Модель долгосрочного устойчивого водопользования в России

Литература

Белкин В.Д., Стороженко В.П. Национальные проекты, приоритеты президентского послания и их финансирование // Экономическая наука современной России. 2006. № 3. Бюджет России на 2007-2010 гг. Глазьев С.Ю. Научный доклад на экономической секции отделения общественных наук РАН. 2007 г.

Котляровский С.А. Предпосылки демократии // Вопросы философии и психологии. 1905. Март-апрель. Послание Президента России Национальному Собранию РФ, 2007. Россия на рубеже веков: исторические портреты / Сост. А.П. Корелин. М.: Изд-во политической литературы, 1991.

Рукопись поступила в редакцию 31.05.2007 г.

МОДЕЛЬ ДОЛГОСРОЧНОГО УСТОЙЧИВОГО ВОДОПОЛЬЗОВАНИЯ В РОССИИ

Е.П. Ушаков

В статье формулируются основные проблемы современного водопользования в России. Раскрывается объективная необходимость формирования водного рынка и функционирования его как института рентных отношений между собственником (государством) водного фонда и субъектами-водопользователями по уступке (приобретению) прав водопользования. На основе анализа сформулированной модели оптимального управления водопользованием определены основные условия долгосрочного устойчивого водопользования посредством регулирования рентных платежей.

Водные ресурсы являются важным фактором устойчивого социально-экономического развития России. Состояние здоровья населения, развитие экономики страны в значительной степени зависят от наличия и качества водных ресурсов, их рационального использования и охраны. Водный фонд и водохозяйственный комплекс (водохозяйственные системы и сооружения) России являются важнейшим компонентом национального богатства страны и определяют водно-ресурсный потенциал Российской Федерации. В соответствии с Водным кодексом РФ, водный фонд России представляет собой совокупность водных объектов в пределах территории страны, включенных или подлежащих включению в государственный водный кадастр. В состав водного фонда входят поверхностные водные объекты, внутренние морские воды, подземные водные объекты. Россия является

одной из наиболее богатых водными ресурсами стран, по объему речного стока занимает второе место в мире, по удельному стоку на одного жителя - четвертое (Воды России, 2001). В целом по России забор воды из водных источников составляет небольшую часть водных ресурсов. Так, в 2005 г. этот забор составил 69,3 млрд м3, или около 2% от общего объема имеющихся водных ресурсов, а сброс загрязненных сточных вод - 18,5 млрд м3 (Россия в цифрах, 2006).

Можно выделить следующие основные проблемы, сложившиеся в водном хозяйстве страны в современных условиях. Во-первых, это тенденция роста расточительного водопользования. В период оживления экономического роста после 1998 г., хотя объемы забора воды из источников и сброса загрязненных сточных вод сократились, уровень «водогрязе-емкости» российской экономики существенно не изменился.

Во-вторых, это неудовлетворительное качество воды водных объектов. Современное состояние водных источников и систем централизованного водоснабжения не гарантирует соответствия подаваемой населению воды санитарно-гигиеническим требованиям, в связи с чем обостряются проблемы питьевого и хозяйственно-бытового водоснабжения.

В-третьих, это рост материального ущерба от вредного воздействия вод. Перманентный дефицит финансового обеспечения водного хозяйства из всех источников его финансирования за последние 15 лет привел к ухудшению технического состояния защитных сооружений, снижению объемов эксплуатационных и профилактических мероприятий, нарушениям режима использования па-водкоопасных территорий. В результате утвердилась тенденция роста материального ущерба от паводков, наводнений, переработки берегов водных объектов, подтопления территорий подземными водами, заболачивания и засоления земель, водной эрозии.

В-четвертых, это значительное снижение инвестиций в водное хозяйство. В целом по водному хозяйству свертывание инвести-

рования привело к нарушению даже простого воспроизводства его основного капитала и старению основных водохозяйственных фондов. Отсутствие работ по реконструкции и капитальному ремонту гидротехнических сооружений, большинство из которых построено 30-40 лет назад, снизило безопасность их эксплуатации, привело к росту затрат на их содержание и уменьшило надежность функционирования этих сооружений.

