«СОКРАТИКИ» И ХОУОД ЛРОХРєЛХіХОД В IV В. ДО Р. Х

Вестник ПСТГУ I: Богословие. Философия

2012. Вып. 3 (41). С. 105-114

«Сократики»

И ЛОГОЕ ПРОТРЕШЖОЕ В IV В. ДО Р. Х.

О. В. Алиева

Так называемый сократический протрептик традиционно рассматривается в качестве «переходной» формы от софистических эпидейктических выступлений к ранним диалогам Платона. Цель данной работы — рассмотреть свидетельства о «сократических про-трептиках» и понять, можем ли мы говорить о сложившемся жанре и о переходном характере такого жанра. Кроме того, мы обращаем внимание на некоторые методологические сложности, связанные с описанием протрептического корпуса для IV в. до Р. Х., а также на расхождения (как в форме, так и в содержании) между эксплицитно маркированными протрептиками IV в. («Клитофонт», «Евтидем») и так называемыми сократическими протрептиками.

На сократический протрептик как особую литературно-философскую форму обратил внимание еще в 1889 г. П. Хартлих. В статье «De exhortationum a Graecis Romanisque scriptarum historia et indole» он утверждает, что форму протрепти-ка у софистов позаимствовали Антисфен и Аристипп: «Философы Антисфен и Аристипп, ученики софистов, обратившиеся впоследствии к учению Сократа, от софистов передали протрептики философам»1. По мнению Хартлиха, именно Антисфен послужил прообразом Евтидема и Дионисодора в диалоге Платона «Евтидем»2.

Вслед за Хартлихом К. Гайзер указал на сократический протрептик как на переходную форму от софистических презентаций к ранним диалогам Платона, протрептическим по своему характеру3. Напомним, что в 1959 г. Гайзер, выделив образцы «sophistische Werberrede» (£m6£^£ig) в диалогах Платона, обратил внимание, что эти мотивы встречаются и в некоторых главах «Воспоминаний» Ксе-

1 «Antisthenes... et Aristippus philosophi, qui sophistarum alumni eorumque studiis nutriti postea in Socratis disciplinam transierant, protrepticos a sophistis ad philosophos transtulerunt» (Hartlich P. De exhortationum a Graecis Romanisque scriptarum historia et indole // Leipziger Studien fur clas-sischen Philologie. 1889. Bd. 11. S. 207-336, здесь: 229).

2 Ibid. P. 226-227. Диалог «Евтидем» далее цитируется в русском переводе С. Шейнман-Топштейн по изд.: Платон. Апология Сократа, Критон, Ион, Протагор / А. Лосев, ред. М., 1999. С. 158-202.

3 Gaiser K. Protreptik und Paranese bei Platon: Untersuchungen zur Form des Platonischen Dialogs. Stuttgart, 1959. S. 25.

нофонта, в частности в четвертой книге4. Однако то обстоятельство, что у Ксенофонта беседа с Эвтидемом5 представлена как типично сократическая, а также присутствие мотивов, встречающихся в Эсхиновом «Алкивиаде», заставляет исследователя предположить влияние текста Эсхина на эту главу «Воспоминаний». Кроме того, Гайзер отметил структурное и содержательное сходство между диалогами Ксенофонта и Эсхина и «Алкивиадом I» Пс.-Платона и заключил, что Эсхин является источником для обоих авторов6. «Эротико-протрептическое увещание (егоиБсИ-рго^ериБсИе Werbung) к философии в диалоге (Эсхина. — О. А.) “Алкивиад” имеет для нас особое значение, поскольку здесь можно увидеть установившуюся еще, должно быть, до раннеплатонического диалога форму “сократических речей”. Таким образом, мы получаем возможность увидеть связь между формой софистического протрептика и диалогом Платона», — полагает Гайзер7.

Не без влияния Гайзера С. Р. Слингс в своем вступлении к Пс.-Платонову «Клитофонту» включает «Алкивиада I», «Воспоминания» 4. 2 и «Алкивиада» Эсхина в «протрептический корпус» IV в. до Р. Х. При этом он также говорит о возможном влиянии Эсхина на Ксенофонта и Пс.-Платона8.

Влияние Гайзера и Слингса заметно в позднейших исследованиях, посвященных протрептической литературе. Так, А. Микелини в статье, посвященной Платонову «Евтидему», высказывает мнение, что предметом пародирования Платона в этом диалоге были не только и не столько софисты, сколько сокра-тики9. Диалог «Клитофонт», в котором собеседник Сократа пересказывает его увещания, по мнению исследователя, также подтверждает, что протрептическая техника ассоциировалась с именем Сократа10. В качестве «наивного и традиционного» протрептика исследователь упоминает «Алкивиада» Эсхина11; из ее дальнейших замечаний становится понятно, что она рассматривает «Алкивиа-да I» как текст более поздний, испытавший влияние Эсхина.

