Выявление безплазмидного и мутантного"шведского" вариантов Chlamydia trachomatis,выделенных от лиц с урогенитальнымхламидиозом в Республике Беларусь

Выявление безплазмидного и мутантного «шведского» вариантов Chlamydia trachomatis, выделенных от лиц с урогенитальным хламидиозом в Республике Беларусь

Рубаник Л.В., Капустина Ю.М., Асташонок А.Н., Полещук Н.Н.

Республиканский научно-практический центр эпидемиологии и микробиологии, Минск, Беларусь

Rubanik L.V., Kapustina Yu.M., Astashonok A.N., Poleshchuk N.N.

The Republican Research and Practical Center for Epidemiology and Microbiology, Minsk, Belarus

Detection of mutant «swedish» and plasmid-free variants of Chlamydia trachomatis isolated from persons with urogenitial chlamidiosis in the Republic of Belarus

Резюме. С помощью молекулярно-генетических методов получены данные о возможной циркуляции в Республике Беларусь геновариан-тов Chlamydia trachomatis, сходных с бесплазмидным и мутантным«шведским»вариантами (nvCT). Исследовано 127 проб клинического материала, полученного от пациентов с лабораторно верифицированным диагнозом «урогенитальный хламидиоз». Установлено, что в 45,7±4,4% образцов были детектированы одна или несколько анализируемых мишеней возбудителя (хромосомные гены ompA и 16s рРНК, плазмидные orf8 и orf3). Среди общего числа исследованных образцов выявлены предположительно мутантный «шведский» (7 изо-лятов) и бесплазмидный (1 изолят) варианты патогена, которые планируется в дальнейшем детально изучить. Полученные результаты актуальны для совершенствования подходов к лабораторной диагностике как дикого, так и мутантных вариантов C. trachomatis, поиска новых альтернативных мишеней для их эффективной идентификации и осуществления молекулярно-эпидемиологического мониторинга циркуляции различных геновариантов патогена в Республике Беларусь.

Ключевые слова: Chlamydia trachomatis, урогенитальный хламидиоз, «шведский» вариант, бесплазмидный вариант, ПЦР диагностика.

Медицинские новости. — 2017. — №12. — С. 49-53. Summary. Data on the possible circulation of C. trachomatis genovariants similar to plasmid-free and mutant"swedish" variant (nvCT) in the territory of the Republic of Belarus were obtained by molecular genetic methods. There were having been studied 127 samples of the clinical material obtained from patients wtth a laboratory verified diagnosis of urogenital chlamydia. It was found that one or several tested agent targets (chromosomal ompA and 16s rRNA genes, plasmid orf8 and orf3) were detected in 45,7±4,4% of the samples. Among the total number of samples examined, a suspected mutant"swedish" (7 isolates) and a plasmid-free (1 isolate) variants of the pathogen were identified, which will be further studied in details. The results obtained are relevant for improving approaches to laboratory diagnostics of both wild and mutant variants of C. trachomatis, searching for new alternative targets for their effective identification and carrying out molecular-epidemiological monitoring of various pathogen genovariants circulation in the Repubiic of Belarus.

Keywords: Chlamydia trachomatis, urogenital chlamydia,"swedish" variant, plasmid-free variant, PCR, diagnostics. Meditsinskie novosti. - 2017. - N12. - P. 49-53.

Хламидиоз - инфекционное заболевание, передающееся преимущественно половым путем, возбудителем которого является обли-гатный внутриклеточный микроорганизм Chlamydia trachomatis. Чаще всего хламидиоз протекает без выраженной клинической симптоматики и инициирует развитие воспалительных процессов урогенитального тракта у мужчин и женщин (уретрит, цервицит, эндометрит, простатит, орхит, сальпингит и др.), а также является одной из причин патологии беременности, инфицирования новорожденных [1, 14].

