Центральное развитие

Планомерно развивать центральную часть Петербурга возможно, лишь сохранив жилую функцию кварталов. Для этого нужно возродить школу капитального ремонта исторической застройки и создать специальные нормы, полагают эксперты.

Специалисты в области градостроительства констатируют, что Петербург является чуть ли не единственным городом в мире, который создавался по особой социально-экономической и градостроительной программе.

Сергей Семенцов, доктор архитектуры, профессор кафедры реставрации и реконструкции архитектурного наследия СПбГАСУ, констатирует, что градостроительные принципы Петербурга отличаются необычными силуэтными характеристиками — особой пробивкой улиц, необычным формированием кварталов, большими размерами и принципами застройки.

Специалист отметил, что со времен Петра I Петербург развивался в колоссальных масштабах и строился как имперский город. "Площадь центральной исторической части города составляет 150 кв. км, в то время как размеры центров европейских городов колеблются в пределах 25 кв. км. В Париже центральные улицы в XVIII веке были шириной 2-2,5 метра. А в Петербурге самые узкие улицы составляли 6,5 м, а широкие — 22 м", — констатировал Сергей Семенцов.

По его словам, Петербург — это единственный город в мире, который создавался по правилам и нормативам. Для этого было учреждено 30 тыс. законодательных актов, которые были обязательны для заказчиков, архитекторов и чиновников.

После революции 1917 года в Петербурге началась разруха, а дома с многокомнатными квартирами в центре превратили в коммуналки. После Второй мировой войны руководство Петербурга задумалось о воссоздании города и сохранении исторической застройки.

Для этого было создано две индустриальные базы. Первая касалась реставрации памятников. А вторая база отвечала за капитальный ремонт рядовой исторической застройки. Это связано с тем, что тысячи зданий, которые не являлись памятниками архитектуры, требовали ремонта — перепланировки и создания дополнительных удобств для жителей.

Капитальный ремонт как панацея

Некоторые эксперты считают, что именно центральная часть Петербурга является стержнем его развития. Сергей Семенцов констатировал, что сегодня здесь проживает около 800 тыс. жителей. При этом большинство зданий в историческом центре Петербурга находится в ужасных технических условиях. "Эти уникальные объекты требует ремонта и реставрации, но ни в коем случае не сноса. В последние годы у нас есть небольшая сохранившаяся индустрия реставрации — раз в десять меньше, чем она была. Но полностью отсутствует индустрия капитального ремонта. А на старте огромное количество строительных организаций, которые знают только бульдозерный вариант решения вопросов", — обрисовал ситуацию Сергей Семенцов.

По его мнению, жилье в центре Петербурга требует скорейшего капитального ремонта — в каждом доме надо отремонтировать крышу, чердаки, укрепить фундаменты и несущие конструкции, межэтажные перекрытия, поменять инженерные сети, создать дополнительные удобства.

В свою очередь, Александр Кононов, заместитель председателя петербургского отделения ВООПиК, отметил, что центр Петербурга очень пестрый как с социальной, так и с градостроительной точек зрения. "Наравне с ужасными коммуналками здесь есть комфортное, отремонтированное жилье, которое находится в хорошем состоянии. Это дома, которые проходили капремонт в 1970-80-х годах и имеют квартиры со всеми удобствами. В этом случае совершенно очевидно, что жители этих домов даже не рассматривают возможность уехать из центра города", — прокомментировал Александр Кононов.

Эксперт подчеркнул, что возврат к индустрии советского капремонта исторических зданий, их восстановление для нормального проживания приведет к тому, что жилая функция в центре Петербурга сохранится. В противном случае исторический центр будет потерян.

Сегодня навыки капремонта утрачены, хотя новая администрация Петербурга в последние два года начала робкие разговоры о восстановлении системы капремонта и системы маневренного фонда.

Суть капитального ремонта сводится к тому, что вся внутренняя часть дома — перекрытия, двери, окна — убирается. Остается фундамент и стены, которые укрепляют и попутно делают новую перепланировку, а также необходимые удобства. "Это совершенно щадящее и гуманное отношение к исторической застройке по сравнению с тем, что происходило в последние 15-20 лет в Петербурге. После такого ремонта дом простоит еще минимум 200 лет", — пояснил Александр Кононов.

