Правовая жизнь изменяющейся России: проблемы качества и стратегии развития

ПРАВОВАЯ ПОЛИТИкА

А. Е. Михайлов* ПРАВОВАЯ Жизнь ИЗМЕНЯющЕйСЯ РОССИИ:

проблемы качества и стратегии развития**

Ныне правоведение пополняется огромным множеством новых научных понятий и категорий. Среди них, на наш взгляд, особо пристального внимания заслуживает понятие «правовая жизнь»,1 ибо оно претендует стать предельной по уровню обобщения категорией юридической науки и несет в себе потенциально значительный эвристический «заряд». Данная категория не относится к числу «повседневных», «рядовых» трансформаций в рамках традиционных исследовательских программ, ничего не меняющих в них по существу.

Использование термина «правовая жизнь» должно повлечь за собой, с одной стороны, изменение самих устоявшихся исследовательских программ теории права, включая применение новых методологических установок; с другой стороны - изменение коллекторских программ, т. е. постановку новых вопросов, открытие или выделение новых классов явлений (объектов референции - например, теневой составляющей правовой жизни) и появление нового способа синтеза юридического знания в целом. Тем са-

* Кандидат юридических наук, заместитель директора Саратовского филиала Института государства и права РАН, доцент Саратовской государственной академии права.

** Исследование выполнено при финансовой поддержке Российского фонда фундаментальных исследований (РФФИ) в рамках научно-исследовательского проекта № 07-06-00211-а.

1 Подробнее см.: Правовая жизнь в современной России: теоретико-методологический аспект / Под ред. Н. И. Матузова и А. В. Малько. Саратов, 2005; Малько А. В., Михайлов А. Е. Правовая жизнь общества: Учебное пособие. Саратов, 2007.

мым конструкт «правовая жизнь» может изменить границы изучаемой области или, другими словами, задание объекта, а ведь это уже достаточно существенный наукообразующий параметр.

Новая российская юридическая доктрина во многом должна базироваться на концепции правовой жизни. Это закономерный ход развития юридической мысли, который можно в принципиальном плане схематично обозначить следующим образом: право - правовая система - правовая жизнь2 (от отдельного явления к более сложному - целостной системе, и от нее к самому сложному - совокупной разнообразной жизнедеятельности). Собственно, тот же путь прошли и другие науки, которые аналогичным образом «добирались» до исследования сферы своей жизнедеятельности. Например, политология (политика - политическая система - политическая жизнь), экономическая теория (экономика - экономическая система - экономическая жизнь) и т. д.

Категория «правовая жизнь» приобретает все большую научную и практическую значимость. Именно она призвана отражать сложноразви-вающуюся и противоречивую юридическую действительность, неразрывную связь многообразных правовых явлений со всеми другими сферами жизнедеятельности общества - экономической, политической, нравственной, религиозной и т. п. Без глубокого исследования категории «правовая жизнь» невозможно в полной мере понять само право, его истоки, причины становления, логику развития. Именно разнородные юридические реалии, объективно существующие, и требуют соответствующих юридических предписаний, правил, норм. Новая юридическая доктрина должна основываться на исследовании правовой жизни российского общества, его регионов, отдельных областей. Другими словами, пришло время анализа особенностей сложившихся юридических реалий, без которых нельзя выстроить эффективную правовую политику.

По нашему мнению, правовая жизнь общества - это форма социальной жизни, представляющая собой совокупность правовой деятельности множества субъектов и возникающих при этом различных юридических актов, выражающаяся преимущественно в правоотношениях, характеризующая специфику и уровень правового развития данного общества, отноше-

2 См.: Малько А. В. Юридическая доктрина как важнейшее направление современной российской правовой политики // Российская юридическая доктрина в XXI веке: проблемы и пути их решения: Научн.-практ. конф. (3-4 октября 2001 г.) / Под ред. А. И. Демидова. Саратов, 2001. С. 15.

ние субъектов к праву и степень удовлетворения их интересов3. Правовая жизнь — совокупность многообразных видов и форм деятельности и поведения людей, их коллективов в сфере действия права, направленных на обеспечение условий и средств существования, реализации частных и публичных, индивидуальных и групповых интересов, утверждения соответствующих им ценностей. Правовая жизнь характеризует рассматриваемые в единстве предметные формы бытия человека и общества, их отношение к праву, использованию правовых средств для осуществления индивидами и их объединениями своих интересов и потребностей, обусловлена феноменом действующего права и в этом смысле представляет собой мир упорядоченных (предусмотренных) нормами права реалий (действий, поступков, отношений).

Таким образом, правовая жизнь - сложный конгломерат статического и динамического, прошлого и настоящего, целенаправленного и стихийного, правомерного и противоправного, показывающий некий уровень эволюции права, степень правового прогресса того или иного общества, его юридические пристрастия на каждом из этапов социального развития. А. П. Семитко верно отмечает, что «негативные юридические явления <...> отнюдь не в меньшей степени, чем позитивные компоненты правовой действительности характеризуют, хотя и с отрицательной стороны, уровень развития правовой жизни общества той или иной социально-экономической формации».4 Поэтому для полноценного исследования правовой жизни необходимы теории правового развития (в том числе и правового прогресса), правового менталитета, правовых актов, правовых отношений. Новая юридическая доктрина должна соответствовать переустройству российской правовой жизни, повышению ее уровня и качества.

