Воспитание в традиции и влияние современности

ВОСПИТАНИЕ В ТРАДИЦИИ И ВЛИЯНИЕ СОВРЕМЕННОСТИ

© Нечкасов Евгений Алексеевич, независимый философ

Сообщество «Svarte Aske - Тёмный Ясень»

svartepublish@gmail.com

Обсуждение проблемы правильного воспитания детей в языческих семьях идёт столь давно, сколько существует и осознаёт само себя современное язычество. После нескольких частных дискуссий на эту тему с семейными людьми в язычестве, общей картины и чётких стратегий воспитания детей таким образом, чтобы они в ходе взросления стали следующим звеном в цепи и продолжили жить в традиции - не выявилось. Поэтому было принято решение провести социальный опрос по этой теме и сделать более широкую статистическую выборку.

Наша первоочередная задача заключалась в том, чтобы сделать «слепок» или «снимок» мнений о воспитании детей в соответствие с духом традиции таким, какой он есть среди самих язычников. Для этого в анкете было несколько открытых вопросов, куда каждый респондент мог вписать своё собственное мнение и варианты в свободной форме.

С нашей точки зрения, основной «нерв» проблематики заключается в том, что мир языческих традиций и современный мир - это две реальности, которые очень сильно различаются и которые крайне сложно примирить друг с другом. Тем не менее, мы выстроили наш опрос таким образом, чтобы он был гораздо шире ведущей проблемы и охватывал сферу воспитания, его негативных и позитивных сторон в наши дни. Анализ и интерпретация результатов исходят из этих двух составляющих: негативная ситуация современности и взгляды язычников на воспитание.

Для релевантности результатов мы сосредоточили наш опрос на тех язычниках, которые уже имеют детей либо ожидают их появления в скором времени. Справедливости ради стоит отметить, что вариант ответа «Ожидаем рождения ребёнка в скором времени» мог стать удобной ширмой для респондентов, которые пока только планируют заводить детей, но, тем не менее, интересуются поднятой в опросе проблемой.

Ниже мы приводим анализ полученных результатов.

В ходе опроса собрано 413 анкет с ответами. Из них были исключены анкеты, в которых в графе «Ваша традиция» были указаны «ислам», «христианство», «атеизм», «буддизм», «никакая» и т. п., так как они выходят за пределы нашей целевой группы. В итоге были обработаны 403 анкеты. В тех вопросах, которые не были помечены как «обязательные», количество отвечавших бывает меньше.

Итоговые цифры указаны в процентах, в квадратных скобках после процентов уточняется номинальное количество ответов, например: «ответ А - 5% [10 человек]».

Демографическая часть

Вопросы № 1, № 2, № 4 и № 5.

В опросе приняло участие 403 человека, из них: людей в возрасте до 35 лет включительно, что является официальным верхним порогом возрастной группы молодёжи в России - 65,7% [265], людей старше 36 лет - 34,3% [138]. Среди опрошенных доминируют мужчины: 53,6% мужчин и 46,4% женщин.

В вопросе о месте проживания респондентов в отдельную категорию выделены большие мегаполисы и областные столицы, так как в них наиболее отчётливо проявляются негативные тенденции модернизации и глобализации, наиболее ярко выражены негативные факторы в воспитании. Как промежуточная полоса между мегаполисом и селом выделены города-спутники и райцентры, комбинирующие разные стороны, плюсы и минусы с обеих сторон. Ответы распределились следующим образом: мегаполисы - 52,4% [211], города-спутники - 16,1% [65], провинция и райцентры - 20,1% [81], деревня, ПГТ - 11,4% [46].

Доминирование мегаполисов и агломераций подтверждает, что до сих пор язычество приоритетно представлено в городах и всё ещё остаётся «городским феноменом», как его определяют религиоведы.

Наконец, количество детей среди опрошенных таково: один ребёнок - 33,1% [122], два ребёнка - 25,7% [95], три и более - 8,7% [32], ожидают рождения в скором времени -32,5% [120]. Такие цифры пока подтверждают тезис, что современные семьи преимущественно малодетные, с 1-2 детьми; многодетной сегодня считается семья с 3-мя и более детьми.

Представленные в опросе традиции

Вопрос № 3.

