Социально-экологическая концепция демократичной среды обитания человека: теория, методология, опыт исследования

СОЦИАЛЬНО-ЭКОЛОГИЧЕСКАЯ КОНЦЕПЦИЯ ДЕМОКРАТИЧНОЙ СРЕДЫ ОБИТАНИЯ ЧЕЛОВЕКА: ТЕОРИЯ, МЕТОДОЛОГИЯ, ОПЫТ ИССЛЕДОВАНИЯ

В.Ф. Томилин

Tomilin V.F. A socioecological conception of democratic environment for human existence: theory, methodology and research experience. The article analyses contemporary socioecological conceptions of optimising the relation of society and nature and proposes an original conception of forming a democratic environment for human existence. The principle of participation is used as the main vehicle as it inspires in them a sense of belonging to and responsibility for a specific locality. The data from the socioecological investigations undertaken by the author in the north of Kazakhstan (1968-92) and the Black Soil Region of Russia (1993-2000) are discussed.

Проблема «природосообразной человеческой деятельности», обозначенная древнегреческим философом и ученым Аристотелем более 2300 лет тому назад, превратилась в общественном сознании землян в глобальную проблему современности - выживание человечества [1], или в проблему предотвращения омницида - уничтожения всего живого на Земле. Одной из причин возникновения этой проблемы, по мнению многих ученых, является не в меру разросшаяся по численности популяция человека и его все возрастающие материальные притязания, занимающие в культуре современных людей приоритетное место перед духовными.

В связи с демографическим взрывом населения Земли в XX веке наблюдается беспрецедентный территориальный рост окружающей среды за счет сокращения природной среды. К настоящему времени 2/3 биологически наиболее продуктивной суши Земли (около 10 миллиардов гектаров) человеком уже интенсивно эксплуатируется, а из мирового океана извлекается 3/4 его биопродуктивности. Дальнейшее вторжение человека в природную среду потребует огромных капиталовложений, вызовет необратимые экологические последствия и может запустить механизм необратимого глобального экологического кризиса, главнейшим предвестником которого является постепенно ускоряющийся процесс сокращения органической массы биосферы и, как следствие, базы жизни на Земле. Приспособительные способности Биосферы Земли, ее отдельных экосистем и всего живого к происходящим изменениям, вызванным человеческой деятельностью, находятся на пределе. Это происходит на фоне беспрецедентного роста населения и потребления не беспредельных природных ресурсов. Пределы допустимого одного про-

цента изъятия годовой биопродуктивности Биосферы в целом превышены в 10 раз, а критический порог для суши превышен в 40 раз [2].

Современные ученые предлагают сократить население Земли в ближайшие 50 лет с нынешних 6-ти миллиардов человек до 0,51,0 миллиарда за счет реализации национальных программ планирования семьи. По их мнению, без решения проблемы народонаселения невозможно решить ни одну из глобальных современных проблем человечества: голода и недоедания, загрязнения окружающей среды и истощения природных ресурсов, потепления климата, истощения озонового слоя, сокращения биоразнообразия, опустынивания, выпадения кислотных дождей и других.

Перед угрозой нарастания глобального экологического кризиса человечество осознает, что современный этап взаимодействия Общества и Природы характеризуется усилением взаимодействия и взаимозависимости хозяйственной, социальной и экологической составляющих жизнедеятельности людей. Осознание факта нарастающего противостояния Человека и Природы, поиск путей его преодоления побудили более чем 150 государств мира создать национальные комитеты и разработать программы устойчивого развития и перейти к их осуществлению [3]. Россия в числе этих государств, но нынешняя кризисная ситуация в российском обществе не позволяет ему перейти на рельсы устойчивого развития, основным принципом которого является удовлетворение основных жизненных потребностей нынешнего поколения с сохранением таких возможностей для будущих поколений.

К конструктивным практическим выводам по реализации идеи устойчивого разви-

тия приводит нас вербальная формула американского ученого Б. Небела [4], наглядно описывающая взаимосвязь экологических последствий, численности населения, стиля его жизни и уровня экологического сознания:

Численность Стиль

Экологические _ населения жизни

последствия Уровень экологического

сознания

Из этой формулы следует, что воздействие общества на окружающую среду возрастает пропорционально численности населения и степени природосовместимости стиля его жизни и уменьшается обратно пропорционально уровню экологического сознания. Из этой формулы следует также, что в окружающей среде могут иметь место одни и те же экологические последствия и при растущем населении, но при повышающемся уровне его экологического сознания и более глубокой экологизации жизнедеятельности людей. Б. Небел отмечает равнозначность всех составляющих этой формулы и существование двух самостоятельных «проблем народонаселения». Одна из них касается промышленно развитых стран, живущих во многом за счет природных ресурсов других стран, и связана она не столько со стабилизирующейся в некоторых странах численностью населения, сколько с загрязнением природной среды. Другая проблема стоит перед слаборазвитыми странами, вынужденными ради выживания истощать свои природные ресурсы (воду, леса, пастбища, пашни и другие) и совершать в долгосрочной перспективе экологическое самоубийство.

