Улучшение цикла «Сон-бодрствование» для достижения терапевтической ремиссии при депрессии

ТЕРАПИЯ ПСИХИЧЕСКИ БОЛЬНЫХ

© К. Солдатос, Х. Телеритис, 2010 УДК 616/89-009/836-08

К. Солдатос1, Х. Телеритис2

Улучшение цикла «сон-бодрствование» для достижения терапевтической ремиссии при депрессии

Improvement of the sleep-wake cycle for remission in depression

C. Soldatos1, Ch. Theleritis2

Sleep disturbances often occur in depressed patients, and they may be used to identify newly presenting or recurrent episodes of depression. They may also be considered a manifestation of a more general disturbance of biological rhythms. Moreover, persistent insomnia is one of the most common residual symptoms in incompletely remitted depression. Generally, complete relief of associated insomnia should be pursued in patients under treatment with antidepressants to avoid the recurrence of depressive symptomatology. A combination of nonpharmacological interventions (sleep deprivation, light therapy) together with pharmacotherapy could be used to improve management of sleep disturbances associated with depression. A novel antidepressant compound, agomelatine, an agonist of melatonergic MT1 and MT2 receptors as well as an antagonist of 5-HT2c~receptors shows a synchronizing effect on circadian rhythms and demonstrates robust antidepressant efficacy.

Key words: insomnia, sleep disturbances, slow wave sleep, REM sleep, incomplete remission, circadian rhythm, psychotherapy, pharmacotherapy

1 Национальный и Каподистрианский университет Афин, отделение психического здоровья госпиталя Евгенидиона, Афины, Греция

2 Национальный и Каподистрианский университет Афин, 1-е психиатрическое отделение госпиталя Егинитиона, Афины, Греция

1 National and Kapodistrian University of Athens, Mental Health Care Unit, Evgenidion Hospital, Athens, Greece

2 National and Kapodistrian University of Athens, 1st Psychiatry Department, Eginition Hospital Athens, Greece

Нарушения сна, сопровождающие депрессию, часто используются для ранней диагностики депрессии и могут рассматриваться как проявление более общего нарушения биологических ритмов. Стойкая инсомния относится к типичнымрезидуальным симптомам при неполной ремиссии депрессии. Как правило, профилактика развития очередного рекуррентного эпизода депрессии требует коррекции инсомнии у пациентов, принимающих антидепрессанты. Комбинированное применение фармакотерапии и нефармакологических методов лечения, нацеленных на цикл «сон-бодрствование» (депривация сна, светотерапия), может способствовать редукции депрессивных симптомов и ассоциированных с ними нарушений сна. Новый антидепрессант Вальдоксан (агомелатин) - агонист мелатонинергический МТ1- и МТ2-рецепторов и антагонист 5-ИТ2с-рецепторов - оказывает уникальный синхронизирующий эффект на циркадианные ритмы и обладает отчетливым антидепрессивным действием.

Ключевые слова: инсомния, расстройства сна, медленноволновый сон, парадоксальный сон, неполная ремиссия, циркадианный ритм, психотерапия, фармакотерапия

Сон при депрессии

Хорошо известно, что депрессия сопровождается нарушениями сна [15]. В эпидемиологических исследованиях установлено, что 50-90% пациентов, страдающих депрессией, жалуются на ухудшение сна [6]. Например, по данным масштабного Европейского популяционного исследования, нарушения сна выявляются у 63%

85

ТЕРАПИЯ ПСИХИЧЕСКИ БОЛЬНЫХ

#

пациентов с диагнозом депрессии [7]. Вместе с тем сообщается, что примерно 20% лиц с инсомнией, выявленных в общей популяции, страдает депрессией [8, 10]. Более того, субъективные жалобы на нарушения сна и объективные аномальные поли-сомнографические изменения коррелируют с повышенным риском манифестации большой депрессии [11], длительного персистирования депрессивной симптоматики [12] и повторной депрессии после успешной терапии [13]. В полисомнографических исследованиях выявлены следующие нарушения сна при депрессии: затрудненное засыпание и прерывистый сон, увеличение латентности начала сна, множественные пробуждения в течение ночи, ранние утренние пробуждения и сокращение обшей продолжительности сна [1, 3, 5, 6]. Кроме того, пациенты с депрессией часто отличаются от здоровых субъектов по показателям медленно-волнового сна (SWS) и парадоксального сна (REM) [1, 14]. Аномальные изменения архитектуры сна у больных депрессией включают редукцию SWS-сна [15], увеличение числа смещений стадий сна, более раннее начало и более высокий процент REM-сна, особенно в начале ночи, и увеличение REM-плот-ности [16].

Также следует отметить, что в результате компьютерного анализа показателей активности SWS-сна на электроэнцефалограмме (ЭЭГ) сна установлено снижение дельта-волновой активности в первом периоде не^ЕМ-сна в сравнении со вторым периодом не^ЕМ-сна, т.е. снижение пропорции дельта-сна в сравнении со здоровыми субъектами [1]. Однако необходимо подчеркнуть, что нет ни одного нарушения сна, специфичного только для депрессии, поскольку сходные полисомнографические отклонения также выявляются при ряде других психических расстройств.