Целевая группа нашего опроса - русскоговорящие язычники. В исследовании приняли участие представители разных языческих традиций, из них можно выделить два ярко доминирующих кластера - представители славяно-русского язычества и представители германо-скандинавского язычества.

Среди славяно-русских язычников встречаются следующие самонаименования: родноверие, славяно-русская традиция, славяно-русское язычество, русское язычество, «ранний вариант родноверия по Рыбакову», русская традиция, славяно-балтская, славянский традиционализм.

Среди германо-скандинавских язычников встречаются следующие самонаименования: асатру, одинизм, fomeskja, скандинаво-германская традиция, северная традиция, локианство, рёккатру, «германо-скандинавская и кельтская».

Помимо двух самых крупных групп также особо отметились: шаманизм [8], гаудия-вайшнавизм [1], вайшнавизм [1], тантризм [1], адвайта [1], зороастризм [1], греко-римская традиция [1]. Также были названы варианты: язычество, неоязычество, интегральный традиционализм, традиционализм, ведовство, агностицизм, анимизм, староверие, политеизм.

Ведущая проблема: право и долг

Вопросы № 9 и № 17, дополнительные вопросы № 7 и № 8.

Основная проблема, поставленная в заголовок исследования - это воспитание в условиях современности. Эту тему мы разделили на два вопроса, которые сформировали два полюса; в результате между ними и расположилась вся проблематика языческого воспитания.

Первый из них (вопрос № 9): «Как Вы относитесь к свободе религиозного выбора вашего ребенка?»

В вопросе сделан акцент на концепцию религиозных прав и свобод (например, см. ст. 28 Конституции РФ), которая корнями уходит в Вестфальскую систему мира, закреплённую после католико-протестантских войн в Европе. Свобода религиозного выбора коренится в идеологии секулярного устройства общества и свободы индивида в частном порядке исповедовать любую религию или не исповедовать никакой, но главное, что это «личное дело каждого». В таком мышлении религии и традиции представлены перед человеком как некие предметы либо вещи, которые, по сути, пока ещё равны между собой; каждый из этих предметов можно взять, изучить, сравнить и выбрать то, к чему душа ляжет, что будет более комфортно или более рационально - критерии тут индивидуальны. А Церковь (де-факто любая религия или традиция, в том числе и языческая) вообще не имеет никакого права на социальное и политическое доминирование и ведущую роль в обществе и локализуется в своей социальной нише. Это - сугубо современная социально-политическая идеология, результат развития европейского светского гуманизма и социальных теорий Просвещения. Считается, что в постсоветской России данные идеологемы существуют скорее по инерции, поверхностно и не укоренены глубоко в обществе. Тем не менее, на вопрос о свободе религиозного выбора ответы распределились следующим образом: ребёнок имеет право изучить и выбрать любую религию, какую он захочет, или стать атеистом - 70,5% [284], ребёнок должен следовать родной традиции родителей и народа - 29,5% [119].

Итак, 29,5% опрошенных заняли традиционалистскую позицию, согласно которой традиция есть связующая цепь поколений и народа. Ребенок должен следовать родной традиции своих предков, родителей и старших бабушек и дедушек (в идеале, так как в современном язычестве преемственность традиции через несколько поколений пока ещё редка), как это было издревле.

Второй вопрос на эту тему (вопрос № 17): «Хотели бы Вы, чтобы ваш ребёнок придерживался той же традиции что и Вы и развивался в ней?»

Ответы: да, хочу - 64,3% [259]; это целиком зависит от его выбора - 35,7% [144].

Как видно, результаты ответов на зеркальные вопросы № 9 и № 17 показывают почти симметричную противоположность во мнениях (разница в 6,2% [25]). То есть, несмотря на декларацию о том, что формально ребёнок имеет право на выбор, почти такой же процент опрошенных язычников твёрдо заявляют, что хотели бы видеть своего ребенка как единоверца и продолжателя дела традиции, иметь с ним общие религиозные взгляды.