Разбуженное осознанием угрозы экологической катастрофы, человечество ищет выход из сложившейся ситуации, намечает пути развития человеческой цивилизации, пути оптимизации взаимодействия Общества и Природы. Поиски эти в науке и практике особенно активизировались со времени опубликования группой Медоуз доклада Римскому клубу «Пределы роста» с пессимистическим прогнозом сценария экологического развития земной цивилизации, если она не выйдет к концу XX века на модель «нулевого роста», модифицированную ныне в модель «качественного роста» вместо нынешнего экспоненциального [5].

К предотвращению глобальной экологической катастрофы постепенно подключают-

ся межправительственные, правительственные и неправительственные организации и движения, а также рядовые жители планеты Земля. Свой посильный вклад в поиск путей оптимизации процесса взаимодействия Общества и Природы вносит сравнительно молодое и бурно развивающееся социальноэкологическое направление социологической науки и классическая наука экология, которая за сравнительно короткий период, с момента ее «рождения» в 1866 году, отпочкова-ла более ста дочерних экологических дисциплин, обслуживающих мировое хозяйство. Экология за это время обрела, как и социология, бесспорный статус пограничной науки между социально-гуманитарными и естественнонаучными дисциплинами. И сама она, зародившись в недрах классической биологии, к настоящему времени несет в себе огромный политический, социальный, этический, гуманитарный, экономический и другие заряды [6].

Такой успех сравнительно молодой науки можно объяснить, на наш взгляд, лишь тем, что она стала изучать взаимоотношения между живой и неживой природой на самом высоком уровне организации жизни - в сообществе живой и неживой природы, в экологических системах или экосистемах, насчитывающих в своем составе от нескольких десятков до нескольких тысяч видов живых существ.

Человек, вводя природные экосистемы в хозяйственный оборот, вторгаясь в них и взаимодействуя с ними, постепенно превращает их в социоэкосистемы. Таким образом, природная среда превращается в окружающую среду или среду обитания человека (сельскую, городскую, пригородную). И если понятия «экосистема» или «биогеоценоз» (русскоязычный аналог) являются ключевыми понятиями экологии, то «социоэкосистема» или «социоэкосистемная общность», «среда обитания» становятся ключевыми понятиями социальной экологии.

Отсюда экосистемный мировоззренческий взгляд на устройство Природы и социо-экосистемный методологический подход к изучению закономерностей взаимодействия Общества и Природы, согласно которому общество в виде социальных общностей является социогенной составляющей социоэкосистемы и формирующим ее субъектом. Это обстоятельство ставит социальную экологию в разряд субъект-объектных наук, главной

научной задачей которой является изучение закономерностей возникновения, функционирования и развития социоэкосистем как открытых, устойчивых и динамически равновесных единиц среды обитания человека. Предметом социальной экологии становится изучение закономерностей гармонизации взаимоотношений Общества, социальных общностей с Природой вообще и с составляющими ее локальными экосистемами. Такая постановка вопроса и дела будет способствовать устранению сложившегося отчуждения Общества, Человека от Природы.

Социальная экология не только теоретическая, но и практическая наука, поэтому ее главная практическая задача - создание оптимальных социально-экологических условий воспроизводства Общества и Природы, создание оптимальной, здоровой среды обитания Человека.

В качестве механизма реализации очерченных нами научных и практических задач социальной экологии предлагается концепция демократичной среды обитания, в основе формирования которой лежит принцип пар-тиципации (participation) - соучастия субъектов среды обитания в самоуправлении этой средой, в решении вопросов, непосредственно затрагивающих интересы субъектов, проживающих на этой территории. Другими словами - средообразующий процесс не должен происходить без участия в нем субъектов среды обитания, без их средообразующих мнений, пожеланий, мотивов, инициатив и дел. По утверждению некоторых авторов, основывающихся на имеющемся опыте, соучастие населения в этом процессе вселяет в людей чувство принадлежности к конкретному месту и ответственности за него [3]. Принцип соучастия широко используется в архитектурной деятельности при проектировании и реализации проектов архитектурной среды поселений - артеприродной демократичной среды [7].

