Зарождение и развитие транспортной прокуратуры в России в XVIII - сер. Xx вв

УДК 347.963 + 347.763

ЗАРОЖДЕНИЕ И РАЗВИТИЕ ТРАНСПОРТНОЙ ПРОКУРАТУРЫ В РОССИИ В XVIII - СЕР. XX ВВ.

© Гавриленко А. А., Иванков К. А., 2011

В статье рассматриваются основные моменты создания и развития органов отечественной транспортной прокуратуры вплоть до ее упразднения в 1960 г.

Ключевые слова: транспортная прокуратура; история транспортной прокуратуры.

Анализ отечественного законодательства начала XVIII в. позволяет сделать вывод, что прообразом специального органа надзора за соблюдением законодательства на транспорте можно признать фискальную службу, учрежденную Петром I.

Деятельность фискалов в общем виде регламентировалась Указом от 17 марта 1714 г. «О фискалах и о их должности и деятельности» [1], которым преимущественно устанавливалась численность фискалов при государственных органах.

В дальнейшем нормативная регламентация деятельности фискалов совершенствовалась. В 1719 г. была принята «Инструкция или Наказ земским фискалам в губерниях и провинциях», которая развивала положения Указа от 17 марта 1714 г. Именно здесь стоит отдельно обратить внимание на введенную Инструкцией обязанность фискалов следить за состоянием дорог: «Подобает ему накрепко смотреть, не испортились ли проезжие дороги в недостатке надлежащей и порядочной починки, и целы ли столбы, которые поставлены верстами, и мосты не развалились ли и не плохи ли...» [2]. Хотелось бы также отметить, что это не единственное полномочие фискалов в сфере транспорта. Например, Указом от 27 марта 1717 г. «О взимании за ямские и почтовые подводы прогонных денег» фискалам было поручено надзирать за законностью предоставления почтовых подвод и доносить в случаях незаконного их использования [3]. Таким образом, именно фискалы в рассматриваемый период времени выполняли значимые для обеспечения безопасности на транспорте функции, но при этом являлись quasi прокурорскими.

Следующий этап в развитии надзора по соблюдению законодательства в сфере

транспорта связан с непосредственным учреждением Петром I прокуратуры в 1722 г. При этом вводится определенная специализация прокуроров, которые находились при коллегиях. Надзор за исполнением законодательства в сфере транспорта осуществлялся прокурорами коммерц-коллегии, камер-коллегии, а также прокурором адми-ралтейств-коллегии. Специализированных прокуратур как подразделений единой прокуратуры на тот момент не существовало.

После смерти Петра позиции прокуратуры заметно пошатнулись. Исследователи отмечают, что в указанное время власть фактически сосредоточилась в руках придворных чиновников, прокуратура же, как орган, призванный их контролировать, становится излишним. Фактически прокуратура перестала существовать как самостоятельное ведомство [4].

В октябре 1730 г. происходит восстановление прокуратуры. Вновь при Сенате (восстановленном несколькими месяцами ранее после роспуска Верховного Тайного Совета) появляются должности генерал-прокурора и обер-прокурора, восстановлены должности прокуроров при коллегиях и судах. Спустя три года (сентябрь 1733 г.) издается акт, регламентирующий деятельность прокуроров при губернских правлениях. Губернским прокурорам предписывается следить за соблюдением законности губернаторами и губернскими чиновниками, а также за законностью вынесенных судебных решений. Прокурорский надзор в сфере транспорта осуществлялся в это время прокурорами при Камер-коллегии. Регламент Камер-коллегии предписывал губернаторам и воеводам следить за состоянием дорог и мостов заблаговременно сообщать о необходимости их ремонта в Камер-колле-

гию. Сентябрьский же Указ 1733 г. приказывает прокурорам тщательно смотреть за исполнением вышеуказанного Регламента, а также в целом за деятельностью губернаторов и воевод [5]. В целом в XVIII в. надзор за исполнением законодательства в сфере транспорта происходит в рамках общего надзора за исполнением законов.

Очередным этапом в развитии надзора в сфере транспорта стало учреждение полицейского надзора в транспортной сфере в

XIX в.

Транспортная сфера в период царствования Александра I была отдана в заведование принцу Георгию Ольденбургскому, которому поручено было составить проект нового учреждения. В 1809 г. проект был рассмотрен и утвержден Государем. Основными началами нового учреждения явились: 1) соединение управлений водяными (водными. — Примеч. авт.) и сухопутными сообщениями в одно целое, под ведением главного директора и совета при директоре;

2) учреждение корпуса инженеров на военном положении; 3) учреждение специального учебного заведения — института путей сообщения; 4) при главном директоре учреждена экспедиция, между отделениями которой распределены все предметы управления: а) водяные сообщения, б) сухопутные сообщения и в) торговые порты; 5) ближайшее заведование указанными предметами на месте вверено окружным управлениям под наблюдением инспекторов; 6) управлению вверен и полицейский надзор как по водяным, так и по сухопутным сообщениям, для чего учреждена полицейская команда. Учреждение это не изменено и при новом образовании министерств: в 1810 г. при распределении дел между министерствами главному управлению указано руководствоваться учреждением 1809 г. По учреждению 1811 г. правило это подтверждено [6].

