Канон в архитектуре православного храма

Архитектура

УДК 726.5 Верховых Е. Ю.

Канон в архитектуре православного храма

Статья посвящена рассмотрению понятия канона применительно к архитектуре православного храма. В статье исследуется богословское понимание канона (регламентирующие и символические аспекты). Автор предлагает архитектурно-теоретическую трактовку данного понятия, выдвигает теоретическую модель формирования «сферы канона».

Ключевые слова: канон, архитектура православного храма, канон в архитектуре храма, церковное зодчество, архитектурный канон, строительство храмов.

VERHOVIH Е. Y.

CANON IN ARCHITECTURE ORTHODOX CHURCH

The article considers the notion of the canon in relation to the architecture of an Orthodox church. The article investigates the theological understanding of the canon (regulatory and symbolic aspects). The author offers architectural and theoretical interpretation of this notion, put forward a theoretical model of the «sphere of the canon».

Keywords: canon, the architecture of an Orthodox church, the canon in the architecture of the temple, church architecture, an architectural canon, construction of temples.

Верховых Елена Юрьевна

магистр архитектуры, архитектор, ООО «Терем» E-mail: elena_ver@mail.ru

Основная проблема, связанная с использованием понятия канона применительно к архитектуре православного храма, состоит в неоднозначном и разнокачественном понимании данного определения богословами, учеными и зодчими. Такие словосочетания, как *архитек-тура храма канонична», «архитектура храма неканонична», *архитектурный канон», «канон в архитектуре храма» часто встречаются в архитектурных кругах при оценке архитектуры православных храмов. Они употребляются на стадии обсуждения проектов, при строительстве храмов и, конечно, при восприятии и анализе построенного сооружения специалистами-ар-хитекторами и общественностью, без сомнения в действительности их существования, но и без выявления точного смыслового наполнения. Правомерно ли вообще использовать понятие канона применительно к архитектуре храма? И если да, то каково его содержание?

В нашем исследовании был поставлен вопрос: «Сформулирован ли канон применительно к архитектуре храма в виде свода правил и требований специалистами-архитекторами и богословами?» Научный поиск не дал на него однозначного ответа. Вопрос канона применительно к архитектуре православного храма является малоизученным. Информация о нем, в отличие от трактовок канона в изобразительном искусстве, носит разрозненный характер. Воп-

росом канона в архитектуре храма занимался А. С. Щенков в монографии «Об иконографии и тектонике православного храма», главным образом рассматривая интерьер храма [1]. И. Л. Бусева-Давыдова поднимает проблему наличия канона относительно архитектуры храма в церковных источниках и говорит о необходимости более подробного обзора и систематизации трудов Церкви для решения данного вопроса [2]. Многие исследователи употребляют слово «канон», «главные канонические основы построения церквей» относительно архитектуры храма, но без раскрытия его содержания и конкретных ссылок на источники. Немногие современные ученые, такие как А. Ю. Майниче-ва, Я. Л. Шаболдин, И. Л. Ильмуратова и др. [3, 4,5], предлагают собственную интерпретацию канона в архитектуре храма. Не обнаружено ни одного комплексного исследования по данному вопросу в целом. Можно сделать вывод о том, что некорректное употребление термина и ссылка на некий, по-разному интерпретируемый канон говорит об отсутствии сводного обобщающего взгляда на проблему.

Богословское понимание канона в архитектуре православного храма

Наиболее общее значение канона (греч. «норма, правило») трактуется как свод положений, носящих нормативный характер [6, с. 80]. Применительно к церковным искусствам и церковной жизни в целом каноном на-

зываются все постановления Церкви, касающиеся вероучения, церковного устройства и религиозной жизни. Церковное искусство во все времена являлось производным от тех или иных предписаний, постановлений Церкви, которые и обозначаются словом «канон». Постановления Церкви, принятые на Вселенских и Поместных соборах, существуют как указания относительно всей религиозной жизни православного человека, вероучения, церковного устройства. Применительно к иконописи - это правила, следующие из заповедей Христа и его Апостолов и установленные Церковью «как условие выражения истины средствами изобразительного искусства». Также каноном обозначается одна их форм православной гимно-графии - особое церковное песнопение, состоящее обычно из девяти песен и посвященное прославлению евангельского события, праздника, святого и т. п. [6, с. 80]. Более узкое объяснение дается в отношении библейского ветхозаветного канона -собрания богодухновенных писаний, которое христианская церковь унаследовала от иудейской, объявленного древнему израильскому народу через боговдохновенных мужей; и канона новозаветного - собрания евангелий, книг деяний, посланий апостолов и Апокалипсиса [7].

Применительно к православной храмовой архитектуре с богословской точки зрения канон можно обобщенно сформулировать как накопленную в ходе исторического развития совокупность предписаний, постановлений Церкви относительно строительства культовых зданий, носящих обязательный характер. С точки зрения богословия, содержание канона можно вычленить из текстов Священного Писания - Библии, постановлений Вселенских и Поместных Соборов, трудов Святых Отцов, т. е. частных богословских мнений (теологуменов), а также более поздних работ деятелей Церкви.

