Будущее финансового сектора

Будущее финансового сектора

Виктор Жидков

Председатель правления банка Веста, основатель проекта Трилайф.ру

Герман Клименко:

Доброе утро, уважаемые зрители, слушатели, кому как удобнее. Сегодня в рамках программы «Цифровая Россия будущего» в гостях у нас Виктор Жидков, банкир, триатлонист, по анонсу председатель правления банка Веста и основатель проекта Трилайф.ру. Правильно?

Виктор Жидков:

Да, всё верно, добрый день.

Герман Клименко:

Доброе утро. Я перед эфиром посмотрел, я очень долго сдерживался, посмотрел прошлое, надо же с биографией гостя познакомиться. Но прежде, чем говорить о будущем, нужно поговорить о прошлом. У нас, оказывается, много общего. Первое общее, оно такое странное общее, я с удивлением обнаружил, на «ты», на «вы»?

Виктор Жидков:

Можно на «ты».

Герман Клименко:

У тебя космическое прошлое. Я смотрю биографию на сайте Bankir.ru, то есть я всегда гордился тем, что я великий космонавт, в смысле окончил военный институт имени Можайского в Санкт-Петербурге. Вдруг оказывается, что ты примерно в это же время, даже чуть раньше закончил, чем я аэрокосмическую академию, как я правильно понимаю. То есть где-то по образованию космонавт, наверное, космические приборы. Я понимаю, что за давностью лет...

Виктор Жидков:

Нет, у меня факультет радиоэлектроники, поэтому у нас был такой предмет, летательные аппараты, где мы в аэродинамической трубе делали лабораторную работу, анализировали динамические свойства летательных аппаратов. Но, по большому счёту, всё было связано...

Герман Клименко:

У тебя сейчас две ипостаси: банкира и триатлониста, прошлое ты как-то забыл, но тоже должен по старой памяти, я сейчас объясню, почему, за космосом чуть-чуть посматривать. Или все уже?

Виктор Жидков:

Честно говоря, мы с космосом, только у нас названии была эта космическая история, а так это была военная радиоэлектроника. В принципе, в космосе, конечно, много радиоэлектроники, но это было так...

Герман Клименко:

Ты прямо испортил мне сценарий, честно говоря, потому что я сейчас объясню, почему. Вообще, идея самого цикла передач пришла тогда, вот есть цифровая Россия, мы вроде как живем в такой парадигме, что у нас неплохой Яндекс, неплохой Rambler. И вдруг мы видим, что мы начинаем где-то терять позиции. Меня, пример, расстраивает последнее время ситуация в Роскосмосе. Я приглашаю людей, если у них есть космическое образование хоть какое-то, я ко всем пристаю с дурацким вопросом: Видите ли Вы какое-то будущее у космонавтики в рамках развития истории?

Виктор Жидков:

Нет, конечно же, в этой плоскости я конечно очень расстроен, что происходит у нас с тем запасом, который мы имели. Мы его теряем.

Герман Клименко:

Я примерно так и представлял себе эту историю.

Виктор Жидков:

Конечно, мы очень сильно, на мой взгляд, теряем.

Герман Клименко:

Я общался здесь перед тобой, у нас было две истории. Был Вадим Панов, это писатель-фантаст («Тайный город»). Причём я обратился к нему, предполагая, что человек, который в голове держит целые империи и они там не противоречивы, может быть, он тоже найдёт какой-то сценарий будущего для космоса, где мы вернёмся в основу. Но он, к сожалению, не нашёл будущего, он его увидел в виде космических станций, которые летают вокруг Земли, принадлежит китайцам, а мы там на подработках. Ольга Гершензон, это действительно великолепный специалист по космосу, это «СКАНЭКС», прекрасная история. Она вообще, так скажем, ещё более пессимистична. Она предположила, что если только наши, вот Панов считает, что наши внуки, она считает, что наши дети куда-то вернутся. У тебя, ты же как-то что-то думаешь. Что ты на эту тему думаешь?

Виктор Жидков:

Я честно признаюсь, что я оптимист. Я понимаю, что есть вещи, которые создать крайне сложно, потому что нужно было начинать сильно заранее думать о том, что будет в будущем. Наверное, космос, это из той самой оперы. Но я вижу, что сейчас происходит в стране как раз та самая цифровая революция, и как мы меняем инфраструктуру. Плюс это меня настраивает однозначно на такой позитивный лад. Плюс я почему-то, наверное, интуитивно считаю, что у нас всё-таки достаточно уникальная страна, потому что мы можем создать целые отрасли, которые отсутствовали очень долгое время. Например, ритейл, например, бизнес...

Герман Клименко:

Но он присутствовал, прости, мы просто вернулись в приличное. Когда ты уезжаешь за 200 км от Москвы, и там ничего нет. Сейчас хотя бы есть сеть «Магнитов».

Виктор Жидков:

Я считаю, что у нас как раз ритейла не было в принципе. Не было такой отрасли, как торговля.

