Полгода без банкротства

Правительство с 1 апреля вводит масштабный мораторий на банкротство. Он коснется практически всех юридических и физических лиц, а не только пострадавших от кризиса отраслей, как это было в ковидном 2020 году. Исключение сделано только для «проблемных» застройщиков, числящихся в соответствующем реестре. Объявление столь широкого моратория объясняется возникшими из-за санкций сложностями в работе большого числа отраслей и ухудшением экономической ситуации. Эксперты предупреждают, что у этой меры поддержки бизнеса есть и обратная сторона — она может привести и к злоупотреблениям со стороны должников, которые в состоянии выплачивать долги, что в итоге скажется на положении добросовестных кредиторов.

Фото: Олег Харсеев, Коммерсантъ

С сегодняшнего дня правительство вводит практически всеобщий мораторий на банкротство, он продлится полгода — до 1 октября 2022 года. Суть механизма заключается в том, что кредиторы в этот период не смогут подавать заявления о банкротстве того или иного лица, при этом возможность заявить о собственной несостоятельности остается. Как уточняют в Минэкономики, отклоняться будут заявления о банкротстве, направленные кредиторами не только с 1 апреля по 1 октября, но и поданные до даты введения моратория, если вопрос о принятии к производству к этому моменту не был решен арбитражным судом.

Поясним, что в 2020 году в закон о несостоятельности были внесены изменения, позволяющие правительству вводить такой мораторий в исключительных ситуациях (в частности, при существенном изменении курса рубля). Этим правом правительство пользуется уже второй раз. Первый мораторий был введен во время «коронакризиса» в апреле 2020 года для компаний и индивидуальных предпринимателей из пострадавших отраслей (например, ресторанный и гостиничный бизнес) для предотвращения цепной реакции неплатежей, после чего частично продлевался.

Теперь мораторий значительно шире — его распространят как на юрлиц (теперь уже практически всех), так и на граждан.

Исключение делается только для застройщиков, уже попавших в реестр проблемных объектов — сейчас в нем числится порядка 330 застройщиков и около 700 домов. В Минэкономики, которое готовило нормативную базу для моратория, это объясняют необходимостью обеспечения защиты прав пострадавших дольщиков. Как поясняли “Ъ” в Фонде развития территорий, принимать решения о достройке объекта или выплате компенсации дольщикам фонд может лишь по объектам, застройщики которых признаны банкротами и когда введено конкурсное производство.

Де-факто мораторий уже частично действует — с 9 марта Федеральная налоговая служба приостановила подачу заявлений о банкротстве. В целом побуждения у властей те же, что и два года назад. Как отметил вчера премьер-министр Михаил Мишустин, мораторий «фактически предоставит должникам возможность справиться с текущими трудностями в течение шести месяцев, наладить свои дела, найти новые источники дохода и укрепить финансы, не закрывая бизнес, не увольняя сотрудников».

Как пояснили “Ъ” в пресс-службе Минэкономики, уже начатые исполнительные производства со стартом моратория приостанавливаются. Впрочем, сейчас, по данным “Ъ”, обсуждается вопрос об отказе от такой «заморозки».

В Белом доме вчера сообщили, что «тема приостановления исполнительного производства находится в проработке».

Председатель Банкротного клуба Олег Зайцев напоминает, что в пандемию мораторий «помог бизнесу сохраниться до момента отмены ковидных ограничений», при этом, несмотря на опасения волны новых дел о банкротстве после его отмены, она не случилась. Сейчас, говорит он, «обстановка настолько непредсказуемая, что мало кто может быть уверенным в сохранении платежеспособности», а сохранение возможности принудительного инициирования кредиторами дела о банкротстве «способно привести к уничтожению большого количества бизнесов». Еще один аргумент, по его словам, это «неготовность российского банкротного права заниматься спасением бизнеса — до сих пор оно умеет только его хоронить в рамках ликвидационных процедур».

Партнер коллегии адвокатов Pen & Paper Екатерина Токарева отмечает, что причины введения моратория очевидны — слишком много отраслей экономики пострадало от изменения экономической и внешнеполитической ситуации. Как добавляет партнер РКТ Иван Гулин, «ограничение импорта и экспорта, а также инфляция сказываются на всех участниках гражданского оборота». С другой стороны, говорит Екатерина Токарева, есть компании, которые не только не пострадали, но даже получили ряд преимуществ — применение к ним моратория не совсем правильно, их кредиторы должны иметь возможность принудительно взыскивать задолженность, которая сознательно не уплачивается. О рисках таких злоупотреблений предупреждает и руководитель практики разрешения судебных споров и банкротства КПМГ Лидия Солодовникова — может получиться, что «по завершении моратория банкротство будет вполне реально не для того, кого он защищает, а для добросовестных кредиторов».