Профессор В. С. Филатов как основатель ярославской психологической школы

УДК 159

В. А. Мазилов

Профессор В. С. Филатов как основатель ярославской психологической школы

24 августа исполняется 115 лет со дня рождения Василия Степановича Филатова (1900-1974), известного отечественного ученого, философа и психолога, создателя ярославской психологической школы. Статья посвящена исследованию обстоятельств создания ярославской психологической школы. Представлены биографические сведения о В. С. Филатове, который был основателем ярославской психологической школы. В статье проанализированы ранние этапы развития психологии на ярославской земле. Особенное внимание уделяется созданию условий для того, чтобы школа возникла и развивалась. Подробно анализируется деятельность В. С. Филатова по созданию школы, обсуждается проблема критериев возникновения научной школы. Выделяются следующие критерии (общая для школы исследовательская проблематика, пространственно-временное единство, принципы, характеризующие исследовательский подход в данной школе, наличие разных поколений ученых в школе, организационные условия - наличие кафедры или лаборатории, института, открытие аспирантуры и решение проблемы воспроизводства научных и преподавательских кадров, проведение научных конференций, издательская деятельность, отражающая продукцию школы, признание достижений школы коллегами и научным сообществом). Дается анализ особенностей складывающейся школы, выделяются условия, способствовавшие ее формированию.

Ключевые слова: В. С. Филатов, Ярославль, Ярославский педагогический институт, психология, научная школа.

V. A. Mazilov

Professor V. S. Filatov as a Founder of Yaroslavl Psychological School

On August 24 it is 115 years since the birth of Vasily Stepanovich Filatov (1900-1974), he is a famous Russian scientist, a philosopher and a psychologist, a founder of Yaroslavl psychological school. The article is devoted to the research of circumstances of creation of Yaroslavl psychological school. Biographic data on V. S. Filatov who was the founder of Yaroslavl psychological school are presented. In the article early stages of development of psychology in the Yaroslavl region are analysed. The special attention is paid to creation of conditions in order that the school could appear and develop. V. S. Filatov's activities on creation of the school are analyzed in detail, the problem of criteria of emergence of the school of thought is discussed. The following criteria are allocated (the research perspective which is general for the school, existential unity, principles characterizing the research approach at this school, existence of different generations of scientists in the school, organizational conditions - existence of the Chair or laboratory, institute, opening of postgraduate study (aspirantura) and a solution of the problem of reproduction of the scientific and teaching personnel, carrying out scientific conferences, the publishing activity, reflecting production of the school, recognition of achievements of the school by colleagues and the scientific community). The analysis of features of the developing school is given, the conditions promoting its formation are allocated.

Keywords: V. S. Filatov, Yaroslavl, Yaroslavl Pedagogical Institute, psychology, a school of thought.

24 августа исполняется 115 лет со дня рождения Василия Степановича Филатова (1900— 1974) - известного отечественного ученого, философа и психолога, создателя ярославской психологической школы. Соответственно, уже сорок лет, как профессора нет с нами. Прошедшие годы позволили всем убедиться, что ярославская психологическая школа является одной из ведущих в нашей стране, дело профессора Филатова достойно продолжается сегодня новыми поколениями ярославских психологов.

История ярославской психологии не написана. До сих пор наиболее полным очерком истории психологии на ярославской земле является статья «Из истории Ярославской психологии» [9] пси-

холога из ЯГПУ Г. А. Мурашева (1922-2014). В этой статье, на которую нам не раз придется ссылаться в настоящем тексте, ярославский ученый отмечает, что в России известна точная дата, когда указом Александра I преподавание психологии было вменено высшим учебным заведениям (в том числе и духовным) в обязательном порядке: «Можно предполагать, что с открытием в Ярославле первого светского вуза - Демидовского высших наук училища - преподавание психологии тоже было обязательным. К сожалению, пока документов, подтверждающих это, не найдено» [9, с. 23]. Отдельные лекции и даже курсы по психологии зафиксированы в XIX столетии в Демидовском лицее и Ярославской ду-

© Мазилов В. А., 2015

ховной семинарии. «И все-таки первые настоящие программы по различным психологическим спецкурсам обнаружены только в архиве Учительского института и относятся к 1908 году» [9, с. 23]. В 1918 г. в Ярославле создается университет (просуществовал до 1924 г.). «Судя по документам, сохранившимся в архивах, в Ярославском университете на педагогическом факультете студентам читались курсы экспериментальной психологии и экспериментальной педагогики (проф. И. П. Четвериков), психология и новейшая педагогика, педагогическая психология, психология детства и юношества (доцент Н. А. Соколов), психопатология детского и юношеского возраста, работа с детьми, уклоняющимися от нормы (проф. И. О. Зубов)» [9, с. 23].

Не имея возможности в настоящей статье подробнее рассказать обо всех первых ярославских психологах, нельзя не остановиться, хотя бы кратко, на деятельности Ивана Пименовича Четверикова (1880-1969). В 1900 г. он окончил Киевскую духовную академию, преподавал психологию в различных учебных заведениях. В 1905 г. после защиты магистерской диссертации избран профессором Киевской духовной академии, где читал различные курсы по психологии. В 1906-1908 был на стажировке в Германии (Лейпциг, Мюнхен, Геттинген), где работал, в частности, у В. Вундта и Э. Гуссерля [27]. Выражаясь «высоким стилем», можно сказать, что ярославская психология является «наследницей по прямой» самого создателя научной психологии Вильгельма-Макса Вундта... В 1908 г., вернувшись в Россию, работает профессором Высших женских курсов (Киев), с 1915 г. - в Юрьевском университете, с 1918 профессор Таврического университета. В 1920 преподавал в Московской духовной академии. С 1921 г. работал в ЯрГУ и затем, после его закрытия в 1924 г., - в ЯГПИ. Работал в Ярославском педагогическом институте до 1930 г. «В 1930 году был уволен из ЯГПИ с характеристикой "антиобщественно настроенный человек". Тюрьмы и ссылки. Во время Великой Отечественной войны оказался за пределами СССР. Преподавал в Свято-Сергиевском богословском институте в Париже. Читал лекции о православии в городах Германии. Автор книг и богословских статей в журналах. Умер в 1969 году в Штутгарте» [12, с. 196].

М. Ю. Сорокина приводит более полные сведения о судьбе ученого. Как пишет исследователь, им были опубликованы краткий курс лекций по психологии, статьи «Модернистские дви-

жения в Германии», «Проблема познания чужой личности» и др. В 1930 г. Четверикова уволили: по результатам обследования института комиссией Наркомпроса он был уволен «как ярый противник курса рефлексологии и настроенный антиобщественно» [4, с. 136], после чего он жил в Москве, был профессором психотехники. 13 февраля 1933 г. его арестовали, после заключения в Бутырскую тюрьму 27 апреля 1933 г. Коллегия ОГПУ СССР приговорила Четверикова по ст. 58-11 УК РСФСР за «ведение нелегальной подготовки антисоветских кадров из церковников» к 3 годам высылки в Казахстан. Возможно, он находился в ссылке в Барнауле. В 1937 г. И. П. Четвериков жил в Малоярославце Московской обл. [27]. Далее М. Ю. Сорокина пишет: «В 1941 г. ополченец, попал в Германию; в 1945 г. находился в американской оккупационной зоне. Остался в Германии. Преподавал, в том числе в Свято-Сергиевском православном богословском институте в Париже (Франция). Умер 2 октября 1969 г. в Штутгарте (Германия)» [26, с. 105].

