Психодинамика гештальта открытой и скрытой агрессии в структуре личностного роста

ПСИХОДИНАМИКА ГЕШТАЛЬТА ОТКРЫТОЙ И СКРЫТОЙ АГРЕССИИ В СТРУКТУРЕ ЛИЧНОСТНОГО РОСТА

Д. В. Сочивко

Аннотация: в статье рассматриваются вопросы различных форм проявления агрессии с точки зрения ее ориентации в структуре субъективного времени. Показана зависимость проявлений агрессии от уровня развития личности и личностного роста.

Ключевые слова: психодинамика, катектическая агрессия, катартическая агрессия, базовая тревожность, уровень развития личности, личностный рост.

Summary: the article deals with the various forms of aggression in terms of its orientation in the structure of subjective time. The dependence of the aggression on the level of personal development and personal growth.

Keywords: psychodynamics, katek-tic aggression katartic aggression, basic anxiety, level of personal development, personal growth.

В настоящей статье мы предполагаем рассмотреть зарождение и проявление агрессии в психологической структуре субъективного времени на разных витках его внутренней психодинамики. Ранее нами была показана содержательная связь того или иного перехода компонентов субъективного времени (прошлого, настоящего и будущего) друг в друга с основными психотерапевтическими изменениями состояния человека, а именно катексиса, катарсиса и базовой тревоги [4]. Воспроизведем логику взаимосвязи внутренней психодинамики базовых психических состояний

(эмоции, воля, познание), порождаемых взаимодействием внутренних и внешних планов поведения, со взаимопереходами компонентов субъективного времени. С психотерапевтической точки зрения мы получим специфический цикл контакта гештальт-терапии. Ранее мы уже писали о том [4], что существует большое количество различающихся описаний цикла контакта [1]. Более того, как принято считать, каждый практикующий психотерапевт ориентируется на какой-то свой, несколько уточненный. Исходя из целей нашего изложения, нам необходимо сопоставить цикл контакта с циклом субъективного времени. Как мы неоднократно показывали в других публикациях структура внутренней психодинамики психических свойств и состояний не является прямой производной линейного физического времени, а выстраивается по спирали субъективного времени, образуя циклы смены состояний [1]. При этом спираль психологического времени выглядит следующим образом (рис. 1).

Большие буквы на рисунке 1 означают прошлое (П), настоящее (Н) и будущее (Б), нижние буквенные индексы соответственно эмоции (э), познание (п) и воля (в). Верхний цифровой индекс означает следующий, второй цикл контакта. Дельта t означает разность психической активности (температуры, душевного тепла [1]) внешнего и внутреннего плана поведения (психоида [1]): dt = Твнеш. — Твнутр. На этапе преконтакта

Рис. 1. Цикл контакта в субъективном психологическом времени

Твнеш. мало, так как объект еще не опознан, еще только едва теплится в сознании (его душевное тепло, когнитивно-эмоциональная очевидность для нас малы). Нахождение объекта потребности (катексис) происходит в точке равенства душевного тепла внутреннего и внешнего плана психоида. На этапе контактирования идет активный разогрев внешнего плана, потребного объекта, его осознание, изучение, гешталь-тирование наконец, поэтому dt больше нуля. Контактирование заканчивается в психологическом будущем и перетекает в психологическое настоящее в точке катарсиса, где dt также становится равным нулю, но уже при высоких значениях душевной температуры как внешнего, так и внутреннего плана психоида. На этапе финального контакта происходит остывание внешнего плана пси-хоида. Если использовать опять же пример еды, то есть уже не хочется, но еще приятно смотреть на еду (есть глазами).

На этапе постконтакта начинает развиваться остывание и внутреннего плана психоида. Гештальт завершается и уходит в подсознание. Остывание внутреннего плана происходит достаточно медленно, но от его скорости зависит, с какой интенсивностью будет развиваться базовая тревога. Если остывание внутреннего плана запаздывает, что и бывает чаще всего, так как это и есть механизм дальнейшего развития жизнедеятельности, то между душевной температурой внутреннего и внешнего (уже остывшего) плана образуется большая отрицательная dt, что и является началом преконтакта. Собственно базовая тревога не есть преконтакт. В неопсихоанализе этот термин используется для обозначения того, что заменяет беспокойное либидо с его агрессивностью и сексуальностью. При этом не тревожность является необходимым следствием базовых инстинктов — агрессивности и сексуальности, а напротив агрес-

сивность и сексуальность выступают следствиями наличия базовой тревоги [1].