Генетический материал C. trachomatis содержится в геномной ДНК, входящей в состав нуклеоида, и в плазмидах -внехромосомных генетических элементах. Считается, что геном C. trachomatis является высококонсервативным и отно-

сительно небольшим (около 1 МЬ), с количеством открытых рамок считывания (потенциальных генов) равным 894 [17]. Криптическая плазмида хламидий имеет размер около 7,5 кЬ, является мультико-пийной (4-8 копий), неконъюгативной и неинтегративной [33]. Плазмида имеет в своем составе 8 открытых рамок считывания (о/И-о^в) и участок, состоящий из четырех повторов по 22 нуклеотида каждый, который служит точкой начала репликации [19, 32]. Считают, что открытые рамки считывания могут быть сгруппированы в два кластера: ог^, которые являются существенными (кодирующие рдр1, -2, -6 и -8), и о^, которые являются несущественными (кодирующие рдрЗ, -5 и -7) для стабильного поддержания плаз-миды. Предполагается, что некоторые плазмиды обладают транскрипционной активностью и регулируют экспрессию

хламидийных генов, а также могут нести гены вирулентности C. trachomatis [10]. Молекулярная основа опосредованной плазмидой вирулентности до конца не изучена, однако предполагают, что она связана с усиленной стимуляцией провоспалительных цитокинов за счет включения Toll-подобных рецепторов [34].

Важную роль в выявлении уроге-нитального хламидиоза играет качественная и своевременная диагностика. Согласно действующим Европейским рекомендациям по контролю за хла-мидийной инфекцией, наиболее предпочтительными методами детекции патогена являются тесты на основе метода амплификации нуклеиновых кислот (МАНК). Для диагностики острой хламидийной инфекции также используются реакция иммунофлуоресценции (РИФ) [15].

Сегодня наиболее предпочтительным и широко используемым методом является полимеразная цепная реакция (ПЦР). В основе ПЦР лежит многократная амплификация определенного фрагмента ДНК, который является маркерным для данного патогена. Чаще всего в качестве мишени для ПЦР используются фрагменты плазмидной ДНК хламидий (orf3 и orf8), участок гена ompA хромосомной ДНК, рибосомальной РНК и др. Известно, что большинство коммерческих тест-систем ПЦР определяют только одну из мишеней, таким образом, существует вероятность получения ложноотрицательных результатов в случае генетических вариаций, к числу которых относят делецию в диагностически значимом участке orf3 криптической плазмиды или ее полную потерю [6].

Отсутствие клинических проявлений и сложность диагностики различных генетических вариантов патогена приводит к большому количеству своевременно недиагностированных случаев хлами-диоза, что способствует его диссемина-ции в организме, развитию серьезных осложнений и дальнейшей передаче возбудителя в популяции.

Цель исследования - провести молекулярно-генетический анализ изо-лятов C. trachomatis в поиске среди них мутантного «шведского» nvCT (new variant C. trachomatis) и бесплазмидного вариантов возбудителя.

Материалы и методы

В качестве материала для исследования использовались уретральные, цервикальные и вагинальные соскобы, а также сыворотка крови. Первичную идентификацию C. trachomatis осуществляли с помощью метода выделения возбудителя в культуре клеток McCoy, реакции иммунофлуоресценции, иммунофер-ментного анализа (ИФА), направленного на выявление видоспецифических IgM, IgA, IgG. Всего было отобрано 127 образцов соскобного материала, полученных от лиц с лабораторно верифицированным диагнозом «урогенитальный хламидиоз», которые далее исследовались с помощью ПЦР.

Для выделения ДНК из клинического материала использовали комплект реагентов «ДНК-сорб-АМ». Экстракцию ДНК проводили с использованием внутреннего контрольного образца (ВКО-FL).

Детекцию ДНК C. trachomatis осуществляли методом ПЦР с использованием тест-систем, направленных на обнаружение orf3 криптической плазмиды: «АмплиСенс C. trachomatis-FL», «Ампли-Сенс C. trachomatis / Ureaplasma spp. / M. Genitalium/M. hominis Мультипрайм-FL», «АмплиСенс N. go-norrhoeae / C. trachomatis / M. genitalium» с ги-бридизационно-флуоресцентной детекцией; «АмплиСенс C. tracho-matis-EPh» с электрофоретической детекцией продуктов амплификации в агарозном геле.

Параллельно с применением коммерческих тест-систем образцы тестировали с помощью специфических пар олигонуклеотидных праймеров:

- гомологичных гену orf8 ДНК криптической плазмиды (KL1-KL2) [26];

- гомологичных гену omрA хромосомной ДНК (P1-OMP2), кодирующему MOMP [25];

- гомологичных гену, кодирующему 16s рРНК (R1-R2) [20].

Продукты амплификации анализировали методом электрофореза в 2% геле агарозы с добавлением бромистого этидия.

Для обработки данных использовали пакет программы MS Office Excel. Описательная статистика представлена в виде подсчета доли образцов, содержащих анализируемые гены, и стандартной ошибки.

