Некоторые вопросы условно-досрочного освобождения от отбывания наказания

УДК 343.28/.29

Т. Г. Черненко, И. В. Масалитина

НЕКОТОРЫЕ ВОПРОСЫ УСЛОВНО-ДОСРОЧНОГО ОСВОБОЖДЕНИЯ ОТ ОТБЫВАНИЯ НАКАЗАНИЯ

В статье анализируются основание и условия условно-досрочного освобождения от уголовного наказания, обосновывается вывод, что основанием для условно-досрочного освобождения от наказания является утрата осужденным общественной опасности вследствие достижения в отношении него цели исправления.

Рассматриваются особенности условно-досрочного освобождения от наказания лиц, деяния которых образуют множественность преступлений. Лица, у которых наличествует множественность преступлений, представляют повышенную опасность, что особенно характерно для лиц, совершавших новые преступления при непогашенных судимостях за предыдущие, для лиц, чьи деяния содержат признаки особо опасного рецидива преступлений. В статье обосновывается вывод, что к таким лицам должны предъявляться более строгие требования, чем к иным категориям преступников, при предоставлении им возможностей условно-досрочного освобождения от наказания. Срок, подлежащий отбытию, как условие применения условно-досрочного освобождения, для указанных лиц должен быть на законодательном уровне установлен больший, чем для других категорий преступников.

Ключевые слова: условно-досрочное освобождение от наказания; основание освобождения; условия освобождения; исправление осужденного; множественность преступлений; особо опасный рецидив.

T. G. Chernenko, I. V. Masalitina

SOME OF THE ISSUES OF CONDITIONAL EARLY RELEASE

FROM PUNISHMENT

The article analyzes the basis and conditions of parole from criminal punishment, substantiates the conclusion that the basis for parole from punishment is the loss of convicted public danger due to the achievement of his goal of correction.

Discusses the features of the conditional early release from punishment of persons, acts which constitute a plurality of offences. Persons for whom there is plurality of crimes pose an increased risk, particularly for persons who committed new crimes while the existence of criminal records for the persons, whose actions contain indications of particularly dangerous recidivism. The article substantiates the conclusion that such persons should be subject to more stringent requirements than other categories of criminals, while providing them with opportunities for parole from punishment. The term to be served as a condition for the application of parole for these persons must be established at the legislative level greater than for other categories of criminals.

Keywords: conditionally-early release from punishment; the basis of release; conditions of release; the correction of the convict; the multiplicity of crimes, especially dangerous relapse.

© Черненко Т. Г., Масалитина И. В., 2019 © Chernenko T. G., Masalitina I. V., 2019

Уголовный кодекс Российской Федерации предусматривает ряд разновидностей досрочного освобождения осужденных от наказания, к числу которых относятся широко применяемые в судебной практике условно-досрочное освобождение от дальнейшего отбывания наказания и замена наказания более мягким видом. Так, по данным ФСИН России, из исправительных колоний, где отбывают наказание в виде лишения свободы совершеннолетние осужденные, было освобождено от наказания условно-досрочно или с заменой наказания более мягким видом наказания в 2013 г. — 68879 осужденных (что составляет 29,8 % от общего количества осужденных, освобожденных от отбывания наказания в указанных колониях), в 2014 г. — 57772 (25,9 %), в 2015 г. — 50960 (22,1 %), в 2016 г. — 65768 (31,2 %) и в 2017 г. — 71 710 (32,9 % от общего количества осужденных, освобожденных от отбывания наказания) [19].

В ст. 79 УК РФ, регламентирующей основание и условия применения условно-досрочного освобождения от наказания, предусмотрено поощрение осужденных, положительно характеризующихся во время отбывания наказания. Предписания указанной статьи Уголовного кодекса направлены на стимулирование позитивного поведения осужденного лица в период отбывания им назначенного судом наказания.

Осужденный, утративший в процессе исполнения наказания свою общественную опасность, не нуждается в исполнении в отношении него наказания в полном объеме и при соблюдении установленных законом условий может быть условно-досрочно освобожден от дальнейшего отбывания наказания.

