Россия-Евразия как особый культурно-географический мир в теоретическом наследии классического евразийства

Библиографический список

1. Юнг, К.Г. Структура психики и архетипы. - М., 2009.

2. Кэмпбелл, Д. Тысячеликий герой. - М., 1997.

3. Beebe, J. Evolving the eight-function model // Bulletin of Psychological Type - 2005. -Winter 28, 4: 34-39.

4. Марк, М. Герой и бунтарь. Создание бренда с помощью архетипов / М. Марк, К. Пирсон; пер. В. Домнина, А. Сухенко. - СПб., 2005.

5. Чернышев, А.В. Русские архетипы в брендинге и эффективность рекламы: автореф. дис. ... канд. социол. наук. - Нижний Новгород, 2011.

6. Перевозкина, Ю.М. / Построение конструкта для изучения доминантного архетипа / Ю.М. Перевозкина, Н.В. Дмитриева, С.Б. Пере-возкин, Т.В. Рюмина, О.Б. Ганпанцурова // Сибирский педагогический журнал. - 2013. - № 3.

7. Биркхойзер-Оэри, С. Мать: Архетипический образ в волшебных сказках. - М., 2006.

8. Болен, Дж. Ш. Старшие богини. Новая психология женщины. Архетипы богинь. - М., 2008.

9. Перевозкина, Ю.М. Структурные трансформации психосемантических мифологических пространств личности (на примере славянской культуры) / дис. канд. психол. наук. - Новосибирск, 2009.

10. Короленко, Ц.П. Проституция: психология, психотерапия. / Ц.П. Короленко, Н.В. Дмитриева - М., 2013.

11. Дмитриева, Н.В. Категориальные оси восприятия рекламы / Н.В. Дмитриева, Ю.М. Перевозкина, С.Б. Перевозкин, М.С. Осколкова // Управленец. - 2013. - № 3(43).

Bibliography

1. Yung, K.G. Struktura psikhiki i arkhetipih. - M., 2009.

2. Kehmpbell, D. Tihsyachelikiyj geroyj. - M., 1997.

3. Beebe, J. Evolving the eight-function model // Bulletin of Psychological Type - 2005. -Winter 28, 4: 34-39.

4. Mark, M. Geroyj i buntarj. Sozdanie brenda s pomothjyu arkhetipov / M. Mark, K. Pirson; per. V. Domnina, A. Sukhenko. - SPb., 2005.

5. Chernihshev, A.V. Russkie arkhetipih v brendinge i ehffektivnostj reklamih: avtoref. dis. ... kand. sociol. nauk. - Nizhniyj Novgorod, 2011.

6. Perevozkina, Yu.M. / Postroenie konstrukta dlya izucheniya dominantnogo arkhetipa / Yu.M. Perevozkina, N.V. Dmitrieva, S.B. Perevozkin, T.V. Ryumina, O.B. Ganpancurova // Sibirskiyj pedagogicheskiyj zhurnal. - 2013. - № 3.

7. Birkkhoyjzer-Oehri, S. Matj: Arkhetipicheskiyj obraz v volshebnihkh skazkakh. - M., 2006.

8. Bolen, Dzh. Sh. Starshie bogini. Novaya psikhologiya zhenthinih. Arkhetipih boginj. - M., 2008.

9. Perevozkina, Yu.M. Strukturnihe transformacii psikhosemanticheskikh mifologicheskikh prostranstv lichnosti (na primere slavyanskoyj kuljturih) / dis. kand. psikhol. nauk. - Novosibirsk, 2009.

10. Korolenko, C.P. Prostituciya: psikhologiya, psikhoterapiya. / C.P. Korolenko, N.V. Dmitrieva - M., 2013.

11. Dmitrieva, N.V. Kategorialjnihe osi vospriyatiya reklamih / N.V. Dmitrieva, Yu.M. Perevozkina, S.B. Perevozkin, M.S. Oskolkova // Upravlenec. - 2013. - № 3(43).

