УСТУПКА ПРАВА ТРЕБОВАНИЯ ПО ДЕНЕЖНЫМ ОБЯЗАТЕЛЬСТВАМ, ВОЗНИКШИМ ПРИ ОСУЩЕСТВЛЕНИИ ГОСУДАРСТВЕННЫХ (МУНИЦИПАЛЬНЫХ) ЗАКУПОК

Уступка права требования по денежным обязательствам, возникшим при осуществлении государственных (муниципальных) закупок

Пожидаева Елена Сергеевна,

аспирант кафедры гражданского права, ФГБОУ ВО «Российский государственный университет правосудия» E-mail: pojidaewaes@yandex.ru

Статья посвящена исследованию вопроса о допустимости уступки права требования поставщиком (подрядчиком, исполнителем) третьему лицу об исполнении денежного обязательства заказчику по государственному (муниципальному) контракту. В статье раскрываются проблемы различного применения и толкования новой редакции пункта 7 статьи 448 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также ее противоречие нормам специального законодательства, регулирующим уступку денежных обязательств, вытекающих из государственных (муниципальных) контрактов. Автор анализирует позиции, сформировавшиеся по данному вопросу, и их практическое применение в правоприменительной практике. В заключение автор приходит к выводам, о необходимости устранения существующих противоречий между гражданским законодательством, бюджетным законодательством и законодательством о контрактной системе путем внести соответствующих изменений в нормы специального законодательства.

Ключевые слова: уступка денежного обязательства, перемена поставщика, передача права требования, бюджетные средства, контракт.

В рамках данной статьи исследована новая редакция пункта 7 статьи 448 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) и ее взаимодействие с нормами специального законодательства, а именно с Бюджетным кодексом Российской Федерации (далее - БК РФ) и Федеральным законом от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» (далее - Закон о контрактной системе) [1].

В рамках проведенной реформы ГК РФ в нормы об уступке права требования [2], был внесен ряд изменений, расширивших возможности цессии по денежным обязательствам. Так, положения, содержащиеся в пункте 7 статьи 448 ГК РФ, были дополнены следующим: «победитель торгов вправе уступить требования по денежному обязательству третьему лицу». Данные изменения вступили в силу 1 июня 2018 года. Полагаем, что данная новелла вступает в противоречие с нормами специального законодательства, регулирующими уступку денежных обязательств, вытекающих из государственных (муниципальных) контрактов.

Как справедливо отмечает Андреева Л.В.: «Сфера публичных закупок занимает особое место, так как является инструментом поддержки хозяйствующих субъектов» [3, с. 11]. Для обеспечения публичных нужд существует государственный (муниципальный) контракт, который требует особого регулирования в силу своего уникального состава, специфического источника финансирования. Это регулирование отличается от общих положений ГК РФ и включает в себя особые требования, направленные на улучшение эффективности закупок товаров, работ, услуг, обеспечение прозрачности и предотвращение коррупции и злоупотреблений. Закон о контрактной системе регулирует особенности исполнения таких контрактов.

В соответствии с частью 2 статьи 34 Закона о контрактной системе запрещается вносить изменения в условия контракта при его заключении и исполнении, за исключением случаев, которые явно предусмотрены законом. Такие основания содержаться в статье 95 Закона о контрактной системе, которая содержит ограниченный перечень таких случаев.

Принципы прозрачности и подотчетности являются неизменными в бюджетном законодательстве и применяются как на этапе заключения, так и на этапе исполнения государственного (муниципального) контракта.

