Проблемы соблюдения прав и законных интересов лиц, задерживаемых по подозрению в совершении преступлений в порядке ст. Ст. 91-92 УПК РФ

УДК 343.985

В. В. Тактоева А. Н. Залескина

ПРОБЛЕМЫ СОБЛЮДЕНИЯ ПРАВ И ЗАКОННЫХ ИНТЕРЕСОВ ЛИЦ, ЗАДЕРЖИВАЕМЫХ ПО ПОДОЗРЕНИЮ В СОВЕРШЕНИИ ПРЕСТУПЛЕНИЙ В ПОРЯДКЕ СТ.СТ. 91—92 УПК РФ

Аннотация: В статье рассматриваются проблемы определения времени фактического задержания и соблюдения прав и свобод задерживаемых лиц. Также рассмотрены особенности фактического и процессуального задержания.

Ключевые слова: задержание; фактическое задержание; права и свободы человека и гражданина; меры принуждения.

V. V. Taktoeva

A. N. Zaleskina

THE PROBLEMS OF OBSERVING RIGHTS AND LEGITIMATE INTERESTS OF PERSONS DETAINED ON SUSPICION OF COMMITTING CRIMES UNDER ART. ART. 91-92 OF THE CODE OF CRIMINAL PROCEDURE OF THE RUSSIAN FEDERATION

Abstract. The article deals with the problems of determining the time of actual detention and observing rights and freedoms of detainees. Features of actual and procedural detention are also considered.

Keywords: detention; actual detention; rights and freedoms of a man and a citizen; coercive measures.

Задержание является мерой процессуального принуждения, а именно предполагает вторжение в сферу прав и свобод человека. Поэтому законодатель предусматривает предоставление подозреваемому определённых процессуальных гарантий, способствующих защите прав и свобод человека при применении определённых мер принуждения. Законом предусмотрен процессуальный порядок применения мер принуждения. Такие меры применяются только при наличии определённых в законе оснований, а именно — следователь, дознаватель обязаны установить определённые обстоятельства уголовного дела, которые указывают на наличие оснований для задержания, регламентированных законодателем [6].

Тема актуальна в связи с тем, что задержание подозреваемого занимает центральное место в уголовном процессе, как в науке, так и в практической деятельности уполномоченных сотрудников. Порядок задержания это достаточно сложный процесс, практика задержания показывает, что имеется не-

большой процент случаев, когда задержание лица фиксируют в момент его фактического задержания или доставления к следователю. Фиксация времени задержания в большинстве случаев происходит при составлении протокола задержания в порядке ст. 91 УПК РФ.

Порядок задержания должен выполняться в рамках закона. Важность определения чёткого момента задержания состоит не только в отсчёте 48 ч, а в том, что лицо, подозреваемое в совершении преступления, имеет право пользоваться услугами защитника (в момент задержания разъясняется, что он имеет право на защиту), а также реализовать свои права.

Задержание подозреваемого остро затрагивает конституционные права и свободы человека и гражданина, а именно — право на свободу и личную неприкосновенность (ст. 22 Конституции РФ).

Соблюдение прав задержанного по подозрению в совершении преступления в период от фактического задержания и до оформления процессуального задержания следователем либо дознавателем в соответствии со ст.ст. 91, 92 УПК РФ является достаточно актуальным вопросом [8, с. 24].

Следует отметить, что в практической деятельности, когда составляется протокол задержания в порядке ст.ст. 91 и 92 УПК РФ, всегда стоит вопрос об исчислении сроков задержания.

В ходе предварительного расследования часты случаи возникновения споров и обжалования подозреваемыми или обвиняемыми исчисления времени их задержания должностными лицами правоохранительных органов. Часто подозреваемые или обвиняемые в совершении преступления при расхождении времени «фактического задержания» и «процессуального задержания» обжалуют действия следователя либо дознавателя или указывают на то, что действия следователя либо дознавателя являются незаконными, в ходе рассмотрения судом ходатайств об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу [1 2, с. 148].

Каждый подозреваемый имеет право на защиту. Лицо, проводящее расследование, разъясняет задержанному его права с того момента, когда началось производство в отношении него процессуальных действий либо сразу после того, как доставили в орган расследования, как правило, при составлении протокола задержания, но не позднее трёх часов со времени доставления. В соответствии с Федеральным законом от 07.02.2011 № 3 «О полиции» возникает необходимость разъяснения основных прав задержанного именно в момент фактического задержания. Таким образом, доступ к осуществлению права на квалифицированную юридическую помощь может оказаться затруднённым на продолжительное время.