Герман Клименко:

Мы её не создали. Мы создали космос, мы создали много, когда мы говорим о создании, мы говорим о том, что мы сделали что-то, чего не было ни у кого. И тогда действительно была великая держава. Мы создали электроэнергетику, мы создали сеть образовательных, обучили страну всему, обучали всех. А сейчас что мы последнее создали?

Виктор Жидков:

Я скажу, сколько мы потратили ресурсов, и каким способом это создали. То есть это из принципа можно ли построить пирамиду. Сейчас, я думаю, что мы включимся в создание продукта мирового, то есть мы будем частью этой экономики. Экономики такие отдельные я слабо себе представляю.

Герман Клименко:

Ты, видимо, более оптимистичен, чем Панов и Ольга.

Виктор Жидков:

Я оптимистичен, я только этим и живу.

Герман Клименко:

Хорошо, не вопрос. Нас ещё что-то объединяет. Хорошо, с первым не очень хорошо получилось, но в целом понятно, что у тебя душа болит, как у любого человека за космос. Жалко. Белка, Стрелка, Гагарин, и вдруг всё это спустить в унитаз в виде таксы, которую там замочили.

Виктор Жидков:

100 %.

Герман Клименко:

Грустно.

Виктор Жидков:

Грустно.

Герман Клименко:

Ещё есть вторая общая история, она удивительная. Это связано с твоим триатлоном. Я когда-то тоже, когда был банкиром в молодости, когда появились первые деньги, я отожрался до 120 кг весом, а потом героически похудел.

Виктор Жидков:

Я дошёл до 113.

Герман Клименко:

Я был таким банкиром, у меня были очки такие, которые продавливали полосочку. Я решил, что это есть общее, надо же что-то отыскать.

Виктор Жидков:

То есть эволюционный путь мы прошли такой.

Герман Клименко:

Я когда перестал завязывать шнурки, я понял, что... Метод похудания у меня был более или менее, не знаю, как на кого посмотреть, я просто вспомнил, что у Кашпировского фраза была, что нужно сделать, чтобы похудеть? Просто не жрать. И я ушёл в такую... Ты, наверное, медицински более правильная история, постепенно, но зато настойчиво. Хорошо, скажи мне, пожалуйста, ты сейчас занимаешься банками. Потом отдельно я выскажу своё мнение. Кто сейчас главный в банке? Так как ты давно в банковском секторе. Кстати, ещё любопытный момент, я посмотрел твою биографию, что-то странное. Ты закончил в 96-м году аэрокосмическую академию.

Виктор Жидков:

Да.

Герман Клименко:

В МДМ банке по цифрам с 94-го года.

Виктор Жидков:

Я там работал и учился.

Герман Клименко:

То есть работал и учился. Я понимаю. Ты же помнишь, как было тогда, кто был главный в банке? Я не знаю, кредитчик или клиентщик. Кто сейчас главный в банке и что вообще происходит?

Виктор Жидков:

Если главный человек в банке - тот, кто приносит самые большие деньги. Если раньше это был первый человек, который возглавлял, помимо владельца.

Герман Клименко:

Я утрирую.

Виктор Жидков:

Возглавлял коммерческий блок, крупные значимые клиенты. То есть у него был такой relationship с главными, теми, кто брал кредиты или кто давал ресурсы, потому что кредит давать немудрено.

Герман Клименко:

Начальник кредитного отдела в девяностых годах, это была должность такая.

Виктор Жидков:

Конечно, это был человек, от которого много, что зависело. По сути дела, во внутренней иерархии всё, что было связано с кредитным процессом, крупным клиентом, это всё было достаточно элитарно. Эти люди действительно и по способу вознаграждения, точнее. форме вознаграждения, по объемам, и по значимости на присутственных каких-то органах, они были, конечно, главные. Сейчас я бы сказал, что главный тот, кто умеет масштабировать бизнес, то есть тот, кто занимается тем, что непонятно 90 % людям, которые называют себя предпринимателями, бизнесменами. И конечно люди, которые умеют не только обладать знаниями, как выстроить технологии, но умеют ещё реально этого достигать. То есть такие, не просто люди, показывающие постоянно презентации, кто умеет достичь результата в каких-то определенных условиях. То есть это технологи с предпринимательским опытом, жилкой какой-то. Как угодно можно назвать. Потому что сейчас...

Герман Клименко:

Я ожидаю от тебя другого ответа, я подвожу, кто главный в банке, я ожидал, ты скажешь: айтишник, конечно же. И тут я пою дифирамбы всем айтишникам, мы наконец-то победили.

Виктор Жидков:

Понимаешь, я, честно говоря, наверное, не сказал бы, что айтишник главный. Потому что айтишник, там тоже такой определённый сектор.

Герман Клименко:

Уточню, интернетчик.

Виктор Жидков:

Я считаю, что это предприниматель, у которого есть IT либо прошлое, либо IT скилл. Или это маркетолог, у которого есть IT скилл.

Герман Клименко:

Я не настаиваю, я просто подсказываю.