Н. Ю. Стоюхина отмечает: И. П. Четвериков работал в Ярославле, в 1924 г. он докладывает о принятом на Ярославском губернском медико-санитарном съезде решении создать в городе центральную психологическую лабораторию, где были бы объединены усилия губоно, губздравот-дела и университета на почве борьбы с беспризорностью» [33]. Это даст возможность сблизить университет с жизнью, привлечь студенчество к общественной работе, придать кафедрам экспериментальной педагогики и экспериментальной психологии производственный характер, когда можно будет практикум по экспериментальной психологии и педагогике, детской неврологии и психопатологии проводить на практической работе по изучению беспризорных ярославского края [28].

В 1997 г. И. П. Четвериков частично «вернулся» в Россию текстами по психологии - в антологии «Русская религиозная антропология» опубликованы фрагменты его лекций по общей психологии.

Зафиксируем опосредованный вундтовский след в возникновении ярославской психологии и обратимся к другому моменту. Речь идет о влиянии на возникновение психологической школы в Ярославле, так же опосредованном, как и вундтовское, трудов К. Д. Ушинского. Напомним, что К. Д. Ушинский начинал педагогическую карьеру в Ярославле. Хорошо известно, что он, блестяще окончив «вторым кандидатом» Мос-

ковский университет, получил приглашение в Ярославский Демидовский лицей, в котором проработал почти четыре года, «исправляя обязанности» профессора. В лицее К. Д. Ушинский зарекомендовал себя прекрасным лектором, читавшим курсы права и разрабатывавшим проблемы камерального образования. Также хорошо известно, что вопросами педагогики К. Д. Ушинский начал заниматься позднее, будучи инспектором в Гатчине, в Смольном, и особенно во время пребывания за рубежом (18621867). «Педагогическая антропология» (в особенности проект третьего тома) является ярким свидетельством того, что Ушинский рассматривал педагогику как творческую деятельность. Нельзя не согласиться с теми исследователями, согласно мнению которых путь Ушинского мог бы сложиться иначе, не получи он в самом начале своей карьеры опыт работы в лицее. Итак, мы можем констатировать, что в годы работы в Ярославле Ушинский не занимался ни педагогикой, ни психологией - интерес к этой проблематике пришел значительно позднее.1

Анализ знаменитого выступления

К. Д. Ушинского 18 сентября 1848 г. с актовой речью «О камеральном образовании» свидетельствует, что основные мотивы, побудившие к написанию «Педагогической антропологии», у двадцатичетырехлетнего ученого уже формировались. К. Д. Ушинский выступает резким противником немецкой системы камерального образования, отмечая, что немецкие авторы очень неудачно смешивают «науку» и «искусство», результатом чего является «рецептурный» характер камеральной литературы. Система зарубежной подготовки - рецептурная, а не научная. Ушин-ский отвергает эту систему, предлагая взамен собственную, основой которой должно «служить изучение родины в самом широком смысле». Таким образом, можно увидеть, что Ушинским используется та же логика, что и позднее при обосновании «Педагогической антропологии»: искусство педагогики должно быть основано на научном знании, в первую очередь, физиологии и психологии, антропологии, знании о человеке. Широко известны высказывания Ушинского о творческом характере образования, о том, что жесткая регламентация учебного процесса «совершенно убьет живое дело преподавания». Основные черты подхода Ушинского к реформированию педагогики, таким образом, сформировались уже в Ярославский период: творческая направленность, систематичность, преодоление

ограниченности теоретического знания, антропологизм, практическая ориентированность.

Сразу после окончания Великой отечественной войны, в 1946 г., Ярославскому государственному педагогическому институту присвоено имя К. Д. Ушинского, начинает издаваться десятитомное собрание сочинений великого педагога. В ЯГПИ в 1948 г. издается сборник научных трудов, посвященных вкладу Ушинского в развитие педагогики и психологии. Одно из центральных мест в этом сборнике занимает статья В. С. Филатова, посвященная анализу учения Ушинского о воле и ее воспитании, к обсуждению которой мы еще вернемся.

Ровесник века, В. С. Филатов родился 24 августа 1900 г. в крестьянской семье в селе Промзино Алатырского уезда Симбирской губернии. В 1915 г., закончив Высшее начальное училище в селе Промзино (ныне Сурское Уральской области), занимался репетиторством и готовился к сдаче экзаменов на аттестат зрелости. В 1917 г. он выдержал экзамены (экстерном), дающие право преподавать в двухклассных сельских училищах, начал педагогическую работу [1]. В том же 1917 г. окончил восьмой (педагогический) класс гимназии и поступил на медицинский факультет Казанского университета, где проучился 2 года. В 1921 г., по студенческой мобилизации был направлен на политпросветработу при штабе дивизии Казанского военного округа [1]. Обратим внимание на то, что согласно архивным данным, обучался В. С. Филатов на филологическом факультете, а не на медицинском [1, л. 138]. После демобилизации он работает лектором Губполит-просвета в Одессе. В 1922-1923 гг. - комиссар Опродкомгуба (Винница) [1, л. 138]. «Опрод-комгуб» означал «Особую губернскую продовольственную комиссию», которая, по замыслу новых властей, должна была досыта накормить изголодавшихся жителей губернии. В 1923 г. продолжает учебу: сначала в Одессе, где слушает лекции С. Л. Рубинштейна, а затем во 2-м МГУ. После реорганизации последнего переводится в Ленинград в ЛГПИ им. Герцена, который оканчивает в 1926 г. по педологическому отделению. После окончания института работает преподавателем в Покровском педагогическом училище в Подмосковье, где преподает психологические и педагогические дисциплины. В августе 1927 г. становится научным сотрудником и одновременно аспирантом научно-исследовательского института педагогики в Москве. С 1930 г. В. С. Филатов работает на руководящих должно-

стях в ряде вузов СССР: в 1930-1931 гг. - доцент и заведующий кафедрой психологии Краснодарского педагогического института, в 1931-1933 гг. - доцент кафедры психологии и заместитель директора педагогического института в Ставрополе; в 1933-1941 гг. - доцент, заведующий кафедрой психологии и заместитель директора педагогического института в Калинине.

В 1941-1942 гг. - доцент в педагогическом институте г. Соликамска. В 1942-1944 гг. В. С. Филатов работает заведующим отделом пропаганды и агитации Кунцевского горкома КПСС Московской области. В 1944-1946 гг. -директор областного института усовершенствования учителей и одновременно доцент Московского областного педагогического института. В 1946 г. начинается ярославский период деятельности В. С. Филатова.

С 1 сентября 1946 г. В. С. Филатов начинает свою работу в Ярославле в Ярославском педагогическом институте. Он назначен заместителем директора института и заведующим кафедрой психологии. Летом 1946 г. он окончил Всесоюзные курсы преподавателей логики: как мы увидим, - факт, имеющий большое значение. И вообще можно сказать, что для Ярославского педагогического института начинается новый, «фила-товский», этап.

С приходом В. С. Филатова кафедра психологии становится самостоятельной (до 1946 г. существовала кафедра психологии и педагогики, созданная в 1936 г. после постановления ЦК ВКП (б) «О педологических извращениях в системе наркомпросов» «на месте» упраздненной кафедры психологии и педологии). Что важно -при кафедре открывается кабинет логики и психологии, в котором сосредоточивается психологическая литература, накапливается оборудование для проведения лабораторных занятий по психологии.

