О причинах и факторах, снижающих эффективность оперативно-разыскного противодействия идеологии и практике экстремизма

сти Российской Федерации до 2020 года» определяется, что национальные интересы - это «совокупность внутренних и внешних потребностей государства в обеспечении защищенности и устойчивого развития личности, общества и государства». При этом в специализированной литературе справедливо указывается, что общенациональный интерес следует понимать как солида-ризированные (конкретизированные, обобщенные и гармонизированные) интересы всех ключевых субъектов целостной российской социокультурной системы [7].

В управленческом аспекте солидаризм выражается не в «идеакратическом господстве» (П. Сорокин) религиозных ценностей, а в разработке юридических и политических механизмов, институтов и технологий, направленных на учет этноконфессиональных ценностей в процессе государственного строительства [12; 15].

Литература

1. Градовский А. Д. Государственное право важнейших европейских держав: лекции / под ред. Н. М. Корунова. СПб., 1985.

2. Граждане новой России: кем себя ощущают и в каком обществе хотели бы жить? (19982004): аналитический доклад. М., 2004.

3. Грей Дж. Поминки по просвещению: политика и культура на закате современности. М., 2003

4. Гумилев Л. Н. От Руси до России. М., 2004.

5. Мамычев А. Ю. Государственная власть в XXI веке: современные проекты политическо-

го моделирования // Государственная власть и местное самоуправление. 2014. № 1.

6. Манохин В. М. Правовое государство и проблема управления по усмотрению // Советское государство и право. 1990. № 1.

7. Овчинников А. И. Национальная безопасность России в условиях сетевой войны // Философия права. 2014. № 2 (63).

8. Овчинников А. И. Национальные интересы России: понятие и виды // Северо-Кавказский юридический вестник. 2014. № 2.

9. Окара А. Н. Социальна солидарность как основа нового «мироустроительного» проекта. URL // http://www.intelros.ru/pdf/synergia_09_10/ 2.pdf

10. Основы социальной концепции РЦП. URL // http://www.patriarchia.ru/db/text/ 141422.html

11. Рейснер М. А. Государство. Ч. 1: Культурно-исторические основы: пособие к лекциям по общему учению о государстве. М., 1911.

12. Овчинников А. И., Костишина С. А. Развитие идей социально-психологической юриспруденции в творчестве П. А. Сорокина // Философия права. 2013. № 4 (59).

13. Цыбулевская О. И. Нравственные основания российского права: автореф. дис. ... д-ра юрид. наук. Саратов, 2004.

14. Шмит К. Государство и политическая форма. М., 2010.

15. Овчинников А. И. Духовные ценности в условиях модернизации права // Философия права. 2012. № 5 (54).

УДК 351.745.7 ББК 67.99

С. А. Воронцов

О ПРИЧИНАХ И ФАКТОРАХ, СНИЖАЮЩИХ ЭФФЕКТИВНОСТЬ ОПЕРАТИВНО-РАЗЫСКНОГО ПРОТИВОДЕЙСТВИЯ ИДЕОЛОГИИ

И ПРАКТИКЕ ЭКСТРЕМИЗМА

В статье проанализированы причины и факторы, детерминирующие экстремистские проявления в Российской Федерации, сформулированы подходы к повышению эффективности противодействия правоохранительных органов идеологии и практике экстремизма и терроризма.

Ключевые слова: безопасность, радикализм, противодействие экстремизму, аномия, молодежь, Интернет, полиция, центр «Э», антиэкстремистские технологии.

ON THE CAUSES AND FACTORS THAT REDUCE THE EFFECTIVENESS

OF OPERATIONAL-INVESTIGATIVE RESISTANCE TO THE IDEOLOGY AND PRACTICE

OF EXTREMISM

The article analyzes the causes andfactors that determine the manifestations of extremism in the Russian Federation, formulated approaches to improve the effectiveness of law enforcement agencies to counter the ideology and practice of extremism and terrorism.

Keywords: security, radicalism, countering extremism, anomie, young people, Internet, police, center of the «E», anti-extremist technology.

