Развитие категориального аппарата философии в творческом наследии русской эмиграции

УДК 130.3 Канд. филос. наук Н.О. НЕСТЕРОВ

РАЗВИТИЕ КАТЕГОРИАЛЬНОГО АППАРАТА ФИЛОСОФИИ В ТВОРЧЕСКОМ НАСЛЕДИИ РУССКОЙ ЭМИГРАЦИИ

Культурная преемственность, духовная культура, традиции, ценности, идентичность

Представители русской философской мысли эмиграции XX века, при всем многообразии развиваемых ими идейных направлений, пытались осмыслить истоки того трагического культурного и политического раскола в России, который привел к формированию двух самостоятельных течений национальной культуры - русского зарубежья и советской России. К сожалению, социокультурные последствия разрыва исторической традиции государственности в России в результате революционных событий XX века все еще не до конца преодолены. Это находит свое отражение и в кризисе культурно-политической идентичности. В настоящее время в России остро стоит вопрос о необходимости выработки национальной идеи, которая позволит объединить население страны на основе ценностей отечественной духовной культуры и мирового исторического опыта. Поэтому актуальным представляется анализ творческого наследия представителей русской эмиграции XX века. «Философский пароход», на котором не по своей воле отправились на чужбину многие отечественные мыслители и ученые, стал символическим разломом, обозначившим духовных раскол русской национальной культуры. Целью данной работы является осмысление взглядов И.А. Ильина и Л.П. Карсавина на проблему взаимосвязи религиозной культуры с другими сферами социокультурного бытия - государственностью, национальным самосознанием, системой духовных ценностей народа. Одна из наиболее важных работ И.А. Ильина «О сущности правосознания» посвящена раскрытию многообразных взаимосвязей между исторически сформировавшимися нормами права и духовным развитием самого общества, в том числе человека-гражданина как носителя правосознания. «Усилия Ильина направлены на раскрытие потенциальных возможностей права как способа реализации духовных устремлений человека» [2, с. 13].

В марксистской философии правовая система и государственная власть рассматриваются как производные от конкретного типа экономических отношений и как инструменты господства отдельных социальных классов. Иными словами, правосознание и государственное бытие народа вторично по отношению к социально-экономическому «базису». Такой историко-материалистический подход стал популярен в России еще со второй половины XIX века, с эпохи движения «народников» и позднее - с марксистских кружков. И.А. Ильин выступает последовательным критиком таких взглядов на феномен правосознания. «Должен быть окончательно отвергнут гибельный предрассудок о «внешней» природе права и государства; должна быть усмотрена и усвоена их «внутренняя», душевно-духовная сущность» [2, с. 211]. Государство и правовая система, исторически сформировавшиеся у отдельной нации, являются зримым выражением ее духовных устремлений, ценностных ориентиров, моральных норм и социокультурных традиций. Правосознание основывается на представлениях морально-этического и духовно-религиозного порядка, позволяя индивиду осознать свою сопричастность с историческими судьбами своего народа, его культурой и социально-политической системой. «Стихия государства есть стихия человеческого духа» [2, с. 212]. Таким образом, правосознание связано в первую очередь с духовным самоопределением личности, с осознанным принятием определенных моральных и юридических законов, выражающих взаимосвязь частного интереса и общего блага. Правосознание общества отражает особенности исторического пути страны и народа, его внутреннего духовного и внешнего социально-политического развития, его нельзя свести лишь к юридической грамотности. И.А. Ильин отмечает, что «правовая жизнь подлежит общему и основному закону духовного развития и является, подобно религии, философии, науке, искусству и нравственному творчеству, разновидностью единого жизненно-духовного делания» [2, с. 212]. Рассматривая социокультурный феномен правосознания, следует учитывать его взаимосвязь с преобладающей в обществе мировоззренческой и ценностной системой. Духовные ценности (светская и религиозная мораль, традиции и обычаи) и правовые нормы служат выражением наиболее общих идеалов, характерных для данной культуры и страны. Как отмечает И.А. Ильин, «современное человечество идет за светской, безрелигиозной государственностью, не понимая, что эта государственность оторвалась от своей высшей цели, не служит ей, не видит ее, ибо цель эта состоит (всегда состояла и будет состоять) в том, чтобы готовить людей к «прекрасной жизни» (Аристотель), к жизни «по-Божьему»