Виктор Жидков:

Я считаю, что в базе должен быть предприниматель. То есть человек, который понимает суть того, что предлагается, продаётся. Он умеет, по крайней мере, пытливый для того, чтобы понять, как это продавать и пытливый для того, чтобы понять, как это сделать технологично, как это масштабировать. Без технологий сегодня, без понимания, как работает сегодняшняя эта цифра, не надо углубляться в код, не обязательно углубляться в код, надо быть немного визионером и чуть-чуть понимать хотя бы базовые принципы.

Герман Клименко:

Хорошо, твоя версия, она принята. У меня другое мнение, но это будет, когда я сяду на твоё место, я как-то буду по-другому.

Виктор Жидков:

Договорились.

Герман Клименко:

Мне даже замечания надо делать, какая разница, какое моё мнение. Хорошо. Куда всё идёт? Пройдёт в 10 лет, ты видишь, как сейчас все банки ушли в цифру. И мы понимаем, что когда ушли в цифру, там пропадает кассовый узел, пропадает привязка к клиенту. Мы сейчас с тобой перед фирм говорили, у тебя отделение, раньше нужно было открыть физические отделения, сейчас у тебя представительства, авторизация. А рано или поздно это всё уйдёт и будет вообще, то есть пропадёт. Все стали выровнены. Если в старые добрые времена, которые мы с тобой помним, банкир побеждал тот, у кого касса. И можно было приехать в регион, договориться с местным отделением ЦБ, чтобы не пускали, МБМ не пустит Альфа, Альфа не пустит... И ты сидишь и радуешься жизни, живёт банк Тульский промышленник прекрасно, хотя не понятно, как, но живёт, потому что в Тулу тебя... Сейчас всех везде пускают, это хорошо и здорово, но это приводит к хорошей конкуренции. Нет ли у тебя ощущения, что через 10 лет произойдет то же самое, что на рынке Яндекс такси. Мы же видели, было 300 диспетчерских в городе Москве и было ещё бесконечное количество мелких образований. А сейчас у нас есть три диспетчерских: Uber, Яндекс, Gett. А что на банковском секторе ожидается?

Виктор Жидков:

Я думаю, что на банковском секторе что-то подобное наверное произойдёт, когда будет, скажем так, превращение банковского продукта в такой инфраструктурный продукт, и будет только у банков то самое окончание, когда нужно будет предоставить сервис конечный клиенту и сделать очень важную вещь. Это провести его адекватную оценку, оценку комплаенс.

Герман Клименко:

При слияниях.

Виктор Жидков:

Смотри, мне кажется, что банки будут выполнять основную роль. У них будет, с одной стороны, доступ к счёту банка России, где будут происходить расчёт, они будут делать расчёты. То есть они будут распространять сервис доступа к Банку России через свой фильтр. И этот фильтр будет работать две вещи.

Герман Клименко:

Дилеры такие.

Виктор Жидков:

Это инфраструктурная история. То есть мы генерим тепло и нужно его доставить в дома, микрорайоны, каждому человеку. То же самое будет, водоотвод нужно сделать, будет какая-то основная главная станция, куда нужно всё это довести. И эта транспортная система, финансовая, это банки. Но в транспортную систему нельзя будет запустить всех, нельзя будет её подключить ко всем со всеми деньгами. Потому что очень важно будет иметь дело с чистыми деньгами, и очень важно будет не иметь дело с плохими практиками. А второе, это конечно, оценка рисков. То есть банки будут продолжать оценивать риск, хотя тут тоже очень серьёзный момент цифровизации будет происходить. Может быть, это будут роботы, но всё равно какие-то операторы.

Герман Клименко:

Хорошо, я понял, как ты увиливаешь аккуратно, давай я поточнее сформулирую вопрос. Мы помним с тобой времена, когда в России было 2000 банков, бесконечное количество. Я ещё помню времена, когда можно было прийти в окошка ЦБ, запихнуть туда внутрь 5000 $, тебе в ответ отдавали лицензию. Это самое первое появление, времена банков. Сейчас у нас порядка 600 банков, может быть, чуть больше, чуть меньше.

Виктор Жидков:

400.

Герман Клименко:

Нет, 600.

Виктор Жидков:

400.

Герман Клименко:

600.

Виктор Жидков:

470.

Герман Клименко:

Ну, тебе лучше знать. Через 10 лет сколько будет банков?

Виктор Жидков:

Вопрос...

Герман Клименко:

Ещё раз, это чисто гипотетическая. Мы не в синагоге, поэтому ты можешь отвечать не вопросом на вопрос.

Виктор Жидков:

Для меня вопрос очень простой. Про такси пример, сколько было такси машин?

Герман Клименко:

6000 в Москве было лицензированных такси и бесконечно неизвестное количество частников. Сейчас 60.000 таксистов, 20.000 каршеринга примерно.

Виктор Жидков:

То есть выросло количество.

Герман Клименко:

Но диспетчерских упало.

