Мода: поиск новых смыслов на основе классических концепций

антиголливудски настроенные режиссеры, в Мексике, Бразилии и других странах - антипродюсерская оппозиция. Кино привлекает все больше рабочей силы, художественного таланта и технической мысли.

Рожденный из глобальных потрясений кинематографический образ сам становится глобальным явлением. Он становится все более мощным средством пропаганды, воспитания и рекламы, доступным развлечением и индустрией, продуктом массового потребления. Кино превращается в эффективный инструмент «мягкой силы» (глобализаци-онного давления) западной цивилизации, оно становится технологией влияния на социальное поведение [11, с. 39], своеобразной «фабрикой» стереотипов.

Диалектическая специфика современного кинематографического образа проявляется в том, что он, с одной стороны, обретает в послевоенные годы собственную природу, собственную имманентность, становится способным раскрывать сложные ментальные и психологические связи человека и мира; с другой - становится своеобразным оружием глобальной экспансии Запада, технологий манипулирования архетипическими программами коллективного бессознательного. Это противоречие - источник развития искусства кино.

1. Теплиц Е. История киноискусства: 1928-1933. М. : Прогресс, 1971. 272 с.

УДК 130.2

МОДА: ПОИСК НОВЫХ СМЫСЛОВ НА ОСНОВЕ КЛАССИЧЕСКИХ КОНЦЕПЦИЙ

Мода - один из самых сложных и изменчивых феноменов современности, требующий постоянного внимания и переосмысления. С опорой на классические концепции П. Бур-дье и Г. Блумера в статье рассмотрены те трансформации, которые происходят в современной моде. Зафиксирована сложная природа моды, выделены ее основные черты, актуализировавшиеся в современном социокультурном контексте, плюральность образов и смыслов.

Ключевые слова: мода, Бурдье, концепция поля, Блу-мер, габитус, современность, медиа, цифровая среда, плю-ральность.

2. Делез Ж. Кино. М. : Ад Маргинем Пресс, 2013. 560 с.

3. Михалков-Кончаловский А. С. Парабола замысла. М. : Искусство, 1977. 232 с.

4. Якобсон Р. О. Конец кино? // Строение фильма : сб. ст. / сост. К. Э. Разлогов. М. : Радуга, 1985. С. 24-32.

5. Беньямин В. Произведение искусства в эпоху его технической воспроизводимости. Избранные эссе. М. : Медиум, 1996. 240 с.

6. Базен А. Что такое кино? : сб. ст. М. : Искусство, 1972. 384 с.

7. Борухов Б. Л. Онтология кинотекста // Человек и мир : сб. ст. / под ред. В. Н. Гасилина. Саратов : СГПУ, 1992. С. 102-111.

8. Разлогов К. Э. Монтаж: Литература. Искусство. Театр. Кино. М. : Наука, 1988. 268 с.

9. Трауберг Л. З. Фильм начинается... М. : Искусство, 1977. 367 с.

10. Петрович А. Последняя из теоретических работ Вс. Пудовкина. М. : СГИК, 1978. 211 с.

11. Грицков Ю. В., Симонова А. К., Сюткина Е. Н. Технологии активизации влияния рекламы на социальное поведение // Ученые записки Российского государственного социального университета. 2011. № 1. С. 34-40.

© Селина Е. Е., 2018

Т. Л. Трушина T. L. Trushina

FASHION: SEARCH FOR NEW MEANINGS BASED ON CLASSICAL CONCEPTS

Fashion - one of the most complex and volatile phenomena of our time, which requires constant attention and rethinking. In this article, we relied on the classical concepts of P. Bourdieu and G. Bloomer to consider the transformations that occur in modern fashion. The complex nature of fashion was fixed, its main features were highlighted, actualized in a modern socio-cultural context: plurality of images and meanings reflecting modern reality.

Keywords: fashion, Bourdieu, field concept, Bloomer, habitus, modernity, media, digital environment, plurality.

