыцау араппарста Батрадзы малаты фадыл жртж цассыджы, кам архаудтой, уым февзарди жртж кувандоны — Таранджелос, Мыкалгабырта ама Реком» [НЭ]. Бог оплакал Батраза и пролил три слезы, где слезы упали, появились три святилища — Таранджелос, Мыкалгабырт и Реком; «Жма жртж ахсинаджы йа хъулай атахт» [НЭ]. И взлетели три голубки из его альчика; «Балас ныррухс и, ама йыл бады жртж хсинаджы» [НЭ]. Дерево (золотая яблоня) озарилось, и при свете увидели они три голубки, сидящих на нем; «Уыцы афон Уастырджы ратахт йе ртыкъахыг бахыл» [НЭ]. В этот час появился Уастырджи на трехногом коне; «Уаиган йа тых йа ныфс ама уд сты хохы фидары; уым болат лагъзы мидагис жртж баалоны. Уыдонай иу у йа тых, дыккаг йа ныфс, юртыккаг та йа уд» [НЭ]. У великана его сила воля и душа спрятаны в горе, там в железном сундуке сидят три голубя: один — его сила, второй — его воля, третий — его душа. Голубки — это существа-медиаторы, проводники древней космогонии, объединяющие все три мира.

В осетинской религиозной традиции молитва к Богу произносится с тремя пирогами круглой формы (чъири). Круг символизирует землю, бесконечности и законченность. Три пирога означают прошлое настоящее и будущее: «Куваггаг та уыд жртж гуыдыны ама галлы сгуы» (НЭ). Для обращения к Богу у них было три лепешки и рог быка; «Кастарта жртж чъирийы арбахастой куывынма» [НЭ]. Младшие принесли три пирога для обращения к Богу; «Жртжйж хуыцауан кувынц [поговор.]. Трое Богу молятся; «Жрта к ардзинима дзуары хуылфма цауын» [ФЕ]. С тремя пирогами к святилищу ходить.

Поскольку на пиры-моления в доме Алагата (НЭ) обычно собирались хорошо известные «три (группы) нартов», или «три нартовских (рода)» — Алагата, Ахсартаг-гата и Бората, следовательно, они входили в число «семи (групп) нартов»: «Араст сты Жрта Нарты фасивасивад, Уырызмаг са разай» [НЭ]. Отправились молодые нарты из Трех Нартов, возглавляемые Урызмагом; «Жрта Нарты ныхасы бадынц ама тархон канынц» [НЭ]. Заседают старейшие Трех Нартов на совете; «Мртж хаты хуыцау дар хатыр каны» [послов.]. Три раза и Бог прощает; «Нартан жртж фаткан баззад: царды хъуыддаджы, куысты ама фынгыл дар» [НЭ]. Нарты унаследовали три традиции — поведение в жизни, в делах и в ведении стола.

Семь (авд) — священное число, символ божественности. Мир, по представлениям осетин и других индоевропейских народов, по вертикали делится на три части: верхнюю, где обитают боги и птицы, среднюю, где живут люди, а также дикие и домашние животные, и нижнюю, где обитают злые духи, рептилии и пр. Верхний и нижний миры, согласно осетинской мифологии, делятся на семь частей. Именно число «семь» характеризует культ семи богов у осетин и общую идею Вселенной. Влияние семичастного деления отразилось на мировой оси. Авд Дзуары («семь божеств») сочетает в себе семь божеств Афсати, Донбеттыр, Реком, Фалвара, Уас-тырджы, Уацилла, Тутыр. Согласно верованием осетин, Авд Дзуары живет на небе, но иногда появляется на земле, но не в своем образе — образе небожителя, который осетинской мифологией не описан, а в образе ярко светящейся птицы с большими крыльями. От Авд Дзуара зависит урожай хлебных злаков, увеличение поголовья домашнего скота и его защита от болезней, благополучие людей [1, с. 7].

