Переводы произведений В. Маяковского на татарский язык (вопросы поэтики)

Как видно из вышеизложенного, народные традиции и обычаи, верования и их художественное осмысление в повести Чермена Беджызаты «Башни говорят» занимают основополагающее место. Автор знакового произведения и сказитель древних легенд прекрасно понимали не только их значение, но и место, которое они занимали в духовной жизни народа. Писатель умело «растворил» их в своих новеллах, органично составивших повесть. И если из осетинских прозаиков, после Сека Гадиева, кто-то нашел свою тропиночку к душе и сердцу народа, то одним из них был Чермен Беджызаты. Он еще раз убедил нас в том, какое богатство хранит духовная летопись народа.

Главным смыслом неустанного творческого поиска Чермена Беджызаты было найти наиболее подходящий способ для точного выражения сильных человеческих качеств, страстей и глубоких душевных потрясений. С точки зрения жизненной достоверности народных обычаев и традиций «Башни говорят» - это повествование о легендарных событиях, происходящих в одном из обществ горной Осетии. А с точки зрения жизненной концептуальности повесть охватывает народную судьбу в ее историческом и современном понимании. В повести «Башни говорят», традиции и обычаи, рассыпанные по всему содержанию, не являются обычным переложением неизвестных сюжетных мотивов или же стилизацией под «исторический фольклор». Все легенды, традиции и обычаи выступают в прерогативе реалистического повествования в качестве особого вида художественного познания прошлого.

Примечания

1. Русская советская повесть 20-30-х годов [Текст]. Л.: Наука, 1976. С. 219.

2. Цит. по кн.: Танкеев, И, А, Валентин Распутин: По страницам произведений [Текст] / И. А. Танкеев. М., 1990. С. 7.

3. Дзуццаты, Х.-М, Беджызаты Чермены сфёлды-стад [Текст] / Х.-М. Дзуццаты. Цхинвал, 1964. С. 81.

4. Гегель, Г, В, Ф, Лекции по эстетике [Текст] : кн. 3 / Г. В. Ф. Гегель // Гегель Г. В. Ф. Сочинения. Т. XIV. М.: АН СССР, 1958. С. 173.

5. Там же. С. 494.

6. Хетагуров, К, Собр. соч. [Текст] : в 5 т. / К. Хе-тагуров. Т. IV. М.: АН СССР, 1960. С. 356.

Л. Т. Идиатуллина

ПЕРЕВОДЫ ПРОИЗВЕДЕНИЙ В. МАЯКОВСКОГО НА ТАТАРСКИЙ ЯЗЫК

В работе освещаются некоторые проблемы поэтического перевода, который всегда осознавался в теории перевода как наиболее сложный вид переводческой деятельности, так как перед переводчиком поэтического текста стоит проблема воссоздания смыслового оригинала при сохранении своеобразия его формы. Автор анализирует вопросы воплощения поэтических особенностей поэзии В. В. Маяковского на татарском языке.

Творчество В. В. Маяковского всегда обращало на себя внимание других поэтов и писателей. Не только русские поэты, но и представители других литератур черпали вдохновение в его произведениях. Учась у Маяковского, они вместе с тем стремились озвучить стихи русского поэта на своем родном языке. Таким образом, произведения Маяковского входили в другую национальную литературу и функционировали уже в ее рамках, становясь частью новой системы.

Из круга вопросов, связанных с переводами лирики В. Маяковского на татарский язык, в данной работе исследуются в основном те из них, что имеют отношение к поэтике.

Своеобразие поэтики Маяковского связано с русским языком, порождено образным мышлением русского народа. Это обстоятельство, осложненное преднамеренными формальными поисками, проводимыми Маяковским, ставит перед переводчиками трудные, нередко неразрешимые проблемы. Переводчику, если он хочет, чтобы перевод соответствовал оригиналу, приходится экспериментировать в языке перевода таким образом, чтобы читатель испытывал те же эстетические переживания и ассоциации, что и читатель оригинального текста.

Сопоставительный анализ оригинальных и переводных произведений Маяковского позволил выявить основные сложности, с которыми приходилось сталкиваться переводчикам.

Поэтическая лексика Маяковского в оригинальной своей части была результатом опытов, проводимых поэтом в русском языке, обладающем своими морфологическими, фонетическими и другими ресурсами. Ресурсами, которые не всегда имеют аналоги в других языках.