Ч. 1 ст. 79 УК РФ устанавливает, что лицо, отбывающее содержание в дисциплинарной воинской части, принудительные работы или лишение свободы, подлежит условно-досрочному освобождению, если судом будет признано, что

для своего исправления оно не нуждается в полном отбывании назначенного судом наказания, а также возместило вред (полностью или частично), причиненный преступлением, в размере, определенном решением суда. Основание применения условно-досрочного освобождения, к сожалению, сформулировано расплывчато, в отличие от ст. 53 УК РСФСР, в которой четко отмечалось, что условно-досрочное освобождение от наказания может быть применено к осужденному только в том случае, если он примерным поведением и честным отношением к труду доказал свое исправление.

В доктрине уголовного права неоднозначно решается вопрос об основании и условиях применения указанной поощрительной для осужденного меры. Одна из позиций заключается в том, что необходимо выделять материальные и формальные основания для условно-досрочного освобождения, при этом в качестве материального основания рассматривается вывод суда о том, что осужденный для своего исправления не нуждается в полном отбывании назначенного судом наказания, а в качестве формального — фактическое отбытие осужденным части срока, установленной в ч. 3 ст. 79 УК РФ [13; 20].

В соответствии с другой позицией, в ст. 79 УК РФ предусмотрены условия (выделено нами — Т. Ч., И. М.) применения условно-досрочного освобождения от наказания, одним из которых является наличие материального основания освобождения, под которым понимается, что осужденный перестал быть опасным для общества, в связи с чем применительно к нему дальнейшая реализация наказания нецелесообразна [7].

В научной литературе высказано также суждение, в соответствии с которым выделяется единое основание для условно-досрочного освобождения осужденного — признание его судом не нуждающимся в полном отбывании наказания для своего исправления и фактиче-

ское отбытие указанной в законе части наказания [2].

В постановлении Пленума Верховного суда РФ, посвященном вопросам условно-досрочного освобождения от наказания, не используется термин «основание» условно-досрочного освобождения, однако применительно к законодательным положениям относительно срока наказания, подлежащего обязательному отбытию, и обязанности возмещения осужденным вреда, причиненного преступлением, используется термин «условие» для условно-досрочного освобождения [10].

Нет однозначного понимания оснований и условий применения условно-досрочного освобождения и в судебной практике.

Из изложенного выше следует, что до настоящего времени применительно к условно-досрочному освобождению не сложилось единого подхода в решении вопроса о том, что считать основанием (или основаниями) для применения рассматриваемой поощрительной меры к осужденным, а что — условиями, и следует ли разграничивать эти понятия.

На наш взгляд, разграничение основания и условий применения условно-досрочного освобождения от отбывания наказания необходимо.

Одно из значений понятия «основание» в русском языке — это причина, достаточный повод, оправдывающие что-нибудь [11, с. 397], это главное, на чем строится что-либо. Указанное значение основания можно использовать при установлении основания для применения условно-досрочного освобождения от наказания.

Условие — это обстоятельство, от которого что-либо зависит, требование, которое необходимо учесть при решении того или иного вопроса. Условие не может рассматриваться в качестве убедительного и достаточного повода для решения конкретного вопроса, в том числе для решения вопроса о возможности

условно-досрочного освобождения осужденного от наказания. Условие должно соблюдаться при наличии основания для условно-досрочного освобождения от дальнейшего отбывания наказания. Только при наличии основания и при соблюдении установленных законом условий может положительно решаться вопрос об условно-досрочном освобождении от наказания конкретного лица.

То, что во многих работах именуется формальными основаниями для условно-досрочного освобождения (в частности, отбытие установленной законом части наказания), не может рассматриваться в качестве причины и убедительного повода для применения указанной поощрительной меры, т. е. не может выступать в качестве какого-либо основания для условно-досрочного освобождения от наказания.

