«Год двухтысяч семнадцатый» (об одной распространенной ошибке)

Список использованной литературы:

1. Аппоев А.К., Кетенчиев М.Б. Полиаспектный анализ названий одежды в карачаево-балкарском языке // Вестник Челябинского государственного университета. - 2011. - № 20. - С. 10-13.

2. Ахматова М.А., Кетенчиев М.Б. Интертекстуальность как облигаторный признак карачаево-балкарского нартского эпоса // Вестник Челябинского государственного университета. - 2013. - № 2 (293). - С. 68-70.

3. Додуева А.Т. Категория пространственности и ее репрезентация в карачаево-балкарском языке: автореф. дисс. ... д-ра филол. наук. - Нальчик, 2008. - 41 с.

4. Додуева А.Т. Функциональные возможности послелогов в репрезентации пространственных значений в карачаево-балкарском языке // Вестник Челябинского государственного педагогического университета. -2014. - № 6. - С. 199-206.

5. Кетенчиев М.Б. Формально-семантические модели именного предложения в современном карачаево-балкарском языке: дисс. ... канд. филол. наук. - Нальчик, 1992. - 141 с.

© Додуева А.Т., Жабоева А.А., Девеева А.А., 2017

УДК 811.161.1'366

Дупленко М.В.

учитель русского языка и литературы, МБОУ «Лицей физики, математики и информатики № 40» при Ульяновском государственном университете, г. Ульяновск, Российская Федерация

«ГОД ДВУХТЫСЯЧ СЕМНАДЦАТЫЙ»

Аннотация

Правильное образование форм составных порядковых числительных постоянно вызывает трудности у многих носителей русского языка. Ошибки этого типа указывают на активные процессы в грамматике.

Ключевые слова

Имя числительное, склонение, русская грамматика, грамматическая норма.

Известный филолог В.И. Новиков десятилетие назад так писал об этой распространенной ошибке в своем интересном «Словаре модных слов»: «Название текущего года не могут правильно произнести сегодня государственные мужи. Некоторые министры Российской Федерации в своих радио- и телевизионных интервью упорно именуют нынешний год "двухтыщепятым", демонстрируя тем самым свою глубинную связь с народом, но безбожно искажая языковую норму» [4, с. 36]. Другой известный филолог Ч.Г. Гусейнов дает этой ошибке серьезную эмоциональную оценку, также связывая ее с судьбой народа: «Кто не верил, что между умением правильно выговаривать числительные и пониманием времени, в котором живешь, есть прямая связь, тот и получил вместо двухтысячных - нулевые» [2, с. 12].

Но эта ошибка распространена повсеместно и уже почти не замечается рядовыми носителями языка. Лингвист М.Я. Гловинская даже сделала категорический вывод: «Можно сказать, что фактически образовалась новая лексическая единица двух тыща, двух тысяча, возможно, под влиянием слова двухтысячный. Пока она употребляется только в составе порядковых прилагательных» [1, с. 257].

Чаще всего такое «генитивное оформление начального компонента названий "двухтысячных" годов, независимо от падежа словоформы порядкового числительного» [11, с. 48] называют «гиперкорректным образованием» [5, с. 70], ошибкой по аналогии со склонением количественных числительных: «у многих со школьной парты осталось в памяти правило, по которому все части составного числительного нужно склонять» [3, с. 95].

_МЕЖДУНАРОДНЫЙ НАУЧНЫЙ ЖУРНАЛ «ИННОВАЦИОННАЯ НАУКА» №04-3/2017 ISSN 2410-6070_

Но элемент духтысяч- (также двухтысяче- и даже двухтысячно-) появляется во всех падежных формах, например: Эта программа была завершена к двухтысячи первому году (М. П. Кирпичников. -Человек, Земля, Вселенная. Пятый т/к. 18.12.10); С двухтыщ пятнадцатого года большинство, а с двухтыщ шестнадцатого года все субъекты Российской Федерации и муниципалитеты должны перейти к программному бюджету. <... > В двухтыщ двенадцатом году Россия вошла в первую десятку стран по рейтингу прозрачности бюджетов (А. Г. Силуанов, министр финансов РФ. Заседание Государственного совета. 04.10.13) (примеры заимствованы из работы [11, с. 49], см. также подборку контекстов в работах [6], [7, с. 286-292], [8, с. 62-63], [10]).

Вероятно, эта ошибка, как отмечает С.В. Рябушкина, связана «не со словоизменением, а с организацией составного ПЧ (многокомпонентного "слова"). Говорящий - неосознанно или сознательно -формирует его с ориентацией на "рубежное" двухтысячный, которое образуется по модели простого денумерального прилагательного на базе генитива ИЧ (двухэтажный, трехдверный)» [11, с. 49]. Такое «влияние предшествующей конструкции на последующую (прайминг-эффект) часто проявляется при линейном развертывании конкретного высказывания: И в двухтысячном году, и в двухтыщи первом был дефицит в Пенсионном фонде (Времена. Первый т/к. 18.02.07)» [11, с. 49] (см. подробнее [5]).

Причем, важно, что генитивное оформление характерно только для порядковых с «малым» числительным, т.е. с компонентом двух-, трех-, четырех-. Порядковые с «большим» числительным, т.е. с компонентом пять-, шесть- и под., такому изменению подвергаются, что убедительно показано в работах С.В. Рябушкиной (см. [7, с. 286-292] и [10]). Анализируя результаты анкетирования, она, в частности, отмечает частотность варианта двухсот двадцать четвертую и четырехсот тридцать девятый по сравнению с нормативным двести и четыреста в контексте Флот России отмечает 224-ю годовщину и Парашютист совершил 439-й прыжок. Но в контексте с порядковым числительным Такие детали идут на 536-юмодель практически все испытуемые выбрали вариант пятьсот. Такой выбор автор объясняет тем, что «из каждой частной парадигмы имен сотен в составе порядковых используется словоформа с ударным компонентом -сот, что делает название разряда перцептивно более выпуклым» [10, с. 832].