На протяжении довольно длительного периода мода вызывает интерес исследователей различных областей гуманитарного знания. Отношение к моде как к феномену не было одинаковым в различные эпохи. Исследовательский взгляд продвигался от пренебрежения к заинтересованности и в конце концов к признанию феномена моды одним из наиболее сложных социальных явлений с определенными признаками и функциями, явлением, требующим собственного подхода к осмыслению. Мода - это наглядное пособие по изучению конкретной исторической эпохи. Но верно и об-

ратное: раскрывая специфику эпохи, мы угадываем ее черты в моде, царившей в этот период. Следовательно, чтобы понять моду сегодняшнего дня, нужно заглянуть в современность, которая характеризуется «исторически уникальными чертами: возникновением глобализации, созреванием потребительского капитализма наряду с финансовым и постсовременностью, или другими словами, доминированием цифровых или информационных технологий» [1]. Сегодня современная культура практически полностью представлена визуальным кодом, «мы живем в «обществе зрелища»,

где образ стал конечной формой овеществления товаров» [1]. И это зрелище сопровождает нас повсюду, бесконечно транслируя задаваемые нормы и образцы. Реальность сегодняшнего дня несомненно отражается в моде, и наша задача понять, уловить те изменения, трансформации, которые произошли в моде к сегодняшнему дню. Можем ли мы объяснить современную моду, ее плюральность, ее стремительность и всеохватность, опираясь на классические концепции?

В данной статье мы обратимся к трудам П. Бурдье и Г. Блумера, которые являются своего рода переходным звеном от первых концепций, где предлагался классовый характер моды, к современному пониманию этого феномена. Опираясь на труды данных авторов, мы сможем отследить знаковые перемены, характеризующие современную моду.

Вестиментарная мода, т. е. мода в области одежды на протяжении многих лет занимала умы не только исследователей, но и простых людей, изо дня в день подбиравших гармоничные комплекты у зеркала. Мода охватывает буквально всех, и даже те, кто ей, казалось бы, не интересуется чаще всего смогут отличить модную вещь от устаревшей. Мода - это определенные нормы и образцы, свойственные конкретной эпохе, которыми стремится обладать большинство. Этой трактовки мы и будем придерживаться в данной статье.

Пьер Бурдье представил свою систему моды в монографии «Различение: социальная критика суждений вкуса», изданной в 1979 г. Бурдье создает концепцию поля, выделяя поле производства и поле потребления моды. Стоит сказать, что в теории Бурдье, как и в концепциях Зиммеля и Веблена, фигурирует понятие класса, но в несколько ином понимании. Бурдье считает, что потребители моды сформированы в группы в соответствии с объемом их «капитала» и присущим им вкусом, что позволяет группам занимать различные позиции в поле, а также укрепить и повысить свой статус. В понятие вкуса Бурдье вкладывает происхождение и образование. Таким образом, одежда маркирует каждую отдельную группу, так как культурные предпочтения определяются социальным классом. Но Бурдье говорит о вынужденном выборе, обусловленном экономическим положением человека. Например, представитель буржуазии вынужден покупать одежду высокого ценового сегмента, во-первых, потому что обладает экономическим капиталом, а во-вторых, потому что считает себя обладателем хорошего вкуса. В современном мире ситуация обстоит иначе. Нельзя сказать, что больше нет богатых и бедных, но, пожалуй, сегодня отпала необходимость демонстрировать свое положение в обществе. Современное общество -это общество массового производства и массового потребления всего, что когда-то было штучным. В современном обществе принцип вынужденного выбора не столь важен, а порой и не возможен вовсе. Например, если джинсы могут быть дорогими или дешевыми, могут иметь символическое значение для их владельца и его окружения, то кока-кола или макдональдс - нет. Кока-кола как знак современности в определенном смысле уравняла общество. Стиль норм-кор, который особенно распространен в США, также маркирует современность, демонстрируя утрату модой былых позиций, исчезновение культа моды.

