Тексты вывесок как особый малый письменный жанр в коммуникативном пространстве города (на материале языка г. Владивостока)

Вестник Челябинского государственного университета.

2017. № 3 (399). Филологические науки. Вып. 105. С. 51—58.

УДК 81.1

ББК 81.42

ТЕКСТЫ ВЫВЕСОК КАК ОСОБЫЙ МАЛЫЙ ПИСЬМЕННЫЙ ЖАНР В КОММУНИКАТИВНОМ ПРОСТРАНСТВЕ ГОРОДА

Н. В. Михайлюкова

Дальневосточный федеральный университет, Владивосток, Россия

Статья посвящена изучению текстов вывесок в коммуникативном пространстве города. Представлено комплексное описание названий городских объектов. Предпринята попытка решить проблему языкового статуса надписей на вывеске. Приводятся доказательства текстовой сущности вывески как особого речевого жанра. На основе разноаспектного анализа выявляются структурные, лексико-се-мантические, социолингвистические и лингвокультурологические особенности текста вывески как малого письменного жанра.

Ключевые слова: язык города, малый письменный жанр, речевой жанр, признаки текста, границы текста, текст-примитив, текст вывески.

Исследование коммуникативного пространства города и, в частности, городской эпиграфики является одним из актуальных направлений лингвистики. Тексты малой формы, представленные на городской улице и в городском транспорте (плакаты, объявления, вывески и т. п.), относятся к числу наименее изученных в теории речевых жанров. В контексте проблемы малых письменных жанров нерешенными остаются вопросы, связанные с теорией текста, а именно: признаки текста, определение границ текста, проблема текстов-примитивов. Языковой анализ малых письменных форм, отражающих социокультурные, экономические и политические изменения в жизни российского общества, позволяет решить ряд важнейших теоретических и практических задач не только в области теории текста и жанроведе-ния, но и социальной лингвистики, лингвокуль-туры, лингвоэкологии и регионалистики.

Данная работа посвящена описанию текстов вывесок как особого речевого жанра. Лингвистический анализ выполнен на ранее не использованном фактическом материале: объектом изучения послужили вывески Владивостока как фрагмент коммуникативного пространства города, отражающий его региональную специфику. Материал исследования представляет собой картотеку текстов (фотографии и ручные записи), которая включает около 4000 единиц.

Языковой статус вывесок является дискуссионным вопросом в современной лингвистике. Традиционно названия городских объектов рассматриваются с позиций ономастики, где данное

явление классифицируется как эргоним. В нашем исследовании предпринята попытка доказать, что надпись на вывеске представляет собой особый тип текста. Вследствие этого необходимо обратиться к таким важным лингвистическим проблемам, как определение текста и жанровая дифференциация речи.

Каждая сфера деятельности располагает определенным репертуаром речевых жанров. Речевые жанры крайне разнородны. Особенно сейчас, ког -да, по словам Л. А. Капанадзе, временное пространство структурируется, делится на все более мелкие части: «Фрагменты произвольно компонуются, образуют вместо чистой протяженности лоскутное одеяло» [3. С. 303]. Соответственно и речевые жанры делятся на все более и более мелкие части, отрезки, «переходят от монумен-тализма и неспешности к калейдоскопичной скороговорке» [3. С. 303].

Изучение речевых жанров соответствует общей направленности современной лингвистики на анализ речи в прагматическом аспекте, на поиск связей между строением речевых произведений и компонентами ситуации общения, включая в число последних, прежде всего, субъекты коммуникативной ситуации, отношения между ними, их интенции (например, «анкета жанра» Т. В. Шмелевой [9]).

Необходимо отметить, что до сих пор существует проблема дефиниции самого понятия «речевой жанр». Основополагающим для нас является социопрагматический подход к описанию речевого жанра, где данное явление

рассматривается в контексте коммуникативной ситуации. Таким образом, под речевыми жанрами понимается «вербально-знаковое оформление типичной ситуации социального взаимодействия людей» [7. С. 8]; «форма речевой реализации актов коммуникативной деятельности в коммуникативном событии» [1. С. 42]; «тип текстов, "отлившийся" из соответствующих коммуникативных ситуаций, сформированных на основе таких конкретизированных и взаимодействующих параметров, как время, место, партнеры коммуникации, тема» [4]; «определенная ситуационно-тематическая группа текстов» [2. С. 230] и т. п.

