Творческое письмо и новые профили гуманитарного образования: XXI Фулбрайтовская летняя школа (26-29 августа 2018)

Вестник Московского университета. Серия 9. Филология. 2018. № 6

А.В. Швец

ТВОРЧЕСКОЕ ПИСЬМО И НОВЫЕ ПРОФИЛИ ГУМАНИТАРНОГО ОБРАЗОВАНИЯ: XXI ФУЛБРАЙТОВСКАЯ ЛЕТНЯЯ ШКОЛА

Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего образования «Московский государственный университет имени М.В. Ломоносова» 119991, Москва, Ленинские горы, 1

В отчете предлагается обзор заседаний и мастер-классов XXI Фулбрай-товской летней школы «Творческое письмо и новые профили гуманитарного образования», которая проходила с 26 по 29 августа 2018 г. в Ясной Поляне. Автор предлагает подробное описание лекционных и семинарских занятий, которые проводились ведущими практиками писательской индустрии (А. Аствацатуров, М. Кучерская, К. Меррилл, М. Фрили), теоретиками и историками литературы (Е. Лямина, А. Вдовин, А. Баженова-Сорокина, Д. Немец-Игнашева). Центральный вопрос, вокруг которого была организована работа Школы, — как возможно развитие дисциплины творческого письма в России и в чём разница между уже существующим у нас опытом обучения литературному творчеству и англосаксонским вариантом «индустрии подготовки писателей», который сегодня распространяется посредством масс-медиа и становится одной из глобальных практик. Предлагается краткий очерк американского и русских подходов к преподаванию творческого письма — работы в формате воркшопа, ЛИТО и семинара, в рамках которого участники учатся вычленять из текста приёмы и использовать их в собственном тексте. Освещается вопрос о взаимодействии между прикладной практикой преподавания творческого письма и академической филологией — теоретической дисциплиной, поставляющей методологический инструментарий для потенциальных писателей. Также затрагивается возможность сопряжения обучения творческому письму и практики написания нон-фикшна — академических работ, популярных нехудожественных произведений (биографий). Помимо прочего, в отчёте рассматривается институциональный контекст бытования программ творческого письма в США, Англии и Америке, а также возникающие в нём типично национальные «проблемы».

Ключевые слова: творческое письмо; Фулбрайтовская летняя школа.

XXI Фулбрайтовская летняя школа проходила с 26 по 29 августа 2018 г., и не в стенах МГУ, как традиционно, а в Ясной Поляне. Она

Швец Анна Валерьевна — аспирант кафедры общей теории словесности филологического факультета МГУ имени М.В. Ломоносова (e-mail: ananke2009@mail.ru).

была сфокусирована на теме, в последнее время остро востребованной, — возможности интегрировать преподавание «творческого письма» (creative writing) в университетские учебные практики. Запрос на преподавание творческого письма существует и растет — вокруг дисциплины, еще только пребывающей в становлении1, складывается рабочий рынок.

Работа Школы была организована в традиционном для конференции формате, который в данном случае оказался очень удачным. Проходил четырехдневный интенсив практикумов по письму и промежуточных дискуссий, «прикладная» направленность которых не отменяла высокого уровня теоретической рефлексии. Участники Школы представляли 17 российских университетов, включая МГУ, СПбГУ, НИУ ВШЭ, Челябинский университет, Череповецкий университет, Северный (Арктический) университет и др. «Обучаемые» были активно заинтересованы в приобретении новых педагогических навыков. Ими с удовольствием делились их коллеги, ведущие дискуссий, среди которых были профессиональные писатели, совмещающие жизнь в литературе с академической карьерой: российские (Майя Кучерская и Андрей Аствацатуров) и американские (Крис Меррилл, поэт и журналист, директор одной из старейших и лучших в США программ литературного мастерства в университете Айовы, и Морин Фрили, преподающая творческое письмо в университете Уоррика). Свой вклад в дискуссию внесли академические ученые-филологи, осваивающие «промежуточную зону» между творческим письмом и наукой, — Александра Баженова-Сорокина, Екатерина Лямина, Алексей Вдовин (НИУ ВШЭ), Диана Немец-Игнашев (МГУ и колледж Карлтон, США).

