Журнал «Московский наблюдатель» в оценках отечественного литературоведения

УДК 070.4

Г. Г. Рамазанова

ЖУРНАЛ «МОСКОВСКИЙ НАБЛЮДАТЕЛЬ» В ОЦЕНКАХ ОТЕЧЕСТВЕННОГО ЛИТЕРАТУРОВЕДЕНИЯ

Предметом осмысления автора становится история изучения журнала «Московский наблюдатель» - значительного, имевшего свой неповторимый облик периодического издания второй половины тридцатых годов, почти забытого в настоящее время. История журнала необычна: фактическое руководство им осуществлялось сначала С. П. Шевыревым, который не раз становился объектом пристрастной критики В. Г. Белинского. Впоследствии Белинский сам возглавил журнал, став его неофициальным редактором. Автор статьи приводит весь спектр мнений о журнале, во многом переосмысляя утвердившиеся оценки издания.

The article deals with the history of studying the "Moscow Observer" which used to be a significant periodical of the 1830s with its own unique image and which is almost forgotten nowadays. The journal was practically run by S. P. Shevyrev who became the object of V. G. Belinsky's partial criticism. Later Belinsky took charge of the journal and became its unofficial editor. The author of the article analyzes the whole range of opinions on the journal and reconsiders some conventional views.

Ключевые слова: В. Г. Белинский и С. П. Шевы-рев как редакторы журнала «Московский наблюдатель», журнал в оценке литературоведов XIX, XX и начала XXI в.

Keywords: V. G. Belinsky and S. P. Shevyrev as the editors of the "Moscow observer", the journal in the estimation of literary scholars of the XIX, XX, XXI centuries.

В истории существования журнала «Московский наблюдатель» традиционно выделяют два периода: первый, связанный с именами официального редактора В. П. Андросова и ведущего критика издания С. П. Шевырева (1835-1838), и второй (с 1838-1839), когда он выпускался под неофициальным редактированием В. Г. Белинского. Знакомясь с литературой о журнале, сталкиваешься с давно устоявшимися оценками. Первый период обычно рассматривается как крайне неудачный, второй, напротив, считается периодом «взлета» журнала.

Статья В. Г. Белинского «О критике и литературных мнениях "Московского наблюдателя"» стала первым развернутым откликом на появление нового журнала [1]. Белинский уважительно отзывается о своем будущем непримиримом оппоненте: «Г. Шевырев литератор деятельный, добросовестный, оригинальный во мнениях и слоге, литератор с дарованием и авторитетом: тем

© Рамазанова Г. Г., 2012

большего внимания заслуживают его критические мнения» [2]. Однако Белинский негативно оценивает все статьи неофициального редактора, определявшие литературно-критическое направление журнала. Предметом анализа стала, в частности, статья «Словесность и торговля». Утверждение Шевырева, что «торговое направление» поработило словесность, вызывает резкий отпор Белинского. Основные тезисы статей Шевырева «О критике вообще и у нас в России», «Перечень наблюдателя» были также оспорены Белинским.

Рассмотрев все критические публикации журнала за два года, Белинский выявляет «направление» «Московского наблюдателя». Становится понятно, что анализ мнений Шевырева во многом подчинен логике смоделированной в сознании Белинского концепции: «Слава Богу! наконец-то я добрался до идеи "Наблюдателя"! Он хлопочет не о распространении современных понятий об изящном; теория изящного не входит в него, искусство у него в стороне; он старается о распространении светскости в литературе, о введении литературного приличия, литературного общежития, он хочет, во что бы то ни стало, одеть нашу литературу в модный фрак и белые перчатки, ввести ее в гостиную и подчинить зависимости от дам; цель истинно похвальная: кто не поревнует ей!» [3] Беспристрастный взгляд на публикации «Московского наблюдателя» убеждает в том, что Белинский необъективен в оценке общей концепции журнала.

