Никола Петрович-Негош на страницах журнала «Нива»

Наталия Григорьевна СТРУНИНА-БОРОДИНА

Никола Петрович-Негош на страницах журнала «Нива»

Источником для данного исследования мы выбрали санкт-петербургский еженедельный иллюстрированный журнал «Нива», издававшийся на протяжении 48 лет — с 18(30) декабря 1869 г. по сентябрь 1918 г.«Нива» позиционировала себя как литературный журнал для семейного чтения. Журнал был самым популярным в дореволюционной России. К примеру, если популярными и пользующимися успехом у читателей в то время были издания с тиражом уже в 1000 экз., то тираж «Нивы» только в первый год издания (1870 г.) равнялся 9000 экз. (что было в два раза больше, чем тираж любого популярного «толстого» ежемесячника с солидным опытом издания, будь то «Отечественные записки», «Русский вестник» или «Вестник Европы», — но эти издания были заведомо дорогими). По количеству подписчиков «Нива» опередила в то время даже ежедневную прессу. В 1877 г. тираж «Нивы» составил 30 тыс. экз., в 1878 г. — 43 тыс. экз., в 1886 г. — 102 тыс. экз., к началу 1900 г. — более 235 тыс. экз., а к 1917 г. тираж этого наиболее распространенного еженедельника дореволюционной России достиг 275 тыс. экз.1

Такую популярность «Нивы» можно объяснить не только тем, что, за отсутствием телевидения и интернета, люди в основном черпали информацию из газет и журналов, а страницы «Нивы» изобиловали красочными иллюстрациями и фотографиями, что, безусловно, дополнительно привлекало читателей. Помимо этого, на страницах данного еженедельника публиковались также труды многих популярных тогда писателей различных направлений. Среди них были Д. В. Аверкиев, П. Д. Бо-борыкин, И. А. Гончаров, Д. В. Григорович, Г.П. Данилевский,

220 » Н.Г. Струнина-Бородина

Н. С. Лесков, А. Н. Майков, Д. Н. Мамин-Сибиряк, Д. С. Мережковский, Василий и Владимир Немирович-Данченко, Я. П. Полонский, И. Н. Потапенко, Е. А. Салиас, К. К. Случев-ский, Вс. С. Соловьев, К. М. Фофанов. В 1890-е годы «Нива» опубликовала роман Л. Н. Толстого «Воскресение» (1899 г.), несколько рассказов А. П. Чехова, произведения К. Д. Бальмонта, И. А. Бунина, позднее А. А. Блока, К. И. Чуковского и др.2

Если сравнить «Ниву» с иностранными изданиями, то по числу подписчиков, например, в 1904 г. «Нива» уступала лишь «Illustrated London News».

В данной статье мы проследим и проанализируем, какую информацию российский читатель находил на страницах журнала в XIX — начале ХХ вв. о такой выдающейся и неоднозначной личности, как Никола Петрович-Негош.

Черногорский князь (с 1910 г. — король) Никола — деятель, который бесспорно заслуживает глубокого исследования4. Вступив на черногорский престол в 1860 г. 19-летним юношей, он возглавлял страну без малого 60 лет. Именно при нем Черногория стала международно признанной политической единицей и из «кучки камней» превратилась в маленькое европейское королевство — естественно, не без помощи России. За время правления Николы Петровича-Негоша на российском престоле смелось три императора, и с каждым из них Никола был в хороших, дружеских отношениях.

По результатам Берлинского конгресса 1878 г. Черногория получила международное признание независимости. Император Александр II также оказывал княжеству помощь в открытии учебных заведений, для чего выделил специальную субсидию и направил преподавательский состав5. Александр III поставил черногорскую династию Петровичей-Негошей на один уровень с именитыми династиями Европы, устроив бракосочетания дочерей Николы Петровича со своими двоюродными братьями (напомним, что после браков Петровичей с Романовыми и династия Савойских заключила династический брак с Петровичами-Негошами). Таким образом, была призна-

Никола Петрович-Негош на страницах журнала «Нива» 221

на равнородность* черногорской династии. А знаменитый тост Александра III в честь черногорского князя,прогремевший на весь мир, имел эффект «разорвавшейся бомбы». Император Николай II почти в 10 раз увеличил субсидию Черногории, сумма которой лишь на военные расходы была близка к миллиону рублей перед Первой мировой войной6.