Сложившаяся «вилка мнений» наглядно демонстрирует разрыв между идеальными представлениями «как хотелось бы и как надо» и необходимостью публично декларировать социальную норму, «то, чему учили в школе». Немецкий философ Эрнст Юнгер предлагал интерпретировать подобные результаты голосований (он приводил пример с выборами) как сознательную стратегию общества: публичная демонстрация лояльности в обмен на то, чтобы человека, его внутренний мир, окружение и образ жизни никто не трогал и никто в него не лез1. Подобная позиция ухода в свои дела и безразличие к «вопросам власти» довольно близка и русскому менталитету. Но, как нам кажется, здесь ситуация более прозаическая: современные язычники до сих пор не могут полноценно понять качественное различие в том, как устроены традиционные общества и как разительно от них устроено общество эпохи Модерна. Поэтому современное язычество перманентно находится в режиме «кривых зеркал» и смешения идеалов, ценностей и норм2.

В мире Традиции дети были включены в, собственно, саму традицию, зачастую ещё до своего рождения. Выделялись благоприятные времена года для зачатия (например, Купальская ночь), соответствующими поверьями сопровождалась беременность, заклиналось рождение мальчика или перерождение в роду души почившего предка (через нарекание именем ушедшего) и, наконец, сами роды. После рождения ребёнок также был сразу же включён в цикл ритуалов очищения, представления в роду и предкам и окружён обережными суевериями, а с возрастом постепенно включался и во взрослые ритуалы, проходя возрастные посвящения мальчиков или девочек соответственно.

Иными словами, для традиционного общества понятие «рационального выбора традиции с чистого листа» отсутствовало как таковое, так как ещё до рождения человек уже был обрамлён и включён в поток священного и народной культуры, традиций своей семьи.

Как мы уже отметили, вся проблематика воспитания детей в традиционалистском духе среди язычников расположилась между двумя полюсами «права выбора» и «данности традиции» или «долг». Результаты ответов по другим вопросам почти всегда можно расположить ближе к тому или иному полюсу, что мы увидим далее.

Погружение в традицию с детства есть естественная реальность. Этой теме в нашем исследовании были посвящены два вопроса, основной и уточняющий.

Вопрос: «Как Вы считаете, нужно ли вводить рёбенка с самого детства в круг традиционных обычаев, поверий и ритуалов?»

Ответы: да, ребёнок с рождения должен быть погружён в традицию - 52,1% [210]; да, но с определённого возраста - 33,5% [135]; нет, по достижению совершеннолетия ребёнок сам должен сделать свой выбор - 14,4% [58].

1 Юнгер Эрнст. Уход в лес [Электронный ресурс] // Электронная библиотека RoyalLib.com. - Режим доступа: https://royallib.eom/read/yunger_ernst/uhod_v_les.html#0 [10.07.2018].

2 Svarte Askr. Идентичность язычника в XXI веке [Электронный ресурс] // Сайт сообщества <^а11е Aske» -Режим доступа: http://askrsvarte.org/blog/heathen_identity_in_21th_century/ [10.07.2018]; Svarte Askr. Polemos: Языческий Традиционализм. В 2-х томах. - М.: ТД Велигор, 2016.

Как видно, сторонники «права выбора» в данном случае оказались в меньшинстве, в то время как больше половины респондентов заняли традиционалистскую позицию и ещё треть выступили за компромисс, указав, что вводить ребенка в традицию следует с определённого возраста. Для этого мы попросили респондентов уточнить желаемые возрастные рамки в вопросе:

«На Ваш взгляд, с какого возраста стоит вводить ребёнка в традицию, объяснять ему мифологию, учить обычаям и принимать участие в праздниках?»

Ответы: с рождения - 48,6% [196]; в детсадовско-дошкольный период - 28% [113]; начиная с 6-7 лет («со школы») - 17,4% [70]; с совершеннолетия - 6% [24].

Как видно, здесь произошло перераспределение ответов, традиционалистский перевес сгладился с 52,1% до 48,6% за «традицию с рождения». Процент модернистов снизился с твердых 14,4% в два раза, до 6%, зато значительно увеличилась доля «за компромисс» - в сумме ответы «с детского сада» и «со школы» дают 45,4%.

Как нам пояснили несколько респондентов в частной беседе, порой взять грудного ребёнка в лес на большой кологодный праздник сопряжено с трудностями для родителей и ребёнка, а также с рисками для здоровья маленьких детей. То есть, погружению ребёнка в традицию, в формате участия с ним в больших праздниках, на раннем этапе порой мешают санитарно-бытовые проблемы.

