Стабильность и сохранность результата стоматологического лечения

Стабильность и сохранность результата стоматологического лечения

Стоматология

Андрей Григорьянц

Стоматолог, челюстно-лицевой хирург, имплантолог. Руководитель научно-клинического центра челюстно-лицевой хирургии и стоматологии Sanabilis. К.м.н.

Андрей Григорьянц:

Добрый день, уважаемые слушатели и зрители! В эфире канал Mediadoctor и программа «Красивая улыбка с доктором Григорьянцем». И со мной сегодня прекрасная соведущая Юлия, с которой вы прекрасно знакомы.

Юлия Титова:

Рада Вас видеть, Андрей.

Андрей Григорьянц:

Спасибо, Юлечка, я тоже очень рад Вас видеть. Сегодня у нас будет интересная тема – это «Стабильность и сохранность результата стоматологического лечения». Тема очень интересная, так как каждого пациента и каждого нормального человека всегда интересует: как долго это продержится, насколько ему комфортно, прогарантируют ли ему данную услугу и лечение. И в целом мы рассмотрим разные стороны – что для этого необходимо, то есть какова роль при этом врача и какова роль при этом пациента. Потому что у нас очень много разделов сегодня, они будут все интересные, и мы вам расскажем, насколько результат стоматологического лечения может быть стабильным и сохранным и от чего это зависит.

Юлия Титова:

Наверняка многие наши слушатели сейчас удивились. Ведь как мы хотим? Зашел к стоматологу в кабинет, вылечился, и все, проблемы на этом закончились. Оказывается, проблемы могут нагрянуть, когда сам человек недобросовестно относится к своей ротовой полости и к зубам.

Андрей Григорьянц:

Да, это самый спорный и конфликтный момент. Я думаю, что здесь всем логика понятна. Когда врач производит некую манипуляцию, допустим, он поставил пломбу, или внедрил имплантат, или изготовил коронку, или сделал винир, даже если он провел отбеливание, то в любом случае существует период после данного лечения. И самым частым спором является то, по причине чего это произошло.

Юлия Титова:

А кто же виноват в этом?

Андрей Григорьянц:

Да. И если виноват доктор, то пациенту, естественно, это все понятно. Если доктору это непонятно, то доктор думает, что виноват пациент и т.д. Такие споры бывают бесконечными. Честно говоря, мы сможем это все разобрать очень простым образом и дать все-таки полезную информацию: во-первых, как сохранить это все и как это сделать стабильным со стороны человека. Потому что есть фактор номер один – это образ жизни. Он очень сильно разный, и мы все отличаемся друг от друга, и отличия бывают настолько резкими и значимыми, что и стабильность, и сохранность результатов стоматологического лечения может разниться. При этом я ни в коем случае не хочу переносить ответственность на пациента, но у меня огромная просьба ко всем, чтобы люди прекрасно понимали: наш организм – это живая, динамичная структура. И какая бы ни была проведена манипуляция, и какая услуга ни была бы предоставлена, и какой бы материал ни внедрялся в тело, так или иначе, все процессы в нашем организме динамичны. Это органические ткани, и от этого никуда не уйти. Просто нужно изучить биологию, подумать о том, какова анатомия, и тогда многие вопросы отбрасываются. При этом никто не пытается уйти от того, что существуют врачебные ошибки, и доктор может что-то сделать так, что это будет далеко не сохранным и далеко не стабильным. Да, конечно же, это тоже присутствует, то есть это абсолютная правда.

Юлия Титова:

Но сегодня хочется провести границу между врачебной ошибкой и ошибкой пациента, хочется узнать, насколько зависит качество материала и оборудования, насколько это все влияет на результат лечения и последующую сохранность здоровья полости рта человека. И в первую очередь, мне бы хотелось затронуть лечение зубов, в частности, кариозное лечение. Не знаю, как сейчас, но раньше очень популярный был запрос и обращение в поликлинику по причине того, что пломба вываливалась, выпадала во время еды или во время беседы. По какой причине это происходило? И насколько сейчас изменились материалы, и как избежать данной ситуации?