В связи с тем, что в российской дореволюционной прессе широко освещались как многие балканские события, так и деятельность Славянского благотворительного комитета7, у российского читателя были на слуху Черногория и Никола (или на русский манер — Николай) Петрович-Негош.

Итак, что же российские читатели «Нивы» узнавали об этой маленькой балканской стране и ее правителе?..

Статьи, посвященные Николе Петровичу, были зачастую связаны с его визитами в Россию. Это в первую очередь 1889 год, когда российский император назвал черногорского князя «единственным верным другом» и династия Романовых породнилась с Петровичами-Негошами. Разумеется, династические браки готовились заранее. С января 1889 г. черногорских принцесс постоянно приглашали на различные мероприятия, проводимые как в тесном семейном кругу императора, так и в более широком кругу приближенных особ8. Вероятно, по «заказу сверху», уже в самом начале 1889 г. «Нива» печатает статью «Князь Николай Черногорский», где вкратце знакомит читателя с героической историей Черногорского княжества, отвагой народа, климатическими условиями Черногории и, главное, ее правителем9. В статье особо подчеркивались образованность и даже поэтический дар Николы, а также были представлены три его стихотворения, посвященные: жене, княгине Милене, старшей дочери Зорке и третье — дочери Стане (Анастасии)**.

Весной 1889 г. Никола Петрович-Негош прибыл в Петербург, а 18 мая во дворце состоялся званый ужин в честь чер-

* Термин заимствуем у Л. В. Кузьмичевой. См.: Кузьмичева Л. В. Балканские принцессы в семье европейских монархов (к вопросу о признании равнородности черногорской и сербской династий) // Человек на Балканах: социокультурные измерения процесса модернизации на Балканах (середина XIX - середина ХХ вв.). СПб, 2007. С. 342-373.

** См. приложение № 1.

222 » Н.Г. Струнина-Бородина

ногорского гостя. Тогда император Александр III и произнес знаменитый тост: «Пью за единственного верного друга России — черногорского князя Николая»10. Эти слова российского императора облетели всю Европу, если не весь мир, и везде имели свои трактовки и реакцию. В специальной статье «Единственный верный друг России» «Нива» подробно рассказывала своим читателям об отношении к тосту императора Александра III европейской общественности, цитируя европейскую прессу. Некоторые газеты выражали сильные опасения, другие же наоборот — радость. Германоязычная венгерская газета «Pesther Lloyd» выпустила огромную статью, посвященную речи императора и всем ее последствиям. Газета, однако, не решилась критиковать Россию, но направила ряд угроз в адрес черногорского князя. «Друг Австро-Венгрии не имеет никаких серьезных оснований для того, чтобы быть непременно врагом России, потому что Австро-Венгрия не имеет никаких серьезных оснований для того, чтобы стать противником России, но совершенно наоборот, верный друг России, в виду известных обстоятельств, ни в каком случае не может не быть самым решительным врагом Австро-Венгрии», — писала газета. В конце статьи «Pesther Lloyd» предостерегал князя: «Поэтому-то мы и считаем не лишним напомнить князю Черногорскому, что, вернувшись в свое отечество, он будет находиться довольно далеко от своих русских покровителей, но зато непосредственно близко от австро-венгерской границы»11.

