Мы пойдем любым путем

На прошлой неделе Россия получила нового премьер-министра: Госдума утвердила в этой должности Михаила Касьянова. Премьер прямо заявил, что у него нет никакой экономической программы. На самом деле, конечно, есть. Просто сейчас о ней говорить не время. Президент выбирает новую экономическую идеологию.

Программа преемника
       Во времена Бориса Ельцина о необходимости создания национальной идеологии не было и речи. Просто потому, что это было как раз время краха национальной идеологии под названием "коммунизм". Экономические программы того времени были подчеркнуто деидеологизированны. Предполагалось, что распад коммунистической системы сам по себе обеспечит экономическое процветание.
       И вот Ельцин провозгласил своим преемником Владимира Путина. Путин сразу решил, что дальше жить без идеологии Россия не может — граждан должно что-то объединять. Пока их объединяло только недовольство всеобщим развалом и желание видеть на месте Бориса Ельцина молодого сильного лидера, который наведет порядок. Но этого, решил Путин, достаточно для того, чтобы стать президентом, но недостаточно для того, чтобы править Россией. Люди ждут, чтобы новый лидер указал им путь к процветанию — чего не удалось сделать Борису Ельцину.
       Поэтому Владимир Путин в ранге еще премьера, но уже преемника поручил специально созданному Центру стратегических разработок под руководством Германа Грефа создать всеобъемлющую программу развития России. А точнее — новую национальную идеологию, которая понравилась бы всем. Он неоднократно подчеркивал, что новый президент должен быть президентом всех россиян. Обязательными требованиями к этой идеологии были сильное эффективное государство и экономический рост, позволяющий быстро поднять уровень благосостояния. До выборов итоги разработок Путин поручил не разглашать, потому что, повторим, для избрания его президентом было достаточно всеобщего недовольства нынешним положением вещей.
       
Спор идеологов
       Владимир Путин был избран президентом России. И вот теперь незамедлительно потребовались две вещи. Во-первых, назначение нового премьера. А во-вторых, провозглашение идеологии новой России. Так сказать, "курса Путина", который должны все поддержать, чтобы Россия могла нормально жить, а Путин — переизбраться на второй срок.
       И тут произошло то, чего следовало ожидать с самого начала. Герман Греф для выполнения задачи привлек, естественно, имевшихся в наличии идеологов. Он выбрал невостребованных в ельцинские времена либералов. И как только оказались обнародованы близкие к окончательным варианты программы Грефа (а они, естественно, должны были быть обнародованы сразу после инаугурации — дальше тянуть было невозможно), всполошились также невостребованные при Ельцине идеологи-государственники. Они тут же стали обнародовать собственные программы. Самой яркой оказалась программа, подготовленная группой экспертов, близких к главе думского комитета по промышленности Юрию Маслюкову. Текст программы читайте здесь Главной целью этих программ было показать, что либеральное творение центра Грефа имеет множество недостатков и у него имеются оппоненты, с равным основанием претендующие на роль творцов "курса Путина".
       Выдвинутый Путиным в качестве кандидата на роль премьера Михаил Касьянов не мог остаться в стороне от идеологической дискуссии. Он фактически выступил на стороне противников Грефа. Не потому, что он сам претендовал на роль идеолога. И не потому, что ему так уж нравятся идеи грефовских конкурентов. А просто потому, что он делал свою головокружительную карьеру в правительстве во времена Ельцина — тогда, когда премьер не проводил в жизнь никакой идеологии. Было бы смешно представить, скажем, Виктора Черномырдина клянущимся в верности указаниям либеральных экономистов так, как премьер Алексей Косыгин клялся в верности учению Маркса и Ленина. Вот и Михаил Касьянов решил показать, что готов выполнять указания президента Путина, но не либеральных идеологов.
       До своего утверждения в Думе Касьянов довольно откровенно давал понять, что продукция Германа Грефа его не вдохновляет. И она вовсе не единственный кандидат на то, чтобы послужить основой действий правительства. А на прошлой неделе, при утверждении его на пост премьера в Госдуме, Касьянов прямо заявил, что пока у правительства никакой программы нет, Грефа он полностью не читал и в любом случае грефовская программа правительственной считаться не может.
       
Стратегические наработки
       А какой может быть программа Михаила Касьянова?
       Первый пункт: продолжать показывать Владимиру Путину, что либеральная идеология в исполнении Центра стратегических разработок не может претендовать на роль национальной просто потому, что она нравится далеко не всем. И никто не может гарантировать, что ее реализация обеспечит фантастически быстрое повышение жизненного уровня народа. Так что эта идеология просто всех разочарует. В общем, выступить не в качестве технического премьера, слепо выполняющего все указания президента и тех, кто берет на себя смелость говорить от его имени, а в качестве политика, умеющего отстаивать и собственные интересы.
       Второй пункт: подготовить не национальную идеологию, а обычную правительственную программу конкретных дел. По возможности снизить налоги; следить за естественными монополиями, чтобы они не слишком распускались; договориться с МВФ и Парижским клубом о реструктуризации долгов; использовать нефтяные доходы для финансирования текущих нужд государственной системы; контролировать курс рубля, чтобы он не слишком повышался, но и не слишком падал. В общем, все как обычно. При этом, конечно, заявлять, что в программе учтены все разумные мысли из всех возможных программ — в том числе и, как выражаются чиновники с комсомольским прошлым, "наработки" (в данном случае точнее сказать "стратегические наработки") центра Германа Грефа.
       
Выбор президента
       Теперь все зависит от Путина. Он оказался в нелегком положении. Все хотят именно от него услышать, куда он поведет за собой Россию. Все знают, что Грефу было дано задание разработать какую-то замечательную стратегию. И все ожидают, что в любом случае замечательная стратегия (грефовская или антигрефовская) появится.
       Путин уже дал понять, что эта стратегия будет основана на чем-то либеральном. Он, конечно, может в конце концов выдать за либеральную и программу совершенно государственническую (вроде основанной на государственных инвестициях программы Юрия Маслюкова). Дело, в конце концов, не в определениях. А в том, какова все-таки будет национальная идеология. Можно, как в свое время в Японии или Южной Корее, молиться на экономический рост, обеспечиваемый государством. Можно, как в западных странах, молиться на экономическую свободу и права человека.
       Трудность в том, что любой выбор Путина не будет бесспорным. Всегда найдутся люди, кого он разочарует,— они усомнятся в том, что он принесет немедленный рост благосостояния (тем более что в теоретических перепалках последних лет оппоненты довольно убедительно разоблачали друг друга). Если этот выбор навязать насильственным путем, то разочарование просто будут скрывать. При этом никто не гарантирует, что новая национальная идеология даст людям богатство и процветание. Во всяком случае, быстрое. А людям обещано именно это. Значит, разочарование будет расти.
       Но ничего не поделаешь. Так Владимиром Путиным поставлена задача — объединить граждан России вокруг каких-то ценностей. Причем это объединение должно дать быструю экономическую отдачу.
       Можно, разумеется, отказаться от этой задачи. Не выбирать между предлагаемыми идеологами различными вариантами чудодейственной экономической стратегии. И российских граждан по-прежнему будет объединять только одно чувство — недовольство. Недовольство властью и своей бедностью.
       
       СЕРГЕЙ ВИКТОРОВ, ВАДИМ БАРДИН