В качестве так называемого материального основания для применения условно-досрочного освобождения в некоторых работах называется вывод суда (выделено нами — Т. Ч., И. М.) о том, что осужденный для своего исправления не нуждается в полном отбывании назначенного ему наказания (см., напр.: [13; 16]). Однако не вывод суда как таковой является основанием для условно-досрочного освобождения: суд лишь констатирует наличие основания для положительного решения вопроса об условно-досрочном освобождении.

Полагаем, что основанием (достаточным поводом) для условно-досрочного освобождения от наказания является утрата осужденным общественной опасности вследствие достижения в отношении него цели исправления, поскольку, если лицо не исправилось во время отбывания наказания, то вывод о том, что оно исправится без дальнейшего отбывания наказания, вряд ли можно признать верным. Если же лицо доказало во время отбывания наказания свое исправление, то при соблюдении указанных законом

условий оно должно освобождаться от дальнейшего отбывания наказания.

Вывод о том, что условно-досрочно освобождаться от наказания должно лицо, утратившее общественную опасность и доказавшее свое исправление, косвенно подтверждается в постановлении Конституционного суда РФ от 18.03.2014 № 5-П, в котором отмечено, что «условно-досрочное освобождение осужденного является отказом государства от полной реализации назначенного судом наказания, если его дальнейшее исполнение (с учетом позитивных изменений в поведении и личности осужденного, свидетельствующих о возможности смягчения уголовно-правового принуждения) перестает отвечать целям восстановления социальной справедливости, а также исправления осужденного и предупреждения совершения им новых преступлений» [12]. Дальнейшее исполнение наказания в отношении лица, совершившего преступление и отбывающего за него наказание, перестает соответствовать целям, стоящими перед наказанием, только в том случае, если эти цели достигнуты.

В соответствии со ст. 9 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации под исправлением осужденных следует понимать «формирование у них уважительного отношения к человеку, обществу, труду, нормам, правилам и традициям человеческого общежития и стимулирование правопослушного поведения». В приведенной норме исправление отражено как процесс формирования у осужденных соответствующих положительных личностных качеств. В связи с этим исправившимся можно считать того осужденного, который впредь не будет совершать новые преступления не из-за страха перед возможным наказанием (в данном случае достигается цель частной превенции), а в силу того, что это противоречит его новым представлениям о должном поведении человека в обществе.

Ориентировочные обстоятельства (критерии), на базе которых суд мог бы

сделать вывод об исправлении осужденного, ни в ст. 79 УК РФ, ни в ст. 9 УИК РФ, к сожалению, не указаны. В упомянутом выше постановлении Пленума Верховного суда РФ также отсутствуют четкие критерии достижения исправления осужденного.

Вопрос о критериях исправления осужденных неоднократно обсуждался на страницах юридической печати [5; 9; 14; 15; 17].

В качестве одного из критериев исправления осужденного в юридической литературе обоснованно указывается правопослушное поведение осужденного. О таком поведении свидетельствует соблюдение осужденным режима отбывания наказания, выполнение справедливых требований администрации исправительного учреждения, ровные отношения с другими осужденными, наличие поощрений, отсутствие взысканий в течение длительного промежутка времени. Сам по себе факт наличия взысканий не может служить безусловным препятствием для условно-досрочного освобождения от наказания. Пленум Верховного суда РФ в уже упоминавшемся выше постановлении от 21.04.2009 № 8 отметил, что «наличие у осужденного взысканий само по себе не может свидетельствовать о том, что он нуждается в дальнейшем отбывании назначенного судом наказания. Разрешая этот вопрос, следует учитывать конкретные обстоятельства, тяжесть и характер каждого допущенного осужденным нарушения за весь период отбывания наказания, а не только за время, непосредственно предшествующее рассмотрению ходатайства или представления, данные о снятии или погашении взысканий, время, прошедшее с момента последнего взыскания, последующее поведение осужденного и другие характеризующие его сведения» [10].

