О применении Конституционным Судом Российской Федерации общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров РФ

A.M. Барнашов

О ПРИМЕНЕНИИ КОНСТИТУЦИОННЫМ СУДОМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

ОБЩЕПРИЗНАННЫХ ПРИНЦИПОВ И НОРМ МЕЖДУНАРОДНОГО ПРАВА И МЕЖДУНАРОДНЫХ ДОГОВОРОВ РФ

Рассматриваются некоторые вопросы взаимодействия норм международного и внутригосударственного права, в частности, применения общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров России Конституционным Судом Российской Федерации как специализированным органом конституционного контроля, самостоятельно и независимо осуществляющим судебную власть посредством конституционного судопроизводства.

Происходящие на современном этапе развития мирового сообщества интеграционные процессы объективно повышают интенсивность взаимодействия норм международного и внутригосударственного права1.

В конституциях и законодательстве многих стран принципы и нормы международного права признаются частью национального права, и международному праву отдается предпочтение в случае коллизии с ним норм внутригосударственного права. Этот подход, как известно, зафиксирован в ч. 4 ст. 15 Конституции РФ 1993 г.: «Общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации являются составной частью ее правовой системы. Если международным договором установлены другие правила, чем предусмотренные законом, то применяются правила международного договора».

По смыслу данной статьи общепризнанными принципами и нормами международного права являются такие, которые признаны большинством государств, включая Россию. Эти общепризнанные принципы и нормы международного права являются частью федерального права России и подлежат непосредственному применению органами законодательной, исполнительной и судебной власти, если по своему характеру они могут функционировать как часть права страны. Ратифицированные, вступившие для России в силу и должным образом опубликованные международные договоры также являются частью федерального законодательства России. В то же время международные договоры обладают приоритетом только в отношении законов и не могут превалировать над положениями самой Конституции России. Согласно ч. 1 ст. 15 Конституции РФ она «...имеет высшую юридическую силу, прямое действие и применяется на всей территории РФ. Законы и иные правовые акты, принимаемые в РФ, не должны противоречить Конституции РФ». Это в полной мере относится и к международным договорам. Никакой противоречащий Конституции РФ международный договор не может быть заключен, а если он по каким-то причинам был подписан, то не должен ратифицироваться и вступать в силу.

Действующее законодательство и юридическая практика многих демократических стран признают возможность прямого действия норм международного права во внутригосударственной юрисдикции, в том числе применения этих норм судами и другими государственными органами2.

Одним из важнейших положений Федерального конституционного закона «О судебной системе РФ» 1996 г. является адресованное (ст. 3) всем судам предписание о применении ими при рассмотрении конкретных дел общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров РФ3.

Осуществление международно-правовых обязательств принято связывать с имплементацией, которая может иметь место как на межгосударственном, так и на внутригосударственном уровне. Применительно к внутригосударственным отношениям имплементация отражает обязанность государства посредством уполномоченных органов предпринять все необходимые меры и действия по выполнению его международных обязательств4. В этом согласовании, связанном с внутригосударственной имплементацией норм международного права, на основании своих решений участвует и Конституционный Суд Российской Федерации - судебный орган конституционного контроля, самостоятельно и независимо осуществляющий судебную власть посредством конституционного судопроизводства. Суд руководствуется в своей деятельности Конституцией России и Федеральным конституционных законом «О Конституционном Суде РФ»5.

Целям согласования, совместимости национального и международного права служит полномочие Конституционного Суда проверять конституционность не вступивших в силу для Российской Федерации международных договоров (п. «г» ч. 2 ст. 125 Конституции РФ). Признание такого международного договора соответствующим Конституции открывает дорогу для завершения процедуры его вступления в силу для РФ и включения его норм в правовую систему страны. В противном случае международный договор не подлежит введению в действие и применению. Такой предварительный конституционный контроль необходим для избежания коллизий между национальным правом и международными обязательствами страны. При этом Конституционный Суд может использовать по инициативе правомочных субъектов полномочия проверять конституционность как не вступивших в силу для РФ международных договоров, так и, в определенных пределах, федеральных законов о ратификации международных договоров, а также полномочие разрешать споры о компетенции, которые могут касаться споров между федеральными органами государственной власти и органами государственной власти субъектов РФ в связи с заклю-

чением Российской Федерацией международных до-говоров6.

