К вопросу о лингвопоэтической эквивалентности перевода оригиналу (на материале произведений У. Шекспира и их переводов на русский язык)

Вестник Московского университета. Сер. 22. Теория перевода. 2013. № 3

Е.М. Мешкова,

кандидат филологических наук, доцент кафедры теории и практики английского языка Высшей школы перевода (факультета) МГУ имени М.В. Ломоносова; e-mail: yemeshkova@mail.ru

К ВОПРОСУ О ЛИНГВОПОЭТИЧЕСКОЙ ЭКВИВАЛЕНТНОСТИ ПЕРЕВОДА ОРИГИНАЛУ

В статье рассматривается понятие лингвопоэтической эквивалентности перевода художественного текста оригиналу. Лингвопоэтическая эквивалентность наблюдается в том случае, если перевод отражает не только содержательные особенности оригинала, но и соответствует ему по способу передачи идейно-художественного содержания и характеру употребления стилистически маркированных языковых единиц. В лингвопоэтически эквивалентном переводе сохраняется повествовательный тип или лингвопоэтическая разновидность того или иного повествовательного типа, характерные для подлинника. Лингвопоэтическая эквивалентность соотносима с коммуникативной эквивалентностью в понимании В.Н. Комиссарова и не тождественна стилистической эквивалентности, хотя в некоторых случаях изменение стилистической окрашенности перевода по сравнению с оригиналом может быть эстетически и лингвопоэтически значимо. Эквивалентность перевода подлиннику может достигаться за счёт воспроизведения лингвопоэтической неоднородности оригинального текста. Лингвопоэтически эквивалентными будут переводы, которые соответствуют оригиналу в плане членения текста (или единого цикла небольших текстов) на тематико-стилистические стратумы или повествовательные типы и их лингвопоэтические разновидности. В статье приводятся примеры как лингвопоэтически эквивалентных, так и лингвопоэтически неэквивалентных (хотя и обладающих художественными достоинствами) переводов отдельных произведений У. Шекспира на русский язык.

Ключевые слова: лингвопоэтическая эквивалентность, лингвопоэтическая неоднородность текста, лингвопоэтическая значимость, лингвопоэтическая функция, повествовательный тип, лингвопоэтическая разновидность повествовательного типа, тематико-стилистическая неоднородность текста.

Yelena М. Meshkova,

Cand. Sc. (Philology), Associate Professor at the Department of Theory and Practice of English, Higher School of Translation and Interpretation, Lomonosov Moscow State University, Russia; e-mail: yemeshkova@mail.ru

Linguopoetic Equivalence: a Case Study of William Shakespeare's Works and their Translations into Russian)

The article discusses the linguopoetic equivalence of the translation to the original. Linguopoetic equivalence presupposes that the translation renders not only the content but also the linguopoetic properties of the original text. In particular, the translation reproduces the way of rendering the artistic content and the use of stylistically marked linguistic units. Any linguopoetically equivalent translation belongs to the narrative type and the linguopoetic variant characteristic of the original text. Linguopoetic equivalence

can be associated with the communicative equivalence in V.N. Komissarov's terms, and is not equal to stylistic equivalence, though in some cases the change in the stylistic coloring of the translation (compared to the original) can be aesthetically and linguopoetically relevant. Linguopoetic equivalence can be achieved by reproducing the linguopoetic heterogeneity of the original. A linguopoetically equivalent translation of a text (or a group of short texts) has the same thematic-stylistic strata or narrative types and their linguopoetic variants as the original. The article adduces examples of both linguopoetically equivalent and linguopoetically non-equivalent translations of some of Shakespeare's works into the Russian language.

Key words: linguopoetic equivalence, linguopoetic heterogeneity, linguopoetic value, linguopoetic function, narrative type, lingupoetic variant, thematic-stylistic heterogeneity.