Сербский «Дневни лист» посчитал подобные высказывания лишь свидетельством того, что «петергофский тост нагнал на европейскую лигу мира, а в особенности на миролюбивую Австро-Венгрию, такой страх, как будто русские войска выступили уже в поход»!12

В славянских странах тост в честь черногорского князя вызвал искреннюю радость, как, к примеру, в Чехии и Сербии. Сербские газеты писали множество одобрительных статей по этому случаю, однако бытовало мнение, что «если дело дойдет до борьбы, то факты покажут, что есть еще другие друзья, готовые участвовать в войне за святое славянское дело»13. А мнение брюссельской газеты «Nord» было таково, что Черно-

Никола Петрович-Негош на страницах журнала «Нива» 223

гория заслужила признание «единственного искреннего друга России», так как последняя со стороны многих народов встретила неблагодарность вместо признательности, и «только маленькое, но героическое княжество Черногорское проявляло к России непоколебимую и преданную любовь», поэтому «князь Николай и его народ занимают привилегированное место в сердце каждого русского», о чем и был сказан тост, прозвучавший в семейном кругу при вступлении в родственный союз князя с императором Александром»14.

На вышеупомянутом ужине было объявлено о помолвке черногорской принцессы Милицы Николаевны и великого князя Петра Николаевича Романова.

В № 24 «Нивы» за 1889 г. (в разделе «Разные известия» под заголовком «Придворные известия») сообщалось, что вскоре, 23 мая 1889 г., великий князь Петр Николаевич Романов, сопровождая свою невесту и ее отца, отправился из Санкт-Петербурга в Киев, чтобы получить там благословение у своей матери, великой княгини Александры Петровны. После этого обрученные отправились в Черногорию, куда прибыли 20 июня 1889 г. Петра Николаевича встретили в Цетинье с большим воодушевлением15. Портреты великокняжеского жениха и его черногорской невесты российские читатели увидели в № 30 журнала «Нива»*. Радость черногорцев еще более возросла после того, как 25 июля того же года было объявлено об обручении другой дочери князя Николы — Станы — с внуком (по дочери) императора Николая I, Георгием Романовским, герцогом Лейхтенбергским. Их портреты также были напечатаны в «Ниве» в № 34**.

26 июля в Петергофе состоялось венчание Милицы и Петра, на котором присутствовала вся царская фамилия16.

В связи с этими торжественными событиями черногорский князь удостоился чести — император России назначил его шефом 15-го Стрелкового полка, который героически отличился во время русско-турецкой войны 1877—1878 гг. Это был очень высокий знак отличия. Кстати, Милица и Анастасия,

* См. приложение № 2.

** См. приложение № 3.

224 » Н.Г. Струнина-Бородина

ставшие впоследствии великими княгинями, носили звание почетных офицеров русской армии17.

Коснемся 1896 года. Тогда в мае состоялись коронационные торжества, на которые в Москву прибыло множество иностранных гостей, в том числе и черногорский князь. «Нива» подробно освещала эти события, печатались подробные описания торжеств, фотографии императорской четы, всех гостей и представителей иностранных государств18, среди которых были также фотографии Николы Петровича и его сына, черногорского престолонаследника Даниила19. Помимо того, «Нива» давала и краткие справки о каждом госте. Так, о черногорском князе говорилось, что он родился в Негоше 25 сентября 1841 г., «получил свое образование в Триесте и Париже и известен своими литературными трудами, главным образом поэтическими». «Нива» не забыла упомянуть и о династических браках Петровичей-Негошей с Романовыми. О наследном черногорском принце сообщалось, помимо прочих сведений, что «князь Даниил принимает участие в государственном управлении своей страны, состоя председателем государственного совета», также отмечалось, что он состоит на русской службе в чине полковника20.

В том же 1896 г. еженедельник освещал, как проходят торжественные мероприятия по случаю коронации Николая II в различных мировых столицах. В статье «Празднование 14 мая 1896 г.», в разделе «За границей», упоминались и Балканы: «Радостно проведен был день 14 мая и во всех трех славянских государствах — Сербии, Болгарии и Черногории, а также и в Румынии»21.

