Охотничьи птицы Псковской области: рябчик Tetrastes ( Bonasa) bonasia. Часть 1. Статус, распространение и численность

ISSN 0869-4362

Русский орнитологический журнал 2015, Том 24, Экспресс-выпуск 1155: 2103-2126

Охотничьи птицы Псковской области:

рябчик Tetrastes (Bonasa) bonasia.

Часть 1. Статус, распространение и численность

С.А.Фетисов

Сергей Анатольевич Фетисов. Национальный парк «Себежский», ул. 7 Ноября, 22, Себеж, Псковская область, 182250, Россия. E-mail: Seb_park@mail.ru

Поступила в редакцию 9 марта 2015

Несмотря на то, что рябчик Tetrastes (Bonasa) bonasia был и остаётся одним из важнейших объектов промысловой и спортивной охоты на всей территории Псковского края* (Зарудный 1910; Чистовский 1927а,б; Русаков 1966, 1970а, 1972а, 1975б; Русаков, Русакова 1969, 1986) - этот вид весьма слабо изучен не только на территории бывшей Псковской губернии+, но и современной Псковской области. В частности, до сих пор явно требуют доработки вопросы, касающиеся размножения и питания, линьки, территориального и защитного поведения, способов движения, ухода за оперением, а также значения для рябчика галечников и «порхалищ» и многие другие. В связи с этим было решено, насколько это в моих силах, восполнить эти пробелы, обобщив все сведения по биологии рябчика, которые удалось найти в литературе и архивах по Псковскому краю, и дополнив их собственными наблюдениями, проведёнными в 1971-2014 годах.

Впервые я приступил к изучению экологии рябчика в Себежском районе, на юго-западе Псковской области. Тогда этот вид был выбран объектом моего первого самостоятельного исследования — курсовой работы (Фетисов 1972), выполненной под руководством А.С.Мальчевского на кафедре зоологии позвоночных Ленинградского университета. Потом последовала дипломная работа на ту же тему (Фетисов 1973), так что за два года (1971-1972) мне удалось собрать довольно разносторонние материалы по экологии рябчика в Псковском Поозерье. Для этого проводились регулярные маршрутные учёты птиц, в том числе с использованием манка на рябчика, специальные наблюдения из укрытий, фотографирование, отлов птиц и временное содержание их в вольере в условиях, близких к естественным и т.п. К сожалению, после окончания мной Ленинградского университета последовал перерыв в

* Под Псковским краем имеется ввиду общая территория не совпадающих в своих границах Псковской губернии и Псковской области (Пожидаев и др. 1988).

+ В своё время даже сам Н.А.Зарудный (1910) признался в том, что данных по биологии рябчика почти нет, в том числе для написания краткого очерка об этом виде в книге «Птицы Псковской губернии».

моих исследованиях рябчика до 1982 года. Кроме того, я не смог больше проводить длительных наблюдений только за этим видом, потому что с 1982 года моей главной задачей стало изучение всей орнитофауны Псковской области. Однако рябчик был включён мной в группу модельных видов для изучения экологии лесных птиц. При этом, начав работать в составе экспедиционных отрядов сначала Биологического научно-исследовательского института Ленинградского университета, а потом Псковского полевого отряда Балтийского фонда природы (Конечная, Сагитов, Фетисов 1998; Сагитов, Фетисов 1998; Конечная и др. 1999; Фетисов, Конечная, Мусатов 2000; и др.), регулярно получавших заказы от различных природоохранных структур Псковской области на обследование разных административных районов, я получил возможность собирать сведения по экологии рябчика, помимо Себежского района, также в Бежаницком, Великолукском, Гдовском, Дедовичском, Дновском, Красногородском, Куньинском, Локнянском, Невельском, Опочецком, Порховском, Псковском, Пустошкинском, Усвятском и соседних районах (Мальчевский, Фетисов, Ильинский 1984; Фетисов, Ильинский 1993а,б; Бардин и др. 1995; Фетисов и др. 1996а,б, 1997, 1998а-г, 2001; Фетисов, Ильинский, Конечная 1997; Конечная, Фетисов 1999а,б; и др.). При этом я ещё ни разу не обобщал материалы по рябчику, собранные в 1982-2014 годах, и теперь с удовольствием делаю это на страницах «Русского орнитологического журнала».

Статус вида

В Псковском крае рябчик известен с давних времён. По крайней мере, с 1607 года он уже значился под названием «ряб» в одном из словарей псковских слов, изданном в Дании (Hammerich, Jakobson 1967).

На всей территории Псковского края обитает номинативный подвид рябчика (рис. 1а-в) — восточноевропейский рябчик Tetrastes bona sia bonasia (Linnaeus, 1758) (Михеев 1952; Потапов 1987; и др.).

Характер пребывания рябчика на рассматриваемой территории ни у кого не вызывает сомнений: все орнитологи, работавшие в Псковской губернии или области, единодушно считают его оседлым (гнездящимся) видом (Порчинский 1872; Бихнер 1884; Дерюгин 1897; Зарудный 1910; Чистовский 1927а,б; Урядова, Щеблыкина 1993; Фетисов и др. 2000, 2002), впрочем, как и в других местах европейской части России (Бианки 1922; Иванов 1976; Потапов 1987; Косенко 2013), а также во всех соседних с Псковской областью регионах: Белоруссии, Латвии, Эстонии и сопредельных областях России — Ленинградской, Новгородской, Тверской и Смоленской (Тауриньш 1983; Viht 1994; Никифоров и др. 1997; Те и др. 2006; и др.). Хотя, если подходить к пониманию вопроса об осёдлости птиц более строго, следует помнить, что молодым рябчикам вовсе не свойственна та степень осёдлости, какая отличает

взрослых, уже размножавшихся особей; напротив, молодые рябчики весьма склонны к расселению и предпринимают для этого ежегодные кочёвки (Мальчевский, Пукинский 1983).

б в

Рис. 1. Рябчик Те1таз1ез Ъопаз1а. а — взрослый самец; б — взрослая самка; в — птенец в возрасте нескольких дней. Национальный парк «Себежский». 2004-2010 годы. Фото автора.

Распространение и численность

В Псковской губернии рябчик был более или менее обычен повсюду, где имелись большие смешанные, преимущественно сырые леса; поистине в «громадном числе» он обитал в Порховском и Холмском уездах (Зарудный 1910). В Гдовском уезде, входившем в XIX веке в состав Санкт-Петербургской губернии, рябчик был многочислен только в южной — наиболее лесной — части уезда (Порчинский 1872), а в псковских уездах он гнездился как в «типичной», так и «разреженной» тайге

(Дерюгин 1897). В частности, множество рябчиков водилось в лесах Вдовщины, на севере Псковского уезда (Исполатов 1911), а также в восточной части Псковской губернии — в Торопецком и Холмском уездах (Эсаулов 1878), отошедшим позднее к одноимённым районам, соответственно, Тверской (Калининской) и Новгородской областей (Пожидаев и др. 1988). Точно так же рябчик был довольно обычен и в самых северных — Невельском и Себежском — уездах Витебской губернии (Фе-дюшин 1926), вошедших позднее в состав Псковской области. Так, в ХУШ веке, во время Генерального межевания земель при Екатерине II, в описании Себежского уезда (Витебской губернии) рябчик назван «поимённо» и упоминается 19 раз* (Меньшов, Фетисов 2007). В целом по Северо-Западу России по промысловому значению рябчику принадлежало в те времена первое место среди тетеревиных птиц (Ва-сильковский 1928). До революции его добывали в Псковской губернии не только для себя, но и для продажи на дичных рынках Петербурга (Кривенко и др. 1994). Однако вблизи самого Пскова места, пригодные для охоты на рябчика, исчезли уже в конце XIX века, и такие места остались не ближе 30-40 вёрст от города (Щетинский 1897). Более того, в начале XX века во всём Псковском уезде осталось не так уж много мест, где ещё водились рябчики, за исключением некоторых лесных дач и городской пустоши Андрохново-Горохново, смежной с Подборов-ской лесной дачей. В связи с этим городским охотникам очень редко удавалось убить рябчика, и эта дичь добывалась в основном крестьянами, которые стреляли рябчиков на «пищик» (Чистовский 1927 а, б).

В Псковской области рябчик по-прежнему остался обычным гнездящимся видом (Урядова, Щеблыкина 1993), хотя в 1970-1990-х годах наблюдалась сильная депрессия его численности (Кривенко и др. 1994; Обзор ... 1996-1997).

Распространение рябчика по территории Псковской области, как и в других местах, зависит в основном от наличия подходящих для него лесных насаждений. Из них рябчик, пожалуй, более всего предпочитает участки смешанного леса, древостои которых образованы елью, сосной, бородавчатой и пушистой берёзами, серой и чёрной ольхами, осиной, в подлеске встречаются рябина, крушина, в травяном покрове — брусника, черника, кислица, ветреница дубравная, различные злаки и мхи. Таким образом, рябчик может встречаться здесь во многих типах леса, среди которых коренные еловые южно-таёжные и широколиственно-еловые леса, вторичные берёзовые (берёзово-осиновые, берёзовые дубравно-травяные, берёзовые и сосново-берёзовые), осиновые дуб-равно-травяные, околоводные ольховые, смешанные пойменные леса,

* Много рябчиков в те времена было, например, в окрестностях деревень Волоцня и Орловичи, ставших теперь одноимёнными урочищами в составе национального парка «Себежский».