Андрей Григорьянц:

Когда Вы начали задавать этот вопрос, я думаю: Боже мой, как же это скучно, неинтересно и вообще уже смешно обсуждать. А с другой стороны, я понимаю, что это мне, находясь на стороне специалиста, сталкиваясь на протяжении уже двадцати лет с этим каждый день, наблюдая за тем, кто какую выдает реакцию. Но для человека, не имеющего отношения к стоматологической индустрии, конечно же, это интересно. Я хочу сказать, что это вопрос самый простой, но с какой-то стороны смешной, потому что он индустрией изучен вдоль и поперек, но, к сожалению, на сегодняшний день он имеет актуальность. Хотя если бы я обсуждал это в определенном кругу людей, которых я приблизительно знаю и понимаю их образ жизни, то я бы сказал, что этот вопрос абсолютно неактуален.

Я Вам расскажу причины почему вываливается и почему не вываливается. Суть в том, что материалы нынешнего поколения обладают совершенно другой степенью адгезии. Говоря простым языком, те пломбы, которые мы использовали 20-30 лет назад, прилипали к поверхности гораздо хуже, нежели то, что происходит сегодня. И именно поэтому абсолютно официально заявляю: вывалилась пломба – на сегодняшний день не актуальный вопрос. Все композиты, которые используются, имеют очень высокую степень адгезии. Но существует одна очень интересная штука, которая не имеет отношения к степени адгезивности композита, а имеет отношение к тому, какую форму создал доктор, с какой целью он сделал эту конструкцию, временная она, не временная и т.д.

Те пломбы, которые мы использовали 20-30 лет назад, прилипали к поверхности гораздо хуже, нежели то, что происходит сегодня.

Зачастую, учитывая современные материалы и очень высокую степень адгезии, когда все приклеивается и прекрасно прилипает, существуют ошибки, но ошибки уже больше геометрические. Их нельзя назвать с точки зрения вреда здоровью или медицинских нарушений. Нет. Дело в том, что есть такие поверхности, к которым если приложить пломбировочный материал, засветить его, он стабилизируется и полимеризуется, то, казалось бы, все, его не оторвать. Но зуб, так же, как и все в нашем организме, это органическая натуральная ткань. И что происходит? При сильном сжатии зубов происходит некая компрессия и изменение формы и геометрии. В этот момент могут растрескиваться и разрушаться границы склеивания между зубом и композитом. И это является зачастую причиной того, что пломба выпадает. Именно поэтому специалисты должны очень четко понимать, какой формы можно создавать эти композитные реставрации.

Если мы говорим о простых пломбах, то у пломбы есть определенная площадь, регламентированная, больше которой неправильно восстанавливать дефекты, потому что большие дефекты в зубе восстанавливать пломбировочным материалом, если мы говорим о современных технологиях и методах, это неправильно. Это всегда чревато разгерметизацией границ, некой дестабилизацией, вероятностью и рисками скола, отлома и выпадения чего-либо. Все большие дефекты необходимо замещать керамическими реставрациями, что является наиболее надежным, сохранным и стабильным.

Все большие дефекты необходимо замещать керамическими реставрациями, что является наиболее надежным, сохранным и стабильным.

Юлия Титова:

Мне хочется прокомментировать то, что не во всех клиниках, к сожалению, на сегодняшний день представлены новейшие материалы, если говорить в масштабах нашей страны.

Андрей Григорьянц:

В масштабах государства, да, Вы совершенно правы.

Юлия Титова:

И я надеюсь, что нас будут смотреть с разных уголков нашей страны, и кто-то найдет ответ на свой вопрос, который его мучает, в нашем с Вами разговоре.

Ну что ж, давайте продолжим. Одна из самых популярных, как мне кажется, на сегодняшний день манипуляций, в частности среди девушек, это наши любимые виниры, которые стоят достаточно большую сумму денег, подготовка к установке которых требует терпения и времени. И очень большое количество вопросов возникает до и после установки винира, один из которых: есть ли риск, что данная конструкция в один момент отвалится от моих зубов? Что при этом делать, если это произойдет? И как этого избежать? Насколько здесь важен фактор профессионализма врача? И как не попасть в руки к дилетанту?

Андрей Григорьянц:

Очень масштабный вопрос. Начну с простого. К сожалению, на сегодняшний день существует и то и другое: виниры, которые стоят бесконечно долго, и виниры, которые скалываются, ломаются и отклеиваются. Причин миллион. Хочется дать очень короткий экскурс по неким прелюдиям. Прежде чем делать человеку виниры, неважно, на один зуб или на все, существуют определенные стандарты исследований и диагностики. Современные технологии и современные методики – это все избитые фразы. Просто вот сегодня она произошла, эта современность, и она лет 20 стоит на месте, завтра наступила современность второй степени. Нет, конечно же, все не так. Вся индустрия стоматологии развивается ежедневно при помощи совершенно разных направлений.

