Качество жизни больных шизофренией в различных группах населения (клинико-социальный и гендерный аспекты)

процент неуспеха при терапии пациентов с РДС и ДС без включения в схему терапии стимулотона (табл.3).

Положительная динамика состояния больных, получавших стимулотон, нашла отражение и в результатах, полученных с помощью Шкалы общего клинического впечатления. По мнению врачей значительно улучшилось состояние 78,1%, 78,2%,

76,5%,76,9%, 78,8% больных соответственно в 2003, 2004, 2005, 2006, 2007 г. принимавших стимулотон, и лишь 14,7%, 14,8%, 15,1%, 14,9%, 15,1% больных в группе контроля (р<0,001).

Результаты исследования показали высокую клиническую эффективность феварина, стимулотона, коаксила, а также значительное своеобразие этих препаратов. В нашей работе утверждается несомненная действенность феварина, коаксила, стимулото-на в отношении депрессивных симптомов, разной степени тяжести, достаточно быстрое наступление лечебного эффекта при хронических гастроэнтерологических заболеваниях.

Литература

1Макаревич А.Э. Заболевания органов дыхания.- Минск.: Вышейшая школа, 2000.- С. 148 -183.

2Мосолов С.Н. Клиническое применение современных антидепрессантов.- СПб. : Мед. информ. агентство, 1995.- 566 с.

3. Канаева Л.С. и др. Предикторы эффективности применения Стимулотона у больных с непсихотическими депрессивными расстройствами // РМЖ.- 2004.- С.34-38

4.Benes F.M. et al. // Neusci.- 1996.- Vol.75, № 4.- Р. 32-36.

MODERN ANTIDEPRESSAN IN THERAPY OF AFFECTIVE DISTUR-BANCESS AT CHRONIC DISEASES OF THE GASTROENTERIC TRACT

V.A.KUTASHOV

Summary

The aims of this study is to show high clinical efficiency fevarini, stimulotoni, koaksili, and also a significant originality of these preparations. The author confirms, that the given preparations are very effective for depressive symptoms, a different degree of weight. The medical effect quickly comes at frequently meeting diseases of a gastroenteric tract.

Key words: depressive symptoms, gastroenteric tract.

УДК 616.895.8

КАЧЕСТВО ЖИЗНИ БОЛЬНЫХ ШИЗОФРЕНИЕЙ В РАЗЛИЧНЫХ ГРУППАХ НАСЕЛЕНИЯ

О.И. МИТРОФАНОВА*

Понятие «качество жизни» появилось в последние десятилетия, как важный компонент оценки результатов лечения и качества оказываемой помощи, отражающий новый подход к вопросам здоровья в свете биопсихосоциальных перспектив [2, 8]. Наряду с «объективными» количественными и качественными характеристиками социального функционирования, все большее значение придается субъективным переживаниям пациентами своего жизненного (биологического, психологического и социального) благополучия, получившего определение «качество жизни» [3, 5, 9]. Это понятие применяется как важное составляющее заботы о пациенте в оценке клинических исследований. Акцент оказания психиатрической помощи все в большей степени смещается в сторону партнерства с пациентом; больной становится полноправным участником терапевтического процесса, что требует все возрастающего внимания к его оценке как самих лечебно-диагностических и реабилитационных мероприятий, так и происходящих в связи с ними изменений в его жизни [13]. Предполагается, что подобные подходы позволят качественно улучшить оказание психиатрической помощи, создав ее всеобъемлющую модель. Вместе с тем, следует отметить, что, несмотря на пристальное внимание к этому вопросу, многие его аспекты остаются недостаточно изученными и требуют проведения ис-

* ГНЦ социальной и судебной психиатрии им. В.П. Сербского», Москва

следований, особенно в отечественной психиатрии. Подобная попытка и была предпринята в данном исследовании.

Цель — изучение клинических, социально-психологических и гендерных аспектов качества жизни больных шизофренией в разных социальных группах населения; оценка основных характеристик качества жизни в аспекте задач реабилитации.

