Антиалкогольная кампания в России 1894-1914 годов: исторический опыт решения проблемы

Примечания

1 См.: Вместе ради будущего : 170 лет потребительской кооперации России. - М., 2001. - С. 322.

2 См.: Ковтун, Л. В. История потребительской кооперации на Дону / Л. В. Ковтун. -Ростов н/Д., 2005. - С. 60, 62, 63.

3 См.: Дуплякин, В. Ф. Потребительская кооперация Кубани. 1872-1992 /

В. Ф. Дуплякин, В. А. Коломиец, Г. Д. Шевляков. - Краснодар, 1992. - С. 74, 77-79.

4 См.: Государственный архив Ставропольского края (ГАСК). Ф. - Р. 954. Оп. 5. Д. 1811. Л. 66, 67, 68, 70.

5 См.: ГАСК. Ф. - Р. 954. Оп. 5. Д. 2913. Л. 32, 41, 44, 48.

6 См.: Социально-экономическое положение потребительской кооперации в 1997 году. - М., 1998. - С. 30, 31, 38, 53, 61.

А. В. Николаев

АНТИАЛКОГОЛЬНАЯ КАМПАНИЯ В РОССИИ 1894-1914 ГОДОВ: ИСТОРИЧЕСКИЙ ОПЫТ РЕШЕНИЯ ПРОБЛЕМЫ

В статье рассмотрены основные моменты истории антиалкогольной кампании, организованной и проводимой властью на рубеже XIX-XX вв. Инициатива в организации кампании принадлежала С. Витте, рассчитывавшему «оздоровить финансовое хозяйство» государства. Учитывая опыт предыдущих попыток введения государственной винной монополии, власть организовала попечительства о народной трезвости. Автор обращает внимание на противостояние, существовавшее в ходе кампании, между Министерством финансов и Министерством внутренних дел.

Ключевые слова: антиалкогольная кампания, государственная винная монополия, казенная продажа питей, попечительства о народной трезвости, трезвенное движение, общества трезвости, алкоголизм, уличное пьянство, кормчество.

Проблема пьянства неоднократно становилась предметом оживленных дискуссий в российском обществе, которые иногда сопровождались организацией массовых антиалкогольных кампаний. Страсти обычно заканчивались пессимистически-деликатным замалчиванием проблемы или беспомощным оправданием «русского пьянства». Во многом этому способствовали последние советские антиалкогольные кампании (1972, 1985 гг.) и преданный забвению опыт антиалкогольных кампаний первой половины XX века. Несмотря на свою притягательность для исследователей, тема пьянства остаётся одной из самых трудных и мало исследованных в отечественной истории.

При рассмотрении историографии проблемы целесообразно выделить три условных этапа: до революции 1917 г., советский 1917-1991 гг., постсоветский 19922007 гг.

Хронологические рамки первого этапа (вторая половина XIX в. - 1917 г.) обусловлены возникновением и распространением научной литературы о вреде спиртных напитков, появлением исследований об алкогольной проблеме в России, осуществленных непосредственными участниками трезвенного движения. Первоначально

о пагубном влиянии алкоголя на организм человека и негативных последствиях

пьянства писали иностранные авторы. В книге Р. Берда указывалось, что в английской печати в 1581 г. обсуждался вопрос употребления алкоголя в войсках, и о создании противодействия этому злу. В 1875 г. была переведена и опубликована книга Б. Крамера, жившего в Москве в 1819 г.1 Достаточно подробно изложен обзор иностранной литературы по данной проблеме в книге А. Густавсона2. На общем фоне выделялось исследование И. Г. Прыжова, который обратил внимание, что первоначально употребление хмельных напитков являлось привилегией высших сословий и регламентировалось системой культов и обрядов. Единственной мерой для ограничения пьянства, предпринимаемой тогда, была монополия на производство и продажу алкогольных напитков3.

На рубеже Х1Х-ХХ вв. об алкоголизме писали в основном участники трезвенного движения: Н. И. Григорьев, А. М. Коровин, М. Н. Нижегородцев, Л. И. Дембо, Д. Н. Бородин, А. И. Вержбицкий, И. Н. Введенский и другие4. Пытавшиеся понять сущность и масштабы алкогольной проблемы, дать философско-нравственную оценку пьянства, в связи с дальнейшими перспективами страны. Используя зарубежный опыт борьбы с алкоголизмом, они стали инициаторами трезвенного движения в России. Их работы во многом способствовали формированию негативного отношения к неумеренному потреблению спиртных напитков, преодолению сложившегося к тому времени мифа об извечном «русском пьянстве». Попытки обобщить накопленный зарубежный и отечественный опыт решения алкогольной проблемы предпринимались и в 80-90-е гг. XIX в., и позднее, но исследования не отличались научной глубиной5. Наиболее обстоятельными, в этом плане, являются работы Д. Булгаковского и В. Каннеля6. Социологический исследования Д. Н. Воронова и С. А. Первушина показали, что городские жители потребляли спиртных напитков больше, чем сельские; у крестьян пьянство носило не социальный, а бытовой характер7.

Важными источниками при рассмотрении обозначенной проблемы являются: Труды Комиссии по вопросу об алкоголизме, Труды первого Всероссийского съезда по борьбе с пьянством; Труды Всероссийского съезда практических деятелей по борьбе с алкоголизмом8. О работе Всероссийского Съезда практических деятелей по борьбе с алкоголизмом, организованным духовенством, рассказывалось в брошюре М. Е. Едлинского, одного из участников съезда, уделявшего большое внимание вопросу детского алкоголизма9.

Несмотря на то, что Министерство финансов под руководством Витте, ставшее инициатором очередной антиалкогольной кампании, всячески поощряло деятельность общественных организаций добиться согласованных действий в решении проблемы не удалось. Если в начале кампании 1895-1902 гг., когда происходит установление казенной винной монополии, «Русское общество охранения народного здравия» и общества трезвости активно разрабатывают различного рода мероприятия, направленные на искоренение пьянства, то позднее они переходят к критике действий правительства. Причина кроется в различном понимании цели и задач антиалкогольной кампании.

