Варианты наименований чайников в тувинском языке

УДК 811

ВАРИАНТЫ НАИМЕНОВАНИЙ ЧАЙНИКОВ В ТУВИНСКОМ ЯЗЫКЕ

Ооржак А.Ч.

Тувинский государственный университет, Кызыл

VARIANTS OF TEAKETTLES NAMES IN THE TUVAN LANGUAGE

Oorzhak A.Ch.

Tuvan State University, Kyzyl

В данной статье рассматриваются лексико-семантические и этимологические особенности наименований чайника в тувинском языке. В настоящее время некоторые виды чайников в повседневной жизни тувинцев не употребляются, следовательно, их наименования переходят в разряд архаизмов.

Ключевые слова: тувинский язык, наименование, чайник, семантика, монголизм, общетюркский

This article analyses the lexico-semantic and etymological features of the names of teapots in the Tuvan language. Currently, some kinds of teapots in the daily life of the Tuvans are not used, therefore, their names go into the category of archaisms.

Keywords: Tuvan language, name, tea-pot, semantics, mongolism, commonturk

Лексика материальной культуры как первооснова культуры любого народа пока ещё остается малоизученным пластом, поэтому до сих пор вызывает особый интерес у исследователей-лингвистов.

В тюркском языкознании наименования посуды и утвари специально никем не исследованы, поэтому нет монографических исследований, так как данная лексико-семантическая группа слов рассматривались как часть работ, посвященных изучению бытовой лексики того или иного народа.

За последние годы на основе словарных материалов и полевых исследований в тюркологии были написаны статьи, посвященные лингво-культурологическим, национально-культурным особенностям, а также сравнительному анализу общетюркской системы наименований кухонной утвари и посуды: Р.Р Замалетдинова и Г.Н. Хуснуллины «Лингво-культурологические особенности наименований посуды и кухонной утвари в татарском языке» (2014), Р С. Нурмухаметовой «Словообразовательные особенности кулинарной лексики татарского языка», Р.С. Нурмухаметовой и Г.Н. Хуснуллины «Национально-культурная специфика татарского чаепития: наименования посуды и блюд», Г.Н. Хуснуллины «Способы образования наименований посуды и кухонной утвари в татарском языке» (2016),

B.И. Рассадина «Общемонгольская лексика по разделу интерьер, домашняя утварь и посуда в хакасском, бурятском и калмыкском языках» (2017), В.И. Рассадина,

C.М. Трофимовой, Б. Тувшинтогс «Тюрко-монгольские параллели среди терминов материальной культуры в монгольских языках (на примере терминов одежды, жилища, домашней утвари)» (2017), Ф.Ш. Атакаевой «О некоторых наименованиях посуды и кухонной утвари в ногайском языке» (2017) и статьи А.Ч. Ооржак по наименованиям посуды и утвари в тувинском языке (2014-2017).

Целью настоящей статьи является описание и семантико-этимологический анализ наименований чайников и их разновидностей для содержания и разливания чая в тувинском языке, в том числе в его диалектах.

Чайник занимает особое место среди посуды и утвари тувинского народа. Кочевые тувинцы с далеких времен заваривают плиточный чай с молоком и солью. Чай варят в котле или в кастрюле с добавлением соли, когда закипает, добавляют молока, затем наливают в чайник. Выдающийся этнограф, историк М.Б. Кенин-Лопсан в своей книге «Традиционная культура тувинцев» отметил, что молоко, чай с молоком и арака у тувинцев до сих пор считаются священными напитками, и используются для жертвенного окропления. Рано утром хозяйка, заварив чай с молоком, наливает в пиалу - шай YcmY букв. 'чая вверх'и с помощью кухонной утвари - обрядовой ложки тос-карак 'девятиглазники' брызгает в домашний очаг, затем выходит из юрты или дома и приговаривая благопожелания брызгает в сторону восходящего солнца, тайги, горы, реки. После завершения обряда с «жертвоприношением», хозяйка наливает чай в пиалу и подает хозяину (супругу). Гостям тувинцы в первую очередь наливают чай, а особо почитаемых гостей встречают с молочным чаем и кадаком [1, с. 41].

