Празднично-обрядовая культура как целостное явление традиционной культуры (на примере Тюменской области)

аналогии с нашим сознанием, на основе его данных.

Вслед за Е. А. Бобровым Озе постулирует важность понятия координации: «Делая предположение о существовании других "Я", я имею в виду, с одной стороны, мои ощущения, данные в моем сознании, а с другой, предположение, что эти ощущения находятся в известной координации с таким-то комплексом чувствований в другом сознании, причем я представляю так, что последнее является причиной моих

восприятий» (5, с. 65-66).

Бытие транссубъективной реальности в целом, по мнению Озе, подразделяется на две большие группы. Во-первых, это бытие реально-субстанционное. Оно представляет собой совокупность активных духовных субстанций, реальных «Я». Во-вторых, это бытие идейно-феноменальное, множество содержаний этих духовных субстанций как «содержания сознания индивидуально-конкретного субъекта без отношения его к чему-то внешнему» (5, с. 122).

Примечания

1. Асмус В. Ф. Философия в Московском университете во второй половине XIX века / В. Ф. Асмус // Ученые записки философского факультета МГУ. - 1952.

2. Бобров Е. А. Бытие индивидуальное и бытие координальное / Е. А. Бобров. - Юрьев, 1900.

3. Бобров Е. А. О понятии бытия / Е. А. Бобров. - Казань, 1898.

4. Введенский А. И. Один из типов нашей университетской философии / А. И. Введенский // Богословский Вестник. - 1896. - VIII.

5. Озе Я. Ф. Гносеология / Я. Ф. Озе. - Юрьев, 1908.

6. Озе Я. Ф. Проективизм и персонализм в метафизике Лотце / Я. Ф. Озе. - Юрьев, 1896.

7. Teichmuller G. Die Wirkliche und die Scheinbare Welt. Neue Grundlegung der Metaphysik / G. Teichmuller. - Breslau, 1882.

Л. В. Дёмина

ПРАЗДНИЧНО-ОБРЯДОВАЯ КУЛЬТУРА КАК ЦЕЛОСТНОЕ ЯВЛЕНИЕ ТРАДИЦИОННОЙ КУЛЬТУРЫ

Статья посвящена рассмотрению праздника как формы передачи традиций народа, сохранения этноса, который выполняет нравственную, воспитательную, эмоционально-психологическую, идеологическую функции. Делается вывод, что знакомство молодого поколения с традиционной народной культурой региона происходит как раз посредством проведения областных национальных праздников, фестивалей, а процесс создания современной обрядности с включением культурных архетипов прошлого определяет актуальность изучения празднично-обрядового комплекса в современности. Ключевые слова: теория культуры, традиционная региональная культура, механизмы самосохранения, обрядовый фольклор, история народа.

The author has taken into account existing approaches as far as customary folklore is involved. Original folklore information has been scrutinized and put into several divisions according to its structure, semantics, function and communicative situation. The core of the traditional ritual system emerges in custom of releasing from chaos and rebirth in new position. Customs go throughout the life circle in one row (birth, wedding, death, calendar coherence). The author distinguishes codes of customs. Each ritual consists of definite elements and goes through certain periods. The elements being submitted to the idea of custom arrange the code. Keywords: theory of culture, traditional regional culture, mechanisms of culture preservation, the history of the people soul.

В отечественной науке конца XX — начала XXI века наметился подход к исследованию и изучению праздника как целостного явления традиционной культуры. Празднично-обрядовая культура является своеобразным отражением социально-политической, историко-культурной, этнической, духовной жизни народа на различных этапах его развития. С одной стороны, праздники и обряды несут на себе печать этнической специфики, а с другой - отражают типологическую общность человеческой культуры. На рубеже веков интерес исследователей сосредоточился на выявлении типов праздников и обрядов, их генезиса и трансформации в изменившейся социокультурной ситуации, а также роли традиционного обряда и праздника в современной интерпретации в воспитании молодого поколения.

Проблематика данного исследования связана с тремя ключевыми понятиями: обряд, ритуал, праздник, значение которых, в силу множественности трактовок, требует конкретизации.

