Правовед А. С. Пиголкин: масштаб личности в контексте современного развития юридической науки

ЮРИДИЧЕСКАЯ ЖИЗНЬ. ХРОНИКА

К 90-летию Института Правовед А. С. Пиголкин: масштаб личности

V/ *

в контексте современного развития юридическом науки

Пиголкин Альберт Семенович (3 октября 1931 г. — 19 ноября 2004 г.) — доктор юридических наук, профессор, академик Международной академии информатизации, заслуженный деятель науки РФ. А. С. Пиголкин — известный специалист в области теории государства и права, автор и редактор многочисленных монографических, научно-прикладных работ по этой дисциплине. Круг его научных интересов: проблемы правотворчества и систематизации законодательства, источников права, законодательной техники, применения и толкования права, правовых систем современности1.

Масштаб ученого А. С. Пиголкина как видного представителя советской и российской юриспруденции второй половины XX — начала XXI в. не может вместиться в узкие рамки биографической справки. Десятилетие, прошедшее после ухода из жизни выдающегося российского теоретика права, показало, что его несомненные заслуги перед современной юридической наукой прошли испытание временем. Альберт Семенович в силу своего научного веса и места в отечественном правоведении заслуживает более разносторонней оценки, включающей и субъективные взгляды современников, которые по степени своей приближенности к известному ученому считали его корифеем, научным наставником, руководителем коллектива единомышленников и просто коллегой.

Знакомство автора настоящего очерка с Альбертом Семеновичем состоялось в конце 1973 г. на Всесоюзной научной конференции по вопросам права и демократии в г. Звенигороде, собравшей

* При написании статьи использованы материалы, предоставленные автору К. В. Шу-бенковой и В. Ю. Тураниным.

1 Видные ученые-юристы России (вторая половина XX века): Энциклопедический словарь биографий / под ред. В. М. Сырых. М., 2006. С. 339.

очень представительный круг юристов из разных регионов страны. Молодые кандидаты наук из провинции, по сути, впервые получили возможность лицезреть тех, кто уже по праву составлял гордость и авансцену отечественной юриспруденции. Среди них выделялся высокий и улыбчивый москвич, вокруг которого всегда собирались группы участников встречи разных возрастов и «юридического веса».

А. С. Пиголкин рано стал знаменитым. Как-то раз одна из собеседниц, выказывая свою осведомленность в классиках правовой науки и юридической литературы, спросила его: «Простите, а Вы случайно не приходитесь родственником тому Пиголкину — автору монографии о правотолковании?» И в полной растерянности и смятении узнала, что ее визави и есть тот самый Пиголкин. Действительно, Альберт Семенович вошел в когорту классиков стремительно — в творческой юности, но не «застыл в бронзе», оставаясь пленником одной удачной публикации.

Профессиональная деятельность Альберта Семеновича началась в 1950-е гг., когда после окончания юридического факультета Львовского государственного университета и аспирантуры юридического факультета МГУ им. М. В. Ломоносова молодой исследователь пришел во Всесоюзный

институт юридических наук (ВИЮН). Там же в 1962 г. под руководством классика советской юриспруденции Н. Г. Александрова А. С. Пиголкин защитил кандидатскую диссертацию на тему «Нормы права и их толкование».

Именно ВИЮН, преобразованный затем во Всесоюзный научно-исследовательский институт советского законодательства (ВНИИСЗ), а позже — в Институт законодательства и сравнительного правоведения при Правительстве РФ (ИЗиСП), стал научным домом А. С. Пиголкина, где он работал младшим, затем старшим научным сотрудником, заведовал отделом теории законотворчества и систематизации законодательства. В этом отделе автору настоящей статьи посчастливилось трудиться под началом Альберта Семеновича в качестве главного научного сотрудника, а в последующие годы быть его коллегой, возглавляя отдел правовых проблем СНГ.

В 1972 г. Альберт Семенович защитил докторскую диссертацию «Теоретические проблемы правотворческой деятельности в СССР». Исследование было посвящено вопросам создания, санкционирования, изменения и отмены правовых норм, включая данные процессы в одно большое понятие «правотворчество», где сам правотворческий процесс может выступать как процедура создания права, упорядоченная система стадий деятельности по установлению, изменению или отмене правовых норм2.

Профессор А. С. Пиголкин — один из наиболее известных ученых советского периода в области теории государства и права. Он автор более 250 работ, среди которых самыми известными являются «Толкование нормативных актов» (М., 1962), «Подготовка проектов нормативных актов» (М., 1968), «Право, законность, гражданин» (М., 1976), «Правоприменение в советском государстве» (М., 1985), «Проблемы правотворчества

2 См.: Пиголкин А. С. Теоретические проблемы правотворческой деятельности в СССР: автореф. дис. ... д-ра юрид. наук. М., 1972. С. 6.