Оплата государственного (муниципального) контракта является частью бюджетных расходов

5 -о

сз ж

с

и регулируется БК РФ. Согласно пункту 5 статьи 219 Бк РФ, при возникновении бюджетного обязательства на основании государственного (муниципального) контракта, необходимо осуществлять дополнительный контроль над соответствием информации о контракте в реестре контрактов, установленном Законом о контрактной системе, и информации о зарегистрированном бюджетном обязательстве, возникшем на основании этого контракта. Этот контроль является важным механизмом обеспечения прозрачности и эффективности исполнения государственных (муниципальных) контрактов. Реестр контрактов содержит информацию обо всех заключенных контрактах и их основных параметрах, таких как стоимость, сроки выполнения, стороны контракта. Зарегистрированное бюджетное обязательство, в свою очередь, подтверждает факт возникновения финансового обязательства со стороны государственного (муниципального) заказчика. Контроль над соответствием информации в реестре контрактов и информации о зарегистрированных бюджетных обязательствах позволяет избежать возможных нарушений при исполнении контрактов, таких как неправомерное увеличение стоимости работ или сроков выполнения, неправомерное изменение условий контракта и других форм коррупционных действий. Благодаря такому контролю гарантируется прозрачность и эффективность расходования бюджетных средств, а также соблюдение принципов конкурентности и равных возможностей для всех участников контрактной системы. Это способствует более эффективному использованию государственных (муниципальных) ресурсов и повышению доверия к системе государственных закупок. Важно отметить, что контроль над соответствием информации в реестре контрактов и информации о зарегистрированных бюджетных обязательствах может осуществляться не только государственными органами, но и общественными контрольными структурами, что способствует дополнительной проверке и прозрачности процедур государственных закупок.

В бюджетном законодательстве отсутствуют правила, которые бы регулировали возможность передачи прав на требования по денежным обязательствам публично-правовых организаций. Также не определен порядок внесения изменений в ранее предоставленные данные о контрагенте, а также санкционирования оплаты денежных обязательств, возникающих из государственных (муниципальных) контрактов, в пользу третьих лиц, не являющихся поставщиками, подрядчиками или исполнителями по таким контрактам. В свете этого, можно считать разумным, учитывать как специальное законодательство, так и гражданское законодательство при рассмотрении вопроса — об уступке денежных обязательств, возникающих 2 из государственных (муниципальных) контрактов, Я чтобы достичь справедливого и сбалансирован° ного решения, учитывающего интересы всех сто-1 рон.

На данный момент возникают сомнения относительно применения положений БК РФ и Закона о контрактной системе в случае уступки финансовых обязательств, вытекающих из государственных (муниципальных) контрактов. Одной из причин таких сомнений является требование, введенное пунктом 7 статьи 448 ГК РФ, о необходимости выполнения определенных условий для осуществления уступки. Победивший в торгах имеет право передать требование о денежном обязательстве третьей стороне. Существуют два взгляда на этот вопрос, рассмотрим их в деталях.

Позиция Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации заключается в том, что «уступка поставщиком (подрядчиком, исполнителем) третьему лицу права требования к заказчику об исполнении денежного обязательства не противоречит гражданскому законодательству Российской Федерации». Коллегия полагает, что если обязательства по государственному (муниципальному) контракту исполнены поставщиком (подрядчиком, исполнителем), то исходя из буквального толкования пункта 7 статьи 448 ГК РФ и части 5 статьи 95 Закона о контрактной системе, нет никаких законных препятствий для передачи денежного требования другому лицу. Подписание договора цессии не приводит к замене поставщика (подрядчика, исполнителя), а только переводит право требования на оплату задолженности. Заказчик сохраняет право на возражения в соответствии со статьей 386 ГК РФ. Необходимость внесения изменений в документацию для расчетных операций не является доказательством значимости кредитора для должника. Ограничение не может быть применено к соглашению о выплате денежных средств победителю торгов, так как личность кредитора не является важной для должника, когда заказчик выполняет свои обязательства по оплате [4. с. 13].

Позиция, высказанная Министерством Финансов Российской Федерации, заключается в том, что «уступка права требования по денежному обязательству по государственному (муниципальному) контракту третьему лицу, не являющемуся поставщиком (подрядчиком, исполнителем) по такому контракту невозможна». Министерство обосновывает свою позицию следующим образом: не допускается изменение существенного условия о порядке оплаты товара, работы или услуги, включая указанные в государственном (муниципальном) контракте платежные реквизиты. Государственный (муниципальный) контакт, хотя и представляет собой форму двухстороннего соглашения, все же подчиняется не только гражданскому законодательству, но и нормам бюджетного законодательства, а также Закону о контрактной системе. Порядок санкционирования оплаты денежных обязательств, возникающих из государственных (муниципальных) контрактов, третьему лицу, не являющемуся поставщиком (подрядчиком, исполнителем) по такому контракту, не определен бюджетным законодательством. Оплату по госу-

дарственному (муниципальному) контракту можно производить только тому поставщику (подрядчику, исполнителю), чьи платежные реквизиты указаны в условиях данного контракта [5].