Актуальность данной проблемы несомненна и сложилась задолго до состоявшегося в ноябре 2014 года заседания Совета Безопасности Российской Федерации, на котором был рассмотрен проект стратегии противодействия экстремизму. За последние десятилетия в высших учебных заведениях страны прошли десятки научно-теоретических и научно-практических конференций по данной проблеме, опубликованы сборники трудов и монографии, защищены кандидатские и докторские диссертации. Особое внимание изучению возможных направлений противодействия экстремизму уделялось научными центрами, готовящими сотрудников правоохранительных органов. Например, в Ростовском юридическом институте МВД России сложилась научная школа в области противодействия экстремистской деятельности под руководством профессоров П. П. Баранова и В. Ю. Верещагина, Г. С. Працко, широко известная не только в системе органов внутренних дел, но и во всей России.

Однако основания для дальнейшего углубленного изучения проблемы сохраняются. В России начиная с 2009 года фиксируется устойчивый рост преступлений экстремистского характера, достигающий 20 % в год. За 2013 год, по данным Главного управления по противодействию экстремизму МВД России, выявлено на треть больше преступлений экстремистской направленности, чем за аналогичный период прошлого года. Примерно на столько же увеличилось и количество лиц, их совершивших [ 1].

Главной причиной роста экстремистских настроений в постсоветской России является описанная Э. Дюркгеймом так называемая аномия - состояние ценностно-нормативного вакуума, характерного для переходных и кризисных периодов в развитии общества, когда старые нормы и ценности перестают действовать, а новые еще не приняты.

Особо подвержена аномии молодежь, что объясняется, с одной стороны, отсутствием у нее сложившихся представлений о нормах общественной морали, а с другой - невозможностью сформировать таковые ввиду отсутствия признаваемых обществом критериев их оценки. Неслучайно Президент России В. В. Путин в качестве ключевого элемента системы противодействия экстремизму выделил работу с молодежью, поскольку «лидеры экстремистских организаций именно в молодежной среде пытаются вербовать

своих последователей, вести свою пропаганду, прежде всего, через мировую сеть Интернет» [2].

В стенах Ростовского юридического института МВД России прошла не одна дискуссия по проблеме противодействия экстремизму. Каждый раз с трибуны звучали политически выверенные, очень правильные и нужные слова: «надо менять подход», «надо менять принципы», «надо начать разговаривать с людьми», «надо опираться на гражданское общество», «надо по-другому работать в Интернете», «надо использовать помощь блогеров» и так далее. Однако реальные шаги в сторону решения данного вопроса так и не были сделаны.

Поэтому в нашей статье основное внимание будет сосредоточено на следующих подходах к совершенствованию антиэкстремистской деятельности:

1. Необходимо определить целевую аудиторию и методы работы с ней. Формируя собирательный образ экстремиста на основе сводок и информационных сообщений правоохранительных органов, материалов реализованных уголовных дел и публикаций в средствах массовой информации, можно утверждать, что современные экстремисты - это молодые люди в возрасте от 14 до 30 лет, преимущественно мужчины, по роду занятий - либо выпускники общеобразовательной школы, не поступившие в высшее учебное заведение, либо студенты начальных курсов вуза. По характеру - личности с искаженной системой нравственных и правовых ценностей, уверенная в эффективности диктата силы, нуждающаяся в самоутверждении.

В настоящее время эффективность российской антиэкстремистской политики весьма сомнительна, так как в лучшем случае организованная работа с молодежью осуществляется в стенах школ или вузов. Но работать с белыми и пушистыми легко: эти молодые люди нацелены на карьеру, на получение образования и так далее. А вот как подойти к юношам и девушкам из числа «улично-подъездной молодежи», у которой не сформирована устойчивая система ценностей и низкий уровень правосознания [3]? Складывается впечатление, что ни полиция, ни общество не знают, что порождает у молодых людей убеждение в их ненужности и заставляет легко откликаться на призывы экстремистов, решать сложные социальные проблемы путем насилия.