Материалы и методы были обследованы в психиатрическом стационаре 200 больных в возрасте от 18 до 70 лет (150 женщин и 50 мужчин) с диагнозом шизофрения (F20.0, F20.2, F20.6, F20.8, F21). Помимо клинико-психопатологического обследования применялся модифицированный опросник для оценки социального функционирования и качества жизни психических больных, разработанный А.Б. Шмуклером [12]. Для уточнения ряда клинических характеристик применялись: шкала оценки негативных и позитивных симптомов (PANSS). Наибольший удельный вес среди пациентов в возрастном отношении составили пациенты 36-55 лет (105 чел., 52,5%). У большинства обследованных преобладали параноидные (40,5%) и аффективнобредовые (29%) синдромальные формы заболевания с непрерыв-но-прогредиентным (47%) и приступообразно-прогредиентным (28%) типом течения. Среди пациентов было сформировано несколько социальных групп, отвечающих требованиям исследования. По месту проживания пациенты разделились на жителей города и села (70,5% и 29,5% соотв.); по трудовому статусу - на инвалидов и не инвалидов (69% и 31% соотв.). По возрастному фактору пациенты были разделены на 4 группы соответственно возрастной морфологической классификации, принятой в физиологии: 18-21 год, 22-35 лет, 36-55 лет, 56 и более лет (3,5%, 20%, 52,5% и 24% соотв.) [1]. Так же пациенты разделились по гендер -ному фактору: женщины составили 75%, а мужчины - 25%. Несмотря на то, что большинство пациентов полностью или частично были удовлетворены своим психическим состоянием (83%), и качеством жизни в целом (56%), тем не менее, исследование выявило уязвимость значительной части больных практически во всех сферах социального функционирования: трудовой, семейной, социальных контактах, характере проведения досуга. Параметры качества жизни обнаружили взаимосвязь с длительностью психического заболевания, уровнем доходов, семейным статусом, характером занятости и труда. Отрицательное влияние практически на все субъективные параметры качества жизни оказывали аффективные нарушения. В то же время исследование выявило значительный разброс самооценки качества жизни и частое его несовпадение с объективными показателями (68%), что подтверждает данные других авторов [4, 6-7,10-11].

Результаты: определенные различия выявились при сравнении пациентов, проживающих в сельской и городской местности. Жители села были представлены преимущественно женщинами (74,6%) в возрасте от 36 до 55 лет (59,3%), не употребляющими алкоголь (39%) и не курящими (55,9%), проживающими в частных домах (59,3%) в своих семьях (35,6%), с супругом и детьми (23,7%). Основную массу больных, проживающих в сельской местности, составили пациенты с параноидной формой шизофрении (49,2%), с непрерывно-прогредиентным типом течения болезни (47,5%), в клинической картине которых преобладала негативная симптоматика в виде тяжелой степени выраженности ангедонии, значительной степени выраженности аффективного уплощения и апатии. Продуктивная психопатологическая симптоматика представлена у таких больных значительной степенью выраженности бредовых идеи и формальных нарушений мышления, легкой степенью выраженности обманов восприятия.

Группа больных шизофренией, проживающих в городе состояла из женщин (75,2%) в возрасте от 36 до 55 лет (49,6%), эпизодически употребляющих алкоголь (39,7%), не курящих (54,6%), проживающих в отдельной комнате в своей квартире (38,3%) с родителями (29,1%), не имеющих своей семьи (35,5%). Такие пациенты характеризовались преобладанием параноидной формы заболевания (36,9%) с непрерывно-прогредиентным типом течения (46,8%), в клинической картине которых так же преобладала негативная симптоматика в виде тяжелой степени выраженности аффективного уплощения и ангедонии. Рассматривая продуктивную психопатологическую симптоматику, можно отметить, что у таких пациентов значительной степени выраженности достигали лишь бредовые идеи, формальные нарушения мышления выражены в средней степени, а обманов восприятия совсем не обнаруживалось. Было замечено, что при невысоких, в целом, объективных показателях качества жизни и соци-

