Презумпция невиновности: международно-правовой стандарт и нормативная регламентация в законодательстве России

Международно-правовые аспекты уголовного процесса

А. В. Верещагина

ПРЕЗУМПЦИЯ НЕВИНОВНОСТИ: МЕЖДУНАРОДНО-ПРАВОВОЙ СТАНДАРТ И НОРМАТИВНАЯ РЕГЛАМЕНТАЦИЯ В ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВЕ РОССИИ

Статья посвящена принципу презумпции невиновности. Исследуется международно-правовой стандарт данного принципа, освещается нормативное регулирование этого принципа в Уголовно-процессуальном кодексе России. Исследователь приходит к выводу о концептуальных различиях регулирования принципа в международном праве и национальном законодательстве России.

К л ю ч е в ы е с л о в а: принцип, уголовный процесс, презумпция невиновности, международное право, Уголовно-процессуальный кодекс России.

The article is devoted to a principle of a presumption of innocence. The author studies the international legal standard of this principle. In the publication there is the normative regulation of this principle in criminal-procedure code of Russia. The researcher comes to conclusion about conceptual distinctions of a regulation of a principle in international law and national legislation of Russia.

K e y w o r d s: principle, criminal procedure, presumption of innocence, international law, criminal procedure code of Russia.

Международно-правовой стандарт презумпции невиновности начал складываться с принятием ООН 10 декабря 1948 г. Всеобщей декларации прав человека1. Положения ст. 11 Всеобщей декларации 1948 г. в дальнейшем были детализированы в нескольких международно-правовых актах, основными из которых являются: Международный пакт о гражданских и политических правах; Конвенция о защите прав человека и основных свобод; Конвенция Содружества Независимых Государств о правах и основных свободах человека2.

Во Всеобщей декларации прав человека презумпция невиновности конструируется не только как признание лица, обвиняемого в совершении преступления, невиновным до тех пор, пока его виновность не будет установлена законным порядком (ч. 1 ст. 11), но и как совокупность прав, позволяющих защищаться от выдвинутого обвинения. К этим правам отнесены: гласность судебного разбирательства при установлении виновности лица (ч. 1 ст. 11); обеспечение всех возможностей для защиты (ч. 1 ст. 11); недопустимость осуждения за совершение деяния или бездействие, не являющихся преступлением в соответствии с национальным или международным законодательством (ч. 2 ст. 11); недопустимость применения наказания более тяжкого, чем предусмотренного в момент совершения преступления (ч. 2 ст. 11).

1 См.: Всеобщая декларация прав человека от 10 декабря 1948 г. // Международное гума-нит. право в документах. М., 1996. С. 23-28. Далее в тексте - Всеобщая декларация прав человека; Всеобщая декларация 1948 г.

2 См.: Международный пакт о гражданских и политических правах : принят ООН 16 декабря 1966 года // Международное гуманит. право в документах. С. 40-59 ; Конвенция о защите прав человека и основных свобод : принята Советом Европы 4 ноября 1950 года // Там же. С. 69-84 ; Конвенция Содружества Независимых Государств о правах и основных свободах человека : принята 26 мая 1995 года // Там же. С. 541-552.

© Верещагина А. В., 2012

190

СУДЕБНАЯ ВЛАСТЬ И УГОЛОВНЫЙ ПРОЦЕСС-2012-№ 1

А. В. Верещагина

Последовавшие за Всеобщей декларацией прав человека указанные выше международные акты дополнили его содержание еще несколькими положениями: правом на пересмотр приговора судом вышестоящей инстанции в соответствии с законом (ч. 5 ст. 14 Международного пакта 16 декабря 1966 года; ч. 2 ст. 7 Конвенции СНГ 26 мая 1995 года); правом на реабилитацию (ч. 6 ст. 14 Международного пакта 16 декабря 1966 года); недопустимостью повторного осуждения за преступление, за которое лицо было осуждено или оправдано в соответствии с уголовным и уголовно-процессуальным законодательством (ч. 7 ст. 14 Международного пакта 16 декабря 1966 года; ч. 2 ст. 7 Конвенции СНГ 26 мая 1995 года).

