К вопросу о введении уголовной ответственности юридических лиц в Российской Федерации

Рогов Н.С.

к вопросу о введении уголовной ответственности юридических лиц в российской федерации

Цель: Исследование института уголовной ответственности юридических лиц с целью решения вопроса о необходимости введения его в России.

Методология: Использовались методы анализа, синтеза, индукции и дедукции, а также сравнительно-правовой и формально-юридический.

Результаты: Вопрос введения уголовной ответственности юридических лиц является актуальным, дискуссионным и неразрешенным для современного уголовного судопроизводства. Автор, проанализировав законодательство зарубежных стран, приходит к выводу, что в Российской Федерации административная ответственность юридических лиц, по сути, эквивалентна уголовной ответственности юридических лиц зарубежных стран. Однако в процессе привлечения лиц к административной ответственности спектр прав и гарантий, предоставляемых таким лицам, на порядок уже в сравнении с процессом привлечения лица к уголовной ответственности. Таким образом, автор поднимает вопрос целесообразности введения уголовной ответственности для юридических лиц с целью защиты прав и законных интересов указанных лиц именно в рамках уголовного процесса.

Новизна/оригинальность/ценность: Автор настоящей статьи впервые обосновывает необходимость введения института уголовной ответственности юридических лиц в России с целью защиты прав и законных интересов этих лиц.

Ключевые слова: уголовная ответственность, юридическое лицо, субъект преступления, административная ответственность, правовая защищенность.

Rogov N.S.

to a question of introduction OF CRIMINAL RESPONSIBILITY OF LEGAL ENTITIES in the russian federation

Purpose: Research institute of the criminal liability of legal entities for the purpose of addressing the necessity for the introduction of this institute in Russia.

Methodology: Scientific methods of analysis, synthesis, induction and deduction, and also comparative legal and formally legal methods were used.

Results: The issue of introduction the institute of criminal liability of legal entities is a topical, controversial and unresolved issue of modern criminal procedure. The author analyzed the legislation of the foreign countries, and comes to the conclusion that in the Russian Federation, the administrative liability of legal entities, in fact, equivalent to the criminal liability of legal entities of foreign countries. However, in the process of attracting people to administrative responsibility range of rights and guarantees provided to such persons, much lower in comparison with the process of bringing the person to justice. Thus, the author raises the question of the feasibility of the introduction of criminal liability for legal entities, for the purpose of protecting the rights and legal interests of these persons is in the framework of criminal proceedings.

Novelty/originality/value: The author of this article is a first who proves the need for the introduction of this institution of criminal liability of legal entities in Russia in order to protect the rights and legitimate interests of legal entities.

Keywords: criminal liability, legal entity, subject of crime, administrative liability, legal safety.

В уголовном судопроизводстве России одним из самых дискуссионных и острых является вопрос привлечения юридических лиц к уголовной ответственности.

В последнее время различные отрасли российского права претерпевали существенные изменения (например, глобальное реформирование гражданского законодательства, слияние Верховного Суда РФ и Высшего Арбитражного Суда РФ, некоторые поправки были внесены в Конституцию РФ), уголовное право и уголовный процесс, в свою очередь, остаются относительно стабиль-

ными отраслями права. Конечно, в Уголовный кодекс РФ нередко вносятся поправки, начиная с так называемой «либерализации» уголовного законодательства и заканчивая возвратом ряда составов в Уголовный кодекс, однако концептуально уголовное право можно назвать стабильной отраслью права. Уголовный процесс, несмотря на существенное реформирование в 2007 году, концептуально также является стабильной отраслью права.

Однако даже в стабильных отраслях существуют вопросы, которые вызывают дискуссии

как в научных кругах, так и среди практикующих юристов. Одним из таких вопросов является привлечение юридических лиц к уголовной ответственности.

Особенно актуальным этот вопрос стал в связи с внесением в Государственную Думу в начале 2015 года законопроекта № 750443-6 «О внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации в связи с введением института уголовной ответственности юридических лиц» [4].