ального функционирования у больных шизофренией, проживающих в селе по сравнению с городскими пациентами, их субъективные параметры качества жизни были достоверно выше. В селе полностью удовлетворены своим образованием 71,2 % и скорее удовлетворены 11,9% жителей, в городе этот показатель равен 53,9% и 22,9% соответственно (р<0,05). Интеллектуальной продуктивностью жители села так же в большинстве случаев полностью удовлетворены - 49,1% и 3,4% не удовлетворенны данным показателем; для городских жителей - 33,3% и 0% соответственно (р<0,05). У жителей села достоверно чаще обнаруживалась низкая интеллектуальная нагрузка, практически ее отсутствие (р<0,05) и очень плохая оценка обеспеченности одеждой (р<0,05) по сравнению с городскими пациентами. При сравнении городских и сельских жителей (141 и 59 человек соответственно) обнаружились различия в расходах самих пациентов на своё лечение (табл. 1). Пациенты, проживающие в сельской местности, тратили на лечение в подавляющем большинстве случаев не более 500 рублей в месяц (96,1%), а у городских жителей этот показатель составлял 81,3% (р<0,05). В диапазоне расходов от 500 до 1000 рублей в месяц преобладали городские жители по сравнению с сельскими (12,1% и 1,7% соответственно, р<0,05). Не выявилось достоверных различий среди двух групп (город/село) в оценке нозогнозии, критики к заболеванию, в удовлетворенности качеством жизни и адекватности качества жизни.

Таблица 1

Соотношение медицинских затрат пациентов, проживающих в городе и селе на собственное лечение в месяц

Затраты больного на лечение в месяц ВСЕ ГОРОД СЕЛО Р

N %% п1 %% п2 %%

До 500 руб 176 88 119 84,4 57 96,1 0,015615

500-900 руб 18 9 17 12,1 1 1,7 0,019844

1000-1900 руб 5 2,5 4 2,8 1 1,7 0,649371

2000 руб и более 1 0,5 1 0,7 0,517717

Всего 200 100 141 100 59 100

Достоверные различия в оценке определенных параметров качества жизни были обнаружены так же при анализе трудоспособности больных шизофренией. Группа трудоспособных пациентов состояла в основном из женщин (76,8%) в возрасте 36-55 лет (55,1%), не употребляющих алкоголь (48,6%) и не курящих (55,8%), проживающих в своей комнате в отдельной квартире (36,2%) вместе с родителями (28,3%), не имеющих своей семьи (32,6%). У нетрудоспособных лиц была более распространена параноидная форма заболевания (41,3%) с непрерывно-прогредиентным типом течения (58%), с длительностью заболевания более пяти лет (92%), с частотой стационирования 1-2 раза в год (78,4%), в клинике которых преобладали дефицитарные расстройства, складывающиеся из тяжелой степени выраженности аффективного уплощения и асоциальности (рис. 1). Если анализировать продуктивную психопатологическую симптоматику, то можно отметить, что нетрудоспособные лица имели бредовые идеи средней степени выраженности, необычное поведение такой же степени выраженности, обусловленное агрессивностью и непредсказуемостью. Значительной степени выраженности достигали лишь формальные нарушения мышления.

На момент осмотра нетрудоспособные больные в основном не осмысливали свое заболевание (22,5%), были скорее удовлетворены качеством своей жизни (39,1%), объективная оценка которой не соответствовала субъективной и характеризовалась завышенными субъективными экспектациями (38,4%). Группа трудоспособных пациентов была представлена в основном женщинами (71%) в возрасте 36-55 лет (46,8%), эпизодически употребляющими алкоголь (62,9%), не курящими (53,2%), имеющими свою семью (33,9%), проживающими в частных домах (27,4%) с супругом и детьми (24,2%). Рассматривая клиническую картину болезни трудоспособных пациентов, можно отметить, что среди данной категории больных преобладали лица с аффективнобредовой симптоматикой (48,4%) с приступообразным типом течения болезни или впервые госпитализированные (30,7% и 37,1% соотв.). Негативная симптоматика данной группы пациентов достигала значительной степени выраженности только при оценке апатии и асоциальности (33,9% и 41,9% соотв.). Позитивная психопатологическая симптоматика таких лиц формировалась за счет обманов восприятия средней и значительной степени

выраженности бредовых идей отношения и воздействия, средней степени выраженности формальных нарушений мышления.