Результаты и обсуждение

Проведенные молекулярно-генети-ческие исследования показали, что в 58 (45,7±4,4%) образцах были выявлены анализируемые генетические мишени C. trachomatis по отдельности или в различных комбинациях (рисунок). Среди них все 4 мишени (orf3, orf8, ompA и 16s

рРНК) обнаруживались в 5 (3,9±1,7%) случаях. В 31 (24,4±3,8%) пробе выявлен только один из плазмидных фрагментов - orf3, в 9 (7,1±2,3%) - комбинация генов orf3 и orf8, в 7 (5,5±2,0%) образцах - только orf8, в 5 (3,9±1,7%) - гены orf3, orf8 и ompA и в 1 (0,8±0,8%) случае - только ген 16s рРНК.

Все четыре анализируемые мишени одновременно обнаруживались в 5 (3,9±1,7%) пробах из всей выборки. Такой вариант возбудителя содержит плазмиду без мутаций (wild type C.trachomatis (wtCT) - дикий тип) и является как метаболически активным, о чем свидетельствует синтез 16s рРНК, так и характеризуется выраженными иммуногенными свойствами за счет продукции главного наружного белка мембраны [5].

В исследовании установлено, что в 31 (24,4±3,8%) пробе обнаруживался только один из плазмидных фрагментов - orf3, что, вероятнее всего, связано с более высокой копийностью плазмиды по сравнению с анализируемым фрагментом геномной ДНК и возможным блокированием экспрессии гена другого плазмидного фрагмента orf8.

В 9 (7,1±2,3%) от общего числа протестированных образцов обнаруживались гены как of3, так и orf8 плазмидного генома возбудителя, но не выявлены хромосомные гены ompA и 16s рРНК. Такой результат можно объяснить тем, что плазмида является мультикопийной (4-8 копий на клетку) и, как следствие, при постановке ПЦР3 мишеней для плаз-мидных праймеров гораздо больше, нежели мишеней геномной ДНК, которая представлена единственной копией [16].

В 7 (5,5±2,0%) образцах обнаруживался только ген orf8. Последовательность orf8 является наиболее консерва-

Рисунок

Распределение выявляемости различных генетических мишеней C. trachomatis по результатам молекулярно-генетического анализа

orf8; 3,5%

16s pPHK; 0,8%

! orf3+ompA+orf8+16s ГрРНК; 3,9%

/eff3+ompA+orf8; 3,9%

- orf3+orf8; 7,1%

Не обнаружена ни одна из мишений; 54,3%

4orf3; 24,4

тивной в плазмидном геноме хламидий, что обеспечивает эффективность детекции возбудителя. Отрицательная реакция в отношении orf3 может быть связана с мутацией в данном фрагменте криптической плазмиды - ключевой мишени, используемой разработчиками большинства коммерческих тест-систем. В случае подобной мутации невозможно амплифицировать искомый участок orf3. Такие случаи описаны в литературе как инфицирование «шведским» вариантом nvCT который несет мутантную плазмиду [15].

Выявлены 5 (3,9±1,7%) образцов, в которых наблюдался другой результат - обнаруживался хромосомный ген ompA наряду с плазмидными генами orf3 и orf8, но не выявлен ген 16s рРНК. В подобных случаях, вероятно, мы имеем дело с вариантами возбудителя, несущими криптическую плазмиду, со сниженной или блокированной репли-кативной активностью, но обладающих иммуногенностью.

В 1 (0,8±0,8%) случае гены orf3 и orf8, а также ompA не определялись, но в то же время ген 16s рРНК обнаруживался. Этот случай можно объяснить присутствием в материале метаболически активных хламидий, свободных от криптической плазмиды (вероятно, бесплазмидный вариант C. trachomatis), в последовательности гена ompA, в которых также возможно существование мутаций, не позволивших детектировать данный фрагмент.

