Интеграционная модель нивелирования угроз экономической безопасности России в продовольственной сфере

АКТУАЛЬНЫЕ ВОПРОСЫ ЭКОНОМИКИ И УПРАВЛЕНИЯ

PRESSING ISSUES OF ECONOMICS AND MANAGEMENT

ИНТЕГРАЦИОННАЯ МОДЕЛЬ НИВЕЛИРОВАНИЯ УГРОЗ ЭКОНОМИЧЕСКОЙ БЕЗОПАСНОСТИ РОССИИ В ПРОДОВОЛЬСТВЕННОЙ СФЕРЕ

АБРАМОВА ЛЮДМИЛА МИХАЙЛОВНА Тамбовский государственный университет имени Г. Р. Державина, г. Тамбов, Российская Федерация, e-mail: momedsm@ gmail.com

В статье предлагается концепция интеграционной модели нивелирования угроз экономической безопасности в продовольственной сфере. В рамках сформированной модели нивелирования угроз экономической безопасности формируется гипотетическое предположение о главенствующей роли рационального баланса в формировании независимости продовольственной сферы от мировой политической и финансовой конъюнктуры в силу экономической нецелесообразности абсолютной продовольственной независимости, с одной стороны, и нестабильности мировой экономической конъюнктуры, с другой стороны. В статье обосновывается, что рациональный баланс между импортом и импортозамещением следует выстраивать на «малой» интеграционной платформе. Предлагаемая модель предполагает реализацию следующих принципиальных положений, которые будут отражать реальную геополитическую и экономическую ситуацию в мире и соответствовать агрегированным интересам российского общества: 1) возврат к взвешенному аграрному протекционизму при одновременном поиске эффективного механизма стимулирования производительности в сфере АПК; 2) развитие инструментария реализации косвенных методов бюджетной поддержки товаропроизводителей в аграрном секторе российской экономики; 3) интеграция в единую систему государственной поддержки продовольственной сферы помимо сегмента сельского хозяйства смежных отраслей; 4) структурная перестройка в сторону одного из «мягких» вариантов мобилизационной экономики, направленная на проектирование механизмов накопления и активизации инвестиционной деятельности в отраслях импортозамещения; 5) интеграция внутреннего экономического пространства России на основе развития АПК; 6) реализация преимуществ МРТ (международного разделения труда) на основе региональной экономической интеграции и формирования механизмов взаимодействия в рамках Таможенного союза ЕАЭС, как более устойчивой к резким колебаниям мировой конъюнктуры интеграционной платформы.

Ключевые слова продовольственная независимость, угрозы, экономическая безопасность, экономическая доступность продовольствия.

Продовольственная сфера выступает, наряду с топливно-энергетической, той подсистемой национального хозяйства, которая определяет сегодня состояние экономической безопасности государства в целом. Влияние продовольственной сферы на экономическую безопасность шире и не ограничивается только вопросами продовольственной безопасности, так как выполняет интеграционную функцию, которая обуславливает нивелирование угроз, вызванных конфликтами между элементами экономической системы. Однако именно продовольственная безопасность выступает тем системообразующим ядром, вокруг которого выстраиваются деструктур-ные, обусловленные угрозами или структурные связи, определяющие экономическую безопасность государства.

Обеспечение экономической безопасности в продовольственной сфере таким образом сопряжено с решением дилеммы «экономическая неза-

висимость-экономическая доступность продовольствия». Продовольственная независимость воспринимается как такое состояние экономики, при котором, отсутствие импорта продовольствия не приводит к продовольственному кризису. Другими словами, продовольственная независимость означает, прежде всего, физическую доступность продовольствия, и поэтому тесно связана с идеей импортозамещения, которое в условиях экономической и политической стабильности должно обеспечивать не менее 80 % годовой потребности населения в продовольствии в соответствии с физиологическими нормами питания. Данная дилемма может быть представлена системой гипотетических (условных) и разделительных (дизъюнктивных) посылок. Кроме того, данная дилемма сложнее, чем случай, когда члены дизъюнктивной посылки рассматриваются как исключающие друг друга суждения, то есть как альтер-

нативы, она описывает проблемные поля, образуемые посылками о конкурентоспособности или дотационности продовольственной сферы. Различные варианты выбора сопряжены с внутренними или внешними угрозами, которые на прак-

тике проявляют себя как совокупность тенденций, отвечающих в той или иной мере одной из четырех моделей экономической безопасности в продовольственной сфере, заданных двухмерной системой координат (рис. 1).