а также опушки по границам с сосняками (с примесью берёз и чёрной ольхи) и даже верховые и отчасти переходные болота, особенно в период созревания ягод (Кривенко и др. 1994). Кроме того, своеобразными «коридорами» между соседними массивами леса в период расселения молодняка рябчику могут служить лесополосы вдоль шоссейных и железных дорог и подобные им ленточные древесные насаждения.

Для справки укажу, что еловые южно-таёжные леса сохранились в Гдовском, Плюсском, Стругокрасненском районах и на севере Псковского района, как правило, в бассейнах рек Плюссы, Великой и Шело-ни, но в целом их площадь довольно мала. Широколиственно-еловые леса получили наибольшее распространение в пределах Бежаницкой и Валдайской возвышенностей, Соротьской и Жижицкой низин и Великолукского поднятия, в том числе в бассейнах рек Великой, Западной Двины, Ловати, Полисти и Шелони, хотя площадь их также невелика. Широколиственно-еловые леса встречаются и в Великолукском, Дедовичском, Куньинском, Локнянском, Невельском, Опочецком, Печорском, Пустошкинском, Пушкиногорском и Усвятском районах и представлены в основном смешанными лесами с доминированием европейской ели с дубом, клёном, липой в верхнем ярусе, развитым подлеском из липы, лещины и бересклета и травяно-кустарничковым ярусом с примесью дубравных видов, таких как копытень, сныть, пролеска и др. Берёзовые и берёзово-осиновые леса с примесью ели и сосны, распространены в основном на Лужской возвышенности и Псковской низменности (в бассейнах рек Великой, Плюссы и Шелони и у Псковско-Чудского озера), т.е. в северных районах области, на месте коренных еловых южно-таёжных лесов — в Гдовском, Плюсском, Стругокрасненском, реже — в Псковском и Порховском районах. Берёзовые дубравно-травяные леса, во втором ярусе которых обычны ель, сосна и липа, не встречаются только на севере области, в подзоне южной тайги, а также незначительны по площади в Красногородском и Себеж-ском районах. Наиболее крупные их массивы расположены на Бежа-ницкой, Валдайской и Судомской возвышенностях и в пределах Великолукского, Невельского и Усмынского поднятий. Берёзовые и сосново-берёзовые леса наиболее характерны для верхней части бассейна Великой и верховьев Западной Двины и Плюссы, в основном для Пус-тошкинского, Себежского и Стругокрасненского районов. Осиновые дубравно-травяные леса наиболее распространены на Бежаницкой возвышенности и в пределах Себежского поднятия (в бассейнах рек Великой, Западной Двины, Ловати и Шелони) — в Бежаницком, Великолукском, Дедовичском, Пустошкинском, Себежском и Усвятском районах. Ольховые леса хорошо выделяются в бассейнах рек Великой, Ловати и Шелони — в Дедовичском, Дновском, Локнянском, Порховском и Псковском районах. Смешанные приозёрные и пойменные леса в

целом невелики по площади, но хорошо выражены в Псковском Поозерье (Великолукском, Куньинском, Локнянском, Невельском, Пус-тошкинском, Себежском и Усвятском районах), а также в более северных районах (Бежаницком, Дедовичском, Порховском) и по берегам Псковско-Чудского озера (Природа ... 1971, 1974).

Рис. 2. Распределение разных типов угодий для рябчика Tetrastes bonasia по территории Псковской области (по: Русаков, Русакова 1969).

Учитывая разную степень кормности и защитных свойств разных типов леса сотрудники Западного отделения ВНИИОЗ О.С.Русаков и Н.Н.Русакова (1972, 1988) выделили для рябчика три типа мест обитания с различной плотностью их заселения видом в условиях Псковской области (рис. 2): 1) малопригодные угодья — 0.1-0.5 особи на 1 км2;

2) удовлетворительные угодья — 0.5-2.0 ос./км2; 3) хорошие угодья — 2.04.0 ос./км2. Наряду с разной привлекательностью для рябчика тех или иных типов леса, его распространение зависит также от многих других факторов: в первую очередь, фактора беспокойства (особенно в период сбора грибов и ягод), а также от неумеренной охоты, сведения лесов и даже «местных», но регулярно повторяющихся неблагоприятных погодных условий (особенно затяжных холодных и сырых вёсен, зимних дождей и гололедиц).

О распространении и численности рябчика в разных административных районах Псковской области в послевоенный период можно судить по следующим данным.

В Бежаницком районе в 1960-1965 годах находились одни из лучших угодий для рябчика (Русаков, Русакова 1969). По данным зимних маршрутных учётов в I квартале 1973 года, частота встреч рябчика в районе составила 2.15 ос./10 км (Русаков 1973а; Русаков, Русакова 1973), а в 1986-1996 - более 2.0 ос./10 км (Обзор ... 1997).

На территории проектируемого государственного природного заповедника «Полистовский», по данным зимних маршрутных учётов 1993 года, встречаемость рябчика была 1.63 ос./10 км (при общей протяжённости маршрутов 416 км) (Проект. 1994). В июне 1998 года, однако, рябчика не удалось отметить в Полистовском заповеднике ни визуально, ни на слух, хотя в некоторых местах был найден его зимний помёт. По словам госинспектора заповедника Г.М.Андреева, численность рябчика здесь сократилась в 1990-х годах, по-видимому, в 5-7 раз, и охота на него в Бежаницком районе в последние годы почти прекратилась. В 1995-1997 годах за день охоты удавалось обнаружить не более 2-3 птиц, причём все они вели себя очень настороженно (Фетисов и др. 1998). В настоящее время рябчик обычен в Полистовском заповеднике в елово-лиственных лесах, где в гнездовой период его встречаемость составляет 3.6 ос./10 км. В мелколиственных лесах он встречается гораздо реже — 1.0 ос./10 км. Зимой встречаемость рябчика в лесных угодьях заповедника — 0.7 ос./10 км. Наибольшее число птиц отмечено в урочищах Болтухино, Оболонье, Читовая, меньшее — в урочищах Ле-бедево, Грива и на окраинах верховых болот близ урочищ Кондратово, Лисьи Ямы, Луги, Несвино (Шемякина, Яблоков 2013).

В Великолукском районе, по данным зимних маршрутных учётов в I квартале 1973 года, встречаемость рябчика составляла 2.70 ос./10 км (Русаков 1973а; Русаков, Русакова 1973), а в 1986-1996 — 1.5-2.0 (Обзор ... 1997). Несмотря на повсеместный спад численности, в июне 1994 года рябчик встречался в районе примерно так же, как и в других местах Псковского Поозерья (Бардин, Ильинский, Фетисов 1995).

В Гдовском районе в 1960-1965 годах существовали очень хорошие угодья для рябчика (Русаков, Русакова 1969). В частности, этот вид

был обычен в лесах Гдовского лесхоза, где, по данным весенних учётов в 1975 году, в Приозёрном лесничестве обитало 160-170 особей, или 2.1 особи на 1 км2 (Калинин 1978). По данным зимних маршрутных учётов в I квартале 1973 года, встречаемость рябчика по району в целом составила 1.27 ос./10 км (Русаков 1973а; Русаков, Русакова 1973), а в 1986-1996 средняя частота встреч изменялась от 0.5 до 1.0 ос./10 км (Обзор. 1997). В первой половине лета 1981 встречаемость рябчиков в ельниках и сосняках Гдовского района составляла около 1.0 ос./10 км (Кривенко и др. 1994). В заказнике федерального значения «Ремдов-ский» численность рябчика очень мало изменялась по годам и составляла около 100 особей (Васильев 2001а,б). 21 июля 2001 один выводок был поднят в заказнике в 23-м квартале Гослесфонда (к югу от шоссе Самолва—Ремда), другой — в урочище Клин около деревни Ветеря-3 (Фетисов, Ильинский, Пчелинцев 2001).

В Дедовичском районе, по данным зимних маршрутных учётов в 1986-1996 годах, средняя встречаемость рябчика была 0.5-1.0 ос./10 км маршрута (Обзор. 1997). 1-2 марта 1996 этот показатель для лесных угодий Городновского охотничьего хозяйства составил 1.4±0.2 ос./10 км, а в июне того же года рябчик был обычен на Судомской возвышенности и горе Судоме (Ильинский, Фетисов, неопубл. данные). В июне 1998 года рябчик был единственным представителем куриных вокруг озера Петровское (Десслер, Козырев 1998).

В Дновском районе, по данным зимних маршрутных учётов в I квартале 1973 года, частота встреч рябчика по району в целом составляла 0.57 ос./10 км (Русаков 1973а; Русаков, Русакова 1973), а в 19861996 — 1.0-1.5 ос./10 км (Обзор. 1997).