Проблема эквивалентности перевода оригиналу является одной из центральных проблем переводоведения. Известно, что В.Н. Комиссаров определял перевод как эквивалентный, если в нем отражена «цель коммуникации» [Комиссаров, 2007, с. 61—62, 67—68]. В произведениях речи различной функционально-стилистической направленности «цель коммуникации» будет различной. В частности, в произведении словесно-художественного творчества «целью коммуникации» будет передача идейно-художественного содержания и создание определённого эстетического эффекта. Идейно-художественное содержание может передаваться как с помощью содержательных (сюжетно-композиционных), так и языковых средств, т.е. стилистически маркированных единиц. И если переводчику удаётся отразить в переводе не только содержательные, но и линг-вопоэтические особенности подлинника, можно говорить об эквивалентности на лингвопоэтическом уровне.

Под лингвопоэтикой следует понимать «раздел филологии, в рамках которого стилистически маркированные языковые единицы, использованные в художественном тексте, рассматриваются в связи с вопросом об их функциях и сравнительной значимости для передачи определённого идейно-художественного содержания и создания эстетического эффекта» [Липгарт, 1996а, с. 23]. Одни и те же или сходные стилистически маркированные языковые единицы могут функционировать по-разному, и их роль в передаче идейно-художественного содержания и создании эстетического эффекта может быть различной в различных случаях их употребления. Роль стилистически маркированных единиц в передаче идейно-художественного содержания и создании эстетического эффекта определяется категориями лингвопоэтической значимости и лингво-поэтической функции. Лингвопоэтическая значимость — это тот объём содержательных свойств, который та или иная стилистически маркированная языковая единица реализует в данном конкретном случае её речеупотребления. При автоматизированном речеупотреблении стилистически маркированная языковая едини-

ца слабо мотивирована содержанием высказывания или вовсе не мотивирована и может быть опущена без утраты смысла высказывания. В случае лингвопоэтически полноценного речеупотребле-ния стилистически маркированная единица обусловлена содержанием высказывания и не может быть опущена без утраты смысла высказывания, а в случае актуализированного речеупотребления стилистически маркированная единица, помимо обусловленности общим содержанием высказывания, развивает смысловые связи с другими элементами высказывания и не может быть опущена без полной утраты смысла высказывания [Липгарт, 1996б, с. 25—31].

Лингвопоэтическая функция — это тот вклад, который данная стилистически маркированная языковая единица вносит в передачу идейно-художественного содержания текста и создание эстетического эффекта. Категорию лингвопоэтической функции А.А. Липгарт определяет на основании признака отвлечённости: отсутствие данного признака у стилистически маркированной языковой единицы позволяет говорить о реализации данной единицей экспрессивной лингвопоэтической функции, которая заключается в усилении коннотативности высказывания. Гномическая и ассоциативная лингвопоэтические функции предполагают, помимо усиления коннотативности высказывания, создание некоего отвлечённого плана: с развитием дополнительных ассоциативных рядов в случае реализации ассоциативной лингвопоэтической функции и без развития дополнительных ассоциативных рядов в случае реализации гномической лингвопоэтической функции [Липгарт, 1997, с. 73—74].

Для установления эквивалентности перевода оригиналу требуется вначале определить природу эстетического воздействия, оказываемого текстом оригинала, а затем определить лингвопоэтиче-ские особенности перевода (если таковые имеются) и попытаться осуществить сопоставление. Сопоставление перевода и оригинала на уровне отдельных стилистически маркированных языковых единиц (лингвопоэтическое сопоставление как таковое) может оказаться малопродуктивным в отношении художественного перевода, поскольку конкретные стилистически маркированные единицы перевода и оригинала могут различаться в силу объективных различий между языками. По этой причине лингвопоэтическое сопоставление перевода и оригинала осуществлялось в отношении буквальных переводов, не отличавшихся высокой степенью художественности, с тем, чтобы в итоге прояснить лингвопоэтическое своеобразие оригинального текста [Липгарт, 1996а, с. 378—420]. Мы предлагаем проводить сопоставление на другом уровне — на уровне повествовательных типов и их лингвопоэтических разновидностей.

