Изучение особенностей становления личностной идентичности современных подростков

ИЗУЧЕНИЕ ОСОБЕННОСТЕЙ СГАНОВЛЕНИЯЛИЧНОСГНОЙ ИДЕНТИЧНОСТИ СОВРЕМЕННЫХ ПОДРОСТКОВ

Личность, личностная идентичность, мотивационные тенденции, мотивационный профиль.

Новый социокультурный уровень развития общества, информатизация всех сфер общественных отношений и серьезные социально-экономические изменения задают иное направление в развитии личности нового поколения, в связи с чем еще большую актуальность приобретает проблема личностной идентичности, особенно в период подросткового возраста. Принимая во внимание сложность и противоречивость кризиса идентичности, стоит обратиться к выяснению и уточнению факторов, обусловливающих и определяющих содержание данного кризиса на современном этапе развития личности. В статье рассматриваются особенности изучения личностной идентичности, затрагивается аспект мотивационной детерминации, представлены результаты, полученные в ходе пилотажного исследования взаимосвязи мотивационного профиля и компонентов личностной идентичности современных подростков.

G.S. Trofimenko

Studying features of formation of personal identity

OF MODERN TEENAGERS

Personality, personal identity, motivational tendencies, motivational profile.

The new socio-cultural level of society development, informatization of all spheres of social relations and serious socio-economic changes set another direction in the development of personality of a new generation and therefore the problem of personal identity, especially during adolescence is becoming more urgent. Taking into account the complexity and contradictoriness of identity crisis, it is worth identifying and clarifying the factors determining and defining the content of this crisis at the present stage of development of a personality. This work discusses the features of studying personality identity, describes the aspect of motivational determination, presents the results of the pilot study of the interaction of the motivational profile and components of personal identity of modern teenagers.

В центре изменений, во всех экономических, политических, социальных системах, происходящих кардинально и стремительно оказываются человек, его индивидуальность, система его ценностей, внутренних побуждений. Достаточно сложно не только обрести свою внутреннюю личностную целостность, но и сохранить её в условиях бесконечного движения в мировом потоке. Именно поэтому в последнее десятилетие повысилось внимание к понятию «идентичность» в целом и его составляющим: личностной, профессиональной, социальной, этнической и др. Не случайно данные феномены стали объектом для глубокого изучения среди ученых-психологов. JI.B. Середа в своём исследовании делает акцент на то, что «в совре-

менную эпоху термин “идентичность” может претендовать на исключительную релевантность» [Сапожникова, 2005, с. 13].

Феномен идентичности имеет непосредственное отношение к возрасту юношества, что было отмечено еще в работах Э. Эриксона, который связывал данный возраст с разрешением кризиса идентичности — обретение идентичности, или диффузная идентичность. Следовательно, идентичность в юности имеет основополагающее значение, поскольку это период вхождения личности в широкий социальный мир, отличающийся появлением большого количества новых социальных ролей. Здесь на первый план выходит как социальная идентичность — активное соотнесение Я с социальными группами, так и достижение личностной идентичности — необходимость поддержания целостности, тождественности личности, вызванная расширяющимся многообразием социального пространства. Значимость личностной идентичности обусловливается и тем, что она становится важным критерием роста и развития человека на основе конструктивного или деструктивного опыта проживания кризиса. С точки зрения эпигенетической концепции Э. Эриксона кризис идентичности берет своё начало в период подросткового возраста и заканчивается к этапу ранней зрелости с непосредственным его разрешением — позитивным (идентификация личности) или негативным (путаница ролей).

Начало изучения понятия «личностная идентичность» в первую очередь связано с эпигенетической концепцией Э. Эриксона, а также с именами Дж. Марсиа, А. Ватермана. Э. Эриксон определял идентичность как внутреннюю непрерывность и тождественность личности [Солдатова, 2007]. Кроме психоаналитического подхода, следует отметить вклад в изучение идентичности символического инте-ракционизма (Дж. Мид, И. Гоффман, Р. Фогельсон и др.) и когнитивного подхода, (Х.Тэджфел и Дж. Тэрнер и др.), которые, несмотря на разные акценты в подходах к пониманию личностной идентичности, взаимодополняют друг друга, позволяя посмотреть разносторонне на данный феномен [Антонова, 1996, с. 131]. Для нашего исследования важно отметить статусную модель идентичности Дж. Марсиа, включающую четыре статуса идентичности (диффузная, предрешенная, мораторий, достигнутая), которые могут выступать как типы идентичности, и как стадии её развития. В контексте нашего исследования статусы идентичности рассматриваются как этапы становления идентичности личности.

