Сентябрьский (1965 год) Пленум ЦК КПСС как поворотный пункт в методах реализации государством функции управления советской экономикой

Гизатуллина Эльвира Фаридовна

Кубанский государственный аграрный университет

им. И.Т. Трубилина

Сентябрьский (1965 год) Пленум ЦК КПСС как поворотный пункт в методах реализации государством функции управления

советской экономикой

В статье анализируются решения сентябрьского (1965 г.) Пленума ЦК КПСС и принятые в его развитие акты, которые знаменовали реформирование всей системы управления советской экономикой. Отмечается, что предоставление государственным предприятиям реальной хозяйственной самостоятельности свидетельствовало, с одной стороны, о кризисе существовавшей административно-командной экономической модели, а с другой - о решительности тогдашней правящей элиты, прежде всего Председателя Совета Министров СССР А.Н. Косыгина, изменить положение к лучшему путем кардинальных решений. Дается оценка отдельным аспектам хозяйственной реформы.

Ключевые слова: реформа, Пленум ЦК КПСС, хозяйственная самостоятельность, экономический стимул, планирование,пятилетка.

E.F. Gizatullina, Kuban State Agrarian University named after I.T. Trubilin; e-mail: mail@kubsau.ru

September (1965) Plenum of the Central Committee of the CPSU as a turning point in the methods of implementation by the state of the management function of the Soviet economy

The article analyzes the decisions of the September (1965) Plenum of the Central Committee of the CPSU and adopted in furtherance of the acts that heralded the reform of the management system to the Soviet economy. It is noted that the provision of state enterprises in the real economic independence testified, on the one hand, the crisis of the existing administrative-command economic model, and on the other hand, the determination of the ruling elite, especially the Chairman of the USSR Council of Ministers A.N. Kosygin, to change the situation for the better through cardinal solutions. Assesses selected aspects of economic reform.

Key words: reform, the Plenum of the Central Committee of the CPSU, economic independence, economic incentives, planning, five-year plan.

После Октябрьской революции 1917 г. новая большевистская власть была вооружена марксистской моделью социализма в ее леворадикальном варианте [1, с. 49]. В соответствии с этим большевики объявили об огосударствлении экономики, и в довольно быстрые сроки промышленные предприятия претерпели кардинальную смену форм собственности - от частной формы собственности к форме государственной (с землей ситуация была несколько сложнее, и сельское хозяйство мы здесь не рассматриваем, хотя по большому счету и в этой сфере правила игры диктовало государство). Тем самым государство открыто взяло на себя функцию прямого управления экономикой, изъяв значительную часть этой функции у частного капитала и сделавшись, таким образом, совокупным субъектом хозяйственных отношений в промышлен-

ности (соответствующие полномочия имели законодательные и исполнительные органы власти, утверждая и реализуя экономические планы, а также государственные предприятия, которые непосредственно осуществляли хозяйственную деятельность).

Такой масштабный подход государства к методу управления общественными отношениям (в данном случае в сфере экономики) в истории других государств не встречался [2]. Однако ожидания большевиков с первых же лет функционирования советской власти оказались не оправданными, поскольку отсутствие опыта и профессиональных кадров с учетом острейшей общественно-политической обстановки в стране (Гражданская война) привели к экономическому коллапсу. Для выхода из кризиса, как известно, советская власть вынуждена была прибегнуть к новой экономической по-

235

литике и в некоторой степени либерализовать экономику. Затем, в период коллективизации и последующей индустриализации, система государственного управления экономикой вполне сложилась и утвердилась, что нашло отражение в Конституции СССР 1936 г., где интерес представляют следующие нормы: ст. 4, в соответствии с которой «экономическую основу СССР составляют социалистическая система хозяйства и социалистическая собственность на орудия и средства производства, утвердившиеся в результате ликвидации капиталистической системы хозяйства, отмены частной собственности на орудия и средства производства и уничтожения эксплуатации человека человеком» [3]; ст. 11, регламентирующая, что «хозяйственная жизнь СССР определяется и направляется государственным народнохозяйственным планом в интересах увеличения общественного богатства, неуклонного подъема материального и культурного уровня трудящихся, укрепления независимости СССР и усиления его обороноспособности» [3].