В сфере производства моды Бурдье отдает главную роль дизайнерам одежды, обладающим талантом и истинным вкусом, подтвержденным коллегами по цеху, что является неоспоримой ценностью. Таким образом, функцию по созданию моды, по поиску новизны Бурдье всецело возлагает на признанных дизайнеров одежды. Но если мы обратимся к современности, то увидим иную ситуацию. В цифровую эпоху с появлением новых интернет-возможностей в сфере производства оказываются абсолютно разные люди, часто не обладающие ни специальным образованием, ни опытом. Такие изменения не случайны, они продиктованы действительностью, где появилась возможность заявить о себе, повлиять на мнение огромной аудитории, стать автором какого-либо высказывания, проекта, книги или фильма, что раньше было доступно лишь малой группе людей. Сначала телевидение, а теперь в большей степени интернет разрушают барьеры между социальными группами. Благодаря повсеместной медиатизации пространства в моде происходит демократизация смыслов. Авторами модных коллекций могут стать люди, не являющиеся профессионалами в создании одежды, с признанным талантом и истинным вкусом, но обладающие популярностью, подтвержденной рейтингами, просмотрами и «лайками» в различных интернет-ресурсах. Еще недавно на показы высокой моды приглашались признанные иконы стиля и вкуса, такие как Катрин Денев, Бьянка Джаггер, Изабелла Рос-селини и др. Сегодня на показах присутствуют люди, внезапно получившие популярность в эпоху цифровых технологий. Люди, к которым пришла слава, благодаря участию в реалити-шоу или других проектах, получивших широкую огласку в медиа. Например, для Америки - это Ким Карда-шьян. За ее жизнью и деятельностью на телеэкране и в социальных сетях следит огромное количество поклонников и просто неравнодушных. Именно ее «отредактированное» тело, ее макияж и образ в целом сегодня многие копируют, берут за основу. В России сформировалась армия поклонников у Ольги Бузовой, Ксении Бородиной, Виктории Бони и др. Эти люди сегодня влияют на вкусы и интересы существенной доли населения.

Путь к новизне, к появлению новых имен, по мнению Бурдье, лежит через борьбу, которая происходит между дизайнерами в сфере производства одежды. Однако здесь уже нет как таковой борьбы за лидерство, как нет и единственного законодателя моды, круг дизайнеров настолько расширился, что они сосуществуют рядом, не претендуя на позиции друг друга. Более того, появилось большое количество так называемых «местных» дизайнеров, которые сегодня набирают популярность в своих регионах. И довольно часто эти люди, используя терминологию Бурдье, не обладают «хорошим вкусом», который подразумевает определенные происхождение и образование. Для Бурдье социальное происхождение и связанная с ним социализация культурных вкусов оказывают важнейшее влияние на предпочтения взрослого человека. Высокая культура и популярная культура воспринимаются им как сильно отличающиеся друг от друга. Однако сегодня, когда цифровые технологии настолько распространены, мы можем говорить о доступности высокого искусства для всех, кто ранее в силу различных причин не был к нему приобщен.

Бурдье также говорит об индивидуализме в моде, который возможен при наличии вкуса у индивида, сформировавшегося в процессе жизни и обусловленного определенным габитусом. Понятие габитуса является одним из ключевых в концепции Бурдье. Под ним он понимает систему схем, порождающих объективно классифицируемые практики. Другими словами, это определенная конфигурация воспитания индивида, его образования и предыдущего жизненного опыта. «Габитус ответствен за то, что совокупность практик агента (или группы агентов, являющихся продуктом сходных условий) имеет систематический характер, являясь результатом применения идентичных (или взаимно конвертируемых) схем, и одновременно с этим систематически отличается от практик, образующих другой стиль жизни» [2, с. 27]. Становится понятно, что абсолютно новый, революционный взгляд на свой образ в таком случае практически невозможен. Современность же позволяет высказываться, демонстрировать свое индивидуальное видение. И это один из основных моментов, связанных с развитием моды сегодня. Благодаря медиа, появилась возможность быть услышанным и увиденным огромной аудиторией, вследствие чего мы наблюдаем большое количество никому ранее не известных авторов книг, блогеров, которые ведут свои каналы на видеоресурсах, дизайнеров одежды, которые воспользовались преимуществами социальных сетей для создания собственной марки. Конечно же, такая ситуация -это реальность XXI в. - века цифровых технологий и медиа-возможностей.

Анализируя концепцию моды Бурдье, мы приходим к выводу, что мода все же принадлежит элите. Новые модели создают признанные дизайнеры, а носят их, хоть и по необходимости, состоятельные люди. И в этом главное отличие данного подхода от ситуации сегодняшнего дня. По мнению многих современных исследователей, мода теряет, а возможно, уже потеряла то, что было присуще ей изначально - элитарный характер. Сегмент haut couture существует и сегодня, но так ли он значим в современном мире, как, например, в 1950-е гг. К тому же творчество современных дизайнеров часто ставится под сомнение, рассматривается с точки зрения не производства нового, а копирования существующих образов, зачастую «подсмотренных» на улицах или в молодежных клубах. Что является характерной чертой постмодерна, который «переосмыслил творчество как скрытую цитацию и рекомбинацию уже написанного» [3].

