ПРАКТИКИ ИНТЕНСИВНОГО РОДИТЕЛЬСТВА: ВОВЛЕЧЕННОСТЬ, МАКСИМИЗАЦИЯ УЧАСТИЯ ИЛИ ГИПЕРОПЕКА?

SOCIAL SCIENCES

ПРАКТИКИ ИНТЕНСИВНОГО РОДИТЕЛЬСТВА: ВОВЛЕЧЕННОСТЬ, МАКСИМИЗАЦИЯ

УЧАСТИЯ ИЛИ ГИПЕРОПЕКА?

Басина Н.И.

Донской государственный технический университет кафедра «Социальная работа профессор, д.ф.н., Россия, Ростов-на-Дону

INTENSIVE PARENTING PRACTICES: ENGAGEMENT, MAXIMIZED PARTICIPATION OR

OVERPROTECTION?

Basina N.

Don State Technical University Department of Social Work Professor, Doctor of Philosophy, Russia, Rostov-on-Don

Аннотация

Рассмотрена модель интенсивного родительства, выстроенная на фундаменте идеологии детоцен-тризма. Модель интенсивного родительства характеризуется возрастанием стандартов родительской заботы и участия, предлагаемых экспертным сообществом. Паттерны интенсивного родительства апологи-зируют предельную вовлеченность родителей в детские самочувствие, воспитание, образование. Максимизация участия родителей в жизни ребенка создает серьезные родительские перегрузки; режимы труда, профессионального роста, отдыха и пр. оказываются несовместимы с режимами интенсивных родительских практик. Неявная трансляция детям непривлекательного образа семьи и родительства оказывается непродуктивной. Модель интенсивного родительства нуждается в достройке ее с учетом позиции родительского благополучия.

Abstract

The model of intensive parenthood, built on the foundation of the ideology of child-centrism, is considered. The model of intensive parenting is characterized by increasing standards of parental care and participation, offered by the expert community. Patterns of intensive parenting apologize the ultimate involvement of parents in children's well-being, upbringing, education. Maximizing the participation of parents in the child's life creates serious parental overload; modes of work, professional growth, recreation, etc. are incompatible with the modes of intensive parental practices. Implicitly broadcasting an unattractive image of family and parenthood to children turns out to be demographically unproductive. The model of intensive parenthood needs to be completed taking into account the position of parental well-being.

Ключевые слова: семья, родительские практики, родительские стили, интенсивное родительство, вертолетное родительство, естественное родительство, детоцентризм.

Keywords: family, parenting practices, parenting styles, intensive parenting, helicopter parenting, natural parenting, child centrism.

Институт семьи (с субинститутами родительства, детства и пр.) переживает долговременное состояние кризиса, о чем свидетельствует характер происходящих перемен. Нарастание системных противоречий проявляется наличием значительного числа неблагополучных, дисфункциональных семей, а также неполных и «лоскутных» семей, семей «с пропущенным поколением»; активностью идейных сообществ синглтонов, чайльдфри, чайль-дхейтеров и др., обладающих деструктивным потенциалом. Все это сообщают современному фами-листическому дискурсу тревожный социально-критический посыл. О глобальном кризисе фамилистической цивилизации писал известный социолог и демограф А.И. Антонов, увидевший в происходящих переменах даже не утрату одного из

социальных институтов, но перспективу масштабной депопуляции и краха социальности [2, 50].

В условиях отчуждения аутентичных функций семьи и постепенного снижения власти семьи над индивидом (М. Фуко) возрастает разнообразие и непредсказуемость семейных стратегий массового человека. Этому способствует господствующий характер институционализации и стандартизации, который впервые оказался рассчитан на индивида и адресован индивиду (парадокс «социальной структуры» Второго Модерна, по У. Беку), но не обществу в целом. Социальные институты «вынуждают к самоорганизации собственной жизни и самотема-тизации биографии... многочисленные предписания в системе образования, на рынке труда, в государстве всеобщего благоденствия под угрозой экономических санкций требуют от человека вести

собственную жизнь» [4]. То есть индивидуализм жизненных стратегий, в т.ч. семейных, подхвачен институционально, почему данное стремление уже не принадлежит исключительно индивиду. Обнаружилось, что кровнородственные, статусные, классовые, поколенческие, когортные, династические и иные характеристики частных биографий не отменяют, а подчас усиливают их индивидуализирующий характер. Разнообразие фамилистических установок молодежи, типов социального конструирования семьи, репродуктивного и тендерного поведения, родительских стилей и родительских практик максимально усложняет наличную картину мира семьи.