Механизмы изменений сна при депрессии

Механизмы нарушений сна и патофизиологии депрессии тесно взаимосвязаны и включают значительное участие моноаминергической и холинер-гической нейротрансмиссии [18]. Поэтому не удивительно, что депрессия практически всегда сопровождается нарушениями сна. Выдвинуто несколько гипотез, объясняющих связь между депрессией и нарушениями сна. Первая из этих гипотез основана на дисбалансе между моноаминергическими и холинергическими системами в ЦНС, который лежит в основе патофизиологии депрессии и ассоциированных с ней расстройств сна [18-20]. В соответствии с другой гипотезой основной причиной может быть увеличение давления REM-сна [18, 21]. Однако известно, что многие препараты (бупропи-он, нефазодон и тразодон), обладающие выраженным антидепрессивным эффектом, не подавляют

REM-сон, в связи с чем предполагается, что подавление REM-сна не является обязательным условием для реализации терапевтического эффекта антидепрессантов [22]. Третья гипотеза основана на дисрегуляции гипоталамо-гипофизарно-надпо-чечниковой системы [23]. В рамках этой гипотезы предполагается недостаточность механизма не^ЕМ-сна, рассматриваемой в рамках двухпро-цессной модели регуляции сна. В соответствии с А.А. Borbely [24], выделяется 2 взаимодействующих процесса регуляции сна: гомеостатический процесс (процесс S), протекающий с увеличением медленных волн на ЭЭГ в состоянии бодрствования с последующим их экспоненциальным снижением во время сна, взаимодействует с циркадиан-ным процессом (процесс C) - внутренними часами, определяющими распорядок и архитектуру сна. У пациентов с депрессией предполагается дефицит процесса S. Действительно, такой клинический признак нарушений сна, как ранние утренние пробуждения, можно объяснить нарушением функции процесса S в состоянии бодрствования или более ранним началом процесса C. Быстрый антидепрессивный эффект депривации сна, возможно, обусловлен повышением процесса S до нормального уровня [24]. В свою очередь медленный антидепрессивный эффект смещения на более раннее время фазы цикла «сон-бодрствование» может быть связан с медленным смещением процесса S к нормальным фазным соотношениям с процессом C. Однако следует отметить, что антидепрессивный эффект смещения фазы на более раннее время подтвержден не во всех исследованиях [25]. Более того, снижение процесса S во время сна или снижение фазы и амплитуды процесса C также могут рассматриваться как причины нарушений сна [26].

Циркадианные ритмы при депрессии

Биологические часы в супрахиазматическом ядре (СХЯ) - главном водителе циркадианных ритмов в головном мозге и теле - синхронизируются с внешним циклом «свет-темнота» через световую стимуляцию сетчатки глаза. Ночной синтез гормона мелатонина в эпифизе регулируется СХЯ, однако циркадианные осцилляторы представлены в каждом органе [27], и каждый орган имеет свой синхронизатор. Например, свет является главным синхронизатором для СХЯ, но не оказывает влияния на биологические часы в печени; в свою очередь синхронизатором для печени является пища, которая не является синхронизатором для СХЯ [27].

Индивидуальный распорядок сна человека варьируется в широких пределах [28]: некоторые предпочитают рано засыпать и рано пробуждаться, другие склонны к позднему засыпанию и позднему пробуждению. Кроме того, индивидуальные генетические характеристики молекулярных механизмов

86

К. Cолдатос, Х. Телеритис

биологических часов могут определять особенности проявлений аффективных расстройств, включая возраст манифестации [29], рекуррентные эпизод депрессии [30], симптомы инсомнии и эффект ее терапии [31, 32], эффект депривации сна [29]. К тому же предполагается наличие тесных взаимосвязей между нейротрансмиттерными системами, на которые воздействуют антидепрессанты, и цир-кадианными ритмами, которые являются мишенью хронотерапевтического воздействия [33]. Эти генетические факторы могут определять хронобиологи-ческую предрасположенность к депрессии; в таком случае возникает вероятность «двойной десинхро-низации» - «внутренняя десинхронизация» между разными часами организма и головного мозга и «внешняя десинхронизация» между распорядком ритмов организма и внешним циклом «свет-темнота» [33].

Стабильность внутренних и внешних фазных соотношений представляется ключевым фактором аффективной стабильности (т.е. соотношение распорядка ритмов секреции кортизола и температуры тела, или распорядка сна и внешнего цикла «день-ночь») [34]. Любая десинхронизация может вызывать аффективные нарушения, особенно у предрасположенных индивидов. В терапевтических целях для стабилизации фазы используются определенные синхронизаторы, наиболее важными из которых являются свет и мелатонин, а также депривация сна, которые успешно применяются в практике [34, 35].

Аспекты терапии

Нефармакологические воздействия на циркадианные ритмы

Манипуляции с циклом «сон-бодрствование», как с его длительностью (полная или частичная депривация сна), так и с распорядком (частичная депривация сна, смещение фазы сна на более раннее время), обусловливает глубокий и быстрый антидепрессивный эффект у 60% пациентов с любым подтипом аффективных расстройств [37]. Считается, что терапевтический эффект депривации сна связан с увеличением гомеостатического давления сна; кроме того, депривация сна провоцирует сонливость, которая может противодействовать состоянию гипервозбуждения, часто наблюдающемуся при депрессии [26].

Несмотря на кратковременность улучшения настроения после депривации сна, ее всегда следует рассматривать как возможный метод терапии, поскольку она обеспечивает наиболее быстрый антидепрессивный эффект [35, 36]. У большинства пациентов отмечается обострение депрессивной симптоматики вскоре после восстановления сна, которое можно предотвратить комбинированным

применением депривации сна с литием (со светоте-рапией или без нее) [38-40] или пиндололом [41].

