Противоречивые моменты в интерпретации английского фонологического слога

С. В. Андросова

ПРОТИВОРЕЧИВЫЕ МОМЕНТЫ В ИНТЕРПРЕТАЦИИ АНГЛИЙСКОГО ФОНОЛОГИЧЕСКОГО СЛОГА

Цель настоящей статьи — выявление противоречий, связанных с выделением фонологического слога и определением принципов слогоделения в английском языке в целом и его американском варианте в частности.

Несмотря на то, что слоговая структура речи универсальна и всеми осознаваема, проблема слога относится к числу самых сложных в фонетике. В одной из работ, датируемой 1970 г., говорилось: «даже ребенок может на пальцах посчитать количество слогов в той или иной последовательности, но до сих пор ни один фонетист не предложил исчерпывающего и адекватного описания слога»1. Прошло почти сорок лет, а ситуация практически не изменилась.

При рассмотрении слога разногласия начинаются с самой возможности его выделения как единицы (и фонетической, и фонологической). Считается, что в языках фонемного строя слог, в отличие от фонемы, не связан со значением2. Именно из-за отсутствия связи со смыслом Л. Р. Зиндер отрицает возможность рассматривать слог как фонологическую единицу3. Отсутствие обусловленности слога языковыми факторами объясняет многообразие теорий слога и критериев слогоделения, зачастую противоречащих друг другу.

Иной подход предпринимает В. Б. Касевич. Разделяя языковые единицы на два вида — инвентарные (как фонема), принадлежащие парадигматике языка, и синтагматические, к которым относятся схемы и типы построения неинвентарных единиц, в абстрактном виде отражающие действие правил, — автор относит слог к синтагматическим. Реальность правил подтверждается тем, что закономерности слогоделения в различных языках (что бы не лежало в основе) не совпадают4.

Для многих английских лингвистов5 слог — это, прежде всего, фонологическая единица. Можно сказать, что, в связи с разноплановостью его функций, фонологический слог занимает промежуточное положение между супрасегментным и сегментным уровнями. В первом случае — это единица, связанная с распределением ударения6 (P. F. MacNeilage), с особенностями которого определенным образом связана постановка слоговых границ. Так, Дж. С. Уэлс7 выделяет пять рангов ударности: главноударный (1), предударный (2), заударный (3), безударный с полной реализацией гласного (4), безударный с редуцированным гласным (5). Согласный отходит к тому гласному, ранг у которого выше. Например, в слове «carpeting» граница первого слога проходит после согласного /р/: этот согласный отходит к предыдущему ретрофлексному ударному гласному, имеющему самый высокий ранг. Граница второго слога проходит после согласного /t/, поскольку предшествующий ему гласный более высокого ранга, чем последующий, который находится дальше от ударного слога. Похожих воззрений придерживается и Ч. Бейли: согласный скорее примыкает к гласному, отмеченному ударением, чем к предыдущему или последующему8. Есть точка зрения, что не только одиночный согласный, но и целый консонанс примыкает к предыдущему гласному, если тот ударный9.

© С. В. Андросова, 2008

На сегментном уровне объем и границы фонологического слога обычно определяются с позиций фонотактики10: 1) по фонологической долготе / краткости гласного; 2) исходя из разрешенных и запрещенных сочетаний согласных в начале и конце слова.

Слог и фонологическая долгота гласного

Многие сходятся во мнении, что на современном этапе развития английского языка длительность (физическая долгота) не является различительным признаком гласных11. Корреляция «полноартикулируемый-усеченный» (под «усеченностью» понимается прерывание артикуляции фонологически краткого гласного следующим согласным, то есть, по сути дела — сокращение физической долготы гласного), предложенная Н. С. Трубецким12, для английского языка уже не характерна. В настоящее время английские гласные не контрастируют по физической долготе на уровне системы: изменяя длительность английского гласного, нельзя изменить значение слова13. На возможность утраты роли длительности для противопоставления гласных в системе указывал еще Д. Джоунз14. Экспериментальное подтверждение существенности именно качественных различий было получено А. Гимсоном15.

В американском варианте английского языка (далее АЕ), по утверждению Д. Джоунза, все гласные долгие16. Экспериментальные исследования в данной области показывают, что средняя длительность американских фонологически «кратких» может быть больше, чем у фонологически «долгих»: /1:/ — 84 мс, /1/ — 100 мс, /и:/ — 140 мс, /и/ — 163 мс17. Очевидно, что физическая долгота в АЕ менее важна для различения типов гласных по сравнению с другими вариантами английского языка18, например, британским: «в общепринятом американском на фонологическом уровне гласные различаются только как напряженные и ненапряженные, различия же по длительности находятся на нижнем фонетическом уровне, тогда как гласные в общепринятом британском сохраняют оба признака на фонологическом уровне»19. Другой пример — гласные в минимальных парах dark-duck в австралийском английском, для которых различие по длительности так же существенно, как и разница формантных значений20. Важность качественных характеристик (подъем, ряд и их градации, стабильность артикуляции) распространяется Г. Куратом на современный английский в целом: «для того, чтобы различать долгие и краткие монофтонги, достаточно одних качественных характеристик»21. На приоритет качественных различий указывают Дж. О'Конор и А. Гимсон22.