Созданная полицейская команда действовала независимо от местных властей и местной полиции.

Полицейский надзор просуществовал весь XIX век. Во времена Николая I к управлению путями сообщения было присоединено в 1832 г. заведование строительною частью, в связи с чем оно было переименовано в главное управление путей сообщения и публичных зданий. При этом следует указать, что вместе с руководством строительством была передана и строительная полиция. В 1865 г. от главного управления отде-

лена строительная часть (вместе со строительной полицией), и оно было преобразовано в министерство путей сообщения.

Деятельность полицейской службы регламентировалась несколькими актами. Например, Общий устав российских железных дорог возлагал охрану общего порядка, общественной безопасности и благочиния на жандармские полицейские управления железных дорог [7]. При исполнении данных обязанностей железнодорожные полицейские пользовались всеми правами «общей полиции». Работники железной дороги обязаны были оказывать всяческое содействие железнодорожной полиции, немедленно сообщать обо всех происшествиях на железной дороге и предоставлять по первому требованию все необходимые сведения. Также деятельность железнодорожной полиции регламентировалась Уставом уголовного судопроизводства, в котором указывалось на то, что при расследовании преступлений, совершенных в районе действия железнодорожной полиции, ее сотрудники имеют все полномочия общей полиции, прокурорские работники вправе руководить дознанием и давать указания по расследованию преступлений [8].

Общий надзор за исправностью и состоянием дорог, а также за соблюдением законов в сфере дорожной деятельности возлагался на губернское начальство во взаимодействии с министерством путей сообщения.

В таком положении органы прокуратуры и органы надзора в сфере транспорта подошли к октябрю 1917 г., когда произошли, пожалуй, самые радикальные изменения в их деятельности за всю историю их существования.

Учитывая заслуги прокуратуры в борьбе с революционным движением, эффективную работу обвинения в судах, одной из первых мер новой власти стала ликвидация предыдущих институтов судебной власти, включая прокуратуру. Декрет от 24 ноября 1917 г. «О суде» постановил «упразднить доныне существовавшие институты судебных следователей, прокурорского надзора, а равно и институты присяжной и частной адвокатуры» [9]. Производство предварительного следствия возлагалось на судей, а к исполнению функций обвинения и защиты допускались «все неопороченные граждане обоего пола, пользующиеся гражданскими правами» [10]. Однако данное упразднение не означало, что надзор за

соблюдением законов не существовал вообще. Надзор в равной мере осуществляли Центральный исполнительный комитет, Совет Народных Комиссаров, Рабоче-Крестьянская инспекция, Всероссийская чрезвычайная комиссия, в части борьбы с контрреволюционным движением, и другие органы.

Позже, однако, становилась все более очевидной необходимость создания единого надзорного органа. Разобщенность в работе всех указанных выше органов, отсутствие у них императивных полномочий и властнораспорядительных функций не могли обеспечить точного и единообразного исполнения законов во всей Федерации союзных республик.

При разработке проекта постановления о прокуратуре РСФСР большую роль сыграло письмо В. И. Ленина «О двойном подчинении и законности» [11]. В нем В. И. Ленин ставит вопрос об организации прокуратуры, при этом он отстаивает точку зрения о жесткой централизации прокуратуры и подчинении всех прокурорских работников единому центру. Противоположная точка зрения состояла в том, что прокуроры на местах должны были подчиняться помимо Народного комиссариата юстиции еще и губернскому исполнительному комитету. Как справедливо отмечает В. И. Ленин, «законность не может быть калужская и казанская, а должна быть единая всероссийская» [12]. В итоге, в принятом 28 мая 1922 г. Постановлении 3-й сессии ВЦИК об утверждении «Положения о прокурорском надзоре» [13] была отражена точка зрения В. И. Ленина.

Данным Положением в системе Народного комиссариата юстиции учреждалась государственная прокуратура, которой вверялось:

1) осуществление надзора от имени государства за законностью действий всех органов власти, хозяйственных учреждений, общественных и частных организаций и частных лиц путем возбуждения уголовного преследования против виновных и опротестования незаконных постановлений;

2) поддержание обвинения в суде;

3) наблюдение за правильностью содержания заключенных под стражей. Прокурор совмещал в себе также должность народного комиссара юстиции; сама прокуратура создавалась в Народном комиссариате юстиции на правах отдела. Все нижестоящие прокуроры назначались прокурором

Республики (исключение составляли прокуроры автономных республик, которые назначались и отзывались ЦИК соответствующей республики). Также учреждались должности Военного прокурора при революционных военных трибуналах, военнотранспортных революционных трибуналах, которые назначались и увольнялись прокурором Республики.

Военная прокуратура при военно-транспортных революционных трибуналах имела те же полномочия, что и государственная прокуратура в отношении лиц военного ведомства, железнодорожного и водного транспорта.

Впоследствии Отдел прокуратуры Народного комиссариата юстиции был разделен на:

1) подотдел общего управления и личного состава прокурорского надзора;

2) подотдел общего надзора;

3) подотдел надзора за органами следствия, дознания и местами лишения свободы;

4) подотдел государственного обвинения и следственную часть.

