Реакция воспаления как проявление влияния химических факторов окружающей среды

Таблица 2

Состояние поствакцинального иммунитета в моногородах и сельских поселениях

Территория Количество обследованных Доля серопозитивных, % Доля серонегативных, %

дети взрослые дети взрослые всего дети взрослые всего

Новотроицк 300 98 95,6 94,9 95,5 4,4 5,1 4,5

Медногорск 218 103 89,6 91,3 90,3 10,4 8,7 9,7

Бугуруслан 249 100 93,9 86,0 91,7 6,1 14,0 8,3

Сельские поселения 760 312 97,2 96,5 97,9 2,8 3,5 2,1

позволяет сделать статистически достоверные выводы о соотношении числа восприимчивых и невосприимчивых к кори лиц в возрастных группах. Анализируя данные за 5 лет, можно сделать вывод, что во всех возрастных группах процент серопозитивных детей высокий и составляет от 91,5 до 98,5, у взрослого населения несколько ниже — 89,5—96,5.

Сравнительный анализ состояния поствакцинального иммунитета населения сельских поселений выявил снижение иммунитета у детей в моногородах в 1,65—3,7 раза относительно проживающих в селах, с наиболее низким процентом серонегативных в Мед-ногорске (табл. 2). Для взрослого населения наиболее низкий поствакцинальный иммунитет установлен в Бу-гуруслане — 14% серонегативных.

Проведенный анализ иммунного статуса населения, формирования поствакцинального иммунитета и загрязнения окружающей среды селитебных территорий изучаемых городов позволил сформулировать следующие основные положения: выявлена тесная связь между экологическим состоянием территории проживания и формированием поствакцинального иммунитета. Вместе с тем обращает на себя внимание полученный результат, когда при высоком суммарном неканцерогенном риске у детского населения Новотроицка выявлен относительно низкий процент серонегативных де-

тей и взрослых, что свидетельствует о необходимости учитывать и другие факторы среды обитания.

Литер атур а

1. Басова О. М. Гигиеническая безопасность окружающей среды и здоровье детского населения малых городов: Автореф. дис. ... канд. мед. наук. — Казань, 2008.

2. Онищенко Г. Г. // Гиг. и сан. — 2002. — № 2. — С. 3—14.

3. Онищенко Г. Г. // Гиг. и сан. — 2007. — № 5. — С. 3—4.

4. Рахманин Ю. А., Зайцева Н. В., Шур П. З. и др. // Гиг. и сан. — 2005. — № 6. — С. 6—9.

5. Руководство по оценке риска для здоровья населения при воздействии химических веществ, загрязняющих окружающую среду. Р2.1.10.1920—04,М.: ФЦГСЭН МЗ РФ, 2004.

6. Скачков М. В. Эпидемиологические особенности респираторных антропонозов в регионах с различной антропогенной нагрузкой: Автореф. дис. ... д-ра мед. наук. — М., 2000.

7. СкачковМ. В. // Журн. микробиол. — 2000. — № 4 (приложение). — С. 124—126.

8. СкачковМ. В. // Журн. микробиол. — 2000. — № 4 (приложение). — С. 122—123.

9. Экология человека на урбанизированных и сельских территориях / Боев В. М., Верещагин Н. Н., Скачкова М. А. и др. — Оренбург, 2003.

Поступила 21.11.11

© КОЛЛЕКТИВ АВТОРОВ, 2012 УДК 614.72:616-002

С. И. Красиков, Е. Н. Лебедева, Е. В. Попова

РЕАКЦИЯ ВОСПАЛЕНИЯ КАК ПРОЯВЛЕНИЕ ВЛИЯНИЯ ХИМИЧЕСКИХ ФАКТОРОВ ОКРУЖАЮЩЕЙ СРЕДЫ

ГБОУ ВПО Оренбургская государственная медицинская академия Минздравсоцразвития России

В статье показано, что под действием вредных факторов окружающей среды в организме развивается хроническое вялотекущее воспаление, проявляющееся дисбалансом адипокинов и нарушением липидного метаболизма.