В Красногородском районе в 1960-1965 годах существовали очень хорошие угодья для рябчика (Русаков, Русакова 1969). По данным зимних маршрутных учётов в I квартале 1973 года, частота встреч рябчика равнялась 3.76 ос./10 км (Русаков 1973а; Русаков, Русакова 1973), а в 1986-1996 — от 1.0 до 1.5 ос./10 км (Обзор. 1997).

В Куньинском районе в 1960-1965 годах находились одни из лучших угодий для рябчика (Русаков, Русакова 1969). По данным зимних маршрутных учётов в I квартале 1973 года, встречаемость рябчика в этом районе составляла 4.10 ос./10 км (Русаков 1973а; Русаков, Русакова 1973), а в 1986-1996 годах этот показатель там составлял лишь 1.01.5 ос./10 км (Обзор. 1997). По экспертной оценке районного охотоведа В.И.Герингера и председателя РООиР В.И.Ушеровича, рябчик существенно уменьшил в эти годы свою численность в Куньинском районе, однако в некоторых местах, например, на северном берегу озера Велинское, он оставался ещё вполне обычным видом. Так, 12 июня 1998 выводок птенцов-«поршков» с самкой, а также взрослый самец были подняты в заболоченном лесу урочища Городец. Кроме того, 17

июня 1998 голос самки слышали в смешанном лесу в окрестностях деревни Гламазды. Свежее порхалище рябчика было найдено в спелом лесу на западном берегу озера Жакто (Фетисов, Головань, Леоке 1998).

В Локнянском районе, по данным зимних маршрутных учётов в 1986-1996 годах, встречаемость рябчика изменялась в пределах 1.01.5 ос./10 км (Обзор. 1997). В проектируемом заповеднике «Полистов-ский», по данным аналогичных учётов в 1993 году, встречаемость рябчика на территории Локнянского района равнялась 0.66 ос./10 км (при общей протяжённости маршрутов 564 км) (Проект. 1994). Зимой 2006 года рябчиков встречали в заповеднике чаще всего в елово-листвен-ных лесах: к юго-востоку от деревни Гоголево (3 января) — одну пару; в окрестностях деревни Оболонье (4 января) — одну особь. Наибольшее число птиц удалось отметить в елово-лиственном лесу между деревнями Гоголево, Усадьба и Язвы, где за день наблюдали по 4 (3 января) или 5 (5 февраля) птиц. Помимо того, сами рябчики и следы их пребывания встречались в январе-феврале на окраинах верховых болот к востоку от деревни Иванисово, в окрестностях Лугов, Кондратово и Лисьих Ям, в мелколиственном лесу в урочищах Лебедево и Грива (Шемякина 2006).

В Невельском районе в 1960-1965 годах были хорошие угодья для рябчика (Русаков, Русакова 1969). По данным зимних маршрутных учётов в I квартале 1973 года, встречаемость рябчика там составляла 3.08 ос./10 км (Русаков 1973а; Русаков, Русакова 1973), а в 1986-1996 — уже только 1.0-1.5 о./10 км (Обзор. 1997). Тем не менее, в некоторых местах Невельского района, например, на северном берегу озера Сен-ница, рябчик оставался вполне обычным. Выводки и порхалища отмечены в лесу между озёрами Черетвицы и Большой Иван и в окрестностях деревни Новая Изоча (Фетисов 1999а), а также вокруг озёр Большое Дебно, Неклочь, Чёрное и Усвеча и возле реки Язницы.

В Новоржевском районе, по данным зимних маршрутных учётов в I квартале 1973 года, встречаемость рябчика составляла 2.26 ос./10 км (Русаков 1973а; Русаков, Русакова 1973), а в 1986-1996 — 0.5-1.0 ос./10 км (Обзор. 1997).

В Новосокольническом районе, по данным зимних маршрутных учётов в 1986-1996 годах, средняя встречаемость рябчика равнялась 0.5-1.0 ос./10 км (Обзор. 1997).

В Опочецком районе в 1960-1965 годах находились одни из лучших угодий для рябчика (Русаков, Русакова 1969). Согласно зимних маршрутным учётам в I квартале 1973 года, встречаемость рябчика там составляла 1.20 ос./10 км (Русаков 1973а; Русаков, Русакова 1973), а в 1986-1996 годах составила 0.5-1.0 ос./10 км (Обзор. 1997).

В Островском районе, по данным зимних учётов в 1986-1996 годах, встречаемость рябчика была 0.5-1.0 ос./10 км (Обзор. 1997).

В Палкинском районе, по данным зимних учётов в I квартале 1973 года, встречаемость рябчика была 0.81 ос./10 км (Русаков 1973а; Русаков, Русакова 1973), а в 1986-1996 — 0.5-1.0 ос./10 км (Обзор. 1997).

В Печорском районе рябчик — обычная лесная птица. Если его не преследуют, он не избегает близости человеческого жилья и гнездится даже в ближайших окрестностях города Печоры (Бардин 2000). По данным зимних маршрутных учётов в 1986-1996 годах, средняя встречаемость рябчика составила 0.5-1.0 ос./10 км (Обзор. 1997).

В Плюсском районе в 1960-1965 годах находились одни из лучших угодий для рябчика (Русаков, Русакова 1969). По данным зимних учётов в I квартале 1973 года, его встречаемость составляла 1.80 ос./10 км (Русаков 1973а; Русаков, Русакова 1973), а в 1986-1996 годах — 1.01.5 ос./10 км (Обзор. 1997).

В Порховском районе, по данным зимних маршрутных учётов в 1986-1996 годах, средняя встречаемость рябчика была 1.0-1.5 ос./10 км (Обзор. 1997). Несмотря на повсеместную в Псковской области депрессию численности, рябчик остаётся обычной птицей Порховского района (Яблоков, Васильев 2006).

В Псковском районе в 1960-1965 годах были хорошие угодья для рябчика (Русаков, Русакова 1969). По данным зимних маршрутных учётов в I квартале 1973 года, его встречаемость была 1.55 ос./10 км (Русаков 1973а; Русаков, Русакова 1973), а в 1986-1996 — 0.5-1.0 ос./10 км (Обзор. 1997).

В Борковском охотничьем хозяйстве на стационаре Западного отделения ВНИИОЗ при учёте рябчика в августе с легавыми собаками было установлено, что его плотность поселения там составляла (рис. 3): в 1967 году — 7.84 ос./км2; в 1968 — 8.76; в 1969 — 7.60; в 1970 — 8.30; в 1971 — 7.47; в 1972 — 13.73; в 1973 — 2.81; в 1974 — 1.05; в 1975 — 0.57 (Русаков 1975б).

Резкий и глубокий спад численности рябчика в Борковском охотничьем хозяйстве и других местах Псковской области О.С.Русаков (1973а) объяснил длительным воздействием весьма неблагоприятных климатических факторов. Так, в 1972 году была ранняя, но затяжная весна с возвратом холодов, из-за чего ранние кладки рябчика погибли, а в поздних кладках наблюдали минимальное число яиц. Лето 1972 года выдалось сухим и с множеством лесных пожаров, а зима 1972/73 года оказалась малоснежной и с неустойчивой погодой — многими оттепелями и следующими за ними гололёдами. Всё это в совокупности привело к повсеместному снижению численности рябчика*, затянувшемуся на многие годы.

* По сведениям охотничьих респондентов, больше всего рябчиков осталось в 1973 году в Невельском районе (Русаков 1973а; Русаков, Русакова 1974).

14

12

10

8

6

плотность поселения рябчика

4

2

0

1967 1968 1969 1970 1971 1972 1973 1974 1975

Рис. 3. Динамика плотности поселения рябчика на стационаре Западного отделения ВНИИОЗ в Борковском охотничьем хозяйстве. Псковский район Псковской области.

Тем не менее, в самом начале 1980-х годов в верховьях реки Псковы, включая Борковское охотничье хозяйство, рябчик был наиболее многочисленным среди куриных птиц: местами плотность его поселения достигала 3-5 пар на 1 км2 (Ильинский, Пукинский, Фетисов 1985). В бассейне реки Толбы в мае-июне 2000-2001 годов встречаемость рябчика равнялась: в сфагновых сосняках (продолжительность маршрута 14.6 км) —2.0 ос./10 км; в сухих зеленомошных сосняках (16.2 км) — 1.0; в сосново-елово-лиственных лесах (19.2 км) —3.0; в лиственно-еловых лесах (16.5 км) - 2.0 ос./км (Шемякина 2001). В Корытовском лесопарке одиночные рябчики встречались в течение трёх зим (в 2000-2003 годах) (Семёнова 2003).

В Пустошкинском районе, по данным зимних учётов в I квартале 1973 года, встречаемость рябчика была 2.86 ос./10 км (Русаков 1973а; Русаков, Русакова 1973), а в 1986-1996 - 1.5-2.0 ос./10 км (Обзор... 1997). Летом 1982 года плотность поселения рябчика в этом районе составила: в сосново-берёзовых лесах — 0.5 ос./км2; в ельниках — 6.0; в мелколиственных лесах — 3.0 (Равкин, Тертицкий, Орехов 1987). В 2005-2006 годах рябчик был довольно обычен в лесах вдоль реки Алоли и вокруг озёр Белое, Кривое и Островитное по границе с Себежским районом.

