Административное устройство и хозяйственная деятельность ламаистских дацанов в Восточной Сибири в середине XIX начале ХХ вв. В соответствии с «Положением о Буддистах Восточной Сибири» 1853 г

Г----

5

Отечественная история

Л.Н. Крайнова

Административное устройство и хозяйственная деятельность ламаистских дацанов в Восточной Сибири в середине XIX - начале ХХ вв. в соответствии с «Положением о Буддистах Восточной Сибири» 1853 г.

На основании документа «Положение о Буддистах Восточной Сибири» 1853 г. объясняется порядок управления ламаистскими дацанами на данной территории в XIX - начале XX вв. «Положение» 1853 г. регламентировало количество, порядок выбора и назначения ламаистских священников на должности, их подчинение светской власти. Также были введены жесткие ограничения и правила постройки дацанов и ведения их хозяйственной деятельности.

Ключевые слова: «Положение о Буддистах Восточной Сибири» 1853 г., Буддийское духовенство, Бандидо Хамбо, Ширетуи, гелуны, гелуцы, дацаны, сумэ, хозяйство дацана, староста дацана.

Значительное влияние на жизнь бурят Иркутской губернии и Забайкальского края в ХУ11-Х1Х в. оказывала ламаистская церковь. Дацаны являлись центром религиозной, культурной и экономической жизни для местного населения. Что же представлял собой в XIX в. ламаизм как административно-социальная структура Восточной Сибири?

Об иерархическом и хозяйственном устройстве ламаистских дацанов рассказывает документ «Положение о Буддистах Восточной Сибири», регламентирующее основные сферы жизни ламаистского духовенства и хозяйственно-административной жизни дацанов. Данный правительственный документ был составлен в 1853 г. «на основе проекта,

Отечественная история

разработанного генерал-губернатором Восточной Сибири Н.Н. Муравьевым, и данных, представленных рядом правительственных чиновников. Основная задача «Положения о буддистах Восточной Сибири» - «отрегулировать взаимоотношения центральной и местной власти с бурятским ламаистским духовенством» [1]. Кроме того, данным документом «положены преграды у бурят к беспорядкам», которые имели место быть «между духовенством сего народа». Еще одной причиной ведения в действие данного Положения явилось «чрезмерное размножение числа духовных от безнужного поступления в сие звание мирян, в явный ущерб материальному и нравственному благосостоянию большей массы населения, побудило Правительство принять меры к возможному уменьшению числа... духовенства» [3, л. 1]. Впоследствии, в 1905 г., документ был пересмотрен и изменен в нескольких пунктах, которые касались судебных вопросов внутреннего характера. Важность этого документа для Восточной Сибири объясняется тем, что до революции эта территория являлась центром распространения буддизма в России. Поэтому именно здесь был составлен документ, который должен был регламентировать религиозную деятельность ламаистского духовенства, авторитет которого был очень высок среди местного населения, и не считаться с этим авторитетом царское правительство не могло.

Положение 1853 г. утвердило 34 дацана и 285 штатных лам при них, 2 должности - Хамбо-лама и ширетуй (настоятель монастыря) [1].

В соответствии с данным Положением все духовенство Восточной Сибири делилось на шесть степеней. Во главе верующих буддистов стоял Бандидо Хамбо, который заведовал религиозными делами, дацанами и ламами [4, § 2, п. 1]. Бандидо Хамбо подчинялся «.непосредственно Департаменту иностранных исповеданий Министерства Внутренних Дел, а отчетностями обязан перед Военным губернатором и Генерал-Губернатором» [Там же, § 5]. На него не только возлагалось управление и заведование буддийским духовенством, но ответственность за надлежащее исполнение всех пунктов данного Положения [Там же, § 6].

Избирался Бандидо Хамбо из трех претендентов. Важным условием для занимаемой должности были не только необходимые для этого знания и качества, но и обязательное владение русским языком [Там же, § 8].

Это условие, казалось бы, естественное для сегодняшнего дня, в конце XIX - начале XX вв., было весьма проблемным явлением, т.к. буддистскими священниками были либо выходцы из местного населения, которые русским языком не владели или владели плохо, либо монгольские ламы, которые читали по-монгольски и по-тибетски, но не владели русским языком. Об этом говорит и тот факт, что многие документы,

хранящиеся в архиве и касающиеся переписки ширетуев и лам, как правило, написаны одной рукой (одинаковый почерк, нажим пера, цвет чернил), подписи же под ними разные и выглядят так, как будто человек, поставивший подпись, не умеет писать, или пишет, как ученик младших классов: старательно выводя первые буквы и уставая на последних.

Выборы Бандидо-Хамбы проходили в городе Верхнеудинске (современный центр республики Бурятия - Улан-Удэ). Они производились лицами, которые избирались из прихожан каждого дацана, «без различия инородческого и казачьяго сословий, одного духовного и одного светского почетного представителей, уполномоченными ламами и прихожанами данного дацана, имеющими законную доверенностью» [4, § 8].