субъектов Российской Федерации» (М., 1998). Также он выступал в качестве соавтора и главного редактора монографий «Толкование нормативных актов» (М., 1962), «Подготовка проектов нормативных актов» (М., 1968), «Советское законодательство: пути перестройки» (М., 1989), «Язык закона» (М., 1990), «Российское законодательство: развитие и совершенствование» (М., 1996), «Законотворчество в Российской Федерации» (М., 2000), «Систематизация законодательства» (СПб., 2003) и др.

Его статьи публиковались во всех авторитетных периодических изданиях, таких как «Государство и право», «Законность», «Российская юстиция», «Право и экономика», «Право и жизнь», «Ваше право», «Российская газета» и др.

Научная деятельность Альберта Семеновича носила организационно-исследовательский характер, что обусловливалось спецификой работы Института, который обеспечивал экспертное сопровождение государственной и особенно правотворческой деятельности.

Так, правовая экспертиза, проводимая под руководством профессора, предполагала оценку проекта закона по всеобъемлющим показателям, в частности с точки зрения соответствия его положений нормам Конституции РФ, связи проекта с общей системой действующего законодательства РФ, соотношения проектируемых решений с договорами и соглашениями России с иностранными государствами, включая государства — участников СНГ, а также признаваемыми Российской Федерацией международно-правовыми актами; обоснованности выбора формы акта; обеспеченности проектируемых законодательных решений финансовыми, организационными и иными мерами, мерами ответственности (санкциями), поощрениями; соблюдения правил законодательной техники; соответствия положений проекта современным достижениям отечественной и правовой науки и юридической практики.

В научно-педагогической деятельности А. С. Пиголкина можно выделить несколько этапов.

Первый этап (1957—1967 гг.) — работа над исследованием сущности нормы права, нормативного акта, их понятий и признаков, основных проблем, возникающих в процессе правоприменения (например, пробельности законодательства), толкования и вступления в силу норм права.

Второй этап (1967—1990 гг.) в основном был посвящен анализу проблем создания норм права, подготовки законопроектов, планирования правотворческой деятельности, механизма и процедур правотворчества, систематизации законодательства.

На третьем этапе (1985—2004 гг.) ученый сосредоточился на исследовании особенностей правовой реформы и развития права в переходный период, проблем правовой системы в условиях глобализации, на участии в комментировании нового российского законодательства, активизировалась работа над учебной литературой по теории государства и права.

В период масштабных социальных преобразований, проходивших в России, А. С. Пиголкин продолжал работать над теми же проблемами теории государства и права, что и ранее, но уже с учетом новых реалий, изменений, произошедших как в правовом поле, так и в социально-политическом развитии общества. Его более поздние работы были посвящены вопросам правотворчества, проблемам систематизации законодательства, толкования норм права.

Ученый не раз привлекался Конституционным Судом РФ в качестве эксперта, обладающего специальными познаниями в отдельных вопросах теории и практики правового регулирования.

Значительное место в творческой деятельности профессора занимала педагогическая активность. Он осуществлял преподавательскую деятельность, читал курс лекций по теории государства и права в Академии ФСБ России, Академии МВД РФ,

Университете Академии образования и др. Учебники, написанные авторскими коллективами под руководством А. С. Пиголкина, выдержали не одно переиздание и пользуются повышенным спросом до сих пор.

По воспоминаниям коллег-преподавателей, а к их числу принадлежу и я (именно Альберт Семенович вовлек меня в процесс чтения лекций по теории государства и права в московских вузах), профессор был неординарным преподавателем, предпочитал не одностороннюю передачу правового материала, а диалог со студентами, который был направлен прежде всего на развитие юридического мышления, умения оперировать правовыми понятиями, применять полученные знания на практике. Это был, по сути, новаторский подход к преподаванию в высшей школе, ориентированный на выявление наиболее дискуссионных вопросов и осуществление критического анализа разных точек зрения советских ученых. Таким образом, не только на семинарских занятиях, но и на лекциях А. С. Пигол-кин применял именно диалогический подход к обучению3.