Не очень лестная оценка «Московского наблюдателя» первого периода дана Н. Г. Чернышевским в статье «Очерки гоголевского периода русской литературы» (1855-1856). Критик собственно не анализирует сам «Наблюдатель», считая его существование проходным эпизодом, этапом в подготовке журнала «Москвитянин». В отзыве Чернышевского выделены и подчеркнуты лишь очевидные промахи Шевырева-критика.

Необходимо отметить, что деятельность Белинского в качестве редактора «Московского наблюдателя» рассматривалась литературоведением гораздо чаще, чем аналогичная деятельность Шевырева. В пятой главе книги А. Н. Пыпина «Белинский, его жизнь и переписка» обстоятельно проанализирован период его сотрудничества с журналом. Эту главу монографии можно считать началом изучения «Московского наблюдателя». Так сложилось, что зачастую лишь из исследований о Белинском можно узнать мнение ученых о журнале Андросова - Шевырева. Правда, почти во всех монографиях, посвященных Белинскому, деятельность его предшественника и литературного оппонента Шевырева оценивается по преимуществу негативно. В этом прослеживается сильное влияние восприятия самого

Г. Г. Рамазанова. Журнал «Московский наблюдатель» в оценках отечественного литературоведения

Белинского. Пыпин излагает историю возникновения «Наблюдателя» и попутно характеризует деятельность Шевырева: «"Наблюдатель" начал издаваться с 1835 г. под редакцией Андросова, ученого-статистика, человека собственно чуждого литературным делам, но даровитого и умного. Литературную часть журнала взял в свое заве-дывание Шевырев <...> Шевырев был человек с известной начитанностью, но его литературная деятельность на первых же порах показала странный взгляд на вещи и страсть к высокопарному, фразистому изложению, причем за риторикой от него часто ускользала сама мысль» [4]. Недоброжелательность оценки очевидна.

Пыпин, чьи симпатии целиком на стороне Белинского, оценивая статьи Шевырева, акцентирует внимание на его промахах: «В разборах повестей Гоголя, Павлова, стихотворений Бенедиктова и проч. критик как нарочно хвалил то, что следовало бы осудить, и осуждал то, что следовало похвалить. Он превозносил трескучую поэзию Бенедиктова, вычурные повести Павлова, но находил кое-что поправить у Гоголя» [5].

В работе С. П. Весина «Очерки истории русской журналистики двадцатых и тридцатых годов» [6], опубликованной в восьмидесятых годах XIX в., уделено значительное место журналу. Исследователь характеризует журнал доброжелательно, демонстрируя уважительное отношение к деятелям московского культурного круга: «Не пользуясь таким значением в обществе, как последняя, московская журналистика, тем не менее, относительно нравственных требований и серьезного взгляда на литературу стояла в названное время значительно выше петербургской, так как не представляла в своей среде явлений, подобных "Северной пчеле" и "Библиотеке для чтения"» [7].

Показательно, что С. П. Весин, характеризуя журнал, тоже не избежал соблазна опереться на оценки Белинского. Некоторые выводы, к которым «приходит» исследователь, представляют собой скрытый пересказ мыслей критика. Это лишний раз убеждает в том, насколько кардинально влиял на исследователей, даже отделенных значительной дистанцией от полемических баталий того времени, «приговор» той или иной личности, тому или иному художественному явлению, вынесенный Белинским. Его оценки формировали «репутацию» оппонентов на весьма продолжительную историческую перспективу. Именно Белинским в значительной мере был подорван авторитет Шевырева, который стал объектом его очень жесткой и последовательной критики. Лишь в последнее время исследователи стали особенно активно переосмысливать роль и значение этого энциклопедически образованного, даровитого ученого, критика, поэта.