Обратимся к Священному Писанию как базовому тексту, определяющему идеологию христианства. В архитектурном отношении там можно найти описание скинии - наидревнейшего прототипа христианского храмового зодчества и описание Иерусалимского храма Соломона - как идеального храма и модели небесного и земного миров. «В Священном Писании упоминаются два Иерусалима: земной и Небесный. Они соотносятся друг с другом как образ и Первообраз. Поэтому для христианского ду-

ховного сознания было естественным стремление строить земной город как градостроительную икону во образ небесного Первообраза» [8, с. 160]. Скиния (от греч. «шалаш, шатер») -ветхозаветный переносной походный храм, создан Моисеем по повелению Бога (Исх. 26 гл.), существовал до построения Иерусалимского храма царем Соломоном. Скиния представляла собой открытый двор, вход в который располагался с востока, и внутренне помещение шатра имело трехчастное деление: завеса, Святое Святых и Святое Место [7]. В структуре православного храма также наблюдается прошедшее сквозь века и византийскую традицию трехчастное деление на притвор, храмовую часть и алтарь. Библейские прототипы, такие как Иерусалимский храм и скиния, лежат в идеологической и формообразующей основе храмового христианского зодчества в целом, в том числе православного.

Богословское объяснение канона применительно к архитектуре православного храма с точки зрения регламентирующих его церковных документов таково. Основные документы церковного права на Руси с X по XVII вв. объединились в сборник, именуемый Кормчая книга. В нее входили «Номоканон - собрание постановлений семи Вселенских соборов и поместных соборов, Апостольских правил, а также мерило Праведное -собрание светских узаконений византийских императоров (Константина, Юстиниана, Мануила Комнина и др.)» [3, с. 174]. Известно, что основными источниками вероучения Православной Церкви служат также семь Вселенских Соборов [9]. Вопросы, связанные с церковным строительством и владениями, не выделяются в их постановлениях специально, а включены в ряд прочих проблем устроения внутренней жизни государства [10, с. 175]. Правила Вселенских и Поместных Соборов и Святых Отцов гласят, например, что никто не должен созидать храма без воли епископа: «Аще который пресвитер, презрев собственного епископа, отдельно собрания творити будет, и ол-тарь иный водрузит, не обличив судом епископа ни в чем, противном благочестию и правде: да будет извержен, яко любоначальный...» [9]. Правило 7 Седьмого Вселенского Собора гласит, что храмы должны быть освящаемы с молитвой и положением в них святых мощей. Далее содержание правил по устройству храма таково: «Храмы не расхищать и не превращать в обык-

новенные жилища, а превращенные восстанавливать...» или «...внутри храма не должно есть и спать...» [9, с. 22]. Данные рекомендации в большинстве своем говорят, чего не делать в храме, предписания носят «запрещающий», рекомендательный характер, не регламентирующий формообразование самого храма. Т. Н. Кудрявцева при изучении Кормчей книги отмечает, что «эти правила нельзя назвать градостроительными (или строительными), так как в них не ставится задача определения, где и какие именно (по виду) строить храмы и монастыри. Но в них определяется строгая централизация всего церковного строительства, устанавливается то духовное основание их возникновения, без которого не должно происходить и внутреннее развитие собственно храмовой архитектуры, - воля епископа и, наконец, ставится условие обязательного освящения и фиксации (“на хартию да напишутся” всех новых построек)» [10, с. 176]. В Апостольских постановлениях кн. 2, гл. 57 говорится, что «церкви да будут продолговаты наподобие корабля» или «ты же епископ... когда собираешь Церковь Божию, то приказывай составлять собрание с полным знанием дела... И, во-первых, само здание должно быть обращено на восток...» [11, с. 23]. Подобные указания действительно исполняются и глубоко укоренились в архитектуре православного храма.

Возможно, осуществить канонизацию именно архитектуры православных храмов способна государственная власть. Патриарх Никон во время своего патриаршества в середине

XVII в. пытался подчинить государственную царскую власть церковной и установить в России теократию, может быть, при таком статусе Церкви возможна строгая регламентация церковной архитектуры. Нами обнаружены упоминания о том, что в середине XVII в. патриарх Никон пытался составить чертежи - образцы для храмового строительства. Исследователь П. Ф. Дземешкевич упоминает о том, что «строители монастырей используют “образцы”, посланные патриархом, и впервые в русском зодчестве ортогональные чертежи сооружений» [12, с. 34]. Ярким примером регламентации в храмостроительстве является общеизвестный запрет на возведение шатровых форм при патриаршестве Никона в XVII в., объясняемый тем, что шатры храмов русского происхождения своими оригинальными формами уклонялись от принятого византийского типа. Это заключение

АЛТАРЬ

ХРАМ-

СРЕДНЯЯ

ЧАСТЬ

ПРИТВОР

план и ровоч ны й тип храма

- "кубический"

