Закономерности диспозиции при формировании положительного образа прошлого в СМИ Германии

Ребрина Л. Н. Закономерности диспозиции при формировании положительного образа прошлого в СМИ Германии / Л. Н. Ребрина // Научный диалог. — 2016. — № 3 (51). — С. 105—116.

ERIHJMP

Журнал включен в Перечень ВАК

и I к I С н' s

perkxmcals direciorv.-

УДК 811.112.242:070

Закономерности диспозиции

при формировании положительного образа

прошлого в СМИ Германии*

© Ребрина Лариса Николаевна (2016), доктор филологических наук, доцент, кафедра немецкой филологии, Волгоградский государственный университет (Волгоград, Россия), Reblora@mail.ru.

Проблематика работы связана с изучением механизма воздействия и дискурсивной реализации памяти. Исследование посвящено анализу публикаций СМИ Германии, в текстах которых можно наблюдать примеры реактуализации и реин-терпретации фрагментов коллективной памяти с целью предъявления массовому адресату положительного образа прошлого. Материал исследования отобран методом сплошной выборки из газетных корпусов «Das Digitale Wörterbuch der deutschen Sprache» (DWDS). В качестве эффективного способа воздействия на получателя сообщения рассматривается использование адресантом возможностей диспозиции как процесса организации сообщения, воспроизводящей развитие мысли и аргументации. Описываются используемые продуцентом сообщения схемы выдвижения, обусловливаемые механизмами человеческого восприятия и психофизиологическими характеристиками внимания и нацеленные на релевантное установкам адресата распределение содержания, создание маркированных позиций в тексте и акцентирование значимой информации. Применяемые схемы выдвижения (конвергенция, градация, сцепление, нарушение ожидания) положены в основу выделения коммуникативных тактик, направленных на формирование определенного ценностного отношения к надындивидуальному прошлому. Описываются языковые средства, используемые адресантом при реализации тактик. По результатам количественных подсчетов определяются наиболее частотные схемы выдвижения и продуктивные тактики организации композиции сообщения. Делается вывод о высокой релевантности схемы выдвижения «обманутое ожидание», противодействующей автоматизму восприятия, и тактик контрастирующего контекстуального обрамления и насыщенного акцентирования.

Ключевые слова: диспозиция; схемы выдвижения; тактики; адресант; адресат; образ прошлого; СМИ; память.

Работа выполнена при финансовой поддержке Российского гуманитарного научного фонда (проект 15-04-00068).

1. Вводные замечания

Проблематика исследования связана, с одной стороны, с изучением феномена воздействия в массовой коммуникации, с другой стороны, с лингвистическим осмыслением дискурсивной природы памяти, а именно — одной из ее подсистем — коллективной памяти. Речевое воздействие описывается в отечественной и зарубежной лингвистике на материале разных дискурсивных практик и на разных уровнях языка, от слова до предложения и текста (У Д. Аренс, М. Гайс, Г. С. Джоуэтт, В. О'Донелл, Н. В. Евсюкова, К. В. Киуру, Н. Лимнатис, О. Л. Михалев, О. Н. Паршина, С. А. Сухих, Г. Г. Хазагеров и мн. др.). Активный интерес ученых к проблематике памяти позволяет выделить данные исследования в отдельную отрасль научного знания, включающую работы по изучению семантики и морфологии единиц семантического поля «Память», концепта ПАМЯТЬ, коммуникативной природы и семиотики памяти, взаимосвязи памяти и речемыслительных механизмов, жанровый анализ дискурсивных практик (Н. Г. Брагина, Т. В. Булыгина, А. А. Зализняк, Б. Л. Иомдин, М. А. Дмитровская, О. Г. Ревзина и др.). При всем многообразии существующих исследований оба явления (феномены воздействия и памяти) остаются недостаточно изученными, отсутствуют работы, посвященные описанию воздействия в контексте осмысления памяти как социально конструируемого дискурсивного феномена.