Эта целевая аудитория должна стать приоритетной в идейной борьбе, однако для нее, как

правило, не действенны аргументы, вполне естественные для последовательных противников экстремизма. Значительно проще говорить о вреде террора тем, кто и без того в этом убежден.

2. Не надо оберегать то, что не следует защищать. Экстремисты с Болотной площади в своей агитации активно использовали факты коррупции чиновников высокого ранга, позиционируя себя в качестве альтернативы «прогнившей системе власти».

Поэтому контрпродуктивно защищать «высокопоставленное ворье», необходимо жестко обеспечивать реализацию принципа неотвратимости наказания, адекватного совершенному преступлению. Именно этого общество не увидело в пресловутом деле Сердюкова и Васильевой и ряде других. В качестве позитивного примера можно привести реализованный в этом году органами МВД России комплекс мер по очищению от коррумпированных генералов и офицеров главного штаба борьбы с коррупцией - Департамента противодействия экономической преступности.

3. Следует постоянно анализировать эффективность проведенных антиэкстремистских мероприятий, для того чтобы не множить сущности без необходимости.

Так, по данным Национального антитеррористического комитета, за полтора года в рамках проведения воспитательной работы с молодежью в субъектах Российской Федерации организовано более 1,5 тыс. конференций, форумов, фестивалей, конкурсов и выставок, около 20 тыс. мероприятий по антитеррористической тематике [4]. Несомненно, проведена большая и полезная работа. Но в то же время возникает ряд естественных вопросов: 1,5 тыс. конференций и 20 тыс. мероприятий - это много или мало? Какова практическая отдача от вложенных в данный процесс сил и средств, ибо, как показывает статистика МВД, заметного снижения уровня экстремизма в стране не произошло? Ответов на эти вопросы сегодня нет.

Идеологическое противостояние экстремизму - это вопрос комплексный и непростой, успеха в этой сфере пока не удалось добиться ни одному государству.

Однако предотвратить появление «моды на экстремизм», лишить его всякой привлекательности для ищущих свой путь в жизни нормальных молодых людей, не позволить ему вести экспансию - это вполне решаемая задача.

4. Полиции, являющейся головным органом в противодействии экстремизму, следует наработать эффективные оперативно-разыскные практики противодействия этому опасному феномену.

Во взаимоотношениях между маргинальной молодежью и полицией предпочтение отдается силовым методам подавления протеста в молодежной среде, которые неминуемо ведут к дальнейшей радикализации молодежи. Это закономерно, так как воздействие осуществляется на следствие явления, но не на его причину. Отечественная история убедительно показывает, что подобное решение проблемы может спровоцировать переход от экстремистских методов к террористическим. Для того чтобы не допустить подобного развития событий, необходимо активно использовать технологии агентурно-оперативно-го предупреждения экстремизма на основе сдерживания молодых людей от реализации экстремистских намерений, переориентации радикальной молодежи на иные ценности, саморазложения экстремистских сообществ, устранения обстоятельств, продуцирующих экстремизм в молодежной среде.

5. Необходимо разработать и реализовать комплекс мер по ограничению потока информации о насилии, обрушивающегося на население, прежде всего молодежь, с экранов телевизоров, страниц газет и журналов, Интернета и так далее.

При информировании населения о проявлениях экстремизма и терроризма следует учитывать целевую аудиторию, форму подачи и уровень аргументации. На фоне смещения ценностей и деформации морали массированная подача криминальной информации работает от обратного. Сегодня для определенной части молодежи экстремизм и терроризм становятся трендом, модой, вовлекая ее в экстремистские и террористические организации по всему миру. Социальные проблемы на фоне активной пропаганды насилия толкают молодежь к радикальной смене образа жизни. Из законопослушного гражданина молодой человек превращается в свирепое животное, которое мстит всем и вся. Недавние события на Украине ярко иллюстрируют это. Характерной особенностью данного феномена является повышение градуса цинизма и жестокости, нарушение всех моральных и человеческих установок. Систематический показ массовых театрализованных казней, с одной стороны, и участие в них представителей европейских стран и США, с другой стороны, не только травмируют психику людей, но и вызывают нездоровый интерес у определенной части молодежи, что способствует росту ее притока в экстремистские и террористические структуры.

