Смысловое свертывание в процессе реферативного перевода: условия и критерии адекватности

вимое явление. Это очень хорошо заметно при обучении грамматике, когда носители русского языка, достаточно хорошо использующие формы грамматического времени, не могут объяснить, как они это делают и зачем в их родном языке нужны такие формы.

Проблема моделирования внутреннего метаязыка представляется важной и потому, что, вполне вероятно, поможет пролить свет на причины распространенных речевых ошибок, во многом определяющих, например, современное состояние русского языка (возможно, и других языков) и перспективы его развития. Таким образом, исследование в указанном направлении будет иметь значение для разработки не только общей теории речевой деятельности, но и пси-холингводидактики.

ССЫЛКИ НА ЛИТЕРАТУРУ

1. Залевская А. А. Слово. Психолингвистические исследования. Текст: Избранные труды. — М.: Гнозис, 2005. — 543 с.

2. Залевская А. А., Медведева И. Л. Психолингвистические проблемы учебного двуязычия: Учеб. пособие. — Тверь: Твер. гос. ун-т, 2002. — 194 с.

3. Медведева И. Л. Психолингвистические аспекты функционирования иноязычного слова: Монография. — Тверь: Твер. гос. ун-т, 1999. — 111 с.

4. Тарасов Е. Ф. Межкультурное общение — новая онтология анализа языкового сознания // Этнокультурная специфика языкового сознания. — М., 1996. — С. 7-22.

5. Кашкин В. Б. Бытовая философия языка и языковые контакты // Теоретическая и прикладная лингвистика: Межвузовский сборник научных трудов. Вып. 3. Аспекты метакоммуникативной деятельности. — Воронеж: Воронеж. гос. ун-т, 2002. — С. 4-34.

6. Золотова Н. О. Ядро ментального лексикона человека как естественный метаязык: Монография.

— Тверь: Лилия Принт, 2005. — 204 с.

7. Пинкер С. Язык как инстинкт: Пер. с англ. / Общ. Ред. В.Д. Мазо. — М.: Едиториал УРСС, 2004.

— 456 с.

8. Parker F. Linguistics for Non-Linguists. London: Taylor & Francis, 1986.

9. Милашевич В. В. Дорога к многоязычию: о преодолении языкового барьера в научной информации. — Химия и жизнь, 1981. № 4. — www.milgred.ru/authors.shtml

10. Милашевич В. В. Опережающее обучение и его место в познании: Препринт. — Владивосток, 1986. — 48 с.

11. Милашевич В. В. Из лекций, прочитанных в Курском государственном педагогическом ун-те в 1991 г. (рукопись).

12. Милашевич В. В., Кашкин В. Б. Обучение чтению и переводу с пяти языков. Владивосток — Воронеж: Центр опережающего обучения, 1997 (1991). — 152 с.

13. Мягкова Е. Ю. Моделирование внутреннего метаязыка при обучении пониманию иноязычного текста // Слово и текст: психолингвистический подход. — Тверь: Твер. гос. ун-т, 2006. — Вып. 6.

— С. 122-130.

14. Мягкова Е.Ю. Сопоставительные исследования стратегий пользования языком // La lengua y literature resas en el espacio educativo international: estado y perspectivas: Congreso Interancional celebrado en Granada, del 7 al 9 de mayo de 2007. — Granada, 2008. — C. 701-707.

Н. М. Нестерова

СМЫСЛОВОЕ СВЕРТЫВАНИЕ В ПРОЦЕССЕ РЕФЕРАТИВНОГО ПЕРЕВОДА: УСЛОВИЯ И КРИТЕРИИ АДЕКВАТНОСТИ

«Каждый академик обязан в своей науке добрых авторов, которые в иных государствах издаются, читать, а тако ему легко будет экстракт из оных сочинить; сии экстракты с прочими изобретениями и рассуждениями имеют от Академии в назначенное время в печать отданы быть...» — писал М.В. Ломоносов, подчеркивая необходимость реферирования иностранных источников [1].

