Национальный компонент в структуре диалогического общения

© Л.Г. Фомиченко, Е.А. Ускова, 2009

УДК 811.111 ББК 81.2Англ-5

НАЦИОНАЛЬНЫЙ КОМПОНЕНТ В СТРУКТУРЕ ДИАЛОГИЧЕСКОГО ОБЩЕНИЯ

Л.Г. Фомиченко, Е.А. Ускова

Данная статья посвящена изучению роли национального лингвокультурного компонента в структуре диалогического общения в рамках межкультурного общения. В работе освещаются позитивный и негативный виды вежливости, свойственные различным этническим группам; анализируются вербальные формы, идентифицирующие данные группы в пределах коммуникативной компетенции.

Ключевые слова: национальный компонент, диалог, коммуникация, культура, негативная вежливость, позитивная вежливость, языковая картина мира, международное общение, вербальное поведение.

Современная лингводидактика рассматривает в качестве основной цели обучения формирование коммуникативной компетенции с обязательным усвоением необходимых знаний в области лингвокультурологии, для обеспечения успешного общения на иностранном языке. В процессе освоения иностранного языка не подвергается сомнению постулат, свидетельствующий об изучении как языка (в качестве определенной суммы лингвистических знаний), так и культуры изучаемого языка, потому что на основе триады - язык, культура и человеческая личность - существует возможность увидеть материальную и духовную самобытность этноса. При этом термин «культура» имеет многозначное толкование в научной литературе, но, однако, также подразумевает освоение всех свойственных определенному народу способов жизни и деятельности в мире, отношения между людьми (обычаи, ритуалы, особенности общения и т. д.) и способы видения, понимания и преобразования мира.

Как известно, при изучении иностранного языка в процессе вхождения в инокультуру (что происходит в основном через язык, так

как язык всегда оставался наиболее яркой характеристикой любого этноса, а отсюда -познания нравов любого сообщества целесообразнее изучать через национальный язык) у изучающего формируются культурные поведенческие стереотипы, психические установки и ценности. Чем быстрее человек «вживается» в контекст иностранной культуры, тем легче происходит его ориентация в различных ситуациях общения, с другой стороны, иностранный язык легче усваивается.

Ментальные структуры восприятия и познания мира, пропущенные через призму культуры изучаемого иностранного языка, взаимодействуя с языковыми структурами данного языка, создают предпосылки для успешного диалогического общения в процессе меж-культурной коммуникации. Владея знаниями лингвистического и энциклопедического характера [культура как искусственная среда, созданная специфической человеческой деятельностью, является составной частью энциклопедических (фоновых) знаний], человек постигает стратегии и тактики коммуникативной компетенции в межкультурном общении, адекватно вербализуя свои мысли и, тем самым, экстраполируя свое влияние на партнера по коммуникации. В данном случае желательно проиллюстрировать названный тезис примером, уже ставшим хрестоматийным. Речь пойдет о «культурном барьере», возникающем даже при условии соблюдения всех

языковых норм. Английского дирижера пригласили руководить немецким оркестром. Работа не ладилась. Дирижер думал, что помехи кроются в незнании немецкого языка. Он начал изучать немецкий язык и первое, о чем он попросил учителя по немецкому языку, перевести ему фразу «Послушайте, мне кажется, было бы лучше, если бы мы играли так». Учитель задумался, потом сказал, что данную фразу лучше передать следующим образом: «Надо играть так».

Как видно из примера, культурный барьер связан как с различиями в нормах речевого поведения, так и с неадекватными фоновыми знаниями и т. д. Совершенно очевидно, что при изучении иностранного языка существует дихотомия: с одной стороны, необходимо привлекать данные языка для того, чтобы узнать нечто о культуре, с другой стороны, необходимо обращаться к культурным реалиям, чтобы понять факты языка.

Как отмечалось выше, важным компонентом национальной культуры являются аспекты поведения ее носителей - ритуалы, этикет, реакции на различные ситуации и т. д. Согласно историческим источникам англосаксы были очень искушенными в мастерстве устного общения. Т.А. Ивушкина и Е.В. Власова в своем исследовании [2, с. 15] отмечают, что англосаксы любили выражать свои мысли тонко, оригинально и даже двусмысленно, высоко ценили недосказанность. Эти склонности свидетельствовали о таких чертах характера, как определенная хитрость и изворотливость.

Ученые, исследующие национальную самобытность англичан (В.В. Овчинников, Т.В. Ларина, А. Хюблер, Э. Гоффман и др.) [5; 7; 10; 11], подчеркивают, что в английской среде сдержанность в поведении и суждениях проявляется в знак уважения к собеседнику. Англичане избегают категоричных утверждений и отрицаний с помощью различного рода вставных оборотов типа «мне кажется», «я думаю», «весьма» и др.