Рис. 1. Теоретические ориентиры моделей экономической безопасности в продовольственной сфере

Ключевой вопрос, определяющий модель экономической безопасности в продовольственной сфере связан с конкурентоспособностью отечественных продтоваров и, как следствие, целесообразностью и масштабами импортозамещения продовольствия.

Как показывают межстрановые сопоставления, проводимые в рамках исследования продовольственной независимости, не только развитые страны (США, Австралия, Канада, ЕС), но и страны БРИК (Бразилия, Индия, Китай), и даже многие страны бывшего советского пространства (Украина, Белоруссия, Казахстан) обладают более конкурентоспособной, чем в Российской Федерации продовольственной сферой.

Межстрановой сравнительный двухкритери-альный анализ позволил с помощью количественной оценки соответствующих параметров обосновать характерные свойства агропродовольствен-ного комплекса России: продовольственная продукция нашей страны в целом неконкурентоспособна не только на внешнем, но и на внутреннем рынке, вследствие чего не обеспечиваются даже минимальные критерии продовольственной безопасности.

Несмотря на определенную протекционистскую активность РФ в агропродовольственной сфере в последние годы, в целом государственная про-

довольственная политика строится с либеральных позиций открытости продовольственных рынков, что совершенно не вяжется с выявленным ранее глобальным трендом к росту аграрного протекционизма. В пореформенный период РФ в агропродо-вольственной сфере было введено 39 защитных мер, тогда как против России было применено 177 мер ограничительного характера [1].

Либеральные апологеты ВТО считают, что «Вступление в ВТО дает уникальную историческую возможность синхронизировать либерализацию барьеров для импортных товаров и прямые иностранные инвестиции», однако замечают, что «отрасли с интенсивным экспортом должны расшириться, однако отрасли, где экспорт незначителен, и которые пользуются наиболее сильной защитой, по всей вероятности, будут сокращаться» [2].

Практика первых лет участия Российской Федерации в ВТО показала, что инвестиционный потенциал в отраслевом разрезе меняется именно так, как прогнозируют Т. Резерфорд и Д. Тарр: импортозамещающие отрасли - сельское хозяйство и пищевая промышленность - ожидает падение инвестиционной активности.

Среднесрочные прогнозы Минэкономразвития РФ подтверждают данный тренд. Снижение уровня погектарной субсидии в растениеводстве с 339 руб. в 2013 г. до 206 руб. в 2014 г. и

215 руб. в 2015-2016 гг. при низком уровне субсидирования краткосрочных кредитов на проведение полевых работ отразится на показателях внесения удобрений, средств химзащиты растений. В прогнозе также отмечается, что недостаточный уровень кредитной поддержки, прежде всего, в животноводстве, ослабляет инвестиционную привлекательность сектора, создает предпосылки для перевода объектов в категорию долгостроев, тормозит выход предприятий на проектную мощность.

«При прогнозируемом росте емкости продовольственного рынка запускается обратный механизм восстановления импортных поставок, ухудшающий показатели продовольственной безопасности страны», - говорится в прогнозе [3].

Таким образом, причиной усиления продовольственной зависимости России является не только объективно высокая себестоимость отечественной продукции сельского хозяйства, но и невыгодные для отечественного агропрома условия вхождения в ВТО. Уровень таможенных пошлин на импорт после вступления в среднем должен понизиться с 17,2 до 13 %. Например, пошлины на ввоз молочных продуктов будут сокращены до 14,9 % с нынешних 19,8 %, злаков - до 10 % с 15,1 %, семян подсолнечника, масел и жиров - до 7,1 % с 9 %. Экспортных субсидий сельхозпредприятия РФ получать не будут. Кроме того, после вступления России в ВТО отменены льготы по НДС для отдельных категорий продукции.

Д. Б. Эпштейн считает, что при таком уровне поддержки рентабельность сельского хозяйства снизится до 2,5 %, а без субсидий и вовсе до нуля [4].

В России экстенсивные направления растениеводства, предполагающие максимально широкое использование земли как фактора производства (производство зерновых, масличных) являются более конкурентоспособными в сравнении с животноводством, что подтверждается статистическими данными о финансовых результатах деятельности отраслей сельскохозяйственного производства. Ограниченные сезонностью возможности использования кормовых угодий, а также континентальный климат делают особенно уязвимым перед режимом ВТО животноводство.