Предложенная нами схема цикла контакта, привязанного к спиралевидной структуре субъективного психологического времени, вводит три узловых точки, согласованные с общей теорией психодинамики и принципами работы волевого двигателя [5]. Это первое равенство dt равно нулю (катексис) при невысокой активности (количестве душевного тепла [5]) внешнего и внутреннего плана поведения (психоида), второе равенство dt равно нулю (катарсис) при гораздо более высоких соответствующих значениях, и, наконец, точка максимума отрицательной разницы температуры внешнего и внутреннего плана пси-хоида — точка возникновения базовой тревоги, запускающей следующий психодинамический цикл.

При развитии контакта внешнего и внутреннего плана поведения, очевидно, могут возникать какие-то сбои, сопротивления или препятствия, способствующие застреванию на той или иной стадии, что собственно и является объектом гештальт-терапии. Эти препятствия, вынужденное торможение совершения витка спирали субъективного времени и порождают агрессивное состояние, направленное на силовое решение проблемы. В соответствии с изложенным подходом можно предложить типологию открытой и скрытой агрессии по ступеням развития контакта в субъективном психологическом времени. Получаем три основных психодинамических типа агрессии:

• катектическая агрессия;

• катартическая агрессия;

• базовая (тревожная) агрессия.

Катектическая агрессия развивается при нарушениях нахождения объекта, соответствующего потребности (катек-сиса). Этот тип агрессии характерен для менее зрелых личностей и часто встречается в период подросткового кризиса. Юноша еще не умеет выбирать. Например, естественное отсутствие социальных навыков поведения не позволяет адекватно выстроить общение с представителями другого пола, а природа уже требует таких отношений хотя бы и в поверхностной форме. Это может порождать агрессию против всех более удачливых друзей и подруг, против взрослых с их неуклюжими советами и вопросами. А при определенных недостатках воспитания в семье развивается инфантилизм личности, который становится все более агрессивным вплоть до развития маниакальных криминальных форм проявления агрессии. Это катектическая агрессия преконтакта, хорошо соответствующая первому «русскому» вопросу «что делать?». Понятно, что эта форма агрессии распространяется на любые выборы: жизненного пути, продолжения учебы, профессионализации, идеологической ориентации и т. д. Однако чаще, конечно, носит гораздо более простые формы (например, при наличии некоторой суммы в кармане и оказавшись перед выбором, что себе купить красивую куртку или теплое пальто, некоторые молодые люди могут доходить до бешенства, возвращаясь домой так ничего и не купив). Вторая форма катек-тической агрессии — агрессия начала контактирования, которое может не понравиться по типу «опять не то». Поведение в целом превращается в агрессивное метание от одного к другому. Любой совершенный выбор вызывает озлобле-

ние. Юноша/девушка (или взрослый ин-фантил) начинают агрессировать против более уверенных в себе и успешных товарищей, против советчиков взрослых, в крайних формах может приводить, например, к развитию мании бродяжничества или вступлению в какие-то тоталитарные сектантские организации, где агрессию можно с кем-то разделить. Подобное поведение хорошо соответствует второму «русскому» вопросу — «кто виноват?».

Эти два подтипа катектической агрессии различаются по соотношению открытой и скрытой агрессии и могут иметь различные формы, которых (с позиций психодинамического подхода) как минимум четыре.

1. Агрессия может скрываться от самого себя, то есть подавляться и не осознаваться, при этом она хорошо заметна (открыта) окружающим.

2. Агрессия может осознаваться и тщательно скрываться от окружающих (иногда превращаясь в косвенную агрессию, когда вред наносится объекту агрессии через манипулирование другими людьми).

3. Агрессия может быть осознаваемой и открытой. В предельной форме это можно наблюдать на психотерапевтических гештальт-сессиях.

4. Неосознаваемая и скрытая агрессия — этот случай более всего соответствует тяжким насильственным преступлениям, совершенным под прикрытием массовых акций и по неосторожности [6], о чем мы отдельно будем говорить ниже. Этот тип агрессии основан на переходе субъективного времени на новый виток, то есть базовой тревожности.

Катектическая агрессия преконтакта чаще всего соответствует первому типу

соотношения открытой и скрытой агрессии, а катетическая агрессия контактирования — второму типу. В этом случае человек осознает свое неприятие других, но позиционирует себя как «я не такой, как все», и устраняется от взаимодействия с окружением с достаточно хорошо осознаваемой обидой на весь мир, или как минимум на всех соотечественников, которые, по его мнению, и не дают ему самореализоваться.