Альберт Семенович пользовался заслуженным авторитетом среди зарубежных коллег, его труды переводились на европейские языки; в частности, он работал советником при министре юстиции одной из социалистических стран. Неоднократно представлял отечественную юридическую науку в поездках за границу. В одной из таких поездок — в Великобританию в 1987 г. ученый возглавлял многочисленную группу, сформированную Ассоциацией советских юристов-демократов из представителей союзных республик. На волне перестроечных настроений к нам было проявлено повышенное внимание со стороны английских и шотландских законодателей, судей и адвокатов, которые, есте-

3 См.: Туранин В. Ю. Творческое наследие

профессора А. С. Пиголкина и современное российское право // Журнал российского

права. 2011. № 9. С. 99.

ственно, в общении с нами оставались на своих политико-правовых позициях. А. С. Пиголкин брал инициативу на себя и, отстаивая официальные подходы, пытался быть объективным и понятным. С учетом первых дней общения с британскими юристами профессор провел «специализацию» членов делегации, назначив каждого ответственным за определенную проблематику. Автору настоящих строк достались вопросы о различии демократии вообще и демократии социалистической и на долгие годы мне пришлось быть у Альберта Семеновича в звании «демократа».

А. С. Пиголкин занимался вопросами правотворчества, проблемами систематизации законодательства, толкования норм права, языка закона, создания отечественного Свода законов, которые по-прежнему остаются актуальными и востребованными в деятельности ИЗиСП.

Так, в работах ученых Института закономерно акцентируется внимание на проблематике информационного обеспечения правотворческой деятельности как непременного условия создания четкой системы стабильного и непротиворечивого законодательства в регионах, в свое время разрабатываемой А. С. Пиголкиным4.

Многие современные авторы обращаются к работам ученого, поддерживая его точку зрения о необходимости объективного и всестороннего информационного обеспечения, позволяющего построить более эффективный правотворческий процесс5.

Есть последователи у А. С. Пигол-кина и в отношении идеи о строгой

4 См.: Обеспечение обоснованности и законности нормативных правовых актов субъектов Федерации // Проблемы правотворчества субъектов Российской Федерации / отв. ред. А. С. Пиголкин. М., 1998. С. 77.

5 См.: Боголюбов С. А. Правотворчество в сфере экологии. М., 2010; Власенко Н. А., Грачева С. А., Рафалюк Е. Е. и др. Правовые средства противодействия коррупции: науч.-практ. пособие / отв. ред. Н. А. Власенко. М., 2013.

иерархичности законов и подзаконных актов. В частности, ряд правоведов полагают, что более правильной является позиция ученого, рассматривающего указы как подзаконные акты по смыслу ч. 3 ст. 90 Конституции РФ и считавшего, что издание президентом нормативных указов в принципе должно быть исключительным явлением в современном Российском государстве. В настоящее время, когда в России достаточно эффективно осуществляется законотворческая деятельность, объем указов Президента РФ, по сути заменяющих федеральные законы, должен сократиться6.

Не менее востребована идея ученого о том, что термин всегда однозначен, его значение не должно зависеть от контекста. Без смысловой однозначности термин не может выполнять функцию специального понятия7.

Обращаясь к особенностям регулятивных правоотношений, исследователи механизма действия права полагают, что специфические черты регулятивных правоотношений прямо зависят от того, какую из двух основных регулятивных функций права (статическую или динамическую) они выражают, каков характер поведения субъектов и в соответствии с этим на основе каких юридических норм (обязывающих или управомочивающих и запрещающих) они складываются и функционируют. Исследователи поддерживают точку зрения А. С. Пиголкина о том, что в этих случаях особенности субъективных прав зависят не от состава обязанных лиц, а от характера их поведения8.

Именно А. С. Пиголкин выделял в норме права четыре элемента. В качестве четвертого элемента ученый указывал на субъектный состав, т. е. на со-

6 См.: Правовое регулирование государственного контроля / отв. ред. А. Ф. Ноздра-чев. М., 2013.

7 См.: Язык закона / под ред. А. С. Пиголкина. М., 1990. С. 60.

8 См., например: Егорова М. А. Односторонний отказ от исполнения гражданско-правового договора. 2-е изд. М., 2010.

держащиеся в норме права положения о том, на кого распространяется предписание нормы9.

Анализируя особенности правового регулирования социальных отношений, согласимся с мнением Альберта Семеновича о том, что в социальных отношениях не все можно и нужно подвергать правовой универсализации, унификации, стандартизации, что есть пределы общечеловеческого, которые обусловливают пределы сближения, универсализации в системе социальных отношений. Выявление этих пределов, поиск правовых средств ограничения негативных последствий интеграционных процессов приобретают особую актуальность10.

