Диалоги об образовании

Диалоги об образовании

Юлия Белозерова

кандидат экономических наук, заведующий кафедрой продюсерского мастерства Института кино и телевидения

Евгений Лисиченко

исполнительный директор Информационного агентства «Образование.Пресс», ООО «ИТРОН»

Юлия Белозерова:

Добрый день, уважаемые коллеги, с вами очередная программа из цикла «Интеллектуальный капитал» на радио Mediametrics, которая выходит при поддержке Фонда президентских грантов и Министерства науки и высшего образования, организуется Лигой преподавателей высшей школы в рамках проекта «Золотые имена высшей школы». Сегодня мы назвали нашу программу немножко расширено — «Диалоги об образовании». В современном образовании происходит достаточно много интересных поворотных событий, которые настало время обсудить. С вами в студии я, Юлия Белозерова, а также руководитель Лиги преподавателей высшей школой Елена Вячеславовна Ляпунцова и исполнительный директор компании ИТРОН, нашего постоянного партнера, и исполнительный директор информационного агентства «Образование.Пресс» Евгений Лисиченко.

15 июня завершилась подача заявок на конкурс «Золотые имена высшей школы». Как проходит конкурс в этом году, есть какие-то отличия?

Елена Ляпунцова:

Юлия Михайловна как заместитель руководителя тоже активнейшим образом участвует в продвижении, развитии, наполнении контентом не только этого конкурса, но и в совокупности этого проекта, которому в этом году исполняется пять лет. Евгений тоже с нами с первой минуты, мы признательны нашему партнеру.

15 число — это дедлайн, мы немножечко выдохнули в том плане, что все заявки приняли. Есть определенные правила, и Положение о конкурсе написано, что в этом году подача заявок завершена. С сегодняшнего дня мы будем подсчитывать, у нас будет работать экспертное сообщество, эксперты, которые имеют большой опыт в течение пяти лет, они выросли из тех победителей, которые прошли такой интересный путь. И если сравнивать предыдущие годы, только начало конкурса, это было всего лишь несколько регионов, в этом году более 73 регионов подали заявки, полагаю, что будет 15 человек на место. И это успех, что преподаватели очень активны в этом направлении.

Юлия Белозерова:

Елена Вячеславовна, Вы являетесь членом Национального совета при Президенте Российской Федерации, и современные тренды развития системы образования говорят о том, что мы идем в сторону национализации системы образования, по крайней мере создается такой прецедент и диалог в профессиональном сообществе, в том числе инициированный министром науки и высшего образования, о том, что необходимо выстраивать какие-то национальные показатели системы высшего образования. Многие говорят, что национальная система Российской Федерации — это будет возврат к советской системе образования. То, что сейчас происходит в стране, то, какие задачи стоят перед системой высшего образования, возможен ли этот возврат и нужен ли он, в каком направлении необходимо развиваться системе образования?

Елена Ляпунцова:

Как член Национального совета при Президенте по профессиональным квалификациям, могу сказать, что Совет по профессиональным квалификациям, в который входит наша Лига, задумывался уже как минимум два года тому назад, именно поэтому СПК и создан, хотя в Национальном совете при Президенте советов по профессиональным квалификациям достаточно много уже давным-давно, то есть это понимание и ФОИВов, и общественных организаций, и органов законодательной власти, что об этом нужно говорить, нужно анонсировать, это очень серьезные проекты и важно понимание, что же такое профессия.

Конечно же, здесь подгруппы — дошкольное, школьное, ДПО, СПО и так далее, настолько многогранна наша профессия. Когда мы пять лет назад продумывали концепцию «Золотые имена высшей школы» и когда писали об актуальности этой темы, мы написали, что интеллект — это национальная безопасность, интеллектуальный капитал страны — это национальная безопасность, об этом нужно думать. Но еще очень важный момент, что задумывалось ректорское сообщество по поводу национального подхода с точки зрения третьей миссии университета, о социальной значимости воспитательной части.