В современной психологической науке выявлены и проанализированы методологические и теоретические основы понятия «идентичность» (Н.В. Антонова, Р.Б. Сапожникова, Л.Б. Шнейдер, М.В. Цельмина и др.); рассмотрены нормативные кризисы в связи с понятием личностной идентичности (Ю.Г. Овчинникова, E.JI. Солдатова); выявлены взаимосвязи с личностной идентичностью таких аспектов, как переживания (И.В. Иванова), защитно-совладающее поведение (Е.К. Жердева), ценностные ориентации и временная перспектива (Ж.С. Мамедова), личная зрелость (И.А. Шляпникова), понимание значимых других (A.A. Таганова), реф-лексивно-ценностная детерминация (М.О. Головина).

В ходе теоретического изучения феномена идентичности нами было выявлено, что применительно к личностной идентичности остается слабо изученным мотивационный профиль личности. В работе М.О. Головиной, посвященной изучению рефлексивно-ценностной детерминации идентичности личности, автор отмечает, что «статусы идентичности личности соотносятся с типами ценностей, характеризующих мотивационную цель личности» [Головина, 2005, с. 133]. Это послужило основанием для выяснения особенностей непосредственной взаимосвязи мотивационной сферы личности и личностной идентичности на примере юношеской возрастной группы.

Исследования отечественных ученых-психологов (Л.И. Божович, Ильин, P.C. Вайсман, В.Г. Асеев и др.) показывают, что большинство мотивационных тенденций складываются в период дошкольного возраста, когда начинает формироваться иерархически организованная мотивационная система, что, как отмечается в работах А.Н. Леонтьева, связано с появлением механизма соподчинения мотивов. В младшем школьном возрасте мотивационные тенденции находят своё подкрепление, в последующие возрастные периоды мотивационная сфера развивается и перестраивается (Ильин, 2003). Таким образом, к периоду юношества у ребенка складывается своя индивидуальная картина мотивационных составляющих с определенной выраженностью потребностей и направленностей. Под мотивационными тенденциями в контексте нашего исследования мы будем иметь в виду некоторую предрасположенность, определяющую направление развития мотивационной сферы личности в целом. Для нашего исследования интересно проследить, через какие категории идентичности чаще всего описывают себя подростки, какими обладают мотивационными тенденциями и каким образом они связаны с содержательными характеристиками идентичности личности.

В рамках нашего исследования было проведено пилотажное исследование, включающее следующие методики: методика «Кто Я?» Куна — Макпартленда и «Методика полимотивационных тенденций в Я-концепции» С.М. Петровой. С помощью методики «Кто я?» нами выявлены категории идентичности — содержательные характеристики идентичности личности, основанные на собственном восприятии человеком самого себя (образ Я, или Я-концепция). Данные категории позволили нам описать особенности восприятия себя современных подростков посредством компонентов, включающих сферы деятельности личности (учебно-профес-сиональный, семейный, мировоззренческий и др.).

Мы изучаем процесс становления идентичности, поэтому исследование проводилось на подростках. В исследовании приняли участие учащиеся 14—15 лет общеобразовательного лицея города Красноярска.

Рассмотрим некоторые результаты более подробно.

Как видно из рис. 1, значительных различий в описании себя между мальчиками и девочками не отмечается.

Рис. 1. Особенности описания подростков по категориям идентичности

Описание осуществляется в большей степени с позиции личностных качеств, особенностей характера, индивидуального стиля поведения (добрый, искренний, веселый, интересный и т. д.), при этом описание по данной категории значительно преобладает у девочек. Кроме того, присутствуют категории социального Я, коммуникативного Я, физического Я и деятельностного Я. Абсолютно отсутствует катего-

рия перспективного Я, что говорит о том, что данные подростки не проецируют себя в будущее. Это дает основания для исследования статусов идентичности таких подростков, скорее всего относящихся к диффузной или предрешенной идентичности.

Обратим внимание на наиболее распространенные категории.

Рис. 2. Различил в описании по категории социального Я мальчиков и девочек

Для мальчиков характерно явное выделение учебно-профессиональных ролей, в отличие от девочек, которые чаще отмечают в качестве преобладающих семейные роли, при отсутствии данной категории в описании у мальчиков. В данном случае стоит учитывать особенности воспитания и культуры, являющиеся нормативными для общества. Одинаково равноценно воспринимают себя членами своего государства, нации, культуры как мальчики, так и девочки. Принадлежность к религиозным конфессиям, политическим группам не проявляется у мальчиков, в то время как девочки в той или иной степени характеризуют себя через данную категорию. Групповая принадлежность отмечается чаще у мальчиков, при наличии этой категории у девочек, но в меньшей степени.

Таким образом, можно отметить, что значительные различия в определении себя через призму социальных ролей между мальчиками и девочками выражены лишь в описании учебно-профессиональных для мальчиков и семейно-ролевых для девочек (рис. 2).