Конституционный Суд РФ в своей практике опирается на общепризнанные принципы и нормы международного права, международные договоры России, т.е. использует и по сути применяет соответствующую правовую модель, закрепленную той или иной нормой международного права. Решения Конституционного Суда РФ содержат более 200 ссылок на международные документы различного уровня. Фактически каждое третье постановление мотивировано в том числе с помощью отсылок к международно-правовым актам и решениям Европейского Суда по правам человека7. В то же время можно отметить, что эти ссылки носят дополнительный, субсидиарный характер. Они никогда не являются единственным фундаментом для принятия решения Конституционного Суда, но очень важны как с точки зрения разъяснения смысла, содержания конституционных норм, так и с точки зрения вхождения российской правовой системы в международное и европейское правовое пространство8.

Общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры РФ используются как один из критериев оценки Конституционным Судом оспариваемых правоположений. Вместе с тем своими решениями, выраженными в них правовыми позициями, опирающимися на эти международно-правовые принципы и нормы, Конституционный Суд содействует их реальному включению в российскую правовую систему, в практику правотворчества и правоприменения, формированию уважения к ним и пониманию необходимости добросовестного выполнения международных обязательств страны9.

В своей деятельности Конституционный Суд РФ, как и соответствующие суды других государств, исходит из презумпции того, что законодатель не имел намерения нарушить международные обязательства государства, и поэтому толкует законы с учетом этих обязательств. Получил широкое распространение принцип доброжелательного отношения к международному праву. В соответствии с ним расхождения между внутригосударственным и международным правом должны решаться так, чтобы обеспечить реализацию международных норм и не породить международно-правовую ответственность государства. Конституционный Суд использует нормы международного права при аргументации своих постановлений, в том числе и для выяснения смысла законодательства. Нередко Конституционный Суд указывает, что суд общей юрисдикции в конкретном деле должен применять норму международного права, а не противоречащий ей закон10. Тем самым подтверждается, что конкретные положения международного права входят в правовую систему Российской Федерации. Это облегчает задачу других судов по выбору нормы, которой надлежит руководствоваться в конкретном деле, и обеспечивает единый подход к пониманию международно-правового регулирования11.

Конституционный Суд активно ссылается на общепризнанные принципы и нормы международного права, преследуя несколько целей.

Во-первых, Конституционный Суд РФ показывает, что конституционные положения полностью соответствуют международно-правовым нормам, которые стали обязательными для Российской Федерации. Т ак, при рассмотрении дела, касающегося проверки конституционности ст. 18 Закона РФ «О гражданстве РФ», Конституционный Суд отметил, что «придание обжалуемой норме закона в процессе правоприменительной практики смысла, фактически подтверждающего прекращение гражданства Российской Федерации по рождению без свободного волеизъявления гражданина, противоречит ст. 16 Конституции РФ, в соответствии с которой гражданин РФ не может быть лишен своего гражданства. Это конституционное положение не согласуется с ч. 2 ст. 15 Всеобщей Декларации прав человека от 10 декабря 1948 г., которая устанавливает, что «никто не может быть произвольно лишен своего гражданства или права изменить его»12.

В Постановлении Конституционного Суда от 12 мая 1998 г. было указано, что «право частной собственности, свобода предпринимательской деятельности, не являясь абсолютными, могут быть ограничены законом (ст. 55 Конституции РФ). Данное положение корреспондируется с нормой международного права, в соответствии с которой при осуществлении своих прав и свобод человек должен подвергаться только таким ограничениям, какие установлены законом (ст. 29 Всеобщей Декларации прав человека, ст. 12 Международного пакта о гражданских и политических правах)13.

Во-вторых, с помощью норм международного права Конституционный Суд РФ устанавливает нормативное содержание положений, содержащихся в Конституции России, иных нормативных актах. Конституционный Суд РФ правомочен давать официальное толкование федеральной Конституции, в которой содержатся названные понятия и устанавливается соотношение между указанными принципами, нормами, актами. Так, в Постановлении по делу о проверке конституционности отдельных положений ст. 64 Федерального закона «Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан РФ» в связи с жалобой гражданина А.М. Траспова от 15 января 2002 г. Конституционный Суд установил незаконность положения, касающегося правомочия суда соответствующего уровня отменять решения избирательной комиссии об итогах голосования, результатах выборов только вследствие того, что невозможно с достоверностью определить результат волеизъявления избирателей. Данное оспариваемое положение противоречит ч. 2 ст. 32 Конституции РФ. Устанавливая нормативное содержание этого положения Конституции РФ, Суд обратился к Международному пакту о гражданских и политических правах, в соответствии с которым «каждый гражданин должен иметь право и возможность без какой бы то ни было дискриминации и без необоснованных ограничений голосовать и быть избранным на подлинных и периодических выборах, проводимых на основе всеобщего и равного избирательного права при тайном голосовании, обеспечивающих свободное волеизъявление избирателей» (п. «в» ст. 25)14.

