С новым туром

Не сумев сформировать правительство, Италия приступила к выборам президента. У выборщиков есть время до 15 мая, когда истекает срок полномочий нынешнего президента Джорджо Наполитано.

Когда в прошлом декабре в Италии ушло в отставку правительство Марио Монти, практически все политологи предупреждали об опасности парламентских выборов в так называемый белый период — в последние шесть месяцев президентства Джорджо Наполитано, когда конституция лишает его возможности распустить парламент. Это оказался тот редкий случай, когда прогноз политологов полностью оправдался.

"Это худший период за все семь лет",— подвел на днях итог своему правлению Джорджо Наполитано, и для этого вывода есть все основания. Ни президенту, ни формальному победителю парламентских выборов Пьеру Луиджи Берсани не удалось сформировать в избранном в феврале парламенте большинство, способное поддержать новый кабинет министров. Правый блок во главе с Сильвио Берлускони настаивает на политическом правительстве национального единства, левый коалицию не считает возможной, хотя соглашался на техническое правительство, члены "Движения 5 звезд" видят лишь кабинет, состоящий из них самих. Отнюдь не последней причиной непримиримости трех блоков, почти поровну разделивших голоса избирателей, играют приближающиеся выборы президента. Именно туда переместился центр тяжести политической борьбы.

Если другие игроки до поры до времени решают президентский ребус в уме, Сильвио Берлускони, который еще будучи премьером всерьез подумывал о Квиринальском кресле, открыто увязал этот вопрос со своей поддержкой правительства национального единства. Он говорил о президентском кресле и для самого себя (что в действительности практически исключено), и для своего ближайшего соратника Джанни Летта (что тоже маловероятно), и для абстрактного "кандидата из правых". "10 миллионов итальянцев, проголосовавших за Берлускони на парламентских выборах, заслуживают, чтобы в дополнение к левому премьеру был избран правый президент",— эти слова, как мантру, повторяют сторонники Берлускони. И хотя ни левый, ни какой-либо другой премьер в ближайшем будущем в Италии не появится, эта риторика является серьезным подспорьем в борьбе за главное кресло на политическом олимпе.

Должность главы государства, которую многие называют представительской, в действительности кроме безоговорочного почета подразумевает немалую власть. За президентом остается последнее слово в принятии важнейших для страны решений. Именно он утверждает правительство и его министров. Будучи гарантом конституции, президент имеет право блокировать принятые парламентом законы, а в случае кризиса — распустить парламент. Чтобы оценить возможности главы государства, достаточно вспомнить разыгранную Джорджо Наполитано в ноябре 2011-го комбинацию, приведшую к отставке Сильвио Берлускони и замену его техническим премьером Марио Монти.

Вместе с тем, как подчеркнул корреспонденту "Власти" доцент кафедры политических наук римского университета LUISS Леонардо Морлино, злоупотреблять подобными маневрами не может даже президент, особенно если он собирается войти в историю. По словам профессора, Наполитано добился отставки Берлускони, указав на фактическое отсутствие у премьера парламентского большинства, и теперь вынужден придерживаться осторожной линии в вопросе о формировании правительства. Именно поэтому президент добивался, чтобы Берсани получил поддержку большинства, а не просто поручил ему сформировать кабинет. К тому же принесший больше неудач, чем достижений, год правления Марио Монти не позволил Наполитано повторить маневр с назначением "президентского" премьера или попросту дать Монти повторный мандат. Тем более что, как утверждают близкие к Квиринальскому дворцу источники, провал Монти на парламентских выборах, от участия в которых Наполитано его всячески отговаривал, разочаровал президента в бывшем протеже.