и

тип "кораблем" - крестово-(п рямоуголы гый) купол ьн ы й

- центрический

Рисунок 1. Схематрехчастного деления планировки храма

подтверждается точным выражением русского иерарха: «шатровых церквей не строить», а «строить по чину правильного и уставного законоположения, как о сем правила и устав церковный повелевают», т. е. «стро-ити по правилам св. апостол и св. Отец о пяти верхах, а не шатром» [13, с. 84]. И. Л. Бусева-Давыдова приводит еще один факт из деятельности Никона, так называемое каноническое нововведение о «насаждении им “освященного пятиглавия”, т. е. о повсеместном строительстве пятиглавых храмов». Патриарх велел «главы, где одна была сломать и зделать по пяти, толкун: средняя знаменует Христа, а прочие четыре евангелистов» [2, с. 67]. Петровское время ознаменовано в большей степени государственной регламентацией храмостро-ительства, но не Церкви: «Святейший Синод, приняв несколько узаконений относительно икон и храмовой скульптуры, никак не касался архитектурной формы храма» [2, с. 70].

Что может послужить вещественным изобразительным доказательством существования чего-то подобного «Подлиннику иконописному», а именно канонизированных графических прорисовок иконописных сюжетов, где также канонизированы графические и цветовые решения икон, положение фигур, ликов и прочие изобразительные элементы. Единственная попытка царского правительства в масштабе Российской империи создать что-то подобное - это типовые проекты церквей, которые рекомендовались как руководство к действию, а именно возведению церквей в соответствии данным проектам. В период с 1830-1840-х гг. созданы альбомы типовых проектов зданий, в том числе двух томов образцовых проектов сельских церквей К. А. Тона в «русско-византийском» стиле. Фор-

мально они не имели в храмовом зодчестве силу канона. Возможно, по аналогии с принятым «Подлинником иконописным», подобные собрания проектов церквей для их канонизации необходимо было бы принять на церковном соборе. Но по своему характеру такие чертежи во многом фактически замещали собой канон. Типовые проекты церквей выполняли подобие его функции.

При изучении церковных текстов и документов относительно архитектуры православного храма, для сравнения, мы обратились и к католическому церковному законодательству, где существует аналогичный православному сборник «Католическое каноническое право». Он напоминает кодекс, в юридическом понимании этого слова, четко структурированный и регламентирующий устройство церковной жизни [14]. Актуальной для творчества архитектора является формулировка Канона № 1216 в главе «О Церквях»: «При возведении и реставрации церквей следует, посоветовавшись с экспертами, соблюдать принципы и нормы литургии и священного искусства». В данном случае не указано, являются ли эксперты архитекторами или церковными деятелями. Из конкретных составляющих частей храма строго регламентируется престол в Каноне № 1236 § 1: «Согласно церковному обычаю, освященному традицией, трапеза твердого престола должна быть каменной, причем изготовленной из цельного естественного камня. Однако с разрешения конференции Епископов можно использовать и другой достойный и прочный материал. Столпы же престола и его основание можно сделать из какого-либо иного материала» [14]. Но в рассматриваемых канонах ничего посвященно-

го внешнему облику зданий храмов не обнаружено.

В отличие от православных храмов, дальнейшее развитие архитектуры католических церквей в XX в. санкционировано П Ватиканским собором, провозгласившим, что «религиозное искусство должно было максимально приблизиться к современным культурным и эстетическим установкам, вследствие чего вопрос о предпочтительности той или иной традиции был фактически забыт» [15, с. 15]. Произошла модернизация архитектурно-пространственной структуры католической церкви соответственно современному времени и обществу. Это отразилось главным образом на литургических нормах, которые были упрощены и приближены к пониманию мирян: «..лрестол вновь превратился в отдельно стоящий стол, однако священник отныне должен служить стоя не спиной к прихожанам, а лицом к ним. Ликвидирована прежняя форма кафедры» [15, с. 15]. В модернистском храме, как стал именоваться новый католический храм после П Ватиканского Собора, упростилась функциональная схема и обновился внешний облик храма. Можно отметить большую степень свободы западных зодчих при проектировании модернистских католических храмов, «постоянно обновляющиеся каноны католической церковной архитектуры» дают реальную возможность создания нового в данных проектах.

Обобщая сказанное, можно уверенно говорить о наличии сферы церковной деятельности, которая является определяющей в развитии архитектуры православного храма. Существуют конкретные богословские документы и указания, относительно возведения храма, но они носят рекомендательный характер и выражены вербально. Они охваты-

1 2 3 5 7

глава знаменует г лавы - эго два естества павы знаменуют глав - Иисус Христос глав знаменуют Семь

единство Бога Иисуса Христа Святую Троицу и четыре евагелиста Таинств Церкви

Церковь Покрова Церковь Св.Духа Ризположенский Успенский собор Крестовоздвиженский

на Нерли

в Рязанском Кремле собор в г.Суздале в Московском Кремле собор в Верхотурье

Рисунок 2. Схема определенного (символического) количества глав в архитектуре храма

вают круг вопросов, касающихся условий организации храма, наличия в нем обязательных частей и процессов, не затрагивая при этом вопросов архитектурного формообразования.

