Политический миф как явление: вчера, сегодня и всегда

УДК 2-67+29

Статья посвящена изучению мифологической составляющей мировоззрения как фактору формирования позиции индивида и группы в политической сфере. Миф рассматривается в качестве базовой составляющей традиционного мышления и актуального компонента индивидуального и коллективного сознания на современном этапе развития общества. Анализируются характеристики религиозного типа мировоззрения, специфически сочетающегося с особенностями политического сознания. Светское начало трактуется как элитарное и неконкурентоспособное по отношению к мифологии политической сферы. Выделяются основные характеристики политического мифа, являющегося разновидностью социального мифа. Осуществляется изучение политической мифологии -архаической составляющей менталитета, оказывающей влияние на другие его компоненты. Рассматриваются идеи власти, правителя и пирамиды властных отношений, являющиеся центральными для системы политической мифологии. Образ правителя сочетает в себе функции космократа, демиурга и дивинатора в границах космического и социального пространств. Учитываются общие и локальные особенности мифовосприятия традиционного и модернизированного политического сознания. Анализируются политические аспекты мифологических систем на основе нарративов традиционных культур. Религиозное и светское начала рассматриваются в роли факторов формирования альтернативных моделей политического сознания, воспроизводящих частично особенности традиционной политической мифологии.

Ключевые слова: миф, мифосознание, политическое сознание, традиционные и модернизированные мифы.

Если обратиться к человеческой культуре на протяжении всей ее истории, то неминуемо столкнешься с большим числом мифов, возникших в разное время и на разных территориях (подробнее см. [5]). Сами мифы могут относиться к лю-

бой сфере общественной жизни, но чаще всего они связаны с функционированием политико-идеологического пространства. Именно там наиболее интенсивно идет процесс рождения мифа, и возникающие в результате образы становятся наиболее

завершенными и эффективными в воздействии на общественное сознание. Политическая сфера, в которой вырабатываются принципы и технологии управления обществом, в наибольшей мере нуждается в производстве эффективных средств воздействия на сообщество людей. Именно в пространстве политического наиболее ярко выявляются такие черты мифа, как доступность восприятия и открытость сочувствованию, вне зависимости от возраста человека, его половой, национальной и социальной принадлежности.

Отдельного внимания заслуживает вопрос о том, почему такой популярностью пользуется именно политический миф, в отличие от религиозно-политических построений. Религия, будучи одной из важнейших сфер общественного сознания, неминуемо вовлекается в течение политической жизни, поскольку так же, как и политика, регулирует отношения между индивидуумами. Частичное совпадение социальных функций религии и политики может приводить к тому, что их интересы будут пересекаться, сталкиваться, совпадать, противоречить друг другу. Созданный религией инструментарий для воздействия на социальное пространство может быть использован политикой для легитимации политических практик, снижения социальной напряженности, компенсации несбывшихся чаяний.

Однако - при самых благоприятных обстоятельствах - религия не может в полной мере соответствовать запросам политической ситуации в силу того, что она ориентирована на непреходящие принципы и ценности, являясь одним из наиболее консервативных начал в культуре. В отличие от нее политика имеет установку на разрешение сиюминутных противоречий и проблем, выстраивание стратегии поведения в границах текущего момента. Религиозное начало в культуре не приспособлено и не предназначено для гибкого реагирования и учета деталей в хитросплетении политической жизни.

Потребностям политической жизни в наибольшей мере соответствуют принци-

пы функционирования светской культуры, допускающей изменение системы норм и ценностей в соответствии с интересами индивида и/или группы. Однако светское мировоззрение является наиболее сложным для воспроизводства людьми, требует как специальной системы формирования гражданина, так и ментально-волевых усилий для личности.

В отличие от религии миф, возникающий в связанных с политикой реалиях общественной жизни, пластичен, гибок, общепонятен, не требует специальной подготовки для восприятия, ориентирован на отражение изменяющейся политической реальности. Он «может принимать любую форму в соответствии с существующими системами политических ценностей» [9, с. 333]. Поэтому в тех случаях, когда в политической сфере возникает потребность в конструировании новых сущностей, формировании идеалов, обращении к экзистенциальным ценностям, именно миф замещает религию в общественном сознании.

