От стрит-арта до Лувра

Косметические компании все чаще сотрудничают с представителями мира искусства. Художники и фотографы создают флаконы для кремов и духов, а бьюти-бренды придумывают ароматы, посвященные музейным шедеврам, и спонсируют художников. От просто коммерческого партнерства многие переходят к проектам, которые можно причислить к инициативам. По крайней мере в популяризации искусства.

Вы когда-нибудь задумывались, чем могла бы пахнуть Венера Милосская? Или что за аромат витал в комнате, которую изобразил Энгр на полотне «Большая одалиска»? Свой ответ предложили музейщики с парфюмерами — несколько месяцев назад Лувр совместно с парижским бредом Buly 1803 выпустили линию Du Musee Au Parfum: в ней есть духи, парафиновые свечи и мыло.

Для создания уникальной по своей сути линии пригласили восемь парфюмеров, дали им полную свободу и возможность прогуляться по пустому музею. В итоге было выбрано восемь шедевров, для каждого из которых был создан свой аромат.

Так, картина Томаса Гейнсборо «Беседа в парке» стараниями парфюмера Доротеи Пиот приобрела аромат розы, бергамота и перечной мяты (а чем еще может пахнуть невинный разговор двух молодых аристократов?).

Куда более откровенная «Большая одалиска» Жана Огюста Доминика Энгра благоухает ладаном, розовым перцем и мускусом. Аромат для нее создала парфюмер Домитиль Мишалон-Бертье. Наверное, самая известная ню Энгра — «Купальщица Вальпинсона», ее перевела на язык ароматов Даниэль Андриер. Она стремилась передать не просто запах женщины после купания, а впечатление от картины целиком: ощущение наготы (совершенно естественной, без намека на непристойность) и свежего белья.

Лучше всего для этого подошли ноты лемонграсса, нероли, лаванды, флердоранжа, ириса, ладана и пачулей.

Парфюм, посвященный Нике Самофракийской, благоухает миррой, бергамотом, жасмином, магнолией и туберозой — их смешала Алиенор Массне. Аромат с нотами розовых ягод, вербены и кедра Сидони Лансер сопоставила с картиной «Иосиф-плотник» кисти Жоржа де Латура. Сочетание запахов лилии и мускуса выбрала Дельфин Лебо-Кровиак, чтобы передать чувственность персонажей Жана-Оноре Фрагонара в эротической сценке «Задвижка». Мраморная «Нимфа со скорпионом» Лоренцо Бартолини — это микс из жасмина, гелиотропа, мускуса и миндаля, который создала Анник Менардо. Честь переосмыслить Венеру Милосскую выпала Жан-Кристофу Эро, и он наделил богиню ароматом, в котором соединились мандарин, жасмин, амбра и древесные ноты.

Другие свежие арт-партнерства косметических марок

Фото: Дмитрий Лебедев, Коммерсантъ

Флакон нового аромата Diamond In Sky от HFC украшен рисунком Меган Хесс: ей принадлежат иллюстрации для книги «Секс в большом городе» и контракты с модными брендами уровня Cartier, Fendi, Prada и Dior. Лимитированную коллекцию помад Maybelline New York разрисовала Эшли Лонгшор — художница, которая создала серию портретов для бренда Diane von Furstenberg и чьи работы можно найти в Elle и Vogue.

Новые парные ароматы Emanuel Ungaro — мужской и женский — выпущены во флаконах, похожих на баллончики с краской, с рисунками в стиле граффити. Такой дизайн для них придумал парижский художник стрит-арта Chanoir. Арт-партнерства не ограничиваются разработкой упаковки и флаконов. Дизайн контейнера, в котором марка премиальной косметики La Prairie выпускает лифтинг-сыворотку для кожи вокруг глаз Skin Caviar Eye Lift, ничем не выдает связи с искусством, тем не менее ее представили на арт-ярмарке Cosmoscow. Вместе с новинкой в Москву привезли фотоработы трех швейцарских художниц. Далее выставка под патронажем бренда отправилась в Германию, Францию, Великобританию и домой — в Швейцарию.