Неопределенность понятия деловой репутации: последствия для учета и отчетности

НА ПУТИ

К МЕЖДУНАРОДНЫМ СТАНДАРТАМ

УДК 657.1.012.1

неопределенность понятия

деловой репутации:

последствия для учета и отчетности

П.П. БАРАНОВ,

доктор экономических наук, профессор кафедры финансов, учета и аудита E-mail: bpavel@ngs.ru

В.П. КОЗЛОВ,

кандидат экономических наук, доцент кафедры финансов, учета и аудита E-mail: kozlov1947@yandex.ru

Ю.С. КЛИМАШИНА,

старший преподаватель кафедры финансов, учета и аудита E-mail: positivism@rambler. ru Сибирский государственный индустриальный университет

В условиях экономического кризиса, сопровождающегося процессами передела собственности, особую актуальность приобретают проблемы оценки и учета деловой репутации организаций -одной из самых необычных категорий бухгалтерского учета. В представленной статье раскрывается авторское видение проблем идентификации деловой репутации как объекта бухгалтерского учета, дается характеристика теоретической и нормативной неопределенности данной категории, анализируются и критически оцениваются последствия применения существующих подходов к определению причин возникновения гудвилла и его отражению в учете и отчетности.

Ключевые слова: деловая репутация организации, неопределенность, признание, учет, отчетность, причины возникновения, последствия.

Неотъемлемым атрибутом развития кризисных и посткризисных ситуаций в рыночной экономике является активизация процессов передела собственности, проявляющихся в слияниях, поглощениях и объединениях бизнес-единиц, а также в простом переходе прав собственности на организации от одних субъектов экономики к другим. Указанным процессам практически

неизменно сопутствует «материализация» одной из самых сложных и противоречивых нематериальных категорий - категории деловой репутации организации. Необходимость отражения данной категории в бухгалтерском учете и бухгалтерской финансовой отчетности не вызывает сомнений, однако как методология, так и методические аспекты учета деловой репутации, предлагаемые сегодня в научных работах и бухгалтерских регу-лятивах, представляются весьма неоднозначными и требуют глубокого анализа.

В своих исследованиях [4, 5] авторы настоящей статьи неоднократно отмечали, что действующие российские учетные стандарты не раскрывают сущности понятия «деловая репутация организации», и именно вследствие неопределенности природы данного феномена возникают и обостряются практически все проблемы его отражения в учете и отчетности. В частности, дефиниция деловой репутации отсутствует в единственном упоминающем данное понятие Положении по бухгалтерскому учету «Учет нематериальных активов» (ПБУ 14/2007). Указанное Положение ограничивается лишь раскрытием порядка расчета стоимости приобретенной деловой репутации, «рыночной» интерпретацией ее видов и их квалификацией в составе объектов бухгалтерского учета: положительная деловая репутация - надбавка к цене - объект нематериальных активов; отрицательная деловая репутация - скидка к цене - прочие доходы. В данном случае налицо традиционная ошибка трактовки понятия через алгоритм оценки его стоимостного эквивалента, широко дискутируемая в настоящее время в научных кругах [7, с. 165].

Что же касается смысловой, сущностной составляющей категории деловой репутации, то она представлена в ПБУ 14/2007 лишь «намеками» на некие «неидентифицируемые активы» и «факторы наличия стабильных покупателей, репутации качества, навыков маркетинга и сбыта, деловых связей, опыта управления, уровня квалификации персонала и т.п.» (п. 43). При этом следует заметить, что разработчики ПБУ 14/2007 не включили в состав нематериальных активов интеллектуальные и деловые качества персонала организации, их квалификацию и способность к труду (п. 4). Таким образом, есть основания для

усмотрения внутреннего противоречия между пп. 4 и 43 ПБУ 14/2007.

Не лучшим, хотя и несколько иным образом выглядит ситуация с интерпретацией деловой репутации в Международных стандартах финансовой отчетности (МСФО): в МСФО (IAS) 38 «Нематериальные активы» определение гудвилла отсутствует в принципе, хотя раскрываются причины его возникновения и дается характеристика оснований для разграничения деловой репутации, «приобретенной в рамках сделки по объединению бизнеса», и «внутренне созданной» деловой репутации. Следует отметить, что внутренне созданный гудвилл в соответствии с пп. 48 и 49 МСФО (IAS) 38 «...не подлежит признанию в качестве актива, поскольку он не является идентифицируемым ресурсом. который контролируется предприятием и может быть надежно оценен по себестоимости».

