Трансформации гендерной идентичности северокавказских женщин в ситуации глобализации

ГУМАНИТАРНЫЕ НАУКИ

«НАУКА. ИННОВАЦИИ. ТЕХНОЛОГИИ». № 3, 2013

удк 316.346.2-055. Лысенко О.Е. [Lysenko O.E.] 2:316.42

ТРАНСФОРМАЦИИ ГЕНДЕРНОЙ ИДЕНТИЧНОСТИ СЕВЕРОКАВКАЗСКИХ жЕНЩИН В СИТУАЦИИ ГЛОБАЛИЗАЦИИ

The transformation of gender identity of women of the North Caucasus in the globalization situation

В статье анализируются противоречивые процессы, которые влияют на формирование тендерной идентичности мусульманских женщин Северного Кавказа в глобализирующемся обществе.

Ключевые слова: Гендерные проблемы, положение женщины, Северный Кавказ, тендерная идентичность.

In The article the conflicting processes that influence the formation of gender identity of Muslim women of the North Caucasus in a globalizing society are analyzed.

Keywords: gender problems, position of woman, North Caucasus, gender identity.

Колоссальное ускорение технологической и социальной модернизации в начале ХХ! в. сделало проблемы тендерной идентичности более насущными. Как замечают английские социологи Энтони Гид-денс и Зигмунт Бауман, для современного общества характерна не замена одних традиций и привычек другими, столь же стабильными, надежными и рациональными, а состояние постоянного сомнения, множественности источников знания, что делает самость более изменчивой и требующей постоянной рефлексии. В условиях быстро меняющегося общества неустойчивость и пластичность социальной, личной и гендерной идентичности становятся закономерными и естественными.

По мнению И.С. Клециной, в гендерной идентичности на первый план выходят социокультурные параметры категорий «мужское» и «женское», в соответствии с которыми человек идентифицирует себя с конкретной гендерной группой, конструируя свою идентичность, как пред-

ставитель какого-либо пола [Клецина, с. 167-184]. В рамках этой теории гендерная идентичность означает, что человек принимает определения мужественности и женственности, существующие в рамках своей культуры в определенный период времени. Таким образом, понятие идентичности, гендерной идентичности представляет собой социально-исторический феномен, развивающийся синхронно во времени и пространстве.

Следует отметить, что процессы изменения гендерной идентичности в традиционном исламском культурном пространстве Северного Кавказа, начавшиеся в советский период, были связаны с эмансипацией женщин в данном регионе и определялись насущной необходимостью преодоления традиционных гендерных стереотипов и установок путем освоения женщинами новых социальных ролей в условиях развития социалистического общества. В постперестроечный период эти процессы были вызваны крушением советской идеологической системы и обусловливались поиском новых объединяющих северокавказское общество ценностей. В начале 1990-х г. ХХ века «поиски» привели к формированию трех направлений, каждое из которых опиралось на определенную черту культурной составляющей данного региона. Кратко рассмотрим каждое направление. Первое направление - «неонационалисты» - характеризуется обращением горских идеологов к национальной идее, культуре, а также к национальным и этническим корням. Направление состояло преимущественно из передовой научной и творческой интеллигенции, пытавшейся выразить свои идеи преимущественно через научные труды, публикации, изобразительное искусство, превознося и развивая только национальную культуру, без включения такой важной культурной составляющей любого народа, как религия. Второе направление - это исламисты, состоящие из молодого поколения политических лидеров и деятелей. В основу национальной идеи ими была положена идея религиозного возрождения, без учета традиционных элементов национальной культуры. Третье направление - это глобалисты - слой творческой интеллигенции, художников и писателей, выступавших за идею создания мультикультурного пространства, в котором и будет оформляться современная горская идеология как инструмент успешного поиска национального (и религиозного) самосохранения в глобализирующемся мире [Бабич И.Л. Поиски ...].

