Роль Башкортостана в становлении российского федерализма

РОЛЬ БАШКОРТОСТАНА В СТАНОВЛЕНИИ РОССИЙСКОГО ФЕДЕРАЛИЗМА

Вопросы генезиса и становления федерализма в стране остаются актуальными и в начале XXI в. Речь идет о выборе оптимальной и жизнеспособной формы государственного устройства в полиэтничной России, в которой в силу ее геополитического, географического положения, особенностей экономического и социокультурного развития институт федерализма приживается с большим трудом. Это явление главным образом связано с тем, что федерализм в России был и остается основным определяющим фактором реализации российскими народами своего права на самоопределение. В России субъектами федерации в первую очередь выступают национальногосударственные образования, когда как в ряде государств, например, в США и Германии, — административно-территориальные единицы. В этой связи с полным основанием можно говорить об этнотерриториальном характере российского федерализма, зарождение которого относится к началу XX в., к временам революционных потрясений. Хотя, по мнению многих исследователей, Российская самодержавная империя уже имела признаки федерализма: Польша, Финляндия, Хива, Бухара имели статус на уровне автономной государственности.

Особой формой проявления признаков федерализма следует считать условия принятия 450 лет тому назад башкирами российского подданства. Здесь прежде всего имеется ввиду признание Иваном Грозным вотчинного права башкир. Царское правительство обязалось не вмешиваться во внутреннюю жизнь башкирского населения. Власть на местах была оставлена в руках башкирской знати. Оно же обещало насильно не переводить башкир в другую веру. Как видно, башкиры заключили договор с Российским государством, тем самым заложив основу договорных отношений, что является важнейшим признаком федерализма.

Проблема федерализма в России приобрела особую остроту после Февральской революции, и она была связана, прежде всего, с вопросом реализации нерусскими народами, составляющими большинство населения империи (57% к 1917 г.), права на самоопределение, создание своей государственности. Хотя еще до революционных событий депутаты Государственной Думы России из башкир с думской трибуны выступили с требованием решения политических, культурнорелигиозных, земельных проблем народа, избравшего их своими депутатами. Как сообщает З. Валиди в своих «Воспоминаниях» [1], депутат Государственной Думы III созыва Галиаскар Сырт-ланов вплотную занимался вопросами самоопределения народов.

Большой вклад в дело становления идей федерализма в России в 1917 г. внесло мощное башкирское национальное движение во главе с

А.-З. Валиди, который был последовательным сторонником федеративного устройства демократической России. Недаром журнал «Профиль» в одной из своих публикаций назвал Валиди «отцом русского федерализма» [2].

Следует отметить, что в становлении российского федерализма важнейшее место занимает I Всероссийский съезд мусульман (1—10 мая 1917 г., Москва), в работе которого приняло участие более 800 делегатов. Из башкир на этом форуме участвовало 55 делегатов, избранных в ходе уездных собраний, волостных сходов. В ходе съезда возникло будущее ядро башкирского национального движения «Бюро Союза башкирского народа», которого возглавили Заки Валиди, Сагит Мрясов, Аллабирде Ягафаров. Отстаивая принципы федеративного устройства России, Ва-лиди выступил на этом съезде за создание автономии народов Туркестана, Казахстана и Башкортостана. Идею федерализма поддержало большинство делегатов. В итоге съезд высказался за

Кулъшарипов Марат Махмутович, доктор исторических наук, профессор, декан исторического факультета Башкирского государственного университета

©Кульшарипов М.М., 2009

федеративное устройство России в такой формулировке: «Признать, что формой государственного устройства, наиболее отвечающей интересам мусульманских народов, является народная федеративная республика, основанная на территориальных автономиях» [3, с. 324].

Идеи федерализма легли в основу решений и резолюций первых башкирских съездов (курултаев) 1917 г. В повестке дня Первого Всеобщего съезда (курултая) башкир (20—27 июля 1917 г., Оренбург) центральным был вопрос о национально-территориальной автономии Башкортостана. Постановление съезда «Об основах управления государством» исходило из решения I Всероссийского мусульманского съезда о создании «демократической республики на национально-федеративных началах».

Первый курултай в своем воззвании заявил: «Мы — сторонники федерации... При федерации Россия делится на несколько частей, а каждая область имеет свой отдельный парламент: башкирские районы Южного Урала образуют одну автономную республику» [4, с. 64]. Следующий, второй областной съезд башкир (25—24 августа 1917 г., Уфа) подтвердил решения первого курултая о башкирской автономии, о федеративном устройстве демократической России.

