Личное конструирование как механизм экономической социализации в транзитивном обществе

ОБЩАЯ И СОЦИАЛЬНАЯ ПСИХОЛОГИЯ

GENERAL AND SOCIAL PSYCHOLOGY

УДК 159.9.018 А. П. ВЯТКИН

DOI 10.17150/1993-3541.2015.25(5).897-903 Байкальский государственный университет

экономики и права, г. Иркутск, Российская Федерация

ЛИЧНОЕ КОНСТРУИРОВАНИЕ КАК МЕХАНИЗМ ЭКОНОМИЧЕСКОЙ СОЦИАЛИЗАЦИИ В ТРАНЗИТИВНОМ ОБЩЕСТВЕ

Аннотация. Транзитивное общество создает для личности ряд новых барьеров — утрачивается чувство стабильности, теряется привычная социальная идентичность, возникает ценностно-смысловой конфликт, приоритетными становятся краткосрочные решения. Известные психологические механизмы социализации, характерные для стабильного общества, в этой ситуации малоэффективны. В статье предлагается новый механизм социализации — это механизм личностного конструирования экономической роли, включенного в контекст самоидентификации в ней. Он смещает акцент в сторону активности субъекта деятельности в экономической роли, наполняет ее личностным смыслом и формирует ролевую идентичность. Смысловое содержание роли формируется на фоне ее наполнения личностными конструктами. Личностный смысл несет и сохраняет неповторимость личности, а объективированное значение представляет социальное «Я» как эффект социализации. В качестве критерия ролевой идентичности выступает сходство (связь) представлений о роли с образами идеального и реального «Я» на основании личностных конструктов.

Ключевые слова. Социализация; механизм; конфликт; идентификация; роль; личностный конструкт; смысл; критерий.

Информация о статье. Дата поступления 5 мая 2015 г.; дата принятия к печати 20 мая 2015 г.; дата онлайн-размещения 30 октября 2015 г.

A. P. VYATKIN

Baikal State University of Economics and Law, Irkutsk, Russian Federation

PRIVATE CONSTRUCTION AS A MECHANISM OF ECONOMIC SOCIALIZATION IN THE TRANSITIVE SOCIETY

Abstract. The transitive society creates a number of new barriers for an individual — the sense of stability fades away, the usual social identity disappears, the conflict of values and meanings arises and short-term solutions become priorities. All known psychological mechanisms of socialization typical for a stable society seem to be ineffective in this situation. The paper proposes a new mechanism of socialization — the mechanism of the economic role personal construction included in the context of self-identification in it. It shifts the focus toward the subject's activity in the economic role, fills it with personal meaning and forms the role identity. The semantic content of the role is formed on the basis of its filling with personality constructs. Personal meaning carries and preserves the uniqueness of an individual, and the objectified value presents social «I» as an effect of socialization. The similarity (link) between the role perceptions and the images of ideal and real «self» on the basis of personal constructs serves as a criterion for role identity.

Keywords. Socialization; mechanism; conflict; identification; role; personal constructs; meaning; criterion. Article info. Received May 5, 2015; accepted May 20, 2015; available online October 30, 2015.

Современное российское общество характеризуется нестабильностью, высокой социально-экономической динамикой и неопределенным «вектором» изменений, что позволяет считать его транзитивным. Транзитивное общество (ТО) выступает как общество перманентно изменяющееся, что вызывает у большинства людей утрату чувства стабильности, ориентацию на краткосрочные или временные решения. Для личности это череда неясных, непредсказуемых ситуаций, создающих невозможность про-

гнозирования ближайшего будущего [2]. Одни люди пытаются включиться в экономический цикл жизни, обращаясь к способам решения, взятым из прошлого, что задает определенную инверсию процесса социализации; другие отказываются от применения прошлого опыта, но не успевают за опережающей экономической реальностью; третьи находят индивидуальные возможности соответствовать экономическим требованиям ТО, спонтанно формируя «рыночный» тип мышления [15] или «рыночный син-

© А. П. Вяткин, 2015

Izvestiya of Irkutsk State Economics Academy, Известия Иркутской государственной экономической академии.