В последнее время власть все активнее заявляет о необходимости повышения уровня и качества жизни.5 Об этом неоднократно высказывался Президент РФ. Так, в Послании Федеральному Собранию Российской Федерации от 26 мая 2004 года В. В. Путин подчеркнул, что «наши цели абсолютно ясны. Это - высокий уровень жизни в стране, жизни - безопасной,

3 Михайлов А. Е. Правовая жизнь современной России: проблемы теории и практики: Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. Саратов, 2004. С. 18.

4 Семитко А. П. Правовая культура социалистического общества: сущность, противоречия, прогресс. Свердловск, 1990. С. 33.

5 Подробнее см.: Малько А. В. Проблемы повышения качества правовой жизни в современной России // Актуальные проблемы российской правовой жизни: Материалы «круглого стола» / Под ред. А. В. Малько. Самара, 2006. С. 6-17.

свободной и комфортной. Это - зрелая демократия и развитое гражданское общество. Это - укрепление позиций России в мире. А главное. значимый рост благосостояния граждан».6 В выступлении Президента РФ на встрече с членами Правительства, руководством Федерального Собрания и членами президиума Государственного совета, состоявшейся в сентябре 2005 года, отмечалось, что «основной целью нашей с вами деятельности, ключевым вопросом государственной политики является существенное повышение качества жизни граждан России».7 Полномочный представитель Президента РФ в центральном федеральном округе Г. Полтавченко считает, что «главная цель национальных проектов - повышение качества жизни людей.».8

На тему, каким быть качеству нашей жизни, рассуждали и участники II Международного форума «Качество жизни: содружество науки, власти, бизнеса и общества», прошедшего 17 ноября 2004 г. в Москве. В ходе работы этого форума было поднято множество актуальных проблем, без решения которых невозможно ни понять суть феномена «качество жизни», ни обеспечить его достойный уровень.9 Данный вопрос поднимается и политиками, и учеными, и публицистами. Например, Президент Торгово-промышленной палаты РФ Е. М. Примаков полагает, что главная задача современных преобразований - «подъем уровня жизни российского населения адекватно достижениям мирового научно-технического прогресса, выравнивание качества жизни в России с постиндустриальными странами».10 Известный ученый С. Л. Капица, оценивая, в том числе и сегодняшний этап социальной эволюции российского общества, также отмечает, что «наконец-то целью развития станет не количество, а качество человека, качество его жизни».11

Более того, параметры качества жизни граждан пытаются брать за основу определения эффективности деятельности власти, как критерий работы органов государства и местного самоуправления, за неудовлетворительное достижение которого они должны нести ответственность. «Чтобы ответственность была не умозрительной, а реальной, - подчеркивается в пе-

6 Российская газета. 2004. 27 мая.

7 Это курс на инвестиции в человека, а значит, и в будущее России // Российская газета. 2005. 8 сентября.

8 В эпицентре Федерации // Российская газета. 2006. 31 марта.

9 См.: Каким быть качеству нашей жизни? // Российская газета. 2004. 7 декабря.

10 Примаков Е. М. Россия в 2004 году: взгляд в будущее // Российская газета. 2005.

15 января.

11 Капица С. Л. Почему мельчают гении? // Российская газета. 2006. 11 января.

риодической печати, - необходимо на федеральном уровне законодательно установить, например, систему показателей качества жизни людей, за которые несут ответственность и региональные и местные власти, которые они должны ежегодно публично декларировать, и отчитываться перед людьми за свои достижения. В новых условиях формирования региональных органов исполнительной власти по результатам достижения этих показателей оценку деятельности руководителей будут давать и население этих регионов, и федеральный центр».12 Действительно, пришло время деятельность органов власти оценивать по качеству жизни населения.

Качество - фундаментальная научная категория, которую используют для рассмотрения всех сторон мироздания, социального устройства и деятельности людей. Поэтому она имеет философское содержание и позволяет глубже понять сущность социально-экономических, духовно-нравственных и политико-правовых процессов, происходящих в обществе. Что же такое качество жизни? Качество жизни - это социологическая категория, выражающая степень (качество) удовлетворения материальных и культурных потребностей людей (качество питания, одежды, комфорт жилища, качество здравоохранения, образования, сферы обслуживания, окружающей среды, досуга, степень удовлетворения потребностей в содержательном общении, знаниях, творческом труде, а также уровень стрессовых состояний, структура расселения и др.). Среди философов, социологов, экономистов вопрос о содержании и структуре понятия «качество жизни» остается дискуссионным. Одни трактуют его как тождественное укладу, уровню, стилю или образу жизни; другие противопоставляют качество жизни и уровень жизни как взаимоисключаемые (т. е. чем выше уровень жизни, чем напряженнее жизненный ритм, тем ниже качество жизни, и наоборот); третьи сводят качество жизни к уровню стрессовых ситуаций или качеству окружающей среды и т. д. В социологических исследованиях различают субъективное и объективное качество жизни (степень удовлетворенности трудом, бытом, досугом, вообще образом жизни по оценке самого респондента, по оценке экспертов, а также по статистическим данным).

