«Сложнее там, где ставишь перед собой масштабные задачи»

Лев Кузнецов принял управление Красноярским краем в январе 2010 года, после назначения Александра Хлопонина полпредом президента в СКФО. Тонкости руководства новый губернатор постигал, работая в государственных и бизнес-структурах. Что одному из крупнейших регионов дал приход бизнесмена во власть, выяснял корреспондент G «СФО — ИТОГИ ГОДА» Дмитрий Мальков.

GUIDE: Каким был 2010 год для Красноярского края и для вас лично как губернатора?

ЛЕВ КУЗНЕЦОВ: Кризис в мире полностью не преодолен, экономика восстанавливается медленнее, чем хотелось бы. Неким итогом текущего года может служить бюджет следующего, который основывается на реалиях и представлениях о жизни, об экономике, которые есть сегодня. Бюджет-2011 в нашем крае характеризуется с одной стороны присутствием максимально возможного дефицита (такого раньше не было), с другой — даже в таких условиях это абсолютно сбалансированный бюджет. Такое состояние некоторой неопределенности с позитивным все же уклоном, наверное, лучше всего характеризует этот год. Что касается дефицита, то сразу скажу, что мы осознанно пошли на него, чтобы обеспечить социальную направленность бюджета, которая в нынешней ситуации мне кажется особенно важной. При этом в бюджете нашли отражение и текущие расходы, и интересы развития края. Хотя, конечно, в процессе работы над бюджетом мы стремились избегать излишних обещаний. Политический вред от невыполненных обязательств всегда намного превышает сиюминутную конъюнктурную выгоду.

G: Сложно было возвращаться из бизнеса во власть? Где интереснее или, может быть, легче?

Л.К.: Управленческие принципы в бизнесе и во власти во многом схожи. Но это, конечно, совсем не одно и то же. В одном случае ключевым критерием оценки твоей работы является финансовая эффективность, в другом универсальный критерий — качество жизни населения. Хотя убежден, что понятие эффективности вполне применимо и в государственной власти. Где интереснее или легче? С одной стороны интереснее, а с другой сложнее там, где ставишь перед собой более масштабные задачи. В этом отношении Красноярский край — потрясающая территория, а работа губернатором в нем — самое интересное из того, чем мне приходилось заниматься в своей жизни.

G: В вашем, по сути, программном докладе о перспективах социально-экономического развития края была подчеркнута преемственность курсу прежнего губернатора. Означает ли, что все, на ваш взгляд, было сделано правильно и ничего не нужно менять?

Л.К.: Было бы странно, если бы я отказался от преемственности. Все же с Александром Геннадиевичем (Хлопониным. — G) мы проработали вместе много лет, и значит, многие решения вырабатывали совместно. Все ли было сделано правильно? Конечно, ошибки случались, недочетов вообще никакая работа избежать не может. Убежден, что основное направление развития края в последние годы было верным. Период роста необходимо было максимально использовать для того, чтобы нарастить экономические мускулы региона. Но когда масштабные проекты следуют один за другим, не всегда уследишь за деталями, которые тоже очень важны. Мне кажется, сегодня настало время немного осмотреться по сторонам, увидеть мусор вокруг городов и дорог, некрасивые улицы, неудобные дворы. Но при этом мы не должны отказываться и от масштабных конкурентоспособных проектов в экономике. Конечно, мы настроены на то, что глубина переработки сырья в этих производствах будет становиться все больше. Безусловно, они должны быть безупречны с точки зрения экологии. Что это за проекты? Ну, скажем, что мы все знаем о Нижнем Приангарье? ГЭС, алюминиевый завод, дорожная и сетевая инфраструктура. А между тем там уже начинаем строить крупнейший лесохимический комплекс с объемом инвестиций почти 90 млрд руб. — целлюлозное, деревообрабатывающее, плитное производства. Таких проектов «на выходе» немало.

G: Запуск Ванкорского нефтегазового месторождения стал серьезным успехом команды экс-губернатора Александра Хлопонина и принес значительные дивиденды региональному бюджету. Вместе с тем в ближайшее время эти достижения могут быть сведены на нет позицией федерации по изъятию из региональных бюджетов доходов от добычи нефти на их территории. Что же в конечном итоге получит регион от запуска Ванкора?

Л.К.: Ключевыми в вашем вопросе считаю слова «могут быть сведены», поскольку окончательного решения федерация пока не приняла, в течение первого квартала следующего года ситуация никак не меняется. Убеждаем правительство РФ в том, чтобы и не изменилась.

Но и без прямых налогов в региональный бюджет Ванкор и Юрубчено-Тохомское месторождение также, безусловно, полезны для края. Это рабочие места. Это заказы для других предприятий края. Это новый аэропорт заполярной Игарки. Вообще, нефтяники демонстрируют к этой территории не такое отношение, к которому привыкли в других нефтегазовых уголках страны. Такие проекты — очевидные точки роста для отдаленных территорий края.

G: Появление нефтегазового комплекса хоть дифференцирует, но все же усиливает сырьевую ориентацию красноярской экономики. Планировалось, что доходы, полученные от нефти, никеля, золота и других природных богатств края, будут потрачены на развитие инновационных отраслей в регионе. Что реально за последний год сделано в этом направлении?

