Направления деятельности государства и общества по призрению безработных в России в XIX веке

Направления деятельности государства и общества по призрению безработных в России в XIX веке

В статье рассматривается накопленный в XIX в. российский опыт деятельности по социальной поддержке населения, способного к труду. В виде системы автором представлены различные формы организации попечения о нуждающихся (специальные бюро, работные дома, исправительные заведения для лиц, занимающихся бродяжничеством, продовольственные станции, рабочие колонии, гостиницы для странствующих рабочих, приюты для бездомных, общества для борьбы с нищенством), которая отражает комплекс мер, предпринимаемый государством, обществом и частными благотворителями.

Ключевые слова: Российская империя, безработный, специальные бюро, рынок труда в Российской империи, органы призрения, работный дом, закрытое призрение, Московский работный дом и дом трудолюбия, трудовая помощь, исправительные заведения, продовольственные станции, рабочая колония, гостиница для странствующих рабочих, приют для бездомных, общество борьбы с нищенством.

В предыдущей статье автора были рассмотрены вопросы становления и развития института призрения бедных в России и его трансформация из сферы деятельности общества в государственный специализированный орган - Приказы общественного призрения (1775-1864 гг.) [8].

С момента создания приказов общественного призрения в 1775 г. деятельность государства в направлении социальной поддержки различных категорий граждан в XIX в. получила свое развитие. В данной статье будет рассмотрена деятельность государства и общества по призрению людей, по той или иной причине потерявших работу.

Деятельность по призрению не имеющих работы бедных осуществлялось по нескольким направлениям. Первое и основное - это учреждение специальных бюро, в которых сосредоточивались все сведения о спросе и предложении труда. Единичная личность на рубеже веков не в состоянии была ознакомиться с потребностью всего рынка труда: личные расспросы и поиски были сопряжены с большими неудобствами, объявления в газетах, как, впрочем, и услуги профессиональных посредников, к которым обращались люди в поисках работы, стоили дорого. В таких условиях вполне естественным являлась мысль об учреждении бирж труда.

Для органов призрения бедных и благотворительных заведений существование подобных специальных бюро имело большое значение, т.к. при обращении к ним частных лиц с просьбой о предоставлении

работы, они могли направить их в эти бюро. Необходимо заметить, что деятельность органов по призрению бедных не имела ничего общего с посредничеством по поиску работы, т.к. задача посреднических бюро носила чисто предупредительный характер, а призрение бедных -благотворительный характер. Тем не менее, в обязанности органов призрения бедных вменялась забота о тех лицах, которые хотя и были трудоспособны, но, за неимением работы, лишились заработка и не могли подыскать желаемую работу через специализированные бюро труда.

Второе направление деятельности - создание специальных работных домов. В работные дома помещались лица, которые имели право на призрение, т. е. находились в таком состоянии, что не могли содержать себя собственными силами. В данном случае реализовалась модель закрытого призрения.

Деятельность работных домов определялась рядом принципов:

- закрытый характер деятельности и жесткий контроль за поведением и трудом лиц, находящихся в данном заведении;

- предлагаемая помощь должна быть менее привлекательной, чем привычная работа, и представлялась бы неудобной и малоценной;

- поддержание в заведении строгого режима, содержание женщин и мужчин раздельно, запрет на употребление табака, спиртного, т.е. временное ограничение привычного образа жизни.

Именно такой вариант устройства работных домов считался одним из оптимальных и целесообразных как по содержанию, так и по форме [5, с. 213-215].

Необходимо сразу оговориться, что, несмотря на раннее возникновение в российском законодательстве указаний об использовании трудовой помощи и принудительного труда в деле призрения бедных (1775 г.), успехов в этой области достигнуто было немного. Учреждение, отвечавшее предписаниям закона Екатерины II о работных домах, т.е. заведений, содержащих либо добровольно обратившихся за помощью, либо попавших в них по принуждению и обеспечивавших их трудовую занятость, в России имелось только одно - Московский работный дом и дом трудолюбия. Это учреждение действовало на основании особого положения о нем, в котором была прописана возможность принудительного содержания лиц, нуждавшихся в помощи. Следует обратить внимание на то, что российское законодательство того времени специальным законодательным актом, разрешавшим подобные действия, не располагало. Московский работный дом и дом трудолюбия одновременно предоставлял заработок более чем 3 тыс. чел. [7, с. 73]. В Петербурге домов трудолюбия в 1910 г. было всего 13 с общим числом 705 мужских и 297 женских мест [Там же, с. 74]. Для двухмиллионного населения столицы того времени этого, несомненно, было недостаточно. Что же касается

^ -О

остальной части Российской империи, то, по данным обзора деятельности учреждений трудовой помощи, таких организаций и учреждений насчитывалось всего 237, что несоизмеримо с многомиллионным населением России XIX в. [7, с. 75].

В организации работных домов имелись существенные недостатки, выражающиеся в следующем.

1. Смешанное, без всякой индивидуализации, без разборчивого применения общего, достаточно сурового и почти тюремного режима ко всем содержащимся в нем лицам: и к закоренелому профессиональному нищему, жившему обманом и вымогательством; и к случайному нищему, и потому еще окончательно не опустившемуся; и к алкоголику; и к непьющему и т.д. Всех их работный дом смешивал в общую массу, ко всем применялся один и тот же общий режим. Подобный подход не только не способствовал достижению цели исправления лиц, находившихся в работных домах, но и приводил к обогащению их негативным опытом, к склонности жить за чужой счет. Все это неминуемо приводило к увеличению и без того значительной армии профессиональных нищих.