Статья поступила в редакцию 12.01.14

УДК 316.722

PlaksenkoAA. RUSSIA-EURASIA AS A SPECIAL CULTURAL-GEOGRAPHICAL WORLD IN THE THEORETICAL HERITAGE OF CLASSICAL EURASIANISM. The publication throws light upon the problems of Russia-Eurasia as a special cultural-historical and geopolitical identity in the philosophy of classical Eurasianism, the aspects of its originality and its inherent features are presented. It is concluded that for the most theorists of Eurasianism Russia-Eurasia is a united powerful civilization, which is also a special cultural-geographical world.

Key words: Eurasianism, originality, Russia-Eurasia, cultural-geographical world, Russian philosophical thought.

А.А. Плаксенко, аспирантка каф. политологии Алтайского гос. университета, г. Барнаул,

E-mail: anyechka85@mail.ru

РОССИЯ-ЕВРАЗИЯ КАК ОСОБЫЙ КУЛЬТУРНО-ГЕОГРАФИЧЕСКИЙ МИР В ТЕОРЕТИЧЕСКОМ НАСЛЕДИИ КЛАССИЧЕСКОГО ЕВРАЗИЙСТВА

В публикации освещается проблематика России-Евразии как особой культурно-исторической и геополитической личности в философии классического евразийства, представлены аспекты ее самобытности и присущие ей черты. Делается вывод, что для основных теоретиков евразийства Россия-Евразия - это единая мощная цивилизация, являющаяся также и особым культурно-географическим миром.

Ключевые слова: евразийство, самобытность, Россия-Евразия, культурно-географический мир, отечественная философская мысль.

В современном российском обществе происходит «возрождение» идей евразийства на современном этапе. Стало насущным исследование как идейно-политической эволюции данного течения в отечественной философской мысли, так и перспектив его развития в современной России.

Евразийство - одно из наиболее мощных идейных течений в России XX века. Его центральная задача - отстаивание самобытных основ российской истории и культуры. Для евразийцев Россия - особый этнографический и культурный мир, занимающий срединное пространство Европы и Азии. Предмет данной публикации - характеристика взглядов основных представителей классического евразийства относительно России - Евразии, являющейся особым культурно-географическим миром. Актуальность настоящей статьи обусловлена значимостью проблем, поднимаемых в работах представителей классического евразий-

ства. В центре философских, политико-правовых, геополитических, культурологических, этнологических, трудов евразийских мыслителей — место и роль нашей страны в истории человечества и в истории народов, тесно связанных с судьбой России-Евразии и населяющих её территорию.

Прежде, чем перейти непосредственно к предмету нашего обсуждения, необходимо поверхностно остановиться на вопросе о том, что собой представляет собственно евразийское философское течение.

Круг причин, которые породили евразийство, достаточно широк. Согласимся с В.Я. Пащенко в том, что главной из них стала уникальность той исторической обстановки, которая сложилась в первой четверти ХХ столетия в мире, в Европе и в России [1, с. 3-19]. Речь идет о Первой мировой войне, падении сразу нескольких империй, две русские революции, привед-

шие к установлению нового строя - вот те факторы, что обусловили изменение интеллектуально-духовной ситуации. И привлекательность евразийства в этой ситуации объясняется, по словам Н.А. Бердяева, тем, что «это единственное пореволюционное идейное направление, возникшее в эмигрантской среде, и направление очень активное. Все остальные направления «правые» и «левые» носят дореволюционный характер и потому безнадежно лишены творческой жизни и значения в будущем. Евразийцы стоят вне обычных «правых» и «левых». Евразийство по-своему пытается быть пореволюционным направлением, и в этом его несомненная заслуга и преимущество перед другими направлениями. Оно реалистичнее других политических направлений и может сыграть политическую роль» [2, с. 101-102]. Отметим, что вышеприведенные слова философ написал, несмотря на то, что был принципиальным противником евразийского течения.

