Cопряженность социокультурных параметров личности с пограничными состояниями

СОПРЯЖЕННОСТЬ СОЦИОКУЛЬТУРНЫХ ПАРАМЕТРОВ ЛИЧНОСТИ С ПОГРАНИЧНЫМИ СОСТОЯНИЯМИ

Проблема прояснения комплекса факторов, тесно связанных с формированием и развитием пограничных состояний (ПС), является чрезвычайно важной и до конца неизученной [1, 9], так как наиболее распространенные исследования в большей степени посвящены клиническим аспектам данного вопроса. Между тем социальная среда, культурные традиции, этнические и религиозные факторы оказывают непосредственное влияние на особенности реализации личностью адаптивных и дезадаптивных механизмов [3, 4, 7, 8]. В связи с чем исследование возможных связей комплекса социодемографических и этнокультурных параметров здоровой и больной личности с наличием дезадаптивных пограничных состояний представляется нам довольно актуальным.

С этой целью в ходе первичного приема психотерапевтом или клиническим психологом было обследовано 916 человек, у которых установлены различные варианты пограничных состояний (ПС). Данные дезадаптационные состояния в соответствии с международными критериями [5] отнесены к различным формам непсихотических психических расстройств - невротических, связанных со стрессом, соматоформных, органических, аффективных, расстройств зрелой личности и поведения у взрослых, других поведенческих синдромов. Критериями исключения стали: психотический характер нарушений и различные формы умственной отсталости.

Социокультурная характеристика обследованных определялась по национальности родителей, указанной в анкете. У испытуемых из групп этнических русских и этнических чувашей оба родителя были русскими или чувашами, соответственно. Биэтническая группа, смешанная по своему составу, объединяла испытуемых, один из родителей которых был по национальности русским, другой - чувашем. Четвертую группу, составили те обследованные, которые, имея родителей-чувашей, идентифицировали себя с русскими. Она была определена как дизэтническая.

Для предотвращения появления систематических ошибок путем сопоставления с опытной группой по основным социодемографическим признакам из 717 человек общей популяции населения Чувашской Республики в возрасте от 18 до 65 лет была сформирована контрольная группа. В нее вошли работники промышленности, сельского хозяйства, экономики, предпринимательства и бизнеса, образования, науки и высшей школы, культуры, здравоохранения, транспорта и связи, торговли и бытового обслуживания, служащих государственных и силовых структур, а также учащихся, студентов и неработающих. Все обследованные контрольной группы в момент обследования находились вне лечебных учреждений, не имели определенных жалоб на состояние здоровья, и по клиническим критериям не относились к категории больных психическими и поведенческими расстройствами.

В качестве инструмента сбора данных применялась «Социокультураль-ная анкета», разработанная автором, состоящая из 42 закрытых вопросов, охватывающих демографические данные; вопросы об этнической, языковой, религиозной принадлежности; особенностях семейного воспитания, системе жизненных ценностей, отношении к здоровью и болезни.

Статистическая обработка включала в себя анализ качественных признаков в области точности оценки долей, который производился при помощи 2-критерия для пропорций [2, 6].

Общая оценка демографических характеристик лиц с ПС показывает, что среди них преобладают женщины (64,0%); городские жители (85,0%); лица со средним (28,7%), средним специальным (31,2%) и высшим (24,7%) образованием; состоящие в браке (47,5%) и холостые (30,7%); уроженцы города (57,0%); неработающие (20,8%), занятые в промышленности (17,5%), а также учащиеся и студенты (15,7%). Данные показатели не имеют достоверных различий с соответствующими показателями контрольной группы, сформированной из здоровой популяции населения республики.

Анализ гендерных характеристик больных показывает, что средний возраст женщин (34,43±13,37 года) статистически не отличается (1=1,875; р=0,061) от среднего возраста мужчин (36,21±14,52 года). Вместе с тем среди лиц с ПС на протяжении всего периода трудоспособного возраста сохраняется стойкое преобладание женщин (2=11,938; р=0,0001), и лишь после 60 лет это соотношение выравнивается (51,0% мужчин и 49,0% женщин).