Анализируя данное положение, нельзя не задаться вопросом о том, а не относится ли вышесказанное в равной степени и к гудвиллу, приобретенному в результате объединения бизнеса? Так, МСФО (IFRS) 3 «Объединения бизнеса» -единственный стандарт, содержащий определение гудвилла - трактует его как «Актив, представляющий собой будущие экономические выгоды, являющиеся результатом других активов, приобретенных при объединении бизнеса, которые не идентифицируются и не признаются по-отде-льности». В данной дефиниции предпринимается (пусть и неудачно) единственная в рамках МСФО попытка содержательно, а не «алгоритмически» определить категорию деловой репутации.

Вместе с тем очевидно, что приобретенный гудвилл не удовлетворяет ни критерию идентифицируемости активов, раскрытому в тексте МСФО (IAS) 38, ни приведенному выше условию возможности контроля со стороны предприятия-обладателя. Вряд ли есть основания с уверенностью говорить и о возможности надежной корректной оценки приобретенного гудвилла. Таким образом, аргументы, на основании которых внутренне созданный гудвилл не признается активом, вполне применимы и к приобретенной деловой репутации, однако МСФО (IFRS) 3 однозначно относит гудвилл, приобретенный в результате объединения бизнеса, к нематериальным активам.

Не углубляясь в данной статье в характеристику многих других противоречий и неясностей, окружающих деловую репутацию в нормативных актах и бухгалтерских регулятивах, целесообразно сконцентрировать внимание на последствиях сложившейся неопределенности, проявление которых не заставляет себя долго ждать.

Одним из признаков того, что методология учета деловой репутации сложна и неоднозначна, является тот факт, что в современных учебниках по бухгалтерскому финансовому учету, как правило, воспроизводится текст разд. VIII ПБУ 14/2007 и в лучшем случае приводится в самом общем виде корреспонденция счетов, детализированная авторами в таблице по данным, приведенным в работе [6].

Совершенно очевидно, что представленный в таблице порядок отражения деловой репутации приобретаемого предприятия синхронизирован с нормами § 8 «Продажа предприятия» гл. 30 Гражданского кодекса РФ (ГК РФ), рассматривающими фактически не продажу предприятия, а продажу его имущества. Как это ни парадоксально, но смысл операции, названной в МСФО (IFRS) 3 объединением бизнеса, абсолютно соответствует содержанию группы фактов хозяйственной жизни, обусловленных указанными нормами отечественного гражданского права. По мнению авторов, порядок продажи предприятия, изложенный в ГК РФ, скорее, архаизм, чем общее правило, и, более того, следование данному порядку при формировании методологии учета представляет собой ярчайший пример нарушения фундаментального бухгалтерского принципа - принципа приоритета экономического содержания факта хозяйственной жизни над его юридической формой. Декларируемая авторами позиция базируется на следующих аргументах и суждениях.

Рассмотренный выше порядок учета купли-продажи предприятия предполагает, по существу, «вливание» активов и обязательств, ассоциируемых с единым имущественным комплексом предприятия - объекта сделки, в состав баланса приобретателя, что, как правило, сопровождается утратой приобретаемым предприятием прав юридического лица. Следует отметить, что последнее довольно часто означает на рынке и утрату идентичности имущественного комплекса, потерю им

Бухгалтерские записи покупателя по договору покупки предприятия как имущественного комплекса

Содержание хозяйственной операции Корреспонденция счетов

Дебет Кредит

Принято на забалансовый учет имущество приобретаемой орга- 002

низации

Отражена оплата приобретаемой 76 51

организации путем перечисления

денежных средств

С забалансового счета списана 002

стоимость приобретенной орга-

низации после государственной регистрации прав собственности

Отражено приобретение в составе 08 76

организации основных средств и

нематериальных активов (по сто-

имости, указанной в передаточ-

ном акте, увеличенной на часть

суммы регистрационных расходов

в доле, приходящейся на основ-

ные средства и нематериальные активы)

Приняты к учету приобретенные 01, 04 08

основные средства и нематери-

альные активы

Оприходованы приобретенные 10, 20, 40, 76

в составе организации матери- 41, 43,

ально-производственные запасы, ценные бумаги и т.д. (по стои- 58...

