Без «Б» не останутся

Глава МИД РФ Сергей Лавров вчера в Рио-де-Жанейро вместе с коллегами из Бразилии, Индии, Китая и ЮАР подготовил декабрьский саммит, по итогам которого председательство в организации перейдет к России. Корреспондент “Ъ” Павел Тарасенко убедился, что в обозримом будущем аббревиатура объединения останется без изменений. Власти Бразилии во главе с новым президентом Жаиром Болсонару, о скептическом отношении которого к БРИКС ранее предупреждали эксперты, делать резких шагов не собираются. По крайней мере, пока.

Власти Бразилии (справа министр иностранных дел Эрнесту Араужу) смягчили свою позицию по БРИКС и пока не собираются выходить из организации

Фото: Reuters

Из Рио-де-Жанейро в Вашингтон

Выступление Сергея Лаврова на заседании БРИКС началось с заминки. Фразу «Хотел бы высказать слова признательности (бразильскому.— “Ъ”) министру Эрнесту Араужу за прекрасную организацию сегодняшнего заседания» ему пришлось повторить несколько раз: другие участники заседания не слышали в своих наушниках перевод с русского языка. Сергей Лавров остался этим явно недоволен, но менять вступительные слова не стал.

Затем, впрочем, все пошло по накатанной. Отметив «ключевую роль БРИКС в переходе от однополярной системы к полицентричному мироустройству», министр сразу перешел к критике тех, кого обычно и критикуют на встречах в рамках БРИКС. «Предпринимаются шаги по подрыву международных институтов и договоренностей... Проталкиваются решения в формате коалиций по интересам, с тем чтобы затем агрессивно навязывать их всем остальным,— рассказывал он собравшимся.— Расширяется неприемлемая практика односторонних принудительных мер и экстерриториального применения норм национального законодательства... Угрозу международной безопасности представляет беспрецедентное наращивание военных бюджетов, слом формировавшейся десятилетиями архитектуры поддержания стратегической стабильности...» Эти слова Сергей Лавров ранее произносил не один десяток раз, но, казалось, готов был повторять их вновь и вновь.

Министерская встреча была подготовительной перед саммитом, который состоится в Рио-де-Жанейро 13–14 декабря. А он, соответственно, ознаменует собой завершение председательства Бразилии и переход хода к России, власти которой проведут саммит в Санкт-Петербурге. Приоритеты председательства в целом ясны уже сейчас. На июньской встрече лидеров стран БРИКС, которая состоялась на полях саммита G20 в Осаке, президент РФ Владимир Путин много говорил о том, что «государства БРИКС должны занимать инициативную роль в формировании более справедливой и устойчивой модели глобального развития» мировой экономики — в частности, добиваться повышения роли развивающихся стран в Международном валютном фонде.

Владимир Путин предлагал «обсудить, что можно было бы сделать в формате БРИКС для гармонизации энергорынка, снижения волатильности цен на топливные ресурсы», взывал к интеграции платежных систем БРИКС, говорил о важности тематики защиты прав потребителей в интернете.

В 2020 году участники продолжат обсуждать и давнюю идею перехода группы БРИКС к взаиморасчетам в нацвалютах. «Лидеры пяти стран регулярно затрагивают этот вопрос в ходе саммитов. Наши центробанки обсуждают возможности таких взаиморасчетов. Смотрят на механизмы,— рассказывал в мае руководитель отдела по делам БРИКС МИД РФ Михаил Калугин.— Но чтобы создать рабочий инструмент не просто на словах, а на деле, нужны годы». Еще один приоритет — деятельность Нового банка развития БРИКС, который уже финансирует 35 инвестиционных проектов на общую сумму более $9 млрд. Планируется, что к концу года показатель поднимется до $16 млрд. Среди первых проектов банка — модернизация водоснабжения пяти российских городов, расположенных в бассейне реки Волги.

«В БРИКС заметно определенное разделение. Для Индии, Бразилии и Китая это все-таки больше экономическое объединение»,— заявил “Ъ” завкафедрой международных отношений и внешней политики России МГИМО Борис Мартынов. Для РФ помимо экономики важна и политическая составляющая, которая также активно обсуждается в БРИКС. Так, Сергей Лавров вчера в своем выступлении призывал европейских коллег «осознать ответственность за сохранение ядерной сделки с Ираном», рассказывал о российской концепции «обеспечения коллективной безопасности в зоне Персидского залива», говорил о необходимости восстановления суверенитета и территориальной целостности Сирии, ликвидации остатков террористов и содействия возвращению беженцев. Он также упомянул о Сомали, Судане, Центральноафриканской Республике и даже «эфиопско-эритрейских и эфиопско-джибутийских противоречиях».

Но основной посыл, конечно, был направлен США. Российский министр раскритиковал Вашингтон за политику в отношении Ирана, «развал вслед за Договором по ПРО и Договора о ракетах средней и меньшей дальности», создание «неопределенности вокруг судьбы договора СНВ-III», а также «планы по выводу оружия в космическое пространство». Возражений у других министров эти тезисы не вызвали.

Впрочем, говорить о полной гармонии в отношениях между членами БРИКС не приходится.