Вообще отправной точкой евразийского учения стало ощущение русской революции как глобальной катастрофы. Во вступлении к сборнику «Исход к Востоку» сказано: «Созерцая происходящее, мы чувствуем, что находимся посреди катаклизма, могущего сравниться с величайшими потрясениями, известными в истории, с основоположными поворотами в судьбах культуры вроде завоевания Александром Македонским Древнего Востока и Великого переселения Народов» [3, с. 6].

Сам термин «евразийство» в научной литературе трактуется неоднозначно, но, несмотря на всю эту неоднозначность, смысл всех трактовок сводится к одному: евразийство - идейное и общественно-политическое течение первой волны русской эмиграции, объединенное концепцией русской культуры как неевропейского феномена, который обладает в ряду культур мира уникальным соединением западных и восточных черт, а потому одновременно принадлежит Западу и Востоку, в то же время не относясь ни к одному, ни к другому. Данный термин также говорит о срединном между Европой и Азией континенте, где перед Россией стоит творческая миссия приобщения Европы и Азии к началам подлинной жизни [4, с. 73].

Ю.Ю. Булычев трактовал евразийство как посттрадицион-ную теорию самобытности России, то есть как теорию, нацеленную на осмысление и реализацию традиционных ценностей в новых интеллектуальных формах и социальных институтах [5, с. 29-65]. Мы придерживаемся данной трактовки, потому что она соответствует нашему пониманию сути евразийства.

П.Н. Савицкий писал: «Евразийцы - это представители нового начала в мышлении и жизни, это группа деятелей, работающих на основе нового отношения к коренным, определяющим жизнь вопросам, отношения, вытекающего из всего, что пережито за последнее десятилетие, над радикальным преобразованием господствовавших доселе мировоззрения и жизненного строя. В то же время евразийцы дают новое географическое и историческое понимание России и всего того мира, который они именуют российским, или «евразийским». Имя их - «географического» происхождения. Дело в том, что в основном массиве земель Старого света, где прежняя география различала два материка - «Европу» и «Азию», - они стали различать третий -срединный материк «Евразию», - и от последнего обозначения получили свое имя...» [6, с. 81].

Другой участник евразийского движения, Н.С. Трубецкой, писал следующее: «.национальным субстратом того государства, которое прежде называлось Российской империей, а теперь называется СССР, может быть только вся совокупность народов, населяющих это государство, рассматриваемая как особая многонародная нация и в качестве таковой обладающая своим национализмом. Эту нацию мы называем евразийской, ее территорию - Евразией, ее национализм - евразийством» [7, с. 300].

Отметим, что представители евразийства тяготели к различным областям конкретного знания. «В разработке концепции евразийства приняли участие этнологи, географы, языковеды, историки, правоведы и пр. Это разительно отличает евразийство от большинства идеологий, возникших в Европе между двумя мировыми войнами, - отмечает Л. Люкс. - Тут за дело взялись не дилетанты и политические доктринеры, а люди, прошедшие научную школу, владеющие искусством изощренного анализа» [8, с. 59].

Главная ценность евразийства - в идеях, одновременно оригинальных и в тоже время внутренне родственных глубинным традициям русской истории и государственности. Историк

евразийства А.В. Соболев во многих своих статьях говорил о том, что «в первоначальном замысле евразийство должно было представлять собой некую «лабораторию» по выработке историософских и культурологических идей.» [9, с. 181]. И действительно, содержание философии классического евразийства богато всевозможными идеями, которые раскрывают главный тезис данного движения о том, что Россия - уникальное государство во всех смыслах. Здесь будут уместны следующие слова П.Н. Савицкого: «Русский мир евразийцы ощущают как мир особый и в географическом, и в лингвистическом, и в историческом, и в экономическом и во многих других смыслах. Это «третий мир» Старого Света, не составная часть ни Европы, ни Азии, но отличный от них и в то же время им соразмерный» [10].