Недооценка следователями, дознавателями значимости анализируемого этапа расследования на практике приводит к различным нарушениям [7, с. 109].

Проблема существования интервала времени между фактическим и процессуальным задержанием представляет собой так называемую «правовую пустоту», которая обсуждается авторами достаточно давно. Но до сих

пор никаких положительных изменений в законодательство РФ внесено не было [12, с. 243].

В случаях указания следователем либо дознавателем времени не «фактического задержания», а «процессуального задержания» (с того момента, когда доставили) подозреваемого, могут наступить и другие процессуальные последствия, например, в виде рассмотрения судом вопроса о признании полученных в ходе задержания подозреваемого доказательств недопустимыми (письменные пояснения задержанного, обнаруженные в ходе личного обыска при задержании предметы и документы, имеющие значение для уголовного дела).

Таким образом, чтобы не допустить вышеуказанных последствий, имеет место необходимость точного исчисления времени задержания подозреваемого лица с момента его фактического задержания, в соответствии с п.п. 11 и 15 ст. 5 УПК РФ.

При этом возникает ещё одна проблема — не противоречит ли определение момента фактического задержания, указанного в п. 15 ст. 5 УПК РФ конституционным принципам о неприкосновенности личности и на свободу перемещения? Ведь в случае установления подозреваемого в преступлении лица и доставления его оперативными сотрудниками к следователю для оформления процессуального задержания может пройти значительное время, которое требуется для транспортировки из удалённых районов к месту производства расследования. В настоящее время, на наш взгляд, данный вопрос не урегулирован в процессуальном порядке. Фактически с момента установления подозреваемого лица до доставления его к следователю, он лишён возможности свободного передвижения, т. к. сотрудники полиции для осуществления его доставления к следователю вынуждены ограничивать его в этом праве.

Исследование понятия уголовно-процессуального задержания, проведённое Р. С. Абдрахмановым, свидетельствует о том, «что на момент захвата правонарушителя на месте происшествия ни о каком уголовно-процессуальном задержании речи быть не может. Этим же автором обсуждается и вопрос, связанный с начальным моментом отсчёта 48-часового срока задержания, который должен исчисляться с момента фактического задержания в том случае, если фактическое задержание переросло в уголовно-процессуальное» [5, с. 22].

Но нужно понимать, что на практике совершенно одинаковых ситуаций с задержанием подозреваемого не бывает. В одних случаях доставление к следователю либо дознавателю задержанного может затянуться на длительное время (из-за больших расстояний, погодных условий, поломки автомобиля и др.). В других случаях, когда задержание лица производится в небольшом населённом пункте, где находится следственный отдел или отдел внутренних дел, доставить задержанного к следователю либо дознавателю не составляет большого труда в очень короткое время. Также возможна ситуация, когда уголовное дело уже возбуждено и расследуется, временной промежу-

ток между фактическим задержанием и процессуальным задержанием существенно становится меньше. Это сокращение происходит из-за того, что сотрудник правоохранительных органов, осуществляющий фактическое задержание, преследует цель задержать и немедленно доставить лицо в орган расследования (например, по поручению следователя или дознавателя), а, учитывая это, следователь или дознаватель с высоким уровнем готовности приступает к своей работе с подозреваемым лицом (сразу составляет протокол задержания, предоставляет адвоката и проводит допрос) [7, с. 109].

Если следователь либо дознаватель из тактических соображений осуществит задержание подозреваемого в соответствии со ст.ст. 91—92 УПК РФ, вызвав его предварительно повесткой, то будет отсутствовать временной промежуток между фактическим задержанием и процессуальным задержанием.

Можно отметить, что процесс задержания лица по подозрению в совершении преступления обусловлен в первую очередь опасностью самих преступлений, а также необходимостью на первоначальном этапе расследования уголовного дела устранить возможности использовать авторитет, служебное положение, связи, в том числе криминальные, и иные рычаги давления на свидетелей, а также возможность незаконно полученных доходов или сокрытия следов преступления и т. д. [9, с. 45].