Устойчивая тенденция научной литературы -недооценка журнала под редакцией Андросова -Шевырева - была изменена в пятидесятые годы прошлого века Н. И. Мордовченко [8]. В исследованиях ученого журнал «вписан» в широкий контекст эпохи, место его среди других периодических изданий четко определено. Историю изучения журнала ученый начинает с момента зарождения его замысла. Чрезвычайно важно то, что в отличие от всех своих предшественников исследователь обнаруживает несколько направлений журнала редакции Андросова - Шевыре-ва, одно из которых он определяет так: «Несмотря на идейные разногласия, все учредители "Московского наблюдателя" были противниками наступивших буржуазно-капиталистических отношений. "Торговое" направление журналистики в кругах "Московского наблюдателя" расценивалось как признак надвигавшегося капиталистического разврата во всех областях общественной жизни» [9]. Очевидно, что ракурс рассмотрения художественных явлений продиктован идеологическим «заказом» тех времен. Исследователь рассуждает о сопротивлении «буржуазно-капиталистическим отношениям», «капиталистическом разврате», хотя речь идет о российском журнале тридцатых годов XIX в., когда «призрак капитализма» был все-таки достаточно далеко.

Все эти наблюдения, безусловно, важны и заслуживают самого пристального внимания. Однако нельзя согласиться с другой мыслью исследователя, которая заключается в том, что в составе соучредителей и авторов журнала не было единомыслия и очень скоро редакция «раскололась» на два лагеря: один - левый - представлял собой своеобразную антигосударственную оппозицию, а второй - правый - напротив, всячески поддерживал охранительную идеологию правительства. Мысль об идейном расколе в рядах сотрудников и соучредителей журнала представляется спорной. Нельзя не учитывать того, что Мордовчен-ко создавал свои труды в пятидесятые годы прошлого века, когда отечественное литературоведение в любом эстетическом явлении находило приметы классовой борьбы, идеологического противостояния или хотя бы намеки на них.

Необходимо напомнить, что уже изначально журнал замышлялся только как литературный, энциклопедический, что специально оговаривалось в разрешении от 9 декабря 1834 г. Более того, издание инициировалось самой властью, о чем говорится в письме Погодина к М. А. Максимовичу: «В Москве затеялся журнал, по мысли кн. Дмитрия Владимировича Голицына (генерал-губернатора Москвы. - Г. Р.), который хочет, чтобы Москва учила вкусу и литературе» [10]. Нужно иметь в виду то, что незадолго до

появления «Наблюдателя» по политическим соображениям был запрещен журнал И. Киреевского «Европеец». Но главное заключается в том, что во взглядах издателей и авторов журнала не было никакой оппозиционности и антиправительственную идеологию в публикациях можно увидеть только при большом желании ее обнаружить.

Нельзя не согласиться с другой мыслью ученого, который выделяет еще одно направление журнала, которое просматривается со всей очевидностью, - это формирование на страницах издания идеологии славянофильства. Проблема славянства, одна из центральных проблем будущего славянофильства, нашла свое освещение в «Московском наблюдателе». Здесь были напечатаны исторические исследования П. Шафарика «О народах скифского племени», «Мысли о древности славян в Европе», работы Ю. Венелина «Скандинавомания и ее поклонники, или Столетние высказывания о варягах», «О зародыше новой болгарской литературы».

Отдельный раздел работы Н. И. Мордовчен-ко посвящен рассмотрению критической деятельности Шевырева в «Московском наблюдателе». Систематизируя взгляды Шевырева, исследователь их нивелирует, лишая присущих им много-аспектности и объемности. Тем не менее этот фрагмент работы представляет собой интересный, а главное, единственный в отечественном литературоведении пример целостного осмысления деятельности Шевырева в качестве редактора и ведущего критика «Московского наблюдателя».

Большой вклад в изучение истории журнала внесла В. С. Нечаева. Ее фундаментальный труд посвящен Белинскому [11], четыре главы монографии в той или иной степени затрагивают все аспекты деятельности критика на посту редактора журнала и то направление, которое он сформировал. Но не только о Белинском ведется речь в исследовании, В. С. Нечаева отдельно останавливается на первом этапе существования журнала, оценивает его.