2. Методика исследования

Под диспозицией нами понимается процесс воспроизводящей развитие мысли организации сообщения, предполагающий распределение и создание логической последовательности релевантных единиц в «речевом единстве» (сообщении) [Иванушкина, 1993; Клюев, 2001; Хазагеров, 2002]. Целенаправленная диспозиция является эффективным способом воздействия на адресата [Почепцов, 1999; Цуладзе, 1999; Цымбурский, 2014]. Продуктивный подход к организации речи предлагает теория выдвижения, учитывающая механизмы человеческого восприятия, психофизиологию внимания (его непостоянство, селективный характер) и принципы информационного структурирования текста. Принцип выдвижения нацелен на создание маркированных мест, информационных пиков с целью привлечения внимания адресата к главному в содержании и, тем самым, на акцентуацию предъявляемого для разделения получателем сообщения смысла. Данный принцип базируется на неравномерности распределения информации в сообщении. Информационные пики формируются посредством размещения квантов информации в отмеченных, то есть маркиро-

ванных благодаря самому расположению позициях текста (начальная, конечная позиции) или маркированием частей сообщения с помощью схем выдвижения, особым образом организующих информационную структуру текста. Именно второй способ представляет наибольший интерес в рамках нашего исследования. Схемы выдвижения могут предусматривать целенаправленное сгущение или, наоборот, уменьшение, избегание изобразительных, выразительных языковых средств; применение повтора схожих элементов в аналогичных позициях сообщения; градацию лежащего в основе оценки адресанта признака, свойства, способствующую повышению эмоционального настроя и смыслового наполнения; предъявление неожиданной информации, противодействующей автоматизму восприятия и нарушающей ожидания [Вьюговская и др., 2012; Донгак, 2000; Клюев, 2001; Копнина, 1999; Щербаков, 2000; Daft et al., 1986].

Объектом исследования являются контексты публикаций СМИ, содержащие позитивную реактуализацию и реинтерпетацию фрагментов коллективной памяти с целью инициации разделения массовым адресатом формируемого образа прошлого. Материал исследования был отобран методом сплошной выборки из газетных корпусов «Das Digitale Wörterbuch der deutschen Sprache» [DWDS]. Предметом исследования являются реализуемые адресантом тактики формирования образа прошлого, определяющие диспозицию текста и выделяемые в соответствии с применяемыми схемами выдвижения, а также используемые элокуционные средства. При этом мы исходим из понимания коллективной памяти как совокупности осуществляемых общественной коммуникационной системой интерпретационных, селективных действий социума по конструированию прошлого с позиций потребностей настоящего момента. Соответствующие дискурсивные практики, формируя социальную реальность, выполняют адаптационную, интегрирующую и дифференцирующую функции, обеспечивают традирование социально значимого опыта и могут быть исследованы в рамках социальной коммуникации как движение социальных смыслов в социальном пространстве и времени [Турбина, 1998; Соколов, 2002; Shamne et al., 2013; Phenomenon ..., 2014]. Воздействие на получателя сообщения при презентации в СМИ позитивного образа прошлого, при его «внедрении», «тиражировании» сопряжено с реализацией продуцентом сообщения коммуникативного действия «управление» и субъект-объектными отношениями адресанта и адресата, нацелено на формирование соответствующего ценностного отношения к прошлому [Воронцова, 2009; Соколов, 2002]. Рассмотрим тактики адресанта, выделенные нами на основании модификации композиции сообщения, используемых схем выдвижения.

