Шельф проблем

В связи с нынешними сверхвысокими ценами споры о праве добывать нефть в море возникают не только на Северном полюсе, но и на экваторе.

В последние годы из-за роста мирового спроса на нефть главной проблемой нефтяных компаний стало истощение разрабатываемых ими нефтяных месторождений. На фондовой бирже котировки акций той или иной компании зависят от данных о ее разведанных нефтяных запасах не меньше, чем от данных о прибыльности. Одним из наиболее популярных способов пополнять нефтяные запасы является разработка месторождений в море. За 60 лет, которые прошли со времени первых опытов по морской добыче, технология очень усовершенствовалась, и сейчас компании способны добывать нефть на глубине до 3 тыс. м, а нефтяные цены, уже много лет превышающие $30 за баррель (а сейчас даже и $70 за баррель), вполне покрывают значительные издержки такой добычи.

Обычно месторождения находятся в собственности какого-либо государства и международным нефтяным компаниям необходимо заключать с его правительством соглашения о праве на разработку, в том числе и когда речь идет о морских месторождениях. Проблема состоит в том, что не всегда понятно, какому государству принадлежит месторождение. После второй мировой войны президент Гарри Трумэн провозгласил американский суверенитет над континентальным шельфом вдоль побережья США, его примеру последовали правительства некоторых других стран, однако исключительное право на континентальный шельф долгое время не было общепризнанным. Наконец в 1958 году была принята Конвенция ООН о континентальном шельфе, которая содержала ясное указание на право прибрежных государств "создавать сооружения на их континентальном шельфе для использования морских природных ресурсов, а также создавать зоны безопасности вокруг этих сооружений с целью обеспечить их защиту".

В 1982 году в Конвенции ООН по морскому праву было указано, что прибрежные государства имеют суверенное право на зону, простирающуюся до 200 морских миль от их территориальных вод независимо от реальных физических характеристик континентального шельфа. Эта зона провозглашалась "исключительной экономической зоной", где государство может использовать природные ресурсы — от рыбы до нефти и газа. Но даже после этого осталось много непроясненных вопросов: в силу причуд географии на одну и ту же исключительную экономическую зону могут с полным основанием претендовать разные государства.

Именно такая коллизия возникла в Гвинейском заливе. Конкурентами здесь стали Нигерия, одна из крупнейших стран в Африке, видный член ОПЕК, имеющий длительную историю нефтедобычи, в том числе и морской, и Сан-Томе и Принсипи — самая маленькая африканская страна, занимающая два острова в Гвинейском заливе с территорией всего 1 тыс. кв. км, населением 200 тыс. человек и не имеющая опыта нефтедобычи. Так как острова находятся поблизости от побережья Нигерии, исключительные экономические зоны накладываются друг на друга.

Как ни странно, силы спорщиков оказались совершенно равны. Крошечные острова обладают такой же по размерам исключительной экономической зоной, как и значительная по территории Нигерия, так как эта зона определяется не в процентах от территории, а в абсолютных величинах. И отстаивать свое право на 200-мильную зону острова могут с тем же основанием, что и Нигерия: это право не зависит от экономического и человеческого потенциала страны, а также от того, имеет ли она хоть какие-то возможности для нефтедобычи.

В конце концов решающую роль сыграло повышение мировых цен на нефть в 2000-е годы, сделавшее нефтедобычу исключительно выгодным делом, а также то, что ни одна международная нефтяная компания не захотела начинать нефтедобычу в Гвинейском заливе до тех пор, пока не выяснится, с кем из спорщиков предстоит договариваться. В феврале 2001 года Нигерия с Сан-Томе и Принсипи заключили соглашение о совместной добыче нефти и других ресурсов с учетом расположения исключительных экономических зон двух государств.

Как указало правительство Сан-Томе, соглашение является "уникальным и историческим компромиссом в разрешении спора о морских границах". Была создана совместная зона использования морских нефтяных ресурсов на территории примерно 36 тыс. кв. км. В соответствии с соглашением Нигерии принадлежит 60%, а Сан-Томе — 40% всех доходов и обязательств, проистекающих из деятельности по организации нефтедобычи. Для управления совместной зоной были организованы объединенный совет министров и подчиненная ему Объединенная добывающая компания, которой руководит совет директоров (два директора представляют Нигерию, два — Сан-Томе). Соглашение заключено на 45 лет с возможностью продления по желанию сторон.

Отличительной особенностью зоны в данном случае являлось неравенство прав и обязательств сторон. Преимущество Нигерии не ограничивалось только 60% всех доходов от добычи. Первые два председателя совета директоров Объединенной добывающей компании были нигерийцами, штаб-квартира располагается в нигерийском городе Абуджа, деятельность зоны построена на основе нигерийской практики (в частности, иностранным компаниям предлагается заключать соглашения о разделе продукции на тех же условиях, что и в Нигерии). Кроме того, первоначальные издержки по обустройству зоны взяла на себя именно Нигерия — внесение Сан-Томе ее 40-процентной доли отложено до тех пор, когда эта страна получит достаточно нефтяных доходов.

В мае 2005 года президенты Нигерии и Сан-Томе огласили результаты международного конкурса на разработку месторождений — победители были объявлены для пяти скважин. Правда, представители иностранных компаний отметили, что деятельность руководства зоны была не совсем прозрачной и что имели место конфликты интересов (в частности, один из участников заседания объединенного совета министров оказался крупным акционером победившей компании). Однако в целом иностранные компании констатировали, что в зоне получить право разрабатывать нефть легче, чем в самой Нигерии, где процедура получения лицензий является "утомительной и бюрократической".

Как бы то ни было, стало очевидно, что с ростом цен на нефть, исчерпанием подземных запасов международных нефтяных компаний и совершенствованием технологий подводной добычи нефти территориальных споров о праве на отдельные участки океана будет все больше.