Повествовательные типы можно определить как различающиеся в логико-понятийном плане способы передачи того или иного

идейно-художественного содержания. Для каждого повествовательного типа характерны определённые лингвопоэтические признаки: набор стилистически маркированных единиц и степень реализации значения данных единиц. Принято выделять три основных повествовательных типа — описание, рассуждение, волеизъявление. Для повествовательного типа «рассуждение» типично развитие какой-либо идеи, и в таком контексте создаются благоприятные условия для реализации метасемиотического потенциала элементов функции воздействия; поэтому для рассуждения характерно лингвопоэтически полноценное и актуализированное речеупотреб-ление стилистически маркированных единиц и реализация ими гномической и ассоциативной лингвопоэтических функций. Для «волеизъявления» характерно не развитие одной идеи, а «иллюстрирование» её и усиление производимого текстом впечатления, поэтому в данном типе повествования стилистически маркированные единицы, как правило, не могут реализовывать свой линг-вопоэтический потенциал, характеризуются автоматизацией ре-чеупотребления и реализуют экспрессивную лингвопоэтическую функцию. Для повествовательного типа «описание» характерно либо перечисление некоторого количества фактов, либо собственно описание какого-либо действия, события, человека и т.п. В данном типе также преобладает автоматизация речеупотребления стилистически маркированных единиц и реализация ими экспрессивной лингвопоэтической функции [Мурашкина, 2004].

Выделение лингвопоэтических разновидностей позволяет разграничивать в тексте разные способы выражения содержания одного повествовательного типа: «В лингвопоэтической разновидности того или иного повествовательного типа реализуется один из способов передачи содержания данного повествовательного типа посредством определённого набора стилистически маркированных языковых единиц, которые в текстах данной лингвопоэтической разновидности проявляют семантические и метасемиотические свойства в одинаковой степени, при этом в текстах, составляющих другую лингвопоэтическую разновидность того же повествовательного типа, те же стилистически маркированные языковые единицы будут реализовывать семантические и метасемиотические свойства в ином объёме» [Карпова, 2009б, с. 12].

В силу функционально-стилистической неоднородности произведений словесно-художественного творчества [Липгарт, 2006, с. 64—74], в одних текстах оказывается возможным выделять повествовательные типы и лингвопоэтические разновидности, а в отношении других — проводить лингвопоэтическую (тематико-сти-листическую) стратификацию (существуют и однородные в линг-

вопоэтическом плане тексты, а также художественные тексты, которые вообще не могут быть исследованы лингвопоэтическими методами). Таким образом, лингвопоэтическая неоднородность может проявляться либо как чередование повествовательных типов и лингвопоэтических разновидностей, либо как наличие в тексте различных тематико-стилистических пластов.

Сопоставление оригинала и перевода в плане тематико-стили-стической неоднородности уже осуществлялось; при этом было установлено, что перевод, отражающий тематико-стилистическую неоднородность подлинника, оказывается высокохудожественным и эквивалентным оригиналу, в то же время «...если переводчик не видит тематико-стилистической неоднородности оригинала или же если ему не удаётся воспроизвести эту неоднородность в переводе, то созданный им текст будет лишь бледным подобием подлинника, воспроизводящим только содержательную канву и отдельные стилистические особенности оригинального текста, но при этом очень далеко отстоящим от него по художественной сложности и по силе оказываемого на читателя воздействия» [Липгарт, 2010].

Лингвопоэтическая неоднородность сонетов Шекспира, проявляющаяся как чередование сонетов, относящихся к разным повествовательным типам и их лингвопоэтическим разновидностям, удачно передана в переводах С. Маршака. Рассмотрим в качестве примера сонет 60 и его перевод, выполненный С. Маршаком:

Like as the waves make towards the pebbled shore,

So do our minutes hasten to their end;

Each changing place with that which goes before,

In sequent toil all forwards do contend.

Nativity, once in the main of light,

Crawls to maturity, wherewith being crown'd,

Crooked eclipses 'gainst his glory fight,

And Time that gave doth now his gift confound.