Выделение второго этапа (1917-1991 гг.) связано с возобновлением научного интереса к проблеме алкоголизма, вызванного распространением алкоголизма в ходе революционных событий и гражданской войны. Первоначально исследователи акцентировали внимание на рост самогоноварения. Проблема самогоноварения исследовалась С. Петровым, В. Граевским, В. Пироговым, Д. Вороновым, Ф. Несмеловым10. Рост самогоноварения, авторы связывали с тем, что в период первой мировой войны царское правительство ограничило торговлю спиртными напитками. Во второй половине 20-х гг. рост самогоноварения связывали с ухудшением

положения на рынке, крестьянину было выгоднее использовать хлеб на производство самогона, чем сдавать по продразверстке. В основном исследователей интересовали причины и количество потребляемого алкоголя (в том числе самогона), а не сама борьба с алкоголизмом.

После введения советским правительством винной монополии в 1925 г. увеличился выпуск литературы о борьбе с алкоголизмом. Литература этого времени имела явную пропагандистскую направленность и рассматривала проблему пьянства с классовых позиций, разъясняя, в выгодном для советского правительства положении, причины перехода к выпуску водки. Внимание общественности обращалось на две основных причины введения государственной винной монополии: необходимость средств для осуществления индустриализации, борьба с самогоноварением. С введения государственной винной монополии к вопросу борьбы с алкоголизмом, как пережитком царского режима, обращались советские партийные лидеры: И. В. Сталин, Ю. Ларин, Н. А. Семашко11. Работы имели явно пропагандистский характер, никакого содержательного анализа об антиалкогольной кампании Витте в них нет.

К проблеме алкоголизма обращались и в 60-80-е гг. ХХ в., но среди огромного количества статей и брошюр пропагандистского характера можно выделить лишь несколько исследований, в которых упоминается о трезвенном движении начала века, это работы: Г. Г. Заиграева, А. В. Мурашева, Т. П. Коржихиной, Р. О. Лирмян, С. Н. Шевердина12. На данном этапе исследователи алкогольной проблемы В. А. Фёдоров, Г. А. Шичко осуществили попытки периодизации трезвенного движения, связав её с

13

типологией В. И. Ленина, которую он предложил в статье «Памяти Герцена» .

Таким образом, авторы, исследовавшие проблему, преимущественно обращали внимание на первостепенную роль в борьбе с пьянством общественных организаций, обвиняя правительственные структуры в неповоротливости и бюрократизме. Исследователи исходили в своём анализе фактов с позиций марксистско-классового подхода и гораздо больше внимание уделяли проблеме пьяных погромов и борьбе с пьянством в годы советской власти, чем антиалкогольной кампании Витте14. Лишь незначительные замечания о казенной монополии 1894-1902 гг. содержатся в книге

В. В. Похлёбкина «История водки»15.

Для третьего этапа (1992-2007 гг.) характерно появление разноплановых исторических исследований, в том числе, затрагивавших вопросы пьянства. В связи с отменой государственной винной монополии появилось большое количество статей, в которых авторы обращались к историческому опыту борьбы с пьянством. Первые статьи носили научно-популярный характер и пересказывали известные факты. Позднее появились работы с взаимосвязанной тематикой: о получении питейного дохода, качестве спиртных напитков и культуре их потребления. Появились работы, рассматривавшие антиалкогольную проблему в социально-политическом аспекте, в связи с психологией масс и ментальностью русского народа16. Спектр научных интересов исследователей достаточно обширен, что часто мешает критическому осмыслению явления. Среди работ о казенной винной монополии, установленной Витте, своей обстоятельностью и содержанием выделяется исследование Л. И. Зайцевой17. Конструктивная и аргументированная критика политики Витте, тем не менее, не выходит у автора за рамки традиционной парадигмы, что введение казенной монополии было связано со стремлением пополнить доходную часть бюджета.

Недостаток приведённых выше исследований в том, что проблема пьянства рассматривалась в ограниченном историческом пространстве - установок классового общества. Следует отметить, что позиция правительства, которое также было обеспокоено ростом пьянства, в литературе отражена слабо.

Итак, на основе анализа литературы представляется возможным выделить следующие оценки алкогольной ситуации, возникшей в России на рубеже Х1Х-ХХ вв.:

1) представители государственных структур считали пьянство национальной особенностью, существенно тормозившим экономическое развитие;

2) активисты трезвенного движения начала ХХ в., рассматривая алкоголизм как физический недуг, вызванный последствиям длительного тяжелого состояния опьянения, связывали его распространение с культурной отсталостью России, безграмотностью населения и отсутствием необходимой медицинской помощи. Радикально настроенные поборники трезвости, такие как Бородин и Челышов склонны были видеть в этом «злой умысел» правительства;

3) позднее в советской историографии утвердилось мнение, что распространению пьянства способствовало установление казенной монополии 1894-1902 гг.

Таким образом, цель статьи - проанализировать с учётом неиспользованных ранее в научном обороте материалов специфичность проводимой антиалкогольной кампании в едином русле общероссийского исторического процесса, выделить сущностное различие подходов при рассмотрении проблемы пьянства со стороны власти и общества.

Рассмотрим обозначенные выше позиции подробнее. Главную обеспокоенность финансового ведомства вызывало на протяжении 80-90-х гг. Х1Х века вызывали кабацкий произвол и незаконная торговля спиртным - «вредное кормчество». Положение осложнялось ростом численности населения, ускорением урабанизаци-онных процессов, изменением образа жизни большого количества людей. Начиная с Александра III, антиалкогольная кампания приобрела организованный характер и была возведена в ранг государственной политики. В 1894 г., по инициативе

С. Ю. Витте, началось установление государственной винной монополии, объяснявшего свои действия «заботой о народном благе». В докладе Государственному Совету он говорил, что за время существования акцизной системы были изданы десятки законодательных актов, которые должны были оградить народ от пьянства и кабацкого произвола, но желаемого результата достичь не удалось18. Потребление спиртных напитков, по мнению министра финансов, росло слишком быстро, выходя за границы разумного, и сопровождалось нарушением общественного порядка и падением нравственности19.

