Штрихи к портрету А. И. Зилоти: к 70-летию со дня смерти

УДК 78(470)(091)+929:78 Зилоти

С. В. Горобец

Штрихи к портрету А. И. Зилоти: к 70-летию со дня смерти

В юбилейный год, когда отмечается 70-летие со дня смерти Александра Ильича Зилоти, мы снова и снова задумывается о судьбе великолепного русского музыканта. В данной статье обращаемся к личностным качествам этого человека, представив несколько эпизодов его жизни. Кредо его жизни выражается в словах его же автографа, которые приводятся в статье. Слова автографа - это еще одно подтверждение таланта музыканта.

Ключевые слова: Александр Зилоти, Михаил Гнесин, Игорь Стравинский, Сергей Прокофьев, Вера Комиссаржевская

Svetlana V. Gorobets

Touches to the portrait of Alexander Siloti: 70th anniversary since the death

In the anniversary year, when is noted 70 anniversary from the day of death of Alexander I. Siloti, we again and again thinks about the fate of splendid Russian musician. In this article we are turned to the personal qualities of this person, after representing several episodes of his life. The credo of its life is expressed in the words of its autograph, which are given in the article. Words of autograph - this one additional confirmation of the talent of musician.

Keywords: Alexander Siloti, Mikhail Gnesin, Igor Stravinsky, Sergey Prokofiev, Vera Komissarzhevskaya

Самое большое счастье на земле - помогать другим...

А. Зилоти

Вся жизнь известнейшего музыканта Александра Ильича Зилоти (27.09.1863 - 08.12.1945) -это бескорыстное служение музыке как в период жизни в России, так и в эмиграции. Его заслуги как пианиста-солиста и ансамблиста, дирижера, музыкально-общественного деятеля, педагога, редактора и автора транскрипций и переложений многих произведений неоценимы, что доказывают публикации последних лет1. Но нам в данной статье хотелось бы остановиться на личностных качествах этого замечательного человека, которые были ценными как для самой личности Зилоти, так и для его окружения. «Самое большое счастье на земле -помогать другим, самое большое несчастье - не иметь возможности всем помочь», - так написал А. И. Зилоти в одном автографе, который сейчас находится в отделе рукописей Российской национальной библиотеки2. В этих словах и заключается жизненное кредо, смысл его жизни.

Честность, отзывчивость, взаимопонимание, искренность, бескорыстие ценили современники в Александре Ильиче. За широту души, блестящий талант, преданность искусству его любили и приносили дань уважения и поклонения Ф. Лист, Э. Григ, П. Чайковский, С. Рахманинов, Ф. Шаляпин, М. Горький и многие другие знаменитости. Облик Зилоти с присущими ему индивидуальными чертами описывают различные документы и материалы, посвященные ему и его семье. Это, прежде всего, мемуары жены -Веры Павловны Третьяковой (Зилоти), старшей

дочери известнейшего мецената Павла Третьякова «В доме Третьякова», которые она писала уже живя в Америке3. Также воспоминания племянницы - Марины Николаевны (по мужу Гриценко), выросшей в семье Зилоти и, естественно, хорошо знавшей Александра Ильича и интересную, высококультурную обстановку зилотиевского дома4 и воспоминания другой племянницы - Зои Аркадьевны Прибытковой5. Благодаря этим воспоминаниям удалось узнать многие качества Зилоти: бескомпромиссность в искусстве, честность, этические принципы, которыми он руководствовался в общении с людьми. Только истинное, только правдивое признавал Александр Ильич в жизни, и игра его была полна правды и истинного глубокого содержания.

В процессе творческой деятельности раскрылась важнейшая личностная черта Александра Ильича - его бескорыстная помощь всем, кто в ней нуждался. Молодому и еще никому не известному композитору Михаилу Гнесину, Зилоти покупает пианино, на котором он играл до конца своих дней; затем создает кассу взаимопомощи артистов оркестра и хора Мариинского театра; учреждает из своих средств в Петербургской консерватории стипендии имени Н. Г. Рубинштейна; регулярно студентам и малообеспеченной публике раздает приглашения на концерты; помогает даровитой молодежи проявить себя и многое-многое другое.