Допустим, есть ученые, которые изучают те или иные материалы, связи, взаимодействия, все что угодно, даже то, что мы не способны видеть, понимать и к какой-то логике это все привлечь. А есть ситуация, когда просто работает стоматолог на достаточно хорошем, на высоком уровне и сам лично достигает определенных результатов. Это совершенно разные направления развития, вернее, это разные зоны развития одного и того же. Когда это все постоянно по всему миру собирается в некий бокс и в кучу, то вырабатываются новые стандарты, современность становится современнее, материалы становятся лучше. Поэтому, если вернуться к вопросу виниров, все очень просто.

Прежде чем установить винир, нужно обследовать ту зону, куда ты планируешь его произвести и приклеить. Опять-таки, что это такое? Это состояние окклюзии, то есть прикуса. Это некий фотостатус, который тебе показывает состояние в целом тканей, соотношение цветов, облика, подходит это человеку или нет. Далее все, что касается нагрузки. Допустим, мы сейчас отметаем вопрос: нравится это внешне или нет, то есть эстетический момент интересует или не интересует. Допустим, эстетический момент хорош, так как мы сегодня всю нашу программу говорим о том, чтобы это было стабильно и сохранно, значит, априори это уже красиво, это удовлетворяет тебя эстетически, но ты переживаешь, насколько долго это будет служить.

Так вот, чтобы это служило достаточно долго. Помните, как часто люди задают вопрос: «Слушайте, а давайте-ка мне сделаем не винир, а люминир?» или «Можно ли мне сделать без обтачивания?» Так вот, все это – очень индивидуальный фактор. И есть некоторые крайности. Одна крайность называется «реклама». Другая крайность называется «твои индивидуальные особенности». Это мой личный вывод. То есть когда мы слушаем некую рекламу, даже которая имеет отношение к реальности, допустим, что-то за один час, или винир без обработки поверхности зуба – все имеет место быть. Все реально с точки зрения методов и технологий. Но каждый человек обладает своей уникальной биологией, анатомией, все геометрические формы у каждого разные. И крайне редко мы можем позволить себе, не обрабатывая поверхность, приклеивать винир.

Каждый человек обладает своей уникальной биологией, анатомией, все геометрические формы у каждого разные. И крайне редко мы можем позволить себе, не обрабатывая поверхность, приклеивать винир.

Мы можем делать все что угодно. Допустим, пациент просит: «Пожалуйста, можно мне не обтачивать зубы – сделать мне винир?» Но там два варианта: либо виниры будут подвержены рискам сломаться и отклеиться, так как не соблюдены все эти нормы перераспределения нагрузки, либо виниры будут слишком страшными, потому что они будут очень толстыми и увеличивать объем зуба. То есть всегда существует какой-то компромисс.

Есть категория людей, у которых это, к счастью, подходит, и мы можем, не притрагиваясь к поверхности тканей, это сделать. Но мы человеку целый ликбез проводим. Мы стараемся очень подробно вести эти многочасовые консультации, прежде чем он все поймет и выяснит: почему вот так, а не иначе нужно что-то делать. И, конечно, всех специалистов призываю к максимальной прозрачности информации перед пациентом, чтобы не было никаких заблуждений. Это к вопросу: кто прав, кто виноват. Потому что в результате лечения происходит всегда деинформирование или недоинформирование, в силу чего порой возникают претензии.

Поэтому, возвращаясь к винирам, все очень просто. Алгоритм действий следующий: исследуем зону, проводим необходимые диагностические меры, изготавливаем винир, фиксируем его строго по адгезивному протоколу, который позволяет на сегодняшний день, используя все самые современные материалы, максимально эффективно и стабильно приклеить этот винир. Дальше – это проверка окклюзий – как смыкаются зубы. Разбить можно все что угодно: и керамику, и свои собственные зубы. Если существуют суперконтакты, вероятность сколов всегда очень велика.

Юлия Титова:

Допустим, мы учли все особенности пациента, сделали все по вышеуказанному алгоритму.

Андрей Григорьянц:

И вот дальше самое интересное.

Юлия Титова:

Ошибка врача практически на сто процентов исключается, но все-таки происходит какая-то поломка. Давайте поговорим об ограничениях после установки виниров. Может быть, не надо орехи зубами грызть, кору деревьев?