Наконец, произошедшие в Российской Федерации преобразования института собственности коренным образом изменили систему управляющих воздействий на процесс водопользования. Прежняя централизованная государственная система управления этим процессом демонтирована, а формирование новой системы, адаптированной к условиям рыночной экономики, до настоящего времени не завершено. При этом отличительными особенностями формирования новой системы управления процессами водопользования, очевидно, должна стать децентрализация принятия управленческих решений и использование принципиально новых правовых и экономических механизмов государственного регулирования водопользования. Таким образом, обострению сформулированных проблем современного водного хозяйства в представленном их перечне, по нашему мнению, в существенной мере способствовало изменение отношений собственности на водный фонд и водохозяйственный комплекс России. С одной стороны, водные объекты почти на 100% сохранили свой правовой статус государственной собственности (федеральная и субъектов Федерации), а с другой - у объектов водохозяйственного комплекса (гидротехнических сооружений) в результате разгосударствления и приватизации появились самые разные хозяева.

Реализация государственной стратегии использования, восстановления и охраны водных объектов России в условиях рыночной экономики объективно предполагает создание адекватной системы оценки прав пользования водными объектами и построение эффективного механизма имущественно-правовых и

рентных отношений между собственником водного фонда (государством) и водопользователями, обеспечивающего объективные предпосылки финансирования охраны и восстановления водного фонда в необходимых масштабах. В этой связи актуально формирование системы управления водным фондом на основе имущественно-правового и рентного механизма, учитывающего рентный доход собственника водного фонда и использующего этот доход для эффективного восстановления и охраны данного фонда как элемента национального богатства страны.

По нашему мнению, сложившимся и реализуемым в настоящее время экономико-пра-вовым отношениям между собственником водного фонда (государством) и водопользователями присуще сохранение административно-распорядительных методов управления собственностью, не отвечающих условиям функционирования института рентных отношений в сфере водопользования и соответственно не обеспечивающих наиболее эффективное использование водных ресурсов, их восстановление и охрану как национального богатства. Существующий механизм экономико-правовых отношений водопользования можно охарактеризовать как несостоятельный в условиях рыночной экономики и не обеспечивающий эффективный баланс общественных (народнохозяйственных) интересов собственника водного фонда и коммерческих интересов водопользователей.

Как ранее существовавшая система платы за пользование водными объектами, так и последующее введение водного налога и создание «ограниченной» договорной системы водопользования с превалированием заявочного принципа приобретения прав пользования водными объектами недостаточны для адаптации механизма водопользования к условиям рыночной экономики. По нашему мнению, необходимо создание специального режима рентных отношений между собственником водного фонда и водопользователями -водного рынка. Водный рынок следует рассматривать как институт регулируемых рент-

ных отношений по поводу приобретения, прекращения прав и текущего возмездного пользования водными объектами. В силу природных особенностей формирования и использования водных ресурсов водный рынок ограничен определенной территорией в рамках гидрографических границ поверхностного водного объекта или части водного объекта, что объективно предопределяет данный рынок как региональный.

Безусловно, если ресурсы водного фонда России рассматривать в аспекте перспектив нарастающего мирового водного кризиса, появления новых технологий транспортировки этих ресурсов без существенных их потерь и негативных экологических последствий, доставки их на значительные расстояния в крупных масштабах, то категория «водный рынок» не сможет в будущем ограничиваться гидрографической единицей (бассейном). По оценкам Продовольственной и сельскохозяйственной организации ООН, к 2030 г. мировые потребности в пресной воде возрастут на 60%. Общие мировые запасы пресной воды достаточны для покрытия этого возрастающего спроса, но территориально они распределены весьма неравномерно. Обостряющийся дефицит пресной воды проявляется в первую очередь в таких регионах, как Ближний и Средний Восток, север и юг Африки, северный Китай, Средняя Азия, Мексика и др. Но дефицит качественной пресной воды испытывают и развитые страны. По оценке Всемирной организации здравоохранения, 15% жителей Европы вообще не имеют доступа к воде, которая могла бы считаться питьевой (Доклад ООН..., 2003).