Такое разнообразие направлений обусловило разделение взглядов относительно устройства системы гендерных отношений в регионе, базирующегося на таких понятиях, как гендерные контракты, гендерные роли

и гендерная атрибуция, оказавших, в свою очередь, определяющее влияние на конструирование современной гендерной идентичности мусульманских женщин Северного Кавказа.

Содержание женственности как основы женской гендерной идентичности включает в себя следование определенным, характерным для данной культуры формам гендерной атрибуции и типам гендерных контрактов. В настоящее время картина гендерной идентичности мусульманских женщин Северного Кавказа отличается особой пестротой форм и самовыражений, проявляющихся во внешнем облике, одежде и соответствующем поведении. Относительно внешнего облика «новой женщины» Кавказа мы можем заметить здесь как проявление исламских предпочтений в одежде, манерах поведения, так и в национальных формах ген-дерной атрибуции [5 Грозном открылся...]. Между тем, стоит отметить и территориальную обусловленность этого процесса. В восточной части Северного Кавказа, в Дагестане, Чечне и Ингушетии, где нормы ислама пустили более глубокие корни, в настоящее время довольно популярным стало обращение к исламскому, религиозному стилю в одежде. По исламскому принципу женские наряды должны скрывать почти полностью женское тело за исключением кистей рук, глаз или лица. В условиях жаркого климата это вызывает значительные трудности, и поэтому одежда должна изготавливаться из натуральных и практичных материалов. Современные женские наряды исламской моды отличаются не только качеством, но и красотой исполнения, включающей в себя вышивку и украшения драгоценными металлами и камнями, поэтому эта одежда является довольно дорогой и недоступной большей части населения. Тем не менее, большая часть женского населения придерживается норм ислама, и основными примерами женского костюма является длинные юбки, платья и блузки с длинными рукавами и головные платки. Данный вид костюма скорее можно назвать национальным, но поддерживающим религиозный взгляд на закрытость женского тела. Тем не менее, исследователь из Дагестана свидетельствует о том, что облик современной женщины стал демократичнее, она стала более уверенной в себе, раскрепощенной, а в молодежной среде происходит сближение и слияние норм морали и поведения мужчин и женщин, сопровождающиеся «гибридизацией» внешности [Магомедов, 2008, с. 129]. В центральной и северо-западной части Северного Кавказа, в Северной Осетии, Карачаево-Черкесии, Кабардино-Балкарии, а также в Адыгее предпочтение отдавалось национальным, традицион-

ным элементам в одежде, в том числе и в женских костюмах. В этой части региона внешний облик женщин проявляется скорее в слиянии форм национального костюма с современным стилем одежды. В данном случае предпочтение отдается темным, скорее черным цветам с использованием ярких вкраплений, вышивок, аппликаций, а также совместно с ношением большого количества золотых украшений. Однако среди молодежи на всей территории Северного Кавказа, особенно студенчества, повсеместным явлением стало предпочтение европейского стиля в одежде, предполагающего ношение брюк, укороченных юбок и открытых блузок, без покрытия головы. Другой важной составляющей в формировании образа «новой женщины» становится стрижка и окрашивание волос, занимающие важное место в становлении образа и стиля современной женщины. Приведенные примеры трансформации гендерных атрибутов достаточно сильно меняют существовавшую в традиционном обществе систему ген-дерного взаимодействия, предлагают новые образы и новое их прочтение.

Изменения гендерной идентичности северокавказских женщин происходят не только на уровне гендерной атрибуции, но и на уровне конструирования новых типов гендерных контрактов. Институт семьи и брака на Кавказе является доминирующим социальным институтом, связанным с конструированием тендера. Сейчас наблюдаются существенные изменения нормативных понятий в семейно-брачной сфере, намечается явная тенденция либерализации и гуманизации в заключении брачных союзов. Девушек уже не выдают замуж в раннем возрасте, и будущего мужа девушка в ряде случаев выбирает сама из тех претендентов, которые больше всего подходят по кровнородственным связям семейного клана. Изменился и сам порядок заключения браков. Как отмечает Б.М. Алимова, термины «сватовство», «обручение» в настоящее время в городе постепенно забываются. В результате поспешное, необдуманное решение является в большинстве случаев одной из причин неустойчивости молодежных браков [Алимова, с. 77]. Также, следует отметить, ранее не имевший место на Кавказе в целом новый тип гендерных контрактов - гражданский брак, или незарегистрированный брачный союз. Об этом свидетельствует М. Боташев, «впервые получены данные о незарегистрированных брачных союзах: к моменту переписи состоящими в таковых признали себя 6 тыс. граждан» (Боташев). Вместе с тем изменились и внутрисемейные отношения, прежде всего, между супругами. По замечанию известного исследователя по проблемам северокавказской семьи А.А. Магомедова, внутри-

