Гражданское общество построилось

Попытки сформировать гражданское общество сверху власть предпринимала всегда, но только в 2011 году лояльные общественники и Кремль нашли друг друга по-настоящему: к концу года в России появилась новая профессия — "сторонник президента".

Опубликованное в начале марта письмо 55 деятелей шоу-бизнеса и общественности "против информационного подрыва доверия к судебной системе" было очень похоже на аналогичное воззвание 2005 года — "в связи с приговором, вынесенным бывшим руководителям НК ЮКОС", которое подписали 50 человек. Найти десять стилистических отличий практически невозможно — как будто оба текста писал один человек. Что действительно отличается — подписи. В 2005 году имена подписантов не нуждались в пояснениях: Лео Бокерия, Станислав Говорухин, Анастасия Волочкова, Алина Кабаева, Александр Калягин. В списке подписантов 2011 года имен, понятных без интернет-поисковиков, практически нет: Диана Гурцкая да Николай Расторгуев. Все остальные — общественники даже не третьего, а какого-то совсем маргинального эшелона. Политологи Егор Холмогоров и Павел Данилин известны хотя бы как одиозные герои блогосферы, а, например, о председателе правления фонда гуманитарных программ "Творческая цивилизация" Андрее Сафронове вообще никто ничего не знает: сайт фонда, состоявший из двух незаполненных разделов под интригующими названиями "Тина Канделаки" и "Владислав Сурков", был закрыт на реконструкцию сразу же после появления письма 55 и остается на реконструкции до сих пор. Автор письма Денис Дворников, возглавляющий общественный комитет "За открытость правосудия", тоже не так чтобы знаменит, хотя после выхода письма журнал "Русский репортер" посвятил господину Дворникову большой биографический очерк, из которого следует, что Дворников — это как Навальный, только хороший (дословно: "Денис Дворников тоже юрист, причем выпускник того же вуза (РУДН), с похожим опытом стажировки на Западе"). Единственный вывод, который можно было сделать из мартовской кампании "в защиту правосудия",— у Кремля не осталось заметных публичных сторонников, готовых рисковать репутацией ради неочевидных политических целей. Показателен в этом смысле опыт общественного совета при ГУ МВД по Москве: летом совет был серьезно переформатирован, и, хотя правозащитников в нем заменили правозащитниками, а журналистов журналистами, разница незаметна, только если не называть имен: вместо главреда "Новой газеты" Дмитрия Муратова — главред Russia Today Маргарита Симоньян, вместо Людмилы Алексеевой — Ольга Костина, а вместо Валерия Борщева — певец Стас Михайлов.

После сентябрьской рокировки Дмитрия Медведева и Владимира Путина Кремлю зачем-то опять понадобилась лояльная общественность. Последние три месяца 2011 года Дмитрий Медведев, которого теперь стали подчеркнуто называть "действующим президентом", провел целый марафон встреч со своими сторонниками — судя по постоянству состава их участников, это определение вполне можно считать новой профессией. Иногда это определение не расшифровывалось, иногда шло с какой-нибудь добавкой ("представители сетевых сообществ"), но всегда на этих встречах Дмитрия Медведева ждали одни и те же люди: Тина Канделаки, Сергей Минаев, Маргарита Симоньян и блогер Антон Коробков-Землянский. Массовку обеспечивали молодежные движения типа "Все дома" или "Хрюши против", и только самые внимательные эксперты были в курсе, что эти странные бренды — названия подразделений все тех же "Наших", с некоторых пор предпочитающих использовать псевдонимы.

Итогом серии президентских встреч с одними и теми же людьми стало создание "большого правительства" и "общественного комитета сторонников президента". Эти структуры похожи на Общественную палату, но их появление не означает, что Общественная палата стала не нужна — по крайней мере в октябре президент не забыл обновить ее состав, и теперь там те же люди: Денис Дворников, Диана Гурцкая и блогер Антон Коробков-Землянский.