О роли имущественно-правовых отношений в вопросах формирования и реализации научно-технической политики субъекта Российской Федерации (на примере города Москвы)

О роли имущественно-правовых отношений в вопросах формирования и реализации научно-технической политики субъекта Российской Федерации

В.Н. Кузнецов

председатель Экспертного совета Межрегиональной общественной организации «Московская ассоциация предпринимателей», кандидат химических наук

Н.В. Соколов

экономист, кандидат технических наук

Валентин Николаевич Кузнецов, kvn-7266965@yandex.ru

Как известно, город Москва по многим позициям заметно выделяется из всех российских регионов, что вполне естественно для столицы крупнейшего государства. Не является исключением и такой немаловажный аспект, как наличие собственной научно-технической политики, которая по идее должна являться неким ориентиром для других регионов. Этим и объясняется наш интерес к результатам реализации этой политики, включая достижения города Москвы на поприще науки и техники и их практического использования.

В рамках настоящей статьи нами не ставилась задача исследования всех аспектов научно-технической политики города Москвы, хотя такое исследование представляет несомненный практический интерес, поскольку сегодня стала очевидной необходимость полного и системного переосмысления научно-технической и промышленной политики города Москвы в русле мировых тенденций. Последний тезис согласуется, в частности, с реалиями деятельности нового руководства Москвы. Так, в начале января текущего года новый мэр Москвы С.С. Собянин поставил задачу разработки городской целевой программы научно-технологического и промышленного

развития города, основанной на принципиально новых концептуальных подходах и охватывающей период 2012-2016 годов. Поддерживая это начинание, тем не менее мы не можем не отметить, что без глубокого и беспристрастного анализа вопросов общего характера решать частные задачи нельзя. Иначе многие системные ошибки и упущения, до сих пор имеющие место в законах и иных нормативных правовых актах города Москвы, могут свести на нет любые благие начинания.

Таким образом, первейшая проблема, анализ и решение которой предопределяют успешность разработки упомянутой городской целевой программы, заключается в полномасштабной ревизии и кардинальном обновлении нормативного правового обеспечения научно-технической и промышленной политики города Москвы. Из всех основополагающих вопросов названной проблемы нами была выделена группа вопросов имущественно-правовых отношений, связывающих город Москву как публичный субъект с иными (непубличными) субъектами научно-технической деятельности, являющимися участниками взаимоотношений по поводу создания так называемой научно-технической продукции1.

1 Необходимо заметить, что понятие «научно-техническая продукция» закреплено в Федеральном законе от 23 августа 1996 года № 127-ФЗ «О науке и государственной научно-технической политике». Как сле-

В этом отношении особый интерес представляет анализ выбранной руководством Москвы модели финансирования научнотехнической деятельности, используемой им на практике в последние 10-15 лет. Опережая дальнейший анализ, считаем необходимым сразу заявить, что модель эта не имеет под собой корректной имущественно-правовой основы, адекватной официально провозглашенным целям и задачам научно-технической и промышленной политики нашего уникального города-региона. В связи с этим целью настоящей статьи фактически являются попытки обоснования этого вывода.

Прежде всего мы задались целью найти разумное объяснение тому странному факту, что при объеме финансирования научно-исследовательских и опытно-конструкторских работ (НИОКР), составившем за период 2006-2010 годы порядка 8 миллиардов рублей2, сведения о каких-либо серьезных внедрениях результатов этих разработок практически отсутствуют. В то же время в средствах массовой информации (СМИ) активно «пиарились» сомнительные с научной точки зрения разработки типа устройств для «разгона облаков» и прочие «достижения», не представляющие никакого практического интереса для городского хозяйства3. А вот если бы отдача

от этих НИОКР действительно была солидной, без сомнений, о таких примерах давно бы уже раструбили все СМИ, особенно находящиеся под контролем московского правительства4.

Это наводит на некоторые размышления. Ведь за последние 5 лет городом Москвой фактически приобретено прав на результаты НИОКР на сумму, по нашим оценкам, эквивалентную не менее чем 200 миллионам долларов США. Почему же обществу неизвестны примеры внедрения таких результатов, несмотря на постоянные заявления о необходимости «коммерциализации разработок» и «вовлечения в хозяйственный оборот» их результатов? Одним из последних целевых документов правительства Москвы, в котором ставятся задачи «коммерциализации» и «вовлечения в хозяйственный оборот» результатов НИОКР, является постановление правительства Москвы от 11 марта 2008 года № 175-ПП «О совершенствовании работы по защите и вовлечению в хозяйственный оборот объектов интеллектуальной собственности, созданных за счет средств бюджета города Москвы». Нельзя не заметить, что указанное постановление имеет заведомо неисполнимый характер, о чем будет сказано далее. Разгадка, по нашему мнению, кроется в неправильном выборе модели

дует из определения этого понятия, под «научно-технической продукцией» понимается «научный и (или) научно-технический результат, в том числе результат интеллектуальной деятельности (здесь и далее в цитируемом тексте выделено нами. - Авт.), предназначенный для реализации». Исходя из этого определения, в дальнейшем в целях настоящей статьи под «научно-технической продукцией» будем понимать результаты интеллектуальной деятельности (РИД), главным образом, в научно-технической сфере, иными словами -результаты научно-технической деятельности (РНТД, или РИД-РНТД).