Несмотря на то, что советское руководство яростно отрицало преемственность царской и советской прокуратур, она очевидна. Очевидна, в первую очередь, по функциям, возложенным на прокуратуру, причем здесь можно провести аналогию, скорее, с дореформенной прокуратурой. Организация советской прокуратуры также имела сходные черты с царской, такое же подчинение и централизацию. Также в случае издания незаконного акта опротестование происходит в высшем исполнительном органе (Президиум ВЦИК и Сенат), и многое другое, например, институт помощников прокуроров (товарищей, стряпчих).

Заметим, что уже в этом первом «Положении о прокурорском надзоре» от 28 мая 1922 г. содержалось важное для проводимого исследования предписание о необходимости специализации общей и военной прокуратуры в сфере соблюдения законности на железнодорожном транспорте [14].

Если проследить дальнейшее развитие законодательства, то можно отметить, что указанные функции прокуратуры сохранялись достаточно длительное время с различными изменениями и дополнениями. После создания Советского Союза была принята Конституция СССР 1924 г., в которой были указаны фактически те же функции прокуратуры и Прокурора Верховного Суда СССР (те-

перь должность называлась так, а сам Верховный Суд СССР учреждался при Центральном исполнительном комитете) [15].

В Основах судоустройства Союза ССР и союзных республик, принятых 29 октября 1924 г., была определена компетенция прокуроров союзных и автономных республик. Здесь воспроизводилось Положение о прокурорском надзоре 1922 г. (общий надзор, надзор за следствием, поддержание обвинения в судах, надзор за местами лишения свободы) с добавлением, что прокуратура ограждает интересы трудящихся по гражданским делам [16].

Положением о судоустройстве РСФСР 1926 г. на органы прокуратуры была возложена одна дополнительная функция: общее наблюдение и согласование деятельности всех органов, ведущих борьбу с преступностью, позже получившее наименование координационной функции [17].

Процессуальный статус прокурора регламентировался принятыми в 1922—1923 гг. Уголовным [18], Уголовно-процессуальным [19], Кодексом о труде [20], Гражданским [21] и Гражданским процессуальным кодексами [22].

При Верховном Суде СССР согласно Положению 1923 г. существовала военнотранспортная коллегия, прокурорские обязанности при ней осуществляла уже Прокуратура Верховного Суда, а не военная прокуратура [23]. Процесс упразднения военно-транспортных трибуналов продолжился в 1924 г, когда были внесены соответствующие изменения в Положение о судоустройстве РСФСР. В итоге из специализированных прокуратур на тот момент времени (1920—1930-е гг.) осталась только военная прокуратура. Военно-транспортные трибуналы и прокуратура при них окончательно были упразднены в 1926 г.

Однако необходимость в специализированном прокурорском надзоре на транспорте в целях совершенствования борьбы с преступлениями, угрожающими нормальной работе транспорта, приближения разбора дел об этих преступлениях к месту их совершения, ускорения производства по ним, а также эффективности борьбы со всякого рода нарушениями, тормозящими нормальную работу транспорта, обусловили образование железнодорожных линейных судов. Постановлением Центрального исполнительного комитета Союза Советских Социалистических Республик и Совета Народных

Комиссаров Союза Советских Социалистических Республик (далее — ЦИК и СНК СССР) от 27 ноября 1930 г. «О железнодорожных линейных судах» [24] были учреждены железнодорожные линейные суды. В нем вновь обращалось внимание на специализацию в этой области органов прокурорского надзора, которая к тому времени приобретала более конкретные формы. В частности, подчеркивалось, что расследование дел о преступлениях, подсудных железнодорожным линейным судам, производится специальными следователями, выделяемыми в РСФСР соответствующей краевой (областной) прокуратурой, а в остальных республиках — прокуратурой соответствующей союзной республики. ЦИК и СНК СССР постановил образовать при краевых (областных) судах по месту дислокации дирекций железных дорог железнодорожные линейные суды.

Для расследования дел данной категории соответствующими краевыми (областными) прокуратурами выделялись специальные следователи, а для надзора за следствием — специальные прокуроры. Руководство деятельностью этих прокуроров возлагалось на Прокуратуру Верховного Суда Союза ССР (так называлась союзная прокуратура — предшественница Прокуратуры Союза ССР). Руководство деятельностью этих прокуроров осуществлялось непосредственно прокуратурой Верховного Суда Союза ССР.

Железнодорожным линейным судам были подсудны следующие дела:

а) о злостном нарушении работниками транспорта трудовой дисциплины;

б) о нарушении и невыполнении правил движения, повлекших за собой повреждение или уничтожение подвижного состава пути и путевых сооружений, либо несчастные случаи с людьми;

в) о нарушении и невыполнении правил движения, хотя и не повлекших за собой указанных в п. «б» последствий, но представляющих непосредственную угрозу правильности и безопасности движения;

г) о преступлениях, вызвавших скопление на местах выгрузки порожняка, а также простой вагонов и удержание в парках излишних вагонов;

д) о недоброкачественном ремонте и выпуске в эксплуатацию недоброкачественно отремонтированных паровозов, вагонов, цистерн и иного транспортного оборудования;

е) об иных совершенных на транспорте преступлениях, нарушающих нормальную работу транспорта;

ж) все дела о контрреволюционных преступлениях, связанных с работой железнодорожного транспорта [25].

