Лингво-исторический анализ основных направлений венесуэльской лингвистики

ФИЛОЛОГИЯ И КУЛЬТУРА. PHILOLOGY AND CULTURE. 2017. №1

УДК 811.87

ЛИНГВО-ИСТОРИЧЕСКИЙ АНАЛИЗ ОСНОВНЫХ НАПРАВЛЕНИЙ ВЕНЕСУЭЛЬСКОЙ ЛИНГВИСТИКИ

© Анна Носкова

LINGUISTIC-HISTORICAL ANALYSIS OF THE MAIN STREAMS IN VENEZUELAN LINGUISTICS

Anna Noskova

The article explores the history of the development of scientific traditions in studying national and cultural features of Venezuelan Spanish from the colonial period to the present day. The article thoroughly analyzes lexicographic and grammatical works, reflecting the features of Venezuelan Spanish. Special attention is paid to numerous bilingual dictionaries (Indian-Spanish) as their emergence marked the origin of Venezuelan linguistics. We also describe the activity of the Venezuelan Academy of Language founded in 1883, whose linguistic research is focused on studying and describing Venezuelan Spanish as well as on the enrichment of the Venezuelan part of the Academic Dictionary of Spanish. The turning point in the history of Venezuelan linguistics is the scientific work of Ángel Rosenblat "Buenas y malas palabras en el castellano de Venezuela" (1955), in which the linguist represents the relationship between culture and language, proving that the dictionary is a mirror of the nation. The article studies relatively recent works, contributing to the creation of a complete dictionary of Venezuelan lexicon: "Diccionario de venezolanismos", a dictionary in three volumes, published in the period of 1983-1993 and "Diccionario del habla actual de Venezuela" of 1994, which reflects modern realities of the Venezuelans' lives. We should also note the creation of the Venezuelan lexicon ^rpus "Corpus Sociolingüístico de Caracas" (1977, 1987), which is the evidence that Venezuelan Spanish is an independent language essence, having linguoculturological features and its own set of distinctive attributes.

Each mentioned work is supplemented with a short description and the author's comments.

Keywords: Spanish studies, dialectology of national variants, Venezuelan Spanish, linguistic-historical digression, lexicography, Indian languages, Latin America.

В статье прослеживается история развития научной традиции изучения национально-культурной специфики венесуэльского варианта испанского языка от колониального периода до наших дней. Детально анализируются лексикографические и грамматические работы, отражающие особенности венесуэльского национального варианта испанского языка. Отдельное внимание уделяется многочисленным билингвальным словарям (индейский-испанский), появление которых ознаменовало зарождение венесуэльской лингвистики. Описывается деятельность Венесуэльской академии языка, основанной в 1883 году, лингвистические исследования которой направлены на изучение и описание венесуэльского национального варианта, а также обогащение венесуэльской части академического словаря испанского языка. Отмечается поворотный момент в истории венесуэльской лингвистики: научный труд Анхеля Росенблата «Buenas y malas palabras en el castellano de Venezuela» (1955), в котором лингвист передал связь культуры и языка, доказав, что словарь -это зеркало нации. Рассматриваются относительно современные работы, направленные на создание полного словаря венесуэльской лексики: словарь в трех томах «Diccionario de venezolanismos», опубликованный в период 1983-1993, и «Diccionario del habla actual de Venezuela» 1994 года, отразившие реалии современной жизни венесуэльцев. Примечательно создание корпуса венесуэльской лексики «Corpus Sociolingüístico de Caracas» (1977, 1987), что свидетельствует о том, что венесуэльский национальный вариант испанского языка - это самостоятельная языковая сущность, обладающая лингвокультурологическими особенностями и собственным набором отличительных признаков. Каждый упомянутый труд снабжается кратким описанием и комментарием автора.

Ключевые слова: испанистика, межвариантная диалектология, венесуэльский национальный вариант, лингво-исторический экскурс, лексикография, индейские языки, Латинская Америка.

Изучение лингвистических особенностей ве- го языка начинается еще в колониальный пери-несуэльского национального варианта испанско- од: в основном, это лексикографические труды

(составление словарей, и в первую очередь - индейских языков) и написание дескриптивных грамматик (также индейских языков).

Первым официальным преподавателем грамматики венесуэльского испанского языка считается Педро де Артеага. Прибыв в Каракас примерно в 1589 году, уже в 1593 году он занимает должность преподавателя, а позже становится священником [Parra León, c. 74-75]. Лингвистический труд де Артеаги стал возможным благодаря королевскому указу короля Испании Филиппа II о создании первой Кафедры по изучению грамматики.