На следующий год «Нива» также сообщала читателям о Черногории. В январском номере (№4) была опубликована большая статья о черногорском княжестве с 6 иллюстрациями черногорской столицы, г. Цетинье, и фотографией Николы Петровича*. Публикация была приурочена к празднованию 2 января 1897 г. в Цетинье двухсотлетия княжения в Черногории рода Петровичей-Негошей. Юбилейная дата выпадала на сентябрь 1896 г., однако князь решил перенести

* См. приложение № 4.

Никола Петрович-Негош на страницах журнала «Нива» 225

торжества на новогодние праздники, чтобы избежать лишних расходов в связи с постигшим Черногорию страшным наводнением. Как писала «Нива», Никола Петрович решил «не устраивать особого празднования двухсотлетия княжения своего рода, а ... придать ему скромный национальный характер, приурочив празднование именно ко 2-му января»22, когда по черногорскому обычаю в Цетинье съезжалась масса народа со всего княжества, в том числе воеводы и старейшины, чтобы принести князю свои поздравления с Новым годом. Празднование ограничилось литургией и панихидой по основателю династии Петровичей-Негошей, владыке Данииле I, останки которого были выставлены накануне в кафедральном соборе. «После панихиды члены княжеского дома и генералы пронесли гроб с прахом ... Даниила I к памятнику, воздвигнутому в честь его»23. При этих событиях присутствовала вся княжеская фамилия и дипломатический корпус, а также черногорские сановники и воеводы. В торжественной речи князя Николы было традиционно сказано о двухвековой борьбе с турками, о неизменной верности князя заветам предков, а также Никола «благодарил могущественный братский русский народ за его благоволение и покровительство, равно как и дружественных государей и народы, и в заключение дал обещание посвятить свою жизнь своему народу». Речь князя вызвала неописуемый энтузиазм24.

В этой же статье в «Ниве» были даны краткие исторический, географический и социально-экономический очерки Черногории, а также описана история установления двусторонних отношений — императором Петром I с черногорцами во главе с владыкой Даниилом I — и последующее их развитие при представителях династии Петровичей.

В этой всеобъемлющей статье о Черногории журнал давал своим читателям яркое представление о черногорском княжестве, самом князе и простом народе. Процитируем некоторые отрывки, касающиеся черногорской столицы и особенностей народной жизни черногорцев: «Во все время своего существования Черногория беспрестанно воевала, отстаивая свою самостоятельность, и не удивительно, что и до сих пор столица

226 » Н.Г. Струнина-Бородина

ее — Цетинье, как верно выразился один французский путешественник, — не город, не деревня, а просто укрепленный лагерь. Вся Черногория — это одна неприступная крепость, князь — ее комендант, а Цетинье — не более, как резиденция этого коменданта. Воинственный в душе, по самому складу истории своей страны, черногорец презирает мирный труд; работают только женщины. Женщины в Черногории занимаются и всеми полевыми работами, и им, главным образом, страна обязана тем, что небольшие клочки земли, попадающиеся на крутых оврагах и среди скал, превращаются в плодоносные поля. Культура до сих пор не могла поколебать этой вековой непривычки народа к ремесленному труду»25. И далее в статье говорится о супруге черногорского князя: «Княгиня Милена, дочь воеводы Петра, славящаяся до сих пор своей красотой, в домашней жизни ничем не отличается от остальных черногорок. Подобно всем матерям-черногоркам, она — полная хозяйка дома и бесконтрольно и самолично управляет хозяйством»26.

«Что касается жизни княжеской семьи, — пишет далее автор статьи о Черногории, — то она мало чем отличается от жизни прочих черногорских семей. Все просто, даже патриархально. Утром князь принимает доклады секретарей и министров и делает распоряжения по текущим делам, затем выслушивает просителей — каждый черногорец имеет доступ к своему князю и всегда найдет у него защиту себе. Затем князь работает и в свободное время предпринимает прогулки верхом или в экипаже. Впрочем, в экипаже князь стал ездить лишь с недавнего времени. Главная причина этому та, что в Черногории не было дорог в истинном значении слова; они начали устраиваться только с 1880 г., и вдруг, в один прекрасный день, жители Цетинье увидели своего князя с семьей в роскошной коляске и не верили своим глазам. Этот экипаж с богатой упряжью был подарен князю императором австрийским Францем-Иосифом. Но князь предпочитает ездить верхом, и ежедневно можно видеть его в окрестностях Цетинье, в сопровождении сына или кого-то из министров»21.