Светотерапия изначально была разработана как синхронизатор для лечения пациентов с сезонным аффективным расстройством [42]. Однако светотерапия также эффективна при несезонных депрессиях [43, 44] и может предотвращать обострения симптомов депрессии после депривация сна. [45]. Яркий свет оказывает 3 главных эффекта на циркадианную систему: повышение циркадианной амплитуды, смещение циркадианной фазы (в зависимости от времени суток, в которое проводится светотерапия) и соответственно изменение фазных соотношений между внутренними часами и сном, с одной стороны, и внешним циклом «свет-темнота» -с другой [26]. Как уже упоминалось выше, получены данные о том, что яркий свет может предотвращать обострение депрессии после депривации сна. Также недавно показано, что светотерапия в сочетании с селективными ингибиторами обратного захвата серотонина (СИОЗС) обеспечивает более быстрое и выраженное улучшение состояния пациентов с несезонной большой депрессией [45, 46]. что подтверждает преимущество комбинированного подхода к терапии депрессивных расстройств.

Психотерапевтические и психосоциальные вмешательства

Показано, что в терапии первичной инсомнии когнитивно-поведенческая терапия (КПТ) обеспечивает столь же выраженное улучшение, как и фармакотерапия с применением седатиков-гипнотиков [47]. Наиболее важное преимущество КПТ в сравнении с фармакотерапией заключается в более стойком улучшении, которое сохраняется после завершения лечения [48]. Также выявлена эффективность КПТ в терапии депрессии [49]. Однако необходимы дальнейшие исследования эффективности КПТ в комбинации с антидепрессантами при терапии инсомнии у пациентов с большим депрессивным расстройством [50].

Поведенческие модификации социальных ритмов могут оказывать терапевтическое действие при депрессии. Е. Frank и соавт. [51] разработали метод Интерперсональной терапии с коррекцией социальных ритмов (IPSRT), направленной на стабилизацию распорядка социальных ритмов (регулярность засыпания, пробуждения и приема пищи, переход на более упорядоченный график работы, регулярные ежедневные сеансы физических нагрузок). IPSRT снижает риск повторной депрессии у пациентов с биполярным расстройством, упорядочивает социальные ритмы, ускоряет наступление ремиссии у пациентов с депрессией и снижает уровни обострений при сопоставимости перечисленных эффектов с интенсивной фармакотерапией [51]. Необходимы дальнейшие исследования для определения возможности применения

Российский психиатрический журнал № 5, 2010

87

ТЕРАПИЯ ПСИХИЧЕСКИ БОЛЬНЫХ

#

IPSRT в качестве самостоятельного метода или в дополнение к другим методам терапия большой депрессии [52].

Психофармакологические подходы к терапии

Назначаемый в лечебных целях экзогенный мелатонин действует как синхронизатор циркади-анных ритмов и сна (например, у слепых), но не оказывает существенного влияния на настроение [53]. Антидепрессанты редуцируют симптомы депрессии за счет изменения уровней различных нейро-трансмиттеров в ЦНС, которые также участвуют в регуляции сна и могут значительно влиять на его профиль. Большинство антидепрессантов подавляет REM-сон и увеличивает REM-латентность, хотя и не всегда. В контексте эффективности сна и общей продолжительности сна антидепрессанты можно разделить на седативные и активирующие [54]. Доступные сегодня антидепрессанты имеют существенные недостатки, включая умеренную эффективность в сравнении с плацебо, относительно медленное развертывание эффекта, симптомы отмены и недостаточную комплайентность. Нарушения сна часто используются для раннего выявления депрессии и могут отражать более фундаментальные нарушения биологических ритмов [55]. Стойкая инсом-ния относится к наиболее типичным резидуальным симптомам при неполной ремиссии у пациентов с депрессией [56].

Резидуальные депрессивные симптомы входят в число факторов повышенного риска обострения [57, 58] и стойкой дезадаптации. Полная редукция инсомнии при терапии антидепрессантами должна быть облигатной задачей для предотвращения рецидива депрессивной симптоматики [59]. Как правило, связанные с депрессией нарушения сна редуцируются по мере снижения тяжести депрессивных симптомов, однако антидепрессанты различаются по влиянию на сон, особенно на ранних этапах терапии.

При кратковременном применение большинство трициклических антидепрессантов (ТЦА) улучшает сон за счет увеличения общей продолжительности сна и количества SWS-сна. Кроме того, все ТЦА, кроме тримипрамина, подавляют REM-сон [60, 61]. Амитриптилин, тримипрамин, нортриптилин, доти-епин и доксепин вызывают седацию, тогда как имипрамин [62] и дезипрамин [63] являются менее седативными и могут сами провоцировать инсом-нию. Седативные свойства большинства ТЦА дают возможность часто использовать их в качестве гипнотиков у пациентов с депрессией, страдающих инсомнией [64-68]. Однако сонливость и снижение функционирования в дневное время нередко становятся нежелательными последствиями седа-тивных ТЦА, в первую очередь - амитриптилина и доксепина. Также следует отметить, что ТЦА могут вызывать инсомнию за счет индукции или усугубле-

ния расстройства с периодическими движениями конечностей, а также тот факт, что применение ТЦА нередко сопровождается кошмарными сновидениями [69].