В Пушкиногорском районе, по данным зимних маршрутных учётов в I квартале 1973 года, встречаемость рябчика составила 1.28 ос./10 км (Русаков 1973а; Русаков, Русакова 1973), а в 1986-1996 годах — менее 0.5 ос./10 км (Обзор. 1997). Около Михайловского рябчика встречали в хвойном лесу, но это была большая редкость (Мальчевский 1981).

В Пыталовском районе, по данным зимних маршрутных учётов в I квартале 1973 года, встречаемость рябчика — 1.29 ос./10 км (Русаков 1973а; Русаков, Русакова 1973), в 1986-1996 — не более 0.5 ос./10 км (Обзор ... 1997).

В Себежском районе рябчик — обычный вид многих типов леса. В пригодных местообитаниях в 1960-х годах плотность его поселения составляла 1.5-2.5 особи на 1 км2 (Русаков, Русакова 1969). По данным зимних учётов в I квартале 1973 года, частота встреч рябчика равнялась 2.27 особи на 10 км (Русаков 1973а; Русаков, Русакова 1973). Однако в 1980-х годах численность рябчика стала повсеместно снижаться. В 1982-1985 годах даже в оптимальных стациях — во вторичных мелколиственных лесах с примесью ели — в Лавровском сельсовете плотность этого вида не превышала 3-4 пары/км2. Депрессия численности вида, охватившая всю Псковскую область (Обзор... 1996), наблюдалась здесь и в 1990-х годах. Лишь в середине 1990-х годов численность рябчика в Себежском районе стабилизировалась и начала понемногу восстанавливаться (Фетисов и др. 2002). Он стал встречаться во многих прежних местах своего обитания, включая окраины населённых пунктов, например Идрицы, Осыно и др.

В Себежском охотничьем заказнике численность рябчика в 19901992 годах оценивали примерно в 700-800 особей (Русаков, Русакова 1990, 1992). В период проектирования национального парка «Себеж-ский», в мае-июле 1992 года, плотность поселения рябчика на его территории составляла: в сосновых борах (на площади учётной полосы 8.69 км2) — 0.3 ос./км2; сероольшаниках (1.3 км2) — 3.1; лиственных лесах (1.52 км2) — 5.9; смешанных лесах (2.28 км2) — 7.5; смешанных мо-лодняках (1.25 км2) — 1.6 ос./км2 (Фетисов, Ильинский, Головань 1998). В целом в национальном парке «Себежский», по данным зимних учётов (площадь лесных угодий 322.68 км2; протяжённость 12 маршрутов 98 км), численность рябчика изменялась в течение 15 лет (1998-2012) в пределах 70-1160 особей* (рис. 4): в 1998 году там было учтено 390 птиц, в 1999 — 470, в 2000 — 390, в 2001 — 390, в 2002 — 870, в 2003 — 1160, в 2004 — 1050, в 2005 — 960, в 2006 — 610, в 2007 — 120, в 2008 — 530, в 2009 — 230, в 2010 — 70, в 2011 — 670, в 2012 году — 840 особей (Сту-кальцов, Фетисов 2003, 2006; Фетисов, Стукальцов 2000; неопубликованные данные ЗМУ из архива Парка). Как следует из представленных материалов, численность рябчика в разные годы даже на одной и той же особо охраняемой природной территории подвержена сильным колебаниям, достигающим 10 крат. Однако при благоприятных условиях численность весьма быстро восстанавливается до среднего уровня.

В Стругокрасненском районе в 1960-1965 годах существовали одни из лучших угодий для рябчика (Русаков, Русакова 1969). По данным зимних учётов в I квартале 1973 года, встречаемость этого вида равнялась 2.27 ос./10 км (Русаков 1973а; Русаков, Русакова 1973), но уже в 1986-1996 годах этот показатель не превышал 0.5 ос./10 км (Обзор.

* Количество особей каждый год округлялось до десятка.

2114 Рус. орнитол. журн. 2015. Том 24. Экспресс-выпуск № 1155

1997). Однако в самом начале XXI века рябчик был относительно обычен в смешанном лесу и на зарастающих вырубках Горского и Хредин-ского лесничеств (Бубличенко, Бубличенко 2001).

1400 1200 1000 800 600 400 200 0

число рябчиков в Себежском национальном парке

Рис. 4. Динамика численности рябчика в национальном парке «Себежский».

а

б

Рис. 5. Распределение рябчика по территории Псковской области. а — по результатам учётов в 1973 году; б — по средним результатам учётов в 1990-1992 годах. Встречаемость рябчика на маршрутах (ос./10 км) в разных районах (обозначены центры районов): 1 - 0.01-0.50; 2 - 0.51-1.00; 3 - 1.01-1.50; 4 - 1.51-2.00; 5 - 2.01-2.50; 6 - 2.51-3.00; 7 - 3.01-3.50; 8 - 3.51-4.00; 9 - 4.01-4.50. В 1973 году учёты не проводились в Дедовичском, Локнянском, Новосокольническом, Островском, Печорском и Порховском районах; в 1990-1992 годах - в Пушкиногорском районе. Фото на врезках - автора. Национальный парк «Себежский», май 2010-2011 годов.

В Усвятском районе рябчика не всегда удаётся зарегистрировать во время зимних маршрутных учётов или его численность там оказывается минимальной (Русаков 1973а; и др.). Так, в 1986-1996 годах средняя встречаемость рябчика была 0.5-1.0 ос./10 км (Обзор. 1997).

В Усвятском зоологическом заказнике рябчик также редок, несмотря на обилие в нём мест, пригодных для его обитания, хотя в июне 1999 года порхалища встречались в окрестностях деревень Берёзовка и Сафроново и на юго-восточном берегу озера Днико (Фетисов 1999б).

Характер распределения рябчика по территории Псковской области в 1973 и 1990-1992 годах, с учётом частоты встречаемости во время зимних маршрутных учётов в разных районах (Русаков 1973а; Русаков, Русакова 1973; Кривенко и др. 1994), представлен на рисунке 5.

Просматривая балльные оценки частоты встреч рябчиков в разных административных районах, можно сделать два очевидных вывода.

Во-первых, ни в 1973, ни в начале 1990-х годов в Псковской области не наблюдалось уменьшения плотности поселения рябчика с севера на юг, как это отмечено, например, М.С.Долбиком (1974) в Белоруссии. В Псковской области, наоборот, рябчик находит для себя равные или даже лучшие условия для жизни на юге, чем на севере области. Так, в 1973 году средняя оценка встречаемости рябчика на юге была 5.1 балла, тогда как на севере — только 3.7 балла (рис. 5); в начале 1990-х годов аналогичные показатели, соответственно, 2.8 и 2.5 балла.

Наряду с этим существует и противоположное мнение, высказанное Г.М.Тертицким, Е.С.Равкиным и Ю.А.Буйволовым (1986), считающими, что на юге Псковской области леса испытывают большую антропогенную нагрузку, чем на севере. Доля лесных пастбищ (от общей площади лесов), по их данным, здесь почти в 8 раз больше, площадь сельскохозяйственных угодий почти в 2 раза больше, а площадь лесов вдвое меньше, чем на севере области. На юге области также выше рекреационная нагрузка на леса, что в целом приводит к нарушению нижних ярусов леса, ухудшению условий для гнездования птиц и снижению кормности их местообитаний. Такой же точки зрения придерживался и О.С.Русаков (1970а,б), по мнению которого северные, наиболее лесистые районы области, относящиеся к южнотаёжной подзоне, отличаются наиболее высокой плотностью поселения рябчика (20-40 особей на 10 км2). На остальной же территории такая плотность населения вида наблюдается лишь на отдельных небольших участках, расположенных вдоль юго-западной и восточной границ области. В связи с этим на большей части области, в том числе в её центральной, почти безлесной части, рябчик встречается редко (менее 5 ос./10 км2). Однако в действительности (а не согласно бонитировочной классификации лесов) рябчик встречается там гораздо чаще, а его численность далеко не всегда пропорциональна площади тех или иных выделяе-

мых типов лесных угодий, поскольку сплошных, особенно чистопородных лесов, распространённых на севере и юге, рябчик избегает и нередко довольно плотно населяет небольшие островные смешанные леса, которые характерны, например, для восточных и западных районов Псковской области.

Во-вторых, в начале 1990-х годов частота встреч рябчика не превышала оценку с баллом 5 (и то лишь в одном Бежаницком районе), тогда как до повсеместной в Псковской области депрессии численности такая оценка достигала балла 9 (в Куньинском районе).