В 1605 году венесуэльскую грамматику стали преподавать и за пределами Каракаса (начало положил последователь де Артеага - Хуан де Ортиз Гобантес). В 1608 году кафедра по изучению грамматики была основана и в городе Коро - на тот момент столицы венесуэльской епархии.

Первые опыты лексикографического описания названий природного мира, артефактов и образа жизни индейцев Венесуэлы встречается в отдельных главах книги Галеотто Сея «Viaje y descripción de las Indias». Детальный анализ подобных лексикографических источников представлен в книге «Estudios de lexicografía venezolana» Ф. Х. Переса [Pérez].

Следующий труд «Tabla para la inteligencia de algunos vocablos desde historia» (1627) принадлежит монаху Педро Симону и включает описание 156 лексических единиц, использующихся в речи народов Венесуэлы и Колумбии [Simón]. Более того, в работе П. Симона впервые представлена относительно структурированная техника лексикографического описания и применяются новые методы в дефиниции лексических единиц (семантическое описание, пиренейские синонимические единицы, смешанное описание, прагматическое использование, метаязык языкового знака, американские синонимические единицы, энциклопедическое объяснение). В результате словарь Симона, помимо самих лексических единиц, включал в себя и их этимологическую характеристику, метафорическое использование, синонимические ряды и фонетические вариации.

В 1655 году Пьерре Пельепрат составляет билингвальный словарь испанский-галиби «Términos más necesarios en la conversación de los Galibis» (в книге «Introducción a la lengua de los galibis, salvajes de tierra firme de América Meridional»), включающий в себя 292 лексические единицы, распределенные по следующим семантическим группам: природные элементы; металлы; члены семьи; части человеческого тела; птицы, рыбы, животные; насекомые и змеи; предметы мебели; предметы быта; суда; оружие;

фрукты; болезни, боль; цвета; одежда; ритуалы; духи; какое-либо качество; глаголы и типичные выражения; неклассифицированные слова. [Pelleprat]

Следующий двуязычный словарь (испанско-куманагото) появляется в 1680 году: «Arte y Bocabulario de la lengua de los indios Chaymas, Cumanagotos, Cores, Parias, y otros diversos de la Provincia de Cumaná o Nueva Andalucía» Франси-ско де Таусте. Помимо расположенных в алфавитном порядке лексических единиц, словарь также включал в себя описание грамматических особенностей индейского языка куманагото [Tauste] .

Этот словарь в дальнейшем был расширен и дополнен Матиасом Руисом Бланко, он вышел в свет в 1683 году под названием «Diccionario de la Lengua de los Indios Cumanagotos, y Palenques». В 1690 году М. Руис Бланко публикует билин-гвальный словарь куманагото-испанский «Tesoro de nombres y verbos de esta lengua, con algunas frases, y modos de hablar particulares», отличительной чертой которого стало отношение к индейскому языку как к первоначальному, а к испанскому - как иностранному [Ruiz Blanco, 1690].

В 1738 году монах Франсиско де Катарроха составляет словарь языка бари (чибчанская языковая семья) - «Vozes de la Lengua de los Indios Motilones que avitan en los Montes de las Provincias de Sta. Marta y Maracayo, con su explicación en nuestro Ydioma Castellano» [Catarroja]. 15-ти страничный словарь практически не был востребован вплоть до 1978 года, до тех пор, пока миссионер Адольфо де Вильямань-ян не использовал его материалы (как наиболее старинные) при составлении сравнительного словаря языка бари «Vocabulario barí comparado» [Villamañan].

Билингвальный словарь кастильско-ачагуа Алонсо де Нейра «Vocabulario de la lengua achagua» (1762) демонстрирует первую серьезную попытку применения сложной и систематической техники в лексикографическом описании [Neira].

Антонио Каулин в своем труде «Historia de la Nueva Andalucía» (1779) приводит большое количество индихенизмов, структурированных по семантическим группам: деревья дикие, деревья фруктовые, съедобные коренья; выращиваемые деревья и растения; лекарственные деревья и растения; лекарственные коренья, бальзамы и их свойства; рептилии, амфибии и птицы. [Caulín]

Словарь языка таино Фелипе Сальвадора Хи-лиха «Vocabulario taíno» (1782) включает в себя 122 лексические единицы, снабженные истори-

ческой, библиографической и этимологической справками [Gilij]. В том же году Хилих составляет словарь «Cátalogo de algunas lenguas americanas para hacer la comparación de ellas entre sí y con las de nuestro hemisferio», в котором

сравнивает между собой лексические единицы нескольких индейских языков [Gilij].