Представляется, что объем сюжетов и публикаций по экстремистской и террористической проблематике превысил некую «критическую

массу», а отдельные отечественные СМИ утратили не только чувство «политической корректности», но и здравый смысл в «натуральности» освещения проявлений экстремизма и терроризма. Сюжеты и комментарии подобного рода помогают экстремистам решать их главную задачу -доведение своих идеологических установок до сознания общества и запугивание населения.

Самое удивительное заключается в том, что свой вклад в формирование подобного положения дел вносят те, кто больше других должен быть заинтересован в предупреждении и минимизации последствий проявления экстремизма и терроризма. Это прежде всего пресс-службы правоохранительных органов, которые своей информационно-пропагандистской политикой внушают обществу, что преступность - нормальный информационный повод.

Необходимо, на наш взгляд, ограничить поток информации о криминальных проявлениях. Речь не идет о введении цензуры. Для показа подобных сюжетов можно использовать специальные выпуски и программы, а также ведомственные сайты правоохранительных органов, посвященные обзору криминальных новостей. Те, кто интересуется подобными проблемами, смогут с ними ознакомиться, и их конституционное право на получение информации не будет ущемлено. При этом молодежи и лицам, далеким от уголовной проблематики, криминальная информация не будет навязываться вместе с обзором текущих событий.

6. Следует качественно перестроить работу в Интернете. В Стратегии противодействия экстремизму в России до 2025 года Сеть названа основным каналом его распространения.

Сегодня число выходящих в Сеть в России хотя бы раз за сутки составляет более 52 млн человек [5]. Универсальными средствами общения стали социальные сети и блогосфера, давно являющиеся объектом внимания разнообразных экстремистских групп.

Методы информационного воздействия, которыми пользуются вербовщики и распространители экстремистских идей, не новы: подтасовка фактов, игра на необразованности или незнании определенных вещей, манипулирование тенденциозно подобранными новостями и яркая риторика.

Обеспечение тотального контроля за Интернетом представляется политически нецелесообразным, о чем не раз говорил Президент России. Поэтому препятствовать распространению экстремистской идеологии должны скоординированные действия власти и общества.

Полагаем, что основным объектом воздействия должна стать так называемая «сомневающая-

ся аудитория», которую следует удерживать на стороне закона, в доступной, но аргументированной форме объяснив последствия его нарушения.

Для эффективного противодействия распространению контента, содержащего противозаконную информацию, необходимо совершенствовать механизм взаимодействия общества и власти.

Так, например, весной 2013 года в Челябинской области девушка познакомилась в социальной сети с молодым человеком, уроженцем одной из наших южных республик со сложной оперативной обстановкой. Юноша проповедовал идеи запрещенной «Хизб ут-Тахрир аль-Исла-ми». Молодой человек предложил девушке выйти за него замуж и уехать к нему на родину, чтобы там продолжить «священный джихад». Во время очередного свидания молодые люди должны были обсудить церемонию бракосочетания. На встречу с возлюбленной юноша взял своих единомышленников из местной ячейки «Хизб ут-Тах-рир», а подружками невесты оказались оперативники территориального управления ФСБ России. Активисту запрещенной экстремистской организации предъявлено обвинение по ч. 2 ст. 282 Уголовного кодекса РФ [6]. В своевременном обращении в правоохранительные органы нет ничего предрассудительного, и данный пример - лишнее доказательство того, что мир виртуальный и мир реальный связаны между собой гораздо больше, чем провода с компьютером. Подобные обращения в полицию позволяют не только обеспечивать личную безопасность пользователя, но и помогают представителям власти в борьбе с противоправными проявлениями.

