Имперский фактор в экономическом развитии России XVIII века

И. ЛУНДЕН, кандидат экономических наук, старший научный сотрудник Института экономики РАН

ИМПЕРСКИЙ ФАКТОР В ЭКОНОМИЧЕСКОМ РАЗВИТИИ РОССИИ

XVIII ВЕКА

Рассматривая эволюцию любого народного хозяйства, можно выделить ряд основных факторов, влияющих на социально-экономическое развитие и определяющих его особенности. Имеются в виду естественно-географические условия, плотность населения, хозяйственное прошлое, воздействие государства и правового порядка, социальных образований, культура, влияние других народов и их культур, менталитет населения и так далее. Подобный подход использовался в свое время исторической школой для выявления специфики национальных экономик. "Только эти факторы, - писал А. Ляхов, - могут считаться главенствующими факторами развития всякого народного хозяйства всякого народа во всякое время". Все же прочие факторы (разделение, специализация и организация труда, технический прогресс, наличие и движение денежных капиталов и т.п.) вторичны, являются следствием первых и "существенно необходимы лишь для эволюции капиталистического хозяйства".1

Среди совокупности такого рода факторов важнейшее значение имеет роль государства и правового порядка. В России формирование централизованного государства произошло раньше зарождения буржуазных отношений, что дополнялось незавершенностью процесса отделения города от деревни, и изначально русское самодержавие оказалось сильнее европейского абсолютизма, что обусловлено особенностями формирования русского государства, монгольскими и византийскими традициями. Власть русского самодержца не только не ограничена, как у хана Орды - хозяина имущества и жизни подданных, но и сакральна, как у василевса. Формируясь как национальное государство, Московская Русь с Ивана Грозного развивается как империя с характерными для империй жесткими технологиями удержания и консолидирования неоднородных конфликтных частей. Начался "ненормальный... не соответствующий внутреннему строю страны рост государственности", - писал П.И.Лященко2. Хотя с конца XVI в. и особенно в

XVII в. идет процесс расширения денежного и товарного хозяйства, по-

1 Ляхов А. Основные черты социальных и экономических отношений в России в эпоху императора Александра 1-го. - М., 1912. С.21.

2 Лященко П.И. Очерки аграрной эволюции России. - СПб., 1908. Т.1. С. 101-102.

степенного складывания национального рынка, всё же общий рост производительных сил был низким, особенно по сравнению с военногосударственными потребностями. Несомненная отсталость страны в военном, экономическом и культурно-бытовом отношении являлась препятствием для усиления государства, вызывала стремление у власти преодолеть эту отсталость. При Петре I появляются условия для реформаторской деятельности государства.

Воздействие государственного строительства и правового порядка становится особенно значимым для экономического развития России в

XVIII в. Активная внешняя политика и интенсивное государственное строительство неимоверно увеличивали потребность государства в деньгах и людях, требовали мобилизации всех ресурсов страны, отвлекая их от производительного использования. Государство берет там, где может и что может, то есть фактически все, до чего может дотянуться. Монополизация внешней и внутренней торговли, ограничения и регламентация частной торгово-промышленной деятельности, прямые экспроприации имеющихся в стране капиталов, налоги и повинности военного времени тяжелым бременем ложились на население.

Платой за войны и реформы петровской эпохи стало уменьшение населения страны с 16 млн. в 1678 г. до 13 млн. в 1724 г. Плотность населения упала во всей заселенной части петровской России: с 39,1 до 29,4 чел. на кв.км. в Московской губ., с 11,4 до 11,2 - в Киевской губ., с 9,6 до 7,6 - в Смоленской губ., с 8,7 до 5,2 - в Ингерманландской губ., с 4,5 до 3,9 - в Азовской губ. и с 1,1 до 0,7 - в Архангельской губ. В среднем же по Европейской России приходилось 3,7 человека на кв. км, в то время как в Англии в середине XI в. плотность населения составляла уже 21 человек на кв. км, во Франции в начале XIV в. - 40 человек, в Пруссии в 1688 г. - 15,8 человек*.