Концепция Блумера, изложенная в работе «Мода: от классовой дифференциации к коллективному отбору» (1969 г.), в большей степени отражает современную картину. Одним из самых значимых аспектов в создании моды Блу-мер называет аспект современности или ощущение «духа времени». Поэтому мода восприимчива к текущим процессам и является отражением происходящих в мире событий. Основную роль в создании новых тенденций Блумер также отводит дизайнерам, которые, по его мнению, «подхватывают идеи прошлого, но всегда прогоняют их через фильтр настоящего; они руководствуются и ограничиваются ближайшими стилями в одежде, особенно направленностью таких стилей в течение нескольких последних лет; но прежде всего они пытаются уловить ближайшее будущее, как оно обнаруживает себя в современных развити-

ях» [4, с. 134]. Но помимо дизайнеров в процессе создания новых смыслов участвуют и другие игроки. Блумер говорит о коллективном отборе, где «мода устанавливается через процесс свободного отбора из большого числа конкурирующих образцов; что создатели образцов пытаются уловить и выразить то, что можно назвать направлением современности; и что покупатели, задающие своими выборами моду, действуют как невольные агенты модной потребительской публики, чьи еще только зарождающиеся вкусы дизайнеры пытаются предвосхитить» [4, с. 134]. Таким образом, Блумер отчасти предугадывает современную ситуацию, где новизна в моде зависит не только от дизайнеров, но от многих участников, в том числе и от простых людей, которые сегодня имеют возможность быть замеченными, чьи незаурядные, другие взгляды на компоновку костюма, на цветовые решения, не свойственные традиционным представлениям, соответствующим «хорошему вкусу», сегодня могут быть поняты и поддержаны существенной группой единомышленников.

По мнению Блумера, мода упорядочивает и вносит элемент единообразия. «Устанавливая подходящие образцы, несущие печать уместности и требующие приверженности, мода узко ограничивает диапазон изменчивости и, таким образом, способствует единообразию и порядку, пусть даже это преходящие единообразие и порядок» [4, с. 147]. Подтверждается ли это умозаключение сегодня? Пожалуй, только отчасти. Современная мода отличается плюральнос-тью модных стилей и силуэтов, нет единого образца, уходят когда-то действовавшие правила в создании костюма. Отсутствие строгих рамок позволяет современному человеку ощутить себя творцом своей собственной внешности. Более того, сегодня возможен винтажный шик, мы обращаемся к ретростилям и это становится некой новизной, так как раньше это было невозможно. «Сегодня можно надеть платье из другого десятилетия и мало кто обратит на это внимание, это в целом будет нормально. В какой еще исторический период такое могло бы быть?!» [5].

В современности меняется восприятие вещи. В эпоху массового производства наступает пресыщение однотипной, шаблонной одеждой, одеждой, утратившей индивидуальность и потерявшей ту неповторимость исполнения, которая присуща вещам, выполненным вручную. В поисках другого взгляда, взгляда, отличающегося от предлагаемого массовым производителем, мы прибегаем к методу цитирования, свойственного эпохе постмодерна. Разделяя целое на части, вырывая кусок из контекста, мы получаем то, чего раньше не существовало. Принцип «mix and match», т. е. «смешивай и сочетай», сегодня становится одним из ключевых. Такой способ позволяет получать нечто новое, а инновационная функция, стремление к новизне является основным свойством моды, что признавали как классики, так и современные исследователи моды - феномена, требующего постоянного переосмысления.

Сегодня каждый волен выбирать свой образец для подражания или же создавать свой собственный, уникальный образ за счет смешения стилей, форм и силуэтов. Но в то же время свойственный современности «интерес к микрогруппам, малым племенам, связанным между собой сетью социоэкономических и биокультурных отношений» [6, с. 181]

прослеживается и в моде, где формируются определенные субкультуры, присоединяясь к которым, мы демонстрируем типическую принадлежность к группе единомышленников. И здесь идея упорядочивания и единообразия Блумера справедлива. Но стоит сказать, что количество их сильно разрослось, а отличия - буквально в нюансах, порой неуловимых для непрофессионального глаза. Это говорит о том, что сегодня субкультуры утрачивают былые позиции. «Массовая культура сама по себе столь фрагментарна и разнообразна, что границы между субкультурами и массовой культурой стали весьма размытыми» [7]. Среди множества визуальных высказываний в современном мире становится все сложнее доносить уникальные смыслы и символы.