Возрастающий дефицит питьевой воды в мировом масштабе стал объективной предпосылкой развития индустрии бутилирован-ной питьевой воды. Сейчас это одно из самых быстро растущих производств в мире с ежегодным объемом продаж свыше 100 млрд л. По оценке зарубежных специалистов, размер прибыли в этом бизнесе уже достиг 1 трлн долл., что составляет 40% прибыли нефтяных компаний (Эдуардов, 2004). Однако торговля

бутилированной питьевой водой - это еще не мировой водный рынок. В перспективе рассматриваются крупномасштабные проекты решения проблемы дефицита качественной пресной воды. Так, в стадии исследования находятся проекты по строительству магистральных водопроводных линий (а не каналов, как предполагалось по проектам переброски северных и сибирских рек в Советском Союзе) из Канады в южные штаты США и Мексику, а также проекты танкерных поставок арабским странам воды из Великих Озер.

Россия, обладая значительным водным фондом, должна занять подобающее место на развивающемся мировом водном рынке. По прогнозам специалистов, прибыль на нем будет гораздо выше, чем на рынке углеводородного сырья. Важно, чтобы Россия вовремя освоила свою нишу на этом новом рынке. При этом масштабы поставок водных ресурсов должны устанавливаться в пределах, обеспечивающих режим охраны и восстановления этих объектов. Должны использоваться самые современные технологии их транспортировки без негативного влияния на окружающую природную среду. Иначе говоря, речь не должна идти о реанимации гигантских проектов по «переброске рек» (Поворот сибирских рек, 2003). По сравнению с рытьем огромных каналов танкерная или трубопроводная транспортировка ресурсов водных объектов с экологической точки зрения более привлекательна. В этой связи стоимость транспортируемой воды, безусловно, возрастает, но это объективно оправданный рост. Если зарубежные потребители готовы на водном рынке платить соответствующую цену, то реализация этих проектов эффективна с позиции общественных (народнохозяйственных) интересов, включая социально-экологические интересы собственника водного фонда России (государства).

Механизмом имущественно-правовых и рентных отношений между собственником и субъектами-водопользователями должна стать водная рента, отражающая стоимостную характеристику (параметр) имущественного права пользования водным объектом или эффект

(капитализированный доход) от использования ресурсов водного объекта. Используя категорию «водная рента» как ценовой параметр процесса водопользования, проведем экономико-математический анализ «настройки» оптимальной траектории долгосрочного устойчивого водопользования в России при реализации государственной стратегии использования, охраны и восстановления водного фонда. Сложность «настройки» долгосрочного режима процесса водопользования предопределяется объективными противоречиями, возникающими между текущими интересами субъектов-водопользователей в рыночных условиях и стратегическими общественными (народнохозяйственными) целями водопользования. Последние ориентируют наряду с достижением высокой текущей рентной доходности от уступки прав пользования водными объектами субъектам-водопользователям на обеспечение рационального использования, охрану и восстановление (воспроизводство) водного фонда в долгосрочной перспективе.

Исследуем разрешение этих противоречий, рассматривая долгосрочное развитие водопользования как объект оптимизации, который с помощью управляющих параметров «настраивается» на поэтапное улучшение состояния ресурсов всех используемых водных объектов в перспективе. При этом динамику наличия водных ресурсов и их качественное состояние будем рассматривать с социально-э-кологических позиций вовлечения ресурсов водных объектов в хозяйственный оборот. Используя категории оптимального управления, «настройка» управляющих параметров долгосрочного развития водопользования предполагает объективное существование критерия оптимальности развития этого процесса и допустимые области управления, ограниченные по крайней мере экзогенно заданными социально-экологическими требованиями.