В обширном идейном массиве представителей классического евразийства отдельно выделим одну концепцию и назовем «Россия-Евразия как особая культурно-историческая и геополитическая личность». Рассмотрим ее более детально посредством выделения аспектов самобытности России-Евразии.

Надо заметить, что актуальность проблемы «Россия-Евра-зия» в 20-е годы XX века была связана с тем обстоятельством, что, живя за рубежом, русская эмиграция видела Запад без прикрас. Можно утверждать, что это стало определяющим фактором того, что для многих представителей интеллектуальной элиты русского зарубежья, западничество перестало быть привлекательным. С.М. Соколов считает, что, по общему мнению исследователей, евразийское учение стало. реакцией на разочарование Западом [11].

Н.С. Трубецкой определил Евразию как «географическое, экономическое и историческое целое» [7, с. 303]. Россия-Ев-разия - геополитическая, культурная и этнопсихологическая система, самобытная относительно сообществ Востока и Запада. Это основополагающее концептуальное понятие философии евразийства. Данная идея определяла Россию как «развивающуюся своеобразную культуро-личность», которая, осуществляя себя, осуществляет общечеловеческую «историческую миссию» и, «притязает еще на то, что ей в нашу эпоху принадлежит руководящая и первенствующая роль в ряду человеческих культур» [12, с. 259]. П.Н. Савицкий писал по этому поводу: «Русский мир евразийцы ощущают как мир особый и в географическом, и в лингвистическом, и в историческом, и в экономическом и во многих других смыслах» [10].

Россия-Евразия самобытна. Самобытность России-Евразии в учении классиков евразийства следует обосновать посредством следующих аспектов: политического, религиозно-духовного, этнопсихологического и экономико-географического.

Политический аспект самобытности России-Евразии, согласно трудам основоположников евразийства, заключается в том, что истоки политического единства Евразии философы усматривали в монгольской империи, империи Чингисхана. Данную проблему в свое время рассматривали Н.С. Трубецкой, П.Н. Савицкий, Г.В. Вернадский. По их мнению, именно монголы положили начало единству Евразии и заложили основы ее государственного и политического строя. Татаро-монголы также сформулировали историческую задачу Евразии, положив начало ее политической консолидации и самобытности ее государственно-политического строя. Согласно Н.С. Трубецкому, татаро-монгольской политической идее русская мысль дала только христианское обоснование, и, следовательно, «сила горения русского религиозно-национального чувства переплавила северо-западный улус монгольской монархии в московское царство, в котором монгольский хан был заменен православным русским царем» [13, с. 24]. В работе «Наследие Чингисхана. Взгляд на русскую историю не с Запада, а с Востока» Н.С. Трубецкой подчеркивал, что в империи Чингисхана евразийский культурный мир впервые предстал как целое. В данной работе говорится, что «великий Чингисхан», в процессе завоевания Евразии, государственно ее объединил, «совершил дело исторически необходимое и осуществлял вполне реальную, самой природой поставленную историческую задачу» [14, с. 237].

Другой представитель евразийства П.Н. Савицкий в статье «Степь и оседлость» писал: «Велико счастье Руси, что в момент, когда в силу внутреннего разложения она должна была пасть, она досталась татарам и никому другому. Татары «нейтральная» культурная среда, принимавшая «всяческих богов» и терпевшая любые культуры, пала на Русь как наказание Бо-жие, но не замутила чистоты национального творчества. Если бы Русь досталась туркам, заразившимся «иранским фанатиз-

мом и экзальтацией», ее испытание было бы многажды труднее и доля горше. Если бы ее взял Запад, он вытянул бы из нее душу... Татары не изменили духовного существа России; но в отличительном для них в эту эпоху качестве создателей государств, милитарно-организующеся силы они, несомненно, повлияли на Русь» [12, с. 60].