Таким образом, двумя точками — /1:/ — обозначается фонологическая, а не физическая долгота, и именно из-за неразличения этих понятий часто возникают проблемы при построении классификации гласных23. Ведь, как было показано выше, гласные противопоставлены не по длительности, а по качеству. Название же признака сохранилось в силу традиции.

Различия гласных по длительности существуют на уровне реализации и определяются довольно большим количеством факторов, среди которых глухость / звонкость следующего согласного24, подъем гласного25 и ряд других.

На морфофонологическом уровне ведущей для английских гласных является корреляция «свободный / усеченный» (по терминологии А. С. Либермана26 — «неприкрытые / прикрытые» гласные). Дистрибутивные особенности фонологически долгих и кратких гласных оказывают большое влияние на слоговую принадлежность одиночного согласного. Многие лингвисты пишут о невозможности употребления фонологически кратких гласных в конце морфем и слов27. По словам П. Роуча28, невозможно получить

английское слово, сочетая согласный с фонологически кратким гласным: /te/, /te/, /to/ и т. п. В противовес указанным сочетаниям приводятся примеры односложных слов с фонологически долгим гласным, представляющих собой открытые слоги простой структуры СГ: tea, tar, tore, too.

Дистрибутивные ограничения фонологически кратких гласных автоматически переносятся на фонологический слог: «в конечных открытых слогах под ударением возможны лишь долгие гласные29; ударный слог в слове должен быть потенциальным словом данного языка30. Таким образом, происходит своего рода семантизация слога в английском языке: открытые и закрытые слоги привязываются к односложным словам структуры: а) СГ с исторически долгим гласным; б) СГС с исторически кратким гласным. Таким образом, проверка лингвистической возможности того или иного слога зачастую сводится к возможности / невозможности подобрать соответствующее односложное слово. Такой подход существенно увеличивает долю фонологически закрытых слогов в английском языке.

Описанный критерий определения объема слога вызывает два основных возражения. Во-первых, семантизация слога как минимальной конститутивной единицы имеет место в слоговых языках. Такому слогу свойственны морфологическая неделимость, постоянство слоговых границ и отсутствие чередований элементов слога31. Английский язык — язык иного строя. Указанные свойства для него нехарактерны. Поэтому в данном случае едва ли правомерно вести речь о полноценной семантизации.

Во-вторых, постулируемые для английского языка дистрибутивные ограничения не являются абсолютными. Общеизвестны примеры типа fauna /э/, Alaska /э/ и т. п., а также city /1/ в консервативной разновидности британского общепринятого произношения, где в конце морфем/слов употребляются фонологически краткие. Указанные примеры не являются односложными словами, кроме того, интересующие нас гласные безударны. Однако отказ от использования краевой конечной безударной позиции многосложных слов представляется необоснованным, поскольку односложные слова — это далеко не весь словарный запас английского языка. Кроме того, противопоставление ударных и безударных слогов в плане дистрибутивных ограничений входящих в их состав гласных требует создания правил слогоделения отдельно для ударных и безударных слогов, что влечет за собой дополнительные трудности при слогоделении.

Итак, возможность нахождения некоторых исторически кратких гласных в конечной краевой позиции дву- и более сложных слов означает, что существование открытых фонологических слогов с фонологически краткими гласными нельзя полностью отвергать. Кроме того, в потоке речи фонологически долгие могут заменяться на краткие на просодически немаркированных участках. Одним из примеров тому может служить частица to, в которой могут быть реализованы аллофоны [и], [э], [i] соответствующих фонологически кратких гласных.

Слог и мора

С фонологической долготой гласных (и в ряде языков — согласных) образом связана теория слогового веса, определяемого по количеству мор. МакКолей32 определяет мору как нечто, чего у долгого слова два, а у краткого — одна. Хайман считает, что мора — это своего рода просодический вес: при переходе С-Г первый элемент (С) теряет вес, а второй (Г) — приобретает33. Правило хаймана было формализовано в принцип просодического лицензирования (prosodic licencing)34.

Согласно правилам К. Гуссенховена и Г. Якобса35, мора присваивается только просодически активному сегменту. Она не присваивается начальнослоговым согласным, всегда присваивается гласным и может присваиваться либо не присваиваться поствокаль-ным согласным36. Сдвоенному37 поствокальному согласному дается мора в первом слоге и не дается во втором (иными словами, такой согласный принадлежит одновременно и первому слогу, где он приписан море, и второму без присвоения моры, ведь, как уже говорилось выше, начальнослоговым согласным мора не присваивается).