Начало активного приобщения детей к традиции «со школы» также связывается с тем, что со школьного возраста роль семьи как автора социализации постепенно уменьшается и заменяется школой, учителями и сверстниками. Приобщение к традиции в этом возрасте становится ещё одним связующим звеном между ребёнком и семьей и, в потенции, усиливает его идентичность как язычника на фоне сверстников. К тому же на школьные годы приходится период пубертата, времени пересмотра подростком ценностей и подчас демонстративным «свержением авторитетов». Как показывают исследования и анкеты

3 "

религиоведов3, многие язычники находят традицию и свой духовный путь как раз в период пубертата или на выходе из него, что делает это время в жизни подростка особенно важным для корректного ознакомления с традицией и сохранением позитивной связи с семьёй.

Для более выпуклой и наглядной иллюстрации «права выбора» мы можем обратить свой взор на ситуацию народа калаши, проживающего на севере Пакистана. Вымирающий народ калаши являются последними язычниками в этом горном регионе, окружённом радикальными исламистами. Структура их языческой традиции и образа жизни устроена так, что как только кто-то из молодых людей принимает ислам, его тут же исключают из числа сородичей и он уходит жить в другое место. Так происходит потому, что нормы ислама несовместимы даже с нормами быта и хозяйства калашей, не говоря уже о традиции и Богах. Выбор иной религии здесь приводит к разрыву родовых связей и полному отчуждению, изгнанию. Для европейских реалий такой пример, безусловно, является гиперболой, но он подчёркивает, что не следует заигрывать с «правом выбора» в сфере традиции, так как это неизбежно влечет за собой последствия. Выбор без последствий есть крайняя форма разрушения общественного устройства и забвения традиции.

Город и деревня

Вопросы № 14, № 15, № 16.

Один из часто упоминаемых вариантов воспитания детей в традиции - это закрытое воспитание в тесном кругу единоверцев. Зачастую речь идёт о разного рода автономных поселениях в деревнях, туристических зонах типа Горного Алтая, Хакассии или на Дальнем Востоке, в экопоселениях и т. п. Аргументы «за»: близость к природе, аграрному образу жизни, труду, воспитание «в старом духе» или «в мужском духе», воспитание в тесном кругу единоверцев без соблазнов и влияний извне, из мира цивилизации. Аргументы «против»: неизбежность хотя бы минимального влияния цивилизации, контактов с туристами,

3 См. I-IV выпуски научного альманаха Colloquium heptaplomeres (https://cyberleninka.ru/journal/n/colloquium-heptaplomeres).

повышенное внимание органов опеки к таким «диссидентам», трудности с медициной, трудности с образованием и социализацией детей в будущем.

Для исследования отношения к этой теме был выделен отдельный блок вопросов.

На вопрос «Как Вы относитесь к идее, что полноценное воспитание ребёнка в традиции возможно только в кругу единоверцев и их детей (закрытое традиционное воспитание)?» были получены следующие ответы: положительно - 11,2% [45], скорее положительно - 40,2% [162], скорее отрицательно - 36% [145], отрицательно - 12,7% [51].

В этом вопросе мнения разделились почти поровну: положительно и скорее положительно - 51,4% и отрицательно и скорее отрицательно - 48,7%4.

Так как закрытое воспитание априори подразумевает проживание вдали от городов, а также потому, что дискуссия «город против деревни» в язычестве довольно распространена, мы затронули и эту тему. На вопрос «Как Вы относитесь к тезису, что подлинное воспитание и укоренение ребёнка в традиции до конца невозможно в большом городе, но возможно в деревнях?» были получены следующие ответы: положительно - 13,6% [55], скорее положительно - 33,5% [135], скорее отрицательно - 38,5% [155], отрицательно - 14,4% [58].

Доля отрицательного отношения к возможности укоренения ребёнка в традиции только в деревне, по сравнению с вопросом о закрытом воспитании, возросла с 48,7% до 52,9%, доля позитивного отношения соответственно снизилась с 51,4% до 47,1%. При этом мы видим, что доли строго «положительного» и «отрицательного» отношений выросли примерно на 2% каждый. Так, когда речь идёт не о закрытом воспитании, а о воспитании в деревне - это вызывает положительную реакцию у 13,6% ответивших, против 11,2% соответственно.