Первая попытка создания специального терминологического словаря была предпринята Хуаном Антонио Наваретте в 1783 году. Его труд «Diccionario de algunos términos y frases usados de Filósofos, Astrólogos, Políticos, Médicos, Cirujanos, Geógrafos, Históricos, Teólogos, Juristas, Artistas, Cortesanos y Cristianos Modernos, de nuestro tiempo y algunos Regulares y Ceremoniales» носит скорее энциклопедический характер, а представленные в нем термины довольно разнородны по своей природе [Navarrete].

Таким образом, появление лексикографических работ, обусловленное как лингвистическим интересом, так и практикой обучения, положило начало активному изучению и анализу особенностей испанского языка Венесуэлы1.

Лексикографические работы колониального периода часто включали в себя описание грамматических особенностей исследуемого языка (в основном - индейских). Поскольку на тот момент уже существовали монументальные труды по грамматике, посвященные испанскому языку в целом (например, знаменитая «Грамматика» Небрихи (1492) или работы Томаса де Ириарте, Луиса де Мата и Араухо, Хосе Гомеса Эрмоси-льи), то при составлении грамматик испанского языка Венесуэлы приходилось ориентироваться именно на них (такая ситуация продолжалась вплоть до XIX века, пока принципы дескриптивной грамматики не были пересмотрены выдающимся лингвистом Андресом Бельо).

Составление грамматик венесуэльского испанского языка колониального периода было ориентировано на индейские языки и, в большинстве своем, носило дидактический характер, поскольку они использовались при обучении индейцев испанскому языку, а миссионеров и колонизаторов - индейским языкам Венесуэлы.

Работа Пьера Пельепрата «Introducción a la lengua de los galibis, salvajes de Tierra Firme de América meridional» (1655), хотя и носила больше лексикографический характер, но располагала и грамматическими замечаниями относительно карибского языка галиби. Так, во введении отмечаются особенности его произношения, дается

1 Мы сознательно не используем термин «национальный вариант», поскольку он был введен Г. В. Степановым лишь в 1959 году (А. Н.).

информация по частям предложения, глаголу, существительному, прилагательному, союзам (с акцентом на разъединительные), предлогам, наречию, частицам, словообразованию, лингвистическим заимствованиям и случаям эллипсиса [Pelleprat].

Билингвальный словарь испанский-кумана-гото «Arte, y Bocabulario de la lengua de los indios Chaymas, Cumanagotos, Cores, Parias, y otros diversos de la Provincia de Cumaná o Nueva Andalucía» (1680) Франсиско де Таусте, помимо лексикографического материала, также содержит и грамматическое описание (с акцентом на функционирование глагола) [Tauste].

Более полная грамматическая система индейского языка куманагото представлена в работе «Principios, y reglas de la lengua Cumanagota» (1683) Мануэля де Янгуэса. Каждая из семи глав посвящена той или иной части речи: существительному, местоимению, глаголу, причастию, предлогам, наречию, междометиям и союзам [Yangues]. В 1690 году грамматика куманагото была дополнена наблюдениями Матиаса Руиса Бланко и переиздана под заглавием «Reglas para la inteligencia de la lengua de los Indios de Píritu» [Ruiz Blanco, 1690].

В работах Фелипе Сальвадора Хилиха «Ensayo de la lengua tamanaca» (1782) и «Ensayo de la lengua maipure» (главы из труда «Ensayo de historia Americana o sea historia natural, civil y sacra de los reinos y provincias españolas de Tierra Firme en la América Meridional», 1782), хотя и заметно сильное влияние логики составления грамматик классической латыни, уже наблюдаются попытки пересмотреть основные теоретические положения и изложить наблюдения на морфосинтаксическом уровне [Gilij].

Создание словарей и грамматик в колониальный период Венесуэлы способствовало тому, что в это время была заложена, по словам Франсиско Хавьера Переса, «научная традиция венесуэльской лингвистики»2 [Pérez, c. 13]. Появление этой «научной традиции» было обусловлено несколькими причинами: 1) необходимостью изучения языка через его грамматическое и лексическое понимание; 2) проведением своеобразного «мостика» между лингвистическими трудами по изучению испанского языка в целом и отдельных индейских языков; 3) интересом применения сравнительных методов при изучении индейских языков и 4) применением описательных методов (особенно лексикографических).