В период Великой Отечественной войны и в послевоенный период действовала мобилизационная модель советской экономики, где роль государства была чрезвычайно высокой. Во второй половине 1950-х гг., когда, наконец, после смерти Сталина и отказа государства от политики жестких репрессий для советской страны наступило время относительно спокойной жизни, выяснилось, что в такой ситуации прежние жестко-централизованные методы регулирования экономики уже не позволяют реально повышать уровень жизни советских граждан. И хотя многие валовые показатели семилетнего плана (1959-1965 гг.), согласно официальной статистике, выполнялись и даже перевыполнялись (например, промышленное производство увеличилось на 84% против 80% запланированного, выпуск продукции черной металлургии вырос на 67%, а цветной металлургии и вовсе более чем в два раза), по иным структурно-качественным параметрам советская экономика проседала. Так, металлургия в передовых странах уже перестала быть авангардной еще после Первой мировой войны, и на первый план выходили новые отрасли научно-технической революции (роботехника, электроника и др.), где в СССР наблюдалось отставание. Существенным минусом было снижение производительности труда, соответственно, снижены были и показатели фондоотдачи, т.е. выпуск продукции относительно стоимости основных фондов (как указывалось, общий выпуск продукции в советской эконо-

мике вырос на 84%, в то время как основные фонды по промышленности - на 100%) [4, с. 368-369].

Правящая элита не могла не понимать того, что сложившиеся методы управления экономикой (централизованное планирование с требованием выполнения валовых показателей как главного критерия оценки деятельности хозяйствующих субъектов экономической деятельности) нужно менять, и главный вектор этих изменений к середине 1960-х гг. был сформирован в результате дискуссий среди экономистов, которая развернулась в центральной печати. Характерной в этом смысле была статья ученого-экономиста Е.Г. Либермана [5], где в концентрированном виде была выражена позиция, которой придерживались многие экономисты. В этой работе ключевым являлся следующий тезис: «совершенствуя планирование, нельзя ограничиваться исправлением или дополнением отдельных плановых показателей, поскольку дело не в показателях как таковых, а в системе взаимоотношений предприятия с народным хозяйством, в способах планирования, оценки и поощрения работы производственных коллективов. До предприятия надо доводить только главные, решающие показатели, предоставляя директорам больше прав для хозяйственного маневрирования. Соответственно и оценивать предприятия следует по конечному эффекту, а не по большому числу показателей, детально регламентирующих их хозяйственную деятельность» [5].

К тому времени Первый секретарь ЦК КПСС и Председатель Совета Министров СССР Н.С. Хрущев был смещен со своих постов в октябре 1964 г., непосредственное руководство всей экономикой перешло к новому советскому премьер-министру А.Н. Косыгину, который до этого работал в должности заместителя Председателя Совета министров СССР (был заместителем Хрущева). И именно с именем Косыгина связывается реформирование советской экономики, реальное начало которому было дано на сентябрьском (1965 г.) Пленуме ЦК КПСС, где в результате обсуждения доклада Косыгина было принято постановление ЦК КПСС «Об улучшении управления промышленностью, совершенствовании планирования и усилении экономического стимулирования промышленного производства» [6].

Следует заметить, что на Пленуме ЦК КПСС была дана политико-экономическая и политико-правовая оценка существующего положения и определены основные направления дальнейшего развития экономики (более пред-

236

метно эти направления были конкретизированы в принятом несколько позже совместном партийно-правительственном постановлении, о котором речь пойдет ниже). На Пленуме ЦК КПСС прямо указывалось, что «существующая организационная структура управления, методы планирования и экономического стимулирования в промышленности не отвечают современным условиям и уровню развития производительных сил. Серьезным недостатком в руководстве промышленностью является то, что в нем превалировали административные методы в ущерб экономическим. Хозрасчет на предприятиях носит во многом формальный характер; права предприятий в хозяйственной деятельности ограничены. Работа предприятий регламентируется большим числом плановых показателей, что ограничивает самостоятельность и инициативу коллективов предприятий, снижает ответственность за улучшение организации производства. Система материального поощрения работников промышленности слабо заинтересовывает их в улучшении общих итогов работы предприятий, в повышении рентабельности производства и улучшении качества промышленной продукции» [6].