Мы уже упоминали, что Филатов закончил курсы по логике. По его инициативе в институте открывается отделение логики и психологии, на котором готовили преподавателей этих дисциплин в средней школе. Напомним, что после войны какое-то время эти предметы преподавались в средней школе. Для интересующей нас темы важно подчеркнуть, что в Ярославле теперь появлялись выпускники, имеющие более глубокую психологическую подготовку, чем студенты чисто педагогических специальностей. Некоторые из них (например, Г. А. Мурашов, Н. П. Ерастов) стали впоследствии членами ка-

федры. С другой стороны, преподавание психологии на более высоком уровне потребовало повышения квалификации преподавателей и привлечения кадров из Москвы и Ленинграда. По воспоминаниям Г. А. Мурашова, «для ведения отдельных дисциплин приглашались преподаватели и сотрудники московских и ленинградских вузов и научных учреждений. Так, историю психологии читал старший научный сотрудник института психологии АПН М. Г. Ярошевский, историю логики - ст. научный сотрудник института философии АН СССР А. И. Рубин, практикум по экспериментальной психологии вел старший преподаватель ЯГПИ И. А. Васильев» [23, с. 33].

Нужно согласиться с оценкой Г. А. Мурашева: «Несмотря на все издержки, открытие отделения логики и психологии знаменовало новый этап в развитии психологического образования в стране, поскольку значительно расширялось число центров психологической подготовки, ранее ограниченное четырьмя городами - Москвой, Ленинградом, Тбилиси и Киевом» [23, с. 33].

Сам В. С. Филатов читал лекции по общей психологии и логике. Как отмечает Г. А. Мурашов, В. С. Филатов был хорошим лектором, умел просто и доступно объяснить самые сложные вопросы. Важно отметить, что, способствуя повышению квалификации преподавателей кафедры психологии, В. С. Филатов не забывал и о своем научном росте. В октябре 1949 г. он поступает в докторантуру при секторе психологии института философии АН СССР. Научным консультантом, как и ранее руководителем по кандидатской диссертации, был С. Л. Рубинштейн, с которым Филатов был знаком еще по Одессе 1923 г., когда в мореходке слушал лекции будущего классика отечественной психологии.

По окончании докторантуры в 1952 г. В. С. Филатов защищает в институте философии АН СССР докторскую диссертацию по философским вопросам характера и его формирования. В том же году получает звание профессора, в феврале 1952 г. возвращается в Ярославль в качестве директора института и заведующего кафедрой психологии. Нельзя не вспомнить другой эпизод, о котором упоминает ученик В. С. Филатова -известный ярославский психолог В. В. Новиков: «С. Л. Рубинштейн попал в немилость за проза-падническую линию, и его сектор в Институте философии АН СССР был разогнан. В. С. Филатов взял аспирантов своего учителя в Ярославский пединститут, где они благополучно учились и работали по 2-3 года. Всю оставшую-

ся жизнь эти аспиранты, евреи по национальности, с огромной благодарностью вспоминали директора института. Среди них потом оказалось несколько выдающихся психологов» [24, с. 310311].

В октябре 1954 г. В. С. Филатов отправляется в длительную (по август 1956 г.) командировку в Китай, где работает советником Министерства просвещения КНР по высшему образованию, оказывая помощь не только в развитии педагогических вузов Китая, но и, что особенно важно подчеркнуть, по развертыванию научно-исследовательской работы и подготовке научно-педагогических кадров.

За два года в Китае В. С. Филатов проделал значительную работу по передаче советского опыта и оказал активную практическую помощь в перестройке учебно-организационной и учебно-методической работы педвузов КНР. В. С. Филатов писал в «Учительской газете» в 1956 г.: «До образования Китайской народной республики в стране не было специальных высших учебных заведений. Подготовка учителей проводилась на гуманитарных факультетах университетов и в различного рода религиозных институтах, при этом в совершенно незначительных масштабах (число обучавшихся не превышало 12 тысяч). К началу 1956 г. в 42 педагогических и учительских институтах нового Китая обучалось уже около 65 тысяч человек, а в 632 педагогических училищах - 370 тыс. В 1956 г. вновь открыто 13 педагогических высших учебных заведений (главным образом учительских институтов) и принято более 60.000 студентов, то есть количество учащихся в педагогических вузах только за один год увеличилось почти в два раза. В ближайшей пятилетке (1957-1962 гг.) число студентов в педагогических и учительских институтах вырастет в три раза, а в педучилищах в два раза» [31, а 3].

В целях изучения состояния и перспектив дальнейшего развития высшего педагогического образования, а также оказания консультативной непосредственной помощи на местах В. С. Филатов принял активное участие в инспектировании 19 педагогических и учительских институтов. Им была оказана большая помощь министерству просвещения в решении вопроса об упорядочении существующей сети педвузов (по факультетам и специальностям), перспективном планировании, в развертывании научно-исследовательской работы и подготовке научно-педагогических кадров для китайских педвузов.

В. С. Филатов принял деятельное участие в подготовке и проведении четырех Всекитайских конференций и совещаний по вопросам культуры и просвещения, на которых выступил с докладами о задачах и путях улучшения дела высшего педагогического образования [1, л. 88].

За время работы в Министерстве просвещения КНР Филатов сделал большое количество докладов для работников аппарата главного управления высшего и среднего педагогического образования, для руководящего состава и профессорско-преподавательских коллективов педвузов по вопросам учебно-методической и научно-исследовательской работы, прочитал ряд лекций по актуальным проблемам философии и психологии. Часть этих материалов опубликована в трех изданиях на китайском языке. Проводил совещания с советскими специалистами, работающими в КНР [1, л. 88].

Не подлежит сомнению, что В. С. Филатов много сделал для развития высшей школы и науки в Китайской Народной Республике. Также несомненно, что сам В. С. Филатов, планируя и организуя учебно-методическую и научно-исследовательскую работу по психологии, философии и педагогике, приобрел бесценный опыт, который, как мы увидим, успешно использовал при создании ярославской психологической школы.

Не подлежит сомнению, что глава научной школы должен быть авторитетным ученым, автором научных трудов. Остановимся кратко на основных этапах научной деятельности профессора В. С. Филатова. Первые публикации

B. С. Филатова посвящены экспериментальному исследованию речи (1931). Эти работы относятся к ставропольскому этапу деятельности ученого. Исследования были обобщены в кандидатской диссертации «Речь школьника», защищенной в 1941 г. в Ленинграде под руководством

C. Л. Рубинштейна. В. С. Филатов становится кандидатом педагогических наук (по психологии). В тридцатые годы он публикует также конспект лекций по психологии для студентов (Ставрополь, 1933) и работу, посвященную социальному развитию личности в свете задач коммунистического воспитания (Калинин, 1935).

Сороковые годы по понятным причинам оказались небогаты на публикации, но отметим, что в 1948 г. написана важная статья «Ушинский о воле и ее воспитании». Эта статья значима не только тем, что в ней рассмотрен важный вопрос о взглядах Ушинского на волю. Сам Филатов

предстает в этой работе как зрелый историк психологии, а анализ методологии Ушинского позволяет сформулировать идеи, которые будут заложены в основание будущей научной школы. К 1950 г. оформляется рукопись «Учение о характере и его формировании в условиях социалистического общества», которая двумя годами позже будет защищена в Институте философии АН СССР как докторская диссертация по философии. Консультантом, как уже отмечалось, был С. Л. Рубинштейн. В 1953 г. в сборнике трудов Института философии АН СССР «Учение И. П. Павлова и философские вопросы психологии» публикуется работа Филатова «Психология характера в свете павловского учения о высшей нервной деятельности».

Также в 1950-е гг. публикуется ряд статей, посвященных различным аспектам формирования характера. В 1960-е гг. в работах В. С. Филатова появляются новые мотивы: ряд публикаций по психологии труда, профориентации, научной организации труда, монографии о формировании характера и личности в труде (1962, 1965), проблемах социальной психологии (1965, 1970), детской психологии. Заслуживает внимания глава в учебнике по психологии для заочников «Личность и ее направленность» (1967) и соавторство в программе по психологии для педагогических институтов (1965, 1967 гг., соавторами выступили известные советские психологи В. И. Селиванов и Н. Ф. Добрынин). Несомненно, это признание авторитета ученого. Напомню, что в СССР программы были обязательными для всех многочисленных педагогических институтов РСФСР и всех союзных республик.