Две недели назад, в Страстную пятницу по католическому календарю, когда папа Франциск совершал в Колизее крестный ход, глава государства решился на неожиданный шаг. Поскольку новое правительство сформировать не получилось, президент объявил полномочным фактически ушедший в отставку кабинет Марио Монти, которому, по его выражению, "никто не выносил вотума недоверия". Ему в помощь президент учредил две комиссии, которые сам назвал "советами мудрецов". Эти комиссии, одна социально-экономического, а другая институционального профиля, были составлены из репутационно безупречных людей и получили полномочия на проведение безотлагательных реформ, в числе которых называлось изменение избирательного законодательства. Кроме того, предполагалось, на все про все мудрецам дано десять дней.

В преддверие Светлого воскресенья решение президента было встречено с энтузиазмом, однако уже к понедельнику все окрасилось в мрачные тона. Их оттенки варьировали в широком диапазоне — от обвинения в государственном перевороте со стороны правых до заявления Беппе Грилло: "Нам не нужны няньки". Даже из близкого президенту левого центра звучали раздраженные слова о потере времени. Разочарование еще более усилилось, когда стало ясно, что "мудрецы" появляются в отведенном для их заседаний палаццо Сант-Андреа всего на несколько часов и то не каждый день.

"После семи лет я завершаю свой мандат в сюрреалистических обстоятельствах, став объектом абсурдных реакций и необъяснимых подозрений",— с горечью жаловался 88-летний президент журналисту Corriere della sera Марцио Бреде на "политическое одиночество" своих последних дней в Квиринальском дворце.

Все семь лет, которые избранный в 2006 году на высший государственный пост по инициативе левого центра Джорджо Наполитано находился у власти, он неизменно подтверждал репутацию третейского судьи, находящегося над нескончаемой схваткой левых и правых. Будучи первым главой государства, имеющим за плечами высокие посты в Компартии Италии, Наполитано с особенной тщательностью соблюдал баланс интересов в стране. Совсем недавно одного его замечания оказалось достаточно, чтобы миланские судьи, стремившиеся довести суды над Сильвио Берлускони до осуждения обвиняемого, умерили пыл и признали болезнь бывшего премьера уважительной причиной для очередной отсрочки процессов. Наполитано не испытывает никакой симпатии к Беппе Грилло. Но когда немецкий политик назвал бывшего комика шутом, президент ответил, что никому не позволено неуважительно отзываться о человеке, "которого итальянский народ захотел увидеть во власти". В качестве благодарности Грилло оставил в блоге запись: "Молодец, шляпа",— имея в виду старомодный головной убор, с которым не расстается пожилой президент.

Многое, вероятно, кажется неприемлемым 12-му президенту Италии в нынешнем положении страны. Однако он понимает, что время истекло, и хотя продление президентского мандата, хотя бы временное, многие (в том числе Сильвио Берлускони) считают удачным выходом из тупика, Наполитано такую возможность решительно отверг. Он готов сложить полномочия, как только будет избран новый президент, не дожидаясь 15 мая.

К выборам итальянский парламент приступил 18 апреля. Согласно конституции, президента выбирает совместное заседание обеих палат парламента, в котором кроме депутатов участвуют делегаты от региональных правительств (по три от каждого региона). Всего в парламентском дворце Монтечиторио, резиденции палаты депутатов, собралось 1007 "великих выборщиков".

В трех первых турах для избрания президента требуется две трети голосов, то есть 671 голос. Начиная с четвертого — достаточно простого большинства в 504 голоса.

Перед началом выборов вся Италия была занята подсчетами. Политологи складывали 495 голосов сторонников левого центра с 71 голосом последователей Марио Монти и на всякий случай приплюсовывали к ним 164 голоса парламентских "пятизвездочников", хотя те в вопросе о выборах президента держатся обособленно. Эти голоса в сумме превышают необходимые две трети. Однако поскольку кандидата, который понравился бы всем, найти очень трудно, все были согласны, что президент будет избран простым большинством. Появились и имена наиболее вероятных победителей, в основном политиков левой ориентации.