В действительности по уровню потребления крепких спиртных напитков Рос-

20

сия занимала одиннадцатое место в мире . Но активисты трезвенного движения при этом обращали внимание на варварский характер пьянства русских. Со своей стороны правящие круги, кроме забот о здоровье народа, стремились найти средства для развития промышленности. Расчёт Витте состоял в том, что стабильность финансовой системы зависит от уровня экономического благосостояния населения и условий его определяющих. Возникло понимание того, что пьянство на прямую не связано с количеством потребляемого алкоголя, и благосостояние населения не есть «барская прихоть», а условие эффективного функционирования экономики. Иными словами, продажа алкоголя выгодна, но при соблюдении двух условий: 1) контроль над торговлей спиртным, поэтому необходима государственная монополия; 2) умеренность потребления, которая невозможна без воспитания культуры пития, так как чрезмерное потребление в индустриальном обществе ведёт к травматизму, катастрофам, нарушению технологического процесса и снижению производительности труда.

Вместе с тем, был учтен опыт предыдущих попыток введения государственной винной монополии, поэтому правительство уделило большое внимание организации трезвенного движения21. На вооружение был взят иностранный опыт организации

трезвенного движения. Опасаясь сопротивления частных производителей введению винной монополии, правительство стремилось создать в обществе негативное отношение к пьянству, но не к потреблению спиртных напитков вообще.

Одновременно с введением винной монополии учреждались попечительства о народной трезвости. Перед попечительствами не ставилась задача полного искоренения пьянства, такая иллюзия возникла в общественном сознании позднее, поэтому их деятельность стала подвергаться критике за формализм. Попечительства должны были заниматься организацией досуга населения вместо ликвидированных кабаков, которые являлись не только местом распития вина, но и местом общения. Правда такое «общение» часто заканчивалось скандалами и драками, поэтому предстояло

сделать досуг более цивилизованным, использовать свободное время для просвеще-

22

ния населения .

При анализе указанных выше фактов, исследователи оставили без внимания противодействие кампании со стороны Министерства внутренних дел и губернаторов. Причём, нельзя сказать, что это было какое-то продуманное, организованное сопротивление проводимому политическому курсу Витте, скорее речь идет о неготовности, неповоротливости указанных ведомств. Создаются различного рода Комиссии, Особые совещания, рассматривавшие вопросы: о борьбе с уличным пьянством, о разногласиях, возникших между Министерством финансов и МВД по применению Положения о казенной продаже питей, об открытии винных лавок и порядке

23

торговли . Но дальше переписки между ведомствами и принятия ничего не значивших постановлений дело не шло.

Так, министр финансов, начиная с 1896 г., неоднократно обращался в Министерство внутренних дел с требованием ужесточить борьбу с уличным пьянством. Так как эта задача «выходит за пределы вверенного мне министерства», - писал Витте Горемыкину24. Последний в своём ответе Министерству финансов недвусмысленно указывает, что уличное пьянство особенно распространено в губерниях, где была введена казенная продажа питей, а бездействие полиции объясняет недостатком полномочий. Полиция, в соответствии с «Уставом о предупреждении и пресечении преступлений» обязана задерживать «только тех лиц, нетрезвое состояние которых влечет за собой нарушение порядка»25.

В связи с распространением пьянства увеличивается штат полиции и денежное довольствие. Так, например: в Самарской, Уфимской губерниях штат полиции увеличивался на 20 человек, денежное довольствие на 200 р. в год, в Полтавской губернии за пять лет (с 1898 г.) ежегодное довольствие увеличилось на 8 970 р., в Лужском уезде Санкт-Петербургской губернии штат увеличивался на 24 человека и ежегодное довольствие на 8 403 р.26 Подобная политика не привела к уменьшению пьянства, но способствовала усилению Министерства Внутренних Дел, которое к 1905 г. стало таким же «сверхминистерством», как и Министерство Финансов.

В 1899-1902 гг. в МВД систематически поступали жалобы от губернаторов на безобразия, которые стали твориться в связи установлением казенной монополи. Наиболее распространенные случаи нарушения порядка: несанкционированная продажа спиртного, незаконное открытие винных лавок, пожары, уличные драки27. В свою очередь, выступая в Комитете министров 9 февраля 1900 г., Витте объясняет сложившееся положение недостатками отечественного законодательства: «В то время, как в иностранных государствах всякий случай пьянства на улицах строго карается, у нас закон к подобным явлениям относится весьма снисходительно...»28 Вместе с тем, установление закона запрещавшего бы распитие крепких спиртных напитков в публичных местах, признавалось нежелательным практически всеми ведомст-

вами. Напротив, акцентировалось внимание на борьбу с незаконной продажей спиртного, предлагалось введение ускоренного судебного разбирательства29.

Таким образом, отсутствие согласованности в действиях различных ведомств, способствовали лишь распространению бюрократизма, а корпоративные интересы, иногда, оказывались важнее государственных.

Организуя антиалкогольную кампанию, министр финансов С. Витте, казалось бы, достаточно четко разграничил функции между государственными учреждениями и общественными организациями. Проправительственные попечительства о народной трезвости, финансировавшиеся из государственного бюджета, должны были активизировать деятельность общественных организаций и привлечь их к решению проблемы алкоголизма. Но межведомственные неурядицы, неповоротливость государственных структур, о чём шла речь выше, вскоре оказались неспособны справиться с предложениями, следовавшими от общественных организаций. Общественность, обладая информацией о масштабах распространения алкоголизма, имея примеры варварского пьянства и не получая поддержки от власти, должна была сама искать выход из создавшегося положения.