2015, vol. 25, no. 5, pp. 897-903. ISSN 1993-3541 2015. Т. 25, № 5. С. 897-903. ISSN 1993-3541

GENERAL AND SOCIAL PSYCHOLOGY

дром» [10]. Все это составляет первоначальную проблему экономической социализации личности в ТО.

Присутствие в ТО нескольких видов культуры — российской, советской, западноевропейской [7], приводит к конфликту в системе экономических ценностей (труд, деньги, товар, потребление, спекуляция и др.), что усиливает сложность традиционных решений проблемы социализации. Информатизация общества и развивающиеся сетевые коммуникации приводят к снижению статуса социальной принадлежности как источника и фактора социализации, т. е. лишают личность привычной социальной идентичности [5]. Социальные трансформации, имеющие выраженные черты кризиса, ведут к кризису идентичности, когда люди вынуждены экспериментировать с новыми социальными ролями, либо оставаться «фундаменталистами» своих прежних идентификационных предпочтений [11]. Поэтому, целью настоящего исследования является теоретическая апробация нового механизма экономической социализации, в качестве которого выступает личностное конструирование экономической роли.

Под экономической социализацией личности понимается процесс присвоения личностью социально-экономического опыта, его преобразование и воспроизводство в экономической деятельности, вхождение в экономическую среду; это процесс активного взаимодействия со средой, сопровождающийся развитием личности и преобразованием среды, регулятором которого выступают экономические роли, ожидания, ценности, установки, способности, а критериями — социально-экономический статус и устойчивые изменения самой личности. При социализации в ТО большое значение имеет активность личности: человек пытается преобразовать создавшуюся ситуацию, не оглядываясь на сложившиеся межличностные связи и отношения. В отличие от социализации в условиях эволюционной траектории, когда вначале меняются когнитивные структуры, в условиях ТО субъект вынужден менять свои стандарты поведения, сохраняя на относительно длительное время неизменной структуру сознания — ценности и установки [13]. Взаимное согласование поведения, которое часто определяется как универсальный критерий социализации, возникает в результате устойчивой ориентации индивида на определенный аспект его окружения, и на формирование его поведения в определенном социальном контексте [17], что

позволяет сместить акценты социализации в ТО на ее ролевое содержание.

Многие авторы представляют социальную роль как механизм социализации: роль предписывает совокупность действий по выполнению требований и ожиданий (позиций) [6]; процесс социализации личности означает ее вживание в различные социальные роли [12]. Личность считается социализированной, когда она способна участвовать в согласованных ролевых действиях на основе конвенциальных норм [17]. Исполняя роль, индивид становится участником социального мира, интернализуя эту роль, он делает мир субъективно реальным для себя. Принятие роли — сложный процесс, включающий замещающую идентификацию с другим человеком и проекцию на него своих собственных тенденций поведения.

Социальное конструирование ролевых типологий — необходимый коррелят социализации поведения. С помощью ролей социальные институты воплощаются в индивидуальном опыте, что и составляет суть целостной социализации в ТО. Роль как вспомогательное средство типизации действия и поведения конкретного индивида становится основой объективации самого института социализации и источником любого социального порядка. Она позволяет ее исполнителю осознавать не только совершаемые им действия, но и действия, релевантные этой роли, совершаемые другим деятелем или группой. Тем самым формируется ролевая принадлежность индивида, его тождественность и целостность, что способствует социализации и формированию ролевой идентичности.