Андрей Григорьянц:

Есть различные керамические массы и различные способы производства этой керамики. Есть технологии, которые позволяют производить сверхпрочную керамику. Я сейчас не буду вдаваться профессиональную в терминологию – это неинтересно слушать. Вопрос лишь в том, что сверхпрочная и соответствует эстетическим требованиям.

Юлия Титова:

Говорят, что она близка к составу зуба по крепости.

Андрей Григорьянц:

Нет. Она не может быть близка к составу зуба, потому что эмаль имеет призмы. Эмаль – это натуральная ткань, степень стираемости эмали в любом случае будет ниже. Поэтому тут не нужно сравнивать с натуральными тканями. Дело не в этом. Вопрос в том, что эстетически это может быть безумно похожим. По техническим характеристикам это приближается, но несложно сделать ткань, которая будет стираться так же быстро, как эмаль. Вопрос: зачем? Если это зубы, которые встречаются друг с другом, может быть, это имеет смысл, а когда покрывается все, там немножко другие требования и критерии.

Так вот, если сломалось – что же делать, кто виноват и почему это происходит? Самое интересное, это называется «образ жизни». Мне это выражение нравится больше всего, потому что образ жизни каждой отдельной личности очень сильно влияет на то, как долго зубы остаются здоровыми, как долго живут новые изготовленные конструкции или пломбы. Причем тут не надо ничего выдумывать, сами все прекрасно понимаете, что все живут в разных условиях. Допустим, он живет не в самых лучших условиях, соответственно, ест он не самые лучшие продукты, грызет абсолютно бездумно все что угодно: орехи, кости и т.д., обладает очень высокой степенью агрессии, определенными психосоматическими проблемами. На всех этих уровнях отконтролировать жизнь человека крайне сложно. Делая все по неким протоколам и стандартам, ты никогда не можешь гарантировать на сто процентов, что что-то в этом организме будет жить именно вот такое количество времени. Это то же самое, что гарантия на все что угодно: на автомобиль, часы, материальные предметы.

Образ жизни каждой отдельной личности очень сильно влияет на то, как долго зубы остаются здоровыми, как долго живут новые изготовленные конструкции или пломбы.

То есть мы на сегодняшний день очень легко отвечаем только на один вопрос: о том, сколько керамика может жить в полости рта. Допустим, до 30 лет в условиях слюны, а это достаточно агрессивные условия. Во влажных условиях керамика на протяжении 30 лет практически не меняет своей структуры. Это именно сам материал, который является полнотелым или собран из нескольких слоев, неважно, цирконий в основе и т.д. Но суть в том, что в полости рта этот материал не меняет своих свойств на протяжении 30 лет.

Теперь возникает другой вопрос. Хорошо, он-то не меняет своих свойств, с ним может ничего не быть, но никто же не гарантирует, что десна вокруг этой коронки, сам зуб, на который приклеен этот винир, будет сохранять на протяжении 30 лет абсолютную здоровость, если можно придумать такое слово. Потому что все натуральные ткани подвержены кариесу, изменениям, воспалительным процессам, возникновению дефектов (не механических, а именно вследствие некоторых бактериальных агентов). Керамика этому не подвержена. Вот и вся разница.

И очень часто мы обсуждаем те моменты, что сама штука, которую мы во рту установили, она идеальна, с ней ничего не произошло, но что-то вывалилось, что-то воспалилось, что-то упало и что-то произошло, а это состояние тканей, которые окружают эту конструкцию. И тут тоже с двух сторон могут быть какие-то проблемы: либо установлено с ошибками, с достаточно грубыми нарушениями, что привело к этому, либо даже не образ жизни, а просто какой-то случай, когда человек что-то жевал, травмировал десну, дальше это привело к воспалению самой десны, вследствие чего начала растворяться костная ткань, и человек теряет чуть ли не целиком зуб. Это абсолютная правда.

Юлия Титова:

Я хочу добиться от Вас конкретного перечня ограничений. Когда устанавливаются виниры, все-таки каких ситуаций следует избегать пациенту, дабы не нарваться на неприятности?