Наибольший массив в нашем исследовании - 69 (54,3±4,4%) образцов, составили пробы, в которых не обнаруживался ни один из выбранных специфических фрагментов ДНК возбудителя. Такой результат может быть обусловлен снижением чувствительности ПЦР вследствие ряда причин, наиболее важными из которых являются ингибирование реакции компонентами биологических образцов и недостаточное количество эпителиальных клеток в исследуемом материале. Ингибиторами ПЦР могут быть гемоглобин крови, слизь или моча, которые могут попасть в пробу при заборе материала для исследования, вследствие чего резко снижается концентрация ДНК в образце и эффективность ее выделения [8, 11]. В биологических жидкостях женщины также возможно присутствие ингибиторов амплификации, образование которых зависит от

гормонального фона менструального цикла. Присутствие таких ингибиторов максимально на 3-й неделе после менструации или в материале, полученном от беременных женщин. У мужчин также наблюдается ингибирование ПЦР (до 10% случаев) соединениями, присутствующими в сперме, поэтому этот материал не рекомендуется для исследования [4]. По опубликованным данным, недостаточное количество эпителиальных клеток также служит основной причиной (до 41%) ложноотрицательных результатов, что может являться следствием неправильного взятия биологического материала [2].

Конкурентное ингибирование - еще одна проблема, приводящая к снижению чувствительности ПЦР и возникающая при использовании наборов, предназначенных для одновременного обнаружения двух и более видов микроорганизмов. Если концентрация одного из патогенов в образце слишком велика, то в отношении других могут быть получены ложноотрицательные результаты. В таких случаях для достижения необходимой чувствительности следует использовать моноплексные методы, предназначенные для выявления только одного вида микроорганизмов [4].

Как известно, хламидийная инфекция - одна из самых распространенных урогенитальных инфекций в Европе. По данным Европейского центра профилактики и контроля заболеваний, за 2014 год зарегистрировано 396 тысяч случаев инфицирования хламидиозом в 26 странах Европейского Союза / Европейской экономической зоны, что составило 187 случаев в расчете на 100 тысяч населения (коэффициент рассчитан по 20 государствам). При этом 83% от общего числа случаев приходилось на четыре страны - Данию, Норвегию, Швецию и Великобританию. Следует отметить, что 60% (236 000 из 396 000 случаев) зафиксировано только в Великобритании. В Республике Беларусь в 2014 году этот показатель составил 7 178 случаев (75,8 случая на 100 тысяч населения) [13].

Наряду с развитием воспалительных процессов урогенитального тракта хламидиоз может вызывать значимые заболевания экстрагенитальной локализации, такие как офтальмохламидиоз, фарингит, пневмония, холецистит, пери-аппендицит, пиелонефрит и перигепатит

[1, 5, 14]. У пациентов с урогенитальной хламидийной инфекцией может наблюдаться возникновение хламидиоиндуци-рованных артритов [3]. Известны случаи хламидийного менингита и энцефалита у недоношенных новорожденных, инфицированных при прохождении половых путей матери [1]. Показаны случаи поражения центральной нервной системы у взрослых [7, 9].

В Республике Беларусь диагностика урогенитального хламидиоза регламентируется Приказом Министерства здравоохранения №486 от 20.05.2009 г., в котором определены единые требования к забору, транспортировке и хранению клинического материала. В нем определено, что основными методами лабораторной диагностики аналогично Европейским рекомендациям являются МАНК. К ним относится ПЦР лигазная цепная реакция (ЛЦР), реакция амплификации на основе нуклеотидной последовательности нуклеиновых кислот (NASBA), реакция изотермальной транскрипционной амплификации (TAS) и т.д. Метод культуры клеток, РИФ, ИФА рекомендуется использовать в научных целях и для верификации наличия возбудителя при репродуктивных нарушениях и костно-суставной патологии.

К преимуществам ПЦР относятся высокая чувствительность (70-95%) и специфичность (97-99%), а также возможность тестирования одновременно большого числа образцов, быстрота и автоматизация, унификация, стандартизация [16]. Недостатком ПЦР-диагностики хламидиоза является то, что метод амплификации ДНК не позволяет оценить жизнеспособность клетки, дает ложноотрицательные результаты при малых количествах возбудителя. По данным производителей тест-систем ПЦР аналитическая чувствительность наборов для детекции C. trachomatis - не менее 5х103 копий ДНК в 1 мл биологической пробы. При хронических формах урогениталь-ной инфекции часто отмечается низкий титр возбудителя вследствие снижения продукции инфекционных элементарных телец. Также вирусы, бактерии и простейшие в условиях совместного размножения могут угнетать репродукцию друг друга, что может привести к получению ложноотрицательного результата [12].