Традиционную обрядовую практику принято обозначать понятиями обряд и ритуал. По мнению В. П. Аникина, «обряд - это традиционная передающаяся от поколения к поколению, узаконенная обычаем совокупность условных, нередко символических действий» (1, с. 75). В работах А. К. Байбурина названные понятия рассматриваются как синонимы. По мнению исследователя, само слово «обряд» происходит от корня «ряд». «Рядить», или «обряжать» значило обсудить, договориться о чем-либо, установить то или иное житейское правило, провести праздник. В широком смысле слова обряд - это строй, порядок, уклад жизни семьи, общины. В родовой, или сельской, общине люди жили по своему укладу, или обряду, по своему обычаю. С помощью обрядов определялись и регулировались отношения, производственная деятельность людей, их досуг и развлечения. Обряды являлись средством общения и выражения коллективных эмоций, механизмом передачи социального опыта и чувственного отноше-

ния людей к природе. Понятие «ритуал» как исторически сложившаяся форма социально санкционированного символического поведения или действия, имеющего канонизированный характер, выражающего высокие духовные (прежде всего сакральные) смыслы, а также наделенного в данном человеческом сообществе значительной ценностью, по своему содержанию близко, хотя и не абсолютно тождественно понятию «обряд». Принимая во внимание возможность разграничения данных понятий, вслед за А. К. Байбуриным будем использовать их как синонимы (2, 3).

В архаических культурах ритуалу отводится роль священнодействия, связанного «с установлением или поддержанием вселенской и социальной упорядоченности» (9, с. 839). Ритуал осуществляет коммуникацию между «этим» и «тем» мирами, между жизненным пространством человека и сферами пребывания сверхъестественных сил (ритуал — «дело», миф — «слово») (11, с. 85). Типичная для ритуала коммуникативная ситуация — это общение между двумя противостоящими друг другу группами его участников, символически воплощающее антагонизм «этого» и «того» света. Данное общение всегда опосредовано фигурой, принадлежащей одновременно обоим мирам и осуществляющей связь между ними (колядовщики, бабка-«по-витуха» и др.). Л. Н. Виноградова полагает, что «каждый входящий в дом гость во время святок в связи с представлениями о приходе на землю духов предков, Божьего сына, воспринимается как особа, могущая повлиять на жизнь человека, на его удачливость на целый год» (4, с. 48). Контраст «своих» и «чужих» реализуется в противоположных по знаку сферах ритуальной действительности, в разграничении двух моделей обрядового поведения (с одной стороны, статичность, молчание, с другой — смех, громкие крики, резкие движения, включая хореографические, ненормативная лексика).

Как известно, в глубокой древности во всех обществах многие общинные ритуалы протекали в обстановке праздни-

ков, существовавших и являвшихся необходимым условием социального бытия. Так, у русских словами «праздник / свят» назывались воскресенье, общинные и семейные торжества; термин «свят» закрепился и за ритуальными днями, не предполагающим окончания работы.

Для всех народов характерно противопоставление праздников будням. В связи с этим И. М. Снегирев еще в 1937 году писал о том, что «само слово праздник выражает упразднение, свободу от будничных трудов, соединенную с весельем и радостью. Праздник есть свободное время, обряд же представляет собой знаменательное действие, принятый способ совершения определенных торжественных действий. Последний содержится в первом... Праздник — это всегда катаклизм, момент временной смерти и одновременно новое рождение мира» (10, с. 21). Во время праздников обычное течение жизни прерывалось, привычная упорядоченность мира нарушалась. В праздничные дни мир как бы находился на грани жизни и смерти, и земная его сторона входила в противоречие со стороной высшей, сакральной. На время праздника воцарялся хаос, обусловливающий особенное мироощущение и поведение людей. Кроме того, праздник мыслился людьми одушевленным, поэтому его встречали и провожали, он приходил и уходил. Праздник способствовал сохранению единства поколений, обеспечивая тем самым преемственность в жизни общества. По мнению К. Касьяновой, «обряд создает праздник, а праздник останавливает время и высвобождает человека из подчинения ему, позволяет человеку "выпрыгнуть" из бесконечной гонки за своим будущим. И только при этом условии возможна эмоциональная встряска и разгрузка, снятие напряженности. Но вся трудность заключается в том, что хотя обряд и может создать человеку праздник, создать сам обряд невозможно по усмотрению и для определенной цели: для того, чтобы набрать силу, обряду нужны столетия» (7, с. 146— 147). Утверждая накопленный многими

