Рубль за вход, доллар за выход

Ежегодный съезд Российского союза промышленников и предпринимателей (РСПП) вчера прошел в нестандартном формате: на нем не обсуждались, как прежде, частные проблемы бизнеса, обострившиеся в условиях санкций. Угрозой, требующей срочного решения, предприниматели и присутствовавшие на съезде представители Минфина, Минэкономики и Банка России признают неконтролируемое укрепление рубля — без внятного механизма ослабления национальной валюты или без отказа по крайней мере от дискуссий на эту тему, создающих неопределенность, компании-экспортеры, по их убеждению, неспособны планировать работу. Бизнес поддерживает любые механизмы влияния на курс, в том числе новую идею интервенций на рынок через покупку нерезервных валют — это предложение Минфина. Во власти консенсус отсутствует и продолжается дискуссия, влиявшая вчера на курс в режиме реального времени. ЦБ не готов отказываться от плавающего курса, а Минэкономики не поддерживает стремление Минфина и ЦБ вернуть бюджетное правило.

Глава ЦБ Эльвира Набиуллина в очередной раз призвала деловую общественность доверять неизбежности достижения экономического равновесия ко всеобщей пользе

Фото: Анатолий Жданов, Коммерсантъ

Съезд РСПП в 2022 году был проведен по явно сокращенной и поэтому более насыщенной программе. В прежние годы его предваряли недели российского бизнеса, где предприниматели и чиновники детально обсуждали проблемы компаний самого разного рода — финансовые, социальные, промышленные, инвестиционные и так далее. В этом же году тематика встречи де-факто свелась к поиску решений ключевой проблемы предпринимателей и российского бюджета — ею повсеместно считается чрезмерное укрепление рубля.

Такая специфика съезда отчасти объясняется стремлением бизнеса свести переговоры с чиновниками в непубличный формат из-за рисков новых санкций (вероятно, по этой причине в трансляции съезда не показывались сидящие в зале и выступающие с мест предприниматели), а также паузой в решении системных проблем делового климата. Эффект военной операции РФ на Украине и последовавших санкций крупный бизнес готов оценить только в следующем году — следующий съезд глава РСПП Александр Шохин анонсировал на март 2023 года.

Пока же все попытки бизнеса нормализовать работу в условиях санкций сталкиваются, по словам его представителей, с курсовой проблемой — несмотря на наличие средств, экспортеры не могут планировать инвестиции из-за неопределенности относительно будущих доходов, это рассказывают собеседники “Ъ” во всех крупных компаниях.

Кроме того, из-за заморозки зарубежных счетов и опасений некоторых зарубежных банков ряд российских компаний потеряли доступ к части собственных доходов от внешней торговли. «При таком курсе никакие налоговые льготы могут не помочь. Надо соизмерять потери от экспорта при таком рубле и возможные точечные льготы»,— отметил глава РСПП Александр Шохин, комментируя планы по отмене акциза на жидкую сталь.

Де-факто съезд должен был подытожить начатую еще на Санкт-Петербургском международном экономическом форуме дискуссию о возможных механизмах влияния на курс. Однако консенсус по этому вопросу в правительстве и ЦБ по-прежнему отсутствует. Как сообщил глава Минфина Антон Силуанов, правительство рассмотрит вопросы курсообразования на следующей неделе. Ключевой вопрос состоит в необходимости возвращения бюджетного правила, остальные механизмы рассматриваются чиновниками как вспомогательные: так, хотя меры правительства по ослаблению валютного контроля не повлияли на курс, Минфин твердо намерен отменить репатриацию валютной выручки, приравняв ее к обязательному объему продажи валюты (требования по продаже валютной выручки уже отменены), и снизить штрафы для резидентов за нарушения валютного законодательства (проект уже прошел первое чтение в Госдуме). Ведомство также готово стимулировать поставки импортной продукции за счет их льготного кредитования — впрочем, констатировал глава Минфина, наращивание импорта затруднено из-за проблем с логистикой и расчетами с зарубежными контрагентами и пока импорт на макроуровне проблему курса вряд ли решит.

Прямое влияние на курс возможно в двух сценариях: либо при смене модели денежно-кредитной политики Центробанком, либо при интервенциях Минфина на валютном рынке, объяснял вчера господин Силуанов.

Против первого варианта выступает ЦБ, который поддерживает возврат к бюджетному правилу, против второго — экономический блок правительства. Глава ЦБ Эльвира Набиуллина подтвердила приверженность инфляционному таргетированию, отметив риски девальвации и роста зависимости денежно-кредитной политики от политики других стран: «В этих странах сейчас инфляция на сорокалетнем максимуме… Они будут ужесточать, и даже если у нас спрос снижается и мы вынуждены будем зажимать спрос, мы вынуждены будем ужесточать политику просто, чтобы управлять курсом».

В Минфине же считают возвращение правительства на валютный рынок де-факто наиболее действенной и единственной доступной мерой влияния на курс, при этом в ведомстве не видят рисков сокращения расходов: «Расходы не стоят тех доходов, которые предприятия могут получить, если курс будет предсказуем. Инвестиционная активность не связана с бюджетными тратами, она здесь — в зале»,— заявил Антон Силуанов. В предлагаемой Минфином конфигурации бюджетного правила речь идет о закупках валюты «дружественных стран», что позволит влиять на стоимость доллара и евро к рублю. Отметим, что следов какой-либо глубокой проработки этой идеи в Белом доме на съезде РСПП не было видно — во всяком случае, почти не обсуждались проблемы низкой емкости валютных рынков большей части «дружественных» стран, ограничения на конвертацию таких валют (проблема «офшорного» юаня как наиболее емкого рынка этого рода), сложная связь таких рынков с рынками резервных валют, детали платежной инфраструктуры и ее рынков. В любом случае не создавалось впечатления того, что в июле—августе 2022 года закупками на $2–3 млрд армянского драма или рэнда ЮАР Минфин РФ вернет рубль к желаемому экспортерам курсу. Альтернативные способы влияния на курс, например интервенции на валютный рынок через деривативы, в дискуссии также почти не фигурировали.

В РСПП, в свою очередь, сейчас поддерживают буквально любые действия государства по ослаблению рубля.

Несмотря на то что в составе союза много компаний (в том числе тесно связанных с государством), заинтересованных в наращивании импорта (и для которых укрепление рубля как минимум не катастрофа), традиционная ориентация союза на экспортеров сохраняется. По словам Александра Шохина, необходимы «достаточно быстрые и радикальные меры» по возврату к бюджетному правилу и дальнейшая либерализация мер по валютному регулированию. Между тем и от перспективы таргетирования курса в РСПП призывают полностью не отказываться: «Для бюджета было бы идеально, если бы вдруг такое счастье привалило и курс стал бы 70–75 руб., а то и 80 руб., а экспортеры присоединились бы к этим "радостям". Но мы видим, что механизма такого нет… есть некий оптимальный уровень, к которому надо стремиться. Как стремиться? Здесь мы наталкиваемся на позицию Центрального банка»,— констатировал глава РСПП.

Отметим, что большая часть аналитиков — как в ЦБ и госструктурах, так и в инвестбанках — очень осторожно относится к тезису об «убийственности крепкого курса» и при этом однозначно ожидают его ослабления в сценарии, который предлагает Банк России, к концу 2022 года. При этом пока ничто не говорит о том, что при всех дискуссиях будут предприняты какие-то активные действия по вмешательству в действующий сейчас механизм курсообразования: это потребовало бы слишком больших перемен.