мости, указанной в передаточном акте)

Отражена сумма НДС по приоб- 19 76

ретенному в составе организации

имуществу, выделенная продавцом в счете-фактуре

Отражено приобретение права требования дебиторской задол- 62, 76 76

женности

Оприходована кредиторская задолженность приобретаемой 76 60, 76

организации

Отражена отрицательная деловая 76 91

репутация, если покупная цена

организации ниже стоимости ее активов за вычетом обязательств

Отражена положительная деловая 08, 04 76, 08

репутация, если покупная цена

организации выше стоимости ее активов за вычетом обязательств

узнаваемости и привлекательности, т.е. тех самых «неидентифицируемых активов» и «репутацион-ных факторов», о которых, по всей видимости, идет речь в ПБУ 14/2007. В России сколько угодно примеров того, как в результате вливания в состав активов одних торговых компаний имущественных объектов (например, торговых комплексов), ранее принадлежавших другим компаниям, прогнозируемый гудвилл по факту оборачивался отрицательной деловой репутацией.

Дополнительная аргументация того, что о возникновении деловой репутации нецелесообразно вести речь в случае утраты приобретаемым предприятием статуса юридического лица, вытекает из экономического развития правовой трактовки предприятия как имущественного комплекса, в состав которого согласно ст. 132 ГК РФ «входят все виды имущества, предназначенные для его деятельности, включая земельные участки, здания, сооружения, оборудование, инвентарь, сырье, продукцию, права требования, долги, а также права на обозначения, индивидуализирующие предприятие, его продукцию, работы и услуги (коммерческое обозначение, товарные знаки, знаки обслуживания), и другие исключительные права, если иное не предусмотрено законом или договором».

С позиций экономики фирмы в составе имущественного комплекса отражены средства труда, предметы труда, однако «за скобки» вынесен третий важнейший элемент производства - человеческий капитал. С правовой и этической точек зрения это совершенно понятно - работников как таковых приобрести нельзя, кроме того, их трудовые отношения с работодателем, утрачивающим статус юридического лица, прекращаются, что совершенно не означает автоматического возобновления трудовых договоров с покупателем имущественного комплекса. Де-факто гарантированно «зафиксировать» кадровый потенциал приобретаемого бизнеса как фактор деловой репутации покупатель может, только сохраняя за данным бизнесом права юридического лица, но формально это нарушит порядок продажи предприятия, предусмотренный нормами гл. 30 ГК РФ.

Учитывая то, что рассматриваемый порядок охватывает и случаи отчуждения лишь части иму-

щественного комплекса, логично предположить, что с позиций покупателя сделки подобного рода мало чем отличаются от сделок по приобретению аналогичных объектов у производителей и посредников. При этом вопрос о возникновении деловой репутации у предприятия, приобщившего к своим активам партию объектов основных средств, приобретенных у известного качеством своей продукции производителя, никогда не ставился, хотя разница между договорной ценой и стоимостью данных объектов в балансе производителя очевидна.

Таким образом, становится все более очевидной и полная абсурдность возникновения и необходимости учета деловой репутации как следствия сделок, осуществляемых в соответствии с действующим гражданско-правовым порядком продажи предприятий.

Неопределенность и противоречивость нормативной характеристики рассматриваемой категории подводит к выводу о том, что общепринятая трактовка деловой репутации в качестве объекта нематериальных активов обусловлена исключительно ее неовеществленным характером, который представляет собой единственную смысловую «зацепку» для бухгалтерской квалификации. Последствия реализации подобного подхода к учетной интерпретации гудвилла способны, по мнению авторов, генерировать информационный риск в принятии экономических и управленческих решений пользователями бухгалтерской финансовой отчетности. Данный риск сопряжен с включением стоимостного эквивалента гудвилла в состав нематериальных, а соответственно, и внеоборотных активов и закономерным «утяжелением» доли их общей стоимости в сумме совокупных активов организации. При этом происходит деформация структуры баланса, определяющая снижение его ликвидности и ухудшение показателей платежеспособности.