Разумеется, если взыскания были у осужденного в период, непосредственно предшествовавший рассмотрению представления к условно-досрочному

освобождению, это свидетельствует об отсутствии примерного поведения и должно служить препятствием для положительного решения вопроса об условно-досрочном освобождении такого лица. Если же взыскания имелись в начальный период отбывания наказания, а затем они отсутствовали, это свидетельствует о том, что поведение лица изменилось коренным образом и при наличии иных обстоятельств, положительно характеризующих осужденного, возможно его условно-досрочное освобождение от наказания.

Одним из критериев исправления осужденного может служить добросовестное отношение к труду. Общественно полезный труд в соответствии с ч. 2 ст. 9 УИК РФ относится к числу основных средств исправления осужденных.

Критерием исправления осужденного является и отношение его к обучению. Если осужденный стремится к повышению своего общеобразовательного и профессионального уровня, это весьма положительно его характеризует.

В ч. 41 ст. 79 УК РФ указывается на то, что при решении вопроса об условно-досрочном освобождении суд должен учитывать поведение осужденного, его отношение к учебе и труду в течение всего периода отбывания наказания.

В качестве факультативных критериев исправления осужденных можно признать их участие в воспитательных мероприятиях. Таким образом, при решении вопроса о возможности условно-досрочного освобождения от наказания конкретного лица суд должен учитывать всю совокупность характеризующих данное лицо сведений. Особенно это касается лиц, осужденных за опасный и особо опасный рецидив преступлений, поскольку эти категории преступников являются, как правило, наиболее социально запущенными и трудно поддаются либо вообще не поддаются исправительному воздействию.

Условно-досрочное освобождение осужденного от дальнейшего отбывания наказания может состояться только в том случае, если при наличии основания для такого освобождения соблюдены и установленные законом условия, к числу которых относятся:

- фактическое отбытие осужденным установленного законом срока наказания (от одной трети до четырех пятых срока назначенного наказания);

- возмещение вреда (полностью или частично), причиненного совершенным преступлением, в размере, определенном решением суда.

Минимальный срок, подлежащий обязательному отбытию, установлен законодателем с учетом категории преступлений и некоторых видов преступлений. Возможны ситуации, когда осужденный исправляется до истечения предусмотренных законов сроков. Однако уголовное наказание преследует не только цель исправления осужденного, но и такие важные цели, как восстановление социальной справедливости и предупреждение совершения новых преступлений (в том числе и цель общей превенции). В связи с этим отбытие осужденным установленных законом сроков наказания как условие для условно-досрочного освобождения является важным обстоятельством, направленным на достижение указанных целей наказания.

Правила ст. 79 УК РФ сформулированы таким образом, что они не предусматривают какой-либо дифференциации сроков, подлежащих обязательному отбытию до условно-досрочного освобождения, в зависимости от того, совершило осужденное лицо одно или несколько преступлений.

В судебной же практике часто приходится решать вопрос об условно-досрочном освобождении от наказания лиц, осужденных за множественность преступлений по совокупности преступ-

лений или приговоров. При этом следует учитывать, что в совокупность могут входить преступления различных категорий, в различных сочетаниях (например, преступление небольшой тяжести и тяжкое). Законодатель же в зависимости от категории преступлений установил не одинаковые по продолжительности сроки, фактическое отбытие которых требуется в обязательном порядке как условие для применения рассматриваемого института. Возникает вопрос: как следует исчислять сроки, подлежащие отбытию, если лицо осуждено по совокупности преступлений или приговоров и при этом преступления относятся к различным категориям по их тяжести?

В доктрине уголовного права по данному вопросу были высказаны различные суждения. Так, А. С. Горелик писал, что «положение лица, осужденного по совокупности, должно оставаться таким же, как и при осуждении за одно преступление, влекущее менее благоприятные последствия, т. е. чтобы совершение другого преступления, за которое предусмотрены более благоприятные последствия, не улучшало и не ухудшало положение такого лица» [3, с. 162]. Отсюда вытекает, что условно-досрочное освобождение от наказания лица, осужденного за совокупность преступлений, которую образуют, например, несколько тяжких преступлений и преступлений средней тяжести, должно осуществляться по истечении не менее половины срока наказания, назначенного только за одно из тяжких преступлений (то, где срок наказания был назначен больше, чем за иные тяжкие преступления). Такой подход к решению вопроса не представляется обоснованным. Он уравнивает в решении вопроса о сроках, подлежащих обязательному отбытию до условно-досрочного освобождения лиц, совершивших преступления впервые (первичных преступников), и лиц, совершивших несколько преступлений (повторных преступников). Однако нельзя игнорировать то, что степень об-