Как уже было отмечено, в 1948 г. В. С. Филатов публикует большую статью, посвященную анализу взглядов К. Д. Ушинского на проблему воли. Подчеркнем, что это работа, выполненная на высоком уровне, которая убедительно свидетельствует, что В. С. Филатов является специалистом по истории психологии. Отметим, что обычно его вклад ограничивается общей психологией, психологией труда, социальной и педагогической психологией. Как будет сказано ниже, с подходом Ушинского В. С. Филатов связывает особые надежды. Для педагогического института антропологический подход, развиваемый К. Д. Ушинским, может послужить основанием для развертывания научных исследований в области психологии. В. С. Филатов хорошо понимает, что для подготовки учителей требуется такая психология, ко-

торую можно использовать на практике.

К сожалению, в рамках настоящей статьи нет возможности проанализировать работу В. С. Филатова подробно (хотя это представляется и интересным и полезным), поэтому остановимся только на некоторых моментах.

В. С. Филатов подчеркивает, что, согласно Ушинскому, воспитатель должен стремиться узнать человека, каков он есть в действительности, со всеми его слабостями и и во всем его величии. Филатов начинает с методологического анализа: «Ключом к единственно правильной и объективной оценке методологической концепции Ушинского как психолога может служить характеристика того пути, по которому шел Ушинский в своих исследованиях» [30, с. 75]. Анализируя идеи Ушинского, Филатов приходит к выводу, согласно которому «для психологической системы Ушинского характерно стремление познать и объяснить факты в соответствии с педагогической наукой и практикой воспитания и обучения» [30, с. 75]. Обсуждая очень актуальную для конца сороковых годов ХХ столетия тему о материализме и идеализме в учении Ушин-ского, В. С. Филатов делает мудрое заключение: «По существу, как нам кажется, было бы более правильным и плодотворным заниматься не рассуждениями о причислении Ушинского к тому или иному философскому лагерю, а объективно, в соответствии с задачами современной науки, вскрывать и разрабатывать прогрессивные стороны его психологической системы, одновременно также вскрывая и ее недостатки. Дело заключается, в конечном счете, не в классификации учения Ушинского, а в умелом, то есть критическом использовании его богатейшего педагогического наследства. Одно должно быть ясно при этом: Ушинский был великим искателем как в области философии, так и в области теории воспитания. Он ошибался, но искал, оступался, но шел вперед, заблуждался, но неуклонно стремился к истине», - для своего времени он был великим просветителем и прогрессивным деятелем» [30, с. 77]. Не имея возможности дать полный анализ работы Филатова, обратим внимание на то, что он подробно обсуждает новаторство Ушинского в трактовке души: не сознание составляет, по Ушинскому, сущность души, а «врожденное стремление к деятельности, к жизни, для которого и самое сознание служит только одним з средств» [30, с. 75]. Скажем только, что обычно исследователи-«ушинсковеды» этот момент упускают.

Оценивая подход Ушинского, В. С. Филатов отмечает: «Величие Ушинского как педагога и психолога, смелого новатора в области науки заключается в том, что он в своей педагогической системе блестяще осуществил принцип гармонического сочетания психологической теории с педагогической практикой» [30, с. 100].

Филатов заключает, что «Ушинского можно смело назвать основоположником русской научной (и особенно педагогической) психологии, стоящей на уровне русской передовой мысли того времени и на более высоком уровне, чем современная западноевропейская психология. «Говорить, что автор "Человека как предмета воспитания" стоит на высоте западноевропейской науки, - писал известный педагог и психолог Блонский, - значит говорить об Ушинском слишком сдержанно, он стоял на самых крайних высотах ее, лицом обращенный на правильный путь грядущей педагогики» [30, с. 101].

Еще раз подчеркнем, что эта идея Ушинского, «принцип гармонического сочетания психологической теории с педагогической практикой», была положена в основу методологии ярославской школы. Отметим, что это в традиции Ушинско-го - продумать методологию, а потом ее реализо-вывать.

По возвращении из Китая в августе 1956 г. В. С. Филатов снова назначается директором Ярославского государственного педагогического института и профессором кафедры психологии и педагогики (после отъезда Филатова в Китай кафедра психологии была снова соединена с кафедрой педагогики). Создается впечатление, что тогда в провинциальном вузе кафедра создавалась исключительно «под человека». В ноябре 1959 г. кафедра психологии становится самостоятельной и в этом качестве существует до настоящего дня.

С 1956 г. начинается целенаправленная работа В. С. Филатова по созданию ярославской школы. Есть основания считать, что ярославская школа именно создавалась ее руководителем, это не был стихийный процесс. Г. А. Мурашев отмечает: «Василий Степанович был талантливым организатором. Как уже отмечалось, с его именем связано создание стабильной современной кафедры психологии пединститута. До него непродолжительные периоды самостоятельного ее существования были связаны с приезжими психологами, работавшими по совместительству. И хотя среди них были серьезные ученые, в истории ярославской психологии их след несравним с филатов-

ским в силу загруженности этих преподавателей по основному месту работы и эпизодичности пребывания в Ярославле» [23, с. 34].

По инициативе В. С. Филатова при кафедре открывается аспирантура (1949 г.). По свидетельству Г. А. Мурашова (статья написана в начале 1990-х), «за эти годы через нее прошло более 50 человек. Подавляющее большинство выпускников защитили кандидатские диссертации, а многие потом стали докторами наук и профессорами, заведующими кафедрами, деканами факультетов, ректорами вузов. С 1967 по 1974 г. Ученому совету института было дано право принимать защиту кандидатских диссертаций по психологии. Через этот совет прошли двести аспирантов и соискателей ряда вузов страны» [23, ^ 34-35]. Тот же Г. А. Мурашов отмечает, что на кафедре у Филатова смена поколений происходит «в оптимальном варианте»: «С середины 50-х годов постепенно один за другим уходят психологи поколения, пережившего годы революции и гражданской войны, коллективизации и репрессий 30-х годов, бесконечно тянувшиеся годы Отечественной войны, варварское вмешательство в психологическую науку. Первой из послевоенного поколения психологов на кафедре появилась в 1958 г. М. М. Рыбакова. За ней пришли: в 1963 г. -В. В. Карпов, в 1964 г. - Г. А. Мурашов, в 1965 -

A. В. Филиппов, в 1966 г. - Н. П. Ерастов, в 1967 г. - В. В. Новиков, в 1968 г. -

B. Д. Шадриков, в 1969 г. - Ю. К. Корнилов» [23, ^ 35-36].

«С их приходом произошел не только количественный рост психологов, но и существенные качественные сдвиги в уровне квалификации. Это связано в первую очередь с оформлением собственного научного направления, на долгие годы определившего область научных исследований в психологии. 60-е гг. вообще отмечены быстрым развитием целого ряда направлений в возрастной и педагогической психологии, постепенно начинающих занимать все более важное место в учебных планах пединститутов. Восстанавливается в правах социальная психология, но бесспорным лидером тех лет становятся инженерная психология и психология труда. Поэтому проблемы психологии труда, трудового обучения и воспитания, ставшие во главу угла кафедральных исследований, были весьма актуальны и современны» [23, а 36].

В 1964 г. в Ярославле создается головная для Министерства просвещения РСФСР лаборатория психологии труда, трудового обучения и воспи-

тания. «Первым заведующим лабораторией стал А. В. Филиппов. Открытие же ее было подготовлено исследованиями В. В. Карпова по сигнальному программированию. Избранное им направление работы в области психологии труда и инженерной психологии, создание необходимой экспериментальной базы, поначалу очень скромной, послужило основой для исследований, проведенных позднее на кафедре ее многочисленными сотрудниками и аспирантами» [23, с. 36].