В-третьих, Конституционный Суд ссылается на нормы международного права для аргументации своей позиции по существу. В отечественной юридической науке нет единого определения понятия «правовая позиция Конституционного Суда РФ». Мы разделяем мнение Н.В. Витрука, который трактует его как «правовые представления (выводы) общего характера... как результат толкования Конституционным Судом Конституции Российской Федерации и выявления им конституционного смысла положений законов и других нормативных актов в пределах компетенции Конституционного Суда, которые снимают конституционно-правовую неопределенность и служат правовым основанием итоговых решений (постановлений) Конституционного Суда Российской Феде-рации»15. Можно выделить следующие основные характеристики правовых позиций: 1) итоговый обобщающий характер правовых позиций, они лежат в основе решений Конституционного Суда и определяют внутренний смысл решений; 2) оценочная природа правовых позиций, в которых получает выражение отношение Конституционного Суда к конкретной правовой норме, составляющей предмет запроса; 3) правовые позиции - это результат истолкования конкретных положений регионального или федерального законодательства, итог выявления конституционного смысла рассматриваемых положений в пределах компетенции Конституционного Суда; 4) концептуальный в своей основе характер правовых позиций Конституционного Суда; 5) общий характер правовых позиций Конституционного Суда (правовая позиция распространяется на все субъекты права на всей территории России; она распространяется не только на тот конкретный случай, который стал предметом рассмотрения, но и на все аналогичные случаи, имеющие место в правовой практике); 6) юридическая обязательность правовых позиций16.

Характерно, что практикой конституционного судопроизводства выработан новый в российской науке подход к пониманию общепризнанных принципов и норм международного права. Правовое значение такого подхода заключается в том, что решение Конституционного Суда, исходившее из общепризнанности тех или иных правил в международном сообществе и опирающееся в конечных выводах на положения Конституции РФ, не требует в силу его конституционного статуса подтверждения какими-либо другими органами. При этом обязательная сила решения Конституционного Суда РФ связана не только с выводами, содержащимися в резолютивной части решения, но и в его мотивировочной части, в которой отражаются правовые позиции и аргументация Суда, влияющие на его окончательные выводы17.

В качестве примера ссылки Конституционного Суда РФ на нормы международного права для аргументации своей правовой позиции по существу вопроса можно привести Определение Конституционного Суда РФ от 27 июня 2000 г. по делу, связанному с запросом группы депутатов Государственной Думы Федерального Собрания РФ о проверке соответствия отдельных положений конституций Республики Ады-

гея, Республики Башкортостан, Республики Ингушетия, Республики Коми, Республики Татарстан, Конституции РФ, в котором Конституционный Суд РФ для аргументации своей позиции сослался на такой общепризнанный принцип международного права, как суверенное равенство государств. В определении было подчеркнуто, что «отсутствие у субъектов РФ суверенитета подтверждается и положениями ст. 15 и 79 Конституции РФ, из которых вытекает, что только Российская Федерация вправе заключать международные договоры, приоритет которых признается в ее правовой системе, и только Российская Федерация может передавать межгосударственным объединениям свои полномочия в соответствии с международным договором. Следовательно, республика не может быть субъектом международного права в качестве суверенного государства и участником соответствующих межгосударственных отношений, не может заключать договоры международно-правового характера»18.

В-четвертых, деятельность Конституционного Суда РФ способствует также определению места международных договоров Российской Федерации и общепризнанных принципов и норм международного права в правовой системе страны19.

Как отмечает Н.В. Витрук, признание за международными договорами Российской Федерации приоритета перед законами РФ не придает им силы конституционных норм. Нормы международного договора РФ не входят в содержание Конституции России и не приравниваются по юридической силе к силе самой Конституции. Международные договоры России обладают приоритетом перед всеми видами законов в РФ, но уступают по юридической силе самой Конституции20. Что же касается общепризнанных принципов и норм международного права, то они, по мнению И.И. Лукашука, в случае признания их Российской Федерацией, стоят на уровне конституционных норм21.