Как уже упоминалось, для ПЦР диагностически значимыми в геномной ДНК

C. trachomatis являются участок гена ompA и ген 16S рРНК, а также плазмид-ные гены orf3 и orf8.

Хромосомный ген ompA кодирует белок МОМР (Major Outer Membrane Protein), ответственный за иммуноген-ность и, как следствие, является наиболее изменчивым и чаще всего подверженным рекомбинационным процессам геном во всем геноме C. trachomatis. Изменения могут затрагивать до 30% от последовательности всего гена. Для молекулярно-генетической диагностики используют преимущественно консервативные фрагменты, однако отмечалось, что и в генах этой области могут происходить различные мутации или нуклеотидные замены, которые сказываются на выявляемости патогена [17, 22, 24]. Имеются данные, что для генотипов D, E, F область гена ompA является наиболее консервативной по сравнению с аналогичной областью генотипов G и H, в которых чаще всего наблюдается присутствие нуклеотидных замен [25]. Отмечается, что появление таких мутаций не приводит к важным филогенетическим изменениям, однако это инициирует появление точечных мутаций на конкретных белковых доменах, которые могут изменять инфекционность, способность к персистенции и передаче возбудителя [30].

Ген 16s рРНК представлен в геномной ДНК в количестве 2-3 тандемных повторов [26]. Транскрипция этого гена свидетельствует о высокой метаболической активности хламидий, которая индуцируется при трансформации элементарного тельца в ретикулярное. Таким образом, повышенная экспрессия гена 16s рРНК может быть маркером течения острой формы инфекции, то есть соответствующей продукции активно реплицирующихся или жизнеспособных микроорганизмов [18].

Благодаря мультикопийности и высокой консервативности плазмидные участки чаще всего используются в качестве мишени для ПЦР. Плазмидный участок orf3 кодирует наиболее изученный белок размером 28 кДа pgp3. Примечательно, что это - единственный из хламидийных белков, который секретируется в цито-золь инфицированных клеток хозяина. Известно также, что частота мутации в orf3 более чем в 7 раз выше по сравнению со средним значением для всех

других открытых рамок считывания патогена. Участок orf8 кодирует белок pgp8, который является гомологом интегразы/ рекомбиназы [34].

Сегодня имеются сведения о циркуляции как бесплазмидных штаммов, так и мутантного «шведского» варианта nvCT имеющего делецию в 377 п.о. в регионе orf3 [16]. Данная мутация захватывает участок гена, который наиболее широко использовался в качестве мишени в коммерческих тест-системах Roche и Abbott, применяемых ранее во многих диагностических лабораториях. Проведенные молекулярно-эпидемио-логические исследования показали, что в первое время этот вариант обнаруживался только в Швеции (от 7% до 64% всех положительных случаев). С 2007 года случаи выявления таких штаммов возбудителя начали регистрироваться в других странах: сначала в Дании, затем в Норвегии и во Франции [21, 23, 27]. В августе 2008 года случай инфицирования был обнаружен в Шотландии, в 2010 году в Финляндии также были описаны 2 случая [28, 29]. В России единичные случаи обнаружения nvCT были зарегистрированы в 2010 году, в 2012 году - в Санкт-Петербурге, а в 2015 году - в Саратовской области [15, 35]. В 2014 году опубликованы данные о заражении nvCT в Испании [31].

Существование бесплазмидных штаммов C. trachomatis также значительно снижает качество ПЦР-диагностики хламидиоза. Мультикопийная крипти-ческая плазмида, являющаяся диагностической мишенью, отсутствует у 1-16% выделяемых культур хламидий, вызывающих урогенитальную инфекцию. Бесплазмидные штаммы, подобно плаз-мидосодержащим, обладают различной вирулентностью и способны вызывать хламидийную инфекцию. В таких случаях тест-системы ПЦР3 направленные на выявление внехромосомной ДНК, дают ложноотрицательный результат [6].

Таким образом, для качественной лабораторной диагностики урогениталь-ного хламидиоза необходимы как фундаментальные исследования и знания о молекулярно-биологической природе и эволюции патогена, распространенности и особенностях циркуляции на различных географических территориях, так и разработка эффективных методов и тест-систем для его детекции.

Заключение

Расширены знания о молекулярно-биологических свойствах циркулирующих в стране различных геновариантов С. trachomatis. Среди проанализированных проб, взятых у пациентов с уроге-нитальным хламидиозом, в 45,7±4,4% образцов выявлены одна или несколько генетических мишеней патогена (фрагменты хромосомных генов ompA и 16s рРНК, плазмидные участки orf8 и orf3). Получены первичные данные о выявлении бесплазмидного (1 изолят, 0,8±0,8%) и мутантного «шведского» вариантов (7 изолятов, 5,5±2,0%) С. trachomatis в Республике Беларусь.