2 К сожалению, более точную информацию о фактических объемах финансирования НИОКР в период 20062010 годы получить не представляется возможным ввиду отсутствия в открытых источниках сведений о фактическом исполнении городских программ НИОКР.

3 Ни на сайте «флагмана» московской городской науки (ОАО «Московский комитет по науке и технологиям») http://www.mknt.ru, ни на официальном сайте Департамента науки и промышленной политики города Москвы http://dnpp.mos.ru также не удается обнаружить адекватных сведений о сколько-нибудь заметных результатах в области науки и техники, достигнутых благодаря столь щедрому финансированию из московского бюджета, а главное, об их внедрении.

4 Анализируя целевой характер заказов на научно-исследовательские, опытно-конструкторские и технологические работы (НИР/ОКР/ТР), финансировавшихся городом Москвой, можно обнаружить и такие, которые не только не содержат научной составляющей, но и не имеют прикладного значения, если исходить из содержания официально провозглашенных целей и задач научно-технической политики города Москвы. В качестве одного из таких примеров можно привести заказ, размещенный в августе - сентябре 2009 года Управлением делами мэра и правительства Москвы в виде открытого конкурса (реестровый номер 11-0167099-09) на право заключения государственного контракта на выполнение научно-исследовательских работ в форме комплексных социологических исследований «Политические настроения москвичей накануне выборов в Московскую городскую Думу» по цене 5,9 миллионов рублей. Очевидно, что в этом случае нельзя говорить не только об эффективности, но и о целесообразности такого рода заказов.

тех самых имущественно-правовых отношений между городом Москвой как заказчиком научно-исследовательских, опытно-конструкторских и технологических работ (НИР/ОКР/ТР) и субъектами научнотехнической деятельности, являющимися исполнителями городских заказов на выполнение этих работ.

Но прежде чем мы перейдем к анализу структуры и содержания имущественноправовых отношений между городом Москвой и субъектами научно-технической деятельности, для более глубокого и предметного осмысления приведенных в настоящей статье выводов считаем необходимым определиться с понятийным аппаратом, применимым к рассматриваемой проблеме, в том числе с базовыми терминами и их определениями. В первую очередь, следует разобраться, что же понимается под «результатами НИР/ОКР/ТР», а также «правами» на них. Начнем с того, что само понятие «результаты НИР/ОКР/ТР» законодательно не определено. Анализ правовых норм в отношении возможного содержания таких результатов5 позволяет считать, что они могут представлять собой некую совокупность объектов, имеющих материальный (документация, материальные носители, образцы веществ, материалов, устройств и т. п.) и нематериальный (разного рода информация, охраняемые и «неохраняемые» результаты интеллектуальной деятель-ности6) характер. В дальнейшем, с учетом определения, данного в статье 2 Федерального закона от 23 августа 1996 года № 127-ФЗ «О науке и государственной научно-технической политике», под результатами НИР/ОКР/ТР будем понимать результаты интеллектуальной деятельности (РИД). Перечень РИД, которым предостав-

ляется правовая охрана, приведен в статье

1225 Гражданского кодекса Российской Федерации. В состав таких РИД, в частности, входят произведения науки, программы для ЭВМ, базы данных, изобретения, полезные модели, промышленные образцы, селекционные достижения, топологии интегральных микросхем, секреты производства (ноу-хау). Такие РИД будем считать относящимися к научно-технической сфере («результаты научно-технической деятельности») и, соответственно, обозначать в дальнейшем как РИД-РНТД.

Следующим важнейшим для целей настоящей статьи является понятие «права на результаты НИР/ОКР/ТР», под которыми будем понимать «права на РИД-РНТД». В соответствии с нормой статьи 1226 Гражданского кодекса Российской Федерации на результаты интеллектуальной деятельности признаются так называемые интеллектуальные права, в состав которых входят исключительные права, являющиеся имущественными правами, а также личные неимущественные и иные права, часть из которых относится к имущественным правам. В дальнейшем мы будем оперировать только термином «исключительные права», причем именно в качестве имущественного права, объектом которого является РИД-РНТД.

Таким образом, понятие «имущественноправовые отношения» применительно к рассматриваемой проблеме сводится к отношениям обладания правами на РИД-РНТД, создание которых предусматривается в рамках финансируемых городом Москвой государственных контрактов, предметом которых является выполнение НИР/ОКР/ТР.