Такая религиозная символика осетин имеет мифологические истоки: «Цтугт цту-ын арвыл авд Уастырджы тмт авд Елийы ауыдта» [НЭ]. Во время пути увидел он в небе семь Уастырджы и семь Елийя; «Агуындтйы чындздзон утрдон уыдис твзисттй №М№ дзы ифтыгъд уыдис авд стрджын стджы — Жфсатийы лтвтр» [НЭ]. Во время свадьбы арба Агунды была запряжена семью большеголовыми оленями — подарок Афсати; «Цы стъалыты гуппар хонынц, уыдон ктддтр уыдысты авд хойы. Звезды, которые самые яркие на небе, когда-то были семью сестрами.

В осетинской демонологии утйыг — «великан» — имеет семь голов авд стры. Эпитет ваигов авдсс рон «семиглавый» в ряде нартовских сказаний превратился в имя собственное этих существ. Нередко великаны выступают группами по семь. По-видимому, семь ваигов в осетинской мифологии предстают в качестве антагонистов Семи богов. А сам факт их противопоставления свидетельствует о наличии в религиозных воззрениях древних осетин элементов дуализма, для которого свойственно противопоставление светлого и темного начал, поэтому семь демонов были покровителями «семи мраков»: «Авд утйыджы цардысты, иу иннтмтй тынгдтр» [НЭ]. Семь уаигов, один другого сильней, жили вместе; «Авд дтлдзтхы ныххауын» [ФЕ]. Упасть в преисподнюю до седьмого уровня; «Авд дтлдзтхы бын» [ФЕ]. Быть за седьмым уровнем загробного мира; «Быдыр нт бауртдтт Байстдтды Цалх тмт йт Сослан ралгъыста авд азтй фылдар дсе пайда ма уад» [НЭ]. Поле не остановило огненное колесо, и Сослан проклял его, чтобы более семи лет с него не было проку.

Таким образом, семичастное деление верхнего и нижнего миров и их обитателей — божественных и демонических сил — характерно для осетинской мифологии. Такие представления о семичастном делении мира восходят к арийским представлениям, которые распространились у осетин и на социум: «Буртфтрныгтн уыди авд хътуы» [НЭ]. У Бориати Борафарнуга было семь селений.

Семичастное деление нашло отражение и в ряде других фактов этнографии и мифологии осетин. В Нартском эпосе осетин упоминаются Авд Нартт / Авд Нарт, или Авд Нарты — «семь (групп) нартов». Нартовское общество делилось на семь групп; в нартовском селении было семь общественных мест для собраний — авд ныхасы; в большом доме рода Алагата нарты пируют, сидя в семь рядов: «Авд Ныхасмт рахас-той хъуыддаг, Авд Ныхасы йыл фтттрхон кодтой, утддтр ництуыл ахицтн сты» [НК]. Дело о делении наследства было отдано на рассмотрение семи Ныхасам, но и семь Ныхасов не смогли решить его; «Урызмаджы сбадын кодтой утле авд ртгъы стр, алы рагъыл дтр йтм дтттынц авд нуазтн» [НК]. Во время пира Урызмага посадили во главе семи столов и с каждого стола подали ему семь кубков. Нарты жили в родовых башнях, которые были преимущественно семиэтажными: Раттрртст кодта тмт раст Уырызмтг тмт Сатанайы авд тддтгутлт мтсыджы стр стмбтлд [НК]. Запрыгнул и оказался прямо на крыше семиэтажной башни Урызмага и Сатаны [НЭ].

Факт совмещения в рамках осетинской религиозно-мифологической традиции семи-и трехчастного деления социума позволяет предположить, что сакрализации у осетин числа «семь» произошла в результате объединения троичной и четверичной числовых характеристик Вселенной в представлениях древних осетин: по горизонтали мир делится на четыре стороны света, а по вертикали — на три (верхний, средний и нижний миры). Средний мир не подвергся делению на семь частей по вертикали, так как в этой сфере следует принять во внимание, что со средней частью мировой оси соотносились родовые или аульные башни осетин [6, с. 115].

Таким образом, символические структуры репрезентантов арта «три» и авд «семь» включают положительные и отрицательные аспекты. Бинарные оппозиции отражают: 1) дуалистические представления осетин о существовании божественного пантеона и демонария; 2) оппозицию кувдового и поминального символических представлений («жизнь» — «смерть»); 3) противоборство позитивных и негативных сил — положительные и отрицательные мифологические и сказочные герои; 4) структуру верхнего и нижнего миров.