В зависимости от структуры слоги бывают метрически тяжелыми и легкими38. Легкие/слабые слоги включают фонологически краткий гласный, за которым может следовать максимум один краткий согласный. Фонологическая долгота такого слога названа морой39. К тяжелым/сильным слогам относятся такие, фонологическая долгота которых больше одной моры. Это слоги, содержащие 1) фонологически долгий гласный с любым количеством согласных после него или вообще без таковых; 2) фонологически краткий гласный, за которым следует два и более согласных; 3) фонологически краткий гласный с как минимум одним долгим40 согласным41. Считается, что фонетическая реализация тяжелых слогов более четкая по сравнению с легкими42. Легкие и тяжелые слоги представлены в языках, где имеются различия гласных по долготе; языки, где присутствуют геминаты, также имеются тяжелые слоги43.

Правила распределения мор определены и для английского языка44.

1. Одна мора присваивается последовательности СГ, где Г — локальный сонорный максимум, а С — возможная (и максимальная по размеру) начальная периферия (onset) согласно шкале сонорности с учетом фонотактических ограничений, налагаемых на начало слога.

2. Две моры присваиваются слогу с напряженным (tense) гласным.

3. Первый согласный консонанса (a string C1), не принадлежащий к началу слога, считается конечнослоговым. Такой согласный присоединяется ко второй море биморарного гласного, либо ему приписывается собственная мора, если гласный одноморарный.

Количество мор, приписываемых слогу, может зависеть от ударения. Т. Феннеман45 полагает, что предпочтительно приближать слоговой вес ударного слога к двум морам, а безударного — к одной. Учитывая, что фонологически долгому гласному присваивается две моры, а краткому — одна, слогоделение вновь, так или иначе, сводится к дистрибутивным ограничениям фонологически долгих и кратких, обусловленных их положением в морфеме.

Отношения слога и моры в английском языке не могут быть охарактеризованы как простые и однозначные по ряду причин. Первая заключается в ранее указанном отсутствии у длительности статуса дифференциального признака. Вторая состоит в том, что фонетически сдвоенных интервокальных согласных в английском языке не представлено: удвоение согласного на письме не означает увеличение его длительности при произнесении. Третья возникает в связи с неясностью критериев, по которым определяется принадлежность / непринадлежность согласного к началу / концу слога. Если таковыми являются краевые позиции в слове, то их правомерность сомнительна, поскольку слог — единица другого уровня по сравнению со словом. Кроме того, не вполне понятно, означает ли отсутствие у поствокального несдвоенного согласного собственной моры то, что он будет начальнослоговым. Наконец, последняя причина кроется в возможности объяснить постановку ударения безотносительно к слогу и море. В частности, в работе Дж. Кларка и К. Ялопа46 место ударения определяется по тому, на какой кластер — сильный

или слабый — заканчивается слово (а не слог!)47. Объяснение места слогораздела при помощи правил присвоения / неприсвоения согласному моры можно расценить как очередную, не имеющую достаточных оснований попытку (на этот раз метрической фонологии) привязать границы слога к краевым позициям слова.

Слог как единица фонотактики

Считается, что для включения слога в фонологическое описание48 достаточно того, что фонология рассматривает не только сами фонемы, но и их сочетания49. Правилам сочетаемости фонем отводится существенная роль при определении границ фонологического слога50. По мнению представителей порождающей фонологии, слог является основной фонотактической единицей51. Согласно Э. Селкирк52, слоговая структура высказывания объясняет фонотактические ограничения языка. Слог как основная фонотактическая единица рассматривается в его отношении к слову53.

При составлении фонотактической модели слога для определения возможного количества и состава согласных в начале и конце слога широко используются правила начала и конца слова, предложенным еще М. В. Ломоносовым. Это характерно для многих языков мира54. Пример из английского языка — сочетания mb и nd в словах timber и finding. Первое не может встречаться в конце слова, а значит и слога, а второе — может. Следовательно, элементы первого консонанса должны относиться к разным слогам, а второго — к одному55.

При определении слоговой принадлежности одиночного согласного или кластера ряд авторов придерживаются правила максимального консонантного наполнения начала слога (maximum onset principle), если этому не противоречат законы фонотактики56. Помимо максимального консонантного наполнения начала слога предлагается также максимизировать конечный консонантный комплекс. По утверждению Д. Кана, эти правила применимы для медленной речи и посложного произнесения, в нормальной же речи некоторые согласные по сугубо фонетическим признакам амбивалентны57. В других теориях слогоделения, наоборот, на конце слога скопление согласных не допускается: «в конце слога предпочтительно меньшее число звуков»58. Это характерно для слов, состоящих из двух и более слогов, (fin-ding)59.

О'Конор60 полагает, что с фонологической точки зрения нет универсального слога, поскольку нет универсальных законов дистрибуции. Таковые невозможно сформулировать даже в рамках одного английского языка. Причина состоит в его негомогенности: фонотактические правила разных национально-региональных вариантов не совпадают; то же самое можно сказать и о диалектах внутри отдельно взятого национально-регионального варианта.