Отвлекая от производительного труда и непомерно напрягая платежные силы населения, подавляя частную хозяйственную инициативу, государство тормозило естественное экономическое развитие страны. В то же время оно обеспечивало внешнюю безопасность, являющуюся необходимым условием для нормального экономического развития. С политическим расширением государство формировало экономическое пространство, благоприятное в смысле доступа к мировым торговым путям и богатое ресурсами.

1 Милюков П. Очерки по истории русской культуры. - СПб., 1900. Ч.1. С. 26, 28.

С ростом политически объединенной территории стало быстро расти и население (с 19 млн. в 1762 г. до 36 млн. человек в 1796 г.), составив к 1801г. 1/5 - 1/4 населения Европы. При этом, если население северной и центральной России росло медленно, то рост южного населения шел ускоренным темпом. Правительственная и помещичья колонизация дополнялась вольной народной колонизацией. Начинается процесс перемещения центра русской населенности с севера на юг. К концу века охраняемая граница государства проходит уже на Кубани и Тереке. К середине XVIII в. русское население достигает крайних восточных пределов европейской России. Начинается усиленная колонизация Сибири, где к 1796 г. проживает уже 6% населения страны*.

Не имея возможности в своих политических задачах опереться на народное хозяйство, государство, основой которого являлось слияние власти и собственности, как вотчинный хозяин, само "строит" народное хозяйство, ориентируясь на достижения развитых европейских стран. Оно является не только "первым купцом", но и становится "первым предпринимателем". Привлекая и используя людей, идеи, технологии и капиталы предпринимателей с Запада, усиленно эксплуатируя отечественный торговый капитал и превращая промышленную деятельность в государственную службу со своими льготами и привилегиями, оно создает и охраняет крупную промышленность, обеспечивающую военные потребности.

Рост государственного рынка, обусловленный потребностями растущих армии и государственного аппарата, "великими стройками" и пр., активно развиваемая государством внешняя торговля и привлечение валюты в страну, включение в состав империи более развитых густонаселенных регионов стимулируют экономику. Создаются условия для дворянского предпринимательства.

"Оседание" на земле служилого сословия вызывало его интерес к хозяйству. Пышность двора, роскошь знати, условия государственной карьеры порождали стремление не отстать от "своих равных", увеличивая потребность в деньгах и настойчиво толкая к предпринимательству. Политические и хозяйственные привилегии, изменения в хозяйственной политике государства, особенно во второй половине XVIII в., а также общий рост цен и в первую очередь на сельскохозяйственную продукцию, стимулировали его хозяйственную активность. При отсутствии денежного капитала источником предпринимательского дохода мог быть лишь "капитал орудий", эксплуатация которого резко

1 Там же. С.24-26, 31, 34.

усиливается. Возрастает цена населенных имений; если в 60-е гг. давали 30 руб. за душу, то в 80-е гг. - уже 70-100 руб. и более. По ревизии 1796г. в руках дворянства было около 19 млн. крепостных, из них около 80% у крупных помещиков, 15% - у среднепоместных (10-100 душ) и около 5% - у мелких (менее 10 душ). Как подражание государственной фабрике развивается вотчинная фабрика. Привлекая небольшую часть специалистов, обычно иностранцев, по найму, последняя силами "перерабатывающей дворни", с одной стороны, производит все необходимое для домашнего обихода, с другой - работает на государственный рынок, вытесняя купеческую в наиболее выгодных для производителя отраслях, а также на рынок независимых потребителей. Согласно исследованию М.И.Туган-Барановского, дворянская фабрика становится "технической школой" для кустаря. Возникает новое явление - крестьянская мануфактура, работающая на массовый спрос.

Характерно, что рост налогов, все более принимающих денежную форму, разлагающим образом влияет на крестьянское натуральное хозяйство, стимулируя развитие отхожих промыслов, кустарной промышленности и крестьянской торговли. Увеличение интенсивности труда в земледелии, неземледельческие занятия, более высокие темпы роста сельскохозяйственных цен не только по сравнению с промышленными ценами, но и с темпами роста налогов и повинностей вели к формированию платежеспособного спроса основной массы населения - крестьянства. Так, повинности государственных, дворцовых и экономических крестьян, составлявших около 40% всего крестьянства, за 1724-1797 гг. номинально выросли примерно в 3,6 раза, а сельскохозяйственные цены в 5 раз. Однако рост повинностей помещичьих крестьян отставал от роста цен, в том числе рост государственных повинностей - от роста ренты и цен, то есть часть прибавочного продукта перераспределялась в пользу помещика за счет государства.