Итак, речевой жанр — это продукт устойчивого, типового сочетания определенных параметров стандартной коммуникативной ситуации; особый тип текста. Тексты, относящиеся к одному жанру, характеризуются рядом жанрообразующих признаков: общностью содержательно-тематической структуры; композиционной упорядоченностью; специфическим набором языковых средств и характером их использования.

Понимание надписи на вывеске как особого речевого жанра требует выявления текстовых признаков подобных малых письменных форм. Лингвисты ведут научный спор о том, какое образование может считаться текстом. При традиционном подходе к изучению текста принципиальную значимость имеет понятие структуры, средств связности, то есть «грамматика текста». Таким образом, исследование текста идет «от его формы». Функциональное направление в лингвистике привело к иному пониманию текста и его изучению не «от формы», а «от содержания». Ключевым параметром при этом оказывается понятие цельности текста.

Необходимо отметить важность такого параметра, как объем, проблема которого крайне актуальна для лингвистики. Так, Л. В. Сахарный относит к категории текста особые речевые образования и определяет их как тексты-примитивы (вывески на магазинах и учреждениях, названия книг, спектаклей, надписи, реклама и так далее), отмечая, что «сегодня тексты-примитивы "не укладываются" в традиционную теоретическую лингвистику; им нет места в иерархии уровней языка, нет и традиционных методов исследования их именно как текстов» [6. С. 222].

Рассмотрению вопроса об объеме текста и, в частности, о возможности существования текстов, равных по объему слову, посвящено несколько работ Е. С. Кубряковой, которая считает,

что слово в некоторых случаях может являться текстом — например, вывеска. Исследователь определяет «малые тексты» как тексты, ограниченные по своей протяженности, но при этом демонстрирующие такие важные текстовые характеристики, как отдельность, формальная и семантическая самодостаточность, тематическая определенность и завершенность. В тексте такого рода, по словам Е. С. Кубряковой, «ясна его информативность, его когнитивная подоплека — смысл его создания, общий его замысел и реализованный в особой языковой форме итог создания в виде особого семантического пространства» [5]. На основании перечисленных признаков образования малого объема, традиционно не признанные текстами, можно считать таковыми.

Вывеска — это своеобразный «свернутый» текст-примитив. В акте номинации городского объекта происходит свертывание высказывания, позволяющее экономно и компактно передать смысловое содержание текста вывески. Таким образом, название городского предприятия являет определенные итоги акта коммуникации, так как содержит сжатый, свернутый речевой акт номи-натора: предложение воспользоваться товарами и услугами данного городского объекта.

Структура текста вывески содержит три компонента: идентифицирующий, квалифицирующий и дифференцирующий.

Идентифицирующий компонент — это общее название городского объекта, определяющее тип коммерческого предприятия, например: магазин, кафе, ресторан, салон, рынок и т. п. Квалифицирующий компонент уточняет профиль городского объекта, а также ассортимент предлагаемых товаров и услуг. Идентифицирующий и квалифицирующий компоненты соотносятся между собой как родовое и видовое названия того или иного объекта. Например, идентифицирующий компонент салон может быть уточнен с помощью различных квалифицирующих компонентов: салон цветов, салон красоты, салон мебели и т. п.

Данные компоненты реагируют на социально-экономические и политические изменения в обществе. Так, для Владивостока последних лет характерно появление новых средств выражения идентифицирующего и квалифицирующего элементов вывески, вызванных временем: клуб красоты, дискаунтер, бизнес центр, торгово-раз-влекательный центр, агентство краткосрочных займов и другие.

Дифференцирующий компонент — это индивидуальное название объекта. Именно этот компонент текста и является собственно названием, обязательно присутствующим на вывеске. Если идентифицирующий и квалифицирующий компоненты выражены нарицательными именами, то дифференцирующий компонент представлен именем собственным — эргонимом.