Приступая к анализу модели имущественно-правовых отношений между городом Москвой7 и субъектами научно-технической

5 См. статью 2 Федерального закона от 23 августа 1996 года № 127-ФЗ «О науке и государственной научнотехнической политике», а также статью 772 Гражданского кодекса Российской Федерации.

6 К «неохраняемым» результатам интеллектуальной деятельности (РИД), то есть РИД, которым не предоставляется правовая охрана, в частности, относятся открытия, идеи, концепции и т. п. (пункт 5 статьи 1259 Гражданского кодекса Российской Федерации).

7 Здесь необходимо отметить, что город Москва в таких отношениях выступает в лице своих органов исполнительной власти (департаментов, комитетов, управлений), которые должны быть наделены соответствующими полномочиями. Однако только один из таких органов - Департамент науки и промышленной политики города Москвы - надлежащим образом наделен такими полномочиями, что тем не менее отнюдь не мешало другим органам исполнительной власти размещать заказы на выполнение НИР/ОКР/ТР (за рамками городской Программы НИОКР), а это, строго говоря, свидетельствует о наличии фактов нарушения бюджетной дисциплины.

деятельности, необходимо отметить, что фактически имеют место две принципиально разные модели научно-технической политики, которые мы условно называем «федеральная» и «московская» модели. Фундаментальные различия между этими моделями заключаются не только в формулировании самих целей финансирования научно-технической деятельности, но и в содержании возникающих при этом имущественно-правовых отношений между публичным субъектом и непубличными субъектами научно-технической деятельности. Так, например, на федеральном уровне принята концепция закрепления всех прав на результаты НИР/ОКР/ТР за исполнителем8, в то время как в Москве был провозглашен принцип принадлежности городу Москве всех прав на результаты НИР/ОКР/ТР9.

Обе модели благополучно «вписываются» в диспозитивные нормы части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации, в соответствии с которыми исключительные права на результаты интеллектуальной деятельности, полученные в рамках исполнения государственных и муниципальных контрактов, могут принадлежать как заказчику, так и исполнителю, а также совместно им обоим (по общему

правилу такие права принадлежат исполнителю)10. То есть закон допускает выбор любого из этих трех вариантов. Однако выбор того или иного варианта должен опираться на совершенно четкие и «прозрачные» основания, определяемые исключительно целями научно-технической политики. Не будем обсуждать в подробностях цели научно-технической политики Российской Федерации, заметим лишь, что они имеют более общий характер и направлены на развитие науки и научно-технической деятельности в масштабах всей страны, в то время как у субъекта Российской Федерации цели научно-технической политики, очевидно, должны иметь более утилитарный и адресный характер11. Из этого следует, что модели научно-технической политики Российской Федерации и ее субъектов (включая город Москву) объективно должны иметь отличия, что, однако, не означает необходимости фундаментального характера этих отличий.

Тем не менее приходится констатировать, что руководством города Москвы была выбрана такая модель имущественноправовых отношений, которая предусматривала полное и безоговорочное право-обладание города Москвы в отношении результатов НИР/ОКР/ТР, профинансиро-

8 См. Постановление Правительства Российской Федерации от 17 ноября 2005 года № 685 «О порядке распоряжения правами на результаты научно-технической деятельности». При этом исключение составляют лишь те результаты, которые связаны с обеспечением обороны и безопасности государства, а также с защитой здоровья населения.

9 В текстах государственных контрактов на выполнение НИР (НИОКР), заключаемых Департаментом науки и промышленной политики (заказчик), в разделе «Права на результаты НИР», в частности, указывалось, что «Права на результаты, полученные при выполнении НИР (НИОКР) (этапа НИР (НИОКР), принадлежат городу Москве, от имени которого выступает Заказчик». Из приведенной формулировки в неявном виде следует, что городу Москве (в лице Департамента науки и промышленной политики) должны принадлежать в том числе исключительные права на РИД-РНТД, создаваемые при исполнении государственных контрактов на выполнение НИР (НИОКР).

10 См., например, статьи 1298, 1373, 1471 Гражданского кодекса Российской Федерации.

11 Необходимо отметить, что в соответствии с пунктом «е» части 1 статьи 72 Конституции Российской Федерации «общие вопросы науки» находятся в совместном ведении Российской Федерации и субъектов Российской Федерации. При этом в силу статьи 72 Конституции Российской Федерации «вне пределов ведения Российской Федерации и полномочий Российской Федерации по предметам совместного ведения Российской Федерации и субъектов Российской Федерации субъекты Российской Федерации обладают всей полнотой государственной власти». Практическая реализация вопросов совместного ведения Российской Федерации и ее субъектов осуществляется путем издания федеральных законов и принимаемых в соответствии с ними законов и иных нормативных правовых актов субъектов Российской Федерации по предметам совместного ведения (часть 2 статьи 76 Конституции Российской Федерации). В то же время согласно пункту «в» части 1 статьи 114 Конституции Российской Федерации Правительство Российской Федерации «обеспечивает проведение в Российской Федерации единой государственной политики в области науки».