В пояснительной записке к указанному законопроекту одним из обоснований введения уголовной ответственности для юридических лиц были указаны многочисленные обязательства РФ о введении такой ответственности в связи с ратификацией ряда международных правовых актов.

Так, ч. 2 ст. 10 Конвенции против транснациональной организованной преступности предусматривает возможность введения уголовной ответственности для юридических лиц, причем в Конвенции уточняется, что возложение уголовной ответственности на юридических лиц не наносит ущерба уголовной ответственности физических лиц, совершивших преступление. Аналогичные положения содержатся в ст. 26 Конвенции Организации Объединенных Наций против коррупции.

Кроме того, существует ряд международных актов, которые не рекомендуют, а прямо предусматривают введение уголовной ответственности для юридических лиц. Так, согласно ст. 18 Конвенции Совета Европы «Об уголовной ответственности за коррупцию», «каждая Сторона принимает такие законодательные и иные меры, которые могут потребоваться для обеспечения того, чтобы юридические лица могли быть привлечены к ответственности в связи с совершением уголовных преступлений, заключающихся в активном подкупе, использовании служебного положения в корыстных целях и отмывании денег, квалифицированных в качестве таковых в соответствии с настоящей Конвенцией и совершенных в интересах любого физического лица, действующего в своем личном качестве или в составе органа юридического лица, которое занимает ведущую должность в юридическом лице».

Указанный акт был ратифицирован Российской Федерацией Федеральным законом от 25.07.2006 № 125-ФЗ «О ратификации Конвенции об уголовной ответственности за коррупцию». Таким образом, Россия прямо взяла на себя обязательства о введении уголовной ответственности для юридических лиц. При этом нужно сказать,

что начало международной практике уголовной ответственности юридического лица было положено решениями Нюрнбергского трибунала, согласно которым преступными были признаны организации НСДАП, СД, СС, гестапо, которые, по сути, являлись юридическими лицами [1].

Однако, несмотря на обязательства, существующие у РФ вследствие того, что в настоящее время вопрос об уголовной ответственности юридических лиц в отечественном законодательном порядке не решён, российский законодатель остаётся пока на прежней, традиционной для классической школы уголовного права позиции, согласно которой уголовной ответственности подлежат только вменяемые, достигшие определенного в законе возраста физические лица.

Большинство ученых, исследователей и правоведов видит необходимость введения такого института в связи с тем, что противоправная деятельность юридических лиц в определенных случаях представляет угрозу обществу, а глядя на положительный опыт зарубежных стран, где к уголовной ответственности наряду с физическими лицами привлекаются и юридические, исследователи недоумевают, почему в нашей юрисдикции организации остаются безнаказанными.

Анализ законодательства и правоприменительной практики зарубежных государств показывает успешное использование данного института. Так, указанный институт реализуется в большинстве стран - членов Европейского Союза, стран с англо-саксонской системой права, а также в некоторых странах - бывших советских республиках, таких как Эстония, Молдова, Грузия, Украина и др.

В России, как указывалось выше, в отличие от большинства развитых стран институт уголовной ответственности юридических лиц отсутствует. Его фактически заменяет предусмотренная Кодексом об административных правонарушениях административная ответственность.

Как отмечал судья Конституционного суда РФ профессор Г.А. Гаджиев, административная ответственность юридических лиц является в известной мере превращенной формой уголовной ответственности [2].

Сложно не согласиться с указанной точкой зрения, так как в нашей стране к юридическим лицам активно применяют такие меры административной ответственности, которые, по сути, эквиваленты мерам уголовной ответственности в зарубежных странах.

Так, согласно ч. 2 ст. 3.2 Кодекса РФ об административных правонарушениях в отношении юри-

евразийская

> 2(21) 2016 <

адвокатура

дического лица могут применяться административные наказания, перечисленные в пунктах 1-4, 9 части 1 настоящей статьи, а именно:

- предупреждение;

- административный штраф;

- конфискация орудия совершения или предмета административного правонарушения;

- административное приостановление деятельности.