Виктор Жидков:

То есть вопрос, где мы банк остановим. В банк, может быть, это какой-то институт, который работает с клиентом, например, но он включён в систему Банка России транспортную вот эту на каком-то этапе. Я считаю, что первый шаг к этому регулированию, нагрузка регуляторная в зависимости от объёма бизнеса сделана на то, чтобы делить банки по какому-то определённому принципу. Может быть, на мой взгляд, будет следующая эволюция. То есть будут глобальные банки, которые будут являться большими узлами финансовыми, они будут практически действительно инфраструктурой. Как сейчас НРД и НКЦ существуют, они обслуживает глобальное количество игроков. Сервисные истории могут быть какие угодно. Это может быть банк, который продает услугу в местном каком-то районе, потому что он знает эту местность просто от и до.

Герман Клименко:

Восхищен. Сколько? Я же не приду к тебе потом судить.

Виктор Жидков:

Я думаю, что сегодня, давай вот так, сегодня объём 5 млрд. руб., 5-10 млрд рублей активов банков достаточен для того, чтобы содержать всю вот эту инфраструктуру. Достаточен без какого-либо монопродукта глобального и так далее. Соответственно, если сейчас эта планка где-то на уровне 300 банков, она в это умещается, я думаю, что плюс-минус 200-300 банков, этого достаточно для того, чтобы экономика в том виде, в котором она сейчас существует, была обеспечена банковским...

Герман Клименко:

То есть через 10 лет останется 200 банков.

Виктор Жидков:

Мое мнение, я думаю, что да.

Герман Клименко:

Потом будет очень весело сверить.

Виктор Жидков:

Давай так остановимся на этой цифре.

Герман Клименко:

А ты не считаешь, цифру 200 мы зафиксировали, ты не считаешь, что останется банков, это мое частное мнение, ровно столько, сколько влезает в рекламный мониторчик. То есть у нас есть 6 ссылок у Яндекса, 6 ссылок у Google в результатах поиска, это 12 банков. Вот если бы меня спросили, ты не считаешь, что мы попадаем в историю, как только цифра появляется, сразу же резко обостряется конкурентоспособность. Площадок немного. Нет площадок, у нас две площадки: Яндекс и Google. Хорошо, Mail добавим, не будем обижать коллег. Продвигаться можно только там, а мест немного. Не кажется ли тебе, что...

Виктор Жидков:

Ты знаешь, я считаю, что эволюция каналов взаимодействия с клиентом, она будет двигать, будет развиваться. Мы же вообще про условный Telegram не слышали никогда в жизни, как способ рекламной площадки. Я тебе честно могу сказать, когда я увидел, что запущена Telegram платформа, она меня поразила своей возможностью, я увидел, что она сделана программистами, условно говоря, с каким-то потенциалом развития. Я завел там канал. Начал писать посты про бег, спорт. Сегодня у меня 32.000 подписчиков, продаётся какая-то реклама, зарабатываются какие-то деньги. И этот блог оказался самым большим по здоровому образу жизни среди русскоязычных. Ты понимаешь, в чем дело, ни Google, ни Яндекс Дзен не обладают этим контентом в хорошем объёме, чтобы удовлетворить определённую категорию страждущих. В Telegram, который появился недавно, это всё существует. И вопрос, если завтра у нас новые возможности будут. Например, кто предполагал, что телевидение начнёт очень серьёзно с точки зрения стоимости производства контента сдавать и появится площадка Youtube. Поэтому моё мнение, что...

Герман Клименко:

Про Telegram замечу просто историю, что это примерно, как если ты завтра начнёшь оказывать все услуги бесплатно, и все побегут к тебе в банк. А ты бесплатно, потому что у тебя за спиной, допустим, есть дедушка, который триллиардер, и ты думаешь, что где-то потом ты заработаешь. Самое главное переход - это не собрать клиентскую базу, не сделать красивый сервис, а потом его монетизировать. На текущий момент Павел Героически героически вкладывает по 5-6 млн. $ в месяц в то, чтобы у тебя был лучший блог для триатлонистов. Спасибо ему большое, но как бизнес, эта история очень любопытная. Конечно же, на конце она может превратиться в продажу, например, Фейсбуку, но это такая история. Пока на текущий момент такой странный бизнес. То есть ты считаешь, ты по-прежнему веришь в историю, что у банков есть будущее?

Виктор Жидков:

Я считаю, что конечно.

Герман Клименко:

Я даже знаю, откуда у тебя это происходит, я добавлю. У меня же где-то вопросы есть в списочке. А не потому ли ты думаешь, что это так, что в отличие от Google и Яндекса, есть такая дихотомия, я называю Google-Яндекс, где виртуальных границ нет, и мы действительно реально воюем, вот просто тупо воюем. При этом государство наше достаточно, можно на эту тему много говорить, виртуальные границы мы вообще не защищаем по ряду причин. Опять же, можно прийти к этому Telegram, не суть. Но между Яндексом и Google идёт реальная война. Но между твоим банком, давай на тебе сконцентрируемся, как российский банкир и, допустим, Bank of New-York нет конкуренции на территории Российской Федерации. Где-то там она по мелочам есть, кто-то аккуратненько открывает там счёта, но в целом ЦБ тебя защищает от конкуренции. И у нас присутствует внутривидовая конкуренция, которая, как обычно говорят, она гораздо жёстче, чем межвидовая, но тем не менее, внешней конкуренции наши банки не испытывают. Не кажется ли тебе, что твоя уверенность в будущем банковской системы связано с тем, что ты считаешь, что так и останется? Что ЦБ всегда будет стоять на границе твоей. То есть, условно говоря, ты знаешь прекрасно, какой бы не был прекрасным наш софт, его очень тяжело портировать туда. Представь себе, как было бы в нормальной жизни. Мы написали поисковик или сделали движок для банка и быстренько его продали за рубеж. В этом плане все финтех акселераторы, относящиеся к банкам, вызывает умиление. Не кажется ли тебе, что твоя уверенность в будущем банковской системы связана с границей. И не кажется ли тебе, что в ближайшее время ты, когда мы сейчас говорили, произнёс правильную фразу, ранг банка обеляется настолько стремительно, что меня вот это больше... Я уже встречаю банкиров, которые не знают, что такое обналичка. Мы с тобой давно в банковском секторе, я тебе говорю. Я тебе даже смешнее скажу, я встречаю чиновников очень высокопоставленных, которые не знают, что такое кэш. Я серьёзно говорю, это одно из самых важных будущих. Теперь вопрос, не кажется ли тебе, что если вдруг гипотетически в мире найдётся, когда все авторизуются, вот эти границы, то есть в чём проблема разделения российских пользователей банковской системы от зарубежных? Авторизация, всё же оттуда идёт. И представь себе, с тем стремительным процессом на обеление и на авторизацию, представь себе, что завтра границы ЦБ, неважно, под давлением ли из-за рубежа, мы и так Базели вводим, еще что-то, это же вопросы стандартизации, USB протокола. И когда они совпадут, вдруг тебе придёт в качестве конкурента вся мировая банковская система. Не кажется ли тебе, что это будет крах нашей банковской системы? Мы про будущее сейчас говорим.

Виктор Жидков:

Давай я тебе отвечу, я считаю, что все государственные институты, они разумны, потому что они защищают интересы.

Герман Клименко:

На твоём месте я бы так же говорил, если бы меня так же защищали. Вот когда меня, как интернет не защищают, поэтому они у нас не разумны.

Виктор Жидков:

Но понимаешь, в чем дело, на мой взгляд как раз защиты интернета, она делается топорно, но, по большому счёту, мы должны как государство защищаться от Фейсбука. Потому что Facebook..

Герман Клименко:

А от Telegram?

Виктор Жидков:

Понимаешь, в чем дело, Telegram, это тоже конечно, мы должны иметь альтернативу Telegram. Рыночную альтернативу. Потому что, когда проблема.

Герман Клименко:

Это ты лучше всех понимаешь, аналогия Telegram - это Parex bank в посольстве Прибалтики, занимающийся обналичкой на территории России. Ты знаешь, что надо изгнать, либо заставить работать по нашим законам. Но 32.000 подписчиков в твоём блоге делают тебя к нему удивительно лояльным.

Виктор Жидков:

Здесь у меня есть определённый когнитивный диссонанс, конечно, как человеку, которому удобно пользоваться. Я достаю до своей аудитории. Но, с другой стороны, если взглянуть на это глазами государства, которое говорит: я перестаю управлять налоговыми поступлениями, потому что расчёт если производится где-то, непонятно где, я перестаю управлять, условно говоря, деяниями, которые для меня кажутся преступными. О чем речь, если в российских школах можно с помощью вот этих интернет технологий наркотики купить, и никто никакую цепочку.

Герман Клименко:

Закладочки? Все-таки давай вернёмся к истории.

Виктор Жидков:

То есть государство будет запрещать банки.

Герман Клименко:

То есть ты считаешь, что всё-таки не будет, как в 98-м году, когда государство сказало: ну и фиг с ним, развлекайтесь.

Виктор Жидков:

Не будет вообще, и не только Россия это будет делать. Посмотри, Европа, в Европе невозможно купить вещь по интернету, которую тебе доставят, потому что в противном случае вся экономика уйдёт в какие-то, условно, зоны, где будет регуляторный арбитраж. Конечно, очень легко сделать компанию, конвертировать направо и налево, при этом не спрашивая, откуда у тебя деньги, как у тебя деньги. Как только требуется комплаенс, как только требуется паспорт, как только требуется источник средств, у тебя сразу возникает вопрос, а это не может столько стоить дёшево. И поэтому здесь должна быть определённая разумная история, связанная с тем, что государство должно защищать всех, кто производит на территории государства, платит налоги, выполняет все правила.

Герман Клименко:

Подожди, ты говоришь сейчас вещи, которые я с тобой даже поддерживать... Должно.

Виктор Жидков:

Должно.

Герман Клименко:

Но наше государство много чего не делает. Зарубежные государства много тоже чего не делают. Вопрос очень простой. Не ожидаешь ли ты, что государство, рано или поздно, авторизовав тебя уже окончательно, когда мы будем голосовать, я не знаю, когда это произойдёт, может быть быстро, может быть нет. Вопросы с открытием счетов в зарубежных банках, там же основная проблема - это уклонение от налогообложения. Но когда все договорятся о дружбе, сама по себе проблематика контроля за гражданами и их владение счетами в других странах упадёт. И когда к тебе на конкуренцию придут зарубежные институты с огромными, несравнимыми с нами, мощностями по деньгам. Не видишь ли ты в этом риск? И вообще, саму возможность в перспективе. То есть границы не упадут, финансовые границы.

