Мирония судьбы

16 апреля Сергей Миронов сложил полномочия лидера "Справедливой России". По мнению обозревателя "Власти" Дмитрия Камышева, так началась кампания по выборам в Госдуму, в которой справороссы сыграют совсем не ту роль, на которую они рассчитывали.

О своей отставке с поста председателя партии спикер Совета федерации (СФ) Сергей Миронов объявил на прошедшем в Москве пятом съезде "Справедливой России". Его преемником стал глава партийной фракции в Госдуме Николай Левичев, с которым, по словам Миронова, они "росли в одном дворе, учились в одной школе и в одном классе". А бывший лидер занял специально учрежденную для него должность с мудреным названием "председатель совета палаты депутатов" и весьма широкими полномочиями. Как сообщил сам спикер СФ, он по должности входит во все высшие руководящие органы партии, имеет право созыва внеочередных съездов, право вето, право прямого обращения к партии и, более того, может приостановить полномочия любого органа партии и любого избранного руководителя вплоть до председателя "Справедливой России".

Необходимость столь странной кадровой загогулины Миронов обосновал тем, что в Думе все партии, кроме справороссов, представлены председателями: "Предвыборный год является непростым, и то, что у нас лидер фракции не является лидером партии, ослабляет наши позиции". Журналисты, правда, тут же припомнили, что глава фракции "Единая Россия" Борис Грызлов тоже не лидер партии (этот пост занимает Владимир Путин). Но для самых пытливых Левичев предложил другую версию: "Если вы заметили, то про меня ничего плохого с трибуны Госдумы лидеры других партий не говорили. Они могли говорить о Сергее Михайловиче, когда тот был в зарубежных поездках или на заседаниях СФ. Теперь же если они попытаются что-то сказать про меня, то тут же получат отлуп".

Однако большинство наблюдателей это объяснение все равно не устроило. Да и сверхсекретность кадровых решений (о предстоящей смене председателя многие рядовые делегаты узнали лишь перед началом съезда) тоже заставляла искать в них какой-то скрытый смысл и пресловутую руку Кремля. Которому эти изменения, по почти единодушному мнению экспертов, нужны гораздо больше, чем самим справороссам (см. материал "Зачем Сергей Миронов пост сдал?").

Все неофициальные объяснения случившегося сводятся, по сути, к трем основным версиям.

Первая: Николай Левичев выступает в качестве временной фигуры, а Сергей Миронов расчистил место для другого лидера. То ли более харизматичного (многие вспомнили бывшего главу "Родины", а ныне представителя России при НАТО Дмитрия Рогозина), то ли более высокопоставленного (а выше спикера СФ, считающегося третьим человеком в стране, может быть лишь не прибившийся пока ни к какой партии Дмитрий Медведев). Некоторые эксперты даже договорились до того, что именно справороссам будет доверена честь выдвинуть нынешнего президента на второй срок.

Вторая: Миронов, давно раздражающий единороссов жесткой критикой в их адрес, получил предложение определиться, кто же он такой, представитель вертикали власти или лидер оппозиционной партии. И поскольку предложение было из разряда тех, отказаться от которых невозможно, спикер СФ сделал вполне предсказуемый выбор в пользу вертикали.

И наконец, третья версия: уход Миронова с поста лидера "Справедливой России" знаменует начало сворачивания этого проекта, который должен был стать второй партией власти или, по выражению главного кремлевского идеолога Владислава Суркова, второй ногой общества, на которую "можно переступить, когда затекла первая". А справороссам предстоит повторить судьбу другого кремлевского детища — партии "Родина", блеснувшей на думских выборах 2003 года, но затем утратившей доверие Кремля и в итоге насильственно влитой все в ту же "Справедливую Россию".

Слабые места есть у всех упомянутых версий, но вариант со скорым пришествием яркого лидера выглядит, пожалуй, наименее правдоподобно.

Во-первых, Миронов настаивает на том, что непременно возглавит список справороссов на думских выборах, а в этом случае появление у партии другого лидера становится совершенно бессмысленным. Во-вторых, очень сомнительны и называемые кандидаты в "настоящие" лидеры. Ведь с Рогозиным Кремль однажды уже прокололся: после того как глава "Родины" стал слишком самостоятельным, пришлось спешно избавляться и от него, и от его партии. И совсем уж невероятным кажется союз справороссов с Медведевым. Чтобы этот альянс выглядел органично, президенту придется объявить целью модернизации не формирование в России современной рыночной экономики, а создание социализма с человеческим лицом, а экспертам ИНСОРа — срочно отозвать свой доклад "Обретение будущего", написав вместо него новый труд "Повторение прошлого".

В версию о полученном Мироновым приказе сделать выбор между властью и оппозицией поверить легче. Хотя бы потому, что в своих перебранках с единороссами спикер СФ действительно вел себя как-то не по понятиям: они-то покорно несли свой крест "самых исполнительных законодателей", а он и благами вертикали охотно пользовался, и регулярно эту же вертикаль поругивал. Но тогда непонятно другое: почему же Миронов не покинул все партийные посты, а пересел в другое руководящее кресло? Или, может, критика от "председателя совета палаты депутатов "Справедливой России"" для единороссов уже не так обидна, как нападки со стороны председателя партии? А прекращать ругать оппонентов спикер СФ пока явно не собирается: всего через два дня после съезда он выступил на онлайн-конференции в "РИА Новости", где привычно обозвал партию власти профсоюзом бюрократов и снова заявил, что "без ликвидации монополии "Единой России" ничего хорошего у нас не будет".