Наступивший XIX век в первые десятилетия унаследовал от колониальной эпохи склонность

2 Здесь и далее перевод наш. - А.Н.)

к обобщению и дополнению грамматик классических языков и испанского языка в целом. Следует отметить, что почти до середины XIX века интерес к составлению лексикографических словарей необъяснимым образом уменьшился (и это после выдающихся работ колониальной эпохи, например, Наваретте и Альседо). В первой половине XIX века появились только две работы лексикографического характера: «Farmacopea militar o catálogo de medicamentos con respectivas fórmulas para uso del egércitode S.M.C. pacificador de Costa Firme del que es general en jefe el Excmo. Sr. D. Pablo Morillo» (1819) Хуана Ньето Сама-ниего [Nieto Samaniego] и «Espíritu de los estatutos y reglamentos del orden francmasónico y Diccionario de todos los términos y expresiones que están en uso para los trabajos de las Logias» (1823) Мануэля Хосе Риваса [Rivas].

На тот момент венесуэльских лингвистов больше интересовала грамматическая система языка. В этом плане центральное место принадлежит труду Андреса Бельо - основоположника испано-американской синхронической грамматики - «Gramática de la lengua castellana» (1847), который открыл новую главу в истории венесуэльской лингвистики [Bello]. Надо отметить, что период с 1850 по 1860 годы стал наиболее продуктивным за весь XIX век: появились значимые работы по национальной лингвистике, сформировался новый взгляд на грамматическую теорию и метаграмматическую рефлексию.

Также значительно продвинулось научное описание венесуэльских индейских языков. В связи с тем, что на протяжении более чем полувека (конец XVIII-начало XIX веков) индейские языки практически не изучались, работы и статьи, посвященные особенностям речи аборигенов, имели большую лингвистическую ценность. Первыми такими работами являются словарь Фрейре Майобре «Vocabulario caribe» [Mallobre], составленный в 1847 году и опубликованный лишь столетие спустя Хулио Фебресом Кордеро в 57 номере журнала «Revista Ncional de Cultura», и словарь писателя Фермина Торо «Vocabulario guajiro», известного также под заглавиями «Vocabulario y materiales para una gramática guajira» или «Ensayo gramatical sobre el idioma guajiro» [Toro]. Последняя работа внесла ощутимый вклад в развитие венесуэльской индейской лингвистики и оказала сильнейшее влияние на последующее изучение языка гуахиро в конце XIX века (см. работы Аристедеса Рохаса, Адольфо Эрнста, Педро Мануэля Аркайа, Альфреда Яна и Луиса Рамона Орамаса).

Центральное место в лингвистической панораме работ по индейским языкам Венесуэлы в

середине XIX века бесспорно занимает словарь Мигеля Кармона «Diccionario Indo-Hispano o venezolano español» [Carmona]. Словарь выходил по частям на протяжении 1858-1859 годов в каракасском еженедельнике «El Monitor Industrial», главным редактором которого был сам М. Кар-мона. Благодаря сильной дескриптивной составляющей, в нем отражены основные лексические особенности венесуэльского национального варианта испанского языка по сравнению с другими испано-американскими разновидностями, поэтому словарь М. Кармона считается первым словарем венесуализмов.

Изучение индейских языков Венесуэлы переросло в своеобразную лингвистическую школу, у истоков создания которой стояли Аристедес Ро-хас, Адольфо Эрнст, Рафаэль Вильявисенсио и Гаспар Маркано - именно эти ученые-лингвисты заложили базу для научного изучения индейских языков и культур их носителей. Но в отличие от колониальной эпохи, когда ценились многотомные объемные труды по лингвистике, в это время появлялись небольшие работы, носящие локальный характер изучения того или иного индейского языка. Венесуэльские лингвисты описывали индейские языки не по географическому или политическому принципу, а исходя из лингвистической картины их распространения.