Благотворительность А. И. Зилоти не

136

Вестник СПбГУКИ • № 3 (24) сентябрь • 2015

Штрихи к портрету А. И. Зилоти: к 70-летию со дня смерти

ограничивается сказанным. Как известно, глубокий резонанс получили основанные им «Общедоступные концерты», «Народные бесплатные концерты» и «Русский музыкальный фонд», созданный для помощи нуждающимся музыкантам6. Приведем несколько примеров, доказывающих личностные качества нашего героя.

Александр Ильич всеми силами старался помогать людям, поддерживать в трудные минуты их жизни. Особенно это проявлялось в продвижении молодых музыкантов. Организовав в Петербурге в 1903 г. собственную концертную антрепризу - «Концерты А. Зилоти» Александр Ильич самоотверженно поддерживал, воодушевлял и отстаивал начинающих композиторов таких как: Михаил Гнесин, Сергей Прокофьев, Игорь Стравинский, включая в программу концертов еще ни кому не известные их произведения. «Когда Зилоти помогал нам, молодым композиторам, он делал все для того, чтобы „протолкнуть" написанное сочинение в жизнь. Даже если ему лично оно не особенно нравилось, но, по его мнению было достаточно значительным для появления в печати или на эстраде, то прилагал все усилия к тому, чтобы этого добиться... Все это он устроил в своей обычной скромной манере. Необыкновенно характерно для Зилоти: помощь оказывать надо, где и когда можно, но знать об этом не должен никто, и благодарить то же нельзя. Удивительный человек!», - так отзывался о нем Михаил Фабианович Гнесин, брат известных сестер Гнесиных, основателей Московского музыкального училища7. Многим ему обязан и Игорь Стравинский. Его имя впервые появилось в программе абонементного концерта 24 января 1909 г. На концертах Зилоти были исполнены по рукописи его «Фантастическое скерцо», «Фейерверк» и сюита из «Жар-птицы». Позднее, после 1914 г., Зилоти часто исполнял «Весну священную» и много делал для продвижения на сцену оперы «Соловей»8.

Для Зилоти было важно показать на концертах публике новые направления в отечественной музыке. Так, 9 января 1916 г., в одном из концертов выступал молодой Сергей Прокофьев со своей Скифской сюитой. Несомненно, для молодого Сергея Прокофьева исполнение «Скифской сюиты» было очень важно. С этого времени его рассуждения о себе и своей профессии в большинстве случаев весьма жестко и напряженно увязаны именно с этим сочинением. Позже, в «Автобиографии», Прокофьев дает довольно эмоциональное описание самой премьеры: «Литаврист пробил литавру, и Зилоти обещал мне прислать прорванную кожу на память. В оркестре были легкие попытки

к обструкции. „Только оттого, что у меня жена больная и трое детей, я должен выносить этот ад!" - говорил виолончелист, которому сидевшие сзади тромбоны гвоздили в уши страшные аккорды. Зилоти в отличном настроении разгуливал по залу и говорил: „По морде, по морде!" -что означало: мы с Прокофьевым дали публике по морде»9. Зилоти, наперекор всему музыкальному миру, доказал, что Прокофьев - талант, что это будет большой композитор со сверкающей, оригинальной индивидуальностью.

Часто, в зилотиевских концертах было первое исполнение композиторских сочинений. Например, Александр Федорович Гедике выступал в одном из концертов со своей Первой симфонией в качестве дирижера по приглашению Зилоти. «Дни, когда происходили репетиции к этому концерту, - пишет Гедике, - совпали с одним из самых сильных наводнений в Петербурге. Все торцовые мостовые всплыли, из водосточных отверстий били огромные фонтаны, и Нева мчалась вспять клокочущей пеной, так что петербуржцам было не до нашего концерта концерт этот все же состоялся, хотя многие, имевшие билеты, из-за разведенных мостов попасть на концерт не смогли. Первым номером прошла, и довольно успешно, моя симфония, после антракта Сергей Васильевич играл второй концерт, уже горячо любимый и понятный москвичам, но мало известный петербуржцам»10. Безусловно, такие концерты и встречи имели большое значение для музыки, искусства и образования публики, и, конечно, интересны и вечера после концертов11.