Благодаря такой разнообразной, яркой информации российские читатели могли легко представить себе устройство

Никола Петрович-Негош на страницах журнала «Нива» 227

жизни в Черногории, особенности быта простых черногорцев и получить сведения о черногорском правителе и его семье.

Далее обратим внимание, какую информацию еженедельник «Нива» давал своим читателям о Черногории и ее князе в 1902 г., когда Никола Петрович вновь приезжал в Петербург. Интересно, что в этот год «Нива» не сообщала никаких сведений о визите князя. Однако в №13 за 1902 г. все же было освещено одно событие, связанное с Николой, — это помолвка его второго сына — княжича Мирко и Наталии Константинович*, представительницы сербской династии Обреновичей. Освещение этого события «Нивой» имело целью показать сближение правящих домов двух соперничающих югославянских стран. В статье, посвященной помолвке Мирко и Наталии, говорилось много лестных слов о черногорском княжиче, отмечались его литературные таланты, которые всячески поощряются и ценятся его отцом, князем Николой, отмечалась популярность княжича среди всего сербского народа, который именует его настоящим юнаком28.

1910 год был богат на статьи, посвященные Черногории и ее правителю. Как известно, с одобрения России, Черногория была провозглашена королевством, а Никола Петрович-Не-гош — королем.Однако не все «черногорские» статьи журнала воспевали новопровозглашенное королевство и славили короля. Еженедельник не забывал и об образе простого народа, в данном случае — простого черногорца, своеобразие и патриархальность быта которого были в диковинку российскому читателю. Так, описывая быт черногорцев, «Нива» в № 28 за 1910 г. поместила гравюру «Черногорцы, возвращающиеся из набега»* (автор П. Иванович), а в описании к изображению говорилось, что это «колоритная иллюстрация народной жизни этого своеобразного славянского племени, быт которого невольно напоминает о древней Спарте. Возвращение из набега — праздник для жителей Черногории. Возвратившиеся из удачного похода воины несут богатую добычу и ведут заложников, за которых получат богатый выкуп»29.

* См. приложение № 6.

228 » Н.Г. Струнина-Бородина

Однако, возвращаясь к главной теме «черногорских» статей 1910 г., следует упомянуть большую статью «Нивы» в № 34 под названием «Никола I, король Черногорский», к которой прилагались и портреты черногорской королевской четы*. «15 августа в родственной нам по национальным связям Черногории, — читаем мы в статье, — совершилось большое торжество: в этот день чествовалось 50-летие княжения Николая I, владыки Черногории, и вместе с тем 50-летие со дня его бракосочетания с княжной Миленой. Черногорская скупщина в чрезвычайном собрании поднесла князю Николаю титул короля Черногории...». (Фотографии самих торжеств «Нива» напечатала в № 37**.) Далее, помимо краткой биографии правителя, исторического очерка о его правлении, ведении им борьбы против турецкого владычества, в результате которой при помощи России княжество получило независимость и «для маленькой Черногории настали дни торжества», отмечалась необыкновенная популярность Николы Петровича в балканских странах. «Нива» подчеркивала его огромные заслуги перед родиной: «Для Черногории ... это настоящий Петр Великий, реформатор и реорганизатор всей жизни в стране, как политической, так и внутренней. Человек с огромной силой воли, с колоссальной энергией и наделенный притом несомненной и яркой талантливостью, Николай Iбуквально создал нынешнюю Черногорию, поставив ее политическое значение в ряду других балканских держав»30.