Обратимый ингибитор моноаминоксидазы мокло-бемид в меньшей степени подавляет REM-сон и не оказывает значимого влияния на сон [70]. СИОЗС считаются более активирующими препаратами, чем другие антидепрессанты. Хотя применение СИОЗС обычно сопровождается инсомнией, в некоторых случаях при назначении СИОЗС в высоких дозах возможны седация и сонливость в дневное время. Флувоксамин и пароксетин обладают более седативными свойствами в сравнении с другими СИОЗС [22, 26, 67-69]. Объективные полисомнографи-ческие признаки влияния СИОЗС на сон включают увеличение латентности начала сна, увеличение времени бодрствования в периоде сна, снижение эффективности сна, увеличение числа ночных пробуждений, увеличение REM-латентности и сокращение общего количества REM-сна в сравнении с плацебо и седативными ТЦА [64-67, 69]. Кроме того, СИОЗС могут провоцировать расстройство с периодическими движениями конечностей и вызывать ночные кошмары. Однако субъективные оценки качества сна пациентами, принимающими СИОЗС, часто оказываются положительными. То же самое можно сказать и об оценках клиницистов по пунктам сна Шкалы депрессии Гамильтона в клинических исследованиях таких СИОЗС, как циталопрам, сертралин, флуоксетин, флувоксамин и пароксетин. Вместе с тем представляется маловероятным, что у пациентов с депрессией, обнаруживающих тяжелые нарушения сна в анамнезе, применение СИОЗС принесет больше клинической пользы, чем назначение более седативных антидепрессантов.

Венлафаксин [70, 71], ингибитор обратного захвата серотонина и норадреналина (ИОЗСН), сокращает общее время сна и может вызывать инсомнию у 4-18% пациентов с депрессией. Терапия венлафак-сином также может сопровождаться поведенческими нарушениями в фазе REM-сна. Венлафаксин и дулоксетин [72] (другой ИОЗСН), а также ребоксе-тин (ингибитор обратного захвата норадреналина) сопоставимы с СИОЗС по эффектам на REM-сон и общую архитектуру сна. Еще одним антидепрессантом, который может вызывать инсомнию, является бупропион, ингибитор обратного захвата дофамина и норадреналина, который также подавляет REM-сон и увеличивает REM-латентность.

Тразодон, блокатор серотонинергических, а1-ад-ренергических и гистаминергических рецепторов, увеличивает общее время сна и количество SWS-сна, а также может вызывать чрезмерную сонливость в дневное время. Тразодон не подавляет REM-сон [5], являясь очень седативным антидепрессантом, и часто используется для терапии тяжелой инсомнии при депрессии. В ряде исследований

88

К. Cолдатос, Х. Телеритис

показано, что тразодон превосходит ТЦА и сопоставим с гипнотиком золпидемом по эффективности улучшения сна [64-67, 69]. Нефазодон, близкий к тразодону, является мощным антагонистом преси-наптических 5-НТ2-рецепторов, но обладает менее выраженными свойствами блокатора агадреноре-цепторов и не имеет аффинитета к гистаминерги-ческим рецепторам. Нефазодон улучшает сон без подавления REM-сна [5]. На основании фармакологического профиля нефазодон можно считать одним из лучших антидепрессантов для купирования инсомнии при депрессии, в связи с чем он широко используется как дополнение к СИОЗС и ИОЗСН [5]. Мапротилин, который также действует как ингибитор обратного захвата норадреналина и блокатор гистаминовых рецепторов, вызывает седацию и подавляет REM-сон. Сходным образом амоксапин, который блокирует серотонинергичес-кие и гистаминергические рецепторы и подавляет обратный захват норадреналина, также является седативным антидепрессантом. Тианептин, модулятор глутамата [73], улучшает непрерывность сна и субъективное качество сна, не оказывая значимого влияния на показатели REM-сна [54].

Миртазапин является селективным ингибитором серотониновых и а2-адренергических рецепторов, а также блокатором гистаминергических рецепторов (норадренергический и специфический серото-нинергический антидепрессант). Вследствие мощного антагонизма к гистаминовым Нгрецепторам миртазапин вызывает незамедлительный и неспецифический седативный эффект. Миртазапин увеличивает общую продолжительность сна и подавляет REM-сон. Миртазапин часто используется в случаях, когда нарушения сна выступают в числе ведущих проявлений депрессии, и сопоставим по выраженности гипнотических свойств с седативны-ми ТЦА [64-67, 69].

Вальдоксан (агомелатин) - агонист мелатони-нергических MT1- и MT2-рецепторов и антагонист 5-НТ2С-рецепторов - характеризуется уникальным сочетанием циркадианных синхронизирующих эффектов со свойствами селективного стимулятора норадреналина и дофамина в префронтальной коре и проявляет отчетливый антидепрессивный эффект [74-76]. При назначении в вечернее время Вальдоксан смещает циркадианную фазу на более раннее время и непосредственно повышает сонливость через механизмы терморегуляции [77, 78]. Вальдоксан ускоряет засыпание без каких-либо седативных эффектов в дневное время. Препарат не повышает уровни внеклеточного серотонина, в связи с чем не вызывает побочных эффектов (диареи, тошноты, половых дисфункций, инсомнии), типичных для СИОЗС. Кроме того, Вальдоксан не блокирует гистаминергические, а1-адренергичес-кие и мускариновые рецепторы, поэтому не вызывает побочных эффектов, свойственных ТЦА [79].