Среди многочисленных организаций, учрежденных Зилоти (Скрябинское петроградское общество, Общество друзей музыки, Петроградская комиссия по реформе музыкального образования и др.) выделяется - «Русский музыкальный фонд». Эта благотворительная организация, цель которой - «помощь музыкантам русского подданства, которые не могут содержать себя собственным трудом, а также осиротевшим семействам музыкантов»12. В Совет фонда входили А. К. Глазунов, А. М. Горький, А. В. Оссовский, Ф. И. Шаляпин, С. В. Рахманинов. Все это говорит о фантастической энергии и трудоспособности Зилоти и желании помогать другим.

Неоценимую помощь Зилоти оказал известной русской актрисе Вере Федоровне Комис-саржевской. В один из ее трудных жизненных периодов на помощь Вере Федоровне пришла вся семья Зилоти, особенно один из братьев Александра Ильича Сергей Ильич Зилоти. Значимая встреча Сергея Ильича с Верой Федоровной вернула Комиссаржевскую к жизни13. Со всей семьей Зилоти у Веры Комиссаржевской

137

С. В. Горобец

сложились теплые, дружеские отношения. Особенно близка Вере младшая из сестер Зилоти -Мария Ильинична, она стала другом всей жизни Веры Федоровны. Также Вера Федоровна сблизилась с Александром Зилоти. Музыка, искусство сплачивало их, для обоих это было первым и главным в жизни. Они оба были очень импульсивны, верили людям, делали много добра. Вера Федоровна замечательно читала мелодекламации. «Голос-музыка» - именно так отзывался о ее выступлениях Зилоти, в концертах которого она неоднократно декламировала с оркестром.

Еще один интересный факт. В отделе рукописей Российской национальной библиотеки сохранилось письмо В. Комиссаржевской, датированное 1904 г. и адресованное Петру Петровичу Гнедичу о согласии А. Зилоти аккомпанировать ей на концерте с условием, что имя Зилоти не будет упоминаться в программе. Текст письма следующий: «Зилоти только согласился быть моим аккомпаниатором, если его совсем не будет в программе. Напишите прямо В. Ф. Комис-саржевская мелодекламации, не прибавляя ничего... и в числе участвующих не упоминайте»14. Это подтверждение тому, что Зилоти был человек удивительной скромности. Более скромного, чем Зилоти представить вообще трудно. Талантливая актриса Вера Комиссаржевская и блестящий музыкант Александр Зилоти оказались удивительно близки. Они оба мечтали не о создании себе имени, а о бескорыстном служении искусству, выступая наследниками лучших отечественных традиций.

А. Зилоти являлся при жизни П. И. Чайковского постоянным и основным редактором и корректором его сочинений. В письмах П. И. Чайковского, находящихся в РНБ периода с 1887 по 1891 г. адресованные А. Зилоти, которые, кстати, переписаны рукой Н. Финдейзена и сшиты в тетрадь, мы видим, что Петр Ильич неоднократно обращается к Зилоти с просьбами о корректуре своих произведений, переложения для фортепиано опер, балетов, редактирование их к изданию и переизданию: «Я страстно тебя благодарю за твое участие и интерес, за желание, чтоб мои вещи сделать более удобоисполнимыми.» (письмо от 28 декабря 1888 г.); «Саша, я был бы несказанно счастлив, если бы ты взялся сделать переложение. Кроме Танеева и тебя я никому не могу довериться.» (письмо от 12 июня 1889 г.); «Милый Саша! За превосходную корректуру „Пиковой Дамы" не знаю, как и благодарить тебя! <.> Есть еще кое-что с чем я не совсем с тобой согласен но, в общем, ты чудный корректор и я обнимаю тебя горячо за громадную услугу» (письмо от 5 августа 1890 г.)15. В редакторской деятельности Зилоти исходил из

весьма распространенных в ту пору принципов свободного концертного редактирования, унаследованных в значительной степени от Листа. Произведения в его редакции звучат и сегодня, не утратив своего художественного значения16. Александр Ильич первый редактор концертов Чайковского, в 1886 г. корректировал партитуру Пятой симфонии, делал ее четырехручное переложение, редактировал Первый и Второй фортепианные концерты, Александр Ильич играл под управлением Чайковского его Первый концерт для фортепиано с оркестром. Для Чайковского авторитет Зилоти как пианиста был бесспорен. Зилоти создал большое количество аранжировок и переложений оркестровых, вокальных инструментальных сочинений Альбениса, Аренского, Бизе, Глазунова, Лядова, Гнесина, Персла, Рахманинова, Штрауса, Шумана. Всего около 70, из них произведений И. С. Баха - более 20, это хоралы, прелюдии, кантаты, сонаты, вариации, концерты и др.