Рост производства и товарности становится характерной чертой для всех отраслей российской экономики. Площадь пашни в Европейской России увеличивается за 1780-1804 гг. примерно на 60%. В центре и на севере преобладает трехполье, в местах колонизации господствует переложная система. Крепостное хозяйство земледельческих губерний эволюционирует от оброка к барщине или даже "месячине", т.е. круглогодичной работе на помещика с месячным содержанием. Труд барщинного крестьянина в отличие от оброчного был для помещика примерно вдвое доходнее. В 90-е гг. с каждого барщинного крестьянина получали почти в 30 раз больше дохода, чем в начале XVIII в., при этом около 2/3

прироста обеспечивал рост цен. Однако в очень крупных хозяйствах, где надзор за барщиной был затруднен, встречался и денежный оброк.

Таким образом, натуральное хозяйство сменяется хозяйством для сбыта и постепенно переходит в хозяйство, организуемое как земледельческое предприятие со своей конторой во главе, вотчинной бюрократией, бухгалтерией и статистикой (особенно в начале XIX в.). Монополия на винокурение, дававшее на единицу площади вдвое больший доход по сравнению с продажей зерна, дает возможность помещику прибыльно использовать избытки хлеба. На черноземном юге, наряду с мелкими натуральными хозяйствами, возникают крупные зерновые хозяйства плантаторского типа, работающие на рынок. Хотя в целом товарность сельского хозяйства была еще относительно невелика и достигала 9-12% валового сбора зерна.

В центральных нечерноземных губерниях, где преобладали мелкие и перенаселенные имения, доминировал денежный оброк, промышленный или сельскохозяйственный в своей основе; использовалась и смешанная барщинно-оброчная система. Натуральный оброк имел, как правило, вспомогательный характер. К концу века здесь уже крепло промышленное население, росло число фабрик и рабочих, несмотря на сдерживающее влияние крепостного права намечались естественно выраставшие города западноевропейского типа. Но и к концу века городское население, несмотря на существенное увеличение, составляло лишь около 4% населения страны.

В середине XVIII столетия происходит качественный скачок в территориальном разделении труда, достаточно определенно выделяются экономические районы. В 60-80-е гг. уже существует общероссийский хлебный рынок. По мнению Б.Н. Миронова, к концу века обозначаются контуры единого, охватывающего все основные районы, товарного рынка1. Экономическая дифференциация районов, увеличивая дистанцию между производителем и потребителем и усиливая нагрузку на транспортную сеть (речные пути в летнее время и сухопутные дороги, активно эксплуатировавшиеся зимой), обостряла проблему сбыта и способствовала росту цен. Оптовая торговля велась в основном через ярмарки, розничная - через ярмарки, базар и развозной торг. С 1782 г. растут лавки при домах, указом 1797 г. в пользу лавок отменено строительство гостиных дворов. Товары с ярмарок, из портов и таможен шли в немногие крупные города, где была постоянная торговля (торговые ряды, гостиные дворы, магазины).

1 Миронов Б.Н. Внутренний рынок России во второй половине XVIII - первой половине XIX в. - Л., 1981. С.238. По мнению И.Д. Ковальченко и Л.В. Милова, единый всероссийский рынок сложился лишь в 80-х гг. XIX в.

