2009. 04. 030. Фрезинский Б. Я. Писатели и советские вожди: избранные сюжеты 1919-1960 гг. - М. : Эллис лак, 2008. - 670 с

шов, Н. Задорнов, В. Лебедев, А. Солженицын); книги, «ищущие ответа на современные вопросы в прошлом (произведения В. Шукшина, Б. Трифонова, Ю. Давыдова и др.); параболические сочинения, обращенные к вечным вопросам, конкретизированным историей (произведения Б. Окуджавы, О. Чиладзе, Ч. Амирэджи-би)» (с. 87).

Автор также упоминает произведения о работе ученых («Нильс Бор» Д. Данина, «Зубр» и «Эта странная жизнь» Д. Гранина, «Жизнь и житие Войно-Ясенецого, архиепископа и хирурга» М. Поповского), об их буднях («Кафедра» И. Грековой, «Бессоница» А. Крона), о свойствах технократического сознания («Белые одежды» В. Дудинцева, «Оправдан будет каждый час» В. Амлинского). Возродились жанры антиутопий (В. Аксёнов, А. Гладилин, А. Кабаков, В. Войнович), научной фантастики (И. Ефремов, братья А. и Б. Стругацкие, А. Казанцев) и др.

Обращением к поэзии и драматургии Л.П. Кременцов подтверждает свой вывод о том, что советская литература 70-80-х годов сопоставима с 20-ми годами «по количеству и разнообразию талантливых писательских индивидуальностей» (с. 95).

Книга содержит библиографические примечания, а также перечень возможных тем рефератов, курсовых и дипломных работ, магистерских диссертаций и эссе.

А.А. Ревякина

2009.04.030. ФРЕЗИНСКИЙ Б.Я. ПИСАТЕЛИ И СОВЕТСКИЕ ВОЖДИ: ИЗБРАННЫЕ СЮЖЕТЫ 1919-1960 гг. - М.: Эллис Лак, 2008. - 670 с.

В книге историка литературы и публициста Б.Я. Фрезинско-го1 на конкретных примерах показано, как на протяжении десятилетий советской истории по-разному складывались неоднозначные и трагические индивидуальные судьбы писателей, а также, как сис-

1 Фрезинский Б.Я. - автор книг «Судьбы Серапионов» (СПб., 2003), «Все это было в ХХ в.: Заметки на полях истории» (СПб., 2006), «Илья Эренбург с фотоаппаратом, 1923-1944» (СПб.; М.; Иерусалим, 2007), биограф жизни и творчества И. Эренбурга, публикатор и комментатор его сочинений, а также работ Н.И. Бухарина и др. авторов по истории литературы и политической истории русского XX в.

тема, созданная в результате Октябрьской революции, привела к диктатуре И. Сталина, уничтожившей вождей революции -Л. Троцкого, Л. Каменева, Г. Зиновьева, Н. Бухарина, К. Радека и др. Писательский круг достаточно репрезентативен: М. Горький, М. Зощенко, К. Федин, И. Эренбург, Б. Пастернак, И. Бабель, В. Ходасевич, Ф. Сологуб, А. Ремизов, М. Волошин, М. Слонимский, П. Павленко, А.К. Воронский, И. Сельвинский, Н. Тихонов, Вс. Вишневский и др. Об одних говорится часто и подробно, о других - эпизодически. Автор использует неизвестные и малоизвестные материалы, в том числе многочисленные эпистолярные источники.

В раздел, открывающий книгу - «Л.Б. Каменев и писательские просьбы (1919-1924) (с эпилогом, относящимся к 19341936 гг.)», входят следующие темы:

1. Об арестованных и высланных (М. Горький просил за М.И. Будберг, которую в 1919-1920 гг. арестовывали несколько раз, так как «шлейф ее знакомства с Брюсом Локкартом срабатывал при каждом ухудшении политической ситуации»; А.И. Куприн за месяц до прихода Юденича ходатайствовал за арестованного А. Б. Леванду (сына его знакомой); М. Горький просил о возвращении в Петроград А.В. Ганзен, переводчицы, сотрудницы издательства «Всемирная литература»; в тайной записке от 9 ноября 1924 г. Л.Ю. Брик обращалась к Каменеву с просьбой о личной встрече).

2. О разрешении на выезд (в 1919-1921 гг. Ф. Сологуб неоднократно подавал просьбу разрешить временный выезд за границу: он писал В.И. Ленину, Л. Троцкому, А.В. Луначарскому, Л.Б. Каменеву; в итоге Политбюро, рассмотрев 12 июля 1921 г. вопрос о разрешении на выезд А. Блоку и Ф. Сологубу, постановило выезд разрешить одному Сологубу, но полученным разрешением, одновременно означавшим приговор Блоку, Сологуб воспользоваться не мог, а после самоубийства А.Н. Чеботаревской (23 сентября) новых прошений о выезде он не подавал; Вяч. Иванов ходатайствовал за немецкого поэта и переводчика русской поэзии и прозы Вольфганга Грёгера, которого Первая мировая война разделила с семьей, оставшейся в Берлине).