В настоящее время значение реферативного перевода все более возрастает с появлением огромного количества иностранных работ, полный перевод которых не всегда необходим и очень трудоемок. В связи с этим более чем закономерным нужно считать популярность и распространенность во всем мире так называемых реферативных журналов (РЖ). Именно они служат средством текущего оповещения специалистов обо всей публикуемой в мире новой

научно-технической литературе по той или иной отрасли, являются инструментом для ретроспективного поиска научных документов по соответствующим проблемам и предметам. Установлено, что без помощи РЖ специалист может ознакомиться не более чем с 6-8% опубликованных работ, а с помощью РЖ — около 80-90% [1].

Фактом, подтверждающим востребованность реферативной информации, является и то, что она начинает печататься уже в XVII—XVIII вв., т.е. в эпоху, которая известна как «Эпоха открытий». Первыми научными журналами, публикующими рефераты, были «Philosophical Transactions», издающийся с 1665 г. Лондонским королевским обществом, итальянский журнал «Giornali dei letterati» (1668—1680), немецкий журнал «Acta eruditorum» (1682). В XIX в. в различных областях науки и техники появились журналы, которые могут быть отнесены уже к собственно РЖ: «Pharmazeutisches Zentralblatt», переименованный впоследствии в «Chemisches Zentralblatt», «Fachzeitschrift für die gesamte Papier, Pappen und Papierstoffindustrie», «Stahl und Eisen», «Science Abstracts». В России первым реферативным центром стала Петербургская академия наук, а первыми русскими РЖ — «Краткое описание комментариев Академии наук» (1728), «Содержание ученых рассуждений» в 4 томах (1748—54), академические сочинения, выбранные из 1 -го тома «Деяний императорской Академии наук» под заглавием «Nova Acta» (1801). Первым теоретиком реферирования можно считать М. В. Ломоносова, который не только говорил о необходимости и пользе реферирования, но и сформулировал основные требования к составлению реферата, а также и принципы организации реферативного дела.

В XX в. начинают издаваться классические реферативные журналы мирового значения: «Bulletin de Unstitut Pasteur» (Франция, 1903), «Agricultural Index» (США, 1916), «Berichte über die wissenschaftliche Biologie» (Германия, 1926), «Review of Applied Mycology» (Великобритания, 1922), «Review of Applied Entomologiy» (Великобритания, 1913) и др.; аналогичная картина наблюдается в области химии, физики: «Chemical Abstracts» (США, 1907), «Physikalische Berichte» (Германия, 1920), «Chimie et industrie» (Франция, 1918), «Geophysical Abstracts» (США, 1929) и др. [2].

В связи с такой востребованностью реферативных текстов, представляющих, согласно определению, «семантически адекватное, ограниченное малым объемом и вместе с тем возможно более полное изложение основного содержания первичного документа» [2. С. 225], требуется уточнение ряда вопросов, связанных с онтологической природой данного вида вторичных текстов. Такими вопросами, в частности, являются вопросы об условиях и критериях свертывания в процессе реферирования. И если рассматривать не просто реферирование (т.е. свертывание без межъязыкового преобразования), а реферативный перевод, включающий в себя два процесса — перевод и реферирование, тогда возникают дополнительные вопросы, а именно: какой процесс является доминирующим и как эти процессы протекают — последовательно или одновременно?

В переводоведческой литературе реферативный перевод и способ его выполнения описываются по-разному. Некоторые считают, что это реферирование уже переведенного текста, другие — что это «полный перевод заранее отобранных частей текста оригинала, составляющих связный текст, т.е. образующих вместе реферат оригинала» [3. С. 182], третьи — что это «разновидность перевода, при которой происходит сжатие основного содержания исходного текста на одном языке средствами другого, переводящего языка» [4]. На наш взгляд, реферативный перевод (в его классическом виде) представляет собой особый вид речемыслительной деятельности, в которой ни перевод, ни реферирование не существуют отдельно. Операции перевода тесно переплетаются с мыслительными операциями, обеспечивающими свертывание текста. При этом именно свертывание является доминирующим процессом, поскольку эти операции начинают функционировать на первых же этапах осмысления языковых единиц и понимания иноязычного текста, а перевод подключается на этапе формирования предварительных результатов свертывания и их дальнейшего осмысления.