Уже этот краткий обзор позволяет понять, что рассмотрение «сократического протрептика» как особой литературной формы тесно связано с проблемой датировки текстов платоновского корпуса («Алкивиада I», «Евтидема» и «Кли-тофонта») и текста Эсхина. Сам Гайзер датирует диалог Эсхина 399-390 гг.12, что позволяет ему совершенно естественно рассматривать его как «переход-

4 Xenophon. Memorabilia 4. 2.

5 Таково написание имени собеседника Сократа в переводе С. Соболевского. Далее русский текст «Воспоминаний» цитируется по изд.: Ксенофонт. Сократические сочинения. М., 2003. С. 19-167.

6 Сравнение этих трех текстов было произведено еще Диттмаром (см.: DittmarH. Aischines von Sphettos: Studien zur Literaturgeschichte der Sokratiker. B., 1912. S. 65-90).

7 Gaiser. Op. cit. S. 96.

8 Slings S. R. Plato: Clitophon. Cambridge (U. K.), 1999. P. 111.

9 Michelini A. Socrates Plays the Buffoon: Cautionary Protreptic in Euthydemus // American Journal of Philology. 2000. Vol. 121. №. 4. P. 509-535, здесь: 511. Впрочем, эта точка зрения была высказана еще Хартлихом (Hartlich. Op. cit. P. 226-227).

10 Спорно: это может быть и «Сократ» Платона.

11 Michelini. Op. cit. P. 512.

12 Gaiser. Op. cit. S. 96.

ную» форму. Между тем, если мы, вслед за У. Виламовицем13, Ж. Умбером14 и Ч. Каном15 будем рассматривать этот диалог как испытавший влияние самого (Пс.-)Платона (а именно диалога «Ион»), схему с «передачей» протрептика от софистов к Платону через сократиков придется пересмотреть. Сам Кан датирует «Иона» 392—394 гг.16, однако уже Х. Теслефф относит этот диалог к 70-м гг. (рядом с «Гиппием Меньшим») и располагает его после «Алкивиада I» в своей хронологической таблице17. В этом случае выходит, что диалог Эсхина написан позже «Алкивиада I», а не наоборот. В наши задачи не входит сейчас ревизия всей платоновской хронологии; мы лишь хотим обратить внимание на некоторые проблемы, связанные с определением так называемого сократического про-трептика и его местом в литературном контексте IV в.

Еще одна сложность, связанная с концепцией Гайзера, касается определения Эсхинова «Алкивиада» как протрептического текста. В первую очередь мы хотели бы напомнить, что на мысль об особой роли сократиков в «передаче» софистических протрептиков Платону Хартлиха навели упоминания о сочинениях Антисфена18 и Аристиппа19 с таким названием, т. е. паратекстуальные маркеры. В тексте Эсхина мы таких маркеров не видим. Это, безусловно, не является основанием для того, чтобы отрицать протрептический характер этого текста. Однако таким основанием, на наш взгляд, являются существенные структурные и содержательные расхождения между эксплицитно маркированными протрептиками (из которых до нас дошли лишь протрептики Сократа в «Клитофонте» и «Евтидеме») и теми текстами, которые рассматриваются как протрептики в функциональном смысле (речь идет об «Алкивиаде» Эсхина, «Алкивиаде I» и «Воспоминаниях» 4. 220). Прежде чем мы перейдем к этому вопросу, следует сказать несколько слов о фрагментах протрептиков Антисфена и Аристиппа.

Сведения об этих сочинениях слишком скудны, чтобы на их основании можно было бы делать выводы о существовании особого сократического протрептика как жанра. Мы знаем со слов Диогена Лаэртия, что в диалогах Антисфена, особенно в «Поощрениях» (£у тоїс; ПротрєлтіхоТс;)21, заметен риторический слог, так как их автор учился у Горгия. Ниже в списке сочинений Антисфена встречаем:

13 Wilamovitz-Moellendorf U. von. Platon. Sein Leben und seine Werke. B., 1919. Bd. 2. S. 35.

14 Humbert J. Socrate et les petits socratiques. P., 1967. P. 224.

15 Kahn Ch. Plato and the Socratic Dialogue: The Philosophical Use of a Literary Form. Cambridge (UK), 1998. P. 29.

16 Ibid. P. 29.

17 ThesleffH. Studies in Platonic chronology. Helsinki, 1982. P. 222, 237.

18 Diogenes Laertius. Vitae philosophorum VI. 2. 1-2: Ойтод кат’ apxag ^£v лхоше Горчюи той рт|торо(^ 69ev то pr|Topixov e!6og ev ToXg 6iaXoYoig Ётффеь xai дакота ev Tfi Mr|9da xai тоХд ПротреятаоТд.