3. Результаты

1. тактика позитивной презентации прошлого посредством обмана ожиданий адресата. Воздействие на получателя сообщения при использовании данной тактики основывается на одноименной схеме выдвижения, базируется на эффекте неожиданности. Нарушение ожиданий адресата противодействует автоматизму восприятия, позволяет сделать акцент на содержащейся в соответствующем фрагменте сообщения информации, создает напряжение, заставляющее адресата с особым вниманием следить за развитием мысли, аргументацией. В приводимом ниже контексте формирование позитивного образа прошлого базируется на контрастирующем сопоставлении с негативно оцениваемым настоящим. А. Меркель указывает на то, что сегодня все идет не так, как должно было бы, не все получается и политики не готовы предложить решения проблем. Далее адресант отходит от своего исходного посыла, нарушается логическая последовательность, и политик приводит неожиданный довод, используемый для инициации разделения положительного ценностного отношения к фрагменту коллективного прошлого (современный кризис нужно рассматривать как новую задачу, как вызов, он заставляет вспомнить о прошлых временах, о тех, кто основал партию ХДС, о том, что было много сложностей послевоенного периода, но при этом была и вера в объединение Германии). Замечание федерального канцлера о новой точке зрения на кризис должно активировать внимание массового адресата и способствовать усвоению предъявляемого смысла «прошлое было непростым, но оно было прекрасным, потому что мы верили в правильность и успех своих действий, в будущие перспективы»: Merkel räumt ein: "Es klappt im Augenblick nicht so gut, wie es klappen sollte." Auch die in der CDU besonders umstrittenen Eurobonds bezeichnet sie als linke Idee, die keine Lösung sei. Aber man müsse die Krise als Herausforderung sehen. Sie erinnert an die Gründergeneration der CDU, an die schwierigen Jahre nach dem Krieg, an den Glauben an die Wiedervereinigung [BZ, 20.08.2011].

2. Тактика позитивной презентации прошлого посредством насыщенного акцентирования. Реализация данной тактики предусматривает создание продуцентом сообщения отмеченной позиции в тексте с использованием конвергенции, особое структурирование текста с целью намеренного, отвечающего интенциям автора распределения информации. В данном случае речь идет о целенаправленном насыщении фрагмента сообщения образными, оценочными, эмоциональными средствами языка. Концентрация соответствующих языковых средств выделяет данную часть сообщения, способствует привлечению внимания адресата, выделению основной

мысли и созданию эмоционального настроя, определяющего восприятие предъявляемого содержания. Конвергенция часто реализуется в форме перечисления. В анализируемом примере для формирования положительного образа прошлого страны используется множество эмоционально нагруженных лексических единиц, описывающих эмоциональные переживания адресанта (dem Herzen wohl tun), эмоциональный настрой жителей страны (dankbar sein, sich freuen, Stolz, zärtliche Liebe), характеризующих ее историю и народ (Liebe und Achtung verdienen, Selbstbewußtsein, glanz- und leidvolle Geschichte, bescheiden, altes, kluges Volk, sich nicht unterkriegen lassen), что способствует разделению массовым адресатом любви и уважения к древнему народу с его сложной, славной историей, в которой он проявил себя мудрым, гордым, непокоренным, несломленным. Названные доводы обращены к этническим этическим принципам и фрагментам ценностной картины нации-адресата: Es tat meinem europäischen Herzen wohl, mich in einem Lande zu bewegen, das eine lange, glanz- und leidvolle Geschichte hinter sich hat, das dankbar ist für jeden neuen friedlichen Tag und sich bescheiden der Arbeit freut, die es wieder zu leisten vermag. Ein altes, kluges Volk, das unsere Liebe und hohe Achtung verdient, denn es hat sich „nicht unterkriegen lassen" ... Es hat weder seinen Stolz noch sein Selbstbewußtsein verloren und nicht die zärtliche Liebe zu den Künsten seiner Vergangenheit [Zeit, 13.03.1958].

В следующем контексте при конструировании положительного образа прошлого также используется конвергенция, позволяющая сконцентрировать акценты в определенном фрагменте сообщения, выделив его тем самым в тексте. Адресант использует образ надежной крепости, указывая на то, что немецкие города на протяжении всей истории были оплотом немецкой самобытности и должны такими оставаться; что современными успехами Германия обязана исконным немецким добродетелям (старательность, энергичность, верность) и труду немцев. Используемые повторы (Niemals soll vergessen werden, die festen Burgen, deutsche, а также однокоренные слова Deutschtum, Deutsche), выполняющие функцию сцепления, и перечисление лексических единиц с позитивной семантикой, обозначающих социально одобряемые качества, способствует усилению воздействия, созданию маркированной позиции в тексте и, в конечном итоге, присвоению предъявляемого вместе с содержанием смысла «у немецких городов достойная история, ее нельзя забывать»: Niemals soll vergessen werden, daß die Städte dieser Provinz von jeher die festen Burgen des Deutschtums gewesen sind und daß sie solche festen Burgen in Zukunft bleiben sollen und müssen. Niemals soll vergessen werden, daß deutscher Fleiß, deutsche Tatkraft, deutsche Treue die Provinz zu dem gemacht hat, was sie heute ist; die Arbeit des Deutschen soll