Однако Временное правительство, хотя заявило о признании за всеми народами права на самоопределение, откладывало решение национального вопроса до Учредительного собрания. К тому же жизнь Временного правительства оказалась недолговечной: в октябре 1917 г. большевики захватили власть и провозгласили право наций на самоопределение вплоть до государственного отделения. Лидеры башкирского движения во главе с 3. Валиди проявили настороженный подход к большевистской «Декларации прав народов России», что нашло свое отражение в Приказе (Фармане) №1 от 11 ноября 1917 г., в основе которого лежала идея нейтралитета, идея защиты интересов башкир своими, собственными силами [5, с. 181—185].

После Октябрьской революции 15 ноября в г. Оренбург, захваченном атаманом Дутовым, руководящий орган башкирского национального движения — областное шуро (совет) — приняло постановление о провозглашении автономии Башкортостана. В этом документе в общих чертах были обозначены полномочия властных структур автономии и федеральной власти. Дела, свя-

занные с выборами в Учредительное собрание, войсками и содержанием семей мобилизованных, телеграфом, железными дорогами, банками, страховыми вопросами и косвенными налогами, должны были оставаться в ведении «существующих государственных учреждений». В ведение «башкирских организаций» должны были перейти: надзор за общественным спокойствием, земские государственные, земельные и мирские сборы и расходование их; суд, управление земельными, лесными, водными и путейскими делами, милиция, народное просвещение и продовольственные дела [5, с. 190—191].

В более развернутой форме принципы федерализма, как их представляли лидеры башкирского движения, были изложены в решениях III Учредительного съезда башкир (8—20 декабря 1917 г., Оренбург), утвердившего автономию Башкортостана, провозглашенную 15 ноября 1917 г. На этом съезде была принята специальная резолюция «Об общероссийской федерации и отношение Башкортостана к этой федерации». В ней говорилось, что «Российская республика состоит из союза (федерации) автономных национальностей и окраин. Башкортостан входит в состав России как один из национально-территориальных штатов» [5, с. 202]. Интересно и то, что решение башкирского съезда об автономии подлежало конституционно-законодательному утверждению и закреплению со стороны общероссийского центра. Дело в том, что лидеры башкирского национального движения, разрабатывая положение о федеративном устройстве России, предполагали не полный (государственный), а относительный суверенитет Башкортостана в составе суверенного Российского государства.

Однако башкирскому правительству, образованному на III Учредительном съезде башкир, тогда не удалось добиться признания автономии Башкортостана со стороны центрального большевистского правительства. Дело в том, что 17 февраля 1918 г. оренбургские большевики арестовали членов башкирского правительства, обвинив их в контрреволюционной деятельности. В итоге с начала июня 1918 г. башкирское движение оказалось в лагере белых. Был сформирован башкирский белый корпус, который до февраля 1919 г. сражался против красных, защищая свою автономию, отвергнутую большевиками.

Известно, что к концу 1918 г. в связи с колчаковским переворотом 18 ноября стало ясно,

что бывшие шовинистически настроенные царские генералы не были склонны признавать Башкирскую автономию. Адмирал А.В. Колчак, объявив тогда себя «верховным правителем России», дал приказ о расформировании башкирских частей, о роспуске Башкирского правительства. В этих условиях лидеры башкирского движения стали склоняться к мысли о переходе на сторону красных при признании советским правительством автономии Башкортостана. 18 февраля 1919 г. было принято решение об окончательном переходе Башкирского белого корпуса и правительства на сторону Красной Армии и советской власти.

20 марта 1919 г. советское правительство, учитывая наличие уже провозглашенной автономии, силу и мощь башкирского движения, опирающегося на собственные вооруженные силы, заключило официальное Соглашение с белым башкирским правительством о признании Башкирской автономной республики [6, с. 227—231]. Данное Соглашение давало большие права автономной республике, вплоть до признания существования собственной армии. Но большевики этот свой шаг восприняли как тактический маневр. Однако они глубоко ошибались, считая движение башкир верхушечным и что оно не связано с самим народом и ведется в интересах кучки башкирских националистов, выходцев из байско-кулацкой верхушки. Председатель ВЦИК М.И. Калинин, выступая 20 сентября 1919 г. на закрытом заседании Оренбургского губкома партии, так наставлял местных большевиков: «Автономия Башкортостана — буфы (буфф — французское слово, означающее комическое представление) для восточных народов. Мы башкирам не верим, гоним их солдат под Питер... нам надо играть в их автономию, повсюду пролезать к ним и коммунизмом парализовать корни национализма и остальные вредные стороны автономии» [7, с. 106]. Исходя из подобного подхода к башкирскому движению, ЦИК и СНК РСФСР в мае 1920 г. подписали декрет об ограничении прав Башкирской автономии, вслед за которым началось преследование лидеров башкирского движения. В ответ этому декрету в Башкирской республике в мае 1920 г. вспыхнуло повстанческое движение, продолжавшееся до конца 1921 г. В ходе жестокого подавления этого восстания погибли тысячи и тысячи башкир. Несмотря на эти жерт-

вы, башкирский народ сумел сохранить свою, хотя и усеченную, республику.