Виктор Жидков:

Здесь объём движения капитала, это тоже...

Герман Клименко:

Я только тебя спрашиваю.

Виктор Жидков:

Я считаю, что если не будет регуляторного арбитража, пожалуйста, пускай приходят. Другой вопрос, если, например, государство считает, что, условно, спекулятивный капитал может зайти и выйти очень легко, благодаря тому, что будут открыты границы, то это подорвет устойчивость государства. Соответственно, нужно ставить барьеры. Так невозможно, ты не можешь взять, прийти к соседу и профинансировать.

Герман Клименко:

Хороший когнитивный диссонанс, про банки у тебя все, а про интернет.

Виктор Жидков:

Нет, с интернетом то же самое. Я только единственное, что, понимаешь, если я с банками более-менее понимаю, как надо действовать и что надо защищать. С интернетом у меня, конечно, есть определённые проблемы.

Герман Клименко:

Хорошо, я поеду дальше. Не поеду дальше, мы с тобой можем обсудить потом много других историй, но у меня же какие-то есть задачи свои. Через 10 лет, через 15, через 10 у нас есть такая тема, карточки. С другой стороны, у нас есть Google Apple, то есть мы платим телефончиками. С третьей стороны Центральный банк заявил, что у нас есть система быстрых платежей. С четвёртой стороны, Герман Греф выступает и говорит, что Сбербанк - это не банк, это технологичная компания. Мы точно знаем, что компания крупная технологичая, обладая рекламными возможностями, когда я задал вопрос, кто в банке руководит, я ожидал: руководит тот, кто приводит клиентов. Если человек умеет управлять воронкой продаж в интернете, по идее, он руководит. Не суть. И вот мы видим, что Google и Apple идут максимально быстро в финансовой империи, неизбежная история. Мы видим, что сбер туда же идёт, но от банковской среды. Как ты ожидаешь. Во-первых, давай по-простому, у нас до сих пор есть Mastercard и Visa. Какое у них будущее?

Виктор Жидков:

Пока не будет такой всеобъемлющей платёжной системы, то Mastercard и Visa, они нормально будут существовать. Мы же просто, интерфейсы меняются.

Герман Клименко:

Еще раз, у меня ощущение, что разговор в синагоге пока идёт. Смотри, у нас есть простая история. 9 лет назад появился iPhone, изменился мир за 9 лет кардинально, мобильная история. Я понимаю, что в центре города Донскова Тульской области за попытку оплатить телефоном можно получить по морде. Хотя, кстати, там сработает. Но когда стоишь в «Азбуке вкуса» и видишь количество людей, которые платят телефонами, ты же понимаешь, что это главный инструмент.

Виктор Жидков:

Прости, что такое телефон, это та же карта. Платёжная система не поменялось.

Герман Клименко:

Вопрос, Mastercard уйдёт или Visa?

Виктор Жидков:

Давай, моё мнение, Mastercard, создав вот эту платёжную систему, оснастив всеми этими девайсами, которые принимают карточки, оплачивают и так далее. Сейчас создаётся альтернативная платёжная система в мире. В Китае создан WeChat. Мы создали тоже свою систему быстрых платежей. Банк России создал, анонсировал, запустил. Появилась альтернатива. То есть люди могут сейчас платить другим атрибутом. Просто телефон становится атрибутом. Если Mastercard просит свою карту, имплементирует в Apple, но это карта просто в виде телефона.

Герман Клименко:

Apple имплементирует Mastercard, WeChat, всё, что угодно.

Виктор Жидков:

Сейчас Банк России говорит: не надо такой атрибут, платежную карту, есть телефон и ваш отпечаток пальца, который авторизует этот телефон, если вы что-то боитесь. И вот с помощью телефона мы можем друг другу заплатить. Соответственно, монополия платёжных систем, она начинает рушиться в конкретных странах. Они что будут делать? Они будут снижать издержки, они будут какие-то делать инвестиции тоже в технологии и так далее. Но победит тот, кто будет удобнее предоставлять свой сервис клиенту. Если завтра, например, у нас появится цифровой профиль, мы говорим о том, что у нас скоро права отменят, точнее не отменят, права будут.

Герман Клименко:

Права нужны, чтобы узнать, имеешь ли ты право на что-то.

Виктор Жидков:

Вообще я считаю, что цифровизация сделала такую великую вещь, она снижает издержки, она доверие повышает. Есть одна проблема в том, что элиты, которые, допустим, существуют в неком пространстве, где существует арбитраж, им нужно иметь оффшоры какие-то, иметь какие-то финансовые, политические, они с этим борются, но уже бороться бессмысленно. То есть надо тогда наоборот развернуть и сказать: ребята, теперь всё будет прозрачно. А что такое прозрачность? Это означает, что повышается доверие друг к другу. Тебе не нужно говорить, что я - это я. Сколько раз мы проверяем, это же поразительно, мы сколько раз доказываем, что мы - это мы.