Time doth transfix the flourish set on youth,

And delves the parallels in beauty's brow;

Feeds on the rarities of nature's truth,

And nothing stands but for his scythe to mow:

And yet, to times in hope my verse shall stand,

Praising thy worth, despite his cruel hand (Sonnet 60). The Complete Works of William Shakespeare.Words-worth Editions Ltd, 1994. P. 1232.

Как движется к земле морской прибой, Так и ряды бессчётные минут, Сменяя предыдущие собой, Поочерёдно к вечности бегут.

Младенчества новорождённый серп Стремится к зрелости и, наконец, Кривых затмений испытав ущерб, Сдаёт в борьбе свой золотой венец.

Резец годов у жизни на челе За полосой проводит полосу. Всё лучшее, что дышит на земле, Ложится под разящую косу.

Но время не сметёт моей строки,

Где ты пребудешь смерти вопреки!

Сонеты Шекспира в переводах С. Маршака. М.: ОЛМА-ПРЕСС, 2000. С. 81.

Оригинальный текст 60-го сонета Шекспира представляет собой лингвопоэтически насыщенную разновидность повествовательного типа «рассуждение» [Карпова, 2009а, с. 172—185]. Основными языковыми средствами, способствующими здесь передаче идейно-художественного содержания, служат сложное сравнение (Like as the waves make towards the pebbled shore, / So do our minutes hasten to their end; / Each changing place with that which goes before, / In sequent toil all forwards do contend), лингвопоэтически полноценное и выполняющее гномическую лингвопоэтическую функцию и способствующее таким образом созданию отвлечённого плана на тему быстротечности человеческой жизни, олицетворения (nativity, maturity, time) и развёрнутая метафора, в которой происходит актуализация стилистически маркированных языковых единиц, реализующих ассоциативную лингвопоэтическую функцию (Nativity, once in the main of light, / Crawls to maturity, wherewith being crown'd, / Crooked eclipses 'gainst his glory fight). Абстрактные существительные (time, gift, youth, nature, truth, worth) лингвопоэтически полноценны и выполняют гномическую лингвопоэтическую функцию, дополняя ассоциативный план, созданный сравнением и развёрнутой метафорой. Ещё одна метафора-олицетворение (Time doth transfix the flourish set on youth, / And delves the parallels in beauty's brow; / Feeds on the rarities of nature's truth, / And nothing stands but for his scythe to mow) менее лингвопоэтически значима (не наблюдается актуализации составляющих её элементов), а метафора "time — scythe" являлась во времена Шекспира одним из общеупотребительных поэтических средств, и здесь она реализует экспрессивную линг-вопоэтическую функцию [Карпова, 2009б, с. 15—16]. Ещё менее значимыми в плане передачи идейно-художественного содержания, но способствующими усилению коннотативности текста являются усилительные формы глаголов (do... hasten; do contend; doth... confound; doth transfix), коннотативные атрибутивные словосочета-

ния (pebbled shore, crooked eclipses, cruel hand), созвучия (beauty's brow; gave /.../ gift; verse /.../ worth) и глагольная инверсия (do our minutes hasten).

В переводе Маршака использованы другие по структуре стилистически маркированные единицы, тем не менее, повествовательный тип и лингвопоэтическая разновидность сохранены, в результате мы получаем высокохудожественный перевод, производящий на читателя почти такое же впечатление, что и оригинал. Лингво-поэтическая разновидность сохраняется за счёт того, что в тексте Маршака основную художественную нагрузку также несёт сравнительный оборот (Как движется к земле морской прибой, / Так и ряды бессчётные минут, / Сменяя предыдущие собой, / Поочерёдно к вечности бегут), реализующий гномическую функцию и сложная метафора (Младенчества новорождённый серп / Стремится к зрелости и наконец, / Кривых затмений испытав ущерб, / Сдаёт в борьбе свой золотой венец), выполняющая ассоциативную функцию. Метафора в следующих двух строках в переводе лингвопоэтически полноценна (Резец годов у жизни на челе / За полосой проводит полосу) и реализует гномическую функцию.