Категории коммуникативного и деятельностного Я также были выявлены преобладающими как для мальчиков, так и для девочек. Описание себя через компоненты дружбы и принадлежность к группе друзей практически отсутствует (за исключением единичных случаев среди девочек), но описание себя как субъекта общения, оценка взаимодействия наличествуют в значительно большем количестве («люблю шумные компании», «хожу в гости к друзьям», «могу поддержать в любой момент друга», «хороший советчик для друзей» и т. д.). Это говорит о том, что подростки чаще описывают роль друга содержательно, выделяя особенности взаимодействия, собственную оценку отношений, в связи с тем, что общение является ведущим видом деятельности в этом возрасте. Похожая ситуация складывается и при рассмотрении категории деятельностного Я: при обозначении своих занятий, интересов, хобби и др. подростки в большем количестве описывают себя с позиции оценки своих способностей, умений, навыков в деятельности («быстро бегаю», «отлично играю на гитаре», «знаю историю на "пять"» и т. д.).

Рис. 3. Различия в мотивационных тенденциях мальчиков и девочек

Наиболее часто встречающиеся мотивационные тенденции: акизитивная, определяющая значимость для индивида материальной стороны жизни и вытекающая из общей ориентации на благополучие, что связано с потребностью подростков в материальном обеспечении своей жизни; коммуникативная, выражающая потребность в общении, в дружбе, направленность субъекта на взаимодействие, коммуникацию, что подтверждает ценность общения среди современного поколения; трудовая, отражающая потребность в выполнении работы, направленность на труд, отмечающая роль трудовой деятельности в жизни человека. Часто встречается мотивация, противоположная пугнической мотивации, которая выражает отсутствие потребности в действенном, активном преодолении трудностей, стремлении бороться с жизненными обстоятельствами, склонность к избеганию неприятностей, стабильности и устойчивости в жизни. Исходя из этого, видно, что для подростков остается ведущей потребность в общении и позитивных межличностных связях, удовлетворение которой влияет на благоприятное разрешение подросткового кризиса. Тем не менее на первый план выходят потребность в материальном обеспечении и стремление к движению с наименьшим сопротивлением и личностным вложением при достижении целей. Проявление таких особенностей связано с тем, что в настоящее время достаточно активно транслируются и прививаются современным обществом материальные ценности, повышается значимость финансовой обеспеченности в жизни человека, достигнутой легким путем с минимальным приложением усилий.

Меньше всего проявляется гедонистическая мотивация, связанная с ориентацией на упрощенные способы существования, на веселую, легкую, радостную, счастливую жизнь. Это может говорить о том, что большинство подростков проявляют осознанное активное отношение к своей жизни, стремление наполнить её смысловым и целевым компонентами. Нормативная мотивация, которая отражает ориентацию на выполнение групповых и социальных норм, говорит о социальной идентификации, характеризует наличие долженствования, ответственности, необходимости, свидетельствующих о принятии существующих в обществе норм и правил, соблюдении общественных, культурных, религиозных и др. догм, развита слабо. У большинства подростков выражена губристическая мотивация как стремление к превосходству, выражающая потребность в уважении, авторитете среди людей, в признании, успехе, в первенстве, что дает основание предположить преобладание у подростков потребности во власти и доминировании, стремление к проявлению лидерских качеств. С одной стороны, такие результаты можно объяснить особен-

ностями подросткового возраста, главным образом определяемого как период ин-териоризации норм, проявляющимися в связи с этим протестом относительно мира взрослых, правил его жизнедеятельности, с другой — есть основание обратиться к актуальной для современной психологии и социологии проблеме — размыванию и снижению значимости традиционных ценностей, отсутствию единства в обществе, которые затрудняют принятие четких ценностных позиций в период подросткового возраста.

Следующим этапом нашего исследования стало выявление взаимосвязей между категориями идентичности и мотивационными тенденциями подростков.

У подростков с наличием в категории социального Я-компонента мировоззренческой идентичности отмечается меньшая ориентированность на соблюдение нравственных норм, желание жить по совести и справедливости. Можно говорить о том, что такие дети имеют достаточно определенную позицию относительно явлений окружающего мира, своё субъективное видение и не стремятся соответствовать канонам нравственности современного им общества (р = 0.05). Подростки, отмечающие в категории социального Я-компонент групповой принадлежности, характеризуются отсутствием направленности на выполнение групповых и социальных норм, в меньшей степени ориентированы на ответственность, долженствование и необходимость, что говорит о наличии некоторого вызова обществу, протеста против его норм и законов (р = 0.05). В данном случае интересно проследить принадлежность таких детей к статусам личностной идентичности с целью коррекции указанных явлений на этапе становления идентичности.