Важным моментом в истории венесуэльской лингвистики стало основание в 1883 году Венесуэльской академии языка, деятельность которой началась с активной работы президента Венесуэльской Республики Антонио Гусмана Бланко. Так, в 1884-1886 годы вышли в свет «Resumen de las Actas de la academia Venezolana», которые представляли собой дополнительный материал к академическому словарю испанского языка и содержали в себе венесуализмы и индихенизмы [Calcaño, 1884-1886]. В целом, изучение и описание венесуэльского национального варианта испанского языка, а также обогащение венесуэльской части академического словаря стали основной целью всех лингвистических исследований. Основной вклад в решение этих задач внес главный секретарь Венесуэльской академии языка, выдающийся литературный и лингвистический критик Хулио Калканьо. Именно ему принадлежит наиболее значимый труд XIX века, посвященный изучению испанского языка в Венесуэле - «El castellano en Venezuela». Работа была опубликована в 1897 году и представила совершенно новую перспективу изучения языков на национальном уровне: Калканьо сравнил функционирование венесуэльских лексических единиц с испанскими и паниспанскими, проанализировал индейскую лексику и выявил ее истоки в различ-

ных древних языках (санскрите, еврейском, арабском, японском, турецком и малайском), доказал, что любые отклонения от языковой нормы - необходимое явление для эволюции языка [Calcaño, 1897].

В конце XIX века публикуются также работы, посвященные региональным особенностям венесуэльского варианта испанского языка. Так, в 1883 году в свет выходит работа Хосе Доминго Медрано «Apuntaciones para la crítica sobre el lenguaje maracaibero». Медрано, вдохновленный вышедшей ранее работой Руфино Хосе Куэрво «Apuntaciones críticas sobre el lenguaje bogotano», отмечает особенности, характерные для речи жителей Маракайбо и штата Сулия. Сравнивая язык Маракайбо с общевенесуэльским испанским, Медрано создает первый региональный словарь, носящий диатопический характер [Medrano].

В самом начале ХХ века венесуэльская лингвистика развивалась под знаком «социокультурной революции». Под влиянием экономического и промышленного прогресса венесуэльский язык бурно обновляется: появляются новые слова, обороты и выражения, которые были необходимы для объяснения новых реалий. Отдельное внимание стало уделяться разговорной венесуэльской речи [Носкова, Плеухова].

Здесь следует выделить работы Лисандро Альварадо «Glosario de voces indígenas de Venezuela» (1921) и «Glosario del bajo español de Venezuela» (1929), в которых лингвист подробно характеризует венесуэльский испанский язык первой четверти ХХ века. «Глоссарий» 1921 года фиксирует лексику индейских языков (таини, карибские, аравакские). В «Глоссарии» 1929 года Альварадо отстаивает свои теоретические взгляды на природу языка в целом и на венесуэльский испанский в частности. Он «защищает» появление новых лексических единиц в речи венесуэльцев, обуславливая их необходимостью в обозначении новых реалий жизни. В свою очередь, устаревшая разговорная лексика и ее фонетические варианты для Альварадо - это неотъемлемая часть языка: «Наблюдается довольно частотное использование таких слов как coluna [columna], costitución [constitución], dotor [doctor], otubre [octubre], agora [ahora], aposta [apuesta], которые характерны в основном для речи малообразованных людей. Но как бы то ни было, это все тот же испанский язык» [Alvarado, 1954, с. 6].

После фундаментальных исследований Аль-варадо в истории развития венесуэльской лингвистики наступает относительное затишье. В свет выходят лишь небольшие работы, посвя-

щенные, в основном, грамматическим и лексическим особенностям венесуэльского испанского.

Поворотный момент в истории венесуэльской лингвистики и современное представление о венесуэльском национальном варианте испанского языка связаны с учеником легендарного Амадо Алонсо - Анхелем Росенблатом. Приехав в 1947 году в Венесуэлу из Аргентины, он, продолжая дело своего учителя, основывает в Центральном университете Венесуэлы научный институт изучения венесуэльского испанского языка, получивший название «Институт Филологии им. Ан-дреса Бельо». Год спустя Росенблат принимается за составление самого большого словаря испанского языка Венесуэлы - дело, ставшее основным и для всего Института филологии. Составление словаря заняло более тридцати лет и так и не было доведено до конца, автор умер в 1984 году. Однако Росенблат успел написать интересную книгу, в которой глубоко исследовал национальную венесуэльскую речь - «Buenas y malas pakbras en el castellano de Venezuela» (1955). В ней автор проанализировал венесуэльскую речь периода диктатуры Маркоса Переса Хименеса, речь, полную жаргонизмов и заимствований [Rosenblat].

Разделяя взгляды А. Росенблата, новое поколение ученых продолжало развивать мысль о том, что язык трансформируется вместе с изменениями в социально-экономической и политической жизни общества. Венесуэла, особенно ее большие города, продолжала следовать по пути технического прогресса, что приводило к изменению традиций, обычаев, социальных и трудовых взаимоотношений. Крестьянская Венесуэла уходила в прошлое.

