АНАЛИЗ СОСТОЯНИЯ ПОЧВЕННОГО МИКРОБНОГО СООБЩЕСТВА ПРИ ДЛИТЕЛЬНОЙ АНТРОПОГЕННОЙ НАГРУЗКЕ

ЭКОЛОГИЧЕСКАЯ БЕЗОПАСНОСТЬ

УДК 579.26: 502/504

АНАЛИЗ СОСТОЯНИЯ ПОЧВЕННОГО

МИКРОБНОГО СООБЩЕСТВА

ПРИ ДЛИТЕЛЬНОЙ АНТРОПОГЕННОЙ НАГРУЗКЕ

Н.Р. Эмер, Н.В. Костина, А.И. Нетрусов, И.С. Жебрак, П.А. Кожевин

В статье представлен сравнительный анализ структурных и функциональных характеристик микробных сообществ серой лесной почвы залежных и интенсивно возделываемых участков. Длительное антропогенное воздействие с массивным ежегодным внесением минеральных удобрений при выращивании монокультуры картофеля приводит к деградации почвенной микробной системы. Катастрофическое снижение функционального потенциала микробной системы (экологические услуги) показано с помощью экоэксергии как термодинамического показателя «здоровья» почвы.

Ключевые слова: микробная система, почва, нарушение, «здоровье» почвы, экологические услуги, эксергия.

Введение

Особенность современного сельского хозяйства, как известно, — упор на интенсивный подход с созданием высокопродуктивных моновидовых систем, продукция которых обеспечивается внесением биогенов и другими энергозатратными технологиями. Интенсивные агросистемы не являются автономными, характеризуются самоотравлением и загрязнением окружающей природной среды.

Прямая противоположность интенсивному подходу — «органическое» (экологическое) земледелие с метафорой «здоровье» почвы, окружающей среды и человека. Речь идет об использовании естественных биологических механизмов для получения высококачественной продукции с минимальным загрязнением окружающей среды (так называемые природоподобные технологии). Это направление до настоящего времени не играло заметной роли и иногда представлялось как утопия. Стратегия экономической безопасности Российской Федерации (Указ Президента Российской Федерации от 13.05.2017 г. № 208) рассматривает развитие энергосберегающих и «зеленых технологий» даже как угрозу экономической безопасности (гл. II, п. 6). В научном плане вопрос о возможностях, ограничениях и специфических рисках при-родоподобных технологий представляется дискуссионным.

Интенсивный и экологический («органический») подходы на языке теории игр представляют разные стратегии со своими положительными и отрицательными характеристиками. В частности, для интенсивного подхода в качестве достоинства упоминается очевидная возможность получения

высоких урожаев на ограниченной площади агро-ценоза, однако при этом возникают вопросы о качестве продукции и потери жизнеобеспечивающей функции природной экосистемы («экологические услуги»). Выбор оптимальной стратегии следует делать с учетом роли почвенных микроорганизмов в проблемах экологической и продовольственной безопасности [9] .

Цель данной работы — изучение структурно-генетических и функциональных особенностей микробных сообществ залежной и интенсивно обрабатываемой серой лесной почвы.

Материалы и методы исследования

Для проведения экспериментальной работы использованы образцы серой лесной почвы с участков залежи и интенсивно обрабатываемого картофельного поля (Тульская обл.). Длительность эксплуатации почвы поля — более 20 лет с ежегодным внесением в нее минеральных удобрений по схеме Nl8oPшKш. Возраст залежи также превышает 20 лет. Описание участков отбора проб и физико-химические характеристики почв представлены в ранее опубликованных работах [1,4].

Образцы почв отбирали осенью, после уборки урожая, с глубины 5—20 и 0—20 см для залежи и поля соответственно. Мультиреспираторное тестирование проводили исключительно с образцами свежей почвы. Хранение образцов осуществляли в воздушно-сухом состоянии.

Динамика активности дыхания. Изучение динамики активности дыхания проводили с увлажненными образцами почв в течение девяти суток. Ежедневно определяли рН водной вытяжки. Одновременно с увлажнением в почвенные образцы вносили добавки в виде источников углерода

(глюкоза — 0,2 мг C/г абс. сух. почвы) и азота (NH4NO3 — 0,01—4,0 мг N/1 г почвы). В качестве контрольных использовали увлажненные образцы почв без добавок и образцы, содержащие только добавку глюкозы (0,2 мг С/г почвы).