Напомним основной принцип «оптимизационного» подхода к макроэкономическому развитию в целом. Макроэкономическая система, рассматриваемая как совокупность отдельных хозяйственных объектов, преследует

цель максимизации некоторой динамической функции общественной полезности от производимых ими ингредиентов (конечных продуктов и услуг) при ограничениях: на первичные факторы производства - лимиты трудовых и природных ресурсов; накоплений - воспроизводимых факторов производства долговременного пользования; бюджетных - израсходовать не больше предусмотренного. В контексте проводимого нами теоретического анализа сформулируем «усеченный» вид этой функции в форме следующего функционала, отражающего в динамике общественную полезность (эффективность) долгосрочного устойчивого водопользования:

С/ = 0)

'о

при = ди,/д01 >°>

где Qt - водные ресурсы, вовлекаемые в хозяйственный оборот в году / и обеспечивающие общественную полезность и, в году V, 5 -норма дисконта.

Важным параметром в функционале (1) является норма дисконта 8, определяющая в динамике темп снижения ценности водных ресурсов, вовлекаемых в хозяйственный оборот. Иначе говоря, уровень нормы дисконта соизмеряет во времени с помощью функции общественной полезности ценность водных ресурсов с позиции нынешнего и будущего поколений. Заниженная норма дисконта в большей мере отражает интересы будущих поколений относительно сохранения водных ресурсов и, наоборот, завышенная исходит из текущего приоритета нынешнего поколения в использовании водных ресурсов.

Вообще выбор значения уровня нормы дисконта в контексте рассматриваемой нами проблемы не имеет однозначного решения и требует учета ряда факторов. Во-первых, с позиции социально-экологических интересов, охрану и рациональное использование водных объектов необходимо рассматривать на достаточно большом временном горизонте, по крайней мере превышающем срок активной

деятельности одного поколения. Отсюда уровень нормы дисконта не может жестко коррелировать со ставкой процента на капитал. Во-вторых, если рассматривать учет социально-экологических требований в норме дисконта как демократический процесс согласования интересов различных социальных групп общества, необходимо учитывать «отсутствие» в этом процессе будущих поколений. Это объективно обусловливает требование относительного занижения нормы дисконта. В-третьих, выход российской экономики на траекторию устойчивого экономического развития объективно предопределяет возможность создания в будущем качественно нового экономического и технологического пространства, позволяющего с помощью высокоэффективных во-досберегающих и водоохранных технологий решать проблему как водообеспечения народного хозяйства, так и охраны и рационального использования водных объектов. Исходя из этого с позиции текущих интересов есть основание для повышения нормы дисконта. В-четвертых, многообразие экономических интересов хозяйствующих субъектов-водопользователей объективно диктует неоднозначные требования к уровню нормы дисконта. Более того, различие социально-экономической «компетенции» отдельных социальных групп также имеет значительный разброс оценок значений предпочтений относительно проведения водоохранной политики. Это обусловливает сложность установления уровня нормы дисконта в аспекте учета социально-экологических требований к водопользованию.

Таким образом, многоаспектность, внутренняя противоречивость и объективная сложность количественного измерения целого ряда параметров водопользования исключают возможность в полной мере учесть весь спектр целей долгосрочного развития водопользования с помощью лишь одного управляющего параметра (нормы дисконта). При исследовании вопросов эколого-экономичес-кого обоснования инвестирования водохозяйственной и водоохраной деятельности мы ориентируемся на применение так называе-

мой «социальной» нормы дисконта (Методические рекомендации, 2001).

Проведем теоретический анализ долгосрочного устойчивого водопользования в аспекте исследования динамики цен на водные ресурсы в зависимости от той или иной стратегии водоохранной политики («цены» здесь интерпретируются как обобщенный параметр системы рентных платежей - водной ренты субъектов-водопользователей). На основе математической теории оптимальных процессов и исходя из (1), сформулируем динамическую модель временного распределения водных ресурсов при их использовании в экономической системе на макроуровне:

и= \еыи,с1(,

где Ш - динамика изменения запасов водных

ресурсов; /(Ю ~ функция восстановления (воспроизводства) водных ресурсов.

Для максимизации целевой функции (2) сформулируем Гамильтонову функцию:

н = и1{д,) + х[/т-д11

Для каждого временного периода должно выполняется равенство

с1Н _ Ш,

с/О, с10,

-А, = 0.

