Коммуникативный типаж «Льстец»

АКТУАЛЬНЫЕ ПРОБЛЕМЫ ИССЛЕДОВАНИЯ КОНЦЕПТА В СОВРЕМЕННОЙ ЛИНГВИСТИКЕ

УДК 808.2

Н. Н. Панченко*

Коммуникативный типаж «льстец»

Personality type «flatterer»

В статье дается определение понятию «коммуникативный типаж», на материале российской прессы, художественной литературы и контекстов рефлексии описывается коммуникативный типаж «льстец», уточняется содержательный минимум соответствующего понятия, выявляются образная и ценностная составляющие исследуемого концепта, анализируются особенности коммуникативного поведения типажа «льстец».

In this article a definition of the notion "communicative type” is given. A particular attention is paid to the description of personality type "flatterer”, its notion, means of expression and relations with other concepts. Communicative behavior of flatterer, its specific characteristics and peculiarities are analyzed.

Ключевые слова: искренность, истина, коммуникативный типаж, концепт, лесть, льстец, обман

Key-words: Sincerity, truth, communicative type, concept, flattery, flatterer, deception

Введение в научную лингвистическую парадигму категории «языковая личность» привело, выражаясь словами К. Ф. Седова, к срастанию дискурсивной лингвистики с антропологической, поскольку человек говорящий «реализует себя прежде всего в создании речевых произведений, текстовой деятельности..., за каждой языковой личностью стоит множество производимых ею текстов (дискурсов)» [10: 5-6]. Сегодня существует множество классификаций языковых личностей на основе особенностей их коммуникативного поведения, сходства дискурсивной деятельности. В зависимости от уровня коммуникативной компетенции изучается элитарная/маргинальная языковая личность [9; 3]; по характеру взаимодействия с партнером по коммуникации выделяют конфликтный, центрированный, кооперативный тип языковой личности [10]; в зависимости от особенностей вербального поведения исследуются такие ипостаси бытия человека в языке, как человек агрессивный, человек ироничный, человек неискренний, человек лгущий [12]. Хорошо

*

Кандидат филологических наук, доцент, докторант кафедры языкознания; Волгоградский государственный педагогический университет; Институт иностранных языков, зам.директора; email <panchnn@yandex.ru>

известно, что наименования человека лгущего многочисленны, разнообразны и отсылают к практике основных видов не-истины [1]. Все многообразие номинаций, обозначающих человека лгущего, сводятся к основным «лексико-фразеосемантическим подразрядам, характеризующим лживого человека: 1) лгун, обманщик; 2) хвастун; 3) лицемер; 4) льстец» [6: 559] и связанным с различными целями говорящего: похвастаться, подольститься, пофантазировать и т. д.

Для целей настоящего исследования представляет интерес типизация личностей на основе особенностей их коммуникативного поведения, в связи с чем коммуникативный типаж понимается как типичный представитель группы коммуникативных личностей, абстрагируемых от уникально-индивидуальной комбинации социальных и этнических признаков, но объединенных общими признаками коммуникативного поведения.

Вслед за В. И. Карасиком мы рассматриваем коммуникативный типаж как разновидность концепта, как абстрактное ментальное образование, содержанием которого являются обобщенные представления о типичных характеристиках той или иной коммуникативной личности [3]. Его анализ проводится в аспекте описания понятийной, образной и ценностной сторон соответствующего концепта и средств его объективации.

Заметим, что лесть привлекала и продолжает привлекать внимание исследователей. Изучению подвергались средства выражения похвалы и лести [7], речевой акт лести в сопоставлении с похвалой и комплиментом на материале английского языка [5], семантическая эволюция глагола льстить [2], мотивация этической оценки в обозначениях льстеца в романских языках [6] и т. д. По нашим данным, коммуникативный типаж «льстец» еще не становился предметом специального изучения. Был проведен анализ 917 употреблений контекстов, описывающих характер поведения рассматриваемого типажа. Источником анализа сочетаемости и контекстов рефлексии послужил дискурс Интернет-чатов, афористические выражения, публицистическая литература и художественные произведения.