При анализе выше указанных позиций в отношении толкования вопроса об уступке денежных обязательств, возникших из государственных (муниципальных) контрактов важно отметить, что позиция Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации применяет исключительно гражданское законодательство и ссылается на то, что если поставщик (подрядчик, исполнитель) исполнил обязательство по контракту, то запрет на уступку денежного требования не может быть применен, а также, что личность кредитора не имеет существенного значения для должника при исполнении заказчиком обязанностей по оплате.

Полагаем, что с данной позицией нельзя в полной мере согласиться. Обязанность личного исполнения государственного (муниципального) контракта обусловлена не только исполнением обязательств, но и необходимостью обеспечения открытости, прозрачности и сохранения конкуренции при проведении закупок. Это требование соответствует части 5 статьи 95 Закона о контрактной системе, которая запрещает изменение поставщика (подрядчика, исполнителя) при исполнении контракта. Такой запрет направлен на обеспечение надлежащего исполнения основного обязательства, которое является предметом государственного (муниципального) контракта, и защиты интересов заказчика от возможной уступки прав и обязанностей по контракту в части поставки товаров, выполнения работ или оказания услуг. Контрактная система требует от сторон контракта сохранять постоянство поставщика (подрядчика, исполнителя) на всем протяжении его исполнения. Это правило устанавливается с целью гарантировать, что поставщик (подрядчик, исполнитель) будет выполнять свои обязательства должным образом в соответствии с предметом контакта. Когда возникают противоречия между нормами гражданского законодательства и нормами специального законодательства, полагаем, что приоритет следует отдать нормам специального законодательства. Это позволит обеспечить соблюдение основных принципов государственных закупок и защиту интересов всех сторон.

Позиция же Министерства Финансов Российской Федерации, что условия оплаты товара, работы или услуги, а также платежные реквизиты, указываемые при заключении государственных (муниципальных) контрактов, не могут быть изменены, так как они являются существенными в силу Закона о контрактной системе, также не является позицией, с которой можно в полной мере согласиться. Довод Министерства о том, что реквизиты поставщика (подрядчика, исполнителя), а по сути информация о получателе платежа представляют собой существенное условие довольно дискуссионный, так как при буквальном толковании

это исключает возможность изменения платежных реквизитов в случае смены обслуживающего или корреспондентского банка, даже для текущего поставщика (подрядчика, исполнителя). В случае если счет подрядчика или исполнителя будет заблокирован или в контексте будут обнаружены ошибки в указанных реквизитах, это может повлечь за собой негативные последствия для поставщика (подрядчика, исполнителя).

Тем не менее, на наш взгляд, позиция Министерства Финансов Российской Федерации в большей степени соответствует целям и задачам бюджетного законодательства, включая правильное использование бюджетных средств с учетом их сохранности, а также прозрачности, открытости и эффективности расходования. В связи с этим, можно сделать вывод, что передача права требования по государственному (муниципальному) контракту, противоречит положениям бюджетного законодательства, в том числе части 2 статьи 34 Закона о контрактной системе, и представляет определенные риски для бюджетной системы, такие как нецелевое использование бюджетных средств.