Анализ развития международно-правового стандарта принципа презумпции невиновности позволяет выявить два момента. Во-первых, в актах, принятых после Всеобщей декларации прав человека, были закреплены изъятия из гласности судоговорения, обусловленные соображениями морали, общественного порядка, государственной безопасности, интересами частной жизни сторон, нарушением интересов правосудия публичностью судебного разбирательства (ч. 1 ст. 14 Международного пакта 16 декабря 1966 года; ч. 1 ст. 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод 4 ноября 1950 года; ч. 1 ст. 6 Конвенции СНГ 26 мая 1995 года). Во-вторых, были расширены и детализированы права, предоставляемые лицу для осуществления своей защиты. В содержание рассматриваемого принципа включены права: 1) знать сущность возникшего подозрения или обвинения, о котором лицо должно быть уведомлено срочно на языке, который оно понимает; 2) иметь достаточное время и возможность для подготовки своей защиты и общения с выбранным им самим защитником; 3) иметь доступ к правосудию (быть судимым без неоправданной задержки); 4) присутствовать в судебном заседании;

5) защищаться как самостоятельно, так и при помощи защитника; 6) быть уведомленным о праве иметь защитника, в том числе по назначению, и в оговоренных в законе случаях безвозмездно; 7) участвовать в исследовании доказательств, в том числе вызове и допросе свидетелей на тех же условиях, какие существуют для свидетелей обвинения; 8) пользоваться бесплатной помощью переводчика; 7) не свидетельствовать против самого себя (п. а,Ь,сДе,^ ч. 3 ст. 14 Международного пакта 16 декабря 1966 года; п. а,Ь,сДе ч. 3 ст. 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод 4 ноября 1950 года; п. а, б, в, д, е ч. 3 ст. 6 Конвенции СНГ 26 мая 1995 года).

В законодательстве советского периода термин «презумпция невиновности» не использовался, но закреплялись элементы его содержания. Например, согласно Конституции РСФСР 1978 года3 никто не мог быть признан виновным в совершении преступления, а также подвергнут уголовному наказанию, иначе как по приговору суда, вступившего в законную силу (ст. 172). В научной литературе происходило его теоретическое осмысление и формировались различные точки зрения о его роли в уголовном судопроизводстве4.

3 См.: Конституция (Основной закон) Российской Федерации - России : принята на внеочередной седьмой сессии Верховного Совета РСФСР девятого созыва 12 апреля 1978 г. URL: http://constitution.garant.ru/history/ussr-rsfsr/1978/

4 См.: Работы С. А. Голунского, В. И. Каминской, Е. Г. Мартынчика, К. А. Мокичева, М. С. Стро-говича, М. А. Чельцова-Бебутова и др. Дискутировались такие вопросы существования этого принципа, как его общеправовой или отраслевой характер, пределы действия презумпции невиновности, соотношение презумпции невиновности и гарантии прав участников уголовного судопроизводства.

СУДЕБНАЯ ВЛАСТЬ И УГОЛОВНЫЙ ПРОЦЕСС-2012-№ 1

191

Международно-правовые аспекты уголовного процесса

После провозглашения независимости в Конституции РФ формулировка ст. 172 Конституции РСФСР была воспроизведена (ч. 1 ст. 49)5. Были также закреплены положения, которые составляют содержание презумпции невиновности с точки зрения международно-правового стандарта (ст. 19, 48, 50, 51, 53, 54 Конституции РФ).

Однако анализ конституционных норм через призму международно-правового стандарта позволяет сформулировать ряд выводов.

Во-первых, в Конституции РФ признание лица невиновным до вступления приговора в законную силу увязывается с правом не доказывать свою невиновность, а не с правом иметь все возможности для защиты (ср.: ч. 1 ст. 11 Всеобщей декларации прав человека и ч. 1, 2 ст. 49 Конституции РФ).

Во-вторых, круг лиц, наделяемых презумпцией невиновности, в Конституции РФ сужен до одного уголовно-процессуального субъекта - обвиняемого (ч. 1 ст. 49).

В-третьих, в Конституции РФ содержание принципа презумпции невиновности рассредоточено по нескольким статьям акта, что усложняет его целостное восприятие и низводит до декларации о том, что каждый предполагается невиновным, пока его виновность не будет установлена в законном порядке.

Конституционные положения легли в основу регламентации презумпции невиновности в УПК РФ6. В уголовно-процессуальном законе она получила статус самостоятельного принципа, которому посвящена ст. 14 УПК РФ.

В ст. 14 УПК РФ законодатель не ограничивается закреплением формулы о признании лица невиновным, пока его виновность не будет доказана в соответствии с законом и до вступления приговора суда в законную силу (ч. 1). Помимо этой констатации в тексте ст. 14 УПК РФ содержатся запреты на: 1) возложение обязанности на обвиняемого доказывать свою невиновность (ч. 2); 2) вынесение приговора, основанного на предположениях (ч. 4) и 3) указание на интерпретацию сомнений в виновности лица в его пользу (ч. 3).

В российском уголовно-процессуальном законе в отличие от Конституции РФ презумпция невиновности адресована не только обвиняемому, но и подозреваемому (ч. 2 ст. 14 УПК РФ).

Статья 14 УПК РФ «Презумпция невиновности» не содержит системы прав преследуемого в уголовном порядке лица. Это отнюдь не означает, что закрепленные в международных документах и перечисленные выше правовые возможности и гарантии отсутствуют в российском уголовно-процессуальном законе. Как и в конституционном акте, эти положения рассредоточены по нескольким статьям УПК РФ.