(Блаженный Августин)» [4, с. 1]. Таким образом, государство и право, по мнению И.А. Ильина, призвано способствовать утверждению в обществе тех высших духовно-нравственных ценностей, которые воплощаются в подлинном религиозном служении, чуждым фанатизму и конфессиональным конфликтам. «Истинная религиозность есть преданность совершенству; а эта преданность вызывает деятельное служение ему, творческое осуществление его на земле». [2, с. 222]. Правосознание общества определяется формами взаимосвязи политико-государственной системы с духовными ценностями и идеалами данной культуры (русской и советской, западной и восточной). Когда национальная государственность развивается на основе творческого развития традиционных форм духовности и связанных с ней социальных отношений, тогда и уровень правосознания в обществе, как правило, позволяет избежать серьезных внутренних конфликтов. Напротив, любой культурный разрыв, кризис традиционных форм духовности (религии, литературы, искусства), поиск новых социально-политических идеалов приводит общество к порогу правового и культурного нигилизма, создает почву для распространения деструктивных социально-политических и религиозных движений. Наиболее отчетливо проблема сохранения культурной и религиозной идентичности проявляется, когда государство и общество встают на путь модернизации. В условиях России XIX-начала XX века масштабные, и в целом результативные реформы Александра II оказались связаны с глубоким духовным кризисом: православная церковь все более ассоциировалась с бюрократическим аппаратом, а многочисленные революционно-политические движения, начиная с народовольцев, рассматривали религию и церковь как «пережиток прошлого», который будет заменен «позитивной наукой». Так, известный социолог и теоретик народничества Н.К. Михайловский обосновывал возможность преобразования общественной системы под руководством «передовой интеллигенции». Монархическая власть представителями русского политического радикализма воспринималась не как выражение многовековой культурно-исторической специфики отечественной государственности (концепция «Москва - Третий Рим»), но лишь как инструмент политического угнетения. В конечном итоге именно внутренний духовный кризис, предопределил судьбу страны в 1917 году и последовавший за этим кардинальный разрыв с прежней традицией российской государственности и культурной идентичности. И.А. Ильин последовательно отстаивает тезис, что именно подлинная религиозная вера выступает в качестве высшего выражения любой живой культуры. Общество, государство могут сознательно порвать связь с религиозной духовной традицией своих предков, но такие культуры нежизнеспособны, «они сходят в истории на «нет», в снижении, разложении и разврате, принимая свои больные и дурные создания за некое «новое слово» «новой культуры» [5, с. 1]. Государство, по мнению И.А. Ильина, это не аппарат бюрократической власти, а добровольный союз всех граждан, основанный на чувстве сопричастности судьбам Родины и системе общих духовных идеалов и ориентиров, которые укоренены в национальной религиозной культуре. Утрата духовно-религиозной преемственности, попытка заменить ее «рациональной» морально-этической системой и «позитивной» наукой приведет к еще более глубокому нравственному и социальному кризису. И.А. Ильин отмечает, что «культура творится не сознанием, не рассудком и не произволом, а целостным, длительным и вдохновенным напряжением всего человеческого существа, отыскивающего прекрасную форму для глубокого содержания; значит - и бессознательными, ночными силами души и, прежде всего, инстинктом» [4, с. 1]. В настоящее время взгляды И.А. Ильина на религиозную веру как целостное (чувственное, разумное и иррациональное) осознание высшего нравственного предназначения индивида, народа и его государственности, как ценностной основы развития любой живой культуры могут встретить критические возражения. В работах значительной части современных философов и историков отмечается, что светская культура сосуществовала с религиозной на протяжении многих столетий, а начиная с эпохи Просвещения именно светское мировоззрение и принципы научной рациональности становятся основой формирования европейской культуры Нового времени. В эпоху Великой французской революции даже предпринимались попытки насильственно заменить христианство культом Разума, в соответствии с философской системой Ф. Вольтера и других представителей французского Просвещения. Светский характер общества и государства большинства стран Европы и России также не ставится под сомнение. Однако многие социокультурные данные позволяют говорить, что религиозный фактор остается весьма значимым в аспекте культурной идентичности индивида. Во-первых, в настоящее время в гуманитарных науках широко применяется цивилизационный подход, который акцентирует внимание именно на религиозно-этических системах как основе для классификации различных культур (христианская, буддийская, конфуцианская и т.п. цивилизации).