Причем что касается административного штрафа, то в соответствии с ч. 1 ст. 3.5 КоАП РФ для юридических лиц возможен размер штрафа до шестидесяти миллионов рублей, или он может устанавливаться в кратном размере, например, согласно ст. 7.14.1 уничтожение или повреждение особо ценных объектов культурного наследия (памятников истории и культуры) народов Российской Федерации, в том числе выявленных объектов культурного наследия, влечет наложение административного штрафа на юридических лиц в размере от одного миллиона до шестидесяти миллионов рублей.

Если провести сравнительный анализ мер административной ответственности в России и мер уголовной ответственности в других юрисдикци-ях, можно обратить внимание, что они зачастую схожи.

Так, по Уголовному кодексу Франции к юридическим лицам применяются такие наказания, как: штраф, причем максимальный размер штрафа, применяемого к юридическим лицам, равен пятикратному размеру штрафа, предусмотренного для физических лиц законом, наказывающим преступное деяние; прекращение деятельности, когда юридическое лицо было создано, или, если речь идет о совершении преступления или проступка, который подлежит наказанию в виде тюремного заключения на срок свыше пяти лет для физических лиц, отошло от цели своего создания для совершения вменяемых ему в вину действий; бессрочное или сроком не более пяти лет запрещение осуществлять прямо или косвенно один или несколько видов профессиональной или общественной деятельности; помещение под судебный надзор сроком не более пяти лет; бессрочное или сроком не более пяти лет закрытие всех заведений либо одного или нескольких из заведений предприятия, служивших совершению вменяемых в вину деяний; бессрочное или сроком не более пяти лет исключение из участия в договорах, заключаемых от имени государства; бессрочное или сроком не более пяти лет запрещение обращаться с публичным призывом к размещению вкладов и ценных бумаг; запрещение пускать в

обращение чеки, иные, нежели те, которые позволяют получать средства векселедателем в присутствии плательщика по переводному векселю, или те, которые удостоверены, или пользоваться кредитными карточками, на срок не более пяти лет; конфискация вещи, которая служила или была предназначена для совершения преступного деяния, или вещи, которая получена в результате преступного деяния; афиширование или распространение вынесенного приговора в печати либо любым другим способом аудиовидеосообщения (ст. 131-37 Уголовного кодекса Франции).

Необходимо отметить, что французский законодатель в вопросе уголовной ответственности юридических лиц был наиболее последовательным, сумев принципиально разграничить уголовную ответственность физических и юридических лиц и выработав наиболее выразительную систему наказаний для организаций, что зачастую является затруднительным в других юрисдикциях, где юридическая техника развита не на таком высоком уровне, как во Франции.

В свою очередь Уголовный кодекс Бельгии предусматривает следующие меры уголовной ответственности для юридических лиц: штраф; специальная конфискация; ликвидация (не может быть назначена в отношении публично-правовых юридических лиц); запрет осуществления действий, относящихся к предмету деятельности юридического лица, за исключением действий по осуществлению функций публичной службы; прекращение деятельности одного или нескольких предприятий, за исключением предприятий, осуществляющих функции публичной службы; опубликование или иное обнародование решения (ст. 7bis Уголовного кодекса Бельгии).

Кроме того, как отмечает исследователь В. До-донов, который проанализировал системы наказаний юридических лиц в различных юрисдик-циях, помимо штрафа к корпорациям наиболее часто применяются следующие санкции: специальная конфискация (Албания, Бельгия, Ирак, США, Франция); ограничение деятельности юридического лица, в том числе запрет заниматься отдельными видами деятельности, закрытие подразделений или филиалов (Албания, Бельгия, Испания, Литва, Молдова, Перу, Франция); временное прекращение деятельности юридического лица (Испания, Перу); ликвидация юридического лица (Бельгия, Литва, Молдова, Перу, Франция); публикация приговора (Бельгия, Франция) [3].

Таким образом, наказания, которые предусмотрены КоАП РФ в отношении юридических лиц, полностью дублируют или схожи по своей

правовой природе с мерами уголовной ответственности зарубежных стран, что говорит о равнозначных последствиях для юридических лиц в рамках административной ответственности в России и в рамках уголовной ответственности в зарубежных странах.