Большой научный интерес стали вызывать разного рода социалекты и жаргонная лексика. Молодежь, студенты, военные, преступники и наркоманы продуцировали речь, в которой появлялись новые, порой удивительные и слишком экспрессивные лексические единицы. Определенная часть работ содержала в себе исследования относительно слов-табу и их использования в речи.

В настоящее время основной целью венесуэльской лингвистики по-прежнему остается создание полного словаря венесуэльской лексики. За год до своей смерти в 1983 году А. Росенблат опубликовал первый том «Словаря венесуализмов». Работу над созданием и публикацией еще двух томов продолжила ученица и последовательница А. Росенблата Мария Хосефина Техера, которая возглавила коллектив авторов. Спустя десять лет, в 1993 году, все три тома «Diccionario de venezolanismos» были опубликованы [Tejera].

В 1994 году появился еще один словарь современной венесуэльской речи Росио Нуньеса и Франсиско Хавьера Переса «Diccionario del habla actual de Venezuela», который завершал череду последних лексикографических разработок. Оба словаря в лингвокультурологическом ракурсе отразили жизнь современной Венесуэлы: ее традиции и обычаи, флору и фауну, историю и политику и многое другое [Núñez, Pérez].

Параллельно появляются работы, исследующие различные языковые уровни венесуэльского национального варианта. Так, выходит «Gramática del español de Venezuela. Una Introducción» Минелии де Ледесмы и Уго Обре-гона (1990). По замыслу авторов, «в грамматике должны были быть описаны все основные особенности венесуэльского испанского языка, который исследуется независимо от общеиспанского языка. Анализ грамматических особенностей концентрируется именно на традиционных для Венесуэлы отличиях от академического испанского языка» [Ledezma y Obregón, 1990, c. 13]. Эта работа явилась своеобразной кульминацией выдающейся исследовательской деятельности Уго Обрегона в области лингвистической дидактики, диалектологии, фонетики, интонации, анализа дискурса испанского языка Латинской Америки и индейских языков.

Морфосинтаксические особенности венесуэльского национального варианта испанского языка были описаны в работах Паолы Бентиво-лио «Los sujetos pronominales de primera persona en el habla de Caracas» (1987) [Bentivoglio, 1987] и Мерседес Седано «Hendidas y otras construcciones con ser en el habla de Caracas» (1991) [Sedano]. Социолингвистические исследования венесуэльского национального варианта базировались на анализе речи, записанной в крупных городах страны: Каракасе, Кумане, Ма-ракайбо и Мериде. Их результаты нашли отражение в двух работах: «Corpus Sociolingüístico de Caracas 1977» Паолы Бентиволио, Франческо Д'Интроно и Хуана Сосы (1977) [Bentivoglio, D'Introno, Sosa] и «Corpus Sociolingüístico de Caracas 1987» Паолы Бентиволио и Мерседес Седано (1987) [Bentivoglio, Sedano]. Последним авторам принадлежит также раздел по синтаксису венесуэльского национального варианта в коллективном труде «Manual de dialectología hispánica. El español de América» (1996), выполненном под руководством Мануэля Альвара [Alvar, 1966]. М. Альвару принадлежит одна из фундаментальных работ о венесуэльском национальном варианте «El español en Venezuela. Estudios, mapas, textos» (2001), в которой автор исследует речь представителей всех регионов

Венесуэлы и дает ее подробное описание в виде лингвистического атласа [Alvar, 2001].

Следует отметить, что лингвистические работы последних десятилетий XX века представили достаточно полную картину современного состояния венесуэльского национального варианта: описаны его лексика, основные морфологические и синтаксические явления, фонетические признаки и интонация, представлена панорама взаимодействия между индейскими и кастильским языками.

Таким образом, можно признать, что венесуэльская лингвистика достигла значительных успехов: особенности венесуэльского национального варианта достаточно полно изучены на различных языковых уровнях. При этом по-прежнему отсутствуют работы лингвокультуро-логического характера, которые бы исследовали венесуэльскую разновидность испанского языка в неразрывной связи с этнографией и археологией, социологией и философией, изобразительными искусствами и литературой Венесуэлы.

Исследование выполнено при финансовой поддержке гранта РГНФ №14-04-00601 «Лингвокульту-рологические особенности картины мира населения испаноязычных стран Карибского бассейна».