Таким образом, после вступления Российской Федерации в ВТО фактически потерял свою актуальность концептуальный выбор «либерализация -протекционизм», а, следовательно, и дилемма продовольственной независимости. Вступление в ВТО лишь фактически институционально закрепило политический курс на либерализацию внутренних аг-ропродовольственных рынков.

Сложившийся за последние четверть века баланс между импортом и импортозамещением продовольствия, позволяющий констатировать продовольственную зависимость страны, является проявлением модели экономических отношений, которая называется то сырьевой, то олигархической, то рентной моделью. На наш взгляд, наиболее точно данная модель раскрывается в терминах оффшорной экономики [5].

С. Кимельман отмечает, что «именно нынешние отношения собственности и недропользования, а не сама по себе торговля сырьем, являются генератором постоянного кризиса внутри отечественной экономики» [5].

Оценивая ситуацию в продовольственной сфере РФ на современном этапе, Таранов П. М., Пана-сюк А. С. отмечают, что «продовольственный рынок России под влиянием процессов глобализации приобрел ряд специфических свойств: сформировалась устойчивая тенденция к росту отрицательного сальдо, сложились сегменты экспортной специализации (злаки и др.) и импортной зависимости (мясо, фрукты и пр.); импорт диверсифицирован и представлен товарами с большей добавленной стоимостью», и далее резюмируют, что «соблюдение существующего требования ВТО ведет к необходимости для РФ взять обязательство по сохранению и институционализации импортной зависимости аг-ропродовольственной сферы» [1].

Следствием оффшорной модели стало существенное сокращение посевных площадей. В 1990 г. посевная площадь сельскохозяйственных культур составляла 117,7 млн га, в 2008-м она сократилась до 76,4 млн га, или на 35,1 %. Валовой сбор зерна сократился с 116,7 млн т до 63,0 млн т в 2010 г. (на 54 %) [6].

Россия выступает стабильным нетто-импортером продовольствия, занимая, по данным Росстата, 4,5-5,2 % мирового рынка. Наглядно влияние импорта продовольствия на экономическую безопасность страны показывает его сравнение с внутренним сельхозпроизводством (табл. 1) [7].

Дает ли вступление Российской Федерации в ВТО хоть какие-нибудь преимущества для продовольственной сферы, влияющие на экономическую безопасность. Теоретически они существуют. Во-первых, это снижение себестоимости сельхозпродукции в результате снижения пошлин и, соответственно, гипотетическое снижение цен на импортные средства производства. Также в результате договоренностей пошлины на промышленные средства производства в среднем снизятся с 12,7 % до 7,2 %, что также может выступать

фактором снижения себестоимости продукции сельского хозяйства.

Во-вторых, рост качества банковских и страховых услуг из-за возрастающего влияния иностранных компаний. В-третьих, улучшение инвестиционного климата в долгосрочной перспективе увеличит

Соотношение импорта продовольствия

приток основного капитала по линии прямых иностранных инвестиций (ПИИ). В целом сторонники вступления России в ВТО считают, что либеральный торговый режим будет стимулировать модернизацию различных отраслей экономики перед угрозой внешней конкуренции.

Таблица 1

и собственного производства в России

Год Импорт млрд долл. Собственное с/х производство Доля импорта, %

2008 35,189 99,047 28,16

2009 30,015 79,267 30,22

2010 36,482 85,137 32,50

2011 42,476 111,131 29,99

2012 40,139 102,585 31,74

Оппоненты исходят из того, что расширенное воспроизводство в сельском хозяйстве возможно лишь в условиях рентабельности свыше 30 %, чего уж точно не стоит ожидать в большей части аграрного сектора России. Более того, указанные гипотетические плюсы либерализации фактически сведены на нет очередным витком эскалации политических отношений на международной арене.

Состояние продовольственной сферы в современных условиях нестабильности мировой конъюнктуры вызывает интерес к альтернативной оффшорной модели российской экономики, при этом радикальная часть экспертного сообщества впадает в другую крайность, настаивая на максимально возможном импортозамещении продовольствия в рамках автаркической модели. В этой связи следует определить основные позиции, связанные с ролью импортозамещающей политики в российской экономике. Данная проблема также является неизменной частью научного дискурса о путях социально-экономического развития России в пореформенный период.