В статье описывались все заслуги черногорского правителя, начиная с того, что он пытался вести мирную политику и «всецело был поглощен идеей национального сближения с Россией». Деятельность Николы выразилась в том, что в период его правления «имя России и русских стало дорого и мило для черногорцев». Более того, пишет «Нива», черногорцы считают себя родными братьями русских и гордятся этим родством. «Некий черногорец на вопрос путешественника: «Сколько вас всего, черногорцев?» — не обинуясь, ответил: «Около ста миллионов». — «Неужели?» — иронически переспросил ту-

* См. приложение № 7.

** См. приложение № 8.

Никола Петрович-Негош на страницах журнала «Нива» 229

рист. — «Ну, да. Нас и русских», — пояснил черногорец»31. Такое отношение к России у большинства черногорцев в крови, однако укоренению этих чувств в простом черногорском народе во многом способствовал князь Никола. По нашему мнению, это справедливо, ведь без помощи России Черногории не удалось бы добиться того положения, которое она стала занимать в начале ХХ в.

Итак, вернемся к статье о короле Николе. Ее по сути можно назвать настоящим панегириком в честь черногорского правителя. Он воспевается как реформатор и просве-тительЧерногории, выведший ее на европейский уровень. И действительно, после Берлинского конгресса и признания Черногории независимым государством Никола принялся за основание в стране институтов власти, министерств, по образцу остальных европейских государств32. Подчеркнем, однако, что это было возможно лишь при всесторонней помощи Рос-сии33. Так, в период его правления в Черногории прокладывались дороги, строились школы, открывались новые рынки. При нем возник благоустроенный черногорский порт Антива-ри (совр. Бар. — Н. С.-Б.) и была проведена железная дорога к озеру Скутари. Черногорские города украшались новыми богатыми постройками. «Нива» считала главным большим, весьма значимым для страны достижением Николы введение в Черногории «Законника» — кодекса гражданского права и Устава — конституции, что также было сделано благодаря помощи России.

И снова «Нива» напоминала о литературной деятельности новоиспеченного короля: «Он талантливый поэт», — писал автор статьи и перечислял некоторые из его творений, большинство которых было посвящено истории черногорского народа. Наиболее известные из его произведений — «Поэт и вила», трагедия «Вукашин», драма «Балканская царица» (она была переведена на русский язык и вышла в 1896 г. в Петербурге, там же была осуществлена театральная постановка). Боль-

230 » Н.Г. Струнина-Бородина

шинство стихотворений Николы были переведены на другие славянские языки, в том числе на русский язык.

Благодаря таким сведениям, предоставляемым «Нивой», у российского читателя в отношении Черногории складывался идеализированный образ своеобразной «балканской Спарты», крепли романтические представления о героизме черногорцев и рыцарских качествах черногорского короля. Это позволило впоследствии устраивать в пользу черногорцев (а также сербов и болгар) весьма успешные кружечные сборы в период Балканских войн 1912—1913 гг. и Первой мировой войны 1914—1918 гг. Славянским женщинам-балканкам был также посвящен самый знаменитый и любимый россиянами военный марш «Прощание славянки» В. И. Агапкина, написанный в 1912 г., который до сих пор закрывает Парады Победы на Красной площади.

Примечания

1 Краткая литературная энциклопедия. Т. 5. М., 1968. С. 254-255.

2 Там же.

3 Там же.

4 Личность черногорского правителя исследовали в своих трудах отечественные специалисты - акад. Ю. А. Писарев, Н. И. Хитрова, В. Б. Хлебникова. См. напр.: Писарев Ю. А. Шесть десятилетий на троне. Черногорский монарх Николай Пет-рович-Негош // Новая и новейшая история. 1991. № 6; Хитрова Н. И. Россия и Черногория в 1878-1908 годах. М., 1993. Ч. 1, 2; Хлебникова В. Б. К вопросу о месте династических связей России и Черногории во внутренней и внешней политике на рубеже XIX-XX вв. (Рукопись) и др.