Если среди больных мужчин больше лиц, состоящих в браке (2=2,666; р=0,008), то среди женщин - разведенных (2=3,940; р=0,0001) и вдов (2=2,983; р=0,003). Несмотря на то, что подавляющее большинство всех больных постоянно проживает в городских поселениях (85,0%), около половины мужчин являются уроженцами сельских населенных пунктов (47,5%). Среди женщин преобладают уроженки города (2=1,985; р=0,047).

Гендерное сравнение сфер профессиональной деятельности показывает, что женщины чаще работают в области торговли и бытового обслуживания (2=3,847; р=0,0001), образования (2=3,449; р=0,0001), здравоохранения (2=3,548; р=0,0001), мужчины - в промышленности (2=3,847; р=0,0001), на транспорте (2=4,172; р=0,0001) и силовых структурах (2=5,872; р=0,0001). Среди женщин также больше учащихся и студентов (2=2,979; р=0,003). Доля неработающих не связана с гендерными влияниями.

Максимальная доля лиц с ПС зарегистрирована в возрасте 18-29 лет (40,7%). В период 30-49 лет наблюдается стабилизация числа больных (21,4 -20,9%) с неуклонным снижением в два раза в каждое последующее десятилетие после 60 лет.

Учет характера постоянного места проживания лиц с ПС позволяет отметить отсутствие достоверных различий в возрасте сельских (39,01±13,89 года) и городских жителей (34,29±13,66 года).

Лиц, состоящих в браке, больше среди жителей села (2=3,582; р=0,0001). Среди горожан каждый десятый относится к разведенным, каковых вообще не отмечено среди жителей села.

Среди сельских жителей больше доля специалистов со средним специальным образованием (2=2,232; р=0,026). Уровень урбанизации сказывается и на сферах занятости. Так, среди городских жителей больше работников промышленности (2=2,329; р=0,020), учащихся и студентов (2=3,451; р=0,0001), среди сельчан - лиц, занятых в сельском хозяйстве (2=1 1,7828; р=0,0001) и образовании (2=2,968; р=0,003).

Анализ демографических характеристик лиц с ПС с учетом этнического статуса выявляет отсутствие различий по возрасту (1= -1,930; р=0,054 и 1=0,215; р=0,830) между группами этнических чувашей (средний возраст 35,54±13,27) и этнических русских (средний возраст 38,05±15,72), биэтни-ческой группой (средний возраст 28,67±11,69) и дизэтнической группой (средний возраст 28,27±12,18). Тогда как, существуют возрастные различия между чувашами и русскими, с одной стороны, и представителями биэтни-ческой и дизэтнической группы - с другой (1=4,145; р=0,0001 и 1=5,019; р=0,0001).

В противоположность тому, что более половины всех этнических чувашей (54,9%) родились и воспитывались в сельской местности (2=7,076; р=0,0001), большинство представителей других этнических групп являются коренными горожанами, образовательный уровень и сфера профессиональной деятельности которых также различны. Так, среди этнических чувашей распространен уровень среднего (31,7%) и среднего специального образования (35,0%), среди этнических русских - среднего специального (29,3%) и высшего (27,3%), в биэтнической и дизэтнической группах - среднего (30,6 и 40,5%) и высшего образования (25,2 и 27,1% соответственно). Если среди лиц, занятых в сельском хозяйстве, лидируют этнические чуваши (2=2,918; р=0,004), то среди студентов и учащихся больше представителей биэтнической (2=2,363; р=0,018) и дизэтнической групп (2=4,289; р=0,0001), что также может быть связано с более молодым возрастом последних.

Большинство лиц с ПС по самоопределению относят себя к представителям чувашской (63,7%) и русской (32,7%) национальности. Представители других этносов составляют 3,6%.

Больные с одинаковой частотой признают родным русский или чувашский язык (2= 1,285; р=0,199). Доля лиц, имеющих два родных языка (русский и чувашский), невелика (6,5%). Однако лица с ПС чаще, чем здоровые, называют родным чувашский язык (2=5,431; р=0,0001) и реже - оба языка

(z=3,533; p=0,0001). Более распространенным языком общения в родительской семье лиц с ПС является русский (42,7%). В то же время больные чаще, чем здоровые, отмечают, что в родительской семье основным языком общения был чувашский (z=4,528; p=0,0001).

