Исследование восприятия текстов с нормативной и ненормативной пунктуацией носителями русского и английского языков методом лингвоакустического анализа

намичная система, включающая материальные и духовные предметы человеческой деятельности, детерминированные географическими и историческими условиями формирования; регулирующие жизнедеятельность социальных субъектов, определяющие их потребности, интересы и ценностные ориентации и обеспечивающие воспроизводство всех сторон общественной жизни.

ЛИТЕРАТУРА

1. Арнольдов А.И. Человек и мир культуры /

А.И. Арнольдов. - М.: Просвещение, 1992.-362 с.

2. Дридзе Т.М. Социальная коммуникация как текстовая деятельность в семиосоциопсихоло-гии / Т.М. Дридзе // Общественные науки и современность. - 1996. - № 3. - С. 145-152.

3. Мануйлов Ю.С. Средовой подход в воспитании / Ю.С. Мануйлов // Под ред. акад. Новиковой Л.И. - Кустанай, 1997. - 244 с.

4. Маркарян Э.С. О социально-управленческом значении формирования культурологии / Э.С. Маркарян // Проблемы планирования, прогнозирования, управления и изучения культуры как целого. - Пермь, 1981. - 216 с.

5. Маркович Д.Ж. Социальная экология / Д.Ж. Маркович. - М., 1997. - 436 с.

6. Орлова Э.А. Современная городская культура и человек / Э.А. Орлова // Акад. наук СССР; Ин-т философии. - М., 1987. - 192 с.

7. Очерки русской культуры XIX века / Ред. кол.: Л.В. Кошман и др. - Т. 1: Общественнокультурная среда. - М.: МГУ, 1998. - 384 с.

8. Пономарева А.В. Н.И. Кареев о понятии «культурная среда» и её роли в формировании человеческой личности / А.В. Пономарева //Обсерватория культуры. - 2005. - № 4. - С. 9698.

9. Ромах О.В. Провинциальная культурная среда как фактор формирования досуга молодежи: автореф. дис. на соиск. учен. степ. д-ра филос. наук / О.В. Ромах. - М., 1997. - 45 с.

10. Стояновская И.Б. Культурно-образовательная среда как философско-педагогический феномен / И.Б. Стояновская // Средовой подход в образовании: мат-лы междунар. науч.-прак. конф. 9-11 января 2003 г. - Ч. 2. -Нижний Новгород, 2003. - С. 6-12.

11. Тайлор Э.Б. Первобытная культура / Э.Б. Тайлор. - М., 1989. - 573 с.

12. Чижиков В.В. Дизайн культурной среды /

В.В. Чижиков. - М.: МГУКИ, 2001. - 237 с.

УДК 800: 159.9 М.С. Власов, аспирант, БПГУ им. В.М. Шукшина

ИССЛЕДОВАНИЕ ВОСПРИЯТИЯ ТЕКСТОВ С НОРМАТИВНОЙ И НЕНОРМАТИВНОЙ ПУНКТУАЦИЕЙ НОСИТЕЛЯМИ РУССКОГО И АНГЛИЙСКОГО ЯЗЫКОВ МЕТОДОМ ЛИНГВОАКУСТИЧЕСКОГО АНАЛИЗА

Научные интересы: современные проблемы интонологии, семантики русской и английской интонации

В статье представлен фрагмент экспериментального исследования процессов восприятия и понимания текстов с синтаксической омонимией с нормативной и ненормативной пунктуацией носителями

русского и английского языков (его американского варианта). Работа является частью общего исследования «Процессы порождения и восприятия естественной пунктуации носителями русского и английского языков»

M. Vlasov, graduate, BSPUH of Shukshin V.

THE RESEARCH OF PERCEPTION OF NORMALLY AND ABNORMALLY PUNCTUATED TEXTS BY RUSSIAN-SPEAKING AND ENGLISH-SPEAKING PERSONS BY THE METHOD OF LINGVO-ACOUSTIC ANALYSIS