При рождении мифа в политике происходит одно из его многочисленных превращений в культуре. Из феномена, описывающего мир, определяющего границы человеческого познания, он превращается в инструмент для разрешения противоречий и издержек политической сферы, легитимации участников политической деятельности, выполнения компенсаторной функции для малообразованных слоев общества, особенно в ситуациях протеста против правящего режима. Д. Орлоу пишет, что по своим функциям политический миф ориентирован на искажение реальности либо придание социуму дополнительного политического импульса [12, с. 906], и именно этим влиянием он отличается от фольклора [10, с. 474]. Неслучайно существует мнение, что благодаря всем этим функциям [8, с. 198] упадок мифа может стать большой проблемой для социума [8, с. 183].

Политический миф как явление формируется сразу в нескольких плоскостях

социального пространства. Как разновидность мифа вообще, он относится к социальной мифологии и обладает всеми ее характеристиками (связь с общественными реалиями, ориентация на решение сиюминутных задач, синтетический характер содержания). Вместе с тем у политического мифа имеется собственная специфика. Одновременно политический миф испытывает влияние тех сфер общественной жизни, которые по объекту воздействия частично совпадают со сферой политического. В большей мере это касается идеологии и политтехнологий, в меньшей - обыденного сознания.

К. Леви-Строс, характеризуя отношение мифосознания и политической сферы социума, отмечал: «Ничто не напоминает так мифологию, как политическая идеология. Быть может, в нашем современном обществе последняя просто заменила первую» [3, с. 217]. Это не означает, что стоит ставить знак равенства между идеологией и мифом, однако утверждает наличие мифа в политической сфере и подразумевает его актуальность и значимость. Специфика политического пространства наложила свой отпечаток на существующие в ее границах мифологические сюжеты и образы.

Политический миф выделяется, прежде всего, по субъекту мифологического описания, тесно связанному с областью политических отношений. Это обстоятельство определяет ряд характерных черт, которыми он наделен. Поскольку миф реагирует на все изменения в культуре, он в полной мере включается в проходящие в обществе процессы модернизации. Поэтому внутри него всегда присутствуют две составляющие - совокупность сюжетов и образов, основанная на архаических образах, и постоянно эволюционирующие элементы (персонажи, события, оценки и др.). Следы мифа мы можем обнаружить в светских внешне явлениях. Дж. Хиллман справедливо отмечает: «Мы определяем местоположение каждого события на основе его сходства, аналогии с мифическими формами» [7, с. 92].

Политический миф всегда связан с породившей его культурой, «это проекция социальных ценностей на мир в целом» [9, с. 332]. Именно этот вид мифа содержит наибольшую, по сравнению с другими мифами, долю архаического компонента. Г. Почепцов пишет: «Мифы выступают в роли банка данных, из которого черпаются все серьезные идеи и цели. Даже если не признавать существования определенных архетипов, нам следует согласиться, что определенный набор сюжетов имеет высокую степень повторяемости, и новый сюжет возникает с опорой на их существование» [4, с. 23].

Для мифологического взгляда на политику характерно представление о том, что единый закон, главенствующий над миром, определяет принципы существования общества и управления им. Миф предполагает, что части космоса и общества не только связаны между собой, но и взаимозависимы, обладают способностью в каждой частичке воспроизводить качество целого, чутко реагируют на любые внешние воздействия. Опора на такие представления в общественной жизни приводит к жесткой регламентации поведения участников политических и социальных отношений.

Общество и его политическая система функционируют по единожды установленному мифологическому сценарию, с распределением ролей всех членов. Каждое действие узаконено, ориентировано на замкнутый макрокосм и гарантирует его сохранение. Особенно важной становится роль политической системы как направляющего начала и правителя как ее центра. Ориентация на образцы в прошлом приводит к культурному замыканию общества, постоянному воспроизводству существующей социальной модели, медленному темпу происходящих изменений и малому объему инокультур-ных заимствований.