Так С. Хантингтон в своей работе «Столкновение цивилизаций» делает научный прогноз, что именно по границам распространения религий пройдет линия цивилизационного разлома и социально-политических конфликтов. По его прогнозам XXI век станет эпохой десекуляризации, возрождения как подлинной религиозной духовности, так и религиозного экстремизма. «Возрождение религии, или, говоря словами Ж. Кепеля, «реванш Бога», создает основу для идентификации и сопричастности с общностью, выходящей за рамки национальных границ — для объединения цивилизаций» [9, с. 1]. В настоящее время можно утверждать, что прогноз С. Хантингтона в целом оправдался. Более того, в условиях глобализации, формирования единой экономической системы, постепенного снижения роли национальных государств в пользу различных надгосударственных интеграционных объединений (Европейский союз, БРИКС и т.п.) и транснациональных корпораций именно общность религиозной идентичности становится одним из ключевых факторов, определяющих социокультурные отношения в различных странах, регионах и обществах. Примером могут служить сформировавшиеся в странах Запада многочисленные культурно-религиозные анклавы, практически не интегрированные в общую культурную среду. Во-вторых, роль религии в обществе не сводится лишь к сохранению и развитию традиционных морально-нравственных ценностей как нередко воспринимают социальную роль церкви в современном российском обществе. Доминирующая в обществе и государстве религия предопределяет цивилизационную идентичность и преемственность всей системы социально-политических, культурных и духовно-нравственных связей. Например, в христианстве сформировалось несколько моделей взаимоотношений церкви и государства, все они признавали относительную автономность светской и религиозной жизни государства. «Церковь и государство взаимно инородны - по установлению, по духу, по достоинству, по цели и по способу действия» [4, с. 1]. В исламе, напротив, община верующих и государство не разделяются. Человек может быть бесконечно далек от духовной культуры своей страны, но если он стремится понять причины своеобразия исторического пути родного народа, ему будет необходимо обратиться к религиозным истокам и национальному характеру, и традиции книжности, и самой национальной государственности. Поэтому одинаково некорректно как сводить все формы духовной культуры лишь к религиозной сфере, так и пытаться рассматривать становление культурно-цивилизационных общностей без раскрытия содержания категорий религиозной культуры. Проблему свободы человека И.А. Ильин рассматривает в двух главных аспектах - внутреннем духовном и внешнем, социально политическом. «Свобода необходима человеку и священна для него. Но это свобода обретается через Бога, в духе, в совести, в чувстве собственного духовного достоинства, в служении своему единокровному народу» [1, с. 216]. Человеческая свобода предполагает, в первую очередь, глубокую внутреннюю работу над собой, духовное взросление, постижение нравственных основ национальной культуры и религиозной веры. И.А. Ильин продолжает традицию философии Ф.М. Достоевского и святоотеческой литературы, обосновывая, что человек должен вначале перестать быть рабом своих пороков и только затем думать об изживании социальной несвободы. «Россия выйдет из того кризиса, в котором она находится, и возродится к новому творчеству и новому расцвету — через сочетание и примирение трех основ, трех законов духа: свободы, любви и предметности» [6, с. 1]. Согласно И.А. Ильину человеческая свобода - это в первую очередь результат нравственного становления и только затем - поиск справедливых форм социально-политического устройства на основе христианской веры и национальных традиций. Для И.А. Ильина главное в жизни государства и общества - не уклоняться от нравственных основ народной духовной традиции. Он называет «больным национализмом» избыточное внимание «к внешним проявлениям народной жизни - к хозяйству, к политической мощи, к размерам государственной территории и к завоевательным успехам своего народа» [3, с. 385]. Другой известный деятель русской эмиграции Л.П. Карсавин в своих работах развивал философию всеединства В. Соловьева. Наибольшую известность получила его философская концепция целостной личности, где человек рассматривается с позиций близких персонализму С.Л. Франка. Как отмечают исследователи, для философии всеединства характерно рассмотрение этической проблематики не с нормативной позиции, а с онтологической. «Этика в русском контексте — это попытка понять мораль как срез бытия, как бытие в просвете нравственного опыта» [8, с. 2]. Представляется актуальным раскрыть основные идеи Л.П. Карсавина в области философии культуры.