50 | 40 1 30 ! 20 1 10 [=

І і

1 -к П

инвалид не инвалид  неврозоподобный  психопатоподобный 1 аффективно-бредовой

параноидный парафренный  кататонический

дефект

Рис. 1. Соотношение инвалидов и неинвалидов по ведущему синдрому

У трудоспособных пациентов был замечен более высокий уровень доходов, лучшая обеспеченность одеждой и питанием, более широкий круг общения по сравнению с инвалидами. Более половины таких пациентов (52,8%) обнаруживали соответствие субъективных параметров качества жизни объективным. Большинство таких больных были скорее удовлетворены качеством своей жизни (37,1%), на момент исследования у них также преобладало неосмысление своей болезни (19,4%). Качество жизни таких пациентов характеризовалось в большинстве случаев как адекватное (40,3%), то есть субъективные и объективные параметры основных сфер жизни пациентов совпадали. В то время как у нетрудоспособных пациентов отмечался разброс социальных экспектаций - от пониженных до резко завышенных. При этом у хронических психических больных обнаруживались относительно высокие показатели удовлетворенности отдельными параметрами своей жизни, что связано со сниженными потребностями и нежеланием каких либо перемен.

Нетрудоспособные больные были менее удовлетворены качеством своей жизни - скорее не удовлетворены 29%, в то время как у трудоспособных данный показатель составлял лишь 15,9% (р<0,05). Достоверных различий в затратах на лечение у вышеописанных пациентов не обнаруживалось. Анализ социальной адаптации и качества жизни больных шизофренией в различных возрастных группах, показал худшие объективные показатели социального функционирования у лиц более молодого и более старшего возраста. Более старшие пациенты достоверно чаще нуждались в постороннем уходе, их материальное положение чаще оценивалось как бедственное, они чаще голодали и не имели самых необходимых вещей (р<0,05). С другой стороны, было замечено, что в более молодом возрасте достоверно выше частота эпизодического употребления наркотических веществ и табакокурения (р<0,05). Группа пациентов возрасте 18-21 лет состояла из 7 человек (3,5%) и была представлена в большинстве наблюдений женщинами (57,1%), проживающими в городе (85,7%) в отдельной комнате в квартире (71,4%) с родителями (71,4%), не имеющими своей семьи (100%), не употребляющими вообще или эпизодически употребляющими алкоголь (42,9% и 42,9% соотв.), не курящими (57,1%). Пациенты молодого возраста в большинстве случаев наблюдались у психиатра менее года (42,9%), заболевание дебютировало у данной группы больных аффективно бредовой симптоматикой (42,9%). В клинической картине больных преобладала позитивная психопатологическая симптоматика, проявляющаяся значительной степенью выраженности формальных нарушений мышления, средней степенью выраженности бредовых расстройств и необычного поведения. Негативная симптоматика этих пациентов была представлена аффективным уплощением, алогией, нарушением внимания средней степени выраженности. Значительной степени выраженности достигала лишь асоциальность пациентов.

Пациенты в возрасте 56 лет и более были представлены женщинами (91,7%), проживающими в городе (68,8%) в отдельной комнате в квартире (35,4%) с детьми (29,2%), являлись вдовами (41,7%), не употребляющими алкоголь (56,3%) и не курящими (81,3%). Такие больные страдали параноидной формой заболевания (41,7%), непрерывно-прогредиентным типом течения (52,1%). В клинической картине болезни таких пациентов преобладала негативная симптоматика, проявляющаяся в тяжелой степени выраженности асоциальности и аффективного упло-