Лесть наряду с хвастовством, конвенциональными этикетными формулами относится исследователями к разряду ложного/частично ложного поведения [14]. На связь лести с обманным поведением указывает прежде всего этимология, отсылающая к древнегерманскому list - хитрость, уловка [13], древне-русскому льстивый -хитрый, обманывающий [4]. В русском языке в обозначениях льстеца -льстец, низкопоклонник, подлиза, прихвостень, угодник, юла, лакей, подхалим, лизоблюд и др., его коммуникативной деятельности -льстить, лебезить, ползать, пресмыкаться, низкопоклонничать, угодничать, унижаться, юлить, ходить на задних лапках, лакейничать, раболепствовать, подхалимничать пред кем-либо,

поддакивать, подделываться, подлаживаться, подлезать, подласкиваться, подлебезиться, петь дифирамбы, подольщаться, подлизываться, подмазываться, выслуживаться, подъезжать, подыгрываться, заискивать, заигрывать, ласкаться, ублажать, улащивать, умасливать, заглядывать кому-либо в глаза, лить сироп, рассыпаться мелким бесом, извиваться ужом и другие фиксируются признаки услужливости, унижения, лицемерия.

Для характеристики льстивого человека используется метафорическая модель «верх - низ», где к идее низа отсылают такие единицы, как низкопоклонник, низкопоклонничать, ползать, пресмыкаться, унижаться, извиваться ужом. Угодническое поведение ассоциируется с представлением обволакивания адресата масляными, сладкими речами. Мотивирующей основой негативной этической оценки служит семантический компонент «лизать» (подлиза, лизоблюд, подлизываться, груб., разг. жополиз, «лизнуть до самых гланд» В. Шендерович), «слуга» (раболепствовать, лакейничать, выслуживаться). Ассоциации с пресмыкающимися, а также представление «облизывания», вызываемые лестью, лицемерием, являются универсальными: (ср. англ. ‘have one’s tongue in one’s cheek’), «льстец походит на ту змею, которая долго лижет свою жертву, прежде чем проглотить ее» (П. Буаст). Русскоязычное сознание предлагает, таким образом, номинации человека угодливого, унижающегося, практикующего поведение, сходное с поведением слуги, раба.

Согласно словарю социальной психологии, «лесть - способ достижения своей цели, при котором человек преувеличивает, вплоть до гиперболизации, достоинства, качества личности, возможности и успехи значимого другого» [8]. Учитывая эту дефиницию и данные толковых словарей

преувеличение достоинств адресата; 3) корыстные цели.

Таким образом, прототипическая коммуникативная структура ситуации «лесть» включает адресанта - льстеца (субъект, преследующеий корыстные цели), адресата (значимый для льстеца другой, объект восторгов), саму лесть (усиление и гиперболизация достоинств значимого другого). Адресат и адресант связаны отношениями «верх-низ»: в прямом смысле - в ситуации статусного неравенства (начальник - подчиненный), в метафорическом - в статусно-равноправном, но «снизу вверх» взаимодействии, где значимый другой, возвеличиваемый и превозносимый, соотносится с позицией ВЕРХ, а льстец, унижающийся и пресмыкающийся в расчете на получение определенных дивидентов - с позицией НИЗ.

«Чубайс привел в окружение Ельцина молодых, хорошо образованных технократов, которые внесли свежую струю в замкнутый мирок, сложившийся из людей, сделавших быструю карьеру не за счет своих деловых качеств, а благодаря безусловному почитанию, подобострастию и умению вовремя польстить президенту, оказаться ему полезным, предупредить его желания и т. д.» (А. Собчак).

Секрет обращения с мужчинами прост (...) И вести себя с мужчиной нужно, как с годовалым бульдогом (...) Немножко польстить, немножко поинтриговать, время от времени почесать за ухом, заставить потянуться за косточкой на задних лапках... (Б. Акунин).

Анализ материала показал, что в коммуникативном поведении льстеца лесть - тактика, орудие, которое он использует для достижения определенной, как правило, корыстной цели, будь то получение выгодного статусного выигрыша или намерение добиться доверия и расположения собеседника.

«Льстец - это человек, расхваливающий другого с целью ему угодить» (С. Жемайтис).

«Любил войти в доверие, польстить, растрогать, а потом обокрасть да поиздеваться...» (И. Грекова).

Лицо князя просияло, и счастливый льстец получил вскоре назначение и затем быстро пошел в гору (В. П. Мещерский).