5 Архив внешней политики Российской империи (далее - АВПРИ). Ф. 146 (Славянский стол). Оп. 495. Д. 9074. Л. 13-13 об. (Фактические данные о Мариинском женском институте в г. Цетинье.); Государственный архив Российской Федерации (далее - ГАРФ). Ф. 669. (Великая княгиня Милица Николаевна) Оп. 1. Д. 98 (Учебный план (программа) школы для девочек в Цетинье (Черногория) на сербском языке, типографический экземпляр. 1880). Л. 1-6.

6 АВПРИ. Ф. 146. Оп. 495. Д. 9152 - Черногория. Пособие от Русского правительства. Л. 169-173 - Об установлении денежной субсидии Черногории. Извлечение из рукописи П. А. Ровинского. 1908 г.

Также см. Jovanovic R. Les relations politiques entre le Моп1епе§го et la Russie (1711-1918) // Le Montenegro dans les relations internationals. Titograd, 1984. Р. 15-55; Хитрова Н. Предисловие к сборнику документов «Потапов Н. М. Русский военный агент в Черногории. Донесения, рапорты, телеграммы, письма 1902-1915 гг.». Т. I. Подгорица - М., 2003. С. 15-25; Хитрова Н. И. Россия и Черногория в 1878-1908 годах. Ч. 1. М., 1993. С. 111-125; БобовиЬ-РаспоповиЬ С. Руски утица] на културно-просв]етну политику династи'е Петрови^-^егош // Династи'а Петрови^-^егош. Т. II. Подгорица, 2002. С. 407-412.

Никола Петрович-Негош на страницах журнала «Нива» 231

7 Никитин С. А. Славянские комитеты в России в 1858-1876 годах. М., 1960.

8 Библиотечно-архивное отделение народного музея Черногории (Библиотечко-архивско одележе Народног музе]а Црне Горе, далее - БАОНмЦг). Ф. Крала-Николе. Фасц. 1889 г. 18. I. 1889. - Телеграмма черногорскому князю от дочери Зорки из г. Риеки.

9 Нива. №2. 1889. С. 52.

10 Нива. №24. 1889. С. 614.

11 Там же.

12 Там же. С. 615.

13 Там же.

14 Там же.

15 Там же.

16 БАОНМЦГ. Ф. Крала Николе. Фасц. 1889 г. 26. VII. 1889. - Буклет с воззванием Александра III к русскому народу о бракосочетании великого князя Петра Николаевича и Милицы Николаевны 26 июня 1889 г.; Там же. Фасц. 1889. 25. VII. 1889. - Брачный договор черногорской княжны Милицы Николаевны Петрович-Негош и великого князя Петра Николаевича Романова.

17 Jovanovic R. Op. cit. P.49.

18 Нива. 1896. № 21. С. 533-534.

19 Нива. 1896. № 21. С. 540-542 - Августейшие гости и представители иностранных держав на торжествах священного коронования их величеств в Москве.

20 Нива. 1896. № 21. С. 542.

21 Нива. 1896. № 21. С. 540.

22 Нива. 1897. № 4. С. 83.

23 Там же.

24 Там же.

25 Там же. С. 85.

26 Там же.

27 Нива. 1897. №. 4. С. 85-86.

28 Нива. 1902. № 13. С. 254.

29 Нива. 1910. № 28. С. 508.

30 Нива. 1910. № 34. С. 602.

31 Там же.

32 Хлебникова В. Б. Некоторые особенности развития черногорской государственности в последней трети XIX - начале ХХ вв. // Prospice sed respice: проблемы славяноведения и медиевистики: сборник научных статей в честь 85-летия профессора Владимира Александровича Якубовского. СПб, 2009. С. 203-219.

33 Подробнее см.: Струнина Н. Г. Никола Петрович-Негош и его дочери - русские великие княгини Романовы // Черногорцы в России. М., 2011; Она же. К вопросу о влиянии России на систему образования в Черногории в конце XIX -начале ХХ вв. // Славяне и Россия. К 110-летию со дня рождения С. А. Никитина. М., 2013; Она же. Из истории российско-черногорских отношений: визиты Николы Петровича-Негоша в Россию // Славянский альманах: 2012. М., 2013; Она же. Никола Петрович-Негош как преемник Петра II Петровича-Негоша // Петар II Петрович-Негош - митрополит, реформатор, поэт. К 200-летию со дня рождения. М., 2013.