Для руководства и осуществления кассационно-ревизионного надзора по делам, подсудным железнодорожным линейным судам, в составе Верховного Суда Союза ССР была образована коллегия по транспортным делам в составе четырех человек — председателя и трех членов, персонально назначаемых Президиумом Центрального исполнительного комитета Союза ССР.

Приговоры железнодорожных линейных судов могли быть обжалованы в коллегию по транспортным делам Верховного Суда Союза ССР.

С 1933 г. транспортные суды вышли из системы наркоматов юстиции союзных республик и подчинялись Верховному Суду СССР. Линейные суды подчинялись Транспортной коллегии как суду второй инстанции. Коллегия была разделена на территориальные сектора. Функции председателя были в целом аналогичны функциям председателя военной коллегии. При нем также состояли статистики и инспекторы. В 1934 г. члены коллегии выезжали в области для проверок 25 раз. Провели несколько обследований. В 1936 г. — 10 обследований. В 1934—1935 гг. компетенция транспортных судов (25 судов) расширялась, и они были буквально завалены делами. Компетенция всех транспортных судов была схожей и охватывала основные виды транспортных преступлений [26].

В это же время в составе Прокуратуры Верховного Суда СССР был создан отдел по транспортным делам, целью деятельности которого было оперативное руководство работой транспортных прокуроров на местах. В административном отношении транспортные прокуроры подчинялись еще прокурорам республик и областей, хотя и эти прокуроры были выделены в особые группы или сектора. Данное положение дел с двойственным подчинением (в административном отношении прокурорам республик, а в оперативном — Прокуратуре Верховного Суда СССР) отражалось на работе транспортных прокуроров не самым благоприятным образом.

Ситуация с двойственным подчинением транспортных прокуроров была устранена с

учреждением Прокуратуры СССР в 1933 г. и постановлением ЦИК и СНК СССР от 27 августа 1933 г. «О передаче железнодорожных линейных судов и транспортных прокуратур железных дорог из системы народных комиссариатов юстиции союзных республик в систему Верховного Суда СССР и Прокуратуры СССР» [27].

В исполнение этого постановления все транспортные прокуратуры железных дорог перешли из системы народных комиссариатов юстиции союзных республик в Прокуратуру Союза ССР, в составе которой была образована Главная транспортная прокуратура, осуществлявшая непосредственное организационное и оперативное руководство транспортными прокуратурами.

На нее были возложены следующие обязанности:

1) надзор за законностью приказов, распоряжений и действий Министерства путей сообщения, его местных органов и всех должностных лиц железнодорожного транспорта;

2) руководство расследованием дел о преступлениях на железнодорожном транспорте;

3) поддержание обвинения по делам, рассматриваемым судами, и опротестование приговоров по этим делам;

4) надзор за правильностью применения к работникам железнодорожного транспорта взысканий согласно Уставу о дисциплине рабочих и служащих железнодорожного транспорта.

Однако транспортные прокуроры железных дорог не осуществляли надзор за исполнением законов на водном транспорте. Поэтому в целях борьбы с нарушениями социалистической законности, охраны социалистической собственности, укрепления дисциплины на водном транспорте постановлением ЦИК и СНК СССР от 7 июня 1934 г. «Об организации водных транспортных судов и водной транспортной прокуратуры» была создана водная транспортная прокуратура морских бассейнов: Черноморского и Каспийского, и речных: Верхне-Волжского, Средне-Волжского, Нижне-Волжского и Днепровского — с подчинением непосредственно Прокуратуре Союза ССР [28].

Согласно этому постановлению в составе Верховного Суда Союза была образована водная транспортная коллегия, а в составе Прокуратуры Союза ССР — сектор водной транспортной прокуратуры, возглавляемый главным прокурором по делам водного транспорта.

Водным транспортным судам были подсудны следующие дела:

а) о государственных преступлениях (контрреволюционных и особо опасных преступлениях против порядка управления) на водном транспорте;

б) о нарушениях работниками водного транспорта трудовой дисциплины (нарушение правил судоходства и судовождения, недоброкачественный ремонт флота, нарушение правил содержания пути, невыполнение распоряжения, уход с поста и т. п.), которые повлекли или могли повлечь аварии, повреждение или уничтожение путевой обстановки и сооружений, несчастные случаи с людьми, несвоевременную отправку судов, а также об иных нарушениях трудовой дисциплины, имеющих злостный характер;

в) о задержке погрузки и выгрузки и иных действиях, повлекших простой судов или срыв установленных планов перевозок;

г) о хищениях имущества водного транспорта и имущества, перевозимого водным транспортом или переданного ему на хранение;

д) о преступлениях работников водного транспорта в области снабжения и материально-бытового обслуживания водников;

е) о прочих должностных и хозяйственных преступлениях работников водного транспорта;

ж) о нарушениях действующих на транспорте обязательных постановлений в тех случаях, когда за эти нарушения законом предусмотрена судебная ответственность; о спекуляции, хулиганстве и других преступлениях против порядка управления, нарушающих нормальную работу водного транспорта.

Водные транспортные прокуратуры остальных бассейнов вошли в систему народных комиссариатов юстиции соответствующих союзных республик.

