«Совет стал бюрократическим приложением непонятно к чему»

В Кремле не стали детально комментировать выход Максима Шевченко из Совета по правам человека (СПЧ). Исполняющий обязанности пресс-секретаря президента Дмитрий Песков подчеркнул, что предложений от организации обсудить майскую несогласованную акцию в Москве в Кремль не поступало, и сам журналист не обращался к главе государства с таким предложением. Публикации в СМИ и информирование всех членов совета при президенте о проблеме и есть обращение к властям, заявил в интервью «Коммерсантъ FM» сам Максим Шевченко.

— Расскажите, пожалуйста, почему вы приняли такое решение?

— Я считаю, что в нынешнем формате Совет по правам человека не отвечает тем задачам, которые на него возлагает общество и которые ему как бы поручило осуществлять первое лицо государства. Неважно, кто занимает главный пост в стране, но совет не должен превращаться в бюрократическое приложение к администрации президента. Для меня это принципиальная позиция.

В совете должны быть люди свободные, открытые, разных взглядов, не боящиеся давать свои публичные оценки тем или иным действиям властей или политических сил и сигнализирующие и обществу, и президенту о случаях нарушения прав человека. Сегодня совет просто стал бюрократическим приложением непонятно к чему, честно скажу, потому что никакими полномочиями мы не обладаем. Мне, например, понятно, какими полномочиями обладает омбудсмен Татьяна Москалькова. Она действует в соответствии с законом, это утвержденное должностное лицо, которое в случае нарушения прав человека может инициировать даже уголовные дела. У нас же нет вообще никаких полномочий, но при всем при этом мы превращаемся в людей, которые должны писать куда-то какие-то запросы, вопросы, получать ответы.

Это не правозащита, а ее имитация. В имитации я не хочу принимать участия.

— Дмитрий Песков заявил, что СПЧ и вы лично не обращались в Кремль с предложением провести какое-то расследование относительно событий 5 мая. Так ли это?

— У меня тогда два вопроса — что такое Кремль и что такое обращение в Кремль? Я вообще-то написал письмо в открытую рассылку, на которое отреагировал советник президента Российской Федерации Михаил Федотов, который, на мой взгляд, и является Кремлем. Разве советник президента — это не Кремль? Или я должен был ломиться в Спасскую башню, записываться на прием к Пескову и передавать ему в руки свое обращение?

Я считаю, что публичное обращение в социальных сетях и через СМИ члена президентского совета, то есть одного из 50 с небольшим людей на 140 млн граждан Российской Федерации уже является обращением в Кремль. По крайней мере, обращением, на который Кремль, если не хочет, может не реагировать.

Специально куда-то записываться на прием я не считаю для себя возможным.

Я о своем требовании написал и Федотову, и всем в рассылке СПЧ еще 6 мая. Если это не обращение в Кремль, тогда я не знаю, о каких форматах вообще идет речь, и что такое Кремль.