щественной опасности указанных категорий преступников разная, а это не может не учитываться при решении вопросов, связанных с возможностью применения такого весьма серьезного поощрения, коим является условно-досрочное освобождение от наказания.

Согласно другой позиции, при наличии у лица нескольких преступлений следует исходить из фактического отбытия той части совокупного наказания, которая определяется категорией наиболее опасного преступления из числа входящих в совокупность [6]. Такой подход обоснованно учитывает то, что осужденным, совершившим несколько преступлений, необходим более длительный срока доказывания того, что для своего исправления они не нуждаются в полном отбывании назначенного судом наказания [8, с. 257].

Эта точка зрения нашла подтверждение в постановлении Пленума Верховного суда РФ от 21.04.2009 № 8 (ред. от 17.11.2015), в котором указывается, что «если лицо осуждено по совокупности преступлений различной категории тяжести либо по совокупности приговоров, то при решении вопроса об условно-досрочном освобождении от отбывания наказания или замене неотбытой части наказания более мягким видом надлежит исходить из окончательного срока наказания, назначенного по совокупности. При исчислении от этого срока той его части, после фактического отбытия которой возможно применение условно-досрочного освобождения или замены неотбытой части наказания более мягким видом наказания, судам следует применять правила, предусмотренные ... для наиболее тяжкого преступления, входящего в совокупность» [10].

Отсюда следует, что если лицо, допустим, было осуждено по совокупности преступлений или приговоров за преступления различных категорий в зависимости от их тяжести (в том числе и за особо тяжкое преступление), то право на

условно-досрочное освобождение у него возникнет после фактического отбытия не менее двух третей срока (именно такой срок в соответствии с п. «в» ч. 3 ст. 79 УК РФ, как минимум, подлежит отбытию при совершении особо тяжких преступлений) общего единого наказания, назначенного по совокупности преступлений или приговоров.

Сформулированное высшей судебной инстанцией правило об исчислении минимальных сроков наказания, подлежащих отбытию, для лиц, осужденных по совокупности преступлений или приговоров, следовало бы, как это неоднократно предлагалось учеными, закрепить непосредственно в ст. 79 УК РФ, поскольку именно в ней содержатся основания и условия применения условно-досрочного освобождения ко всем категориям осужденных [1, с. 6; 4, с. 94; 8, с. 257; 18, с. 76].

Лицо, осужденное по совокупности преступлений или приговоров к пожизненному лишению свободы, может быть в соответствии с ч. 5 ст. 79 УК РФ «освобождено условно-досрочно от отбывания наказания, если оно не нуждается в дальнейшем отбывании этого наказания и фактически отбыло не менее двадцати пяти лет лишения свободы... Лицо, совершившее в период отбывания пожизненного лишения свободы новое тяжкое или особо тяжкое преступление, условно-досрочному освобождению не подлежит». В последнем случае препятствием для применения условно-досрочного освобождения к лицам, отбывающим пожизненное лишение свободы, служит опасный или особо опасный рецидив преступлений. Запрет на применение условно-досрочного освобождения к таким лицам вполне оправдан, поскольку лица, отбывающие пожизненное лишение свободы, осуждены не просто за особо тяжкие преступления, а за особо тяжкие преступления, посягающие на особо цен-

ные объекты уголовно-правовой охраны. Эти лица отличаются повышенной общественной опасностью. И поскольку они во время отбывания самого строгого из применяемых в настоящее время наказаний не делают для себя должных выводов о допустимом поведении и вновь совершают преступление, причем тяжкое или особо тяжкое, то не заслуживают применения к ним в дальнейшем поощрения в виде условно-досрочного освобождения от наказания. Иное решение вопроса не соответствовало бы социально значимым целям уголовного наказания, сформулированным в ч. 2 ст. 43 УК РФ.