Андрей Григорьянц:

Расскажу несколько конкретных, интересных моментов. Допустим, если мы хотим что-то обезопасить. У многих людей это уже есть, многие люди прошли этот путь, не простой, но очень радикально меняющий улыбку, облик, цвет, форму. Допустим, все зубы покрыты керамическими реставрациями. Такое на сегодняшний день не редкость, потому что когда человек приходит с зубами, доведенными до определенного состояния, возникает вопрос: что дальше делать? Продолжать жить с такими зубами, которые его, в первую очередь, не устраивают эстетически, а дальше мы видим еще много функциональных нарушений, либо тотально это все реконструировать?

Существует такое выражение, термин, как угодно, в профессиональной среде он используется очень часто – «тотальное протезирование». Оно, может быть, звучит громко, страшно и как угодно воспринимается, каждым человеком по-разному, но суть заключается в том, что ничего страшного в этом нет, потому что основная цель – все зубы покрыть керамическими реставрациями, для того чтобы создать для них благоприятные условия: и функциональные, и эстетические.

Так вот, люди, у которых существуют именно подобные ситуации. Есть один очень простой метод. Существуют тонкие и прозрачные капы, которые изготавливаются внутриклинически. Это не те капы, это не элайнеры, это не то, с помощью чего исправляется положение зубов и ведется ортодонтическое лечение. Это лишь просто разобщающая, тонкая капа. Представьте себе: у Вас на всех зубах есть некая тонкая, композитная, прозрачная прослойка, которая надевается, как капа. Она действительно очень тонкая. Она даже сложно заметная эстетически, которая позволяет не разбивать друг о друга антагонисты.

Допустим, когда мы стучим зубами, это очень хорошо слышно. Если это все будет из керамики, звук, возможно, будет еще ярче. Но смысл в том, что раньше это было неким стандартом и требованием. На сегодняшний день в силу того, что существуют сверхпрочные керамические массы, которые гораздо хуже подвержены расколу, у них гораздо выше степень эластичности и прочности, жестких требований нет, но рекомендательный характер все равно всегда есть. То есть если это все соотносится именно с зубами-антагонистами, то самый простой метод, когда человек надевает капу и хотя бы в ней спит, если хочет.

Но это относится не к винирам – это относится вообще к нашим зубам. Но почему-то люди, пока не доведут зубы до такого состояния и не сделают себе виниры, не задаются вопросом: а как сделать так, чтобы все было безопасно? Так вот, первый мой посыл такой: у меня просьба все-таки понимать, что зуб – это некая твердая ткань, как камушек. Камушек можно разбить и расколоть. Это не бриллиант, и нет степени прочности алмаза. Соответственно, нам необходимо просто думать и немножко беречь себя. И не надо грызть вилки, железные ручки, кости, колоть орехи. У очень многих есть даже некие соревнования: смотри, что я умею делать, например. Взять положить себе в рот орех, разгрызть и сказать: «Смотри, мне и не больно и комфортно, и у меня такие крепкие зубы». В процессе жизни происходит ситуация такого износа прочности и использования некого ресурса. И возникает вопрос: зачем? К чему такие агрессивные и радикальные методы и зачем такие риски? Тем более, на сегодняшний день в этом нет необходимости. Когда мы жили в каком-то тысячелетии до нашей эры, возможно, это все было необходимым, но у людей была совершенно другая, очень сильно отличающаяся от сегодняшнего дня зубочелюстная система, это была совершенно другая мышечная масса, другие костные отделы, зубы.

Зуб – это твердая ткань, как камушек. Камушек можно разбить и расколоть. Это не бриллиант, и нет степени прочности алмаза. Соответственно, нам необходимо просто думать и немножко беречь себя.

Если посмотрите на животных, понятно, что у них грызть кости – это совершенно нормально. Но у человека это уже пару тысяч лет как все меньше, меньше и меньше. И поэтому самый простой пример эволюции – это проблемы с зубами мудрости (с «восьмерками»), когда протяженность костных отделов становится меньше в силу того, что мы не так агрессивно и не так активно пережевываем что-то жесткое. В соответствии с этим у нас не развивается мышечная система, вследствие чего не развивается костный отдел. Поэтому простые меры предосторожности: пожалуйста, не надо грызть все то, что тверже или просто является очень твердым. Потому что просто сильная компрессия и сильное сдавливание, даже если то, что Вы пытаетесь раскусить, менее прочно, чем керамика, Вы же создаете дикую компрессию. Опять-таки, раскусив что-то, Вы можете сильно ударить зуб о зуб, что тоже создает достаточно высокие риски. Это обычный быт – все, что происходит просто в быту каждого человека.