Опора исключительно на правила фонотактики при постановке слоговой границы вызывает ряд возражений. Первое состоит в том, что возможности сочетаемости согласных существенно шире, чем это зачастую преподносится. Так, Дж. Дженсен61, говоря

об одиночных согласных, запрещенных в начале слога, помимо заднеязычного носового сонанта /д/, который действительно никогда не начинает ни исконно английские, ни заимствованные слова в английском языке, включает второй согласный /3/, который может начинать некоторые слова: giraffe /31'^/ — жираф. Это представляется неоправданным, ведь редкость того или иного явления не означает его отсутствия.

Второе противоречие касается принципа отнесения того или иного консонанса к запрещенным. Многие авторы62 в своих работах приводят редкие сочетания

согласных — как заимствованных, так и исконно английского происхождения: начальные /gw/, /pw/, /ts/, /nw/, /mw/, /vl/ — Gwen, pueblo, czar/tzar, moirй, noire, Vladimir; /Jl/ /Jl/, /smj/, /0w/ — schloop, schwa, smew, thwart; конечные /mb/, /mbz/, /vdz/, /zdz/ и ряд других: rhomb, rhombs (с произносимой /b/), bereaved’s, accused’s. Авторы считают неоправданным отвергать эти и подобные сочетания в силу того, что они редко встречаются, будучи заимствованными из других языков, устаревшими, либо пришедшими из диалектов. Для включения таких сочетаний в фонотактику достаточно того, что они в принципе встречаются и являются произносимыми63. Наличие редких сочетаний делает законы фонотактики весьма условными и необязательными. Это открывает практически безграничные потенциальные возможности сочетаемости согласных в наиболее частотных в английском языке двух- и трехчленных консонансах.

Если согласиться с гипотезой представителей естественной порождающей фонологии о том, что правила, описывающие законы сочетаемости данного языка, определяют, что в данном языке произносимо, а что нет64, то возможности сочетаемости согласных гораздо шире, чем законы дистрибуции, ограниченные рамками начала и конца слова.

Третье принципиальное возражение относительно построения фонотактической модели слога заключается в том, что эти модели строятся на материале так называемых односложных слов, для структурного анализа которых понятие слога вообще не нужно. Для этих целей вполне достаточно понятий собственно слова, фонемы и морфемы:

I — однофонемное одноморфемное слово, me — двуфонемное одноморфемное слово, cat — трехфонемное одноморфемное слово, cats — четырехфонемное двуморфемное слово. В. Б. Касевич65 задает резонный вопрос: не вполне ясно, являются ли отрезки между точками-границами, где дистрибутивные правила начинают действовать заново, особыми единицами, если их можно описать, не выходя за пределы правил фонотактики.

Необходимость введения понятия слога возникает тогда, когда 1) в пределах слова выделяются объединенные произносительной общностью сегменты, большие, чем одна фонема, но меньшие, чем морфема: solo и т. п.; 2) слова соединяются в потоке речи, и в качестве минимальной произносительной единицы начинает выступать не фонема / морфема / слово, а нечто иное, принципиально отличное от вышеупомянутых единиц.

Возвращаясь к фонотактическому портрету языка, следует еще раз подчеркнуть, что словарный запас представлен не только односложными словами. В английском языке слово может состоять из восьми слогов: interdenominational. Кроме того, в процессе речи слова слиты в единую цепь. В естественной речи при быстром темпе произнесения зачастую имеет место элизия гласных, поэтому даже внутри отдельно взятого слова могут возникать так называемые запрещенные сочетания согласных. На границах слов, не разделенных паузой, такие сочетания — вполне обычное явление.

Фонологические модели слога, будучи оторванными от живого речевого материала, этих возможностей не учитывают, поскольку такой слог к изменениям подобного рода безразличен по определению. А ведь «любого рода фонологическая концепция имеет смысл только в том случае, если соответствует экспериментально установленным языковым реалиям, идет на встречу фактам, не игнорируя их»66. Создание фонологического слога можно интерпретировать как очередную попытку найти языковое значение слога, что существенно облегчило бы процедуру его выделения в речи. Между тем, такой слог мало соотносится со слогом как минимальной произносительной единицей.

Фактически, ситуация складывается таким образом, что фонологический слог вступает в конфликт со слогом как минимальной произносительной единицей, поскольку их выделение строится на совершенно разных принципах. Возможно, в этом нет ничего удивительного, если принять идею о том, что одни существуют на глубинном уровне, а другие — на поверхностном, и при переходе с одного уровня на другой могут происходить различные изменения, связанные с необходимостью задействовать материальную субстанцию, характеризующуюся наличием вполне определенных физико-физиологических ограничений. Однако единого мнения относительно принципов формирования глубинного и поверхностного уровней не существует.

Для английского языка в качестве глубинной формы слога предлагается закрытый — напр., butter /bvt-ta/. Действием особого правила конечный согласный первого слога устраняется, и поверхностное деление этого слова выглядит как /bv-ta/67. Таким образом, в английском языке на глубинном уровне существуют закрытые слоги, а на поверхностном фигурируют открытые. Первый образуется позже, по мере «впитывания» правил фонотактики, овладения морфологией и лексикой. На поверхности остается материальная сторона, контролируемая нейрофизиологическими механизмами.