Комбинированная терапия

В клинической практике и нескольких контролируемых исследованиях накоплены доказательства того, что комбинированное применение бензодиа-зепиновых гипнотиков [80] или небензодиазепино-вых селективных антагонистов рецепторов гамма-аминомасляной кислоты (ГАМК) типа A, таких, как золпидем, зопиклон, эсзопиклон и залеплон, с антидепрессантами с самого начала терапии может способствовать более быстрому купированию сопутствующих депрессии нарушений сна с последующим ускорением редукции депрессивной симптоматики [81]. Подобные комбинации широко используются в клинической практике для лечения инсомнии у больных депрессией [5]. Бензодиазепины, которые традиционно назначаются для коррекции инсом-нии, включают лоразепам, темазепам, алпразо-лам, оксазепам, триазолам, диазепам, флуразе-пам и мидазолам. Все бензодиазепины сокращают латентность начала сна, увеличивают общее время сна и время 2-й стадии сна, подавляют REM-сон и SWS-сон.

Чрезмерная сонливость в дневное время является неблагоприятным побочным эффектом, наиболее выраженным у длительно действующих бензодиа-зепинов. К другим проблематичным нежелательным последствиям применения бензодиазепинов относятся развитие толерантности и обострение инсомнии с эффектом отдачи REM-сна после отмены этих препаратов [82, 83]. Небензодиазепиновые гипнотики, которые обладают более благоприятным фармакологическим профилем с меньшим числом и более легкими побочными эффектами в сравнении с бензодиазепинами, в настоящее время считаются более предпочтительными для коррекции нарушений сна при аффективных расстройствах [61, 84]. В случаях резистености к терапии следует рассматривать возможность комбинированного назначения антидепрессантов и антипсихотиков. Показано, что добавление антипсихотика (например, олан-запина) в схему терапии может способствовать редукции нарушений сна за счет увеличения SWS-сна [85].

Заключение

Нарушения сна часто развиваются у пациентов с депрессией и могут использоваться для ранней диагностики манифестных и рекуррентных эпизодов депрессии. Более того, стойкая инсомния относится к наиболее типичным резидуальным симптомам при неполной ремиссии после депрессии. Полная редукция связанной с депрессией инсомнии должна быть одной из главных задач терапии антидепрессантами в целях предупреждения рецидивов депрессивной симптоматики. Доступные сегодня антидепрессанты имеют существенные недостатки, преимущественно связанные

ТЕРАПИЯ ПСИХИЧЕСКИ БОЛЬНЫХ

с умеренной эффективностью в сравнении с плацебо. Комбинация нефармакологических методов с фармакотерапией может способствовать более успешной коррекции нарушений сна при депрессии. Недавно в клиническую практику был внедрен новейший антидепрессант Вальдоксан -агонист мелатонинергических MT1- и MT2-рецепто-ров и антагонист 5-НТ2С-рецепторов. Вальдоксан, который оказывает синхронизирующее действие

на циркадианные ритмы и обладает отчетливым антидепрессивным эффектом, обеспечивает более выраженное и быстрое улучшение цикла «сон-бодрствование» в сравнении с другими антидепрессантами. Этот нормализующий сон антидепрессант открывает новые перспективы в улучшении качество ремиссии со снижением риска обострений и развития повторных депрессивных эпизодов.

Литература

#

1. Reynolds C.F. III, Kupfer D.J. Sleep research in affective illness: state of the art circa 1987 // Sleep. - 1987. - Vol. 10. -P. 199-215.

2. Benca R.M., Obermeyer W.H., Thisted R.A., Gillin J.C. Sleep and psychiatric disorders. A meta-analysis // Arch. Gen. Psychiatry. -1992. - Vol. 49. - P. 651-666.

3. Soldatos C.R., Paparrigopoulos T.J. Sleep patterns in depression // WPA Bulletin in Depression. - 1996. - Vol. 3. - P. 4-5.

4. Argyropoulos S.I/., Wilson S.J. Sleep disturbances in depression and the effects of antidepressants // Int. Rev. Psychiatry. -2005. - Vol. 17. - P. 237-245.

5. Thase M. Depression and sleep: pathophysiology and treatment // Dialogues Clin. Neurosci. - 2006. - Vol. 8. - P. 217-226.

6. Tsuno N, Besset A, Ritchie K. Sleep and depression // J. Clin. Psychiatry. - 2005. - Vol. 66. - P. 1254-1269.

7. Lepine J.P., Gastpar M, Mendlewicz J. et al.Depression in the community: the first pan-European Study DEPRES (Depression Research in European Society) // Int. Clin. Psychopharmacol. -1997. - Vol. 12. - P. 19-29.

8. Bixler E.O., Kales A, Soldatos C.R. et al. Prevalence of sleep disorders in the Los Angeles Metropolitan area // Am. J. Psychiatry. - 1979. - Vol. 135. - P. 1257-1262.

9. Mellinger G.D., Baiter M.B., Uhlenhuth E.H. Insomnia and its treatment. Prevalence and correlates // Arch. Gen. Psychiatry. -1985. - Vol. 42. - P. 225-232.

10. Soldatos C.R. Insomnia in relation to depression and anxiety: epidemiologic considerations // J. Psychosom. Res. - 1994. -Vol. 38. - P. 3-8.

11. Giles D.E., Jarrett R.B., Roffwarg H.P., Rush A.J. Reduced rapid eye movement latency. A predictor of recurrence in depression // Neuropsychopharmacology. - 1987. - Vol. 1. - P. 33-39.