Важным является и замечание профессора о том, что действия суда, тесно связанные между собой и предшествующие вынесению решения, представляют единый процесс и выделить в нем отдельные стадии, в том числе изучение обстоятельств дела, можно лишь логически, а не в смысле последовательности во времени. Это дает основание утверждать, что вынесение государственным судом итогового решения по существу дела не позволяет рассматривать упомянутые действия как самостоятельные: они составляют единый процессуальный факт вынесения государственным судом итогового решения11.

Общее представление о реализации объективного права во взаимосвязи с правом субъективным А. С. Пиголкин выразил следующим образом: реализация норм права есть процесс превращения юридических идеальных

9 См., в частности: Азми Д. М. Система права и ее строение: методологические подходы и решения. М., 2014. С. 112.

10 См.: Правовые проблемы формирования межгосударственных объединений (на примере зоны свободной торговли и таможенного союза ЕврАзЭС) / отв. ред. В. Ю. Лукьянова. М., 2013. С. 87.

11 См.: РожковаМ. А. Юридические факты

гражданского и процессуального права: соглашения о защите прав и процессуальные

соглашения. Доступ из СПС «Гарант». 2010.

моделей, отражающих нужные для господствующего класса или народа состояния, в практическую реальность, в действующую систему общественных отношений. С таким определением, как пишут исследователи, вполне можно согласиться12.

Именно Альберт Семенович впервые предложил минимальный необходимый перечень законов субъектов Федерации. Предлагаемые им предметы ведения законодательных (представительных) органов государственной власти субъектов Федерации и должны быть главными системообразующими элементами в правовом обеспечении. Это государственно-правовое строительство, финансовая и налоговая сфера, социальное развитие, аграрная сфера, экология, охрана правопорядка. Однако и сама государственная власть нуждается в правовом обеспечении своей деятельности13.

Такая обширная тематика исследований ученого говорит о его разносторонних интересах, умении выделить наиболее проблемные, узкие места теории государства и права, связать это с практикой и дать свои рекомендации, которые, как мы видим, не утратили актуальности и в настоящее время. Современные ученые все чаще обращаются ко многим концептуальным положениям профессора, разработанным в различные периоды его научно-педагогической и экспертно-консультативной деятельности.

Следует отметить, что А. С. Пигол-кин, начиная с 70-х гг. прошлого века, много ездил по стране, выступая с лекциями в организациях, учреждениях, стремился к усилению правовой грамотности населения страны, собирал эмпирический материал о действии советского законодательства и трудностях его реализации на местах. В результате он пришел к выводу о необ-

12 См.: Нарутто С. В., Смирнова В. А. Присяжные и арбитражные заседатели: теория и практика. М., 2011. С. 92.

13 См.: Пархоменко А. Г., Софрина З. Ф. Государственная власть в Российской Федерации: монография. М., 2014.

ходимости кодификации советского законодательства в новых условиях14.

Впоследствии ученый не раз обращался к данной проблеме, полагая, что российское законодательство в еще большей степени нуждается в систематизации, так как по большей части принимается бессистемно, без учета уже действующих нормативных актов, вследствие чего российское законодательство громоздко, противоречиво, ряд норм коллизионны15.

Таким образом, диапазон научных исследований А. С. Пиголкина позволяет говорить о том, что это был один из выдающихся ученых советского периода истории российского права, сумевший создать ряд теоретико-прикладных теорий, актуальных в настоящее время и используемых в исследованиях многих современных ученых, специализирующихся в теоретико-правовой области. Его можно назвать одним из ведущих ученых и в области исследования юридической техники, языка закона, кодификации и систематизации законодательства.

Общенаучные и экспертные заслуги профессора были признаны и на государственном уровне. Так, когда Московская областная дума выдвинула предложение об установлении профессионального праздника — Дня юриста, среди тех, кто внес особый вклад в развитие правового государства и гражданского общества, правовой культуры и социальной значимости юридической профессии, был отмечен и А. С. Пиголкин16.

Указом Президента РФ от 22 мая 1993 г. № 745 Альберту Семеновичу

14 См.:Пиголкин А. С., Казьмин И. Ф. Вопросы кодификации советского законодательства на современном этапе // Правоведение. 1981. № 2. С. 13—20.

15 См.: Закон: создание и толкование / под ред. А. С. Пиголкина. М., 1998. С. 98.

16 См.: Решение Мособлдумы от 27 декабря 2006 г. № 9/204 «Об обращении Московской областной Думы в Министерство юстиции Российской Федерации "Об установлении профессионального праздника — Дня юриста Российской Федерации"».