Навески почвы по 5 г помещали во флаконы объемом 15 мл, накрывали пленкой SahranWrap и инкубировали в эксикаторе при температуре 28°. Ежедневно в одно и тоже время флаконы закрывали резиновыми пробками, фиксировали их зажимами, инкубировали 1 ч при 28° и определяли содержание СО2 во флаконах методом газовой хроматографии.

Мультиреспираторное тестирование. Навески по 0,5 г каждого образца почвы помещали в культуральный 24-луночный планшет с диаметром лунки 15,6 мм. В каждую лунку с навеской добавляли по 1 мл одного из растворов глюкозы, маннита, лизина, ацетата натрия, галактозы 1%-й концентрации. В качестве контроля использовали навески почв, к которым добавляли по 1 мл воды. Планшет с образцами накрывали крышкой, заполненной агаризованным раствором крезолового красного, и инкубировали при 28° в течение 24 ч. Результаты теста оценивали по степени изменения окраски индикатора с помощью программы «ImageJ».

ДГГЭ-анализ (денатурирующий градиентный гель-электрофорез). Микробную ДНК выделяли из почвы, согласно методике [12] с применением стеклянных бус и прибора «Mini beadbeater-8» (Biospec Products, Bartlesville, USA) с незначительными модификациями, соответствующими изменению объема почв, используемого для экстракции.

Электрофорез ДНК проводили в 1%-м агароз-ном геле в горизонтальных блоках с ТАЕ-буфе-ром (40 мМ Трис, 20 мМ уксусная кислота, 1 мМ EDTA, рН 8,0).

Амплификацию осуществляли по схеме ПЦР — Nest-ПЦР. Праймеры: F515 (GTG-BCA-GCM-GCC-GCG-GTA-A), R907 (CCG-TCA-ATT-CMT-TTG-AGT-TT) [6,10], CG-Clamp (CGC-CCG-CCG-CGC-CCC-GCG-CCC-GTC-CCG-CCG-CCC-CCG-CCC-G) [5]. Условия ПЦР: 2,5 мМ MgCl2; 0,2 мкМ каждого праймера; температура отжига 55°; 30 циклов. Условия Nest-ПЦР: 1,5 мM MgCl2; 0,15 мкМ каждого праймера; температура отжига 62°; 20 циклов.

Условия ДГГЭ: денатурирующий агент — от 30—45 до 60%; 0,5-кратныйТАЕ-буффер; 100 В; 60°; 16 ч; 6%-й акриламид; окрашивание Silver Stain Kit.

Оцифровку интенсивности полос в гелях проводили в программе для анализа и обработки изображений «ImageJ», версия 1,45s.

Стекла обрастания. Обезжиренные предметные стекла закладывали в образцы почв, которые после увлажнения инкубировали при заданном ре-

жиме (температура 28°, влажность 60% от полной влагоемкости) в течение 10 сут (240 ч). После извлечения их переносили в кювету с водой и осторожно промывали для удаления крупных частиц. После просушивания и фиксации стекла окрашивали акридином оранжевым (1: 10 000; 4 мин; промывка 10 мин). Количественный учет с помощью люминесцентной микроскопии включал данные о числе микроколоний разных классов (одиночные клетки — С1, микроколонии из двух клеток — С2, четырех — С4 и т.д.) с последующим расчетом числа объектов на площади заданного поля зрения (£ =12 800 мкм2). При просмотре 100 полей зрения доверительный интервал для 95%-го уровня значимости не превышал 20% от средних значений.

Результаты и их обсуждение

ДГГЭ — анализ. Анализ фрагментов гена 168 рРНК производили на уровне дискретных таксономических единиц — риботипов. По соотношению яркости полосы и общей площади паттерна полос дорожки в денатурирующем геле оценивали относительное обилие соответствующего ри-ботипа в сообществе с присвоением ему условного названия-ранга (рис. 1). Последующий анализ протекал по схеме «доминирование—разнообразие». Выявлена выраженная линейная зависимость логарифма обилия риботипов от их ранга как в почве залежи (г = —0,96), так и поля (г = —0,97) (рис. 2). Таким образом, структурные закономерности сообществ залежи и поля по распределению выявленных риботипов формально соответствуют экологической гипотезе геометрического распределения с сильновыраженным доминированием объектов. При заданном уровне рассмотрения ДГГЭ-профили бактериальных сообществ обоих объектов оказались близки, однако в почве поля в ряде случаев отмечался небольшой рост разнообразия риботипов.