Кстати, сохранение Мироновым после апрельской рокировки главных рычагов управления "Справедливой Россией" противоречит и версии о начале сворачивания проекта второй партии власти. Конечно, замена раскрученного в СМИ Миронова на куда менее публичного Левичева действительно очень напоминает кадровые перестановки 2005-2006 годов в Российской партии пенсионеров и партии "Родина". Тогда под давлением Кремля ярких, но не слишком сговорчивых лидеров Валерия Гартунга и Дмитрия Рогозина сменили мало кому известные политики, а закончилось все осенью 2006-го вливанием этих партий в "Справедливую Россию". Но в тех случаях в отличие от нынешнего прежние руководители все-таки уходили по-настоящему, лишаясь абсолютно всех руководящих полномочий.

И все-таки именно третью версию следует признать самой близкой к истине. Потому что только ее можно объяснить не субъективными аргументами вроде жгучей обиды единороссов на мироновскую критику, а объективными интересами вертикали власти в преддверии двух федеральных выборных кампаний.

Ведь для чего в свое время создавалась "Справедливая Россия"? Для того чтобы как минимум откусить как можно больше голосов у КПРФ, а как максимум и вовсе поглотить Компартию, превратившись в крупную левоцентристскую силу, способную вместе с правоцентристской "Единой Россией" стать основой двухпартийной системы, создать которую безуспешно пытались несколько поколений федеральной власти.

Ну с максимумом уже давно все ясно: как ни твердил Миронов о неизбежном объединении под крылом его партии всех левых сил, на коммунистов эти заклинания так и не подействовали. Но и с выполнением программы-минимум возникли серьезные проблемы. Потому что на деле справороссы откусывают голоса не столько у коммунистов, сколько у тех самых единороссов, с которыми по задумке кремлевских политтехнологов должны были составить дружественный взаимовыгодный тандем. Особенно заметным это перетекание голосов стало в последние месяцы, когда все больше россиян начали руководствоваться позицией "за кого угодно, только не за "Единую Россию"".

Эти выводы подтверждают не только результаты последних региональных выборов, но и социологические опросы. Например, согласно проведенному в январе 2011 года "Левада-центром" исследованию электоральных симпатий россиян, 18% тех, кто голосует за "Справедливую Россию", делают это потому, что считают ее меньшим из зол. 11% сторонников других партий говорят, что проголосовали бы за партию Миронова, если бы их основных фаворитов в бюллетене не оказалось, а как раз этот вторичный выбор и предопределяет голосование многих избирателей, разочаровавшихся в единороссах. Наконец, у "Справедливой России" наименьший антирейтинг — 6%, тогда как за "Единую Россию" "ни при каких обстоятельствах не стали бы голосовать" 10% респондентов.

Еще пару лет назад, когда "Справедливая Россия" получала в среднем по 8-10% и половину из них заимствовала у партии власти, в этом не было ничего критичного, поскольку при рейтинге 60-65% какие-то 5% голосов особого значения для "Единой России" не имели. Но теперь, когда результат свыше 50% становится для единороссов редкостью, а отток их голосов к справороссам, по оценкам экспертов, возрос до 10%, само существование второй партии власти становится серьезной угрозой для благополучия первой.

Что же в таком случае прикажете делать Владиславу Суркову, который должен обеспечить "Единой России" пусть простое, но уверенное большинство в следующей Госдуме? Забыть обещания президента о росте политконкуренции и снова надеяться лишь на ловкость избиркомовских рук? И где брать те 5% голосов, которые, возможно, потребуется накинуть "Правому делу", если Кремль решит-таки построить на его основе, выражаясь словами того же Суркова, "влиятельную либеральную партию" во главе с авторитетным федеральным политиком? Видимо, как раз из нынешних 12-13% "Справедливой России", потому что электорат КПРФ и ЛДПР за либералов-западников никогда не проголосует, а вот те, кто ищет "меньшее из зол", да еще и при умелой агитации,— вполне возможно.

Вот и получается, что снижение результата "Справедливой России" становится задачей государственной важности. Совсем закрывать партию ради этого, может, и не потребуется, достаточно будет слегка ее придушить. А для этого как раз и нужны новый, нераскрученный лидер, запутанная система партруководства и рост внутренних противоречий, который, если верить СМИ, уже налицо: группа справороссов якобы недовольна Левичевым и намерена потребовать от него сложения полномочий.

Правда, для полного предвыборного счастья Кремлю еще придется немного поработать лично с Сергеем Мироновым, чтобы он поумерил антиединороссовский пыл и отказался от желания возглавить думский партсписок. Но сделать это, учитывая полную зависимость дальнейшей карьеры спикера от доброй воли делегировавших его в СФ единороссов, будет не так уж трудно.