Типизация роли сопровождается объективацией формы поведения, которая не зависит от индивидуального исполнителя и закрепляется в наименовании роли — ее значении. Однако значения фиксируют типовые свойства именно поведения, отодвигая на второй план свойства самих ситуаций [17]. В этом случае роль и действие в роли могут быть приняты исполнителем независимо от различных субъективных процессов, что обеспечивает возможность ее освоения. В процессе действия в роли происходит отождествление «Я» с ее объективным содержанием (значением), при исполнении роли субъект воспринимает себя в качестве деятеля, т. е. происходит присвоение социально предписанного объективного значения, которое в дальнейшем наполняется личностным смыслом.

Базовыми функциями социальной идентичности являются: принадлежность к группе;

Izvestiya of Irkutsk State Economics Academy, Известия Иркутской государственной экономической академии.

2015, vol. 25, no. 5, pp. 897-903. ISSN 1993-3541 2015. Т. 25, № 5. С. 897-903. ISSN 1993-3541

A. P. VYATKIN

чувство защищенности; самореализация и влияние на группу; устойчивые и относительно предсказуемые социальные взаимосвязи [4]. Социальная идентичность указывает на близость и различия социальной позиции человека с позициями других людей, образующих пространство социальных отношений. Успешная социальная идентичность предполагает тождество между самоидентификацией и приписываемой идентичностью. Слом или утрата значимости прежде сформированных культурных моделей неизбежно вызывают кризис социальной идентичности, который сопровождается ролевой путаницей, трудностями совмещения представлений о том, кто индивид есть на самом деле и кем он хотел бы быть [18].

Кризис самореферентности проявляется в том, что человек чувствует и понимает вынужденность расставания со своим социальным «Я», т. е. с образом самого себя, который сложился в ходе предыдущей идентификации. Утрачивается социальная значимость прежних «референтных групп», нарушаются связи индивида с «первичной группой», в которой человек участвует непосредственно, добровольно, доверительно формируя образы социального мира. Человек в такой группе свой по факту пребывания, а не по признаку групповой цели [11]. Существенно изменяется соотношение индивидуального и социального в личности, из объекта социального воздействия в условиях эволюционной социализации личность в условиях ТО становится субъектом принятия решения, и это вызывает изменение как системы ориентации в социальной действительности, так и способов прогнозирования действий. Меняются социальные роли, решаемые проблемы и образ жизни, что приводит к изменению всей системы «Я» (дезинтеграции или утрате) с последующим обретением «Я», формированием новой структуры личности [1].

Социальная роль — особое явление, в котором сходятся индивид и общество, а индивидуальное поведение превращается в социальное, она выступает динамическим аспектом статуса, как осуществление прав и обязанностей, связанных с ним, как система ожиданий со стороны общества и индивида относительно его поведения в социальном взаимодействии, как наблюдаемое поведение индивида, занимающего определенный статус. В отечественной психологии роль чаще всего определяется как социальная функция, воплощающая неразрывное единство конкретного вида деятельности. При этом, если общий способ или стандарт поведения задается

обществом, то ее конкретное индивидуальное исполнение имеет определенную личностную окраску, в чем проявляется уникальная неповторимость каждого человека [12]. Экономическая роль, как социальная функция личности, имеет следующие характеристики:

- исходит из представлений личности об экономической ситуации и общей ориентации в ней;

- предназначена для синхронизации взаимодействия участников социальной ситуации и связывает личность с этой ситуацией;

- включает набор действий по выполнению социальных норм (предписаний, требований) и ожиданий.