Исследование реферативного перевода нами было начато совместно с А.И. Новиковым еще в 1980-е годы. Итогом явилась совместная монография «Реферативный перевод научно-технических текстов» (1991). Однако последние работы ученого позволяют во многом углубить понимание механизмов смыслового свертывания. Прежде всего это касается фундаментальных свойств текста, среди которых ученый особо выделял компрессивность. К этому свойству он обращается в связи с понятием целостности текста, которая есть «проекция на текст внутренней

связности компонентов содержания» [5. С.21]. Принципиально в данном контексте понятие внутренней связности, которая противопоставляется внешней (формальной). Эти два типа связности не обязательно совпадают, поэтому даже при отсутствии внешней связности текст может восприниматься как внутренне связный и целостный. Это происходит потому, что содержание текста в сознании реципиента формируется не на естественном языке, а в «принципиально ином коде», т.е. том коде, который был назван Н.И. Жинкиным универсально-предметным (УПК). На этом коде и базируется смысловой код, обеспечивающий «перевод» текста с естественного языка на внутренний, что ведет к иному (не линейному) представлению информации в сознании воспринимающего. Особенностью такого представления является си-мультанность в отличие от сукцессивности языковых средств, образующих внешнюю форму текста. Благодаря этому, содержание текста может быть свернуто в «нечто краткое, в некоторую точку, которую всегда можно развернуть во времени и пространстве» [5. С. 22]. Возможность свертывания и развертывания и есть, по мнению Новикова, критерий целостности текста. Таким образом, компрессивность как свойство текста является производной от другого его свойства — целостности. На связь целостности и возможности свертывания указывал и А.А. Леонтьев, который писал, что целостный текст можно определить как «такой текст, который при переходе от одной последовательной ступени смысловой компрессии к другой, более ''глубокой'', каждый раз сохраняет для воспринимающего смысловое тождество, лишаясь маргинальных элементов. Иначе говоря, только тот текст по-настоящему осмыслен, основное содержание которого можно выразить в сколь угодно краткой форме (Выд. наше — Н.Н.) [6. С. 29].

Из вышесказанного следует главный для понимания сути реферирования вывод: условием семантической адекватности реферата является самый высокий уровень понимания реферируемого текста. Только тогда свертывание происходит «не случайным образом, а в соответствии с значимостью тех элементов текста, которые включаются в свертку, и тех, которые редуцируются». А.И. Новиков особо подчеркивал, что при неполном понимании процесс свертывания может иметь случайный (стохастический) характер [5. С 28]. Полное же понимание появляется только тогда, когда реципиенту становится ясно, «что к чему относится», когда все компоненты содержания и их связи (что очень важно!) «замыкаются» в единую структуру, не имеющую «разрывов» и «пустот». И тут ученый обращал внимание на то, что «формирование такой целостной структуры содержания обеспечивается не только и не столько самой организацией текста, сколько теми когнитивными и коммуникативно-смысловыми структурами сознания, которые активируются в результате воздействия на них всей совокупности языковых средств, составляющих внешнюю форму текста». Активация названных структур сознания происходит по «принципу резонанса», благодаря чему при восприятии текста в процесс включаются не только те ментальные структуры, на которые оказывает непосредственное воздействие текст, но и их окружение. Эта своего рода «избыточность» актуализируемых сознанием средств и обеспечивает целостность структуры содержания, формирующегося в сознании. И именно этот фактор обеспечивает целостность восприятия текста независимо от того, обеспечена ли она автором в действительности». [5. С. 19-20]. Этот вывод А.И. Новикова представляется особо важным с точки зрения объяснения феномена понимания, а также для уяснения сути реферата как вторичного текста. Из вышесказанного следует, что, во-первых, реферат — это не набор случайно выбранных и переведенных предложений исходного текста, это вторичный (цельный и связный!) текст, очень сжато, но адекватно отражающий информацию, содержащуюся в источнике; во-вторых, что порождение реферата требует самого высокого уровня понимания, необходимого для объективного выделения основного содержания реферируемого текста. При реферировании иноязычного источника (в отличие от полного перевода) недопонимание не может быть компенсировано за счет нахождения формального (лексико-грамматического) соответствия. В данном случае от уровня понимания зависит и форма изложения, поскольку, как было отмечено выше, только хорошо понятое может быть выражено в сколь угодно сжатой форме, а такая форма требует от переводчика владения особым (реферативным) стилем.