Три четверти лиц с ПС проживает в мононациональных семьях (73,7%) и стремится соблюдать национальные праздники, обычаи и обряды (74,7%), что соответствует аналогичным показателям здоровых. С другой стороны, у больных реже определяются какие-либо этнические предпочтения при формировании семьи (z=3,101; p=0,002).

Доля лиц чувашской (по самоопределению) национальности равновелика среди мужчин и женщин (z=0,049, p=0,961), а среди сельских жителей -значительно выше (z=5,736; p=0,0001). Чуваши максимально представлены среди больных в возрасте 40-49 лет (73,3%), русские - 50-59 лет (44,0%), а представители других национальностей чаще болеют в возрасте 18-19 лет (7,9%).

Выбор родного языка лицами с ПС обнаруживает связь с местом проживания и возрастом Русский язык чаще является родным для жителей города

В соответствии с критериями формирования групп по этническому статусу к этническим чувашам и этническим русским отнесены те больные, чья этническая самооценка совпадает с национальностью обоих родителей. Лица с ПС из биэтнической группы, идентифицируясь с национальностью одного из родителей, чаще самоопределяются как русские, нежели как чуваши (z=7,299; p=0,0001), несмотря на то, что доли русских и чувашей среди их матерей и отцов равны. Больные из дизэтнической группы, имея более чем в 80% случаев матерей и отцов чувашской национальности, идентифицируют себя с русскими (75,7%) или представителями других народов (24,3%), что не совпадает с реальной этнической принадлежностью ни одного из их родителей.

В качестве родного языка чувашский признают 68,9% больных из группы этнических чувашей, 14,6% больных из биэтнической и 29,7% больных из дизэтнической группы. В родительских семьях этнических чувашей общение на чувашском языке происходит лишь в 58,5% случаев, в каждой четвертой семье распространено русско-чувашское двуязычие.

Языковая ситуация у больных из дизэтнической группы складывается таким образом, что в родительской семье преобладает общение только на русском языке (37,8%) или русско-чувашский билингвизм (32,4%). Преимущественное общение в родительской семье больных из биэтнической группы чаще проходит на русском (77,5%), так как нередко это единственный язык, понятный обоим родителям.

Около трех четвертей собственных семей лиц с ПС, так же как и здоровых, состоит из представителей одной национальности.

Моноэтнический тип семьи в большей степени выражен на селе (z=4,040; р=0,0001) и у этнических чувашей (z=5,769; p=0,0001). В то же время лица с ПС в меньшей степени склонны к осознанному формированию семьи из представителей одноименной национальности (z=3,101; p=0,002). Точнее говоря, национальная принадлежность супруга не имеет определяющего значения для больных в возрасте 18-19 лет (z=8,021; р=0,0001), мужчин (z=4,847; p=0,0001) и представителей биэтнической группы (z=4,182; р=0,0001).

Тенденция к соблюдению народных традиций и обрядов характеризует три четверти больных (74,7%) и столько же здоровых (75,3%). У больных она не обнаруживает связи с полом и в большей степени выражена у лиц старше 60 лет (z=2,736; p=0,006), жителей села (z=3,051; p=0,002), этнических чувашей (z=2,451; p=0,014).

Отношение к собственной национальной принадлежности определяется сформированностью и позитивностью этнической идентичности. Адекватная этническая самооценка отмечена у 89,6% лиц с ПС, что достоверно выше, чем у здоровых (z=4,408; р=0,0001). Более того, у больных реже отмечены признаки этнического превосходства (z=4,822; p=0,0001). В то же время более высокие уровни этнического эгоцентризма обнаруживаются в возрасте 18-19 лет (z=2,164; p=0,030) и у представителей дизэтнической группы (z=1,974; р=0,048).

Более половины лиц с ПС обращаются за медицинской помощью по направлению врача непсихиатрического профиля (52,3%), каждый пятый -по рекомендации ближайшего социального окружения (20,2%), каждый четвертый принимает самостоятельное решение о необходимости консультации и лечении у специалиста (25,8%).

Обращение больного к психотерапевту по направлению другого врача чаще отмечается в возрасте 18-19 лет (z=3,175; р=0,001) и у представителей дизэтнической группы (z=3,175; p=0,001), в результате самостоятельного осознания такой необходимости - в возрасте 30-39 лет (z=5,307; p=0,0001).