«Золотиссимус» - так называл его Ф. Лист, у которого Зилоти стажировался после окончания консерватории17. С. В. Рахманинов в трудные моменты жизни, всегда считался с мнением Зилоти и абсолютно верил в его «золотою душу»18, а П. И. Чайковский называл Сашу «благодетелем», считал его «другом, на которого могу всегда опереться, как на гранитную скалу, и в счастье и в несчастье»19. Судя по воспоминаниям современников Зилоти глубоко любили и уважали. Он запомнился всем как благородный, чистый, привлекательный, любящий русскую музыкальную культуру и русских людей, и, делая все, что было в его силах20.

Еще один пример бескорыстия и доброты Александра Ильича приводит известный петербургский историк и журналист Сергей Глезеров. В небольшой трогательной заметке, касающейся детей-подкидышей на дорогах и вокзалах в начале ХХ в., он рассказывает о «дочери оркестра». «Дочь оркестра» - девочку-подкидыша нашли в 1906 г. около дома, где находилось правление общества оркестровых деятелей. В правление и принести малютку. В это время шло заседание общества, у его участников появилась мысль взять ребенка на воспитание. Эту мысль единогласно приняли все члены общества, согласившись на маленькие вычеты из своих заработков в фонд «дочери оркестра». Примечательно то, что крестным отцом девочки стал А. И. Зилоти, а крестной матерью - оперная певица и балерина Мария Николаевна Кузнецова-Бенуа. Ребенка нарекли Евгенией. Вычетов из заработков вполне хватала, девочка жила в достатке. К сожалению, дальнейшая судьба «дочери оркестра» не известна21.

138

Вестник СПбГУКИ • № 3 (24) сентябрь • 2015

Штрихи к портрету А. И. Зилоти: к 70-летию со дня смерти

Побывав на выставке в Петропавловской крепости «История библиотеки Шлиссельбургской крепости в конце XIX - начале ХХ в.», посвященной собранию тюремной библиотеки крепости нам удалось узнать, что в тюрьме, где были очень жесткие условия содержания арестантов, давалось право узникам на чтение. Библиотека формировалась на деньги, заработанные арестантами в тюремных мастерских, и на пожертвования «Группы помощи политкаторжанам Шлиссельбурга». Через эту организацию средства для заключенных перечисляли многие представители демократической интеллигенции: артисты П. М. Садовский и Н. Н. Ходотов, художники Е. Е. Лансере, А. Н. Бенуа, В. А. Серов, Б. М. Кустодиев. К. С. Станиславский, в том числе и А. И. Зилоти.

Принося людям добро, теплоту, заботу, оказывая посильную помощь, к Зилоти все это возвращалось в сложные периоды его жизни. После февральской революции 1917 г. Временным правительством он был назначен директором Мариинского театра. Государственные театры отказались признавать власть народных комиссаров. Нарком просвещения А. В. Луначарский, выяснив, что вся сила сопротивления в Мариинском театре исходит от Зилоти, дает распоряжение об его аресте и заключения в «Кресты». Трудно представить несоответствие изящного облика пианиста, его тонкой музыкальной души с окружающей обстановкой тюрьмы. В такой трагический для Зилоти жизненный момент на помощь приходит его друг - врач Трубецкого бастиона Петропавловской крепости, общественный деятель Иван Иванович Манухин. После долгих переговоров с Луначарским, Манухину удалось получить документ об освобождении Зилоти. В камере, в которой находился пианист, на грядной стене, значилось «Здесь сидел вор Яшка Куликов». Зилоти продолжил и дописал «и ученик Листа Александр Зилоти»22.

Сегодня, когда мы вспоминаем гуманные поступки музыканта, и хочется надеется, что они послужат хорошим примером для нынешнего поколения.