О динамике численности рябчика на территории Псковской области можно судить по нескольким показателям, рассчитанным сотрудниками Западного отделения ВНИИОЗ по материалам, полученным ими от сети респондентов-охотников, обществ охотников, государственной охотничьей инспекции области, Псковского областного охотничьего управления (Управления охотничьего хозяйства). Менее точный из таких показателей — частота встреч рябчиков одним охотником за день охоты. Так, по данным охотников-респондентов, в осенне-зимний сезоны в разные годы этот показатель изменялся следующим образом: в 1960 — 8.2 ос./день; в 1961 — 3.6; в 1962 — 2.1; в 1963 — 4.6; в 1964 — 3.8; в 1965 — 5.4 (Проворов, Русаков 1964; Русаков 1962, 1966). В 1960-1971 годах за день охоты охотники встречали в среднем по 2.1-8.2 рябчика (Русаков 1971а,б, 1972а; Русаков, Русакова 1972б), в 1969-1973 — в среднем 5.2 (от 3.6 до 6.6) (Русаков 1972в, 1973а, 1975б,в).

Второй, более точный, показатель, представляет собой среднюю частоту встреч птиц на каждые 10 км учётного маршрута, заложенного в разных типах лесных угодий, и отражает плотность поселения рябчика в этих угодьях*. Он основан на результатах комплексных зимних маршрутных учётов численности боровой дичи в первом квартале каждого года+. В разные годы на территории Псковской области этот показатель равнялся для рябчика: в 1964 году — 4.0 ос./10 км; в 1965 — 2.9; в 1966 — 2.2 (Проворов, Русаков 1964; Русаков 1966); в 1967 — 2.6; в 1968 — 2.3 (Русаков 1968, 1970а,б; Стребко, Николаев 1969); в 1973 — 2.5 (Русаков 1973а,б; Русаков, Русакова 1973), в 1974 — 3.2; в 1975 — 1.8 (Русаков 1974, 1975б,в; Русаков, Русакова 1974); в 1976 — 1.5 (Русаков 1976); в 1977 — 1.5; в 1978 — 1.5; в 1979 — 1.3; в 1980 — 0.9; в 1981 — 0.8; в 1982 — 1.3; в 1983 — 0.9; в 1984 — 0.7; в 1985 — 0.9 (Русаков, Русакова 1986); в

* Площадь Псковской области 55.21 тыс. км2, площадь её лесных угодий 21.17 тыс. км2 (Русаков, Русакова 1972а).

+ Контрольные учёты численности рябчика методом зимних маршрутных учётов, проведённые орнитологами Биологического НИИ Санкт-Петербургского университета в феврале-марте 1996 года в 7 охотхозяйствах 4 районов показали, что результаты учётов рябчика охотпользователями Псковской области сознательно не завышаются и полностью соответствуют действительности (Фетисов, Ильинский 1996). Однако точность самих методов учёта боровой дичи, включая рябчика, на больших территориях оставляет желать лучшего (Русаков 1975в).

1986 — 0.9; в 1987 — 1.2; в 1988 — 0.9; в 1989 — 1.0; в 1990 — 1.2; в 1991 — 1.2 ос./10 км (Кривенко и др. 1994). Динамика численности рябчика в Псковской области в 1964-1991 годах, полученная на основе данного показателя, представлена для наглядности на рисунке 6. В какой-то мере ей соответствует, по данным В.Г.Кривенко с соавторами (1994), аналогичная динамика частоты встреч рябчика на территории зоологических заказников Псковской области в 1981-1992 годах: в 1981 — 0.8; в 1982 — 1.0; в 1983 — 0.8; в 1984 — 0.6; в 1985 — 0.7; в 1986 — 0.8; в

1987 — 1.0; в 1988 — 0.9; в 1989 —0.9; в 1990 — 1.1; в 1991 — 1.0; в 1992 — 1.2 ос./10 км.)

4,5

4 3,5 3 2,5

2 1,5 1 0,5 0

Рис. 6. Динамика численности рябчика в Псковской области по результатам зимних маршрутных учётов в 1964-1991 годах. (Сведения за 1969-1972 годы отсутствуют).

Встречаемость рябчика в феврале-марте 1996 года на границе южной тайги и таёжно-широколиственных лесов в Псковской области (в Дедовичском, Дновском, Порховском и Псковском районах) равнялась: в смешанных хвойно-лиственных лесах (длина маршрутов 43.0 км) — 2.3; в мелколиственных (берёзовых, осиновых и сероольховых) древо-стоях (90.5 км) — 0.9 ос./10 км (Фетисов, Ильинский, Пчелинцев 1999).

Третий и четвёртый показатели численности рябчика — среднюю плотность поселения рябчика на каждые 1000 га (10 км2) и общую численность рябчика в Псковской области — получают путём пересчёта второго показателя, поэтому они менее точны, зато более наглядны.

Средняя плотность поселения рябчика в Псковской области равнялась в 1961-1964 годах 12.7-30.7 ос./10 км2 (Русаков 1966, 1968, 1970а), но в некоторых районах, в частности на юго-западе области, она достигала в 1960-х годах даже 40 ос./10 км2 (Русаков, Русакова 1969; Русаков 1970а, б). Однако на самом деле удаётся наблюдать и гораздо большую плотность поселения рябчика, но только на небольших участках, соответствующих не столько бонитету «хорошие рябчиные угодья» на больших площадях, сколько т.н. локальным «рябчиным местам», где тра-

встречаемость рябчика (ос./10 км) —

- —

—

—

— -

1 1 П

1964 1966 1968 1970 1972 1974 1976 1978 1980 1982 1984 1986 1988 1990

диционно из года в год водятся рябчики. Так, в одном из таких мест — на стационарном участке леса площадью 76 га в окрестностях посёлка Идрица в Себежском районе — в 1971 году мной был учтён 21 самец рябчика, или в пересчёте — один самец на каждые 3.6 га (Фетисов 1972, 1973). Такую высокую плотность поселения рябчика следует объяснять не только хорошими кормовыми и защитными свойствами данного участка, но и другими условиями. В частности, участок располагался в «зелёной зоне» Идрицы и охота на нём была запрещена. Климатические условия за три предшествовавшие учётам года были благоприятны для размножения рябчика. Более 4 лет участок находился практически в изолированном положении от основного лесного массива, поэтому расселение молодых рябчиков происходило с него, видимо, ограниченно. При пересчёте на 10 км2 плотность поселения рябчика на участке соответствует 250 ос./10 км2, но такой пересчёт неправомерен, потому что он связан с экстраполяцией данных на гораздо большую площадь.

К концу лета плотность рябчика увеличивалась до 25-55 ос./10 км2 (Русаков 1972а), то есть примерно вдвое по сравнению со средними показателями в период, предшествующий размножению. В течение же зимы (даже после закрытия охоты на рябчика) его численность, наоборот, существенно уменьшается. Например, число рябчиков на каждые 10 км2 общей площади в Псковской области в 1964 году составляло: в феврале — 35.4, в марте — 23.5, в апреле — 23.9 (Русаков 1966).

Известно, что центральные части ареала рябчика, расположенные в южной тайге, наиболее оптимальны для этого вида: здесь его плотность может достигать весной 100-150 пар/10 км2 (Потапов 1985). Во время учётов в центральных районах Псковской области в феврале-марте 1996 года рябчиков наиболее часто регистрировали в смешанных хвойно-лиственных лесах (в среднем 23 ос./10 км2) и мелколиственных древостоях (9 ос./10 км2). Однако и там численность рябчика на обследованной территории оказалась значительно ниже оптимальной, что, безусловно, заслуживает особого внимания (Фетисов, Ильинский, Пчелинцев 1998).

Ориентировочные предпромысловые среднегодовые запасы рябчика в Псковской области в 1960-1970-х годах равнялись 150-300 тыс. особей (Русаков 1962, 1966, 1970б, 1972а, 1973а, 1975а,б; Проворов, Русаков 1964; Русаков, Русакова 1972б), в 1991 году — 182.7 тыс. (Ботина и др. 1993); в 1996 — всего около 40 тыс. особей (Обзор. 1997).

По мнению В.Г.Кривенко с соавторами (1994), депрессия численности рябчика в Псковской области началась, видимо, ещё в конце 1950-х годов, хотя в 1960-е годы его численность оставалась по-прежнему сравнительно высокой. Заметное падение численности произошло в 1970-е и 1980-е годы (рис. 6). Некоторая стабилизация и даже времен-

ное повышение численности рябчика наблюдалось местами в конце 1990-х и в 2000-х годах, но в целом численность этого вида остаётся пока весьма неустойчивой.

В связи с этим, в качестве одной из рекомендаций по сохранению и быстрейшему восстановлению численности рябчика в Псковской области, следует ввести временный запрет на отстрел рябчика в ряде районов, где его встречаемость в период зимних маршрутных учётов не превышает 1 особи на 10 км маршрута.

Пользуясь случаем, хочу поблагодарить за помощь в полевых исследованиях своих петербургских друзей-орнитологов А.В.Бардина, В.И. Голованя и И.В.Ильинского, сотрудника Псковского полевого отряда Балтийского фонда природы И.Г.Милевского и руководителя полевого отряда Ботанического института РАН Г.Ю.Конечную.