Наша организация имеет девиз «С традициями к инновациям», нельзя терять то, что было раньше, просто нужно продумать с учетом новых вызовов, новых возможностей как правильно это приумножить, использовать и дополнить этими инновациями. Я полагаю, что в любом случае нужно смотреть глобальные рейтинги, мы никуда не денемся, потому что у нас есть академическая мобильность, но то, что это национальная система, это очень важный вопрос, он очень сложный, на него однозначно трудно ответить. Мне хотелось бы в какой-то степени возврата, потому что мы получили уже опыт диалога с глобальным сообществом в области образования, науки, культуры, и надо преломить с учетом национальных интересов.

Юлия Белозерова:

Евгений Артемьевич, Вы не сотрудник высшей школы, но всю жизнь стоите на позициях развития образования, больше дополнительного профессионального образования, с другой стороны, Вы являетесь работодателем и одним из руководителей информационного агентства в сфере образования. С Вашей позиции, диалоги о выходе из Болонской системы, диалоги о том, какие достижения, какие недостатки этой системы, насколько они актуальны сегодня?

Евгений Лисиченко:

Болонская система — это просто система, там нет никакого принуждения, то есть хотите — вы в ней, хотите — нет. Смысл там очень простой, это академическая мобильность студентов и преподавателей, но в первую очередь студентов, когда учебные планы, программы, стандарты разных вузов достаточно едины, чтобы студент мог проучиться один семестр в одной стране, следующий в другой стране, и в конечном итоге мы получаем диплом, который признается всеми участниками этого процесса.

Для нас самое важное — это качество своего обучения, качество своего образования, и в этом отношении я бы сделал пас в сторону национальной системы образования, которая должна развиваться эффективно. И все те же самые вопросы относительно того, может ли студент проучиться в разных вузах в пределах России, вот это гораздо более интересный и актуальный для всех нас вопрос, потому что разные регионы, разные университеты, разные интересы, разные стандарты, разные требования. И вот к этому прийти, когда образование делается единой сетью, нейросетью образовательного ландшафта, когда мы можем начать учиться от Калининграда до дагестанских университетов. Если мы можем перемещаться между разными университетами здесь, естественно, что и опыт, который мы приобрели за годы присутствия в Болонской системе, опыт адаптации очень важный, и если мы его применим у себя, это гораздо актуальнее, нам проще поехать внутри страны, чем поехать учиться за границу, это немножко абстракция, а вот это абсолютная конкретика.

Елена Ляпунцова:

Я совсем недавно благодаря приглашению Лиги преподавателей высшей школы была на Каспийском форуме, который существует уже второй год, и там было ректорское сообщество Южного федерального округа и Северо-Кавказского, были представители каспийского сообщества. Я имела честь познакомиться с победителями «Золотых имен» более тесно, не только на церемонии, а в рабочей обстановке, они нас приглашали к своим проректорам, ректорам, мы их анонсировали, что они из себя представляют. И профессура, доценты, старшие преподаватели в один голос говорили, что я мечтаю из моего вуза переехать хотя бы на неделю, на месяц в другой вуз и посмотреть, как там, то есть умение выйти из зоны комфорта — это интересно, хотя спокойно можно ходить в свой вуз, читать свои лекции. Коллегам интересно самим прийти к тому, чтобы выйти из собственной системы, чтобы понять еще больше экосистему. Сколько мы посетили за эти пять лет вузов, какие они разные, уникальные и как это можно масштабировать и применить.

Юлия Белозерова:

То есть необходимо не растерять те черты, которые приобрела система образования за эти годы, и говоря о традициях и инновациях, найти середину. Давайте попробуем перечислить эти черты. Одно из инновационных направлений — это гибкость системы образования, когда человек может поменять профиль в какой-то степени, вуз, все программы будут сопряжены в единое информационное пространство. Вы говорите о мобильности, в том числе академической мобильности. И тогда я хочу задать вопрос для размышления: я понимаю, что преподавателям и студентам из региональных вузов, небольших вузов будет интересно приехать в Москву, Санкт-Петербург или федеральные университеты, у нас одна из академических столиц Томск, Южный федеральный округ, Ростов-на-Дону, приехать в крупный вуз и посмотреть, что делается там, вынести самое интересное, внедрить у себя. Но поедут ли преподаватели, аспиранты или студенты столичных вузов смотреть, как обстоят дела на периферии?

