«Музей дает эффект масштаба»

История может быть интересной — убеждены авторы проекта "Россия — моя история". Убеждение настолько велико, что организаторы мультимедийных выставок "Романовы" и "Рюриковичи" продвигают новую идею: создать по отработанному модулю сеть тематических исторических парков по всей стране. "Огонек" поговорил с Иваном Есиным, управляющим директором Фонда гуманитарных проектов

— Зачем потребовался проект исторических парков? Как вообще возникла идея?

— Когда мы проводили нашу первую выставку "Романовы" в Манеже в 2013 году, то совершенно не ожидали, что она будет пользоваться таким успехом. За 20 дней ее посетило 30 тысяч человек. На следующий год мы устроили выставку "Рюриковичи". Успех был еще больший. Стало ясно, что эти выставки очень востребованы. Именно потому, что они дают некое панорамное представление об истории нашей родины. От базовых вещей — условно, кто за кем правил — до сущностных вещей и понимания процессов. Оказалось, что в нашей большой стране нет ни одного музея, который бы панорамно рассказывал об истории страны с древнейших времен до настоящего времени, нет места, где можно было бы эту связь времен проследить. Есть прекрасный Исторический музей, но он заканчивает свое повествование, если не ошибаюсь, началом XX века. Есть потрясающий Музей современной истории, который начинает свое повествование ровно с конца XIX века. И что еще очень важно: музеи рассказывают историю языком музейных предметов...

— То есть архаичным?

— Я не думаю, что он архаичный. Мне кажется, что это язык для подготовленного и внимательного посетителя. А таких немного, увы. И наша задача была как раз в доступной и популярной форме изложить некие основы истории. И, возможно, еще раз повторить что-то за школой, чтобы человек сделал для себя какие-то открытия. Может быть, тогда он с особым интересом пойдет в Исторический музей и обратит внимание на артефакты. Ведь пока ты не понимаешь каких-то процессных законов в истории и у тебя нет достаточных знаний по событийному ряду, тебе очень сложно заинтересоваться и предметами. Изначально мы как раз и ставили перед собой некую просветительскую и популяризаторскую задачу. И первый такого рода опыт — "Рюриковичи" — показал, что вектор верный. У нас в книге посетителей семья из Ярославля написала, что провела на выставке 7 часов, изучая "Рюриковичей". Фактически с утра до закрытия. Семь часов!

— Может, просто погода была плохая?

— Так это же не единичная запись была! Люди заново открывали для себя свою историю.

— Получается, школа не справляется с преподаванием истории?

— Все мы понимаем, что в конце концов все зависит от учителя, от его личности. Если он сумел тебя заинтересовать, тогда тебе очень повезло. А если нет?.. Потому и возникла идея разместить выставки, о которых я говорил, на постоянной основе. Одним из соорганизаторов прошедших выставок является правительство Москвы. Оно и вышло с предложением проводить экспозиции в одном месте — на территории ВДНХ. По решению Сергея Собянина нам предоставили 57-й павильон. За 8 месяцев 2015 года его реконструировали, а в конце года мы открылись с "Романовыми" и "Рюриковичами" здесь. Потом, в мае 2016 года, разместили здесь "XX век. 1914-1945". А сейчас готовим выставку с 1945 по 2016 год.

— И как от павильона на ВДНХ вы доросли до сети тематических парков?

— Еще когда наши выставки были временные, нас приглашали регионы. Мы ездили в Краснодар, Тюмень, Санкт-Петербург. И нас стали просить разместить выставки на постоянной основе. Даже Санкт-Петербург, который сам живая история и музейный город! Мы прекрасно понимали, что размещение на постоянной основе — это большие траты. А ситуация в регионах тяжелая. Но в 2016 году проект решился поддержать "Газпром", взяв на себя значительную часть затрат, связанных с обустройством экспозиции. И вот после этого реализация проекта стала возможной.

— А люди в регионах не говорили: у нас и так денег нет на зарплаты учителям и врачам, а вы нам еще предлагаете такой пафосный и дорогостоящий проект?

— В основном нет. Мы слышали другой вопрос: а почему именно эта экспозиция, а не другая? Я думаю, что до открытия парков в любом регионе будут разные точки зрения. Наверное, это нормально, потому что ко всему новому мы относимся настороженно.

— А есть представление о затратах? Может быть, общая стоимость проекта или стоимость одного тематического парка в регионе? "Коммерсантъ" писал о том, что из региональных бюджетов выделяется от 20 млн до 1 млрд рублей.