Активность дыхания почв при внесении углерод- и азотсодержащих добавок. Изучение динамики скорости выделения СО2 и изменения рН в почвах залежи и поля после увлажнения показало, что скорость эмиссии СО2 почвой залежи превышает таковую почвы поля в среднем в три раза, за исключением первых суток эксперимента. В отличие от поля в почве залежи за первые пять суток реализуются два пика наибольшей активности дыхания, в дальнейшем наблюдается снижение интенсивности выделения СО2. Для почвы поля свойствен более сглаженный характер эмиссии СО2, без периодов резкого нарастания и спада активности дыхания (рис. 3).

Показатель рН обеих почв в данный экспериментальный период времени варьирует в относительно узком диапазоне (в пределах 0,5 ед. рН), причем почва залежи имеет более кислую реакцию

Рис. 2. Зависимость индекса относительного обилия риботипов

(рис. 3). Вероятно, нейтральное значение рН почвы поля создает условия для растворения и удержания части выделяемого СО2 почвенной влагой. В связи с этим сравнительный анализ результатов эксперимента проводили относительно конт-

Рис. 3. Динамика скорости выделения СО2 и изменения рН в почвах залежи () и поля () после увлажнения

рольных образцов с увлажнением, но без внесения субстратов.

Внесение в почву залежи дополнительного легкодоступного источника углерода (0,2 мг С/г почвы) способствует росту активности дыхания до двух раз, а в почве поля добавление глюкозы повышает показатель дыхания не более чем в 1,4 раза.

Отклик микробных сообществ на одновременное внесение источников углерода и азота, как и следовало ожидать, существенно определяется сте-хиометрическими характеристиками. В частности, при соотношении С^ = 20:1 скорость эмиссии СО2 возрастает в 1,7 и 1,2 раза для почв залежи и поля соответственно, а при соотношении С^ = = 1:10 отсутствуют достоверные признаки роста скорости эмиссии СО2 в почве залежи, а в почве поля активность дыхания возрастает примерно в 1,5 раза.

Наблюдаемый характер дыхательного ответа почв свидетельствует о том, что повышение концентрации азота в почве залежи является причи-

Рис. 4. Зависимость дыхания почвы залежи (слева) и поля (справа) от концентрации азота во времени

ной подавления активности почвенного дыхания, в то время как в почве поля, наоборот, повышению скорости эмиссии СО2. Корреляционный анализ зависимости дыхания почв от концентрации подтвердил наличие отрицательной корреляции (r = = —0,87) для почвы залежи и положительной — для почвы поля (r = 0,43). Таким образом, в почве интенсивной агроэкосистемы регистрируются признаки эффекта PICT (Pollution-induced community tolerance), что свидетельствует о радикальной трансформации микробной системы, включая вероятное изменение относительной функциональной роли бактерий и грибов. Особенности отклика микробных сообществ почв залежи и поля четко выявляются на примерах зависимости показателя дыхания от концентрации азота во времени (рис.4 и 5).

Мультиреспирометрический тест. Данные мультиреспирометрического тестирования подтверждают существенное снижение функционального потенциала микробного сообщества в условиях интенсивной агроэкосистемы. Уровень потребления таких субстратов, как сахар (глюкоза, галактоза), многоатомные спирты (маннитол), аминокислоты (лизин) и соли органических кислот (ацетат натрия) почвенными микроорганизмами

Глюкоза

Рис. 5. Функциональный спектр и интенсивность

залежи и обрабатываемого поля существенно различаются с резким сокращением пространства функциональных возможностей микробной системы почвы агроэкосистемы (рис. 5).

Усеченный спектр функциональных возможностей почвы, длительное время подвергавшейся мощному антропогенному воздействию, связан с упрощением и адаптивным приспособлением системы.

Стекла обрастания. Сравнительный анализ количественных характеристик микробного роста в исследуемых почвах проводили на основе простой модели формирования биопленки in situ на начальных этапах колонизации стекол обрастания [2]. Модель представлена уравнением: dN/dt = ^N + A, где N — число клеток в поле зрения микроскопа; t — время инкубации стекол (ч); ц — удельная скорость роста (ч-1); А — скорость миграции (прикрепления) клеток.