Не останавливаясь подробно, обратим внимание на происходящие на кафедре изменения:

- приток молодых и энергичных сотрудников;

- успешная работа аспирантуры;

- открытие диссертационного совета;

- активная издательская деятельность, издание сборников научных трудов;

- активные контакты с другими вузами и участие в научных конференциях.

«Кафедра становится межвузовским центром психологии и приобретает заслуженный авторитет в этой области... Начиная с 1963 г. каждые последующие два-три года здесь состоялись межвузовские, а по существу Всесоюзные и даже международные конференции по проблемам психологии труда, трудового обучения и воспитания. Раз от разу эти конференции становились все более представительными и популярными В них принимали участие многие ведущие психологи страны: Б. Ф. Ломов, Н. Ф. Добрынин, К. К. Платонов, Е. А. Климов, Д. А. Ошанин, Е. И. Игнатьев, Н. Ф. Талызина,

A. В. Петровский, Е. В. Шорохова и мн. другие ученые, психологи из Венгрии и Чехословакии» [23, с. 37].

Как очевидец и участник событий пишет об этом Г. А. Мурашов: «Запомнилась атмосфера всеобщей увлеченности делом. Уже в 7-8 часов утра начинались работы в лабораториях и мастерских кафедры, продолжавшиеся до позднего вечера. Создавались экспериментальные стенды и приборы, шел постоянный приток новых аспирантов, ежегодно защищались диссертации. Бесспорными лидерами в организации хоздоговорных исследований были А. В. Филиппов и

B. Д. Шадриков. За ними тянулись другие молодые сотрудники» [23, с. 37].

Важно наблюдение Г. А. Мурашова, работу которого мы уже неоднократно цитировали: «Целеустремленность, огромное трудолюбие и увлеченность позволили многим начинающим психологам, не имевшим базового психологического образования в короткий срок стать квалифициро-"166

ванными профессионалами. Особенно вспоминается дух доброжелательности и взаимопомощи. Практически в каждой диссертации, защищенной в те годы была частица труда коллег диссертанта В советской психологии, долгие годы излишне абстрагированной, умозрительной и «зафило-софствованной» происходили живительные перемены. Это служило поводом для азартных жарких дискуссий и споров, когда подвергались сомнению устоявшиеся концепции и авторитеты» [23, с. 37].

В 1970 г. начинается новый этап. «В 1968 году уезжает в Москву А. В. Филиппов. В 1970 В. С. Филатов, В. В. Новиков, М. М. Князев и В. Д. Шадриеов переходят в создаваемый Ярославский государственный университет (и по существу являются основателями нового факультета психологии). В 1971 к ним присоединяется Ю. К. Корнилов, в 1974 - Н. П. Ерастов» [23, с. 38].

Впрочем, это уже новый этап развития школы. К 1970 г. школа уже, несомненно, существует. Исследование становления ярославской психологической школы было проведено А. В. Карповым [5]. Ученый ставит перед собой важные и сложные задачи, отмечает, что наиболее принципиальным является вопрос о правомерности самого термина «школа» к ярославской психологии; варианты его решения, как отмечает автор, варьируют в очень широком диапазоне. На одном полюсе - мнение о том, что ярославская психологическая школа (ЯПШ) возникла как бы сразу, причем в разнообразии традиций, черт, главной из которых является ее прикладная психологическая направленность. На другом полюсе - мнение, согласно которому необходимости говорить не о школе, а о комплексе «работ территориально-определенной группы психологов». Карпов отмечает, что второй вариант «неконструктивен и очевидно неадекватен», тогда как первый требует оценки [5]. А. В. Карпов приходит к выводу, что «ее (школы. - В. М.) развитие и особенно возникновение было сопряжено с существенными тенденциями и проблемами. Не видеть их и не оценивать по достоинству огромных усилий первых ярославских психологов по их преодолению - означает радикально принижать их вклад в развитие психологической науки. Можно сказать и резче: вся история ЯПШ, все основные этапы ее развития - это и есть постоянное преодоление трудностей разного плана и уровня, определение ее самости и специфичности, завоевание статуса именно как школы» [5, с. 6].

В становлении школы А. В. Карпов выделяет три этапа, каждый из которых охватывает приблизительно одинаковый интервал времени -около 15 лет. «Первый из них можно было бы условно обозначить как эпоху становления первых учителей (середина 50-х - 70-е гг. ХХ в.). Именно в это время происходят наиболее радикальные изменения статуса психологии в Ярославском научном сообществе, в отношении к ней, в ее организационном оформлении и, что главное, - в качестве самих научных исследований, а также в плане кадрового обеспечения. За небольшой для развития науки срок психология трансформировалась из сугубо "вузовско-педагогической" дисциплины в самостоятельную сферу научной деятельности, что логически завершилось ее институциональным оформлением - созданием вначале отделения, а затем - факультета психологии Ярославского университета» [5, с. 7].

Нас интересует собственно возникновение школы, которое связано с деятельностью В. С. Филатова, поэтому мы в настоящей статье сосредоточились на первом этапе ее возникновения. Настоящая статья не является теоретическим трудом, а имеет описательный характер. Тем не менее, нельзя не согласиться с А. Л. Журавлевым в том, что важна проблема критериев возникновения нового качества, будь то отрасль психологии или научная школа. Как справедливо отмечает А. Л. Журавлев, в обсуждении исторических вопросов «уместно поставить и более общий вопрос - о науковедческих критериях рождения (возникновения, начала) той или иной отрасли науки, в данном случае социальной психологии. Среди, бесспорно, многих возможных критериев должны выделяться основные (или главные), а может быть, и только главный. При таком понимании хочется выделить следующий критерий: проведение специального (то есть по предмету новой отрасли) теоретического или эмпирического исследования и оформление его результатов в виде отдельного научного издания. В данном случае речь идет, фактически, не о нескольких, а об одном критерии, который, однако, двояко выражается: в содержании -через выполненное исследование, соответствующее предмету социальной психологии, и в отчужденной форме - через отдельное научное издание, включающее результаты проведенного исследования» [2, с. 39].

Прежде всего отметим, что надо дифференцировать, является сам акт создания целенаправ-

ленным или стихийным. Скажем, акция В. Вундта по обоснованию физиологической психологии как самостоятельной науки была, вне всяких сомнений, осознанной и хорошо спланированной. Что касается «случая В. М. Бехтерева», описываемого

А. Л. Журавлевым, то, представляется, что ученый решал предметные вопросы, а возникновение самостоятельной дисциплины было скорее «побочным продуктом».

В случае В. С. Филатова, можно полагать, мы имеем целенаправленную деятельность лидера. Прежде всего речь идет о создании и сплочении лидером-руководителем малой группы, в которой формируется ценностно-ориентационное единство, специальное внимание уделяется сплоченности группы, формированию позитивного социально-психологического климата.

Эффективности создания группы (ядра школы) способствуют условия, которые можно зафиксировать в исследуемом случае:

- наличие у лидера-организатора харизмы;

- наличие авторитета,

- наличие опыта,

- наличие интеллектуальных возможностей,

- наличие возможностей предложить базовую платформу для проведения первых исследований,

- наличие организационных возможностей,

- наличие навыков руководства,

- наличие программы развития школы,

- необходимы ученики, сподвижники, представители разных поколений (представители старшего поколения как носители ценностей).