Также постановлением ЦИК и СНК от 10 октября 1934 г. «О водных транспортных судах и водной транспортной прокуратуре РСФСР» в составе Прокуратуры РСФСР был образован сектор водной транспортной прокуратуры. Аналогичные законодательные акты были изданы и в других союзных республиках, в которых находились речные и морские бассейны [29].

Под влиянием XVII съезда партии в народных судах создают специализированные камеры, которые объединяли несколько народных судей, занимавшихся специальны-

ми делами. Такие камеры создавали в крупных городах. В том числе были созданы камеры по железнодорожным делам. Как правило, камеры народного суда рассматривали гражданские и мелкие уголовные дела, связанные с транспортом. Линейные суды рассматривали преступления, в том числе контрреволюционные. В прокуратуре вводят специальный надзор. Прокуратура СССР включала в себя Главную военную прокуратуру, Главную прокуратуру железнодорожного транспорта, Главную прокуратуру водного транспорта. Главным прокуратурам отдельно подчинялись транспортные, воднотранспортные и военные прокуратуры. В 1935 г. была создана Высшая правовая академия СССР при ЦИК СССР [30].

В целях обеспечения единства судебной политики и практики в работе органов суда и прокуратуры, обслуживающих водный транспорт, 7 апреля 1936 г. на основании постановления ЦИК и СНК СССР «О передаче всех водных транспортных судов и всей водной транспортной прокуратуры в непосредственное подчинение Верховного Суда Союза ССР и Прокуратуры Союза ССР» [31] водные суды и водная транспортная прокуратура были переданы в непосредственное подчинение Верховного Суда СССР и Прокуратуры СССР. Согласно этому постановлению водные транспортные суды и водная транспортная прокуратура образовывались в каждом морском и речном бассейне и состояли в непосредственном подчинении Верховного Суда Союза ССР и Прокуратуры Союза ССР, по принадлежности. На важнейших производственных и эксплуатационных участках морских и речных бассейнов были образованы участковые водные транспортные суды, подчиненные водным транспортным судам соответствующих бассейнов. В прокуратурах союзных республик были ликвидированы секторы водных транспортных прокуратур, а прокуратуры бассейнов, существовавшие на территории этих республик, перешли в непосредственное подчинение Главной прокуратуры морского и речного флота.

Таким образом, все транспортные прокуратуры железных дорог и водные транспортные прокуратуры, непосредственно подчиненные Прокуратуре Союза ССР, образовали цельную, централизованную и специализированную подсистему советской прокуратуры.

Накануне Великой Отечественной войны в СССР существовала разветвленная система транспортных судов и прокуратур. К 1940 г. существовало и функционировало 22 воднотранспортных суда и 34 линейных железнодорожных суда, которые подчинялись соответствующим коллегиям Верховного Суда СССР.

С началом военных действий линейные суды железнодорожного и водного транспорта, согласно положению «О военных трибуналах в местностях, объявленных на военном положении и в районах военных действий» от 22 июня 1941 г. [32], «милитаризируются» путем реорганизации Народным Комиссариатом юстиции Союза ССР в военные трибуналы соответствующих железных дорог и водных путей сообщения. Снабжение трибуналов возлагалось на военные ведомства. Это ставило военные трибуналы и прокуратуры в существенную зависимость от армейских командиров.

В период с 1941 г. по 1943 г. продолжалось постепенное преобразование органов транспортной юстиции в военные. Так, например, Главная прокуратура железнодорожного транспорта была преобразована в Главную военную прокуратуру железнодорожного транспорта, возглавляемую И. Т. Ни-китченко; Железнодорожная коллегия преобразована в Военно-железнодорожную коллегию, в 1942 г. Воднотранспортная коллегия — в Военно-воднотранспортную коллегию, во главе которой остался Н. А. Наумов. Главным военным прокурором железнодорожного транспорта был назначен А. П. Афанасьев.

Несомненно, что транспортные суды сыграли важную роль при отправлении правосудия и осуществлении государственной политики в годы Великой Отечественной войны.

После окончания войны первое время сохранялся милитаризованный характер системы органов транспортной юстиции. На транспорте действовало военное положение, и сохранялись законы военного времени. Во главе военных трибуналов транспорта стояли Военно-железнодорожная коллегия Верховного Совета СССР и Военная воднотранспортная коллегия Верховного Совета СССР. Продолжали функционировать Главная военная прокуратура железнодорожного транспорта Генеральной прокуратуры СССР и Главная военная воднотранспортная прокуратура. Военные трибуналы транспорта находились в подчи-

нении Главного управления военных трибуналов Министерства юстиции СССР и включали в себя Управление военных трибуналов железнодорожного транспорта, Управление военных трибуналов водного транспорта, отдел кадров, административно-финансовый отдел.

В 1947 г. военные трибуналы корпусов железнодорожных войск были ликвидированы. Военно-железнодорожная коллегия и Военно-воднотранспортная коллегия Верховного Совета СССР были сняты с довольствия Министерства обороны СССР с октября 1946 г. В 1945—1946 гг. существовали военные трибуналы железнодорожного и водного транспорта оккупационных войск в Германии. В январе 1947 г. их дела были переданы в военные трибуналы советской военной администрации в Германии. К 1948 г. в СССР были военные трибуналы железных дорог, корпусов железнодорожных войск, бассейновые. Также существовали аналогичные военные прокуратуры [33].