Стратегия демократического средообра-зования хорошо согласуется с жизнью демократических обществ, развивающихся на принципах самодвижения, саморазвития. Опыт создания международных социоэкоси-стемных комитетов США и Канады по восстановлению экологического равновесия экосистемы Великих американских озер и США и Мексики по восстановлению экологического равновесия реки Колорадо [3] показал эффективность социоэкосистемного

методологического подхода в противовес малоэффективному в таких случаях и широко распространенному административнотерриториальному.

Сходным с социоэкосистемным методологическим подходом к изучению и решению социально-экологической проблемы можно считать и «биосферно-территориальный подход» [8], предусматривающий на своей основе реорганизацию системы управления охраной окружающей среды вместо нынешней административно-территориальной, как биосферонесовместимой, природонесообразной.

Рассмотрим кратко на этом фоне наиболее известные концепции социальной экологии [9-12], внесшие значительный вклад в становление и развитие социально-экологического направления в социологии.

Наиболее известной является созданная в 1920-30 годах гипотеза концентрических зон Э. Берджесса, соединившая социальное и экологическое в пространстве. Согласно этой концепции, развитие города сопровождается формированием концентрических зон - экологических ниш для соперничающих групп населения. Э. Бердждессом совместно с учеными чикагской школы Р. Парком и Р. Маккензи эта теория разрабатывалась как наука урбосоциология, изучающая поведение человека в городской среде обитания.

В дальнейшем она получила развитие в трудах многих ученых, оформилась в качестве социальной или человеческой экологии (social or human ecology). В рамках урбосо-циологии теорию урбанизма, как образа жизни, развивал Л. Уэрт, обращая внимание на ужасы города (безличность, отчужденность, автономизацию личности, деперсонификацию отношений и другие). Однако он признавал урбанизацию не только частью общества, но и как отражение природы более широкой социальной системы, выходящей за рамки отдельного общества, а также как фактор, активно воздействующий на эту систему.

Позже Греер и Ганс подвергли критике эту теорию, утверждая, что, наряду с отчужденностью, в городской среде обитания получают развитие крепкие дружественные и родственные связи, являющиеся важнейшими стимулами социальной интеграции в городах и основой создания новых общностей.

Теория секторов Х. Хойота значительно дополнила несколько схематичную и упрощенную концепцию концентрических зон

Э. Берджесса, так как последняя не полно

отражала не только практику урбанизации в Новом и Старом свете, но и, в особенности, опыт формирования социалистических городов в СССР и Восточной Европе.

В отличие от Берджесса и Хойота, предполагавших наличие одного центра города,

Ч. Хэррис и Э. Ульман выдвинули теорию многоядерности городов, перекликающуюся с теорией субкультур К. Фишера, по которой в городе со временем образуется огромное число групп, связанных общими интересами и могущих стать центрами субкультур. Теоретические социально-экологические построения Берджесса, Хойота, Уэрта, Греера, Ганса, Хэрриса, Ульмана, Фишера и других ученых относились в основном к территориально строго ограниченному объекту - городу, городской среде обитания, сужая тем самым объектное и предметное поле исследований.

Эту ограниченность в какой-то мере преодолевает теория централизации или теория центральных мест В. Кристаллера. Согласно этой теории, социально-территориальные общности людей организуются в определенных центральных местах, к которым тяготеют более мелкие города и пригородные поселения, а также множество других более отдаленных и более мелких.

По сути дела теория централизации В. Кристаллера предвосхитила теорию агломераций - сплошных урбанизированных территорий, как локальных проявлений современного процесса урбанизации [13].

К теориям, ориентированным на пространственный объект социальной экологии, относится теория экологического комплекса американского социолога О. Данкана. В его концепции экологический комплекс состоит из четырех компонентов: населения (Р), социальной организации (О), среды (Е) и технологии (Т), сокращенно РОЕТ. Развивая теорию РОЕТ в части социальной организации, инвайронментальная социология трактует ее как три системы: культурную (CS), социальную (SS) и систему личности (PS). Акцент исследований она переносит с «организации» на взаимодействие природной среды (Е) и «социального комплекса» (РОТ), делает акцент на новую инвайронменталь-ную парадигму (№Р) [14].