Современные теории качества жизни ассимилировали социальнофилософские идеи неопозитивизма, неомарксизма, экзистенциализма, а также «радикального эмпиризма»; политико-идеологические концепции

12 Козак Д. Искоренять клановость во власти необходимо // Известия. 2005. 24 января. См. также: Журман О. Вертикаль бедности. Приморский губернатор нашел критерий работы глав администраций // Российская газета. 2005. 24 января.

нормативно-мотивационной роли идеологии в формировании приоритетных целей социальной политики реформистского характера. В настоящее время разработка теории качества жизни связана в первую очередь с исследовательской деятельностью А. Кампбелла, а также с именами Ф. Конверса, У. Роджерса, Ф. Андруза, Л. Милбрейта в США, А. Мак-Кеннела, С. Райта в Великобритании, А. Михелоса в Канаде. Ряд исследователей работают в Австралии, Испании, Норвегии и многих др. странах. С 1974 г. издается международный журнал «Social Indicators Research», посвященный исследованиям качества жизни. Теории качества жизни широко используются в деятельности национальных и международных социально-политических организаций (ЮНЕСКО и др.).

Следовательно, категория «качество жизни», с одной стороны, является интегральной качественной характеристикой жизнеобеспечения, жизнедеятельности и жизнеспособности общества по эффективному осуществлению своих социальных, духовных и биологических функций. С другой стороны, «качество жизни» - это показатель, отражающий уровень сбалансированного достижения всех элементов стандарта жизни человека, устанавливаемого с учетом социально-экономического уровня развития национальной экономики и личных представлений о смысле жизни большинством членов общества. Высокая оценка качества жизни должна свидетельствовать о создании условий для достижения высокой степени соответствия установленному стандарту жизни большинством населения при безусловном согласии (консенсусе) населения с установленным набором стандарта жизни.13 Термин «качество жизни» включает в себя не только уровень доходов, но и наличие льгот, степень безопасности, качество здравоохранения, образования, коммунального обслуживания, транспорта и связи, состояние окружающей среды, доступность достижений культуры и даже ощущение собственной значимости в обществе.14

Правовая жизнь, являясь разновидностью социальной жизни, тоже может иметь свои параметры качества. Качество правовой жизни, как и во многом качество жизни вообще, «это системное понятие, характеризующее конечный результат, прежде всего качество работы законодательной, испол-

13 См.: Петропавлова Г. П. Управление качеством жизни в регионе // Теория и практика законотворчества. Ставрополь, 2002. С. 30.

14 См.: Кучерена А. Не бойтесь суда «присяжных экспертов». Юристы предлагают систему экспертной оценки законопроектов, затрагивающих жизненные интересы людей // Российская газета. 2004. 6 июля.

нительной и судебной власти государства».15 В самом общем виде о качественном праве, и значит и о качественной правовой жизни писал еще И. А. Ильин, который замечал, что «цель права - установить совместную жизнь людей таким образом, чтобы на столкновение, взаимную борьбу, ожесточенные споры тратилось как можно меньше душевных сил».16

Качество правовой жизни - есть совокупность существенных свойств юридической жизнедеятельности, создающей необходимые предпосылки для юридической защищенности интересов субъектов права, усиления гарантированности иных форм социальной жизни (экономической, политической и т. д.), повышения уровня правового развития данного общества. Условиями повышения качества правовой жизни выступает большое количество факторов, заметно влияющих на степень юридического прогресса, эффективность механизма правового регулирования, надежность и последовательность в установлении в законодательстве и в реальном осуществлении прав и свобод человека и гражданина. Качественная правовая жизнь создает равные юридические возможности для обеспечения интересов личности, общества, государства, для реализации, как верно подчеркнул И. А. Ильин, «душевных сил людей», их энергии и устремлений. Стержнем, пронизывающим всю правовую жизнь, выступают права человека и гражданина. Именно их закрепление в законодательстве, реальное исполнение и полноценная судебная защита может служить одним из важнейших показателей качества правовой жизни. Именно в степени удовлетворения интересов личности на уровне законодательной, исполнительной и судебной властей проявляется отношение субъектов к праву.

Конечно, качество правовой жизни зависит не только от органов государственной власти, но и от структур гражданского общества и от самой личности.

Б. А. Кистяковский справедливо не соглашался с теми, кто полагал, что изучение права, существующего в жизни, а не записанного в законах, только затруднит исследователя, но не даст ничего нового в смысле познания права. Нет, именно потому, что «жизнь так богата, многостороння и разнообразна <...> она не может целиком подчиниться контролю закона и органов, наблюдающих за его исполнением <...> К тому же писаное право неподвижно, оно изменяется только спорадически и для изменения

15 СвининВ. Томские начальники ставят друг другу «неуд.». Официальные доклады о качестве жизни далеки от реальности // Независимая газета. 2003. 24 декабря.

16 Ильин И. А. Порядок или беспорядок? М., 1917. С. 24.

