Корреспондент “Ъ” Валерия Мишина о законопроекте о домашнем насилии

На пресс-конференции президент России Владимир Путин заявил, что законопроект о домашнем насилии не читал, а отношение к нему у президента смешанное. «Я против любого насилия, прежде всего к детям и женщинам, это признак очень низкого уровня культуры»,— подчеркнул Владимир Путин.

Пресс-конференция Владимира Путина. Главное

Корреспондент “Ъ” Валерия Мишина

Фото: Геннадий Гуляев, Коммерсантъ

Законопроект, опубликованный Советом Федерации 29 ноября, вызвал критику совершенно противоположных сторон общества: и сторонников введения законодательства о семейном насилии, и противников. В частности, законопроект критикуют юристы и правозащитники, говоря, что важные формулировки, которые разрабатывались, в частности, в рабочей группе при Госдуме с 2017 года, изменены или усечены. Например, определение семейно-бытового насилия в нем не подразумевает признаков уголовного преступления или административного правонарушения, то есть за физическое насилие наказания не предусмотрено, а также исчезло понятие преследования, которое эксперты называют одним из основных видов насилия.

Кроме того, агрессору грозит только административное наказание, а правозащитники сомневаются, что штраф сможет кого-то действительно остановить.

Некие консервативные структуры также активно возмущены появлением законопроекта: здесь звучат аргументы о вмешательстве в семью и уже привычные за последние годы протесты против некой ювенальной юстиции, под которой в быту понимаются не наказание несовершеннолетних за совершенные ими правонарушения, а наказание родителей, «отобрание детей» и «вмешательство в семью». Вице-спикер Совета Федерации Галина Карелова неоднократно отмечала, что представленный законопроект не содержит никаких мер, подразумевающих вмешательство в семью. Отметим, что и законопроект, внесенный в Госдуму в 2016 году и дорабатываемый с 2017 года, также таких мер не содержал.

Член Общественной палаты РФ (избрана от «Общественного центра по защите традиционных семейных ценностей “Иван Чай”») Элина Жгутова, задавшая вопрос президенту о негативном влиянии законодательства о профилактике-семейно бытового насилия на демографию, общалась с президентом не впервые в таком формате. На пресс-конференции 23 декабря 2016 года она задавала президенту России вопрос о побоях в семье: напомнила, что тогда для категории «близкие лица» было введено уголовное наказание за побои, и сообщила о собранных 180 тыс. подписях против ювенальной юстиции. Владимир Путин тогда ответил, что «детей лучше не шлепать и не ссылаться при этом ни на какие традиции», а также пообещал проанализировать «соответствующие поправки».

2 июля 2017 года президент подписал закон о декриминализации впервые совершенных семейных побоев — из разряда уголовных преступлений они были переведены в административные правонарушения. Только со «вторых побоев» может наступить уголовная ответственность, однако, как поясняла ранее “Ъ” правозащитник Алена Попова, «второй раз уголовка будет сферой частного обвинения»: «То есть жертва сама должна найти адвоката, найти доказательства и в суде доказывать, что ее реально избили».