Введенная в (4) и (5) вспомогательная переменная X по определению означает оптимальную оценку ценности водных ресурсов, соответствующую приросту общественной полезности (2) в зависимости от вовлечения в хозяйственный оборот дополнительной их единицы в каждом временном периоде. Для упрощения проводимого анализа будем в "дальнейшем интерпретировать X как цену водных ресурсов (примем, что оптимальная оценка водных ресурсов равна их цене). Соизмерение ценности единицы водных ресурсов в динамике с помощью нормы дисконта можно

определить следующим образом:

Вспомогательная переменная ХЬ) характеризует изменение целевой функции модели (2)-(3) при росте на единицу водных ресурсов, вовлекаемых в хозяйственный оборот, в ценах на начальный период рассматриваемой перспективы (ценность единицы водных ресурсов /-го года, приведенная к начальному периоду).

Можно определить следующие канонические уравнения, определяющие условия экстремума:

Х = 8Х-

дН

-8Х-Х

К.

дШ'

Эти канонические уравнения позволяют исследовать аналитически и графически характер динамики изменения цен водных ресурсов в зависимости от их наличия и вовлечения в хозяйственный оборот. Для графического анализа воспользуемся кривыми предельных значений наличия водных ресурсов

И7 = 0 и их ценности X = 0 (рис. 1).

На основе уравнения (5) можно определить связь между масштабом вовлекаемых в хозяйственный оборот водных ресурсов () и их ценой X в аспекте роста общественной полезности II:

дХ / Э02 '

При предельных условиях водопользования 1¥ = 0 уравнение (3) трансформируется в следующий вид:

дХ _ дПдШ

IV = 0: =

ЭЖ Э0/ЭГ

Так как по определению

дЖ ' д\¥ ' д\¥ ' для 1¥>1¥; № = !¥<№,

а)

Цены на водные ресурсы

.... IV = о

б)

X Цены на водные ресурсы

-А = 0

| Запас водных ресурсов : Запас водных ресурсов

Ц,' 1-у ¡у Щ' Ц'

Рис. 1. Изменение цен водных ресурсов в зависимости от их наличия

то

Ж>0- -¿Ь =0- -^-<0

дШ ' дЖ ' д!¥

при Ж >И/; IV = 1¥; ¡V <1¥ соответственно.

Графически это условие (рис. 1а) отражается снижением кривой IV = 0 при IV < IV и ее повышением, если Ж > IV. Тогда область

сверху кривой ¡V - 0 (высокие цены за водопользование X) определяет условие <

<ЛЮ или IV > 0, т.е. вовлечение водных ресурсов в хозяйственный оборот ограничивается, а следовательно, запасы водных ресурсов

IV возрастают. Область ниже кривой Ж = 0 (низкие цены за водопользование X) определяет

условие <2,(к) или Ж < 0, следователь-

но, запасы водных ресурсов IV сокращаются.

Как известно, убывание ценности определенного ингредиента во времени отражает продуктивность экономической системы по данному ресурсу, а темп, относительная скорость убывания, выступает обобщенной мерой продуктивности. Тогда темп восстановления (воспроизводства) водных ресурсов д[/дШ, интерпретируемый как продуктив-

ность водного хозяйства, можно принять за «истинную» норму дисконта, позволяющую соизмерить цены по различным периодам к единому моменту времени: д//д\¥ = 8.

Графически предельные условия изменения цен в динамике X=0 отражаются

вертикальной прямой - Х-0, находящейся левее точки (рис. 16). Последнее связано с

тем, что по определению 8 > 0. В точке Ж

8 = 9/"/ЭЖ = 0 означает кризисную ситуацию,

когда отсутствует восстановление (воспроизводство) водных ресурсов. Таким образом, допустимым интервалом для анализа динамики цен на водные ресурсы является условие IV < IV, обеспечивающее определенный запас «прочности» в рациональном использовании и охране водных ресурсов. В рамках этого допустимого интервала также образуются две области, характеризующие разнонаправленную динамику цен на водные ресурсы. Так,

область правее прямой А, = 0 (¡V > IV) определяет условие д/|дW > 8 , которому присуща

понижательная динамика цен на водные ресурсы. И наоборот, использование водных ресурсов в масштабах Ж < Ж (левее прямой

^ = 0) определяет условие д//Эй7 <8 , которому присуща повышательная динамика цен на водные ресурсы.