nicht verloren gehen, mit Waffen des Friedens hat er das Land erobert, deutsch soll es bleiben für alle Zeit [BZ, 06.03.1983].

3. тактика рекуррентного акцентирования позитивной презентации прошлого. В основе названной тактики лежит схема выдвижения «сцепление», предполагающая повтор схожих элементов в аналогичных позициях, а также последовательное многократное обращение адресата к одному и тому же образу, что создает маркированные позиции в сообщении. Повторяющиеся элементы, образы воспринимаются получателем сообщения как ключевые. Релевантными средствами, используемыми при реализации описываемой тактики, являются лексические, синтаксические повторы, синонимы, дериваты или лексические единицы, принадлежащие к общему семантическому полю. В приводимом ниже контексте утверждается ценность прошлого, оно предъявляется как достойное сохранения, то, что необходимо воскрешать, чтобы обрести самих себя. Адресант использует схему «сцепление», реализуемую с помощью лексического повтора (Ort): An einem ganz besonderen Ort jedoch spüren sie trotzdem wieder Halt. Es ist ein Ort, an dem ihre Vergangenheit wieder lebt. Ein Ort, an dem sie sich selbst wiederfinden können [Zeit, 28.05.2015].

В следующем примере позитивный образ прошлого создается посредством его идеализации, ностальгической мифологизации, противопоставления сегодняшней парламентской демократии, в которой многие не видят идеала из-за процветающей коррупции, сомнительных сделок, интриг и мечтают вернуть прежние времена, когда были порядок и авторитеты. Для усиления воздействия, привлечения внимания адресата и формирования маркированной позиции в сообщении адресант использует рекуррентное обращение к тематике «темные дела», используя перечисление лексических единиц соответствующего семантического поля (Intrigenspiel — 'Intrige, Ränkespiel', Kuhhandel — 'umgangssprachlich, abwertend gegenseitiges Aushandeln von Vorteilen, besonders im politischen Leben, übles Tauschgeschäft', Korruptheit - 'abwertend Bestechung, Bestechlichkeit, durch ungerechtfertigte Vergünstigungen hervorgerufener moralischer Verfall' [DWDS]): Die japanische Jugend sieht in der parlamentarischen Demokratie mit ihrem Intrigenspiel, ihrem Kuhhandel, ihrer gelegentlichen Korruptheit kein Ideal. Außerdem steckt jedem Japaner die Sehnsucht nach Führung und Autorität tief im Blut [Zeit, 13.03.1988].

4. Тактика позитивной презентации прошлого посредством контрастирующего контекстуального обрамления. Реализация названной тактики также предполагает особое структурирование текста, организацию предъявляемой информации, а именно создание позитивного образа прошлого по-

средством его противопоставления отрицательно оцениваемому настоящему (или предшествующим фрагментам истории). Применение названной тактики предполагает употребление описывающих фрагменты настоящего и прошлого признаковых слов с негативной и позитивной семантикой. В рамках контрастирующего противопоставления адресант часто использует описанную выше схему выдвижения «обман ожиданий».