7. Подготовка кадров, призванных реализо-вывать антиэкстремистские технологии. Для того чтобы переубедить пусть молодого, но уже сложившегося экстремиста, поверхностного понимания проблемы недостаточно - нужны качественно подготовленные специалисты, обладающие системными знаниями. Как показывает практика, не только рядовому полицейскому центра «Э», но и его старшим товарищам не всегда удается разобраться в сущности экстремизма, его нравственных и правовых аспектах, провести аргументированную дискуссию, в ходе которой изменить устоявшиеся взгляды человека, привыкшего решать сложные социально-политические проблемы посредством насилия. Что касается представителей органов муниципальной и государственной власти субъектов России, ситуация еще более сложная. Поэтому необходимо, опираясь на помощь высшей школы, обеспечить качественную подготовку специалистов по противодействию экстремизму.

Литература

1. О Стратегии противодействия экстремизму в Российской Федерации до 2025 года. URL // http:// pravorf.org/index.php/news/1204-o-strategii-pro-tivodejstviya-ekstremizmu-v-rossijskoj-federaczii-do-2025-goda

2. Путин провел заседание Совбеза, посвященное Стратегии противодействия экстремизму в Российской Федерации до 2025 года. URL // http://onf.ru/2014/11/20/putin-provel-zasedanie-sovbeza-posvyashchennoe-strategii-protivodeystviya-ekstremizmu-v/

3. Добреньков В. Причина молодежного экстремизма в России - вакуум духовного воспитания. URL // http://www.nakanune.ru/articles/13779

4. Выступление первого заместителя руководителя аппарата Национального антитеррористического комитета Е. П. Ильина на научно-прак-

тической конференции «Противодействие идеологии экстремизма и терроризма в рамках реализации государственной молодежной политики» (г. Ростов-на-Дону, 12-14 октября 2009 года). URL // http://nac.gov.ru/contentM 109 .html

5. Интернет в России: динамика проникновения. Весна - 2013. URL // http://runet.fom.ru/ Proniknovenie-interneta/10950

6. Штейнбух А. Г. Практические аспекты антитеррористической и антиэкстремистской работы в социальных сетях и блогосфере // Основные идеологические установки религиозно-экстремистских организаций, действующих в Северо-Кавказском регионе. Формирование информационного контента в целях дерадикализации молодежи: материалы региональной научно-практической конференции (г. Пятигорск, 25 июня 2013 года). Пятигорск, 2013.

УДК 340.5 ББК 67.0

А. Н. Ларионов

ПРИМЕНЕНИЕ МЕТОДА ЮРИДИЧЕСКОЙ КВАЛИФИКАЦИИ В ТЕОРИИ ГОСУДАРСТВА И ПРАВА

Статья посвящена новому осмыслению широко известного историко-правового сравнительного метода, одной из разновидностей которого можно считать юридическую квалификацию. Применение его позволяет избежать умозрительных моментов в построении общетеоретических категорий, что особенно важно для преодоления кризиса научности в юриспруденции на современном этапе ее развития.

Ключевые слова: историко-правовой сравнительный метод, история государства и права, теория государства и права, юридическая квалификация, юридические категории, историческая наука.

APPLICATION OF LEGAL QUALIFICATION METHOD IN THE THEORY OF STATE AND LAW

The article is devoted to a new understanding of widely known historical legal comparative method, one of the varieties of which can be considered a method of legal expertise. Application of the method of legal expertise is likely avoids speculative moments in the construction of theoretical categories, which is especially important to overcome the crisis of science in legal science in the modern period of its development.

Keywords: historical and legal comparative method, history of state and law, theory of state and law, legal expertise, legal category, historical science.

В постсоветский период с крушением монополии диалектического материализма в гносеологической сфере наметился определенный кризис научности общетеоретических категорий. В теории государства и права стал проявляться фило-софско-умозрительный уклон, что, с одной стороны, породило широкий спектр точек зрения на одни и те же юридические явления, но с другой -поставило под сомнение их обоснованность и практическую применимость. В то же время произошел определенный разрыв в развитии смеж-

ных юридических дисциплин - теории и истории государства и права и откат последней к общей истории. Однако если принять во внимание то, что основной задачей теории государства и права выступает выявление и обоснование наиболее общих закономерностей возникновения и развития государства и права, нельзя не отметить, что практически единственным источником информации для соответствующих построений этой науки являются данные о фактах государственного и правового характера, имевших место в прошлом, то есть све-