Интересен аспект трактовки канона в древнерусском искусстве В. Ва-вером: «Искусство Древней Руси нельзя назвать заимствованным и подражательным в прямом смысле этого слова, поскольку канон (художественный канон), заимствованный из Византии вместе с христианством, содержал лишь *дотворческие> требования к произведению искусства. Результат же, как раз, и носил те особенные черты, которые накладывали на произведение искусства конкретные особенности и культурные традиции» [16] (курсив автора. - Е. В.). Соответствие канону трактуется как выполнение необходимых первоначальных требований по отношению к произведению искусства, а затем подразумевается творческая составляющая непосредственно зодчего в контексте национальных традиций и культуры. «Дотворческие» требования - это и есть богословские требования, а творчество - это изменяющиеся и развивающиеся традиции и правила формообразования.

Далее в контексте богословского толкования канона необходимо рассмотреть объяснение его с точки зрения идеи и символики архитектуры храма. Внешнее и внутреннее архитектурное пространство храма, по мнению богословов, - это образ небесного мира на земле, и обусловлено оно главенствующей идеей служения Господу. Эта тема подробно изучена и описана многими исследователями. П. А. Флоренский говорит

о храме как «о пути горнего восхож-

дения... богослужение, это внутреннее движение, внутреннее расчленение Храма, ведет по четвертой координате глубины - горе. Но так же и в пространстве: организация храма, направляющая от поверхностных оболочек к средоточному ядру, имеет то же значение... Пространственное ядро Храма намечается оболочками: двор, притвор, самый Храм, алтарь, престол, антиминс, чаша. Святые Тайны, Христос, Отец» [17]. Напомним, что восточная часть - область света, «страна живых», страна райского блаженства. Потерянный нами рай был на Востоке, в Эдеме (Быт. 2,8). Наконец, пришествие будущего Царства Божьего, «восьмой день творения», символизируется восходом солнца, востоком. Алтарь - наиболее важная часть храма, всегда находится на восточной стороне, это та часть храма, которая символически изображает «селение Божие», «небо небесе», место, где восседает на престоле с апостолами Христос. Средняя часть храма представляет собой все земной пространство, где находится вселенская Христова Церковь. Западная сторона храма (притвор) символизирует «страну мертвых», ад. На этой стороне, внутри или снаружи храма, в притворе, реже на прилегающей северо-западной стороне, как правило, хоронили умерших. В западной части храма обычно изображаются мрачные образы пророчеств и Страшного Суда.

Неоспоримым в архитектуре храма является символическое главенство внутреннего пространства, раскрывающегося по горизонтальной оси (запад - восток) и вертикальной оси (земля - небо), - «путь горнего восхождения». Архитекторы и исследователи Т. и М. Кудрявцевы заявляют,

что «смысл и значение архитектурных форм русского православного Храма можно уяснить лишь рассматривая Храм в его идее... на основании Священного Писания и творений святых Отцов Церкви» [18, с. 65]. Я. Л. Ша~ болдин выделяет следующую идеологическую трактовку храма: «Символическое значение храма, основываясь на словах самого Христа в Евангелиях, можно свести к таким смыслам, как “храм - дом Бога Отца, Христа и Святого Духа”, “храм - дом молитвы” и “храм - образ человека, принявшего Бога”. В качестве наиважнейшего изъяснения символа храма принято евангельское объяснение: храм - это Христос как идеал обоженного Человека. Идея обоженного Человека признана была в Византии сущностью Первообраза» [4, с. 30].

Итак, содержание архитектуры храма есть источник его рождения

- «исходное начало для определения основной идее храма есть его наименование - церковь. Хотя понятие Церковь в христианском искусстве облекалось в многоразличные символы (корабль, двор овчий, убежище, мать, невеста), но ни один из них не выявляется всей глубокой идеи Церкви, как архитеюура православного храма и украшающая его иконография» [19, с. 23]. По мнению Н. Троицкого, храм и Церковь объединяются в своей идее и соотносятся между собой как форма и ее идея. Таковой является идеология архитектуры храма. Именно ее внутренним содержанием, главным образом, определяется богословские требования применительно к архитектуре православного храма.

Символика конкретных архитектурных форм храма неотделимо связана с идеологией и смыслом

_ \ і і 1

I *Я \4* *“ • **! *  • *

пі рп ь'ї/НїіиН^' ! 1 і::;:::: о  / ЛМ' кЙ!. 1 =^.Уипт»/,ч 1 - • /!•* V.. .. ....‘.V .1 і*» #/*!! О