Многообразие культур человечества для Л.П. Карсавина - это проявление диалектического взаимодействия общего и частного. При этом каждая историческая культура стремится выразить в себе все человечество. Идея культуры - это те исторически уникальные способы, посредством

которых отдельная культура становится индивидуализацией всего человечества. «В своей специфичности всякая культура должна выразить все человечество; и человечество может быть совершенно выраженным лишь в том случае, если все оно стало каждою свою культурою и всеми ими, т. е. если каждая из них и растворила в себе все другие и во всех других растворилась» [7, с. 1]. Индивидуальность и неповторимость каждой культуры, согласно Л.П. Карсавину, предопределяет их непостижимость - у каждой своя система символов и идей. Однако, поскольку любая культура является индивидуализированным выражением человечества во всей его полноте и подвержена объективным историческим изменениям, то познание иных культур в принципе возможно. Для этого исследователю необходимо «погрузиться» в символический мир, созданный в этой культуре. «При всей взаимной недоступности культур в любой культурной эпохе возможно постижение иных, но не потому, что она культура, а потому, что она не только данная культура» [7, с. 1]. Всякая попытка объяснить содержание культуры или исторической эпохи, исходя из смыслов и установок чуждой культурной среды, не приведут к успеху. Когда человек овладевает символическим языком изучаемой культуры, он становится ее частью. «Раскрыв себя, культура поникает, теряет единство, разлагается и вытесняется новою или новыми» [7, с. 1]. Таким образом, Л.П. Карсавин является одним из основоположников культурфилософских исследований в области исторической динамики культурного развития и многообразия локальных культур.

Работы И.А. Ильина и Л.П. Карсавина внесли существенный вклад в понимание социокультурных процессов в России XIX - начала XX века. Ильин развивает учение о взаимосвязи различных сторон общественной и политической жизни России с духовными идеалами и живой верой христианства, а также национальными традициями русского народа. В его понимании возрождение отечественной государственности - это не механическая реставрация прошлого, а творческое осмысление исторического опыта народов России и мира на основе идеалов христианства. Л.П. Карсавин последовательно развивал идеи философии всеединства В. Соловьева, в том числе применительно к проблеме исторической изменчивости мирового культурного процесса. Его работы раскрывают необходимость целостного подхода к анализу семантики различных социокультурных явлений. В современную эпоху формирования глобального культурного пространства философские идеи представителей русской эмиграции могут помочь глубже понять духовные традиции России.

Литература

1. Ильин И. А. О грядущей России: Избранные статьи /Под ред. Н.П. Полторацкого. - М. Воениздат, 1993. - 368 с.

2. Ильин И. А. О сущности правосознания. / Подготовка текста и вступительная статья И. Н. Смирнова. — М.: Рарогъ, 1993. — 235 с.

3. Ильин И.А. Наши задачи. Том 1. - М.: Айрис Пресс, 2008.

4. Ильин И. А. Основы христианской культуры //URL: http://abc.vvsu.ru/Books/kulturolog_kn3/page0018.asp

5. Ильин И.А. Собрание сочинений в десяти томах. Том первый. - М.: РУССКАЯ КНИГА, 1996 // URL: http://korolev.msk.ru/books/TOR/doc/Il_in_Sobranie_sochinenii_t_1.html

6. Ильин И.А. Собрание сочинений в десяти томах. Том второй. - М.: РУССКАЯ КНИГА, 1993. // URL: sofia-sfo.ru/sites/default/.../o-vospitanii-v-gryadushchei-rossii-i-ilin.doc

7. Карсавин Л.П. Философия истории. // URL: http://www.litmir.co/br/?b=114543&p=47

8. Намли Е. Философия симфонической личности Льва Карсавина. К вопросу об онтологичности русской этики. С. 2 . // URL: http:/journals.lub.lu.se/index.php/sl/article/download/10072/8501

9. Хантингтон С. Столкновение цивилизаций. // URL: http://www.e-reading.club/bookreader. php/61484/Hantington_-_Stolknovenie_civilizaciii.html