Однако необходимо отметить, что права и гарантии, предоставляемые лицам, в отношении которых возбуждено производство, в рамках административного и уголовного процесса различны, а именно гарантии и права правонарушителя в рамках административного процесса гораздо уже, нежели те гарантии и права, которые имеют подозреваемые и обвиняемые в рамках уголовного процесса.

Уголовный процесс представляет собой более длительную законодательно урегулированную процедуру, нежели производство по делам об административных правонарушениях.

Если сравнивать стадии уголовного процесса со стадиями производства по делам об административных правонарушениях, то можно обратить внимание на следующее.

Уголовный процесс состоит из следующих основных стадий: возбуждение уголовного дела; предварительное расследование; подготовка дела к судебному заседанию; судебное разбирательство; производство в суде второй инстанции; исполнение приговора; производство в суде кассационной и надзорной инстанции; производство по возобновлению уголовного дела в связи с наличием новых или вновь открывшихся обстоятельств.

Производство по делам об административных правонарушениях, в свою очередь, состоит из следующих стадий: возбуждение дела об административном правонарушении; рассмотрение административного дела компетентным органом и принятие соответствующего решения; пересмотр постановлений (решений) по делам об административных правонарушениях; исполнения постановления.

Как видим, в производстве по делам об административных правонарушениях в отличие от уголовных дел отсутствует одна из важнейших стадий - предварительное расследование.

Предварительное расследование заключается в деятельности органов дознания и предварительного следствия по собиранию, проверке и оценке доказательств в целях установления обстоятельств, имеющих значение для дела, установления лица, совершившего преступления, и выявления причин и условий, способствовавших совершению преступления.

Установление всех указанных выше обстоятельств и является основной гарантией лиц, привлекаемых в качестве обвиняемых или подозреваемых в рамках предварительного расследования, а именно: пока не будут даны ответы на эти вопросы, а также пока не будет собрана доказательственная база, достаточная для вынесения обвинительного заключения и передачи дела в суд, лицо не может быть привлечено к уголовной ответственности.

Кроме того, помимо гарантий, закрепленных в принципах уголовного судопроизводства, уголовно-процессуальный кодекс предусматривает ряд прав и гарантий на стадии предварительного расследования для лиц, привлекаемых к уголовной ответственности. Так, например, в соответствии с положениями ст. 159 УПК РФ следователь, дознаватель обязан рассмотреть каждое заявленное по уголовному делу ходатайство, при этом подозреваемому или обвиняемому, его защитнику не может быть отказано в допросе свидетелей, производстве судебной экспертизы и других следственных действий, если обстоятельства, об установлении которых они ходатайствуют, имеют значение для данного уголовного дела. Помимо прочего, согласно ст. 47 УПК РФ обвиняемый наделяется правом возражать против обвинения, представлять доказательства, пользоваться помощью защитника, участвовать с разрешения следователя в следственных действиях, производимых по его ходатайству или ходатайству его защитника либо законного представителя, знакомиться с протоколами этих действий и подавать на них замечания, приносить жалобы на действия (бездействия) и решения дознавателя, следователя, прокурора и суда и принимать участие в их рассмотрении судом и др. Ряд прав предусмотрен не только уголовно-процессуальным кодексом РФ, но и непосредственно Конституцией РФ.

Важность настоящей стадии подтверждается и сроками проведения предварительного расследования, которые зачастую превышают сроки судебного разбирательства, что свидетельствует о сравнительной защищенности (в сравнении с производством по делам об административных правонарушениях) законопослушных лиц от привлечения к ответственности по ошибке государственных органов в рамках уголовного процесса.

