Реконструкция без отселения

В новой структуре правительства России, утвержденной вчера президентом Дмитрием Медведевым и обнародованной премьером Владимиром Путиным, удалось использовать абсолютно все идеи, которые, как предполагалось, лягут в ее основу, включая прямо противоположные друг другу. Владимир Путин в очередной раз показал, что готов давать подчиненным больше, чем они просили, но совершенно не то, что просили: за редкими исключениями списки возвышенных при реорганизации Белого дома и одновременно пострадавших совпадают.

Новым президенту и премьер-министру удалось обеспечить полную тайну при формировании кабинета министров. Буквально все делавшиеся накануне прогнозы о том, какие предложения о структуре и кадровом составе правительства сделает Владимир Путин Дмитрию Медведеву, в том числе прогноз об отсутствии в списках назначенных заместителя главы администрации президента Игоря Сечина (см. текст на стр. 2), себя не оправдали. Напротив, все аналитические прогнозы о том, как премьер Путин сконструирует правительство "под себя", оправдались разом, поскольку применялись одновременно на разных подразделениях правительственного аппарата.

Главной и не обнародованной премьером Путиным новостью подписанного вчера президентом Медведевым указа о системе и структуре федеральных органов власти стала "революция подчинения" в правительстве, возвращающая министрам контроль над подчиненными им федеральными агентствами и службами. С мая новоназначенные министры вправе давать руководству подчиненных служб и агентств обязательные для их исполнения указания, а также отменять и приостанавливать их решения "в случае необходимости". Это ликвидация базового принципа административной реформы, разрабатывавшейся Дмитрием Козаком и реализующейся с 2004 года: разделение министерств (законодательная структура), агентств (исполнительная) и служб (контрольная) при формальной неподчиненности друг другу их руководства.

Сам Дмитрий Козак, сохранивший за собой пост главы Минрегионразвития, мог бы воспользоваться новшеством в отношении руководства Росстроя, однако тут сработало другое новшество: Росстрой расформирован и будет влит в сам Минрегион. По той же схеме Минздрав получил функции Росздрава и Федерального агентства по высокотехнологичной медицинской помощи, но поделит их с малоизвестным Федеральным медико-биологическим агентством. Наделение министерства функциями агентств произошло и в случае с Минкультуры (о его судьбе — см. стр. 21). Но этот принцип не всеобщий: передача в Минюст части функций Росрегистрации не помешала этой службе остаться самостоятельной структурой, но в составе Минэкономразвития.

Эльвира Набиуллина сохранила пост экономического министра и теперь имеет все шансы стать, как этого желали премьеры Михаил Фрадков и Виктор Зубков, "интеллектуальным штабом экономических реформ" без хозяйственных функций. Помогло этому еще одно новшество: часть функций министерств передается смежному экономическому ведомству. Так, уже бывший МЭРТ потерял последнюю букву в аббревиатуре — Минэкономразвития более не занимается торговлей. Им займется преобразованное Минпромэнерго, где пост министра сохранил Виктор Христенко. Приобретя под контроль торговлю (кроме полномочий по тарифному регулированию агросектора, отданного Минсельхозу), он теряет энергетику: отдельное Министерство энергетики возглавит экс-глава "Атомстройэкспорта" Сергей Шматко. Его же ведомство целиком поглотит Росэнерго. Наконец, Минприроды, где министром остался Юрий Трутнев, получило под контроль все функции экологического контроля, включая Ростехнадзор, но неожиданно потеряло контроль над Рослесхозом: он передан в распоряжение сохранившего пост в Минсельхозе Алексея Гордеева. Похожая ситуация и в Минсвязи, лишившейся министра Леонида Реймана (см. стр. 19): его преемник Игорь Щеголев будет заниматься еще средствами массовой информации.

Какой-либо явной логики в том, какие агентства и службы выжили в структуре правительства Владимира Путина, какие ликвидированы, а какие разделены, не просматривается. Так, Российский фонд федерального имущества поглощается не Минэкономразвития, что можно было бы предположить на опыте реформы Минздрава, а Росимуществом. Единственное, что можно утверждать точно: Белый дом отказывается от идеи создавать новые формы органов исполнительной власти. Статуса министра лишился первый заместитель главы Военно-промышленной комиссии Владислав Путилин. При этом ликвидирован сам пост, но не комиссия, и ее по-прежнему возглавляет вице-премьер Сергей Иванов. А оба госкомитета, созданных в сентябре 2007 года (по делам молодежи и по рыболовству), преобразованы в обычные агентства и подчинены соответственно новому Министерству спорта, туризма и молодежной политики и Минсельхозу. В случае с рыболовством это крайне удивительно: смысл назначения Андрея Крайнего главой Госкомрыболовства всего несколько месяцев назад как раз и заключался в создании ведомства, не подчиняющегося Минсельхозу, а сейчас история с реформой рыбной отрасли вернулась в исходную точку.

Наконец, Владимиру Путину удалось применить сразу все схемы реформы "вице-премьерского этажа". Напомним, существовало две версии прогноза: Владимир Путин сделает вице-премьеров многочисленным "клубом личных порученцев" или же, напротив, замкнет на небольшое число вице-премьеров значительную часть премьерских функций, оставив за собой стратегию. Число вице-премьеров выросло с четырех до семи, но обещанных принципов "индивидуальной ответственности" каждого за свой сектор деятельности в Белом доме выдержать не удалось.

Первых вице-премьеров в новом правительстве два — это экс-помощник президента Игорь Шувалов, в функции которого входит, по словам источников в администрации президента, "широкий круг" социально-экологических полномочий и внешняя торговля, и экс-премьер Виктор Зубков, он будет курировать нацпроекты и рыболовство. Но при этом нацпроекты будет курировать и вице-премьер Александр Жуков. Игорь Сечин не получил поста главы аппарата правительства, зато стал курировать промышленность, но без ВПК, оставшегося в распоряжении Сергея Иванова. Глава аппарата правительства Сергей Нарышкин "рокировался" на посту с главой президентской администрации Сергеем Собяниным.

Наконец, вице-премьер Алексей Кудрин сохранил статус единственного министра-совместителя, помимо профильных финансов ответственного, как и Игорь Шувалов, за широкий круг вопросов социально-экономической политики, но — не включая вопросы таможенно-тарифного регулирования экономики, за которые отвечает отнюдь не господин Шувалов, а господин Зубков. При этом, в отличие от министров, вице-премьеры не получили ни права давать указания министрам, ни формальной подчиненности друг другу, ни прямо подчиненных ведомств. К примеру, работу Виктора Христенко будут курировать как минимум три заместителя Владимира Путина — Игорь Шувалов в вопросах торговли, Игорь Сечин в гражданской промышленности и Сергей Иванов в военной промышленности.

Как все это будет работать, пока совершенно непонятно. Но не исключено, что как раз этого и добивался новый премьер, ведь именно он будет разрешать неизбежные при такой конфигурации правительства споры и конфликты.