Противоречивость мнений в языческой среде вновь проявляет себя в следующем вопросе, где мы предлагаем поразмыслить над перспективой переезда из города ближе к природе, если это будет способствовать воспитанию детей в традиционном русле: «Готовы ли Вы для того, чтобы воспитать ребёнка ближе к традиции, переехать из города ближе к земле и природе (в пригород, в деревню)?»

Ответы распределились следующим образом: да, готовы - 17% [68]; скорее готовы/рассматриваем такой вариант - 35,7% [143]; скорее не готовы - 16% [64]; нет, не готовы - 17% [68]; уже проживаем в сельской местности - 14,2% [57].

В сумме, не готовы к переезду из города 33% язычников. Ещё 52,7% готовы к переезду либо всерьёз рассматривают такой вариант. Наконец, ещё 14,2% уже проживают в сельской местности. Итого, результаты pro et contra показывают диспропорцию 66,9% против 33%5. Близкие цифры были и в ответе на вопрос «Хотели бы Вы, чтобы ваш ребёнок придерживался той же традиции что и Вы и развивался в ней?» - 64,3% «за» и 35,7% «против» соответственно. Можно говорить о немного колеблющейся корреляции между желанием, чтобы дети следовали традиции родителей и народа и готовностью жить в деревнях или в отдалении от мегаполисов, если это необходимо.

Возвращаясь к насущному вопросу о том, что язычество - городской феномен, по результатам опроса (и многочисленным попыткам, разной степени успешности, язычников совершить исход из городов) можно выдвинуть гипотезу о том, что современное городское язычество испытывает экзистенциальную усталость от урбанизма и городской квазижизни. В современном язычестве есть устойчивая грёза о деревне и природе как источнике подлинности и священных переживаний, что ниже подтвердят данные ответов на другие вопросы.

Не стоит упускать из виду и обратное желание некоторых язычников перебраться из глубинки в более крупный город, так как в городах им легче найти единоверцев и единомышленников (просто потому, что в городе больше численность населения и вероятность найти соратника выше). Здесь можно выдвинуть предположение-предложение

4 Автоматическое математическое округление процентов до одного знака после запятой в сумме даёт погрешность в 0,1% или 0,4 человека, что является допустимой погрешностью.

5 Погрешность округления 0,1%.

для городских язычников идти навстречу единоверцам, которые уже имеют «плацдарм» в провинции и расширять горизонтальную сеть единомышленников и общин за пределами городов, в духе культурного традиционалистского почвенничества и народничества.

Касательно закрытого традиционного воспитания - этот вопрос так и остаётся дискуссионным и открытым.

Вопросы воспитания в традиции

Вопросы № 6, № 10, № 11, № 12 и № 13.

«Какой стиль воспитания Вы, скорее всего, выберите для своего ребёнка?»

Ответы: предоставление ребёнку возможности высказывать своё мнение, отношение, право выбора - 80,9% [326]; строгий контроль деятельности и поведения ребенка, требовательность - 16,9% [68]; отсутствие активного участия в процессе обучения и воспитания - 1,5% [6]; удовлетворение любых желаний и потребностей - 0,7% [3].

Подавляющее большинство язычников предпочитают гуманный стиль воспитания детей, направленный на развитие их самостоятельности. Сугубо либеральный подход исповедуют в сумме 2,2% опрошенных. Остальные придерживаются принципов строгого воспитания.

Наиболее интересен блок вопросов с № 10 по № 13, посвящённый позитивным и негативным факторам, влияющим на воспитание и укоренение детей в традиции.

Вопрос № 10: «На Ваш взгляд, какие факторы могут негативно повлиять на воспитание ребёнка в традиционном русле? Если нужно, выберите несколько».

Ответы распределились следующим образом: современное светское образование -32,5% [131]; курс ОПК в школе - 42,9% [173]; патриотическое воспитание и пропаганда -33% [132]; влияние Интернета, игр, поп-культуры, социальных сетей и гаджетов - 59% [241]; влияние сверстников из светских атеистических семей - 29,3% [118]; влияние пропаганды мировых религий (христианство, ислам, буддизм) - 52,4% [211]; жизнь в мегаполисе, крупном городе - 37,5% [151].

В динамике опроса вариант «Влияние Интернета, игр, поп-культуры, социальных сетей и гаджетов» лидировал с самого начала и до завершения опроса. Из всех предложенных, этот вариант выражает культуру Постмодерна и глобализации, неудивительно, что он сразу же был отмечен респондентами как наиболее негативный фактор в воспитании детей. Примечательно, что аналогичный набор «Интернет, игры, гаджеты» вызывает особое беспокойство и у светских педагогов в обыкновенных школах.