щения. Продуктивная симптоматика была представлена в основном расстройствами мышления в виде ответов по касательной и обстоятельности. Субъективные показатели качества жизни в группах молодых и пожилых пациентов не соответствовали объективным показателям социальной адаптации в сторону завышенной самооценки показателей здоровья и социальных факторов, что связано с преобладанием острой психопатологической продуктивной симптоматики и нарушением критических способностей у больных более молодого возраста, и, напротив, преобладанием негативно-личностных изменений и снижением активности у пожилых пациентов. Полностью были удовлетворены своим психическим состоянием 85,7% больных более молодого возраста, что достоверно выше, чем у больных в возрасте 36-55 лет (р<0,05). Такая же ситуация наблюдается и при анализе удовлетворенности физическим состоянием. Пациенты более молодого возраста так же в большинстве случаев полностью удовлетворены уходом за собой по сравнению с больными второго периода зрелости (р<0,05). Пациенты этой же группы достоверно чаще скорее не удовлетворены и таким параметром, как инвалидность по сравнению с пациентами в возрасте 22-35 лет ( р<0,05). Напротив, пожилые пациенты чаще удовлетворены полностью наличием группы инвалидности по сравнению с пациентами второй половины зрелости ( р<0,05). Что касается физической работоспособности, то пациенты более молодого возраста и в возрасте 22-35 лет достоверно чаще полностью удовлетворены данным параметром (р<0,05) по сравнению с пациентами в возрасте 36-55 лет. При сравнении всех обследованных по возрастному фактору были выявлены достоверные различия по медицинским затратам государства в сумме свыше 2000 рублей в месяц между пациентами 18-21 лет и пациентами 36-55 лет (табл. 2). Затраты государства на лечение молодых пациентов шизофренией в сумме свыше 2000 рублей в месяц (преимущественно за счет использования атипичных нейролептиков последнего поколения) отмечались в 28,6% наблюдений, а у лиц в возрасте 36-55 лет данный уровень затрат наблюдался лишь в 3,8% (р < 0,05). Не выявилось достоверных различий среди разных возрастных групп в собственных затратах больных на своё лечение.

Таблица 2

Соотношение медицинских затрат государства на лечение пациентов в возрасте 18-21 год и 36-55 лет в месяц

Затраты государства на лечение ВСЕ 36-55 ЛЕТ 18-21 ГОД Р

N %% п1 %% п2 %%

До 500 руб 169 84,5 88 83,8 5 71,4 0,400191

500-900 руб 17 8,5 10 9,5 0,394350

1000-1900 руб 5 2,5 3 2,9 0,651775

2000 и более руб 9 4,5 4 3,8 2 28,6 0,005039

Всего 200 100 105 100 7 100

Определенные различия выявились при исследовании субъективных и объективных параметров качества жизни у больных с учетом гендерного аспекта. Пациенты женщины в основном имели возраст от 36 до 55 лет ( 52%), проживали в городе (70,7%) в отдельной комнате в квартире (32,7%) с детьми (20,7%), состояли в браке (35,3%). Также они не употребляли алкоголь (50,7%), не курили (71,3%). Такие пациенты в большинстве случаев страдали параноидной формой шизофрении (41,3%), непре-рывно-прогредиентным типом течения процесса (44,7%), с частотой стационирования в год <1 раза (74%). При рассмотрении клинической картины заболевания женщин, больных шизофренией, было обнаружено, что негативная симптоматика выражена в большей степени по сравнению с продуктивной. Дефицитарная симптоматика на момент обследования представлена чаще тяжелой степенью выраженности аффективного уплощения и асоци-альностью. Значительной степени выраженности достигали апа-тоабулические расстройства и нарушение внимания.

Продуктивная психопатологическая симптоматика была представлена у данной группы больных значительными бредовыми расстройствами и формальными нарушениями мышления средней степени выраженности. Среди больных мужского пола преобладали лица с параноидной формой шизофрении с непре-рывно-прогредиентным течением в возрасте от 36 до 55 лет, проживающие в городе с родителями и не имеющие своей семьи. Такие пациенты в основном не работали, имели вторую группу инвалидности, страдали хроническим алкоголизмом. При анализе

клинической картины заболевания пациентов мужского пола, было обнаружено, что, в данной группе больных в достоверно большем числе наблюдений определялась значительная степень выраженности бреда преследования и ревности, средняя степень выраженности агрессии и возбуждения (р<0,05). У мужчин достоверно чаще выявлялась тяжелая степень выраженности неопрятности в одежде и гигиене, утрата интимных чувств, значительная степень выраженности снижения сексуальной активности (р<0,05). Были обнаружены различия в соотношении самооценки и объективных параметров качества жизни у мужчин и женщин.