Осмысление понятийного дискурса новых родительских практик актуализирует ревизию понятийных границ. Осознанное, сознательное, компе-тентностное, просвещенное, ответственное, позитивное, естественное, интенсивное родительство -многочисленные модели «нового родительства», ассоциированные семьями в наши дни, - стали актуальными темами исследований. Целью статьи является рассмотрение концепта интенсивного роди-тельства как одной из наиболее распространенных практик, характеризующих «новое родительство».

Практики интенсивного родительства выстроены на фундаменте идеологии детоцентризма, помещающей ребенка в ценностный центр семьи. Модель «интенсива» поддерживается постоянным повышением стандартов родительства, предлагаемых экспертным сообществом и поддерживаемых сообществом родительским. Паттерны интенсивного родительства апологизируют предельную вовлеченность родителей в детские интересы, эмоции и состояния, выраженную значительным количеством эмоционального труда, времени, материальных и информационных затрат, отводимых на удовлетворение потребностей детей, их дополнительное образование, заботу об их будущем. Социологами зафиксировано стадиальное увеличение (с 1960-х гг.) объемов времени, проводимого родителями с детьми.

Предпочтение будущего настоящему, моральная максима «поступиться настоящим ради будущего», иначе, радикальное переосмысление временного фактора биографии ребенка, присутствует в модели интенсивного родительства, предполагающего «гипертрофированные родительские инвестиции» в жизнь детей [8]. Ребенок становится частью родительского проекта, материалом для самореализации взрослого человека, беззастенчиво размещающего родительское Я в несформировав-шемся самосознании ребенка [5]. Интенсивность воспитательных усилий включает механизм акселерации движения во взрослость, стимулируя темпоральную соревновательность внутри детской группы [3]. Часто к подобным решениям родителей подталкивают образовательное учреждение и напряженная родительская среда, исповедующая алармистскую идеологию «гонки за успехом».

Отметим, что модель интенсивного родитель-ства выглядит органичной в обществе, поглощен-

ном идеями конкуренции и подчиненном критериям оптимальности в использовании имеющихся ресурсов. Модель интенсивного воспитания незаметно стала педагогическим стандартом в США, которому следует большинство родителей, что признал респектабельный «The Atlantic». Данное обстоятельство выглядит логичным в ситуации экономического неравенства, когда возможности отстающих детей являются в экономическом отношении наиболее провальными [14].

Идеология интенсивного родительства получила широкое распространение в России. Специалисты в области поколенческой теории пришли к выводу о том, что активно заниматься развитием своего ребенка - преобладающая тенденция для молодых родителей генерации Х, не свойственная поколениям предшественников [9]. Исследование контента родительских установок выявило то, что подавляющее большинство матерей разных возрастов и образовательных уровней солидарны с мнением о том, что роль матери - одна из наиболее важных и приносящих удовлетворение. Среди родительских задач ими было выделено когнитивное развитие детей, причем, большинство респондентов осведомлено о значимости для развития периода раннего детства. В 88 % семей дети посещали детские студии раннего развития, кружки и спортивные секции, а две трети родителей занимаются самообразованием в области психологии и педагогики [10]. Несовершенство школьных методик также предполагает перманентную поддержку родителями процессов обучения (ежедневное участие взрослых в выполнении домашних заданий, финансовые траты на дополнительные занятия и консультации).

Даже не солидарные идеологии «интенсивного родительства» родители демонстрируют реальную поглощенность идеологией детоцентризма, сопряженную с постоянным стремлением к новой информации и следованием «последним» рекомендациям экспертов в области ухода, воспитания, обучения. Показательным является то, что конструирование публичного образа матери в социальных сетях и СМИ (независимо от ситуационного контекста) неявно отталкивается от паттерна интенсивного материнства, характеризующегося чрезмерной требовательностью к тому, как матери выполняют свои обязанности. Социологи также отметили отношения соревновательности между родителями [7].

Близка интенсивному родительству модель чрезмерного, или «вертолетного родительства» («helicopter parenting»). Вертолетное родительство предполагает неотступное внимание и контроль за повседневностью ребенка, почти непрекращающееся навязчивое «парение над ним». При внешних доброжелательности и взаимопонимании - «вертолетное родительство» интерпретируется рядом авторов как разновидность гиперопеки и директивного родительского стиля [12]. Избыточный дето-центризм препятствует формированию навыков независимой жизни, что в подростковом возрасте становится реальным пробелом подготовки.