Сами стилистически маркированные единицы несколько отличаются по структуре и лексическому значению, некоторые элементы оригинала почти полностью утрачены (например, олицетворение времени: прямое упоминание о нём присутствует лишь в предпоследней строке). В оригинале у Шекспира использовано атрибутивное словосочетание "pebbled shore", Маршак заменяет его существительным «земля», т.е. с точки зрения переводческих трансформаций в данном случае С. Маршак прибегает к замене и генерализации [Гарбовский, 2004, с. 374—375, 425—432]. Выразительность при этом, конечно, уменьшается (конкретно-чувственное представление о покрытом галькой побережье утрачено в переводе), однако на передачу отвлечённого содержания о быстротечности жизни эта замена не оказывает существенного влияния. В качестве дополнительного выразительного средства, усиливающего коннотативность, Маршак использует именную инверсию (ряды бессчётные минут, младенчества новорождённый серп, у жизни на челе) и восклицательную интонацию в последней строке (Где ты пребудешь смерти вопреки!). Таким образом, Маршаку удалось передать лингвопоэтическое своеобразие данного сонета. О его переводе можно сказать примерно то же, что A.A. Липгарт говорит о переводе пушкинского «Aнчара» Уолтером Aрндтом: «<...> переводчику удаётся создать образ, по силе и яркости, наверное, не уступающий пушкинскому <...>» [Липгарт, 2010].

Переводы же других поэтов далеко не всегда оказываются эквивалентными шекспировскому оригиналу на лингвопоэтическом уровне. Рассмотрим, к примеру, сонет 60 в переводе В. Брюсова:

Как волны набегают на каменья, И каждая там гибнет в свой черёд, Так к своему концу спешат мгновенья, В стремленьи неизменном — все вперёд! Родимся мы в огне лучей без тени И в зрелости бежим; но с той поры Должны бороться против злых затмений, И время требует назад дары. Ты, время, юность губишь беспощадно, В морщинах искажаешь блеск красы, Всё, что прекрасно, пожираешь жадно, Ничто не свято для твоей косы. И всё ж мой стих переживёт столетья: Так славы стоит, что хочу воспеть я!

В. Брюсов. Перевод сонета 60 // Шекспир У. Полное собрание сочинений в одном томе / Пер. с англ. М.: АЛЬФА-КНИГА, 2008. С. 1228.

Пятая строка сонета звучит по-русски невнятно (неясен смысл) [Эткинд, 2012], что уже снижает художественное достоинство перевода. Тире и восклицание в четвертой строке придают тексту излишний динамизм, неуместный в повествовательном типе «рассуждение», к которому относится этот сонет у Шекспира. Трагическая окрашенность глагола «гибнет», которому нет соответствия в оригинале, делает текст более эмоционально насыщенным. Обращение к олицетворённому времени, отсутствующее в подлиннике, также усиливает эмоциональную составляющую идейно-художественного содержания, и, таким образом, перевод Брюсова ближе к повествовательному типу «волеизъявление», а не «рассуждение», и данный эффект усиливается в последних двух строках, где используется глагол совершенного вида в будущем времени («переживёт»), выражающий уверенность лирического героя в бессмертии своих стихов, и сочетание модального глагола с инфинитивом в восклицательном предложении («Так славы стоит, что хочу воспеть я!»), что также позволяет говорить о том, что текст относится к повествовательному типу «волеизъявление». В полном соответствии с лингвопоэтическими особенностями данного повествовательного типа стилистически маркированные единицы в переводе Брюсова преимущественно автоматизированы и реализуют экспрессивную лингвопоэтическую функцию. Е.Г. Эткинд отмечает, фактически, те же особенности, но иными словами: «...перевод Брюсова отличается преобладанием поэтических общих мест.»

[Эткинд, 2012]. Таким образом, перевод сонета 60, выполненный В. Брюсовым, неэквивалентен оригиналу на лингвопоэтическом уровне, несмотря на то что отдельные слова и семантическое, «сюжетное» содержание в общем соответствуют оригиналу.