ванных за счет средств городского бюджета12. Этот выбор предполагал, в свою очередь, необходимость не только организации и обеспечения ведения полноценного учета результатов НИР/ОКР/ТР и прав на них, а также обеспечения правой охраны РИД-РНТД, но, главное - необходимость формирования системы распоряжения правами на результаты НИР/ОКР/ТР. Очевидно, что этот выбор следует признать неудачным управленческим решением, поскольку это неизбежно приводит к многократному росту нагрузки на бюрократический аппарат, содержание функций которого значительно расширяется, в том числе за счет необходимости выполнения множества разнородных функций, часть которых вообще несвойственна органам исполнительной власти. С учетом же огромного объема финансирования НИР/ОКР/ТР и его мультиотрасле-вого характера возможность полноценного выполнения функций по управлению процессом создания и практического применения (внедрения) результатов НИР/ОКР/ТР (научно-техническое администрирование) в рамках такой модели приобрела заведомо неосуществимый характер.

В целях анализа этой модели попытаемся выявить наиболее критическую составляющую самого процесса создания и практического применения (внедрения) результатов НИР/ОКР/ТР. Легитимность распоряжения любым имуществом предполагает наличие прав владения и распоряжения им, а легитимность распоряжения имущественным правом - наличие обладания им. Сказанное означает, что для того чтобы внедрить в производство некий образец новой техники, обеспечи-

вающий, например, эффект энергосбережения в одной из отраслей городского хозяйства и разработанный по заказу публичного субъекта, такой субъект должен не только легитимно обладать исключительным правом на соответствующий РИД-РНТД, но и иметь легитимную возможность осуществить передачу этого исключительного права (либо предоставить право использования РИД-РНТД) лицу, которое будет осваивать его в производстве. Выполнение каждого из этих двух условий требует осуществления непростых действий по оформлению и ведению большого количества документов, что, в свою очередь, влечет потребность в наличии штата специально подготовленных кадров и значительных затрат, связанных с поддержанием сложнейшего документооборота. Итак, именно выбор решения о закреплении прав на РИД-РНТД либо за исполнителем, либо за заказчиком является критическим условием реализации процесса планирования и управления научно-технической деятельностью, включая создания и использования РИД-РНТД в рамках городского заказа.

Таким образом, выбор «московской» модели имущественно-правовых отношений заведомо был обречен если не на провал, то на заметное «пробуксовывание» процесса создания новых знаний и новой техники, а также их внедрения (практического применения) в городской экономике в целом и в городском хозяйстве, в частности. На практике это проявилось и подтвердилось крайне низкой эффективностью функционирования некоего подобия инновационной

12 Такая установка действовала до начала 2010 года, когда по необъяснимой причине изменилось содержание типового проекта государственного контракта на выполнение НИОКР (раздел «Права на результаты НИР (НИОКР)». Теперь указанное императивное условие о принадлежности заказчику всех прав на НИР (НИОКР) заменено на диспозитивное условие, фактически воспроизводящее содержание указанных норм части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации, в соответствии с которыми права на РИД-РНТД могут принадлежать как заказчику, так и исполнителю, а также совместно им обоим. Новая формула условия распределения исключительных прав, помимо своей полной неопределенности, также порождает проблемы для возможного внедрения полученных РИД-РНТД, поскольку допускает для города Москвы лишь некую возможность (причем реализуемую только на самостоятельной договорной основе, лежащей за пределами правоотношений в рамках контракта) пытаться добиться от исполнителя добровольной безвозмездной передачи городу Москве исключительных прав на РИД-РНТД либо заключения безвозмездного лицензионного договора, либо как минимум принятия на себя обязанности осуществлять практическое применение (внедрение) РИД-РНТД на условиях, установление которых заказчиком в одностороннем порядке неосуществимо.

системы, действовавшей в городе Москве в последние 10-15 лет.

Вывод о том, что «московская» модель имущественно-правовых отношений по созданию и использованию РИД-РНТД объективно является тормозящим фактором нормального инновационного процесса, что, в свою очередь, ни при каких обстоятельствах не может обеспечить эффективное функционирование городской инновационной системы, подтверждается также результатами и выводами представленного далее экономико-правового анализа упомянутых отношений.

Как известно из общепризнанной экономической теории, любая рыночная сделка предполагает справедливое распределение ее результатов между участниками. Если сделка двусторонняя, то, как правило, обе стороны фактически совершают обмен равноценными активами. Чаще всего это выглядит как обмен финансового актива (обычно денег) на нефинансовый (в виде товаров, работ, услуг). Попробуем проанализировать с экономической точки зрения типичную сделку, направленную на возмездное выполнение подрядных работ13.