поколениями опыт, праздник приобщает общество к традиции. Однако, «будучи по природе своей нацеленным на обновление, на будущее, — отмечает А. Ф. Некрылова, — он всегда находится в оппозиции к той же традиции, способствуя ее развитию и обогащению. Поэтому праздник сильно ритуализирован, но никогда не сводится к обряду или к ритуалу, оставляя место новому, непредусмотренному, свободе проявления и сознательному выбору» (8, с. 67—68).

Способы осмысления мира, присущие древнему мифологическому сознанию, для ритуала и праздника были общими. Однако структурная и смысловая близость не предполагает приоритета или «первичности» названных феноменов культуры по отношению друг к другу. Мы имеем дело с целостной формой сознания и осознания людьми своей жизни и деятельности. Праздник и обряд всегда ждали, старались принять активное участие в его приготовлении и в проведении.

Ритуалу свойственна гиперсемиотич-ность — избыточность, множественность выражений одного содержания, которая способствует семиотизации космоса, его символическому умножению и — благодаря этому — упрочению (5). Как отмечает А. К. Байбурин, «ритуалу присуща гипертрофированная семиотичность. Сам человек и все, что его окружает: утварь, предметы быта, элементы ландшафта и т.п., превращаются в семиотические объекты» (2, с. 139).

В литературе существуют различные классификации праздников. Так, В. В. Шуклин разделяет праздники на регулярные, связанные с ритмами природы, с мифическим временем и составляющие определенный цикл, и не регулярные — локально-региональные, родовые и т.д. По традиции праздники разделяются также на сакральные, связанные с природными и аграрными циклами, народными божествами-покровителями, и мирские, соотносимые с сакральными ценностями рода (12, с. 288). А. Ф. Некрылова предлагает различать праздники общинные и семейные. Общинные празд-

ники, справлявшиеся «всем миром» в течение долгого времени, предусматривали особое этикетное поведение празднующих, их участие в ритуальных актах. К общинным относились большие церковные праздники: Рождество, Крещение, Благовещение, Пасха, Троица; престольные, устраивавшиеся в каждой деревне в честь своего святого, и аграрные (Святки, Масленица и т.д.). К семейным праздникам относили рождение, свадьбу, проводы в рекруты, похороны. Все названные праздники входят в единую систему, включавшую в себя, наряду с другими элементами, обряды природного и жизненного циклов, передающиеся из поколения в поколение (8). Системе народных праздников присуща биокосмическая цикличность (регламентация основных этапов жизни человека, труда и отдыха).

Для современного общества важно формирование народного праздничного календаря, на изменение которого большое влияние оказывает фактор сохранения и развития народной традиционной культуры в регионе, так же как и важно влияние региональной культурной политики в современных условиях, а также понимание воспитательной роли народных традиционных праздников, служащих одним из гарантов сохранения этноса. Именно через праздник передаются из поколения в поколение нравственные идеалы общества, мораль и желание созидать, через праздник происходит выход эмоций и формирование общественного отношения к действительности.

В последние годы в Тюменской области обращено внимание на создание целостной программы по интеграции народных праздников в традиции регионального значения и приобщения к ним молодого поколения. Знакомство современной молодежи с традиционной народной культурой региона происходит в основном на народных городских гуляниях (Масленица, Пасха, Троица и др.), на областных национальных фестивалях (городском - славянских народов «Березка», детского художественного твор-

чества «Радуга», «Утренняя звезда», фестивале национальных культур «Мост дружбы», казачьем фестивале «Благовест», Днях национальных культур, областных национальных праздниках -русском «Семик», чувашском «Акатуй», казахском «Курултай», татарском «Сабантуй», северных народов «Вороний день»), ярмарочных гуляниях.