Необходимо обратить внимание и на следующее: в настоящее время законом предусмотрены одинаковые правила для применения условно-досрочного освобождения как для первичных преступников, так и для лиц, чьи деяния образуют рецидив преступлений, в том числе и особо опасный (за исключением лиц, отбывающих пожизненное лишение свободы). Лица, у которых наличествует множественность преступлений, представляют повышенную опасность, что особенно характерно для лиц, совершавших новые преступления при непогашенных судимостях за предыдущие, для лиц, чьи деяния содержат признаки особо опасного рецидива преступлений. К таким лицам должны предъявляться более строгие требования, чем к иным категориям преступников, при предоставлении им возможностей условно-досрочного освобождения от наказания. Срок, подлежащий отбытию, как условие применения условно-досрочного освобождения, должен быть установлен больше, чем для других категорий преступников, хотя бы для лиц с особо опасным рецидивом преступлений. С учетом изложенного предлагаем в п. «г» ч. 3 ст. 79 УК РФ дополнить фразой «не менее трех четвертых срока наказания, назначенного при особо опасном рецидиве преступлений».

Литература

1. Барсукова, С. Г. Условно-досрочное освобождение от отбывания наказания по российскому законодательству : автореф. дис. ... канд. юрид. наук. — Самара, 2000.

2. Барыгина, А. А. Процессуальные проблемы применения института условно-досрочного освобождения от отбывания наказания // Российская юстиция. — 2014. — № 2.

3. Горелик, А. С. Наказание по совокупности преступлений и приговоров (принципы, законодательство, судебная практика). — Красноярск, 1991.

4. Дементьев, С. И., Дьяченко, Р. А. Условно-досрочное освобождение и замена неотбытой части наказания более мягким видом наказания. — Краснодар, 1999.

5. Долгополов, Д. Практика применения судами условно-досрочного освобождения от отбывания наказания // Уголовное право. — 2010. — № 4.

6. Казарян, Э. А. Условные виды освобождения от наказания (понятие, виды, характеристика) : монография. — Владимир, 2007.

7. Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации (постатейный) / под ред. А. В. Бриллиантова. — М.: Проспект, 2015.

8. Коротких, Н. Н. Теоретические и прикладные проблемы учения о множественности преступлений: уголовно-правовое и уголовно-исполнительное исследование : дис. . д-ра юрид. наук. — Владивосток, 2016.

9. Кукушкин, П., Курченко, В. Условно-досрочное освобождение от отбывания наказания // Законность. — 2006. — № 6.

10. О судебной практике условно-досрочного освобождения от отбывания наказания, замены неотбытой части наказания более мягким видом наказания: постановление Пленума Верховного суда РФ от 21.04.2009 № 8 // Бюллетень Верховного суда РФ. — 2009. — № 7.

11. Ожегов, С. И. Словарь русского языка. — М., 1984.

12. По делу о проверке конституционности части второй.1 статьи 399 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с запросом Кетовского районного суда Курганской области: постановление Конституционного суда РФ от 18.03.2014 № 5-П // Собрание законодательства РФ. — 2014. — № 13.

13. Радченко, О. В. Некоторые аспекты применения института условно-досрочного освобождения от отбывания наказания // Российская юстиция. — 2015. — № 2.

14. Сверчков, В. Пределы условно-досрочного освобождения от отбывания наказания // Российская юстиция. — 2002. — № 10.

15. Скобелин, С. Условно-досрочное освобождение от отбывания наказания и замена неотбытой части наказания более мягким видом наказания // Уголовное право. — 2009. — № 6.

16. Соколова, О. Основания применения условно-досрочного освобождения: анализ правоприменительной практики // Уголовное право. — 2013. — № 1.

17. Степанов, В. Критерии оценки исправления осужденных при применении условно-досрочного освобождения // Уголовное право. — 2009. — № 5.