The fragment of our experimental research, represented in this article, is devoted to investigating the processes of perception and understanding of normally and abnormally punctuated texts with syntactical homonymy by Russian-speaking and American-English-speaking persons. This work is the part of the general research "The processes of production and perception of natural punctuation by Russian-speaking and Englishspeaking persons"

* * *

Для письма как речевой деятельности очень важную роль играет просодия как интегрирующий компонент, участвующий в структурировании коммуникативной задачи сообщения. Важность учета ритмико-интонационного параметра при исследовании коммуникативного функционирования знаков препинания подчеркивали многие ученые (А.М. Пешковский, И.Г. Тор-суева, А.Б. Шапиро, Б.С. Шварцкопф, Н.Н. Орехова, Н.Д. Голев, G. Nunberg, B. Jones и др). Методологической базой нашего исследования являются работы Н.Д. Голева [1], посвященные изучению реального коммуникативного функционирования русской пунктуации; труды Н.Н. Ореховой [4], в которых представлено диахроническое исследование пунктуационных систем русского и английского языков, а также фундаментальные труды С.В. Кодзасова [2], в которых представлен современный подход к изучению фонетики и семантики интонации разносистемных языков. В настоящее время принято считать, что ошибочная пунктуация отрицательно влияет на процессы восприятия и понимания письменного высказывания. Однако, по мнению Н.Д. Голева, данное утверждение требует исчерпывающего экспери-

ментального доказательства на материале разных языков.

Настоящая работа основана на методике коммуникативно-направленного эксперимента, предложенной Н.Д. Голевым [1] и апробированной при изучении влияния русской пунктуации на понимание письменных текстов с синтаксической омонимией [5].

Материалом для исследования послужили тексты на русском и английском языках с пунктуационным омографизмом -явлением, тесно связанным с синтаксической омонимией. Под термином «пунктуационный омографизм» понимается совпадение различных функций, выполняемых знаками препинания внутри предложения, вследствие чего возникает неоднозначное понимание читаемого текста [3]. Для проведения эксперимента нами был подобран список предложений с пунктуационным омографиз-мом, содержащих различные случаи обособления: обращение, вводная конструкция, обособленное приложение. После этого они были включены в более широкие контексты, созданные нами. Содержание русского и английского вариантов было идентичным. 1. Тренер обратился к своему ас-

систенту. Он сказал: «Евгений, брат Михаила (,) насколько я знаю(,) очень хорошо играл в футбол». A coach addressed his assistant. He said, "John, Mike's brother, as far as I know(,) played football very well". 2. Моряк сказал: «Мы были в море долго, я думаю(,) 10 часов». The sailor said, "We have been at sea for a long time, I think(,) for ten hours". 3. Евгений спросил Петю: «Кто придет к тебе на день рождения?». Петя ответил: «Ну, там будет Саша, Миша(,) мой брат, моя сестра Аня». John asked Peter, "Who is going to come to your birthday?" Peter answered, "Well, there will be Alex, Mike(,) my brother, and my sister Ann".

Испытуемым для прочтения были предложены данные тексты с правильно расставленными знаками препинания и с пунктуационными ошибками (пропуск одной запятой, выделяющей обособленный член предложения), специально созданными экспериментатором. Потенциально каждый из указанных текстов может быть интерпретирован по-разному. В качестве «правильной» (с коммуникативной точки зрения) интерпретации принимался «авторский» смысл, заложенный в то или иное предложение экспериментатором. Все другие «интерпретации» данных текстов принимались за «неправильные», не соответствующие коммуникативной интенции пишущего (автора эксперимента).

Номер текста Возможные варианты интерпретации:

«авторский» вариант «другой» вариант

Текст № 1 1. По мнению тренера, именно брат Михаила (Mike's brother) хорошо играл в футбол, где «Евгений» («John») - обращение к ассистенту. 1. По мнению тренера, именно Евгений (John) хорошо играл в футбол, где «брат Михаила» («Mike’s brother») - обособленное приложение.