В традиционной культуре престольные праздники выполняют функции регуляции эмоционального состояния и воплощения психической энергии в форме коллективного опыта. Анализ проведения престольных праздников в районах Тюменской области (Рождество Христово в Аромашевском, Викулов-ском районах, Масленица в Тюменском, Упоровском районах, Красная горка в Ишимском районе, Троица в Бер-дюжском районе, Ивана Купала в Ниж-нетавдинском районе) показывает, что не только сами носители традиционной культуры чувствуют свою востребованность, но и молодежь начинает поворачивать голову к своим традициям, об этом говорит активное участие в проведении праздников молодежных ансамблей разных направлений (певческих, инструментальных, хореографических). Более того, сегодня идет поиск новых направлений в современных жанрах сценического искусства, корни которых уходят в ярмарочные увеселения.

Интерес молодого зрителя вызывают праздничные и обрядовые сцены в исполнении молодежных коллективов (любительских, профессиональных), ориентированных на глубокое освоение традиционной народной культуры в ее локальных версиях. Познавая внутренний смысл традиционной народной культуры, молодые исполнители, собиратели стремятся по возможности воспроизвести контекст того или иного обряда данного района, соблюдая его приуроченность к календарному кругу (колядовать на Святки, провожать Масленицу на масленичной неделе) или к определенному событию (свадьба, проводы в армию), а не в другое удобное для администрации время. Тогда и повседневность

теряет однообразность, наполняясь яркими событиями и впечатлениями.

Многонациональный состав населения, проживающего на территории Тюменской области (около 150 народов), требует создания условий для полноправного социального и национально-культурного развития этносов. Одним из условий является создание единой концепции празднично-обрядовой культуры

как важной формы межнационального общения, диалога разных национальностей. Объединение и координация исследований культурологов, искусствоведов, этнографов и педагогов в области развития традиционной празднично-обрядовой культуры позволит создать единую систему праздничного календаря с учетом национальных, конфессиональных и региональных ценностей.

Примечания

1. Аникин В. П. Русский фольклор: [учебное пособие для вузов] / В. П. Аникин. - М.: Высшая школа, 1987. - 284 с.

2. Байбурин А. К. Коды обряда и их взаимодействие / А. К. Байбурин // Фольклор: проблемы сохранения, изучения и пропаганды: [тезисы докл. науч.-практ. конф.]: в 2 ч. - М., 1988. - Ч. 1. - С. 139-145.

3. Байбурин А. К. Ритуал в традиционной культуре / А. К. Байбурин. - СПб.: Наука, 1993. - 283 с.

4. Виноградова Л. Н. Зимняя календарная поэзия западных и восточных славян: Генезис и типология колядования / Л. Н. Виноградова. - М., 1982. - 256 с.

5. Голосовкер Я. Э. Логика мифа / Я. Э. Голосовкер. - М.: Наука, 1987. - 217 с.

6. Ефименкова Б. Б. Свадебные песни и причитания как один из кодов ритуала / Б. Б. Ефименкова // Фольклор: проблемы сохранения, изучения и пропаганды: [тезисы науч.-практ. конф.]: в 2 ч. - М., 1988. - Ч. 1. - С. 152-157.

7. Касьянова К. О русском национальном характере / К. Касьянова. - М.: Институт национальной модели экономики, 1984. - 367 с.

8. Некрылова А. Ф. Традиции русской культуры в массовых народных праздниках и увеселениях / А. Ф. Некрылова // Проблемы этнологии и педагогики: сб. статей / ред.-сост. В. И. Соболев, Л. И. Васеха, В. И. Баяндин. - Новосибирск, 1997. - С. 66-85.

9. Новейший философский словарь / сост. и глав. науч. ред. А. А. Грицанов. - Минск: Книжный дом, 2002. - 1280 с.

10. Снегирев И. М. Русские простонародные праздники и суеверные обряды / И. М. Снегирев. - М.: Советская Россия, 1990. - 77 с.

11. Топоров В. Н. Миф. Ритуал. Символ. Образ: Исследования в области мифопоэтичес-кого / В. Н. Топоров. - М.: Прогресс. Культура, 1994. - 621 с.

12. Шуклин В. М. Мифы русского народа / В. М. Шуклин. - Екатеринбург: Институт развития регионального образования, 1995. - 410 с.