Елена Ляпунцова:

Поедут. Я всю жизнь мечтала побывать в силу своей технологической, айтишной специализации на этих площадках международного плана, и приехав через некоторое время в провинциальный, региональный вуз, у меня было удивление, какой уникальный опыт, уникальный центр, уникальная площадка с точки зрения практико-ориентированных разработок, как это все происходит, какие горящие глаза, какой союз преподавателя со студенческим сообществом. Порой снобизм, элементы вуали у московских и питерских вузов, и я считаю, стоит поехать и посмотреть опыт. Я сама из маленького города Таганрога, и когда я приезжала в 1995 году в Москву, поступала в докторантуру, я была в какой-то степи поражена, потому что у нас была уникальная площадка в Таганрогском радиотехническом, и я считаю, что это одна из лучших площадок высокотехнологичных направлений, они сохраняют свой статус с точки зрения многих показателей, сейчас IT на подъеме, и указы Президента есть, и привилегии. Но порой стоит поехать и посмотреть в регионы.

Юлия Белозерова:

Есть чему научиться московском вузам у региональных, серьезности отношения к работе, открытости.

Елена Ляпунцова:

Корпоративной культуре, отношению к студентам, отношению руководства к преподавателю, все-таки это личность. У нас сейчас нивелировано отношение к преподавателю, что он друг, партнер, а должны быть грани, должно быть уважение, это уже воспитательный процесс.

Евгений Лисиченко:

В этом отношении если мы берем срез по вузам победителей «Золотых имен», а «Золотые имена» — это стандарт качества преподавателя как такового, все могут увидеть, что он не сконцентрирован в Москве и Питере, он распределен по всей стране. Я совершенно согласен, что это просто снобизм, с ним надо бороться.

Юлия Белозерова:

Еще один тренд является заслугой системы образования в последнее время, это стремление к внедрению инновационных технологий, методов, в том числе цифровизация в образовании. Хорошо это или плохо, очень много страхов связано с внедрением цифровых технологий? Какие наиболее перспективные технологии развития, которые позволят вывести многие виды в том числе высшего и дополнительного профессионального образования на новый уровень качества, где эти технологии, которых пока еще мало в сфере образования, но наиболее перспективные?

Евгений Лисиченко:

Цифровизацию мы воспринимаем через интернет, это не цифра вообще, а строго интернет как способ коммуникации. Интернет — это коммуникационный канал, и не нужно ему придавать больший смысл, в нем не заключена вся цифровизация.

Цифровизация — очень сложный процесс, он включает в себя сумму разных многослойных и многоплановых изменений. Если разбирать, где основное приложение сил и самые интересные результаты с точки зрения образовательного процесса, это оцифровка всего следа, дельта прироста знаний, квалификаций, компетенций, которые мы можем видеть в каждом человеке очень тонко, мы можем получить очень точный профессиональный портрет, мы можем точно сказать, что ему лучше подучить, где приложить усилия, какому работодателю он больше подходит. Закончили один и тот же вуз с одними и теми же оценками, но если мы тонко разобрались с человеком, то можно понимать, что вот этому человеку лучше работать в этой компании, а этой компании лучше будет взять этого человека. Если говорить об этом как о цели, она даст возможность не только качественно вести обучение, но и капитализировать самого человека, описать его капитализацию и капитализировать те компании, в которых он начинает работать, это даст возможность университетам быть центрами наращивания интеллектуального капитала, который конвертируется в экономический, финансовый.

Юлия Белозерова:

Любой капитал можно измерить, можно деньгами, другими показателями. Мы часто говорим об эффективности, и в рамках национальной системы образования первое, о чем стали говорить, это разработка национальных показателей эффективности преподавателя, ученого, то есть результативность научной деятельности. Как сейчас обстоит ситуация, какие есть проблемы, вызовы, к чему мы идем?

Елена Ляпунцова:

Я буду говорить о себе по той причине, что мы все действующие преподаватели, и всегда примеряешь сначала на себя что такое эффективность. Эффективный контракт мы не можем сделать унифицированным, одинаковым в силу того, что любой вуз может сделать свои KPI. Допустим, если у тебя есть эффективные показатели величины в одном вузе, переходя в другой, ты там можешь оказаться совершенно по нулевым показателям. Так было даже у моих аспирантов, переходя из одного вуза в другой, даже по списку публикаций в одном они стоят в топе, а когда перешел аспирант в другой вуз, было удивление, что в этом вузе он с нулевыми показателями. Это самый большой вопрос, который существует сейчас.

