2009.04.014. КАРДУЧЧИ Л.Г. ИДОЛОПОКЛОНСТВО И КРЕОЛЬСКАЯ ИДЕНТИЧНОСТЬ В ПЕРУ. АНДСКИЕ ХРОНИКИ XVI-XVII ВВ. CARDUCCI L.G. IDOLATRIA E IDENTITà CREOLA IN PERù. LE CRONACHE ANDINE TRA CINQUECENTO E SIECHENTO. - ROMA: VIELLA, 2007. - 173 P

Основной вывод Я. Форреста сводится к тому, что борьба с ересью далеко не всегда имела отрицательные последствия для общества. В случае позднесредневековой Англии она скорее способствовала укреплению социальных связей и приобщению широких масс населения к участию в общенациональных делах.

В. Новикова

2009.04.014. КАРДУЧЧИ Л.Г. ИДОЛОПОКЛОНСТВО И КРЕОЛЬСКАЯ ИДЕНТИЧНОСТЬ В ПЕРУ. АНДСКИЕ ХРОНИКИ XVI-XVII вв.

CARDUCCI L.G. Idolatria e identita creola in Peru. Le cronache andine tra Cinquecento e Siechento. - Roma: Viella, 2007. - 173 p.

Ключевые слова: Перу, XVI-XVII вв., креольская идентичность, креольское самосознание, идолопоклонство, андские хроники.

В монографии итальянского историка Луиджи Гуарньери Ка-ло Кардуччи процесс становления креольского самосознания исследуется сквозь призму полемики об индейском идолопоклонстве и происхождении коренного населения страны, как оно виделось, прежде всего, церковным авторам с точки зрения авторитета библейской традиции. Для креолов, то есть белых уроженцев вице-королевства, эта полемика имела не только религиозное, но и политическое значение, поскольку попытки представить индейцев, наряду с другими народами, потомками Ноя, чьи земли также были посещены одним из апостолов на заре христианства с проповедью Евангелия, утверждали человеческую полноценность не только индейцев, но и самих креолов (следует учесть, что первое поколение их в Перу было практически полностью метисного происхождения вследствие отсутствия испанских женщин в стране в то время). Вопрос об идолопоклонстве был тесно связан с вопросом о происхождении индейцев, и в вице-королевстве Перу обе темы послужили отправной точкой для попыток написать историю, которая, используя европейские каноны и повествовательные рамки, вписывала тем не менее события в местную природную и социальную среду. История индейцев была, таким образом, включена в общий контекст всемирной истории, способствуя формированию креольского самосознания. В своем исследовании итальянский историк попы-

тался показать «переход от одних, европейских, представлений об американской реальности к другим, креольским» (с. 18).

Глава 1 «Идолопоклонство в Перу» посвящена краткому обзору религиозной жизни страны в XVI в. Исследователь указывает на сходство между обвинениями в идолопоклонстве, предъявлявшимися коренному населению Америки, и аналогичным обвинениям в адрес мавров Испании и подчеркивает, что пути решения этой проблемы виделись испанцам в свете этой аналогии. Индеец мыслился как неверующий, подлежащий евангелизации, пусть даже и насильственной (с. 28). Однако в воззрениях многих мыслителей эпохи, таких, как Ф. де Виториа, идолопоклонство уже перестало расцениваться как причина для справедливой войны. Для ряда авторов, в том числе для Х. де Акосты, идолопоклонство представляло собой исключительно миссионерскую проблему. Многие испанские источники XVI в. содержат предположения о доиспанской евангелизации жителей колонии. Уже Г. Фернандес де Овьедо был убежден, что индейцы были знакомы с проповедью апостолов, хотя она и не оставила следа в их истории. Лас Касас находил свидетельства пребывания апостола на американском континенте. Далее Л. Кардуччи обсуждает решения по вопросу идолопоклонства, принятые на Третьем Лимском соборе (1582-1583), определившем религиозную жизнь вице-королевства на весь колониальный период.

Глава 2 «Креольское идолопоклонство» отражает дальнейшее развитие представлений об индейском идолопоклонстве у испанских и перуанских (креольских) авторов. Прежде всего итальянский историк отмечает возвращение к гипотезе об апостоле-христианизаторе Перу в самом конце XVI - начале XVII в. в трудах таких авторов, как Х. де Санта Крус Пачакути, Б. Валера и Инка Гарсиласо де ла Вега. Одной из проблем, крайне важных для отношения к коренным жителям Америки, был вопрос, не являются ли индейцы евреями-идолопоклонниками, то есть потомками известных по Священному Писанию пропавших десяти колен Израиле-вых. Если да, то это не только определяло отношение к индейцам в целом, но и ставило вопрос о подсудности их суду Инквизиции. Одним из основных источников сведений об индейском «идолопоклонстве», указывает Л. Кардуччи, являются труды борцов с ним; в монографии дается краткая характеристика наиболее значительных сочинений Ф. де Авилы, П.Х. де Арриаги, а также обзор термино-

