Пропаже двигателя нашли оправдание

Замоскворецкий суд Москвы оправдал бывших сотрудников ОАО "Московская объединенная энергетическая компания" (МОЭК) — заместителя гендиректора по капитальному строительству Владимира Яркова и заместителя руководителя службы капитального строительства Эраста Мусаева. По версии следствия, они подписали фиктивные акты приемки газотурбинного двигателя, находившегося в пользовании другой организации, а выделенные на его покупку $1,8 млн присвоили. Суд счел доказательства, представленные гособвинением, основанными на предположениях, а потому недостаточными для признания подсудимых виновными.

Вчера в Замоскворецком райсуде Москвы состоялось оглашение приговора генеральному директору по капитальному строительству ОАО МОЭК Владимиру Яркову и заместителю руководителя службы капстроительства Эрасту Мусаеву. Оба обвинялись в мошенничестве в особо крупном размере (ч. 4 ст. 159 УК РФ). Как говорится в материалах дела, подсудимые "в течение 2007-2008 годов, будучи в составе комиссии ОАО "Московская объединенная энергетическая компания", подписали акт приемки газотурбинного двигателя стоимостью более $1,8 млн". В действительности же, утверждает следствие, "двигатель находился в распоряжении другой организации".

В дальнейшем энергетики "повторно приняли данный двигатель, подписав об этом новый акт приема-передачи". А чтобы скрыть факт отсутствия двигателя в ОАО МОЭК, обвиняемые, по данным следствия, в течение нескольких лет вводили в заблуждение проверяющих. А $1,8 млн, выделенных на закупку агрегата, "были направлены на счета фиктивных фирм, подконтрольных обвиняемым".

Когда же упаковки с оборудованием, где должен был находиться двигатель, осенью 2013 года были доставлены на зеленоградскую ТЭЦ, обман раскрылся. В декабре того же года Владимир Ярков и Эраст Мусаев были взяты под стражу. В феврале 2014 года ее заменили домашним арестом.

В итоге суд оправдал господ Яркова и Мусаева, посчитав, что гособвинение представило доказательства, основанные на предположениях, что является недопустимым в уголовном процессе.

Ни Владимир Ярков, ни Эраст Мусаев в ходе процесса свою вину не признавали. Как рассказал "Ъ" адвокат Юрий Михайлов, двигатель входил в целую партию газотурбинного оборудования для ТЭЦ, поставленного из Казахстана. Поскольку двигатели нуждались в проверке и доработке, члены приемной комиссии ОАО "Московская объединенная энергетическая компания", по словам самих бывших обвиняемых, занимались распределением данного оборудования между заводами, где его должны были распаковывать, проверяя комплектацию. Но один завод, утверждали фигуранты дела, после получения ящиков с газотурбинным оборудованием по каким-то причинам отказался модернизировать двигатель. По словам адвоката Надежды Ворониной, заводское руководство стало просить МОЭК забрать его обратно, а пока шла переписка, отправило ненужный двигатель поставщикам в Казахстан.

Когда же на российское предприятие прибыла комиссия МОЭК, ее члены, включая замдиректора по капитальному строительству Владимира Яркова и заместителя руководителя службы капитального строительства Эраста Мусаева, подписали акт приемки оборудования обратно в МОЭК, не потрудившись проверить его наличие среди груды ящиков.

Защита настаивала в суде, что обвиняемые не присваивали уплаченные за двигатель $1,8 млн, а его отсутствие среди оборудования явилось следствием несогласованности в действиях МОЭК и российского завода-получателя, а не чьего-то злого умысла.