Говоря о том, в чем эффективность, бывают небольшие перегибы, но с точки зрения качества образования говорят, что для вуза это количество трудоустроенных выпускников. А как измерить качество образования твоих учеников, кто стал топовым, кто себя проявляет, либо это твоя личная заслуга в публикационной, научной деятельности. Здесь настолько много граней, и все развивать очень сложно, все-таки кто-то в науке, кто-то в публикациях, кто-то в образовании, кто-то лектор потрясающий. Должна быть адаптационная программа, и не расстраиваться, если ты не по всем показателям на все 100, это невозможно, это идеальная картинка мира. Хотя когда эксперты читают «Золотые имена высшей школы», когда видишь, какие уникальные преподаватели у нас в стране, это дает повод нам подтянуться, повысить себя, сделать свою методику, создать свой учебник, повышать свою квалификацию, для того чтобы быть компетентными, выйти в аудиторию, быть полезным и нести актуальные знания. Самое главное для преподавателя — приблизиться к практикоориентированности, чтобы работодатель дал тебе возможность посмотреть этот процесс, потому что это очень важно, видеть паровоз или уметь его вести. Очень трудно говорить о балете, не видя его.

Юлия Белозерова:

Говоря о показателях эффективности, что сделала Лига, чтобы внести свою лепту в разработку системы показателей эффективности. Во-первых, обобщили различные предложения в виде научной работы, сейчас вышла монография в издательстве Русайнс, которая так и называется — «Эффективность и качество показателей эффективности и качества работы преподавателей высшей школы». Соавторами являются представители разных вузов и разных направлений, профессий и дисциплин, здесь идут мета-данные, межрегиональный срез, действительно интересно найти точки соприкосновения, которые объединяют преподавательское сообщество и будут универсальны для внедрения в любом вузе. И идет обмен опытом, что в нашем университете такие показатели, мы считаем, что эти действительно стимулируют, а данная категория показателей является официозной в большей степени.

Второе серьезное направление — это проведенный межвузовский семинар, в первый день работали с площадками министерства науки и высшего образования, комитета по науке и высшему образованию Государственной Думы Российской Федерации, в мае прошел семинар, и резолюция семинара охватила вопросы показателей эффективности. Участники отразили нехватку показателей эффективности всей широты работы преподавателей, которая занимает много времени, позволяет внести серьезный вклад в развитие региона и высшего образования, повышение качества, но часто не оценивается вообще. Представитель Приморского регионального отделения Анвир Амрулович Фаткулин в своем лице объединяет действие нескольких общественных организаций, которое в той или иной степени касается работы высшего образования или образования вообще, то есть мы говорим и о Лиге преподавателей высшей школы, и о российском профессорском собрании, обществе знания как просветительской единице и еще ряде институтов, которые работают на одном поле. И эта общественная работа никак не оценивается, хотя приносит серьезный вклад в эффективность как преподавателя, так и всей системы обучения.

Прозвучал интересный доклад и вошел в резолюцию о том, что современные показатели, когда речь идет об омоложении профессорско-преподавательского состава, иногда достаточно жестко дискриминируют возрастных преподавателей. Здесь нужно говорить о системе преемственности, ведь молодой преподаватель не значит хороший преподаватель, точно так же, как и возрастной преподаватель не значит преподаватель с большой буквы, все разные, у всех разный жизненный и профессиональный путь. Поэтому нужно вносить показатели, чтобы не было дискриминации по возрасту.

И один из докладчиков затронул вопрос дискриминации по полу, что среди молодых докторов наук женщин очень мало, хотя среди участников семинара нашлись те, кто до 30 лет защитил докторскую диссертацию, но каждая из них отметила, что это заслуга семьи по большому счету. Рождение детей, декретный отпуск, период восстановления и ограниченные возможности нагрузки, которую женщина берет в период, связанный с деторождением, оттягивает момент, когда приходят к написанию и защите докторской диссертации ближе к 45 годам и после этого. И говорить о том, что количество преподавателей до 39 лет или количество докторов до 35 лет в вузе как показатель эффективности, немножечко дискриминирует таких женщин, особенно с несколькими детьми.