В подчинении Бандидо Хамбо находились все дацаны и ламаистское духовенство. Во главе каждого дацана стояли ширетуи, которые, как и ламы, находились в непосредственном подчинении Бандидо Хамбы Ламы [Там же, § 17]. На него возлагалось заведывание своим дацаном и управление подчиненными ему ламами, «а равно проживающими при дацанах светскими лицами, исполняющими религиозные обеты: гелу-на, гелуца и варма рабжуна, чтобы в точности ими исполнялись правила настоящего положения» [Там же, § 16].

Стоит отметить, что роль Бандидо-Хамбо в жизни местного населения была столь высока, что со стороны русских властей, в соответствии с «Положением о ламайском духовенстве», он приравнивался к архиереям православного духовенства. Бандидо Хамбо предоставлялось право собирать в духовном правлении съезды из ширетуев всех вверенных дацанов и светских почетных представителей от каждого ведомства для обсуждения важных религиозных вопросов и хозяйственных нужд бурят [Там же, л. 11-11 об.].

Следующим по значимости в ламаистском духовенстве были шире-туи-ламы, которые являлись настоятелями монастырей. Назначались ширетуи «из среды лам всех дацанов в совокупности» [Там же, § 14], их представление и распределение по дацанам зависело от усмотрения Бан-дидо Хамбы [Там же, § 13]. Ширетуи утверждались в должности генерал-губернатором, с выдачей диплома, по непосредственному представлению Бандидо Хамбо Ламы [Там же, § 15]. По соотношению с православной иерархией ширетуи по своему положению приравнивались к протои-реям. В обязанности ширетуев входило не только заведыванием своим дацаном, на них также возлагались управление и ответственность за подчиненных ему лам и других проживающих при дацанах лицах, исполняющих религиозные обеты: гелуны, гелуцы, варма рабжуны (монашеские степени в ламаистских монастырях) [Там же, § 16].

ВЕСТНИК

МГГУ им. М.А. Шолохова

Отечественная история

Помощником и заместителем Ширетуев являлись чоржи [4, § 2, п. 3], он же, в случае болезни или отсутствия ширетуя, исполнял религиозные обряды у мирян [Там же, § 18].

Все остальные должности в дацанах: чоржи - помощник ширетуя, ловбоны - проповедники, гывгон и вумзады, за исключением ширетуев, утверждались в должности по приказу Бандидо Хамбы, от усмотрения которого и зависело распределение их по дацанам, повышение и перемещение их из одного дацана в другой [Там же, § 19].

«Если возведение степени последует неправильно, то получившее повышение лицо обращается в первобытное его звание, а лицо, повысившее его, как нарушитель Высочайше утвержденных законов, придается суду, для привлечения к уголовной ответственности» [Там же, § 30].

Все ламы, согласно религиозному учению, должны были совершать хоралы в дацанах и сумэ, а также исполнять духовные потребности мирян по приглашению вне дацанов, проповедовать благоразумный образ жизни [Там же, § 20]. Все остальные должности, связанные с культовыми и финансовыми делами монастырей, считались вне закона [1].

При каждом дацане содержалось определенное штатом количество лам и учеников. Принимать учеников или лам сверх штата дацана строго воспрещалось [4, § 29]. Новые ламы из числа учеников школы при Гусино-озерском дацане зачислялись на вакантные места в штат любого дацана [1]. Ламы и проживающие при монастырях миряне, которые дали обет гелуна, гецула и варма-рабжуна, должны были носить одежду, соответствующую присвоенным религиозным учением степеням, по возможности из дешевых материй, «дабы не обременять своих родителей и родственников» [4, § 36]. Однако вне стен монастыря не возбранялось ношение светской одежды.

Положение 1853 г. запрещало строить новые дацаны, производить сбор средств и расходовать их на культовые нужды без подачи специальных ходатайств, утвержденных местными бурятскими властями, генерал-губернатором и Министерством внутренних дел в Петербурге [1]. Постройка каждого нового дацана согласовывалась с министром внутренних дел через местную администрацию по ходатайству Бандидо-Хамбы. На каждый дацан предоставлялся план, смета расходов с обоснованием постройки и расходов, связанных с оной. Сумма расходов на строительство должна была быть такой, чтобы не быть обременительной для прихожан [4, § 34]. Всякая пристройка к дацану производилась после согласования и с разрешения военного губернатора Забайкальской области. Ремонты, изменение планов дацанов и сумэ осуществлялось с разрешения Бандидо Хамбо [Там же, § 30]. Произвольная постройка дацанов

и сумэ воспрещалась, в случае обнаружения таковых они подвергались уничтожению, а виновные предавались суду [4, § 35].

Каждый дацан имел в собственности определенное количество десятин земли «из инородческих, казенных пустопорожних и Кабинетских земель того уезда, в котором таковые находятся» [Там же, § 49]: Бандидо-Хамбо отводилось 500 десятин, ширетуем - по 200, ламам - по 60 и ученикам -по 15 десятин.