В настоящей работе рассматриваются следующие наименования чайников в тувинском языке, которые собраны нами во время полевых экспедиций и из разных источников:

Хенек [хенэк] 'чайник' [2, с. 490], в древнетюркском языке könäk' сосуд, ведро, бурдюк' [3, с. 315]. В составе словосочетаний в номинативной функции хвнек в значении 'какой-нибуль сосуд' встречается в устной речи цаатанов-тувинцев сумона Цагаан-Нур Хубсугульского аймака Монголии: суг аар хвнек 'канистра', иви саар хвнек 'сосуд, бидончик для доения важенки', талха кылыр хвнек 'специальный тазик для замешивания теста' [4, с. 127-128].

В других тюркских языках хвнек зафиксировано в следующих фонетических вариантах: турк. кв:нек 'сосуд из кожи (употребляется вместо ведра при дойке верблюдицы' тур. квнек 'деревянное ведро', каз., ног., хак. квнек 'ведро', шор. квнек 'туес', койб., др.-уйг. квнэк кир. квнвк 'кожаное ведро (для доения кобылиц)', алт. квнвк 'ведро' уз. конак 'большой кожаный бурдюк для хранения кумыса' тат.диал. ку.нэк 'коробок или ведро из бересты', баш., баш.диал. кунэк 'ведро; кадка деревянная; железный сосуд вместительностью в один пуд' [5, с. 104-105]. Что касается значения, чаще всего передает семантику 'ведро'. В отдельных тюркских языках лексема квнек встречается со значением 'сосуд из кожи', 'бурдюк', 'туес' [5, с.105].

В монгольских языках отмечены следующие варианты: монг. (халха) и бур.хвнвг, хYнэг 'деревянное ведро, бадья; посудина; бак; подойник' [6, с. 612; 7, с. 128], в калмыцком архаизм квнг 'посуда для молочных продуктов и араки'. В тунгусо-маньчжурских языках слова с идентичной корневой основой обозначают различные виды посуды из бересты [5, с. 104].

Относительно слова к0н0к 'подойник' Л.З. Будагов сравнивал его с квн~гвн 'кожа'. В свою очередь общетюркское слово квнек считают производным от основы кв:н. Однако Дж. Клоссон к этому мнению относился с некоторым сомнением и объяснял, что квнек образовался по схеме словообразовательной модели:

'обозначение материала + аффикс с уподобительно-уменьшительным значением' ^•'вместилище из этого материала' (ср. алт. тос 'береста' ^тозок 'берестяной кузов' [5, с. 105].

В Этимологическом словаре тюркских языков отмечено, что в тюркских языках Южной Сибири, а именно в алтайском квнвк 'ведро', хакасском квнек 'ведро' и тувинском хвнек 'чайник' заимствован из монгольского языка [5, с. 105].

Дацга ~ даъцгага [таъцга] тодж. 'чайник' [7, с. 86]; 'металлический чайник, в который оленеводы разливают желтый чай с молоком' [9, с. 71].

Впервые зафиксировано З.Б. Чадамба в материалах по тоджинскому диалекту тувинского языка. В устной речи этнических тувинцев Хубсугульского аймака Монголии встречается вариант шай урар тацха в значении 'хвнек [4, с. 127].

В некоторых тюркских языках имеются следующие фонетические варианты: в киргизском дацга ~ дацган ~ дацкан 'котелок на трех ножках', а в туркменском тацка 'самодельный чугунный кумган или кувшин (для кипячения воды)', в диалектах сибирских татар тацган ~ тацкан 'большой чугунный чайник', в саларском tangun'глиняный сосуд, кувшин' [8, с. 86].

Б.И. Татаринцев лексему тацган в диалектах сибирских татар и тувинское дацга считает монголизмом. В монгольском языке имеется лексема данх(ан) 'чайник' [10, с. 31]. В свою очередь в монгольский язык оно заимствовано из китайского языка [11, с. 10].

Доцгуу [тоъцгуу] 'чайник' [12, с. 477; 8, с. 194], 'медный чайник' [2, с. 529]. В текстах тувинской литературы и фольклора чаще всего употребляется словосочетание чес доцгуу, что означает 'медный чайник'. В происхождении тувинского слова доцгуу, без сомнения, прослеживается монгольское языковое влияние. Обращение материалам монгольского языка показывает, что в идентичном значении в монгольском языке функционирует слово тунхуу 'чайник' [13, с. 248]. И Б.И. Татаринцев считает данную лексему монгольским заимствованием [8, с. 194]. Форма доцгуу 'чайник' зафиксирована в говорах ЦД - это в овюрском, улуг-хемском, дзун-хемчикском, тандинском; в усинском, а также в каа-хемском смешанном говоре [14, с. 37, 45, 63, 119, 154], а в юго-восточном диалекте - как дуцгуу [14, с. 108]. Данное слово в литературном языке имеет синоним хвнек 'чайник', который является общетюрским kбnak.