Одной из важнейших черт речи англичан является отсутствие категоричности, которая выступает как категория коммуникативной компетенции, то есть принятый в социальной группе код общения.

Такое вербальное поведение английского общества воспринимается русскими с

большим раздражением, так как россияне привыкли выражать свои эмоции просто и ясно, как того требуют обстоятельства.

Естественно, что при данном положении вещей в межкультурном общении русских с англичанами необходимо искать культурноязыковой компромисс, если обе стороны заинтересованы в достижении желаемого успеха в процессе коммуникации.

Итак, попробуем разобраться в некоторых тонкостях национального характера двух этносов - британского и русского, проявляющихся в процессе диалогического общения, что, как представляется, в дальнейшем поможет устранить межкультурный барьер в случае его возникновения.

Обычно, когда предпринимаются попытки оценить или охарактеризовать конкретного человека, говорят о его характере. Напомним, что само слово восходит к греческому charakter и обозначает печать.

Имея психологическую основу, термин характер означает совокупность индивидуальных психических свойств, складывающихся в деятельности и проявляющихся в типичных для данного человека способах деятельности и формах поведения [8, с. 1149].

Как видно из определения, главная особенность характера как психического феномена состоит в том, что характер всегда проявляется в деятельности, в отношении человека к окружающей его действительности и людям.

Известно также, что формирование характера происходит в различных по своим особенностям и уровням развития группах. Такой, к примеру, минимальной группой выступает семья, а максимальной - страна со всеми ее культурными и национальными особенностями. В зависимости от того, какие ценности поддерживает и культивирует данная национальная общность, у человека развиваются соответствующие существенные и устойчивые черты характера, которые, как отмечалось выше, определяют его поведение в типичных обстоятельствах жизни.

Психолог А.Г. Маклаков [6, с. 567] справедливо отмечает, что все типологии человеческих характеров, как правило, исходят из ряда общих идей.

Так, первая из них свидетельствует о том, что характер человека формируется от-

носительно рано и на протяжении всей жизни проявляется как более или менее устойчивое образование.

Далее автор отмечает неслучайный характер личностных черт человека.

И, наконец, ученый акцентирует внимание на том, что большая часть людей в соответствии со своими основными чертами характера может быть разделена на типовые группы.

К таким группам можно отнести народы, обладающие типичными для своей нации чертами, проявляющимися в поведении данной культурной общности в различных жизненных ситуациях. Живое речевое общение является наиболее ярким свидетельством проявления национального в характере той или иной лингвокультурной общности.

Проблема диалогического взаимодействия культур, как правило, возникает в связи с несовпадением устойчивых норм речевого поведения партнеров по коммуникации.

Так, желание достигнуть взаимопонимания на международном уровне общения привело к появлению огромного количества научных трудов, работ-путеводителей в ситуации взаимодействия культур. Среди них популярными являются издания по деловому этикету, сетикету (основные правила поведения в сети Интернет), психологии, социологии, лингвистике, психолингвистике, социолингвистике, этнолингвистике, теории перевода и многие другие. Однако проблема несовпадения норм и правил диалогического речевого взаимодействия представителей различных культур является наиболее уязвимой.

В основе любого международного диалогического общения, целью которого является успех коммуникации, лежит принцип вежливости, при соблюдении которого возможно говорить о гармоничном речевом взаимодействии. По мнению Т.Н. Колокольцевой [4, с. 161], гармоничный диалог предполагает наличие целого ряда компонентов, таких как согласованность стратегий и тактик собеседников, взаимоприемлемый для участников коммуникации тон общения, адекватность вербального и невербального воплощения прагматических установок коммуникантов, достижение минимального взаимопонимания и согласия сторон.

Таким образом, наличие всех основных компонентов требует от участников диалога обоюдных кооперативных усилий, то есть коммуникативного партнерства. Для осуществления такого речевого взаимодействия недостаточно только опираться на основные принципы коммуникативного поведения в процессе диалогического общения. Прежде всего необходимо определить характер самой языковой личности, его «лицо» с учетом его национальных особенностей. Теория вежливости, представленная в работе П. Брауна и С. Левинсона [9, с. 58], в общих чертах отвечает на поставленную задачу. Авторы теории выделяют два типа лица -«негативное» и «позитивное».

Первый тип ведет себя обособленно от других членов группы, не желая тратить силы и время на коммуникативное сближение по причине угрозы, нависающей над его личной свободой. «Негативная» вежливость, характерная для сохраняющей дистанцию языковой личности, сопротивляется навязыванию чужого мнения и интересов, не позволяя ни себе, ни партнеру по коммуникации резко и прямо выражать свои мнения, тем более переступать границы дозволенного этикетными формами общения.