Ключевые слова: адипокины, воспаление, фактор некроза опухолей а, С-реактивный белок

S. I. Krasikov, E. N. Lebedeva, E. V. Popova — THE INFLAMMATORY RESPONSE AS A MANIFESTATION OF THE INFLUENCE OF ENVIRONMENTAL CHEMICAL FACTORS

The State Education Institution of Higher professional education The Orenburg State Medical Academy of Federal Agency in Public Health and Social Development

The paper shows that a chronic slowly developing inflammation manifesting itself as adipokine imbalance and lipid metabolism abnormalities in the body under the influence of unfavorable environmental factors.

Key words: adipokines, inflammation, tumor necrosis factor-а, C-reactive protein

21

[гиена и санитария 3/2012

Клетки трех основных регуляторных систем организма — нервной, иммунной и эндокринной — синтезируют идентичные сигнальные молекулы, которые обеспечивают межклеточные взаимодействия [1]. К таким молекулам относят пептидные гормоны, биогенные амины, полиненасыщенные жирные кислоты и др.

Однако вопрос о влиянии экзогенных экологических факторов на состояние локальной нейроиммуноэндокринной регуляции изучен недостаточно, хотя во многом это влияние носит провоспалительный характер. В то же время обнаружена зависимость метаболизма клеток жировой ткани от активности эндокринной и иммунной систем, а также описан ауто- и паракринный эффект взаимодействия сигнальных молекул адипо-цитов. Полученные данные позволяют сформировать новое представление о механизмах энергетического гомеостаза, согласно которому белая жировая ткань является не только пассивным депо для жирных кислот, но и активным эндокринным органом, вовлеченным в многочисленные нейроэндокринные и иммунные реакции [3]. Большое количество и разнообразие се-кретируемых адипоцитами молекул создают возможность для формирования широкого диапазона метаболических реакций, позволяющих организму адекватно функционировать в различных условиях, в том числе при стрессе и воспалении, а также в короткие периоды избыточного поступления энергии. Имеются данные о том, что развитие ожирения может приводить к иммунодефицитному состоянию и вялотекущему хроническому асептическому воспалению [3]. С позиций нейроиммуноэндокринологии этот вопрос все еще нуждается в уточнении.

В обследование были включены лица, задействованные на нефтехимическом производстве (стаж работы не менее 10 лет). На основании полученных общепринятыми методами антропометрических данных (рост, масса тела) у 60 обследованных рассчитывали индекс массы тела (индекс Кетле): ИМТ = масса тела/рост2. Для определения основных биохимических и гормональных показателей у всех обследованных лиц забирали кровь из локтевой вены в утренние часы натощак (после 12-часового голодания). Содержание общего холестерина (ОХС), холестерина липопротеинов высокой плотности (ХС ЛПВП), триацилглицеринов (ТАГ), и C-реактивного белка (С-РБ) в сыворотке крови определяли с помощью автоматического биохимического анализатора COBAS Integra-400 plus (Швейцария — Германия) со встроенной системой контроля качества по двум уровням контроля: Precinorm U с нормальным содержанием аналитов и Precinorm P с высоким содержанием аналитов ("Roche"). Внешний контроль осуществлялся при помощи Федеральной системы внешней оценки качества лабораторных исследований.

Содержание холестерина липопротеинов очень низкой плотности (ХС ЛПОНП), холестерина липопротеинов низкой плотности (ХС ЛПНП) рассчитывали по формуле Friedwald. Также рассчитывали коэффициент атерогенности по методу А. Н. Климова (1998). Содер-

Красиков С. И. — д-р мед. наук, проф., зав. каф. химии и фармацевтической химии (ks_oren@mail.ru); Лебедева Е. Н. — доц. каф. биологической химии, канд. биол. наук, доц. (lebedeva.e.n@ mail.ru); Попова Е. В. — доц. каф. биологической химии, канд. мед. наук, ст. науч. сотр. проблемной лаборатории (pmvug@ inbox.ru).