Лингвопоэтическая эквивалентность нетождественна стилистической эквивалентности и разные по стилистической окраске переводы могут оказаться в целом лингвопоэтически эквивалентными оригиналу, в частности такое наблюдение было сделано на материале отрывков, основными стилистическими маркированными элементами в которых являются средства речевой агрессии, и их различных переводов [Мешкова, 2013]. В целом, пассажи, содержащие элементы речевой агрессии, как правило, незамысловаты в содержательном плане и с точки зрения лингвопоэтики характеризуются автоматизацией речеупотребления и реализацией экспрессивной лингвопоэтической функции. Поэтому в переводе лингвопоэтическая эквивалентность таких отрывков будет достигаться путём использования элементов речевой агрессии, вне зависимости от расхождений в стилистических оттенках этих элементов по сравнению с оригинальным текстом. В других же случаях расхождения в стилистической окраске подлинника и перевода может оказать определённый эстетический эффект и потому перевод уже не будет лингвопоэтически эквивалентным оригиналу. Например, сонет 128 в переводе А. Фёдорова:

Порой, о музыка, когда играешь ты На этом дереве благословенно-дивном, Которое звучать заставили персты, Чаруя слух своим аккордом переливным, — Я клавишам тогда завидую, любя: Они твою ладонь целуют то и дело. Увы, уста мои, для коих жатва зрела, За дерзость дерева краснеют близ тебя. Всем существом своим они бы поменялись С его кусочками, к которым прикасались Твои персты; они блаженней уст живых, Обрезки мёртвые! Но пусть они счастливы; Дай пальчики твои лобзать им шаловливо, А губы нежные оставь для губ моих.

А. Фёдоров. Перевод сонета 128 // Шекспир У. Полное собрание сочинений в одном томе / Пер. с англ. М.: АЛЬФА-КНИГА, 2008. С. 1236.

How oft, when thou, my music, music play'st, Upon that blessed wood whose motion sounds With thy sweet fingers, when thou gently sway'st The wiry concord that mine ear confounds,

Do I envy those jacks that nimble leap To kiss the tender inward of thy hand, Whilst my poor lips, which should that harvest reap, At the wood's boldness by thee blushing stand! To be so tickled, they would change their state And situation with those dancing chips, O'er whom thy fingers walk with gentle gait, Making dead wood more blest than living lips. Since saucy jacks so happy are in this,

Give them thy fingers, me thy lips to kiss (Sonnet 128). The Complete Works of William Shakespeare. Wordsworth Editions Ltd, 1994. P. 1241.

Сонет 128 относится к повествовательному типу «описание» [Карпова, 2009б, с. 19]. Многочисленные стилистически маркированные языковые единицы автоматизированы и реализуют экспрессивную лингвопоэтическую функцию: атрибутивные словосочетания (blessed wood, thy sweet fingers, the wiry concord, the tender inward [of thy hand], my poor lips, dancing chips, gentle gait, dead wood, living lips, saucy jacks), обращение (my music), лексический повтор с обыгрыванием полисемии (my music, musicplay'st), усилительная форма глагола и инверсия (Do I envy; At the wood's boldness by thee blushing stand; Since saucy jacks so happy are in this), восклицание (Whilst my poor lips, which should that harvest reap, / At the wood's boldness by thee blushing stand!). Лингвопоэтически полноценными являются простые метафоры (that harvest и wood's boldness), но в контексте описания они реализуют экспрессивную лингвопоэтическую функцию. При этом в тексте Шекспира отсутствуют слова возвышенного стиля. Перевод же А. Фёдорова изобилует стилистически возвышенными словами и оборотами («На этом дереве благословенно-дивном», «персты», «для коих жатва зрела», «уста», «лобзать», «За дерзость дерева краснеют близ тебя»). В то же время в переводе А. Фёдорова клавиши названы «кусочками» и «мёртвыми обрезками», и данные выражения образуют своего рода стилистический контраст со словами возвышенного стиля, который отсутствует в оригинале. Таким образом, перевод А. Фёдорова, несмотря на смысловое соответствие подлиннику и художественность, неэквивалентен оригиналу как на стилистическом, так и на лингвопоэтическом уровне.