Похожие несовпадения того, что хранится в глубине и находится на поверхности, мы находим в моторной теории восприятия. Если угодно, «глубинным эталоном» является некий абстрактный, свободный от коартикуляции артикуляционный жест, который под давлением высокой скорости передачи сообщения попадает под сильное коартикуляционное влияние соседних сегментов, и только доступ восприятия к инвариантному жесту делает возможным восприятие жеста, видоизмененного в результате коартикуляции68.

Между тем, исследование детской речи на раннем этапе (7-8 мес.) показывают, что в первичных фреймах слогов — СГ - коартикуляция уже присутствует69, и эти слоги характеризуются спектральной картиной и формантными характеристиками, свойственными взрослому человеку70.

В. Б. Касевич71, основываясь на результатах опытов с искусственным заиканием, высказывает точку зрения о том, что у открытых слогов значительно более серьезные основания претендовать на роль глубинных, поскольку это подтверждено реальными фактами речевого поведения: искусственное заикание в таких языках, как русский и английский, никогда не разрывает последовательность СГ, хотя последовательность ГС может быть нарушена путем отрыва конечного согласного и превращения его с прибавлением нейтрального гласного в самостоятельный слог72. Изучение детской речи на раннем этапе указывает на первичность открытых слогов73. Таким образом, открытые слоги приобретаются в первую очередь и последними сохраняются при речевых рас-стройствах74.

Вероятно, объяснение состоит в том, что при формировании глубинного уровня основное значение приобретает принцип удобства: представление любого высказывания в терминах открытых слогов «выгодно» с нейрофизиологической точки зрения, ведь именно такой слог может быть задан единой программой, причем последовательность элементов внутри слога не должна учитываться ввиду ее однотипности. Речевая цепь в связи с таким делением предстает как цепочка последовательных смыканий и размыканий75. Скорее всего, этим удобством и объясняется быстрота и прочность усвоения структуры СГ.

Открытый слог не только произнести, но и «выделить легче всего... так как граница такого слога — это конец гласного»76. Таким образом, с одной стороны мы имеем простоту произнесения и выделения, а с другой — сложные глубинные процессы создания моторной

программы и механизмы восприятия, по сравнению с которыми правила фонотактики, на которых базируется фонологический слог, выглядят тривиально.

И здесь мы вновь возвращаемся к вопросу о правомерности существующих законов формирования структуры фонологического слога. Сложно не согласиться с высказыванием Л. В. Бондарко: «слог бесспорно существует как фонетическая единица, но фонологическая реальность слога еще требует строгих доказательств»77. Во-первых, дистрибуция фонем в языке не обязательно является функцией единицы, называемой фонологическим слогом»78. Во-вторых, зависимость структуры английского фонологического слога и места слогораздела от слогового веса, определяемого по количеству мор, присваиваемых слогу сомнительна, поскольку отношения слога и моры привязывают его к краевым позициям в слове, лишая слог самостоятельности и реальности. По словам Л. В. Бондарко, фонетических критериев вполне достаточно, чтобы одну звуковую последовательность считать слогом, а другую не считать79. Фонологический же слог представляется искусственным конструктом, созданным фонетистами. Учитывая чрезвычайное многообразие противоречащих друг другу правил определения границ фонологического слога, для данной ситуации вполне применимо высказывание: сколько фонетистов — столько и правил слогоделения. Это заставляет сомневаться в реальности фонологического слога.

Поскольку фонологического критерия, не идущего вразрез с речевой реальностью, не существует, рассматривать слог как единицу чисто фонологическую нельзя. По мнению Л. В. Бондарко, это можно делать лишь в том случае, когда мы с достаточной уверенностью можем судить о том, какая звуковая последовательность представляет слог, а какая — нет80. Таким образом, вопрос о том, что такое фонологический слог и на основании каких критериев должна строиться его модель для языков фонемного строя в целом и английского в частности, остается открытым.

В этой связи наиболее продуктивным и непротиворечивым (разумеется, полностью избежать противоречий не удастся из-за того, что фонетические единицы имеют сложную природу) представляется рассмотрение слога как фонетической единицы, обладающей определенными лингвистическими функциями: 1) слог — это минимальная единица, в которой реализуется ударение81; 2) слог — минимальный контекст, необходимый для реализации фонем82. По сути, мы имеем дело с единицей, занимающей пограничное положение между фонологическим и фонетическим уровнем. Такой слог вполне может быть универсалией для всех языков фонемного строя, включая английский.

Если признать, что слог — единица скорее фонетическая (но обладающая определенными лингвистическими функциями), чем сугубо фонологическая, то правила постановки слоговой границы должны быть фонетическими. Эти правила, безусловно, нуждаются в экспериментальном подтверждении с применением методов инструментального анализа. Поскольку слог определяется как минимальная / основная / базовая / реальная единица при речепроизводстве, исследование фонетических характеристик слогов логично было бы проводить не только и не столько на материале изолированных слов, сколько изучая образцы естественной речи, включая спонтанную.