Впервые модель интенсивного материнства была концептуализирована в терминах социологии Ш. Хейс [13], появлением книги которой был маркирован культурный сдвиг, произошедший в западном общественном сознании в направлении дето-центричного и трудоемкого родительства. Норматив интенсивного материнства входил в противоречие с профессиональными ролями женщины, обязанной быть высококвалифицированной и амбициозной в профессиональной сфере. Т.е., как полагала Ш. Хейс, вместо технологизации и упрощения родительских ролей социум пришел к их максимальному усложнению и утяжелению моральных обязательств, что последовательно вело к антагонизму материнских и профессиональных обязанностей. Ш. Хейс провокативно квалифицирует интенсивное материнство как нереалистичные и неоплачиваемые обязательства, предъявляемые социумом материнскому сообществу. Детоцен-тризм как паттерн материнского поведения вынуждает к откладыванию матерью собственных образовательных и карьерных планов на неопределенное будущее.

Максимизация участия родителей в жизни ребенка создает серьезные родительские перегрузки. Матери, исповедующие интенсивное материнство, «.демонстрируют более низкий уровень счастья и удовлетворенности жизнью, а также более высокий уровень усталости» [8]. Матери, полагающие, что воспитание детей требует постоянного обновления знаний и навыков, следования рекомендациям экспертов, более подавлены, чем матери, которые так не считают.

Сложность сочетания творческой профессии, требующей непрекращающейся вовлеченности в художественный процесс, а также принадлежности к определенному габитусу, сложившейся идентичности и пр. с интенсивным материнством очевидна. Изучение совместимости профессиональных и материнских практик художниц-матерей выявило наличие непреодолимых барьеров, встающих на пути реализации собственной одаренности и призвания [6]. В таких ситуациях прежние режимы труда оказываются несовместимы с режимами материнства, из-за чего молодые матери вынуждены делать непростой выбор. Одновременно практики интенсивного материнства способствуют возрастанию спроса на услуги присмотра за детьми. За несколько лет в мегаполисах России услуги бебиситтеров институционализировались, при этом для поиска помощников используется сервис, работающий по схеме Убер, минимализирующей посредничество и ориентированный на труд студентов [11].

Отказ от соблюдения режимов смены труда и отдыха, снижение требований к своему личностному и профессиональному росту следует рассматривать как неизбежные сопутствующими факторы интенсификации родительской роли. Разные исследователи зафиксировали утомляемость, тревожность, депрессию, низкую самооценку у матерей [1], т.е. практики интенсивного материнства неявно

транслируют детям непривлекательный образ семьи и родительства, где старшее поколение жертвует собой ради младшего. Данный тип родительской культуры в качестве поведенческого образца демографически непродуктивен и недальновиден. В таких условиях становится закономерным появление модели позитивного родительства, которое следует рассматривать как реакцию на перегрузки, связанные с родительской гиперответственностью и жертвенностью, характеризующими модель интенсивного родительства. Как ситуативное разрешение проблемы родительской гиперответственности можно рассматривать применение принципов позитивной психологии к родительским практикам.

Интерес к практикам интенсивного родитель-ства будет возрастать, поскольку пока в них никак не учтены цели родительского благополучия, представляющие безусловную ценность.

Список литературы

1. Акинкина Я.М. Понятие «интенсивного родительства» в зарубежной литературе // Современная зарубежная психология. 2020. Том 9. № 2. С. 117-122. - URL.: https://psyjournals.ru/files/114528/jmfp_2020_n2_Aki nkina.pdf (дата обращения 20.10.2021).

2. Антонов А. И. Кризис фамилистической цивилизации в XXI веке // Экономические стратегии.

2016. № 1. С. 40-43.

3. Басина Н.И., Куншенко И.А. Консьюмерист-ский дискурс детства как свидетельство институционального кризиса // В сборнике: Современные тенденции развития системы образования. Сборник материалов Международной научно-практической конференции. Чебоксары: Изд. дом «Среда», 2019. С. 37-40.

4. Бек У. Собственная жизнь в развязанном мире: индивидуализация, глобализация и политика. URL: http: //soc.pu.ru/publications/pts/bek_3.shtml

5. Бесчастная А.А. Наблюдая грядущее: образы современного детства в прогнозировании будущего // Ценности и смыслы. 2018. №3 (55). С. 6578.

6. Годованная М., Темкина А. «Мать - ты навечно, но и художница - всегда»: творчество в условиях интенсивного расширенного материнства // Laboratorium: журнал социальных исследований.

2017. № 1. С. 30-61.

7. Дорофеева О.Е., Кавеева А.Д., Андреева А.А., Вербилович О.Е. Дискурсивные границы территории родительства: анализ кейса «плохой матери» в социальных медиа // Журнал исследований социальной политики. 2021. Т. 19. № 3. С. 451-464.