Литератур а

Бардин А.В. 2000. Инвентаризация орнитофауны Печорского района для составления видового кадастра птиц и формирования кадастра ООПТ Псковской области. Отчёт по дог. № 510 между Комитетом природных ресурсов по Псковской области и Балтийским фондом природы. СПб.: 1-69 (рукопись). Бардин А.В., Ильинский И.В., Фетисов С.А. 1995. Орнитологические наблюдения на

юго-востоке Псковской области // Рус. орнитол. журн. 4, 3/4: 111-116. Бианки В.Л. 1922. Распространение птиц в северо-западной части Европейской России //

Ежегодн. Зоол. музея Акад. наук 23, 2: 97-128. Бихнер Е.А. 1884. Птицы С.-Петербургской губернии: Материалы, литература и критика // Тр. С.-Петерб. общ-ва естествоиспыт. 14, 2: 359-624. Ботина А.Н., Иванов В.Н., Овчинникова Л.Б., Замский М.Л., Черевичко В.И., Иванов С.Ю., Николаев Б.Ф., Горелов П.Г., Семенова С.Г., Иванова В.Д. 1993. Экологическая обстановка в Псковской области за 1991 год // Краеведение и охрана природы. Псков: 5-13.

Бубличенко Ю.Н., Бубличенко А.Г. 2001. Фауна наземных позвоночных территории

«Псковский модельный лес». Отчёт по гранту ЗИН РАН. СПб.: 1-21 (рукопись). Васильев В.А. 2001а. Ремдовский заказник // Охотничьи животные России (Биология,

охрана, ресурсоведение, рациональное использование). М., 5: 33-35. Васильев В.А. (сост.) 2001б. Летопись природы государственного республиканского зоологического заказника «Ремдовский» за 2000 год. Псков: 1-13 (рукопись). Васильковский П.Е. 1928. Фауна Ленинградской области // Природа и население Ленинградской области. Справочная книга по краеведению. М.; Л.: 83-119. Дерюгин К.М. 1897. Орнитологические исследования в Псковской губернии // Тр. С.-

Петерб. общ-ва естествоиспыт. Отд. зоол. и физиол. 27, 3: 17-38. Десслер О., Козырев Н. 1998. Характеристика видового состава позвоночных в районе расположения базы «Горняк», деревни Петрово и озера Петровского // Материалы исследований областной детской комплексной краеведческой экспедиции «Истоки» -98. Псков: 37-41.

Долбик М.С. 1974. Ландшафтная структура орнитофауны Белоруссии. Минск: 1-312. Зарудный Н.А. (1910) 2003. Птицы Псковской губернии // Рус. орнитол. журн. 12 (235): 975-983.

Иванов А.И. 1976. Каталог птиц СССР. Л.: 1-276.

Ильинский И.В., Пукинский Ю.Б., Фетисов С.А. (1985) 2014. Материалы к летней

орнитофауне бассейна реки Псковы // Рус. орнитол. журн. 23 (964): 319-343. Исполатов Е.И. 1911. Вдовщина // Естествознание и география 9: 23-30.

Калинин М.В. 1978. Экология охотничьих зверей и птиц сосновых вырубок. Автореф. дис. ... канд. биол. наук. Л.: 1-23.

Конечная Г.Ю., Мусатов В.Ю., Сагитов Р.А., Фетисов С.А. 1999. Основные результаты работы Псковского полевого отряда Балтийского фонда природы в 1998 году // Вопросы экологического воспитания и образования в системе: детское дошкольное учреждение - школа - техникум - ВУЗ. Великие Луки: 122-129.

Конечная Г.Ю., Сагитов Р.А., Фетисов С.А. 1998. Основные результаты работы Псковского полевого отряда Балтийского фонда природы в 1997 году // Проблемы и перспективы сбалансированного развития в бассейне Псковско-Чудского озера. Материалы международ. общ.-научн. конф. Ч. 1. Тезисы и статьи. Псков: 44-46.

Конечная Г.Ю., Фетисов С.А. 1999а. Материалы для государственного кадастра и реорганизации системы ООПТ Псковской области: Невельский и Усвятский районы. Отчёт по дог. № 509 между Госкомэкологии Псковской области и Балтийским фондом природы СПбОЕ от 21 апреля 1999 г. СПб.: 1-89 (рукопись).

Конечная Г.Ю., Фетисов С.А. 1999б. Роль федерального зоологического заказника «Рем-довский» в сохранении биологического разнообразия и редких видов бассейна Балтийского моря (на примере сосудистых растений и птиц). Отчёт по дог. № 1 между Управл. по охране, контролю и регулир. использования охотн. животных Псковской обл. и Балтийским фондом природы СПбОЕ от 27 мая 1999 г. СПб.: 1-69 (рукопись).

Косенко С.М. 2013. Рябчик Tetrastes bonasia // Полный определитель птиц европейской части России. М., 1: 227-229.

Кривенко В.Г., Равкин Е.С., Виноградов В.Г., Авданин В.О., Мирутенко М.В., Бо-жанский А.Т., Русаков О.С. 1994. Итоговый отчёт по научно-практической разработке «Кадастр животного мира Псковской области» (Обобщенные результаты за 1992-1993 гг.). Отчёт по хоз. дог. между Межотрасл. научно-инженер. центром по охране окр. среды и рац. использов. природн. ресурсов и Госкомэкологии Псков. обл. М.; Псков: 1-210 (рукопись).

Мальчевский А.С. (1981) 2007. Птицы Пушкинского заповедника // Рус. орнитол. журн. 16 (378): 1247-1269.

Мальчевский А.С., Пукинский Ю.Б. 1983. Птицы Ленинградской области и сопредельных территорий: История, биология, охрана. Л.: 1: 1-480.

Мальчевский А.С., Фетисов С.А., Ильинский И.В. 1984. Фауна высших позвоночных Себежского края. Отчёт по хоз. договору за 1984 г. между Ленинградским гос. ун-том и Себежским музеем природы (филиалом Псковского музея-заповедника). Себеж: 1172 (рукопись).

Меньшов Н.П., Фетисов С.А. 2007. Материалы к инвентаризации и долгосрочному мониторингу орнитофауны Себежского Поозерья и национального парка «Себежский» // Северо-Запад России: Эколого-хозяйственные проблемы и перспективы трансграничного сотрудничества. Материалы регионал. общ.-научн. конф. Ч. 1. Статьи и тезисы. Псков: 178-181.

Михеев А.В. 1952. Семейство Тетеревиные Tetraonidae // Птицы Советского Союза. М., 4: 10-133.

Никифоров М.Е., Козулин А.В., Гричик В.В., Тишечкин А.К. 1997. Птицы Беларуси на рубеже XXI века: Статус, численность, распространение. Минск: 1-188.

Обзор состояния окружающей природной среды Псковской области за 1995 год.

1996. Псков: 1-96.

Обзор состояния окружающей природной среды Псковской области за 1996 год.

1997. Псков: 1-120.

Пожидаев И.С., Герасименок Т.Е., Федоров С.М., Карпов К.И. 1988. Административно-территориальное деление Псковской области (1917-1988). Справочник. Л.: 1-640.

Порчинский И.А. 1872. О фауне позвоночных Гдовского уезда, Петербургской губернии // Тр. С.-Петерб. общ-ва естествоиспыт. 3: 371-402.

Потапов Р.Л. 1985. Отряд Курообразные (GaШformes). Семейство Тетеревиные (Те1гао-таов). Л.: 1-638 (Фауна СССР. Нов. сер. 133. Птицы. Т. 3. Вып. 1. Ч. 2.).

Потапов Р.Л. 1987. Отряд Курообразные Galliformes // Птицы СССР. Курообразные. Жу-равлеобразные. Л.: 7-260.

Природа Псковской области. 1974. Псков: 1-172.

Природа районов Псковской области. 1971. Л.: 1-406.

Проворов Н.В., Русаков О.С. 1964. Материалы по характеристике численности видов охотничье-промысловой фауны Псковской области. Отчёт Зап. отд. ВНИИЖП за 1964 г. Л.: 1-32 (рукопись).

Проект организации государственного природного заповедника Министерства охраны окружающей среды и природных ресурсов Российской Федерации «По-листовский». 1994. М.: 1-196 (рукопись).

Равкин Е.С., Тертицкий Г.М., Орехов Д.И. 1987. Население птиц подтаёжных лесов и роль антропогенного воздействия в его формировании // Влияние хозяйственного освоения лесных территорий Европейского Севера на население животных. М.: 141154.

Русаков О.С. 1962. Численность основных видов охотничье-промысловой фауны Псковской области по результатам учёта на пробных полосах. Отчёт Зап. отд. ВНИИЖП за 1962 г. Л.: 1-45 (рукопись).

Русаков О.С. 1966. Предварительные данные по численности и добыче пернатой дичи в северо-западных областях Европейской части СССР. Отчёт Зап. отд. ВНИИЖП по теме 4, раздел 1 за 1966 г. Л.: 1-62 (рукопись).

Русаков О.С. 1968. Краткие сведения по учёту численности боровой дичи на стационарах Западного отделения ВНИИЖП. Отчёт Зап. отд. ВНИИЖП. Л.: 1-5 (рукопись).