Обзор практики деятельности Конституционного Суда России показывает, что применение общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров РФ осуществляется в процедурах конкретного и абстрактного нормоконтро-ля при проверке конституционности федерального и регионального законодательств, нормативно-правовых актов федеральных органов государственной власти и органов государственной власти субъектов Российской Федерации, толковании положений Конституции Российской Федерации. Международные нормы применяются Конституционным Судом РФ для аргументации и подкрепления своих правовых позиций по вопросам, возникающим из уголовных, административных, трудовых, жилищных и других правоотношений. Ссылки на нормы международного права Конституционный Суд РФ использует при проверке конституционности норм материального и процессуального права отечественного законодательства (конституционного, гражданского, административного, таможенного, бюджетного, лесного и др.). Активное освоение Конституционным Судом РФ общепризнанных принципов и норм международного пра-

ва и международных договоров имеет большое практическое значение для правоприменителей. Органы государственной власти в своей деятельности связаны как внутренним, так и международным правом, от их соответствующих действий зависит уровень эффективности реализации международно-правовых норм, обеспечение господства права и укрепление тем самым основ правового государства.

На нормы международного права в своей деятельности все чаще ссылаются все виды судов, иные органы государственной власти, местного самоуправления, предприятия и фирмы, практикующие юристы и адвокаты, государственные деятели и граждане.

В заключение хотелось бы поддержать предложения тех авторов, которые считают необходимым принятие федерального закона о порядке действия и применения в правовой системе России международных норм и актов: обычаев, договоров, резолюций международных организаций, решений международных судов22. Это способствовало бы согласованию международной и российской правовых систем, обеспечению юридически корректного применения общепризнанных принципов и норм международного права, международных договоров Российской Федерации всеми субъектами права, в том числе и органами конституционного правосудия.

ПРИМЕЧАНИЯ

1. Игнатенко Г.В. Взаимодействие внутригосударственного и международного права. Свердловск, 1981; Гавердовский А.С. Имплементация норм международного права. Киев, 1980; Буткевич В.Г. Соотношение внутригосударственного и международного права. Киев, 1981; Мюллерсон P.A. Соотношение международного и национального права. М., 1982; Черниченко С.В. Объективные границы международного права и соотношение международного и внутригосударственного права // Советский ежегодник международного права. 1984. М., 1986; Абдуллаев М.И. Примат международного права над внутригосударственным: История и современность // Правоведение. 1992. № 4; Тихомиров Ю.А. Национальное законодательство и международное право: Параллели и сближения // Московский журнал международного права. 1993. № 3; Талалаев А.Н. Соотношение международного и внутригосударственного права и Конституция РФ // Московский журнал международного права. 1994. № 4; Усенко Е.Т. Соотношение и взаимодействие международного и национального права и Российская Конституция // Московский журнал международного права. 1995. № 2; Лукашук И.И. Нормы международного права в правовой системе России. М., 1997; Зимненко Б.Л. Соотношение общепризнанных принципов и норм международного права и российского права // «Международное право - International law». 2000. № 2(8). С. 53-60; Толстик В.А. Иерархия российского и международного права. М., 2001 и др.

2. Лукашук И.И. Международное право в судах государств. СПб., 1993; Даниленко Г.М. Применение международного права во внутрен-

ней правовой системе России: Практика Конституционного Суда // Государство и право. 1995. № 11; Тиунов О.И. Конституционный Суд РФ и международное право // Российский ежегодник международного права. 1995. СПб., 1996; Талалаев А.Н. Конституционный Суд и международные договоры России // Государство и право. 1996. № 3; Горшкова С.А., Турсунов И.Ю. О применении норм международного права правоохранительными органами РФ (обзор материалов научно-практической конференции) // Г осударство и право. 1996. № 5; Международные нормы о правах человека и применение их судами (практическое пособие). М., 1996. 432 с. и др.

3. Собрание законодательства РФ. 1997. № 1. Ст. 1.

4. Тиунов О.И. Решения Конституционного Суда РФ и международное право // Российская юстиция. 2001. № 10. С. 14.

5. О Конституционном Суде РФ: Федеральный конституционный закон от 21 июля 1994 г. № 1-ФКЗ // Собрание законодательства РФ.

1994. № 13. Ст. 1447.

6. Кряжков В.А., Лазарев Л.В. Конституционная юстиция в Российской Федерации. М., 1998. С. 100; См. также: Митюков М.А. Между-

народный договор как объект судебного конституционного контроля в странах СНГ и Балтии // Актуальные проблемы государства и права в современный период. Томск, 1998. Ч. 1. С. 78-82.

7. Рекомендации Всероссийского совещания // Общепризнанные принципы и нормы международного права, международные договоры

в практике конституционного правосудия: Материалы Всероссийского совещания (Москва. 24 декабря 2002 г.) / Под ред. М.А. Ми-тюкова и др. М., 2004. С. 528.