По договору на выполнение подрядных работ одна сторона обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его14. Иными словами, результатами сделки являются как выполненные работы, так и их оплата. Применительно к частному случаю подрядных работ - НИР/ОКР/ТР - следует иметь в виду особенность, которая практически никогда не имеет места при выполнении типичных подрядных работ, а именно возможность возникновения в ходе или по результатам выполнения работ некоего продукта творческой деятельности (результата интеллектуальной деятельности). Эвристический характер интеллектуальной деятельности предопределяет и невозможность предварительного определения не только точного

объема, но и содержания работ, а тем более характеристик результата интеллектуальной деятельности. Зачастую невозможно заранее предопределить, что РИД вообще может быть получен (например в случае поисковых НИР) и будет ли он иметь охраноспособный характер. Получается, что РИД является неким дополнительным (побочным) продуктом к тому результату, который подлежит передаче заказчику. Спрашивается, какие экономические предпосылки могут порождать основания того, что права на этот побочный продукт (интеллектуальные права) могут принадлежать исполнителю? Только лишь потому, что РИД создан именно усилиями его работников (если в качестве исполнителя выступает организация)? Не нарушается ли в этом случае элементарная экономическая логика, предполагающая, что субъект сделки, являющийся плательщиком, должен получить причитающийся ему результат этой сделки? С правовой точки зрения, как известно, исключительное право на РИД (за исключением ноу-хау) первоначально возникает у автора, творческим трудом которого создан этот РИД (см. пункт 3 статьи 1228 Гражданского кодекса Российской Федерации). Это означает, что исключительное право на РИД, полученный в результате выполнения НИР/ОКР/ТР, возникнуть у заказчика не может ни при каких обстоятельствах. Исключительное право может быть лишь передано ему от автора - напрямую или опосредованно (более подробно эта ситуация рассматривается далее). Прямой иллюстрацией этого утверждения является формулировка нормы пункта 2 статьи 1298 Гражданского кодекса Российской Федерации, в соответствии с которой исполнитель обязан «обеспечить приобретение прав для их передачи заказчику (выделено нами. -Авт.)».

Ответы на эти вопросы не так просты, как это могло бы показаться. И зависят они от разных факторов, начиная от правового статуса плательщика. Если плательщи-

13 Такой анализ, естественно с учетом определенной специфики, будет справедлив и для случая выполнения НИР/ОКР/ТР (см. статью 783 Гражданского кодекса Российской Федерации).

14 См.: пункт 1 статьи 702 Гражданского кодекса Российской Федерации.

ком выступает Российская Федерация, то здесь можно говорить о том, что под оплаченным результатом сделки недостаточно понимать все выполненное по контракту (в утилитарном смысле). Финансируя, например, поисковые исследования, государство вправе ставить вопрос не только о поддержке науки, но и о ее развитии, в том числе на основе использования РИД, уже имеющихся в распоряжении научных организаций (или на основе РИД, права на которые закрепляются за ними). В связи с этим с экономической точки зрения вполне правомерно говорить о возможности признания исключительного права на РИД за исполнителями при выполнении поисковых НИР по заказам федеральных органов исполнительной власти. Именно таким образом государство выполняет одну из своих функций по развитию науки и ее имущественной поддержке.

Уже сложнее говорить об экономической целесообразности признания за исполнителями прав на РИД-РНТД в случае ОКР и ТР, поскольку тогда становится непонятным целеполагание плательщика - ради чего он расходует бюджетные средства и что же он за это получает? Как расценить такую, например, сделку, когда плательщик получает только материализованные результаты ОКР и ТР (в виде конструкторской или технологической документации, опытного образца и т. д.), но не получает права на РИД-РНТД, являющиеся предметом сделки. И вообще, для чего тогда совершалась такая сделка? Чтобы положить на полку очередной материальный актив15, оставив нематериальный актив исполнителю, чтобы он мог самостоятельно распоряжаться им в том числе и в коммерческих целях? Даже поверхностный анализ показывает, что здесь нет того классического экономического равновесия, которое свойственно любой рыночной сделке. Более того, попытки заказчика распорядиться

полученной им документацией, передав ее, например, какому либо предприятию (даже безвозмездно), сопряжены с риском так называемого неосторожного (неумышленного) нарушения интеллектуальных прав третьего лица (коим к тому моменту может являться даже не исполнитель, а новый правообладатель, с которым договариваться будет намного сложнее, если это вообще будет возможно).

Не меньшую сложность представляет ситуация, когда плательщиком выступает субъект Российской Федерации, решающий за счет бюджетных средств свои практические задачи в научно-технической сфере.

