Иран стал заложником украинского кризиса

Украинский кризис неожиданно сказался на перспективе восстановления иранской ядерной сделки. Москва потребовала гарантий от Вашингтона, что ее будущее сотрудничество с Тегераном не окажется под санкциями. В США уверяют, что эти два вопроса никак не пересекаются, но Россия не склонна верить этим словам и настаивает на своем. Позиция Москвы озадачила иранские власти, которые неожиданно оказались в центре спора между Россией и Западом.

Министр иностранных дел Ирана Хоссейн Амир и министр иностранных дел России Сергей Лавров

Фото: Иван Водопьянов, Коммерсантъ

Россия просит гарантий США, что введенные против нее санкции не помешают ее контактам с Ираном. «Мы запросили американских коллег, поскольку они здесь правят бал, чтобы нам дали гарантии как минимум на уровне государственного секретаря, что нынешний процесс, запущенный Соединенными Штатами, ни в коей мере не будет ущемлять наши права по свободному и полноценному торгово-экономическому, инвестиционному, военно-техническому взаимодействию с Исламской Республикой Иран»,— заявил в субботу, 5 марта, глава МИД РФ Сергей Лавров.

Речь идет о будущих контрактах, которые станут возможны в случае восстановления ядерной сделки с Ираном. Говоря об этой перспективе, министр отметил: «С нашей стороны — если Иран соглашается (на сделку.— “Ъ”) — можно эти документы запускать уже в процесс принятия. Но есть появившиеся в последнее время проблемы со стороны интересов Российской Федерации».

В 2018 году США вышли из Совместного всеобъемлющего плана действий (СВПД), подписанного с Ираном тремя годами ранее пятью постоянными членами СБ ООН и Германией и ограничивающего ядерную программу Ирана в обмен на отмену санкций. Выйдя из сделки, Вашингтон вновь наложил рестрикции на сотрудничество с Тегераном. Под действие санкций попали экспортные поставки иранской нефти, а также более 700 банков, компаний и физических лиц. Кроме того, американские санкции распространяются на сотрудничающие с Ираном страны. В ответ на это Тегеран отказался от обязательств по ограничению своей ядерной программы. В результате, по данным американской газеты The Wall Street Journal, которая ссылается на доклад МАГАТЭ для служебного пользования, на 19 февраля Иран располагал 33,2 кг обогащенного на 60% урана. Этого почти достаточно для создания ядерного оружия. После победы на президентских выборах в США Джо Байдена новая администрация признала выход из СВПД ошибкой и инициировала переговоры о возвращении к ядерной сделке. Консультации на эту тему начались в апреле прошлого года в Вене, и на прошлой неделе наконец появилась надежда, что договоренность будет достигнута в ближайшие дни.

«Мы близки. Переговорщики E3 (Великобритания, Франция, Германия.— “Ъ”) ненадолго покидают Вену, чтобы проинформировать министров о состоянии дел. Готовы вскоре вернуться»,— написала в пятницу в Twitter глава британской делегации на переговорах в Вене Стефани Аль-Как. В том же духе днем ранее высказался в Twitter и постоянный представитель России при международных организациях в Вене Михаил Ульянов: «Вчера исполнилось 11 месяцев с начала венских переговоров. Длинный и изнурительный марафон. Теперь это почти закончилось». В интервью The Wall Street Journal он уточнил, что переговорщикам осталось обсудить лишь пару вопросов. «Мы можем завершить это в течение 24 часов, 48 часов, я не знаю»,— отметил господин Ульянов. Он также выразил сомнение, что на данном этапе переговоры могут потерпеть неудачу. Такой исход, по словам дипломата, был бы «абсолютно безответственным».

Отметим, что до сих пор Россия делала все возможное, чтобы найти компромисс между позицией Ирана и США.

Так, в частности, издание Foreign Policy писало, что российская дипломатия и лично Михаил Ульянов неоднократно спасали переговоры в Вене и предложили каркас компромиссного решения. Однако теперь эти усилия оказались под вопросом.