19 Diogenes Laertius. Op. cit. II. 85.

20 Об этом ниже.

21 Фрагменты этого сочинения см.: Mullach F. Fragmenta philosophorum Graecorum. P., 1867. P. 271 (Fr. 17—20); Caizzi F. D. Antisthenes: Fragmenta. Milano, 1966 P. 29 (Fr. 17—18); Gian-nantoni G. Socratis et Socraticorum reliquiae. Napoli, 1990. Vol. 2. P. 164-165 (далее: SSR. Fr. V A 41, 63-67).

n£pi 6ixaioo^vnG xai &v6p£tac; яротр£ят1х6д ярютос;, бЕйтЕро;, трпю;,

n£pi 0£6YVlбog б', £'22.

Уже касательно названия этого сочинения существуют расхождения. Так, А. Винкельманн предложил удалить слова n£pi бмашо^у^с; xai &v6p£tac;23;

A. Мюллер счел вставкой грамматика слово лротрштмбд24; Ф. Ницше внес конъектуру <n£pi фроу|о£юд xai оюфроо^Улд> после 0£6YVlбog25; Р. Хирцель высказал мнение, что n£pi бlxalOO'йvnc; xai Оубр^; — это название другого сочинения26. Не ясно и то, как понимать n£pi 0£бYVlбoc; б', £'. По мнению Хартлиха27, то, что Антисфен писал о Феогниде, не относится к риторически оформленным его увещаниям. По мнению исследователя, Антисфен использовал Феогнида как источник «паренетических наставлений»28, которые он собрал в своего рода учебник (enchiridion), комментируя поэта, отчасти соглашаясь с ним, отчасти поправляя, а грамматики объединили это руководство с «Увещаниями»29. Современный издатель фрагментов Антисфена полагает, что речь идет об одном сочинении в пяти книгах30 (именно поэтому Афиней и Поллукс говорят о «про-трептике», а не «протрептиках», как Диоген), первые три из которых были посвящены справедливости и мужеству; а четвертая и пятая — Феогниду. Однако издатель Диогена Лаэрция М. Маркович полагает, что n£pi бlxalOойvлG xai &v6p£tac; яротрштмбс; и n£pi 0£б^бос; — это два разных сочинения, добавляя перед б', £' конъектуру: <& в Y>31.

Содержание этого протрептика не менее загадочно. По свидетельству Афи-нея32, в «Протрептике» Антисфена встречалось выражение «откармливаться как поросята (б^ф&кю)»33. Упоминание о б£Хф&хю, что интересно, есть и в сохранившихся фрагментах «Алкивиада» Эсхина, который Гайзер тоже относит к протрептическому корпусу. В свое время Краусс высказал в связи с этим предположение, что одно из действующих лиц «Алкивиада» — сам Антисфен: «ita

22 Diogenes Laertius. Op. cit. VI. 16. 1-3. В таком виде в издании LOEB: Diogenes Laertius. Lives of eminent philosphers. L.; N. Y., 1925. Vol. 2. P. 16.

23 Winckelmann A. W. Antisthenis fragmenta. Turici, 1842. Цит. по: Hartlich. Op. cit. P. 226.

24 Muller A. De Antisthenis Cynici vita et scriptis. Marburg, 1860. Цит. по: Hartlich. Op. cit. P. 226.

25 Nitzsche F. Zur Geschichte der Theognidischen Spruchsammlung // Rheinisches Museum fur Philologie. 1867. Bd. 22. S. 161-200, здесь: 195.

26 Hirzel R. Uber den Protreptikos des Aristoteles // Hermes: Zeitschrift fur klassische Philologie.

B., 1876. Bd. 10. S. 61-100, здесь: 72.

27 Hartlich. Op. cit. P. 227.

28 См.: Isocrates. Ad Nicoclem. 43: 2r|^Etov б’ av ш; ^ir^anra x^v 'Ноюбои xai 0EбYVlбo; xai ФмxuШou TOinoiv xai Yap тойтои; фaоi ^£v арютои; YEYEvfo9ai ощРогАои; тй рСф тй tov av9pM^Mv, тaOтa бё ^£YOvтE; a^t^ai ouvбlaтp^PElV тaT; &AA|Amv avo^al; ^a^v fl тaT; exeivmv шo9f|xal;.