2. Анализ практики деятельности работных домов позволяет сделать вывод о том, что зачастую к ним обращались лица не для поиска стабильного заработка в целях преодоления того состояния, в котором они находились, а для получения разовой работы в целях дальнейшего удовлетворения своих низменных наклонностей (покупка спиртного, курение и др.).

3. Из-за постоянной смены контингента работных домов обучение их какому-либо ремеслу не представлялось возможным. Это, в свою очередь, не позволяло администрации брать заказы на выполнение определенной работы, т. к. спрогнозировать наличие рабочей силы даже на день было невозможно [1, с. 53-52].

На рубеже XIX-XX вв. в России было высказано предложение о замене работных домов сельскохозяйственными рабочими колониями, режим которых предполагал создание самостоятельных отделений для раздельного содержания алкоголиков, профессиональных нищих, дегенератов и т.д. [4, с. 38-39]. Цель устройства подобных колоний заключалась не в тюремном содержании нуждающихся лиц, а в исправительном, воспитательном и медицинском воздействии на них. Только в этом случае создавались реальные предпосылки реализации комплекса специально направленных исправительных и воспитательных воздействий. Однако предложенная модель не была реализована на практике в связи с наступлением революционных событий в России.

Система закрытого призрения, по сути, напоминающая российский вариант работных домов, существовала в Англии. Благодаря реформе законодательства об общественном призрении 1834 г., она достигла

высокого уровня. То же самое можно сказать и об Эльберфельдской системе, существовавшей в XVI в. в Италии, Франции и Германии [6, с. 23-38].

Третье направление деятельности по помощи безработным - исправительные заведения, которые создаются для содержания лиц, занимающихся бродяжничеством, собирая милостыню, иными словами, ведущими нищенствующий образ жизни и принуждающими своих близких к совершению аналогичных действий; и лиц, создающих своими действиями (праздность, игра в карты, пьянство) такие условия, что живущие рядом с ними люди (близкие, родственники) вынуждены обращаться к общественной помощи [2].

Четвертое направление - продовольственные станции. Они представляли собой пункты, на которых страннику оказывается призрение натурой, но лишь под условием исполнения указанной ему работы, соответствующей приблизительно стоимости получаемой им помощи. Станция должна быть для него пристанищем в пути, которое он должен, по возможности, скорее покинуть, чтобы отправиться туда, где он действительно сможет найти работу.

Пятое направление - рабочие колонии, которые являлись учреждением, по существу схожим с продовольственными станциями, но отличались от них тем, что предлагали приют нищенствующим странникам, ведущим бродячий образ жизни, совершенно опустившимся, отвыкшим от работы, но имеющим стойкое желание попытаться начать новую жизнь. Поэтому пребывание в рабочих колониях было рассчитано на более долгий срок, чем на продовольственных станциях.

Шестое направление - гостиницы для странствующих рабочих, учрежденные с целью предохранить их от эксплуатации со стороны «дурных хозяев» и от соблазна пьянства. Они были доступны за крайне умеренную плату, а в их управлении наибольшую роль играл религиозный элемент.

Седьмое направление - приюты для бездомных, которые в больших городах устраивались или отдельно, или при городских домах трудолюбия и частных продовольственных станциях. Приюты занимали среднее положение между продовольственными станциями и гостиницами с той разницей, что они принципиально давали приют всем бездомным, не требуя от них никакой работы и никаких удостоверений личности.

Восьмое направление - общества борьбы с нищенством, которые создавались большей частью для борьбы с городским нищенством. Эти общества преследовали, по отношению к указанным выше видам помощи, более широкие цели. Основой деятельности обществ являлось создание для лиц, не имеющих ни времени, ни желания заниматься изучением обращенных к ним просьб о помощи, готовую организацию,

^ -О

которая бы вместо них занималась изучением положения лица, просящего о помощи, и применяла бы в каждом конкретном случае соответствующие меры по устранению нужды [3, с. 11-64].

Таким образом, деятельность по призрению бедных в XIX в. была уже достаточно развитой и, учитывая потребности общества, делилась на множество направлений. Развитие института социальной помощи в определенной исторической обстановке является важнейшей ступенью в развитии российского общества. Все эти процессы неразрывно связаны с глубокими экономическими и социальными проблемами государства, с его внешней и внутренней политикой XIX в.

Библиографический список

1. Георгиевский П.И. Призрение бедных и благотворительность. СПб., 1894.

2. Германское уголовное уложение 1871 г.: ст. 361-362. URL: http://lexetius.com/ leges/StGB/Inhalt;jsessionid=j0tzc0wdabqu11fhftm2dhmhq?0 (дата обращения: 24.06.2015).

3. Зиммель И.Е. Современная филантропия Европы и Америки. СПб., 1856.

4. Максимов Е. Законодательные вопросы попечения о нуждающихся. СПб., 1907.

5. Мюнстерберг Э. Призрение бедных. СПб., 1900.

6. Преображенский В. О благотворительности. Красноярск, 1898.

7. Статистический отчет // Трудовая помощь. 1910. № 1. С. 73-75.

8. Ширяева С.В. Генезис социальной помощи в России (с момента появления христианства до рубежа XVIII-XIX вв.) // Вестник МГГУ им. М.А. Шолохова. Сер. «История и политология». 2015. № 2. С. 5-15.