В овладении социальной ролью выделяется два аспекта: технический и смысловой. Первый включает восприятие сущности роли субъектом и овладение ею; второй связан с отношением человека к собственной роли, с принятием роли для себя [14]. В идеальном варианте при овладении ролью технический аспект должен соответствовать смысловому (т. е. человек, легко овладевая ролью, при этом имеет к ней положительное отношение). Могут возникать более сложные и противоречивые варианты. Например, субъект не в состоянии по какой-то причине технически освоить роль (в силу незнания правил или недостаточной подготовки), тогда он выполняет свою роль плохо, вызывая негативное отношение к себе со стороны окружающих, особенно тех, кто вполне успешно справляется с подобными функциями. Может возникнуть неприятие роли даже в том случае, когда ее техническое содержание достаточно усвоено, в этом случае индивид через роль демонстрирует некоторое пренебрежение по отношению к той или иной социальной функции, показывая, что он и его социальная роль не одно и то же. Без достаточного смыслового принятия конкретной роли ее техническое освоение лишено какой-либо перспективы социализации; в то же время глубокое принятие роли невозможно без «вживания» в ее содержание. Из практики экономического поведения известно множество случаев, когда люди, исполняя, например, роль продавца, личностно ее отвергали, и это вызывало сильное эмоциональное напряжение и заметно снижало результат деятельности, хотя технический арсенал роли был освоен достаточно. Полное овладение экономической ролью требует как ее принятия, так и технического овладения, однако уровень принятия может быть разным. Например, роль может быть использована как инструмент,

Izvestiya of Irkutsk State Economics Academy, Известия Иркутской государственной экономической академии.

2015, vol. 25, no. 5, pp. 897-903. ISSN 1993-3541 2015. Т. 25, № 5. С. 897-903. ISSN 1993-3541

GENERAL AND SOCIAL PSYCHOLOGY

своеобразное средство, направленное на достижение определенной цели, но может и сама стать целью, конечным результатом, к которому субъект стремится на протяжении длительного времени. В этом случае роль может «покорить» личность и тогда за ролью она будет не видна.

Максимальная поглощенность лишь одной ролью неблагоприятно сказывается на целостной социализации и влечет одностороннее развитие. Вероятно, есть люди, для которых подобное является нормальным, но именно овладение широким спектром экономических ролей является наиболее эффективным для социализации личности. Профессиональная социализация и карьера в самом полном и всеобщем смысле есть последовательность и комбинирование ролей, которые человек выполняет в течение жизни. Человек может осваивать и менять разные социальные роли или даже выполнять несколько ролей параллельно, действуя при этом внутренне пассивно, по определенным образцам, «как все нормальные люди», а может выступать и настоящим творцом своей жизни, полноценным субъектом социализации. В экономической социализации можно выделить не только освоение тех или иных экономических ролей, но и формирование определенных социально-экономических стереотипов, жизненного стиля, который задается сочетанием этих ролей.

Экономическая социализация может рассматриваться с позиций развития «Я-концепции» [16], в структуру которой входит ролевой компонент, обеспечивающий ее экономическую детерминацию. Важно, что экономическая социализация может рассматриваться как процесс формирования ролевой идентичности, т. е. самоопределения и самоидентификации в экономических ролях.

Углубленное исследование экономической идентичности выполнено в лаборатории экономической психологии Института психологии Российской академии наук [16]. Экономическая идентичность определяется как центральный компонент экономического самосознания, а ее проявление — как осознание человеком своей принадлежности к конкретной имущественной группе, как ингруппового подобия и межгрупповой дифференциации. Экономическая идентичность рассматривается как экономическое «Я» личности — результат определения человеком своего положения в системе экономических отношений и, прежде всего, отношений собственности. Собственность является объектом

отношений человека, его переживаний, надежд и основой формирования его экономической субъектности. Осознание человеком своего отношения к собственности есть психологическая основа формирования его экономической идентичности [16]. Экономическая идентификация происходит в процессе социально-экономической самопрезентации личности в качестве экономического субъекта, ее критерием выступает уровень материального благосостояния в континууме «богатые — бедные». Выделяется три блока показателей экономической идентичности: отношение личности к собственности; отношение к себе как к экономическому субъекту; отношение к материальным условиям жизни (удовлетворенность, субъективная значимость, качество). Названные показатели частично развиваются при разработке модели идентификации в экономических ролях, которая позволяет учитывать специфику ТО. Ключевой особенностью данной модели является определение экономического субъекта в экономических ролях как деятеля.