Итак, условием свертывания является понимание. Теперь нужно ответить на вопрос, что считать критерием адекватности. Для этого необходимо дать определение понятию «основное содержание». Представляется, что данное понятие в массовом сознании является весьма нечет-

ким, соответственно, и его выделение из текста носит достаточно субъективный характер. Об этом свидетельствуют многочисленные эксперименты, в том числе и проведенный нами анализ рефератов [7].

Теория текста, сложившаяся в школе Н.И. Жинкина и А.И. Новикова, позволяет дать, с одной стороны, достаточно четкое определение содержанию текста, а с другой — представить его не в линейной, а в графической форме, отражающей в определенной мере способ презентации содержания в сознании. Как известно, А.И. Новиков понимал процесс восприятия и понимания текста как разнонаправленное проецирование — текста на сознание и сознания на текст. В результате такого проецирования образуются два ментальных образования — содержание как результат первого проецирования и смысл как результат второго. Эти две проекции находят выражение в том, что в процессе понимания можно и нужно различать два типа задач: задачи на содержание и задачи на смысл. Принципиальное различие этих задач заключается в том, что содержание проецируется на сознание в виде системы иерархически связанных между собой денотатов, что позволяет эксплицировать его в виде денотатного графа, методика которого была разработана А.И. Новиковым в ранних работах и изложена, в частности, в его книге «Семантика текста и ее формализация» (1983). Смысл не имеет такой объективной формы экспликации, поэтому, исследуя механизмы формирования содержания и смысла, а также их соотношение в процессе понимания, ученый использовал два типа лексики, названных им «эндо-» и «экзо-» лексикой. Совершенно очевидно, что восприятие любого текста должно вести к формированию в сознании реципиента как содержания, так и смысла. Однако, как подчеркивал А.И. Новиков, их соотношение может быть различным. В одних текстах содержание и смысл могут практически совпадать, в других значительно расходиться. Очевидно, что к первому типу текстов относятся научно-технические тексты, о которых и идет речь в настоящей работе. Предметом таких текстов является, как известно, объективная действительность, поэтому замысел автора, как правило, не выходит за рамки описываемого предмета или ситуации. Поэтому при восприятии такого текста проекции совпадают, смысл практически «растворяется» в содержании. Другими словами, воспринимая такой текст, мы решаем «задачу на содержание». А это, в свою очередь, позволяет представить процесс понимания в терминах «дано» и «найти», где «данная величина» — это внешняя линейная форма текста, а «искомая величина» — внутренняя форма текста, т.е. его денотатная структура. Переход от «данного» (линейной формы текста) к «искомому» (денотатной структуре) и составляет «ход решения» задачи, ответ которой может быть записан в виде денотатного графа, позволяющего отразить динамическую модель предметной (реальной или мыслимой) ситуации, структура и логика которой определяется логикой предметных отношений, свойственных данной ситуации.

Таким образом, процесс понимания текста можно рассматривать как задачу на преобразование форм его представления. Это означает, что понятие «основное содержание» приобретает объективную форму представления, соответственно, появляется возможность сформулировать и критерий семантической адекватности текста реферата тексту первоисточника. Таким критерием становится совпадение денотатных структур данных текстов, представленных графически. В свое время, как уже говорилось выше, нами было проведено достаточно большое экспериментальное исследование, в котором мы проанализировали 72 реферата, составленных на основании 8 англоязычных статей (9 рефератов на каждый первичный текст). Корпус рефератов включал тексты, написанные в ходе эксперимента специалистами-физиками, а также и те, которые были опубликованы в реферативном журнале «Физика». Кроме того, было проведен обучающий эксперимент, направленный на определение эффективности применения методики денотативного анализа при обучении переводу и реферированию. Результаты обоих экспериментов дают основание утверждать, что фиксирование результата понимания в виде денотатно-го графа дает возможность наглядно представить промежуточное звено, наличие которого является спецификой процесса порождения вторичного текста. Данное «звено», представляя результат осмысления и понимания текста в целом, фиксируется в памяти в виде мыслительного образования, которое и становится замыслом вторичного текста и обеспечивает его адекватность.