Коммуникативное поведение льстеца аксиологически маркировано. С одной стороны, высказывания содержат положительную оценку адресата, призванную выразить доброжелательность и вызвать ответные позитивные эмоции:

«Ну, уж ты льстец, ты наговоришь, - весело шутила задобренная камергерша» (Н. С. Лесков).

«Ты у нас известный льстец, - сказал Аркадий Васильевич, что не помешало ему сладко зажмуриться...» (Е. Парнов).

В фокусе внимания льстеца оказывается положительная оценка а) внешности адресата: Богдановой пытались льстить сравнением с известной американской актрисой, но она в ответ лишь смеялась и качала головой (Т. Моспан); б) интеллектуальных способностей: Его тактика - обращаться к рассудку Пугачева и льстить его уму (С. Г. Бочаров).

Психологическая природа положительной оценки такова, что адресат лести, даже осознавая возможную неискренность и декодируя намерения адресанта, невольно испытывает положительные эмоции и оказывается во власти льстеца (вспомним: Но в сердце льстец всегда отыщет уголок).

Ты, Тосик, известный льстец, но должен сказать тебе, что мне приятны твои глубокомысленные выводы (С. Жемайтис).

Мы любим похвалы даже и тогда, когда не верим в их искренность (Л. Вовенарг).

С другой стороны, отношение социума к данному коммуникативному типажу резко отрицательное, что отражено в атрибутивных сочетаниях подлый, коварный, гнусный, всескверный, низкопоклонный льстец, в следующих контекстах, эксплицирующих презрение и отвращение: Без душевного презрения нельзя себе вообразить, что такое льстец (Д. И. Фонвизин); в афористических высказываниях: Лесть - помощница пороков (М. Т. Цицерон); Искусные льстецы обычно не менее искусные клеветники (Наполеон I); Плутовство и лесть - кровные родичи (А. Линкольн); в контекстах рефлексии:

Лично меня лесть всегда обламывала. Это самый дешевый и скользкий способ завоевать твое расположение! (...) Не надо заглядывать мне в глаза и проникновенно рассказывать, как я мудра, профессиональна и хороша собой. Будет хорошая работа -будет и расположение. А дежурные реверансы просто бесят!

Терпеть её не могу. Как будто отраву льют в уши. А лесть от похвалы легко отличить, потому что я не самовлюблённый человек, а довольно самокритичный. Если кто-то мне льстит, значит ему что-то от меня надо. Поэтому я сразу предлагаю перейти к делу, чтоб не слушать всю эту ложь.

Единственным оправданием льстеца может служить принцип «свита, которая делает короля»: А мне приятно =) Ибо если у меня есть льстецы (предположим), это значит, во-первых, что я достиг какого-то веса и положения в обществе, что я процветаю и что у меня все ок. Это ли не клево! Да к тому же слушать это в принципе приятно, это же ведь не ругательства =) Хотя конечно неприкрытая лесть напряжет безусловно. И очень не нравится это делать самому, ради достижения чего-то. Но если находятся те, кому в кайф - пускай. Их право...

Негативная характеристика льстеца усиливается за счет дополнительных отрицательных номинаций данного человека в синтагматическом окружении, которые уточняют корыстные цели льстеца: Впоследствии, отмечу кстати, льстец и карьерист Комовский, делавший карьеру при Меншикове и очень хорошо знавший, как относился Нахимов к князю и его клевретам, не мог скрыть своей радости по поводу гибели Нахимова (Е. В. Тарле).

Чаще всего льстец апеллирует к слабостям другого - самолюбию, тщеславию, страстям, честолюбию: вы нарочно окружаете себя людьми, которые умеют только льстить вашим слабостям (А. П. Чехов); Лесть - это фальшивая монета, которая имеет хождение только вследствие нашего тщеславия (Ларошфуко), обращение к которым позволяет как минимум установить доверительные отношения, добиться расположения, стимулирует ответную искренность. Другими словами, лесть может рассматриваться не только как «эмоциональное поглаживание» [12], но и эффективное

средство манипулирования, психологического давления, призванного добиться откровенности адресата в межличностном общении.

«Отрицательно маркированные лексемы в синтагматическом окружении характеризуют его как человека низких моральных принципов - бесстыдно, беззастенчиво, немилосердно льстить, предатель, льстец, наглец; о чем свидетельствуют также примеры, фиксирующие неразборчивость льстеца в выборе методов достижения цели: Метил в Кремль, создавал оппозицию, обольщал больного властителя, льстил дочери, распускал у ней за спиной чернящие слухи, тайно вступал в отношения с командующими округов» (А. Проханов).