На втором месте закономерно расположились представители мировых религий, чья активная пропаганда, в том числе и в сфере образования (см. вариант с курсом ОПК в школе), вызывает справедливое беспокойство языческого сообщества.

Жизнь в мегаполисе как негативный фактор, в общей сумме опрошенных, назвали 37,5%. Современное светское образование, патриотическая пропаганда и влияние светских сверстников беспокоят примерно треть всех респондентов.

В дополнение к этому вопросу каждый желающий мог указать те негативные факторы, которые он считает важными со своей точки зрения. В этой части исследования пусть ответы говорят сами за себя.

Сводный список свободных ответов на вопрос «На Ваш взгляд, какие ещё факторы могут негативно повлиять на воспитание детей в традиции в современном мире?», выглядит следующим образом6: лень, невнимательность и невежество родителей [20]; СМИ и ТВ [16]; религиозные родственники и старшее поколение, внутрисемейный религиозный конфликт [15]; РПЦ [13]; школа и школьная среда, сверстники [11]; политика государства [6]; излишний религиозный фанатизм родителей [5]; толерантность [4]; воспитание потребителей, культура потребления [3]; отсутствие нравственных устоев и личного примера [3]; алкоголизм [3]; поп-кульутра [2].

6 Представлены только самые распространённые ответы.

Перейдём от недостатков современности и негативных факторов к тем действиям и приёмам в воспитании, которые позволяют привить детям интерес и любовь к традиции и культуре. Ответы на посвящённый этой теме вопрос № 12 («На Ваш взгляд, какие факторы могут способствовать воспитанию и укоренению ребёнка в традиции? Если нужно, выберите несколько») расположились следующим образом: участие в фольклорных кружках, творческих клубах и самодеятельности - 52,1% [210]; изучение народной культуры, литературы, мифологий народов мира, ремёсел - 88,6% [357]; активное участие в проведении и организации традиционных праздников, ритуалов и практик - 56,3% [227]; сближение с природой: походы, экспедиции, поездки в деревню к старшим родственникам и т.п. - 89,6% [361]; введение курса «Основ традиционной культуры» (аналог ОПК, но без православия) - 29,3% [118]; создание общинами своих образовательных программ и учебников с опорой на традицию (как доп. образование/факультатив к школе или альтернативное образование) - 42,2% [170].

Абсолютное лидерство занимают варианты «Сближение с природой, поездки в деревню...» и «Изучение народной культуры, мифологий...». Максимальное неприятие глобалистской западной культуры Постмодерна и одновременное ещё большее стремление к природе, старшему поколению (отголоски культа почитания предков) и изучение родной культуры, так и мифологии в целом, подтверждает ранее высказанную гипотезу о существовании имплицитной «грёзы о деревне и природе». При этом в номинальных цифрах за оба лидирующих варианта проголосовало больше людей, чем тех, кто проголосовал против «Интернета, игр и гаджетов», ergo данная тема важна даже для тех язычников, которые в других вопросах скорее готовы пойти на компромисс.

Более половины ответивших на вопрос связывают успешное укоренение детей в традиции с участием в фольклорных клубах, кружках, а также с участием в ритуально-обрядовой жизни, языческих праздниках и фестивалях.

При этом менее 50% респондентов заинтересовались темой создания своих собственных языческих образовательных программ (факультатив к школе, дополнительное образование). В то время как на Западе языческие объединения Асатру или Эллинизма уже давно стремятся создать такие школы или методики, организовывают классы и выпускают литературу по традиции, адаптированную для детей.

Наконец, официальный курс-аналог православного «ОПК», но сугубо языческой традиционной направленности, и вовсе заинтересовал менее трети ответивших на вопрос. Можно предположить, что низкий интерес к теме связан с недоверием язычников к официальной образовательной системе и желанием избежать излишнего контакта с государством, если эти же задачи можно решать без его участия.

В дополнение к этому вопросу каждый желающий мог указать те позитивные факторы, которые он считает важными со своей точки зрения. В этой части исследования пусть ответы говорят сами за себя.