Кроме того, «запись» текста в графической форме позволяет продемонстрировать и процесс языковой компрессии, выявить ее лексические и синтаксические приемы. Как известно, денотатный граф может быть легко «переведен» в набор так называемых ядерных предло-

жений, которые, в свою очередь, на основе правил «подчинения» и «сочинения» достаточно легко трансформируются в сложные синтаксические структуры. Это процесс речевого сжатия, и это отдельная большая тема. Здесь и сейчас отметим только самое существенное.

Рассматривая высказывание как «означающее по отношению к отрезку ситуации» [8. С. 80], можно интерпретировать ядерные (глубинные) и поверхностные синтаксические структуры как различные номинации данной ситуации. Глубинные структуры В.Г. Гак называл «прямыми номинациями», в которых отношения между членами предложения «иконически» отражают отношения между предметами, в то время как в поверхностных структурах (В.Г. Гак называет их «косвенными номинациями») синтаксические функции утрачивают свой изобразительный характер, все больше приобретая «чисто строевое, организующее значение».

Лексическая компрессия, которая обязательно имеет место при реферировании, осуществляется за счет укрупнения отрезков ситуации (их стяжения) и соответствующего их наименования. На языковом уровне это, как правило, замена однословного имени единичного денотата словосочетанием, являющимся именем целого фрагмента ситуации, связанного с данным денотатом. Семантическая емкость словосочетания выше, чем семантическая емкость отдельного имени, и это позволяет при порождении текста реферата «отсечь» субподтемы различного уровня, имплицитно включив их в подтемы, что ведет к адекватному реферативному изложению.

Таким образом, использование методики денотативного анализа текста позволяет определить как условия смыслового свертывания в процессе реферирования, так и критерий семантической адекватности реферативного текста своему источнику.

ССЫЛКИ НА ЛИТЕРАТУРУ

1. Михайлов А.И. Реферативный журнал. — Режим доступа: http://www.booksite.ru/fulltext/1/001/008/096/721 .htm, свободный.

2. Соловьев В.И. Составление и редактирование рефератов. Вопросы теории и практики // А.А.Гречихин, И.Г.Здоров, В.И.Соловьев. Жанры информационной литературы. Обзор. Реферат.

— М., 1983.— С. 199-320.

3. Нелюбин Л.Л. Толковый переводческий словарь. — М.: Флинта, 2008. — 320 с.

4. Реферативный перевод // Википедия. — Режим доступа: http://ru.wikipedia.org/wiki/, свободный.

5. Новиков А.И. Текст и его смысловые доминанты. — М.: Институт языкознания РАН, 2007. — 224 с.

6. Леонтьев А.А. Психологический портрет лектора. — М.: Знание, 1979. — 43 с.

7. Новиков А.И., Нестерова Н.М. Реферативный перевод научно-технических текстов. — М.: Наука, 1991.— 148 с.

8. Гак В.Г. К проблеме синтаксической семантики (семантическая интерпретация «глубинных и поверхностных структур» // Инвариантные синтаксические значения и структуры предложения.

— М., 1969. — С. 77-87.

Э. Г. Никитина

ВЕРБАЛЬНЫЕ И НЕВЕРБАЛЬНЫЕ ОСОБЕННОСТИ ТЕЛЕВИЗИОННОГО СПОРТИВНОГО РЕПОРТАЖА

Целью данной публикации является рассмотрение вербальных и невербальных особенностей телевизионного спортивного репортажа. Материалом для изучения и анализа послужили закадровые тексты спортивных репортажей, которые уже анализировались рядом авторов, а также особенности спортивных репортажей Башкирского спутникового телевидения, ранее никогда не являвшиеся предметом специального изучения.

Прежде чем репортаж как жанр появился на телевидении, он возник в периодической печати. Появление того или иного жанрового понятия — процесс исторический. И репортаж в этом плане не исключение. Данное понятие образовалось от латинского слова «reportare» и буквально означало «передавать», «сообщать». Не удивительно, что в начале XIX века, когда в Европе и в России наметилось бурное развитие ежедневной периодической печати, а жанровая палитра не отличалась многообразием форм и их разновидностей, под репортажем подразумевались любые оперативные сообщения из залов суда, парламентских заседаний, городских сбо-