В заключении хотелось бы отметить, что внесенные в ГК РФ изменения и соответствующие разъяснения судов касаются исключительно гражданского законодательства и не затронули нормы специального законодательства, регулирующие уступку денежных обязательств, вытекающие из государственных (муниципальных) контрактов. Разрешить уступки денежных требований по контрактным обязательствам правоприменительная практика не может, так как данные контракты, это все-таки бюджетные расходы, соответственно, они не возможны без учета требований бюджетного законодательства. Таким образом, без внесения соответствующих изменений в нормы специального законодательства применение положений новой редакции статьи пункта 7 статьи 448 ГК РФ будет затруднительно. Полагаем, что необходимо внести изменения в БК РФ, проработать механизм замены получателя бюджетных средств при уступке денежных требований, а также доработать возможность включения в специальные реестры контрактов информацию об уступке права требования и о цессионарии, которая в настоящее время отсутствует в государственных (муниципальных) контрактах, чтобы уменьшить риски для бюджетной системы.

Литература

1. Федеральный закон от 05.04.2013 № 44-ФЗ (ред. от 04.08.2023) «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» // «Собрание законодательства 5 РФ», 08.04.2013, № 14, ст. 1652. ДД

2. Федеральный закон от 26.07.2017 № 212-ФЗ Е «О внесении изменений в части первую и вто- К рую Гражданского кодекса Российской Фе- § дерации и отдельные законодательные акты А Российской Федерации» // «Собрание зако- А

нодательства РФ», 31.07.2017, № 31 (Часть I), ст. 4761.

3. Андреева Л.В. Государственные закупки в России. М., 2019. С. 11.

4. «Обзор судебной практики применения законодательства Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 28.06.2017) // «Бюллетень Верховного Суда РФ», № 12, декабрь, 2017.

5. Письмо Минфина России от 18.03.2020 № 2403-08/20995 // КонсультантПлюс: справочно-правовая система [Офиц. сайт]; Письмо Минфина России от 24.03.2020 № 24-0307/22843 // КонсультантПлюс: справочно-правовая система [Офиц. сайт].

ASSIGNMENT OF THE RIGHT TO CLAIM FOR MONETARY OBLIGATIONS ARISING FROM THE IMPLEMENTATION OF STATE (MUNICIPAL) PURCHASES

Pozhidaeva E.S.

Russian State University of Justice

This article is devoted to the study of the question of the admissibility of the assignment of the right of demand by the supplier (contractor, performer) to a third party for the fulfillment of a monetary obligation to the customer under a state (municipal) contract. The article reveals the problems of different application and interpretation of the new edition of paragraph 7 of Article 448 of the Civil Code of the Russian Federation, as well as its contradiction with the norms

of special legislation governing the assignment of monetary obligations arising from state (municipal) contracts. The author analyzes the positions formed on this issue and their practical application in law enforcement practice. In conclusion, the author comes to conclusions about the need to eliminate the existing contradictions between civil legislation, budget legislation and legislation on the contract system by making appropriate changes to the norms of special legislation.

Keywords: assignment of a monetary obligation, change of supplier, transfer of the right of claim, budget funds, contract.

References

1. Federal Law of 05.04.2013 № 44-FZ (ed. of 04.08.2023) «On the contract system in the sphere of procurement of goods, works, services to ensure state and municipal needs» // «Collection of Legislation of the Russian Federation», 08.04.2013, № 14, Art. 1652.

2. Federal Law of 26.07.2017 No. 212-FZ «On Amending Parts One and Two of the Civil Code of the Russian Federation and Certain Legislative Acts of the Russian Federation» // «Collection of Legislation of the Russian Federation», 31.07.2017, № 31 (Part I), Art. 4761.

3. Andreeva L.V. Gosudarstvennye prokupki v Rossii Public procurement in Russia. M., 2019. C. 11.

4. «Review of judicial practice of application of the legislation of the Russian Federation on the contractual system in the sphere of procurement of goods, works, services to ensure state and municipal needs» (approved by the Presidium of the Supreme Court of the Russian Federation 28.06.2017) // «Bulletin of the Supreme Court of the Russian Federation», № 12, December, 2017.

5. Letter of the Ministry of Finance of Russia from 18.03.2020 № 24-03-08/20995 // ConsultantPlus: legal reference system [Official website]; Letter of the Ministry of Finance of Russia from 24.03.2020 № 24-03-07/22843 // ConsultantPlus: legal reference system [Official website].

СЧ 00