В речи тувинцев сумона Цагаан-Нур Хубсугульского аймака Монголии зафиксировано словосочетание суг хайындырар демир в значении 'электрический чайник' [2015, с. 94]

Домбу ~ домбуу [томбу:] уст.'чайник (в виде медного кувшина)' [2, с. 170; 8, с. 188], 'металлический сосуд в виде кувшина с кольцами' [12, с. 473].

В этнографических источниках указано, что домбуу - медный кувшин китайской работы для чая гостям, что его можно встретить в юртах зажиточных тувинцев [16, с. 536].

В связи с исчезновением данной посуды из повседневного обихода, в современном тувинском языке анализируемое слово носит архаичный характер. Обращение к монгольским источникам свидетельствует о том, что данная лексема

считается монголизмом: в старописьменном монгольском языке dombu' деревянная или металлическая посудина для кирпичного чая', в монгольском имеется вариант домбо(н) 'кувшин; чайник (продолговатой формы)'; в калмыцком домб 'кувшин; высокий чайник (продолговатой формы)'. В ходе этимологического анализа Б.И. Татаринцев определил, что монгольское слово добмо(н) считается заимствованием из тибетского языка [8, с. 188].

Хоо [хо:] 'чайник (продолговатый); кофейник' [2, с. 482] - металлический (медный) чайник (в виде кувшина) продолговатой формы для разогревания чая [ПМА 2015].

У рассматриваемой лексемы в монгольском языке имеется вариант хуу 'кувшин с ручкой (для чая); саа хуу чайник для разогревания чая' [7, с. 159]. Тувинское хоо относится к числу монгольских заимствований. К этому же ряду относится слово хова, бытующее (в саянском говоре) в устной речи усинских тувинцев Ермаковского района Красноярского края с семантикой 'продолговатый чайник' [17, с. 113-115]. В современном тувинском языке слово хоо входит в пассивный фонд лексики, в связи с неупотреблением реалия в быту тувинцев.

ШYYгYн [шу^] Ю-В. 'чайник' [18, с. 178]. Этимология слова шYYгYн пока неясна. В алтайском языке есть чвйгвн 'чайник' [19, с. 149; 20, с. 181].

Халыын-сава [халы:н сава] букв. 'горячая посуда'; 'термос' [18, с. 178]. Впервые зафиксировано Е.М. Куулар в ее исследованиях по юго-восточному диалекту тувинского языка. В идентичном значении зафиксировано Н.Д. Сувандии в речи Цагаан-Нурских тувинцев Хубсугульского аймака Монголии. Данное наименование как парное слово состоит из компонентов халыын 'жар' [2, с. 466] и сава 'посуда' [2, с. 359]: халыын, скорее всего, является монгольским заимствованием, см. монг. халуун '1. зной, жара; 2. жаркий, знойный, горячий' [7, с. 26]. В монгольском языке функционирует наименование халуун сав с семантикой 'термос' [7, с. 27].

В устной речи Цагаан-Нурских тувинцев кроме наименования халыын-сава употребляется синоним изиг-хап 'термос' букв. 'горячий мешок (сосуд)' [15, с. 93].

Халыын-догаа [халы:н тогаа] 'самовар' [2, с. 466]. Первый компонент халыын (см.выше). Вторым компонентом выступает монголизм догаа, ср.: монг. тогаа 'котел' [13, с. 209]. В нарынском говоре юго-восточного диалекта тувинского языка бытует фонетический вариант халуун-тогаа 'термос' [18, с. 178].

Шай соовас [шай со:вас] букв. 'чай не остывает' с семантикой 'термос'. [18, с. 178]. Приводимое наименование термоса отмечено в юго-восточном диалекте тувинского языка: шай 'чай', китаизм, и глагол в отрицательной форме соовас 'не остывает'. Вероятно, жители сами дали соответствующее наименование, мотивируя предназначение сосуды. В словарях тувинского языка оно не зафиксировано.