Было еще одно направление обсуждения, это публикационная активность. Мы говорили о том, что достаточно много сил тратится на научные публикации, но когда мы говорим о публикациях в международных базах цитирования, в тех научных журналах, которые выпускаются за рубежом, сегодня для российских ученых это представляет сложность. Это всегда было сложно, потому что есть приоритетные и интересные иностранным журналам направления наук, к которым могут не относиться и юриспруденция, и гуманитарные исследования чисто национального характера, которые интересны россиянам, но не всегда интересны зарубежным журналам. А сегодня мы еще сталкиваемся с тем, что есть действительно недружественное, токсичное отношение к российским ученым. Система пока еще не переработала, не переварила условия новых реалий и в каких-то показателях эффективности отдельных программ, отдельных вузов, отдельных преподавателей, или они могут быть зашиты в том числе в научные исследования, гранты, то есть еще остались показатели эффективности в качестве публикаций в иностранных научных журналах. С этим тоже нужно разобраться, потому что ставить во главу угла такие публикации уже неактуально. С другой стороны, иностранные журналы бывают разные, есть страны, которые поддерживают с нами партнерские отношения.

Говорят, давайте будем ориентироваться на российский индекс научного цитирования, но там все тоже непросто, потому что есть ключевое ядро РИНЦ, есть индексируемые издания, индексация проходит по-разному, и сложно иногда выделить разницу между вообще публикациями в иностранных журналах и ядром РИНЦ, потому что публикации по моему списку, которые входят в ядро РИНЦ, это только публикации в иностранных журналах, хотя у меня много публикаций в хороших ВАКовских журналах из списка рекомендуемых высшей аттестационной комиссией, это ключевые журналы ведущих вузов нашей страны, тем не менее они не всегда входят в ядро РИНЦ, в основном это иностранные издания. Здесь очень много вопросов, эта резолюция направлена в органы исполнительной власти, советы ректоров.

Елена Ляпунцова:

По поводу омолаживания маленький сторителлинг. Когда защищала докторскую, три года в аспирантуре и три года дочь росла, и последний год нужно было сделать маточный кристалл, это реальный продукт, реальный опытный образец, я приходила из института и говорила вечером, что опять не пошел этот микропроцессор. Мне дочь говорила: «Мамочка, когда-нибудь этот дядя к тебе придет, не переживай». Я не могла понять, какой дядя: «Микропроцессор». Я уходила в лабораторию, трассировка не проходила, приходила огорченная, это многокритериальный процесс, но он все-таки пришел.

У меня достаточно весомый список публикационной деятельности, и для меня было огорчение, удивление, что много не совпадает, диссонанс, и в каждую систему что-то нужно свое, а ты не знаешь, как себя позиционировать, хотя был уверен, что все хорошо, импакт-фактор журнала могут опустить, поднять, могут вообще из ядра убрать. Настолько нестабильно и динамично, что мы опять подвержены адаптационной деятельности, порой даже квартиль один может уйти в небытие. Коллеги нам говорили, что печатались, очень понравилось, быстро, а через месяц сказали, что журнал аннулировали, никакого квартиля нет.

Юлия Белозерова:

Напоминаю, что в эфире программа «Интеллектуальный капитал» на Mediametrics, которая выходит в рамках проекта «Золотые имена высшей школы», инициированная Лигой преподавателей высшей школы при поддержке Министерства науки и высшего образования и Фонда президентских грантов. Сегодняшнюю программу мы назвали «Диалоги об образовании».

Евгений Артемьевич, сейчас идет процесс общественного обсуждения проекта профессионального стандарта преподаватель высшей школы. Какие трудовые функции, квалификации нужно обязательно там отразить с позиции трендов развития, чего не хватает современным преподавателям? Вы работаете с преподавателями из разных вузов, может быть, есть наблюдения.

Евгений Лисиченко:

Есть какие-то общие вещи, которые многим преподавателям необходимы. Первое — владение цифрой, это очень серьезная сторона. Ручкой же мы все владеем, а с цифрой уже есть вопросы, и они должны уйти. Второе — преподаватель должен быть гораздо более практикоориентирован, потому что очень часто бывает так, что преподаватель теоретически знает предмет, он его читает много лет, но он никогда в жизни не видел, руками не делал. И участие преподавателя в практике — это одно из самых важных, может быть, не всегда, есть исключения, но это то, что не хватает студентам, слушателям, и на мой взгляд, это та системная проблема, к которой преподаватели относятся достаточно пренебрежительно.