Н-» і? і* і / / *: • 2 ' І .* * - * * Г Г :Ь..* >;?.;} . 1 «0 І ММ (їй « % (1

“ I :у *•>

План Храма Христа Спасителя План Казанского Собора

в г.Москва

в г.Санет-Петербург

План Екатериненского Собора в Царском селе

Рисунок 3. Схема ориентации алтаря храма на восток

христианства. Идея храма раскрывает символику его архитектурных форм. В церковном искусстве каждая форма объясняет Слово Божие, наделяется смыслом Божиего откровения. По мнению А. Ю. Майничевой, «в храмовом зодчестве пространство характеризуется особенностями символики, морфологии и феноменологии - смысловой триадой, понимание которой дает возможность осознать сущность взаимодействия человека с целенаправленно созданной им “второй природой” - архитектурой» [3, с. 44]. В качестве морфологии выступают разнообразные формы храмов, причем каждая форма обусловлена христианской православной символикой. В качестве феноменологии выступает христианская идеология. В контексте нашего исследования, неизменяемые принципы (богословские требования) формирования архитектуры храмов являются феноменологическим каркасом православного зодчества, иными словами, каноном. А. Ю. Майни-чева заявляет, что «можно говорить также о канонизации образцов и правил как о воплощении устойчивости некоторых ценностных ориентиров в архитектурной практике. В данном случае канон выступает как свод правил, имеющих вид инструктивных моделей, но не оформившихся еще в теорию (курсив наш. - Е. В.)... Канон обеспечивает устойчивость и воспроизведение традиции, что удовлетворяет требованиям сохранения постоянства символического ряда как существенной характеристики православного зодчества» [3, с. 49]. Существуют разнообразные архитектурные внутренние и внешние формы храма и определенный известный набор их символического прочтения. Стены храма означают четыре стороны света и четыре народа, идущих в храм; ал-

тарь трактуется как сторона небесного рая, купол - небо и т. п. Наиболее известные символические значения внешних и внутренних архитектурных форм подробно приведены в работе И. Е. Юрасовой [20].

Е. Г. Яковлев выдвигает идею о том, что канон в православном искусстве - прежде всего канон-символ: «В византийско-православном варианте канон превратился в канон-символ, для которого была существенна не только внешняя форма, но и выражение внутреннего, глубинного смысла религиозного догмата» [21, с. 195]. Символику форм храма можно трактовать как прикладной язык канона. Система символов образует символическую сторону канона, которая в формах раскрывает его идейное основополагающее ядро.

Отдельные вопросы символики русского церковного зодчества достаточно подробно изучены А. А. Ша~ маро [15]. Примечательны выводы о каноне: «При знакомстве с православным храмостроительным каноном, представляющим собою, в сущности, символику храма, выраженную в форме предписаний, адресованных его строителям, обращает на себя внимание одно примечательное обстоятельство: храмостроительный канон несравненно более скромен по сравнению с иконописным каноном, и правила его носят весьма и весьма ограниченный характер» [15, с. 58].

Символическое содержание храма отражает религиозную идею и характер культовых действий. Культовые действия, иначе говоря, функция храма, предопределяют его форму. Автор трудов по церковной археологии Н. В. Покровский говорит, что «идея христианства неизменна, а формы храмов изменчивы, и на этой изменяемости форм строятся история архитекту-

ры храма и различие архитектурных стилей» [13, с. 3]. Действительно, идея, содержание храма постоянно, а формы разнообразны. Для настоящего исследования важно выявить, какие требования христианского богослужения, выраженные в какой символической форме храма, остаются неизменяемыми. По мнению А. С. Щенкова, «сакральное содержание храма по сути своей вневременно и экстерриториально» [1, с. 22]. Символическое содержание православного храма - «видимого посредства» для общения с Богом [22, с. 13] - заключается в прочтении архитектурными формами слова Божия.

Интересен в этом отношении пример проекта, составленного митрополитом Московским Филаретом (1837 г.) (ГИМ ОПИ, ф. 402, д. 130, л. 22-27), который заключался в том, чтобы «составить план храму, совершенно в новых значениях, основанных на символах видения св. Иоанна Богослова» [22, с. 15] и каждая форма объяснялась Священным Писанием. Вот что в нем, например, говорилось: «внутри по обыкновению три раздела: трапеза, символизирующая Ветхий Завет, сама церковь - Новый Завет, алтарь - Св. Святых. Семь престолов по числу семи церквей, упомянутых в Апокалипсисе (Ап. 1,12,16, 20). Два престола в трапезе посвящены Благовещению, Рождеству Христову, Богоявлению, Преображению, Вос-кресению... Четыре столпа олицетворяют четыре природные стихии и четырех Евангелистов... Вместо окон -семь прорезов со стеклами и подобие семи светильников пред Господом (АП. 1,12,20). В верхней же части дуги из семицветных стекол, изображающих радугу, символ примирения Бога с человеком...» и т. п. [22, с. 15]. Однако даже такой проект, со ссыл-

V

Церковь Духовенство Церковные деятели

Архитектура

ХРАМА

2\

Государство

Идеология

государства

4 Культура

Светская

Рисунок 4. Схема формирования сферы канона в архитектуре храма

ками на Священное Писание, не был признан и осуществлен. Священник Борис (Михайлов) писал, что нецер-ковность такого проекта очевидна [22, с. 16]. Буквальный перенос символизма на архитектурную форму и односторонний чрезмерный уклон в сторону символического содержания форм церковной архитектуры не приветствуется самой Церковью.