семейные отношения в целом упростились,<.. .> между членами семьи во многих районах действительно установились демократические отношения, отношения равенства. Они, прежде всего, коснулись отношений супружеских, которые можно было бы охарактеризовать как демократические, эгалитарные [Магомедов, 1999, с. 56].

Вместе с тем, в постперестроечный период проявляется явная тенденция к сохранению базовых, традиционных этнокультурных ценностей, которая входит в диссонанс с развитием современного общества. Так, традиционно за женщинами всегда была закреплена обязанность работ по дому и воспитанию детей. В условиях развития современного общества это предполагает совмещение домашней работы с профессиональной занятостью, так как в настоящее время современные семьи не могут прожить на заработок одного кормильца и женщины вынуждены идти на работу. Заработок женщины не только увеличивает доходы семьи, но и делает ее независимой. Но рост благосостояния не приводит к освобождению женщины от домашнего труда. Возникшие трудности приводят к конфликтным ситуациям и непониманию между супругами. По замечанию Б.М. Алимовой, это связно с тем, что всестороннее социальное равноправие женщины и мужчины поставили не только женщину, но и проблему брака на совершенно новую ступень, что в первую очередь отразилось на отношениях супругов и на представлениях о распределении обязанностей и работ по дому. В результате изменения отношений между супругами меняется и содержательное представление о стереотипах феминности/мас-кулинности, что заставляет и мужчин и женщин искать новые ориентиры в конструировании нового образа, новой идентичности своего гендера [Алимова, с. 79].

Между тем, следует отметить, что экономическая независимость женщин существенно изменила социальный статус женщин в семье. Престижным явлением стало получение женщинами высшего образования, а также ученой степени, что повышает роль женщины не только в семье, но и в целом влияет на ее статус в обществе. По мнению исследователя М.З. Магомедовой, с повышением социального статуса женщины, повышением ее вклада в бюджет семьи, ростом образования, женщина стала в равной степени участвовать в решении семейных вопросов наряду с мужчиной [Магомедова, 2008, с. 129]. О влиянии образования на статус и положение женщины в семье М.Ш. Ризаханова пишет: «Экономическая независимость явилась одним из условий повышения роли и авторитета

женщины в семье. Особенно показательно в этом плане изменение положения невестки в трехпоколенных семьях. Нередко, если невестка имеет более высокий уровень образования и культуры, чем остальные члены семьи, при решении важных вопросов, касающихся всей семьи, ее мнение имеет немаловажное значение» [Ризаханова, с. 74].