Список литературы

Носкова А. И., Плеухова Е. А. Венесуэльский национальный вариант испанского языка: лингвокуль-турологический аспект: монография. Казань: Изд-во Казан. ун-та, 2016. 176 с.

Alvar M. Manual de dialectología hispánica: el español de América. Barcelona: Ariel, 1996. 254 p.

Alvar M. El español en Venezuela. Estudios, mapas, textos. Alcalá: Universidad de Alcalá, 2001. 1040 p.

Alvarado L. Glosario de voces indígenas de Venezuela. Caracas: Ministerio de Educación, 1953. 344 p.

Alvarado L. Glosario del bajo español en Venezuela. Caracas: Ministerio de Educación, 1954. 317 p.

Bello A. Gramática de la lengua castellana. Caracas: La Casa de Bello, 1995 [1847]. 497 p.

Bentivoglio P. Los sujetos pronominales de primera persona en el habla de Caracas. Caracas: Universidad Central de Venezuela, 1987. 78 p.

Bentivoglio P., D'Introno F., Sosa J. Corpus Sociolingüístico de Caracas 1977. Caracas: Universidad Central de Venezuela, 1977. 119 p.

Bentivoglio P., Sedano M. Corpus Sociolingüístico de Caracas 1987. Caracas: Universidad Central de Venezuela, 1987. 237 p.

Calcaño J. El castellano en Venezuela: estudio crítico. Caracas: Tipografía universal, 1897. 738p.

Calcaño J. Resumen de las Actas de la Academia Venezolana correspondiente de la Real Academia Española. Caracas: Impr. Nacional, 1884-1886. 123 p.

Carmona M. Diccionario Indo-Hispano o venezolano español. Caracas: El Monitor Industrial, 1958 [18581859]. 377 p.

Catarroja F. Vozes de la Lengua de los Indios Motilones que avitan en los Montes de las Provincias de Sta. Marta y Maracayo, con su explicación en nuestro Ydioma Castellano. Caracas: Universidad Católica Andrés Bello, 1972 [1783]. 98 p.

Caulín A. Historia de la Nueva Andalucía. Universidad de Michigan: Biblioteca de la Academia Nacional de la Historia 1966 [1779]. 178 p.

Gilij F.S. Ensayo de historia Americana o sea historia natural, civil y sacra de los reinos y provincias españolas de Tierra Firme en la América Meridional. Caracas: Biblioteca de la Academia Nacional de la Historia Nacional de Caracas, 1965 [1782]. 139 p.

Ledezma M., Obregón H. Gramática del español de Venezuela. Introducción. Caracas: Universidad Pedagógica Experimental Libertador. Instituto Pedagógico de Caracas, 1990. 317 p.

Mallobre F. Vocabulario Caribe. Caracas: Universidad Católica Andrés Bello, 1990 [1847]. 643 p.

Medrano J.D. Apuntaciones para la crítica sobre el lenguaje maracaibero. Maracaibo: Impr. Bolívar de Alvarado, 1883. 68 p.

Navarrete J.A. Diccionario de algunos términos y frases usados de Filósofos, Astrólogos, Políticos, Médicos, Cirujanos, Geógrafos, Históricos, Teólogos, Juristas, Artistas, Cortesanos y Cristianos Modernos, de nuestro tiempo y algunos Regulares y Ceremoniales. Caracas: La Casa de Bello, 1983 [1783]. 211 p.

Neira A. Ensayo de la lengua maipure. Caracas: Universidad Católica Andrés Bello, 1971 [1782]. 69 p.

Neira A. Ensayo de la lengua tamanaca. Caracas: Universidad Católica Andrés Bello, 1971 [1782]. 51 p.

Neira A. Vocabulario de la lengua achagua. Caracas: Universidad Católica Andrés Bello, 1971 [1762]. 255 p.

Nieto Samaniego J. Farmacopea militar o catálogo de medicamentos con respectivas fórmulas para uso del egércitode S.M.C. pacificador de Costa Firme del que es general en jefe el Excmo. Sr. D. Pablo Morillo. Madrid: Manresa, S.I. 1819. 223 p.

Núnez R., Pérez F.J. Diccionario del habla actual de Venezuela: venezolanismos, voces indígenas, nuevas acepciones. Caracas: Universidad Católica Andrés Bello, Centro de Investigaciones Lingüísticas y Literarias, 1994. 509 p.