Подытоживая вышесказанное, можно сделать вывод, что богословское объяснение канона - богословские требования применительно к архитектуре храма - в символическом прочтении заключается как минимум в трех правилах, практически всегда исполняемых:

1. Трехчастность (или, как минимум, двухчастность): притвор, храм, алтарь (или храм и алтарь) -присутствует в любой планировочной структуре (крестово-купольной, кубической, центрической, типа «корабль») и является символом Троицы, трехчастного деления всего сущего: Троица, небесный мир и земной мир; трехчастности человеческого состава: дух, душа, тело и др. (рисунок 1).

2. Определенное число глав (непременное условие в формообразовании храма) - опять же имеет строго символическое наполнение: «снаружи храмы древнейшие были одноглавыми, изображая тем единство Спасителя, позднее строились пятиглавые, образуя чрез то Христа, окруженного четырьмя евангелистами, иногда же большая глава - средняя - была окружаема и двенадцатью главами, по числу святых апостолов» [5, с. 98] (рисунок 2).

3. Ориентация храма по сторонам света, а именно алтарь храма должен быть ориентирован на восток, т. к. это символически знаменует сторону света и потерянного рая, допустимо отклонение продольной оси церковного здания на 15° в южную или северную сторону [4]. Хотя в условиях современной градостроительной застройки новые храмы вписывают в существующую ситуацию зачастую уже по другим критериям  таким как исторический стиль окружающей застройки, {фасные линии, проезды, магистрали, расчет инсоляции и т. п., однако ориентация храмов, его алтаря на восток почти всегда исполняется (рисунок 3).

Архитектурно-теоретическое понимание канона в архитектуре православного храма

Богословское понимание канона применительно к архитектуре православного храма, на наш взгляд, является основополагающим. В то же время теоретики и историки архитектуры, искусствоведы проработали большое количество материала, посвященного изучению традиций церковного зодчества. Поэтому помимо богословского необходимо рассмотреть архитектурно-теоретическое понимание канона применительно к архитектуре православного храма. Вне зависимости от периода возведения здания, его архитектурного стиля в сознании людей, как профессионалов, так и обывателей, существует устойчивый традиционный архитектурный образ храма, далее условно именуемый «каноническим» образом храма, который остается актуальным и сегодня.«Канонический» образ храма трактуется нами как устойчивый образ, который сложился исторически и закрепился в сознании окружающих людей от просмотра архитектурного облика храма.

Прежде чем перейти к трактовке канона применительно к архитектуре храма, с архитектурно-теоретической точки зрения, определим, каким образом формируется сфера канона и под влиянием чего создается архитектурное произведение - сам храм. Процесс формирования показан графически на схеме (рисунок 4). В данном случае

объектами формирования служат архитектурное произведение - сам храм - и творчество архитектора, они испытывают на себе прямое влияние нижеуказанных субъектов. Сфера канона формируется вокруг объекта как система мнений.

В качестве первого субъекта формирования сферы канона с церковной точки зрения, точнее говоря, богословских требований к храму выступает Церковь, а именно Вселенские и Поместные Соборы. Внутренняя структура канона храма - это идея, символика и функция. С внешней стороны он задается установлениями Вселенского либо Поместного церковного собора. Частным случаем влияния Церкви, субъектом формирования и развития канона может выступать выдающиеся церковный или религиозный деятель (патриарх Никон, строительная деятельность архиереев в старых соборах XVII в., проект митрополита Филарета и т. д.).

Вторым субъектом может выступать государственная власть, в частности, представленная фигурой правителя - царя, императора - и государственная идеология. Например, исследователи объектов храмового зодчества Северо-Восточной Руси второй половины XII - первой половины ХП1 вв. отмечают, что «в храмовой архитектуре Владимира и Боголюбова в первую очередь усмат-

Архитектура

ривали идею апофеоза всесильных властителей, их царственного могущества... это не просто храмы “ограниченно-культового назначения”, это “памятники” его дел и славы... Церковь Покрова на Нерли “отвечает всем своим существом главному политическому аспекту культа Покрова - идее небесного патроната над деятельностью «владимирских само-властцев...”» [23, с. 16]. Яркий пример влияния государственной идеологии на архитектуру храмов и формирования в данный период несозвучной церковной идеологии является петровский период (конец XVII - начало

XVIII вв.). В это время в России активно пропагандировался европейский стиль жизни, привнесенный Петром I, и архитектурные стили - барокко, классицизм, а в отношении храмов -предложение западноевропейской типологической схемы. Ограничение каменного строительства вне Петербурга в 1710-е гг. отразилось на развитии храмового зодчества того времени в сторону резкого увеличения объемов деревянного.

Церковная и государственная власть могут участвовать в формировании сферы канона как в административной форме - в качестве прямого указания, так и в законодательной -в качестве норм творчества.