2. Помощника тренера зовут Евгений (John). 2. Имя помощника не известно (unknown name).

Текст № 2 Моряк предполагал, что они были в море около 10 часов

Текст № 3 1. Кроме Евгения к Пете на день рождения придут три человека: Саша, Миша, Аня (Alex, Mike, Ann), где «мой брат» («my brother») - обособленное приложение. 1. Кроме Евгения к Пете на день рождения придут четыре человека: Саша, Миша, Аня и брат Пети (Alex, Mike, Ann, and Peter s brother), где «мой брат» («my brother») -однородный член предложения

2. Брата Пети зовут Миша

Целью эксперимента являлось определение особенностей восприятия и понимания данных текстов с нормативной и ненормативной пунктуацией методом лингвоакустического анализа. Задачи лингвоакустического анализа сформулированы следующим образом:

1) определить общие закономерности интонационного оформления «правильного прочтения» (адекватно авторской интенции) и «неправильного прочтения» (неадекватно авторской интенции) русскоязычными и англоязычными информантами;

2) зафиксировать «интонационные

SS

помехи», возникающие при чтении текстов с нормативной и ненормативной пунктуацией;

3) на основе полученных данных выяснить:

а) способствует ли нормативная пунктуация беспрепятственному, оптимальному восприятию и адекватному пониманию текстов с синтаксической омонимией для русскоязычных и англоязычных носителей;

б) всегда ли пунктуационные ошибки создают «помехи» восприятию и способствуют неадекватному (не соответствующему замыслу пишущего) пониманию текстов с синтаксической омонимией для русскоязычных и для англоязычных носителей.

В эксперименте принимали участие 14 русскоязычных и 14 англоязычных носителей (американцы) в возрасте 18...28 лет. Продуцируемые тексты записывались на диктофон (сначала испытуемые читали тексты с ненормативной пунктуацией, затем тексты с нормативной пунктуацией). Звуковой сигнал исследовался с помощью программы речевого анализа «WaveSurfer 1.8.5». Воспроизводимый сигнал сегментировался на участки, соответствующие контекстам с прямой речью, в состав которых входили изучаемые интонационные группы. В нашем исследовании в качестве интонационных групп рассматриваются отдельные синтагмы в контекстах с прямой речью: синтагма, содержащая обособленный оборот; синтагма перед обособленным оборотом и синтагма после обособленного оборота.

1. Евгений I брат Михаила I насколько я знаю I очень хорошо | играл в футбол. John I Mike's brother | as far as I know | played football I very well.

2. Мы были в море долго I я думаю I 10 часов. We have been at sea for a long time I

I think I for ten hours. 3. Ну I там будет Саша I Миша I мой брат I моя сестра Аня. Well I there will be Alex I Mike I my brother I and my sister Ann.

Указанные предложения и группы подвергались лингвоакустическому анализу по разработанной нами методике. Прежде всего, мы выделили релевантные, сопоставимые акустические параметры, которые могут использоваться при анализе речевых высказываний на русском и английском языках в направлении нашего исследования (с опорой на работы С.В. Кодзасова):

1) акцентные характеристики интонационных групп: местоположение, интенсивность, направление, интервал (регистр) и характер тонального движения на ударном слоге синтагмы, содержащей обособленный член, а также соседних синтагмах;

2) интегральные характеристики предложения: количество произнесенных синтагм, общая длительность произнесения предложения, длительность фонации (без учета пауз), общий темп речи (количество слогов в секунду), темп синтагмы, содержащей обособленный оборот, характер и относительная длительность пауз в предложении, точки максимальной интенсивности предложения (дополнительно: фонационные просодии и психологические характеристики речи).

Далее с помощью программы «Wave-Surfer» мы фиксировали акцентные и интегральные характеристики каждого предложения с правильной пунктуацией и с пунктуационными ошибками. Основными исследуемыми контурами являлись контур тонального движения (pitch contour) и контур интенсивности (power plot) во временном измерении (м/сек).