Обо всем выше было сказано, по возможности приводились свидетельства очевидцев и современников. В пояснении нуждается, очевидно, тезис о базовой платформе. Первоначально базу составлял антропологический подход, основы которого были заложены еще К. Д. Ушинским, применительно к деятельности учителя и задачам его подготовки (1948, 1965, 1968). В том же сборнике имеется статья старейшего доцента кафедры И. М. Цветкова (работал на кафедре с 1930 г.), посвященная воспитанию трудолюбия у детей (по Ушинскому) [32]. Фактически все преподаватели кафедры имели публикации по психологическим взглядам Ушинского на изучаемый тем или иным автором предмет (В. С. Филатов, И. М. Цветков, В. В. Карпов, Н. П. Воронин, Ю. П. Вавилов, Н. П. Ерастов, Г. А. Мурашев, А. Г. Поддубный и др.), поэтому первоначальной платформой была практико-ориентированная методология и психология Ушинского. Последую-

щий анализ показал, что Ушинского можно считать создателем практико-ориентированной психологии [7, 8].

Сочетание научности и практической ориентированности действительно стало «визитной карточкой» ярославской школы2. В этом отношении прав А. В. Карпов, отмечая, что В. С. Филатов вначале возражал против того, чтобы кафедра занималась и вопросами психологии труда, поскольку изначально практическая ориентированность шла от К. Д. Ушинского. И конечно, как мудрый человек В. С. Филатов очень скоро оценил перспективы возрождающейся в стране после разгрома в тридцатые годы психологии труда и «пробил» организацию лаборатории по этой проблематике.

Вопрос о том, что считать критериями возникновения школы, несомненно, важен. В другом месте мы обязательно вернемся к такому обсуждению. Безусловно, в каждом конкретном случае необходимо учитывать контекст возникновения той или иной научной школы.

Здесь, вероятно, достаточно сформулировать следующие соображения.

В первую очередь на роль критериев могут претендовать какие-то из нижеприведенных:

- общая для школы исследовательская проблематика,

- пространственно-временное единство,

- принципы, характеризующие исследовательский подход в данной школе,

- наличие разных поколений ученых в школе,

- организационные условия - наличие кафедры или лаборатории, института,

- открытие аспирантуры и решение проблемы воспроизводства научных и преподавательских кадров,

- проведение научных конференций,

- издательская деятельность, отражающая продукцию школы,

- признание достижений школы коллегами и научным сообществом.

И нельзя не сказать о В. С. Филатове как человеке. Предоставим слово В. В. Новикову, ученику В. С. Филатова, известному ярославскому психологу (статья 1970 г.): «Я думаю, что самой главной и самой лучшей чертой его личности является доброта. Он добр той добротой, которая сочетается с такой же большой требовательностью. И еще, что не менее важно для характеристики нашего профессора, - он очень верит в людей, а потом во всем доверяет им. И эти доброта, требовательность и доверие буквально окрыляют

всех, кто с ним работает, кто так или иначе с ним общается.

Вот уже шесть лет я являюсь членом кафедры психологии, которой руководит профессор Василий Степанович Филатов. На моих глазах произошло чудо, за это время кафедра получила известность во всем Советском Союзе, семь учеников Василия Степановича стали кандидатами наук и столько же подготовили кандидатские, а один и докторскую диссертации. Этот успех удивляет буквально всех, и все, кто знакомится с этим, спрашивают: как это произошло?! Что делает В. С. Филатов, чтобы так быстро и так хорошо готовить научные кадры, чтобы так продуктивно работала кафедра?

Я думаю, секрета тут никакого нет. Те три качества личности Василия Степановича, которые я называл, в сочетании с большими знаниями и большой работоспособностью и обеспечивают ему успех. Будучи психологом, Василий Степанович хорошо понимает, что не может быть двух одинаковых людей и не надо ни в коем случае их подравнивать. Поэтому на нашей кафедре все так не похожи друг на друга, и потому на ней такое взаимопонимание, такая согласованность, такая взаимопомощь и такая взаимная требовательность.

Василий Степанович Филатов многое сделал для института, для подготовки высококвалифицированных учителей и преподавателей, для развития той науки, которой он посвятил свою жизнь. Орден Ленина на его груди - яркое признание заслуг этого человека. Но я хорошо знаю, что Василий Степанович, несмотря на свои немолодые уже годы, еще не сказал своего последнего слова» [25, с. 1].

В настоящей публикации мы коснулись лишь ранних этапов формирования ярославской психологической школы и роли в ее создании профессора В. С. Филатова. Несомненно, прав А. В. Карпов, отмечающий наличие других этапов, роль в дальнейшем развитии школы Ярославского государственного университета (воссоздан в 1970 г.). Впрочем, это уже другие страницы новейшей истории школы.

Библиографический список

1. Архив ЯГПУ Личное дело № 1291-П. Л. 12.

2. Журавлев А. Л. Роль В. М. Бехтерева в становлении отечественной социальной психологии [Текст] / А. Л. Журавлев // История отечественной и мировой психологической мысли: ценить прошлое, любить настоящее, верить в будущее : материалы международной конференции по истории психологии «V Москов-

ские встречи», 30 июня - 03 июля 2009 г. / под ред.

A. Л. Журавлева, В. А. Кольцовой, Ю. Н. Олейника. -М. : Изд-во ИП РАН, 2009. - С. 39-46.

3. Ермаков, А. М. Ректоры ЯГПУ (1908-2013) [Текст] / А. М. Ермаков. - Ярославль : ЯГПУ 2013. -128 с.

4. Ермаков, А. М. Разгром преподавательских кадров Ярославского пединститута в начале 1930-х гг. и его последствия [Текст] / А. М. Ермаков // Ярославский педагогический вестник. Научный журнал. - 2001. -№ 3-4 (28-29). - С. 135-143.

5. Карпов, А. В. Становление школы (вместо предисловия) [Текст] / А. В. Карпов // Общая и прикладная психология: Хрестоматия. - М.-Ярославль : РПО, 2001. - С. 3-14.

6. Карпова, Т. В., Карпов, В. В. Великий русский педагог-демократ К. Д. Ушинский [Текст] / Т. В. Карпова, В. В. Карпов. - Ярославль : ВерхнеВолжское издательство, 1975. - 135 с.

7. Мазилов, В. А. Разработка практической психологии: непонятый и неоцененный проект К. Д. Ушинского [Текст] / В. А. Мазилов // Ярославский педагогический вестник. Научный журнал. - 2014. -№ 3. - Том 2 (Психолого-педагогические науки). -С. 191-199.

8. Мазилов, В. А. К. Д. Ушинский как создатель парадигмы практической психологии: непонятый проект [Текст] / В. А. Мазилов // Образовательная панорама. Ярославская область: пространство образовательных возможностей: Научно-методический журнал. - 2014. -№ 1. - С. 48-60.

9. Мазилов, В. А. Методология современной отечественной психологии [Текст] /

B. А. Мазилов //Методология и история психологии. -2008. - Т. 3. - № 3. - С. 9-24.

10. Мазилов, В. А. Становление метода психологии: страницы истории (метод интроспекции) [Текст] / В. А. Мазилов // Методология и история психологии. -2007. - Т. 2. - № 1. - С. 61-85.

11. Мазилов, В. А. Методология психологической науки: проблемы и перспективы [Текст] /

B. А. Мазилов // Психология. Журнал Высшей школы экономики. 2007. - Т. 4. - № 2. - С. 3-21.

12. Мазилов, В. А. О предмете психологии [Текст] / В. А. Мазилов // Методология и история психологии. - 2006. - Т. 1. - № 1. - С. 55-72.

13. Мазилов, В. А Научная психология: проблема объяснения [Текст] / В. А. Мазилов // Методология и история психологии. - 2008. - Т. 3. - № 1. - С. 58-73.