Герман Клименко:

С цифрой другого пути нет, она пришла, вдруг выясняется, что...

Виктор Жидков:

Способ перевода денег с одного счета на другой, он значительно упрощается и поэтому появятся альтернативные платёжные системы, которые может, по сути дела, создать свой город, например, какой-то на какой-то платформе.

Герман Клименко:

Ещё раз, я всё понимаю, но давай так, через 10 лет Mastercard и Visa будут, знаешь, Леонид Ильич Брежнев, мелкий чиновник времён Аллы Борисовны Пугачёвой. Mastercard и Visa через 10 лет будут мелкими платёжными системами, у которых было прошлое. Как сейчас Rambler. Rambler имя известное, но он уже не игрок рынка, он был первый. А заигрывать будут, например, Google или Apple, или вообще будут заигрывать цифровые компании, Google, Apple и WeChat скорее конечно же договорятся, чем Mastercard с кем-то. Или они останутся игроками, твоё мнение?

Виктор Жидков:

Они останутся игроками.

Герман Клименко:

Я говорю о статусе. Смотри, ещё раз, знаешь, как история: победит ли в России Telegram. Конечно же, победит. Да, какая-то доля, если очень сильно захочет, будет пользоваться, это вопрос системности. У тебя проститутки стоят на всей Тверской, или они изгнаны и где-то в качестве преступной зоны. Вопрос другой, будут ли они играть, сейчас Mastercard и Visa являются крупнейшими платёжными системами. Через 10 лет они останутся в этом статусе, или это просто будут, как бывает же бизнес исходит, но останутся, вроде бы, да. А как статус, у них будет такой же, или все перетянут на себя...

Виктор Жидков:

Вряд ли люди перейдут, потому что технологии всё-таки.

Герман Клименко:

Завязаны на людей. Согласен.

Виктор Жидков:

У людей есть определённый такой консерватизм.

Герман Клименко:

Хорошо, не возражаю совершенно.

Виктор Жидков:

У нас же есть, по-моему, вот эти сбербанковские книжки у кого-то.

Герман Клименко:

Ты же должен помнить историю, в стране лет 10 назад была дискуссия, что граждане России не будут платить карточками.

Виктор Жидков:

Но они не будут скоро.

Герман Клименко:

Нет.

Виктор Жидков:

А, они вообще не будут, они не будут потому что это непривычно.

Герман Клименко:

10 лет назад, когда ещё ничего не было, были терминалы Киви и все говорили, что граждане России будут только кэшем пользоваться. Но согласись, все очень быстро всё меняется. Неважно. Я, по крайней мере, хоть какой-то от тебя примерный ответ получил, что через 10 лет будет как в «Мастер и Маргарите» люди те же, только их испортил квартирный вопрос. Занятный вопрос, ты аккуратно задел, и мы к нему аккуратненько приходим. Скажи мне, пожалуйста, при некоторой оценке в банковской системе России, по крайней мере, года три назад было около миллиона сотрудников. Как есть. Сокращается, уменьшается. Скажи, пожалуйста, цифровизация, и ты сейчас говорил про авторизацию, то, чем занимаются чиновники. Чиновник - это человек, который наделён властью, согласовывает документы и подтверждение. И некоторая логика в том, что цифра убьёт чиновников, она конечно же есть. Потому что как только берется электронная подпись - минус чиновник, который раньше верифицировал эту историю. Скажи, пожалуйста, такая страшилка с безработными и в результате цифра, вообще не будем разговаривать, давай про банки поговорим. Есть огромный пласт бухгалтеров, банкиров, начальников отделений, кассиров. Куда все эти люди деваются? Какое будущее ждёт? И вообще, насколько изменится, идёт стремительная история, тут я даже, согласись, тут прямо было банков 1000, потом стало 400. И меняется спрос на людей. Тебе не нужны операционисты, тебе нужны программисты. Вот по этой теме, она такая хайповая всегда, что будут миллионы безработных. А ты как считаешь?

Виктор Жидков:

Я считаю, что глобально, мне кажется, надуманная проблема. Почему, потому что если раньше ты выбирал свою стезю, набирал экспертизу в этой отрасли, у тебя карьерный рост происходил от того, что ты становился лучшим экспертом в своём направлении. Сегодня лучший эксперт в своём направлении, который теряет работу в силу, конечно, вот этих изменений, связанных с оптимизацией рынков труда именно в этой отрасли, он оказывается в таком беспомощном состоянии. Но с другой стороны, что сейчас стремительно развивается. Онлайн образование стремительно развивается, очень быстрыми темпами. Всевозможные курсы. То есть сегодня, если ты хочешь овладеть другой...

Герман Клименко:

Но ты знаешь, что люди после 40 не учатся. Подожди, это реалистично.