логии, применявшейся борцами с идолопоклонством. Далее автор дает подробный обзор отражения проблемы идолопоклонства в хрониках XVII в. - Дж. Онелло Оливы, А. Рамоса Гавилана, индейского хрониста Ф. Гуамана Пома де Айяла и других. Подчеркнутое внимание таких креольских хронистов, как А. де ла Каланча, к проблеме идолопоклонства, переосмысление ими религии коренного населения как следов исповедовавшегося некогда индейцами христианства, дает итальянскому историку право условно определить этот феномен как «креольское идолопоклонство». Принятие гипотезы о доиспанской христианизации позволяло ла Каланче, по словам Гуарньери Кало Кардуччи, подчеркнуть «религиозное единство Нового Света, противостоявшее тогдашней Европе, погрязшей в ереси. Вера в первоначальную евангелизацию позволяла уравнять Старый и Новый Свет и включить индейцев в креольский контекст и в конечном счете представить однородным с духовной и социальной точек зрения американское общество» (с. 78).

Глава 3 «Историографические попытки вписать индейцев во всемирную историю» посвящена популярным в XVI-XVII вв. теориям происхождения индейцев. Итальянский историк подробно рассматривает трактовку вопроса о происхождении индейцев в ранней испанской историографии Нового Света, в деталях разбирает полемику между Фернандесом де Овьедо и Ф. Лопесом де Гома-ра по вопросу о том, потомками кого из сыновей Ноя надлежит считать индейцев. По мнению Овьедо, еще до Троянской войны Америка была заселена потомками легендарного иберийского царя Геспера. Таким образом, испанцы получали некое «историческое» право на владение Новым Светом. Лопес де Гомара критиковал эту теорию, полагая, что владения гесперидов следует соотносить с островами Зеленого Мыса, а не с Америкой. В то же время рядом европейских авторов было показано, что античные мореходы, не знавшие буссоли, не были способны плавать в открытом море; прежде всего, эти возражения были идеологическими, давая другим европейским державам право оспаривать испанские претензии на Новый Свет. Чаще же всего в индейцах видели прямых потомков библейских евреев: еще в рукописи 40-х годов XVI в., приписываемой некоему доктору Рольдану, утверждалось, что индейцы произошли от десяти пропавших колен Израилевых, угнанных примерно за 2200 лет до того в Ассирию царем Салманассаром, автор

находил даже соответствия между древнееврейским и индейскими языками (с. 92). Однако поскольку на территории вице-королевства оказалось немало насильственно обращенных в христианство португальских евреев, испытавших на себе в Новом Свете всю тяжесть преследований инквизиции, наличие среди предков креолов евреев порождало для них серьезные проблемы, тем более, что официально въезд в Америку для обращённых в христианство евреев был закрыт. В монографии анализируется взгляд на теорию иудейского происхождения индейцев в труде Х. де Акосты «Натуральная и моральная история Индий», полностью отвергшего ее, в частности, на основании отсутствия у индейцев письменности и различия в целом ряде других обычаев. Кабельо Бальбоа также отвергал «еврейскую» гипотезу, поскольку языковые совпадения, общие черты в одежде и т.д. не могут являться решающим доказательством; прародину же индейцев он помещал в легендарную страну Офир.

Глава 4 «Вопрос происхождения индейцев в андских хрониках XVII в.» посвящена анализу конкретных исторических хроник, созданных авторами-креолами, в первую очередь, относительно малоисследованных, с точки зрения изложенных в них представлений о происхождении перуанских индейцев и об индейском идолопоклонстве. У перуанских хронистов этого времени присутствуют самые разные трактовки происхождения индейского населения Перу. А. де Эррера включил в свою «Всеобщую историю деяний кастильцев ...» и материалы Лас Касаса, опустив выпады последнего против испанской колонизации и доказывая законность испанской власти в Америке на основании пожалования папы Александра VI. Г. Гарсиа рассматривал все бытовавшие тогда теории индейского переселения как, по меньшей мере, возможные: из Карфагена, из Офира, из Атлантиды, из Испании, из Китая, из Греции, из Финикии, всем им находя подтверждения в обычаях, ритуалах, языке и т.п. Почти треть его труда посвящена тезису об иудейском происхождении индейцев, при этом он считает их выродившимися потомками евреев, по сравнению с которыми «даже черные рабы выглядят лучше» (с. 118). Гарсиа считал, что причиной прогрессирующей физической и моральной деградации всех переселенцев в Новый Свет был климат, который должен был так же воздействовать и на поселившихся в Америке потомков европейцев. П. Симон, один из сторонников т.н. «хамитской» теории, счи-