Центром торговли иностранными товарами на внутреннем рынке была Москва, здесь же формировались транспорты экспортных товаров. Система ярмарок функционировала по принципу цепи, разные формы торговли взаимно дополняли друг друга. Около 50% всех ярмарок, в том числе 36% сельских, приходилось на государственный сектор (1800). Купечество крупных городов держало в своих руках оптовую торговлю на внутреннем рынке. В целом, организация внутренней торговли - с учетом аграрного типа хозяйства с периодической потребностью в рынке, обширности территории с низкой плотностью населения и особенностей путей сообщения - была достаточно оптимальной. Более чем в 17 раз за 1726-1796 гг. возрастает объем внешней торговли, характерной чертой которой являлся активный торговый баланс. С точки зрения спроса на европейских рынках особенно благоприятная ситуация складывается для торгового земледелия и русского хлебного экспорта.

Резкое увеличение товарной массы на рынке, циркуляция товаров поддерживается быстро растущей денежной массой в каналах обращения. Постоянно нуждающееся в деньгах государство, восполняя хронический дефицит государственного бюджета займами и работой «печатного станка», усиленно форсировало денежный оборот, совершенствовало денежную систему и способствовало установлению единства денежного обращения на всей территории России, создавало финансовую инфраструктуру, развивало транспортную и торговую сеть.

Принудительный внутренний кредит в форме порчи монеты для Северной войны имел следствием новую, более современную монетную систему, поиск денег для Семилетней войны привёл к созданию первых банков, для турецкой войны выпускаются первые бумажные ассигнации. При этом оборотной стороной финансовой политики становится также раскручивание инфляции и появление государственных долгов.

Необходимо отметить, что впервые "повернувшись лицом" к европейской цивилизации, Россия в результате осуществляемой государством форсированной модернизации переходит на траекторию догоняющего развития. "Смыслом европейских ориентиров"1 стало усвоение тех достижений, которые были "полезны" и "пригодны" для России. Заботой власти становится перестройка психологических стереотипов, препятствующих быстрым изменениям, что находит отражение в новых требованиях к внешности людей, ритму жизни и пр. Рывок вперед по пути преодоления исторической отсталости, отличавшийся резкостью и

1 Российская государственность: история и современность. Сб. научных трудов. - СПб., 1992. С.28.

колоссальными жертвами, ознаменовался в XVIII в. окончательным переходом к так называемому "старому порядку", что совпало с разложением его в передовых странах. Основой последнего были самодержавие и бюрократия, действующие через "правильно и стройно организованные" учреждения с целью общего блага, постоянная армия, закрепленная законом сословность общества и крепостничество. Попытки совместить новые идеи и формы с традициями, приспособить их к русским условиям, приводят к упрочению и уже сложившихся форм, и, в первую очередь, к усилению государства и расширению его функций. В итоге, совершенствуя технику управления и обновляя идеологию, русское самодержавие получает дополнительную устойчивость.

Форсирование экономического роста, главным движителем которого становится государство как активный хозяйствующий субъект и катализатор хозяйственных процессов, имело итогом резкий скачок в преодолении экономической отсталости. В результате первой попытки индустриализации Россия в промышленном развитии превзошла многие европейские страны и "великолепно приспособилась к промышленной предрево-люции"1. По выплавке чугуна она занимала 1-е место в мире, а качество продукции уральской металлургии превосходило европейские образцы. Появилось новое для России хлопчатобумажное производство, получившее впоследствии особо широкое развитие. Более чем вдвое с 1767 по 1799 гг. увеличивается объём производства обрабатывающей промышленности. Однако, замечает П.И.Лященко, уже к концу века, когда Англия переходит от мануфактур к фабричному машинному производству во всех отраслях промышленности, к паровым механическим двигателям, к использованию каменного угля и новым технологиям в железоделательном производстве, крепостное хозяйство России в области промышленности обнаруживает свое отрицательное влияние2.

Занимая ведущее место среди факторов хозяйственной эволюции, само становясь мощным экономическим фактором, государство в то же время создает новые факторы хозяйственного развития страны или способствует усилению значения уже действующих, которые, в свою очередь, оказывают влияние и на социально-политическое развитие.

Так территориальная экспансия закрепляет и все более усиливает значение естественно-географического фактора (фактора пространства, богатых природных ресурсов, широкого спектра природноклиматических условий), что, в свою очередь, предопределяет многоук-ладность экономики, специфику формирующегося национального рынка и ряд других особенностей, влияет на хозяйственную психологию и созда-

1 Бродель Ф. Время мира. Т.3. - М. 1992. С.455, 477.