При рассмотрении слога как фонетической единицы его можно относить либо к сегментному, либо к супрасегментному уровню. В первом случае показателями единства слога могут выступать, например, модификации его составляющих под влиянием друг друга. Во втором в качестве параметров, объединяющих элементы в слог, можно использовать те или иные просодические характеристики, в частности — варьирование длительности составляющих слога в зависимости от отмеченности ударением в речи, либо иные

просодические параметры. Ни один из предложенных способов трактовки не лишает фонетический слог лингвистического значения, без которого выделять эту единицу неправомерно и бессмысленно. Остается надеяться, что между результатами выделения слога на сегментном и супрасегментном уровнях не будет слишком явных противоречий.

I Brosnahan L. F., MalmbergB. Introduction to Phonetics. Cambridge, 1970. P. 140-142.

2Бондарко Л. В. Фонетика современного русского языка. СПб., 1998. С. 190.

3 Зиндер Л. Р. Общая фонетика и избранные статьи: 2-е изд. М.-СПб., 2007. С. 286.

4 Касевич В. Б. Труды по языкознанию. СПб., 2006. С. 99-100.

5 Kurath H. A. Phonology and prosody of Modern English. Michigans, 1964; Wells J. C. Syllabification and allophony // Studies in the pronunciation of English (a commemorative volume in honour of A. C. Gimsom). Great Britain, 1990; Roach P. Phonetics. Oxford University Press. Printed in Hong Kong. 2001; O'Connor J. D., Trim J. L. M. Vowel, consonant and syllable — a phonological definition, Word 9. 1953. C. 103-122.

6 MacNeilage P. F. The Frame/Content theory of Evolution of Speech Production // Behavior and Brain Science. 1998. Vol. 21. P. 499-511.

7 Wells J. C. Syllabification and allophony // Studies in the pronunciation of English (a commemorative volume in honour of A. C. Gimsom). Great Britain, 1990. P. 80.

8 Bailey Ch.-J. N. Evidence for Variable Syllable Boundaries // The Melody of Language. Intonation and Prosody. Baltimore, 1980. P. 25-39. Ч. Бейли говорит, что согласный примыкает к ударному гласному фонетически, хотя ударение — это, прежде всего, фонологическая характеристика, ведущие фонетические корреляты которой вызывают ряд разногласий. Подробнее см.: Либерман А. С. Вокруг закона Вернера // Проблемы фонетики. М., 2007. Вып. 5. С. 7-23; Либерман А. С. Некоторые спорные вопросы общей и германской просодики // Проблемы фонетики. М., 1999. Вып. 3. С. 148-160.

9 Bailey Ch.-J. N. Evidence for Variable Syllable Boundaries // The Melody of Language. Intonation and Prosody. Baltimore, 1980. P. 27-28.

10 Laver J. Principles of Phonetics. Cambridge, 1994. P. 114; Selkirk E. O. The Syllable // The Structure of Phonological representations: Part II. Holland, 1982. P. 337; Златоустова Л. В., Потапава Р. К., Потапов В. В., Трунин-Донской В. Н. Общая и прикладная фонетика. М., 1997. С. 192.

II Kurath H. A. Phonology and prosody of Modern English. Michigans, 1964. P. 18; Language Files: Materials for an Introduction to Language and Linguistics: 7th ed. Ohio, 1998. P. 92; Кукольщикова Л. Е. Еще раз о долготе английских гласных // Фонетика и психология речи. Иваново, 1981. Вып. 3. С. 99.

12 Трубецкой Н. С. Основы фонологии. М., 2000. С. 207.

13 Language Files: Materials for an Introduction to Language and Linguistics: 7th ed. Ohio, 1998. P. 92; Stack J. W., Strange W., Jenking J. J. etc. Perceptual invariance of co-articulated vowels over variations in speaking rate // JASA. 12006. 19 (4). P. 2404. На мой взгляд, более корректной и соответствующей английской языковой реальности формулировкой была бы следующая: «...нельзя получить другую гласную фонему. Изменение значения слова при изменении длительности гласного как раз возможно, но оно связано с тем, что будет меняться восприятие следующего согласного, а не гласного: слово “lit” будет восприниматься как “lid”. На этот факт указывает Л. Е. Кукольщикова (Кукольщикова Л. Е. Еще раз о долготе английских гласных // Фонетика и психология речи. Иваново, 1981. Вып. 3. C. 93).

14Jones D. An outline of English phonetics: 9th ed. Cambridge, 1997. P. 236.

15 Gimson A. C. An Introduction to Pronunciation of English: 4th ed. / Ed. by S. Ramsaran. London, 1989. P. 49.

16 Jones D. An outline of English phonetics: 9th ed. Cambridge, 1997. P. 356.

17 WassinkA. B. A geometric representation of spectral and temporal vowel features: Quantification of vowel overlap in three linguistic varieties // JASA. 2006. 119 (4). P. 2338.