Экономическая роль может быть представлена в качестве единицы анализа деятельности экономического субъекта. Для обоснования данного положения необходимо обратиться к уровням установочной регуляции деятельности, выделенным А. Г. Асмоловым [3], и обозначить их соответствие определению экономической роли:

- смысловая установка соответствует характеру ситуации, восприятию ее человеком и ориентации в ней; смысловой уровень задает саму экономическую роль, например, роль потребителя, предпринимателя, работника по найму и т. д.;

- целевая установка соответствует намерениям человека в той или иной роли, формирует и поддерживает образ осознаваемого предвидимого результата и актуализирует общую готовность его достижения.

- операциональная установка отражает готовность к определенным действиям в заданной роли, направленным на достижение цели.

Таким образом, экономическая роль адекватно аккумулирует свойства субъекта и деятельности, обеспечивая связь между ними, и может быть принята в качестве единицы анализа экономической деятельности. В освоении экономических ролей человек посредством целенаправленной, автономной преобразовательной активности разрешает множественные противоречия и достигает определенного уровня экономической социализации, т. е. реализует

Izvestiya of Irkutsk State Economics Academy, Известия Иркутской государственной экономической академии.

2015, vol. 25, no. 5, pp. 897-903. ISSN 1993-3541 2015. Т. 25, № 5. С. 897-903. ISSN 1993-3541

A. P. VYATKIN

себя как экономический субъект. Кардинальное отличие процесса социализации ролей в ходе онтогенеза от сознательного выбора личностью социальной роли состоит в том, что в первом случае роль овладевает личностью, а во втором случае личность овладевает ролью, используя ее как инструмент, как средство для перестройки своего поведения в различных ситуациях [3]. Кроме того, человек участвует в экономических отношениях, неизбежно вызванных выполнением экономических ролей. По сути, это отношения людей по поводу этих деятельностей, где проявляется субъект как личность. Социально-экономические отношения являются условием развития психологических свойств личности как экономического субъекта и источником их формирования. Например, свойство «задавать себе направление самоорганизации» определено как экономическая направленность личности [8].

Экономическая роль может быть представлена и как функциональная единица социализации личности. Изначально функция социальной роли заключалась в единстве конкретного вида деятельности и способа социального поведения (в широком смысле), выработанного в данном обществе в отношении этой деятельности. Общий способ поведения задается субъекту социальной ролью, а конкретное исполнение осуществляется им посредством индивидуальных действий. Экономическая роль с социальной стороны определяет общий вид поведения (например, потребление, производство, распределение), которое задается общим стандартом. Со стороны личности в рамках внешне заданного стандарта поведения может быть реализовано множество вариантов экономических действий, обусловленных личностными особенностями субъекта. В этом смысле экономическая роль становится функциональной единицей освоения личностью экономической среды и одновременно средством изменения самой личности, поскольку способствует присоединению индивидуальных черт к «фактам социума», конструированию социального пространства личности [5], «прыжку» к новому культурному значению [14].

Согласно Д. Келли, смысловое содержание роли может быть реконструировано в терминах личностных конструктов. Личностный смысл несет и сохраняет неповторимость личности, ее индивидуальность, а часть «Я», объективированная в значении, составляет социальное «Я» как эффект социализации. Неблагоприятным последствием этого для личности является

то, что социальное «Я» субъективно воспринимается как отличающееся от целостного «Я» и даже противостоящее ему, это создает возможность «внутренней беседы» между ними, что позволяет социальному миру и в дальнейшем интернализоваться в индивидуальном сознании, тем самым обеспечивая экстенсивный процесс социализации. Предвидение поведения другого человека, обеспечивающее согласование действий как результата социализации, достигается только путем эффективного принятия его роли (т. е. проникновением в «его душу») с учетом переживаний, его собственного определения ситуации и своего места в ней. Согласование через взаимное принятие ролей (т. е. взаимопроникновение «картин мира») позволяет каждому участнику понимать точку зрения другого [17].