Из представленного анализа следует, что предусмотренное частью четвертой Гражданского кодекса Российской Федера-ции16 общее правило о признании за исполнителем исключительного права на РИД, полученный по договору (по государственному контракту), не имеет под собой строгого экономического обоснования. Даже с правовой точки зрения здесь возникает ряд вопросов. Например, по общему правилу, предусмотренному для служебных РИД17, исключительное право принадлежит не работнику, а работодателю. То есть не тому, чьим творческим трудом создан РИД, а тому, кто заплатил за этот труд (плательщику). Сравнивая эту ситуацию с ситуацией создания РИД по договору (контракту), можно прийти к выводу, что законодателем нарушено единство логики в отношении общего правила о принадлежности прав на РИД. Последствия такого нарушения закономерно обнаруживаются при рассмотрении полной последовательности событий в цепи «заказчик - исполнитель / работодатель - работник». Получается, что один из плательщиков в этой цепочке (исполнитель по контракту, «по совместительству» выступающий в роли работодателя) «устроился лучше всех», поскольку именно за ним по общему правилу признаются исключи-

15 Как показывает анализ московской практики, даже материальные активы, являющиеся результатами НИОКР, остаются у исполнителя на ответственном хранении. Это обстоятельство вообще лишает экономической логики всю научно-техническую деятельность города Москвы.

16 См., например, статьи 1298, 1373, 1471 Гражданского кодекса Российской Федерации.

17 См.: например, статьи 1295, 1370, 1470 Гражданского кодекса Российской Федерации.

тельные права на РИД, созданный и оплаченный заказчиком в рамках НИР/ОКР/ТР.

Очевидно, что такая ситуация не является равновесной и с экономической точки зрения. Единственным ее оправданием могут являться уже изложенные мотивы финансирования поисковой НИР18 заказчиком, являющимся федеральным органом исполнительной власти (с учетом того, что исполнителем выступает научное учреждение, имеющее статус федерального государственного учреждения). В остальных же случаях описанная ситуация объективно требует какого-то уравновешивания. Такое уравновешивание, например, возможно за счет одновременного обременения исполнителя определенными обязанностями, компенсирующими последствия безвозмездного приобретения им исключительных прав. В качестве возможного обременения исполнителя могут рассматриваться возлагаемые на него следующие обязанности:

• практического применения (внедрения) РИД-РНТД;

• заключения безвозмездных лицензионных договоров с организациями, указываемыми заказчиком, на условиях, устанавливаемых заказчиком;

• безвозмездного предоставления заказчику простой (неисключительной) или исключительной лицензии.

Таким образом, ответ на вопрос о распределении прав на РИД-РНТД, создаваемые в рамках государственного контракта на выполнение НИР/ОКР/ТР, зависит от ряда конкретных обстоятельств, начиная от целеполагания и характера этих работ и заканчивая особенностями (правовым статусом) исполнителя как субъекта научнотехнической деятельности (бюджетное учреждение, некоммерческая организация, субъект малого предпринимательства и т. д.).

В целях усиления приведенной аргументации считаем необходимым рас-

смотреть еще один практический аспект имущественно-правовых отношений по поводу создания и использования РИД-РНТД, который связан как с содержанием результатов выполненной НИР/ОКР/ТР, так и с составом соответствующей научнотехнической продукции.

Норма статьи 772 Гражданского кодекса Российской Федерации о правах сторон договора на выполнение НИР/ОКР/ТР, не раскрывая содержания этого понятия в отношении результатов этих работ, тем не менее в пункте 2 устанавливает, что: «если иное не предусмотрено договором, заказчик имеет право использовать переданные ему исполнителем результаты работ, а исполнитель вправе использовать полученные им результаты работ для собственных нужд». Анализ формулировки указанной нормы приводит к выводу о том, что в ней говорится только о результатах, имеющих материальный характер, поскольку передача (переход) результатов, имеющих нематериальный характер, невозможна в силу нормы пункта 4 статьи 129 Гражданского кодекса Российской Федерации. В пользу этого вывода говорит и норма, следующая за указанной (пункт 3 статьи 772 Гражданского кодекса Российской Федерации), в соответствии с которой «права исполнителя и заказчика на результаты работ, которым предоставляется правовая охрана как результатам интеллектуальной деятельности, определяются в соответствии с правилами раздела VII настоящего Кодекса». Последнее означает, что результаты НИР/ОКР/ТР необходимо разделять на материальные и нематериальные активы.

Как уже отмечалось, договор (контракт) на выполнение НИР/ОКР/ТР по определению имеет возмездный характер, предусматривающий встречное исполнение сторонами своих обязанностей. Заказчик, оплачивая выполненные работы, должен получить некий результат. Очевидно, что

18 Следует заметить, что Федеральный закон от 21 июля 2005 года № 94-ФЗ «О размещении заказов на поставки товаров, выполнение работ, оказание услуг для государственных и муниципальных нужд» (в редакции Федерального закона от 30 декабря 2008 года № 308-Ф3) допускает в отношении НИР поискового характера возможность заключения двух и более государственных контрактов с одним и тем же предметом (техническим заданием).