Нечаева по-своему обосновывает то, почему Андросов передал бразды правления журналом Белинскому, подробно освещает взаимоотношения издания с цензурой, душившей журнал. Монография Нечаевой внесла очень весомый вклад в изучение журнала периода редактирования его Белинским, но исследовательница не нашла в «Московском наблюдателе» редакции Андросова - Шевырева ничего достойного внимания, поэтому необходим новый, объективный взгляд на издание.

Прошло достаточно много времени после этих серьезных исследований, и фигура Шевырева, и его деятельность вновь стали привлекать внима-

ние. Следует отметить статью Ю. В. Манна «Молодой Шевырев» [12]. Правда, уделяя значительное внимание всем аспектам деятельности Ше-вырева - научному, поэтическому, автор почти не касается его работы в качестве редактора «Московского наблюдателя».

Очень значительной и емкой представляется статья А. М. Пескова «У истоков философствования в России: русская идея С. П. Шевырева» [13]. В ней исследователь определяет национальные и православные основы взглядов Шевы-рева, их неизменность на протяжении всей его журналистской и критической деятельности. Также заслуживает внимания работа Е. Ю. Тихоновой «Маленький аристократ» (журнал «Московский наблюдатель» 1838-1839 гг. как культурное явление и исторический источник) [14]. Но, как видно уже из заглавия, она целиком посвящена журналу под редакцией Белинского.

Одно из последних исследований, целиком посвященных журналу под редакцией Андросова, - диссертация В. М. Гнеденко «Журнал "Московский наблюдатель" в 1835-1837 гг. Историософские взгляды русских шеллигианцев» [15]. Сам диссертант определяет предмет исследования так: «Философские, историософские, теологические взгляды основных сотрудников журнала "Московский наблюдатель" в первой его редакции, а также предлагаемая ими модель экономического развития России» [16]. Автор работы исключительно подробно и обстоятельно рассматривает только первый, дебютный выпуск журнала, мимоходом затрагивая полемику, почти не касаясь литературных публикаций.

Нельзя обойти вниманием и обстоятельную статью и комментарии В. М. Марковича, подготовившего издание «Шевырев С. П. Об отечественной словесности», напечатанное в 2004 г. [17]. Здесь исследователь затрагивает самые разные аспекты литературной и критической деятельности Шевырева, касается его борьбы с «торговым направлением», оценивает статьи о творчестве Гоголя, рассматривает эволюцию взглядов ученого. Однако работа Шевырева в качестве редактора «Московского наблюдателя» осталась вне поля зрения исследователя.

Обзор научной литературы по вопросу убеждает в том, что утвердившиеся в отечественном литературоведении стереотипы в оценке журнала нуждаются в пересмотре и серьезной корректировке. Один из них - убежденность в том, что журнал первого периода имел мало общего с журналом второго, другой - уверенность в том, что издание под редакцией Андросова не выдерживало никакого сравнения с «Наблюдателем» Белинского. Резко отрицательное отношение Белинского к журналу на многие годы предопределило однобокость оценок литературоведения.

Т. Н. Подлевских. Проблема читательского восприятия в программе «натуральной школы».

Обновленной оценки требует и журнал периода редактирования его Белинским, поскольку он хронологически совпадает с «периодом примирения с действительностью», особым этапом духовной биографии критика. В отечественном литературоведении «Московский наблюдатель» под редакцией Белинского обычно рассматривался как абсолютно новое издание, своей идеологической концепцией в корне отличающееся от журнала под редакцией Шевырева. Однако внимательное знакомство с выпусками журнала под редакцией Андросова - Шевырева убеждает, что Белинский продолжил разработку идей, заложенных первой редакцией, которые он не замечал, чрезвычайно увлекшись собственной мыслью о пустоте, легковесности, «светскости» «Наблюдателя». Можно уверенно утверждать, что оба «редактора» ставили и пытались решать одинаковые задачи: Шевырев и Белинский акцентировали внимание на проблемах православного воспитания, апеллировали к христианским чувствам -состраданию, смирению, столь характерным для национального менталитета, проповедовали идеи добра и милосердия.