Из уравнения (7) можно определить динамическую зависимость нормы дисконта и цен на водные ресурсы:

Из этого уравнения можно сформулировать четыре условия взаимосвязей нормы дисконта, цен на водные ресурсы и продуктивности их восстановления (воспроизводства):

1) при росте запасов водных ресурсов (ИV < IV, д/¡д\¥ > 0) цены на водные ресурсы

снижаются, но при условии Ь<д//дЦ/'. Последнее означает, что темп восстановления (воспроизводства) водных ресурсов выше нормы дисконта;

2) при тех же условиях (¡V < IV, д//д\У > 0), но при 8 > д//д\¥ цены на водные ресурсы повышаются;

3) при стационарном запасе водных ресурсов д//д1¥ = 0 (но в пределах их критического запаса) цены на водные ресурсы растут с темпом на уровне нормы дисконта;

4) при снижении запасов водных ресурсов (роста их дефицита д//д\¥ < 0 ) происходит рост цен на водные ресурсы с темпом, превышающим норму дисконта.

С нашей точки зрения, можно сделать ряд важных выводов из проведенного выше теоретического анализа. Во-первых, динамическая взаимосвязь нормы дисконта, цен на водные ресурсы и продуктивности их восстановления (воспроизводства) имеет достаточно сложный характер. Традиционное понимание изменения ценности благ в динамике как их убывание и соответственно построение методических подходов к измерению разновременных ценностей благ на базе рыночной нормы дисконта (ставки процента на капитал) не отражают в полной мере сложного характера вышеуказанной динамической зависи-

мости. Во-вторых, с позиции социально-эко-логических интересов общества возникает необходимость обоснования категории восстановления (воспроизводства) водных ресурсов и конкретизации этой категории соответствующими параметрами, отражающими темп этого восстановления (воспроизводства). В практическом плане такого рода конкретизация должна быть регионально привязана к водохозяйственным районам водного фонда России и представлена соответствующим вектором (перечнем) соответствующих ограничений по рациональному использованию и охране водных объектов.

Наконец, проведение практических расчетов оценки эффективности долгосрочных инвестиционных программ (проектов) водопользования с позиции лишь их коммерческой эффективности может приводить к низким ее значениям, а порой и к отрицательным. Это связано не с объективной низкой эффективностью такого рода инвестиционных программ, а с несовершенством методов ее измерения, т.е. с отсутствием адекватного измерения отмеченной выше динамики цен на водные ресурсы и с применяемой нормой дисконта.

Сформулируем следующие условия «настройки» оптимальной траектории долгосрочного устойчивого водопользования. Во-первых, отрицательный прирост запасов водных ресурсов (д//д1¥<0 - «усиленный» отход от предельного их запаса) сопровождается повышательной динамикой цен на водные ресурсы с темпом, превышающим норму дисконтирования. Во-вторых, отсутствие прироста запасов водных ресурсов (д//дШ = 0) также сопровождается повышательной динамикой цен на водные ресурсы, но с темпом, равным норме дисконта. В-третьих, положительный прирост их запасов (д//д1¥ >$) сопровождается двумя видами динамики цен на водные ресурсы: а) понижение - при превышении темпа роста их запасов относительно нормы дисконта; б) повышение - при превышении нормы дисконта относительно темпа роста их запасов.

Изложенное можно проиллюстрировать графически (рис. 2). Имеются четыре области взаимосвязей цен на водные ресурсы и их запаса. Области I и III характеризуются избыточным вовлечением водных ресурсов в хозяйственный оборот, вследствие чего фактический запас водных ресурсов ниже его оптимального уровня {w < w) . Наоборот, области II и IV характеризуются «сверхзапасным» состоянием водных ресурсов (W > W). Цены на водные ресурсы относительно их оптимального уровня X завышены в области I и II и занижены - в областях III и IV.