Третий тип соотношения открытой и скрытой агрессии соответствует как раз личностному росту при определенном уровне личностного развития и самоконтроля. При недостатке этого уровня становится особо необходимым присутствие психотерапевта и его внешнего контроля.

Наконец, четвертый тип агрессии, основанный на базовой тревожности. Это состояние соответствует третьему временному переходу на новый виток, который является достаточно сложным, так как с психодинамической точки зрения является самым «холодным» по активности (количеству душевного тепла) внешнего и внутреннего плана психои-да. Катарсис уже достигнут, внутренне нет потребности к активным действиям, и внешне ничего не толкает. Именно здесь и зарождается преконтакт, иногда в форме еще одного извечного, но при этом уже зрелого государственного «русского» вопроса: «чего-то хотелось: не то конституции, не то севрю-жены с хреном...». Таким образом, базовая тревога, субъективно-временной переход на новый виток, может найти свои агрессивные проявления как в совместной социально-общественной деятельности (протесты на Болотной площади, хулиганство на Манежной), так

как на этом «холодном» витке обычно ищут энергетической подпитки у других участников протеста, так и в индивидуальном проявлении различных насилий по неосторожности, которые в состоянии полного катарсиса даже не замечаются (забыть принести жизненно важное лекарство, перепутать лекарства, уронить что-то тяжелое из окна на голову, может быть и незнакомого человека, но все равно, как потом выяснится, не «нашего», жизненно мешающего, или скорее способного помешать, и т. п.). Ранее нами были получены эмпирические результаты, подтверждающие этот факт с общепсихологических позиций. Психологические профили личности осужденных за убийство по неосторожности по релевантным методикам были подобны профилям агрессивных убийц и существенно отличались от профилей личности осужденных за ненасильственные преступления [6].

Отсутствие психологической и педагогической помощи личности (независимо от возраста) может приводить к фиксации форм агрессивного поведения, которые в этом случае становятся привычными, превращаясь в некоторый динамический стереотип. Так, катектиче-ская агрессия может формировать поведение, акцентуированное по типу абулии, и делать привычной депрессию и аутоа-грессию выбора в соответствующих ситуациях, которая может превращаться и во внешнюю агрессию (особенно, если кто-то спросит, почему у тебя плохое настроение). Катартическая агрессия, когда человек вдруг не может получить того, что он выбрал и хочет, может акцентуировать психопатические импульсивные агрессивные реакции, направленные в основном вовне.

Что касается базовой тревожной агрессии здесь ситуация менее очевидна и более сложна. Мы уже говорили, что для этого типа агрессии характерна энергетическая подпитка от социума, что часто приводит к вовлечению человека в различные протестные сообщества на основе базовой тревоги по типу «что же будет с Родиной и нами». В свое время мы провели специальное исследование осужденных, примкнувших и пособствовавших террористическим организациям, что позволило установить некоторые обобщенные черты личности, акцентуированной на основе базовой тревожной агрессии [3]. Характерно, что на тревожность и страх как психологическую базу формирования личности террориста и экстремиста указывали и другие авторы с общефилософских позиций. Так, А. Мелихов писал в Литературной газете: «Страх ничтожности — вот сокрытый двигатель современного терроризма ... Современный террорист борется не за почетное место в том или ином социуме, но за почетное место в мироздании. Точнее, за воображаемую картину мира, в которой он не ощущал бы своей мизерности и мимолетности» [2]. В этом интуитивном наблюдении автора ясно видно не только проявление базовой тревожности, но торможение перехода на новый виток субъективного времени в психическом устройстве жизнедеятельности. Обратимся теперь к краткому описанию тех личностных черт, которые, как мы полагаем представить в этой статье, характеризуют базовую тревожную агрессию в целом, а не только тот контингент (примкнувших к террористическим организациям), который мы исследовали эмпирически.

Первое, на что, как следует из наших результатов [3], необходимо указать, это крайняя внутренняя противоречивость личности с акцентуированной базовой тревожной агрессией, которая проявляется буквально во всем. Это человек, который внутренне никогда не находится в мире с самим собой и окружением. Если он гордится своей национальностью, то одновременно находится в войне с собственным народом. Пытаясь объяснить свое поведение религиозной догматикой, он самым грубым и греховным образом нарушает ее основы. Если он считает себя борцом за социальную справедливость, то одновременно позиционирует себя против общества. Все это могло бы показаться достаточно банальным, но в контексте этой статьи смысл данных утверждений в том, что нам удалось эмпирически продемонстрировать, как эта противоречивость определяет весь социально-психологический облик личности террориста. Уже не таким тривиальным является факт, что террорист в среднем лучше образован, чем обычный преступник, но при этом категорически не хочет повышать уровень образования. Имея специальность и возможность трудиться, он также категорически отказывается это делать. Переход на новый виток субъективного времени в организации жизнедеятельности категорически блокирован. Это приводит и к увеличению дистанции в межличностном общении. Человек с акцентуированной базовой тревожной агрессией все более замыкается в себе.