Также остаётся достаточно спорным вопрос о том, что 48-часовой срок процессуального задержания должен исчисляться с того момента, как произошло фактическое задержания. К примеру, фактическое задержание с поличным, взяткополучателя требует определённого времени для документального оформления всех материалов оперативно-розыскной деятельности и передачи их вместе с задержанным в следственный орган для решения вопроса о возбуждении уголовного дела [7, с. 109]

Можно сделать вывод о том, что срок в 48 ч с момента фактического задержания в частых случаях недостаточно для работы следователей и дознавателей, поэтому они вынуждены прибегать к фиксации момента задержания как процессуального, что нарушает права и свободы подозреваемого. Процессуальный порядок фиксации времени фактического задержания уголовно-процессуальным законодательством в настоящее время не регламентирован, что приводит к разногласию в понимании исчисления сроков задержания подозреваемых, и, как следствие, нарушению их прав.

Таким образом, законодательная регламентация требует пересмотра условий задержания подозреваемых в совершении преступления, уточнения и определения момента фактического задержания подозреваемого, а также исчисления сроков задержания. При этом регламентация производства фактического задержания послужит гарантией обеспечения прав и законных интересов задержанного лица, которое заинтересовано в защите от возможного уголовного преследования при проверке сообщения о преступлении [10, с. 86].

Список используемых источников

1. Конституция Российской Федерации от 12 дек. 1993 г.: принята всенародным голосованием 12 дек. 1993 г. с изменениями, внесёнными указами президента РФ от 9 янв. 1996 г. № 20, 10 февр. 1996 г. № 173, 9 июня 2001 г. № 679, 25 июля 2003 г. № 841; федер. констит. законами от 25 марта 2004 г. № 1-ФКЗ, от 14 окт. 2005 г. № 6-ФКЗ, от 12 июля 2006 г. № 2-ФКЗ, от 21 июля 2007 г. № 5-ФКЗ, от 21 июля 2014 г. № 11-ФКЗ) // СЗ РФ. — 2014. — № 31. — Ст. 4398.

2. Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации от 18 дек. 2001 г. № 174-ФЗ с посл. изм. от 30.12.2015 // СЗ РФ. — 2001. — № 52. — Ст. 4921.

3. О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений: федер. закон от 15 июля 1995 г. № 103-ФЗ (с изм. и доп. от 21.04.2011 г. № 160-ФЗ) [Электронный ресурс]. — Режим доступа: http://base.garant.ru/1305540/ (дата обращения: 08.09.2018).

4. О полиции: федер. закон от 7 февр. 2011 г. № З-ФЗ с посл. изм. от 14 дек. 2015 г. // СЗ РФ. — 2011. — № 7. — Ст. 900.

5. Абдрахманов Р. С. Понятие уголовно-процессуального задержания // Рос. следователь. — 2014. — № 5. — 143 с.

6. Грибунов О. П., Степанова В. Г. Обоснованность подозрения как гарантия законности ограничения прав и свобод граждан при применении мер принуждения в уголовном судопроизводстве // Законы России: опыт, анализ, практика. — 2018. — № 5. — С. 13—18.

7. Ким Е. П., Костенко К. А. Проблемы реализации норм об ответственности за организацию преступного сообщества // Криминол. журн. Байкал. гос. ун-та экон. и права. — 2013. — № 3 (25). — 186 с.

8. Мельников В. Ю. Меры принуждения в уголовном процессе России: моногр. // М.: Юрлитинформ. — 2011. — 98 с.

9. Мельников С. Г. Практическое применение законов в случае задержания преступника. — Псков: Роспечать, 2013. — 129 с.

10. Нечушкина К. А. О возможности производства задержания лица при проверке сообщения о преступлении // Вестн. Вост.-Сиб. ин-та М-ва внутр. дел России. — 2018. — № 2 (85). — С. 80—86.

11. Соколова А. М. Актуальные вопросы уголовного права, процесса и криминалистики. — СПб.: Питер, 2012. — 130 с.

12. Тетерин О. А. Проблемы правового регулирования задержания подозреваемого в уголовном судопроизводстве // Экономика, социология и право. — 2016. — № 11. — 243 с.

13. Шаталов А. С. Уголовно-процессуальное право Российской Федерации: учеб. пособ. — М., 2008. — 341 с.