Религиозно-духовный аспект самобытности России-Евразии заключается в том, что религиозной основой евразийского культурного общества было признано Православие, которое было понято как высшее и единственное исповедание христианства. Православная традиция исходит из органического единства веры, мысли и жизни, поэтому государство и культура - начальный материал своего церковного бытия, то есть «они есть то, что может и должно стать Церковью, что становится Церковью» [15, с. 28]. Россия-Евразия евразийцами была истолкована как культурноисторический регион, который тяготеет к Православию как к своему религиозному центру, способного породить специфические формы православного единства. По мнению Ю.Ю. Булычева, духовная самобытность России-Евразии определялась как «сим-фонически-личная индивидуализация Православной церкви и культуры» или как симфония национально самобытных православных церквей и культур евразийских народов под руководством развитого русского Православия [5, с. 29-65].

Этнопсихологический аспект самобытности России-Ев-разии заключается в том, что этнической основой евразийского мира, по мнению Н.С. Трубецкого, является симбиоз славянского и туранского элементов, осуществившемся при распространении русского народа на Восток и его смешении с ту-ранскими племенами. Таким образом, сложилась оригинальная славяно-тюркская общность, с сильными чертами устойчивости, выносливости и консервативности, но в то же время обладающая сознанием относительности исторических форм традиции [16, с. 50].

Что же касается экономико-географического аспекта, то подобные начала самобытности России-Евразии выявлялись и формулировались П.Н. Савицким, который указывал, что Россия, в отличие от европейских и азиатских стран, распростерлась на континентальных землях, далеко от морей и океанов, поэтому совершенно неконкурентоспособных в мировой торговле. Так как издержки сухопутного транспорта во много раз превышают издержки морского, евразийское хозяйство может развиваться только в качестве единой целостной системы, регулируемой государством. Гарантом целостности и интегрированности евразийского пространства должно служить сильное цент-

Библиографический список

рализованное государство, препятствующее обособлению приморских окраинных районов, хозяйственному удушению континента и превращению его в придаток морской экономики [3, с. 105-106].

По убеждению мыслителей евразийства, Евразия в своих границах приблизительно совпадает с Россией. Необходимость различать в пределах территории Старого Света не два, как делалось традиционно, а три материка, не была открытием евразийцев. Это утверждение высказывалось и раньше, в частности, профессором В.И. Ламанским в 1892 году, который и ввел в русский язык термин «Евразия» [17]. А впервые термин «Евразия» введен А. Гумбольдтом, который обозначил им всю территорию Старого Света: Европу и Азию.

Европа, Азия и Евразия у евразийства - географические понятия, своеобразные «географические миры». П.Н. Савицкий писал: «Поскольку мы приписываем понятиям «Европа» и «Азия» также некоторое культурно-историческое содержание, поэтому обозначение «Евразии» приобретает значение сжатой культурно-исторической характеристики» [18, с. 78]. Евразия составляет особый мир, географически отличный как от стран, лежащих к западу, так и от стран, лежащих к востоку и юго-востоку от него. Евразия состоит из тундровой, лесной, степной и пустынной полос, непрерывно тянущихся с запада на восток, пересекаемых системами больших рек и с преимущественно широтным простиранием горных хребтов. Она характеризуется отсутствием выхода к открытому океану и отсутствием типичной для Западной Европы, Восточной и Южной Азии изрезанной береговой полосы. Климат Евразии не морской, а континентальный, с резкими температурными колебаниями между зимой и летом. Таким образом, она представляет собой географическое единство, обособленное от Европы и Азии, целостное «месторазви-тие», «географический индивидуум», где Россия-Евразия выступает как центр Старого Света. Вводя в научный оборот термин «Россия-Евразия», П.Н. Савицкий подчеркивал континен-тальность России и ее отличие от океанических цивилизаций.

