Теоретические предпосылки согласования формального и неформального секторов регулирования отношений собственности

Примечания

1 Норт Д. Институты, институциональные изменения и функционирование экономики. М., 1997. С. 98-99.

2 Хайек Ф.А. Пагубная самонадеянность. Ошибки социализма. М., 1992. С. 55-56.

3 Менгер К. Основания политической экономии // Австрийская школа в политической экономии: К. Менгер, Е. Бём-Баверк, Ф. Визер. М., 1992. С. 45-53.

УДК 330.341 O.A. МАКШЕЕВА

ББК 65.013 ассистент Читинского института

Байкальского государственного университета экономики и права

e-mail: maksheeva@pochta.ru

ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ ПРЕДПОСЫЛКИ СОГЛАСОВАНИЯ ФОРМАЛЬНОГО И НЕФОРМАЛЬНОГО СЕКТОРОВ РЕГУЛИРОВАНИЯ ОТНОШЕНИЙ СОБСТВЕННОСТИ

Посвящена теоретическим разработкам в рамках институционального анализа поведения субъектов при различных сочетаниях формальных и неформальных институтов регулирования отношений собственности. Предназначена для студентов, аспирантов, преподавателей, интересующихся институциональным взглядом на регулирование отношений собственности.

Ключевые слова: формальные институты, неформальные институты, идеология, силовое принуждение, максимизация прибыли, максимизация полезности, мораль.

Отношения собственности могут регулироваться формальными и неформальными институтами. К формальным институтам относятся правила, инициируемые государством. Выполнение формальных норм носит автоматический характер, не зависящий от внешних обстоятельств. Государство играет решающую роль в распределении прав собственности между субъектами, и именно это распределение, а также четкость определения прав являются базовым стимулом для экономического роста.

Только когда оппортунизм представителей власти снижается до крайне низкого уровня, формальные институты трансформируются в такие, которые решают основные задачи, и далее становится возможным использовать такие методы принуждения к следованию формальным правилам, как идеология и силовое принуждение. Идеология обеспечивает стабильность институциональной среды, но важнейшим методом остается силовое принуждение.

К неформальным институтам принято относить нормы, инициатором появления

которых становится само общество, а не государство: традиции, обычаи, менталитет, особенности уклада, поведения, неформальные организации и объединения, в том числе и криминальные. Среди инструментов, применяемых неформальными институтами для регулирования отношений собственности, наиболее типичны следующие: силовое принуждение, схемы ухода от следования формальным правилам, общественное мнение, мораль, традиции.

Основой для развития неформального сектора защиты прав собственности служат высокие трансакционные издержки следования формальным правилам. Также одной из предпосылок развития неформального сектора в сфере защиты прав собственности является низкая степень доверия к государству.

Считаем целесообразным построение теоретической модели поведения человека при различных сочетаниях формальных и неформальных норм. В качестве примера формального института принуждения к следованию правилам рассмотрим силовое

© ОА. Макшеева, 2008

О.А. МАКШЕЕВА

принуждение. В качестве неформальной нормы можно принять максимизацию полезности и прибыли. Если идеологию, инициируемую государством, можно отнести к формальным институтам, а традиции и обычаи — к правилам неформального сектора, то мораль не является в чистом виде ни формальным, ни неформальным институтом. Мораль — это норма, которая может быть закреплена формальным правилом, неформальным правилом или правилом, возникшим в результате согласования формальных и неформальных институтов. Если в мотивах поведения человека выделить три основных фактора — мораль (как косвенное принуждение), силовое принуждение (непосредственное, грозящее санкциями в случае неповиновения) и поиск полезности и максимизацию прибыли (классический мотив поведения), то можно представить баланс этих факторов, определяющий реальный выбор модели поведения субъекта, в виде системы координат (рис. 1).