Программа «WaveSurfer»

Акцентные характеристики интонационных групп и интегральные характеристики каждого произнесенного предложения заносились в сводную таблицу MS Excel.

Следующим этапом являлся семантический анализ ритмико-интонационных характеристик каждого предложения. Задачей данного анализа являлось выделение общих закономерностей интонационного оформления «правильного прочтения» (адекватно авторской интенции) и «неправильного прочтения» (неадекватно авторской интенции) у русскоязычных и англоязычных информантов. В связи с трудностью точного соотнесения семантики и интонационного оформления рассматриваемых нами интонационных групп для решения указанной задачи анализ проводился на двух уровнях: по ритмикоинтонационным данным, полученным с помощью программы «WaveSurfer» и параллельно на уровне аудитивных наблюдений экспериментатора (фиксация того или иного смысла, выражаемого интонацией продуцента, при первоначальном прослушивании звукового сигнала). Подобная методика, по нашему мнению, способна установить, на-

блюдается ли корреляция между тем или иным ритмико-интонационным контуром высказывания и его смысловой интерпретацией. В данной статье мы ограничимся иллюстрацией общих закономерностей интонационного оформления только «правильного прочтения» (адекватно авторской интенции).

По результатам проведенного анализа были выявлены общие характерные особенности «правильного прочтения» экспериментальных текстов русскоязычными и англоязычными информантами.

1. Усиление логического ударения на синтагме, содержащей обособленный член предложения. При анализе системы ударений в продуцируемых испытуемыми текстах в качестве показателей мы использовали повышение интенсивности ударного слога (максимальная интенсивность в дб), просодическое усиление (характеризуемое дву-вершинностью кривой интенсивности на ударном слоге), удлинение гласного (во временном измерении). Логическое ударение, как правило, сопровождалось характерным направлением движения тона на ударном слоге. Например:

Текст № 1 с пунктуационными ошибками Текст № 1 с правильно расставленными ЗП

Евгений (= /+ \ ср//Р; 62дб) | (См:0,08) брат Михаила (/ \ / \ ср/выс; 49дб) | насколько я знаю | очень хорошо | играл в футбол Евгений (\ /-\+ выс/ср//Р; 62дб) j (См:0,15) брат Михаила (/ \ / \ выс/ср; 56дб) j насколько я знаю j очень хорошо j играл в футбол

John (\:+ низ//Р; 58дб) | (См:0,09) Mike's brother (/+ \ низ//Пл; 57дб) | as far as I know | played football | very well John (/-\+ низ//Пл; 56дб) j (См:0,06) Mike's brother (/ =\ низ//Пл; 56дб) j as far as I know j played football j very well

2. Наличие или отсутствие смысловой паузы, отделяющей обособленный оборот от соседней синтагмы. Наличие паузы определялось как прекращение фонации, отображаемое программой «ШауеБ^ег» нулевой частотой (0 Гц) или низкой частотой, вызванной незначительными посторонними шумами (шипящие и свистящие звуки в данном случае не учитывались), на определенном временном отрезке звукового сигна-

ла (см. примеры текста №1 выше, где в транскрипции (после обращения) указан вид паузы и ее относительная длительность по отношению к общей длительности предложения. В данном случае текст прочитывался коммуникативно-правильно).

В тексте № 3 отсутствие паузы, отделяющей приложение от определяемого слова, также свидетельствует о коммуникативноправильном интонировании высказывания:

Текст № 3 с пунктуационными ошибками Текст № 3 с правильно расставленными ЗП

Ну j там будет Саша j Миша

Well j

На следующем этапе анализа были зафиксированы общие «интонационные помехи», возникающие при чтении текстов с нормативной и ненормативной пунктуацией, выделяющей обособленные члены (как для русскоязычных, так и для англоязычных информантов), относящиеся, по нашему мнению, к явлениям универсального (психологического) характера.