1948 год ознаменовался весьма существенной реорганизацией органов транспортной юстиции СССР.

Перегруженность транспортных коллегий делами требовала реорганизации. Возникла необходимость в освобождении линейных судов от дел, не имеющих отношения к транспорту. 20 декабря 1948 г. по предложению Президиума Верховного Совета, Председателя Верховного Совета СССР и Генерального прокурора СССР Политбюро образовало окружные суды железнодорожного транспорта в пределах округов железных дорог, а также окружные прокуратуры железнодорожного транспорта. Железнодорожная коллегия Верховного Совета СССР стала кассационной инстанцией для окружных судов. Были созданы окружные суды: Центральный, Северо-Западный, Среднеазиатский, Урало-Сибирский, Донецкий, Кавказский, Дальневосточный и т. д. Поступали предложения объединить железнодорожную коллегию и воднотранспортную коллегию, водные и транспортные суды [34].

Окружные суды железнодорожного транспорта рассматривали дела о крупных крушениях, авариях и простоях подвижного состава, о преступлениях по службе руководящих работников железнодорожных округов, железных дорог, а также кассационные жалобы и протесты. Производство дел ускорилось. Железнодорожная колле-

гия рассматривала дела со значительным опозданием. Окружные суды большинство дел рассматривали в срок. Железнодорожная коллегия превратилась преимущественно в надзорную инстанцию. Судьи проходили практику при окружных судах. Суды ориентировали нижестоящие суды, выпуская определения, входили с представлениями в Верховный Совет СССР и другие органы власти. Верховный Суд СССР принимал постановления по судебной практике транспортных судов, например, Постановление от 29 ноября 1946 г. № 15/9/А/у «О судебной практике по делам о взяточничестве на железнодорожном транспорте», Постановление от 15 сентября 1950 г. № 16/12/у «О квалификации преступлений, связанных с нарушением правил движения на автотранспорте» и т. д. [35].

Указом Президиума Верховного Совета СССР от 24 июля 1953 г. «Об объединении линейных судов железнодорожного и водного транспорта, прокуратур железнодорожного и водного транспорта, а также железнодорожной коллегии и воднотранспортной коллегии Верховного Суда СССР» линейные железнодорожные суды и линейные суды водного транспорта были объединены в единые линейные транспортные суды с сохранением прежней подсудности. В это же время суды железнодорожного транспорта были преобразованы в окружные транспортные суды. На них были возложены следующие функции:

1) рассмотрение жалоб и протестов на приговоры и определения линейных транспортных судов;

2) рассмотрение в качестве судов первой инстанции уголовных дел о значительных авариях, крупных хищениях государственного имущества и должностных преступлениях руководящих работников железных дорог, бассейнов и пароходств [36].

Также согласно данному указу Железнодорожная и Воднотранспортная коллегии Верховного Суда СССР были преобразованы в единую Транспортную коллегию, которая должна была осуществлять рассмотрение протестов на вступившие в законную силу приговоры и определения линейных транспортных судов, а также жалобы и протесты на приговоры и определения окружных транспортных судов. Приказом Генерального Прокурора СССР № 162 от 27 июня 1953 г. прокуратуры железнодорожного транспорта и морского и речного фло-

та объединены. Была создана Главная транспортная прокуратура, а на местах — транспортные прокуратуры с возложением на них обязанности осуществления судебного надзора по делам о преступлениях, совершенных на железнодорожном и водном транспорте [37].

Согласно постановлению Президиума Верховного Совета СССР от 7 апреля 1956 г. «О структуре центрального аппарата Прокуратуры СССР» в состав Прокуратуры СССР входили Главная военная прокуратура, а также Главная транспортная прокуратура (вместо Главной прокуратуры железнодорожного транспорта и Главной прокуратуры водного транспорта) [38].

Статьей 41 утвержденного Указом Президиума Верховного Совета СССР от 24 мая 1955 г. Положения о прокурорском надзоре в СССР было предусмотрено, что Главная транспортная прокуратура возглавляется Главным транспортным прокурором [39]. Также данной статьей устанавливалось, что в Главной транспортной прокуратуре могут создаваться отделы. Данное положение обусловило наличие и функционирование в Главной транспортной прокуратуре отделов: общего надзора, следственного, по надзору за следствием и дознанием в органах Министерства внутренних дел, уголовно-судебного, кадров, контрольно-инспекторского. Статья 45 вышеуказанного положения устанавливала образование транспортных прокуратур округов, железных дорог, водных бассейнов и участков на железнодорожном и водном транспорте.

Однако Указом Президиума Верховного Совета СССР от 3 марта 1960 г. «Об упразднении транспортных прокуратур» они были ликвидированы [40]. Функции транспортных прокуратур были полностью возложены на органы прокуратуры союзных республик. Генеральному прокурору СССР было предоставлено право в необходимых случаях создавать на железнодорожном и водном транспорте самостоятельные прокуратуры на правах районных прокуратур с подчинением их соответствующим территориальным прокуратурам. Тем же Указом были внесены соответствующие изменения в Положение о прокурорском надзоре, утвержденное Указом Президиума Верховного Совета СССР от 24 мая 1955 г. [41] (далее — Положение о прокурорском надзоре), откуда были исключены все нормы, имевшие отношение к транспортным прокуратурам.