Лингвопоэтически неэквивалентным оригиналу следует признать и перевод «Гамлета», выполненный А. Кронебергом. В частности, в этом переводе появляются актуализированные языковые единицы, реализующие гномическую функцию в тех частях, которые у Шекспира характеризуются в целом или нейтральным, или автоматизированным речеупотреблением и относятся к стратуму стихотворных отрывков повествовательного типа [Липгарт, 1997, с. 150—151]:

Тень Я вижу, ты готов. И будь ты вял, как сонная трава, Что мирно спит на Леты берегах — Проснуться должен ты при этой вести!

В. Шекспир. В двух томах. М.: ОКТО, 1912. Т. 1. С. 315.

В переводе актуализируются слова «сонная (трава)», «спит» и «проснуться (должен ты)», хотя в оригинале актуализация здесь отсутствует:

Ghost. I find thee apt;

And duller shouldst thou be than the fat weed That roots itself in ease on Lethe wharf, Wouldst thou not stir in this. /./

W. Shakespeare. Hamlet, Prince of Denmark // The Complete Works of William Shakespeare. Wordsworth Editions Ltd, 1994. P. 678 (I, 31-34).

На изменение идейно-художественного содержания данного отрывка указывает и ТА. Казакова: «В переводе A. Кронеберга текст становится более эмоциональным, как за счёт усложнённого синтаксиса, так и в силу добавленных смыслов, в частности, добавляется и усиливается признак "сонности" повтором "сонная, спит, проснуться", вместо исходного определения duller» [Казакова, 2006, с. 9]. Таким образом, в переводе не отражены особенности лингво-поэтической стратификации подлинника, в связи с чем перевод неэквивалентен оригиналу на лингвопоэтическом уровне, несмотря на вполне адекватную передачу сюжетного содержания, соответствие литературной традиции [Фёдоров, 1983, с. 308-309] и нормам литературного русского языка своего времени.

Итак, разобранные выше примеры показывают, что о лингво-поэтической эквивалентности может идти речь в том случае, если перевод отражает не только содержательные, но и лингвопоэтиче-ские особенности оригинала, в частности, соответствует оригиналу по способу передачи идейно-художественного содержания и характеру употребления стилистически маркированных языковых единиц. Иными словами, в лингвопоэтически эквивалентном переводе (в отличие от лингвопоэтически неэквивалентного) сохранён повествовательный тип или лингвопоэтическая разновидность того или иного повествовательного типа, характерные для подлинника.

В современном переводоведении существуют различные классификации типов, видов, или уровней, эквивалентности. В частности, в классификации В. Коллера различаются следующие виды:

денотативная эквивалентность, подразумевающая «инвариантность плана содержания»; коннотативная эквивалентность, также именуемая стилистической и предполагающая передачу в переводе коннотаций оригинального текста; текстуально-нормативная эквивалентность, «ориентированная на жанровые признаки текста» и также соотносимая со стилистической эквивалентностью; прагматическая, или коммуникативная, эквивалентность, «предусматривающая определённую установку на получателя»; формальная эквивалентность, связанная с передачей формально-языковых особенностей оригинала [Швейцер, 2009, с. 76—92; Комиссаров, 2007, с. 59-97].

Относительно переводов художественных текстов, в передаче идейно-художественного содержания которых значительную роль играют стилистически маркированные языковые единицы, представляется целесообразным выделить особый вид эквивалентности — лингвопоэтическую эквивалентность. О лингвопоэтической эквивалентности перевода оригиналу можно говорить в том случае, если перевод и оригинал передают сходное идейно-художественное содержание, производят в целом сходный эстетический эффект и в переводе при этом воспроизводится общий характер использования стилистически маркированных единиц, наблюдаемый в оригинале, несмотря на возможные (а часто неизбежные) различия в лексическом составе, грамматической структуре и стилистических оттенках. И поскольку в отдельных случаях переводы одного и того же текста, выполненные в разном «стилистическом ключе», могут на уровне лингвопоэтическом оказаться в целом эквивалентными оригиналу, можно предположить, что лингвопоэтическая эквивалентность не тождественна стилистической эквивалентности.