1. Появление более длинных смысловых пауз и пауз хезитации, выделяющих исследуемые интонационные группы, часто с долексическим заполнением или так называемой «коррекцией» - прерыванием интонирования слова с последующим уже «правильным» интонированием.

Общее количество пауз хезитации во всех продуцируемых текстах:

Тексты № 1, № 2, № 3 Русскоязычные информанты Англоязычные информанты

с ненормативной пунктуацией 8 6

с нормативной пунктуацией 2 4

2. Комбинация различных тональных и однозначно (на слух) определить смысл

ритмических признаков, не позволяющих прочитанного текста, что свидетельствует о

его нечетком понимании носителями. Малая частотность данных признаков (зафиксировано всего 9 «неоднозначных» прочтений у русскоязычных информантов и 3 - у англоязычных) не позволяет дать их типологическое описание. Однако вывод о том, что при

чтении синтаксическая омонимия (возможность неоднозначного понимания), в принципе, может замечаться и русскоязычными, и англоязычными носителями, правомерен.

Общие результаты лингвоакустического анализа представлены в следующей таблице.

«Интонационная интерпретация» экспериментальных текстов русскоязычными носителями (количество реакций):

Тексты с п ^нктуационными ошибками

Номер текста Совпадает с «авторским» смыслом Не совпадает с «авторским» смыслом

1 4 7 3

2 13 0 1

3 8 5 1

Тексты с правильно расставленными знаками п репинания

1 1 10 3

2 14 0 0

3 6 7 1

«Интонационная интерпретация» экспериментальных текстов англоязычными носителями (количество реакций):

Тексты с п ^нктуационными ошибками

Номер текста Совпадает с «авторским» смыслом Не совпадает с «авторским» смыслом

1 10 2 2

2 14 0 0

3 13 1 0

Тексты с правильно расставленными знаками п эепинания

1 10 3 1

2 11 3 0

3 7 7 0

Проведенный анализ показал, что в текстах с обособленными членами в случаях пунктуационного омографизма пунктуационные ошибки не всегда оказывают отрицательное влияние на восприятие и понимание смысла неоднозначного текста, а нормативная пунктуация может провоцировать

коммуникативно-неправильное понимание. Например, текст № 1 с правильно расставленными знаками препинания 10 русскоязычных информантов интерпретировали не адекватно авторской интенции, и только 1 из них прочитал текст верно с коммуникативной точки зрения.

Данный текст с пунктуационными ошибками вызвал у 7 информантов коммуникативно-неправильную установку на прочтение, 4 информанта коммуникативноправильно прочитали текст. У троих информантов ритмико-интонационный контур прочитанных текстов не позволил определить, к какому смысловому варианту они склонились. Восемь русскоязычных информантов интерпретировали текст № 3 с пунктуационными ошибками адекватно авторской интенции, 5 чел. - не адекватно. При чтении данного текста с нормативной пунктуацией 6 чел. склонились к коммуникативно-

правильному смыслу, 7 - к коммуникативнонеправильному.

Эти данные, по нашему мнению, позволяют говорить о том, что только в половине случаев пунктуационные ошибки способны затруднить понимание неоднозначного письменного высказывания. При равном соотношении коммуникативно-правильных и коммуникативно-неправильных реакций носителей русского языка при устном воспроизведении текстов подтверждается факт реального существования явления синтаксической омонимии и пунктуационного омографизма в русском языке при употреблении обособленных членов.

Англоязычные информанты большинство всех текстов с ненормативной пунктуацией интерпретировали коммуникативноправильно (10 чел. - текст № 1, 14 чел. -текст № 2, 13 чел. - текст № 3). Расхождение в смысловой интерпретации проявляется при продуцировании текста № 3 с правильными знаками препинания: по 7 чел. выдали «авторские» и «другие» варианты интерпретации, что также свидетельствует о реальном существовании синтаксической омонимии и пунктуационного омо-графизма в английском языке при употреблении обособленных членов.