Так, определенные двусторонние разногласия сохраняются между Индией и Китаем. Для Бразилии же ключевой внешнеполитический проблемный вопрос — Венесуэла. Напомним, что бразильские власти поддержали лидера оппозиции Хуана Гуайдо, провозгласившего себя и. о. президента Венесуэлы, а РФ считает легитимным главой государства Николаса Мадуро. «Услышьте венесуэльцев!» — призвал вчера глава бразильского МИДа Эрнесту Араужу своих коллег. Он заверил, что «режим Мадуро поддерживается лишь посредством силы» и приносит венесуэльскому народу лишь «нищету и страдания». Дипломат отметил, что соседняя республика должна стать демократической, какой сейчас, по его мнению, не является. «Мы просим, чтобы вы прислушались к нашей точке зрения»,— повторил господин Араужу.

Сергей Лавров, выступавший сразу после Эрнесту Араужу, решил не обострять. Он лишь сказал, что «необходимо опираться на нормы международного права и поддержать усилия Венесуэлы самостоятельно, без какого-либо давления, решать свои внутренние проблемы посредством переговоров, в строгом соответствии с конституцией».

По стопам Дональда Трампа

Визит Сергея Лаврова в Бразилию был значим еще и потому, что российский министр впервые посетил эту страну после смены ее руководства. Напомним, после того как в начале января Жаир Болсонару вступил в должность президента, некоторые эксперты заговорили о том, что Бразилия может выйти из БРИКС, так как новый глава государства якобы скептически относится к этому объединению. Господин Болсонару, которого еще в ходе предвыборной кампании за консерватизм, национализм и определенную склонность к эпатажу окрестили «бразильским Трампом», действительно сразу дал понять, что приоритетным партнером будет считать США. Американский лидер Дональд Трамп же не скрывал, что такому смену курса Бразилии (долгое время ей руководили президенты левого толка) только рад.

«Копируя Трампа, Болсонару в своей предвыборной программе заявил, что собирается сделать Бразилию великой державой,— напомнил Борис Мартынов.— Это не просто слова. Бразилия одной ногой уже стоит в первом мире, хотя другой еще остается в третьем. Но так или иначе, желание Болсонару противоречит стремлению делать ставку на связи с США. Ведь те объективно никогда не были заинтересованы в существовании альтернативного полюса силы в Западном полушарии. Если вспомнить историю, США всегда пытались принизить Бразилию, поставить ее вровень с остальными странами региона — Гондурасом, Сальвадором...» Эксперт напомнил, что в 1960-е годы пришедшие к власти в Бразилии военные «декларировали нерушимый альянс» с Вашингтоном, но постепенно из-за политики США, которые «стали подставлять своего ближайшего партнера», изменили позицию. «И к 1985 году США стали рассматриваться генштабом сухопутных войск Бразилии в качестве потенциального противника»,— подвел итог Борис Мартынов.

Директор Ибероамериканского института, президент Объединенного центра делового сотрудничества стран БРИКС Висенте Баррьентос в разговоре с “Ъ” рассказал: «Болсонару 28 лет был депутатом. Но это не значит, что он владеет вопросами международной повестки дня. Он идет по стопам своего "прототипа", Дональда Трампа, и частично копирует его модель поведения. Но постепенно Болсонару адаптируется к ситуации, и его резко радикальная риторика будет смягчаться. Это будет касаться и отношения к вопросам внешней политики, и позиции Бразилии в рамках БРИКС».

В интервью латиноамериканским СМИ Сергей Лавров заверил: у него «нет оснований полагать, что Бразилия будет пересматривать свои принципиальные подходы в пользу того, чтобы БРИКС сохранялся, развивался и тем самым отражал реалии многополярного мира».

Висенте Баррьентос согласился с тем, что резких шагов не будет: он отметил, что «приоритетом внешней политики Бразилии всегда было продвижение своих услуг и товаров», и в этом плане платформа БРИКС может быть выгодна стране. Между тем Борис Мартынов ответил менее определенно: «Пока рано делать далеко идущие выводы. Ситуация сложная и неоднозначная. С уверенностью можно сказать лишь, что в этом году выход Бразилии из БРИКС не состоится. Делать какие-то резкие движения на фоне саммита — это значит потерять лицо».

На фоне такой неопределенности не приходится говорить и о скором расширении клуба. В прошлом желание присоединиться к БРИКС высказывали Турция, Аргентина, Индонезия, Мексика и другие страны. А помощник президента РФ Юрий Ушаков перед саммитом 2018 года рассказывал, что участники встречи всерьез начнут рассматривать «возможность присоединения» к формату новых государств. Между тем Владимир Путин ранее отмечал, что такие вопросы «с кондачка не решаются».

«Сегодня расширение не ко времени. Программа-минимум — сохранить ядро БРИКС в нынешнем виде. Может, сейчас не время для суперпроектов в рамках БРИКС и далеко идущих планов,— заявил “Ъ” Борис Мартынов.— Но БРИКС — это футуристический проект, который, возможно, выйдет на первый план при установлении нового международного порядка. Пока мы находимся в переходном периоде». Этот новый порядок, по словам собеседника “Ъ”, будет основан на сотрудничестве не стран и регионов, а цивилизаций: «Будет глобальный межкультурный диалог. Мы видим, что БРИКС и представлен цивилизациями. Может, кто-то со временем и добавится — например, страна, которая будет представлять ислам».