Полезность

^Выбор модели

Сил°в°е у_----------У поведения

принуждение

Рис. 1. Выбор модели поведения при наличии таких мер принуждения к следованию правилам, как мораль, силовое принуждение и максимизация полезности

Субъект может тяготеть к одной из вершин или сочетать различные факторы поведения. При согласовании формальных и неформальных правил принуждение к соблюдению законов совпадает с моралью. Следовательно, две оси — мораль и принуждение — соединяются, и модель поведения трансформируется в другую (рис. 2).

Линия EDABC не является прямой, так как между полезностью и моралью в целом наблюдается обратная зависимость, но эта зависимость не линейна — в определенных ситуациях возможно одновременное следование и моральным принципам, и принципу

максимизации полезности (прибыли). Выбор индивида в окрестностях точки А означает сочетание полезности и морали в определении модели поведения. Точка В, означающая максимизацию полезности при нулевых моральных ограничениях, соответствует представлению классиков об экономическом человеке. Субъект может также максимизировать полезность, сознательно нарушая моральные устои общества, в том числе и закон (точка С). Это подтверждается критикой институциональной экономической теорией концепции экономического человека как субъекта, заботящегося исключительно о максимизации прибыли.

Полезность

Рис. 2. Выбор модели поведения в случае, когда формальные правила согласуются с моральными

Другая полярность также не является оптимальной с точки зрения общества. Если индивид полностью отказывается от поиска полезности (точка D), то такое поведение неэффективно и может быть обозначено как «совершенный альтруизм». В точке Е субъект может даже стремиться к отрицательной полезности во вред себе и окружающим при увеличении значения фактора «мораль» (в его собственном представлении), таким образом демонстрируя фанатизм.

Субъект самостоятельно выбирает сочетание поведенческих факторов, тем более что полезность и еще в большей степени мораль он оценивает субъективно. Можно сделать вывод, что для отдельного субъекта поиск полезности может означать снижение значения фактора «мораль». Но для общества в целом более полезным оказывается результат, объединяющий и мораль, и индивидуальную полезность. Очевидно, что точки В, С, D, Е неэффективны для общества (но они могут быть эффективны для отдельных субъектов). Если суммировать выбор модели поведения многих субъектов, то кривая, соединяющая окрестности точки А, будет

Известия ИГЭА. 2008. № 4

означать максимально эффективное общественное поведение (рис. 3).

общественного поведения представлена на рис. 5.

Полезность (прибыль) Рис. 3. Эффективное общественное поведение

Естественно, реальное общественное поведение может в значительной степени отклоняться от кривой L, изображенной на рис. 3. На рис. 4 кривая L1 показывает модель общественного поведения в условиях командно-административной экономики (поведение концентрируется около оси «мораль», совпадающей с идеологией, иногда достигая фанатизма), а кривая L2 — модель поведения в условиях нерегулируемого рынка (общественное поведение нацелено на достижение полезности, отсутствие моральных ограничений вызывает рост преступности в обществе).

1«

Полезность

Рис. 4. Доминирующие поведенческие модели в условиях

командно-административной системы и нерегулируемого рынка

Поведение индивидов в любой смешанной экономической системе будет находиться между кривыми L1 и L2, т.е. означать большую полезность для общества.

Однако в условиях переходной экономики структура мотивов субъектов крайне неоднородна, и это затрудняет анализ, а также дестабилизирует институциональную среду — одни субъекты не могут предсказать действия других. Переходная модель

Полезность

Рис. 5. Модель выбора поведенческих моделей разными группами субъектов, характерная для трансформирующейся экономики

Область Ф, объединяет субъектов, принадлежащих криминальным кругам, и подавляющее число крупных бизнесменов, область Ф2 — людей, руководствующихся в своем поведении принципами морали и зачастую далеких от бизнеса. Индивидам, объединенным областью Ф3, свойственно максимизирующее полезность общественное поведение. Формируется она за счет оттока субъектов из областей Ф, и Ф2, и именно ее размеры говорят об эффективности работы формальных институтов.