Отсюда и вторая обобщенная черта личности с акцентуированной базовой тревожной агрессией — это внутренний запрет на социально ожидаемые фор-

мы общения и деятельности, который представляет собой оборотную сторону внутренней противоречивости личности и может быть назван психосоциальной изолированностью.

Так, по нашим данным [3], поведение террориста в местах лишения свободы наталкивает на мысль о существовании сложного неосознаваемого психодинамического механизма сохранения этих двух составляющих.

Третья обобщенная черта личности террориста — это его так сказать принципиальная десоциализирован-ность. Например, если обычный преступник десоциализирован в обществе, то тюрьма ему—«дом родной» или даже что-то вроде «университета преступной жизни». Террорист десоциализирован везде, что говорит о существенной акцентуации базовой тревожной агрессивности.

Таким образом, предложенная психодинамическая типология агрессивности, в каждом своем типе предполагающая некоторое специфическое сочетание открытой и скрытой агрессии, на наш взгляд, охватывает и позволяет психотерапевтически проанализировать с гештальт-позиций большинство видов агрессивного поведения. Кроме того, непосредственная связь типологии с разработанным нами ранее для гештальт-терапии циклом контакта, базирующимся на специфике субъективного психологического времени, существенно облегчает организацию и проведение психотерапии в случае возникновения необходимости.

Литература

1. Гингер С. Гештальт: искусство контакта. — М., 2002.

2. Мелихов А. Чего хочет террорист // Лит. газ. — 2007. — № 30.

3. Подсознание личности террориста / Д.В. Со-чивко [и др.]. — М.: ПерСэ, 2006. — 250 с.

4. Сочивко Д.В. Психодинамика. — М.: МПСИ, 2007.

5. Сочивко Д.В. Психодинамическая модель «эмоционально-волевого двигателя» в человеческом поведении // Математическая психология: школа В.Ю. Крылова. — М.: ИПРАН, 2010.

6. Сочивко Д.В., Щелкушкина Е.А. Психодинамика личности осужденных за убийства // Прикладная юридическая психология. — 2010. — № 1.

АДАПТАЦИЯ МЕТОДИК В ИССЛЕДОВАНИИ СУБЪЕКТИВНОГО КАЧЕСТВА ЖИЗНИ ЛЮДЕЙ, РАБОТАЮЩИХ ВАХТОВЫМ МЕТОДОМ

Г. М. Головина, Т. Н.Савченко

Аннотация: работа направлена на изучение субъективного качества жизни лиц, работающих вахтовым методом на Крайнем Севере. Описана адаптация методик определения типов принятия себя и социальной устроенности с помощью данных, полученных в исследовании.

Ключевые слова: субъективное качество жизни, удовлетворенность жизнью, динамическая психодиагностика, принятие себя личностью, социальная устроенность.

Summary: the work is focused on the study of subjective quality of life of people working in shifts in the Far North. Describes the adaptation of methods for determining types of self-acceptance and social arranged with the help of the data obtained in the study.

Keywords: subjective quality of life, life satisfaction, dynamic psycho-diagnostics, acceptance of ourselves as individuals, social dispensation.

Качество жизни россиян является важным направлением исследований. Авторы продолжают исследования

в области субъективного качества жизни (Г.М. Головина, Т.Н. Савченко, 2004; Т.Н. Савченко, Г.М. Головина, 2006; Т.Н. Савченко, Г.М. Головина, Д.В. Сочивко, 2012). Наше исследование направлено на изучение субъективного качества жизни лиц, работающих вахтовым методом на Крайнем Севере (местных жителей и мигрирующих на удаленное место жительства).

Вахтовый метод — это выполнение работ силами мобильных подразделений (вахтовиков) с регулярным выездом трудовых коллективов на объекты, удаленные от места постоянного жительства работников, когда ежедневные поездки экономически нецелесообразны. Например, когда работники приезжают из базовых городов, обеспечивая непрерывность процесса добычи газа.

Выявлены неблагоприятные факторы, воздействующие на вахтовиков и членов их семей (А.Н. Силин, 2010). Во время длительного пребывания в экстремальных условиях, при многократных монотонных стрессогенных воздействиях и эмоциональном перенапряжении у работника начинает снижаться значи-