Субъективное описание своей внешности связано с эгоцентрической мотивацией, ориентацией человека на себя, отражает отсутствие ориентации на развитие, потребности в достижении. Эти подростки в меньшей степени ориентированы на соблюдение нравственных норм, желание жить по совести, справедливости, на общение, дружбу, коммуникацию, но имеют потребность в действенном, активном преодолении трудностей, стремление бороться с жизненными обстоятельствами. Возможно, данная категория детей переживает кризис своей идентичности внутри себя; их можно охарактеризовать скорее как закрытых для общества, ориентирующихся только на себя и не имеющих потребности включения в общественные отношения, что влечет за собой различные проявления от низкого социометрического статуса в коллективе до асоциальности в поведении.

Нравственная

Коммуникативная

Губристическая

Акизитивная

Эгоцентрическая

Пугническая

Гедонистическая

Рис. 4. Взаимосвязь компонентов категории физического Я с мотивационными тенденциями

Другая категория детей, фактически описывающих свою внешность, направлена на материальное благополучие, но не сориентирована на упрощенные способы

реагирования и удовольствие в жизни. Можно предположить, что подростки рассматривают материальную обеспеченность в качестве способа собственной самореализации, при этом они не готовы сводить свою жизнь к развлечениям и удовольствию.

Подростки, имеющие глобальное, экзистенциональное Я, направлены на собственное развитие и проявляют потребность в действенном, активном преодолении трудностей, желание бороться с жизненными трудностями (р = 0.05). Несмотря на то, что такие подростки недостаточно осознают отличия себя от других людей, мыслят обобщенными категориями, они могут быть охарактеризованы как активные в развитии и становлении своей личности, находящиеся в поиске.

Отсутствие признаков половой идентичности связано с ситуативными состояниями (р = 0,01). Кроме того, у подростков, не обозначающих половую принадлежность, не выражена трудовая мотивация (потребность в трудовой деятельности, направленность на труд), что может свидетельствовать о проживании такими подростками кризиса в идентичности своей личности и отражать статусы диффузной или предрешенной идентичности. Заметим, что снижение категории деятельностного Я, потребности в активном труде является следствием потери / поиска своей тождественности подростком.

Полученные результаты позволили конкретизировать имеющиеся возможные трудности становления личностной идентичности при наличии той или иной мотивационной тенденции, в частности, как они связаны со статусами идентичности, как влияют на решение основных задач развития. В связи с этим нами был сформирован следующий диагностический инструментарий, способствующий выявлению наиболее существенной взаимосвязи между компонентами личностной идентичности и мотивационными тенденциями у старших подростков. С целью выявления особенностей личностной идентичности нами были выбраны методики: методика «МИЛИ» Л.Б. Шнейдер, направленная на изучение определения статусов личностной идентичности, «СЭИ-тест» Е.Л. Солдатовой, посвященный изучению содержания каждого статуса эго идентичности, методика «Кто я?» Куна — Макпар-тленда, отражающая характеристики Я-концепции личности. Для исследования мотивационной сферы избраны методика полимотивационных тенденций в Я-концепции личности С.М. Петровой и методика изучения мотивации школьников И.М. Кондакова. Это дает возможность получить наиболее полный объем информации о составляющих мотивационной сферы, структурированных относительно друг друга и четко разграниченных между собой, и снижает вероятность недостоверности полученной информации.

В совокупности с помощью данных методик мы сможем проследить в ходе нашего исследования особенности мотивационной сферы подростков и юношей, преобладающие тенденции и направленность личности, статусы идентичности, их содержание, характеристики Я-концепции. Последующим этапом нашей работы станет изучение взаимосвязи тех или иных мотивационных тенденций с особенностями личностной идентичности, что может дать информацию о протекании кризиса у подростков и юношей с различными мотивационными составляющими личности и позволит разработать на следующем этапе комплекс коррекционной и профилактической работы для наиболее эффективного проживания периода становления личностной идентичности.

Библиографический список

1. Алтунина И.Р. Мотивы и мотивация социального поведения детей (Формирование и развитие): учеб. пособие. М.: Изд-во Моск. психол.-социальн. ин-та, 2006. 144 с.

2. Антонова Н.В. Проблема личностной идентичности в интерпретации современного психоанализа, интеракционизма и когнитивной психологии // Вопросы психологии. 1996. № 1. С. 131-143.

3. Головина М.О. Рефлексивно-ценностная детерминация идентичности личности: дис. ... канд. психол. наук. Новосибирск, 2005.

4. Кулагина И.Ю., Поляков Е.А. Мотивационные тенденции при разных типах характера в подростковом возрасте//Системная психология и социология. 2011. №3.

5. Сапожникова Р.Б. Анализ понятия «идентичность»: теоретические и методологические основания // Вестник ТГПУ. 2005. № 45.

6. Солдатова E.JL Структура и динамика нормативного кризиса перехода к взрослости: монография. Челябинск: Изд-во ЮУрГУ, 2007. 241 с.

7. Ericson E.H. Identity, youth and crisis. L.: Faber and Faber, 1968