12. Kennedy G.J., Kelman H.R., Thomas C. Persistence and remission of depressive symptoms in late // Am. J. Psychiatry. -1991. - Vol. 148. - P. 174-178.

13. Buysse D.J., Frank E, Lowe K.K. et al. Electro-encepha-lographic sleep correlates of episode and vulnerability to recurrence in depression // Biol. Psychiatry. - 1997. - Vol. 41. -P. 406-418.

14. Armitage R, Trivedi M, Hoffmann R, Rush A.J. Relationship between objective and subjective sleep measures in depressed pat ients and healthy controls // Depress. Anxiety. - 1997. -Vol. 5. - P. 97-102.

15. Kupfer D.J., Frank E. The relationship of EEC sleep to vital depression // J. Affect. Disord. - 1984. - Vol. 7. -P. 249-263.

16. Kupfer D.J., Foster F.G., Coble P. et al. The application of EEC sleep for the differential diagnosis of affective disorders // Am. J. Psychiatry. - 1978. - Vol. 135. - P. 69-74.

17. KupferD.J., EhlersC.L. Two roads to rapid eye movement latency // Arch. Gen. Psychiatry. - 1989. - Vol. 46. - P. 945-948.

18. /an Bemmel A.L. Sleep, Depression and Antidepressants [thesis]. - Maastricht, the Netherlands: Maastricht University, 1993.

19. McCarley R.W. REM. sleep and depression: common neuro-biological control mechanisms // Am. J. Psychiatry. - 1982. -Vol. 139. - P. 565-570.

20. Janowsky D.S., Davis J.M., El-Yousef M.K. et al. A cholinergic-adrenergic hypothesis of mania and depression // Lancet. -1972. - Vol. 2. - P. 632-635.

21. /ogel G.W., Buffenstein A, Minter K. et al. Drug effects on REM sleep and on endogenous depression // Neurosci. Biobehav. Rev. - 1990. - Vol. 14. - P. 49-63.

22. Benca R.M. Mood disorders // Principles and Practice of Sleep Medicine. 4th ed. / Eds M.H. Kryger, T. Roth, W.C. Dement. -Philadelphia: W.B. Saunders, 2005.

23. Steiger A. Sleep and the hypothalamic-pituitary-adrenal system // Sleep Med. Rev. - 2002. - Vol. 6. - P. 125-138.

24. BorbelyA.A., Wirz-Justice A. A two process model of sleep regulation // Hum. Neurobiol. - 1982. - Vol. 1. - P. 205-210.

25. Elsenga S, van den Hoofdakker R.H. Clinical effects of several sleep-wake manipulations on endogenous depression // Sleep Res. - 1983. - Vol. 12. - P. 326.

26. Wirz-Justice A. Chronobiology and mood disorders // Dialogues Clin. Neurosci. - 2003. - Vol. 5. - P. 315-325.

27. Schibler U, Ripperger J., Brown S.A. Peripheral circadian oscillators in mammals: time and food // J. Biol. Rhythms. - 2003. -Vol. 18. - P. 250-260.

28. Roenneberg T., Wirz-Justice A., Merrow M. Life between clocks: daily temporal patterns of human chronotypes // J. Biol. Rhythms. - 2003. - Vol. 18. - P. 80-90.

29. Benedetti F, Serretti A., Colombo C. et al. A glycogen synthase kinase 3-b promoter gene SNP is associated with age at onset and response to total sleep deprivation in bipolar depression // Neurosci. Lett. - 2004. - Vol. 368. - P. 123-126.

30. Benedetti F, Serretti A, Colombo C. et al. Influence of CLOCK gene polymorphism on circadian mood fluctuation and illness recurrence in bipolar depression // Am. J. Med. Genet. - 2003. -Vol. 123B. - P. 23-26.

31. Serretti A., Benedetti F, Mandelli L. et al. Genetic dissection of psychopathological symptoms: insomnia in mood disor-

90

К. ^лдатос, Х. Телеритис

ders and CLOCK gene polymorphism // Am. J. Med. Genet. -2003. - Vol. 121B. - P. 35-38.

32. Serretti A., Cusin C., Benedetti F. et al. Insomnia improvement during antidepressant treatment and CLOCK gene polymorphism // Am. J. Med. Genet B Neuropsychiatr. Genet. -2005. - Vol. 137. - P. 36-39.

33. Wirz-Justice A. Biological rhythm disturbances in mood disorders // Int. Clin. Psychopharmacol. - 2006. - Vol. 21 (suppl. 1). -P. S11-S15.

34. Mendlewicz J. Circadian rhythm disturbances in depression // Circadian Rhythms and Depression: Current Understanding and New Therapeutic Perspectives / Ed. J. Mendlewicz. - Paris: Wolters Kluwer Health, 2008. - P. 21-35.

35. Wirz-Justice A, Terman M., Oren D. et al. Brightening depression // Science. - 2004. - Vol. 303. - P. 467-468.

36. Wirz-Justice A, Benedetti F., Berger M. et al. Chronotherapeu-tics (light and wake therapy) in affective disorders // Psychol. Med. - 2005. - Vol. 35. - P. 939-944.

37. Wirz-Justice A., Van den Hoofdakker R.H. Sleep deprivation in depression: what do we know, where do we go? // Biol. Psychiatry. - 1999. - Vol. 46. - P. 445-453.