И такая вещь, с которой мы сталкиваемся постоянно, это драматургия образовательного процесса. Преподаватель не видит особой необходимости в том, чтобы увлечь, вы пришли — молодцы, я вам рассказал, вы получили свои оценки, и мы разошлись. Драматургия предполагает вовлеченность в театре режиссера и актеров, а в аудитории преподавателя, он задает эту вовлеченность, мотивацию. Качество образовательного процесса зависит в первую очередь от запросов студентов, но запрос у студентов может сформировать только преподаватель, это взаимный процесс.

Юлия Белозерова:

Зачитаю кусочек из монографии «Традиции и инновации высшего образования, социальная роль преподавателя». Эта монография коллективная, которая была выпущена в 2022 году, достаточно свежее издание, в котором Лига преподавателей высшей школы анализирует профессию с позиции традиций, исторического контекста достижений системы высшего образования, выделения проблем и предложения решений с позиции развития интеллектуального капитала высшей школы.

Первая глава посвящена истории, и о традиционной роли преподавателя в процессе становления развития системы высшего образования следующие постулаты. Насколько они актуальны для современной системы высшего образования и вообще для профессии, для стандарта профессии? Первоначально преподаватель выполнял роль транслятора знаний в условиях тотального дефицита книг и других источников информации. Сейчас эта роль осталась актуальной?

Елена Ляпунцова:

Транслировать нужно по-разному, потому что трудность перевода — это самое главное, это все-таки смысловое понимание. Если говорить о цифровизации, диджитализации, то порой бывает так, что ты сегодня читаешь технологию, а завтра она уже просто мертва в силу быстрого изменения. Самая главная задача не транслятор, а научить учиться и мыслить, иметь критическое восприятие. Критическое мышление очень важно, оно должно развиваться и у преподавателя. Как говорил Евгений Артемьевич, порой нет вовлеченности, это не театр одного актера, а сбор своего сотрудничества, содружества. Транслировать можно все что угодно, и можно быть бездумным, бездушным транслятором, но если ты через себя это проведешь, у тебя есть свое мнение, это уже не трансляция, это прожитый опыт.

Юлия Белозерова:

Мы ушли от ситуации тотального дефицита книг и других источников информации, но пришли к ситуации тотального дефицита качественной информации. И здесь роль транслятора тоже актуальна, потому что сначала надо найти рациональное зерно в океане непроверенной информации.

Елена Ляпунцова:

Транслятор транслирует, а вот как приемник это воспринимает, правильно ли он нас понимает, правильно ли он это осознает, потому мы думаем, что точно так же, как мы, весь мир воспринимает, а на самом деле так не бывает, у каждого свое мировосприятие. И когда делаются проектные офисы или техническое задание, поговорили, как у нас сейчас диалог об образовании, а лучше всего положить на бумагу, и уже тогда говорим: правильно ли мы друг друга поняли, только тогда находим точку соприкосновения. Очень сложный вопрос и очень увлекательный.

Юлия Белозерова:

Еще одно утверждение, являющееся традицией. Ключевой способностью преподавателя выступает умение аккумулировать большие объемы данных, запоминать информацию, доходчиво доносить студентам преимущественно в устной форме. Актуально ли это сейчас?

Евгений Лисиченко:

Это безусловно актуально, и вопрос в большей мере транспорта, это интернет, аудитория, но все равно преподавательская функция заключается в том, чтобы аккумулировать. Но здесь есть еще одна очень серьезная сторона. В аккумуляции вы получаете свою собственную точку зрения, то есть вы ее провели через какое-то количество фильтров, и вы ее даете студентам. Эта часть сегодня меняется, есть проект равторство, когда вы саккумулировали, выпустили ее в свет, но дайте возможность увидеть и смоделируйте, стимулируйте различные взгляды на вашу же точку зрения, не бойтесь критики, не бойтесь комментариев к ней. Ваше осмысление — очень важная часть, оно должно быть стержнем для обучения, но внутри этого обучения должен быть взгляд со всех сторон на ваш взгляд, потому что к одному и тому же решению мы можем прийти самыми разными путями, и не значит, что один путь лучше, другой хуже. Один путь подходит вам, а мне подходит другой путь.