Так, М. Березовская отмечает, что проведение в России импортозамещающей политики не только не целесообразно, но «в условиях стагнации оно невозможно и практически» [8]. Сегодня многие ученые и специалисты считают, что процесс импорто-замещения иллюзорен, а в реальности имеет место сокращение спроса и производства. Доводами в пользу данной точки зрения выступают, в частности, и пороговая изношенность производственных мощностей, и технологическая многоукладность российской экономики, и недостаточная ресурсная база импортозамещающей реиндустриализации. Наряду с материально-воспроизводственными ограничениями следует отметить институциональные факторы, прежде всего, либерализацию хозяйственной деятельности внешнеэкономических отноше-

ний, что как раз и не характерно для модели импортозамещающей индустриализации. Прежде всего, кардинальным образом изменились институциональные рамки накопления; прежняя институциональная структура разрушена, а новая потребностям импортозамещающей политики не соответствует, так как практически исключает мобилизационные методы.

Таким образом, курс на полное импортозаме-щение, не суть вынужденный или сознательный, будет означать не только сворачивание либеральной модели внешней торговли, но и институциональную и структурную перестройку финансово-банковской системы государства на мобилизационные начала для осуществления структурной перестройки реального сектора экономики, на которую, как показывает мировой опыт, требуется длительное время для поддержания нормы накопления на уровне не менее 1/3 ВВП.

Однако автаркическая модель сопряжена с новыми рисками, против которых механизмы селекции рисков могут оказаться неэффективными, что приведет к их трансформации в новые угрозы экономической безопасности. Речь, прежде всего, идет о дотационности сельского хозяйства, которое потребует для себя мягких бюджетных ограничений и существенной нагрузки на консолидированный бюджет, поэтому реализация данной модели потребует тонкой институциональной настройки, что трудно представить, учитывая современное состояние российского общества.

Следует вспомнить, что в 80-е гг. сельское хозяйство являлось главным получателем государственных средств в СССР, на него приходилось 1/5 часть всех дотаций и инвестиций. Несмотря на то, что по уровню электрификации, фондовооруженности, химизации советский АПК не уступал развитым странам, производитель-

ность труда и урожайность существенно уступали странам Запада. Себестоимость производства продовольствия была в 1,5-3 раза выше, чем в развитых странах, и на компенсацию разницы в цене СССР тратил 10 % бюджета [9].

И сегодня основные проблемы аграрного сектора России остаются прежними, отражая существенно более низкий уровень исторически сложившейся интенсивности и производительности труда, урожайности культур и продуктивности скота. Разрыв по этим показателям все время расширяется [10].

Таким образом, автаркическая модель российской экономики, основанной на импортозамещении, таит угрозы, схожие с теми, что определили неустойчивость советской экономики и ограничивает возможности общества, и лишает российскую экономику преимуществ, которые дает МРТ.

Тем ни менее, импортозамещение является, пожалуй, единственным вариантом обеспечения экономической безопасности государства в сложившихся геополитических и экономических условиях.

Однако подчеркнем, что сегодня ключевой вопрос состоит не в том, быть или не быть импорто-замещению, а в том, на какой концептуальной платформе оно должно реализовываться? Представляется, что реализовать преимущества МРТ, минимизируя при этом внутренние и внешние угрозы экономической безопасности, связанные с продовольственной сферой, Россия может в рамках интеграционной модели.

Данная модель предполагает реализацию следующих принципиальных положений, которые будут отражать реальную геополитическую и экономическую ситуацию в мире и соответствовать агрегированным интересам российского общества:

1. Возврат к взвешенному аграрному протекционизму, направленному на достижение разумного баланса между импортом продовольствия и его им-портозамещением. При этом одновременно требуется поиск эффективного механизма стимулирования производительности в сфере АПК. Переломить создавшуюся в АПК ситуацию может изменение вектора господдержки. Бюджетная поддержка в первую очередь должна быть направлена на развитие технологической базы отрасли, а объем выделяемых хозяйствам средств - напрямую зависеть от того, сколько денег они вкладывают в нововведения и как соблюдают технологические правила. Следует ориентировать объем бюджетной поддержки на производительность, а не на физические показатели. Необходимо разработать критерии доступа к бюджетной поддержке на основе соблюдения технологической дисциплины.

Таким образом, система господдержи предприятий АПК должна стимулировать предприятия, применяющие экстенсивные технологии, к освоению ими интенсивных форм ведения производства.