18. Улицкий, С.Я. Условно-досрочное освобождение из исправительных учреждений (история и современность). — Владивосток, 2002.

19. Характеристика лиц, содержащихся в исправительных колониях для взрослых // Официальный сайт ФСИН России. — Режим доступа: http://fsin.su/ structure/inspector/iao/statistika/Xar-ka%20lic%20sodergahixsya%20v%20IK/ (дата обращения: 11.01.2019).

20. Червоткин, А. С. Проблемы судебной практики рассмотрения ходатайств об условно-досрочном освобождении лиц, отбывающих лишение свободы // Уголовное право. — 2015. — № 3.

References

1. Barsukova, S. G. Uslovno-dosrochnoye osvobozhdeniye ot otbyvaniya nakazaniya po rossiyskomu zakonodatelstvu [Conditionally-early release from punishment serving according to the Russian legislation] : cand. of law dis. abstract. Samara, 2000.

2. Barygina, A. A. Protsessualnyye problemy primeneniya instituta uslovno-dosrochnogo osvobozhdeniya ot otbyvaniya nakazaniya [Procedural problems of application of the Institute of parole from serving the sentence] // Rossiyskaya yustitsiya [Russian Justice], 2014, no. 2.

3. Gorelik, A. S. Nakazaniye po sovokupnosti prestupleniy i prigovorov (printsipy. za-konodatelstvo. sudebnaya praktika) [Punishment on set of crimes and sentences (principles, legislation, judicial practice)]. Krasnoyarsk. 1991.

4. Dementyev, S. I., Diachenko, R. A. Uslovno-dosrochnoye osvobozhdeniye i zamena ne-otbytoy chasti nakazaniya boleye myagkim vidom nakazaniya [Parole and replacement of the unserved part of the punishment with a milder form of punishment]. Krasnodar, 1999.

5. Dolgopolov, D. Praktika primeneniya sudami uslovno-dosrochnogo osvobozhdeniya ot otbyvaniya nakazaniya [Practice of application by courts of parole from serving the sentence] // Ugolovnoye pravo [Criminal Law], 2010, no. 4.

6. Kazaryan, E. A. Uslovnyye vidy osvobozhdeniya ot nakazaniya (ponyatiye. vidy. kharak-teristika) [Conditional types of release from punishment (concept, types, characteristics)] : monograph. Vladimir, 2007.

7. Kommentariy k Ugolovnomu kodeksu Rossiyskoy Federatsii (postateynyy) [Comment to the Criminal code of the Russian Federation (article)] / ed. A. V. Brilliantov. Moscow, Prospect, 2015.

8. Korotkikh, N. N. Teoreticheskiye i prikladnyye problemy ucheniya o mnozhestvennosti prestupleniy: ugolovno-pravovoye i ugolovno-ispolnitelnoye issledovaniye [Theoretical and applied problems of the doctrine of multiplicity of crimes: criminal law and criminal Executive research] : dr. of law dis. Vladivostok. 2016.

9. Kukushkin, P., Kurchenko, V. Uslovno-dosrochnoye osvobozhdeniye ot otbyvaniya nakazaniya [Parole from serving a sentence] // Zakonnost [Legality], 2006, no. 6.

10. O sudebnoy praktike uslovno-dosrochnogo osvobozhdeniya ot otbyvaniya nakazaniya. zameny neotbytoy chasti nakazaniya boleye myagkim vidom nakazaniya [On judicial practice of parole from serving the sentence, replacement of the unserved part of the sentence with a milder form of punishment]: Resolution of the Plenum of the Supreme Court of the Russian Federation of 21.04.2009 No. 8 // Byulleten' Verhovnogo suda RF [Bulletin of the Supreme Court of the Russian Federation], 2009, no. 7.