Юлия Белозерова:

Дайте мне набор инструментов, и я выберу свой. Еще одно замечание — преподаватели вузов традиционно стояли на передовых позициях развития науки, вели научные исследования, создавали научные трактаты, и преподаватель всегда осуществлял роль просветителя, нес в общество знания о современных достижениях науки и методах познания окружающего мира, то есть деятельность преподавателя всегда выходила за стены университета. Современный преподаватель действительно несет светлое, вечное, ценное?

Елена Ляпунцова:

Это его обязанность, мы должны морально быть готовыми, потому как мы работаем с молодым поколением, и это самая главная задача — имеешь ли ты право транслировать даже то, что ты познал, а если свое мнение подключаешь, то имеешь ли ты право. Каждый нормальный преподаватель сомневающийся, и чем больше познаешь, тем больше понимаешь, что ты ничего не знаешь. Когда первый раз читаешь курс, ты еще только-только входишь, а когда на следующий год уже с работодателями, практикоориентированностью, у тебя эйфория. Набирается третий год, и я понимаю — как я могу выходить, я не имею права выходить, что я могу сказать. Поэтому это очень важный вопрос, ценность и ответственность. Весь облик преподавателя, манера говорить, умение убедить, иногда правильно подшутить.

Допустим, айтишники, 5 курс, сидят вокруг меня на красный диплом пять уникальных, потрясающих, со своими проектами моих будущих коллег, мы разбираем, и я в этот момент спрашиваю: «Что вы читаете?» Тогда Дэн Браун был моден, я думала, что будет диалог. Но обратной связи в диалоге не было, и тут я задаю вопрос: «Какие произведения Мусоргского вы знаете?» Ответ: «Мы не читали». Я попросила их через неделю рассказать, какие произведения Мусоргского они знают. Они прибежали через два дня и сказали, что это композитор. Да, нотный стан, это произведение, которое прочитывают. Вот такие бывают казусы, воспитательный процесс.

Юлия Белозерова:

В Лиге преподавателей высшей школы мы тоже считаем, что просветительская задача является одной из основных, в связи с этим у нас есть пул проектов, которые тоже посвящены просветительству. И данная программа «Интеллектуальный капитал» является одной из форм просветительской работы, каким образом познакомить общественность с жизнью высшей школы и ее ключевыми направлениями. Также у нас есть серьезный пул публичных лекций, открытый лекторий, стартовал он благодаря площадке Российской государственной библиотеки, где прошла серия лекций победителей проекта «Золотые имена высшей школы». Какое будущее у такой просветительской работы? Насколько поможет нам «Образование.Пресс» в ведении просветительской работы?

Евгений Лисиченко:

«Образование.Пресс» как проект и как организация, которая имеет четкие собственные цели, готова помогать не только Лиге преподавателей высшей школы, мы открыты ко всем. Одна из составных и самых серьезных частей проекта «Образование.Пресс» — это не только новости в образовании, но и проекты, которые связаны с просветительским делом, с одной стороны, а с другой стороны, с дискуссиями и темами в образовании. Диалоги об образовании надо вести достаточно публично, в них должны принимать участие не только ведущие, но и все остальные. Все просветительство, которое связано с образованием, с воспитанием, дискуссиями на эти темы, «Образование.Пресс» открыты для этого.

Юлия Белозерова:

Можно ли считать просветительской деятельностью проведение курсов повышения квалификации и межвузовский образовательный кластер?

Елена Ляпунцова:

У нас есть лицензия на образовательную деятельность, и все, что связано с повышением квалификации, это школа, и там мы все обучаемся. А МОК — межвузовский образовательный кластер — это у нас как результат. У нас есть учебники, 17 регионов, 57 соавторов, мы смотрим разные точки зрения, публикуем, нет такого, что вот это мы пишем, а это не пишем, если у коллег и рецензентов нет возражений, а это рецензируемые учебники и монографии, то мы готовы выслушать разные точки зрения. И просвещение, просветительская деятельность, мы этим занимаемся каждый день, просвещаем, несем, транслируем, адаптируем, но просветительскую деятельность еще вижу в том, чтобы нам больше говорить и научиться себя позиционировать, упаковывать, я говорю сейчас с точки зрения предпринимательского мышления, но все это очень важно. И важно предпринимательское мышление в академическом образовании, это та связка, которая говорит о том, что у нас это все практически существует, надо просто правильно все позиционировать.