2 Лященко П.И. История народного хозяйства СССР. - М., 1956. Т.1. С. 444-446.

ет предпосылки для закрепления экстенсивного типа экономического развития. Разреженность населения и безбрежные, непрерывно раздвигаемые просторы не поощряли "внедрение интенсивных, политически и индустриально оптимальных принципов жизнеустройства"1. "Полукочевой"

образ жизни населения способствует формированию такого стереотипа, как "нетехнологичность поведения", связанная с экстенсивным использованием ресурсов (И. Кузнецов, А. Аузан)2.

С нетронутыми природными богатствами закрепляется специфика экономического развития России, заключающаяся в постепенном "расхищении" природных ресурсов. Экспансия государства на черноземный юг, куда начинает смещаться центр сельскохозяйственного производства, впервые дает земледелию прочное основание в русском хозяйстве. Если в XVII в. 2/3 населения приходились на северную и лесную зону, то к концу XVIII в. уже большая его часть проживает в зонах, благоприятных для земледелия. Однако охрана и освоение новых территорий, особенно малонаселенных регионов "низшей" культуры, требовали огромных затрат. Необходимо было организовать заселение новых земель и одновременно сохранить плотность населения в центре, предотвратить его растекание по просторам империи. Возможное решение этих проблем виделось на пути укрепления самого государства и его крепостнической основы.

Расширение национальной территории, пространства, которое, по словам Ф.Ратцеля, само по себе является политической силой, усиливает позиции государства, влияет на его геополитические интересы. Но приращение пространства было и вызовом центральной власти, которая должна была его удерживать, осваивать, стягивать воедино, контролировать, а значит быть сильной, способной решать эти задачи. Жесткие властные технологии, локализация населения и возможность его перемещать в силу той или иной государственной необходимости являлись способом приспособления к новой ситуации, условием самосохранения и самоутверждения самой власти.

Организованные формы колонизации становятся одним из факторов, способствующих формированию предельно централизованного "властного пространства". Центробежной колонизации соответствует централизованная, центростремительная структура власти. Российское пространство с точки зрения его технологической (властной) организации, - пишет С.А.Королев, - становится пространством, организо-

1 Ильин В.В., Ахиезер А.С. Российская государственность: истоки, традиции, перспективы /Под ред. В.В.Ильина. - М., 1997. С.166.

2 Новая газета. - № 04(1322). - 21.01-23.01.2008. С. 12-13.

ванным через центр, то есть в виде звезды. "Все ... значимые точки в этом пространстве организуют окружающее их локальное пространство тоже в виде звезды, становясь таким образом второстепенными центрами в стянутом центростремительными силами пространстве власти". "Вертикальное", "звездное" пространство последовательно связывает локальные пространства и микрокосмы, цементируемые авторитарной дисциплиной"1. На превалирование центростремительных сил над центробежными в развитии региональных рынков обращают внимание В.В.Ильин и А.С.Ахиезер.

Таким образом, территориальная экспансия становится фактором, влияющим и на эволюцию самого государства. В то же время возможность оттока политически активных элементов на окраины государства, наряду с войнами, отрицательно влияло на качество общества в целом, ослабляло его потенции перед лицом самодержавия, снижало уровень пассионарности в социуме.

Все большее значение для экономического развития России приобретает влияние внешних факторов. Развиваемая государством внешняя торговля, будучи элементом модернизации и экономического роста, постепенно превращала страну в поставщика сырья и продовольствия на европейский рынок. Экспорт России все более определяется потребностями экономического развития мирового экономического лидера - Англии. В то время, как ведущие европейские страны встают на путь ускоренного промышленного развития, в российской экономике закрепляется сельскохозяйственная специализация. Однако нельзя утверждать, что произошел переход в режим зависимого развития, превращение России в периферийную зону западноевропейского капитализма. Страна не только уже находилась на пути формирования "самостоятельного мира - экономики со своей собственной системой связей", но и за счет модернизации и резкого ускорения экономического развития получала возможность повышать сопротивляемость иноземному влиянию. "Новым, чуждым старой Руси явлением", стало старообрядчество, переносившее, как и западный протестантизм, христианскую аскезу в мирскую жизнь. Уже при Екатерине II, используя конфессиональную солидарность и занимаясь миссионерской деятельностью, оно становится "своеобразным классом купцов", из которого формируются будущие капиталистические династии2.