Библиографический список

1. Абаев В.И. Избранные труды: Религия, фольклор, литература. Владикавказ: Ир, 1990. 640 с.

2. Дзадзиев А.В., Дзуцев Х.В., Караев С.М. Этногафия и мифология осетин. Владикавказ, 1994. 284 с.

3. Крылов А.Б. Религия и традиция абхазов (по материалам полевых исследований 1994— 2000 гг.): монография. М., 2001. С. 68-70.

4. Магкеева Л. Последние из Арктогеи-Арсии. Владикавказ: Изд-ко-полиграф. предприятие им. В. Гассиева, 2009. 752 с.

5. Концептосфера внутреннего мира человека // Введение в когнитивную лингвистику: учебное пособие / З.Д. Попова, И.А. Стернин, В.И. Карасик [и др.]. Кемерово: ИПК «Графика», 2004. С. 128-177 (Серия «Концептуальные исследования». Вып. 4).

6. Тамерьян Т.Ю., Дзедаева М.С. Числовой код осетинской лингвокультуры: монография. Владикавказ: Изд-во СОГУ, 2011. 172 с.

7. Топоров В.Н. Числа // Мифы народов мира. Энциклопедия. М.: Советская энциклопедия, 1988. Т. 2. C. 629-631.

References

1. Abaev V.I. Izbrannye trudy: Religiia, fol'klor, literatura [Selected works: Religion, folklore, literature]. Vladikavkaz: Ir, 1990. 640 p. [in Russian].

2. Dzadziev A.V. Dzutsev H.W, Karaev S.M. Etnogafiia i mifologiia osetin [Ethnography and mythology of the Ossetians]. Vladikavkaz, 1994. 284 p. [in Russian].

3. Krylov A.B. Religiia i traditsiia abkhazov (po materialam polevykh issledovanii 1994—2000 gg.): monografiia [Religion and tradition of the Abkhazians (based on the field researches of 19942000-ies): monograph]. Moscow, 2001. P. 68-70 [in Russian].

4. Magkeeva L. Poslednie iz Arktogei-Arsii [Last of Arktogei-Arsii]. - Vladikavkaz: Izd-ko-poligraf. predpriiatie im. V. Gassieva, 2009. 752 p. [in Russian]

5. Kontseptosfera vnutrennego mira cheloveka [Sphere of concepts of the inner world of a person]. In: Popova Z.D., Sternin I.A., Karasik V.I., Kretov A.A., Boriskina O.O., Pimenov E.A., Pimenov M. V. Vvedenie v kognitivnuiu lingvistiku: Uchebnoe posobie [Introduction to cognitive linguistics: schoolbook]. Kemerovo: IPK «Grafika», 2004. P. 128-177 (Series «Conceptual Studies». Issue 4) [in Russian].

6. Tameryan T.Yu., Dzedaeva M.S. Chislovoi kod osetinskoi lingvokul'tury: monografiia [Numeric code of Ossetian linguoculture: monograph]. SOGPI, Vladikavkaz, Izd-vo SOGU, 2011. 172 p. [in Russian].

7. Toporov V.N. Chisla [Numbers]. In: Mify narodov mira. Entsiklopediia [Myths of nations of the world. Encyclopedia]. M.: Sovetskaia entsiklopediia, 1988, Vol. 2. P. 629-631 [in Russian].

M.S. Dzedaeva*

OPPOSITIONAL MODELS, SYMBOLS IN THE OSSETIAN RELIGIOUS MYTHOLOGICAL TRADITION: CONCEPT «NYM^TS»

In the article on the Nart sagas material the value of a number as a parameter describing the model of the world that has received national treatment in the Ossetian folk picture of the world is disclosed. The binary oppositions of the symbolic structures of reprezentantives wrtw «three» and авд «seven» are identified in the framework of the Ossetian religious and mythological traditions.

Key words: number, nominator, concept, cognitive feature, symbolism.

Статья поступила в редакцию 11/VIII/2016.

The article received 11/VIII/2016.

* Dzedaeva Marina Sulikoevna (vikris-0507@mail.ru), Department of English Philology and Foreign Languages of the Faculty of Linguistics, North Ossetian State Pedagogical Institute, 36, Karl Marx Street, Vladikavkaz, 362003, Russian Federation.