— В каждом регионе разные цифры. Например, в Уфе, где мы, похоже, откроемся быстрее всего, есть готовое помещение. Его нужно просто приспособить и разместить там исторический парк. Там стоимость одна. А в Ставрополе или Волгограде идет строительство с нуля, там другая стоимость. Но "Газпром" с каждым регионом обговаривает отдельные условия...

— Известно процентное соотношение региональных денег и средств "Газпрома"?

— Общее правило — пополам. Но при условии, что расходы регионов не превышают определенной доли.

— А зачем это "Газпрому"?

— Я думаю, у них есть благотворительная программа. В рамках этой программы "Газпром" и осуществляет такую деятельность.

— Запланированы 25 тематических парков. По каким критериям выбираются регионы?

— Здесь решающий фактор — готовность и наличие помещения у территории.

— Значит, 25 парков — это, условно, стартовый пакет, а дальше может быть и 85?

— Сначала мы думали, что парков будет десять. Но тут стали поступать заявки от множества регионов. На самом деле их было больше 35. Но где-то объективно нет необходимых площадей, а строительство регион позволить себе не может. Эти регионы пока из проекта выбыли. В периметре проекта города от Владивостока до Санкт-Петербурга. Речь идет о столицах регионов, городах-миллионниках. Ведь проект создается для того, чтобы туда ходили школьники, студенты, взрослые люди.

— А какая площадь нужна под парк?

— 5,5 тысячи квадратных метров. Понятно, что позволить себе 30 тысяч квадратных метров, как здесь, на ВДНХ, может только Москва. Поэтому мы специально доработали нашу экспозицию так, чтобы без уменьшения контента, то есть информации на наших выставках, адаптировать ее под более сжатый вариант. Туда войдут "Романовы", "Рюриковичи" и полностью XX век.

— Это будут стандартные экспозиции? Все, что выставлено в одном тематическом парке, мы сможем увидеть и в другом?

— Это было бы слишком просто для нас. Задача поставлена более амбициозная. Ведь каждый субъект имеет свою уникальную историю, из которой, собственно, создается федеральная история. И местная история будет именно тем, что отличает тематические парки регионов друг от друга. Предполагаем, что 60-70 процентов экспозиции — это будет общая история России, а 30-40 — история территории и ее развития. Наша задача — показать, каким образом край, область развивались в общем российском контексте. Я больше скажу: мы планируем разрабатывать и другие выставки, посвященные, например, отдельным отраслям экономики, и безвозмездно отдавать их регионам, чтобы по всей стране люди могли ознакомиться с этой увлекательной информацией. То есть регионы получат полноценный многофункциональный мультимедийный центр образовательного характера.

— Мы перед началом разговора посмотрели с вами очень интересную панораму битвы под Москвой. Там и историческое оружие, и предметы быта, и военная форма, и драма конкретного боя. Но парки — не реконструкция, которую так любят подростки, а мультимедийный проект. Выходит, там будут только экраны, плакаты и голос лектора?

— Сами региональные парки оформят в мультимедийном формате. Но кроме экранов и дисплеев там будут и так называемые малые архитектурные формы, а где-то проекционная инсталляция. Почему мы сделали это именно в мультимедийном формате? Чтобы менять экспозиции. Мы понимаем, что за год-два определенное количество людей все это посмотрит, а дальше? Тут мы как раз успеем подготовить очередные экспозиции — на этой же базе, на этом же оборудовании и с минимальными затратами. Но это первое направление нашего развития... А второе — это, конечно, то, что мы видели сегодня. "Битва под Москвой" — историческая и художественная реконструкция.

— Мультимедиа — по определению это то, что можно посмотреть на любом носителе. Почему не диск? Не флешка? Не программа для гаджета и не учебный фильм для школы? Для чего реальные музеи и даже, как вы сами сказали, капитальное строительство в отдельных регионах?

— А эффект в музее совсем другой... Здесь эффект масштаба. И эффект того, как подаются события и их последовательность,— а они дают понимание процесса. Многое мы можем передать только в экспозиционном пространстве. Если мы материалы запишем на флешку, этого эффекта мы не достигнем.

— Среди инициаторов и организаторов тематических парков — Патриарший совет по культуре. Почему этим занимаются не профессиональные историки, а церковь?

— Для меня это тоже вопрос. Почему инициатором подобных выставок выступил Патриарший совет по культуре, а не некое экспертное сообщество? И все-таки уточним. Патриарший совет по культуре уделял этому проекту особое внимание, но уже на этапе "Романовых" была создана экспертная группа светских историков. Туда вошли академик Карпов — президент истфака МГУ, Юрий Александрович Петров, Сергей Владимирович Журавлев — представители Института российской истории РАН, Александр Борисович Безбородов — от РГГУ. И это люди, во-первых, светские, а во-вторых, признанные в академическом сообществе. Поэтому когда некоторые издания пишут, что выставка околоцерковная, то они просто плохо знакомы с фактами.