В приводимом ниже контексте сначала предъявляется довод в пользу критического восприятия предшествующей ситуации: десятки лет на севере страны бушевала жестокая гражданская война между приверженцами политических движений иракских курдов и репрессионным аппаратом Саддама Хуссейна. Продуцент текста отбирает для оказания желаемого воздействия на адресата лексические единицы с отрицательной семантикой (toben, Repressionsapparat, brutal, Bürgerkrieg). Далее следует нарушающий ожидания адресата довод в пользу позитивного квалифицирова-ния последующих событий (положительная оценка последствий войны): только после войны в Персидском заливе 3,5 миллионов иракских курдов могли освободиться от давления центральной власти. Для повышения достоверности и доказательности своих доводов адресант применяет фактическую аргументацию. Спектр ценностного отношения задается такими лексическими единицами, как Schutz, sich erfreuen, weitgehende Autonomie: Jahrzehnte tobte zwischen den politischen Bewegungen der irakischen Kurden und dem Repressionsapparat von Saddam Hussein im Norden des Landes ein brutaler Bürgerkrieg. Erst nach dem Golfkrieg 1991 konnten sich die in Nordirak lebenden rund 3,5 Millionen Kurden dem Zugriff der Zentralgewalt entziehen: Unter dem Schutz der Amerikaner entstand eine selbst verwaltete Zone, das Gebiet erfreute sich einer weitgehenden Autonomie [BZ, 10.01.2004].

В следующем примере адресант также использует контрастирующее обрамление для формирования позитивного ценностного отношения к прошлому (акции падают и стоят сегодня ниже полной, покупной цены; вместо того, чтобы, как в прошлом, класть в карман шикарную прибыль, вкладчики остаются сегодня с носом): Die meisten Aktien, die seit April an den Markt gekommen sind, liegen inzwischen unter ihren Einstandspreisen. Statt, wie in der Vergangenheit, satte Gewinne zu kassieren, gucken Anleger immer häufiger in die Röhre [Zeit, 24.06.1999].

5. тактика позитивной презентации прошлого посредством обратной аргументации. Реализация указанной тактики предполагает применение маневра, способствующего уменьшению дистанции между коммуникантами, критичности восприятия адресатом доводов адресанта, установлению доверительных отношений между коммуникантами. Продуцент

сообщения сначала якобы принимает позицию получателя сообщения, соглашается с ним или общепринятым мнением, а затем доказывает несостоятельность этих суждений. Реализация установки адресанта базируется также на обманутом ожидании и предполагает использование лексики как с отрицательной, так и положительной семантикой, а также лексических единиц, описывающих интеллектуальную и эмоциональную сферу человека.

Такое структурирование предъявляемого содержания реализуется в приводимом ниже примере. В начале продуцент текста, используя прием идентификации, отождествляет свою позицию с общепринятым мнением: о неудачах служб уголовного преследования много и охотно говорят. Далее следует опровержение ранее принятых представлений. Автор приводит фактические аргументы, рассказывая об успехах основанной в 1978 году берлинской группы оперативного розыска, и убеждает адресата в обоснованности предъявляемой позитивной оценки. Для подтверждения своей позиции продуцент сообщения делает обобщающий вывод и формулирует мораль: если полиции дать то, что ей нужно, то она будет выполнять свою функцию: Gern wird über die Misserfolge der Strafverfolgungsbehörden geredet. Doch sie können auch anders. Die 1978 gegründete gemeinsame Berliner Ermittlungsgruppe Rauschgift, die sich zu gleichen Teilen aus dem Landeskriminalamt und der „Kriminalpolizei des Zolls", dem Zollkriminalamt zusammensetzt, hat ... eine Drogenhändlerbande zerschlagen und den zweitgrößten Kokainfund ihrer Geschichte gemacht. ... Wenn man der Polizei also gibt, was sie braucht, bringt sie auch etwas zustande [BZ, 20.08.2011]. Продуцент текста использует лексику с положительной (modern, bestens ausgestattet) и отрицательной семантикой (Misserfolge, Hydra, durcheinandergebracht, todbringend, Drogenhändlerbande).

6. Тактика градации при позитивной презентации прошлого. Названная тактика предполагает амплифицирующую аргументацию (фактическую, логическую или психологическую) при предъявлении позитивного образа прошлого массовому адресату и, соответственно, особую композиционную организацию фрагмента сообщения, в котором адресант, апеллируя к одному и тому же тезису, последовательно расширяет, дополняет свои доводы. Реализация данной установки базируется на фигуре мысли и схеме выдвижения «градация», использующей особое структурирование содержания — нарастание значимого для инициации разделения предполагаемого ценностного отношения к объекту признака, что способствует повышению эмоционального и смыслового наполнения сообщения. Релевантными средствами элокуции являются адъективация, оценочная лек-

сика с положительной семантикой, диалогизация, лексические единицы, описывающие эмоциональную сферу человека.