его всякий раз требуется приводить в движение сложный механизм законодательной машины. Напротив, правовая жизнь состоит из непрерывного движения, в ней все постоянно изменяется, одни правовые отношения возникают, другие прекращаются и уничтожаются».17

Движущей силой развития общества и, следовательно, его правового развития являются противоречия. В последние годы в нашей стране эти противоречия переросли в острые социально-политические конфликты, создавая в правовой жизни России порой кризисные ситуации. Постоянное возникновение и разрешение противоречий в правовой жизни является источником ее саморазвития, создающим необходимые условия и предпосылки для продвижения правовой основы жизни вперед. Данные противоречия имеют многоуровневый характер и могут быть классифицированы по разным критериям. С точки зрения структурно-функционального подхода их можно расположить на четырех уровнях.

Первый уровень - это противоречия, характеризующие взаимосвязи и взаимозависимости между правовой жизнью и экономической, социальной, духовной, правовой системами жизнедеятельности общества. Процессы в правовой жизни могут либо отставать от соответствующих изменений, происходящих в остальных сферах общества, либо опережать их.

Второй уровень - это противоречия и тенденции, отражающие взаимосвязи и взаимозависимости между структурными различными элементами и подсистемами внутри правовой жизни общества. Динамика этих изменений не всегда находит адекватное отражение в правовом сознании, правовой культуре, правовых нормах, в политике, деятельности политикоправовых институтов современной России.

Третий уровень - это совокупность противоречий и тенденций, характеризующих взаимосвязи внутри каждого структурного элемента и подсистемы правовой жизни, а также противоречия, отражающие взаимосвязи отдельного элемента, подсистемы с другими сферами общества, их структурными компонентами и подсистемами.

Четвертый уровень - группа противоречий, отражающая отношения и взаимосвязи правовой основы жизни одного государства с правовой жизнью другого государства (группой государств).

Вероятно, правомерен также анализ противоречий, связанных с самой сущностью правовой жизни, ее развитием. Среди этой группы, по нашему мнению, следует назвать противоречия между:

17 Кистяковский Б. А. Философия и социология права. СПб., 1998. С. 206-207.

- объективными требованиями обновления и углубления процессов демократизации правовой жизни, с одной стороны, и консерватизмом, инерцией - с другой;

- сложностью, новизной стоящих перед институтами власти задач и несоответствием изменений в их структуре и методах управления;

- все более углубляющимися процессами политико-правовой и социальной дифференциации российского общества, порождающей в ряде случаев очаги конфликтов, всплески организованного насилия, политического экстремизма, переходящей в открытые вооруженные столкновения, и необходимостью консолидации политических сил и различных движений, выступающих за обновление нашего общества.

Современное состояние правовой жизни российского общества в целом можно охарактеризовать как переходное. Оно отличается такими характеристиками, как динамизм и фундаментальность изменений, нестабильность, неравномерность темпов и уровней преобразования различных сфер общественных отношений, неэффективность регулятивных механизмов, разнонаправленность и потенциальная многовариантность развития. Ныне в правовой жизни, по нашему мнению, обнаруживают себя принципиально антагонистические тенденции: организованность и дезорганизация, централизация и децентрализация, демократизация и попытка реставрации авторитаризма, согласованность и противоречивость. Система социальных отношений, входящая в сферу правового регулирования, находится в состоянии динамичной трансформации и усложнения, протекающих как под влиянием государственно-правового воздействия, так и в значительной степени стихийно, в результате действия внутренних механизмов саморегуляции. Подобный характер правовой жизни создает объективные сложности в концептуализации правового регулирования социальных отношений.

Рассмотрим более подробно антагонистические тенденции в правовой жизни, напрямую связанные с ее качеством. Первое - это противоречия, связанные с защитой прав и свобод граждан. Верно заметил В. Д. Зорькин, что «конституция вообще, то есть правовое устроение жизни общества и государства на определенных принципах, служит для вполне конкретной цели. Таковой, прежде всего, является нормальная цивилизованная жизнь человека и гражданина. Когда его права и свободы защищены, - можно сказать, что он живет под Конституцией или в Конституции».18

18 Зорькин В. Д. Судить по Конституции и совести // Журнал российского права. 2003. № 9. С. 4.

Екатерина II вслед за Ш. Монтескье говорила, что свобода - это когда человек живет в безопасности или, по крайней мере, чувствует себя так. Конечно, применительно к абсолютизму это весьма относительное понятие, но изреченные истины живут дольше своих творцов, и мы думаем, что в этих словах есть глубокий смысл. Правовая безопасность, конституционная безопасность - цель любой правовой основы жизни в мире. Когда права и свободы человека реализуются беспрепятственно, на основе гармонии с другими людьми, то государство должно чувствовать себя удовлетворенным. По нашему мнению, мы еще далеки от такого состояния, но, по крайней мере, идем этим путем.