14. Мазилов, В. А М. С. Роговин и методологические проблемы психологии / В. А. Мазилов // Проблемы психологии и эргономики. - 2000. - № 3. - С. 36-39.

15. Мазилов, В. А Слово о Михаиле Семеновиче Роговине [Текст] / В. А. Мазилов // Ярославский психологический вестник. Вып. 17. - М.;Ярославль : Изд-во Российское психологическое общество, 2006. -

C. 146-151.

16. Мазилов, В. А. М. С. Роговин - философ психологии / В. А. Мазилов // Сибирский психологический журнал. - 2006. - № 24. - С. 32-36.

17. Мазилов, В. А., Слепко, Ю. Н. Психология деятельности: итоги и перспективы [Текст] / В. А. Мазилов, Ю. Н. Слепко // Ярославский педагогический вестник. Психолого-педагогические науки. -2014. - № 1. - Том II (Психолого-педагогические науки). - С. 150-155.

18. Мазилов, В. А., Слепко, Ю. Н. В. Д. Шадриков: исследование психологии деятельности человека [Текст] / В. А. Мазилов, Ю. Н. Слепко // Ярославский психологический вестник. - Вып. 31. - М. ; Ярославль, 2014. - 136 с. - С. 59-68.

19. Мазилов, В. А. Хранитель традиций (Слово о М. М. Рыбаковой) [Текст] / В. А. Мазилов // Ярославский психологический вестник. - Вып. 7. - М.Ярославль : РПО, ЯрГУ 2002. - С. 98-99.

20. Мазилов, В. А. Николай Павлович Ерастов, профессор психологии (Слово об учителе) [Текст] /

B. А. Мазилов // Ярославский педагогический вестник: научно-методический журнал. - 2000. - № 1. -

C. 194-201.

21. Мазилов, В. А. Н. П. Ерастов, профессор психологии [Текст] / В. А. Мазилов // Научно-исследовательские материалы по истории российской психологии. Т. 2. - Ярославль-Тверь, 1999. -С. 102-112.

22. Мазилов, В. А Homo succédant: несколько штрихов к портрету В. Д. Шадрикова [Текст] /

B. А. Мазилов // В. Д. Шадриков. Фундаментальный ученый. Талантливый руководитель. Творец эпохи. -Кострома: КГУ 2014. - С. 14-26.

23. Мурашев, Г. А. Из истории Ярославской психологии [Текст] / Г. А. Мурашов // Психологический пульс Ярославля / под ред. В. В. Новикова. - М.; Ярославль : МАПН, 1998. - С. 21-47.

24. Новиков, В. В. Мой главный учитель (Василий Степанович Филатов) [Текст] / В. В. Новиков // Социальная психология и экономика: избранные произведения в 12-ти томах. Т. 12. - Ярославль : МАПН, 2005. -

C. 305-311.

25. Новиков, В. В. Кавалер ордена Ленина /

B. В. Новиков // «За педагогические кадры». -22.04.1970 г. - С. 1.

26. Профессора ЯГПУ (1908-2008): Биографические очерки. [Текст] / составитель А. В. Еремин. - Ярославль : ЯГПУ, 2008. - 220 с.

27. Сорокина, М. Ю. Четвериков Иван Пименович / М. Ю. Сорокина // Российское научное зарубежье [Текст] : материалы для библиографического словаря. - Вып. 2. [Пилотный]: Психологические науки: XIX - первая половина ХХ в. / под ред. Н. Ю. Масоликовой, М. Ю. Сорокиной. - М. : Дом Русского Зарубежья им. А. И. Солженицына, 2010. -

C. 104-105.

28. Стоюхина, Н. Ю. Изучение истории психологии как компонент развития гражданской идентичности

студенчества [Текст] / Н. Ю. Стоюхина // Дополнительное профессиональное образование в условиях модернизации : материалы седьмой всероссийской научно-практической интернет-конференции (с международным участием) / под науч. ред. М. В. Новикова. - Ярославль : РИО ЯЛТУ 2015. - С. 227-239.

29. Ульянкина, Т. И. «Дикая историческая полоса...». Судьбы российской научной эмиграции в Европе (1940-1950). [Науч. ред. И. Н. Толстой, предисл. проф. Е. Л. Магеровского] [Текст] / Т. И. Ульянкина. - М. : РОССТЭН, 2010.

30. Филатов В. С. Учение Ушинского о воле и ее воспитании [Текст] / В. С. Филатов // Ученые записки. Педагогика и психология. - Ярославль : ЯГПИ, 1948. -Вып. 13(23). - С. 75-101.

31. Филатов, В. С. Китайская школа на новых путях [Текст] / В. С. Филатов // Учительская газета. -29.09.1956. - С. 3.

32. Цветков, И. М. Воспитание трудолюбия у детей (по Ушинскому) [Текст] / И. М. Цветков // Ученые записки. Педагогика и психология. - Ярославль : ЯГТИ, 1948. - Вып. 13(23). - С. 105-129.

33. Четвериков, И. К организации центральной психологической лаборатории в Ярославле [Текст] / И. Т. Четвериков // Наш труд. - 1924. - № 7. - С. 44-45.

Bibliograficheskij spisok

1. Arhiv JaGPU. Lichnoe delo № 1291-P. L. 12.

2. Zhuravlev A. L. Rol' V. M. Behtereva v stanovlenii otechestvennoj social'noj psihologii [Tekst] / A. L. Zhuravlev // Istorija otechestvennoj i mirovoj psi-hologicheskoj mysli: cenit' proshloe, ljubit' nastojashhee, verit' v budushhee : materialy mezhdunarodnoj konfer-encii po istorii psihologii «V Moskovskie vstrechi», 30 ijunja - 03 ijulja 2009 g. / pod red. A. L. Zhuravleva, V. A. Kol'covoj, Ju. N. Olejnika. - M. : Izd-vo IP RAN, 2009. - S. 39-46.

3. Ermakov, A. M. Rektory JaGPU (1908-2013) [Tekst] / A. M. Ermakov. - Jaroslavl' : JaGPU, 2013. -128 s.

4. Ermakov, A. M. Razgrom prepodavatel'skih kadrov Jaroslavskogo pedinstituta v nachale 1930-h gg. i ego posledstvija [Tekst] / A. M. Ermakov // Jaroslavskij peda-gogicheskij vestnik. Nauchnyj zhurnal. - 2001. - № 3-4 (28-29). - S. 135-143.

5. Karpov, A. V. Stanovlenie shkoly (vmesto predis-lovija) [Tekst] / A. V. Karpov // Obshhaja i prikladnaja psihologija: Hrestomatija. - M.-Jaroslavl' : RPO, 2001. -S. 3-14.

6. Karpova, T. V, Karpov, V V. Velikij russkij peda-gog-demokrat K. D. Ushinskij [Tekst] / T. V Karpova, V. V Karpov. - Jaroslavl' : Verhne-Volzhskoe izdatel'stvo, 1975. - 135 s.

7. Mazilov, V. A. Razrabotka prakticheskoj psihologii: neponjatyj i neocenennyj proekt K. D. Ushinskogo [Tekst] / V A. Mazilov // Jaroslavskij pedagogicheskij vestnik. Nauchnyj zhurnal. - 2014. - № 3. - Tom 2 (Psi-hologo-pedagogicheskie nauki). - S. 191-199.

8. Mazilov, V A. K. D. Ushinskij kak sozdatel' para-

digmy prakticheskoj psihologii: neponjatyj proekt [Tekst] / V. A. Mazilov // Obrazovatel'naja panorama. Jaroslavskaja oblast': prostranstvo obrazovatel'nyh vozmozhnostej: Nauchno-metodicheskij zhurnal. -2014. - № 1. - S. 48-60.