Третьим субъектом формирования сферы канона и «канонического» образа архитектуры храма косвенно служат люди как потребители архитектуры храма. Главная фигура «потребителя» и непосредственно создания архитектуры храма - это заказчик, который оказывает значительное влияние на архитектурное произведение. На протяжении истории «предпроектные» этапы создания храма изменялись в зависимости от различных факторов. Главными заказчиками храмов на общегосударственном и региональном уровнях в основном являлись Церковь и государство. В настоящее время в качестве заказчика может выступать и частное лицо. Приведем пример действий заказчика регионального православного храма в Российской империи в середине XIX в.: «Общий порядок составления и утверждения проекта был такой: заказчик обращался в Консисторию с просьбой разрешить постройку. Консистория направляла на место предполагаемого строительства священника, который... оценивал «местоположение» будущего храма... После этого собирались «клятвенные обещания» со всех будущих прихожан «на причисления к новому приходу».

Только при получении всех этих данных заказчику предписывалось предоставить в Консисторию план и фасад храма... которая препровождала его в Синод для высочайшего утверждения» [24, с. 189].

В настоящее время основные «предпроектные» этапы создания храма обычно таковы: приход изъявляет желание строительства храма, епископ утверждает данное решение; в качестве спонсора строительства обычно выступает государство или коммерческие структуры, особенно крупные промышленные предприятия и т. п.; затем определяется архитектор и проектная организация, эскизный проект утверждается епископом, и храм возводится.

Помимо заказчика существуют и другие потребители архитектуры, как обыватели, так и профессионалы (архитекторы и искусствоведы), которые принимают или не принимают то или иное архитектурное творчество, вырабатывая тем самым устойчивый положительный или отрицательный образец. Потребитель активно участвует в формировании сферы канона и «канонического» образа архитектуры храма.

Четвертым субъектом является светская культура как совокупность традиций, опыта, истории, накопленных ко времени создания объекта, влияющих на создание и качество объекта. Влияние культуры прослеживается как в период создания того или иного произведения, так и на протяжении всего срока его функционирования. Определенный этап развития культуры задает рамки восприятия того или иного церковного сооружения, что приводит к тому, что его образ значительно изменяется в восприятии многих людей, как профессионалов-архитекторов, так и обывателей. Третий и четвертый субъекты формируют неформальную сферу канона. Вырабатывая «канонический» образ храма в восприятии людей, она формируется вышеперечисленными субъектами, и богословское объяснение применительно к архитектуре храма является лишь основополагающей частью канона.

Для того чтобы продолжить рассмотрение канона с архитектурно-те-оретической точки зрения обратимся к исследованиям канона в искусстве. Проблема изобразительного канона в произведениях искусства была поставлена на теоретический уровень в эстетических и искусствоведческих исследованиях только в XX в., наиболее продуктивно в работах А. Ф. Ло-

сева, Ю. М. Лотмана и др. А. Ф. Лосев дал следующее определение: «Канон есть количественно-структурная модель художественного произведения такого стиля, который, являясь определенным социально-историческим показателем, интерпретируется как принцип конструирования известного множества произведений». В БСЭ читаем: «Канон в изобразительном искусстве - система стилистических и иконографических норм, господствующая в искусстве какого-либо периода или направления; произведение, служащее нормативным образцом». Например, буддийский канон определяется Н. Гожевой как целостный комплекс, синтезирующий в своем развитии всю сумму традиционного художественного опыта. Автор опирается на определение канона, данное А. Ф. Лосевым (см. выше) и рассматривает буддийский художественный канон не как застывшую систему правил и предписаний, а как динамичную, развивающуюся во времени и пространстве структуру, как религиозно-художественную модель [25, с. 6].

Если провести аналогию, то в рамках данной статьи в качестве «строгой системы правил и предписаний» выступает богословское объяснение канона как совокупности идеологических и символических требований. А исторически развивающейся структурой является сфера канона в ее архитектурно-теоретическом понимании, которая включает в себя весь накопившийся опыт архитектурных традиций церковного зодчества.

Таким образом, сфера канона относительно архитектуры православного храма в архитектурно-теоретическом понимании - это исторически сложившаяся система устойчивых норм и принципов формирования художественных образов, выраженная конкретными архитектурными формами и конструкциями здания храма, которая обуславливает гармоничное (адекватное) принятие - восприятие образа храма духовенством, Церковью, общественностью, профессионалами и самими зодчими. Сфера канона может быть представлена в виде количественно-структурной модели, в отличие от богословского канона, который в значительной степени представлен на вербальном и идеологическом уровнях.

Итак, помимо внутреннего содержания богословского канона храма, существует его внешняя связь с окружающим миром посредством

традиции. И. Л. Бусева-Давыдова предполагает, что «в принципе можно считать, что для древнерусского и современного православного зодчества традиция фактически имела силу канона [2, с. 71]. Действительно, можно предполагать, что какая-либо традиционная форма со временем становится «канонической» в восприятии архитектуры храма. Но церковную каноничность материальной формы, произведенной в результате творчества архитектора, доказать весьма сложно. Богословский канон относительно архитектуры храма представлен в большей степени вербально. Какая-либо конкретная архитектурная форма в принципе не может быть каноничной, строго регламентированной по формообразующим признакам. Форма в данном случае является каноничной в смысле своего символического содержания. Хотя образ здания храма, как уже отмечалось выше, может являться «каноничным» или «неканоничным» в восприятии людей и общества в целом, формируя архитектурно-теоре-тическую трактовку канона применительно к архитектуре православного храма.