У женщин, имевших, более высокое материальное положение, более устойчивые отношения с окружающими и лучшую семейную адаптацию, по сравнению с мужчинами, отмечалась меньшая удовлетворенность основными параметрами качества жизни и менее устойчивая самооценка. У пациентов мужчин обнаруживалась обратная тенденция - в достоверно большем числе наблюдений отмечалась полная удовлетворенность основными параметрами качества жизни, в то время как объективные показатели социальной адаптации были низкими (табл. 3). В достоверном большем числе наблюдений по сравнению с женщинами у мужчин была обнаружена полная удовлетворенность такими параметрами, как психическое и физическое состояние, уход за собой и образование, физическая работоспособность и интеллектуальная продуктивность, дневная активность и материальное положение, обеспеченность питанием и одеждой, отношения с религиозной организацией (р<0,05). Скорее не удовлетворены мужчины были отсутствием семьи и половой жизни, качеством медицинской помощи и качеством жизни в целом (р<0,05).

Совсем не удовлетворены больные мужчины лишь сексуальной активностью (р<0,05). Что касается женщин, то они в большинстве наблюдений достоверно чаще были скорее удовлетворены психическим и физическим состоянием, физической работоспособностью и интеллектуальной продуктивностью, дневной активностью и материальным положением, обеспеченностью питанием и одеждой, отношениями с религиозной организацией и качеством медицинской помощи (р<0,05). Полная удовлетворенность чаще по сравнению с мужчинами была обнаружена при оценке отсутствия половой жизни и отношений с родственниками (р<0,05). Не удовлетворены женщины такими параметрами, как уход за собой, иногда - интеллектуальной продуктивностью, а совсем не удовлетворены некоторые пациентки физическим состоянием по сравнению с мужчинами (р<0,05).

В группе мужчин из 50 человек у 47 (94%) затраты на одного больного в месяц составляли до 500 рублей. На фоне терапии нейролептиками (галоперидол, трифтазин, аминазин), в 15% случаев отмечались соматические осложнения и в 8,5% были выражены неврологические побочные эффекты. Из 150 женщин затраты на лечение <500 рублей в месяц имели 122 человека (81,3%), что меньше по сравнению с мужчинами (р<0,05) и достоверно выше были расходы на лечение в более высоких диапазонах (500-1000 и 1000-2000 рублей в месяц), за исключением высоких расходов (>2000 рублей в месяц). При лечении женщин, наряду с традиционными нейролептиками чаще использовались атипичные нейролептики (кветиапин в дозе 300 мг/сут, оланзапин в дозе 10 мг/сут., рисперидон в дозе 4 мг/сут.) с чем, по-видимому, связано меньшее количество побочных эффектов терапии по сравнению с группой мужчин (в 12,3% имелись неврологические побочные эффекты и в 8,2% - соматические, требующие симптоматической терапии). Не было достоверных различий в затратах на лечение в этих двух группах.

Таблица 3

Соотношение мужчин и женщин по параметру удовлетворенности качеством жизни

Удовлетворенность качеством жизни Все Женщины Мужчины Р

N %% п1 %% п2 %%

Не удовлетворен 48 24 39 26 9 18 0,252538

Скорее не удовлетворен 40 20 25 16,7 15 30 0,041738

Скорее удовлетворен 77 38,5 59 39,3 18 36 0,675622

Полностью удовлетворен 35 17,5 27 18 8 16 0,747815

Всего 200 100 150 100 50 100

Выводы. При невысоких показателях качества жизни и социального функционирования у больных шизофренией выявились взаимосвязи между их субъективно-психологическими, клинико-социальными, половозрастными характеристиками и

фармако-экономическими параметрами, что требовало разработки целенаправленных социально-реабилитационных мероприятий. Для сельских жителей приоритетными были долгосрочные программы, направленные на разработку жилищных программ и формирование полипрофессиональных бригад во главе с психиатром, который вел бы больного и в стационаре, и внебольнично.