Таблица 1

Показатели липидного обмена у обследованных лиц

Показатель Средний по области Норма Обследован ные лица

ОХС, ммоль/л 5,64±0,39 < 5,18 5,84±0,41*

ХС ЛПОНП, ммоль/л 0,90±0,06 0,26—1,0 1,03±0,07*

ХС ЛПНП, ммоль/л 3,44±0,24 < 3,9 3,65±0,26

ХС ЛПВП, ммоль/л 1,54±0,11 > 1,6 1,28±0,10

ТАГ, ммоль/л 1,87±0,13 0,55—1,71 2,30±0,16*

Индекс атерогенности 3,43±0,24 < 3,0 4,08±0,29*

Примечание. * — p < 0,01.

жание в сыворотке крови лептина и фактора некроза опухолей а (ФНОа) определяли методом твердофазного иммуноферментного анализа с помощью наборов DRG Diagnostics (США), адипонектина — "Bio Vendor" (Чехия) на оборудовании фирмы "Multiscan MS" (Финляндия).

Анализ антропометрических данных показал, что ИМТ в группе обследованных был выше нормы и составил в среднем по группе 29,5±1,2. Полученные результаты биохимического анализа представлены в табл. 1. Показатели липидного обмена у обследованных лиц были достоверно выше, чем в среднем по области, и превышали нормальные значения. Особенно высокими были значения ТАГ, что коррелировало с ИМТ и указывало на нарушения метаболизма в ади-поцитах. Значения С-РБ и ФНОа были повышенными (табл. 2), что указывает на процесс воспаления [2]. Лептин был значительно выше нормы (у женщин в 2,5 раза). Значения адипонектина были чрезвычайно низкими, особенно у мужчин: почти 10-кратное снижение по отношению к норме. По всей вероятности, длительный контакт с токсическими веществами в процессе производственной деятельности вызывает окислительный стресс и оказывает обесогенный эффект — приводит к увеличению общей массы жировой ткани [4]. По мере ее возрастания развивается асептическое хроническое воспаление, результатом которого является локальное и системное увеличение продукции ФНОа, под влиянием которого увеличивается экспрессия леп-тина — основного гормона жировой ткани. В отношении противовоспалительного гормона — адипонекти-на — наблюдается обратное.

Таким образом, жировая ткань — это эндокринный орган, который продуцирует не только различные эндокринные (системные), но и аутокринные и паракринные

Таблица 2

Содержание основных адипокинов в крови обследованных лиц

Показатель Норма Мужчины Женщины

С-РБ, мг/л о о 2,79±0,79 6,28±0,53

ФНОа, пг/мл < 5 8,11±0,34 10,13±0,40

Лептин, нг/мл Ж 1,1—27,6 М 0,5—13,8 15,49±1,67 66,83±2,20

Адипонектин, мг/л Ж 12—30 М 8—30 0,92±0,02 1,49±0,06

22

(локальные) регуляторы [5]. Негативное влияние окружающей среды через механизмы развития окислительного стресса способствует увеличению массы жировой ткани и приводит к образованию провоспалительных цитокинов, включая ФНОа и СРБ. Таким образом, жировая ткань представляет собой локус воспаления, поэтому потеря массы тела в дополнение к сокращению системного воспаления и риску развития хронических заболеваний может также улучшить устойчивость к бактериальным и вирусным инфекциям, восстанавливая баланс иммунной системы [3]. Также полученные данные позволяют рекомендовать использование в качестве информативных биомаркеров токсического воздействия факторов производственной среды определение уровней про- и противовоспалительных ади-покинов — лептина, адипокина, ФНОа и СРБ.