Русаков О.С. 1970а. К характеристике численности и распределению запасов тетеревиных птиц Псковской области // Материалы 7-й Прибалт. орнитол. конф. Рига, 3: 68-70.

Русаков О.С. 1970б. Современное состояние и практическое использование запасов боровой дичи в северо-западных областях Европейской части СССР. Отчёт Зап. отд. ВНИИЖП. Л.: 1-120 (рукопись).

Русаков О.С. 1971а. Особенности экологии, ресурсы и хозяйственное использование боровой дичи на Северо-Западе РСФСР. Отчёт Зап. отд. ВНИИЖП. Л.: 1-32 (рукопись).

Русаков О.С. 1971б. Краткий обзор современного состояния численности, добычи и заготовки боровой дичи в северо-западных областях Европейской части СССР. Отчёт Зап. отд. ВНИИЖП. Л.: 1-12 (рукопись).

Русаков О.С. 1972а. Ресурсы, динамика и добыча боровой дичи (тетеревиных) в Карельской АССР, Ленинградской и Псковской областях // Тез. докл. 8-й Прибалт. орнитол. конф. Таллин: 102-103.

Русаков О.С. 1972б. О некоторых аспектах численности боровой дичи. Отчёт Зап. отд. ВНИИЖП. Л.: 1-7 (рукопись).

Русаков О.С. 1972в. Особенности экологии, ресурсы и хозяйственное использование боровой дичи на Северо-Западе РСФСР. Отчёт Зап. отд. ВНИИЖП. Л.: 1-31 (рукопись).

Русаков О.С. 1972г. Результаты зимнего маршрутного учёта охотничьих животных в Псковской области в I квартале 1972 г. Отчёт Западного отделения ВНИИЖП. Л.: 1-11 (рукопись).

Русаков О.С. 1973а. Особенности экологии, ресурсы и хозяйственное использование боровой дичи на Северо-Западе РСФСР. Отчёт Зап. отд. ВНИИОЗ по теме 4, раздел 2а за 1973 г. Л.: 1-61 (рукопись).

Русаков О.С. 1973б. Сравнительная оценка результатов учёта боровой дичи различными методами применительно к большим территориям // Учёты охотничьих животных на больших территориях. Материалы к 3-му Всесоюз. совещ. Пущино-на-Оке: 9394.

Русаков О.С. 1974. Материалы по численности, добыче и экологии боровой дичи и рекомендации по рациональному использованию её запасов в охотничьих хозяйствах Северо-Запада. Отчёт Зап. отд. ВНИИОЗ. Л.: 1-14 (рукопись).

Русаков О.С. 1975а. Охотничья фауна Северо-Запада. Боровая дичь // Наша охота 5: 172-177.

Русаков О.С. 1975б. Особенности экологии, ресурсы и хозяйственное использование боровой дичи на Северо-Западе РСФСР. Заключит. отчёт Зап. отд. ВНИИОЗ. Л.: 1-71 (рукопись).

Русаков О.С. 1975в. О сравнительной оценке различных методов учёта боровой дичи на больших территориях // Охота, пушнина и дичь 49/50: 19-26.

Русаков О.С. 1976. Современные ресурсы копытных животных и боровой дичи и их хозяйственное использование на Северо-Западе СССР // Биологические проблемы Севера. 7-й симп. Зоол.: Тези. докл. Петрозаводск: 281-283.

Русаков О.С., Русакова Н.Н. 1969. Охотничье-промысловые звери и птицы // Атлас Псковской области. М.: 20.

Русаков О.С., Русакова Н.Н. 1972а. Краткий обзор экономики охотничьего хозяйства северо-западных областей европейской части СССР // Тр. ВНИИОЗ 24: 24-41.

Русаков О.С., Русакова Н.Н. 1972б. Современные ресурсы и добыча боровой дичи в северо-западных областях РСФСР // Материалы к науч. конф., посвящённой 50-летию института. Тез. докл. Ч. II. Вопросы экологии. Киров: 126-128.

Русаков О.С., Русакова Н.Н. 1973. Результаты зимнего маршрутного учёта охотничьих животных в Псковской области в I квартале 1973 г. Отчёт Зап. отд. ВНИИОЗ. Л.: 1-9 (рукопись).

Русаков О.С., Русакова Н.Н. 1974. Результаты зимнего маршрутного учёта охотничьих животных в Псковской области в I квартале 1974 г. Отчёт Зап. отд. ВНИИОЗ. Л.: 1-9 (рукопись).

Русаков О.С., Русакова Н.Н. 1986. Опыт проведения и результаты зимних маршрутных учётов охотничьих животных в Псковской области // Всесоюз. совещ. по проблеме кадастра и учёта животного мира. Тез. докл. М., 1: 190-191.

Русаков О.С., Русакова Н.Н. 1990. Результаты зимнего маршрутного учёта охотничьих животных в заказниках Псковской области (I квартал 1990 г.). Псков; Л.: 120 (рукопись).

Русаков О.С., Русакова Н.Н. 1992. Результаты зимнего маршрутного учёта охотничьих животных в .заказниках Псковской области (I квартал 1992 г.). Псков; СПб.: 1-16 (рукопись).

Русакова Н.Н. 1972. О картировании запасов охотничьих животных // Тр. ВНИИОЗ 24: 266-278.

Русакова Н.Н. 1988. Охотничье-промысловые ресурсы // Природная среда и охрана природы Псковской области. М.: 2.

Сагитов Р.А., Фетисов С.А. 1998. Балтийский фонд природы и его вклад в изучение и сохранение биологического разнообразия в Псковской области в 1996 году // Проблемы сохранения биоразнообразия Псковской области. СПб.: 16-21.

Семёнова Е.Г. 2003. Орнитофауна пригородного Корытовского лесопарка // СевероЗападная Россия и Белоруссия: вопросы экологической, исторической и общественной географии. Материалы общ.-науч. конф. с международ. участием. Статьи и тезисы. Псков: 39-42.

Стребко В.Н., Николаев И.Н. 1969. Зимний маршрутный учёт охотничьих животных в Псковской области в 1968 г. // Учёты охотничьих животных на больших территориях. Пущино на Оке: 42-44.

Стукальцов А.И., Фетисов С.А. 2003. Численность охотничьих видов животных в национальном парке «Себежский» по данным зимних маршрутных учётов в 2003 году // Северо-Западная Россия и Белоруссия: Вопросы экологической, исторической и общественной географии. Псков: 86-92.

Стукальцов А.И., Фетисов С.А. 2006. Численность охотничьих видов животных в национальном парке «Себежский» по данным зимних маршрутных учётов в 2006 году // Национальный парк «Себежский»: Научно-исследовательская работа, охрана, экологическое просвещение и развитие экологического туризма. Материалы науч.-практ. конф., посвящ. 10-летию нац. парка «Себежский». Псков: 155-160.

Тауриньш Э. 1983. Рябчик ТеЬтаъЬеъ Ьопаз1а (Ь.) // Птицы Латвии: Территориальное размещение и численность. Рига: 69.

Те Д.Е., Сиденко М.В., Галактионов А.С., Волков С.М. 2006. Птицы национального парка «Смоленское Поозерье». Смоленск: 1-176.

Тертицкий Г.М., Равкин Е.С., Буйволов Ю.А. 1986. Влияние антропогенной деятельности на обилие и видовое разнообразие птиц юга Псковской области // Изучение птиц СССР, их охрана и рациональное использование. Л., 2: 278-279.

Урядова Л.П., Щеблыкина Л.С. 1993. Наземные позвоночные животные Псковской области // Краеведение и охрана природы. Псков: 137-144.

Федюшин А.В. 1926. Материалы к изучению птиц Белоруссии: О птицах Витебщины // Бюл. МОИП. Нов. сер. Отд. биол. 35, 1/2: 112-168.

Фетисов С.А. 1972. К экологии рябчика юго-запада Псковской области. Курсовая работа. Л.: 1-47 (рукопись).

Фетисов С.А. 1973. Материалы к экологии рябчика на юго-западе Псковской области. Дипломная работа. Л.: 1-65 (рукопись).

Фетисов С.А. 1999а. Заметки по летней орнитофауне Невельского района Псковской области // Рус. орнитол. журн. 8 (78): 3-19.

Фетисов С.А. 1999б. Материалы к летней орнитофауне Усвятского зоологического заказника (Псковская область) // Природа Псковского края 7: 19-25.

Фетисов С.А., Головань В.И., Ильинский И.В., Конечная Г.Ю., Хааре А.О. 1997. Материалы для кадастра флоры сосудистых растений и фауны наземных позвоночных Псковской области (I - 1997: Красногородский, Опочецкий, Псковский, Пу-стошкинский и Себежский административные районы). Отчёт по хоз. договору № 504 от 15 мая 1997 г. между Гос. комитетом по охр. окр. среды Псковской обл. и Балтийским фондом природы СПбОЕ. Псков; СПб.: 1-95 (рукопись).