Между тем, социальная и профессиональная активность женщин в современном северокавказском обществе связана не только с ростом женского профессионального образования, а также с возрождением традиционных гендерных практик в обеспечении жизнедеятельности семьи, то есть с методом использования национальных промыслов в целях роста благосостояния и становления финансовой независимости женщин, так как социально-экономические и политические катаклизмы конца ХХ века привели к масштабной безработице не только женщин, но и мужчин. Как отмечает М.А. Текуева, постперестроечный кризис промышленного производства привел к невостребованности мужских рабочих рук, а национальная ментальность не позволила основной массе мужчин зарабатывать деньги любыми способами, женщины проявили в новых условиях большую гибкость [Текуева, с. 323]. Женщины не только возродили традиционные народные промыслы, как отмечают Атаева Л.М., Атаева М.Б., Тлисова А.Б., вязание, валяние, вышивание, изготовление одежды из натурального сырья и т.д., но они смогли, используя традиционный надомный труд, организовать собственное производство и сбыт своей продукции. При этом в надомном производстве принимают активное участие все члены семьи - от малолетних детей до старшего поколения. Часто можно увидеть женщину, которой больше 90 лет, с веретеном или за прялкой. Фактически каждая семья - это малое частное предприятие. Для оказания технической помощи (ремонт вязальных, прядильных машин и др.), сбыта и рекламы продукции создаются ассоциации женщин - предпринимателей. Кроме этого подобные союзы женщин организуют выставки-продажи, ярмарки, создают структуры сбыта продукции через магазины и художественные салоны. Как и всякая социальная организация, союзы женщин, независимо от их программ, являются одновременно социально-психологическими организациями, так как для нормальной жизни, особенно женщине, необходимо общение и социальное признание. В связи с этим для выявления и поощрения женщин, достигших успеха в деятельности своих предприятий, занимающихся социальными проблемами, благотворительностью, общественной работой, проводятся в регионах кон-

курсы «Женщина года», «Женщина - директор года», которые являются настоящими событиями в жизни женщин [Атаева, с. 3].

Между тем, женщины, активно включившись в товарооборот региона, практически вытеснили из пространства торговли мужчин, считавшегося традиционно мужской сферой деятельности. Следует отметить, что на большей территории Северного Кавказа торговля в общественном месте была постыдным занятием для женщин в традиционный период. Однако, менее чем за сто лет, стереотипное представление о местах гендерной локализации женщин изменило не только представления о степени дозволенного, но и в целом представления о феминности. Привычным стал образ активной, самостоятельной женщины, определяющей не только область занятий, но и пути решения проблем.

Однако процесс роста профессионального сознания женщин, вхождения их в историческую область новых социальных отношений проходил не так легко. Прежде всего, следует отметить, что Северный Кавказ -регион, где и в настоящее время в обществе и культуре доминируют пат-риархатные, традиционные нормы общественных отношений.

В результате превалирующими стереотипными установками в отношении к женщине остается отождествление ее с частной, домашней сферой деятельности и отведение ей профессиональных ролей, соотносящихся с традиционными тендерными ролями женщин в данном регионе. Это отношение особенно отчетливо проявляется в местностях, где активно религиозное мусульманское влияние. Как отмечает Л. Байцаева, наиболее заметное сопротивление в профессиональной сфере ощущают женщины творческих профессий. Женщине-художнику, композитору, режиссеру приходится доказывать свою профессиональную состоятельность, преодолевая сопротивление общества. <.> Как результат мы наблюдаем существенное снижение процента работающих женщин в сфере культуры относительно числа выпускниц институтов культуры. Талантливые и подающие надежды девушки очень скоро сдаются под натиском внешних обстоятельств и выбирают более допустимые, а потому более лёгкие сферы выживания [Байцаева]. Такая же ситуация наблюдается и в структурах власти, в государственных учреждениях, в которых женщинам отведены роли обслуживающего характера, либо связаны с бумажными работами и практически исключены из руководящих постов.

Тем не менее, надо отметить, что в Южном Федеральном Округе по количеству женщин в государственных органах, республики Северно-

го Кавказа бьют рекорды. Как отмечает Инга Пелихова, в 2005 г. в Карачаево-Черкесии вице-президент - Вера Молдованова, советник - Марина Титаренко, помощник - Анна Шаганова. В Госсовете Дагестана заместитель председателя - Такибат Махмудова, один из комитетов Госсовета Чечни возглавляет Напсат Юсупова, глава комитета по законодательству парламента Кабардино-Балкарии - Марина Дышекова [Пелихова]. Однако этот список можно было бы продолжить, но на общем фоне эти женщины всего лишь единицы среди огромного числа чиновничьего аппарата, среди депутатов, судей и прокуроров подавляющее большинство мужчины, пришедшие к власти разными путями, но пришедшие в силу того, что они мужчины. В целом надо отметить, что подавляющее большинство женщин в настоящее время, получая образование, ученую степень, должности и звания, предпочитают сохранять традиционный гендерный баланс в распределении доминантных отношений.