Западные СМИ отмечают, что речь не только об опасениях Москвы за свое будущее сотрудничество с Тегераном. Вопрос гораздо более серьезный. В случае подписания новой ядерной сделки иранская нефть может вернуться на мировой рынок. Слова же Сергея Лаврова прозвучали в тот момент, когда в США активно обсуждали запрет на импорт российских энергоресурсов, включая и нефть (во вторник решение было принято, о нем объявил американский президент Джо Байден). Не для того столько лет Россия защищала Иран, чтобы способствовать его сближению с Западом и самой остаться за бортом.

Поворот в российской позиции озадачил Тегеран.

«Мы официально стали заложниками России»,— написал в Twitter бывший иранский парламентарий, представитель реформаторских кругов Махмуд Садеги. В том же духе пишут и многие иранские СМИ, возмущаясь, что Москва решает за Тегеран и пытается стать его голосом на переговорах. «Такое неправильное представление об Исламской Республике Иран и иранском народе может погрузить россиян в иллюзию, ту самую, которая привела к вторжению Путина на Украину и его погружению в трясину опустошительной войны»,— пишет государственное иранское издание «Джомхурий-е эслами», добавляя, что Иран «не позволит ни одной стране брать в заложники» свои национальные интересы.

В то же время правящие элиты Ирана, которые в последнее время делали акцент на сближение с Россией, высказываются очень осторожно. «Венские участники действуют и реагируют исходя из интересов, и это понятно. Наше взаимодействие с 4+1 (переговорщики в Вене за минусом России.— “Ъ”) также обусловлено исключительно интересами наших людей. Таким образом, мы оцениваем новые элементы, имеющие отношение к переговорам, и, соответственно, будем искать творческие пути для ускорения решения»,— написал в Twitter секретарь Высшего совета национальной безопасности Ирана Али Шамхани.

«Твердо придерживаясь наших красных линий, мы не позволим никаким иностранным факторам повлиять на наши национальные интересы (на переговорах в Вене.— “Ъ”)»,— в свою очередь заявил в понедельник министр иностранных дел Ирана Хосейн Амир-Абдоллахиан. Однако после состоявшегося в этот же день телефонного разговора с Сергеем Лавровым его слова стали более мягкими. «Амир-Абдоллахиан подчеркнул, что против как войны, так и введения санкций, отметив, что сотрудничество Ирана с любой страной, включая Россию, не должно быть затронуто санкционной ситуацией»,— приводит содержание разговора двух министров пресс-служба иранского МИДа.

Тем временем представитель Ирана на переговорах в Вене Али Багери вернулся в Тегеран для консультаций по поводу заключения ядерной сделки.

Впрочем, его коллега из ЕС Энрике Мора призывает не паниковать в связи с этим. «Просто для уточнения. Больше нет "бесед на экспертном уровне". Ни "официальных встреч". В ближайшие несколько дней настало время принять политические решения, чтобы положить конец венским переговорам. Остальное шум»,— написал он в Twitter, комментируя новость об отъезде Али Багери.

Между тем в Европе также обеспокоены ситуацией. Как сообщает Reuters, представитель французского президента призвал Россию оценить, что поставлено на карту в Вене, «то есть возвращение Ирана к соблюдению своих обязательств по СВПД». «Потому что иначе на самом деле это просто шантаж, а не дипломатия»,— сказал он журналистам.

И только США продолжают сохранять спокойствие. «Мы продолжаем работу, чтобы убедиться в том, что мы можем договориться с Ираном о взаимном соблюдении сделки. И Россия продолжает участвовать в этих усилиях, она заинтересована в том, чтобы Иран не обрел ядерное оружие»,— заявил во вторник госсекретарь США Энтони Блинкен. Ранее он подчеркнул, что санкции США против РФ никак не связаны с иранской сделкой.

Однако Москва настаивает на своем. «Реанимирование СВПД должно обеспечивать, чтобы все его участники имели равные права в отношении беспрепятственного развития сотрудничества во всех областях без какой-либо дискриминации»,— говорится в сообщении на сайте российского внешнеполитического ведомства по итогам переговоров Сергея Лаврова и Хосейна Амир-Абдоллахиана.