Заключение

Обозначая теоретическое осмысление канона в архитектуре русского православного храма, в данной статье из множества разнообразных мнений выделяются два главных его понимания - богословское и архитектурнотеоретическое:

1. Богословское объяснение канона, которое заключается в богооткровенном идейном содержании храма, символическом содержании и смысле архитектурного формообразования храма и письменных или устных предписаниях Церкви, регламентирующих строительство храмов. Богословские требования в большей степени существует вербально. Действительно каноничным является символическое содержание храма, символическое значение его отдельных частей и форм.

2. Архитектурно-теоретическая трактовка канона, которая на основании богословского объяснения, формирует сферу канона как систему традиций храмового зодчества и устойчивых правил формообразования, обеспечивает тем самым одновременно неизменяемость и вариативность архитектуры храмов. Сферу канона и сам храм, как архитектурное произведение, формируют субъекты: Церковь

- духовенство, государство и идеология государства, потребитель (в том числе заказчик) и культура (светская) в целом.

3. Богословские требования и архитектурно-теоретическая трактовка канона, взаимно дополняя друг друга, формируют «каноничный» архитектурно-художественный образ православного храма в восприятии людей и общества в целом.

Список использованной литературы

1 Щенков А. С. Проблемы традиционной формы в современном храмостроении России // Храмос-троительство в России. Традиции и современность: тез. докл. М., 1996.

2 Бусева-Давыдова И. JI. К проблеме канона в православном храмостроении // Христианское зодчество. Новые материалы и исследования. М., 2004.

3 Майничева А. Ю. Деревянные церкви Сибири XVII в.: формы, символы, образы. Новосибирск, 2000.

4 Программа-задание и краткие методические указания по составлению курсового проекта на тему: «Приходская церковь в микрорайоне» / сост. Я. Л. Шаболдин. Н. Новгород, 2000.

5 Ильмуратова И. Л. Принципы формирования интерьера православного храма: дис.... канд. архитектуры Екатеринбург, 2000.

6 Филатов В. В. Краткий иконописный иллюстрированный словарь: кн. для учащихся. М., 1996.

7 Полный православный богословский энциклопедический словарь: в 2 т. М., 1992.

8 Мокеев Г. Я. «Небесный град» // «Москва - 850 лет» - «Московские учебники». М., 1996. Т. I.

9 Книга Правил святых апостол, святых Соборов Вселенских и поместных и святых отец. М., 2004.

10 Кудрявцева Т. Н. Влияние Кормчей книги на формирование традиций церковного строительства Древней Руси // Архитектурное наследство. 1995. № 38. С. 174.

11 Дьяченко Г. Православный храм. Киев, 2005.

12 Дземешкевич П. Ф. Опыт возрождения храмоздательства. Омск, 1999.

13 Покровский Н. В. Памятники христианской архитектуры, особенно русские. М., 2000.

14 Prima redaction consumata а reverendis nunc patribus virisque in iure canonico necnon in tota latinate peritis recognoscenda: Кодекс Кано-

нического права, обнародованный властью Папы Иоанна Павла II / Книга IV/ О служении освящения в церкви Канн. 834-1253. URL: http://www.agnuz.info

15 Шамаро А. А. Русское церковное зодчество: символика и истоки. М., 1988.

16 Вавер О. Ю. Мировоззренческие основы древнерусской садовой культуры // София : рукописный журнал Общества ревнителей русской философии. Вып. 5.2002. -URL: http://www.eunnet.net/sofla

17 Флоренский П. Иконостас. М., 1994.

18 Кудрявцев М., Кудрявцева Т. Русский православный храм. Символический язык архитектурных форм // К Свету. 1991. № 17. С. 65.

19 Троицкий Н. Христианский православный храм в его идее // К Свету. 1991. №17. С. 22.

20 Юрасова И. В. Символика архитектурных форм русского православного храма. Связь с идеей православного храма. URL: http:// www.sgu.ru/publication

21 Яковлев Е. Г. Искусство и мировые религии (система искусств в структуре мировых религий). М., 1977.

22 Михайлов Б. О критерии «церковности» в храмовом зодчестве // Храмостроительство в России. Традиции и современность : тез. докл. М., 1996.

23 Даркевич В. П. Зодчество Андрея Боголюбского: идейные предпосылки //Византия. Русь. Западная Европа. Искусство и культура: тез. докл. конф. СПб., 1997.

24 Сулименко С. Д., Пищулина В. В. Роль и предпочтения заказчика в архитектуре сельских православных храмов Области Войска Донского в 1840-1880 гг. // Архитектурное наследство. Вып. 44. М., 2001.

25 Гожева Н. А. Буддийский канон в традиционном искусстве Лаоса: автореф. дис... канд. искусств. М., 2006.

26 Ходнев С. Эволюция архитектуры Западного христианства // Проект Россия. Религия (№ 22). 2001. № 4.