Ранее возможность раскрытия смыслового содержания экономической роли посредством личностных конструктов (личностного реконструирования) уже была обоснована [9]. В соответствии с теорией личностных конструктов Д. Келли, человек не просто реагирует на стимулы и усваивает информацию извне, являясь лишь «каналом переработки информации с ограниченной пропускной способностью», а выдвигает и обосновывает гипотезы, проверяет их на практике, строит свою маленькую «теорию мира» и теорию человеческих отношений; он не выступает жертвой неподвластных ему обстоятельств и «проводником» иррациональных влечений, лишающих его личной ответственности, а, видя цель, пытается предсказывать и контролировать события и свое поведение, учитывая последствия своих действий. В процессе личностного конструирования экономических ролей человек применяет сформированные ранее личностные конструкты к новым (экономическим) требованиям. Точкой отсчета в определении идентичности может быть представление о той или иной экономической роли; степень согласованности этих представлений (взаимосвязанности или автономности) соответствует общей степени социализации в экономических ролях. В качестве критерия идентификации в конкретной экономической роли (предприниматель, собственник, инвестор и т. д.). может быть принято сходство/различие представления о роли с образом идеального и реального «Я» на основании личностных конструктов. Данный прием использовался при исследовании диссонанса рыночных и этических представлений [8]. Сходство идеального «Я» и конкретной

Izvestiya of Irkutsk State Economics Academy, Известия Иркутской государственной экономической академии.

2015, vol. 25, no. 5, pp. 897-903. ISSN 1993-3541 2015. Т. 25, № 5. С. 897-903. ISSN 1993-3541

GENERAL AND SOCIAL PSYCHOLOGY

роли на основании личностных конструктов отражает степень личностного принятия этой роли, т. е. смыслового уподобления ей; сходство реального «Я» и той же роли отражает степень ее тождественности, которая характеризует техническое овладение ролью.

Таким образом, можно считать обоснованным психологический механизм личностного конструирования экономических ролей в условиях ТО, однако предстоит провести эмпирическую проверку эффективности предложенного механизма.

Список использованной литературы

1. Абульханова К.А. Мировоззренческий смысл и научное значение категории субъекта / К. А. Абульханова // Российский менталитет: вопросы психологической теории и практики. — М. : Ин-т психологии РАН, 1997. — С. 56-74.

2. Андреева Г. М. Трудности социального познания: «образ мира» или реальный мир? / Г. М. Андреева // Социальная психология в современном мире / под ред. Г. М. Андреевой, А. И. Донцовой. — М. : Аспект Пресс, 2002. — С. 182-203.

3. Асмолов А. Г. Психология личности: принципы общепсихологического анализа / А. Г. Асмолов. — М. : Смысл, 2001. — 255 с.

4. Бауман З. От паломника к туристу / З. Бауман // Социологический журнал. — 1995. — № 4. — С. 34-45.

5. Белинская Е. П. Конструирование идентификационных структур личности в ситуации неопределенности / Е. П. Белинская // Трансформация идентификационных структур в современной России / под ред. Т. Г. Стефаненко. — М. : Моск. обществ. науч. фонд (МОНФ), 2001. — С. 30-53. — (Сер. «Научные доклады». Вып. 130).

6. Божович Л. И. Личность и ее формирование в детском возрасте / Л. И. Божович. — М. : Просвещение, 1968. — 245 с.

7. Братусь Б. С. К проблеме нравственного сознания в культуре уходящего века / Б. С. Братусь // Вопросы психологии. — 1993. — № 1. — С. 6-15.

8. Вяткин А. П. Диссонанс рыночных и этических представлений молодежи в процессе экономической социализации / А. П. Вяткин // Вестник Университета (Государственный университет управления). — 2008. — № 10. — С. 66-74.

9. Вяткин А. П. Система личностных конструктов как средство адаптации в условиях экономической неопределенности / А. П. Вяткин // Человек в условиях неопределенности : сб. материалов Всерос. конф., 18-19 мая 2006 г. — Новосибирск : Новосиб. гос. ун-т, 2006. — С. 164-177.