О КОЛЛЕКТИВ АВТОРОВ, 2012 УДК 614.777:546.65:575.224.2

Г. Н. Соловых, Л. В. Голинская, Е. А. Кануникова

РЕДКОЗЕМЕЛЬНЫЕ МЕТАЛЛЫ КАК ОДИН ИЗ ФАКТОРОВ МУТАГЕННОСТИ

ГБОУ ВПО Оренбургская государственная медицинская академия Минздравсоцразвития РФ

Показано, что как регионы Оренбургской области, так и отдельные изученные водотоки и водоемы характеризовались различным индексом нагрузки редкоземельными элементами. Суммарное содержание редкоземельных элементов имело прямую корреляционную связь с мутациями разного типа.

Ключевые слова: донные отложения, водная вытяжка донных отложений, редкоземельные элементы, коэффициент корреляции, сила корреляции

G. N. Solovykh, L. V Golinskaya, E. A. Kanunikova. — RARE-EARTH METALS AS A FACTOR IN MUTAGENICITY

The State Education Institution of Higher professional education The Orenburg State Medical Academy of Federal Agency in Public Health and Social Development

Both the regions of the Orenburg Region area and individual examined streams and reservoirs were shown to be characterized by a varying load index for rare earth elements. The total level of rare earth elements was directly correlated with different types of mutations.

Key words: bed silt, water extract of bed silt, rare earth elements, correlation factor, correlation strength

Литер атур а

1. Акмаев В. Г., Сергеев И. Г. / Успехи физиол.наук. — 2002. — № 2. — С. 3—16.

2. Алехина Е. М., Лебедева Е. Н., Красиков С. И. // Актуальные проблемы теоретической и прикладной биохимии; Российская конф., посвящ. 80-летию со дня рождения Р. И. Лившица. — Челябинск, 2009. — С. 207—208.

3. Dixit V D. // J. Leukocyte Biol. — 2008. — Vol. 84, N 4. — P. 882—892.

4. Vincent H. K., Innes K. E., Vincent K. R. // Diabet. Obes. Metab. — 2007. — Vol. 9. — P. 813—839.

5. Womack J., Tien P. C., Feldman UJ. // Metabolism. — 2007. Vol. 56, N 7. — P. 998—1004.

Поступила 21.11.11

Материалом исследования были выбраны донные отложения (ДО) водоемов и водотоков Оренбургской области, отобранные на 49 станциях Западного, Центрального и Восточного регионов Оренбургской области, а также на Урале и Сакмаре в районе Оренбурга. Для анализа мутагенной активности (МА) использовалась водная вытяжка ДО (ВВДО). Оценка генотоксической активности ДО проводилась с использованием трех токсикогенетических методов: метода учета видимых мутаций (ВМ) у хлореллы, Chlorella vulgaris; ана-телофазного метода учета хромосомных аберраций (ХА) в меристематической ткани проростков корешков лука, Allium cepa; метода учета доминантных летальных мутаций (ДЛМ) у дрозофилы, Dr. melanogaster.

Используемый в нашем исследовании набор тестов позволил регистрировать различные типы нарушений

Соловых Г. Н. — д-р биол. наук, проф., зав. каф биологии (bio_ ogma@mail.ru); Кануникова Е. А. — канд. мед. наук, доц. каф. биологии (kanunikova@mail.ru); Голинская Л. В. — канд. биол. наук, ассистент каф. биологической химии (gol.lv@mail.ru).

наследственного материала (см. таблицу). Для сравнения результатов, полученных в разных тестах, использовался такой показатель, как выраженность мутагенной активности (ВМА) [3, 4].

Результаты исследований показали, что наиболее напряженная генотоксическая ситуация зарегистрирована для водных экосистем Восточного региона области, так как доля станций, на которых была отмечена МА ДО, составила 66,64% (рис. 1), при этом регистрировались разнообразные типы генетических наруше-

Методы исследования

Тест-объект Метод исследования Тип регистрируемых нарушений

Chlorella vulgaris Учет ВМ Генные мутации

Dr.melanogaster Учет ДЛМ Генные, хромосомные и геномные мутации в генеративных клетках

Allium cepa Ана-телофазный метод учета ХА ХА

23