18 Wells J. C. Syllabification and allophony // Studies in the pronunciation of English (a commemorative volume in honour of A. C. Gimsom). Great Britain, 1990. Р. 120.

i9Lindsey G. Quantity and quality in British and American vowel systems // Studies in the Pronunciation of English (A commemorative volume in honour of A. C. Gimson). Great Britain, 1990. Р. 118.

20 Cox F. M. An acoustic study of vowel variation in Australian English. Unpublished doctoral dissertation. Macquarie University, 1996; Watson C. I., Harrington J. Acoustic evidence for dynamic formant trajectories in Australian English vowles // JASA. 1999. 106 (1). Р. 458.

21 Kurath H. A. Рhonology and prosody of Modern English. Michigans, 1964. Р. 18.

22 O'Connor J. D. Phonetics. Great Britain, 1973; Gimson A. C. An Introduction to Pronunciation ofEnglish:

4th ed. / Ed. by S. Ramsaran. London, 1989.

23 WassinkA. B. A geometric representation of spectral and temporal vowel features: Quantification of vowel overlap in three linguistic varieties // JASA. 2006. 119 (4). Р. 2335.

24 Кукольщикова Л. Е. Еще раз о долготе английских гласных // Фонетика и психология речи. Иваново, 1981.Вып. 3. Language Files: Materials for an Introduction to Language and Linguistics: 7th ed. Ohio, 1998. Р. 62, 98.

25 Напр.: Knowles G. Patterns of Spoken English. An Introduction to English Phonetics. London — New York, 1987. Р. 91; Language Files: Materials for an Introduction to Language and Linguistics: 7th ed. Ohio, 1998. Р. 56.

26 Либерман А. С. Некоторые спорные вопросы общей и германской просодики // Проблемы фонетики. Вып. 3. М., 1999. С. 153.

27 Либерман А. С. Некоторые спорные вопросы общей и германской просодики // Проблемы фонетики. Вып. 3. М., 1999. С. 151; KurathH. Р^ш^у and prosody of Modern English. Michigans, 1964. P. 17; Roach P. Phonetics. Oxford University Press. Printed in Hong Kong. 2001. P. 51.

28Roach P. Phonetics. Oxford University Press. Printed in Hong Kong. 2001. P. 51.

29 Трубецкой Н. С. Основы фонологии. М., 2000. С. 207.

30 Курилович Е. Очерки по лингвистике: Сб. статей. М., 1962. С. 415-416.

31 Златоустова Л. В., Потапава Р. К., Потапов В. В., Трунин-Донской В. Н. Общая и прикладная фонетика. М., 1997. С. 196-197.

32 McCawley J. D. The Phonological Component of a Grammar of Japanese. 1968. P. 58.

33 Hyman L. M. A theory of phonological weight. Dordrecht, 1985.

34 Ito J. Syllable theory in prosodic phonology: PhD dissertation. Massachusetts, 1986. P. 2.

35 Gussenhoven C., Jacobs H. Understanding Phonology. Blackwell Publishers Ltd, 1998. P. 161.

36 Gussenhoven C., Jacobs H. Understanding Phonology. Blackwell Publishers Ltd, 1998. P. 161.

37 К. Гуссенховен и Г. Якобс приводят пример сдвоенного долгого интервокального согласного из итальянского. Долгота обозначена соответствующим знаком [:].

38Laver J. Principles of Phonetics. Cambridge, 1994. P. 512.

39Laver J. Principles of Phonetics. Cambridge, 1994. P. 517.

40 В английском языке данный тип отсутствует ввиду того, что фонологически долгие согласные в английском консонантизме не представлены.

41 Laver J. Principles of Phonetics. Cambridge, 1994. P. 518.

42 Laver J. Principles of Phonetics. Cambridge, 1994. P. 518.

43 Gussenhoven C., Jacobs H. Understanding Phonology. Blackwell Publishers Ltd, 1998. P. 161.

44Jensen. J. T. English Phonology. Amsterdam — Philadelphia, 1993. P. 64.

45 Venneman T. Preference laws for syllable structure and the explanation of sound change. Berlin — New York — Amsterdam, 1988. P. 30.

46 Clark J., Yallop C. An Introduction to Phonetics and Phonology. 1999. P. 354.

47 Pазумеется, авторы выделяют и другие факторы, не имеющие отношения к фонетическому уровню: морфология (ряд суффиксов, управляющих ударением) и словообразование (Clark J., Yallop C. An Introduction to Phonetics and Phonology. 1999. P. 354-355).

48 То есть — признания слога языковой единицей.

49 Клейнер Ю. А. Проблемы просодики. СПб., 2002. C. 22.

50 Laver J. Principles of Phonetics. Cambridge, 1994. P. 113.

51 Кодзасов С. В., Кривнова О. Ф. Современная американская фонология. М., 2004. С. 136.

52 Selkirk E. O. The Syllable // The Structure of Phonological representations: Part II. Holland, 1982. P. 337.

53 Кодзасов С. В., Кривнова О. Ф. Современная американская фонология. М., 2004. С. 136.