8. Исупова О.Г. Интенсивное материнство в России: матери, дочери и сыновья в школьном взрослении // Неприкосновенный запас. Дебаты о политике и культуре. 2018. № 3 (119). С. 180-189.

9. Майофис М., Кукулин И. Новое родитель-ство и его политические аспекты // Pro et contra. 2010. № 1-2. C. 6-19. - URL.: http://www.polit.ru/research/2010/08/11/parents.html (дата обращения 20.10.2021).

10. Мисиюк Ю.В., Хазова С.А. Исследование выраженности установок на интенсивное родитель-ство у российских женщин // Вестник Костромского государственного университета. Серия: Педагогика. Психология. Социокинетика. 2021. Т. 27. № 3. С. 91-98.

11. Сивак Е.В. Установки интенсивного материнства и уберизация заботы о детях // В сборнике: Психология семьи в современном мире. Сборник материалов Международной научно-практической конференции. Екатеринбург, 2017. С. 302-306.

12. Чеботарева Е.Ю. Межкультурные особенности связей чрезмерного родительства с психологическим благополучием современных старших

подростков // Современная зарубежная психология. 2019. Т. 8. № 4. С. 7—15. URL: https://psyjour-nals.ru/files/111353/jmfp_2019_n4_Chebotareva.pdf

13. Hays Sh. The Cultural Contradictions of Motherhood. Yale: University Press, Yale, 1996. - 288 pages.

14. Pinsker J.'Intensive' Parenting Is Now the Norm in America // The Atlantic. 2019. January 16. URL : https ://www.theatlantic.com/family/ar-chive/2019/01/intensive-helicopter-parenting-inequal-ity/580528/

АНАЛИЗ НАРУШЕНИЯ АНТИДОПИНГОВЫХ ПРАВИЛ СПОРТСМЕНАМИ ПО РАЗЛИЧНЫМ ВИДАМ СПОРТА

Бородина Е.С.

к.п.н., доцент

Уральский государственный университет физической культуры

ANALYSIS OF ANTI-DOPING RULE VIOLATIONS BY ATHLETES IN VARIOUS SPORTS

Borodina E.

Ph.D., Associate Professor Ural State University of Physical Education

Аннотация

В данной статье проанализированы данные о дисквалификации спортсменов, нарушивших антидопинговые правила по решению международных федераций по различным видам спорта. Определены основные причины нарушения антидопинговых правил у дисквалифицированных спортсменов.

Abstract

This article analyzes data on the disqualification of athletes who violated anti-doping rules by decision of international federations in various sports. The main causes of anti-doping rule violations in disqualified athletes have been identified.

Ключевые слова: допинг-контроль, дисквалификация, виды спорта, спортсмен, антидопинговые правила, РУСАДА, международная спортивная федерация.

Keywords: doping control, disqualification, sports, athlete, anti-doping rules, RUSADA, international sports federation.

Каждый день в Российской Федерации и во всем мире берется все больше проб для выявления «допинга» у спортсменов. Если спортсмен выступает на международном уровне или даже на всероссийском уровне, то у него постоянно берут анализ: до соревнований и после. На официальном сайте РУСАДА имеется информация о том, какие спортсмены отбывают дисквалификацию по решению международных федерации по видам спорта и национальных антидопинговых агентств, а также общероссийских федерации по видам спорта. Только за один месяц (март 2021 г.) дисквалифицированы за нарушения общероссийских антидопинговых правил 11 человек. Наиболее часто встречается дисквалификация по таким видам спорта, как легкая атлетика и тяжелая атлетика, также выявлены случаи у лиц с ограниченными возможностями здоровья [3]. Э. Н. Безуглов и Е. Е. Ачкасов отмечают следующее: «Нет никаких сомнений, что

количество проб будет расти и дальше - ведь антидопинговые организации с каждым годом усиливают борьбу с нарушителями [2].

До сих пор не понятно, почему же спортсмены и персонал спортсмена нарушают антидопинговые правила. В 2019 году мы проводили анализ данных о спортсменах, отбывающих дисквалификацию по решению общероссийских федерации по видам спорта [1]. Ведь про это («применение допинг» или «дисквалификация спортсмена») постоянно говорят и пишут в Интернете, и в СМИ. А независимая антидопинговая организация РАА РУСАДА постоянно проводит форумы, семинары, конференции, вебинары и он-лайн обучения не только для спортсменов, тренеров и врачей, но и для родителей. Следовательно, в настоящее время проблема «применение допинга» является актуальной.

Цель данного исследования является проанализировать данные о спортсменах, отбывающих дисквалификацию по решению международных