Что касается постановляющей части этого партийного форума, то здесь, как и во многих других партийных документах, много общих фраз и лозунгов, в связи с чем реформаторская сущность предлагаемых изменений, окутанная фразами о верности коммунистическому курсу, необходимости повышения уровня благосостояния всего советского народа и т.д., сразу не просматривается (примером может быть следующее положение: «В целях дальнейшего развития промышленности и повышения эффективности общественного производства, ускорения технического прогресса, увеличения темпов роста национального дохода и обеспечения на этой основе дальнейшего подъема благосостояния советского народа требуется улучшить методы планирования, усилить экономическое стимулирование промышленного производства, повысить материальную заинтересованность работников в улучшении итогов работы предприятий... От хозяйственных и плановых органов требуется большая гибкость и оперативность в планировании и управлении производством, умение своевременно учитывать меняющуюся хозяйственную обстановку, маневрировать ресурсами, увязывать производство с возросшими потребностями и спросом населения, укреплять хозяйственный расчет, быстро внедрять научно-технические достижения, находить в конкретных условиях

предприятия лучшие способы решения хозяйственных задач» [6, с. 642]; такого рода фразы многократно встречались и ранее до каких-либо перемен).

Как представляется, Пленум ЦК КПСС вынужден был обозначить и противоречие между, с одной стороны, экономическим стимулом, что характерно для капиталистической системы хозяйствования, и, с другой стороны, моральным стимулом, на что делался акцент в принятой в 1961 г. Программе КПСС [7]. Так, в рассматриваемом партийном документе указывалось, что «экономические стимулы повышения производительности общественного труда - это могучее средство движения социалистической экономики к коммунизму. В то же время партия и впредь будет неуклонно проводить курс на повышение коммунистической сознательности трудящихся, на воспитание коммунистического отношения к труду. Долг партийных организаций - всемерно развивать моральные стимулы к труду, создавать все условия для расцвета подлинно коммунистического творчества масс» [6, с. 642]. Примечательно, что о долге партийных организаций «всемерно развивать» экономический стимул к труду умалчивалось, равно как моральный стимул (в отличие от экономического стимула) в данном случае не получил оценки «могучего средства» на пути к коммунизму. Данное противоречие, на наш взгляд, при выбранном подходе реформаторов было неизбежным, поскольку многовековой опыт развития экономических отношений не знает более действенного стимула, чем экономический [8; 9], а провозглашение в СССР цели построения коммунизма в этом отношении принципиально ничего не меняло, поскольку конкретные люди в лично-семейном плане всегда хотят жить лучше, и личные интересы для абсолютного большинства людей являются приоритетными, что естественно для человека и человеческого сообщества [10].

4 октября 1965 г. в развитие партийных установок сентябрьского (1965 г.) Пленума ЦК КПСС было принято постановление ЦК КПСС и Совета министров СССР «О совершенствовании планирования и усилении экономического стимулирования промышленного производства» [11]. В этом акте имелась определенная конкретизация, сущность реформ была отражена значительно более выпукло. Так, указывалось, что «существующие методы и формы планирования и стимулирования в промышленности имеют крупные недостатки и не отвечают новым требованиям хозяйственного строительства, современным технико-эконо-

237

мическим условиям и уровню развития производительных сил. В плановом руководстве промышленностью чрезмерно большое место занимают административные формы и методы, а роль экономических методов принижена» [11].