В соответствии со ст. 43 Положения о прокурорском надзоре прокуратуры были образованы в союзных республиках, автономных республиках, краях, областях, автономных областях, национальных округах, городах республиканского, краевого и областного подчинения и районах. На них и легли все функции транспортных прокуратур.

Во-первых, к органам прокуратуры союзных республик перешло производство предварительного следствия по делам о преступлениях, совершенных на железнодорожном, водном, воздушном транспорте, в соответствующих транспортных органах и организациях, а также преступлениях, совершенных по службе должностными лицами транспорта. Об этом нам говорят статья 28 Основ уголовного судопроизводства Союза ССР и союзных республик от 25 декабря 1958 г. [42] и статья 126 Уголовнопроцессуального кодекса РСФСР от 27 октября 1960 г. [43]

Во-вторых, на органы прокуратуры союзных республик возложили и все виды надзора, присущие транспортных прокуратурам. Прокуроры стали осуществлять надзор за деятельностью органов и организаций, входящих в систему железнодорожного, водного (речного и морского) и воздушного транспорта. Теперь они могли истребовать приказы, инструкции, распоряжения и иные акты, издаваемые вышеупомянутыми органами и организациями. Территориальные прокуроры получили право производить проверку исполнения закона этими органами и организациями в связи с заявлениями, жалобами и иными сведениями о нарушении ими закона, а также получили возможность опротестовывать противоречащие закону акты этих органов и организаций и вносить представления об устранении нарушений закона.

Органы прокуратуры союзных республик стали осуществлять надзор за служебной деятельностью сотрудников органов и организаций, входящих в систему железнодорожного, водного (речного и морского) и воздушного транспорта. В связи с этим территориальные прокуроры были наделены полномочиями по привлечению виновных к уголовной ответственности либо по принятию мер к привлечению виновных лиц к административной или дисциплинарной ответственности.

Также к органам прокуратуры союзных республик перешли полномочия по осуще-

ствлению надзора за исполнением законов в деятельности органов дознания и предварительного следствия, осуществляющих его по преступлениям, совершенным на транспорте, и полномочия по надзору за законностью и обоснованностью приговоров, решений, определений и постановлений судебных органов, связанных с рассмотрением дел о преступлениях и правонарушениях на железнодорожном, водном и воздушном транспорте.

Анализ нормативных актов и юридической литературы этого периода позволяет сделать вывод, что упразднение системы транспортных прокуратур было обусловлено следующими причинами.

Во-первых, проводимыми в то время мероприятиями по сокращению государственного аппарата, в том числе и органов прокуратуры. Во-вторых, большая часть дел, рассматриваемых транспортными прокуратурами, относилась к их компетенции только по территориальному принципу, а не в силу специфики совершаемых правонарушений [44]. В-третьих, к началу 60-х гг.

XX в. в нашей стране, в рамках существующей идеологии, сложилась своеобразная концепция о скорой ликвидации преступности [45], которая стала решающей для принятия решения об упразднении органов транспортной прокуратуры [46].

Таким образом, транспортная прокуратура до момента ее упразднения в 1960 г. прошла долгий путь становления и развития, принимая различные организационные формы — от фискалов и транспортной полиции до линейных судов на транспорте и собственно транспортной прокуратуры. Эволюция системы органов транспортной прокуратуры обуславливалась политическими и экономическими факторами, научно-техническим прогрессом, различными социальными потрясениями — революцией 1917 г., Великой Отечественной войной, а также развитием государственности в целом и системы государственных органов в частности. И

1. Полное собрание законов Российской империи. Т. 5. № 2786.

2. Там же. № 3479.

3. Там же № 3075.

4. См., напр.: Бессарабов В. Г. Дореформенная (петровская) прокуратура (1722—1864 гг.) // Журн. рос. права. 2002. № 8. С. 159—160; Шобу-хин В. Ю. Тенденции развития прокуратуры России в период 1722—1864 гг. // Журн. рос. права. 2010. № 6. С. 82; и др.

5. Полное собрание законов Российской империи. Т. 9. № 6475.

6. Градовский А. Д. Начала русского государственного права. Т. 2. СПб., 1876. С. 323—324.

7. Свод законов Российской империи. Т. 12. СПб., 1916. С. 169.

8. Там же. Т. 16. СПб., 1916. С. 411.

9. Советская прокуратура в важнейших документах / сост. В. Г. Лебединский, Д. И. Орлов. М., 1956. С. 16.

10. Там же. С. 17.

11. Ленин В. И. Полн. собр. соч. Т. 45. С. 197—201.

12. Там же. С. 200.

13. Положение о прокурорском надзоре : утв. постановлением ВЦИК от 28 мая 1922 г. // Собр. узаконений РСФСР. 1922. № 36. Ст. 424.

14. Там же.

15. Титов Ю. П. Хрестоматия по истории государства и права России. М., 1999. С. 326.

16. Ласкина Н. В. Прокурорский надзор : учеб. пособие // Гарант [Электронный ресурс] : справочная правовая система.

17. Об утверждении положения «О судоустройстве РСФСР» : принято 3-й сессией ВЦИК 19 нояб. 1926 г. // Собр. узаконений РСФСР. 1926. № 85. Ст. 624.