Есть одна бесконтрольная вещь, которая происходит в бессознательном состоянии. Это чаще происходит в момент сна. Наверняка очень многие люди слышали, что такое бруксизм, потому что стоматологи очень часто рассказывают об этом и задают такой вопрос: «Ты во сне скрипишь зубами, или ты во сне не скрипишь зубами?» Многие люди отвечают: «Слушайте, я не знаю. Я сплю, а скриплю я зубами или нет – я не знаю». Тогда есть такая шутка, которая всегда произносится как серьезная вещь, но люди воспринимают как шутку: «Так спросите у того, кто спит с Вами рядом: скрипишь ты зубами или нет». Мало кто объективно дает ответ, но для этого существуют некоторые методы исследования, которые позволяют нам идентифицировать: бруксист или нет. Так вот, это тоже очень опасная штука, потому что во сне, в бессознательном состоянии, когда человек спит, он может очень сильно сжимать зубы, он может в сжатом состоянии начинать ими тереть друг о друга. Вот тут, конечно, сами понимаете, что происходит: там можно все и сломать, и расколоть, и вообще все что угодно сделать.

Я думаю, что это некий стандартный набор проблем и мер предосторожности, о которых Вы хотели услышать, достаточно простых и конкретных. Потому что говорить о том, что нужно выпить бокал вина или что-то еще сделать, что переводит в состояние другого сознания, и Ваши зубы будут более прочными, – наверное, не очень серьезно в рамках эфира. Поэтому вот так обстоят дела с сохранностью того, что есть.

Юлия Титова:

В общем, подытожив то, что Вы сейчас сказали, независимо от того, стоят у Вас виниры, коронки или какие-то прочие вещи на зубах, все равно нужно соблюдать определенные правила и не проверять наши зубы на прочность.

Андрей Григорьянц:

Совершенно верно. Даже имея просто здоровые и красивые зубы нужно понимать, что это же то же самое, что наши руки, ноги и т.д. Мы же достаточно аккуратны во всем.

Юлия Титова:

Просто, к сожалению, какие-то действия совершаются совершенно необдуманно и импульсивно, но, возможно, наши слова заставят в нужный момент задуматься: что же я делаю. Раз мы заговорили о красоте, о винирах, частично затронули коронки, хочется еще о такой достаточно непростой манипуляции поговорить, как отбеливание.

Андрей Григорьянц:

Я знал, что мы не обойдемся без этой темы.

Юлия Титова:

Конечно. Помимо того, что мы хотим не испытывать болезненных и неприятных ощущений после процедуры, ведь поговаривают, что чувствительность зубов повышается, да и вообще жизнь становится в каком-то смысле менее комфортной, но и в то же время мы хотим сохранить цвет, который смогли приобрести в кабинете у нашего врача. Так вот, давайте поговорим о качестве отбеливания. Как сохранить тот цвет, ту гамму, которую мы приобрели, и сохранить на достаточно продолжительный срок?

Андрей Григорьянц:

Мне тут хочется немножко правды внести, потому что тема отбеливания настолько избита, но, к сожалению, существуют два лагеря. Это врачи, это стоматологи, которые очень часто делают коммуникацию крайне мутной и совершенно непонятной и непрозрачной, хотя настолько все просто.

Отбеливание – что это такое? Это то, что сделает Ваши зубы, поверхность эмали светлее. У кого-то в большей степени, у кого-то в меньшей степени, что, кстати, зависит не от аппарата, которым это делается, а от индивидуальных особенностей структуры эмали и ее изначального цвета. Теперь второй момент. Неужели так сложно определить – высокая чувствительность у человека или нет. Опять же, при помощи определенных тестов и даже сбора анамнеза и обсуждения с человеком его привычек, особенностей, как он себя чувствует, что он делает, что он пьет обычно, какие в его жизни были казусы, с этим связанные, как он реагирует на холодное, на мороженое, вдыхает ли он зимой воздух – нормально ли все или нет, проверить пришеечные зоны, где часто бывают клиновидные дефекты (это те зоны, у которых всегда максимальная чувствительность). То есть это все давно открытые истины. И проводить отбеливание можно только тогда, когда получены ответы на все такие простые и примитивные вопросы.

Отбеливание – это то, что сделает зубы, поверхность эмали светлее. У кого-то в большей степени, у кого-то в меньшей степени, что, кстати, зависит не от аппарата, которым это делается, а от индивидуальных особенностей структуры эмали и ее изначального цвета.