Так, подчеркивание собственного достоинства англичан во многом кроется в сохранении и поддержании так называемого «негативного лица» и, как следствие, негативной вежливости. Подобные ограничения приводят к строгому выбору тем для разговора.

По справедливому мнению Л.А. Городецкой [1, с. 51], «запрещенные» для английской непринужденной беседы (small talk) темы способны выявить расхождения во взглядах, социальном и материальном положении людей, уровне их образования.

Следовательно, забота о своем «негативном лице» и поддержание его в глазах других - это нежелание привести в замешательство партнеров по коммуникации или поставить их в неловкое положение бестактным замечанием, грубой шуткой, невольной критикой, неуместным смехом, публичным выговором. Такого рода поведение не просто не позволительно по причине отсутствия соблюдения приличия, но и несет угрозу вторжения в частную жизнь (private life) англичан.

Поведение исторически играет важную роль в жизни любого народа, особенно жителей туманного Альбиона. Возможно, именно поэтому бихевиоризм как направление о поведении в психологии, зародившееся в первой половине ХХ в., автором которого является американец Дж. Уотсон, был одобрен англичанами. Основной идеей учения стало утверждение о том, что поведение очень значимо, а сознание полностью отрицается и не нуждается в изучении.

Таким образом, забота о своем внешнем имидже привела к тому, что англичан принято считать наблюдательными и довольно тонкими психологами. В подтверждение сказанному служит пример проявления английской вежливости и такта в разговорном диалоге между соседями.

A: Do you think you could possibly water my house-plants for me? I’m away on business for two weeks.

B: No problem. I’ll be glad to. I’ll keep an eye on your whole flat if you like.

А: That would be great.

B: Don’t worry, I know how house-proud you are. I’ll make sure everything stays clean and tidy.

A: I’ll do the same for you any time, you know.

B: Thanks [12, с. 128].

Использование таких вежливых конструкций как Do you think, наличие модальных глаголов could, would для выражения просьбы представляет собой вежливое средство побуждения собеседника к согласию откликнуться на такой призыв, оставляя свободу выбора за собеседником. Отсутствие давления со стороны адресанта, как правило, приводит к положительной реакции адресата на выполнение просьбы. Диалог изобилует почтительными формами обращения - Do you think you could possibly..., подчеркнуто вежливой ответной реакцией - No problem. I’ll be glad to..., Don’t worry, I know how house-proud you are, маркерами благодарности - That would be great, Thanks. При обращении с просьбой соседка - инициатор разговора - не требует от своего собеседника многого, считая неприличным обременение просьбой присмотреть за всей квартирой, а только лишь за комнатными растениями. Адресат сам проявляет инициативу, что, безусловно, в полной мере соответствует ожиданиям адресанта.

В подобной ситуации, но уже между русскими соседками трудно было бы встретить такое подчеркнуто вежливое, детализированное общение. Обычно в России просят посмотреть за всей квартирой таким образом, что это подразумевает не только полив растений, корм рыбок или хомяков, выгул домашних животных, забор почты, но и периодическое посматривание в глазок с целью буквальной охраны самого жилища. Отношения между русскими соседями, как правило, являются дружескими и не требуют использования особых форм вежливости. Поэтому английская деликатная манера общения была бы просто неуместной и непонятной для представителя русской лингвокультуры.

Несмотря на то что разговор является более чем неофициальным, использование подобного выражения вежливого взаимного обращения в диалогической речи англичан свидетельствует о высокой степени официальности обращений собеседников, даже по такому, казалось бы, в русском понимании, ничтожному поводу.

Представляется обоснованной позиция В.И. Карасика о том, что вежливость являет собой не только признак цивилизованности человека, но и показатель официальности отношений, отношений на социальной дистанции, которые требуют «формального соблюдения приличий и сдержанности» [3, с. 81].

Итак, легкость в выборе темы, речевые тактики и стратегии, направленные на отсутствие категоричных высказываний, наличие огромного числа форм вежливой модальности, эмоциональная сдержанность являются характерной чертой вербального поведения англичан.

Однако стремление сохранить свое лицо не всегда увенчивается успехом в межнациональном общении, поскольку расхождение хотя бы по признаку «позитивного и негативного лица» народов становится весомой причиной коммуникативных неудач речевого диалогового общения.

Для второго «позитивного» типа лица характерным является стремление к вливанию в коллектив, желание быть признанным и принятым общественной группой независимо от затраченных на это временных, душевных и эмоциональных сил. Позитивная вежливость,

исходящая от позитивного лица, находит свое выражение в социальной близости людей, начиная от партийной, заканчивая женской или мужской солидарностью, в соучастии в радости и горе, в готовности прийти на помощь, дать совет, то есть предполагает активное вмешательство в жизнь любого, зачастую незнакомого человека. Такое взаимодействие не просто допускает, но и предполагает подобное обратное действие по отношению к самому лицу.