В Петербурге существовали разные виды капитального ремонта. С 1960 по 1970 год популярным был выборочный капитальный ремонт. Летом жильцы уезжали за город, а освободившиеся дома ремонтировались. Осенью люди снова заселялись.

С 1970 года набрал обороты комплексный капитальный ремонт, когда сохранялись только несущие стены и фундамент, делалась перепланировка.

В 1980-х появился групповой ремонт, при осуществлении которого решались задачи всего квартала — создавались детские площадки, скверы, объекты инфраструктуры.

Во времена губернатора Владимира Яковлева в Петербурге был популярен комплексный капитальный ремонт. Кроме этого, для решения проблем инсоляции в процессе такого ремонта сносились дворовые корпуса, а на их месте создавались скверы и детские площадки.

Сохранить жилую функцию

Сергей Орешкин, практик-архитектор, член Градостроительного совета Петербурга, считает, что при решении вопросов исторического центра нужен деликатный подход. "В современных условиях невозможно даже конкурс на реконструкцию провести, так как нет методики. Нужно идти в каждый двор и выявлять его особенности, а уже потом решать, как оставить людей, которые здесь живут. Для этого надо придумать коммерческий механизм", — высказал он свою точку зрения.

Александр Кононов согласен, что не следует терять жилую функцию в исторических кварталах центра. "Для этого на федеральном уровне необходимо менять технические нормы по инсоляции, пожарной безопасности. Также надо дать людям возможность выбора. Если ты хочешь остаться в центре, то ты должен смириться с тем, что в свое окно на расстоянии нескольких метров ты будешь видеть фасад соседней постройки", — прокомментировал он.

Сергей Орешкин также считает, что при реконструкции центра Петербурга нужно руководствоваться специальными нормами. "У нас есть территориальные строительные нормы, но они коснулись только технических параметров. А все, что касается функционального назначения вторых-третьих дворов, их охраны, использования этих территорий, никак не описано", — отметил он.

Сергей Семенцов констатировал, что до 1917 года нормативы были другими. "Сейчас противопожарные требования говорят о том, что высота арок в историческом центре города не соответствует современным нормам. В результате ни один проект реконструкции и реставрации не согласовывается, и на каждого архитектора накладывается штраф. На мой взгляд, если мы ставим задачу сохранить историческую застройку, то нужно создавать другую технику. Или отказаться от норм по инсоляции, но сделать помещения в квартирах больше. Таким образом, будет идти компенсация за счет другого типа комфорта", — добавил Сергей Семенцов.

Из центра на окраину

В противовес своим коллегам Юлия Минутина, координатор общественного движения "Живой город", уверена, что исторический Петербург как изолированное явление нежизнеспособен. "В противопоставлении центра и спальных районов кроется большая проблема для нашего города. Мы должны понимать, что это единый организм. И некоторые проблемы центра должны компенсироваться за счет окраин города, где возможно внесение более радикальных изменений по расширению зеленых зон, устройству перехватывающих парковок, развитию общественного транспорта. Я уверена, что в спальных районах мы можем найти ряд интересных возможностей", — прокомментировала она свою точку зрения.

По ее словам, существует проблема сохранения исторических зданий, которые расположены не в центре Петербурга. Именно бывшие усадьбы, дачи в большей степени страдают от действий инвесторов. "Если говорить о полицентричности, то надо говорить о культивировании островков исторической застройки в спальных районах Петербурга. Когда эти связи будут налажены, то противостояние "хочу/не хочу уезжать из центра" станет меньше", — добавила Юлия Минутина.

В свою очередь, Вадим Басс, доцент кафедры истории искусств Европейского университета в Петербурге, отметил, что спальные районы Петербурга — это не просто другой город, это город, в который не хотят переезжать. "Например, в Хельсинки существует множество социально привлекательных жилых зон вокруг центра города. А В Петербурге о спальных районах думают с содроганием. На мой взгляд, все преобразования, которые будут делаться в центре Петербурга, — это компромиссы. Есть механизмы, которые определяют, сколько жилья останется в городе, например, 20 или 40 процентов. В любом случае открытым остается вопрос, куда девать остальных жителей из центра", — заключил он.