— Ну мы же знаем, что и в исторической среде существуют свои "партии".

— Это нормально. У нас есть положительные отзывы и академика Карпова, и Мироненко, и Пиотровского, а это люди разных исторических позиций. И все они единодушно говорят, что свою просветительскую задачу выставка выполняет ...

— Тут мы возвращаемся к началу разговора — школа с преподаванием истории не справляется... Ведь если столько народу идет на ваши выставки, это означает, что из школы они не вынесли ничего...

— Наша экспозиция не ограничивается школьным курсом, хотя многие так и пытаются представить. Там гораздо больше информации. А потом, даже очень талантливому учителю будет непросто соревноваться с историческим парком. Мы все-таки живем в век технологий, в век, когда большинство детей лучше воспринимают картинку, а не печатный знак. И когда их приводят в мультимедийную среду, они многие вещи понимают гораздо быстрее и легче.

— Значит, речь идет о разработке новых учебных технологий?

— Мы не считаем, что мультимедийность может заменить школу, книгу, учебник. Но наш парк — серьезное подспорье в изучении истории, он помогает ученикам понять вот эти причинно-следственные связи, это очень важно.

— Все выставки, которые вы перечислили,— о наших победах и достижениях. А как же быть с трагическими и болезненными страницами нашей истории?

— Наша принципиальная позиция — мы должны показать историю такой, как она была. Например, когда говорим о Сталине, мы показываем, с одной стороны, так называемый сталинский социализм и те задачи, которые декларировались, те результаты, которые были достигнуты. Отдельный большой зал мы посвятили репрессиям. Мы говорим о том, что фигура Сталина противоречива.

— С одной стороны и с другой стороны...

— Да, мы не стали брать на себя ответственность за оценку. Потому что действительно мы видим, с одной стороны, массовые репрессии, жертвы, зачастую спорные управленческие решения. Но с другой — мы видим и некое наследие. Причем мы говорим, что это наследие, созданное народом, который прошел через революцию, 1920-1930-е годы и который после голода и репрессий столкнулся с ужасной войной. Мы понимаем, что в 1941 году страна стояла на грани фактически гибели. Но все-таки наша выставка — о народе, который прошел через это все и достиг победы.

— У нас есть еще один спорный период — 90-е годы прошлого века.

— Я приглашаю всех в сентябре, когда мы будем открывать выставку о нашей истории с 1945 по 2016 год. Мы долго думали, стоит ли вообще брать близкие к нам события, участниками которых все мы фактически являемся. Решили, что сможем это сделать, если будем опираться на статистику и на некие объективные данные.

— А именно падение производства, сокращение населения...

— Да, да. А также долг страны, долги домохозяйств и прочее. Так мы увидим и всю горечь 1990-х, и то, что 1990-е принесли стране — прежде всего свободы, которых раньше не было.

— Если тематические парки будут мультимедийные, то, надо понимать, все оборудование для них — импортное. На наших патриотических парках заработают иностранные корпорации...

— Отвечу абсолютно честно. Необходимых проекторов в нашей стране не производится, поэтому, да, они будут импортные. Что касается светового и звукового оборудования и некоторого инвентаря, то это мы приобретаем у наших производителей. Что касается сенсорных киосков, то там ряд комплектующих будут иностранными, а в целом производство локализовано в Российской Федерации. Мы на эту проблему смотрим внимательно, но без ущерба для дела.

— Знаете, что заставляет задуматься? Получается, что это проект для очень недалекого человека. Для того, кто ничего не читает и ничем не интересуется. Для того, кто привык "тыкаться" в гаджет и получать информацию в пережеванном, переработанном виде. Иными словами, это для очень примитивного и неразвитого сознания.

— Наш проект изначально создавался как многоуровневый, дающий возможность погрузиться в тему. Для того посетителя, о котором вы говорите, есть информация первого уровня. Но в нашем проекте есть уровни углубления. Достаточно пройти с экскурсоводом по выставке или подойти к сенсорному киоску, который даст ответы на все вопросы. Информация структурирована так, чтобы каждый мог пойти за ней и выйти на совсем новый уровень осмысления и понимания. Да, наша экспозиция нацелена на популяризацию истории. Если наши парки будут носить элитарный характер и рассчитывать только на подготовленного посетителя, тогда вряд ли мы добьемся успеха. А ведь нас за весь период проекта посетило больше 3 млн человек.

Даже очень талантливому учителю будет непросто соревноваться с историческим парком. Мы все-таки живем в век технологий, в век, когда большинство детей лучше воспринимают картинку, а не печатный знак