В языкознании принято слова и формы, нарушающие нормы литературного языка, разделять на окказиональные (случайные, авторские) и узуальные (типичные для речи многих носителей языка). Повторяющиеся ошибки очень важны для изучения, потому что, «отмечая зону грамматической нестабильности, узуальные формы оказываются ошибками диагностическими и демонстрируют тенденции развития языка» [9, с. 1066]. Такова и рассмотренная выше типичная ошибка «двухтысячных». Список использованной литературы:

1. Гловинская М.Я. Изменения в склонении числительных в русском языке на рубеже XX-XXI веков // Язык в движении: К 70-летию Л. П. Крысина. М.: Языки славянской культуры, 2007. С. 106-116.

2. Гусейнов Г.Ч. Нулевые на кончике языка: Краткий путеводитель по русскому дискурсу. М.: Издательский дом «Дело», РАНХиГС, 2012. 240 с.

3. Маринова Е.В. Больные вопросы родной грамматики. М.: Флинта: Наука, 2012. 152 с.

4. Новиков В. Словарь модных слов. М.: Зебра, 2005. 156 с.

5. Рябушкина С.В. «Какое, милые, у нас тысячелетье на дворе?» (Заметки о склонении числительных) // Русский язык в школе. 2008. № 3. С. 70-73.

6. Рябушкина С.В. Актуальные тенденции в склонении русских числительных // Филологические науки. 2009. № 6. С. 76-85.

7. Рябушкина С.В. Заметки об узуальном формообразовании русских числительных // Acta Lingüistica Petropolitana. Труды Института лингвистических исследований РАН. Т. 11. Ч. 1. 2015. С. 273-295.

8. Рябушкина С.В. Морфология современного русского языка: практикум. М.: Флинта; Наука, 2009. 256 с.

9. Рябушкина С.В. О конкуренции номинативной и генитивной стратегии оформления внутренних компонентов русских составных числительных // Фундаментальные исследования. 2013. № 11-5. С. 10661070.

10. Рябушкина С.В. Узуальное формообразование русских порядковых числительных в свете экспериментальных данных // Фундаментальные исследования. 2013. № 11-4. С. 828-832.

11. Рябушкина С.В. «Наследие Миллениума» в русской нумеративной системе // Вестник Новосибирского государственного университета. Серия: История, филология. 2014. Т. 13. № 9. С. 47-51.

© Дупленко М.В., 2017

УДК 811.161.1'366

Дупленко М.В.

учитель русского языка и литературы, МБОУ «Лицей физики, математики и информатики № 40» при Ульяновском государственном университете, г. Ульяновск, Российская Федерация

СОБИРАТЕЛЬНЫЕ ЧИСЛИТЕЛЬНЫЕ В ХУДОЖЕСТВЕННОМ ТЕКСТЕ

Аннотация

Собирательные числительные отличаются избирательной сочетаемостью с существительными. Расширение их сочетаемости и продолжение их ряда создает тот или иной стилистический эффект и используется при создании художественного образа.

Ключевые слова Собирательные числительные, стилистика, одушевленность.

Собирательные числительные (СЧ) в современном литературном языке представляют собой малочисленную группу из девяти слов, от двое до десятеро. Ряд СЧ продолжается до второго десятка и далее крайне редко, хотя образование «больших» СЧ «возможно как реализация словообразовательного потенциала нумеральной системы» [5, с. 111].

СЧ обозначают определенное количество предметов как совокупность, «как цельно-раздельное множество» [1, 156] и выделяются избирательной сочетаемостью преимущественно с лично-мужскими существительными разговорного характера, о чем писал уже в середине XVIII века М.В. Ломоносов: «сие употребляется только о людях, и то по большой части низких, ибо неприлично сказать: трое бояр, двое архиереев, но: три боярина, два архиерея» (цит. по [4]). Следует отметить, что избирательность характерна для восточнославянских и особенно русского языка, поскольку славянские языки «больше всего отличаются... в отношении собирательно-разделительных числительных» [6, с. 39] по их лексико-грамматическим свойствам и особенностям употребления.

В узусе регулярно употребляются «неправильные» сочетания типа двое женщин, трое сестер, причем «появляются иногда как бы вопреки воле говорящего» [5, с. 112]. Распространенность контекстов СЧ с существительными женского рода позволила исследователям сделать вывод о том, что «сочетания собирательных числительных с существительными женского рода употребляются как в именительном, так и в косвенных падежах, лексическое значение и стилевая отнесенность существительных на такую сочетаемость влияния не оказывают, а сочетания типа "трое женщин" в современном русском языке стали литературной нормой» [7, с. 15-16].

Сочетания СЧ с названиями животных также считаются нарушением литературной нормы, но «реальное употребление, узус всегда разнообразней, богаче наших представлений о нем и часто предлагает нам подобные "неправильности": Он не знает страха. Он съедает на завтрак пятерых быков (К/ф «Астерикс и Обеликс на Олимпийских играх», перевод)» [1, с. 159].

Такие контексты обычно стилистически маркированы, в первую очередь как персонификация, «очеловечение» животных, ставших героями художественного произведения. Например, главными героями одной из сказок группы авторов, известных под псевдонимом «Митьки», являются коты, которые названы