Современная мода трансформируется, усложняется, и эти изменения требуют осмысления, требуют новых подходов, вытекающих из реальности сегодняшнего дня. Принимая во внимание новый социокультурный контекст, те уникальные исторические черты, определяющие XXI в., мы обращаемся к исследователям XX в., ставших одними из основоположников теории моды. На базе концепций П. Бур-дье и Г. Блумера мы выявили те трансформации, которые произошли с модой, перешедшей в новую эпоху. Несомненно, эпоха постмодернизма, в которой мы пребываем, накладывает свой отпечаток на происходящие в моде перемены. Расшатываются гендерные нормы, создаются андрогин-ные образы. В силуэтах все чаще используется нарушение пропорций, асимметричный крой, гиперболизируются отдельные детали костюма. Исчерпав основные силуэты, созданные для человеческого тела, дизайнеры все чаще создают одежду без привязки к человеку, одежду, искажающую тело. Мятые ткани, необработанные срезы, рваные края - это желание высказаться, заявить о себе или отсутствие интереса к своему внешнему виду? Мы становимся свидетелями множественности ликов и значений модных

УДК 130.2

МИЛОСЕРДИЕ В САКРАЛЬНЫХ ТЕКСТАХ ХРИСТИАНСКОГО ВЕРОУЧЕНИЯ

В статье рассматривается философское исследование феномена сакрального как основы цивилизации. Высказывается мнение о необходимости возвращения к сакральному основанию российской цивилизации. Отмечается влияние феномена сакрального на процесс национально-цивилизационной идентичности в качестве объединяющего начала. Показывается, что сакральные тексты как истоки благотворительности и милосердия определяют мировоззрение и мироощущение народов на протяжении длительного исторического периода. Адекватное понимание сакральных текстов христианского вероучения позволяет вести межцивилизационный диалог.

Ключевые слова: феномен сакрального, националь-но-цивилизационная идентичность, благотворительность, милосердие, христианское вероучение.

образов, не существовавших ранее. Следовательно, наша задача - понять, переосмыслить, выработать новые инструменты для анализа современных модных высказываний. Данная статья послужит отправной точкой для дальнейшего, более глубокого и масштабного исследования.

1. Джеймисон Ф. Репрезентация глобализации // Полит. ру. URL http://polit.ru/article/2010/04/05/jameson/

2. Бурдье П. Различение: социальная критика суждения // Экономическая социология. 2005. № 3. С. 25-48.

3. Цендровский О. Ю. Культурно-мировоззренческие основания глобального сетевого общества XXI в. // Человек и культура. 2015. № 5. С. 1-57. URL: http://e-notabene.ru/ca/ article_16316.html (дата обращения: 29.03.2018).

4. Блумер Г. Мода: от классовой дифференциации к коллективному отбору // Социологические и гуманитарные науки. Отечественная и зарубежная литература. Серия «Социология» / Ин-т науч. информации и общественным наукам РАН. М., 2008. № 2. С. 127-148.

5. Винсент С. Мода и юмор: стратегии, теории и практики. Конференция журнала «Теория моды» // Видеотрансляция. ии_: http://www.wonderzine.com/wonderzine/style/ stylenews/222733-fashion-and-humour (дата обращения: 01.04.2018).

6. Ильин И. П. Постмодернизм от истоков до конца столетия: эволюция научного мифа. М. : Интрада, 1998. 255 с.

7. Свендсен Л. Философия моды / пер с норв. А. Шипунов. М. : Прогресс-Традиция, 2007. 220 с. // ЛитРес. 1^: https://pda.litres.ru/lars-svendsen/filosofiya-mody/ (дата обращения: 04.04.2018).

© Трушина Т. Л., 2018

C. Н. Wamгинa S. N. Shalagina

MERCY IN SACRAL TEXTS OF CHRISTIAN CHURCH

In the article, a philosophical study of the phenomenon of the sacral as the basis of civilization is considered. The need to return to the sacral foundations of Russian civilization is discussed. The influence of the sacred phenomenon on the process of national-civilizational identity as a unifying principle was determined. The article shows the sacral texts as sources of charity and mercy, determine the world outlook and attitude of peoples throughout the long historical period. An adequate understanding of the sacred texts of the Christian church allows to create an intercivilizational dialogue.

Keywords: sacral phenomenon, national-civilizational identity, mercy, charity, Christian church.