На наш взгляд, связано это не только и не столько с патриархатными гендерными стереотипами в исламском культурном пространстве Северного Кавказа, но прежде всего с тем, что большинство женщин не осознают себя в той историко-культурной реальности, в которой они оказались. Кратко такую ситуацию можно охарактеризовать как дуалистическую. Мусульманская женщина Северного Кавказа, с одной стороны, является частью восточной исламской культуры, с другой стороны, частью российской цивилизации, являющейся отчасти преемственницей западной культуры. В результате перехода современного общества от индустриального к информационному и развитием глобализационных процессов, повышается степень взаимодействия и взаимовлияния между культурами, где первостепенной задачей в становлении личности является установка на развитие индивидуальных профессиональных качеств. С другой стороны, традиционный религиозный взгляд на женщину в общественной системе определяется ее первостепенной ролью, связанной с приватной сферой бытия, поэтому мусульманская женщина данного региона пытается следовать традиционным стереотипным установкам о женщине как о жене, матери, хозяйке дома и т.д. В результате ни в одном из направлений у женщины нет личных прав в выборе своей судьбы. Так, в первом случае проявляется патерналистское влияние государства, при котором женщине дают право, но не дают возможности им воспользоваться, во втором случае женщина, следуя традиционным нормам поведения, сама не будет вступать в полемику с мужчинами по поводу своих прав. Между тем,

важной составляющей в формировании современной гендерной идентичности мусульманской женщины Северного Кавказа является формируемая патриархатной культурой установка на отрицание индивидуальных качеств, отличных от природной половой идентичности. Осознание себя в одной гендерной роли является самым труднопреодолимым стереотипом для современных мусульманских женщин. Однако новая социальная парадигма требует от женщин активного проявления своих способностей и талантов, что находит свое выражение в возрождении традиционных ген-дерных практик.

Это проявляется в том, что женщины стали активнее участвовать не только в социально-политической жизни общества. В данном случае показателен опыт работы женских миротворческих организаций на Северном Кавказе. Роль женщины в регулировании мирных отношений всегда была высока на Северном Кавказе, поэтому в новых социально-политических условиях, через моделирование новых практик и методов, женщины продолжают выполнять свои традиционные гендерные роли. В условиях сложной военной обстановки женщины не могут оставаться в стороне, когда их помощь, опыт и знания незаменимы и необходимы. Так, «Союз женщин Северного Кавказа» совместно с комитетом женщин Ингушетии и Комитетом солдатских матерей России провели огромную работу по поиску детей - солдат. Также под руководством женских организаций были проведены различные социальные выступления и акции миротворческого характера [Гулиева, с. 17]. Сюда можно отнести и прошедшую в 2007 году во Владикавказе конференцию женщин «Женщины за мир и справедливость на Северном Кавказе». На конференции обсуждались вопросы противодействия всем формам религиозной и национальной нетерпимости, усиления влияния женщин на формирование идей интернациональной дружбы в рамках единого государства, укрепления роли семьи в воспитании подрастающего поколения граждан России [Комиссия общественной палаты...].

Таким образом, подводя итоги, следует отметить, что под влиянием процессов культурной глобализации, а также в результате социально-экономических и политических трансформаций рубежа веков, особую значимость для развития культуры и общества несут процессы изменения в обществе социальных практик. Особую роль в этом процессе играют женщины. Второй раз в истории народов Северного Кавказа «рождалась новая горянка». Важность «рождения новой женщины Кавказа» опреде-