Пиголкину было присвоено почетное звание «Заслуженный деятель науки Российской Федерации». За научные заслуги он удостоен государственной награды — орденом «Знак Почета».

Современная российская юриспруденция пока недостаточно критически оценила и освоила идейное наследие советской правовой науки. Одним из наиболее наглядных примеров такого влияния на современную юриспруденцию может служить и творчество А. С. Пиголкина, к области интересов которого относились вопросы, значимость которых выходит далеко за рамки конкретного социально-экономического строя.

Исследование всего научного наследия ученого, без сомнения, позволяет говорить о масштабности его личности. Актуальность обращения к теоретико-правовым воззрениям профессора диктуется прежде всего тем, что его научная деятельность служит уникальным примером неразрывного соединения теоретических исследований с вытекающими из них практическими рекомендациями, значительная часть которых была успешно внедрена.

Осмысление научного наследия ученого исключительно важно для решения ряда серьезных задач, стоящих в настоящее время перед российской правовой системой, в числе которых необходимость совершенствования законодательства, повышение его социальной эффективности, прежде всего в части защиты прав человека, построение механизма законной и справедливой правоприменительной деятельности.

Не будучи создателем собственного оригинального учения о сущности права, А. С. Пиголкин разработал ряд теоретико-прикладных концепций, образующих в определенной степени их концептуальное единство.

Альберт Семенович одним из первых советских теоретиков права дал полное описание всего цикла юридически значимых действий, из которых складывается механизм правового регулирования. Первым его звеном, по мнению ученого, бесспорно, выступает правотворчество как основа даль-

нейшего регулятивного действия права. А. С. Пиголкин уделил немало внимания вопросу о природе правотворчества, понимая его как выражение коллективной воли, которую он отнюдь не сводил ни к определенной социальной группе, ни к классу, ни к народу. Основой правотворчества должно было быть общечеловеческое право как глобальная система, защищающая интересы и права всего человечества.

В своих исследованиях, посвященных правотворчеству, профессор отдает приоритет таким его качествам, как стабильность и системность. В числе основных проблем, поставленных и изученных автором, — наличие в законодательстве устаревших и фактически не действующих положений, излишне высокий темп правотворчества, недостаточное использование научных методов при подготовке законопроектов. А. С. Пиголкин был одним из сторонников комплексного законодательного регулирования правотворческой деятельности, с этой целью он выступал за принятие закона о нормативных правовых актах.

Ученый был последовательным сторонником создания сводов законов СССР и РСФСР, разработал их основные принципы. Он отстаивал перспективную возможность перехода к всеобщей кодификации законодательства. Теоретическая концепция всеобъемлющей систематизации законодательства остается, к сожалению, не до конца оцененным вкладом А. С. Пиголкина в развитие российской правовой доктрины.

Центральным объектом научных интересов профессора являлись и проблемы правоинтерпретационной деятельности, ее роли в процессе реализации правовых предписаний. Ученый убедительно опроверг представления о том, что при толковании права подлежит выявлению лишь воля законодателя. Взамен этого объектом толкования он предложил считать волю общественного коллектива, которая воплощена в тексте закона и вы-

ражает объективные потребности общественного развития.

Несомненной заслугой А. С. Пигол-кина стало обоснование им требований систематичности, последовательности как условий построения единообразной правоприменительной практики и реализации с ее помощью принципа законности.

Научные идеи ученого получили достойное признание в российской юридической науке, они берутся за основу последующих исследований. Сочетание нормативного подхода к праву с социологически ориентированным изучением процессов создания и практической реализации правовых норм, характерное для А. С. Пиголкина, определяет концептуальную направленность современных теоретических исследований не только российского права, но и права многих зарубежных стран.

Альберт Семенович и в последние годы жизни был полон творческой энергии, составлял планы научно-исследовательских изысканий, создавал творческие коллективы. Мы постоянно пересекались на конференциях, как общероссийских, так и международных, встречах круглого стола, защитах. За две недели до его кончины встретились как официальные оппоненты по докторской диссертации в Академии управления МВД РФ. Профессор находился в бодром состоянии, шутил, излучал оптимизм, предлагал участвовать в написании нового учебника по теории государства и права. И мы, его коллеги, запомним правоведа именно таким.

Отдавая должное памяти российского ученого, отметим, что научное наследие Альберта Семеновича Пигол-кина представляет собой уникальное явление в отечественной теоретической юриспруденции, которое в должной степени определило и ее нынешнее состояние, и дальнейшее развитие в трудах его учеников и последователей.

В. В. Оксамытный, доктор юридических наук, профессор