29 Слингс также полагает, что Антисфен использовал Феогнида как «отправной пункт» для протрептической беседы (Slings. Op. cit. P. 90).

30 Caizzi. Op. cit. P. 80.

31 Marcovich M. Diogenis Laertii Vitae philosophorum. B., 20 082. S. 384.

32Athenaeus. Deipnosophistae XIV. 74: A\n:io9£vnc; б’ ev Фшl0YVM^0VlXй• «xai Yap exEtvai та бE^фаxla яро; piav хорта£;ошгу.» xai ev ПротрЕят^й б£ «avxi бE^фax^мv тp£фEo9al.» (=Caizzi. Fr. 17).

33 Dittmar. Op. cit. P. 267 (Fr. 4).

facile fieri potuit, ut Aeschines non Socratem, sed Antisthenem ipsum ibi admonentem institueret, ne nimis multa scires neve nimis eruditus esses: “num fieri vultis бє^ф^хю, o nimis eruditi?”»34. Остальные фрагменты как Эсхина, так и Антисфена не позволяют ни подтвердить, ни опровергнуть это предположение, так что мы можем лишь догадываться, какое отношение откормленные поросята имеют к мудрости и мужеству.

Афиней также свидетельствует, что в протрептике Антисфена Сократ упоминает т. н. бомбилий («гудящую чашу»)35: «Кто пьет, что ему нравится, из фиала, скоро остановится, а кто из бомбилия, сочащегося по капле...»36. «Похвала Елене» Исократа позволяет предположить, что в «Протрептике» Антисфена содержалась похвала бомбилию37. Непосредственную параллель представляет «Пир» Ксено-фонта38, в котором Сократ говорит: «.если нальем в себя сразу много питья, то скоро у нас и тело и ум откажутся служить; мы не в силах будем и вздохнуть, не то что говорить; а если эти молодцы будут нам почаще нацеживать по каплям маленькими бокальчиками, — скажу и я на манер Горгия, — тогда вино не заставит нас силой быть пьяными, а поможет прийти в более веселое настроение». Однако если в «Увещании» Антисфена Сократ произносил что-то подобное, то с игривым тоном этих заявлений плохо вяжется совет «приобрести либо ум, либо веревку», который ряд исследователей также относит к его протрептику39, усматривая следы протрептика Антисфена в Пс.-Платоновом «Клитофонте»40.

34 Krauss H. Aeschinis Socratici reliquiae. Lipsiae, 1911. P. 65. Цит. по: Dittmar. Op. cit. P. 267. Русский перевод «Афинея» Н. Т. Голинкевича здесь и далее приводится по изд.: Афиней. Пир мудрецов. М., 2010.

35 Указание Афинея на то, что в «Увещании» говорит сам Сократ, подтверждает слова Ла-эрция о диалогической форме этого сочинения.

36Athenaeus. Op. cit. XI. 29 (=Caizzi. Fr. 18d). См.: Pollux. Onomasticon X. 68: «то бє xa^oi^evov xupi^iov npog wv Aoiavfflv Po^Pikov ^ev Av^oB^n^; El'pnxev ev тй Пpoтpєятlхй» (То, что азиаты называют xupi^iov, Антисфен в «Увещании» назвал Po^Pikog) (=Caizzi. Fr. 18a). А также: Pollux. Op. cit. VI. 98: «Po^Pukog бє, то oтєv6v exnM^a xai Po^Polv ev т^ tooei йд Av^On'ng ev ПpoтpєятlXй» (Бомбилий — узкая чаша, гудящая при питье, как говорит Антисфен в «Увещании») (=Caizzi. Fr. 18b) (перевод наш. — О. А.).

37 Isocrates. Helenae encomium 12: «...tov ^£v Yap TOug Po^Pukoug xai тойд a^ag xai TOia^a PouAnB^vrov fcnaivetv o^eig яйтоте A6ywv f^pnoev, ot бє nepi тйv o^oAoyou^evmv aYaBfiv fl xa^fflv fl тйv бlaфєpбvтмv fcn’ apei^ Aeyeiv emxEip^oaviEg noM xaтaбєєoтєpov тйv шapxбvтмv aяavтєg etp^xaoiv» (Те, кто предпочитает хвалить бомбилии и соль и тому подобное, никогда не испытывают нехватки в словах; тем же, кто берется говорить о вещах, всеми признаваемых прекрасными и благими, или же о мужах, отличающихся добродетелью, гораздо сложнее подобрать слова» (перевод наш. — О. А.).