С 1898 г. при «Русском обществе охранения народного здравия» начала работу Комиссия по вопросу об алкоголизме, мерах борьбы с ним и для выработки нормального устава заведений для алкоголиков. Комиссия изучала масштабы пьянства, причины распространения алкоголизма, выработала методы борьбы с пьянством. На одном из заседаний Комиссии доктор Н. И. Григорьев привел данные о распространении пьянства и его последствиях. Тогда на 10 тысяч населения Российской империи приходилось 33 алкоголика среди ремесленников и мещан, 25 среди крестьян, 11 среди дворян. Согласно приведенным данным чаще всего алкоголиками становились ремесленники и мещане. Среди обследованных чахоточных ремесленников Санкт-Петербурга пьяницами оказались: из 638 мужчин - 508 или 79,7 %; из 342 женщин -85 или 24,8 %, т. е. из 980 обследованных - 593 (60 %). Причём: из 470 опрошенных алкоголиков - 132 человека начали пить водку ещё во время ученичества с товарищами. «Вся квартирная обстановка, - писал Григорьев, - гонит их из квартиры в кабак, в трактир, и лучший семьянин идёт туда не один, а всей семьёй, забирая даже грудных детей.» В клинике профессора В. М. Бехтерева с 1893 по 1898 г. лечилось 303 человека, из них 62 (20,4 %) пьяницы. В 1897-1898 гг. в Петербурге на 10 000 дел приходилось 1643, при рассмотрении которых подсудимые совершили преступ-

30

ления в состоянии алкогольного опьянения .

Отсюда членами комиссии делался вывод, что главной причиной распространения алкоголизма у рабочих - тяжелые жизненные условия. Поэтому председатель комиссии М. Н. Нижегородцев предлагал: «. во главе всех мер, направленных к борьбе с алкоголизмом масс, должны быть поставлены меры, направленные к поднятию экономического, правового и культурного положения масс». Подобного мнения придерживались Д. А. Дриль, Л. И. Дембо, Н. И. Григорьев31.

Таким образом, получалось, что пьянство и алкоголизм были характерны для маргинальных слоев населения, утративших или утрачивавших привычный общинный образ жизни и не понимавших смысла происходивших перемен, не имевших материальной базы, чтобы вырваться из нищеты.

Вторая причина, которая была выявлена в ходе работы комиссии, это питейные привычки и обычаи. Секретарь комиссии Л. И. Дембо обращал внимание, что питейные обычаи распространены и среди бедняков, и среди богачей32. Миф оказавшийся устойчивым и сохранившимся до наших дней, что в ограниченном количестве алкоголь безвреден и даже полезен. При этом игнорировалось мнение исследователей, что

в таком случае алкоголь должен рассматриваться в качестве лекарства и отпускаться по рецепту в аптеке. Так, например, М. Н. Нижегородцев писал: «Чем объясняется господство у нас питейных обычаев и предрассудков, чем они поддерживаются? - Незнакомством с физиологическим действием алкоголя, рабством воли, низкой степенью

33

умственного развития и просвещения, отсутствием здоровых развлечений» .

Кроме названных причин, Нижегородцев выделял третью причину, она заключалась в производстве, ввозе и продаже спиртных напитков и алкогольных веществ. С введением винной монополии спиртные напитки действительно стали более доступны, так как продавались в мелкой посуде, кроме того, произошло увеличение количества винных лавок.

Члены Комиссии пришли к выводу о нецелесообразности полного запрещения торговли спиртным. Однако не все были согласны с выводами Комиссии: Первушин не был согласен с выделяемыми причинами, считая их «симптомами», делая акцент на неуверенность в завтрашнем дне, а представители духовенства и сторонники Че-лышова выступали за полное воздержание от употребления спиртных напитков.

С. А. Первушин, обращая внимание на массовый алкоголизм, определил социальную специфику потребляемого продукта: «Алкоголь, как вкусовое вещество, потому так дорог для человека, что . независимо от впечатлений, полученных из внешнего мира, и от свойств наших органов чувств, может вызывать в нас состояние эйфории»34. Он выражал сомнение, что люди спиваются только от бедности. Скорее всего, пьют из-за неуверенности в том, что «более разумное и экономичное расходование средств может привести его к "лучшему будущему"». Им же были выделены различные виды массового алкоголизма. В зависимости от каждого вида рекомендовались соответствующие мероприятия, направленные на преодоление негативных последствий от злоупотребления спиртным.

Так, «столовый алкоголизм» был связан с потреблением спиртного как обычного «продукта питания», тогда нужно заботиться о качестве вина, ограничивать внутреннее потребление и ввоз спиртных напитков, уменьшать число питейных заведений. Второй вид массового алкоголизма, порождаемый неудовлетворённостью жизнью, - наркотический (алкоголь применяется в качестве наркотика, «искусственного возбудителя»). В отношении данного вида С. А. Первушин считал, что он «будет увеличиваться в связи с повышением интенсивности жизни, с ускорением её темпа.»35 Третий вид - бытовой или обрядовый алкоголизм. Люди иногда пьют не потому, что им этого хочется, а так принято: крестины, именины, праздники, похороны. В этом случае необходимо повышение общего уровня культуры, просвещение населения в отношении вредных последствий от потребления алкоголя.

Таким образом, в ходе антиалкогольной кампании, власть и общество сходились во мнении, что народ спивается и, без принятия экстренных мер, дальнейшее развитие страны невозможно. Тем не менее, введение казенной монополии на спиртное, создание попечительств о народной трезвости, обществ трезвости не привело к уменьшению пьянства, наоборот большое распространение получило уличное и запойное пьянство.

Неэффективность борьбы с пьянством была очевидна, многие участники трезвенного движения стали склоняться к мысли о созыве съезда, на котором предполагалось объединить усилия и обсудить дальнейшие действия. Но революционные события 1905-1907 гг. привели к тому, что вопрос о созыве съезда был отложен.