Подчеркнем, что в проанализированном материале чаще встречаются сочетания льстить и угодничать; льстить и обманывать; льстить и лгать, притворяться; льстить и кривить душой; мастера польстить, прилгнуть и прихвастнуть, что отсылает в итоге к обманному поведению и недостоверности информации.

Релевантным для нашего исследования мы считаем тезис, что «важным показателем лести является неискренность положительной оценки» [11], подтверждения чему мы находим в примерах сочетаемости и контекстах рефлексии:

Чем гордился властелин полумира император Нерон? Своим актерским даром, и упивался фальшивыми дифирамбами льстецов (М. Веллер).

Я не хочу защищать моральных качеств Лузина; возможно, он трус, льстец, даже грубый льстец, неискренен и пр. (Капица).

Мне не нравится лесть. Я считаю, что это не искреннее отношение, а способ подлизаться. Это тоже ложь, во имя выгоды. И что в этом хорошего? Слушать похвалу, приятные слова, комплименты... да это приятно, но когда узнаешь, что за этим стояло лишь желание что-то от тебя получить, ничего хорошего я в этом не вижу. Мне это неприятно.

Во-вторых, немаловажным оказывается имплицитный характер лести: стремление убедить адресата в истинности информации [7], сокрытие истинных намерений и умелая симуляция искренности и достоверности.

««Лесть должна казаться человеку правдой. Любую лесть проглотят, если уверены в вашем уме, доброжелательности, компетентности, бескорыстии. Открытое восхваление раскроет умному человеку твой расчет... » (М. Веллер).

««Лесть похожа на пирог: надобно умеючи испечь, всем нужно начинить в меру, не пересолить и не переперчить» (А. Суворов).

Признак «умение» в коммуникативном поведении типажа отражается в именной и глагольной сочетаемости, что эксплицируется

в таких сочетаниях, как тонкий, искусный, грубый льстец, умел польстить, искусным образом льстил, и позволяет отнести успешного льстеца к особому типу коммуникативных личностей, знатокам психологии человека, обладающим актерским мастерством и способностью к притворству.

... в тот момент потратили последние командировочные и были отвратительно бедны. Но теток я все-таки охмурил: тонкой лестью и душевными разговорами. Это было несложно. Продавцы и кассиры - самые одинокие в мире люди! (Ю. Поляков).

Папенька его отличался умением беззастенчиво льстить -искренне и самоотверженно (И. Грошек).

Коммуникативный типаж «льстец», таким образом, демонстрирует сходство с притворщиком и лицемером, интегральными признаками которых является неискренность и сокрытие истинных намерений.

«Он льстил, расточал нежные признания, покорно со всеми соглашался, обезоруживал кротостью, тая свое настоящее лицо под маской "сущего прельстителя", как впоследствии выражался М. М. Сперанский» (Г. И. Чулков).

«Характеристики льстеца раскрываются через его оппозитивный коррелят, описание его коммуникативного поведения: усердный холоп, "не льстец", верный своим господам, гордый ими, но способный сказать им в глаза, с холопскою грубостью, которую господа простят, и слова правды, направленные всегда к барскому, а не к своему интересу» (Ф. Сологуб).

Эффективность коммуникативного поведения льстеца зависит от легковерности адресата, его интеллектуальных способностей и умения дифференцировать искреннюю похвалу и неискреннюю лесть. Соответственно поведенческая реакция адресата различается.

«Лесть действует на дураков так, что для того, чтобы быть такими, какими их описывает льстец, они готовы все сделать, на умных людей действует, приводя их в счастливое расположение» (Л. Н. Толстой).

«Лестью угощают только одних дураков» (П. Буаст).

«Лесть, говорят, пища глупых, между тем сколько умных людей готовых от времени до времени отведать хоть глоток этой пищи» (Дж. Свифт).

«Всякий глупец найдет еще большего глупца, который станет им восторгаться» (Н. Буало).

Лингвистические средства выражения лести сходны с лингвистическими средствами выражения похвалы [5], основными дифференциальными признаками лести являются: 1) неискренность намерений говорящего; 2) многословность, гиперболизированный характер похвалы:

Была она говорлива, умела польстить (Б. Екимов).