Энтони Гидденс вообще трактует социальную экологию широко, снимая практически ее предмет-объектные рамки. Российский эколог Н.Ф. Реймерс предложил рас-

сматривать социальную экологию как применение законов, правил и принципов (а их более 250-ти) экологии к человеческому обществу [15]. В статьях сборника «Стратегия выживания: космизм и экология» [16] еще больше расширена объект-предметная область взаимодействия Общества и Природы выходом ею в ближний и дальний Космос. Глубинные экологи и девелопменталисты [16] развивают теорию устойчивого развития, как путь формирования устойчивой цивилизации.

Таким образом, экологическая проблема получает огромный резонанс в мировом сообществе, как реакция на социоэкогенные риски, на социально-экологические кризисы, потенциально более возможные и опасные в тоталитарной среде обитания - в среде для человека, но без самого человека.

Ярким примером негатива тоталитарного, антидемократического подхода к средо-образованию может служить явление «Экоцида в СССР» [17], где: «выпито» целое море (Арал), «организована» пустыня (Черные степи Калмыкии), под угрозой разрушения уникальный природный комплекс - озеро Байкал, произошли две крупные ядерные катастрофы - Кыштымская и Чернобыльская, появились экологические и социальноэкологические беженцы и так далее.

Предлагаемая нами концепция демократичной среды, тесно смыкаясь с концепциями РОЕТ, глубинных экологов, инвайрон-ментальной и девелопментальной, нацелена на изучение и использование динамики прямого восприятия населением своей среды обитания, конструирование на его основе развития этой среды на будущее, на поиск и показ путей широкого включения сознания, разума и средообразующего опыта населения в процесс формирования благоприятной, устойчивой среды своего обитания. Некоторая правовая база для запуска механизма демократического средообразования уже есть [18-22 и др.].

Результаты нашего более чем 30-летнего опыта проведения социологических исследований и натурных полевых экологических наблюдений на территории севера Казахстана (1968-1992 годы) и Центрально-Черноземного региона РФ (1993-2000 годы) показывают, что большинство субъектов среды обитания (до 90-98 процентов) перешло барьер экологической неграмотности, квалифицированно называет позитивные и нега-

тивные явления в окружающей среде; правильно формулирует причины их возникновения, но пока в большинстве своем (до 85-90 процентов) не связывает их со своей деятельностью; качество окружающей их среды объективно оценивает на удовлетворительно, но винит за ее низкое качество и происходящие в ней негативные явления в основном руководство и вышестоящие органы и косвенно - себя (почти 1/3 вины) в лице «местных жителей»; обладает ярко выраженным архаичным антропоцентристским сознанием и низким уровнем экологической культуры - только 2-3 процента из более чем 5000 респондентов предпринимали что-либо по предотвращению или устранению негативных экопоследствий своей деятельности; отличается высокой субъективной готовностью к средообразующей деятельности и широким спектром требований к социальноэкологическому оптимуму.

Выход на высокий уровень осознания экологической проблемы и экологической культуры субъектов среды обитания потребует не только совершенствования экологического образования и воспитания, но и экологизации всей их жизнедеятельности, жизнеустройства, что сопряжено со значительными капиталовложениями. Другими словами: создание экологически культурного общества, демократичной среды обитания потребует огромных денег, но они, естественно, окупятся. Опыт продвинутых в этом отношении стран показывает, что «экологичное -экономичное». А пока реальность такова, что приоритетной в экополитике России должна стать политика кардинальной экологизации мировоззрения, образования и воспитания всего населения, политика постепенной экологизации существующих производств и создания новых на основе малоотходных, энерго- и ресурсосберегающих технологий. Это одни из возможных и реальных путей, способствующих формированию демократичной среды обитания. Необходимо шире использовать субъективные оценки населением социально-экологического состояния своей среды обитания. Сравнение этих оценок с объективным знанием говорит об их сходимости, с той лишь разницей, что население в большей мере дает качественные характеристики ситуации. В то же время, бесстрастные приборы количественного контроля состояния окружающей среды не показывают своего отношения и не дают интеграль-

ной оценки ее экологического состояния. Удовлетворенность или неудовлетворенность средой обитания может выразить только субъект - Человек.