Юлия Белозерова:

Межрегиональный характер образовательных программ в чем проявляется, в чем его плюс, что такое межрегиональный образовательный кластер?

Евгений Лисиченко:

Межрегиональность — это то, что мы говорили про авторство, это дополнительный взгляд, немножко из другой точки, немножко с другим бэкграундом, это одна сторона, потому что это разнообразие, а любое разнообразие — одна из форм развития. Второе — любая программа, которая создается в пределах одного вуза, одного учебного заведения, хотите вы того или нет, набирает не лучших преподавателей, а кого-то лучшего, кого-то в данной сфере не самого лучшего, и любое ограничение снижает качество. Отсутствие этого ограничения резко это качество повышает, потому что когда вы можете взять лучшего преподавателя в этой области отсюда, лучшего преподавателя отсюда, то это создает систему, при которой есть критерии, куда тянуться. Продукт в результате получается гораздо более качественным, потому что он происходит в условиях адаптации друг друга, культурной адаптации, культурологической адаптации, кросс-культурные коммуникации, которые в этот момент возникают, межрегиональные коммуникации — это очень важный фактор качества, это вторая сторона.

И третья сторона — такого рода продукты должны быть монетизированы, и в тот момент, когда они делаются монетизированными, их ценность становится совершенно четкой. Это хорошо, потому что это стоит столько-то. В этот момент ценность для потребителя тоже совершенно четкая и понятная, и это не чье-то узкоорганизационное решение, никто не пойдет в абстрактную команду, если там заложена какая-то экономика, а все пойдут только в лучшие команды, к лучшим учиться, только лучшее создавать. Поэтому я считаю, что будущее за сетевыми технологиями, сеть — это очень серьезная зона распределения разного рода данных между людьми, делегирование, управление качеством на таком уровне, за ними будущее.

Юлия Белозерова:

Я хочу пояснить, что те курсы, которые создает Лига, уникальные, они носят региональный характер. Осенью у нас пройдет повышение квалификации преподавателей, 300 бюджетных мест на этом курсе, и курс тоже интересный, сами преподаватели для своих же коллег читают о том, какое место, роль, какая правовая, технологическая база работы преподавателя в современной информационной среде. У нас преподаватели привлечены из Казани, Воронежа, Москвы, таким образом мы пытаемся все лучшее, что есть в регионах, представить для обмена опытом и развития высшего образования.

Елена Ляпунцова:

В конкуренции рождается лучшее, и когда мы создаем такие курсы, у нас получается конкурентная среда, хочется лучше прочитать, а как же делают другие. И мы сами учимся, видим плюсы, есть какие-то нюансы, что я возьму в свой портфель. Это опыление, нетворкинг, сеть очень важно, потому что мы не только создаем себе ученика, чтобы у него учиться, но мы учимся друг у друга. Более 43 регионов в этом году было, три дня у нас был мозговой штурм, и нам даже не хватило времени, не было и минуты, чтобы не было созидания, все три дня коллеги были готовы выступить. Действительно была интересная работа, и получилась потрясающая резолюция, с которой мы сейчас работаем. Площадка Общественной палаты для нас очень важна, потому что мы общественная организация, там тоже будем разговаривать, и Совет федерации, потому что регионы очень важны, и Госдума, министерство, все топовые институты развития и академии, которые существуют, мы тоже с ними в диалоге. Как говорит Евгений Артемьевич, мы дружим со всеми и всех приглашаем.

Юлия Белозерова:

Уважаемые коллеги, тема далеко не исчерпана, принципы направления работы по совершенствованию, развитию системы образования, мы будем к этому возвращаться периодически в цикле наших программ. Я благодарна нашим участникам, зрителям, впереди у нас новые темы, новые взгляды на интеллектуальный капитал. Спасибо большое, всего доброго.