10. Китова Д. А. Материальное самообеспечение личности в изменяющихся социально-экономических условиях России : автореф. дис. ... д-ра психол. наук / Д. А. Китова. — Ставрополь, 2003. — 45 с.

11. Климов И. А. Психосоциальные механизмы возникновения кризиса идентичности / И. А. Климов // Трансформация идентификационных структур в современной России / под ред. Т. Г. Стефаненко. — М. : Моск. обществ. науч. фонд (МОНФ), 2001. — С. 54-53. — (Сер. «Научные доклады». Вып. 130).

12. Кон И. С. Психология ранней юности / И. С. Кон. — М. : Просвещение, 1989. — 287 с.

13. Корель Л. В. Социология адаптации: этюды апологии / Л. В. Корель. — Новосибирск : Наука, 2005. — 423 с.

14. Леонтьев Д. А. Поиск смысла в новом тысячелетии / Д. А. Леонтьев // Психологический журнал. — 2001. — № 1. — С. 18-29.

15. Тишкова М. В. Культура современного экономического мышления : автореф. дис. ... канд. филос. наук / М. В. Тишкова. — Ростов н/Д., 2004. — 32 с.

16. Хащенко В. А. Экономическая идентичность личности: психологические детерминанты формирования / В. А. Хащенко // Психологический журнал. — 2004. — Т. 25, № 1. — С. 32-49.

17. Шибутани Т. Социальная психология / Т. Шибутани. — Ростов н/Д., Феникс, 1998. — 539 с.

18. Эриксон Э. Идентичность: юность и кризис : пер. с англ. / Э. Эриксон. — М. : Прогресс, 1996. — 335 с.

References

1. Abul'khanova K. A. Ideological sense and scientific importance of the subject category. Rossiiskii mentalitet: voprosy psikhologicheskoi teorii i praktiki [the Russian mentality: issues of psychological theory and practice]. Moscow, Institute of Psychology of the Russian Academy of Sciences Publ., 1997, pp. 56-74. (In Russian).

2. Andreeva G. M. The difficulties of social cognition: is it «the image of the world» or the real world? In Andreeva G. M., Dontsova A. I. (eds). Sotsial'naya psikhologiya v sovremennom mire [Social psychology in the modern world. Moscow, Aspekt Press Publ., 2002, pp. 182-203. (In Russian).

3. Asmolov A. G. Psikhologiya lichnosti: Printsipy obshchepsikhologicheskogo analiza [Personality Psychology: Principles of general psychological analysis]. Moscow, Smysl Publ., 2001. 255 p.

4. Bauman Z. Ot palomnika k turisrty [From pilgrim to tourist]. Sotsiologicheskii zhurnal = Sociological Journals, 1995, no. 4, pp. 133-154. (In Russian).

5. Belinskaya E. P. Constructing personality identification structures in the situation of uncertainty. In Stefanenko T. G. (ed.). Transformatsiya identifikatsionnykh struktur v sovremennoi Rossii [Transformation of identity structures in modern Russia]. Moscow, Moscow Public Science Foundation Publ., 2001, pp. 30-53. (In Russian).

6. Bozhovich L. I. Lichnost' i ee formirovanie v detskom vozraste [Personality and its formation in childhood]. Moscow, Prosveshchenie Publ., 1968. 245 p.

Izvestiya of Irkutsk State Economics Academy, Известия Иркутской государственной экономической академии.

2015, vol. 25, no. 5, pp. 897-903. ISSN 1993-3541 2015. Т. 25, № 5. С. 897-903. ISSN 1993-3541

A. P. VYATKIN

7. Bratus' B. S. To the problem of moral consciousness in the culture of the past century. Voprosy psikhologii = Questions of psychology, 1993, no. 1, pp. 6-15. (In Russian).