Для повышения уровня молекулярно-генетической детекции патогена в случаях, при которых констатируются типичные клинические проявления урогенитальной хламидийной инфекции, используют другие лабораторные методы (ИФА, куль-туральный, РИФ). Затруднена детекция возбудителя стандартным методом ПЦР, поэтому необходимо использовать диагностику, основанную на одновременном определении не менее двух мишеней, то есть комбинировать детекцию участка криптической плазмиды с участком другого плазмидного гена, рибосомаль-ных генов или генов основного белка наружной мембраны. Также актуален поиск новых альтернативных мишеней для идентификации всех известных ге-новариантов C. trachomatis и создание отечественных тест-систем ПЦР с учетом новых знаний о патогене.

Л И Т Е Р А Т У Р А

1. Барановская Е.И., Жаворонок С.В., Захаренко-ва Т.Н., Шаргаева Н.В. // Медицинские новости. -2004. - №2. - С.46-51.

2. Воронова Е.А., Судоплатова Е.В., Никоноро-ва И.В. // Молекулярная диагностика. - 2017. -№1. - С.350-351.

3. Гольдина И.А., Павлов В.В., Прохоренко В.М., Гайдуль К.В. // Международный журнал прикладных и фундаментальных исследований. - 2015. -№8. - С.486-489.

4. Европейские рекомендации по диагностике и лечению инфекций, вызываемых Chlamydia trachomatis. - Department of Dermatology, Rotterdam, 2010. - P.21.

5. Зигангирова Н.А., Петяев И.М., Пашко Ю.П. и др. // Клиническая микробиология и антимикробная химиотерапия. - 2007. - №4. - С.351-360.

6. Зур Н.В., Миронов А.Ю. // Человек и его здоровье. - 2010. - №2. - С.33-42.

7. Ковалева Е.Б. Поражение периферической нервной системы у больных болезнью Рейтера: Автореф. дис. ... канд. мед. наук. - Пермь, 2008. - 21 с.

8. ЛопуховЛ.В., Эйдельштейн М.В. // Клиническая

микробиология и антимикробная химиотерапия. -2000. - №3. - С.96-106.

9. Михайленко А.А., Онищенко Л.С., Нурало-ва И.В., Борзенко О.В. // Неврологический вестник. - 1996. - №1-2. - С.5-8.

10. Плахова К.И., Кожушная О.С., Рахматулли-на М.Р., Фриго Н.В. // Вестник дерматологии и венерологии. - 2012. - №3. - С.48-54.

11. Рищук С.В., Важбин Л.Б., Ахунова Н.Р., Полянская А.А. // Бюллетень Оренбургского научного центра УрО РАН (электронный журнал). - 2014. - №4.

12. Рубаник Л.В. Лабораторная диагностика хла-мидийно-герпетической и трихомонадной уро-генитальной инфекции у людей с материалами экспериментальных исследований по разработке лечебной моновакцины на основе авторского штамма Chlamydia trachomatis: Автореф. дис. ... канд. биол. наук. - М., 2007.

13. Рубаник Л.В., Шиманович В.П., Глинская И.Н. и др. // Лабораторная диагностика. Восточная Европа. - 2017. - №2. - С.257-265.

14. Слободенюк В.В., Каркищенко Н.Н., Афанасьев С.С. и др. // Биомедицина. - 2010. - №5. -С.6-16.

15. Султанахмедов Е.С., Утц С.Р., Федорова В.А. // Саратовский научно-медицинский журнал. - 2015. - №3. - С.414-421.

16. Федорова В.А., Коннова С.С,, Полянина Т.И.,

и др. // Известия Саратовского университета. Серия химия. Биология. Экология. - 2011. - №2. -С.73-77.

17. Abdelsamed H, Peters J, Byrne G. // Future microbiology. - 2013. - Vol.8 - P.1129-1146.

18. Burton M.J., Holland M.J., Jeffries D, et al. // Clinical infectious diseases. - 2006. - Vol.42. -P.463-470.

19. Carlson J.H, Whitmire W.M., Crane D.D., et al. // Infection and immunity. - 2008. - Vol.76. - P.2273-2283.

20. Claas H.C.J, Wagenvoort J.HT, Niesters H.G.M., et al. // Journal of clinical microbiology. - 1991. -Vol.29. - P.42-45.