С одной стороны, в последние годы в нашем обществе, при реформировании социально-экономической и политико-правовой жизни, все пытаются делать ставку на право, на юридические акты. Эта тенденция начала набирать «обороты» еще с перестроечных времен, когда официальные органы принимали документы, связанные с необходимостью формирования правового государства, утверждения в жизни принципа верховенства закона, усиления ее правовых основ и т. п. Выборы на Съезд народных депутатов СССР, в Верховный Совет РСФСР и Государственную Думу РФ наглядно показали, что практически все политические силы в своих программах отводили праву, законам значительную (вроде панацеи) роль в общественных преобразованиях. В 1993 г. принимается Конституция РФ, в ряде статей которой эти идеи декларируются. По меткому выражению Г. Сатарова: «Нет ничего надежнее правовой основы жизни».19 Да и первые лица государства неоднократно заявляли о необходимости жить по закону, уважать и чтить право.

С другой стороны, данные заявления и «демократическая», во многом декларативная Конституция РФ вовсе не мешают нашим правителям жить по «своим собственным законам» и не всегда правомерной жизнью. Как заметил Л. Радзиховский: «.правящий класс России состоит из совершенно закононепослушных людей».20 Взять, к примеру, анализ деклараций об имуществе кандидатов в депутаты Государственной Думы Федерального Собрания РФ четвертого созыва. В них - громадные, очевидные логические нестыковки. Десятки кандидатов, не мудрствуя, так прямо и записали, что в 2002 году доходов не имели. Переведем на понятный язык: не имели доходов, облагаемых налогом. Иначе говоря, - кандидаты в депутаты пар-

19 Парламентская газета. 2003. 30 октября.

20 Радзиховский Л. Золото партий // Российская газета. 2003. 4 ноября.

ламента публично заявляют, что скрывали доходы от налоговых органов. В любом государстве, думается, этого одного было бы достаточно, если не для возбуждения следствия (хотя почему бы и нет?), то уж минимум для конца политической карьеры. Между тем в России сокрытие дохода политиками за грех не считается. Более того, эта практика «катится» подобно «снежному кому» сверху вниз, в низовые электоральные звенья. Многие управленцы, бизнесмены, банкиры, коммерсанты, фермеры быстро переняли опыт криминально-правовой, по сути теневой жизни, что привело к беспрецедентному росту преступности и правонарушений, внесло хаос и нестабильность в социально-экономическую и политико-правовую жизнь России. «Бациллы» правового нигилизма распространяются с большой скоростью, что создает благоприятные условия для «эпидемии» в российской правовой системе, в целом.

При всем этом, немаловажную роль в повышении качества правовой жизни играют и сами граждане, их правовая активность, которая проявляется в инициативном участии личности в решении юридических проблем, в степени использования правовых средств для достижения своих целей. Качественное состояние правовой жизни выражается и в уровне правовой культуры, в степени развитости правосознания лица, в темпах его правовой социализации. Если оценивать сегодняшнюю ситуацию, то, как отмечается в прессе, «каждый третий гражданин России считает плохим свой уровень жизни, негативно оценивает политическую и экономическую обстановку и вообще убежден, что “страна идет не туда”».21.

Это связано во многом еще и с тем, что ожидания людей от проводимых реформ пока не оправдались. Отсюда и скорости протекания правовой жизни замедляются. Например, законодательная активность граждан «натыкается» на отлучение их от всенародных обсуждений важнейших законопроектов и референдумов (между тем, согласно ст. 3 Конституции РФ 1993 года, «единственным источником власти в Российской Федерации является многонациональный народ», «высшим непосредственным выражением власти народа являются референдум и свободные выборы»); избирательная активность, в силу неверия значительной части населения в реальном изменении ситуации с помощью выборов, все больше «трансформируется в абсентеизм»; трудовая активность «связана» несоразмерной оплатой затраченных трудовых усилий; предпринимательской активности мешают везде-

21 Ильичев Г. Недовольных стало меньше. Хотя треть россиян остается пока пессимистами // Известия. 2006. 10 апреля.

сущие административные барьеры и т. д.

Второе. На одном из «приоритетных» мест в современной правовой жизни стоят антагонистические тенденции, связанные с собственностью. Исходя из общих принципов права, по нашему мнению, в России выработаны принципы защиты собственности, свободы движения договора и цивилизованной налоговой системы. И надо сказать, что они были выработаны даже раньше, чем появились соответствующие кодексы Российской Федерации - Гражданский и Налоговый, Бюджетный и Таможенный. Это - с одной стороны. С другой стороны, компромисс между «новыми» и «старыми» собственниками России не найден. Передел собственности и перевод процесса легитимизации собственности в цивилизованное, законодательно обозначенное русло не окончен. Равные условия конкуренции для всех хозяйствующих субъектов законодательно не закреплены; надежные средства правовой защиты собственности не разработаны и что, пожалуй, самое главное - жесткая ответственность всех субъектов хозяйственной деятельности и органов государственной власти за несоблюдение законодательных правил не установлена.

Вполне очевидно, что сегодня воровство возведено в ранг государственной политики, воплотившейся в программе приватизации общенародной собственности, взломе валютно-сырьевой границы страны, образовании «черной дыры» коммерческих банков и пр. В целом, проведенная приватизация не привела к структурной перестройке экономики и не создала класса реальных собственников.