Это довольно жесткая самокритика, которая ранее применительно к общей системе хозяйствования в СССР не встречалась. Фактически было заявлено, что все предшествующие годы развития советской экономики (почти 50 лет!) показали неэффективность социалистической системы управления промышленностью и низкий уровень производительности «социалистического труда». Однако признавать это советские функционеры, разумеется, не могли, и поэтому речь шла о «совершенствовании» экономической системы, но строго в рамках существующего социалистического строя.

Постановлением предписывалось, что «пятилетний план (с распределением важнейших заданий по годам) является основной формой государственного планирования развития народного хозяйства... Пятилетние и годовые планы предприятий разрабатываются ими на основе устанавливаемых вышестоящей организацией контрольных цифр. Предприятия-изготовители, исходя из контрольных цифр, заблаговременно договариваются с предприятиями-потребителями или сбытовыми и торгующими организациями об объеме, ассортименте, качестве и сроках поставки продукции и формируют портфель заказов» [11]. Здесь принципиальной представляется возможность для предприятий договариваться об условиях поставок продукции и услуг, а это уже элемент свободного предпринимательства [12].

Другим принципиальным положением следует считать решение «расширить хозяйственную самостоятельность промышленных предприятий. В связи с этим сократить число показателей плана, утверждаемых предприятиям вышестоящими организациями, ограничив их, как правило, следующими показателями: по производству: общий объем реализуемой продукции в действующих оптовых ценах. В отдельных отраслях в случае необходимости может применяться показатель - объем отгруженной продукции; важнейшие виды продукции в натуральном выражении (с указанием в том числе продукции для экспорта), включая показатели качества продукции; по труду - общий фонд заработной платы; по финансам: общая сумма прибыли и рентабельность; по капитальному строительству: общий объем централизован-

ных капитальных вложений, в том числе объем строительно-монтажных работ; ввод в действие основных фондов и производственных мощностей за счет: централизованных капитальных вложений; по внедрению новой техники - задания по освоению производства новых видов продукции и по внедрению новых технологических процессов, комплексной механизации и автоматизации производства, имеющих особо важное значение для развития отрасли; по материально-техническому снабжению - объем поставок предприятию сырья, материалов и оборудования, распределяемых вышестоящей организацией. Установить, что все остальные показатели планов предприятий утверждению вышестоящими организациями не подлежат, а разрабатываются самими предприятиями и используются плановыми органами как расчетные материалы к составлению планов» [11].

В литературе отмечается, что роль сентябрьского (1965 г.) Пленума ЦК КПСС, определившего курс на самостоятельность госпредприятий, была значительно усилена принятым тогда же решением об отказе от территориальной системы управления экономикой посредством совнархозов и возврате к отраслевой системе, как было раньше, что отвечало интересам не только центра, но и союзных республик [13, с. 62]. По мнению Ю.А. Давыдовой и В.В. Гро-менко, «промышленная реформа 1965 г. стала одной из самых радикальных реформ за все годы советской власти» [14, с. 77]. И действительно, решения сентябрьского (1965 г.) Пленума можно считать поворотным пунктом в методах реализации государством функции управления экономикой [15]. Об эффективности принятых решений свидетельствуют стат-данные по восьмой пятилетке (1965-1970 гг.), которые многие специалисты считают «золотой». Так, «к осени 1967 г. по новой системе работали 5,5 тыс. предприятий, которые давали треть промышленной продукции и получали 45% прибыли. К апрелю 1969 г. их число возросло до 32 тыс., а объем продукции - до 77%. На протяжении всех пяти лет фиксировались рекордные для СССР темпы экономического роста, такие же, как в Японии тех лет» [16, с. 66-67]. Думается, что в современной России этот опыт должен быть востребован, учитывая, что доля государства в экономике по-прежнему достаточно большая, и здесь важно найти баланс между интересами общества, государства и отдельных работников с учетом, разумеется, рыночной составляющей экономических отношений.

238

1. Рассказов Л. П. Теория государства и права. 6-е изд. М., 2014.