Для инвалидов наиболее актуальна трудовая реабилитация при активном взаимодействии с госучреждениями и общественными организациями, стимулирование большей автономности пациентов. Для пожилых лиц акцент надо делать на создании терапевтических сообществ, позволяющих расширять социальные контакты и сеть поддержки. Для пациентов подросткового возраста и их родственников очень важно применять психообразовательные программы, обучение технике совладания, распознавание ранних симптомов обострения. У мужчин необходимо учитывать активизацию внесемейной социальной среды, вовлечение пациентов в групповые формы психосоциальной работы, а так же использование возможностей центров социальной помощи и благотворительных организаций. У женщин психосоциальная работа концентрировалась на нормализации стиля семейных отношений и на уменьшении нагрузки на семью. Необходимо создание кризисных центров по месту жительства, являющихся альтернативой частой госпитализации.

Литература

1. Агаджанян Н.А., Циркин В.И. Физиология человека.- М.,

2001.

2. Беребин М.А., Штрахова А.В. Качество жизни - измерение, оценка или диагностика. //Тез. симп. по качеству жизни в психиатрии.- СПб, 2004.- 33 с.

3. Бурковский Г.В. и др. //Тез. симп. по качеству жизни в психиатрии.- СПб, 2004.- 55 с.

4. Гурович И.Я. и др. // Социальная и клиническая психиатрия.- 1994.- Вып. 4.- С. 38-45

5. Корнетов Н.А., Суровцева А.К. //Качество - стратегия XXI века. Управление. Экология. Медицина. Образование: Мат-лы IV Междун. научно-практ. конф.- Томск. 1999.- С. 114.

6. Литвинец С.В. и др. // Межд. конф. «Качество жизни в психоневрологии» (тез. докл.).- 2000, СПб.- 59 с.

7. Масловский С.Ю. Социальное функционирование и качество жизни больных шизофренией при проведении поддерживающей психофармакотерапии: Автореф. дис. ... канд. мед. наук.- СПб, 2004.- С. 3^

8. Незнанов Н.Г., Петрова НИ. Психосоциальная реабилитация и качество жизни.- СПб., 2001.- 301 с.

9. Стоянова И.Я. Оценка качества жизни и структура личности. //Качество - стратегия XXI века. Управление. Экология. Медицина. Образование: Мат-лы IV Междун. научно-практ. конф.- Томск, 1999.- 122 с.

10. Султанов М.Г. Качество жизни и социальное функционирование больных шизофренией с длительными сроками госпитализации: Автореф. дис. . к.м. наук.- М., 2005.

11. Шашкова Н.Г., Бабушкина Е.И. // Социальная и клиническая психиатрия.- М., 2003.- № 2.- С. 107-111

12. Шмуклер А. Социальное функционирование и качество жизни психически больных. Дис. д.м.н.- М., 1999.- С. 56-68

13. Gurevitch R. et al. //European Psychiatry.- 2004.- Vol. 19.-P. 172-174.

QUALITY OF LIFE IN SCHIZOPHRENIC PATIENTS IN VARIOUS GROUPS OF THE POPULATION

O.I. MITROFANOVA Summary

The aims of this study were to assess the quality of life among 200 schizophrenic patients who were attending a mental hospital and to investigate which socio-demographic, gender and clinical factors influenced their subjective quality of life. Socio-demographic indicators showed to have a weak influenced on the patients self-assessed quality of life while clinical factors, such as psychopathology, strongly influenced the patients life satisfaction. It is concluded that there is a need for further emphasis on the clinical, financial, and social interventions for this groups of patients.