Структурные компоненты текста вывески име -ют иерархическую организацию. В тексте вывески содержится информация первого порядка (выделена крупным шрифтом) и информация вто -рого порядка (выделена более мелким шрифтом или вообще отсутствует). Как правило, информацию первого порядка передает дифференцирующий компонент. Однако в тех случаях, когда для адресанта более релевантно информирование потребителей об ассортименте предприятия, то первостепенным становится идентификатор — компонент, сообщающий о профиле предприятия (ПРОДУКТЫ Алиана; ПАРИКМАХЕРСКАЯ Джулия).

В качестве факультативного структурного компонента вывески может выступать рекламная информация, наличие которой позволяет говорить об особом — гибридном — проявлении текста, соединяющего признаки вывески и собственно рекламного текста. Например: кафе «Евразия»: быстро, вкусно, недорого; мастерская «Пчелкин»: качество и гарантия.

Итак, ключевым, обязательным компонентом в тексте вывески является эргоним, в котором наиболее ярко реализуются две основные функции названия городского объекта: дифференцирующая (выделение городского объекта среди по -добных) и аттрактивная (привлечение адресата). Это собственно название предприятия, обладаю -щее наибольшей смысловой нагрузкой. Поэтому в данном исследовании представлен разноаспект-ный анализ именно этого компонента.

Рассмотрим собственно языковые особенности текстов вывесок.

Тексты имеют особое грамматическое оформление. Возможны три основных грамматических типа: во-первых, тексты, представленные словоформой, во-вторых, тексты, представленные сло -восочетанием, и, в-третьих, тексты, представленные глагольным предложением.

Наиболее частотной является первая группа (65% от общего количества): преобладает модель N1 (кафе «Душечка», магазин «Антиквар»), но встречаются и другие, например: предлог У

+ N2 (магазин «УМихалыча», кафе «У моста»). Вторая группа составляет 30% от общего количества, она представлена несколькими моделями словосочетаний: N1 + Adj (магазин «Кружевной каприз», ресторан «Небесный замок»); N1 + N2 (туристическое агентство «Контора Кука») и др. Наименее частотной является третья группа, составляющая 5% от общего количества; причем используются различные типы предложений: восклицательные (закусочная «Еsть!»), императивные (магазин стройматериалов «Стройся», кафе «Заходи на огонек»), вопросительные (кафе «Споем?»).

Тексты вывесок обладают определенными лексико-семантическими особенностями: это касается прежде всего способов номинации. Различаются две основные группы текстов: вывески с мотивированными названиями и вывески с немотивированными названиями. Большая часть текстов — мотивированные названия (они составляют 85%), которые могут быть основаны на метафоре или метонимии. Тексты, основанные на метонимии, могут быть прямо информирующими (кондитерская «Три шоколада», магазин обуви «Каблучок» и так далее) или косвенно информирующими (пивной бар «Толстяк»). Тексты, основанные на метафоре, являются косвенно информирующими: например, магазин строительных товаров «Два бобра», автомойка «Мойдодыр» и т. п. Немотивированные названия являются условно-символическими (парикмахерская «Золотая арфа» и т. п.).

По нашим наблюдениям, продуктивным является смешанный метафоро-метонимический способ создания текстов вывесок, например: магазин часов «Золотое время», продовольственный магазин «Радуга вкуса» и т. п.

Яркой особенностью текстов вывесок является использование языковой игры. Нами выявлены различные приемы — прежде всего, в сфере графики, так как вывеска ориентирована на зрительное восприятие. Например: сегментация и шрифтовыделение (магазин «триКОТаж МАТРОСКИН»), графодеривация (кафе «Стряп'ОК»), использование латиницы (кафе «Matrёshka»), параграфемика (интернет-кафе «Конт@кт», пункт обмена валюты «¥€$»), слитное написание слов (кафе «ЧерноеБелое»), дореформенная графика (кафе «Тракт1ръ»). Кроме того, широко распространены приемы, основанные на игровом словообразовании: создание окказиональных слов (магазин товаров для детей

«Рисовашка»), прием «говорящих фамилий» (магазин мясных изделий «АнтрекотовЪ», закусочная «Порюмкин»), создание слов-контаминантов (киоск по продаже музыкальных дисков «Музыкайф»: музыка + кайф, то есть «музыка для удовольствия»). В нашем материале зафиксированы факты использования и других приемов языковой игры: окказиональная расшифровка аббревиатур (салон сотовой связи «КПСС» — Компания по Продаже Средств Связи); обыгрывание неоднозначности слова (магазин строительных материалов «Перестройка»); игра с прецедентными текстами (магазин промышленных товаров «Федорино счастье», магазин подарков «Дареный конь»); стилизация под иноязычное слово (салон керамической плитки «Кафелини», магазин канцелярских товаров «Канцбург», магазин товаров для детей «Детландия») и др.