1 Королев С.А. Технология власти в истории России. Автореферат докт. дисс. - М., 1998. С. 19-20, 36.

2 Гловели Г. Цивилизационный опыт России: необходимость уточнения. // Вопросы экономики. - № 8. -1993. С. 118-119, 122.

Если западноевропейское общество строилось изнутри, органически, от низших "этажей" к высшим, то в России оно создается усилиями государственной власти. Формируется сословный строй, внешне сходный с сословным строем западноевропейских стран XVIII в. "Политический рост государства опередил его экономическое развитие"1. Взаимодействие экономики и политических институтов определяется через примат политической системы в обеспечении эволюции экономического строя. Государство не только "растет рядом с обществом и заглатывает его по кусочкам"2, формирует его, но и в соответствии со своими интересами трансформирует и переподчиняет себе экономический строй, определяет направления экономического развития. Россия становится заложником военно-имперской системы, выступающей как "вечный благодетель и спаситель от внешней угрозы, гарант существования нации"3. Связанный преимущественно с военнофинансовыми потребностями дефицит государственного бюджета превращается в фактор эволюции российской государственности в течение всего века. Оказывая влияние на административное строительство и социальную эволюцию общества в направлении усиления крепостничества, он существенным образом определяет и экономическую политику государства. Для установления организационного единства общества государство в ходе внутренней экспансии закрепляет нерасчлененность государства и общества, подавляет творческий потенциал последнего.

Противостояние государства, обслуживающего собственные, наднациональные интересы, и народа составляет "стержень" и "трагедию национальной жизни"4. Обратной стороной державного строительства становится периодическое вымирание, деградация и массовое бегство населения. По некоторым оценкам, за XVIII в. было набрано 2 млн. 331 тыс. рекрутов, из которых 1 млн. 67 тыс. приходится на 1767-1796 гг.; финансовые потери от екатерининских войн составили около 500 млн. руб.

Будучи вызвано и поддержано государственными интересами, территориальным расширением, хозяйственной необходимостью, ускоренным экономическим ростом, крайнего развития достигает крепостное право. Если в Западной Европе переход к товарному хозяйству с обширным рынком осуществлялся от хозяйства, рассчитанного на узкий местный

1 Милюков П. Государственное хозяйство в России в первой четверти XVШ столетия и реформа Петра Великого. - СПб., 1905. С. 546.

2 Пайпс Р. Россия при старом режиме. - М., 1993. С. 11.

3 Мартынов С. Д. Государство и экономика: система Витте. - СПб., 2002. С. 261.

4 Ильин В.В., Ахиезер А.С. Указ. соч. С. 178, 341.

рынок, то в России была иная ситуация. Как замечал Н.А.Рожков!, перейти от натурального отсталого хозяйства к условиям обширного национального и международного рынка при колоссальных земельных просторах, дающих возможность оттока населения, было невозможно без сильного и крайнего развития личного крепостничества.

Однако крепостная экономика имела сравнительно ограниченный потенциал дальнейшего роста, становилась препятствием в смысле возможных темпов будущего развития страны. Крепостничество, проникая во все поры народнохозяйственного организма, определяло и специфику социальных отношений в обществе и особенности формирующейся светской культуры. Ускоренный экономический рост и "втискивание" в чуждые народному идеалу формы экономической жизни обостряли социальную напряженность. Оппозиция режиму снизу выражалась в непрерывных со 2-ой четверти XVIII в. крестьянских волнениях, держа страну в положении "хронической революции", в расколе, бунтах на окраинах государства и вылилась в конечном счете в пугачевщину.