Очевидно то, что сегодняшние унитаристы тоже явно заблуждаются, вообразив, что республика существует лишь благодаря политическим амбициям и экономическим интересам узкого круга, по их определению, этнократов. Принятие 11 октября 1990 г. Декларации о государственном суверенитете Башкирской Советской Социалистической Республики было связано, прежде всего, волеизъявлением не только всего башкирского народа, но и других народов Башкортостана, заинтересованных в его самостоятельности, что в дальнейшем действительно обеспечило бурное экономическое развитие республики. В соответствии с этой Декларацией многие промышленные объекты перешли под юрисдикцию республики, и это открыло широкие возможности для решения социальных проблем, прежде всего, подъема уровня жизни народа.

К сожалению, в последние годы сложившееся в России в 90-х гг. XX в. федеративное устройство подвергается существенным изменениям. Яркий показатель тому — внесение изменений и дополнений в Конституцию Республики Башкортостан 1993 г., из которой были изъяты существенные положения о праве башкирского народа на самоопределение, о суверенитете и самостоятельности РБ как субъекта обновленной РФ. Земля, недра, природные богатства и другие ресурсы РБ перестали быть достоянием (собственностью) ее многонационального народа [8, с. 233— 265; 9, с. 51—97]. Новая редакция Конституции РБ 2002 г. в целом носит усеченный характер и не в полной мере защищает политические и экономические интересы республики и ее многонационального народа. В последнее время федеральный центр фактически переложил выполнение многих социальных обязательств перед гражданами субъекта на республику, не подкрепив их соответствующими финансами. Происходит изменения межбюджетных отношений и налоговой системы в пользу центра.

Антиконституционным является, по существу, изъятие Министерством образования РФ из учебных программ национально-регионального компонента. Аналогичное изменение зафиксировано в проекте ГОС ВПО (Государственного стандарта Высшего профессионального образования) нового поколения. Подобная политика противоречит ряду статей Конституции РФ. Например, ста-

тья 26 (§ 2) Конституции РФ гласит: «Каждый имеет право на пользование родным языком, на свободный выбор языка общения, воспитания, обучения и творчества» [10]. По статье 68 (§ 3) Основного закона, «РФ гарантирует всем ее народам право на сохранение родного языка, создание условий для его изучения и развития» [10].

В послании Президента РФ Д.А. Медведева Федеральному Собранию сформулирован важный фактор, способный, по его мнению, серьезно упрочить федерацию, — это поддержка национальных традиций и культур народов России. Он справедливо считает это не только условием укрепления федеративных основ, но и условием согласия в нашем обществе [11, с. 38]. Получается, что эти благие пожелания Президента РФ не находят реального воплощения в жизнь, т.е. налицо расхождение слова с делом. Отсутствие регионально-национального компонента в учебных программах как школ, так и вузов означает прекращение изучения учащимися и студентами национальных республик родного языка, истории, духовной и материальной культуры и традиций своих народов.

Президент РФ, как гарант Основного закона страны, должен, на наш взгляд, приостановить подобные шаги Министерства образования РФ, противоречащие как статьям Конституции РФ, так и его Посланию Федеральному Собранию.

Вышесказанное позволяет делать вывод о том, что в настоящее время мы являемся свидетелями совершенно очевидной политической тенденции в стране: федеральный центр пытается тихой сапой отказаться от федеративного устройства государства. Начало этому было положено еще

В.В. Путиным, его политикой «укрепления вертикали власти», сопровождаемой громкими заявлениями о защите державных интересов России, военно-патриотической риторикой.

Остриё реформирования государственного устройства России федеральным центром в унитаристском русле прежде всего направлено на ликвидацию субъектов федерации, имеющих национально-государственный статус. Сторонники унитаризма, исходя из ложного в своей основе посыла, пытаются доказать, что национальные республики, имея особый государственный статус, якобы обладают какими-то привилегиями, паразитируют за счет остальных субъектов и их этносепаратистские устремления приведут к раз-

рушению России. «Независимая газета» в одном из своих номеров за POO8 г. назвал даже национальные республики «Ящиком Пандоры для России». В ней же содержался призыв провести референдум с целью превращения России в унитарное государство. Очевидно, что национальный вопрос, судьбу национальных республик нельзя решать путем референдума, если иметь в виду, что нерусские народы составляют лишь PO% населения РФ.