Во время революции участились и приобрели массовый характер случаи агрессивно-разгульного пьянства, сопровождавшиеся откровенным разбоем. Участник революционных событий в г. Ростове А. Емельянов (Боголюбов) вспоминал: «В те-

чение двух с половиной суток город находился во власти громил и убийц. Пьяные казаки и "босяки" с Дона, под руководством помещиков и охранки грабили магазины, врывались в дома, расхищали имущество. Черными пустотами зияли роскошные магазины красавицы Садовой. Запах гари оставался долго. Город стал мертвым. По ночам слышалась стрельба. Происходили грабежи»36. Случаи откровенного бандитизма были распространенным явлением и в селах Самарской губернии, где винные лавки являлись объектом для нападений37.

Отмечались случаи и противоположной направленности: по воспоминанию П. М. Лебедева-Керженцева, в Сормове рабочие быстро навели порядок, закрыв все питейные заведения38. В возникшей в ноябре 1905 г. Старобуянской крестьянской республике (Самарская губерния, Ставропольский уезд), одним из первых революционных мероприятий было закрытие кабака в волостном центре39.

Революционные события показали неэффективность мер, предпринимавшихся государством и активистами трезвенного движения. Стало ясно, что проблему пьянства нужно решать в русле других социальных проблем: повышении жизненного уровня трудящихся, установлении правовых гарантий, защищающих свободу личности, просвещении населения, особенно в вопросах сохранения собственного здоровья. Революционные события показали, что в отношении пьянства и алкоголизма нужна длительная и кропотливая работа, которая возможна при условии консолидации усилий всего общества.

После революции в трезвенном движении наметилась тенденция к объединению всех сторонников борьбы с пьянством. Но конфликт, возникший на Петербургском съезде по борьбе с пьянством (декабрь 1909 - январь 1910 г.) между представителями Министерства финансов и активистами трезвенного движения, не позволил достичь консолидации. Причина разногласий - винная монополия. Один из организаторов съезда, Д. Н. Бородин, подверг критике проведение винной монополии, указав на возрастающее потребление вина, на основании чего сделал вывод, что винная монополия не оправдала возлагаемых на нее надежд и вызвала развитие «вредного кормчества». Правительству предлагалось: усилить надзор за тайной продажей вина и вернуть населению права закрывать питейные заведения.

Начальник Главного Управления неокладных сборов и казенной продажи питей

А. А. Шумахер, оправдывая проводимую политику, ответил что, во-первых, алкоголизм

- это глобальная проблема, которая распространена у многих народов и «победить такой вековой недуг» пока никому не удалось; во-вторых, установление той или иной системы продажи спиртных напитков не связано с решением проблемы пьянства. Ссылаясь на С. Ю. Витте, он обратил внимание, что реформа не предусматривала ослабление питейного дохода, но, учитывая, что главным плательщиком этого дохода является население, потребляющее крепкие напитки регулярно, то введение монополии способствовало правильному их потреблению. А. А. Шумахер ставил в заслугу правительства то, что с 1900 по 1905 гг. во всем мире потребление алкогольных напитков возросло, и связывал это с ростом городов, строительством железных дорог, промышленных предприятий, упадком веры, семейных и нравственных начал; но в России роста потребления не наблюдалось. С 1895 по 1905 гг. в стране потреблялось 0,53 ведра на душу населения в год, только в 1906 г., по известным причинам эта цифра составила 0,66, а в 1908-1909 гг. наметилось снижение потребления40.

Позиция активистов трезвенного движения определялась двумя обстоятельствами: 1) ориентированность мировоззрения таким образом, что любое мероприятие, осуществляемое русским правительством, не может привести ни к чему хорошему, 2) политический радикализм, являвшийся следствием собственных устремлений и желания

утвердить свою значимость, а иногда и откровенное лоббирование интересов частного капитала. На то, что противники монополии применяли различные способы давления, писал сам Витте: «.главное затруднение при введении питейной монополии встретилось тогда, когда мне пришлось ввести её в Петербурге. Всё поднялось на ноги. Насели на прекрасного, благородного великого князя Владимира Александровича. Говорили, что если я введу питейную монополию в Петербурге, то начнется, чуть ли не восстание. Влияние это на великого князя было оказано теми лицами, которые были заинтересованы в питейных доходах». Князь воздействовал на императора Николая II, который усомнился в необходимости казённой монополии, «боясь, не будет ли каких-нибудь затруднений и смут по случаю введения монополии». По признанию министра финансов до этого момента никаких затруднений в отношениях с императором не было41.

На Московском съезде практических деятелей по борьбе с алкоголизмом (1912 г.), организованном по инициативе духовенства, обозначились расхождения в понимании цели и задач трезвенного движения. Суть разногласий сводилась к тому, что духовенство рассматривало борьбу с пьянством, как «мирную культурную работу», а не как средство для достижения политических целей. Поэтому организаторы нового съезда непременно подчеркивали, что на съезд соберутся исключительно «практические деятели», которые «борются с пьянством на началах религиознонравственных». К тому времени деятельность сторонников трезвенного движения свелась к проведению исследований по воздействию алкоголя на организм человека, обобщению накопленного опыта, разработке законопроектов ограничивавших и запрещавших употребление спиртных напитков. Министр финансов А. Л. Барк вместе с председателем комиссии по народному здравию Синадино, приняли решение расширить права сельских обществ по закрытию винных лавок.

Таким образом, переход к административно-запретительным мерам с началом первой мировой войны был фактически обусловлен и не вызвал протеста. Обсуждение в обществе необходимости «сухого закона» привело к возникновению ошибочного мнения об его установлении. Усилия, направленные на борьбу с пьянством, не были напрасны. Постепенно в обществе формируется негативное отношение к потреблению алкоголя. Правда в рабоче-крестьянской среде оно иногда выступает в форме своеобразного протеста против спаивающего народ правительства.