Отечественная и зарубежная социальноэкологическая наука и практика свидетельствуют о том, что формирование среды обитания homo faber происходит при следующих противоречивых тенденциях: стремительном нарастании антропогенного вторжения в природную среду и незначительном росте экологического сознания людей; постоянно изменяющихся экопотребностях населения и определенной «консервативностью» природной среды; стремлении населения улучшить социально-экологические условия жизни при ухудшении экологического состояния окружающей среды; росте средообразующего опыта человека - объекта среды обитания - и отчужденности его как субъекта этой среды от процесса ее оптимизации; расширении прав собственности человека на природные ресурсы и прогрессирующем их истощении; нарастающем антропогенном загрязнении окружающей среды и запаздывающем процессе адаптации человека и экосистем к этим загрязнениям.

Главными причинами этих противоречивых тенденций являются: антропоцентризм сознания населения и низкий уровень осознания им экологических проблем; экологическая беспечность и отчужденность человека от природы; прогрессирующие объемы изъятия и потребления из природы при отсутствии научно обоснованных на то нормативов; незначительные вложения в сохранение, рациональное использование и воспроизводство природных ресурсов; бюрократизация среды обитания и неразвитость средообразующих инициатив и дел населения; недостаточное использование властями и профессионалами значительного средообразующего опыта и знаний населения в процессе социоэкоустройства, самоуправления территориями.

Вследствие этого, в окружающей среде наблюдается прогрессирующее необратимое нарушение динамического равновесия экосистем, обеднение и упрощение биогеоценотиче-ского разнообразия природных форм, сравнительное однообразие этно- и социальноэкологических условий жизни различных социально-территориальных групп и общностей.

В итоге выход видится в широком сотрудничестве населения, властей и профес-

сионалов в средообразующих инициативах и делах, в развитии и практическом использовании демократичной средовой социальноэкологической концепции. Таким путем можно быстрее сформировать Человека с экосистемным и социоэкосистемным видением устройства и преобразования Природы и среды обитания, покончить с его экоотчуждением, низким уровнем экологического сознания, поведения и культуры, гармонизовать и оптимизировать социально-экологические условия воспроизводства высококачественного населения, восстановить природное равновесие в кризисных регионах, органично встроиться антропогенной деятельностью в природные процессы, создать гуманную для человека среду обитания.

1. Данлэп Р.Э., Гэллап Д.Г., Гэллап А.М. // Со-цис. 1992. № 12.

2. Голубев Г.Н., Лосев К.С., Ушаков С.А // Жизнь Земли. Природа и общество: Сб. науч. тр. М.: МГУ, 1993. С. 11.

3. Америка и устойчивое развитие. М., 1990.

4. Небел Б. Наука об окружающей среде: Как устроен мир: В 2 т. Т. 1. М., 1993. С. 137.

5. Медоуз Д.Х., Медоуз Д.Л., Рандерс Й. За пределами роста: Уч. пос. М., 1994.

6. Одум Ю. Экология: В 2 т. Т. 1. М., 1986.

7. Кияненко К.В. Социальные основы архитектурного формирования жилой среды: Уч. пос. Вологда, 1999.

8. Тюрюканов А.Н., Федоров В.М. Тимофеев-Ресовский Н.В.: Биосферные раздумья. М., 1966.

9. Смелзер Н. Социология. М., 1994.

10. Гидденс Э. Социология. М., 1999.

11. Аберкромби Н., Хилл С., Тернер Б.С. Социологический словарь. М., 1999.

12. Энциклопедический социологический словарь. М., 1995.

13. Лаппо Г.М. География городов: Уч. пос. М., 1997.

14. Баньковская С.П. Инвайронментальная социология. Рига, 1991.

15. Реймерс Н.Ф. Экология (теории, законы, правила, принципы и гипотезы) // Россия Молодая. 1994.

16. Стратегия выживания: космизм и экология. М., 1997.

17. Фешбах М., Френдли А. Экоцид в СССР (здоровье и природа на осадном положении). М., 1992.

18. Общественный Экологический Кодекс «Человек и Земля»: Док. I конф. обществ. эколо-гич. орг. России (резолюции и предложения) // Зеленый мир. 1995. № 21. С. 10.

19. Градостроительный кодекс РФ. Официальный текст. М., 1999.

20. Конституция РФ от 12 дек. 1993 г.

21. Закон РСФСР № 2060-1 от 19 дек. 1991 г. «Об охране окружающей природной среды».

22. Закон № 1550-1 от 6 июля 1991 г. «О местном самоуправлении в РФ». В ред. законов 1993 г., Указа Президента РФ № 154-Ф3 от 28 авг. 1995 г.