Такая логика развития политического мифа является сходной для всех традиционных культур, что не отрицает наличия специфических локальных вариаций.

Универсальная логическая связь формирует политическое пространство внутри любой традиционной культуры, заставляя весь социум существовать в едином культурном ритме. Политическое начало в такой культурной ситуации не локализуется в определенной сфере, не выделяется как самостоятельное, сливаясь с существующими верованиями, ритуальными предписаниями, установками быта. Отсутствует сама возможность определения той части социального пространства, в которую не проникали бы политические отношения - наравне с идеологией, религией, экономикой. Политика в традиционном обществе, формируясь в качестве сферы управления, считается обеспечивающей гармоничность существования социума в мироздании. Миф подчиняет себе представления о социальном устройстве, являясь основным организующим началом для общества.

Ярче всего особенности мифологических представлений о политике и ее роли отражены в описании основных действующих лиц и сил политической жизни. Это власть в различных ее аспектах, правитель как фигура, осуществляющая управление обществом, пирамида властных отношений. Миф выполняет по отношению к политической сфере этиологическую функцию, указывая на истоки и механизмы формирования политических отношений. Одновременно реализуется и нормативная функция, благодаря которой задаются границы и закономерности политической жизни. Все субъекты политических отношений включаются в единый механизм, родственный тому, что управляет миром в целом, и не имеют права нарушать изначально заданные правила поведения.

Самым важным образом становится идея власти, имеющей сакральную природу и всегда возникающей из одного источника. Власть, согласно архаической традиции, напрямую связана с персонажем-демиургом и применяется не только к социуму, но к тому миру, который его окружает. Основной задачей власти счи-

тается соблюдение изначально установленного порядка, связанного с включением всего существующего в единый космический ритм, подчинение универсальному закону и структурирование по иерархическому принципу.

Идея единого источника власти порождает представление о монархии как управленческом идеале. Монархическое управление, каким бы плохим оно не было, в большей мере соответствует мифологическим политическим представлениям. Для людей, воспроизводящих традиционный уклад жизни и стереотипно воспринимающих окружающий мир и социум, восприятие идеи власти как управления обществом, сконцентрированного в руках одного человека, является более естественным, чем власть большинства. Такая власть создает больший уровень психологического комфорта, ощущение более эффективной защиты от внешних врагов и стабильного существования социума. Легитимация, осуществленная на уровне мифологических представлений, оказывается более весомой, чем демократическая аргументация, апеллирующая к интеллекту и свободе выбора для индивида.

Правитель-космократ в политических мифах предстает вписанным в систему космических связей, а не самостоятельным персонажем. Границы его полномочий определены не степенью личного могущества, а теми обязательствами, которые налагаются его статусом и местом в мире. Космократ подчиняется мировому порядку и одновременно обеспечивает его. В соотношении «власть-субъект власти» первая является доминирующей, что выражается в идее недопустимости смены системы управления. Сам принцип управления в равной мере применяется для всех участников политической жизни и реализуется в виде идеи всеобщего детерминизма/фатализма.

Выразитель идеи власти иногда бывает наделен всеми характеристиками божеств архаических мифологий. В современных мифологических системах чаще всего имеет место его подмена внешне

обычной фигурой, наделенной характеристиками сакрального начала. Архаические атрибуты могут отходить на задний план, проявляться ситуативно. Правитель распространяет свои полномочия как на окружающий мир, так и на весь спектр социальных отношений. Он служит либо воплощением, либо проводником, гарантом соблюдения того порядка, на реализацию которого направлена власть, имеющая священный статус. Если рассматривать социальный аспект, то глава пантеона традиционной мифологии выступает как образец идеального царя. Он является основой справедливости в мире и гарантом соблюдения системы социальных норм, обязанностей и ценностей.

