Национальный РДКМ и ФМБА в поисках компромисса

Национальный РДКМ и ФМБА в поисках компромисса

Госбюджет обеспечит импорт донорского костного мозга

23 апреля в интернете состоялось событие, которое Национальный регистр доноров костного мозга (Национальный РДКМ) и Русфонд ждали 16 месяцев. Федеральное медико-биологическое агентство России (ФМБА) пригласило Национальный РДКМ на онлайн-встречу, чтобы обсудить две темы: заготовку импортных трансплантатов и взаимодействие ФМБА и Национального РДКМ в Федеральном регистре. Ниже публикуется отчет об этой встрече.

Напомню, 10 февраля прошлого года прошла «Рабочая встреча в ФМБА по вопросу организации взаимодействия с Национальным РДКМ в рамках Федерального регистра» — это цитата из совместного протокола №10-52/п. Однако взаимодействие за минувший год так и не сложилось. Мнение Национального РДКМ и Русфонда на этот счет “Ъ” опубликовал («Эксцесс администратора», «Эксцесс администратора-2» и «Эксцесс администратора-3»; см. “Ъ” от 15 и 29 марта, 19 апреля). Теперь высказалось ФМБА.

Заграница и госбюджет

Начать дискуссию с новой и чрезвычайно важной темы о госфинансировании подбора иностранных доноров предложила начальник управления ФМБА Ольга Эйхлер. Новость в том, что с этого года правительство выделяет средства агентству на закупку импорта, а оно — Федеральному регистру.

Трансплантации «от иностранцев» у нас стартовали в 1992 году. С тех пор и по нынешний апрель за импорт платили пациенты, бизнес-структуры или благотворительные фонды. Русфонд на первый такой платеж собрал пожертвования в 1998 году. А в этом году Национальный РДКМ уже подобрал по заявкам клиник восемь доноров-иностранцев и ввез трансплантаты.

Сказать, что в нулевые и десятые годы ХХI века этот рынок услуг у нас бурно разрастался, было бы сильным преувеличением. Вообще число неродственных трансплантаций от отечественных и зарубежных доноров в РФ растет медленно и малозаметно. Но растет. Проблем много, в том числе недостаточные клинические мощности, да и собственный регистр откровенно мал.

Проблема и в том, что нет государственного органа, который отвечал бы за статистику. По данным из открытой печати, в 2021 году было выполнено 100 трансплантаций костного мозга (ТКМ) от российских доноров и 40 — от иностранных. За 2022 год официальных данных нет, но, по экспертным оценкам, в целом рост есть. Нет официальных данных и за 2023 год. По оценкам экспертов, выполнено 337 ТКМ: 283 трансплантата получены от россиян и 54 — от иностранцев. В том числе Национальный РДКМ поставил 148 трансплантатов, из них 41 — из-за рубежа.

По информации же Ольги Эйхлер, в прошлом году клиники получили 100 иностранных трансплантатов. Наши эксперты сомневаются, но важно другое: уже в 2024 году госбюджет оплатит 100 трансплантатов из-за рубежа. Эти закупки обойдутся в 320–350 млн руб.— в зависимости от ценников поставщиков.

Есть деньги — и опыт есть

До сих пор в Минздраве РФ утверждали, что за госбюджетные деньги нельзя покупать зарубежные трансплантаты, потому что торговля органами и тканями человека запрещена во всем мире. Но Россия 33 года импортирует их на частные деньги. Эта торговля законна, так как страны-поставщики законодательно приравняли трансплантат костного мозга к лекарству и превратили в товар. У нас нет такого закона. Но решение найдено — и это отлично.

Ольга Эйхлер предоставила слово медицинскому директору Национального РДКМ Ольге Геровой, которая презентовала опыт отдела поиска. Этот отдел Национального РДКМ — единственный на сегодня в РФ организует подбор, заготовку и доставку трансплантатов из-за рубежа на средства Русфонда и других благотворительных фондов, а также семей пациентов и бизнес-структур. Отдел поиска работает, как принято говорить, 24/7 — это сотрудничество с регистрами по всему миру в разных часовых поясах. Он освоил документацию стран-партнеров и сократил сроки поставки вдвое против иностранных поисковиков.