Наиболее значимыми для выявления текстовой природы вывески следует считать такие признаки, как информативность, цельнооформлен-ность, прагматичность. Рассмотрим каждый из этих признаков подробнее.

Информативность текста вывески.

Вывеска не только передает информацию о том или ином городском объекте, реализуя основную свою функцию, но и содержит сведения социолингвистического и лингвокультурологического характера.

Тексты вывесок как элемент языка города отличаются социальной обусловленностью. Они репрезентируют изменения, происходящие в социально-экономической жизни города, и непосредственно сами являются результатом этих изменений. Так, например, в последние годы появились новые формы организации торговли, что привело к появлению новых средств выраже -ния идентифицирующего и квалифицирующего компонентов: дискаунтер посуды «Экономка», дисконт-центр «Flowers», сток одежды и обуви «Остатки сладки», бизнес центр «Деловые люди», бизнес центр «Купеческий дом». Такие традиционные типы городских объектов, как кафе и рестораны, тоже претерпели изменения, и на вывесках появились новые виды квалифи-катора, уточняющие профиль предприятия: ресторан-бар, ресторан-бистро, экспресс-ресторан; арт-кафе, интернет-кафе, event café и т. п. Отмечаются различные тенденции, происходящие в текстах городских вывесок: снижение популярности идентификатора бутик, вошедшего в моду в 90-х — начале 2000-х гг. (встречает-

ся лишь в 4% текстов, хотя используется в живой речи владивостокцев); значительное сокращение идентификаторов советского времени (гастроном — 3% текстов, столовая — 2% текстов; единичными фактами представлены пельменная, рюмочная, блинная, пирожковая, пироговая); возвращение старых названий (ярмарка, двор, лавка); сохранение эргонима при изменении типа обозначенного им объекта (кинотеатр «Родина» ^ торговый центр «Родина») и др.

В текстах городских вывесок проявляется и социальная дифференциация языка. Неоднородность города обнаруживает себя не только в устной речи горожан, но и в городской эпиграфике. При этом в текстах вывесок наблюдается отмеченная исследователями [10] тенденция к «экспансии бытового», вытесняющая «официально-монументальный стиль». Ряд текстов на владивостокских вывесках создан с использованием лексических средств и моделей разговорной речи, а также орфографических приемов передачи интонации непринужденного общения: салон оптики «Очкарик», автокафе «Чао, какао!»; автокафе-бистро «Хочешь кушать? Подъезжай к окошку!» и т. п. Встречаются названия, основанные на неофициальных топонимах, используемых в живой речи: автомагазин «На Тещином языке» (неофициальное название части улицы, где крутой спуск с горы), магазин «На Перваке» (неофициальное название микрорайона «Первая Речка»); зафиксированы и случаи онимизации типично разговорного родового обозначения: «Кафешка», «Магазинчик» и т. п. Особый интерес представляют тексты вывесок, основанные на использовании жаргона, отражающего социальную стратификацию Владивостока. Например, в отдаленных от центра районах, где расположены общежития и общежития для моряков и их семей, на вывесках встречается морской жаргон: бар «У стенки» (стенка — «причал, пирс»); продовольственный магазин «Артелка» (артелкой моряки называют помещение для хранения судовой провизии) и др. Яркой особенностью языкового облика Владивостока является автомобильный сленг, который используется и на вывесках — как правило, в названиях предприятий, занимающихся автобизнесом: так, названия автомагазинов «Узеленщика» и «АвтоВыгода (ниже) Самый честный зеленщик» основаны на жаргонизме зелёнщик (продавец автомобилей на авторынке «Зелёныйугол», неофициальное название которого «Зелёнка»). Специфичны названия объектов,

основанные на использовании молодежного жаргона (кафе «Клевое место», магазин молодежной одежды «Модный прикид», бар «Попсы. НЕТ» — здесь звучит альтернативная музыка). Тексты вывесок, расположенных вблизи воинских частей, нередко содержат элементы армейского (солдатского) жаргона: бар «Дембель»; магазин-буфет «Чепок» (чепок — маленький магазин с товарами первой необходимости).