В культуре ранних цивилизаций царь как необходимый компонент социального пространства даже не локализован как индивид1. Тем самым заранее преодолевается потенциальная возможность разделения единого культурного пространства и возникновения оппозиций. Оппозиция совершенно невозможна для мифа, поскольку она нарушает целостность мира, в котором все согласовано. Популярный в мифах сюжет о дуализме - богов, демонов, людей - на самом деле не создает элементов противостояния, это только разные части одной системы вещей. Священное начало, сконцентрированное в царе как фигуре и в управлении как необходимом процессе корректировки общества, скрепляет все аспекты мифологической реальности и даже оправдывает возможные ошибки носителей власти.

Отсутствие индивидуальности правителя отслеживается по изображениям, пластике и описаниям в тексте. Все они подгоняются под портрет идеального властителя, по-видимому, имеющий архаическую природу. Это касается и личной

жизни, и отправления государственных функций. Подчиняясь сакральной природе своего социального статуса, правитель, как подразумевается, присутствует в любой точке общественного пространства. С ним могут быть связано все, что важно для существования общества2. При этом глава государства этически амбивалентен, его нельзя оценивать с позиции хорошего и плохого. Подразумевается, что царствует тот, кто имеет определенную территорию, с четкими границами, где недопустимы проявления беспорядка/Хаоса, и только так возможно осуществление власти.

Поскольку механизм упорядочивающего воздействия на Космос предполагает его недооформленность, то необходимо периодически реанимировать существующий порядок, а также допускать наличие хтонического/неправильного/не-упорядоченного элемента в стержневых фигурах социального пространства. Хто-нический компонент находит свое выражение в особенностях образа правителя как центра политического мифа, что в полной мере относится и к традиционным политическим мифам, и к современным. Монарх - это фигура, стоящая на границе Бытия и Небытия, Космоса и Хаоса, это центр и периферия, концентрированное выражение того, что человек со времен архаики привык считать сакральным.

Сопоставление древних и новых политических мифов заставляет признать наличие в политическом сознании традиционных культур сходных в основе моделей и архаических образов, отличающихся друг от друга только в части отдельных культурных компонентов, связанных со спецификой разных регионов. Совокупность базовых образов обладает абсолютной устойчивостью и воспроизводится в

1 На египетских памятниках первым царям значатся чаще всего такие имена, которые являются разновидностями наименования царского бога Гора: Гор Боец, Гор Змей, Гор Высокий рукою. Личные же имена приводятся достаточно редко [6, с. 297]. Примечательно, что и в одном из шумерских городов - Кише - первые десять правителей носили звериные имена, что может служить подтверждением их нуминозной и одновременно хтонической природы [1, с. 83]. Первые афинские цари изображаются традиционно как автохтоны, то есть рожденные землей [2, с. 116].

2 См. пример - связь власти и торговли как структурирующей и определяющей социальную жизнь [11].

большинстве политических мифологий. В первую очередь к ним относятся образы власти и идеального правителя, основанные на архетипическом принципе единства и оцениваемые по соответствию реальных явлений этому принципу.

Однако не следует говорить об изначальных образцах как целиком определяющих абрис всех систем политической мифологии. Архаические образы существуют как вплетенные в ткань культуры, реализуемые только в ее границах и подчиненные логике культурного развития.

Несмотря на то что изначальная основа мифа выступает как формообразующая, она находится в высокой степени зависимости как от культурно-исторического контекста, так и от тенденций развития человеческой культуры в целом. С течением времени мифологемы, возникающие на основе изначально определенного способа восприятия мира, подвергаются зна-

чительным изменениям в ходе действия ряда факторов культурного развития.

Благодаря формированию и распространению религиозной, а впоследствии и светской форм мировоззрения, мифологическая составляющая в мировоззрении индивидов не только начинает дополняться альтернативными ей формами, но и сама подвергается корректировке по ряду специфических черт. Особенно важным поэтому представляется определение области влияния на миф иных мировоззренческих форм и тех тенденций в его эволюции и трансформации, которыми сопровождается это воздействие. Необходимо вычленение в границах новых мифологий как стабильного «ядра», так и динамического, «подвижного» компонента, тесно связанного с особенностями религиозного и светского начал в культуре индустриального и постиндустриального обществ.