В приводимом далее примере адресант, характеризуя фрагмент прошлого, отмечает, что в прошлом была чудесная жизнь, и приводит перечисление положительных моментов (надежное рабочее место, радужные надежды на будущее, высокие доходы, первоклассные социальные гарантии, разумно установленное рабочее время, большой отпуск). Продуцент, используя оценочную лексику (schön, sicher, rosig, hoch, toll, überschaubar) и перечисление, последовательно насыщает сообщение доводами в пользу транслируемого смысла («чудесные были времена»): Das schöne Leben ... ist Vergangenheit. Der Job schien so sicher, die Zukunft rosig. Ein hohes Einkommen, tolle Sozialleistungen, überschaubare Arbeitszeiten und viel Urlaub ... [NWZ, 20.03.2016].

4. Выводы

При предъявлении массовому адресату позитивного образа прошлого адресант в качестве одного из релевантных способов воздействия на адресата использует возможности диспозиции. Обусловленная установками говорящего организация информационной структуры сообщения учитывает механизмы человеческого восприятия, психофизиологию внимания. Тактики, используемые для целенаправленного распределения предполагаемого для разделения адресатом содержания, базируются на применяемых схемах выдвижения. Принцип «выдвижение» нацелен на создание маркированных позиций сообщения, привлекающих внимание адресата и способствующих намеренной акцентуации определенной информации, отвечающей транслируемым смыслам. Схемы выдвижения предполагают сгущение или избегание изобразительных, выразительных языковых средств; использование сцепляющих элементов; градацию признаков, обусловливающих преподносимую оценку; нарушение ожидания адресата, препятствующее автоматизму восприятия. Наиболее активно применяемой схемой выдвижения является схема «обманутое ожидание». К частотным тактикам, реализующим возможности диспозиции, относятся тактика контрастирующего контекстуального обрамления (33 %), основывающаяся на свойственной современному социуму критичной оценке настоящего; тактика насыщенного акцентирования (19 %), использующая формируемое общественной коммуникационной системой уважительное отношение к прошлому, то есть предполагающая изначальное разделение массовым адресатом формируемой оценки.

Источники и принятые сокращения

1. BZ — Berliner Zeitung [Electronic resource]. — Access mode : http://www. berliner-zeitung.de/home.

2. DWDS — Das Digitale Wörterbuch der deutschen Sprache [Electronic resource]. —Access mode : http://www.dwds.de.

3. NWZ — NWZonline [Electronic resource]. — Access mode : http://www.nwzonline.de.

4. Zeit—Die Zeit [Electronic resource]. — Access mode : http://www.zeit.de/index.

Литература

1. Воронцова Т. А. Коммуникативное пространство в лингвопрагматической парадигме / Т. А. Воронцова // Вестник Удмуртского университета. — 2009. — Вып. 1. — С. 11— 16.

2. Вьюговская Е. Схемы выдвижения в стандартизированном интервью / Е. Вьюговская, А. Ипатова, Д. Рогозин // Телескоп : журнал социологических и маркетинговых исследований. — 2012. — № 4. — C. 40— 45.

3. Донгак С. Б. Обманутое ожидание как стилистическая проблема (к постановке вопроса) / С. Б. Догнак // Речевое общение (теоретические и прикладные аспекты речевого общения) : специализированный вестник. — 2000. — № 3 (11). — С. 110— 117.

4. Иванушкина П. Ф. Риторика : логические, психологические и языковые основы речевой деятельности / П. Ф. Иванушкина. — Ставрополь : Изд-во Ставропольского университета усовершенствования учителя, 1993. — 71 с.

5. Клюев Е. В. Риторика (Инвенция. Диспозиция. Элокуция) / Е. В. Клюев. — Москва : ПРНОР, 2001. — 272 с.