38 Xenophon. Symposium 2. 26 (= SSR 67). Русский перевод цит. по: Ксенофонт. Цит. соч.

С. 180—217, здесь: 191.

39 См.: Slings. Op. cit. P. 90, n. 168.

40 О связи протрептика Сократа в диалоге «Клитофонт» (407a—408b) с увещанием Антисфена см.: Hirzel R. Der Dialog: ein literarhistorischer Versuch. Leipzig, 1895. Bd. 1. S. 118; Von Arnim H. Leben und Werke des Dio von Prusa. B., 1898. S. 259; Thesleff. Op. cit. P. 206. По мнению фон Арнима, автор «Клитофонта» и Дион (Dio Chrysostomus. Orationes XIII. 16—28) независимо друг от друга цитируют протрептик Антисфена. С такой трактовкой не согласен Слингс (Op. cit. P. 95), по мнению которого Дион опирается на диалог «Клитофонт», дополняя его более поздними увещательными мотивами. Сам же диалог представляет собой своего рода протрептический пастиш (Ibid. P. 93).

1D9

Еще меньше ясности с тем, что представлял собой протрептик Аристип-па41. Диоген Лаэртий приводит список сочинений Аристиппа дважды; второй на основании свидетельств Сотиона и Панэтия. Именно в этом втором списке упоминается протрептик: Кат& 6£ Хю’лоуа б£ит£рф ха1 Пауагаоу £от1У айтф

оиуур&ццата т&5£ П£р1 лшб^ас;, П£р1 йр£тл?, ПротрЕлпхбс;42. Слингс считает цитатой из сочинения Аристиппа слова Пс.-Деметрия43: «Как из одного и того же воска один вылепит собаку, другой — быка, а третий — коня, точно также и один предмет кто-то изложит прямо в форме обвинения (хатщорйу), говоря: “Люди оставляют в наследство детям деньги, а знания (ётот^цпу), как ими пользоваться, не оставляют”. Такой род речи называется Аристипповым». Увещания44 в форме обвинения Пс-Деметрий противопоставляет «сократическому виду» (£16ос; 2юхрат1х6у, Эсхин и Платон) и увещаниям в форме совета (йлю0£пхюс;, Ксенофонт). Однако тот факт, что Деметрий употребляет глагольную форму (лро^рё'фато), а не прилагательное, к тому же относя ее лишь к «сократическому виду», не позволяет уверенно утверждать, что цитата из Аристиппа относится к его протрептику.

Итак, собственно о тех сократических текстах, которые носили заглавие «протрептик», мы почти ничего не знаем. Можем ли мы вслед за Гайзером и Слингсом отнести к числу протрептических текстов Эсхинова «Алкивиада» и структурно и содержательно бликий к нему диалог «Алкивиад I»? Безусловно, некоторые основания для этого есть. Элий Аристид в речи Прбс; ПХйтш'уа йл£р тюу т£ттйрюу сравнивает текст Эсхина с «Алкивиадом I», принадлежность которого Платону он не подвергал сомнению45, и указывает на протрептическую функцию обоих текстов46. Альбин, автор «Введения к диалогам Платона» (II в.), считает, что приступать к учению Платона надо с диалога «Алкивиад I»: «...чтобы перемениться (трая^аь ха1 ётотраф^аО и узнать то, чем надлежит ревностно заниматься (т^у ётцёХаау лтаобаО»47. Согласно Проклу, «божественный Ямвлих» тоже рассматривал «Алкивиад I» как введение в платоновскую философию48. Примером того, что и в IV в. определенные мотивы и методы аргу-

41 SSR IV A 144; Mannebach E. Aristippi et Cyrenaicorum fragmenta. Leiden; Koln, 1961.

42 Diogenes Laertius. Op. cit. II. 85. Маркович: «unus titulus in B» (Marcovich. Op. cit. 150).

43 Перевод наш. Ps.-Demetrius. De elocutione 296 (= SSR IV A 148): Ка9бАои бё «татар т6v arnov xr^ov о ^£v ш; xiiva enAaoEv, о бё вогту, о бё ircrov, оСтм; xai ^aY^a тaйт6v о ^£v ти; йлофа^б^пто; xai фг^Г о[ бё Оу9рмяо1 хрл^ата ^£v йлоА.Еипо'га то!; naioiv, бё ой ouvaTO-Ыяошгу !^v xpлoo^£vnv то!; олоАе^еюГ тойто бё то ЕТбо; той А^ои Aploт^яяElOV ^Етаи Дж. Кеннеди датирует это сочинение I в. до н. э. (см.: Kennedy G. A. A New History of Classical Rhetoric. Princeton, 1994. P. 88).