Вопрос, вокруг которого была организована интеллектуально-критическая работа участников Школы, можно сформулировать так: каким образом возможно развитие дисциплины творческого письма на российской почве и в чем состоит разница между уже существующим у нас опытом обучения литературному творчеству и англосаксонским вариантом «индустрии подготовки писателей», который сегодня интенсивно распространяется «вширь», становится одной из глобальных практик?

В процессе обсуждения обозначилось явное, но не дисгармоничное разноголосие русского и английского дискурсов. Говоря о концепции программ творческого письма, американские коллеги делали упор на процесс «поиска голоса» потенциальных студентов,

1 Некоторые из локальных, но внятно о себе заявивших инициатив были представлены участникам школы, — например, программа «Литературное мастерство», которую ведет в НИУ ВШЭ Майя Кучерская, или литературная мастерская литературы Андрея Аствацатурова (СПбГУ).

воспитании этико-литературной чувствительности к специфике собственного опыта у тех, кто намерен овладеть творческим письмом. В то же время русские практики предпочитали акцентировать такие качества писателя, как умение писать увлекательно, «купить» внимание читателя и зацепить его удачным приёмом. Американские преподаватели оказались значительно искушеннее в плане работы с литературными техниками — поэтому этот аспект не осознавался ими как проблемный. Русские коллеги, напротив, не забыли опытов ЛИТО, творческих объединений, в которых именно обмен опытом играл ключевую роль, — и потому считали, что сообщение пережитого и составляет «ядро» любого творческого семинара.

Работу школы 26 августа открыл мастер-класс Майи Кучерской «Другой человек — интересная история». Писательница сосредоточилась на механизмах, создающих увлекательную историю, — правилах сюжетостроения и построения высказываний, соблюдая которые писатель захватывает внимание читателя. Сложные модели, описываемые традиционно на языке нарративной теории, были переведены на язык прикладной инструкции, язык методического пособия для писателя, возможно, без филологической подготовки. Кучерская говорила о создании интриги, закручивании сюжета вокруг конфликта интересов, необходимости умолчания и сокрытия всей информации, неожиданности концовки — приемах, так или иначе возбуждающих читательский интерес. Мастер-класс завершился практическим интерактивом: каждый из участников поупражнялся в написании истории.

Рабочий день 27 августа начался с лекции Криса Меррилла «Жизнь как открытие». Поэт обрисовал концепцию преподавания творческого письма в США и фундирующие ее принципы. В Америке преподавание творческого письма осуществляется в небольших семинарах-воркшопах, в рамках которых все участники читают работы друг друга и дают друг другу советы. Такое сотрудничество служит подспорьем для каждого участника и создает среду для поиска авторского «голоса». Для этого необходимы сосредоточенность на конечной цели каждого творческого предложения, внимание к тем фрагментам текста, в которых обнаруживает себя нетрадиционное использование языка. Именно обсуждение этих моментов, в которых себя обозначает продуктивная неопределенность смыслов, в их соотношении с предполагаемым эффектом составляет основу работы воркшопа.

Разговор о базовых принципах преподавания творческого письма продолжил Андрей Аствацатуров. Инициированная петербургским писателем и преподавателем СПбГУ дискуссия «Литература и филология» соотносилась с ключевыми положениями предыдущего

выступления и в то же время касалась проблемы, специфичной для российской действительности: возможности сотрудничества между литературоведением и прикладной дисциплиной творческого письма. Аствацатуров отметил, что преподавание творческого письма в мастерской требует избирательного подхода к использованию литературоведческого арсенала. Ведущий мастерскую писатель и ее участники в первую очередь нуждаются в методологических оптиках, позволяющих описать форму текста, ее механику и эффект. Потому в практике преподавания творческого письма в центре оказываются те или иные изводы формализма. В меньшей степени востребованы традиционные «позитивистская» и «импрессионистская» ветви литературной рефлексии XIX—XX вв., поскольку они описывают внетекстуальные моменты: контекст и сумму фактов или субъективное впечатление.