Количество земли, принадлежащей дацану, и ее качество могло быть разным. Например, при Аларском дацане имелось «отмежованной земли: удобной 1115 десятин и неудобной 9 десятин 2215 сажень, а всего 1124 десятины 2215 сажень» [5]. Данный надел был разделен на 7 участков, которые включали в себя территорию непосредственно самого дацана, покосы, пашни, лесные зоны (в том числе и дровяной лес), ручьи, пастбища. Большая часть земли отдавалась в аренду на сроки до 40 лет. За год монастырь «через отдачу в аренду земли» получал дохода 138 рублей [Там же].

Духовные лица не должны были иметь никакой собственности и содержаться должны были, как и дацаны, за счет пожертвований мирян. При вступлении в ламаистское духовенство послушник должен был отказываться от всего своего состояния в пользу родителей или иных родственников [4, § 47, 48]. Если же лицо духовного звания не соглашалось лишиться собственности, то оно должно было выбыть из духовного звания в светское [Там же, § 50]. Такие случаи не являлись исключением. Как правило, в монастырь старались попасть младшие сыновья, для которых получение наследства было маловероятным. Но в случае смерти старшего брата младший отказывались от духовного звания, т.к. оставался «единственной поддержкой ... дряхлого отца и опорой его в ведении обширного хозяйства; вследствие чего... принужден выйти из духовного сословия» [2].

Заведовали «как движимым, так и недвижимым» имуществом дацанов старосты, которые избирались на три года из среды прихожан. Должность эта была не только почетна для мирянина, но и весьма ответственна, ответственна настолько, что выбранный претендент утверждался на данную должность военным губернатором Забайкальской области [4, § 51]. Староста находился в подчинении ширетуя. В его обязанности входила охрана всего имущества, а также ежемесячный учет всех доходов лам и дацана [Там же, § 52].

Хозяйство, находящееся при каждом дацане, безраздельно принадлежало всей общине, к которой относился дацан, и находилось в заведыва-нии ширетуя [Там же, § 54].

ВЕСТНИК

МГГУ им. М.А. Шолохова

Отечественная история

Денежные доходы дацанов или сумэ, которые складывались из добровольных пожертвований мирян, продажи религиозных предметов, фиксировались в специальной книге. Интересен тот факт, что полученный капитал ламы и миряне имели право, с общего согласия, положить в Государственный банк под проценты, пустить в ход в торговом предприятии или же учредить при дацане общественный банк, получая в год не более 12%. Полученные таким образом доходы советом мирян и духовных лиц расходовались на нужды дацана или сумэ или шли на субсидию неимущим мирянам, проживающим при дацанах для исполнения религиозных обетов [4, § 55]. Денежные доходы каждого дацана делились на 10 частей и распределялись следующим образом: 10% отсылалась раз в год, 1 января, ширетуем каждого дацана Бандидо-Хамбе на его содержание и покрытие канцелярских доходов, 20% поступали в пользу ширетуев, 30% отпускалось на содержание дацанов и канцелярские расходы при них, остальные же 40% делились между ламами [Там же, § 56]. Доходы, полученные от пожертвований и приношений, не шли в дележ на содержание лам. Такие расходы, как наем сторожей, отопление, освещение, свечи, курительные вещества для дацанов или сумэ, миряне по совместному решению, которое фиксировалось в инородческих управлениях, покрывались сбором от 5 до 10 копеек с каждой души [Там же].

С момента принятия «Положения о Буддистах Восточной Сибири» (17 сентября 1905 г.), было решено перевести канцелярию Бандидо-Хам-бо в правительственное учреждение, которое именовалось «Духовное направление Буддийского духовенства». Возглавлял данное учреждение непосредственно сам Бандидо Хамбо [Там же, § 64].

Таким образом, ламаистские дацаны, широко распространенные в Иркутской и Забайкальской губерниях, имели довольно сложное административное и хозяйственное устройство. Они имели большое влияние на жизнь бурятских общин, и, в свою очередь, зависели от них. Дацаны являлись центром не только духовной, но и административно-хозяйственной жизни местного населения.

Библиографический список

1. Жуковская Н.Л. Положение о ламайском духовенстве Восточной Сибири. иКЬ: http://dhamma.ru/dict/dicti-P.htm (дата обращения: 14.08.2011).

2. Дело об увольнении в отпуск разных лиц ламайского духовенства // Государственный архив Иркутской области. Ф. 25 (Канцелярия Иркутского Генерал-губернатора). Оп. 10. Д. 223. Картон 995.

3. Дело по отношению Министра Внутренних Дел с препровождением двух проектов профессоров Попова и Васильева об устройстве ламайского

духовенства // Государственный архив Иркутской области. Ф. 24 (Главное управление Восточной Сибири). Оп. 9. Д. 32. Картон 1735.

4. Копия положения и переписка о Буддистах Восточной Сибири // Государственный архив Иркутской области. Ф. 25. Оп. 30. Д. 41. Картон 1395.

5. Отчет о состоянии Аларского дацана Балаганского округа Иркутской губернии за 1890 г. // Государственный архив Иркутской области. Ф. 25.

Оп. 10. Д. 42. Картон 986.

11

ВЕСТНИК

МГГУ им. М.А. Шолохова