Кроме того, в текстах названий представлены различные языковые вкусы горожан и различный уровень речевой культуры имядателей, что требует регулирования языковой ситуации в городе в рамках лингвоэкологии. Всеобщее раскрепоще -ние личностного и игрового начала способствует проникновению в тексты городской среды нелитературных элементов, обладающих сниженной экспрессией. Названия «Халява Please» (диска-унтер), «Япона мать» (кафе) и им подобные свидетельствуют об определенном типе адресата и адресанта, являющихся носителями фамильярно-разговорной и жаргонно-просторечной речевой культуры [8]. Неудачными с точки зрения лингвоэкологии можно считать и вывески с некорректным использованием прецедентных феноменов; негативную реакцию у горожан-носителей литературного языка вызывает неуместное использование номинатором имен мифологических или литературных персонажей в таких, например, текстах: гинекологический центр «Медея» (царица в древнегреческой мифологии, убившая двоих своих детей); свадебный салон «Аксинья» (на вывеске используется изображение шолоховской героини, как известно, несчастливой в любви и в браке). В связи с рассмотренными фактами актуальным становится вопрос языковой политики и необходимости применения цензуры для регулирования языковой ситуации в городе.

Правомерно, на наш взгляд, обратиться еще к одному аспекту рассмотрения текстов вывесок — с точки зрения лингвоаксиологии, так как городские названия фиксируют систему ценностей социума и, кроме того, сами являются одним из средств формирования аксиологической картины мира реципиентов. Выполненный нами анализ текстов показал, что вывески репрезентируют утилитарные, эстетические и этические ценности социума. Большинство названий городских объектов (салон красоты «Ренессанс», парикмахерская «Сонет», салон штор «Лунная соната», ночной клуб «Сальвадоре» и т. п.) отражают эстетические ценности, что объясняется прагматиче-

ской направленностью данного типа текстов: они репрезентируют такие качества, как статусность и престижность предлагаемых товаров и услуг. В меньшем количестве представлены тексты вывесок, демонстрирующие утилитарные ценности: низкую стоимость и практическую пользу товаров и услуг (продовольственные магазины «Рублик», «Копеечка», «Дешевый», «Народный»; закусочная «Объешка» и т. п.). Самой малочисленной является группа названий, фиксирующих этические ценности общества (продовольственные магазины «Добрый», «Моя семья», «Семейная аптека», гостиница «Доверие»).

Тексты вывесок репрезентируют лингвокуль-турное пространство города. Тексты названий го -родских объектов отражают концептосферу дальневосточного российского города. Во-первых, отражается процесс глобализации, характерный для всех российских городов: широкое распространение иноязычных заимствований (парикмахерская «Golden Hair», сеть магазинов «BonJour» и т. п.); частотное использование прецедентных феноменов мировой культуры (ресторан «Джек Воробей», туристическое агентство «Контора Кука» и так далее). Во-вторых, репрезентируется традиционно русская и советская культура (ресторан «Три богатыря», кафе «Сытый Горыныч»; магазин «Серп и Молот» и так далее). В-третьих, в вывесках находит отражение дальневосточная специфика: используются официальные и неофициальные топонимы (торговый центр «Золотой Рог», магазины «Лефу», «Иман», кафе «Шамора»); названия дальневосточных реалий (различные объекты с названием «Лотос», продовольственный магазин «Кедровая Падь», магазин «Женьшень»); названия, связанные с историей Дальнего Востока (ресторан «Порт-Артур»; ресторан «Домъ Купера» — расположен в здании, где в 1860-х гг. была гостиница, принадлежавшая Куперу, известному предпринимателю, одному из первых жителей Владивостока), а также разнообразные названия морской тематики (магазин «Адмирал», бар «Кубрик», кинотеатр «Океан»).