2. Развитие инструментария реализации косвенных методов бюджетной поддержки товаропроизводителей в аграрном секторе российской экономики: поддержка научных исследований, борьба с вредителями и болезнями, подготовка кадров, развитие сельской инфраструктуры, включая электроснабжение, дороги и пути сообщения, водоснабжение, мелиорацию, то есть фактическая реализация мер поддержки продовольственной сферы в рамках «зеленой корзины» ВТО. Для этого требуется поэтапный переход от действующей системы господдержки АПК, ориентированной преимущественно на дотирование производства, компенсацию производственных затрат и централизованное кредитование, к системе господдержки, основанной на программно-целевом, селективном подходе к поддержке доходов товаропроизводителей в АПК, развитие инновационной инфраструктуры, совершенствование системы аграрного кредитования, стимулирование спроса на агропромышленную продукцию и продовольствие.

3. Интеграция в единую систему государственной поддержки продовольственной сферы помимо сегмента сельского хозяйства смежных отраслей - производство сельскохозяйственных машин, минеральных удобрений, комбикормов и ядохимикатов, всей сельскохозяйственной инфраструктуры.

4. Структурная перестройка в сторону одного из «мягких» вариантов мобилизационной экономики, направленная на проектирование механизмов накопления и активизации инвестиционной деятельности в отраслях импортозамещения в независимости от мировой политической и финансовой конъюнктуры, то есть на основе собственного эмиссионного центра и ряда госмонополий. По мнению академика Д. Львова, основной вклад - 75 % -в прирост ВВП вносит природная рента, которая и должна взять на себя основную налоговую нагрузку. Главным условием экономической доступности продовольствия является ценообразование, которое в условиях малой открытой экономики (а именно такой макроэкономической модели соответствуют современные экономические реалии России) равняется на мировые цены. Государственная монополия на природную ренту, наряду с «дешевым» кредитом, способны обеспечить импортозамещающие отрасли необходимыми инвестициями, а население -доступным продовольствием.

5. Развитие продовольственной сферы вширь, направленное на дефрагментацию эконо-

мического пространства России, обеспечение пространственного единства страны. В российской модели пространственной экономики между центром и периферией прослеживаются антагонистические противоречия, проявляющиеся в том, что отток ресурсов с периферии не компенсируется притоком инвестиции и инноваций из центра, что сужает базу общественного воспроизводства на местах и ведет к деградации социально-экономических систем регионов.

Позиция минэкономразвития РФ такова: ресурсы необходимо концентрировать в городах-«миллионниках», а периферия пусть сама заботится о выживании. Продовольственная сфера может выступить так необходимой России интеграционной платформой развития пространственной экономики на основе импортозамещения. Пока же главная структурная проблема пространственной экономики России состоит в том, что общую аграрную картину формируют хозяйства, находящиеся на грани банкротства и имеющие долю в валовом сельхозпроизводстве около 10 %. Именно они преобладают численно и контроли-

руют основную часть сельхозугодий, дорог и коммуникаций, но не в состоянии выполнить функцию соединительной ткани народного хозяйства.

Разрушение материально-технической базы -одна из ключевых причин отсталости сельского хозяйства страны. Износ основных фондов в сельском хозяйстве в среднем по России на 2009 г. составляет 34,45 %. Итогом аграрных «реформ» в России стало сокращение пахотных земель в стране на 30 % или 41,6 млн га всего за двадцать лет (1990-2010 гг.) Практически разрушена инфраструктура села: исчезло 20 тыс. деревень, закрыто 14 тыс. школ, 16 тыс. клубов, 4 тыс. библиотек [11].

6. Разрешение дилеммы между продовольственной независимостью и экономической доступностью продовольствия посредством увеличения доступности рынков и реализации преимуществ МРТ на основе региональной экономической интеграции и формирования механизмов взаимодействия в рамках Таможенного союза ЕАЭС, как более устойчивой к резким колебаниям мировой конъюнктуры интеграционной платформы.

Рис. 2. Интеграционная модель нивелирования угроз экономической безопасности в продовольственной сфере

Т 9 № 10 2014 SOCIAL AND economic phenomena and processes

В динамике последних пяти лет доля ввозимого в Россию из Белоруссии и Казахстана продовольствия в общей стоимости поставок возросла с 6,4 % до 10,2 %. Общая стоимость импорта из этих стран в долларовом выражении возросла в 2,5 раза. Конкретно из Белорусии до образования Таможенного Союза, в 2007-2009 гг., импорт продуктов питания и сельхозсырья находился на относительно низких отметках - 1,4-1,8 млрд долл. В 2010-2012 гг. наблюдается резкая повышательная динамика -до более чем 4 млрд долл. Подобный прирост обеспечен в основном за счет увеличения объемов импорта продукции животноводства - молочной продукции и мяса [12].