Теперь второй лагерь. Это пациенты, которые могут просто прийти, делать отбеливание, совершенно ничего в этом не понимая, абсолютно ничего не ожидая, и при этом еще стоматологи не проинформировали в достаточной степени, что это такое. С чем человек сталкивается? В процессе отбеливания, когда он сидит в кресле, под использованием самых современных технологий, самых последних поколений отбеливания – какие-то прострелы, резкие боли, то есть жуткие ощущения. Это бывает не часто, но это бывает. После проведенного отбеливания человек дома понимает, как мне больно пить холодное. И у него на протяжении двух недель, например, сохраняется очень высокая чувствительность. Все эти моменты давно понятны и известны. Над всем этим уже на протяжении лет 20 активно работают и компании-производители, и исследователи, и стоматологи. То есть стараются это все максимально минимизировать и довести до абсолютного комфорта. Но чтобы комфорт был относительно абсолютным, важно обмениваться достаточным количеством информации друг с другом. И коммуникация позволит сделать следующее, что даже если человек и испытывает дискомфорт в силу того, что совсем его убрать невозможно, по крайней мере, он об этом знает. Если человеку не доносится достаточно нормально, понятным языком информация, всегда существует масса претензий, конфликтов и т.д.

Что касается самого отбеливания, как я уже вначале проговорил, степень силы, вернее, то, насколько отбеливается тот или иной зуб, на сколько оттенков. Суть в том, что у каждого это абсолютно отдельная история. Даже если мы возьмем двух людей с очень похожими зубами и с очень похожим цветом зубов, проведем им абсолютно идентичный протокол, отфотографируем и того, и другого до и после, мы все равно можем столкнуться с тем, что результат разный. Это может быть плотность этой эмали, ее резистентность, ее особенности. Это все отдельные индивидуальные моменты. Никуда от них не уйти, их нужно принимать – это нормально. И нельзя смотреть на другого человека и говорить: «Смотрите, мне кажется, у него белее». Или, например, как часто бывает, винир лежит на поверхности стола, и человек задает вопрос: «Слушайте, почему он такой желтый?» Ты его примеряешь во рту, а он, оказывается, еще белее, чем другие зубы. То есть это все очень субъективные параметры. Это первое, что касается цвета.

Второе, сохранность эффекта, что Вас наверняка очень интересует. Сохранность и стабильность результата отбеливания. Не забывайте, отбеливание используется только на натуральной естественной природной поверхности. Виниры не отбеливаются, керамические поверхности не отбеливаются. Отбеливаются только собственные ткани зуба, то есть те зубы, которые имеют поверхность своей собственной эмали, причем неважно при этом, удален в зубе нерв или нет, не имеет значения. Но отбеливается только поверхность эмали. И в соответствие с этим что происходит? Отбелили, получили яркий, шикарный эффект, то есть очень круто, очень много оттенков, мы добились даже, может быть, результата более классного, нежели человек ожидал. Но мы дальше продолжаем жить со своими натуральными здоровыми зубами, и то, что они могут темнеть с возрастом, это абсолютно естественная, реальная история. Было бы странно, если бы было наоборот.

Отбеливание используется только на натуральной естественной природной поверхности. Виниры не отбеливаются, керамические поверхности не отбеливаются.

Поэтому тут возникает вопрос: как сделать так, чтобы они как можно дольше оставались белыми. Ответ, наверное, простой. Не надо красить их черникой или чем-то еще или набирать в рот кофе и держать по пятнадцать минут на зубах и проверять прокрасятся они или нет. То есть все, что является некими сильными красителями, давно всем известны. Это яркие цвета любых фруктов и овощей и т.д. Эмалевые призмы обладают некой особенностью, происходит самоочищение. То есть благодаря вот этой среде, которая у нас во рту, слюна, особенно если мы говорим о живых зубах, в которых не удалены нервы, то при соблюдении определенной гигиены, при отсутствии вредных привычек эффект достаточно долгий, и отбеливаться каждый год нет необходимости. Все зависит от потребности человека, от его привычек и образа жизни.