8. Vyatkin A. P. The dissonance of market and ethical ideas of young people in the process of economic socialization. Vestnik Universiteta (Gosudarstvennyi universitet upravleniya) = University Bulletin (State University of Management), 2008, no. 10, pp. 66-74. (In Russian).

9. Vyatkin A. P. The system of personal constructs as a means of adaptation to the conditions of economic uncertainty. Chelovek v usloviyakh neopredelennosti. Sbornik materialov Vserossiiskoi konferentsii, 18—19 maya 2006 g. [The person under uncertainty. The collection of materials of All-Russian Conference, May 18-19, 2006]. Novosibirsk State University Publ., 2006, pp. 164-177. (In Russian).

10. Kitova D. A. Material'noe samoobespechenie lichnosti v izmenyayushchikhsya sotsial'no-ekonomicheskikh usloviyakh Rossii. Aftoref. Kand. Diss. [Individual's financial self-reliance in the changing socio-economic conditions of Russia. Doct. Diss. Thesis]. Stavropol', 2003. 45 p.

11. Klimov I. A. Psychosocial mechanisms of identity crisis. In Stefanenko T. G. (ed.). Transformatsiya identifikatsionnykh struktur v sovremennoi Rossii [Transformation of identity structures in modern Russia]. Moscow, Moscow Public Science Foundation Publ., 2001, pp. 54-53. (In Russian).

12. Kon I. S. Psikhologiya rannei yunosti [Early adolescence psychology]. Moscow, Prosveshchenie Publ., 1989. 287 p.

13. Korel' L. V. Sotsiologiya adaptatsii: etyudy apologii [Sociology of Adaptation: Etudes of Apology]. Novosibirsk, Nauka Publ., 2005. 423 p.

14. Леонтьев Д. А. Seeking the meaning in the new millennium. Psikhologicheskiy zhurnal = Psychology journal, 2001, no. 1, pp. 18-29. (In Russian).

15. Tishkova M. V. Kul'tura sovremennogo ekonomicheskogo myshleniya. Aftoref. Kand. Diss. [The culture of modern economic thinking. Cand. Diss. Thesis]. Rostov-on-Don, 2004. 32 p.

16. Khashchenko V. A. Economic identity of a person: psychological determinants of formation. Psikhologicheskiy zhurnal = Psychology journal, 2004, vol. 25, no. 1, pp. 32-49. (In Russian).

17. Shibutani T. Sotsial'naya psikhologiya [Social Psychology]. Rostov-on-Don, Feniks Publ., 1998. 539 p.

18. Erikson E. IDENTITY youth and crisis. New York, W.W. Norton & Company o Inc., 1961. (Russ. ed.: Erikson E. Iden-tichnost': yunost' i krizis. Moscow, Progress Publ., 1996. 335 p.).

Информация об авторе Вяткин Александр Павлович — доктор психологических наук, заведующий кафедрой социальной и экономической психологии, Байкальский государственный университет экономики и права, 664003, г. Иркутск, ул. Ленина, 11, e-mail: vyat51@yandex.ru.

Библиографическое описание статьи Вяткин А. П. Личное конструирование как механизм экономической социализации в транзитивном обществе / А. П. Вяткин // Известия Иркутской государственной экономической академии. — 2015. — Т. 25, № 5. — С. 897-903. — DOI : 10.17150/1993-3541.2015.25(5).897-903.

Author

Alexander P. Vyatkin — Doctor habil. (Psychology), Chair, Department of Social And Economic Psychology, Baikal State University of Economics and Law, 11 Lenin St., 664003, Irkutsk, Russian Federation, e-mail: vyat51@yandex.ru.

Reference to article Vyatkin A. P. Private construction as a mechanism of economic socialization in the transitive society. Izvestiya Irkutskoy gosudarstvennoy ekonomicheskoy aka-demii = Izvestiya of Irkutsk State Economics Academy, 2015, vol. 25, no. 5, pp. 897-903. DOI: 10.17150/1993-3541.2015.25(5).897-903. (In Russian).