Сопоставительный анализ оригинальных текстов Маяковского и их переводов показал, что, с

ИДИАТУЛЛИНА Лейсан Тагировна - аспирант кафедры сопоставительной филологии и межкультурной коммуникации филологического факультета Казанского государственного университета им. В. И. Ульянова-Ленина

© Идиатуллина Л. Т., 2008

Л. Т. Идиатуллина. Переводы произведений В. Маяковского на татарский язык

одной стороны, существует значительное количество примеров адекватного перевода и сохранения лексико-фразеологического своеобразия языка поэта. Татарские переводчики доказали возможность нахождения художественно обоснованных эквивалентов новаторской лексике Маяковского в татарском языке, даже в «сложных» ее пластах.

С другой стороны, языковое новаторство и внимание к каждому отдельному слову, отличавшее Маяковского, не всегда было присуще его переводчикам. Это связано с несколькими обстоятельствами. Во-первых, с большим вниманием к передаче содержательной стороны произведений поэта, которая усиленно пропагандировалась в советское время. Во-вторых, с функциональными различиями в системе русского и татарского языков, что значительно ограничивало возможности татарских переводчиков при передаче отдельных особенностей языка поэта.

При создании неологизмов в поле зрения татарских переводчиков оказалась прежде всего конкретная образная нагрузка неологизма. В тех случаях, когда новообразования русского поэта находят в татарском тексте конкретное языковое воплощение, переводчики используют собственные возможности татарского языка, создают неологизмы, которые передают поэтическое содержание оригинала, достигая функциональной эквивалентности текста перевода тексту подлинника.

Если нет возможности повторить заданный прием неологизации, переводчики, как правило, находят другие лексико-стилистические средства, позволяющие им поэтически адекватно передать то или иное место оригинала.

Изучение перевода просторечий, вульгаризмов, диалектных слов, встречающихся в текстах Маяковского, показало, что их передача на татарский язык оказалась одной из сложнейших и нередко неразрешенных проблем [1], хотя и здесь вопрос отбора слов для языка переводов решается весьма неоднородно.

Ритм стиха Маяковского представляет собой сложное целое, основанное на особенностях русского языка. Его механическое перенесение на другой язык невозможно. Необходимость адекватной передачи ритма поэта, не обедняя его звучания и не входя в противоречие с нормами родного языка, заставляла переводчиков искать другие пути, переводить средствами своего национального стихосложения, используя специфические возможности татарского языка [2].

Развитие форм ритмической организации стиха Маяковского при переводах на татарский язык представляет собой динамический процесс, развивающийся как хронологически, так и путем вовлечения новых форм ритмической организа-

ции в татарское стихосложение, применения синкретических методов.

Анализ воссоздания на материале татарского стиха звуковой организации поэзии Маяковского позволил выявить определенные тенденции.

1920-1930 гг. в татарской поэзии - это время поиска новых форм. Эти поиски внесли ценный вклад в развитие поэтики, техники стиха и т. д. и закрепились в творчестве многих писателей [3].

Первый переводчик произведений Маяковского А. Кутуй остро чувствовал требование новизны, выдвигаемое эпохой. Кутуй в своем переводе (1925 г.) следовал принципу эквилинеарнос-ти, т. е. равности количества строк оригинала и перевода, хотя фонетические, морфологические и синтаксические особенности татарского языка являются серьезным препятствием [4]. Своим переводом Кутуй продемонстрировал тонические возможности татарского стиха, возможности модернизации последнего.

Однако тип перевода, предлагаемый Кутуем, не стал каноном для последующих переводчиков Маяковского. Переводческие приемы Кутуя нашли свою реализацию в ходе перевода небольшого произведения русского поэта, относительно простого и доступного по содержанию и своей риторике иноязычному читателю.

Механически переносить достижения Кутуя на перевод значительных по объему произведений Маяковского было невозможно. Татарский читатель, воспитанный в основном на опыте силлаби-ки, не был в состоянии перейти в область тонических поисков, ведущихся в больших переводных текстах, которые требуют большей сосредоточенности и гармоничного мировосприятия.

В дальнейшем возникло несколько параллельных линий, по которым происходил перевод произведений Маяковского на татарский язык.

Часть переводчиков (А. Файзи, А. Исхак) использовали для перевода стихов Маяковского татарский силлабический стих [5]. Однако при подобном переводе перед переводчиками встает немало проблем, одним из основных был вопрос о более традиционном звучании переводных стихов Маяковского, по сравнению с подлинниками. Нетрадиционность - одна из основных характеристик произведений Маяковского, и потеря этого свойства - один из главных минусов подобного перевода.