44 Cм.: Ps.-Demetrius. Op. cit. 297: ;ralб£^)£o9al яроЕтр£^ато.

45 Наиболее полный обзор литературы, посвященной аутентичности «Алкивиада I», можно найти в статье: Jirsa J. Authenticity of the Alcibiades I: Some Reflections // Listy filologicke. Praha, 2009. Vol. 132. №. 3-4. S. 225-244.

46Aristides. Про; n^OTMva йяёр tov тEттapмv 286. 7: e’i; то яротр^фаи

47 Albinus. Introductio in Platonem 5. 16-17. Перевод: Шичалин Ю. А. Учебники платоновской философии. М.; Томск, 1995. С. 9.

48 Proclus. In Alcibiadem I. 11. 12-15: о 9е!о; ЮфРАлхо; i^v ярмтг^ айтй бlббval ra|iv Ev то!; б£xa бla^бYOl; Ev оТ; o^Eтal x^v oAnv той ПAaтмvo; яEpl£хEo9al фlAoooф^av, «татар Ev oтаp^aтl тойтм т^ ou^naon; Exeivmv б^ббои яроЕЛпм-М^;.

ментации «Алкивиада» воспринимались в качестве увещания заниматься философией, служит «Протрептик» Ямвлиха, в котором довольно большой отрывок посвящен переложению «Алкивиада»49. Однако следует подчеркнуть, что применительно к «Алкивиаду I» и «Алкивиаду» Эсхина выражения X6Yog лpoтpєл:тlx6g мы не находим даже у более поздних авторов.

Что касается «Клитофонта» и «Евтидема», то их протрептический характер маркирован текстуально. Так, в ответ на £n&YY£^M-a Евтидема и Дионисодора (ap£if|v... ot6^£0a otw т’ £lvai napa5olvai xd^im’ av0p^wv xai т&xlaтa50) Сократ просит их продемонстрировать свое искусство (eni^E^aoBov51) и показать, как они обращают юношей к философии и заботе о добродетели (л;poтp£'фalтє £tg фlAoaoф^av xai ap£iflg £m^.£X£iav52). После двух эристических бесед софистов с Клинием Сократ вновь обращается к ним с просьбой: «Они утверждали, что покажут нам увещевательное искусство (r^v яpoтp£ятlX^v aoф^av); пока же, думается мне, они просто с тобой играли. Ну что ж, Евтидем и Дионисодор, пошутили, а теперь уж шутки в сторону; теперь покажите мальчику, как следует печься о мудрости и добродетели (£m6£^aTOv яpoтpЄяovт£ т5 ^.£ip&xiov 6nwg xp^ aoф^ag тє xai ap£iflg £m^£Xn0'nvai). Однако прежде я сам покажу вам, как я это разумею и что именно мне хотелось бы об этом услышать»53. В заключение беседы с Клинием Сократ говорит: «Вот каков, Дионисодор и Евтидем, образчик желанного мне увещевательного слова (rnv лpoтp£лтlXйv X6ywv), хотя, быть может, оно бесхитростно, тяжеловесно и растянуто»54. В диалоге «Клитофонт»55 как «убедительнейшие и полезнейшие» (яpoтp£ятlXЮтйтoug xai йфєXlцwт&тo'ug56) характеризуются речи Сократа; смысл этих речей сводится к тому, что «добродетели можно научиться и что всего более нужно заботиться о себе самом» (&g бlбaxт6v ap£^ xai л;&vтwv ^arnol бє! ц&Xlaтa £m^.£X£Ta0ai57).

Следует обратить внимание, что в тех диалогах, протрептический характер которых маркирован в тексте, увещание является публичным. Слова Клитофон-та TOtg av0p^oug ti^voig X£ywv58 указывают на публичность пересказываемых увещаний и на их монологический характер. В «Евтидеме» Сократ, пересказывая свою беседу с софистами, указывает на aл;oб'uт|pюv («раздевальня» в Ликее59) как на место беседы и на то, что при беседе софистов с Клинием присутствовали их ученики (цa0nтai), активно выражавшие свое отношение к происходящему криками и смехом. Напротив, в двух «Алкивиадах» мы не находим указаний на публичность происходивших бесед, хотя нарративная рамка у Эсхина60 теорети-

49 Iamblichus. Protrepticus 27. 12—27. 21; 28. 20—29. 14 (Pistelli).

50 Plato. Euthydemus 273d8—9.

51 Ibid. 274d6.

52 Ibid. 275a1—2.

53 Ibid. 278с5^3.

54 Ibid. 282d4—282e6.

55 Русский перевод А. Болтуновой по изд.: Платон. Творения. Л., 1924. Т. 9. С. 136—142.