8. Даниленко Г.М. Применение международного права во внутренней правовой системе России: Практика Конституционного Суда //

Государство и право. 1995. № 11. С. 122.

9. Лазарев Л.В. Правовые позиции Конституционного Суда России. М., 2003. С. 118.

10. Лукашук И.И. Конституция России и международное право // Общепризнанные принципы и нормы международного права, международные договоры в практике конституционного правосудия: Материалы Всероссийского совещания (Москва. 24 декабря 2002 г.) / Под ред. М.А. Митюкова и др. М., 2004. С. 46.

11. Морщакова Т.Г. Применение международно-правовых норм о правах человека в конституционном правосудии // Конституционное правосудие на рубеже веков: Материалы международной конференции, посвященной 10-летию Конституционного Суда Российской Федерации (Москва. 1-2 ноября 2001 г. ). М., 2002. С. 188.

12. Постановление Конституционного Суда РФ по делу о проверке конституционности п. «г» ст. 18 Закона РФ «О гражданстве РФ» в связи с жалобой А.Б. Смирнова // Собрание законодательства РФ. 1996. № 21. Ст. 2579.

13. Постановление Конституционного Суда РФ по делу о проверке конституционности отдельных положений абз. 6 ст. 6 и абз. 2 ст. 7 Закона РФ от 18 июня 1992 г. «О применении контрольно-кассовых машин при осуществлении денежных расчетов с населением в связи с запросом Дмитровского районного суда Московской области и жалобами граждан // Собрание законодательства. 1998. № 20. Ст. 2173.

14. Постановление Конституционного Суда по делу о проверке конституционности отдельных положений ст. 64 Федерального закона «Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан РФ» в связи с жалобой гражданина А.М. Траспова от 15 января 2002 г. // Постановления Конституционного Суда РФ за 2002 г. М., 2002. С. 191.

15. Витрук Н.В. Конституционное правосудие в России (1991-2001 гг.): Очерки теории и практики. М., 2001. С. 111.

16. Бондарь Н. Европейские стандарты по правам человека в решениях Конституционного Суда РФ и их реализация в законодательстве субъектов РФ // Общепризнанные принципы и нормы международного права, международные договоры в практике конституционного правосудия: Материалы Всероссийского совещания. М., 2004. С. 216-217.

17. Рекомендации Всероссийского совещания // Общепризнанные принципы и нормы международного права, международные договоры в практике конституционного правосудия: Материалы Всероссийского совещания. М., 2004. С. 529.

18. Определение Конституционного Суда РФ от 27 июня 2000 г. по делу, связанному с запросом группы депутатов Государственной Думы // Российская газета. 2000. № 142. С. 25.

19. Тиунов О.И. Конституционный Суд РФ и международное право // Российский ежегодник международного права. 1995. С.181; Он же. Общепризнанные принципы и нормы международного права: понятие и их роль в решениях Конституционного Суда РФ // Общепризнанные принципы и нормы международного права в практике конституционного правосудия: Материалы Всероссийского совещания. М., 2004. С. 203-209.

20. Витрук Н.В. Конституционное правосудие в России (1991-2001 гг.): Очерки теории и практики. М., 2001. С. 126.

21. Лукашук Н.Н. Конституционное право и международное право // Московский журнал международного права. 1995. № 2. С. 33-34.

22. См. например: Марочкин С.Ю. К 10-летию Конституции РФ: проблемы реализации принципа о нормах международного права как составной части правовой системы России // Общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры в практике конституционного правосудия. С. 54.

ПОДГОТОВКА ДЕЛА IC СУДЕБНОМУ РАЗБИРАТЕЛЬСТВУ В АРБИТРАЖНОМ ПРОЦЕССЕ

Шилов A.B. Подготовка дела к судебному разбирательству в арбитражном процессе. - Томск: Томский государственный университет, 2005. - 178 с.

ISBN 5-94521-152-8

В настоящей монографии на основе историко-теоретических взглядов, ретроспективы законодательства, архивных документов исследуется развитие института подготовки дела к судебному разбирательству арбитражного процесса в дореволюционный, советский и современный периоды. Анализируется действующее английское гражданское процессуальное законодательство, посвященное подготовке дела к судебному разбирательству. Сделана попытка системного построения арбитражного процесса на основе отдельных видов арбитражных производств и разделения последних на стадии. Монография написана по состоянию законодательства и правоприменительной практики на сентябрь 2005 года.

Для студентов, аспирантов, юридических факультетов и вузов, работников и судей арбитражных судов.