Библиографический список

1. Белицкий М. Шумеры. Забытый мир. - М.: Вече, 2000. - 432 с.

2. Гущин В.Р., Колобов А.В., Михалева А.В., Рязанова С.В. Традиционное политическое сознание: эволюция мифологем. - Екатеринбург, 2005. - 276 с.

3. Леви-Строс К. Структурная антропология: пер. с фр. Вяч. Вс. Иванова. - М., 2001. - 512 с.

4. ПочепцовГ. Коммуникативные технологии XX века. - М.: Рефл-Бук/ Киев, 2001. - 355 с.

5. Рязанова С.В. Социальный миф в пространстве гуманитарного знания: научный потенциал понятия // Религиоведение. - 2010. - №1. - С. 78-89.

6. Франкфорт Г., Франкфорт Г.А., Уилсон Дж. В преддверии философии. Духовные искания древнего человека: пер. с англ. Т. Толстой. - СПб., 2001. - 236 с.

7. ХиллманДж. Архетипическая психология. - СПб.: Б. С. К., 1996. - 157 с.

8. De Neufville J.I, Barton S.E. Myth and definition of policy problem: an exploration of home ownership and public-privat partnership // Policy Sciences. - Vol. 20. - №3 (Sep., 1987). - Р. 181-206.

9. Feuer L.S. Political Myths and metaphysics // Philosophy and phenomenological research. - Vol. 15. - №3 (Mar., 1955). - Р. 332-350.

10. lsaaks W., Kolodny J. The role of myth in critical education // Journal of Educational Sociology. -Vol. 21. - №8 (Apr. 1948). - P. 472-481.

11. Manguin P.-Y. The Merchant and the king: political myths in Southern Asian coastal polities // Indinesia. -Vol. 52 (Oct., 1991). - Р. 41-54.

12. Orlow D. The conversion of myths into political power: the case of the Nazi party. 1925-1926 // The American History Review. - Vol. 72. - №3 (Apr. 1967). - Р. 906-924.

POLITICAL MYTH AS A PHENOMENON: YESTERDAY, TODAY AND ALWAYS

S.V. Ryazanova

Perm Scientific Centre RAS UD

The article is devoted a study of the mythological part of world outlook as a factor of forming a

person's and group's attitude in the political sphere. Myth is considered as the basic component of

traditional thinking and an actual component of individual and collective consciousness in the

modern period of social development. Features of the religious type of world outlook, which is

specifically combined with features of political consciousness, are analyzed. Secular principles are interpreted as elite and noncompetitive in relation to mythology of the political sphere. The main characteristics of a political myth as a kind of a social one are singled out. A study of political mythology as the archaic component of mentality, exerting influence on its other components, is performed. Ideas of power, as well as the ruler and the pyramid of power relations, which are central ones for the system of political mythology, are considered. The ruler's image combines functions of a cosmocrat, the demiurge and a divinator within the boundaries of cosmic and social space. General and local features of mythological world outlook of traditional and modernized political consciousness are considered. Political aspects of mythological systems on the basis of narratives of traditional cultures are analyzed. Religious and secular principles are determined as factors of forming of the alternative models of political consciousness which partially reproduce features of traditional political mythology.

Keywords: myth, mythological consciousness, political consciousness, traditional and contemporary myths.

Сведения об авторе

Рязанова Светлана Владимировна, доктор философских наук, ведущий научный сотрудник отдела по исследованию политических институтов и процессов, Пермский научный центр УрО РАН (ПНЦ УрО РАН), 614990, г. Пермь, ул. Ленина, 13А; e-mail: svet-ryazanova@yandex.ru

Материал поступил в редакцию 15.07.2016 г.