Положительный тип лица поддерживает и хранит Россия. Несмотря на наличие целого ряда «нежелательных» тем для разговора в русской лингвокультуре, представители данного народа с легкостью пренебрегают подобными правилами, потому что в реальной жизни они практически не работают и, по всей вероятности, не заменят возможности «отвести душу» в «разговоре по душам» на «душещипательные» темы.

Так, вполне традиционными и излюбленными темами для диалогового общения в быту россиян становятся политическая и экономическая ситуация в регионе, стране или мире, рост преступности, безработица, профессиональные и религиозные диспуты, этническая ситуация, здоровье, обсуждение жизни родственников, знакомых, коллег по работе, олигархов и многое другое. Некоторые из этих малоприятных, но насущных и значимых для россиян тем являются шокирующими для англичан. Попытка уйти от подобной темы и не высказать открыто свое мнение рассматривается представителями «позитивного лица» как неискренность, недоброжелательность, скрытность и даже обман. По понятным причинам обмен любезностями изначально являет собой отрицательный момент общения, поскольку лишает русское разговорное диалоговое общение остроты, возможности жарких споров и горячих обсуждений.

Подобное коммуникативное взаимодействие происходит в любое время суток, в любом месте, независимо от того, знакомы ли собеседники на протяжении долгих лет жизни или только несколько секунд. Несмотря на то что соотношение «негативного» и «позитивного лица» в России постепенно меняет тенденцию к первому в основном среди молодого поколения россиян, тем не менее практи-

чески невозможно представить себе, чтобы между россиянами прекратился обмен подробной информацией о себе и о своих взглядах на жизнь в общественных местах.

Итак, различные типы лица - негативное и позитивное - влекут за собой диаметрально противоположное вербальное и невербальное поведение, что, несомненно, определяет выбор темы, характер ее протекания, наличие или отсутствие в речи лексико-грамматических, синтаксических и интонационных средств выражения вежливости в устном диалогическом общении.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

1. Городецкая, Л. А. Культурно обусловленные ритуалы общения: обязательность соблюдения и возможность нарушения / Л. А. Городецкая // Вестник МГУ Сер. 19. - 2001. - Вып. 2. - С. 49-58.

2. Ивушкина, Т. А. Недооценка и переоценка в речи современного англичанина: социолингвистический аспект : монография / Т. А. Ивушкина, Е. В. Власова. - Волгоград : Перемена, 2005. - 148 с.

3. Карасик, В. И. Язык социального статуса / В. И. Карасик - М. : ИТДГК «Гнозис», 1992. - 333 с.

4. Колокольцева, Т. Н. Специфические коммуникативные единицы диалогической речи / Т. Н. Ко-локольцева. - Волгоград : ВолГУ, 2001. - 255 с.

5. Ларина, Т. В. Категория вежливости в английской и русской коммуникативных культурах : монография / Т. В. Ларина. - М. : Изд-во РУДН, 2003. - 315 с.

6. Маклаков, А. Г. Общая психология / А. Г. Маклаков. - СПб. : Питер, 2001. - 592 с.

7. Овчинников, В. В. Корни дуба. Впечатления и размышления об Англии и англичанах / В. В. Овчинников. - М. : Мысль, 1980. - 300 с.

8. Ушаков, Д. Н. Большой толковый словарь современного русского языка / Д. Н. Ушаков. -Можайск : Буколика, 2007. - 1247 с.

9. Brown, P. Universals in Language Usage: Politeness Phenomena / P. Brown, S. Levinson // Questions and Politeness: Strategies in Social Interaction Ed. E.N. Goody. - Cambridge : University Press, 1978. - 324 р.

10. Goffman, E. Relations in Public / E. Goffman. -N. Y : Harper & Row, 1971. - 280 p.

11. Hubler, A. Understatement and hedges in English / A. Hulder. - Amsterdam : Benjamins, 1983. -192 p.

12. Soars, Liz & John. New Headway. English Course / Liz & John Soars // Upper-Intermediate Student’s Book. - Oxford University Press, 1998. - 143 р.

NATIONAL COMPONENT IN THE STRUCTURE OF BILATERAL COMMUNICATION

L.G. Fomichenko, E.A. Uskova

The article is devoted to the investigation of the national linguocultural component role in the bilateral communication structure in the frame of cross-cultural communication. Positive and negative types of politeness which characterize different ethnic groups are in the focus of the researchers’ scientific attention; verbal units which identify these groups in the sphere of communication competence are analyzed.

Key words: national component, dialogue, communication, culture, negative politeness, positive politeness, verbal world picture, cross-cultural communication, verbal behaviour.