Кроме того, в условиях высокой степени агрегирования современной отчетности увеличение доли внеоборотных активов, обусловленное появлением в их составе «виртуального» гудвилла, может ошибочно рассматриваться отечественными пользователями как признак наращивания «капитальности», основательности анализируемого бизнеса. Рост доли внеоборотных

активов в рамках экспресс-анализа бухгалтерской финансовой отчетности достаточно часто трактуется как свидетельство повышения надежности предприятия и усиления гарантий интересов инвесторов и кредиторов, однако в рассматриваемой ситуации вывод подобного рода оказывается безосновательным.

Не менее дискуссионными и неоднозначными являются и подходы к рекапитализации гудвилла, используемые как в России, еще сохраняющей некоторую самобытность методологии учета, так и в странах - адептах МСФО.

Российская учетная традиция, признающая гудвилл объектом нематериальных, а следовательно, и внеоборотных активов, в методологии рекапитализации следует строгой логике: если гудвилл - это внеоборотный актив, его рекапитализация должна осуществляться посредством амортизации, т.е. постепенного погашения стоимости в форме покрытия доходами части себестоимости продукции, работ, услуг, особым образом сформированной в учете. При этом неопределенность проявляется в двух аспектах - при установлении периода амортизации и при выборе метода временного распределения ее суммы. Как первый, так и второй из указанных проблемных аспектов, по существу, не имеют надежного решения и ассоциируются с применением методов экспертной оценки.

По всей видимости, признание этой коллизии и привело к появлению в отечественных бухгалтерских положениях 20-летнего срока и линейного метода амортизации гудвилла. С позиций современного состояния рыночной экономики России и трендов ее развития оба положения представляются несостоятельными, поскольку практически отсутствуют примеры нематериальных активов, дающих 20-летнюю отдачу в форме экономической выгоды, кроме того, жизненный цикл такой отдачи имеет далеко не линейную конфигурацию.

Таким образом, общепринятый в России подход к рекапитализации гудвилла направлен, по мнению авторов, на решение лишь одной задачи - задачи элиминирования, минимизации его влияния на финансовый результат предприятия, решаемой путем равномерного временного «распыления» стоимости гудвилла на 240-месячный

период. Однако такой подход вряд ли может быть признан отвечающим требованиям концепции достоверного и добросовестного взгляда.

Подход к рекапитализации гудвилла с использованием теста на обесценение, проводимый в жизнь МСФО, безусловно, более адекватен действительности и не содержит многих недостатков, характерных для отечественной методологии учета. В частности, следует согласиться с тем, что периодическое проведение теста на обесценение учитывает нелинейный характер жизненного цикла деловой репутации, однако идентификация признаков обесценения, раскрытых в МСФО (IAS) 36 «Обесценение активов», так же, как и отечественная методология амортизации гудвилла, во многом базируется на экспертной оценке. При этом возможные издержки субъективной оценки за рубежом компенсируются гораздо более развитой, чем в России, культурой профессионального суждения бухгалтера. Вместе с тем, признавая достоинства подхода МСФО к рекапитализации гудвилла, необходимо отметить, что с точки зрения последствий его реализации и он далеко не идеален.

Выдвигая данный тезис, авторы обращают внимание на неоднозначный характер отнесения сумм обесценения деловой репутации на финансовый результат и усматривают в таком отнесении признаки «двойного счета». Логично предположить, что в случае ухудшения экономических выгод, источником которого является обесценение гудвилла, соответствующее снижение автоматически, благодаря общей методологии бухгалтерского учета, отразится на соответствующих финансово-результативных счетах. В то же время МСФО предлагают бухгалтеру дополнительно снизить и без того уменьшившуюся, в том числе под влиянием негативной динамики гудвилла, сумму на величину его обесценения. Таким образом, в учете возникает мультипликативное занижение финансового результата: сначала он снижается в целом, объективно в результате неидентифицируемого влияния деградации деловой репутации, а затем дополнительно, искусственно посредством прямого отнесения сумм обесценения гудвилла.

Представленные аргументы, характеризующие противоречия действующей методологии учета гудвилла, причем как в России, так и за рубежом, заставляют вновь вернуться к исследованию

его природы и основам научной экономической и учетной интерпретации данного феномена.