6. Копнина Г. А. Конвергенция стилистическая / Г. А. Копнина // Речевое общение : Вестник Российской риторической ассоциации. — 1999. — № 1 (9). — С. 99—102.

7. Почепцов Г. Г. Коммуникативные технологии двадцатого века / Г. Г. Почеп-цов. — Москва : Рефл-бук ; Киев : Ваклер, 1999. — 349 с.

8. Соколов А. В. Общая теория социальной коммуникации / А. В. Соколов. — Санкт-Петербург : Изд-во Михайлова В. А., 2002. — 461 с.

9. Турбина Е. Г. Память коллективная / Е. Г. Турбина // Современный философский словарь / под ред. В. Е. Кемерова. — 2-е изд., испр. и доп. — Лондон ; Франкфурт-на-Майне ; Париж ; Люксембург ; Москва ; Минск : Панпринт, 1998. — С. 634—642.

10. Хазагеров Г. Политическая риторика / Г. Хазагеров. — Москва : Никколо-Медиа, 2002. — 313 с.

11. Цуладзе А. Политические манипуляции, или покорение толпы / А. Цулад-зе. — Москва : Университет, 1999. — 144 с.

12. Цымбурский В. Л. Макроструктура повествования и механизмы его социального воздействия / В. Л. Цымбурский // МЕТОД : Московский ежегодник трудов из обществоведческих дисциплин. — 2014. — Вып. 4. — C. 161—191.

13. Щербаков А. В. Градация как стилистическое средство и риторическая фигура в современном русском языке / А. В. Щербаков // Речевое общение (теоретические и прикладные аспекты речевого общения). — 2000. — № 3 (11). — С. 127—132.

14. Daft R. L. Organizational information requirements, media richness and structural design / R. L. Daft, R. H. Lengel // Manag. Sci. — 1986. — № 32. — Pp. 554—71.

15. Phenomenon of Memory and Category of Space : Gnoseological and Communicative Status / N. Shamne, L. Rebrina, A. Petrova, M. Milovanova // XLinguae. European Scientific Language Journal. — 2014. — Vol. 7. — Issue 3. — Pp. 32—49.

16. Shamne N. L. Category of memory : principles of linguistic description / N. L. Shamne, L. N. Rebrina // Journal of Siberian Federal University. Humanities & Social Sciences. — 2013. — № 6 (7). — Pp. 1085—1092.

Mechanisms of Disposition in Forming the Positive Image of the Past in German Mass Media

© Rebrina Larisa Nikolayevna (2016), Doctor of Philology, associate professor, Department of German Philology, Volgograd State University (Volgograd, Russia), Reblora@mail.ru.

Article problematics is related to the study of the mechanism of influence and discursive realization of memory. The study focuses on the analysis of mass media publications in Germany, the texts of which give the examples of re-actualization and reinterpretation of the fragments of collective memory with the aim of bringing the positive image of the past to mass addressee. The research material was selected by the method of continuous sampling of "Das Digitale Wörterbuch der deutschen Sprache" (DWDS) newspaper corpuses. The sender's use of the dispositions possibilities as process of messages organization reproducing the development of thought and reasoning is considered as an effective way of influencing the recipient. The schemes of extensions used by the producer of the message are described. They depend on the mechanisms of human perception and psychophysiological characteristics of attention. They focus on content distribution relevant to the addressee's attitudes, on the creation of marked positions in the text and on emphasizing important information. Applied schemes of extension (convergence, graduation, grip, deceiving the expectations) form the basis of distinguishing the communicative tactics aimed at the formation of a particular value attitude to over-individual past. The linguistic means used by the addresser in the implementation of tactics are described. According to the results of quantitative calculations the most frequency schemes of extensions and productive tactics for the message organization are determined. The conclusion is made about the high relevance of the scheme of extension "failed expectation" that counteract the automatism of perception, and of tactics of contrasting the contextual framing and deep focus.

Key words: disposition; schemes of extensions; tactics; addresser; addressee; image of the past; mass media; memory.