21. de Barbeyrac B, Raharison S, Cado S, et al. // Eurosurveillance. - 2007. - Vol.12 - P.11-12.

22. Herrmann B, Isaksson J., Ryberg M, et al. // Journal of clinical microbiology. - 2015. - Vol.53. -P.2172-2179.

23. Herrmann B. // Sexually transmitted infections. -2007. - Vol.83. - P.253-254.

24. Joseph S.J., Didelot X, Rothschild J, et al. // Molecular biology and evolution. - 2012. - Vol.29. -P.3933-3946.

25. JurstrandM, FalkL, FredlundH, et al. // Journal of clinical microbiology. - 2001. - Vol.39. - P.3915-3919.

26. Mahony J.B., Luinstra K.E., Sellors J.W.,

Chernesky M.A. // Journal of clinical microbiology. -1993. - Vol.31. - P.1753-1758.

27. Moghaddam A, Reinton N. // Eurosurveillance. -2007. - Vol.12. - P.3148.

28. New variant Chlamydia trachomatis in Scotland. // HPS weekly report (electronic journal). - 2008. -Vol. 42. - P. 323-324.

29. Niemi S, Hiltunen-Back E, Puolakkainen M. // Infectious diseases in obstetrics and gynecology. -2011. - Vol.11. - P.1-6.

30. Nunes A, Borrego M.J., Nunes B, et al. // Journal of bacteriology. - 2009. - Vol.191. - P.7182-7192.

31. Pineiro L, Bernal S, Bordes A, et al. // Infection. - 2014. - Vol.42. - P.905-912.

32. Seth-Smith H, Harris S.R., Persson K, et al. // BMC Genomics. - 2009. - Vol.10. - P.239.

33. Sigar I.M., Schripsema J.H, Wang Y, et al. // Pathogens and disease. - 2014. - Vol.70. - P.61-69.

34. SongL, Carlson J.H., Wiliiam M, Whitmire W.M, et al. // Infection and immunity. - 2013. - Vol.81. -P.636-644.

35. Shipitsyna E, Hadad R, Ryzhkova O, et al. // Acta dermato-venereologica. - 2012. - Vol.92. -P.330-331.

Поступила 03.08.2017г.

Ад ааащюзшз

— Информационное продвижение конференций и съездов от «А» до «Я»

Проведение научных съездов и конференций предполагает большой объем организационной и информационной работы: привлечение заинтересованных специалистов, в том числе зарубежных, публикация тезисов докладов для предварительного ознакомления участников, последующее опубликование полных текстов докладов и сообщений, а также освещение в средствах массовой информации.

Издательское предприятие «ЮпокомИнфоМед», выпускающее научно-практические журналы «Медицинские новости», «Современная стоматология», электронный журнал «Международные обзоры: клиническая практика и здоровье» и сайт www.mednovosti by, предлагает информационное продвижение конференций, съездов от «А» до «Я», которое включает комплекс следующих мероприятий.

1. Размещение информации о предстоящей конференции (съезде) на сайте www.mednovosti.by, в журнале «Медицинские новости» и в электронном журнале «Международные обзоры: клиническая практика и здоровье».

2. Препубликация тезисов конференции (съезда) в электронном журнале «Международные обзоры: клиническая практика и здоровье» и на сайте www.mednovosti.by:

- препубликация программы конференции (съезда) (за 1-2 месяца до проведения мероприятия) в журнале «Медицинские новости» и на сайте www.mednovosti.by;

- публикация в журнале «Медицинские новости» текстов основополагающих статей съезда в полном или сокращенном виде до или после проведения конференции (с одновременным размещением в открытом доступе на сайте www.mednovosti.by).

3. Подготовка фоторепортажа (уникального журналистского материала, интервью) с публикацией в журнале «Медицинские новости» и на сайте www.mednovosti.by.

4. Публикация предоставленного организаторами мероприятия материала о конференции в рубрике «Хроника» в журнале «Медицинские новости» и на сайте www.mednovosti.by.

5. Издание материалов съезда (редактирование, верстка, сдача в типографию).

Капля Марина Николаевна, ответственный секретарь Заявки принимаются на e-mail: redakcia1995@mail.ru, моб.: (+375 29) 69 59 419