С помощью эффективного механизма рентной платы субъектов-водопользователей можно обеспечить «выход» процесса водопользования на оптимальную траекторию, определяемую параметрами W ц X . Так, область I (см. рис. 2), характеризуемая избыточным водопользованием, отражает следующую стратегию «выхода» на эту траекторию: установление высоких цен (рентных платежей) на водные ресурсы, учитывающих в полной мере их дефицит, создает экономическую основу

широкого внедрения водосберегающих технологий и наращивания водохозяйственных мощностей (регулирование стока, обеспечение санитарных попусков, строительство защитных инженерных сооружений и т.п.) для субъектов-водопользователей. При этом обеспечивается не только высокая общественная эффективность такого рода инвестиционных программ (проектов), но и их коммерческая эффективность. Реализация водоохранных и водохозяйственных мероприятий в этих программах (проектах) обеспечит восполнение запасов ресурсов водных объектов в соответствии с экологическими требованиями, что в конечном итоге создает объективные условия поэтапного снижения цен на водные ресурсы до их оптимального уровня X .

Более реалистична и типична для российских условий (в особенности для ряда регионов) водохозяйственная ситуация, когда избыточное вовлечение водных ресурсов в хозяйственный оборот (запасы водных ресурсов ниже их оптимального уровня: W > W), сопровождается занижением уровня их цен (область III на рис. 2). Это подтверждается значительно заниженными масштабами фискально-

Рис. 2. Формирование оптимальной траектории долгосрочного устойчивого водопользования

го сбора водного налога относительно объективно обусловленного рентного дохода, получаемого субъектами-водопользователями в настоящее время. Более того, напомним, что реализуемый в настоящее время водный налог не отражает территориальную дифференциацию располагаемых ресурсов водного фонда России, а следовательно, существующий фискальный механизм не позволяет кардинально изменить сложившийся режим водопользования и обеспечить его «выход» на оптимальную траекторию.

В настоящее время отсутствует какой-либо стимул у субъектов-водопользователей к сокращению водозабора и сброса сточных вод. Отсюда и низкая эффективность водоохранных и водохозяйственных инвестиционных программ (проектов), ориентированных на широкое использование передовых технологий в водопользовании. Такой неадекватный учет ценности (стоимости) ресурсов водных объектов при объективной повышательной ее динамике для остродефицитных водохозяйственных районов России (бассейны рек Кубань, Дона и т.п.) способствует еще большему «отходу» от динамического оптимума водопользования W .

Для сложившейся водохозяйственной ситуации в России (область III на рис. 2) должна быть реализована двухэтапная стратегия «перехода» на оптимальную траекторию долгосрочного устойчивого водопользования. Государство как собственник водного фонда должно сформировать и реализовать отмеченный выше механизм дифференциального рентного обременения субъектов-водопользова-телей. При этом оценку стоимости водных ресурсов и соответственно рентную плату субъектов-водопользователей не следует рассматривать как спускаемые «сверху» параметры: значения этих параметров должны определяться в результате договорных отношений субъектов-водопользователей с собственником водного фонда, реализуемых в режиме функционирования регионального водного рынка. Исходя из этого общим итогом первого этапа «выхода» на оптимальную траекторию

долгосрочного устойчивого водопользования в России станет поэтапный рост рентного обременения субъектов-водопользователей, размещенных в первую очередь в остродефицитных водохозяйственных районах страны, «поэтапный переход» в область I. Принципиально важно подчеркнуть, что это не искусственное повышение рентной платы за пользование водными объектами (относительно законодательно установленных в настоящее время ставок водного налога), а объективное отражение ценности (стоимости) водных ресурсов в остродефицитных районах страны.