Исследования показывают, что единственный, безальтернативно предусмотренный процитированными нормами ГК РФ вариант, в реальной экономике практически не встречается - чаще всего фактическая покупка предприятий осуществляется посредством приобретения долей в уставном капитале или пакетов акций организации. Данный факт находит свое подтверждение и в серьезных теоретико-методологических работах отечественных и зарубежных ученых. В частности, в кандидатской диссертации Н.В. Генераловой «Гудвилл как категория бухгалтерского учета» (Санкт-Петербург, 2003), пожалуй, единственной глубокой работе, написанной до настоящего времени по проблемам учета деловой репутации, автор наряду с рассмотренным выше «классическим» способом приобретения предприятия приводит еще три способа, потенциально связанных с рассматриваемой категорией:

- покупка компании как имуще ственного комплекса при условии, что фактически приобретенная компания остается функционировать как отдельный хозяйствующий субъект;

- покупка акций другой компании;

- составление консолидированной отчетности. При этом в первых двух случаях, по мнению

Н.В. Генераловой, коррелирующему с отечественными нормативными положениями, гудвилл не возникает вообще, а в третьем случае - при составлении консолидированной отчетности -возникает псевдогудвилл.

Интернациональный авторский коллектив в составе Юан Динь, Жака Ришара и Эрве Столоуи, представляющих соответственно Китайско-европейскую международную бизнес-школу (Шанхай, Китай), Университет Париж-Дофин (Франция) и Высшую коммерческую школу менеджмента (Париж, Франция), в своей весьма интересной работе «К вопросу о понимании этапов учета гудвилла в четырех западных капиталистических странах: от модели стейкхолдера к модели акционера» [8] выделяет два вида причин возникновения приобретенного гудвилла:

- покупка активов (выделено нами. - Авт.), не сопровождающаяся приобретением акций компании;

- приобретение акций компании.

Зарубежные ученые, опираясь на результаты своих исследований, приходят к выводу, что в начале XXI в. наступила четвертая фаза учетной интерпретации деловой репутации, в рамках которой решение вопроса о признании гудвилла как такового однозначно является прерогативой профессионального суждения бухгалтера. Более того, в западных странах, накопивших более чем столетний опыт учета этой загадочной категории, все большее распространение и признание получает идея отказа от амортизации гудвилла: «Гудвилл, вне зависимости от того, приобретен он в результате покупки активов или в результате бизнес-комбинации1, не должен более рассматриваться как подлежащий амортизации, он должен подвергаться тесту на обесценение на основе сравнения его реальной стоимости и стоимости, добросовестно представленной в отчетности. Новые стандарты (отчетности) знаменуют собой победу страхового (актуарного) подхода: гудвилл -это актив, стоимость которого определяется факторами будущего» [8, с. 38].

Авторы настоящего исследования солидарны с мнением западных специалистов, которые, опираясь на свои либеральные традиции, дают бухгалтеру право самостоятельного выбора как индикаторов возникновения деловой репутации, так и методологии учета ее динамики. Подобный подход представляется вполне уместным, поскольку он предполагает необходимость формирования в каждом конкретном случае профессионального суждения бухгалтера (а впоследствии - и аудитора), базирующегося на системе обоснованных выводов, аргументов и доказательств.

Реализация данного подхода приводит к выводу о том, что в ситуации приобретения предприятия без последующей утраты им статуса юридического лица - посредством финансовых вложений покупателя - возникают гораздо более веские причины для признания деловой репутации, нежели в ситуации с приобретением активов. Такое заключение определяется целой совокупностью обстоятельств и доказательств.

Во-первых, в рассматриваемом случае приобретаемый бизнес, как правило, не утрачивает своей идентичности в глазах третьих лиц - поставщиков, подрядчиков, покупателей, заказчиков,

1 Покупки акций или долей. - Прим. авт.

инвесторов, кредиторов и т.д., что является немаловажным фактором сохранения положительной деловой активности и формирования будущих экономических выгод для нового собственника. Даже в том случае, когда новый собственник реализует политику активного вмешательства в свой бизнес, это вмешательство направлено лишь на повышение эффективности бизнеса и увеличение потенциальных выгод.

