«Цифровизация взаимодействия недропользователя и государства сделает отрасль более открытой»

В феврале текущего года Роснедра объявили о запуске первых аукционов по продаже лицензий на пользование участникам недр на Электронной торговой площадке Газпромбанка (ЭТП ГПБ) — одной из восьми площадок, ранее отобранных правительством РФ для работы с госзаказом в рамках 44-ФЗ. Процесс лицензирования в недропользовании становится полностью цифровым благодаря вступившим в силу с 1 января изменениям в закон «О недрах». Теперь торги на пользование недрами — и на региональные, и на федеральные месторождения — будут проводиться исключительно в формате электронных аукционов. Кроме того, система позволяет членам комиссии по недропользованию с помощью электронной подписи (ЭП) проводить дистанционное голосование и подписывать протоколы. О том, как будет работать цифровой контур для недропользования, “Ъ” рассказал генеральный директор ЭТП ГПБ Михаил Константинов.

Генеральный директор ЭТП ГПБ Михаил Константинов

Фото: Предоставлено пресс-службой Газпромбанка

— Тренд на цифровизацию и повышение прозрачности процессов становится ключевым не только в российском бизнесе, но и в работе госорганов. Недропользование всегда считалось консервативной отраслью, где все изменения и внедрения новых систем могут происходить только после скрупулезного учета возможных последствий. Какие практические цели Роснедра ставили перед ЭТП ГПБ при разработке регламентов и переводу в цифровой контур торгов на пользование месторождениями?

— Глава Роснедр Евгений Петров поставил перед нами набор прикладных задач, среди которых сокращение трудозатрат и времени организации проведения аукционов, автоматизация обработки массива данных, формализация аналитической отчетности и интеграция процессов со смежными государственными информационными системами ФГИС АСЛН и Torgi.gov. Мы реализовали на практике весь необходимый для этого функционал и протестировали его в рамках пилотных проектов с участием реальных компаний-недропользователей.

Стратегическая цель Роснедр — повышение удобства и прозрачности процесса проведения торгов на пользование участками недр. Это, в свою очередь, позволит увеличить стоимость лицензий за счет роста числа потенциальных участников торгов, в том числе путем минимизации территориального фактора — подачи бумажных документов по месту проведения аукциона.

— Какие возможности появились у компаний—участников торгов после перехода в электронный вид процедур, связанных с выдачей лицензий на недропользование?

— Для этих компаний после перехода на электронную форму проведения аукционов стала доступна возможность подачи заявки в режиме онлайн из любой точки мира. Для этого нужно авторизоваться через ЕСИА с помощью ЭП. Также компании получают круглосуточный бесперебойный доступ к документации аукциона и подаче заявки, круглосуточную техническую поддержку, автоматизированную систему уведомлений об актуальных аукционах. Все в комплексе обеспечивает удобство и прозрачность процесса проведения аукциона для всех участников на всех этапах.

— Как процесс выдачи лицензий на недропользование был построен до этого? Почему цифровизация отрасли важна именно сейчас?

— Важно отметить, что Федеральное агентство по недропользованию всегда было заинтересовано во внедрении новых технологий, и особенно актуальной эта необходимость стала в период локдауна и антиковидных ограничений.

До перехода аукционов в электронный вид потенциальный недропользователь должен был подать пакет документов в Роснедра. Речь шла, без преувеличения, о килограммах бумаг — некоторые компании предоставляли пакеты документов для заявки весом по 10–15 кг.

Затем комиссия по недропользованию рассматривала документы и принимала решение о проведении торгов. Сами торги проводились очно, только при личном присутствии всех участников, что было особенно неудобно, а иногда даже невозможно во время пандемии. По результатам торгов победитель получал лицензию на пользование определенным участком недр.

У этого процесса был ряд существенных недостатков. К ним относятся: сроки организации выдачи лицензии, отсутствие автоматизированной системы уведомлений об аукционах, серьезные трудозатраты для проведения аукционов, бумажный документооборот и организация хранения документации, отсутствие интеграционных систем и, как следствие, непрозрачность процессов для потенциальных недропользователей.

— То есть лицензия на недропользование больше не будет выдаваться в бумажном виде и ее заменит электронный аналог. Для чего это нужно?

— Действительно, теперь лицензия на недропользование представляет собой цифровой документ, внесенный в единый федеральный реестр и включающий в себя все сопутствующие юридические документы и геологические сведения.

С помощью цифровой лицензии можно будет проследить всю историю работы с месторождением. Это означает новый подход к принятию решений по конкретным участкам недр, основанный на доступной, структурированной и прозрачной информации.

Кроме того, цифровизация отразится и на сроках выдачи лицензий. Если ранее срок выдачи лицензии на недропользование составлял не меньше 270 дней, то теперь он составит 127 дней.

— Для чего был необходим единый федеральный реестр лицензий?

— Это еще один немаловажный аспект цифровизации процессов — учет и контроль. Создание единого цифрового реестра позволит старым лицензиям закрываться автоматически и уберет дополнительные, часто дублирующие друг друга согласования на пути у новых. Пользователям больше не нужно будет лично получать информацию у Ростехнадзора и передавать ее Федеральному агентству по недропользованию, теперь эти функции и полномочия останутся за государством.

Единый электронный реестр лицензий будет доступен для всех нуждающихся в этом органов власти и надзорных организаций, а это значит, что отслеживать незаконные случаи недропользования станет проще.

Подводя итоги, можно сказать, что цифровизация взаимодействия недропользователя и государства сделает отрасль более открытой и привлекательной для потенциального участника. Цифровой контур, внедренный Роснедрами, позволяет сделать сотрудничество бизнеса и государства взаимовыгодным и успешным: государство получает рост доходов за счет высокой конкуренции среди участников торгов, а компании могут участвовать в торгах и затем осуществлять профильную деятельность без бюрократических препон.