Третье - это разнонаправленность правовой жизни по защите прав и свобод в уголовно-правовой, уголовно-процессуальной сферах. С одной стороны, обозначены основные принципы, сформулированные на основе проверки старого УПК, когда у нас фактически дискредитировались одиозные нормы, несовместимые с правами и свободами человека по новой Конституции, включая сроки заключения, - порядок расследования, принципы судопроизводства и состязательности, участие адвоката и т. д. С другой стороны, многие лица (как физические, так и юридические) больше обращались к «левоохранительным» структурам и «теневому правосудию» с тем, чтобы быстрее и надежнее решить свои собственные проблемы.

Что касается органов судебной власти, то тут ситуация весьма тревожная. Разве можно считать качественным наше правосудие,22 если граж-

22 Об этом см.: Зорькин В. Д. Качество правосудия — это вопрос конституционный // Закон и право. 2005. № 1. С. 8.

дане не верят в справедливость суда, а главными нарушителями своих прав называют сначала чиновников и работников правоохранительных органов, т. е. государство, и только потом бандитов.

Четвертая тенденция: одна из тех проблем, которые традиционно лежат на поверхности современной противоречивой правовой жизни, - это проблема соотношения национального и международного права и соответствующих международных институтов. Достаточно сказать о Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод (Рим, 4 ноября 1950 г.), чтобы понять, сколь актуальна эта тема. Россия данную Конвенцию ратифицировала, но, как известно, не ратифицировала Протокол о смертной казни. И вот уже возникает проблема в правовой жизни. С точки зрения общей ситуации данная проблема может быть и является частной, но по вниманию, которое ей уделяется в политической жизни, она несомненно становится если не глобальной, то существенно весомой.

По нашему мнению, благоприятное воздействие на процессы, протекающие в правовой жизни российского общества, оказывает взаимодействие национального законодательства с международным правом, усилившееся в последнее десятилетие. В российскую правовую систему имплементирован ряд международно-правовых институтов, проверенных временем и мировой практикой, подтвердивших свою ценность и высокую эффективность.

Пятое: еще одна важная проблема российской правовой жизни - взаимное признание решений национальных и зарубежных судов, прежде всего применительно к вопросам собственности, договоров. Это затрагивает и Конституционный Суд РФ в плане того, как должна быть рационально построена система правосудия в стране, чтобы вал жалоб не шел в Европейский Суд по правам человека. Там правосудие не просто дорогостоящее, оно менее доступно. У нас же пока многие полагают (может быть, и небезосновательно), что лучше судиться там. Повторим, может какие-то поводы к этому и есть. Хотя в целом, при позитивной правовой жизни, система правосудия должна быть отлажена таким образом, чтобы гражданин получал эффективную правовую защиту в своей стране, а в Европейский Суд обращался только в исключительных случаях.

Очевидно, что в России наступает новый этап в правовой жизни, который ставит новые правовые проблемы, которых раньше не существовало. Они связаны, прежде всего, с экономическим дисбалансом, экологией, миграционной политикой. И еще будут проблемы в современной правовой жизни, если Российское государство не сумеет адекватно ответить на вызо-

вы времени. Так, антагонистические тенденции характерны и для реформы государственной службы в России. Здание Российской империи рухнуло под весом бюрократии, как заметил один из отечественных политологов. Теперь выясняется, что на «обломках самовластья» ничего нового не появилось. Проблемы государственной службы все те же, что и 100 лет назад,

- недостаточная эффективность, снижение престижа и доверия, непоследовательность кадровой политики, закрытость системы госслужбы и слабые механизмы для профилактики коррупции в рядах чиновничества, а также борьбы с ней. Это признал и В. В. Путин, утверждая 15 августа 2001 г. концепцию реформирования системы государственной службы.

Резюмируя изложенное, вероятно, можно утверждать, что в российском обществе наступает состояние «всеобщей имитации», когда власть делает вид, что управляет, а граждане и общество в целом делают вид, что исполняют решения власти. Это состояние уже приобрело черты своеобразной эпидемии. Какое же лекарство необходимо применить, чтобы снизить негативное воздействие данной социальной болезни, что нужно сделать для повышения качества российской правовой жизни?

Одним из эффективных средств повышения качества правовой жизни российского общества может выступать правовая политика. Еще в начале реформ справедливо отмечалось, что «правовая политика, будучи составной частью политики вообще, как комплексного социального явления, имеет своим объектом правовую жизнь общества».23 Собственно, любая соответствующая политика призвана повышать качество жизни в соответствующей сфере. Так, государственная семейная политика представляет собой «целостную систему принципов, оценок и мер организационного, экономического, правового, научного, информационного, пропагандистского и кадрового характера, направленных на улучшение условий и повышение качества жизни семьи».24

Правовая политика также нацелена на повышение качества и уровня правовой жизни общества, на совершенствование юридического бытия, на приобретение положительного юридического опыта. Правовая политика внесет элементы стабильности и предсказуемости в нашу действительность, ибо только четкие правила игры создадут условия для самой игры. Другими

23 См.: Вопленко Н. Н. Правоприменительная политика: понятие и содержание // Тезисы докладов IX научной конференции ВолГУ Волгоград, 1992. С. 96-97.

24 Основные направления государственной семейной политики, утвержденные Указом Президента РФ от 14 мая 1996 года // Российская газета. 1996. 21 мая.