3. О жилище (В.Ф. Ходасевич в письме от 3 июля 1918 г. просил помочь с квартирой и не подвергать его семью «уплотнению»; М. Горький также просил не «уплотнять» Ю. Желябужского -сына М.Ф. Андреевой).

4. О пайках, изъятых рукописях, невыпущенных книгах, о защите от нападок (в 1918 г. Ю.К. Балтрушайтис, заведуя секцией в Наркомпросе, боролся с московскими чиновниками за улучшение продовольственного снабжения писателей; А.М. Ремизов, выехавший в 1921 г. с женой за границу, продолжал добиваться получения изъятых на границе рукописных материалов; критик, историк литературы, проф. МГУ П. С. Коган благодарил Каменева за поддержку, которую ему оказали Каменев, Бухарин и Луначарский в полемике с А.К. Воронским в феврале 1924 г.; М.А. Волошин искал защиты от притеснений Коктебельских властей и осенью 1924 г. обратился с письмом к Каменеву).

В раздел «Карл Радек и писатели» вошли писательские письма конца 20-х годов, адресованные этому политику, публицисту, литературному критику, находившемуся с начала 1928 г. в тобольской ссылке1. Впервые изданные в Москве в 1927 г. два тома «Портретов и памфлетов» Радека (с посвящением Л. Рейснер) пользовались шумным политическим и литературным успехом у представителей левых интеллектуальных кругов. Как литературного критика и публициста Радека занимали не эстетические, а политические аспекты литературы. Состояние современной русской литературы он рассматривал в статье «Бездомные люди» («Правда», 1926, 16 июня). Поводом послужило самоубийство писателя А. Соболя 7 июня 1926 г. Радек увидел в самоубийствах С. Есенина и А. Соболя «симптом недуга литературы», а не власти. Если Троцкий в некрологе Есенину («Правда», 1926, 19 янв.) отмечал неминуемость его смерти, обусловленной столкновением «нежности поэта с катастрофичностью революции», то Радек высказывался грубо и заземленно: «Есенин умер, ибо ему не для чего было жить... Связи с обществом у него не было, он пел не для кого» (цит. по: с. 106).

В начале 1926 г. занимавшее ультралевые позиции первое поколение «вождей» журнала «На посту» - Ил. Вардин, Г. Леле-вич, С. Родов - было отстранено от руководства пролетарской ли-

1 19 декабря 1927 г. на последнем заседании XV съезда ВКП(б) К. Радек был исключен из партии в составе 75 участников «троцкистской оппозиции» (вместе с Л.Б. Каменевым, М.М. Лашевичем, Ю.Л. Пятаковым и др.). В январе 1928 г. оппозиционеры были высланы. Радеку предписали Тобольск.

тературой. В 1927 г. все они были исключены из партии и сосланы. Г. Лилевич, отправленный сначала в Саратов, а затем в Соликамск, сразу же написал Радеку в Тобольск, как только узнал его адрес. В его письмах неизменно возникали литературные вопросы. В Тобольск писали и брат Ларисы Рейснер - Игорь, и Б. Пильняк, и Л. Сейфуллина. Жене и дочке Радека, оставшимся в Москве, Б. Пильняк оказывал материальную помощь, а в 1936-1937 гг. ему об этом систематически напоминали и ставили в вину, так как 16 сентября 1936 г. Радек был снова арестован и наряду с Ю.Л. Пятаковым и Г.Я. Сокольниковым стал главной фигурой январского процесса 1937 г.1 На фоне яростной писательской публицистики (газеты печатали массу откликов в связи с началом московского процесса) некоторые участники срочного заседания Президиума Союза советских писателей (среди них были Вс. Иванов, Б. Пильняк, К. Федин) требовали жесткой расправы с подсудимыми.

В разделе «Соучастники и жертвы: М. Слонимский и П. Павленко (Общественно-литературная деятельность в 19311934 гг. и судьба их романов)» Б.Я. Фрезинский анализирует письма П.А. Павленко к М.Л. Слонимскому 1931-1938 гг. (письма Слонимского к Павленко не уцелели). Дружба писателей продолжалась восемь лет (до конца 30-х годов). В декабре 1929 г. был создан Всероссийский союз советских писателей (ВССП), объединивший непролетарские организации РСФСР и прежде всего - Московскую и Ленинградскую. В этих организациях, созданных до 1932 г., т.е. до роспуска РАПП, состояли Павленко и Слонимский, предпринимая попытки реформировать их. В письмах Павленко нашли отражение общие позиции по реформированию ВССП, а также Московская дискуссия этой писательской организации (сентябрь 1931 г.).

Летом 1932 г. Слонимский побывал в Германии, собирая материал для повести о председателе правительства Баварской социалистической республики 1919 г. Евгении Левинэ. Чтобы получить разрешение на поездку, он заранее обратился за помощью к

1 Из 17 обвиняемых 13 - были приговорены к смерти; К. Радек получил 10 лет, но в мае 1939 г. был казнен подосланными в камеру уголовниками.