Антиалкогольная кампания 1894-1914 гг. представляла собой первый опыт организации властью массового движения, направленного на искоренение «извечного русского зла» - пьянства. Были предприняты попытки выяснить социальные причины, порождавшие массовый алкоголизм, установить более рациональную и контролируемую торговлю спиртными напитками. В ходе кампании были разработаны оригинальные методики и формы просветительской и профилактической работы с алкоголиками, использовавшиеся в последующих антиалкогольных кампаниях.

Тем не менее, следует отметить, что несогласованность, возникшая изначально между государством и обществом, являвшаяся следствием различного понимания цели и задач кампании, да и второстепенные позиции, отводимые властью трезвенному движению, в дальнейшем привели к конфронтации и завершению кампании.

Примечания

1 См.: Берд, Р. История обществ воздержания в Северной Америке / Р. Берд. - СПб., 1843.-

С. 7; Крамер, Брюль. Домашний врач от запоя и пьянства / Брюль Крамер. - М., 1875.

2 См.: Gusstafson, A. The foundation of death a study of the drink question /

A. Gusstafson. - L., 1884.

3 См.: Прыжов, И. Г. История кабаков в России в связи с историей русского народа / И. Г. Прыжов. - СПб. ; М., 1868. Написано было три тома, но издан был только один. В последующих томах автор давал обзор кабацкого быта и городских пьяниц. Книга переиздавалась с дополнениями в 1914 г. в Казани. В 1992 году книга под несколько упрощенным названием: «История кабаков в России», была снова переиздана, что доказывает большую ценность этого труда. И. Г. Прыжов (1827-1885 гг.) русский историк и этнограф. Автобиография И. Г. Прыжова была напечатана в журнале «Минувшие годы». - 1908. - № 2 (февраль).

4 См.: Григорьев, Н. И. Общества трезвости в России / Н. И. Григорьев. - СПб., 1899; Григорьев, Н. И. Алкоголизм и преступления в Санкт-Петербурге / Н. И. Григорьев.

- СПб., 1900; Коровин, А. М. Движение трезвости в России / А. М. Коровин. - СПб., 1900; Коровин, А. М. Самоубийства и потребление водки в Европейской России с 1903 по 1912 гг. / А. М. Коровин. - М., 1916; Нижегородцев, М. Н. Алкоголизм и борьба с ним / М. Н. Нижегородцев. - СПб., 1909; Дембо, Л. И. Очерк деятельности комиссии по вопросу об алкоголизме за 15 лет. 1898-1913 / Л. И. Дембо. - СПб., 1913; Бородин, Д. Н. Всероссийский съезд деятелей по борьбе с пьянством / Д. Н. Бородин. - СПб., 1909; Вержбицкий, А. И. Об участии школы в борьбе с алкоголизмом и об организации школьных обществ воздержания «Заря» /

A. И. Вержбицкий. - СПб., 1910; Введенский, И. Н. Опыт принудительной трезвости / И. Н. Введенский. - М., 1915.

5 См.: Sessons, F. Two and a holy centuries Temperance work in the society of friends. 1643-1895 / F. Sessons. - L., 1893; Григорьев, Н. И. Общества трезвости в России / Н. И. Григорьев. - СПб., 1899; Пляшкевич, В. А. О пьянстве с его гибельными последствиями у разных народов древних и новых времен / В. А. Пляшкевич. - Вильна, 1902.

6 См.: Булгаковский, Д. Г. Очерк деятельности попечительств о народной трезвости (1895-1908 гг.) : в 2 ч. / Д. Г. Булгаковский. - СПб., 1910; Каннель, В. Я. Алкоголизм и борьба с ним / В. Я. Каннель. - М., 1914.

7 С. А. Первушин указывал, что потребление спиртных напитков у городских жителей в 4-4,5 раза выше, чем у сельского населения; душевное потребление в рабочих кварталах в 3-4 раза выше, чем в кварталах состоятельных классов. Д. Н. Воронов отмечал, что в крестьянской среде чаще других пьяницами являлись ремесленники и занимавшиеся отхожими промыслами. Подробнее см.: Первушин, С. А. Опыт теории массового алкоголизма в связи с теорией потребностей / С. А. Первушин. - СПб., 1912; Воронов, Д. Н. Алкоголизм в городе и деревне в связи с бытом населения : обследование потребления вина в Пензенской губернии в 1912 г. / Д. Н. Воронов. -Пенза, 1913.

8 См.: Труды Комиссии по вопросу об алкоголизме, мерах борьбы с ним и для выработки нормального устава заведений для алкоголиков. Вып. XII. 1898-1913; Труды Первого Всероссийского съезда по борьбе с пьянством. Т. 1-3. - СПб., 1910; Труды Всероссийского съезда практических деятелей по борьбе с алкоголизмом. Т. 1-3.-СПб., 1914-1916; Бородин, Д. Н. Всероссийский съезд деятелей по борьбе с пьянством / Д. Н. Бородин. - СПб., 1909.

9 См.: Едлинский, М. Е. Всероссийский съезд практических деятелей по борьбе с народным пьянством / М. Е. Едлинский. - Киев, 1912.

10 См.: Петров, С. Царские наследники самогонщики и борьба с ними / С. Петров. -М., 1919; Граевский, В. О борьбе с самгоноварением и пьянством / В. Граевский,

B. Пирогов // Админ. вестн. - 1926. - № 5; Пирогов, В. Борьба с самогоноварением /

В. Пирогов // Админ. вестн. - 1927. - № 9; Воронов, Д. Н. Алкоголь в современном

быту / Д. Н. Воронов. - М., 1928; Воронов, Д. Н. О самогоне / Д. Н. Воронов. - М., 1929; Несмелов, Ф. Алкогольный тупик / Ф. Несмелов. - Харьков, 1931.

