Придут честолюбивые дублеры

Предполагаемое вхождение СПС в новую либеральную партию — далеко не единственный объединительный партийный проект последнего времени. Как полагает обозреватель "Власти" Дмитрий Камышев, эти процессы свидетельствуют о том, что Кремль решил отказаться от двух- или трехпартийной системы в пользу совсем другой модели.

Начало нового политического сезона ознаменовалось целым рядом объединительных партийных проектов. 12 сентября было объявлено о предстоящем вливании Аграрной партии России (АПР) в "Единую Россию". Путь аграриев в лоно Кремля оказался весьма извилистым: в 1990-е годы они были ближайшими союзниками КПРФ, а в 1999-м вступили в коалицию с антикремлевским блоком "Отечество — Вся Россия". Нынешний альянс единороссы назвали "объединением на равных", пообещав не только включить аграриев в свои руководящие органы, но и создать в центральном исполкоме специальное управление по аграрным вопросам. Но юридически слияние, как и в случае с Российской объединенной промышленной партией в октябре 2006 года, будет осуществлено путем самороспуска АПР на съезде 10 октября и вступления ее членов в "Единую Россию" на индивидуальной основе.

Ту же схему выбрала и Партия социальной справедливости во главе с бывшим депутатом Госдумы от КПРФ Алексеем Подберезкиным. 25 сентября в Сочи она провела свой ликвидационный съезд, на котором теперь уже бывшим партийцам было предложено вступить в "Справедливую Россию". А 30 сентября лидер справороссов Сергей Миронов в ходе поездки на Сахалин заявил, что рано или поздно в его партию "совершенно точно" вольется и российская экологическая партия "Зеленые".

Наконец, 26 сентября стало известно о грядущем создании одной новой либеральной партии вместо трех старых (подробнее см. стр. 14). Стало быть, учитывая уже состоявшееся в начале сентября исключение из партийного госреестра Партии возрождения России, вместо 15 партий, существовавших в стране на момент последних выборов в Госдуму, к концу 2008 года останется лишь 10: 4 представленных в Думе ("Единая Россия", КПРФ, ЛДПР и "Справедливая Россия") и 6 непарламентских — "Яблоко", новые либералы, "Патриоты России" Геннадия Семигина, "Народный союз" Сергея Бабурина, Партия мира и единства Сажи Умалатовой и "Зеленые".

Впрочем, последних можно и не считать, поскольку их вливание в ряды справороссов, судя по всему,— дело почти решенное. Да и получившуюся в результате "девятку" тоже стоит воспринимать лишь как промежуточный результат. Ведь партиям Бабурина и Умалатовой, лишь эпизодически участвующим в выборных кампаниях, грозит ликвидация за нарушение закона о партиях, устанавливающего для партийцев "кандидатский минимум" (участие в выборах Госдумы, президента, депутатов региональных парламентов не менее чем в 20% субъектов РФ или муниципальных депутатов более чем в половине регионов). Разница лишь в том, что в этом случае всегда поддерживавшие Владимира Путина умалатовцы, скорее всего, вольются в "Единую Россию", а симпатизирующие коммунистам бабуринцы — в КПРФ.

Единственной из малых партий, которая еще вроде бы имеет шансы удержаться на плаву, являются "Патриоты России", выдвинувшие в ходе осенних региональных выборов свои списки в трех из пяти субъектов РФ (правда, регистрацию они получили лишь в Чечне). Если же семигинцам тоже придется задуматься об объединении, то им, как и "Зеленым", прямая дорога в партию Миронова, поскольку коммунисты Семигину попытку раскола КПРФ в 2004 году вряд ли когда-нибудь простят. Хотя ни Семигин, ни Миронов о возможности объединения до сих пор не говорили.

Таким образом, к думским выборам 2011 года число партий может сократиться более чем в два раза — с прежних 15 до 6-7. При этом есть все основания полагать, что изменится не только их количество, но и качество партийной системы в целом.

Напомним, что в первой половине президентства Путина кремлевские политтехнологи считали наиболее оптимальной для России двухпартийную модель, предполагающую главенство правоцентристской и левоцентристской партий. Именно ее имел в виду нынешний первый заместитель главы администрации президента Владислав Сурков, когда призывал Партию жизни (влившуюся позднее в "Справедливую Россию") стать "левой ногой власти".

Однако недавние выборы в Госдуму и региональные кампании 2008 года показали, что до "второй ноги" справороссы еще явно не доросли. Ведь на думских выборах они еле-еле преодолели семипроцентный барьер, заметно уступив и КПРФ, и ЛДПР, а в региональных кампаниях занимали в лучшем случае третьи места вслед за теми же коммунистами или жириновцами. Соответственно, под вопросом оказалось и недружественное поглощение справороссами КПРФ, без которого о полноценной двухпартийной системе говорить не приходится.

Попытка Кремля переориентироваться на трехпартийную модель (левые — центристы — правые) тоже не удалась: рейтинги двух "правых" проектов (Демократической партии России и "Гражданской силы"), несмотря на активное мелькание их лидеров на телеэкране, так и не вышли за пределы статистической погрешности. Вместо них теперь запущен третий проект — с "приручением" Союза правых сил, у которого куда больше шансов превратиться в партию, реально выражающую интересы либерально настроенной части российского общества.

Но создание прокремлевской демократической партии неизбежно изменит и всю структуру партийной системы, которая теперь будет выглядеть несколько сложнее, чем классическая двух- или трехпартийная модель. Ведь, как показали последние региональные выборы, так называемая парламентская льгота (право представленных в Госдуме партий выдвигать своих кандидатов на выборах всех уровней без сбора подписей и внесения залога) дает думским партиям огромную фору, ликвидировать которую непарламентским организациям крайне сложно. А в случае весьма вероятной отмены избирательного залога (с этой инициативой в конце сентября выступил парламент Пермского края, уже получивший горячую поддержку со стороны думских единороссов) пробиться через сито избирательных комиссий, регулярно отсеивающих партии и отдельных кандидатов из-за чрезмерного брака в их подписных листах, "несистемным" партиям станет практически невозможно.

В результате в России может сложиться принципиально новая партийная система, напоминающая деление игроков в командных видах спорта на основной состав и скамейку запасных. С одной стороны, четыре парламентские партии могут считаться "основными игроками", на которых в первую очередь рассчитывают кремлевские тренеры в текущих политических баталиях. С другой, любой игрок основы, не оправдавший доверия тренеров, с легкостью может быть заменен кем-то из запасных, демонстрирующих неплохие показатели в соревновании дублеров, то есть на региональных и муниципальных выборах. К тому же сам факт наличия конкурентов среди запасных будет стимулировать основной состав работать как можно лучше, аккуратно выполняя все тренерские установки.

Конечно, никаких гарантий перехода в основу для нынешних запасников вообще и новых либералов в частности эта система не дает. Но дублеры по крайней мере всегда могут надеяться на то, что в случае смены игровой модели те же защитники либеральных свобод могут вдруг оказаться гораздо более востребованными, чем, скажем, крайне популярные ныне нападающие на западные демократические принципы.