9. Mazilov, V A. Metodologija sovremennoj otech-estvennoj psihologii [Tekst] / V. A. Mazilov //Metodologija i istorija psihologii. -2008. - T. 3. - № 3. - S. 9-24.

10. Mazilov, V A. Stanovlenie metoda psihologii: stranicy istorii (metod introspekcii) [Tekst] / V. A. Mazilov // Metodologija i istorija psihologii. -2007. - T. 2. - № 1. - S. 61-85.

11. Mazilov, V. A. Metodologija psihologicheskoj nauki: problemy i perspektivy [Tekst] / V A. Mazilov // Psihologija. Zhurnal Vysshej shkoly jekonomiki. 2007. -T. 4. - № 2. - S. 3-21.

12. Mazilov, V. A. O predmete psihologii [Tekst] / V. A. Mazilov // Metodologija i istorija psihologii. -2006. - T. 1. - № 1. - S. 55-72.

13. Mazilov, V. A Nauchnaja psihologija: problema ob#jasnenija [Tekst] / V A. Mazilov // Metodologija i istorija psihologii. - 2008. - T. 3. - № 1. - S. 58-73.

14. Mazilov, V A M. S. Rogovin i metodologicheskie problemy psihologii / V. A. Mazilov // Problemy psihologii i jergonomiki. - 2000. - № 3. - S. 36-39.

15. Mazilov, V. A Slovo o Mihaile Semenoviche Rogovine [Tekst] / V. A. Mazilov // Jaroslavskij psiholog-icheskij vestnik. Vyp. 17. - M.;Jaroslavl' : Izd-vo Ros-sijskoe psihologicheskoe obshhestvo, 2006. - S. 146-151.

16. Mazilov, V A. M. S. Rogovin - filosof psihologii / V A. Mazilov // Sibirskij psihologicheskij zhurnal. - 2006. - № 24. - S. 32-36.

17. Mazilov, V. A., Slepko, Ju. N. Psihologija deja-tel'nosti: itogi i perspektivy [Tekst] / V. A. Mazilov, Ju. N. Slepko // Jaroslavskij pedagogicheskij vestnik. Psi-hologo-pedagogicheskie nauki. - 2014. - № 1. - Tom II (Psihologo-pedagogicheskie nauki). - S. 150-155.

18. Mazilov, V A., Slepko, Ju. N. V. D. Shadrikov: issledovanie psihologii dejatel'nosti cheloveka [Tekst] / V. A. Mazilov, Ju. N. Slepko // Jaroslavskij psihologicheskij vestnik. - Vyp. 31. - M.;Jaroslavl' 2014. -136 s. - S. 59-68.

19. Mazilov, V. A. Hranitel' tradicij (Slovo o M. M. Rybakovoj) [Tekst] / V A. Mazilov // Jaroslavskij psihologicheskij vestnik. - Vyp. 7. - M.-Jaroslavl' : RPO, JarGU, 2002. - S. 98-99.

20. Mazilov, V A. Nikolaj Pavlovich Erastov, professor psihologii (Slovo ob uchitele) [Tekst] / V. A. Mazilov // Jaroslavskij pedagogicheskij vestnik: nauchno-metodicheskij zhurnal. - 2000. - № 1. - S. 194201.

21. Mazilov, V A. N. P. Erastov, professor psihologii [Tekst] / V A. Mazilov // Nauchno-issledovatel'skie materialy po istorii rossijskoj psihologii. T. 2. - Jaroslavl'-Tver', 1999. - S. 102-112.

22. Mazilov, V A Homo succedant: neskol'ko shtri-hov k portretu V D. Shadrikova [Tekst] / V. A. Mazilov //

V. D. Shadrikov. Fundamental'nyj uchenyj. Talantlivyj rukovoditel'. Tvorec jepohi. - Kostroma: KGU, 2014. -S. 14-26.

23. Murashev, G. A. Iz istorii Jaroslavskoj psihologii [Tekst] / G. A. Murashov // Psihologicheskij pul's Jaro-slavlja / pod red. V. V Novikova. - M.; Jaroslavl' : MAPN, 1998. - S. 21-47.

24. Novikov, V V. Moj glavnyj uchitel' (Vasilij Ste-panovich Filatov) [Tekst] / V. V. Novikov // Social'naja psihologija i jekonomika: izbrannye proizvedenija v 12-ti tomah. T. 12. - Jaroslavl' : MAPN, 2005. - S. 305-311.

25. Novikov, V. V. Kavaler ordena Lenina / V. V Novikov // «Za pedagogicheskie kadry». -22.04.1970 g. - S. 1.

26. Professora JaGPU (1908-2008): Biograficheskie ocherki. [Tekst] / sostavitel' A. V. Eremin. - Jaroslavl' : JaGPU, 2008. - 220 s.

27. Sorokina, M. Ju. Chetverikov Ivan Pimenovich / M. Ju. Sorokina // Rossijskoe nauchnoe zarubezh'e [Tekst] : materialy dlja bibliograficheskogo slovarja. -Vyp. 2. [Pilotnyj]: Psihologicheskie nauki: HIH - pervaja polovina HH v. / pod red. N. Ju. Masolikovoj, M. Ju. So-rokinoj. - M. : Dom Russkogo Zarubezh'ja im. A. I. Solzhenicyna, 2010. - S. 104-105.

28. Stojuhina, N. Ju. Izuchenie istorii psihologii kak komponent razvitija grazhdanskoj identichnosti studench-estva [Tekst] / N. Ju. Stojuhina // Dopolnitel'noe profes-sional'noe obrazovanie v uslovijah modernizacii : materi-aly sed'moj vserossijskoj nauchno-prakticheskoj internet-konferencii (s mezhdunarodnym uchastiem) / pod nauch. red. M. V. Novikova. - Jaroslavl' : RIO JaGPU, 2015. -S. 227-239.

29. Ul'jankina, T. I. «Dikaja istoricheskaja polosa...». Sud'by rossijskoj nauchnoj jemigracii v Evrope (19401950). [Nauch. red. I. N. Tolstoj, predisl. prof. E. L. Magerovskogo] [Tekst] / T. I. Ul'jankina. - M. : ROSSPJeN, 2010.

30. Filatov V. S. Uchenie Ushinskogo o vole i ee vospitanii [Tekst] / V. S. Filatov // Uchenye zapiski. Ped-agogika i psihologija. - Jaroslavl' : JaGPI, 1948. - Vyp. 13(23). - S. 75-101.

31. Filatov, V. S. Kitajskaja shkola na novyh putjah [Tekst] / V S. Filatov // Uchitel'skaja gazeta. -29.09.1956. - S. 3.

32. Cvetkov, I. M. Vospitanie trudoljubija u detej (po Ushinskomu) [Tekst] / I. M. Cvetkov // Uchenye zapiski. Pedagogika i psihologija. - Jaroslavl' : JaGPI, 1948. -Vyp. 13(23). - S. 105-129.

33. Chetverikov, I. K organizacii central'noj psi-hologicheskoj laboratorii v Jaroslavle [Tekst] / I. P. Chetverikov // Nash trud. - 1924. - № 7. - S. 44-45.

1 В скобках заметим, что в 1860 г. Ушинский публикует «Психологические монографии» - произведение интересное и глубокое, свидетельствующее об изрядном знакомстве с предметом. Когда Ушинский начал заниматься психологией, при этом не очень ясно. Может, во время учебы в университете, а затем, не афишируя, продолжал в Ярославле?

2 Обратим внимание, что в настоящей статье речь идет только о ранних этапах формирования школы. О других см. подробнее [14-22]. О соответствии стандартов формирующейся эпохи см. [9-13].