18. О введении в действие Уголовного кодекса РСФСР : постановление ВЦИК от 1 июня 1922 г. // Собр. узаконений РСФСР. 1922. № 15. Ст. 153.

19. Об утверждении Уголовно-процессуального кодекса РСФСР : постановление ВЦИК от 15 февр. 1923 г. // Собр. узаконений РСФСР. 1923. № 7. Ст. 106.

20. О введении в действие Кодекса законов о труде РСФСР : постановление ВЦИК от 9 нояб. 1922 г. // Собр. узаконений РСФСР. 1922. № 70. Ст. 903.

21. О введении в действие Гражданского кодекса РСФСР : постановление ВЦИК от 11 нояб. 1922 г. // Собр. узаконений РСФСР. 1922. № 71. Ст. 904.

22. О введении в действие Гражданского процессуального кодекса РСФСР : постановление ВЦИК от 10 июля 1923 г. // Собр. узаконений РСФСР. 1923. № 46-47. Ст. 478.

23. Положение о Верховном Суде СССР : утв. постановлением Президиума ЦИК СССР от 23 нояб. 1923 г. // Вестн. ЦИК, СНК и СТО. 1923. № 10. Ст. 311.

24. О железнодорожных линейных судах : постановление ЦИК и сНк СССР от 27 нояб. 1930 г. // Собр. законодательства СССР. 1930. № 57. Ст. 601.

25. Там же.

26. Кодинцев А. Я. Органы транспортной юстиции СССР в 30-е годы XX века // Транспортное право. 2007. № 4. С. 34.

27. Об организации водных транспортных судов и водной транспортной прокуратуры : постановление ЦИК и СНК СССР от 27 авг. 1933 г. // Собр. законодательства СССР. 1933. № 55. Ст. 324.

28. Об организации водных транспортных судов и водной транспортной прокуратуры : постановление ЦИК и СНК СССР от 7 июня 1934 г. // Собр. законодательства СССР. 1934. № 33. Ст. 251.

29. Прокурорский надзор в СССР. Очерки по курсу / под общ. ред. В. А. Болдырева. М., 1957. С. 240.

30. Кодинцев А. Я. Органы транспортной юстиции СССР в 30-е годы XX века. С. 36.

31. О передаче всех водных транспортных судов и всей водной транспортной прокуратуры в непосредст-

венное подчинение Верховного Суда Союза ССР и Прокуратуры Союза ССР : постановление ЦИК и СНК СССР от 7 апр. 1936 г. // Собр. законодательства СССР. 1936. № 18. Ст. 150.

32. О военных трибуналах в местностях, объявленных на военном положении и в районах военных действий : положение от 22 июня 1941 г. // Ведомости Верховного Совета СССР. 1941. № 29.

33. Кодинцев А. Я. Транспортная юстиция СССР в первые послевоенные годы // Транспортное право. 2008. № 3. С. 46.

34. Он же. Транспортная юстиция СССР в 1948—1957 гг. // Транспортное право. 2008. № 4. С. 42.

35. Ширвинский В. За дальнейшее улучшение работы окружных судов железнодорожного транспорта // Соц. законность. 1950. № 10. С. 20.

36. Прокурорский надзор в СССР. Очерки по курсу / под общ. ред. В. А. Болдырева. М., 1957. С. 243.

37. Там же. С. 244.

38. О структуре центрального аппарата Прокуратуры СССР : постановление Президиума Верховного Совета СССР от 7 апр. 1956 г. // Ведомости Верховного Совета СССР. 1956. № 8. Ст. 186.

39. Положение о прокурорском надзоре в СССР : утв. указом Президиума Верховного Совета СССР от 24 мая 1955 г. // Ведомости Верховного Совета СССР. 1955. № 9. Ст. 222.

40. Об упразднении транспортных прокуратур : указ Президиума Верховного Совета СССР от 3 марта 1960 г. // Ведомости Верховного Совета СССР. 1960. № 10. Ст. 65.

41. Об утверждении Положения о прокурорском надзоре в СССР : указ Президиума Верховного Совета СССР от 24 мая 1955 г. // Ведомости Верховного Совета СССР. 1955. № 9. Ст. 222.

42. Об утверждении Основ уголовного судопроизводства Союза ССР и союзных республик : закон СССР от 25 дек. 1958 г. // Ведомости Верховного Совета СССР. 1959. № 1. Ст. 15.

43. Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР от 27 окт. 1960 г. // Ведомости Верховного Совета РСФСР. 1960. № 40. Ст. 592.

44. Наумов А. Нужны ли линейные транспортные суды и транспортная прокуратура? / / Соц. законность. 1955. № 1. С. 50-51.

45. О сущности данной концепции подробно: Кар-пец И. И. Преступность: иллюзии и реальность. М. : Рос. право, 1992. 432 с.

46. Баляба В. Нужны ли транспортные прокуратуры? // Законность. 2000. № 10. С. 19.

Origin and the Development of Transport Procuratorship in Russia in XVIII Century — Middle of XX Century

© Gavrilenko A., Ivankov K.r 2011

In this article are examined the basic moments of creation and development of the organs of domestic transport procuratorship up to its abolition in I960.

Key words: the transport procuratorship; the history of the transport procuratorship.