Виктор Жидков:

Понимаешь, если люди после 40 не учатся, потому что им это не хочется. Если им это захочется, они будут учиться. Вопрос в том, что если я выхожу по сокращению экономист, бухгалтер и так далее на улицу и ищу три месяца бухгалтерскую какую-то вакансию, потом оказывается, что нужны какие-то контент менеджеры, или писатели, или тот, кто рисует картинки, или веб дизайнеры, или ещё кто-то нужен, я что делаю? Я начинаю думать, а как мне стать вот этим человеком, и я становлюсь им. Мне почему-то всё время эта какая-то история, связанная...

Герман Клименко:

Я твою точку зрения понял. Если у вас нет хлеба, кушайте пирожные. Логично, ничего страшного не произойдёт. Человечество адаптируется, в конце концов, оно придёт вперёд. Хорошо, такой хайповый вопрос, не имеющий отношения, он где-то рядом находится. Как ты ожидаешь, ты же тоже гаджетами какими-то пользуешься. Гаджет, у нас таксисты объединились, потом каршеринг. Беспилотные автомобили когда появятся в практике?

Виктор Жидков:

Ты задаёшь вопросы мне такие визионерские.

Герман Клименко:

Я понимаю, что председатель правления банка - это примитивное существо. Я к тебе обращаюсь, как к человеку, который пользуется. Ты же знаешь, что в айфоне появится 5 фотокамер.

Виктор Жидков:

Смотри, где они появятся? Нужно покрыть таким качеством интернета, чтобы автомобиль был всё время под контролем.

Герман Клименко:

Неважно. Пока мы говорим, это значит, что это станет документальным трендом, когда мы с тобой захотим вкладывать деньги и поймём, что это бизнес. Интернет и 10 лет назад, и связь сотовая появилась, она стала понятной, но была только в Москве в рамках Садового кольца, если ты помнишь, как появился МТС и Билайн. Но было понятно, что она пришла и навсегда, хотя была очень дорогая. Когда мы говорим про беспилотники, это мы говорим про то, что.

Виктор Жидков:

Они существуют. Они поедут, когда у тебя появится.

Герман Клименко:

Поедут для потребителей. В Нью-Йорке появится, неважно, где появится, как рабочее решение.

Виктор Жидков:

Я думаю, моё мнение, что лет 5 уйдёт на проблему покрытия именно качественным интернетом, и после этого какие-то города или какие-то части.

Герман Клименко:

Приехали туристами, а там беспилотные такси, сели, и поехали. И сказали: черт, у нас нет беспилотников или у нас есть, неважно.

Виктор Жидков:

Через пять лет будет покрытие интернетом достаточным, чтобы спутники и так далее, чтобы можно было говорить о том, что будет это устойчиво, и снизить риски потери вот этих сигналов и так далее. И дальше мы, это пару-тройку лет, чтобы это было промышленное производство.

Герман Клименко:

То есть ты оптимистичен. Просто есть разные прогнозы.

Виктор Жидков:

Но это я говорю о том, что это не будет повседневное использование. Очевидно, что для того, чтобы это распространилось на большие...

Герман Клименко:

Мы говорим про то, что технология будет принята.

Виктор Жидков:

Да. Но уже сейчас недавно суд оправдал Uber.

Герман Клименко:

Да, это нормально. Сатанинский вопрос. Блокчейн и деньги цифровые, я понимаю, вопрос банкиру сложно задавать. Веришь ли ты в будущее криптовалют?

Виктор Жидков:

В том виде криптовалют, которые сейчас их преподносят, конечно же нет, это утопия.

Герман Клименко:

Ты кстати покупал биткойны?

Виктор Жидков:

Да, мне друг подарил один биткойн.

Герман Клименко:

Успел продать?

Виктор Жидков:

Я потерял кошелёк. Нет, я в это шаманство не верил никогда.

Герман Клименко:

Банкиры и не могут верить.

Виктор Жидков:

Кто отдаст эмиссию в здравом уме куда-то. Если ты контролируешь денежную массу, то ты контролируешь государственные институты. Вот и всё. Блокчейн - уникальная технология, которая развивалась, благодаря собственному финансированию. Я вряд ли помню какие-то технологии, которые развивались за счёт того, что они сами умели привлекать финансы в развитие. Но она пока дорога для того, чтобы её использовать.

Герман Клименко:

Хорошо. Уважаемые зрители, мы подходим к концу стремительно. Был очень любопытный разговор с практикующим банкиром, с практикующим триатлонистом, говорили мы о будущем. Выяснили мы про будущее неожиданно для меня, что с беспилотниками всё будет хорошо лет через семь, банки будут жить, не переживайте, по крайней мере, так считает банкир. Visa останется, такой краткий обзор. В целом, кстати, достаточно оптимистичный, даже учитывая то, что вы видите будущее у нашего космоса. Спасибо, уважаемые слушатели, спасибо, надеюсь мы ещё встретимся по сверке прогнозов. Может быть, если скорректировать, приходить можно и раньше. Возможно, ты осознаёшь, что у банков нет будущего.

Виктор Жидков:

Ну давай, договорились, как только я увижу, что меняется прогноз, напрошусь, чтобы мы опять сделали какой-то задел на будущее. Спасибо огромное.

Герман Клименко:

Спасибо, удачного дня.