Почему я говорю про кофе? Потому что кофе, как ни странно, имеет в составе какао-масло, что является самым сильным красителем для эмали. Поэтому данный вид действительно красит. Само по себе курение. Почему? Потому что существует смола. Сам дым, если его взять и сконденсировать, то ты увидишь, что это такое и какого это цвета, тоже имеет эффект прокрашивания. Все остальное менее страшно и агрессивно. И необходимо периодически наблюдаться у стоматолога, для того чтобы проводить профессиональную гигиену полости рта, чтобы происходило сильное прочищение, ну и, конечно же, чистить зубы и ухаживать за полостью рта. Но никогда не будет существовать такого, что система отбеливания натуральных зубов может стабилизировать этот эффект на неограниченное количество лет. Нет. Это не керамика.

Юлия Титова:

Касательно пищи, курения, алкоголя, яркого цвета все понятно в отношении влияния на зубы. А если, допустим, такой фактор, как проточная вода, которой мы чистим и полощем рот?

Андрей Григорьянц:

С высоким содержанием разных металлов.

Юлия Титова:

Металлов в том числе.

Андрей Григорьянц:

Я думаю, что этот фактор больше относится к неким системным проблемам, и здесь нужен большой промежуток времени. Если люди живут в этих условиях, и вода содержит такое количество примесей, то вопрос в другом: насколько это в целом глобально вредно или безопасно для организма, потому что зубы в данном случае страдают в меньшей степени. И, в принципе, если человек жил там на протяжении 40 лет, и у него чуть ли не генетические предрасположенности к цвету.

Как мы знаем, эмаль прозрачна, если кто-то еще не знает или забыл об этом. Сама поверхность эмали прозрачная практически. Больше всего цвета выдает дентин – то, что находится под слоем эмали. Но не хочу мучить всеми глубокими познаниями. Так вот, проточная вода. Я думаю, что не нужно ее брать, как некий фактор, потому что ты не скажешь человеку: «Слушайте, поменяйте место жизни, и у Вас будут классные зубы». Человек скажет: «Окей, ради зубов я сейчас вообще перееду в другое место». Вряд ли. Он, скорее всего, по каким-то другим, более значимым причинам поменяет это место. Но вот такие моменты, как реминерализирующая терапия – очень сложное слово, оно сокращенно называется ремтерапия, по сути, очень много источников реминерализации, и очень много методов реминерализации.

Допустим, для поддержания здоровья зубов давно существовали все эти методы. Просто состав этих жидкостей на сегодняшний день меняется, потому что мы все любим что-то органическое, натуральное, био и т.д. Поэтому реминерализирующая терапия должна проходить обязательно под профессиональным осмотром. И это не нужно делать самому, просто так, где-то что-то выдумал, пополоскал. Но это может очень сильно продлевать эффект и отбеливания, и вообще состояния здоровья поверхности и резистентности эмали. Поэтому, если кто-то проходил систему отбеливания, то всегда после процедуры отбеливания происходит процедура насыщения, когда специальные гели наносят на поверхность зубов, и с ними ты сидишь определенное количество времени, для того чтобы пропитать эмаль теми необходимыми полезными элементами.

Юлия Титова:

Спасибо большое, Андрей. Наше время, к сожалению, подошло к концу. Мы еще многое не успели затронуть.

Андрей Григорьянц:

Мы вновь кучу времени уделили тому отбеливанию, без которого жить не могут люди. Я просто хочу сделать некое резюме, с Вашего позволения.

Юлия Титова:

Давайте.

Андрей Григорьянц:

Эта тема бесконечна. И я думаю, что мы еще обязательно к ней вернемся. Мне бы очень хотелось, чтобы люди более здраво смотрели на то, что называется образ жизни и отношение к себе: как мы себя любим и что мы для себя делаем. Потому что если мы ленимся и скептически к чему-то относимся, к большому сожалению, в таком случае достичь комфортного состояния сложно. Поэтому зубы требуют никакого не сверхъестественного, но конкретного, понятного внимания. Поэтому мы будем стараться давать вам ту информацию, которая действительно позволит вам, даже без похода к стоматологу, становиться уже здоровее. Правда?

Юлия Титова:

Да, это так. Спасибо большое, Андрей. Для вас выступал сегодня Андрей Григорьянц – СЕО клиники Sanabilis, помогала я, Юлия Титова. Ну что ж, дорогие, будьте здоровы.

Андрей Григорьянц:

Спасибо Вам большое, Юля. С Вами всегда приятно вести эфир.

Юлия Титова:

Взаимно. Всего доброго!

Андрей Григорьянц:

Всего доброго!