После выступления Аствацатурова обсуждение снова переместилось из контекста отечественной образовательной традиции в контекст англосаксонского университетского мира. Морин Фрили вела дискуссию «Писатель в академической среде: британский опыт». В центре обсуждения была не всегда видимая институциональная подкладка преподавания писательского мастерства и конкретные практики внедрения творческого письма в программы британских университетов. Согласно Фрили, в Британии пока не сложился институт преподавания "creative writing": существуют только отдельные курсы, но не учебные программы. Преподаватель-практик вынужден работать в рамках курса для студентов, чаще всего приходящих с отсутствием какой бы то ни было подготовки в области творческого письма, даже на уровне программы для бакалавров (undergraduate program). Фрили описала некоторые методики и приемы, которые помогают снять писательский блок у студентов и открывают для них возможности письма. Экскурс в это прикладное измерение был полезен, поскольку русскоязычные участники также ощущали нехватку наработанной базы преподавательских тактик, раскрывающих творческий потенциал студентов.

День завершался лекцией Александры Баженовой-Сорокиной «Нарратология как прикладная дисциплина: теоретический курс в программе литературного мастерства». Лектор убедительно продемонстрировала, как «тяжелая артиллерия» теоретической нарра-тологии может быть переведена в практическое знание — умение разобрать текст и создать свой. Ключевые понятия, которые подвергаются теоретической рефлексии и переводятся в практические сессии, — точка зрения, отношения автора и читателя, жанр, модус, интертекстуальность, метаповествование. Понимание того, как та или иная категория реализуется в художественном тексте, дополняется практико-творческим интенсивом.

После лекции участники школы смогли отдохнуть от формата насыщенной теоретически дискуссии на заседании небольшого импровизированного киноклуба. Предложенный к просмотру фильм, "Rewrite" (2015), погружал зрителя в мир обучения творческому письму в США, делая (возможно, иногда утрированно) зримыми базовые принципы обычного класса-практикума писательского мастерства: акцент на обнаружении «собственного голоса», внимании педагога к личному опыту студентов и возможности его выразить.

28 августа участники и лекторы сосредоточились на особой творческой практике: написании нехудожественных текстов (non-fiction). Первое заседание, «Научное знание и/как увлекательный рассказ: секреты трансформации», в исполнении Криса Меррилла и Морин Фрили, было посвящено обсуждению того, как встроить в процесс создания научного текста приемы и практики, взятые из области творческого письма. Ведущие задавались вопросом: как обратить научный текст, порой перегруженный фактами и терминологией, в текст, который интересно читать? Ключевой прием здесь — «драматизация факта»; ее можно достичь, используя широкий арсенал литературных приемов.

Иной аспект работы с нон-фикшн приоткрыла Екатерина Лями-на, рассказывая об исследовательско-творческом практикуме работы с автобиографическим письмом. Лямина показала, как начиная с XVII в. различные виды нефикциональных эго-документов формировали практики литературного письма и литературного повествования о себе и о Другом, о себе как Другом. Кропотливое изучение контекстов и практик чтения автобиографических повествований позволяет обнаружить исторически пластичные способы письма о собственной жизни как уникальном опыте.

Алексей Вдовин, историк литературы и автор биографии Н. Добролюбова (2017), продолжил дискуссию, зайдя с другой стороны и предложив взгляд практика. В докладе внимание уделялось таким процедурам работы биографа, как сбор, отбор и проверка фактов, выстраивание нескольких нарративных линий внутри повествования и их проверка на предмет последовательности.

К художественной литературе участники вернулись только вечером, в мастер-классе Андрея Аствацатурова «Конфликт и проблемы дискоммуникации». Предложив аудитории три новеллы («Лиспет» Киплинга, «Письма Асперна» Г. Джеймса и «Тамань» Лермонтова), лектор показал, как в каждой авторы выстраивают конфликт, основанный на отсутствии понимания между персонажами. Аствацатуров переформулировал формальную специфику трех произведений на языке прикладной инструкции: чтобы написать хороший рассказ, необходимо столкнуть два разных жанра и два разных типа мышле-

ния. Сам мастер-класс Аствацатурова — одно занятие из читаемого им в Петербурге сорокачасового учебного курса, разработанного на материале русской и западноевропейской литературы.