Таким образом, для евразийцев Россия - это не просто страна в ряду других крупных стран Европы и Азии. Для них Россия-Евразия - это единая мощная цивилизация, являющаяся также и особым культурно-географическим миром. Не случайно одним из ключевых тезисов теории евразийства является утверждение о том, что Россия - это особый этнокультурный мир, самобытный, самодостаточный с точки зрения и географии, и экономики, и культуры, и исторического и языкового развития, название которому - «Евразия».

1. Пащенко, В.Я. Евразийству - 80 лет // Вестник Московского университета. - 2001. - № 4. - Сер. 7. Философия.

2. Бердяев, Н.А. Евразийцы // Путь. - 1925. - № 1.

3. Исход к Востоку. Предчувствия и свершения. Утверждение евразийцев. - София, 1921.

4. Евразийская хроника. - Париж, 1926. - Вып. 5.

5. Булычев, Ю.Ю. Россия, русский народ и евразийство // Русская культура и культура России: сборник статей. - СПб., 2001.

6. Савицкий, П.Н. Евразийство // П.Н. Савицкий. Континент Евразия. - М., 1997.

7. Трубецкой, Н.С. Общеевразийский национализм // Наследие Чингисхана: взгляд на русскую историю не с Запада, а с Востока. -

М., 2012.

8. Люкс, Л. Евразийство и консервативная революция // Вопросы философии. - 1996. - № 3.

9. Соболев, А.В. Полюса евразийства // Новый мир. - 1991. - № 1.

10. Савицкий, П.Н. Евразийство как исторический замысел // П.Н. Савицкий. Континент Евразия. - М., 1997.

11. Соколов, С.М. Философия русского зарубежья. Евразийство: монография. - Улан-Удэ, 2003.

12. Мир России - Евразия. Антология. - М., 1995.

13. Трубецкой, Н.С. Наследие Чингисхана. Взгляд на русскую историю не с Запада, а с Востока. - Берлин, 1925.

14. Трубецкой, Н.С. Наследие Чингисхана. - М., 1999.

15. Евразийство. Опыт систематического изложения. - Евразийское книгоиздательство, 1926.

16. Трубецкой, Н.С. К проблеме русского самопознания. - Евразийское книгоиздательство, 1927.

17. Ламанский, В.И. Три мира Азийско-Европейского материка. - СПб., 1892.

18. Русский узел евразийства. Восток в русской мысли: сборник трудов евразийцев, 1997.

Bibliography

1. Pathenko, V.Ya. Evraziyjstvu - 80 let // Vestnik Moskovskogo universiteta. - 2001. - № 4. - Ser. 7. Filosofiya.

2. Berdyaev, N.A. Evraziyjcih // Putj. - 1925. - № 1.

3. Iskhod k Vostoku. Predchuvstviya i sversheniya. Utverzhdenie evraziyjcev. - Sofiya, 1921.

4. Evraziyjskaya khronika. - Parizh, 1926. - Vihp. 5.

5. Bulihchev, Yu.Yu. Rossiya, russkiyj narod i evraziyjstvo // Russkaya kuljtura i kuljtura Rossii: sbornik stateyj. - SPb., 2001.

6. Savickiyj, P.N. Evraziyjstvo // P.N. Savickiyj. Kontinent Evraziya. - M., 1997.

7. Trubeckoyj, N.S. Obtheevraziyjskiyj nacionalizm // Nasledie Chingiskhana: vzglyad na russkuyu istoriyu ne s Zapada, a s Vostoka. - M., 2012.