Parra León C. La instrucción en Caracas (15671725). Madrid: Editorial J. B., 1954. Pp. 7-280.

Pelleprat P. Introducción a la lengua de los galibis, salvajes de tierra firme de América Meridional. Caracas: Universidad Católica Andrés Bello, 1655.178 p.

Pérez F.J. Estudios de lexicografía venezolana. Caracas: La Casa de Bello, 1997. 197 p.

Rivas M.J. Espíritu de los estatutos y reglamentos del orden francmasónico y Diccionario de todos los términos y expresiones que están en uso para los trabajos de las Logias. Cumaná: Marinsa, 1823. 117 p.

Rosenblat A. Buenas y malas palabras en el castellano de Venezuela. Carcas-Madrid: Ediciones Edime, 1956. 488 p.

Ruiz Blanco M. Diccionario de la Lengua de los Indios Cumanagotos, y Palenques. Leipzig: Teubner, 1888 [1683]. 207 p.

Ruiz Blanco M. Reglas para la inteligencia de la lengua de los Indios de Píritu. Leipzig: Teubner, 1888 [1690]. 83 p.

Ruiz Blanco M. Tesoro de nombres y verbos de esta lengua, con algunas frases, y modos de hablar particulares. Leipzig: Teubner, 1888 [1690]. 189 p.

Sedano M. Hendidas y otras construcciones con ser en el habla de Caracas. Caracas: Universidad Central de Venezuela, 1991. 125p.

Simón fr. P. Tabla para la inteligencia de algunos vocablos desde historia. Cuenca: Domingo de la Yglesia, 1626. 695 p.

Tauste F. Arte y Bocabulario de la lengua de los indios Chaymas, Cumanagotos, Cores, Parias, y otros diversos de la Provincia de Cumaná o Nueva Andalucía. Madrid: Imprente de Bernardo de Villa-Diego, 1680. 309 p.

Tejera M.J. Diccionario de venezolanismos. Tres tomos. Caracas: Academia Venezolana de la Lengua, Universidad Central de Venezuela, Facultad de Humanidades y Educación, Instituto de Filología "Andrés Bello", 1993. 1547 p.

Toro F. Vocabulario guajiro. Caracas: Gaceta de los Museos Nacionales, 1912 [1847]. 65 p.

Villamañan A. Vocabulario barí comparado. Caracas: Universidad Católica Andrés Bello, Centro de Lenguas Indígenas, 1978 [1788], 61 p.

Yangues M. Principios, y reglas de la lengua Cumanagota. Leipzig: Teubner, 1888 [1683]. 73 p.

References

Alvar, M.

Alvar, M.

Alvarado, L.

Alvarado, L.

Bello, A.

Bentivoglio, P.

Bentivoglio, P., D'Introno, F., Sosa, J.

Bentivoglio P., Sedaño, M.

Calcaño, J.

Calcaño, J.

Carmona, M.

Catarroja, F.

Caulín, A.

Gilij, F. S.

Ledezma, M., Obregón, H.

Mallobre, F.

Medrano, J.D.

Navarrete, J. A.

Neira, A.

Neira, A.

Noskova, A. I., Pleuhova, E..A.

Núnez, R., Pérez, F. J.

Parra León, C.

Pelleprat, P.

Pérez, F. J.

Rivas, M. J.

Rosenblat, A.

Ruiz Blanco, M.

Ruiz Blanco, M.

Ruiz Blanco, M.

Sedano, M.

Simón fr. P.

Tauste, F. (1680). Arte y Bocabulario de la lengua de los indios Chaymas, Cumanagotos, Cores, Parias, y otros diversos de la Provincia de Cumaná o Nueva Andalucía [Art and Vocabulary of the Language of the Indians Chaymas, Cumanagotos, Cores, Parias, and Many Others from the Province of Cumaná or New Andalusia]. 309 p.

Носкова Анна Ильинична,

кандидат филологических наук, доцент,

Казанский федеральный университет, 420008, Россия, Казань, Кремлевская, 18. anastrella@mail.ru

Madrid, Imprente de Bernardo de Villa-Diego.

Tejera, M.J.

Toro, F.

Villamañan, A.

Yangues, M.

The article was submitted on 19.01.2017 Поступила в редакцию 19.01.2017

Noskova Anna Ilinichna,

Ph.D. in Philology, Associate Professor, Kazan Federal University, 18 Kremlyovskaya Str., Kazan, 420008, Russian Federation. anastrella@mail.ru