Контрагент-провокатор

В половине регионов Черноземья в 2022 году зафиксирован рост числа банкротств компаний, тогда как в остальной России динамика снизилась на 12% из-за действовавшего моратория на подачу контрагентами исков. Несмотря на него, в Белгородской области юридических лиц обанкротилось на 28% больше, в Воронежской — на 12%, в Орловской — на 9%. Эксперты отмечают, что в первую половину года суды рассматривали иски, поданные еще до начала спецоперации, а полностью ее последствия для бизнеса будут заметны в динамике банкротств уже по итогам 2023-го.

Эксперты пока не видят причин для продолжения роста числа корпоративных банкротств

Фото: Олег Харсеев, Коммерсантъ

Данные о количестве признанных банкротами (с момента введения судом процедуры конкурсного производства) юрлиц и крестьянско-фермерских хозяйств в 2022 году накануне опубликовал «Федресурс». По его информации, наибольшую динамику корпоративных банкротств в Черноземье показала приграничная Белгородская область. Там за год разорились 73 компании (57 в 2021-м), рост составил 28%. Годом ранее регион показывал снижение числа банкротств на 25%.

Следом по темпам банкротств идет Воронежская область. За 12 месяцев несостоятельными признаны 95 компаний — резидентов региона (85 год назад), рост составил 12%, ускорившись по сравнению с 4% в 2021-м. Схожую динамику показала Орловская область. Банкротами были признаны 25 юрлиц (23) с ростом на 9% (сокращение на 18% в 2021-м).

В целом в России в 2022 году количество корпоративных банкротств сократилось на 12%, число введенных процедур наблюдения (предварительная стадия банкротства) уменьшилось на 39%. Динамика объясняется в том числе действием с 1 апреля по 1 октября 2022-го моратория на подачу кредиторами исков о банкротстве. Руководитель «Федресурса» Алексей Юхнин отмечает, что «после завершения моратория всплеска числа банкротств не произошло»: «В четвертом квартале несостоятельными стали на 37% компаний меньше, чем за аналогичный период 2021 года. Рост числа публикаций намерений кредиторов банкротить своих контрагентов, который мы наблюдали сразу после завершения моратория, достаточно быстро себя исчерпал».

Другая половина регионов Черноземья не выбивается из общероссийской тенденции. В Липецкой области динамика корпоративных банкротств сократилась на 24% (31 разорившаяся компания вместо 41). Год назад регион тоже показывал снижение показателя — на 7%. В Тамбовской области число появившихся за год компаний-банкротов сократилось на 16% (41 вместо 49, в 2021-м снижение на 2%).

Наконец, Курская область продемонстрировала минимальные изменения: число банкротств сократилось на 4% (44 против 46, год назад был рост на 12%).

Арбитражный управляющий, директор воронежского филиала СРО «Авангард» Игорь Вышегородцев полагает, что одним из факторов столь существенной динамики банкротств в Белгородской области была близость региона к границе с Украиной: «Видно, что бизнес уходит из региона и закрывает проекты. А банкротство — один из способов сделать это прозрачно и цивилизованно. Но это касается лишь решений, вынесенных в самом конце 2022-го».

Господин Вышегородцев напомнил, что средний срок рассмотрения иска о банкротстве от момента его подачи до вынесения судом решения о введении конкурсного производства составляет шесть месяцев: «Такой срок возможен при оптимальных решениях, когда судьи не уходят в отпуск, а стороны не подают жалоб. Не исключено, что в статистике мы видим результаты поданных еще в предыдущем году исков, которые рассматривались в первом полугодии. Таким образом, о реальных экономических итогах 2022-го в плоскости банкротств можно будет судить лишь к концу 2023-го».

Управляющий партнер экспертной группы Veta Илья Жарский добавил, что ряд компаний в Черноземье могли либо отказаться от моратория на банкротства, либо подать иски о самобанкротстве, что тоже оказало влияние на динамику: «Бизнес пользовался такой возможностью достаточно активно. Об этом свидетельствует сравнительно большое количество банкротств в период действия меры поддержки».

«Если бизнес не способен оперативно адаптироваться к новым условиям, то применение моратория было способно лишь отсрочить наступление дефолта по обязательствам и сгенерировать еще более высокие риски привлечения к субсидиарной ответственности его бенефициаров в будущем»,— полагает господин Жарский, ожидая роста числа компаний-банкротов в Черноземье в 2023-м.

С таким прогнозом согласен и господин Вышегородцев: «Могут быть случаи, когда сами должники не могут вести деятельность. Например, банкротство фактически защищает главу компании от уголовного дела за невыплату зарплаты».

Алексей Юхнин, напротив, склонен считать, что «никаких предпосылок к всплеску количества корпоративных банкротств в ближайшей перспективе не видно».