словами, необходима выработка стратегии правового развития современной России. Актуализация и «выход» ее на передние рубежи жизнедеятельности общества далеко не случайны. Это обусловлено рядом факторов.

Во-первых, правовая политика выступает гарантирующей разновидностью политики, ибо направлена на упорядочивание самой правовой сферы, несущей, в свою очередь, цивилизованность и порядок экономическим, социальным, национальным и иным отношениям. Как известно, ни экономическая, ни социальная, ни национальная, и иная внутренняя и внешняя политика не сможет полноценно и эффективно осуществляться без обеспечивающих их правовых средств. Непродуманная и слабая правовая политика, сопряженная с несовершенной и пробельной юридической базой, с противоречиями в правовых актах, с неконкретными приоритетами, ведет к сбоям и в осуществлении политики экономической, социальной, национальной. Отсюда вывод: пока не наведем порядка в правовой сфере, ни в какой другой сфере порядка не будет. И наоборот.

Во-вторых, появление правовой политики есть реакция государства на масштабное усложнение правовой жизни российского общества, на заметное увеличение потоков юридической информации, которая далеко не всегда выступает внутренне согласованной. Признание принципов и норм международного права, международных договоров РФ составной частью ее правовой системы, рост количества не только общефедеральных, но региональных и муниципальных нормативных актов и т. д. не могли не привести к увеличению различных нестыковок и рассогласований в правовом пространстве России.

В-третьих, заметное усиление роли права в жизнедеятельности общества и значимости правосознания в системе форм общественного сознания в силу демократизации страны, расширения договорных начал правового регулирования предполагают и определенную координацию данного процесса со стороны власти, некую управляемость в общих интересах.

В-четвертых, качественное изменение в степени криминализации российского общества до уровня «правового мрака» требует более основательного и комплексного реагирования на данные процессы, что может, прежде всего, воплотиться именно в системных действиях, то есть в правовой политике. Дальнейшая криминализация общества, особенно рост организованной преступности и коррупции, может стать непреодолимой преградой на пути эволюционного развития правовой жизни, поставить под вопрос саму возможность построения демократического, правового государства.

Такой «теневой» организации бытия можно противопоставить лишь взятые в единстве позитивные силы, имеющие в своей основе четкую и последовательную программу юридических действий. С подобной стратегией можно будет гораздо увереннее и результативнее бороться с криминалом, отвоевывать у него противозаконную территорию, которую необходимо возвращать в лоно правового пространства.

В-пятых, появление новых субъектов права - субъектов РФ, выстраивание подлинных федеративных отношений в России также связано с более продуманным и эффективным использованием юридического инструментария, с ростом авторитета права как «миротворческого» средства, что возможно лишь в рамках осуществления государством правовой политики.

По отмеченным обстоятельствам проблемы правовой политики привлекают к себе все более пристальное внимание различных специально созданных для их изучения научных структур. Так, в Венгрии функционирует Институт конституционной и правовой политики, в Англии - центр земельной политики, в России (при Министерстве юстиции РФ) - Институт правовой политики и правоприменения. Саратовский филиал Института государства и права Российской академии наук занимается преимущественно вопросами федеральной и региональной правовой политики и правовой жизни.

К принципам выстраивания стратегии прогрессивного развития правовой жизни в России можно отнести следующие:

1) четкое обозначение приоритетов юридической деятельности, которые должны вытекать из целей и задач Российского государства;

2) предвидение будущих юридических «ходов» субъектов политики и соответствующее их воплощение в жизнь;

3) ориентация на достижимые в данной ситуации цели и применение реальных юридических средств;

4) комплексное и взаимообеспечивающее использование форм реализации правовой политики (правотворческой, правоприменительной, правоинтерпретационной, доктринальной, правообучающей);

5) результатами правовой политики выступает повышение качества и уровня правовой жизни общества и личности, что выражается в уверенности граждан, в гарантированности их статуса, в возможности планировать свою жизнедеятельность на перспективу, в согласованности и предсказуемости действий власти.

Механизмы реализации правовой политики связаны с выявлением

препятствий, стоящих на пути дальнейшего развития правовой жизни общества, и поиском юридических средств их оптимального преодоления. В качестве примера подобного рода препятствий можно назвать следующие: отсутствие единого правового пространства, многочисленные юридические коллизии между правовыми актами, внутренняя противоречивость Конституции РФ, низкое качество законов и подзаконных актов, все возрастающая доля теневого сектора в правовой жизни современной России.

Новое качество правовой жизни - это новое состояние, степень развитости и цивилизованности правовых актов (нормативных, правоприменительных, интерпретационных, договорного права). Прежде всего - законов, качество которых весьма заметно должно сказаться на улучшении уровня правовой жизни большинства граждан, общества в целом.

Осуществление различных форм правовой политики нацелено одновременно на преодоление или хотя бы на ослабление проявлений негативной стороны правовой жизни (таких, как преступность и иные правонарушения, коррупция, деформация правосознания, судебные ошибки, пробелы в праве и т. д.). Названный теневой сегмент занимает немалую долю в российской правовой жизни.