Примечания

1. Белинский В. Г. О критике и литературных мнениях «Московского наблюдателя // Телескоп. 1836. XXXII. № 5-8. С. 120-154, 217-287.

2. Там же. С. 126.

3. Там же. С. 284.

4. Пыпин А. Н. Белинский, его жизнь и переписка. СПб., 1876. С. 203-204.

5. Там же. С. 206.

6. Весин С. П. Очерки истории русской журналистики двадцатых и тридцатых годов. СПб., 1881.

7. Там же. С. 277-278.

8. Мордобченко Н. И. Московский наблюдатель (1835-1837) // Очерки по истории русской журналистики и критики. Л., 1950. Т. 1. Гл. XV.

9. Там же. С. 371.

10. Письма М. П. Погодина к М. А. Макимовичу с пояснениями С. И. Пономарева. СПб., 1882. С. 7.

11. Нечаеба В. С. В. Г. Белинский. Жизнь и творчество 1836-1841. М., 1961.

12. Манн Ю. В. Молодой Шевырев // Русская философская эстетика. М., 1998. С. 201-250.

13. Пескоб А. М. У истоков философствования в России: русская идея С. П. Шевырева // Новое литературное обозрение. 1994. № 7. С. 123-139.

14. Тихоноба Е. Ю. «Маленький аристократ» (журнал «Московский наблюдатель» 1838-1839 годов как культурное явление и исторический источник) // Мировоззрение молодого Белинского. М., 1988.

15. Гнеденко В. М. «Московский наблюдатель» в 1835-1837-х гг. Историософские взгляды русских шел-лигианцев: автореф. дис. ... канд. филол. наук. М., 2005.

16. Там же. С. 3.

17. Маркобич В. М. Уроки Шевырева // Шевырев С. П. Об отечественной словесности. М., 2004. С. 7-56.

УДК 159.946.4

Т. Н. Подлевских

ПРОБЛЕМА ЧИТАТЕЛЬСКОГО ВОСПРИЯТИЯ В ПРОГРАММЕ «НАТУРАЛЬНОЙ ШКОЛЫ»

Проблема читательского восприятия в программе «натуральной» школы до сих пор в достаточной степени не изучена. Данная статья представляет собой анализ основных приемов внутриструктур-ного взаимодействия автора «физиологического» очерка и читателя, помогающий проследить процесс формирования «третьей культуры», отраженный на страницах очерковой литературы. Предметом специального исследования становится журнальный очерк малоизвестных писателей 4050-х гг. XIX в.

The problem of readers' perception in the "Natural School" program has not been studied sufficiently yet. The article represents an analysis of basic devices of inner structural interaction of an author of a "physiological" essay and a reader, which helps follow the process of forming "the third culture" reflected in essayistic literature. The research subject is the magazine essay of minor writers of the 1840s-1850s.

Ключевые слова: «натуральная школа», «физиологический» очерк, автор, читатель, восприятие, «третья культура».

Keywords: "The Natural School", "physiological" essay, author, reader, perception, "the third culture".

Проблема читательского восприятия имела принципиальное значение для писателей «натуральной школы». Литература этого периода явилась мощным средством к образованию народных масс, она формировала в читателях идею об общественно преобразующем воздействии художественного творчества на социум. «Социальная беллетристика» (Белинский) гармонично сочетала в себе доступность, демократизм со значительным практическим и общественным содержанием, удовлетворяла повседневные запросы публики в «легком» чтении, приятно занимала досуг аудитории, но вместе с тем заставляла мыслить. Именно умение создать активное читательское восприятие художественного произведения становилось едва ли не самым важным критерием оценки его социальной значимости.

Так, в «физиологических» очерках 184050-х гг. прослеживается тенденция ко все большей конкретизации образа читателя. Воображаемый читатель становится обязательным структурным компонентом произведения как особый образ, материализующий определенный тип мышления, сознания, тип культуры, опосредованно

© Подлевских Т. Н., 2012