основу результата НИР/ОКР/ТР составляют не сами тома научных (научно-технических) отчетов, а то, что в них выражено - результаты интеллектуальной деятельности (РИД-РНТД), стоимость которых многократно превышает стоимость бумаги, на которой напечатан такой отчет. В случае закрепления интеллектуальных прав за исполнителем, заказчику, профинансировавшему некую разработку, достаются только кипы бумаги. С учетом содержания нормы, установленной статьей 1227 Гражданского кодекса Российской Федерации, факт передачи заказчику многотомья научных (научно-технических) отчетов не влечет за собой не только передачи, но и даже предоставления заказчику каких-либо интеллектуальных прав. Возможно, именно эта ситуация и послужила одной из причин выбора «московской» модели имущественноправовых отношений по созданию и использованию РИД-РНТД, когда императивно «все права на научно-технической продукцию» закрепляются за заказчиком, что подразумевает и закрепление за ним исключительных прав.

Однако претензия заказчика в части обладания правами на результаты НИР/ОКР/ ТР никак не обеспечивает защиты имущественных интересов ни заказчика, ни (в его лице) города Москвы, из бюджета которого эти работы финансируются.

Более того, такая модель не позволяет заказчику в дальнейшем легитимно осуществлять распоряжение правами на РИД-РНТД, даже в случае прямого указания в текстах контрактов на то, что исключительные права на РИД принадлежат именно заказчику.

Проиллюстрируем это утверждение конкретным примером деятельности правительства Москвы в рамках рассматриваемой проблемы.

11 марта 2008 года правительством Москвы было принято постановление № 175-ПП «О совершенствовании работы по защите и вовлечению в хозяйственный оборот объектов интеллектуальной собственности, созданных за счет средств бюджета города Москвы», которым, в частности, предусматривалось:

«2. Департаменту науки и промышленной политики города Москвы:

2.3. Во II полугодии 2008 г. разработать и представить в установленном порядке в Правительство Москвы проект постановления, регламентирующего вопросы передачи в доверительное управление объектов интеллектуальной собственности, находящихся в государственной собственности города Москвы (выделено нами. - Авт.)».

По имеющейся у нас информации, это поручение исполнено не было.

В то же время мы считаем, что такое поручение являлось заведомо неисполнимым. В пользу этого вывода приводим следующие доводы:

1) применительно к результатам интеллектуальной деятельности объектом доверительного управления могут выступать только исключительные права (статья 1013 Гражданского кодекса Российской Федерации), а никак не «объекты интеллектуальной собственности», не имеющие правового смысла;

2) в отношении результатов интеллектуальной деятельности (в том числе РНТД) могут признаваться только интеллектуальные права (включая исключительное право, являющееся имущественным правом), а не право собственности (статьи 1226, 12291231 Гражданского кодекса Российской Федерации);

3) практическая реализация передачи городом Москвой в доверительное управление исключительных прав на РИД-РНТД возможна только в случае обладаниями этими правами как имущественными правами, входящими в состав имущества городской казны.

Последний довод, по нашему мнению, является решающим, поскольку правомерность распоряжения субъектом Российской Федерации своим имуществом основывается в том числе на его надлежащем учете в составе имущественной казны. К сожалению, в отношении исключительных прав на РИД-РНТД мы вынуждены констатировать сам факт отсутствия принципиальной возможности включения таких имущественных прав в состав городской казны.

В соответствии со статьей 128 Гражданского кодекса Российской Федерации в состав имущества входят и имущественные права. Исключительные права также признаются имущественными правами (статья 1226 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Постановлением правительства Москвы от 19 июня 2001 года № 533-ПП «О концепции закона города Москвы «О городской казне» предполагалось в состав казны города Москвы включать и «интеллектуальную собственность» (см. пункт 1 раздела I проекта Концепции). Впоследствии в официальном тексте постановления правительства Москвы от 27 февраля 2007 года № 129-ПП «О проекте закона города Москвы» «Об имущественной казне города Москвы» указание на «интеллектуальную собственность» как составную часть имущественной казны города Москвы уже отсутствовало. Окончательная позиция в этом вопросе определилась в результате принятия Закона города Москвы от 26 декабря 2007 года № 53 «Об имущественной казне города Москвы», который фактически подтвердил позицию постановления № 129-ПП: исключительные права на объекты, признаваемые интеллектуальной собственностью, в состав казны не включаются, несмотря на то, что в силу статьи

1226 Гражданского кодекса Российской Федерации они признаются имущественными правами.

Тем не менее решение не признавать исключительные права на РИД в качестве объектов имущественной казны не только не снимает этот вопрос с повестки дня, но и ставит его с еще большей степенью остроты, так как переход городской экономики на инновационный путь развития в первую очередь требует абсолютной ясности в вопросе управления интеллектуальными правами. Поскольку исключительные права признаются нематериальными активами, а их учет является обязанностью всех бюджетных организаций, вопрос о необходимости отнесения этих активов к имуществу города Москвы остается открытым.

