Рейтинг QS разобрали на цитаты

"Ъ" выяснил, почему российские университеты сдали позиции в очередном рейтинге вузов компании Quacquarelli Symonds (QS). Как оказалось, в этом году авторы рейтинга серьезно изменили механизм его формирования: перестали учитывать научные статьи с большим количеством авторов и ввели отдельные коэффициенты цитируемости для всех отраслей науки, создав в итоге преференции для гуманитариев. Эти изменения серьезно ударили по ведущим российским вузам, которые откатились на позиции двух-трехлетней давности.

Компания QS представила результаты своего ежегодного рейтинга вузов QS World University Rankings 16 сентября. Они оказались совершенно неожиданными для российских вузов, которые привыкли каждый год подниматься на значительное количество ступенек. Но в этом году ситуация резко изменилась: семь вузов поднялись в рейтинге, шесть не изменили положения, а восемь — серьезно сдали позиции. Так, СПбГУ скатился с 233-го места на 256-е, МИФИ из раздела "481-490" перешел в "501-550", а РУДН с "471-480" упал на "601-650".

Согласно указу Владимира Путина, не менее пяти вузов РФ должны к 2020 году войти в топ-100 одного из трех мировых образовательных рейтингов: Шанхайского, QS или Times Higher Education. В проекте, на который из бюджета выделено 54 млрд руб., участвуют 14 вузов, среди которых МФТИ, МИФИ, МИСиС, Высшая школа экономики (ВШЭ). Большинство из них показывали в последние годы уверенную динамику именно в рейтинге QS. Теперь часть из них откатились фактически к стартовым позициям.

Как оказалось, авторы рейтинга в этом году внесли в механизм его разработки два серьезных изменения. Прежде всего, QS перестали учитывать научные статьи с более чем десятью соавторами. "Сейчас у QS и Times Higher Education схожий подход к оценке научных публикаций с несколькими авторами. Если у статьи три соавтора из разных вузов, каждый университет получает за нее по одному очку,— рассказал "Ъ" начальник аналитического отдела управления академической экспертизы ВШЭ Иван Стерлигов.— Но если у статьи, условно говоря, один автор из MIT и девяносто девять из Гарварда, то оба вуза также получают равное количество очков". По его словам, такой подход не учитывает реального вклада авторов и может привести к серьезным искажениям при оценке уровня вузов. "И это достаточно распространенная ситуация для ряда научных направлений,— говорит господин Стерлигов.— Например, в физике высоких энергий, где происходят масштабные эксперименты, может быть несколько тысяч соавторов статьи. Эти искажения рейтингов необходимо как-то минимизировать, поэтому QS ввели ограничение".

Второе изменение также касается цитируемости научных статей. Раньше QS подсчитывали ее безотносительно того, в какой области работает автор — гуманитариев и физиков оценивали одинаково. В этом году авторы решили, что это нечестно: при таком подходе 49% цитат приходится на естественно-научный сектор и медицину, на социальные науки — 6% и 1% — на гуманитарные науки и искусство. При этом студентов-гуманитариев в мире куда больше, чем "физиков". Чтобы дать ученым равные шансы, разработчики ввели систему коэффициентов для каждой области знаний — и гуманитарии оказались в выигрыше.

"Непонятно, почему QS решили, что статьи более десяти авторов должны быть исключены,— заявил "Ъ" ректор МИФИ Михаил Стриханов.— Все естественные науки включают большие коллективы ученых, все фундаментальные эксперименты выполняются международными коллективами. Для нас это решение особенно болезненно, потому что Россия исторически сильна именно в этих направлениях".

Второе изменение тоже вызывает вопросы. "Наверное, подобные коэффициенты нужны, иначе все верхние строчки займут медицинские вузы, у них выше всего цитируемость,— рассуждает господин Стриханов.— Но QS не объяснили, как именно они разрабатывали эти коэффициенты, по какому принципу понизили цитируемость одним и повысили другим". Ректор МИФИ допустил даже, что, "наверное, есть и другие причины, из-за которых такие изменения ввели так жестко и поспешно,— есть страны, которые от этих изменений только выиграли".

"Не надо считать, что авторы рейтингов готовят какой-то заговор",— заявила "Ъ" региональный директор QS по Восточной Европе и Центральной Азии Зоя Зайцева. По ее словам, изменения в методике давно назрели — рейтинг не менялся с 2007 года. "Каждый год все громче звучала голоса классических университетов, где преподают сразу много научных областей,— пояснила она.— И мы видели по рынку, в каких отраслях растет количество студентов. Поэтому было принято нелегкое решение внести изменения в составление рейтинга". По ее словам, в QS надеются, что "в ближайшие годы ситуация нормализуется, и через два-три года российские вузы снова продолжат расти в рейтинге".

Министр образования и науки России Дмитрий Ливанов призывает не делать поспешных выводов и не видит необходимости ежегодно сравнивать показатели вузов. "Важно смотреть на более широкий временной интервал, на тренды,— сказал он "Ъ". — В рейтинге QS пять лет назад были лишь 12 российских вузов. Сейчас их уже 21, то есть в целом виден серьезный прогресс". При этом министр признал, что и "наши конкуренты тоже движутся вперед, и обогнать зарубежные вузы не всегда бывает легко".

Дмитрий Песков, руководитель направления «Молодые профессионалы» в Агентстве стратегических инициатив

Когда задумывался проект «5-100», у него был абсолютно правильный и верный посыл: чтобы вывести российские вузы в мировые лидеры, надо дать им метрику, независимую от них. Но с моей точки зрения, ошибочным было представление, что этой ситуации можно достичь, просто раздав вузам дополнительное финансирование, да еще и поощряя конкуренцию за эти деньги.

Представьте большую автомобильную гонку, где участвуют «мерседесы», «форды» и «фольксвагены». А у вас есть десяток «жигулей», перед которыми поставлена цель попасть на финиш в первой сотне. Вы даете каждому водителю по 100 рублей и говорите — сделайте тюнинг фар, поменяйте выхлопную трубу или перекрасьте машину. Они это делают, но «жигули» все равно едут так же плохо. Потому что для реальных изменений надо начать со смены двигателя.

В нашем случае, двигатель вуза — это те, кто им руководит, кто преподает и кто учится. Если вы хотите сделать лучший вуз, вам нужны лучший менеджмент, лучшие преподаватели и лучшие студенты.

Но вместо того, чтобы заниматься подобными системными изменениями, вузы начали всеми способами бороться за другой критерий — количество высокоцитируемых публикаций. Раньше люди платили деньги за то, чтобы напечатать не очень хорошую статью в псевдонаучных российских журналах. Теперь этот рынок стал глобальным — и вузы платят уже за публикацию в индийских или китайских журналах. В результате некоторые российские вузы и правда получили рост количества публикаций, что отразилась на рейтингах. Но когда научные базы данных вычистили эти журналы, то и рейтинги обратно упали.

Было абсолютно понятно с самого начала, что вузы мира будут подстраиваться под критерии рейтингов. И если рейтинговые агентства хотят сохранить авторитет, они обязаны ежегодно вносить изменения. Как «Яндекс» и «Гугл», которые борются с накрутчиками сайтов. Поэтому вузам важнее бороться за улучшение базовых фундаментальных факторов, а не надеяться на сиюминутные формальные требования по количеству публикаций.