8. Lyuks, L. Evraziyjstvo i konservativnaya revolyuciya // Voprosih filosofii. - 1996. - № 3.

9. Sobolev, A.V. Polyusa evraziyjstva // Novihyj mir. - 1991. - № 1.

10. Savickiyj, P.N. Evraziyjstvo kak istoricheskiyj zamihsel // P.N. Savickiyj. Kontinent Evraziya. - M., 1997.

11. Sokolov, S.M. Filosofiya russkogo zarubezhjya. Evraziyjstvo: monografiya. - Ulan-Udeh, 2003.

12. Mir Rossii - Evraziya. Antologiya. - M., 1995.

13. Trubeckoyj, N.S. Nasledie Chingiskhana. Vzglyad na russkuyu istoriyu ne s Zapada, a s Vostoka. - Berlin, 1925.

14. Trubeckoyj, N.S. Nasledie Chingiskhana. - M., 1999.

15. Evraziyjstvo. Opiht sistematicheskogo izlozheniya. - Evraziyjskoe knigoizdateljstvo, 1926.

16. Trubeckoyj, N.S. K probleme russkogo samopoznaniya. - Evraziyjskoe knigoizdateljstvo, 1927.

17. Lamanskiyj, V.I. Tri mira Aziyjsko-Evropeyjskogo materika. - SPb., 1892.

18. Russkiyj uzel evraziyjstva. Vostok v russkoyj mihsli: sbornik trudov evraziyjcev, 1997.

Статья поступила в редакцию 13.01.14

УДК 159.9

Alexandrovskaya V.N. CULTURAL NATURE AND MULTIFUNCTIONAL ORGANIZATION OF IDEAL IMAGE. This article researchers a relation between ideal image and culture as a psychic reflection. Author considers that culture is an immanent source of ideal image. In the framework of culture performance of man forms about life, reality, society. Ideal image - is a level of development of person, its intellect and psychic. Author considers a system of inner potentials of the ideal images, their multifunctional organization.

Key words: ideal, image, culture, multifunctional organization.

В.Н. Александровская, зав. каф. философии и социально-гуманитарных дисциплин Донецкого

национального медицинского университета им. М. Горького, г. Донецк, E-mail: alexandrovskaya_prof@ukr.net

КУЛЬТУРНАЯ ПРИРОДА И ПОЛИФУНКЦИОНАЛЬНАЯ ОРГАНИЗАЦИЯ ИДЕАЛЬНОГО ОБРАЗА

Данная статья исследует связь идеального образа и культуры как психического отражения. Автор утверждает, что культура - это имманентный источник идеального образа. В рамках культуры формируется представление человека о жизни, реальности, обществе. Идеальный образ - это уровень развития личности, её интеллекта и психики. Автор рассматривает систему внутренних потенциалов идеального образа, их полифункциональ-ную организацию.

Ключевые слова: идеал, образ, культура, полифункциональная организация.

Проблема синтеза культуры и идеального образа достаточно широко исследуется как в отечественной, так и зарубежной литературе. Теоретическое изучение проблемы продиктовано сложностью и многовекторностью самого идеального образа, что в практической психологии фиксируется также сложными психическими репрезентациями личности в социуме. Кроме того, поли-функциональная организация идеального образа личности объективно детерминирована индивидуальной и общественной культурой. Это интеграция двух сложных явлений - культуры и идеального образа - является имманентным источником культуроге-неза человека в обществе, его социализации и социальной адаптации. В связи с этим цель нашего исследования - в общих чертах представить концептуальные контуры этой взаимосвязи. Задача работы - дать внутренние векторы этого синтеза.

В истории отечественной философии проблемами культуры занимались: В.И. Ключевский, С.М. Соловьев, С.Т. Аксаков, А.С. Хомяков, И.В. Киреевский, Вл. Соловьев, П.А. Флоренский, Н.А. Бердяев, Н.Я. Данилевский, С.Л. Франк, В.В. Розанов, А.Ф. Лосев и др.