тал рабское положение индейцев следствием того, что их предки -хананеи, потомки библейского народа Иссахара, были прокляты и обречены на тяжелый труд как рабы Израиля. Он не отрицал и карфагенскую теорию, а также считал несомненным, что человек впервые появился в Америке еще до Потопа, доказательством чему были кости гигантов, обнаруженные в Мексике и Перу (кости ископаемых животных). А. де ла Каланча лишь сравнительно небольшую часть своего труда уделил темам общей географии Америки и происхождению американских индейцев; но будучи по-своему патриотом Перу, представителем образованной части именно креольского общества, он не мог пройти мимо этих тем. Ла Каланча не счел нужным обсуждать такие гипотезы происхождения индейцев, как карфагенская или испанская, и сосредоточил внимание на хананейской и еврейской теориях, очевидно, в силу присущей им политической подоплеки. Ссылаясь на Библию и находки гигантских костей, он утверждал, что люди жили в Америке еще до Потопа, но был категорически против теории хананейского происхождения индейцев. Следов еврейского происхождения индейцев, полагал он, также невозможно обнаружить - ни в обычаях, ни в сказаниях индейцев нет следов их еврейского происхождения, а мнение о проходе евреев через Татарию перед миграцией в Америку ни на чем не основано. Не менее решительно отрицал он и версию о китайском происхождении, не видя сходства между китайцами и индейцами; кроме того, у первых издавна была письменность, а у вторых - нет. Никаких оснований не имеется, считал хронист, и для отождествления Америки с Офиром. Ла Каланча, хотя и не был апологетом индейцев, ощущал особую связь с теми, кто, по его словам, «дал нам, креолам, родину», поэтому хананейскую и еврейскую теории, удобные для оправдания притеснений индейцев, принять не мог. А. де Леон Пинело в своем труде «Рай в Новом Свете» вновь выдвинул тезис, впервые сформулированный еще Колумбом, что Новый Свет является садом Эдема. Он поместил рай в перуанских горах и утверждал, что четыре крупнейшие американские реки и есть те самые, которые, согласно Библии, вытекают из Рая. Таким образом, он объявил Новый Свет прародиной человечества, из которой Ной во время Потопа попал в Старый Свет. Главной идеей труда Пинело стало отрицание европоцентри-

стского взгляда на мир. Естественно, такой подход исключал и еврейское происхождение индейцев.

Система взглядов Акосты снова стала предметом дискуссии в связи с началом экспансии в Новый Свет североевропейских держав, в частности, Голландии. А. ван дер Мюль, основываясь на положениях Акосты, предположил, что в Новый Свет попали ким-вры; впоследствии Г. Гроций и Й. Лаэт также отрицали еврейскую гипотезу, более того, пропагандировали идею заселения Америки скандинавами. «Еврейская» гипотеза была весьма популярна среди евреев, перебравшихся в Голландию. В частности, Менассех бен Исраэль, член еврейской общины Амстердама, опубликовал труд «Надежда Израиля», в котором утверждал, что существует некий народ, с представителями которого он лично общался в Америке, Бог которого «есть Бог Израиля». Наконец, каталонец Д. Андрес Рока написал трактат, в котором заявлял, что индейцы являются потомками Яфета и пришли из Испании, хотя и не определял точно способ и время заселения ими Америки. Подобная гипотеза полностью оправдывала испанскую конкисту. Рока признавал идею еврейского происхождения части индейцев, однако считал, что они должны были заселить Америку еще до смерти Христа и не были к ней причастны. В целом теория еврейского происхождения индейцев, считает Л. Кардуччи, была теорией политической, направленной на утверждение прав испанской короны и правомерности испанского завоевания.

В заключение итальянский исследователь пишет, что тема идолопоклонства, так же, как и тема происхождения индейцев, являлись основополагающими в сложившемся в XVII в. креольском дискурсе по разным, но схожим причинам. Первая тема не сводилась к доказательству того, что индейцы были способны к евангелизации, но включала весь круг вопросов, связанных с ролью Америки в божественном замысле. С этой точки зрения говорилось о «монастырском креолизме» (с. 159). Тема же происхождения индейцев превратилась в важнейшую для креолов в связи с другой важной проблемой, касавшейся Нового Света, - проблемы климата. В Америке выработался взгляд на климат как на положительный фактор и на местную природу как на более богатую, чем в Старом Свете.

М.Л. Дубоссарская