На следующий день, 29 августа, обсуждение перемещалось между двух полюсов: собственно практикой творческого письма и обсуждением форм его институционализации. День начался с мастер-класса Майи Кучерской «Преподавание литературы на "писательский манер": обсуждаем прозу Толстого». Вокруг рассказа Толстого «Три смерти» развернулась дискуссия, в которой литературоведческое знание и прикладные педагогические практики оказались тесно переплетены. Лектор предложила детальный формальный разбор, выводя на первый план инвентарь приемов, при помощи которых Толстой воздействует на читателя. Затем аудитории было предложено превратить аналитическое описание приема в небольшое задание для творческой мастерской — например, руководствуясь тем, что Толстой использует много зримых деталей, написать описательный абзац, используя только визуальную образность.

Завершающие работу школы два заседания — «Курс творческого письма» и «Аргументы для ректора: почему курс творческого письма необходим в современном университете?» — фактически слились в одно интенсивное коллективное обсуждение. В ходе дискуссии Морин Фрили представила публике набросок плана курса по творческому письму и критерии оценки творческих работ студентов. Затем участники получили возможность высказать свои соображения относительно того, как должен выглядеть курс писательского мастерства в российском университете и как обосновать его практическую ценность в переговорах с администрацией. Общий вердикт свелся к тому, что при безусловной ценности зарубежного опыта всё равно необходима его адаптация и переосмысление для отечественных реалий. В частности, в адаптации и переосмыслении нуждается само понятие «воркшоп» (workshop), не вполне эквивалентное «литературной мастерской». Воркшоп подразумевает овладение практиками письма — и сама литература предстает сведенной к этому набору практик. Цель овладения этими практиками — вывести писателя на широкий рынок и — в идеале — дать ему возможность создать новый рыночный запрос и новую аудиторию. В это же время мастерская делает акцент на порождении и циркуляции глубоко укорененных в культуре смыслов. Мастерская основана на понимании особого статуса литературы—литературы как традиции, как организованного по особым законам универсума. Поэтому по своей сути мастерская неизбежно смотрит в прошлое, стремясь в своей работе достичь некого эталонного уровня выражения, уже данного.

Четырехдневное обсуждение творческого письма как нарождающейся дисциплины в России было безусловно плодотворным.

Несмотря на то что многое в обсуждениях наличествовало только на уровне интуиции, кажется, проект нового дисциплинарного и образовательного поля приобретает отчетливые контуры и вполне скоро может быть реализован.

Anna Shvets

CREATIVE WRITING AND CURRICULAR INNOVATION

IN THE HUMANITIES

Lomonosov Moscow State University

1 Leninskie Gory, Moscow, 119991

The paper reviews the proceedings of the XXI Fulbright Summer School on Creative Writing and Curricular Innovation in the Humanities held at Yasnaya Poliana on August 26-29, 2018. It offers an accurate and full account of the lectures and seminars taught by the leaders of creative writing industry (most notably, Andrey Astvatsaturov, Maya Kucherskaya, Chris Merrill, Maureen Freely), non-fiction authors and researchers (Ekaterina Lyamina, Alexey Vdovin), literary historians and theorists (Alexandra Bazhenova-Sorokina, Diane Nemec-Ignasheva). The attendees sought answers to two main questions. How is it possible to develop a curriculum for Creative Writing as a new discipline for Russia? What is the difference between the existing practices of teaching literary craft and Anglo-Saxon educational experience that yields itself to global spread through the Internet? The paper offers a brief overview of American and Russian approaches to teaching Creative Writing, including such forms as workshop, "LITO," and analytical seminars which complement literary analysis with practical exercises. By way of discussion, the paper raises the question concerning the interaction between teaching Creative Writing and teaching philology, the academic discipline which encompasses linguistics and literary criticism and supplies a potential writer with an arsenal of methods. The paper touches upon the necessity to integrate Creative Writing into the process of teaching non-fiction and producing non-fiction. It discusses the institutional framework of Creative Writing curricula in the US, the UK, and Russia, commenting on specific "national" problems.

Key words: creative writing; Fulbright Summer School.

About the author: Anna Shvets — PhD Student, Department of Discourse and Communication Studies, Faculty of Philology, Lomonosov Moscow State University (e-mail: ananke2009@mail.ru).