Key words: quality of life, schizophrenic patients

УДК: 616.85-08-057.36

ЭФФЕКТИВНОСТЬ ЛЕЧЕНИЯ И ВОЗМОЖНОСТЬ ЕЕ ОБЪЕКТИВНОЙ ОЦЕНКИ ПРИ ПОСТТРАВМАТИЧЕСКИХ СТРЕССОВЫХ РАССТРОЙСТВАХ У КОМБАТАНТОВ В УСЛОВИЯХ ГАРНИЗОННОГО ГОСПИТАЛЯ

О.И. МАЛАШЕНКО*

Совершенствование программ лечения и медикосоциальной реабилитации участников боевых действий (комбатантов), страдающих посттравматическими стрессовыми расстройствами (ПТСР), - актуальная медико-социальная задача [1, 3-4]. Однако результаты реализации этих программ в условиях гарнизонного госпиталя пока недостаточно высоки, что негативно сказывается на качестве жизни этого контингента и выполнения профессиональных обязанностей [2]. Одним из важных аспектов совершенствования лечения и медикосоциальной реабилитации комбатантов является поиск дополнительных возможностей объективной оценки психоневрологической сферы военнослужащих с ПТСР и контроля эффективности их лечения.

Цель работы - повышение эффективности лечения и изучение информативности методов ее оценки у комбатантов с ПТСР в условиях гарнизонного госпиталя.

Объект и методы исследования. На базе Курского гарнизонного госпиталя обследовано 69 комбатантов с хронической формой ПТСР (основная группа) и 30 практически здоровых военнослужащих того же возраста (контрольная группа). Все военнослужащие - мужчины, средний возраст в основной подгруппе - 33±1 год, в контрольной - 32±2 года (Р>0,05). Основная группа обследована до и после лечения, контрольная - однократно. Объем обследования: клиническая оценка неврологического статуса, опросники Российского центра вегетативной патологии (РЦВП), кардиоинтервалометрия (КИМ), определение нервнопсихической устойчивости и риска дезадаптации в стрессе «Прогноз», «Методика диагностики самооценки» Ч.Д. Спилбергера и Ю.Л. Ханина, опросник Леонгарда - Шмишека. Наряду с объективной оценкой нейропсихологических параметров, комбатанты оценивали эффективность лечения путем визуально-аналоговой шкалы (ВАШ). Диагноз ПТСР устанавливался с помощью «Вопросника для выявления симптомов посттравматического стрессогенного синдрома (РТ8Э)» по критериям МКБ-10 и Э8М-1У.

Направления и объем терапии больных с ПТСР определялся характером изменений, выявленных при первоначальном клинико-нейропсихологическом исследовании комбатантов. При этом при проявлениях тревожной депрессии с внутренним напряжением, неспособностью концентрации внимания, страхом и инсомнией назначались селективные ингибиторы обратного захвата серотонина (рексетин по 20 мг в сутки) и норадреналина (дулоксетин по 60 мг в сутки) в течение 4 и более недель. Для устранения тревожности, беспокойства, улучшения памяти, раздражительности и способности к концентрации внимания без нарушений сна применялись селективные аксиолитики бензодиазепинового (рудотель по 10 мг 3 раза в сутки) или небензодиазепинового ряда (афобазол по 10 мг 3 раза в сутки) в течение 2-4 недель.

При выраженных расстройствах сна использовались транквилизаторы бензодиазепинового ряда нитразепам (2,5-5 мг за 30 минут до сна, курс - 1-2 недели). Всем пациентам с нейропротективной целью, для оптимизации мозгового метаболизма назначались мексидол (по 250 мг 3 раза в сутки, курс - 4-6 недель) или глиатилин (по 400 мг 3 раза в сутки, курс -6 недель). Больным с вестибулопатией рекомендовали фезам (по 1 капсуле 3 раза в сутки в течение 6 недель).

При психовегетативном синдроме, протекающем с симпатикотонией, назначались диетотерапия с ограничением поваренной соли, продуктов, богатых солями калия и магния; витамины группы Вх; альфа- и бета-адреноблокаторы (анаприлин по 10 мг 3 раза в сутки); антидепрессанты с седативным эффектом. При симпатикотонии использовали блокаторы кальциевых каналов циннаризин (стугерон).При ваготонии, наряду с биогенными стимуляторами и витаминотерапией (Вб), применяли антидепрессанты с холинолитической активностью

* 305041 Курск, ул. Карла Маркса, 3, Курский ГМУ