Право защищаться как самостоятельно, так и при помощи защитника, услуги которого могут быть в некоторых, оговоренных в законе случаях, оплачены за счет средств бюджета, составляет содержание принципа обеспечения подозреваемому, обвиняемому права на защиту (ст. 16 УПК РФ). Гласность судопроизводства является одним из общих условий судебного разбирательства (ст. 241 УПК РФ). Право не свидетельствовать против себя самого и право на реабилитацию - компоненты принципа охраны прав и свобод человека и граждан (ст. 11 УПК РФ). Причем, как это следует из названия принципа и его содержания, эти права адресованы не только подозреваемому и обвиняемому, но и любому участвующему в уголовном судопроизводстве лицу. Элементом принципа языка уголовного судопроизводства

5 См.: Конституция Российской Федерации : принята всенародным голосованием 12 декабря 1993 года // Рос. газ. 1993. 25 дек. URL: http://base.consultant.ru/cons/cgi/online.cgi?req=doc; base=LAW;n=2875

6 См.: Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации от 18 декабря 2001 г. № 171-ФЗ // Собр. законодательства Рос. Федерации. 2001. № 52. Ст. 4291. Далее в тексте - УПК РФ.

192

СУДЕБНАЯ ВЛАСТЬ И УГОЛОВНЫЙ ПРОЦЕСС-2012-№ 1

А. В. Верещагина

является право пользоваться родным языком и услугами переводчика бесплатно (ч. 2 ст. 18 УПК РФ).

Ряд правомочий содержатся в статьях, посвященных статусу подозреваемого, обвиняемого и защитника. Например, право знать сущность подозрения и обвинения и получать соответствующие процессуальные документы (п. 1 ч. 4 ст. 46; п. 1, 2 ч. 4 ст. 47 УПК РФ); иметь свидания со своим защитником (подзащитным) наедине и конфиденциально без ограничения количества и продолжительности (п. 3 ч. 4 ст. 46, п. 9 ч. 4 ст. 48, п. 1 ч. 1 ст. 53 УПК РФ); участвовать в судебном заседании суда первой инстанции (п. 16 ч. 4 ст. 48, 247 УПК РФ).

Если сопоставлять национальную и международно-правовую модели принципа презумпции невиновности, то на первый взгляд они соответствуют друг другу.

Тем не менее несмотря на сходство их содержания, представляется, что имеет место существенное идеологическое различие, проявляющееся в их конструкциях.

Акцент в международно-правовых нормах сделан не на утверждение, что каждый считается невиновным, пока его виновность не будет установлена в законном порядке, а на предоставление обвиняемому (подозреваемому) всех возможностей для защиты. Именно это является стержнем презумпции невиновности в международно-правовом смысле. Этот подход в духе либеральной идеологии, исповедующей индивидуализм и самодеятельность, предполагает активность преследуемого в уголовном порядке лица в реализации своих процессуальных возможностей для отстаивания своей позиции по уголовному делу.

В законодательстве России, напротив, педалируется пассивное положение лица в доказывании своей невиновности. Он изначально предполагается невиновным. Система его прав закрепляется опосредованно через систему обязанностей правоприменителя. Именно поэтому правам обвиняемого (подозреваемого) и не находится места непосредственно в ст. 14 УПК РФ, закрепляющей принцип презумпции невиновности.

Налицо традиционный подход, когда обвиняемый (подозреваемый, подсудимый) воспринимается скорее как объект, а не как субъект уголовно-процессуальных отношений. Более того, такой подход с учетом специфики российского правоприменения в каком-то смысле обезоруживает обвиняемого (подозреваемого, подсудимого), вводит его в заблуждение. Рассчитывая на добросовестность лица, осуществляющего уголовное преследование, обвиняемый (подсудимый) активно ему не противостоит.

Таким образом, конструкция принципа презумпции невиновности в российском уголовно-процессуальном законодательстве отражает представление и индивида, и государства о патерналистском характере взаимоотношений между ними. Представляется, что в интересах личности, в отношении которой осуществляется уголовное преследование, необходимо привести в соответствие с международно-правовым стандартом регламентацию принципа презумпции невиновности, включив в его содержание комплекс прав, способствующих активизации обвиняемого (подозреваемого, подсудимого) в отстаивании своей правовой позиции.

Верещагина Алла Васильевна,

кандидат юридических наук, доцент, заведующая кафедрой публичного права Института права и управления Владивостокского государственного университета экономики и сервиса

СУДЕБНАЯ ВЛАСТЬ И УГОЛОВНЫЙ ПРОЦЕСС-2012-№ 1

193

13.Заказ 3