Поэтому одним из важнейших путей повышения качества правовой жизни выступает целенаправленное снижение доли этой теневой составляющей. В литературе обоснованно делается вывод о том, что «совершенствование любой сферы жизни и деятельности (политической, экономической, организационной, правовой, технологической и даже творческой) в российских условиях в обязательном порядке должно быть связано с преодолением криминала».25 Кроме того, важно проводить такую взвешенную общефедеральную правовую политику, которая способствовала бы выравниванию правовых статусов субъектов федерации как действительно равноправных субъектов российской правовой жизни. Это следует сделать и в силу того, что Россия - страна, которая должна иметь единое правовое пространство, к чему призывает и Указ Президента РФ от 10 августа 2000 г. «О дополнительных мерах по обеспечению единого правового пространства Российской Федерации».26 В каком бы регионе не проживал гражданин России, у

25 Лунеев В. В. Выступление на научно-практической конференции по проблеме борьбы с коррупционной и организованной преступностью // Государство и право. 2002. № 3. С. 100-102; см. также: Савинский А. В. О роли гражданского права и других отраслей права в борьбе с коррупцией и организованной преступностью // Правоведение. 2004. № 4. С. 81.

26 Российская газета. 2000. 16 августа.

него должны быть равные юридические возможности, что соответствует и положениям действующей Конституции РФ.

Наряду с этим сегодня особенно остро встает вопрос о создании концепции правовой политики субъектов РФ.27 Конечно, сама правовая политика регионов во многом должна определяться общефедеральными целями и задачами (и соответствующим уровнем правовой политики). Однако на сегодняшний день они не вполне ясны, что, несомненно, препятствует выстраиванию стратегии и тактики правового развития регионов. Правовая политика субъектов РФ, ориентируясь в первую очередь на федеральное законодательство, призвана выражать региональные интересы и особенности.

Правовая политика субъектов РФ в сфере взаимоотношений их с центром должна включать алгоритм решения как минимум следующих юридических задач: согласование результатов регионального правотворчества с общероссийским; выработка механизмов предупреждения и преодоления юридических коллизий федеральных и региональных правовых актов; создание инструментов отстаивания на общефедеральном уровне опережающих региональных законов и т. п.

В субъектах РФ требуется стратегия правового развития и в связи с большими масштабами, которые приобретает сегодня региональное правотворчество.28 Так, общее количество нормативно-правовых актов, принятых в регионах, уже давно перевалило за полмиллиона (в структуре всего объема действующих нормативно-правовых актов в России это составляет около 90 %). Подобную деятельность можно назвать обвальной, своего рода «правотворческим бумом», которая без ее упорядочения неизбежно приведет к отрицательным последствиям, «правотворческому наводнению».

Чтобы правотворческий процесс в субъектах РФ не вышел из «берегов», необходимо его организовывать с помощью соответствующих оперативных тактических и перспективных стратегических планов (программ), нужно «прибавить» рациональности в деятельность по подготовке проектов нормативных актов (установить четкие приоритеты, активнее привлекать научно-исследовательский потенциал для написания проектов и экспертизы

27 Подробнее см.: Малько А. В. Формы реализации и виды правовой политики // Российская правовая политика: Курс лекций / Под ред. Н. И. Матузова и А. В. Малько. М., 2003. С. 171-174.

28 См.: Зелепукин А. А. Российское законодательство: состояние и проблемы реализации // Правовая политика и правовая жизнь. 2007. № 4. С. 207-213.

законов и т. п.). Для детального же изучения юридических проблем территорий, прогнозирования правового развития регионов и более основательного выстраивания их правовой политики, необходима самостоятельная наука -правовая регионология. Таким образом, требуется постоянный мониторинг качества правовой жизни граждан, проживающих в различных субъектах федерации, разработка общефедеральной и региональных концепций повышения качества правовой жизни, оценка деятельности власти всех ветвей и уровней, исходя из динамики показателей качественности правовой жизни.

В качестве подведения своеобразного итога, отметим следующее. Если правовая политика - это деятельность государства и структур гражданского общества по созданию стратегии правового развития и внедрению эффективного механизма правового регулирования, по цивилизованному использованию юридических средств в достижении таких целей, как повышение уровня и качества жизни граждан, укрепление законности и правопорядка, формирование правовой государственности и высокой правовой культуры общества и личности, то правовая жизнь есть одновременно и истоки, и сфера проявления такой политики. Правовая политика содержит в себе определенную стратегию и тактику развития правовой жизни, ориентиры (цели и средства) для нее.

Думается, именно это имел в виду Н. Н. Алексеев, когда отмечал, что «познание путей, одухотворения правовой жизни и есть задача правовой тактики или правовой политики, т. е. искусства реализации ценностей».29 Таким образом, с одной стороны, правовая жизнь позволяет под особым углом зрения взглянуть на правовую политику. Уровень и качество правовой жизни может считаться главным критерием эффективности правовой политики. Более того, без научной модели «правовой жизни» нельзя полноценно исследовать правовую политику, ибо последняя находит свое реальное воплощение именно в юридической действительности, в правовом бытии. С другой стороны, в упорядочении и организации юридической жизни трудно переоценить роль правовой политики государства.

29 АлексеевН. Н. Основы философии права. СПб., 1998. С. 205.