Фетисов С.А., Головань В.И., Леоке Д.Ю. 1998. Орнитологические наблюдения в Ку-ньинском районе Псковской области // Рус. орнитол. журн. 7 (53): 3-20.

Фетисов С.А., Головань В.И., Остроумов И.Н., Леоке Д.Ю. 1998. Дополнительные материалы к орнитофауне Полистовского заповедника (Псковская область) // Рус. орнитол. журн. 7 (45): 3-17.

Фетисов С.А., Ильинский И.В. 1993а. Пояснительная записка по разделу «Фауна» ТЭО Себежского национального парка. СПб.: 1-137 (рукопись).

Фетисов С.А., Ильинский И.В. 1993б. Пояснительная записка по разделу «Охота, рыболовство» ТЭО Себежского ГПНП. СПб.: 1-43 (рукопись).

Фетисов С.А., Ильинский И.В. 1996. К вопросу о достоверности первичных материалов зимних маршрутных учётов численности охотничье-промысловых видов животных // Северо-Запад России: проблемы экологии и устойчивого развития. Материалы науч.-практ. конф. Тезисы и статьи. Псков, 1: 64-66.

Фетисов С.А., Ильинский И.В., Головань В.И. 1998. Биотопическое размещение и плотность населения птиц в проектируемом национальном парке «Себежский» // Проблемы сохранения биоразнообразия Псковской области. СПб.: 92-100.

Фетисов С.А., Ильинский И.В., Головань В.И., Фёдоров В.А. 2000. Видовой состав и статус птиц Себежского Поозерья и национального парка «Себежский» // Социальные и экологические проблемы Балтийского региона. Материалы общ.-науч. конф. Докл. и тезисы. Псков: 146-155.

Фетисов С.А., Ильинский И.В., Головань В.И., Фёдоров В.А. 2002. Птицы Себежского Поозерья и национального парка «Себежский». СПб., 1: 1-152 (Тр. С.-Петерб. общ-ва естествоиспыт.; Сер. 6. Т. 3).

Фетисов С.А., Ильинский И.В., Конечная Г.Ю. 1997. Материалы для кадастра растительного и животного мира Судомской возвышенности (с характеристиками памятников природы Дедовичского района Псковской области). Отчёт по хоз. договору № 503/1 от 8 августа 1996 г. между Псков. обл. комитетом по охр. природы и Биологическим НИИ СПбГУ. Псков; СПб.: 1-148 (рукопись).

Фетисов С.А., Ильинский И.В., Пчелинцев В.Г. 1998. Материалы к зимней орнитофауне Псковской области на границе южной тайги и хвойно-широколиственной зоны // Проблемы сохранения биоразнообразия Псковской области. СПб.: 100-110.

Фетисов С.А., Ильинский И.В., Пчелинцев В.Г. 1999. Результаты зимних маршрутных учётов численности птиц и млекопитающих на границе южной тайги и таёжно-широколиственной зоны в Псковской области // Проблемы и перспективы сбалансированного развития в бассейне Псковско-Чудского озера. Материалы международ. общ.-науч. конф. Ч. II. Статьи. Псков: 192-201.

Фетисов С.А., Ильинский И.В., Пчелинцев В.Г. 2001. Заметки о птицах федерального заказника «Ремдовский» (Псковская область) // Рус. орнитол. журн. 10 (164): 911-918.

Фетисов С.А., Ильинский И.В., Пчелинцев В.Г., Чистяков Д.В. 1996а. Материалы к зимней орнитофауне Псковской области на границе южной тайги и таёжно-ши-роколиственных лесов (Дедовичский, Дновский, Порховский и Псковский административные районы). Отчёт по хоз. договору № 502а за 1996 г. между Гос. комитетом по охране окр. среды Псковской обл. и БиНИИ СПбГУ. Псков; СПб.: 1-25 (рукопись).

Фетисов С.А., Ильинский И.В., Пчелинцев В.Г., Чистяков Д.В. 1996б. Достоверность первичных материалов зимних маршрутных учётов численности охотни-чье-промысловых видов животных в Псковской области. Отчёт по хоз. договору № 502б за 1996 г. между Гос. комитетом по охране окр. среды Псковской обл. и БиНИИ СПбГУ. Псков; СПб.: 1-25 (рукопись).

Фетисов С.А., Конечная Г.Ю., Головань В.И., Остроумов И.Н., Сергиенко В.Г., Леоке Д.Ю. 1998. Новые материалы к флоре и фауне Полистовского заповедника (по результатам наблюдений в 1998 г.). Отчёт о научно-исследов. работе по дог. о творч. сотрудничестве между Балтийским фондом природы СПбОЕ и заповедником «Полистовский». СПб.: 1-29 (рукопись).

Фетисов С.А., Конечная Г.Ю., Головань В.И., Хааре А.О., Леоке Д.Ю. 1998. Материалы для реорганизации системы особо охраняемых природных территорий в Ку-ньинском районе Псковской области. Отчёт по дог. № 505 между Госкомэкологии Псковской обл. и Балтийским фондом природы СПбОЕ от 27 января 1998 г. СПб.: 1104 (рукопись).

Фетисов С.А., Конечная Г.Ю., Мусатов В.Ю. 2000. Псковский полевой отряд Балтийского фонда природы: результаты работы в 1996-1999 годах // Проблемы природопользования и формы активного экологического воспитания и образования. Материалы Псков. обл. эколог. конф. Великие Луки: 86-94.

Фетисов С.А., Конечная Г.Ю., Мусатов В.Ю., Щеблыкина Л.С. 2001. Флора, фауна и среда обитания растений и животных рамсарского водно-болотного угодья «Псков-ско-Чудская приозерная низменность». СПб; Псков: 1-123 (рукопись).

Фетисов С.А., Остроумов И.Н., Головань В.И., Леоке Д.Ю. 1998б. Материалы к орнитофауне Полистовского заповедника (по результатам наблюдений в 1998 году). Отчёт по дог. между администрацией Полистовского заповедника и Балтийским фондом природы СПбОЕ. СПб.: 1-25 (рукопись).

Фетисов С.А., Стукальцов А.И. 2000. Численность куриных птиц Galliformes в национальном парке «Себежский» // Природа Псковского края 11: 13-16.

Чистовский С.М. 1927а. Птицы Псковской губернии // Познай свой край. Сб. Псков. общ-ва краеведения. Псков, 3: 82-101.

Чистовский С.М. 1927б. Птицы Псковской губернии. («Каталог птиц Псковского краеведческого естественно-научного музея» и «Промысловая или охотничья дичь Псковской губернии»). Псков: 1-22.

Шемякина О.А. 2001. Структура населения птиц основных типов местообитаний под Псковом // Рус. орнитол. журн. 10 (155): 694-705.

Шемякина О.А. 2006. О зимней орнитофауне Полистовского заповедника // Рус. орнитол. журн. 15 (307): 57-71.

Шемякина О.А., Яблоков М.С. 2013. Птицы заповедника «Полистовский» и сопредельных территорий // Вестн. Псков. ун-та. Сер. Естеств. и физ.-мат. науки 2: 81-104.

Щетинский А.А. 1897. Очерк охоты в окрестностях Пскова // Вестн. Псков. губерн. земства 3: 13-21.

Эсаулов Г. 1878. Список позвоночных животных, водящихся и встречающихся в Торо-пецком и Холмском уездах Псковской губернии // Тр. С-Петерб. общ-ва естествоиспыт. 9: 223-240.

Яблоков М.С., Васильев С.Н. 2006. Птицы среднего течения реки Шелони // Рус. орнитол. журн. 15 (315): 327-337.

Hammerich L.L., Jakobson R. ^d.) 1967. Tonnies Fenne's Low German Manual of Spoken Russian Pskov 1607. Copenhagen. II: 1-488.

Viht E. 1994. Hazel Grouse Bonasa bonasia (L.) // Birds of Estonia: Status, Distribution and Numbers. Tallinn: 87.

ISSN 0869-4362

Русский орнитологический журнал 2015, Том 24, Экспресс-выпуск 1155: 2126

О смешанной паре белой Parus cyanus и желтогрудой P. flavipectus лазоревок в предгорьях Киргизского хребта

Т.Хардер

Издание второе. Первая публикация в 2006*

В течение двух лет — 2003 и 2004 — в селе Прохладное (30 км южнее Бишкека) в предгорьях Киргизского хребта мы наблюдали пару синиц, выводившую птенцов в синичнике на ели. Высота расположения синичника 4 м от земли, ориентация летка — на юго-запад. В паре одна птица относилась к виду желтогрудая лазоревка Parus flavipectus, другая - к виду белая лазоревка Parus cyanus. Оба года птицы выводили по два выводка. Даже когда буря сбила синичник с выводком, синицы после его ремонта вернулись и успешно докормили птенцов. Однако когда синичник был перенесён на другое дерево, синицы его не заняли.

* Хардер Т. 2006. О смешанной паре лазоревок (Parus cyanus & Parus flavipectus) // Selevinia: 223.

2126 Рус. орнитол. журн. 2015. Том 24. Экспресс-выпуск № 1155