Примечания

1 См. статьи Е. Мальцевой, С. Изотовой, С. Грохотова, С. Горобец.

2 ОР РНБ. Ф. 459 (А. Г. Максимов и М. К. Максимова). Собрание автографов разных лиц. 1900-1917 гг. Ед. хр. 1. С. 12.

3 Зилоти В. П. В доме Третьякова: мемуары / вступ. ст. М. Л. Гавлина. М.: Высш. шк., 1992. 256 с.

4 Гриценко М. Н. А. И. Зилоти и Третьяковы: из семейного архива // Зилоти А. И. Воспоминания и письма. Л., 1963. С. 320-404.

5 Прибыткова З. А. Мои воспоминания об А. И. Зилоти // Там же. С. 405-441.

6 Подробнее об этом см.: Горобец С. В. Петербургский период творчества А. И. Зилоти // Вестн. СПбГУКИ. 2014. № 4 (21), дек. С. 120-124.

7 Прибыткова З. А. Указ. соч. С. 412-413.

8 Подробно о концертной деятельности в Петербурге автор уже писал в предыдущих номерах см.: Горобец С. В. Указ. соч. С. 120-124.

9 Прокофьев С. С. Материалы, доклады, воспоминания. М., 1956. С. 36; Щербачева М. Н. С. Прокофьев в концертах А. Зилоти: из ист. симф. концертов в Мариинском театре в сезон 1915-1916 гг. // Три века Петербурга: муз. страницы: сб. ст. и тез. / сост. и науч. ред. З. М. Гусейнова. СПб., 2003. С. 185.

10 Гедике А. Ф. Пямятные встречи // Воспоминания С. В. Рахманинове / сост., ред., коммент. и предисл. З. Апе-тян. 4-е изд., доп. М., 1974. Т. 2. С. 8.

11 Обычно после концертов А. Зилоти приглашал к себе домой на ужин солистов или приглашенных музыкантов. Многие выдающиеся музыканты, приезжавшие для участия в «концертах А. Зилоти» из Москвы и заграницы посещали домашние вечера Александра Ильича, и часто останавливались жить в его доме. У семьи Зилоти установилась подлинная дружба с некоторыми из них. Например, с прославленным испанским виолончелистом Пабло Казальсом и его супругой, тоже виолончелисткой - Гильерминой Суджа Казальс, бельгийским скрипачом Эженом Изаи и многими другими.

12 Речь: газ. 1916. 26 сент.

13 Подробнее об этом см.: Горобец С. В. Комиссаржев-ская - Зилоти: дружеские и творческие связи // Муз. акад. 2014. № 3. С. 54-58.

14 ОР РНБ. Ф. 1000. Собрание отдельных поступлений. Оп. 2. Ед. хр. 627.

15 ОР РНБ. Ф. 816 (Н. Ф. Финдейзен). Оп. 1. Ед. хр. 679.

16 Например: Бах-Зилоти «Прелюдия си-минор», Лядов-Зилоти «Четыре русские песни», Альбенис-Зилоти «Триана», Сен-Санс-Зилоти «Лебедь», Рахманинов «Итальянская полька» 4-ручное переложение А. Зилоти.

17 Зилоти А. И. Мои воспоминания о Ф. Листе // Зилоти А. И. Воспоминания и письма. С. 60. Зилоти с 1883 по 1886 г. отправляется за границу, знакомится с Листом, поступает к нему учеником (по завету своего учителя Н. Рубинштейна), для чего поселился в Веймаре. Впоследствии Зилоти считали талантливейшим «листианцем».

18 Зилоти А. И. Воспоминания и письма / сост. Л. М. Ку-тателадзе; под ред. Л. Н. Раабена. Л.: Музгиз, 1963. С. 430.

19 Там же. С. 5.

20 См.: Зилоти В. П. В доме Третьякова.

21 Глезеров С. Дочь дороги, дочь тюрьмы, дочь оркестра... // Веч. Петербург. 2008. 4 апр., № 061.

22 Манухин И. И. Воспоминания о 1917-1918 г.: октябрь // Новый журн. Нью-Йорк, 1958. № 54. С. 104-116. URL: http : // kfinkelshteyn. narod. ru (дата обращения: 14. 07. 2015).

139