38. Szuba M.P., Baxter L.R., Altshuler LL. et al. Lithium sustains the acute antidepressant effects of sleep deprivation: preliminary findings from a controlled study // Psychiatry Res. - 1994. -Vol. 51. - P. 283-295.

39. Benedetti F., Colombo C., Barbini B. et al. Ongoing lithium treatment prevents relapse after total sleep deprivation // J. Clin. Psychopharmacol. - 1999. - Vol. 19. - P. 240-245.

40. Colombo C., Lucca A, Benedetti F. et al. Total sleep deprivation combined with lithium and light therapy in the treatment of bipolar depression: replication of main effects and interaction // Psychiatry Res. - 2000. - Vol. 95. - P. 43-53.

41. Smeraldi E., Benedetti F., Barbini B. et al. Sustained antidepressant effect of sleep deprivation combined with pindolol in bipolar depression. A placebo-controlled trial // Neuropsychopharmacology. - 1999. - Vol. 20. -P. 380-385.

42. Lam R.W., Levitt A.J. Canadian Consensus Guidelines for the Treatment of Seasonal Affective Disorder. - Vancouver: Clinical and Academic Publishing, 1999.

43. Epperson C.N., Terman M., Terman J.S. et al. Randomized clinical trial of bright light therapy for antepartum depression: pre I iminary findings // J. Clin. Psychiatry. - 2004. - Vol. 65. -P. 421-425.

44. Goel N., Terman M., Terman J.S. et al. Controlled trial of bright light and negative air ions for chronic depression // Psychol. Med. - 2005. - Vol. 35. - P. 945-955.

45. Benedetti F., Colombo C., Pontiggia A. et al. Morning light treatment hastens the antidepressant effect of citalopram: a placebo-controlled trial // J. Clin. Psychiatry. - 2003. - Vol. 64. -P. 648-653.

46. Martiny K. Adjunctive bright light in non-seasonal major depression // Acta Psychiatr. Scand. - 2004. - Suppl. 425. -P. 7-28.

47. Smith M.T., Perlis M.L., Park A. et al. Comparative meta-analysis.of pharmacotherapy and behavior therapy for persistent insomnia // Am. J. Psychiatry. - 2002. - Vol. 159. - P. 5-11.

48. Morin C.M. Insomnia treatment: taking a broader perspective on efficacy and cost-effectiveness issues // Sleep Med. Rev. -2004. - Vol. 8. - P. 3-6.

49. Feldman G. Cognitive and behavioral therapies for depression: overview, new directions, and practical recommendations for dissemination // Psychiatr. Clin. North Am. - 2007. - Vol. 30. -P. 39-50.

50. Smith M.T., Huang M.I., Manber R. Cognitive behavior therapy for chronic insomnia occurring within the context of medical and psychiatric disorders // Clin. Psychol. Rev. - 2005. -Vol. 25. - P. 559-592.

51. Frank E., Kupfer D.J., Thase M.E. et al. Two-year outcomes for interpersonal and social rhythm therapy in individuals with bipolar I disorder // Arch. Gen. Psychiatry. - 2005. - Vol. 62. -P. 996-1004.

52. Germain A, Frank E. Chronobiology of the core symptoms of depression // Medicographia. - 2008. - Vol. 30. - P. 30-34.

53. Arendt J. Importance and relevance of melatonin to human biological rhythms // J. Neuroendocrinol. - 2003. - Vol. 15. -P. 427-431.

54. Paparrigopoulos T.J., Theleritis C.G., Soldatos C.R. Sleep and antidepressant medication // WPA Bulletin in Depression. -2007. - Vol. 11. - P. 7-11.

55. Lader M. Limitations of current medical treatments for depression: disturbed circadian rhythms as a possible therapeutic target // Eur. Neuropsychopharmacol. - 2007. -Vol. 17. - P. 743-755.

56. Nelson J.C., Portera L., Leon A.C. Residual symptoms in depressed patients after treatment with fluoxetine or rebox-etine // J. Clin. Psychiatry. - 2005. - Vol. 66. - P. 1409-1414.

57. Paykel E.S. Remission and residual symptomatology in major depression // Psychopathology. - 1998. - Vol. 31. - P. 5-14.

58. Thase M.E, Simons A.D., McGeary J. et al. Relapse after cognitive behavior therapy of depression: potential implications for longer courses of treatment? // Am. J. Psychiatry. - 1992. -Vol. 149. - P. 1046-1052.

59. Nutt D., Wilson S., Paterson L. Sleep disorders as core symptoms of depression // Dialogues Clin. Neurosci. - 2008. -Vol. 10. - P. 329-338.

60. Mayers A.G., Baldwin D.S. Antidepressants and their effect on sleep // Hum. Psychopharmacol. Clin. Exp. - 2005. - Vol. 20. -P. 533-559.

61. Riemann D., Voderholzer U., Cohrs S. et al. Trimipramine in primary insomnia: results of a polysomnography double-blind controlled study // Pharmacopsychiatry. - 2002. - Vol. 35. -P. 165-174.

62. Volkers A.C., Tulen J.H.M., van den BroekW.W. et al. 24-Hour motor activity after treatment with imipramine or fluvoxamine in major depressive disorder // Eur. Neuropsychopharmacol. -2002. - Vol. 12. - P. 273-278.

63. Shipley J.E., Kupfer D.J., Griffin S.J. et al. Comparison of effects of desipramine and amitriptyline on EEC sleep of depressed patients // Psychopharmacology. - 1985. - Vol. 85. -P. 14-22.