Во-вторых, приобретение бизнеса посредством финансовых вложений позволяет достаточно точно оценивать отдачу от деловой репутации: финансовый результат приобретенного бизнеса четко идентифицируется в системе его бухгалтерского учета и адекватно воспринимается собственником в отличие от традиционного случая приобретения активов компании, когда из общего финансового результата фирмы-покупателя невозможно достоверно вычленить долю, обусловленную влиянием поглощенных активов, «растворившихся» в новом балансе.

В-третьих, в ситуации с приобретением акций или долей однозначна мотивация покупателя будущими экономическими выгодами: он ориентируется либо на ожидаемый курсовой рост, либо на прогнозируемые дивиденды - иного просто не дано, в то время как покупатель имущественных объектов бизнеса мотивирован, как показывает практика, преимущественно их конкурентной на момент покупки ценой, т.е. этот случай

Данные аргументы не исчерпывают всей доказательной базы авторской позиции, но представляются менее дискуссионными, чем прочие многочисленные основания для признания и учета гудвилла как следствия финансовых вложений. Авторский подход предполагает развитие оценочных процедур и корреспонденции счетов, которые надлежит применять для бухгалтерского описания рассматриваемых фактов и событий хозяйственной жизни организаций. Однако выработка профессиональных суждений, необходимых для

решения этих проблем, будет неизбежно пробуксовывать, натыкаясь на неопределенность природы, сущности категории деловой репутации.

Согласно данным западного ученого П.Д. Лика, приведенным в работе «Гудвилл: его природа и способы оценки», «.слово "гудвилл" используется в коммерческом обороте уже многие столетия» [10, с. 81], первые случаи его цитирования датируются 1571 г. Как свидетельствует в своей монографии «Гудвилл в учете: история вопросов и проблем» американский исследователь Х. Хьюз, в профессиональной бухгалтерской периодике данный термин широко употребляется с 1874 г. [9, с. 24]. При этом приходится констатировать, что в рамках столь длинной - почти полутысячелетней -истории практического использования понятия «деловая репутация» и более чем столетнего периода его научного осмысления сущность гудвилла остается неопределенной.

Есть основания полагать, что рассмотренная ситуация - наглядный пример внутри- и междисциплинарной научной проблематики, к исследованию которой авторы неоднократно обращались в своих работах [1, 2, 3]. Анализ показывает, что постановка и решение задачи дефиниции категории «деловая репутация организации» должны осуществляться учеными-бухгалтерами в тесной связи со специалистами в области экономической теории, теории финансов, философии и методологии науки - только такая системная совместная работа может увенчаться логически стройным и непротиворечивым результатом, способным существенно снизить учетную энтропию и создать содержательные логические основания для формирования профессиональных суждений в отношении адекватных подходов к оценке, учету, анализу и аудиту феномена деловой репутации в современной экономике.

Список литературы

1. Баранов П.П. Аудиторская наука на фоне кризисных явлений в экономике: приоритетные направления развития и предметные области исследований // Международный бухгалтерский учет. 2012. № 20 (218). С. 35-42.

2. Баранов П.П. К вопросу о необходимости формирования научной теории аудита // Вестник НГУЭУ. 2013. № 4. С. 84-100.

3. Баранов П.П. Позитивный и нормативный подходы к исследованию проблем формирования профессионального суждения в аудите: альтернатива или симбиоз? // Управленческий учет. 2012. № 11. С. 79-85.

4. Баранов П.П., Климашина Ю.С. К вопросу об оценке и отражении эндогенной деловой репутации в отчетности организаций // Казанская наука. 2013. № 3. С. 24-28.

5. Баранов П.П., Климашина Ю.С. Проблемы формирования и применения профессионального суждения о деловой репутации в бухгалтерском учете и аудите // Вестник НГУЭУ. 2012. № 4. С. 70-78.

6. Гуккаев В.Б. Нематериальные активы: учет и налогообложение. М.: Главбух, 2009. 144 с.

7. Цыганков К.Ю. О Международной научной конференции «Бухгалтерский учет: взгляд из прошлого в будущее» (II Соколовские чтения) // Сибирская финансовая школа. 2013. № 3. С.164-168.

8. Ding Y., Richard J., Stolowy H. Towards an understanding of the phases of goodwill in four Western capitalist countries: From stakeholder model to shareholder model. European commission, 2007, 70 p.

9. Hughes H.P. Goodwill in accounting: A history of the issues and problems: research monograf. Atlanta: Business publishing division, College of Business Administration, Georgia State University, 1982, no. 80.