56 (Ps.-)Plato. Clitophon 408c2—3.

57 Ibid. 408b7—c1.

58 (Ps.-)Plato. Op. cit. 407b1—2. В русском переводе точного аналога этой фразе нет. Ее можно перевести так: «.торжественно, словно нараспев, обращаешься к людям».

59 Plato. Euthydemus 272e2.

60 Kahn. Op. cit. P. 19.

чески позволяла изобразить слушателей. Мы знаем, что в диалоге Эсхина беседа Алкивиада и Сократа происходила в Ликее61, однако вряд ли можно предположить, что знатный юноша Алкивиад был изображен публично припадающим к коленям Сократа.

Далее в обоих «Алкивиадах» мы обнаруживаем черты любовного увещания, что было отмечено еще Гайзером62. Так, в «Алкивиаде» Эсхина Сократ выражает надежду, что он сможет любовью (6i& т5 £pav) сделать лучше юношу63. По его словам, любовь к Алкивиаду заставила его почувствовать то же, что чувствуют вакханки, когда они одержимы (£яєі5&у £v0£oi YЄvюvтal). Мотив «любви», так же как и мотив «божественного удела»64, встречающийся в диалоге, позволяет Эсхину противопоставить то знание, которым делится со своими учениками Сократ, техническому знанию софистов. В «Алкивиаде I» Сократ говорит о себе как о «поклоннике» (epaailg) Алкивиада65, далее он замечает, что нелегко «объясняться в любви» (яpoaф£pєa0al epaaifi)66, в самом конце диалога вновь упоминает о своей любви67. Ничего подобного мы не находим в «Евтидеме» и в «Клитофонте». Напротив, в этих диалогах особое внимание уделяется поиску технического аналога заботе о душе. Клитофонт сообщает, что он обращался к спутникам Сократа с вопросом: «Как нам нужно понимать Сократовы увещания к добродетели (т^ Iwxp&ro'ug яpoтpoя^v Єя’ apєт|v)?68» Ведь если ограничиться только ими, полагает он, то всю жизнь придется лишь «убеждать еще не убежденных» (TOug ц|яю яpoтєтpaцд£vo'ug яpoтp£яєlv)69. Далее Клитофонт приводит пример с человеком, который убеждает (яpo'йтpєяєv)70 заботиться о своем теле. Если спросить такого человека ^v тaї0’ ^ag яpoтp£яovтa)71, о каких искусствах он говорит, он бы ответил: о гимнастическом и медицинском. «Какие же искусства существуют для добродетели души?», — вопрошает он. Клитофонт сетует, что он не получил убедительного ответа на свой вопрос ни от учеников Сократа, ни от него самого: «С этим я надоедал тебе не раз и не два, а в течение долгого времени, решив, что ты всех лучше убеждаешь людей заботиться о добродетели (т5 m.£v яpoтp£яєlv £tg apєтлg £mM.£X£iav x&Шaт’ av0p^wv 6pav)72 <...> Если ты хочешь прекратить убеждать меня (naiaaa0ai np5g ЄцЄ rnv X6ywv rnv лpoтpєлтlXйv), — то делай это таким образом, как относительно гимнастики ты увещевал бы меня (л:poтєтpaццЄvog) не пренебрегать заботами о теле, а вслед за увещеванием (тй л:poтpєятlXф X6yw) ты сказал бы мне, в каком уходе мое тело,

61 SSR VI A 43.

62 См., например: Gaiser. Op. cit. S. 95.

63 SSR 53. 27.

64 Ibid. 53. 11: «noAAoi Yap xai tov xa^vtfvrov UYi£tg Y^Yvovтal ot ^ev avGpwmvfl тєх^, ot бє бєіа ^oipa. 6aoi ^ev o^v avOpwrnvfl тєх^, шо taтpйv 0єpaяєuбцєvol, 6ooi бє 0єіа ^oipa £m0u^ia arnoug aY£i eni то ovfjoov».

65 (Ps.-)Plato. Alcibiades I. 103a2.

66 Ibid. 104e5.

67 Ibid. 135e1.

68 (Ps.-)Plato. Clitophon. 408d3.