Это 63-летний Массимо Д`Алема, бывший генсек партии Левых демократов, бывший глава левоцентристского правительства, а ныне вице-президент социалистического Интернационала. Это 64-летняя Эмма Бонино, основательница и активистка Партии радикалов, европарламентарий, сенатор прошлой легислатуры. Это 75-летний Джулиано Амато, в прошлом министр нескольких правительств и премьер, и 80-летний Франко Марини, бывший спикер Сената, европарламетарий, глава профсоюзного объединения и Народной партии Италии. Эти кандидаты приемлемы и для "Народа свободы". А вот 80-летний Стефано Родота, в прошлом активист партии радикалов, а затем партии Левых демократов (и, кстати, возможный кандидат на пост мэра Рима), правым вряд ли понравится.

Самый известный кандидат от левого центра — 73-летний Романо Проди. Бывший председатель Еврокомиссии, дважды возглавлявший итальянский Совет министров, основатель демократического движения "Оливы" — самая значительная фигура среди кандидатов. Однако он абсолютно неприемлем для Сильвио Берлускони. Обошедший Кавалера на парламентских выборах 1996 и 2006 годов Проди — антагонист и вечный политический соперник Берлускони. Да и с падением его кабинета в 2008 году, когда к власти вернулся Берлускони, как выясняется, не все чисто. Сейчас прокуратура Неаполя ведет расследования о возможном подкупе Берлускони голосов сенаторов, выразивших Проди вотум недоверия. Один из них, Серджо Де Грегорио, уже сознался в получении трехмиллионной взятки. Так что у политологов нет сомнений, что в случае прихода в Квиринальский дворец Романо Проди Берлускони с висящими над ним четырьмя процессами придется трудно.

Многие в Италии уверены, что Сильвио Берлускони пытается удержаться в политике любой ценой именно потому, что она спасает его от судебного преследования. Пока ему это мастерски удается: вынесение приговоров по уже проходящим процессам отсрочено на время продолжающихся выборов. В пользу Берлускони сегодня и симпатии электората. Согласно опросам, если бы выборы были сейчас, их выиграл бы правоцентристский блок с его 32% голосов. Поэтому бывший премьер, идея которого о "широчайшей коалиции" с левыми была отвергнута, стремится к новым парламентским выборам.

Выборы президента — новое испытание для Берлускони. Если в Квиринальском дворце утвердится Проди или другой кандидат с похожими убеждениями, он сможет сделать то, что не позволил себе Наполитано,— назначить левоцентристского премьера своей властью без предварительной выверки парламентского большинства. А учитывая, что у нового президента будет возможность распустить строптивый парламент, депутаты могут оказаться более сговорчивыми. Кандидатура нового премьера, который мог бы понравиться всем, уже известна: это наступающий на пятки Берсани 38-летний мэр Флоренции Маттео Ренци. С этим молодым соперником, даже если новые парламентские выборы будут назначены, 75-летний Берлускони, скорее всего, не захочет тягаться.

Сильвио Берлускони обоснованно опасается в ходе избрания президента оказаться в изоляции. Договоренность о взаимной поддержке сегодня есть лишь между левым центром и Марио Монти. Последователи Беппе Грилло не желают ни с кем блокироваться. И никто не хочет блокироваться с Берлускони.

"На президентских выборах не существует никакого метода, который гарантировал бы победу, есть только ошибки, которых надо избежать". Эти слова принадлежат 94-летнему Джулио Андреотти, человеку-эпохе, участвовавшему в выборах всех президентов Италии и в этом году впервые в жизни вынужденному из-за преклонных лет и плохого самочувствия остаться дома. Выборы президента сравнивают с недавними выборами папы, еще раз доказавшими старую истину: кто входит в Сикстинскую капеллу папой, выходит из нее кардиналом. Семь лет назад фигура Джорджо Наполитано оказалась столь же неожиданной, как в этом году фигура Хорхе Бергольо.

Выборы президента начались 18 апреля. Их результаты, которые стали известны после подписания этого номера в печать, "Власть" рассчитывает подробно осветить в ближайшее время.