В дальнейшем творческие поиски привели переводчиков (С. Баттал) к использованию свободного стиха [6], непривычного для татарской поэзии, однако в дальнейшем он занял свое место в творчестве многих татарских поэтов [7].

В 1950-е гг. в переводах А. Файзи обозначилась новая линия - тенденция к переводу с опорой на интонационный ритм оригинала [8].

В результате проведенного нами исследования можем сказать, что татарскими переводчиками не был выработан какой-либо единый способ передачи на татарский язык ритма стихов Маяковского. Связано это не только со сложностью данной проблемы, но и с творческой индивидуальностью переводчика.

Что касается отражения рифмы Маяковского, то схожие процессы, происходившие в истории русской и татарской рифм, способствовали адекватному отражению особенностей рифменной системы Маяковского при переводах на татарский язык. В целом переводчики воспроизвели все основные типы рифм Маяковского, проявив при этом глубокое понимание сущности переводимой поэзии.

Принципы рифмовки Маяковского пригодны для любого языка в условиях правильной постановки вопроса - речь идет не о передаче тех же звуков с одного языка на другой, а о применении тех же принципов рифмовки. Ведь принципы классической рифмовки тождественны, например, в русской и татарской поэзии, хотя звуковые системы этих языков имеют значительные различия.

На основе анализа переведенных на татарский язык произведений Маяковского можно сказать, что количество звуковых повторов в переводе намного меньше, чем в оригинале.

Активное отражение в переводных текстах Маяковского звуковых особенностей оригинала начинается с конца 1940-х гг. Однако и в этот период наличие или отсутствие звуковых эффектов подлинника во многом зависит от авторства перевода. Можно отметить наличие большого количества повторов у С. Баттала и Э. Давыдова. Другие переводчики уделяли звучанию стиха значительно меньше внимания.

Переводы Маяковского на татарский язык -одна из форм диалога между разными литературами, в ходе которого происходит взаимное обогащение их содержаний.

Творческие опыты татарских переводчиков, которые проводились в процессе перевода, способствовали обогащению татарской поэзии но-

выми формами, до тех пор ей не присущими. Они подталкивали татарских переводчиков к новым творческим решениям, отступающим от традиций татарского стиха, и в начале непривычным. В этом процессе переводчики задействовали те пласты татарской поэзии, которые до этого оставались вне их внимания.

Переводы произведений Маяковского показали новые возможности самого татарского стиха. Маяковский - новатор в русской поэтической традиции - оказывался иноязычной параллелью для изменений в татарской поэзии, и его переводы ускоряли ее обновление.

Между тем творчество Маяковского все еще является широким полем для возможных переводческих опытов. До сих пор ряд произведений поэта, особенно дореволюционного периода его творчества, остаются не переведенными на татарский язык. Среди них и те, что по своей поэтике носят подчеркнуто экспериментальный характер. Переводы таких произведений, как и новые варианты уже осуществленных переводов, могли бы стать школой переводческого мастерства, а также стимулировать новации в самой татарской поэзии, продолжая тем самым диалоги между русской и татарской литературами.

Примечания

1. Файзи, А. Школа мастерства [Текст] / А. Фай-зи // Дружба народов. 1950. № 2. С. 128.

2. Там же. С. 130.

3. История татарской советской литературы [Текст] / под ред. Л. И. Залесской, В. Г. Воздвиженского. М.: Наука, 1956. С. 123.

4. Маяковский, В. В. Левый марш (на тат. яз.) [Текст] / В. В. Маяковский; пер. А. Кутуй // Новый декламатор. М., 1925. С. 85-86.

5. Маяковский, В. В. Стихотворения (на тат. яз.) [Текст] / В. В. Маяковский; пер. А. Исхак, А. Кутуй, А. Файзи. Казань: Татгосиздат, 1941. 79 с.

6. Маяковский, В. В. Владимир Ильич Ленин (на тат. яз.) [Текст] / В. В. Маяковский; пер. С. Баттал. Казань: Татгосиздат, 1947. 124 с.

7. Хатипов, Ф. М. Теория литературы (на тат. яз.) [Текст] / Ф. М. Хатипов. Казань: Юлдаш, 2002. С. 69.

8. Маяковский, В. В. Стихотворения (на тат. яз.) [Текст] / В. В. Маяковский; пер. А. Файзи, А. Ис-хак. Казань: Татгосиздат, 1952. 64 с.