В рамках рассматриваемой нами модели формирования оптимальной траектории долгосрочного устойчивого водопользования (см. рис. 2) приведение (повышение) цен на водные ресурсы (рентной платы) в России в остродефицитных водохозяйственных районах в соответствие с их объективно обусловленным уровнем ценности (стоимости) на первом этапе создает основу реализации второго этапа -«выхода» на эту оптимальную траекторию, который по своему содержанию должен сопровождаться реализацией мероприятий, рассмотренных выше для области I (см. рис. 2). К ним относятся широкое внедрение водосбе-регающих технологий у водопользователей, эффективное наращивание мощностей «межотраслевой» системы водообеспечения и т.п. Конечным результатом второго этапа будет «выход» на оптимальную траекторию водопользования, характеризуемую параметрами IV и X .

Область IV на рис. 2 характеризуется «сверхзапасным» наличием водных ресурсов и соответствующими низкими их ценами. Эта водохозяйственная ситуация свидетельствует о возможности развития водопользования в направлении дополнительного вовлечения водных ресурсов в хозяйственный оборот, т.е. имеется солидный запас водных ресурсов, позволяющий на определенном этапе экстенсивное развитие водопользования. Для России это восточные неосвоенные территории, где водные ресурсы в избытке. По мере роста масштабов вовлечения водных ресурсов в хо-

зяйственный оборот в этих районах наметится повышательная динамика цен на водные ресурсы для «выхода» на оптимальную траекторию водопользования с параметрами Ж и X .

Область II на рис. 2 определяет парадоксальную водохозяйственную ситуацию, при которой «сверхзапасное» состояние (наличие) водных ресурсов сопровождается их высокими ценами. Такая ситуация может возникать в том случае, когда используется неадекватная система оценки стоимости водных ресурсов. Для подтверждения этого можно сослаться на относительно высокий уровень ставки водного налога для субъектов-водопользователей, размещенных в бассейне реки Енисей, - 246 р./1 ООО м3, в котором интенсивность использования водных ресурсов составляет 0,5% от общего объема речного стока. Завышение цен на водные ресурсы дестимули-рует пока возможное (в пределах определенного временного периода) широкомасштабное развитие водоемких производств в данном бассейне, и оценка эффективности инвестиционных проектов развития такого рода производств искусственно занижается. Очевидно, что «настройка» цен на водные ресурсы позволяет трансформировать данную водохозяйственную ситуацию в положение, соответствующее области IV (см. рис. 2). Реализацией стратегии развития водопользования, рассмотренной для этой области, обеспечивается «выход» его на оптимальную траекторию с параметрами IV и X .

Завершая теоретический анализ формирования оптимальной траектории долгосрочного устойчивого водопользования, отметим следующее. В силу природных особенностей водных ресурсов, характеризуемых, как правило, «жесткой» территориальностью (за исключением существующей и экологически возможной внутри- и межбассейновой транспортировки стока), оптимальные параметры ]У и

X должны рассматриваться как региональные. В целом проведенный теоретический анализ свидетельствует о ключевой роли стоимостных параметров долгосрочного водо-

пользования в формировании его оптимального развития. При этом динамика этих параметров в зависимости от рассматриваемого региона имеет сложный характер (повышение, стабильность, понижение). Сложившиеся к настоящему времени в России неблагоприятные условия водообеспечения позволяют утверждать об объективности повышательной динамики цен на водные ресурсы в обозримой перспективе как экономической основы широкого внедрения достижений научно-технического прогресса в водопользование, направленного как на обеспечение населения страны качественной питьевой водой, так и на удовлетворение эффективного спроса субъектов-во-допользователей, при обеспечении охраны и восстановления (воспроизводства) водного фонда России.

Литература

Воды России. Екатеринбург: РосНИИВХ, 2001.

Доклад ООН «О состоянии водных ресурсов в мире». М.: Весь мир, 2003.

Методические рекомендации по оценке эффективности инвестиционных проектов. М.: Экономика, 2001.

Поворот сибирских рек // Эко-Бюллетень. 2003. № 4.

Россия в цифрах: Официальное издание Госкомстата России. М.: Финансы и статистика, 2006.

Эдуардов С. Торговать водой скоро станет прибыльней, чем нефтью // www.utro.ru/articles/2004/ 01/20/269793.вЬт!

Рукопись поступила в редакцию 12.04.2007 г.