Особое место в лингвокультурном пространстве Владивостока занимают тексты, отражающие приграничное положение края. Это разнообразная группа текстов, репрезентирующих культуру прежде всего Китая (ресторан «Золотой Дракон», кафе «Камбэй»), а также Японии (кафе «Эбису», «Тоёхара») и Кореи (ресторан «Хваро», кафе «Кимчхи»). Многовековая

история политических и социально-экономических контактов Владивостока и восточноази-атских стран представлена в текстах вывесок, где наблюдается своеобразный диалог культур: кафе китайской кухни «Добрыня Никитич», «Маша и медведь» (имядатели-китайцы, владеющие русским языком и имеющие представление о русской культуре, апеллируют к патриотическим чувствам владивостокцев), «У Миши», «Надя» и т. п. (китайцы, долгое время находящиеся в России, для коммуникативного удобства выбирают для себя русские имена; в подобных названиях, как правило, фиксируется имя китайца — хозяина данного заведения); автомагазины «Акира и Иван» (использованы наиболее популярные в Японии и России имена), «Русский Хирото» (японец, владелец магазина, долгое время живет в России), «Нагасаки — Владивосток» (Нагасаки — крупный портовый город в Японии, откуда поставляются автомобили во Владивосток), «Япошка Ваня» (слово япошка не является уничижительным, а содержит положительную коннотацию — «выражает симпатию», как заметил в беседе имядатель-японец).

Цельнооформленность текста вывески.

Текст вывески семиотически неоднороден, то есть представляет собой поликодовое образование. Вербальный и иконический элементы образуют цельнооформленное единство. Изображение на вывеске дополняет смысл вербального компонента, что обеспечивает формальную и смысловую завершенность текста. Целостность текста вывески определяется коммуникативно-прагматической установкой на адресата, единой темой, раскрываемой вербальными и паралингвистиче-скими средствами. В креолизованном тексте вывески иконический элемент (иллюстрация) может выполнять различные функции: находится в отношениях синонимии с вербальным элементом (текст вывески продовольственного магазина «Сытый шмель» сопровожден изображением толстого шмеля); служит квалификатором (изображение продуктов на вывеске продовольственного магазина «Горизонт» сообщает о профиле предприятия); является непосредственным элементом текста, замещающим слово (пиктограмма), букву в слове (литерограмма) или пунктуационный знак (пунктограмма), например, в названии магазина «Авоська» вместо буквы «о» использовано изображение сумки-авоськи, в названии киоска быстрого питания «Голоден?» далее вместо ответа на вопрос присутствует рисунок гамбургера.

Прагматичность текста вывески проявляется в таких признаках, как оценочность и волюнта-тивность, обусловленных его ярко выраженной направленностью на адресата.

Оценочность создается при помощи лексики с положительно оценочной семантикой, привлекающей внимание к достоинствам городского объекта. Дополнительным средством выражения оценки является иконический элемент текста.

Волюнтативность текста вывески — это воздействие на сознание адресата с целью приобретения последним предлагаемого товара или услуги. Реализации этой прагматической цели номинатора служат следующие средства:

а) лексические — слова с ярко выраженной положительной семантикой (салон красоты «Совершенство», магазин женской одежды «Красотка»); лексемы иноязычного происхождения («Launge café terrace», «Harlem Wedding Bar», салон красоты «Ville de la Vie»); компоненты со значением «всеохватности» («Город диванов», «Пространство уюта», «Планета развлечений», «Море мебели»); местоимения, выражающие персонифицированность и адресность вывески (салон «Ваши кухни и шкафы», аптека «Ваш доктор», парикмахерская «Твой стилист»); «эпа-тажные наименования» (зоомагазин «Божья тварь», магазин нижнего белья «Трусишка»); языковая игра (ресторан «Жадина-Говядина», зоомагазин «Ртхвост»);

в) морфологические — форма императива (закусочная «Уплетай», магазин строительных материалов «Стройся»);

г) синтаксические — восклицательные номинативные (кафе «Житуха!»), инфинитивные (закусочная «Есть!») и императивные предложения («магазин обуви «Шагай по жизни»), вопросительные предложения (кафе «Чашечку кофе?»), вопросно-ответные единства (придорожное кафе «Хочешь кушать? Подъезжай к окошку»);

д) невербальные — креолизация (шрифт, цвет, изображение привлекают внимание адресата).