69 Ibid. 408d6.

70 Ibid. 408e3.

71 Ibid. 409a1.

72 Ibid. 410b5.

по своей природе, нуждается...»73. Вторая часть протрептика в «Евтидеме» также посвящена выяснению вопроса, к какому же из знаний следует стремиться тому, кто желает стать счастливым74. Собеседники выделяют два вида искусств: те, что касаются создания вещей (^ noiotoa т£х"^л), и те, что касаются их использования (^ хрюм£"Уп)75 и соглашаются, что они ищут такое знание, которое позволяло бы и создавать, и пользоваться созданным. Они последовательно отвергают искусство составления речей и полководческое искусство76. Царское искусство (r^v PaoiAix^v т£х"^77) также отвергается.

В обоих «Алкивиадах» собеседники не занимаются поиском технического аналога заботы о душе. В «Алкивиаде» Эсхина Сократ, отмечая военные успехи Фемистокла, приписывает их его рассудительности и благоразумию (тй РоиАЕ'йшЭац тй фpov£^v), которыми он превосходил своих врагов персов78. Однако знания Фемистокла не хватило для того, чтобы избежать изгнания (ойх [xav^ ^ Еяют|цп TOoa"^ otioa Ey£veto, йoт£ ф'uAd^ao9al etc.)79. Сократ не считает, что он мог бы принести пользу юноше, преподав ему какую-то науку (ц&0пц.а), однако надеется, что, находясь рядом с Алкивиадом, он любовью может сделать его лучше — так и больные иногда излечиваются не при помощи врачебного искусства, а 0£fa цо£ра80. В «Алкивиаде I» Сократ подводит Алкивиада к выводу, что забота о душе невозможна без познания самой души: «Можем ли мы знать, какое искусство нас улучшает, если не знаем, что мы такое?», — спрашивает Сократ81. Таким образом, от поиска искусства заботы о душе собеседники переходят к разговору о том, что такое «мы сами». Мотива самопознания мы не найдем ни в «Клитофонте», ни в «Евтидеме». Мы надеемся в ближайшее время представить более подробный анализ мотивов двух протрептических традиций, но даже этот предварительный обзор заставляет нас усомниться в том, что мы можем говорить об «Алкивиаде» Эсхина как о протрептике в том же смысле, какой вкладывается в это слово в диалогах «Евтидем» и «Клитофонт».

В заключение статьи отметим, что нам кажется необоснованным рассмотрение протрептиков Антисфена и Аристиппа как переходных форм к платоническому диалогу. Во-первых, мы имеем очень смутное представление об этих текстах. Во-вторых, чуть ли не единственным поводом говорить об особом «сократическом протрептике» является «Алкивиад» Эсхина (который сравнивается с «Алкивиадом I» и «Воспоминаниями» 4. 2.), однако многочисленные структурные и содержательные расхождения между этими диалогами, с одной стороны, и эскплицитно маркированными протрептиками (в «Евтидеме» и «Клитофон-те») — с другой, не дают нам основания утверждать, что мы можем включать их в некий единый «протрептический корпус» — во всяком случае, без некоторых

73 (Ps.-)Plato. Clitophon. 410d1—5.

74 Plato. Euthydemus. 288d8-288e2.

75 Ibid. 289c1-4.

76 Ibid. 290e1.

77 Ibid. 291b5.

78 SSR VI A 50.

79 Ibid. VI A 51.

80 Ibid. VI A 53.

81 (Ps.-)Plato. Alcibiades I. 128e10-11.

оговорок. Это, в свою очередь, подводит нас к проблеме датировки Эсхинова «Алкивиада», о которой упоминалось выше. Таким образом, решение вопроса о форме так называемого сократического протрептика требует дальнейшего анализа рассматриваемых текстов и, в частности, тщательного изучения их сравнительной хронологии.

Ключевые слова: сократики, протрептик, Платон, «Алкивиад I», Эсхин, Ан-тисфен.

The Socratics and the Logos Protreptikos in the Fourth Century Bc

O. Alieva

The so-called Socratic protreptikos is usually seen as a kind of transitory genre departing from the epideictic oratory of the Sophists and leading into the early dialogues of Plato. The aim of this article is to examine various examples of Socratic protreptikoi and to further define whether we can speak of a type of genre in formation and of the transitory nature of this genre. The author also wishes to draw the reader’s attention to a few problems of methodology which are related to our understanding of the protreptik corpus which dates from the fourth century BC to the time of the birth of Our Lord. The article also examines the differences between the explicitly named protreptikoi (Cleitophon, Euthydemos) and those generally known under the name of Socratic protreptikoi.

Keywords: Socratics, Protreptikos, Plato, Alcibiades I, Aeschines, Antisthenes.