Для определения А общее число колоний всех классов ZQ = Q + С2 + С4 + ... + Q (в расчете на одно поле зрения) нужно разделить на время, т.е. А = ZQ/t. После этого по известным значениям А и общей численности N = С1+2С2+4С4+ + ... + ¡С( определяется ключевой показатель темпа роста — удельная скорость (ц).

Поскольку уравнение F(x) = (A/x) • exp (x • t)— (A/x) — N, описывающее процесс колонизации, не имеет простого алгебраического решения, мы использовали в данном случае численный компьютерный метод расчета.

Для микробного сообщества картофельного поля получены следующие значения: N = 3,0 кл/поле зрения, А = 0,01 кл/поле зрения • ч, ц = 0,0018 ч-1. Для микробного сообщества почвы залежи аналогичные показатели характеризуются принципиально иными значениями: N = 31,0 кл/поле зрения, А = 0,069 кл/поле зрения • ч, ц = 0,0048 ч-1. Очевидно, что в природной экосистеме по сравнению с агросистемой обеспечивается не только превышение на порядок общей численности клеток, но и существенно возрастают показатели миграции и роста. В частности, расчетное время генерации

(удвоения) ¿1/2 = 1п 2/^ в образцах почв залежи и поля составляет примерно 6 и 16 сут соответственно, что указывает на выраженный дефицит доступных органических ресурсов в агроэкосистеме.

Особый интерес представляет структурно-функциональная характеристика микробных сообществ с оценкой вероятных энергетических каналов по относительной роли грибов и бактерий в процессах разложения почвенного органического вещества. Для этого, помимо количественного учета бактерий, одновременно при микроскопии стекол обрастания определяется длина мицелия грибов. Показатели обилия грибного мицелия в почве залежи и поля существенно и достоверно различаются: 96,0 и 3,9 мкм/поле зрения соответственно, что также свидетельствует о радикальном изменении микробного сообщества в агроэкосистеме. Для понимания регистрируемых изменений в функциональном плане необходим анализ индекса относительной роли грибов и бактерий (¥/В).

Индексы рассчитываются на основе информации, полученной разными методами. По многочисленным литературным данным, они могут служить индикаторами переключения режимов функционирования микробных сообществ. В данном случае в качестве индекса мы использовали соотношение поверхностей грибных гиф и бактериальных клеток, исходя из того, что микроорганизмы именно через поверхность контактируют с внешней средой [3].

Расчеты проводили с использованием морфологических показателей [2] со значениями радиусов 0,29 и 2,5 мкм для сферы и цилиндра соответственно. Индексы для залежи и поля существенно различаются (47,3 и 31,4 соответственно). Практически это означает, что в агроэкосистеме относительная роль грибов снижается примерно в полтора раза. Важно, что это переключение происходит на фоне других радикальных изменений (скорость роста, миграция, показатели обилия) с выраженным подавлением функционирования микробного сообщества интенсивно обрабатываемой почвы картофельного поля.

Заключение

Бактериальные сообщества залежи и поля характеризуются сходством по используемым в работе структурно-генетическим характеристикам. Разумеется, молекулярно-генетические методы на других уровнях детализации позволят показать и различия в структуре сообществ, включая просто списки доминирующих объектов. Однако в нашем случае следует обратить внимание на сходство ранговых экологических распределений, которые в принципе не связаны с именами объектов. В двух рассматриваемых местообитаниях наблюдается в первом приближении одно и то же геометрическое

распределение с выраженным доминированием, но в функциональном плане микробные сообщества различаются принципиально.

В агроэкосистеме в результате изменения условий (включая С/№, рН) выявлены, в частности, признаки сильного подавления грибов. Функциональные возможности микробного сообщества интенсивно обрабатываемой почвы значительно усечены по сравнению с почвой залежи. Очевидно, что функциональное разнообразие в микробной системе представляет первоочередной интерес.

Для обобщения полученной информации о микробных сообществах картофельного поля и залежи воспользуемся термодинамическим показателем — экологической эксергией [9]. Экоэксергия отражает работу для создания экосистемы из неорганических компонентов и необходимую для этого информацию. Экоэксергия, как и энергия, измеряется в джоулях, а по смыслу является мерой отклонения системы от равновесного состояния.