2. РассказовЛ.П., Упоров И.В., КарнаушенкоЛ.В. История государства и права зарубежных стран. Краснодар, 2004.

3. Об утверждении Конституции (Основного Закона) Союза Советских Социалистических Республик: постановление Чрезвычайного VIII Съезда Советов СССР от 5 дек. 1936 г. // Известия ЦИК СССР и ВЦИК. 1936. № 283.

4. Кузнецов А.Ю. История экономики России. М., 2004.

5. Либерман Е.Г. План, прибыль, премия // Правда. 1962. 9 сент.

6. Об улучшении управления промышленностью, совершенствовании планирования и усиление экономического стимулирования промышленного производства: постановление ЦК КПСС от 29 сент. 1965 г. // Постановления партии и правительства по хозяйственным вопросам. М., 1968. Т. 5. С. 640-645.

7. Программа КПСС. М., 1961.

8. Орлов С. В. Человек и его потребности. СПб., 2006.

9. Человек и его потребности / отв. ред. А.Э. Назиров. СПб., 2011.

10. Рассказов Л.П., Упоров И.В. Естественные права человека. СПб., 2001.

11. О совершенствовании планирования и усилении экономического стимулирования промышленного производства: постановление ЦК КПСС и Совета министров СССР от 4 окт. 1965 г. // СП СССР! 1965. № 19-20. Ст. 153.

12. Упоров И.В., Старков О.В. Финансовое право. М., 2013.

13. Фирсов Ю. Косыгин и его время // Рос. экон. журн. 2004. № 5-6.

14. Давыдова Ю.А., Громенко В.В. Экономические реформы в период «застоя» // Теория и практика общественного развития. 2014. № 7. С. 76-80.

15. Упоров И.В., Старков О.В., Рассказов Л.П. Теория государства и права. М., 2005.

16. Милюков А. Золотая пятилетка // Прямые инвестиции. 2009. № 9.

1. Rasskazov L.P. Theory of state and law. 6th ed. Moscow, 2014.

2. Rasskazov L.R, Uporov I.V., Karnaushenko L.V. History of state and law of foreign countries. Krasnodar, 2004.

3. About the adoption of the Constitution (Basic Law) of the Union of Soviet Socialist Republics: resolution of the Extraordinary VIII Congress of Councils of the USSR d.d. Dec. 5, 1936 // News of the Central Election Commission of the USSR and All-Russian Central Executive Committee. 1936. № 283.

4. Kuznetsov A.Yu. History of economy of Russia. Moscow, 2004.

5. Liberman E.G. Plan, profit, award // Truth. 1962. Sept. 9.

6. About improvement of management of the industry, improvement of planning and strengthening of economic incentives of industrial production: resolution of the Central Committee of the CPSU d.d. Sept. 29, 1965 // Resolutions of party and the government on economic questions. Moscow, 1968. Vol. 5. P. 640-645.

7. Program of the CPSU. Moscow, 1961.

8. Orlov S.V. Human and his requirements. St. Petersburg, 2006.

9. Human and his requirements / resp. ed. A.E. Nazirov. St. Petersburg, 2011.

10. Rasskazov L.P., Uporov I.V. Natural human rights. St. Petersburg, 2001.

11. About improvement of planning and strengthening of economic incentives of industrial production: resolution of the Central Committee of the CPSU and Council of Ministers of the USSR d.d. Oct. 4, 1965 // Coll. of resolutions of USSR government. 1965. № 19-20. Art. 153.

12. Uporov I.V., Starkov O.V. Financial law. Moscow, 2013.

13. Firsov Yu. Kosygin and his time // Russian economy journal. 2004. № 5-6.

14. Davydova Yu.A., Gromenko V.V. Economic reforms in the period of «stagnation» // Theory and practice of social development. 2014. № 7. P. 76-80.

15. Uporov I.V., Starkov O.V., Rasskazov L.P. Theory of state and law. Moscow, 2005.

16. Milyukov A. Gold five-years period // Direct investments. 2009. № 9.

239