ляется высоким уровнем рефлективности и адаптации женщин к новым социально-экономическим условиям, что обуславливает, прежде всего, способность общества к модернизации и жизнеспособности. Огромный вклад в это вносят женщины. Вынужденные в изменяющихся условиях конструировать новые гендерные роли и стереотипы женщины в то же время стремятся к сохранению этнонациональных традиций, обрядов и обычаев. Данное положение находит свое объективное подтверждение и в замечании исследователя Северного Кавказа Н.У. Ярычева, отмечающего, что «в процессе социокультурных изменений, традиционные гендерные ролевые установки трансформировались, но в своей основе, как правило, они остались неизменными, сохраняя базовые характеристики и ценностные направления» [Ярычев, с. 35]. В данном случае, еще раз можно отметить пластичность традиционных основ культуры народов Северного Кавказа к внешним модернизационным процессам, а также и огромную роль женщин в адаптации этих процессов к традиционной культуре народов Северного Кавказа.

Таким образом, вопрос о трансформации женской гендерной идентичности в современном исламском культурном пространстве Северного Кавказа, это, прежде всего, вопрос о степени интеграции народов Северного Кавказа в мировую культуру, о степени влияния этой культуры на жизнь и сохранение самобытности традиционных форм культуры народов Северного Кавказа.

ЛИТЕРАТУРА 1. Алимова Б. М. Диалог полов в современной дагестанской семье // Гендерные отношения в культуре народов Кавказа. - Махачкала, 2008.

2. Атаева Л.М., Атаева М.Б., Тлисова А.Б. Особенности социально-психологической самоорганизации женщин Северного Кавказа. -Черкесск, 2005.

3. Бабич И.Л. Поиски современной горской идеологии на Северном Кавказе. URL: http://www.ca-c.org/annual-table-rus.shtml.

4. Байцаева Л. Творческие проекты как способ преодоления тендерных стереотипов. URL: http://www.owl.ru/content/openpages/p57168. shtml.

5. Боташев М. Основные Итоги. Карачаево-Черкессия // Бюллетень -№ 56. - 2004. - август. URL: http://www.eawarn.ru/pub/Projects/Web-HomeExpertsRepCensus/mainresultsl.htm.

6. В Грозном открылся первый бутик для мусульманок //Российская газета от 16 апреля 2008. URL: http://www.rg.ru/printable/2008/04/16/ reg-kavkaz/butik.html.

7. Гулиева М.М. Политическая культура женщин как условие социально-политической стабилизации (на материалах Северного Кавказа). Автореф. дис. канд. полит. наук. - Ставрополь, 2005.

8. Клецина И.С. Гендерная идентичность и права человека: психологический аспект // Права человека и проблемы идентичности в России и в современном мире. - СПб., 2005.

9. Комиссия общественной палаты по вопросам развития, благотворительности, милосердия и волонтерства. URL: http://www.oprf.ru/ structure/comissions2006/6/news/1783.

10. Магомедов А.А. Семья на Северном Кавказе. - Ставрополь, 1999.

11. Магомедов М.З. Трансформация гендерных стереотипов в современных дагестанских семьях // Гендерные отношения в культуре народов Кавказа. - Махачкала, 2008.

12. Пелихова И. Антикастрюльный бунт. URL: http://www.7c.ru/ archive/3685.html.

13. Ризаханова М.Ш. Традиционные гендерные стереотипы в системе взаимоотношений членов современной семьи лезгин // Гендерные отношения в культуре народов Кавказа. - Махачкала, 2008.

14. Текуева М.А. Гендер как социокультурный конструкт адыгского общества.: Дис. ... д-ра ист. наук. - Нальчик, 2006.

15. Ярычев Н.У. К некоторым аспектам формирования гендерных установок в традиционной чеченской культуре // Гендерные отношения в культуре народов Кавказа. - Махачкала, 2008.

ОБ АВТОРЕ Лысенко Оксана Егоровна, ФГАОУ ВПО «Северо-Кавказский

федеральный университет», Институт математики и естественных наук, кандидат философских наук, заведующая сектором научно-методического наполнения музеев Музейно-презентационного центра, тел.: 8-928-321-10-52, e-mail: k_lisenko@mail.ru.

Lysenko Oksana Egorovna, North Caucasian Federal University, candidate of Philosophy science, Section Head, scientific and methodological filling museums Museum and presentation center.