Для расчетов используем данные прямого количественного учета. Численность прокариот составляет 2,4 и 0,23 млрд кл/г почвы залежи и картофельного поля соответственно. Время генерации, по данным эксперимента с биопленкой на стеклах обрастания в образцах залежи и поля, равно 6 и 16 сут соответственно. Длина мицелия грибов в почвах залежи и поля примерно равна 700 и 80 м/г соответственно. В нашей работе отсутствуют данные о темпе размножения грибов. Поэтому на основе аллометрического метаанализа примем во внимание значение медианы времени генерации — 1128 ч, т.е. 47 сут [11]. Таким образом, за месяц происходит примерно одна генерация. Расчет биомассы клеток и мицелия (сухое вещество) проводили по стандартной схеме [2]. Примем также, что масса пахотного слоя почвы на площади в 1 га равна 3000 т.

Воспользуемся упрощенной схемой расчета экоэксергии микробной системы на основе данных о биомассе объектов и их информационной значимости: Eco-exergy = 2 $¡0, где Р — коэффициент, отражающий информационную характеристику объектов по их геному [7]. Поскольку количественный учет прокариотных клеток проводился без дифференциации бактерий (Р = 8,5) и архей (Р = 13,8), для расчета экоэксергии возьмем близкое к среднему значение для этих объектов — Р = 10. Для грибов этот показатель существенно выше — Р = 61.

В результате расчетов с принятыми допущениями получаем значение экоэксергии для прока-риотного сообщества за месяц в 1 т почвы картофельного поля: Eco-exergy =1,7 МДж. Прокариоты залежи характеризуются более высоким значением этого показателя «здоровья почвы»: Eco-exergy = = 45 МДж. Таким образом, в результате интенсивного антропогенного воздействия за 20 лет спо-

собность почвенного прокариотного сообщества картофельного поля выполнять свои экологические функции («экологические услуги») снизилась примерно в 26 раз по сравнению с залежью. В данном случае экоэксергия весьма наглядно показывает состояние и работоспособность почвенных прокариотных сообществ, которые функционируют в местообитаниях, расположенных рядом друг с другом (в пределах сотни метров). В пересчете на 1 га экоэксергия в контроле и нарушенном местообитании равна 134,6 и 5,2 ГДж.

Аналогичные расчеты для мицелия грибов позволяют определить значения экоэксергии для этих объектов: 9300 и 1100 ГДж для образцов залежи и картофельного поля соответственно в расчете на 1 га. Значения экоэксергии для грибов существенно превышают таковые для прокариотных микроорганизмов, что определяется уровнем обилия и генетической сложностью этих объектов (Р = 61). Однако и в этом случае функциональный потенциал грибного сообщества картофельного поля почти на порядок ниже такового в условном контроле.

Воспользуемся данными об экоэксергии в нашем примере для демонстрации принципиальной возможности определения стоимости экологических услуг почвенной микробной системы. Поскольку экоэксергия является термодинамической характеристикой и имеет размерность энергии (Дж), можно в первом приближении вычислить соответствующие показатели на основе рыночной стоимости энергии [8]. Например, для определенности

можно взять актуальный тариф для электроэнергии — 5,5 руб. за 3,6 МДж (1 кВт • ч). Тогда «экологические услуги» прокариотного сообщества в рассматриваемых границах пространства (1 га) и времени (1 мес) составят примерно 206 000 и 7900 руб. для залежи и картофельного поля соответственно. Стоимость «экологических услуг» почвенных грибов в контрольном местообитании — 14,2, а на картофельном поле — 1,7 млн руб.

Представленные примеры показывают, что экоэксергия как холистический количественный показатель экологической устойчивости природных микробных систем может служить индикатором «здоровья почвы». В настоящей работе показано также, что стратегия интенсивной обработки почвы в заданных условиях фактически представляет собой «войну» с почвенной микробной системой с разрушением ее экосистемных функций. Для выбора приемлемой или компромиссной стратегии в теории игр, как известно, проводится анализ соответствующей действительности платежной матрицы, элементы которой представлены цифрами, отражающими платежи. Возможность создания такой платежной матрицы дает представленный в настоящей работе структурно-функциональный подход.