Сводный список свободных ответов на вопрос «На Ваш взгляд, какие ещё факторы могут способствовать воспитанию детей в традиции в современном мире?», выглядит следующим образом7: живой пример повседневной религиозности, личный пример [65]; связь с семьей, климат в семье [17]; литература, сказки, книги, ресурсы [8]; интерес самого ребенка [8]; участие в реконструкторском движении [4]; пропаганда традиции [4].

Как можно заметить, вопрос о позитивных методах вызвал у респондентов повышенный интерес. Основной приоритет заслуженно отводится роли семьи и внутрисемейных отношений; если в семье живут единоверцы и своим примером сызмальства показывают детям путь, то это, согласно опросу, является самым сильным залогом укоренения ребёнка в традиции. Вспомним, что среди негативных факторов так же в числе лидеров присутствуют внутрисемейные факторы - религиозно-поколенческий конфликт и

7 Представлены только самые распространённые ответы.

незрелость, невнимательность родителей. Подтверждается педагогическая максима о том, что всё идёт из семьи.

Язык традиции и язык современности

Вопрос № 18.

Последний вопрос нашего исследования также связан с основной проблематикой традиционного воспитания в условиях современности (вопросы № 9 и № 17), но забегает немного вперёд, обращаясь к тому, какой результат воспитания детей в традиции хотят видеть их родители: «На Ваш взгляд, Вы бы хотели, чтобы ваш ребёнок руководствовался в своих поступках и объяснял явления в этом мире с опорой на родную традицию или обращался к светским наукам? Если нужно, кратко укажите свой вариант».

Финальный вопрос вновь наглядно фиксирует, что современное язычество живёт как бы «в промежутке», в натяжении между строго модернистским подходом к традиции и, собственно, традиционалистским дискурсом.

Из списка «своих вариантов» были отброшены нерелевантные ответы не по теме вопроса. В итоге обработано 374 ответа на вопрос. Предложенные варианты ответа: «Хотелось бы, чтобы ребёнок использовал язык традиции» и «Хотелось бы, чтобы ребёнок использовал научный, светский язык» выбрали, соответственно, 42,25% [158] и 24,33% [91] опрошенных.

Так как этот вопрос предлагал «свой вариант ответа», то твёрдыми цифрами являются крайние полюса - «за язык традиции» (42,25%) и «за светский язык» (24,33%), что в сумме составляет 66,58% опрошенных. Среди оставшихся ответов трети (33,42%) опрошенных оказалось возможным выделить следующие доминирующие группы мнений:

1) язык и мировоззрение традиции не противоречат светскому языку, что язык науки и мифа можно совмещать, что язык традиции дополняет научный (сторонников этой точки зрения насчитывается 18,45%);

2) ребёнок должен обладать как бы двумя языками и переключаться между ними в зависимости от ситуации и контекста, например, объяснять профанные явления языком науки, но когда речь заходит о сакральном - переходить на язык традиции (сторонников данной позиции оказалось 7,75%).

Так как среди ответов попадались совсем сухие («и то и то», «оба варианта»), которые сложно однозначно определить в ту или иную позицию, то мы замечаем, что в опросе осталось 7,22% ответов, которые можно с равным правом присовокупить к любому из двух компромиссных вариантов либо разделить поровну.

Финальные тезисы

I. Современное язычество живёт в ситуации неразрешённого и слабо осознаваемого наложения двух разных парадигм - Традиции и Модерна. Это наложение является источником конфликта в устремлениях язычников, когда про-традиционные инициативы и начинания блокируются о социально-политические и мировоззренческие установки Модерна и, наоборот, когда сторонники современного подхода настаивают на необходимости «модернизации» и адаптации традиции под условия времени.

II. В цифрах доминирует про-традиционалистский дискурс и интуитивные устремления язычников в этом направлении, но и строго модернистский полюс язычников также отчетливо выражен. Между двумя полюсами существует значительная, не менее трети язычников, прослойка, выступающая за компромисс или синтез двух парадигм. Но в зависимости от ситуации, язычники этой прослойки так же занимают позиции ближе к традиционалистам или прогрессистам. Консервативная повестка доминирует над либеральной.

III. Мировоззренческая структура язычества отражается и на вопросах воспитания детей в русле традиции в условиях современности. Активное большинство молодёжной возрастной группы продолжает оставаться малодетным. Тем не менее, подавляющее большинство выступает за активное включение детей в традицию, с рождения или с детства.