Следствием того, что исключительные права на РИД (включая РНТД) не признают-

ся объектами имущественной казны города Москвы, являются не только факт отсутствия надлежаще организованной системы учета прав на РИД-РНТД, которые возникают у города Москвы в результате создания научно-технической продукции (в частности, в рамках Программы НИОКР), но и отсутствие правовых оснований для распоряжения правами на РИД-РНТД.

В соответствии с условиями государственных контрактов, заключаемых Департаментом науки и промышленной политики в рамках реализации программ НИОКР, все права на результаты НИР (ОКР) принадлежат городу Москве в лице этого Департамента. Однако учет таких прав, включая исключительные права на РИД-РНТД, надлежащим образом не организован, реестр интеллектуальной собственности города Москвы до сих пор не создан, хотя соответствующим поручением его создание предусматривалось еще в 2006 году (см. постановление правительства Москвы от 26 ноября 2002 года № 977-ПП).

Таким образом, мы наблюдаем совершенно недопустимую ситуацию, когда, с одной стороны, город Москва ежегодно расходует миллиарды рублей на создание научно-технической продукции, а, с другой стороны, права на создаваемые при этом РИД-РНТД де-юре городу не принадлежат, учет РИД (РНТД) и прав на них надлежащим образом не организован, в том числе в связи с тем, что они не признаются объектами имущественной казны. Другими словами, с правовой точки зрения город формально не является правообладателем в отношении исключительных прав на РИД-РНТД, созданных за счет бюджетных средств, а попытки доказать правомерность обладания правами на РИД-РНТД сопряжены со значительными трудностями, требующими дополнительных затрат бюджета с неясными правовыми и экономическими последствиями. Факт отсутствия у города Москвы надлежащих (документально подтверждаемых) прав на РИД-РНТД не позволяет не только результативно решать задачу передачи исключительных прав в доверительное управление, но даже исключает саму возможность постановки такой задачи. То

же самое можно сказать и о других способах распоряжения исключительными правами на РИД-РНТД.

Более подробный анализ содержания функций и возможности их реализации в рамках существующего законодательства (с учетом сложившейся в Москве ситуации с нормативным правовым обеспечением научно-технической деятельности), а также вопросов практической организации имущественно-правовых отношений между городом Москвой как заказчиком НИР/ ОКР/ТР и субъектами научно-технической деятельности будет являться предметом следующей статьи.

ЛИТЕРАТУРА И ИНФОРМАЦИОННЫЕ

ИСТОЧНИКИ

1. Конституция Российской Федерации : принята 12 декабря 1993 года по результатам всенародного голосования, проведенного в соответствии с Указом Президента Российской Федерации от 15 октября 1993 года № 1633 «О проведении всенародного голосования по проекту Конституции Российской Федерации».

2. Гражданский кодекс Российской Федерации (часть первая) : Федеральный закон от 30 ноября 1994 года № 51-ФЗ.

3. Гражданский кодекс Российской Федерации (часть вторая) : Федеральный закон от 26 января 1996 года № 14-ФЗ.

4. Гражданский кодекс Российской Федерации (часть четвертая) : Федеральный закон от 18 декабря 2006 года № 230-ФЗ.

5. О науке и государственной научнотехнической политике : Федеральный закон от 23 августа 1996 года № 127-ФЗ.

6. О размещении заказов на поставки товаров, выполнение работ, оказание услуг для государственных и муниципальных нужд : Федеральный закон от 21 июля 2005 года № 94-ФЗ.

7. О защите конкуренции : Федеральный закон от 26 июля 2006 года № 135-Ф3.

8. О порядке распоряжения правами на результаты научно-технической деятельности : постановление Правительства Российской Федерации от 17 ноября 2005 года № 685.

9. Об имущественной казне города Москвы : Закон города Москвы от 26 декабря 2007 года № 53.

10. О концепции закона города Москвы «О городской казне» : постановление правительства Москвы от 19 июня 2001 года № 533-ПП.

11. О проекте закона города Москвы «Об имущественной казне города Москвы» : постановление правительства Москвы от 27 февраля 2007 года № 129-ПП.

12. О Программе прикладных научных исследований и проектов в интересах города Москвы на 2006-2008 годы : постановление правительства Москвы от 29 ноября 2005 года № 932-ПП.

13. О совершенствовании работы по защите и вовлечению в хозяйственный оборот объектов интеллектуальной собственности, созданных за счет средств бюджета города Москвы : постановление правительства Москвы от 11 марта 2008 года № 175-ПП.

14. О Программе прикладных научных исследований и проектов в интересах города Москвы на 2009-2011 годы : постановление правительства Москвы от 10 марта 2009 года № 186-ПП.

15. Официальный сайт города Москвы для размещения информации о размещении государственных заказов города Москвы. и^: http://tender.mos.ru/torgi

16. Сайт ОАО «Московский комитет по науке и технологиям». и^: http://www.mknt.ru

17. Официальный сайт Департамента науки и промышленной политики города Москвы. и^: http://dnpp.mos.ru