КОНФЛИКТ ИНТЕРЕСОВ

Авторы заявляют об отсутствии конфликта интересов.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРА

1. Зинякова Н.Б., Ходжаева А.К., Тулина А.С., Семенов В.М. Активное органическое вещество в серой лесной почве пахотных и залежных земель // Агрохимия. 2013. № 9.

2. Кожевин П.А. Микробные популяции в природе. М., 1989.

3. Кожевин П.А. Экология почвенных микроорганизмов // Экология микроорганизмов / Под ред. А.И. Нетрусова. М., 2004.

4. Эмер Н.Р., Семенов А.М., Зеленев В.В. и др. Ежесуточная динамика численности и активности азот-фиксирующих бактерий на участках залежной и интенсивно возделываемой почвы // Почвоведение. 2014. № 8.

5. Green S.J. A guide to denaturating gel electrophoresis (Version 2). Stefangreen.com. — 2005. URL: Stefan-green.com (дата обращения: 09.07.2018).

6. Green S.J., Leigh M.B., Neufeld J.D. Denaturating gradient gel electrophoresis (DGGE) for microbial community analysis // Microbiology of hydrocarbons, oils, lipids, and derived compounds / Ed. by K.N. Timmis. Heidelberg, Germany, 2009.

7. J0rgensen S.E. Exergy // Ecosystem Ecology. Amsterdam, 2009.

8. J0rgensen S.E. Ecosystem services, sustainability and thermodynamic indicators // Ecol. Comp. 2010. Vol. 7.

9. Kozhevin P.A., Zhebrak I.S., Maslova O.A. The role of soil microorganisms in environmental and food security// Moscow Univ. Soil Sci. Bull. 2017. Vol.72, N 191. DOI 10.3103/S0147687417050039

10. Muyzer G., Brinkoff T., Nübel U. et al. Denaturating gradient gel electrophoresis (DGGE) in microbial ecology // Molecular microbial ecology manual / Ed. by A.D.L. Akkermans, J.D. Elsas von, E.J.d. Bruijn. Dordrecht, The Netherlands, 1998.

11. Sinsabaugh R., Follstad Shah J., Findlay S. et al. Scaling microbial biomass, metabolism and resource supply // Biogeochemistry. 2015. Vol. 122.DOI 10.1007/s10533-014-0058-z

12. Yeates C., Gillings M.R., Davison A.D. et al. Methods for microbial DNA extraction from soil for PCR amplification // Biological Procedures Online. 1998. Vol. 1, N 1. URL: www.biologicalprocedures.com (дата обращения: 09.07.2018).

Поступила в редакцию 16.02.2019 После доработки 20.05.2019 Принята к публикации 20.05.2019

ANALYSIS OF THE STATE OF THE SOIL MICROBIAL SYSTEM

UNDER PROLONGED ANTHROPOGENIC LOAD

N.R. Emer, N.V. Kostina, A.I. Netrusov, I.S. Zhebrak, P.A. Kozhevin

The paper presents a comparative analysis of the structural and functional characteristics of the microbial communities of the gray forest soil of fallow and intensively cultivated areas. Long-term anthropogenic impact with massive annual mineral fertilization when growing a monoculture of potatoes has led to the degradation of the soil microbial system. A catastrophic decrease in the functional potential of the microbial system (environmental services) is shown using eco-exergy as a thermodynamic indicator of the "health" of the soil.

Key words: microbial system, soil, disturbance, soil "health", environmental services, exergy.

Сведения об авторах

Эмер Наталья Рудольфовна, канд. биол. наук, специалист АНО «Экспертно-анали-тический центр Экотерра». E-mail: emer2005s@gmail.com. Костина Наталья Викторовна, канд. биол. наук, доцент каф. биологии почв ф-та почвоведения МГУ им. М.В.Ломоносова. E-mail: nvkostina@mail.ru. Нетрусов Александр Иванович, докт. биол. наук, профессор каф. микробиологии биологического ф-та МГУ им. М.В.Ломоносова. E-mail: ANetrusov@mail.ru. Жебрак Инна Степановна, канд. биол. наук, ст. препод. Гродненского государственного университета им. Янки Купалы, Республика Беларусь. E-mail: coryne@mail.ru. Кожевин Петр Александрович, докт. биол. наук, вед. науч. сотр. каф. биологии почв ф-та почвоведения МГУ им. М.В. Ломоносова. E-mail: kozhevinpa@mail.ru.