54 Кодзасов С. В., Кривнова О. Ф. Современная американская фонология. М., 2004. С. 136.

55 Kurath H. Phonology and prosody of Modern English. Michigan, 1964. P. 82.

56 Kahn D. Syllable based Generalizations in English. PhD, MIT. 1976; Gussenhoven C., Jacobs H. Understanding Phonology. Blackwell Publishers Ltd, 1998. P. 151; Selkirk E. O. The Syllable // The Structure of Phonological representations: Part II. Holland, 1982. P. 358-359.

57 Kahn D. Syllable based Generalizations in English. PhD, MIT. 1976.

58 Venneman T. Preference laws for syllable structure and the explanation of sound change. Berlin — New York — Amsterdam, 1988. P. 21.

59 Kurath H. Phonology and prosody of Modern English: Michigan, 1964. P. 82.

60 O'Connor J. D. Phonetics. Great Britain, 1973. P. 201.

61 Jensen. J. T. English Phonology. Amsterdam — Philadelphia, 1993. P. 65.

62Borowsky T. J. Topics in the lexical phonology of English: PhD dissertation. Massachusetts, 1986. Chapter 3.2. C. 169-171; Jensen. J. T. English Phonology. Amsterdam — Philadelphia, 1993. P. 65-67; Hultzen Lee S. Consonant clusters in English // American Speech. 1965. Vol. 40. № 1. P. 5-19; Laurie B., Dienhart J. M., Harvigson H. H., Jakobsen L. K. American English Pronunciation. Copenhagen, 1980; Woolley D. E. Feature redundancy in consonant clusters // Linguistics. № 64. Paris, 1970. C. 70-93.

63 Borowsky T. J. Topics in the lexical phonology of English: PhD dissertation. Massachusetts, 1986. P. 171.

64 Кодзасов С. В., Кривнова О. Ф. Современная американская фонология. М., 2004. С. 132.

65 Касевич В. Б. Труды по языкознанию. СПб., 2006. С. 98.

66 Кузнецов В. И. Вокализм связной речи. СПб., 1997. С. 3.

67 Цит. по: Касевич В. Б. Труды по языкознанию. СПб., 2006. С. 104 (Anderson J. Syllabic or Non-Syllabic Phonology? // JL. 1969. Vol. 5. № 1. P. 138-139).

68 Цит. по: MacNeilage P. F. The Frame/Content theory of Evolution of Speech Production // Behavior and Brain Science. 1998. Vol. 21. P. 499-511 (Liberman A. M., Mattingly I. G. The motor theory of speech perception revised // Cognition. l985, № 21. С. 1-36).

69 MacNeilage P. F. The Frame/Content theory of Evolution of Speech Production // Behavior and Brain Science. 1998. Vol. 21.

70 KentR. D., BauerH. R. Vocalization of one-year olds // Child Language. 1985. Vol. 12. C. 491-526.

71 Касевич В. Б. Труды по языкознанию. СПб., 2006. С. 104-105.

72 Касевич В. Б. Труды по языкознанию. СПб., 2006. С. 102.

73 Kent R. D., Bauer H. R. Vocalization of one-year olds // Child Language. 1985. Vol. 12; Oller D. K. Metaphonology in infant vocalizations // Lindblom, Zetterstrom, Precursor of early speech. New York, 1986; MacNeilage P. F. The Frame/Content theory of Evolution of Speech Production // Behavior and Brain Science. 1998. Vol. 21. P. 499-511.

74 Касевич В. Б. Труды по языкознанию. СПб., 2006. С. 101.

75 Чистович Л. А., Бондарко Л. В. Об управлении артикуляционными органами в процессе речи. Исследования по структурной типологии. М., 1963. С. 138-139.

76 Касевич В. Б. Труды по языкознанию. СПб., 2006. С. 189.

77Бондарко Л. В. Фонетическое описание языка и фонологическое описание речи. Л., 1981. С. 52.

78Бондарко Л. В. Фонетическое описание языка и фонологическое описание речи. Л., 1981. С. 52.

79Бондарко Л. В. Слоговая структура речи и дифференциальные признаки фонем (экспериментальнофонетическое исследование на материале русского языка): Дисс. ... докт. филол. наук. Л., 1969. С. 75.

80Бондарко Л. В. Слоговая структура речи и дифференциальные признаки фонем (экспериментальнофонетическое исследование на материале русского языка): Автореф. дисс. ... докт. филол. наук. Л., 1969. С. 7.

81 Цит. по: Скрелин П. А. Сегментация и транскрипция. СПб., 1999. С. 81 (Барышникова К. К. Уровни анализа просодии и ее функции // Экспериментальная фонетика. Минск, 1975. С. 5).

82Бондарко Л. В. Слоговая структура речи и дифференциальные признаки фонем (экспериментальнофонетическое исследование на материале русского языка): Автореф. дисс. ... докт. филол. наук. Л., 1969.

С. 7.