Выбирая модель поведения, субъект неизбежно вынужден балансировать между формальными и неформальными правилами в случае их рассогласования. Но даже если достигнута приемлемая степень равновесия между формальными и неформальными нормами, индивид сочетает в своем поведении принципы морали и максимизации прибыли, которые зачастую противоречат друг другу. Эффективное равновесие формального и неформального секторов регулирования отношений собственности означает определенное их сочетание, при котором индивиду достаточно просто предсказать действия участников взаимодействия, оценить действующие формальные и неформальные правила. При этом оптимальная ситуация равновесия будет означать согласованность формальных и неформальных норм — т.е. индивид, следуя одной из норм, не противоречит другой. Приоритет в защите прав собственности должен быть сохранен за формальными институтами, ко-

Известия ИГЭА. 2008. № 4

В.В. РЯБЕНКО

торые должны быть таковы, чтобы соответствовать общепринятым критериям морали и нравственности. Тем не менее для индивида всегда существует соблазн действовать вопреки закону, если это означает максимизацию прибыли. Если в анализе учесть издержки уклонения от закона, то, регулируя их величину, можно субъектов собственности поставить перед необходимостью сохранять паритет между максимизацией прибыли и

максимизацией морального удовлетворения. Именно выбор большинством такого варианта поведения будет означать наиболее эффективное общественное поведение. В экономике наметится хреодный эффект поведения, максимально эффективного для общества, и в силу того что субъекты заинтересованы в предсказуемости действий контрагентов, они будут выбирать этот же вариант поведения.

В.В. РЯБЕНКО

аспирант Байкальского государственного университета экономики и права, г. Иркутск e-mail: rvv-183@hotmail.com, vriabenko@mail.ru

МЕСТО РОССИИ В МЕЖДУНАРОДНОМ РАЗДЕЛЕНИИ ТРУДА

Посвящена характеристике современной специализации России в международном разделении труда. Рассмотрены формационный и цивилиза-ционный пути совершенствования форм участия нашей страны в новом международном разделении труда.

Ключевые слова: международное разделение труда, формационный путь, цивилизационный путь.

УДК 339.91

Первое десятилетие XXI в. для Российской Федерации явилось временем выхода из долгосрочного кризиса1. В этих условиях стали более понятными основные пути и способы совершенствования форм участия РФ в международном разделении труда (МРТ). Их поиск представляет собой процесс объективный и неизбежный, отвечающий современным требованиям к ведению хозяйственной деятельности2, обусловленный логикой научно-технического прогресса. С данных позиций необходимо определить пути совершенствования форм участия России в МРТ, углубление которого осуществляется уже на такой новой технической основе, которая способна трансформировать российскую экономику в глобальную. Этот аспект освещается Л. Клейном — лауреатом Нобелевской премии по экономике. Он отмечает, во-первых, фактор действия информационных технологий («...компьютеры, телекоммуникационное оборудование, телекоммуникационная инфраструктура, информационные потоки, возросшая ско-

рость передвижения (например, с помощью реактивных самолетов), распространение знаний в результате научного или других видов интеллектуального взаимообмена»3); во-вторых, фактор времени, когда передача информации осуществляется практически незамедлительно. Сообщения об экономических возможностях и сделках быстро передаются по всему миру. Если для перемещения товаров и некоторых видов услуг из одного места в другое пока еще требуется несколько дней и даже недель, то информация передается немедленно. Если в каком-либо уголке мира происходит существенное изменение на рынке, то о нем становится известно практически мгновенно во всех других его частях. Это особенно характерно для событий на фондовых биржах, валютных и товарных рынках, а также для научных открытий и их использования4.

В результате действия этих факторов МРТ в России, как и в других странах, формируется глобальная экономика, которую по аналогии с микро- и макроэкономикой

© В.В. Рябенко, 2008