11 См.: Сталин, И. В. Политический отчёт ЦК ВКП (б) XIV съезду 18 декабря 1925 г. / И. В. Сталин // Соч. Т. 7. - С. 340-341; Ларин, Ю. Алкоголизм и большевики / Ю. Ларин. - М., 1928; Ларин, Ю. Алкоголизм и социализм / Ю. Ларин. - М., 1929; Ларин, Ю. Новые законы против алкоголизма и противоалкогольное движение / Ю. Ларин. - М., 1929; Семашко, Н. А. На борьбу с пьянством / Н. А. Семашко. - М. ; Л., 1926; Семашко, Н. А. Почему Советская власть выпустила 40 %-ную водку / Н. А. Семашко // Против пьянства. Вып. 1. - М., 1926.

12 См.: Заиграев, Г. Г. Борьба с алкоголизмом / Г. Г. Заиграев. - М., 1986; Заиграев, Г. Г. Актуальные вопросы борьбы с самогоноварением / Г. Г. Заиграев, А. В. Мура-шев. - М., 1990; Шевердин, С. Н. Со злом бороться эффективно / С. Н. Шевердин. -М., 1985; Коржихина, Т. П. Борьба с алкоголизмом в 1920-е - начале 1930-х годов / Т. П. Коржихина // Вопр. истории. - 1985. - № 9; Лирмян, Р. О. Питейный прилавок и ликбез трезвости / Р. О. Лирмян, С. Н. Шевердин // Мол. коммунист. - 1980. - № 2.

13 См.: Фёдоров, В. А. Трезвенное движение / В. А. Федоров // Советская историческая энциклопедия. - М., 1973. - Т. 14. - Стб. 381; Шичко, Г. А. Трезвенные движения / Г. А. Шичко // Маленький словарь оптималиста. - Л., 1984; Ленин, В. И. Памяти Герцена / В. И. Ленин // Полн. собр. соч. 5-е изд. - Т. 21. - С. 262.

14 См.: Канищев, В. В. Допьём романовские остатки : Пьяные погромы в 1917 г. /

B. В. Канищев, Л. Протасов // Родина. - 1997. - № 8; Канищев, В. В. Русский бунт -

бессмысленный и беспощадный : погромное движение в городах России в 1917-1918 гг. / В. В. Канищев. - Тамбов, 1995; Павлюченков, С. Ильич в запое /

C. Павлюченков // Родина. - 1997. - № 11; Лебина, Н. Б. Папа, отдай деньги маме. / Н. Б. Лебина // Родина. - 1996.- № 12; Лебина, Н. Б. Повседневная жизнь советского города : нормы и аномалии 1920-30 гг. / Н. Б. Лебина. - СПб., 1999; Литвак, К. Б. Самогоноварение и потребление алкоголя в российской деревне 1920-х годов / К. Б. Литвак // Отеч. история. - 1992. - № 4; Углов, Ф. Г. Человек среди людей / Ф. Г. Углов. - М., 1982.

15 См.: Похлебкин, В. В. История водки / В. В. Похлебкин. - М., 1991. - С. 211-212.

16 См.: Гимпельсон, Е. Г. Советские управленцы : политический и нравственный облик (1917-1920 гг.) / Е. Г. Гимпельсон // Отеч. история. - 1997.- № 5; Корелин, А. П.

С. Ю. Витте и бюджетно-финансовые реформы в России конца XIX - начала ХХ века / А. П. Корелин // Отеч. история. - 1999. - № 3; Запорожченко, В. О доле питейного дохода в бюджете царской России / В. Запорожченко // Вопр. наркологии. - 2000.

- № 1; Похлебкин, В. В. Главный секрет «Смирновской» : О низком качестве водки /

В. В. Похлебкин // Огонек. - 1996. - № 5; Иванов, В. Смирновская водка : прошлое и настоящее / В. Иванов, А. Малышева // ЭКО. - 2000.- № 9; Молина, Н. В. Вино точить - что золотую монету чеканить : из истории русской водки / Н. В. Молина // ЭКО. - 1999. - № 4; Бондаренко, Л. Б. Из истории русской спиртометрии / Л. Б. Бондаренко // Вопр. истории естествозн. и техники.- 1999.- № 2; Булдаков, В. П. Красная смута : природа и последствия революционного насилия / В. П. Булдаков.

- М., 1997; Курукин, И. В. «Государево кабацкое дело» : очерки питейной политики и традиций в России / И. В. Курукин. - М. : АСТ.ЛЮКС, 2005; Веселие Руси. XX век. Градус новейшей российской истории : от «пьяного бюджета» до «сухого закона». - М. : Пробел-2000, 2007.

17 См.: Зайцева, Л. И. С. Ю. Витте и Россия / Л. И. Зайцева // Казенная винная монополия (1894-1914 : сб. ст. - М. : Ин-т экономики РАН, 2000.

18 См.: Казённая продажа питей. - СПб., 1900. - С. 6-7.

19 Начиная с 1863 года, произошло общее удешевление водки, потребление алкоголя достигло 1,225 ведра (15,1 литра) на душу населения. См.: Нижегородцев, М. А. Алкоголизм и борьба с ним. С. 32.

20 Там же. С. 35.

21 См.: Гурьев, А. Н. Питейная монополия / А. Н. Гурьев. - СПб., 1893.

22 См.: Андреев, В. А. Попечительства о народной трезвости / В. А. Андреев. - М., 1901; Преображенский, Я. Я. О значении комитетов попечительств о народной трезвости / Я. Я. Преображенский. - Кронштадт, 1903; и др.

23 См.: ГАРФ. Ф.102. Оп. 76 б. Д. 411. Л. 125, 184; Д. 530. Л. 3.

24 Там же. Л. 12.

25 Там же. Л. 16.

26 Полный список см.: ГАРФ. Ф. 102. Оп. 76 б. Д. 411. Л. 10-20.

27 См.: ГАРФ. Ф. 102. Оп. 76 б. Д. 510. Л. 1-2, 12, 18; Д. 534. Л. 25-26; Оп. 302.

Д. 170. Л. 33, 94.

28 ГАРФ. Ф. 102. Оп. 76 б. Д. 411. Л. 52.