Итак, названия городских объектов обладают такими важнейшими признаками текста, как информативность, цельнооформленность, прагматичность. Есть основания говорить об этом тексте как особом речевом жанре. Исходя из понимания жанра как ситуативно обусловленного типа текста, выделяем экстралингвистические и собственно языковые признаки жанра вывески.

К экстралингвистическим относим следующие жанрорелевантные признаки:

1) особая сфера функционирования в коммуникативном пространстве города (это социально-экономические отношения);

2) партнерами коммуникации являются номи-натор (поставщик товаров и услуг) и адресат (потенциальный потребитель);

3) цель коммуникации — информирование адресата о названии городского объекта и его профиле (функция идентификации), а также воздействие на реципиента и убеждение его воспользоваться услугами именно данного предприятия (рекламная функция);

4) содержание сообщения в жанре вывески — информация о названии и типе городского объекта (ассортимент предлагаемых товаров и услуг);

5) в тексте вывески репрезентируется лингво-культурное пространство города.

Собственно языковые жанрообразующие признаки заключаются в следующем:

1) текст вывески имеет особую структуру: включает три компонента; основным, обязательным является дифференцирующий компонент — собственно название городского объекта; два других (идентифицирующий и квалифицирующий компоненты) факультативны;

2) текст имеет специфическое грамматическое оформление;

3) тексты основаны на специфических способах номинации;

4) в названии городского объекта используются разнообразные приемы языковой игры;

5) цельнооформленность текста вывески является неоднородной, а именно создается вербальным и иконическим элементами — это креолизо -ванный текст.

Таким образом, проведенный разноаспектный анализ особенностей текстов вывесок позволил сделать нам следующие выводы. Название на вывеске городского объекта представляет собой текст, определяющими для которого являются следующие характеристики: 1) это «текст-примитив» (обладает малым объемом и лишен привычных для нормы специальных средств связности); 2) имеет особую иерархическую структуру и специфические языковые особенности; 3) информативно самодостаточен вследствие смысловой компактности и опоры на конситуа-цию; 4) его цельность создается как вербальными, так и иконическими средствами; 5) выражает прагматические намерения номинатора, выполняя рекламную функцию.

Текстоцентричный подход к городским номинациям позволяет интерпретировать вывески как особый малый письменный жанр, что расширяет традиционное понимание границ текста и вносит определенные коррективы в существующую типологию речевых жанров.

Список литературы

1. Борисова, И. Н. Русский разговорный диалог: структура и динамика / И. Н. Борисова. — Екатеринбург, 2001. — 408 с.

2. Капанадзе, Л. А. О жанрах неофициальной речи / Л. А. Капанадзе // Разновидности городской устной речи : сб. науч. тр. — М., 1988. — С. 230-234.

3. Капанадзе, Л. А. Развитие речевых жанров в русском языке / Л. А. Капанадзе // Голоса и смыслы. — М., 2005. — С. 290-304.

4. Китайгородская, М. В. К вопросу о жанровой стратификации разговорной речи / М. В. Китайгородская, Н. Н. Розанова // Русский язык в его функционировании. — М., 1998. — С. 50-52.

5. Кубрякова, Е. С. О тексте и критериях его определения / Е. С. Кубрякова // Текст. Структура и семантика. — М., 2001. — Т. 1. — С. 72-81.

6. Сахарный, Л. В. Тексты-примитивы и закономерности их порождения / Л. В. Сахарный // Человеческий фактор в языке: язык и порождение речи. — М., 1991. — С. 221-237.

7. Седов, К. Ф. Человек в жанровом пространстве повседневной коммуникации / К. Ф. Седов // Антология речевых жанров: повседневная коммуникация. — М., 2007. — С. 7-38.

8. Сиротинина, О. Б. Русский язык в разных типах речевых культур / О. Б. Сиротинина // Русский язык сегодня. — М., 2000. — С. 240-250.

9. Шмелева, Т. В. Модель речевого жанра / Т. В. Шмелева // Жанры речи. — Саратов, 1997. — Вып. 1. — С. 88-98.