С учетом региональной специфики сравнительных преимуществ стран-членов Таможенного союза, можно ожидать хороших перспектив развития специализации и кооперации производства по целому ряду проблемных для Российской Федерации продуктовых ниш. А учитывая, что для стран - членов Таможенного союза Россия сама выступает поставщиком продовольствия - в 2012 г. на Россию приходилось 25,7 % белорусского и 39,6 % казахского импорта сельскохозяйственного сырья и продовольствия в стоимостном выражении, можно прогнозировать, что ЕАЭС способен стать важной с точки зрения экономической безопасности интеграционной альтернативой ВТО как более устойчивой к резким колебаниям мировой конъюнктуры интеграционной платформы.

Только при условии создания адекватного современной ситуации механизма нивелирования влияния угроз продовольственной сферы на экономическую безопасность государственная поддержка АПК сможет выполнять вмененные ей функции (рис. 2):

- создание условий для получения доходности сельскохозяйственными товаропроизводителями, достаточной для расширенного воспроизводства;

- ориентация на производство сельскохозяйственной продукции с целью обеспечения продовольственной безопасности страны, рационального его размещения по природно-экономическим зонам;

формирование при определенных условиях экспортных ресурсов сельскохозяйственной продукции, сырья и продовольствия;

- экологизация сельскохозяйственного производства, сохранение природной среды, благоприятной для проживания сельских жителей;

- создание условий для рационального расселения на сельских территориях [13].

Таким образом, в силу экономической нецелесообразности абсолютной продовольственной не-

зависимости в рамках нивелирования влияния угроз в продовольственной сфере на экономическую безопасность государства в условиях нестабильности мировой экономической конъюнктуры требуется достижение рационального баланса между зависимостью от иностранных контрагентов-поставщиков продовольствия (импортом) и внутренним производством продовольствия (импорто-замещением) в рамках интеграционной модели экономики, что является условием разрешения дилеммы «продовольственная независимость-экономическая доступность».

Литература

1. Таранов П. М., Панасюк А. С. Конкурентоспособность агропродовольственной системы России в свете евразийской экономической интеграции // Угрозы и безопасность. 2012. № 40. С. 56-60.

2. Резерфорд Т., Тарр Д. Вступление России в ВТО: влияние на макроэкономику, отрасли, рынок труда и домохозяйства. URL: http://siteresources. worldbank.org/INTRANETTRADE/Resources/Topics/Acce ssion/RussiaWTOAccession.pdf

3. URL: http://zernorf.ru/news/news_line/ investitsii_ v_apk_rossii/

4. Эпштейн Д. Б. Уровень поддержки российского АПК недостаточен. URL: http://www.zol.ru/review/ show.php?data=7573 3

5. Кимельман С. Интегрированная ресурсно-перерабатывающая модель // Экономист. 2012. № 1. С. 11-22.

6. Основные показатели сельского хозяйства в России в 2010 г. М.: Росстат, 2010. С. 8-12.

7. Тимофеев А. Продовольственная безопасность России : угрозы нарастают // Служу Отечеству. 2014. № 5.

8. Березовская М. Инновационный аспект экономического развития // Вопросы экономики. 1997. № 3. С. 63.

9. Рубанов И. Системная ошибка на сто миллиардов // Эксперт. 2008. № 22.

10. Назаренко В. И. Теоретические основы аграрной политики на Западе и Россия. М.: Ин-т Европы РАН; Русский сувенир, 2009.

11. Остренков Л. Судьба страны решается в деревне // Аргументы Недели. 2012. № 4.

12. Торговля сельскохозяйственным сырьем и продовольственными товарами в рамках Таможенного Союза в 2010-2013 гг. и за предшествующий период 2007-2009 гг. URL: http://ab-centre.ru/articles/torgovlya-selskohozyaystvennym-syrem-i-prodovolstvennymi-tovarami-v-ramkah-tamozhennogo-soyuza-issledovanie

13. Кириенко Е. Ю. Совершенствование организационно-экономического механизма государственного регулирования сельскохозяйственного производства: автореф. дис. ...канд. экон. наук. М., 2009. С. 19.