232

Н.Г. Струнина-Бородина

Приложение 1.

«Нива». 1889. № 2. С. 52-53.

Моей Царице

Если б, идя полем жизни, Собирал я те цветы (Тонкий запах их впивая), Что по нем сажала ты,

Создал бы я нечто выше, Нечто ярче и сильней, — Написал такую книгу, Что подобья нет для ней...

Я воспел бы много лучше, Доблесть, мудрость, доброту, Чувства женские вознес бы На большую высоту

И в венец тот вплел бы также Женщин к родине любовь — Что мужской ничуть не меньше, Но проникла глубже в кровь.

И на нем, как на скрижалях, Начертил бы я подряд Все души твоей алмазы — Лучший царственный наряд.

Никола Петрович-Негош на страницах журнала «Нива» 233

Моей Зорке

Не все то золото что ярко, И трон не место для покоя: Поверь, дитя, там счастья мало Иль даже нечто есть иное.

Короны блеск мешает видеть, Что терния под нею скрыты. О короле вполне счастливом Рассказ хоть в сказке отыщи ты.

Но счастлив истинно — кто мирно В своем углу трудиться знает, Идя святым путем Господним, Как человеку подобает.

Княжне Стане

Точно ты из улья пчелка Иль из садика цветочек; Не с росой ли к нам ты пала, Хлеба доброго кусочек?

Мимовольно ты чаруешь Грациозной простотою, И твой милый, кроткий образ Переполнен добротою.

Будь, дитя, верна портрету, — Так не прочно все другое!.. Коль добра ты, верь, доступно Для тебя и все благое.

И заметь ты в этой книге, Что было с Даницей* в жизни: Чем способна черногорка Милой жертвовать отчизне».

Никола Петрович-Негош

* Даница - главная героиня драмы «Балканская царица».

234 » Н.Г. Струнина-Бородина tra^^^o^^^^x^^^xra^^x^

Приложение 2.

«Нива». 1889. № 30. С. 760.

Черногорская принцесса Милица Николаевна Петрович-Негош и русский великий князь Петр Николаевич Романов

Никола Петрович-Негош на страницах журнала «Нива» 235

Приложение 3.

«Нива». 1889. № 34. С. 860.

Князь Георгий Максимилианович Романовский и его невеста черногорская княжна Анастасия Николаевна Петрович-Негош

236 Н.Г. Струнина-Бородина

Приложение 4.

«Нива». 1897. № 4. С. 84-86.

Черногорский князь Никола Петрович-Негош

»»Никола Петрович-Негош на страницах журнала «Нива» 237

Новый дворец князя Николы Петровича-Негоша

238 ^^^^^^^^^^^^ Н.Г. Струнина-Бородина

Приложение 5.

«Нива». 1902. № 13. С. 254.

Черногорский княжич Мирко Петрович-Негош (второй сын князя Николы) и его невеста, представительница сербской династии Обреновичей, Наталия Константинович, 1902 г.

Никола Петрович-Негош на страницах журнала «Нива» 239

Приложение 6.

«Нива». 1910. № 28. С. 506.

Черногорцы, возвращающиеся из набега

240 ^^^^^^^^^^^^ Н.Г. Струнина-Бородина

Приложение 7.

«Нива». 1910. № 34. С. 601.

Черногорский король с супругой королевой Миленой

Никола Петрович-Негош на страницах журнала «Нива» 241

Приложение 8.

«Нива». 1910. № 37. С. 649.

Юбилейные торжества в столице Черногории г. Цетинье. Черногорский король Никола Петрович-Негош с супругой королевой Миленой, русская великая княгиня Анастасия Николаевна Романова под руку с итальянским королем Виктором-Эммануилом Ш, черногорский престолонаследник Данило Петрович-Негош с королевой Еленой итальянской