В советский период нашей истории культурологическая методология научного анализа развивалась московской и ленинградской школами: А.И. Арнольдов, С.Н. Артановский, Э.А. Бал-лер, В.С. Библер, Б.С. Ерасов, Н.С. Злобин, В.В. Иванов, С.Н. Иконникова, М.С. Каган, М.С. Козлова, С.Б. Крымский, М.В. Попович, В.Л. Рабинович, М.С. Глазман, В.Ж. Келле, М.Я. Ковальзон, В.Е. Кемеров, И.А. Майзель, В.М. Межуев, Н.В. Мотрошилова, С.Н. Плотников, В.С. Степин, В.Н. Толстых, И.Т. Фролов и др. Тартусская школа представлена Ю.М. Лотма-ном и др. Представители ереванской культурологи - Э.С. Мар-карян, К.А. Свасьян и др. Ростовская школа культурологии -это, прежде всего, М.К. Петров, Ю.А. Жданов, В.Е. Давидович, Е.Я. Режабек.

В более позднее время концепцию и методологическую парадигму культуры развивали: А.Ф. Лосев, А. Мень, Л.С. Васильев, Л.А. Седов, А.Н. Ерыгин, И.С. Кон, В.Ф. Асмус, А.С. Богомолов, А.И. Зайцев, Л.М. Косарева, Н.Ф. Федоров, К.Э Циолковский, В.И. Вернадский, А.Л. Чижевский, Д.С. Лихачев, М.М. Бахтин, Н.И. Конрад, С.С. Аверинцев, А.С. Ахиезер.

В наше время культурные детерминанты в развитии личности представлены следующим образом: А.А. Гостев («Психология вторичного образа», 2007); С.Э. Поляков («Феноменология психических репрезентаций», 2011); Э.А. Костандов («Психофи-

зиология сознания и бессознательного», 2004); А. Куальяно («Знаки и символы», 2006); П. Кюглер («Психические образы как мост между субъектом и объектом», 2007); Ю.М. Лотман («Се-миосфера», 2004); В.В. Любимов («Психология восприятия», 2007); Д. Мацумото («Психология и культура», 2002); М. Мерло-Понти («Феноменология восприятия», 1999); У. Найссер («Перцептивный цикл. Схемы и их функции», 2005); В.В. Налимов («Спонтанность сознания: вероятностная теория смыслов и смысловая архитектоника личности», 2006); С Неретина, А. Огурцов («Пути к универсалиям», 2006); В.Ф. Петренко («Основы психосемантики», 2005); С.И. Розум («Психология социализации и социальной адаптации человека», 2006); С.Д. Смирнов («Психология образа: проблема активности психического отражения», 1985); В.В. Столин, А.П. Наминач («Психологическое строение образа мира и проблемы нового мышления», 1988); Р Хольт («Образы: возвращение из изгнания», 1981); Н.Н. Хомский («Современные исследования по теории врожденных идей», 2004); Р Эммонс («Психология высших устремлений. Мотивация и духовность личности», 2004); К. Ясперс («Общая психопатология», 1997); Л. Уайт («Наука о культуре», 1987); А. Моль («Социология культуры», 1980) и др.

Как показывают исследования культура - это способ личностной саморегуляции человека в обществе. В связи с этим культура позволяет человеку развивать внутренний мир и представить его в поведении, поступках, действиях. Функции внутренней культуры личности участвуют в её развитии: оперативно реагировать на социальные требования; осознавать моральный, политический и эстетический смысл социальных требований; принимать решения; позволяют делать нравственный выбор.

При этом социальные требования не могут полностью регулировать поведение человека, этим регулятором является культура.

Культурный человек имеет богатый внутренний мир, осознает материальные ценности лишь как средство. Культурологи отмечают, что материальные и духовные ценности не автономны и самостоятельны, а определяются чем-то третьим (культурой). Культура - это мера развития человека и человечества. Культура - это деятельность. Культура обеспечивает гуманитаризацию образовательного компонента образа - Я личности. Культура обеспечивает переориентацию обучения на гуманитарные потребности в менталитете личности. Культура формирует гуманитарный базис образа личности. Культура обеспечивает