Material resources

BZ — Berliner Zeitung. Available at: http://www.berliner-zeitung.de/home. (In Germ.). DWDS — Das Digitale Wörterbuch der deutschen Sprache. Available at: http://www.

dwds.de. (In Germ.). NWZ — NWZonline. Available at: http://www.nwzonline.de. (In Germ.). Zeit — Die Zeit. Available at: http://www.zeit.de/index. (In Germ.).

References

Daft, R. L, Lengel, R. H. 1986. Organizational information requirements, media richness and structural design. Manag. Sci, 32: 554—71.

Dongak, S. B. 2000. Obmanutoye ozhidaniye kak stilisticheskaya problema (k postanovke voprosa). Rechevoye obshcheniye (teoreticheskiye iprikladnyye aspekty rechev-ogo obshcheniya): spetsializirovannyy vestnik, 3 (11): 110— 117. (In Russ.).

Ivanushkina, P. F. 1993. Ritorika: logicheskiye, psikhologicheskiye i yazykovyye os-novy rechevoy deyatelnosti. Stavropol: Izd-vo Stavropolskogo universiteta usovershenstvovaniya uchitelya. (In Russ.).

Khazagerov, G. 2002. Politicheskaya ritorika. Moskva: Nikkolo-Media. (In Russ.).

Klyuev, E. V. 2001. Ritorika (Inventsiya. Dispozitsiya. Elokutsiya). Moskva: PRNOR. (In Russ.).

Kopnina, G. A. 1999. Konvergentsiya stilisticheskaya. Rechevoye obshcheniye: Vestnik Rossiyskoy ritoricheskoy assotsiatsii, 1 (9): 99—102. (In Russ.).

Pocheptsov, G. G. 1999. Kommunikativnyye tekhnologii dvadtsatogo veka. Moskva: Refl-buk; Kiev: Vakler. (In Russ.).

Shamne, N., Petrova, A., Rebrina, L., Milovanova, M. 2014. Phenomenon of Memory and Category of Space: Gnoseological and Communicative Status. XLin-guae. European Scientific Language Journal, 7 (3): 32—49.

Shamne, N. L., Rebrina, L. N. 2013. Category of memory : principles of linguistic description. Journal of Siberian Federal University. Humanities & Social Sciences, 6 (7): 1085—1092.

Shcherbakov A. V. 2000. Gradatsiya kak stilisticheskoye sredstvo i ritoricheskaya figura v sovremennom russkom yazyke. Rechevoye obshcheniye (teoreticheskiye i prikladnyye aspekty rechevogo obshcheniya), 3 (11): 127—132. (In Russ.).

Sokolov, A. V. 2002. Obshchaya teoriya sotsialnoy kommunikatsii. Sankt-Peterburg: Iz-datelstvo Mikhaylova V. A. 461. (In Russ.).

Tsuladze, A. 1999. Politicheskiye manipulyatsii, ili pokoreniye tolpy. Moskva: Univer-sitet. (In Russ.).

Tsymburskiy, V. L. 2014. Makrostruktura povestvovaniya i mekhanizmy ego sotsialnogo vozdeystviya. METOD: Moskovskiy ezhegodnik trudov iz obshchestvoved-cheskikh distsiplin, 4: 161—191. (In Russ.).

Turbina, E. G. 1998. Pamyat' kollektivnaya. In: Kemerov, V. E. (ed.). Sovremennyy fi-losofskiy slovar'. London; Frankfurt-na-Mayne; Parizh; Lyuksemburg; Moskva; Minsk: Panprint. 634—642. (In Russ.).

Vorontsova, T. A. 2009. Kommunikativnoye prostranstvo v lingvopragmaticheskoy paradigme. Vestnik Udmurtskogo universiteta, 1: 11— 16. (In Russ.).

Vyugovskaya, E., Ipatova, A., Rogozin, D. 2012. Skhemy vydvizheniya v standartizi-rovannom intervyu. Teleskop: zhurnal sotsiologicheskikh i marketingovykh issledovaniy, 4: 40— 45. (In Russ.).