Л.К.: Ну, во-первых, я не согласен с утверждением, что краевая экономика исключительно сырьевая. Значительная часть продукции краевой металлургии это не чушки, катоды и аноды, а конечная продукция в виде ювелирных изделий, платиновых сеток, автомобильных катализаторов. То есть продукция высокотехнологичная, с высокой степенью добавленной стоимости. Кроме того, нельзя забывать, что в крае делают почти 90% российских спутников, наши предприятия выпускают ядерные материалы, производственная программа космического «Красмаша» предполагает создание тысячи новых рабочих мест. Я согласен с тем, что такие производства — родом из советского прошлого (кроме упомянутой переработки драгметаллов). Но эти предприятия развиваются. Например, «Информационные спутниковые системы» — одно из наиболее динамично развивающихся в крае. Нам, конечно, предстоит создание инфраструктуры инновационного бизнеса. В крае есть хорошая основа для развития производств, основанных на интеллекте, — производства Железногорска и Зеленогорска, Сибирский научный центр, СФУ и другие вузы края. Необходимо активнее конвертировать эти ресурсы в современные рыночные решения. В этом смысле я — да, темпами не очень доволен.

G: Ключевой красноярский налогоплательщик «Норильский никель» все глубже погружается в корпоративный конфликт. Чем нестабильность в ГМК, по вашим оценкам, грозит экономике края? Не намерены ли красноярские власти в случае неблагоприятного развития событий вмешиваться в конфликт?

Л.К.: На производственной деятельности компании это, к счастью, не сказывается, так как никто из акционеров не заинтересован в снижении эффективности производства. Поэтому деятельность «Норильского никеля» в качестве налогоплательщика я бы не очень связывал с этим конфликтом. Больше того, по результатам совещания, которое провел в Норильске председатель правительства страны, приняты решения, благоприятно сказывающиеся на состоянии инфраструктуры города. Что касается действий власти в случае какого-то совсем, не знаю уж о чем речь, неблагоприятного развития событий, то здесь сочтут необходимым вмешаться не только краевые власти.

G: Красноярский хаб, ранее находившийся среди приоритетных инвестиционных проектов региона, даже не упоминается в вашем докладе о перспективах социально-экономического развития края. Означает ли это, что красноярские власти решили отказаться от борьбы за формирование ключевого сибирского транспортного узла?

Л.К.: В этом докладе не названы еще десятки крупных проектов, которые мы намерены реализовать. Все они разом упомянуты в словах «повышение конкурентоспособности экономики». Из 27 первоочередных инвестпроектов СФО, утвержденных председателем правительства РФ, девять реализуются в нашем регионе. Кроме того, впереди — вторая очередь «Нижнего Приангарья». И формирование авиатранспортного узла — это также одна из наших задач.

G: «Красавиа» должна была заменить обанкротившийся «КрасЭйр» в качестве базового перевозчика красноярского аэропорта. Насколько далеко продвинулась эта идея в реализации?

Л.К.: Не совсем так. «Красавиа» — главный перевозчик на внутренних авиалиниях. Они не в состоянии заменить прежнего базового перевозчика. Такая задача стоит перед компанией, которую мы создаем вместе с «Норильским никелем».

G: Один из крупных краевых налогоплательщиков, «МРСК Сибири», в этом году заявил о намерении сменить прописку и переместить штаб-квартиру в Омскую область. Что происходит? В крае в худшую сторону меняется экономический климат?

Л.К.: Никогда нельзя заявления о намерениях принимать за констатацию свершившихся фактов. К примеру, недавно было объявлено, что закрывается нефтеналивная станция в Уяре. Тем не менее мы нашли общее решение с Федеральной службой по тарифам, «Роснефтью» и «Транснефтью». Станция продолжает работу. МРСК, как я понимаю, тоже никуда от нас не уходит.

G: Среди приоритетов развития вы указали наукоемкие производства. Каким образом планируется стимулировать красноярские предприятия модернизироваться и переходить на наукоемкие технологии?

Л.К.: В крае есть колоссальный спрос по крайней мере на один вид наукоемких технологий. Те, которые основаны на энергоэффективности и энергосбережении. Уверен, что именно в этом направлении находятся основы конкурентоспособности для бизнеса, основы более высокой эффективности бюджетной сети. Или, к примеру, когда мы говорим о нефтегазовой отрасли, надо иметь в виду, что это не какой-то «отсталый» сырьевой сектор, а суперсовременная механика и информационные технологии. Такая же ситуация в металлургии: когда я работал в Норильске, в структуре компании было два проектных и два научно-исследовательских института. То есть металлурги не только предъявляют спрос на научные разработки, но и сами их финансируют.

G: От вас неоднократно звучала серьезная критика работы краевых и муниципальных чиновников. Прежде всего указывалось на слабую эффективность их работы. Стоит ли ждать серьезных кадровых чисток в краевом правительстве, в городах и районах края в ближайшее время?

Л.К.: Всегда, на всех должностях придерживаюсь главного принципа в кадровых решениях: человеку надо дать возможность развиваться. Тот, кто это сделать не в состоянии, должен уходить. Некоторые понимают это сразу, некоторым нужно время. Большинство, как показывает опыт, находят возможность развиваться.

G: В своем докладе о перспективах социально-экономического развития края вы подробно остановились на проблемах развития Красноярска и заявили о намерении взять под личный контроль решение ключевых городских проблем. Означает ли это, что, по вашему мнению, мэр города не справляется со своими обязанностями? Намерены ли краевые власти инициировать отставку нынешнего главы Красноярска?

Л.К.: Первое. Город Красноярск — крупнейший населенный пункт края. Здесь живет треть населения региона. Это сложнейший транспортный узел, важный культурный и образовательный центр. Поэтому решение проблем этого города — приоритет. Считаю, что краевая власть не должна спокойно кивать на городскую — мол, мы здесь ни при чем. А необходимо работать вместе. Второе. Мэр города Красноярска — человек, который демонстрирует возможность и желание расти и развиваться.

G: Каким, по вашим оценкам, будет 2011 год для Красноярского края? Каких перемен стоит ждать?

Л.К.: Надежды только на позитивные перемены. Чтобы не сглазить, никакие конкретно называть не буду.