64. McCarley R.W. REM sleep and depression: common neuro-biological control mechanisms // Am. J. Psychiatry. - 1982. -Vol. 139. - P. 565-570.

ТЕРАПИЯ ПСИХИЧЕСКИ БОЛЬНЫХ

65. Kupfer D.J., Spiker D.G., Coble P.A. et al. Sleep and treatment prediction in endogenous depression // Am. J. Psychiatry. -1981. - Vol. 138. - P. 429-434.

66. Wilson S.J., Argyropoulos S./. Antidepressants and sleep: a qualitative review of the literature // Drugs. - 2005. - Vol. 65. -P. 927-947.

67. Gursky J.T., Krahn L.E. The effects of antidepressants on sleep: a review // Haw. Rev. Psychiatry. - 2000. - Vol. 8. -P. 298-306.

68. Qureshi A, Lee-Chiong J.R. Medications and their effects on sleep // Med. Clin. North Am. - 2004. - Vol. 88. -P. 751-766.

69. Saletu B, Frey R, Krupka M. et al. Sleep laboratory studies on the single-dose effects of serotonin reuptake inhibitors paroxetine and fluoxetine on human sleep and awakening qualities // Sleep. - 1991. - Vol. 14. - P. 439-447.

70. Salin-Pasqual R.J., Galizia-Polo L, Drucker-Colin A. Sleep changes after 4 consecutive days of venlafaxine administration in normal volunteers // J. Clin. Psychiatry. - 1997. - Vol. 58. -P. 348-350.

71. Luthringer R, Toussaint M, Schaltenbrand M. et al. A double blind placebo controlled evaluation of the effects of orally administered venlafaxine on sleep in patients with major depression // Psychopharmacol. Bull. - 1996. - Vol. 32. -P. 637-646.

72. Chalon S., Pereira A., Lainey E. et al. Comparative effects of duloxetine and desipramine on sleep EEC in healthy subjects // Psychopharmacology. - 2005. - Vol. 177. - P. 357-365.

# 73. Sartorius N, Baghai T.C., Baldwin D.S. et al. Antidepressant

medications and other treatments of depressive disorders: a CINP Task Force report based on a review of evidence // Int. J. Neuropsychopharmacol. - 2007. - Vol. 10 (suppl. 1). -P. S1-S207.

74. Loo H, D'haenen H, Hale A. Determination of the dose of agomelatine, a melatoninergic agonist and selective 5-HT2c antagonist, in the treatment of major depressive disorder: a placebo-controlled dose range study // Int. J. Neuropsychopharmacol. - 2002. - Vol. 17. - P. 239-247.

75. Kennedy S.H., Emsley R. Placebo-controlled trial of agomelatine in the treatment of major depressive disorder // Eur. Neuropsychopharmacol. - 2006. - Vol. 16. - P. 93-100.

76. Olie J.P., Kasper S. Efficacy of agomelatine, a MT1/MT2 receptor agonist with 5-HT2C antagonistic properties, in major depressive disorder // Int. J. Neuropsychopharmacol. - 2007. -Vol. 10. - P. 661-673.

77. Cajochen C, Krauchi K, Mori D. et al. Melatonin and S-20098 increase REM sleep and wake-up propensity without modifying NREM sleep homeostasis // Am. J. Physiol. Regul. Integr. Comp. Physiol. - 1997. - Vol. 272. - P. R1189-R1196.

78. Krauchi K., Cajochen C., Mori D. et al. Early evening melatonin and S-20098 advance circadian phase and nocturnal regulation of core body temperature // Am. J. Physiol. Regul. Integr. Comp. Physiol. - 1997. - Vol. 272. - P. R1178-R1188.

79. Millan M.J., Gobert A, Lejeune F. et al. The novel melatonin agonist agomelatine (S20098) is an antagonist at 5-HT2C recept ors, blockade of which enhances the activity of fronto-cortical dopaminergic and adrenergic pathways // J. Pharmacol. Exp. Ther. - 2003. - Vol. 306. - P. 954-964.

80. Birkenhager T.K., Moleman P., Nolen W.A. Benzodiazepines for depression? A review of the literature // Int. Clin. Psychopharmacol. - 1995. - Vol. 10. - P. 181-195.

81. McCall W./. A psychiatric perspective on insomnia // J. Clin. Psychiatry. - 2001. - Vol. 62 (suppl. 10). - P. 27-32.

82. Schweitzer P.K. Drugs that disturb sleep and wakefulness // Principles and Practice of Sleep Medicine. 3rd ed. / Eds M.H. Kryger, T. Roth, W.C. Dement. - Philadelphia: W.B. Saunders,

2000. - P. 441-461. 0

83. Soldatos C.R., Dikeos D.G., Whitehead A. Tolerance and rebound with rapidly eliminating hypnotics: a meta-analysis of sleep laboratory studies // Int. Clin. Psychopharmacol. - 1999. -Vol. 14. - P. 287-303.

84. Obermeyer W, Benca R. Effects of drugs on sleep // Neurol. Clin. - 1996. - Vol. 14. - P. 827-840.

85. Sharpley A.L., Attenburrow M.E.J., Hafizi S. et al. Olanzapine increases slow wave sleep and sleep continuity in SSRI-resistant depressed patients // J. Clin. Psychiatry. - 2005. - Vol. 66. - P. 450-454.

92