М. Горькому, который из Италии ходатайствовал за Слонимского перед Сталиным. В Москве продвижение этого вопроса отслеживал Павленко, вхожий в московские кабинеты; он сообщал Слонимскому в Ленинград все новости о продвижении дела. В связи с этой поездкой, Павленко попросил Слонимского найти переводчицу его книг на немецкий язык. В письмах есть упоминания Сталина, Я.С. Агранова, М. Горького, В. Шкловского, портреты писателей и деятелей культуры. В 1937 г. Павленко писал для С.М. Эйзенштейна сценарий «Александра Невского» и рассказывал об этом Слонимскому. Их переписка прервалась в 1939 г.

В 1931 г. у Слонимского возник замысел романа о политической ситуации в Питере, начиная с 1924 г.; хронологически это было продолжение «Лавровых» и «Фомы Клешнёва», принесших писателю официальный успех. Острота замысла состояла в том, что Слонимский решил создать действительно политический роман - о ленинградской оппозиции1. Отрывки из романа «Крепость» были опубликованы в «Красной газете» (1933, 12 июня) и «Литературном Ленинграде» (1933, 26 сентября). Журнал «Красная новь» анонсировал публикацию романа в 1934 г., однако в 1934 г. появился лишь один отрывок в «Литературном Ленинграде» (9 марта). После этого произведение Слонимского никогда не упоминалось (даже в справочной статье о писателе в КЛЭ).

Б.Я. Фрезинский разыскал беловую авторскую машинопись одного из вариантов первой главы романа, датированную 14 марта 1933 г.2, а также разрозненные черновые страницы всего романа «Крепость»3. Название произведения возникло из представления о стране как о крепости социализма, которая должна быть сильной и единой. Однако с декабря 1934 г.

1 Ленинградская организация ВКП(б) в 1925 г. единодушно поддерживала своего руководителя Г.Е. Зиновьева в его (совместно с Л.Б. Каменевым, Г.Я. Сокольниковым и Н.К. Крупской) противоборстве со Сталиным. На XIV съезде РКП (б) Ленинградская делегация выступила против ЦК партии, и эта позиция была большинством осуждена. После того находившийся в руках Сталина аппарат ЦК начал систематическое и жесткое уничтожение ленинградской оппозиции и ее активистов.

2 См.: ЦГАЛИ. Ф. 414.

3 См.: РО ИРЛИ. Ф. 521. Оп. 1. № 18.

уничтоженную ленинградскую оппозицию продолжали официально аттестовывать как «презренных шпионов, диверсантов и убийц», маскировавшихся до поры до времени. Все эти обстоятельства требовали совершенно иного романа об оппозиции.

В книгу также включены разделы: «Троцкий - Сталин: Как помочь молодым поэтам (Документы 1922 г. по предыстории Наркомата литературы)»; «Илья Эренбург и Николай Бухарин (История длиною в жизнь)»; «Международное писательское представление в 3-х актах (продюсер И. Сталин)»; «За кулисами триумфа (Советские поэты в Европе 1936 г.)»; «"Серапионовы братья" К. Федин и М. Зощенко в проработках 1943-1946 гг.»; «Илья Эрен-бург в годы сталинского госантисемитизма (полемика с г. Костыр-ченко)»; «Уроки Стендаля и Светлана Сталина».

Издание завершают аннотированный указатель имен, списки сокращений и избранных работ Б.Я. Фрезинского.

Т.Г. Петрова

2009.04.031. ВАХИТОВА Т.М. ХУДОЖЕСТВЕНАЯ КАРТИНА МИРА В ПРОЗЕ ЛЕОНИДА ЛЕОНОВА: (СТРУКТУРА. ПОЭТИКА. ЭВОЛЮЦИЯ). - СПб.: Наука, 2007. - 317 с.

В монографии доктора филологических наук Т.М. Вахитовой (ИРЛИ) дано «описание эволюции» творчества Л.М. Леонова (1899-1994) «как диалога с культурно-историческим контекстом и как диалога с самим собой» (с. 8). Воссозданная писателем художественная картина мира представлена как многоуровневая система, обладающая повторяющимися визуальными характеристиками и меняющимися на протяжении творчества ментальными, историческими, философскими и социальными качествами.

Во «Введении» представлен обзор обширной критической литературы, сформировавшей многоликий и противоречивый образ писателя: «Неизвестный поэт-символист ("Отравленный принц"); Васька-Лапоть - автор политических агиток; мастер "орнаментальной прозы" (надежда русской эмиграции); попутчик, плохо знакомый с марксистской идеологией; вдруг - неожиданно - классик социалистического реализма; "золотой фонд" советской литературы; лауреат Сталинской премии за пьесу "Нашествие" (1943); лауреат Ленинской премии за роман "Русский лес" (1956); писатель-философ, ориентирующийся на классические традиции; создатель