29 См.: ГАРФ. Ф. 102. Оп. 76 б. Д. 530. Л. 46 об.

30 См.: Григорьев, Н. И. Алкоголизм как общественное зло... С. 11.

31 В своей работе Л. И. Дембо нарисовал ужасную картину быта ремесленников: «... плохой заработок, дурная, а часто и отвратительная квартирная обстановка, плохое питание, полное однообразие изо дня в день, страдный и значительно истощающий труд, доходящий до 18 часов в день в период живого сезона, умственная тьма -вот условия жизни большинства мелкого рабочего люда». См.: Дембо, Л. И. Очерк деятельности комиссии по вопросу об алкоголизме за 15 лет (1898-1913 гг.) / Л. И. Дембо. - СПб., 1913. - С. 47.

32 Как писал Л. И. Дембо, детей поят вином «для здоровья» или, согласно предрассудку, «чтобы он не вырос пьяницей». Подростков, которые пьют потому, что так «принято», что и радость и горе сопровождаются питьем. См.: Дембо, Л. И. Очерк деятельности. С. 47.

33 Нижегородцев, М. Н. Алкоголизм и борьба с ним. С. 25.

34 Первушин, С. А. Опыт теории массового алкоголизма в связи с теорией потребностей. - СПб., 1912. - С. 32.

35

Первушин, С. А. Опыт теории массового алкоголизма. С. 35-36.

36 Емельянов (Боголюбов), А. Ростовская коммуна 1905 года / А. Емельянов (Боголюбов) // Былое. - 1926. - № 3 (37). - С. 71.

37 В селе Матюшкино (Самарской губернии, Ставропольского уезда), в ночь на 15

сентября 1905 года в казенную винную лавку вошли несколько вооруженных людей и от имени боевой дружины партии социалистов-революционеров изъяли 124 р. выручки. 3 марта 1907 года типичный случай произошел в селе Пискалы. Грабители сначала постучали в ставни, затем в сенную дверь с криком: «Открывай! Давай деньги!» Приказчик лавки Борис Любушкин отказался, тогда грабители разбили окно и показали три ствола револьверов. Приказчик испугался и открыл. Грабители забрали 560 р., открыли учетную книгу и сделали в ней запись «экспроприировано», затем скрылись. Подробнее см.: Овсянников, В. А. Хмельной Ставрополь /

В. А. Овсянников. - Тольятти, 2000. - С. 36-37.

38 См.: Лебадев-Керженцев, П. М. Красные дни в Н. Новгороде в 1905 году / П. М. Лебадев-Керженцев // Былое. - 1907. - № 5. - С. 125.

39 Один из руководителей этой республики крестьянин Лаврентий Щибраев писал: «. бросили несколько человек в нашем селе пить вино, а потом и много нашлось людей, желающих трезвой и здоровой жизни. Кабак - этот гнилой родник - нам стал

врагом, и мы забили двери царёва кабака». См.: Революция 1905-1907 гг. в г. Самаре и Самарской губернии : сб. док-тов и материалов. - Самара, 1955. - С. 226.

40 См.: Бородин, Д. Н. Последнее слово о винной монополии / Д. Н. Бородин // Труды Первого Всероссийского съезда по борьбе с пьянством. Т. 1. - СПб., 1910. - С. 401, 149.

41 См.: Витте, С. Ю. Избранные воспоминания : 1849-1911 гг. / С. Ю. Витте. - М. : Мысль, 1991. - С. 259.

А. В. Сушков

ВЫСШЕЕ РУКОВОДСТВО СССР И «РЯЗАНСКОЕ ДЕЛО»

В 1959 г. широкую известность в СССР получило выполнение Рязанской областью обязательств за один год втрое увеличить производство и продажу мяса государству. Однако позже выяснилось, что выполнение обязательств было сфальсифицировано, а сельскому хозяйству области нанесен колоссальный ущерб. В статье рассматривается проблема ответственности членов высшего руководства СССР за так называемое «рязанское дело».

Ключевые слова: аграрная политика Хрущева, А. Б. Аристов, Бюро ЦК КПСС по РСФСР, высшее руководство СССР, А. Н. Ларионов, Президиум ЦК КПСС, Рязанская область, Рязанский обком КПСС, рязанское дело, Н. С. Хрущев

В начале 1961 г. Первый секретарь ЦК КПСС, Председатель Совета Министров СССР Н. С. Хрущев произвел существенные должностные перемещения в высшем руководстве СССР и структурные преобразования в системе управления сельским хозяйством страны. Причиной данных организационно-кадровых изменений послужило невыполнение отдельными регионами РСФСР взятых повышенных обязательств в области сельскохозяйственного производства, и, в первую очередь, так называемое «рязанское дело» - сфальсифицированное руководством Рязанской области выполнение принятых на себя обязательств по производству и сдаче мяса государству.

«Рязанское дело» нашло отражение в трудах многих историков, исследовавших социально-экономические и политические процессы в период хрущевской «оттепели»1. Однако проблема ответственности членов высшего руководства страны за произошедшее в Рязанской области не становилась предметом специального изучения и не получила достаточного освещения в исторической литературе.

Во второй половине 1958 г. Н. С. Хрущев для выполнения поставленной им задачи догнать США по производству продуктов животноводства на душу населения стал настойчиво требовать от руководства обкомов, крайкомов и ЦК республиканских компартий принятия и выполнения повышенных обязательств по сдаче мяса и другой сельхозпродукции государству. Рязанский обком КПСС к тому времени уже десять лет возглавлял Алексей Николаевич Ларионов - партработник с большим стажем руководящей деятельности, включавшим в себя опыт работы в аппарате ЦК ВКП (б). Рязанская область не отличалась успехами в сельскохозяйственном производстве, как, впрочем, и большинство других регионов центральной России. Учитывая также достаточно длительный период пребывания во главе области А. Н. Ларионова, было очевидно, что в недалеком будущем должно было состояться его кадровое перемещение, при этом повышение по номенклатурной лестнице было весьма