Лингвопоэтическая эквивалентность соотносима с коммуникативной эквивалентностью в понимании В.Н. Комиссарова, поскольку «цель коммуникации», иными словами, цель создания художественного произведения заключается в передаче идейно-художественного содержания и создании эстетического эффекта, и данная цель может осуществляться не только при помощи сюжетно-ком-позиционных средств, но и путём реализации семантического и метасемиотического потенциала языковых единиц. В отношении лингвопоэтически неоднородных текстов, т.е. таких, для которых характерно чередование либо различных тематико-стилистических пластов, либо повествовательных типов и их лингвопоэтических разновидностей, лингвопоэтическая эквивалентность устанавливается на уровне соответствия перевода оригиналу в плане воспроизведения лингвопоэтической неоднородности текста.

Список литературы

Гарбовский Н.К. Теория перевода. М.: Изд -во Моск. ун-та, 2004. 544 с.

Казакова Т.А. Художественный перевод. Теория и практика. СПб.: ИнЪяз-издат, 2006. 544 с.

Карпова Л.С. Лингвопоэтика повествовательных типов в английских сонетах елизаветинского периода (на материале произведений Э. Спенсера, С. Дэниела, У. Шекспира): Дисс. ... канд. филол. наук. М., 2009а. 270 с.

Карпова Л.С. Лингвопоэтика повествовательных типов в английских сонетах елизаветинского периода (на материале произведений Э. Спенсера, С. Дэниела, У. Шекспира): Автореф. дисс. ... канд. филол. наук. М., 20096. 26 с.

Комиссаров В.Н. Лингвистика перевода. 2-е изд., доп. М.: Изд-во ЛКИ, 2007. 176 с.

Липгарт А.А. Лингвопоэтическое исследование художественного текста: теория и практика (на материале английской литературы XVI—XX вв.): Дисс. ... докт. филол. наук. М., 1996а. 656 с.

Липгарт А.А. Лингвопоэтическое исследование художественного текста: теория и практика (на материале английской литературы XVI—XX вв.): Автореф. дисс. ... докт. филол. наук. М., 19966. 49 с.

Липгарт А.А. Методы лингвопоэтического исследования. М.: Московский лицей, 1997. 220 с.

Липгарт А.А. Основы лингвопоэтики. 2-е изд. М.: КомКнига / URSS, 2006. 168 с.

Липгарт А.А. Об английских переводах поэзии и драматургии А.С. Пушкина. http://www.libfl.ru/about/dept/bibliography/display.php?file=books/ lipgart.html (дата обращения: 13.01.2010).

Мешкова Е.М. Средства вербальной агрессии в подлиннике и переводе// Вестн. Моск. ун-та. Сер. 22. Теория перевода. 2013. № 2. С. 98—109.

Мурашкина А.А. К проблеме лингвопоэтического исследования повествовательных типов текста // Философия языка. Функциональная стилистика. Лингвопоэтика: Сб. статей / Под ред. А.А. Липгарта, А.В. На-зарчука. Вып. 2. М.: Экон-Информ, 2004. С. 65-75.

Фёдоров А.В. Искусство перевода и жизнь литературы: Очерки. Л.: Советский писатель, 1983. 352 с.

Швейцер А.Д. Теория перевода: статус, проблемы, аспекты / Отв. ред. В.Н. Ярцева. 2-е изд. М.: ЛИБРОКОМ, 2009. 216 с.

Эткинд Е.Г. Об условно-поэтическом и индивидуальном: Сонеты Шекспира в русских переводах. http://lib.ru/SHAKESPEARE/shks_etkind.txt (дата обращения: 29.03.2012).