«... всего более льстил правителю, в тайных с ним беседах пышными выражениями восточными, говоря ему: "ты единою рукою держишь землю Русскую, а другую возложи с любовию на моего шаха и навеки утверди братство между"» (Н. М. Карамзин).

В заключение заметим, что коммуникативное поведение льстеца распространяется не только на льстивое вербальное (льстиво спросил, засюсюкал, залепетала, поддакнул, залепетала, пел и т. д.), но и невербальное поведение. Наиболее представительными в количественном отношении являются описания льстивой улыбки (льстиво улыбаясь, осклабился) и взгляда (льстиво посмотрел, заглянул в глаза/лицо).

Резюмируем представленные выше соображения. Льстец оказывается парадоксальной, на первый взгляд, языковой личностью, сочетающей положительную интенцию «доставить удовольствие адресату» (установка на, а не против собеседника, на улучшение межличностных отношений, часть общей стратегии гармоничного коммуникативного взаимодействия) и намеренное преувеличение достоинств второго лица (часть обманного поведения, нарушающего основные постулаты принципа Кооперации). В типологии языковых личностей, выделяемых К. Ф. Седовым по способности к кооперации в повседневном общении, ближе всего исследуемый типаж находится к кооперативному конформисту, отличаемому по демонстрации интереса к другому участнику коммуникации, использованию тактик поддакивания, проявления сочувствия, утешения, комплимента и т. д. [10: 90]. Однако установка на гармонизацию общения нейтрализуется тактическими предпочтениями, выбор которых не соответствует этическим нормам коммуникативного взаимодействия.

Список литературы

1. Гак В. Г. Языковые преобразования. - М.: Школа «Языки русской культуры», 1998. - 768 с.

2. Зализняк А. А., Шмелев А. Д. Льстить: семантическая эволюция и

актуальная полисемия // Логический анализ языка. Между ложью и фантазией /

отв. ред. Н. Д. Арутюнова. - М.: Индрик, 2008. - С. 660-667.

3. Карасик В. И. Языковые ключи. - Волгоград: Парадигма, 2007. - 228 с.

4. Краткий словарь древнерусского языка [Электронный ресурс]// Режим доступа: http://old-rus.narod.ru/old.html.

5. Леонтьев В. В. «Похвала», «лесть» и «комплимент» в структуре

английской языковой личности: дис. ... канд. филолог. наук. - Волгоград, 1999. -206 с.

6. Мед Н. Г. Моделирование этической оценки «лживый человек» в

испанском языке (в сравнении с другими романскими языками) // Логический анализ языка. Между ложью и фантазией / отв. ред. Н. Д. Арутюнова. - М.: Индрик, 2008. - С. 559-567.

7. Петелина Е. С. Средства выражения и контексты функционирования высказываний похвалы и лести в английском языке: дис. . канд. филолог. наук. -Пятигорск, 1988. - 197 с.

8. Петровский А. В. Словарь социальной психологии [Электронный ресурс] // Режим доступа: http://slovari.yandex.ru

9. Сиротинина О. Б. Социолингвистический фактор в становлении языковой личности // Языковая личность: социолингвистические и эмотивные аспекты: сб. науч. тр. ВГПУ; СГУ. - Волгоград: Перемена, 1998. - С. 3-9.

10. Седов, К. Ф. Дискурс и личность: эволюция коммуникативной

компетенции. - М.: Лабиринт, 2004. - 320 с.

11. Хорешко О. Н. Мотивы положительной оценки лица в русском речевом общении // Проблемы речевой коммуникации: межвуз. сб. науч. тр. / под ред. М. А. Кормилицыной, О. Б. Сиротининой. - Саратов: Изд-во Сарат. ун-та, 2005. - Вып. 5. - с. 215-219.

12. Шаховский В. И. Человек лгущий в реальной и художественной коммуникации // Человек в коммуникации: аспекты исследований: сб. науч. ст. -Волгоград: Перемена, 2005. - С. 173-204.

13. Фасмер М. Этимологический словарь русского языка: в 3 т.

[Электронный ресурс] // Режим доступа: http://vasmer.narod.ru/, свободный.

14. Berger C. Beyond initial interaction uncertainty, understanding & the development of interpersonal relationships // Language & society / ed. by A. Giles & P.St.Clair. - Oxford, 1979. - Р. 122-144.