10. Leake P.D. Goodwill: its nature and how to value it. The Accountant, 1914, January 17, pp. 81-90.

On the way to international standards

UNCERTAINTY OF THE BUSINESS-REPUTATION CONCEPT: CONSEQUENCES FOR ACCOUNTING AND REPORTING

Pavel P. BARANOV, Valerii P. KOZLOV, Iuliia S. KLIMASHINA

Abstract

A business reputation of an organization is one of the most unusual categories of accounting. Its evaluation is a highly topical problem in conditions of the economic crisis, accompanied by the processes of property redistribution . The article submits the author's vision of the problems of identification of business reputation as an object of accounting. It also contains the author's description of the theoretical and standard uncertainty of this category and the analysis of consequences of application of the existing approaches to defining the reasons of goodwill emergence and reflecting it in accounting and reporting

Keywords: business reputation, uncertainty, recognition, accounting, reporting, emergence reasons, consequences

References

1. Baranov P.P. Auditorskaia nauka na fone kriz-isnykh iavlenii v ekonomike: prioritetnye napravleniia

razvitiia i predmetnye oblasti issledovanii [Auditing science against the background of economic crisis: the priority directions of development and subject domains of research]. Mezhdunarodnyi bukhgalter-skii uchet - International accounting, 2013, no. 20, pp.35-42.

2. Baranov P.P. K voprosu o neobkhodimosti formirovaniia nauchnoi teorii audita [The necessity of formation of a scientific theory of auditing].

Vestnik NGUEU - NSUEM bulletin, 2012, no. 4, pp.84-100.

3. Baranov P.P. Pozitivnyi i normativnyi podkhody k issledovaniiu problem formirovaniia professional'nogo suzhdeniia v audite: alternativa ili simbioz? [Positive and standard approaches to research problems of formation of the professional judgment in auditing: alternative or symbiosis?]. Upravlencheskii uchet - Management accounting, 2012, no. 11, pp. 79-85.

4. Baranov P.P., Klimashina Iu.S. K voprosu ob otsenke i otrazhenii endogennoi delovoi reputatsii v

otchetnosti organizatsii [Assessment and reflection of endogenous business reputation in reporting of the organization]. Kazanskaia nauka - Kazan science, 2013, no. 3, pp. 24-28.

5. Baranov P.P., Klimashina Iu.S. Problemy formirovaniia i primeneniia professional'nogo suzh-deniia o delovoi reputatsii v bukhgalterskom uchete i audite [Problems of formation and application of the professional judgment on business reputation in accounting and auditing]. Vestnik NGUEU - NSUEM bulletin, 2012, no. 4, pp. 70-78.

6. Gukkaev V.B. Nematerial 'nye aktivy: uchet i nalogooblozhenie [Intangible assets: accounting and taxation]. Moscow, Glavbukh Publ., 2009, 144 p.

7. Tsygankov K.Iu. O Mezhdunarodnoi nauch-noi konferentsii "Bukhgalterskii uchet: vzgliad iz proshlogo v budushchee" (II Sokolovskie chteniia) [Int. Sci. Conf. "Accounting: the look from the past into the future" (2nd Sokolov readings)]. Sibirskaia finansovaia shkola - Siberian financial school, 2013, no.3,pp.164-168.

8. Ding Y., Richard J., Stolowy H. Towards an understanding of the phases of goodwill in four Western capitalist countries: from stakeholder model

to shareholder model. European commission Publ., 2007, 70 p.

9. Hughes H.P. Goodwill in accounting: a history of the issues and problems: research monograph. Atlanta: Business publishing division, College of Business Administration, Georgia State University Publ., 1982, 80 p.

10. Leake P.D. Goodwill: its nature and how to value it. The Accountant, 1914, January 17, pp.81-90.

Pavel P. BARANOV

Siberian State Industrial University, Novokuznetsk, Kemerovo region, Russian Federation bpavel@ngs.ru Valerii P. KOZLOV

Siberian State industrial University, Novokuznetsk, Kemerovo region, Russian Federation kozlov1947@yandex.ru Iuliia S. KLIMASHINA

Siberian State industrial University, Novokuznetsk, Kemerovo region, Russian Federation positivism@rambler.ru