Каждый восьмой больной воспринимает свое заболевание как «тяжелое» (6,3%) или «неизлечимое» (5,8%). Основная часть больных относится к своему заболеванию как к проблеме, имеющей временный характер (37,2%), распространенной также среди других болезни (22,4%), или состоянию, не оказывающему серьезного влияния на статус здорового человека (19,7%). Больные, проживающие в сельской местности, менее склонны находить свое болезненное состояние уникальным (z=4,896; р=0,0001). Горожане, несмотря на наличие психопатологической симптоматики, чаще считают себя здоровыми (z=4,120; p=0,0001), женщины - с большей готовностью рассматривают свое состояние как преходящее (z=2,274; p=0,023). Степень восприятия себя как «в основном здорового человека»

и «человека, имеющего временные проблемы» с возрастом неуклонно уменьшается, а восприятие себя как «неизлечимо больного» или «больного, каких кругом немало» - увеличивается (рисунок). Максимальная доля «редко болеющих» среди лиц с ПС приходится на период 40-49 лет.

18-19 лет 20-29 лет 30-39 лет 40-49 лет 50-59 лет старше 60 ♦ Неизлечимо больной ——Тяжело больной

—А—Больной, каких немало —X—Редко болеющий

—Ж—Не больной, а с проблемами —•—В основном, здоровый

—в—Абсолютно здоровый

Оценка собственного здоровья лицами с ПС в различные возрастные периоды

В течение всей жизни у лиц с ПС возрастает пессимизм в отношении возможностей и эффективности лечения, растет осознание того, что оно нередко ведет к незначительному или временному облегчению состояния. Данная картина не обнаруживает связи с полом больного или местом его проживания. С другой стороны, наибольший оптимизм и убежденность в эффективности лечения у специалистов характерны для этнических чувашей (2=3,836; р=0,0001) и представителей дизэтнической группы (2=2,331; р=0,020).

Таким образом, анализ данных, полученных в ходе исследования больных с ПС и здоровой популяции, показывает, что ПС имеют значимую связь с рядом социокультурных характеристик, определяемых полом, возрастом, этнической принадлежностью, местом проживания (город, село), уровнем образования и профессиональным статусом. Именно поэтому, организация диагностической, лечебно-консультационной и профилактической работы с больными такого профиля требует тщательного учета всего блока социокультурных параметров.

1. Александровский Ю.А. Пограничные психические расстройства. М.: Медицина, 2000. 496 с.

2. Гланц С. Медико-биологическая статистика. М.: Практика, 1998. 459 с.

3. Козлов А.Б. Этнокультуральные особенности распространенности и клиник невротических и соматоформных расстройств среди населения Чувашской Республики: Автореф. дис. ...канд. мед. наук. М., 2001. 22 с.

4. Кудьярова Г.М. Основные закономерности распространения психических расстройств в Республике Казахстан (клинико-эпидемиологическое исследование): Автореф. дис. ... докт. мед. наук. М., 2000. 45 с.

5. Международная классификация болезней (10-й пересмотр): Классификация психических и поведенческих расстройств. СПб., 1994. 304 с.

6. Наследов А.Д. Математические методы психологического исследования. Анализ и интерпретация данных. СПб.: Речь, 2004. 392 с.

7. Никитина Э.В. Специфика менталитета чувашского народа (философский аспект исследования сущности этнического менталитета): Автореф. дис. ... канд. филос. наук. Чебоксары, 2004. 26 с.

8. Николаева Я.Г. Социокультурный аспект взаимодействия в семье // Семья в России. 2001. № 1. С. 121-130.

9. Семке В.Я. Превентивная психиатрия. Томск: Изд-во Том. ун-та, 1999. 403 с.

НИКОЛАЕВ ЕВГЕНИЙ ЛЬВОВИЧ родился в 1968 г. Окончил Чувашский государственный университет. Кандидат медицинских наук, доцент факультета управления и психологии Чувашского государственного университета, главный психотерапевт Чувашской Республики. Область научных интересов - социокультурные исследования в психологии и психиатрии, психотерапия. Автор более 130 научных работ, в том числе нескольких монографий и учебных пособий.