Отныне, сказала Ольга Эйхлер, организацией и финансированием импорта трансплантатов в Россию займется Кировский НИИ гематологии и переливания крови ФМБА, администратор Федерального регистра. «Хочу заверить, что средств достаточно и клиникам никто в поиске не откажет»,— сообщила она. Директор Кировского НИИ Игорь Парамонов подтвердил, что «создано структурное подразделение и практически полностью укомплектовано». Поблагодарив Ольгу Герову за «впечатляющую» презентацию, он заявил: «Мы находимся ровно в той же логике, наша деятельность профинансирована в полном объеме федеральным бюджетом, и госзадание по импорту доведено».

Значит ли это, что Национальный РДКМ должен закрыть свой отдел поиска? Нет, конечно. Мы не подменяем государство, мы его дополняем — это главный принцип Русфонда. 27 лет мы подключаем пожертвования гражданского общества к внедрению высоких медтехнологий, на освоение которых у государства недостает средств. Кто теперь вспоминает, что еще несколько лет назад главными темами у нас были системные инновации в лечении врожденных пороков сердца, подростковых сколиозов и детской косолапости? А ведь сотни тысяч россиян ежегодно жертвовали сюда сотни миллионов рублей только по публикациям Русфонда. Клиники освоили эти технологии, и госбюджет стал финансировать их как высокотехнологичную медпомощь.

С донорством костного мозга сейчас происходит то же. Правда, здесь Русфонд не только финансирует. Создан некоммерческий РДКМ, он поставляет важную долю трансплантатов клиникам РФ. В 2023 году Федеральный регистр по заявкам клиник подготовил 160 доноров к забору костного мозга, Национальный РДКМ — 224 донора-россиянина плюс 73 иностранца. Но потребности куда выше. Так что работы всем хватит.

Эксцесс администратора. Послесловие

А теперь «по вопросу организации взаимодействия ФМБА с Национальным РДКМ в рамках Федерального регистра». Вопрос есть, а вот с организацией взаимодействия пока не получается.

Напомню, с сентября 2022 года действует Федеральный регистр, его ведет ФМБА по поручению правительства. В конце 2022 года ФМБА и Национальный РДКМ заключили соглашение, и свыше 75 тыс. доноров Национального РДКМ вошли в Федеральный регистр.

В 2023 году Федеральный регистр передал в Национальный РДКМ 157 заявок на доноров РФ 99пациентов. Заявки на 31 пациента Национальный РДКМ смог взять в работу: в этих заявках администратор назвал клиники, и удалось связаться с врачами и пациентами, Русфонд и фонды-партнеры организовали финансирование, начался подбор доноров. То есть все как обычно: Национальный РДКМ сам строит и эксплуатирует донорскую базу — полный замкнутый производственный цикл. Такая схема обеспечивает контроль качества донорской базы и в итоге ее высокую эффективность — в частности, сокращены вдвое сроки подбора донора, от заявки до заготовки трансплантата.

Однако этот цикл не устраивает администратора Федерального регистра. Здесь установлено, что клиники сами работают с совпавшими донорами. И с 1 июня 2023 администратор не указывает клиники, сообщая лишь номер совпавшего донора. Если Национальный РДКМ примет установку администратора, это будет означать самоликвидацию всего предприятия.

А смысл? Кто от этого выиграет? Пациент, врач, клиника? Они проиграют. Нам отвечают: администратор действует в рамках постановления правительства №640, в нем-де нет вашей схемы. Именно поэтому при проработке соглашения о вхождении базы Национального РДКМ в Федеральный регистр мы договорились с ФМБА исключить ссылку на постановление №640. Так вот, 23 апреля Национальный РДКМ предложил компромиссную схему, Ольга Эйхлер пообещала обсудить ее с коллегами и на следующей встрече, 14 июня, сообщить о результатах.

На обсуждение другой проблемы взаимодействия — создания межведомственной рабочей группы — 23 апреля не хватило времени. В Русфонде и Национальном РДКМ надеются, что 14 июня это время найдется. Суть проблемы: донорство костного мозга — это не только Федеральный регистр и не только доноры. Чрезвычайно важны клиники с их пациентами и врачами. Они заказчики и потребители, только в союзе с ними и способен эффективно развиваться этот вид донорства. Агентство еще в 2022 году обещало создать такую группу. Ее до сих пор нет. 15 мая 2023 года заместитель руководителя ФМБА Игорь Борисевич сообщил о создании группы и пообещал заседание «в ближайшее время». Минздрав РФ тогда же изъявил готовность «принять участие», о чем написал нам заместитель министра Евгений Камкин… И ничего.

В ближайших выпусках Русфонда “Ъ” вернется к этой теме.