IV. Язычество всё ещё остается городским феноменом, но среди городских язычников есть интуитивная грёза об исходе из городов, о деревне и природе, как источниках священного опыта и благоприятной среде для традиции и воспитания детей.

V. Определяющее всё воспитание детей в традиции место язычники отводят семье и личному примеру родителей. Религиозно-поколенческий (бабушки-христиане, дети и внуки-язычники) конфликт назван одним из самых неприятных и нежелательных. Также отмечается наличие культа старшего поколения, многие указывают на важность визитов к «бабушке в деревню» и благоприятный климат в семье.

VI. Одним из наиболее враждебных языческому воспитанию факторов названы современная глобалисткая поп-кульутра, Интернет, социальные сети и гаджеты. Язычники отчётливо видят радикальное отличие традиционной культуры и ценностей от популярного мейнстрима и культурного статус-кво. Шире - речь идёт о негативном влиянии окружающей среды и культуры в целом.

VII. Язычники были бы не против, если бы государство (СМИ, РПЦ, ОПК в школах как де-факто его составные части) не вмешивалось и не оказывало бы давления на жизнь язычников и то, как они воспитывают детей.

VIII. Инициативы по созданию своего, традиционалистского языческого образования, учебников и курсов вызывает определённый интерес среди язычников; можно констатировать, что такой запрос существует.

Вот такой получился «слепок» мнений с языческой среды относительно вопроса о воспитании детей. Мы сделали из него те выводы, которые он нам сам подсказал. С некоторыми тезисами читатель может не согласиться, но цифры и ответы на конкретные вопросы говорят сами за себя. Во многом проблематика всё ещё нуждается в более детальном изучении, к чему приглашаются энтузиасты и специалисты. Мы лишь зафиксировали спектр мнений в первом приближении и сделали широкие обобщения, насколько нам позволила выборка в ± 400 респондентов.

Р. 8.: Иные интересные корреляции

К сожалению, выборка в несколько сотен респондентов недостаточна для вычленения «ювелирных» корреляций с большим набором перекрестных параметров, для этих целей, пожалуй, необходим сплошной опрос как минимум пары-тройки тысяч язычников. Тем не менее, попробуем посмотреть на некоторые более узкие корреляции, насколько это возможно, на примере двух крупных групп - славяно-русских (далее «родноверы») и германо-скандинавских (далее «асатру») язычников.

За то, что ребёнок должен следовать традиции народа и семьи (вопрос № 9), проголосовали:

Родноверов-мужчин Родноверов-женщин

13,33% 21,85%

Асатру-мужчин Асатру-женщин

8,33% За то, что ребёнок имеет право религио Родноверов-мужчин 0% зного выбора, проголосовали: Родноверов-женщин

35,56% 29,26%

Асатру-мужчин Асатру-женщин

48,33% 43,33%

Хотели бы, чтобы ребёнок придерживался традиции семьи и народа (вопрос № 17), проголосовали:

Родноверов-мужчин Родноверов-женщин

43,70% 28,15%

Асатру-мужчин Асатру-женщин

38,33% За то, что ребёнок имеет право религи< Родноверов-мужчин 10% зного выбора, проголосовали: Родноверов-женщин

7,41% 20,74%

Асатру-мужчин Асатру-женщин

18,33% За закрытое воспитание (вопрос № 14, Родноверов-мужчин 33,33% в сумме «за» и «скорее за») выступили: Родноверов-женщин

32,59% 23,33%

Асатру-мужчин Асатру-женщин

23,33%

10%

N. В.: В сумме более половины родноверов положительно относятся к идее закрытого воспитания - 55,92%.

Жителей мегаполисов и столиц больше всего волнуют следующие проблемы в воспитании детей (первые три):

1) Влияние Интернета, игр, поп-культуры, социальных сетей и гаджетов - 56,87%.

2) Светское образование + курс ОПК - 54,98%.

3) Влияние пропаганды мировых религий - 51,66%.

Жителей деревни больше всего волнуют следующие проблемы в воспитании детей (первые три):

1) Влияние Интернета, игр, поп-культуры, социальных сетей и гаджетов - 63,83%.

2) Светское образование + курс ОПК - 61,70%.

3) Жизнь в мегаполисе, крупном городе - 51,60%.