На страницах центральных газет, каналах центрального телевидения не прекращаются, а, наоборот, усиливаются нападки на руководителей национальных республик, абсолютно игнорируются их большие заслуги в укреплении основ Российского федеративного государства. Авторы подобных выпадов идут на очевидную фальсификацию фактов, прямые оскорбления, потеряв элементарную порядочность и этичность. В своих оценках общественно-политической и социально-экономической ситуации в республике эти явно выполняющие заказ определенных политических сил журналисты ничем не гнушаются. Именно ими был пущен в оборот ложный в своей основе тезис об этнократах, захвативших власть в республике. Существование самой республики и принятие ею l9 лет назад Декларации о государственном суверенитете Башкортостана, It лет тому назад — Конституции РБ, по их мнению, было инспирировано этнократами. Все это мы проходили еще в пору становления Башкирской автономии в начале XX в.

Стремление не только ограничить права национальных республик, но и покончить с ними может иметь печальные последствия. К сожалению, в стране до сих пор не определена сама доктрина российского федерализма, что видно прежде всего в не до конца продуманном распределении полномочий между федеральными органами власти и субъектами РФ. Вопрос сейчас стоит так: либо мы на основе серьезного профессионального подхода строим эффективную федеративную демократию с учетом многообразных интересов национальных республик, либо, двигаясь по пути унитаризации, возвращаемся к командной системе управления, которая, в конечном счете, развалит Россию точно так же, как она развалила СССР.

Следует еще раз подчеркнуть, что Республика Башкортостан, по существу, является инициатором, основополагающим субъектом фор-

мирования и сохранения федеративного устройства Российского государства на всех основных этапах его развития, несмотря на все исторические противоречия и коллизии. Необходимо также отметить, что укрепление и развитие федеративного устройства России, состоящей из суверенных республик, — это основа свободы этносов, реализации ими права на самоопределение, создания благоприятных условий для их развития и процветания. Все это требует постоянного совершенствования законодательных актов, направленных на регулирование взаимоотношений между федеральным центром и республиками, другими субъектами Российской Федерации.

ИСТОЧНИКИ И ЛИТЕРАТУРА

1. Заки Валиди Тоган. Воспоминания. В 2 кн. — Уфа, 1994—1998.

2. Профиль. 1998, 8 марта.

3. Пpomoкoлы Всероссийского мусульманского съезда. — Пг., l9l5.

4. Эmнonoлumuчecкaя мозаика Башкортостана. Т. P. — М., 199P.

5. Haцuoнaльнo-госyдаpствeнноe устройство Башкортостана: Док. и материалы. В 4 т. Авт.-сост. Б.Х. Юлдашбаев. Т. l. — Уфа, POOP.

6. O6pa3oeame Башкирской АССР: Сб. док. и материалов. — Уфа, l959.

7. Юлдaшбaeв Б.Х. Новейшая история Башкортостана. — Уфа, l995.

S. Koнcmumyцuoнныe акты Башкортостана. — Уфа, POO3.

9. Koнcmumyцuя Республики Башкортостан. — Уфа, POOS.

10. Koнcmumyцuя Российской Федерации. Принята всенародным голосованием IP декабря l993 г. — М., POOS.

11. Инфopмaцuoннo-аналитичeскиe материалы, посвященные 15-лєтию со дня принятия Конституции РБ. — Уфа, POOS.

Ключевые слова: федерализм, субъект федерации, национально-государственное образование, самоопределение, башкирское национальное движение, башкирские съезды — курултаи, автономия, декларация, учредительный съезд, унитаризм, конституция.

Key words: federalism, a subject of the federation, national state formation, self-determination, Bashkir national movement, Bashkir congress — kurultai, autonomy, declaration, constituent congress, unitarism, constitution.

Marat M. Kulsharipov

ROLE OF BASHKORTOSTAN IN THE FORMATION OF RUSSIAN FEDERALISM

The given article shows on the basis of concrete facts a great contribution of the Bashkir national movement of the early 19th century and its leaders to the federal system of the country in the wake of the revolutionary upheaval in 1917.

Besides it touches upon the peculiarities of national policy of the Russian Federation’s powerful structures at the present stage, and its reflection in the sociopolitical and socioeconomic situation of the Republic of Bashkortostan.