10. Шмелева, Т. В. Многоязычие как черта речевого быта современного города / Т. В. Шмелева // Русский язык в контексте современной культуры: тез. докл. междунар. науч. конф. — Екатеринбург, 1998. — С. 153-155.

Сведения об авторе

Михайлюкова Наталья Владимировна — кандидат филологических наук, старший преподаватель кафедры русского языка как иностранного, Восточный институт — Школа региональных и международных исследований, Дальневосточный федеральный университет. Владивосток, Россия. belon_63@mail.ru

Bulletin of Chelyabinsk State University.

2017. No. 3 (399). Philology Sciences. Iss. 105. Pp. 51—58.

TEXT OF SIGN AS A SPECIAL SMALL WRITTEN GENRE

IN A CITY COMMUNICATIVE SPACE

N. V. Mikhailyukova

Far Eastern Federal University, Vladivostok, Russia. belon_63@mail.ru

The article is devoted to the study of sign board texts in a city communicative space. The paper presents overall description of urban object names. An attempt is made to solve the sign inscriptions language status problem. Proofs of text essence of a sign as a particular speech genre are presented. Based on various aspect analysis, structural, lexical-semantic, sociolinguistical and linguoculturological features of sign board text as a small written genre are revealed.

Keywords: city language, small written genre, verbal genre, text characters, text boundaries, primitive text, sign board text.

References

1. Borisova I.N. Russkiy razgovorniy dialog: struktura I dinamika [Russian spoken dialogue: structure and dynamics]. Yekaterinburg, 2001. 408 p. (In Russ.).

2. Kapanadze L.A. O zhanrakh neofitsialnoy rechi [About genres of informal speech]. Raznovidnosti gorod-skoy ustnoy rechi [Varieties of city spoken language]. Moscow, 1988. Pp. 230-234. (In Russ.).

3. Kapanadze L.A. Razvitie rechevykh zhanrov v russkom yazyke [Development of verbal genres in the Russian language]. Golosa I smysly: izbr. raboty po russkomu yazyku [Voices and meanings: selected texts on the Russian language]. Moscow, 2005. Pp. 290-304. (In Russ.).

4. Kitaigorodskaya M.V., Rozanova N.N. K voprosu o zhanrovoy stratifikatsii razgovornoy rechi [Revisiting the genre stratification of oral speech]. Russkii yazyk v ego funktsionirovanii [Russian language in its functioning]. Moscow, 1998. Pp. 50-52. (In Russ.).

5. Kubryakova E.S. O tekste I kriteriyakh ego opredeleniya [About a text and criteria of its determination]. Tekst. Struktura i semantika [Text. Structure and semantics], vol. 1. Moscow, 2001. Pp. 72-81. (In Russ.).

6. Sakharniy L.V. Teksty-primitivy i zakonomernosti ikh porozhdeniya [Primitive texts and regularities of their production]. Chelovecheskiy faktor v yazyke: yazyk iporozhdenie rechi [Human factor in a language: language and speech production]. Moscow, 1991. Pp. 221-237. (In Russ.).

7. Sedov K.F. Chelovek v zhanrovom prostranstve povsednevnoy kommunikatsii [A human in genre space of routine communication]. Antologiya rechevykh zhanrov: povsednevnaya kommunikatsiya [Antology of verbal genres: routine communication]. Moscow, 2007. Pp. 7-38. (In Russ.).

8. Sirotinina O.B. Russkiy yazyk v raznykh tipakh rechevykh kultur [Russian language in various types of speech cultures]. Russkiy yazyk segodnya [Russian language today]. Moscow, 2000. Pp. 240-250. (In Russ.).

9. Shmeleva T.V. Model' rechevogo zhanra [A verbal genre model]. Zhanry rechi [Verbal genres], iss. 1. Saratov, 1997. Pp. 88-98. (In Russ.).

10. Shmeleva T.V. Mnogoyazychie kak cherta rechevogo byta sovremennogo goroda [Multilinguism as a feature of a modern city verbal life]. Russkiy yazyk v kontekste sovremennoy kultury [Russian language in the context of modern culture]. Yekaterinburg, 1998. Pp. 153-155. (In Russ.).