Платой за "обращение к Просвещению" становится раскол нации: культурный раскол верхов и незатронутых "цивилизацией", неграмотных низов общества. Таким образом, характерный для любого государства антагонизм между властью и народом отягощается в России культурным расколом. Возникают два враждебных "склада" жизни (В.О. Ключевский, А.И. Герцен, И.В. Кириевский), два "типа цивилизации" (Ю.С. Пивоваров). "Иноземная образованность не может принести плодов, которые приносит в других странах, так как не имеет корня, но и коренная образованность не может сохранять значения, так как вся внешняя жизнь проникнута другим смыслом"2, - писал И.В. Кириевский. Если для народного мироощущения являлась действенной идея повторения (круга), а идеалом были покой, тишина, постоянство, то в европеизированной субкультуре верхов - "линеарное понимание времени, волевой, прогрессистский подход к истории"3. Наличие в социуме принципиально различных субкультур верхов и низов общества означало наличие различных "программ типов воспроизводства культуры и отношений людей, включая хозяйственное воспроизводство"4. В основе формирования менталитета населения Центральной России -ядра Московского княжества, а затем Российской империи - лежали, считает Л.В. Милов, особенности природно-климатического фактора и

1 Рожков Н. Происхождение самодержавия в России. - М., 1906. С. 64, 208-209.

2 Кириевский И.В. Избранные статьи. - М., 1984. С. 278.

3 Пивоваров Ю.С. Русская политико-правовая культура и русская революция // Право и культура: проблемы исторического взаимодействия. Сб. науч. трудов. - М., 1990. С. 83-84.

4 Ильин В.В., Ахиезер А.С. Указ. соч. С.254.

обусловленные ими катастрофические условия хозяйствования. Под влиянием природных условий, православия, социально-политических и иных причин сформировались такие черты массового сознания, как несклонность к интенсификации труда и опора на сверхъестественные силы и обстоятельства, бескомпромиссность и склонность к крайностям, риску, способность к мобилизации, долготерпимость, переходящая в бунт, коллективизм и негативное отношение к "выскочкам", зависть, отсутствие чувства законности и уважения к собственности и др. Правда, как полагает А. Аузан, коллективизм как принцип этнического поведения в России - это миф. Напротив, имеет место высокая степень взаимной несогласованности и недоверия, которую в разные исторические эпохи приходилось компенсировать выработкой таких национальных ценностей, как общинность, соборность, советский коллективизм. Сосуществование двух враждебных друг другу субкультур со своими смыслами, языком, идеалами находило отражение как в характере народных выступлений с попытками восстановления догосударственного порядка, так и в государственном насилии, и во многом предопределило будущие катаклизмы в стране. И если власть была готова в соответствии с вызовами времени в определенных пределах модернизировать государство и общество, то основное население, "законсервированное" в рамках общинной, традиционной культуры, статичной и отчасти догосударственной, не принимало перемен, развития как ценности, создавая основу для застойности.

* * *

Таким образом, XVIII в. можно считать историческим отрезком времени, имевшим особое значение для России. Формируется "современное более или менее законченное государство", европейское в юридическом отношении. Создается "светская религия государства". Страна превращается в многонациональную империю с православием как государственной религией и ведущей ролью русского населения, на которое ложатся основные тяготы по поддержанию жизнеспособности государства, что определяет в свою очередь особенности формирования национального самосознания и дает начало будущих межнациональных противоречий. Закрепляется значение естественногеографического фактора, фактора пространства. Крайнего развития достигает крепостное право. Происходит культурный раскол общества. Прочное основание в русском хозяйстве получает земледелие, закрепляется сельскохозяйственная специализация России на европейском рынке. Основные оригинальные черты государственного, социально-экономического и культурного развития страны в XVIII в., во

многом определившие ее последующую историческую эволюцию, сказываются и в начале XXI столетия. Цивилизационной спецификой России, замечают В.В. Ильин и А.С. Ахиезер, стал социокультурный раскол; наличие в обществе взаимоотталкивающих, взаиморазрушающих элементов двух суперцивилизаций (традиционной и либеральной) проявляется в периодической смене реформ на контрреформы. Закрепившаяся в XVIII в. ведущая роль государства в экономическом развитии стала характерной чертой хозяйственной эволюции России.