Практически однозначно был интерпретирован текст № 2 и русскоязычными и англоязычными носителями, независимо от

его пунктуационного оформления (с нормативной или ненормативной пунктуацией). Это связано, возможно, с закрепившейся позицией вводной конструкции типа «я думаю» перед поясняемой частью предложения - в препозиции - в письменной практике испытуемых. Хотя на предыдущем этапе эксперимента (вопросно-ответном) информанты в ответах обозначали возможную омонимию в данном тексте, давали и коммуникативно-правильные и коммуникативно-неправильные ответы (после некоторого размышления!), на данном этапе эксперимента (на уровне интонационной интерпретации) омонимия практически не замечалась (особенно русскоязычными носителями). Лишь незначительное число англоязычных информантов прочитали данный текст не в соответствии с «авторским» смыслом.

С точки зрения способности создавать помехи при восприятии текстов с пунктуационным омографизмом ненормативная пунктуация может обладать несколько большим «помехообразующим» потенциалом, чем нормативная (см. выше количество пауз хе-зитации при прочтении текстов с нормативной и ненормативной пунктуацией).

Проведенный эксперимент демонстрирует, что и нормативная, и ненормативная пунктуация не всегда способствует беспрепятственному, оптимальному восприятию и адекватному пониманию текстов с синтаксической омонимией для русскоязычных и для англоязычных носителей. В данном случае пишущему необходимо оформить письменное высказывание таким образом, чтобы оно получило однозначную интерпретацию читающего, и коммуникативно-правильный выбор знаков препинания (в соответствии с интенцией пишущего) имеет важное значение для установления взаимопонимания субъектов письменного общения. Исследование «стратегий» снятия неоднозначности при интонировании текстов без знаков препинания с последующей их расстановкой в

соответствии с собственным пониманием составляет содержание следующей статьи.

ЛИТЕРАТУРА

1. Голев Н.Д. Исследование русской пунктуации в коммуникативном аспекте постановка проблемы и программа экспериментального исследования / Н.Д. Голев //Языковая ситуация в России начала XXI века: Материалы международной научной конференции. - Т. 1. - Кемерово, 2002. - С. 146-160.

2. Кодзасов С.В. Общая фонетика / С.В. Кодза-сов, О.Ф. Кривнова. - М.: РГГУ, 2001. - 592 с.

3. Колесников Н.П. Пунктуационный омогра-физм / Н.П. Колесников // Синтаксическая омонимия в простом предложении. - Ростов-на-Дону, 1981. - С. 116-127.

4. Орехова Н.Н. Пунктуация и письмо (на материале русского и английского языка) / Н.Н. Орехова. - Ижевск: Издательский дом «Удмурдский университет», 2000. - 216 с.

5. Тискова О.В. Проблема влияния пунктуации на письменно-речевые коммуникативные процессы (на материале интерпретации читающим письменных текстов): Дисс. на соискание ученой степени канд. филол. наук / О.В. Тискова. - Барнаул, 2004. - 163 с.

УДК 800: 159.9

Е.Ю. Филиппова, аспирантка, БПГУ им. В.М. Шукшина

ВЕРБАЛИЗАЦИЯ ЦВЕТА И ФОРМЫ НОСИТЕЛЯМИ РУССКОГО ЯЗЫКА В УСЛОВИЯХ ПСИХОЛИНГВИСТИЧЕСКОГО ЭКСПЕРИМЕНТА

Научные интересы: языковой иконизм, вербализация, проблемы происхождения языка

Статья посвящена процессу вербализации неречевых стимулов

E. Philippova, graduate, BSPUH of Shukshin V.

VERBALIZATION OF COLOUR AND FORM BY RUSSIAN-SPEAKING PEOPLE UNDER PHSYCHOLINGUISTIC EXPERIMENT

The article is devoted to the process of verbalization of non-verbal stimuli (non-standard geometric figures and colour tints). Reactions obtained by psycholinguistic experiments were subjected to quantitative and qualitative analyses. Besides the direct generation experiment were carried out two more reversed experiments focused on objective («VAAL» programme) and subjective (native speakers) perception