Таким образом, анализируемый материал показывает, что многие наименования чайников относятся к монголизмам, что свидетельствует тесную связь с соседними народами. Кроме того, в диалектах выявлены наименования, образованные методом кальки (халыын-сава, халыын-догаа). К сожалению, некоторые виды чайников в настоящее время не используются в повседневной жизни тувинцев, поэтому эти наименования ушли в пассивный фонд лексики тувинского языка.

Библиографический список

1. Кенин-Лопсан М. Б. Традиционная культура тувинцев. Кызыл: Тув. кн. изд-во, 2006. 232 с.

2. Тувинско-русский словарь / Под ред. Э.Р. Тенишева. М.: Сов.энциклопедия,1968. С. 648.

3. Древнетюркский словарь / ред. В. М. Наделяев и др. Л.: Наука, 1969. 676 с.

4. Куулар Е.М. Особенности речи цаатанов Хубсугульского аймака Монголии // Филологические науки. Вопросы теории и практики. Тамбов: Грамота, 2015. № 3 (45): в 3-х ч. Ч. I. С. 127-130.

5. Этимологический словарь тюркских языков: Общетюрские и межтюрские основы на буквы "К", "К" - М., 1997. 368 с.

6. Бурят-монгольско-русский словарь / сост. К.М. Черемисов. М.: ГИИНС, 1951. 852с.

7. Большой академический монгольско-русский словарь. В 4-х т. Отв. ред. Г.Ц. Пюрбеев. М.: Academia, 2002. Т. IV. Х - Я. 497 с.

8. Татаринцев Б.И. Этимологический словарь тувинского языка. Новосибирск: Наука, 2002. Т.2. Д - Й. 388 с.

9. Куулар Е. М., Сувандии, Н. Д. Тыва дылда иви ажыл-агыйынын лексиказы (Лексика оленеводства в тувинском языке). Кызыл: РИО ТувГУ, 2014. 128 с.

10. Большой академический монгольско-русский словарь. В 4-х т. Отв. ред. Г.Ц. Пюрбеев. М.: Academia, 2001. Т. II. Д - О. 507 с.

11. Дамдинова Б.В. Китайские заимствования в монгольских языках (На материале современного монгольского и бурятского литературного языков): автореф. дисс. канд.филол. наук. Улан-Удэ, 2007.

12. Толковый словарь тувинского языка / под ред. Д. А. Монгуша. Новосибирск: Наука, 2003. Т. I: А - Й. 599 с.

13. Большой академический монгольско-русский словарь. В 4-х т. Отв. ред. Г.Ц. Пюрбеев. Москва: Academia, 2001. Т. III . 0 - Ф. 438 с.

14. Сат Ш.Ч., Куулар, Е.М. Тыва диалектология. Переизд. с доп-ми. Кызыл: РИО ТувГУ, 2013. 229 с.

15. Сувандии Н.Д. Лексемы, отражающие национально-бытовые особенности жителей сумона Цагаан-нур Монголии // Сборник материалов международной научно-практической конференции, посвященной 20-летнему юбилею Тувинского государственного университета. Кызыл: РИО ТувГУ, 2015. С. 93-94.

16. Грумм-Гржимайло Г.Е. Западная Монголия и Урянхайский край // Урянхай. Тыва дептер / Сост. С.К. Шойгу. В 7 тт.Т.2. М., 2007. 662с.

17. Куулар Е.М., Сувандии Н.Д. Языковая картина мира Усинских тувинцев: этнолингвистический аспект // Филологические науки. Вопросы теории и практики. Тамбов: Грамота, 2016. № 11(65): в 3-х ч. Ч. 2. С. 113-115.

18. Куулар Е.М. Юго-восточный диалект тувинского языка. Кызыл, РИО ТувГУ, 2012. 213с.

19. Балакина О.Н., Дедеева В.С. Алтайско-русский словарь. Горно-Алайск: РОО «Лепта», 2015. 168с.

20. Баскаков Н.А., Тощакова Т.М. Ойротско-русский словарь / под общ.ред. Н.А. Баскакова. М.: ОГИЗ, 1947. 312с.