Кроме того, гарантией законности, а также прав и законных интересов обвиняемого или подозреваемого служит прокурорский надзор, в том числе в рамках ст. 221 УПК РФ, в соответствии с которой прокурор, рассмотрев поступившее от следователя уголовное дело с обвинительным за-

евразийская

2 (21) 2016

адвокатура

ключением, вправе вернуть уголовное дело следователю для производства дополнительного следствия, изменения объема обвинения либо квалификации действий обвиняемых или пересоставления обвинительного заключения и устранения выявленных недостатков со своими письменными указаниями, а также судебный контроль за действиями (бездействиями) и решениями следователя и дознавателя.

В рамках же производства по делам об административных правонарушениях такая стадия отсутствует. При анализе судебной практики в основном встречаются случаи, когда после составления протокола об административном правонарушении правонарушители (юридические лица) обращаются в суд либо с требованием об оспаривании ненормативного акта, действия или бездействия государственного органа, либо оспаривают привлечение к административной ответственности в порядке, предусмотренном КоАП РФ. Таким образом, они оспаривают привлечение к административной ответственности «post factum», то есть уже будучи привлеченными к ответственности.

Законодательно в рамках привлечения лица к административной ответственности отсутствуют права и гарантии, предусмотренные в рамках уголовного процесса, что существенно упрощает для органов государственной власти привлечение лиц к административной ответственности и существенно повышает возможность ошибочного привлечения к ответственности. В то время, когда наказания для юридических лиц, предусмотренные КоАП РФ, по сути, идентичны наказаниям, предусмотренным уголовным законодательством зарубежных стран, цена таких ошибок для юридических лиц колоссальна, а иногда и является решающей для осуществления своей хозяйственной деятельности.

Таким образом, введение уголовной ответственности для юридических лиц в Российской Федерации обусловлено не только международно-правовыми обязательствами России и тем, что противоправная деятельность юридических лиц в определенных случаях представляет угрозу для общества, но и защитой прав и законных интересов юридических лиц, права которых в настоящее время нарушаются тем, что к ним применимы

меры административной ответственности, которые, по сути, являются превращенной формой уголовной ответственности, применяемой в зарубежных странах.

Кроме того, введение уголовной ответственности для юридических лиц сделает процедуру привлечения юридических лиц к ответственности соответствующей международным стандартам, позволит бороться со злоупотреблениями со стороны органов государственной власти, а также гарантировать надзор со стороны прокуратуры и контроль со стороны суда за привлечением юридических лиц к ответственности.

Пристатейный библиографический список

1. Бардеев К.А. К проблеме уголовной ответственности юридических лиц в контексте международного и зарубежного права // Законность и правопорядок в современном обществе. 2015. № 25. С. 67.

2. Гаджиев Г.А. Конституционные основы юридической ответственности и конституционно-правовая ответственность // Журнал российского права. 2014. № 1. С. 12.

3. Додонов В. Ответственность юридических лиц в современном уголовном праве Электронный ресурс. URL: http://www.zazakon.ru.

4. Законопроект № 750443-6 «О внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации в связи с введением института уголовной ответственности юридических лиц» Электронный ресурс. URL: http://asozd2.duma.gov.ru/main.nsf/(Spravka) ?OpenAgent&RN=750443-6.

References

1. Bardeev K.A. K probleme ugolovnoj otvetstven-nosti juridicheskih lic v kontekste mezhdunarodnogo i za-rubezhnogo prava // Zakonnost' i pravoporjadok v sovre-mennom obshhestve. 2015. № 25. S. 67.

2. Gadzhiev G.A. Konstitucionnye osnovy juridiches-koj otvetstvennosti i konstitucionno-pravovaja otvetstven-nost' // Zhurnal rossijskogo prava. 2014. № 1. S. 12.

3. Dodonov V. Otvetstvennost' juridicheskih lic v sovremennom ugolovnom prave Jelektronnyj resurs. URL: http://www.zazakon.ru.

4. Zakonoproekt № 750443-6 «O vnesenii izmenenij v nekotorye zakonodatel'nye akty Rossijskoj Federa-cii v svjazi s vvedeniem instituta ugolovnoj otvetstven-nosti juridicheskih lic» Jelektronnyj resurs. URL: http:// asozd2.duma.gov.ru/main.nsf/(Spravka)?OpenAgent& RN=750443-6.