References

1. Taranov P. M., Panasyuk A. S. Konkurentospo-sobnost' agroprodovol'stvennoj sistemy Rossii v svete ye-vrazijskoj ekonomicheskoj integratsii // Ugrozy i bezopas-nost'* 2012. № 40. S. 56-60.

2. Rezerford T., Tarr D. Vstupleniye Rossii v VTO: vliyaniye na makroekonomiku, otrasli, rynok truda i do-mokhozyajstva. URL: http://siteresources.worldbank.org/ INTRANET-

TRADE/Resources/Topics/Accession/RussiaWTOAccessio n.pdf

3. URL: http://zernorf.ru/news/news_line/ investitsii_ v_apk_rossii/

4. Epshtejn D. B. Uroven' podderzhki rossijskogo APK nedostatochen. URL: http://www.zol.ru/review/ show.php?data=7573 3

5. Kimel'man S. Integrirovannaya resursno-pererabaty-vayushchaya model' // Ekonomist. 2012. № 1. S. 11-22.

6. Osnovnye pokazateli sel'skogo khozyajstva v Rossii v 2010 g. M.: Rosstat, 2010. S. 8-12.

7. Timofeyev A. Prodovol'stvennaya bezopasnost' Rossii: ugrozy narastayut // Sluzhu Otechestvu. 2014. № 5.

8. Berezovskaya M. Innovatsionnyj aspekt ekonomicheskogo razvitiya // Voprosy ekonomiki. 1997. № 3. S. 63.

9. Rubanov I. Sistemnaya oshibka na sto milliardov // Ekspert. 2008. № 22.

10. Nazarenko V. I. Teoreticheskiye osnovy agrarnoj politiki na Zapade i Rossiya. M.: In-t Yevropy RAN; Russkij suvenir, 2009.

11. Ostrenkov L. Sud'ba strany reshayetsya v derevne // Argumenty Nedeli. 2012. № 4.

12. Torgovlya sel'skokhozyajstvennym syr'em i pro-dovol'stvennymi tovarami v ramkakh Tamozhennogo Soyuza v 2010-2013 gg. i za predshestvuyushhij period 2007-2009 gg. URL: http://ab-centre.ru/articles/torgovlya-selskohozyaystvennym-syrem-i-prodovolstvennymi-tovarami-v-ramkah-tamozhennogo-soyuza-issledovanie

13. Kiriyenko Ye. Yu. Sovershenstvovaniye organizat-sionno-ekonomicheskogo mekhanizma gosudarst-vennogo regulirovaniya sel'skokhozyajstvennogo proizvod-stva. avto-ref. dis. ...kand. ekon. nauk. M., 2009. S. 19.

* * *

INTEGRATION MODEL OF LEVELING OF THREATS OF ECONOMIC SECURITY OF RUSSIA IN THE FOOD SPHERE

ABRAMOVA LYUDMILA MIKHAYLOVNA Tambov State University named after G. R. Derzhavin, Tambov, the Russian Federation, e-mail: mornedsm@ gmail.com

In article author offered the concept of integration model of leveling of threats of economic security in the food sphere. Within the created model of leveling of threats of economic security the hypothetical assumption of the predominating role of rational balance in formation of independence of the food sphere of a world political and financial environment owing to economic inexpediency of absolute food independence, on the one hand, and instability of a world economic environment, on the other hand, is formed. In article author justified the rational balance between import and import substitution should be built on a «small» integration platform. The offered model assumes implementation of the following basic provisions which will reflect a real geopolitical and economic situation in the world and to correspond to the aggregated interests of the Russian society: 1) return to the weighed agrarian protectionism, by simultaneous search of the effective mechanism of stimulation of productivity in the agrarian and industrial complex sphere; 2) development of tools of realization of indirect methods of the budgetary support of producers in agrarian sector of the Russian economy; 3) integration into uniform system of the state support of the food sphere besides a segment of agriculture of allied industries; 4) the restructuring towards one of «soft» options of mobilization economy directed on design of mechanisms of accumulation and activization of investment activity in branches of import substitution; 5) integration of internal economic space of Russia on the basis of development of agrarian and industrial complex; 6) realization of advantages of international division of labor on the basis of regional economic integration and formation of mechanisms of interaction within the Customs union of the EAEU, as world environment of an integration platform, steadier against sharp fluctuations.

Key words: food independence, threats, economic security, economic availability of food.