Bibliograficheskij spisok

1. Kenin-Lopsan M.B. Tradicionnaya kultura tuvincev. Kyzyl: Tuv. kn. izd-vo, 2006. 232s.

2. Tuvinsko-russkiy slovar / Pod red. E.R. Tenisheva. M.: Sov. enciklopediya,1968. S. 648.

3. Drevnetyurkskiy slovar / red. V. M. Nadelyaev i dr. L.: Nauka, 1969. 676 s.

4. Kuular E.M. Osobennosti rechi czaatanov Khubsugulskogo aymaka Mongolii // Filologicheskie nauki. Voprosy teorii i praktiki. Tambov: Gramota, 2015. № 3 (45): v 3-kh ch. Ch. I. S. 127-130.

5. Etimologicheskiy slovar tyurkskikh yazykov: Obschetyurskie i mezhtyurskie osnovy na bukvy "K", "K" - M., 1997. 368 s.

6. Buryat-mongolsko-russkiy slovar / sost. K.M. Cheremisov. M.: GIINS, 1951. 852s.

7. Bolshoy akademicheskiy mongolsko-russkiy slovar. V 4-kh t. Otv. red. G.Cz. Pyurbeev. M.: Academia, 2002. T. IV. Kh - Ya. 497 s.

8. Tatarincev B.I. Etimologicheskiy slovar tuvinskogo yazyka. Novosibirsk: Nauka, 2002. T.2. D - Y. 388 s.

9. Kuula, E. M., Suvandii N. D. Tyva dylda ivi azhyl-agyyynyn leksikazy (Leksika olenevodstva v tuvinskom yazyke). Kyzyl: RIO TuvGU, 2014. 128 s.

10. Bolshoy akademicheskiy mongolsko-russkiy slovar. V 4-kh t. Otv. red. G.Cz. Pyurbeev. Moskva: Academia, 2001. T. II. D - O. 507 s.

11. Damdinova B.V. Kitayskie zaimstvovaniya v mongolskikh yazykakh (Na materiale sovremennogo mongolskogo i buryatskogo literaturnogo yazykov): aftoref. diss. kand.filol. nauk. Ulan-Ude, 2007.

12. Tolkovyy slovar tuvinskogo yazyka / pod red. D. A. Mongusha. Novosibirsk: Nauka, 2003. - T. I: A - Y. 599 s.

13. Bolshoy akademicheskiy mongolsko-russkiy slovar. V 4-kh t. Otv. red. G.Cz. Pyurbeev. M.: Academia, 2001. T. III .0 - F. 438 s.

14. Sat Sh.Ch., Kuular E.M. Tyva dialektologiya. Pereizd. s dop-mi. Kyzyl: RIO TuvGU, 2013. 229 s.

15. Suvandii N.D. Leksemy, otrazhayuschie nacionalno-bytovye osobennosti zhiteley sumona Czagaan-nur Mongolii // Sbornik materialov mezhdunarodnoy nauchno-prakticheskoy konferencii, posvyaschennoy 20-letnemu yubileyu Tuvinskogo gosudarstvennogo universiteta. Kyzyl: RIO TuvGU, 2015. S. 93-94.

16. Grumm-Grzhimaylo G.E. Zapadnaya Mongoliya i Uryankhayskiy kray // Uryankhay. Tyva depter / Sost. S.K. Shoygu. V 7 tt.T.2. M., 2007. 662s.

17. Kuular E.M., Suvandii N.D. Yazykovaya kartina mira Usinskikh tuvincev: etnolingvisticheskiy aspekt // Filologicheskie nauki. Voprosy teorii i praktiki. Tambov: Gramota, 2016. № 11(65): v 3-kh ch. Ch. 2. S. 113-115.

18. Kuular E.M. Yugo-vostochnyy dialekt tuvinskogo yazyka. Kyzyl, RIO TuvGU, 2012. 213s.

19. Balakina O.N., Dedeeva V.S. Altaysko-russkiy slovar. Gorno-Alaysk: ROO «Lepta», 2015. 168s.

20. Baskakov N.A., Toschakova T.M. Oyrotsko-russkiy slovar / pod obsch. red. N.A. Baskakova. M.: OGIZ, 1947. 312s.

Ооржак Аида Чайлаг-ооловна - аспирант кафедры тувинской филологии и общего языкознания Тувинского государственного университета, г. Кызыл, E-mail: oorzhak.aa@yandex.ru

Oorzhak Aida Chailag-oolovna - postgraduate student of the Department of Tuvan philology and General linguistics, Tuvan State University, Kyzyl, E-mail: oorzhak.aa@yandex.ru