11. Ozhegov, S. I. Slovar russkogo yazyka [Dictionary of Russian language]. Moscow, 1984.

12. Po delu o proverke konstitutsionnosti chasti vtoroy.1 stati 399 Ugolovno-protsessualnogo kodeksa Rossiyskoy Federatsii v svyazi s zaprosom Ketovskogo rayonnogo suda Kur-ganskoy oblasti [In the case of verification of the constitutionality of part two.1 article 399 of the Criminal procedure code of the Russian Federation in connection with the request of the Ketovsky district court of the Kurgan region] : resolution of the Constitutional Court of the Russian Federation of 18.03.2014 No. 5-P // Collection of the legislation of the Russian Federation [Sobranie zakonodatel'stva RF], 2014, no. 13.

13. Radchenko, O. V. Nekotoryye aspekty primeneniya instituta uslovno-dosrochnogo osvo-bozhdeniya ot otbyvaniya nakazaniya [Some aspects of the application of the Institute of parole from serving the sentence] // Rossiyskaya yustitsiya [Russian Justice], 2015, no. 2.

14. Sverchkov, V. Predely uslovno-dosrochnogo osvobozhdeniya ot otbyvaniya nakazaniya [Limits of parole from serving a sentence] // Rossiyskaya yustitsiya [Russian Justice], 2002, no. 10.

15. Skobelin, S. Uslovno-dosrochnoye osvobozhdeniye ot otbyvaniya nakazaniya i zamena neotbytoy chasti nakazaniya boleye myagkim vidom nakazaniya [Conditionally-early release from punishment and replacement of the unserved part of punishment by softer kind of punishment] // Ugolovnoye pravo [Criminal Law], 2009, no. 6.

16. Sokolova, O. Osnovaniya primeneniya uslovno-dosrochnogo osvobozhdeniya: analiz pravoprimenitelnoy praktiki [Grounds for application of parole: analysis of law enforcement practice] // Ugolovnoye pravo [Criminal Law], 2013, no. 1.

17. Stepanov, V. Kriterii otsenki ispravleniya osuzhdennykh pri primenenii uslovno-dosrochnogo osvobozhdeniya [Criteria for assessing the correction of convicts in the application of parole]// Ugolovnoye pravo [Criminal Law], 2009, no. 5.

18. Ulitskiy, S. Ya. Uslovno-dosrochnoye osvobozhdeniye iz ispravitelnykh uchrezhdeniy (istoriya i sovremennost) [Parole from correctional institutions (history and present)]. Vladivostok, 2002.

19. Harakteristika lic, soderzhashchihsya v ispravitel'nyh koloniyah dlya vzroslyh [Characteristic of the persons which are contained in corrective labor colonies for adults] // The FPS of Russia: the official site. URL: http://fsin.su/structure/inspector/iao/statistika/Xar-ka%20lic%20sodergahixsya%20v%20IK/ (accessed 01/11/2019).

20. Chervotkin, A. S. Problemy sudebnoy praktiki rassmotreniya khodataystv ob uslovno-dosrochnom osvobozhdenii lits. otbyvayushchikh lisheniye svobody [Problems of judicial practice of consideration of applications for parole of persons serving imprisonment] // Ugolovnoye pravo [Criminal Law], 2015, no. 3.

Сведения об авторах

Черненко Тамара Геннадьевна: ФГБОУ ВО «Кемеровский государственный университет» (г. Кемерово, Российская Федерация), заведующая кафедрой уголовного права и криминологии, доктор юридических наук, профессор, заслуженный юрист Российской Федерации. E-mail: chernenkotg@mail.ru

Масалитина Ирина Владимировна: Заводский районный суд (г. Кемерово, Российская Федерация), заместитель председателя суда, кандидат юридических наук, доцент. E-mail: 290882@mail.ru.

Information about the authors

Chernenko Tamara Gennadyevna: Kemerovo State University (Kemerovo, Russia), head of the Chair of Criminal Law and Criminology, doctor of law, professor, Honored Lawyer of the Russian Federation. E-mail: chernenkotg@mail.ru

Masalitina Irina Vladimirovna: Zavodskiy District Court (Kemerovo, Russia), deputy chairman of the Court, candidate of law, associate professor. E-mail: 290882@mail.ru