Красота, среди бегущих первых нет и предстающих

27 апреля президент России Владимир Путин после форума «Один пояс — один путь» провел в Пекине пресс-конференцию, которая в значительной степени была посвящена Украине. И специальный корреспондент “Ъ” Андрей Колесников замечает, что это было вызвано не только вопросами. Но и ответами. И даже прежде всего — ответами. Владимир Путин хочет говорить об Украине, причем именно с Владимиром Зеленским.

Утро субботнего дня началось с церемонии приветствия лидеров 37 стран председателем КНР Си Цзиньпином. Приносило пользу наблюдать, как эти люди готовились к встрече с председателем. Вот президент Таджикистана Эмомали Рахмон производил впечатление своим пиджаком. Казалось, требовались усилия нескольких человек, чтобы стянуть его для благополучного застегивания. И напротив, когда подходила очередь господина Рахмона идти здороваться с председателем, он, вместо того чтобы, как принято у некоторых, застегиваться на ходу, демонстрируя уважение к тому, перед кем он сейчас собирался стоять, наоборот, приближался к председателю, с облегчением расстегивая пуговицы пиджака.

Бунтаря Родриго Дутерте, президента Филиппин, в отличие от всех остальных, подвели к Си Цзиньпину в сопровождении могучего сотрудника китайской службы безопасности, словно опасались, как бы тот и сейчас не нахулиганил.

Бывший президент Казахстана Нурсултан Назарбаев не производил впечатления бывшего президента Казахстана. То есть как он мог казаться бывшим, если на форум приехал в качестве лидера страны?

Впечатляющим был проход к китайскому председателю Владимира Путина. Сделал его таким, впрочем, не Владимир Путин, а иностранная фотожурналистка, которая, стоя на высокой лесенке, старалась все же поспеть за ним, и в какой-то момент было полное впечатление, что она первая из мировых коллег, которой удастся снять российского президента в падении (причем на большое количество людей). Учитывая, что в рядах фотокорреспондентов все время царил страшный хаос и невозможно было толком разглядеть, что там вообще происходит, нельзя утверждать, что у нее это в конце концов и не получилось.

Не было здесь, в очереди к Си Цзиньпину, только Александра Лукашенко, который предпочел уехать с форума утром в первый и последний день его полноценной работы. Со стороны кому-то могло показаться, что это было вызвано досадой от того, что при всем великолепии двусторонних встреч накануне Владимир Путин так и не встретился с президентом Белоруссии, а тот в конце концов обиделся из-за этого на весь мир. Впрочем, этой встречи с самого начала не было в сценарии графика российского президента еще даже за две недели до начала форума. Слишком много они успели сказать друг другу, видимо, до этого.

На самом деле российский президент разговаривал на форуме с Александром Лукашенко дольше, чем с подавляющим большинством лидеров на официальных двухсторонних встречах.

То есть они поговорили на обеде в день приезда, а потом после обеда уединились, где смогли, и это был не короткий разговор. А на вопрос одного из членов российской делегации, чего это он улетает, только прилетев, господин Лукашенко, по данным “Ъ”, беззаботно ответил: «Поеду разбираться с вашей грязной нефтью!» Не исключено также, что Александру Лукашенко на ходу разонравились амбиции китайского лидера, придумавшего весь этот форум. В конце концов всем, кто сюда прилетел, должно было стать ясно, что все дороги не только ведут в Китай, но и начинаются с него. Шелковый пояс, опоясывающий земной шар и завязанный бантиком на его пупке, которым тоже является Пекин, а не какой-нибудь другой, не дай бог, город мира,— это и есть великая идея грандиозного китайского лидера.

Выступления на форуме были одно ритуальней другого.

Через некоторое время господин Путин уже должен был бы быть готов (спасибо, могучий русский язык!) к пресс-конференции.

Но, видимо, не был. К тому же шел дождь, да нет — ливень. Организаторы великодушно притащили журналистам гору зонтов, как будто пресс-конференция планировалась под открытым небом. Через мгновение гора превратилась в мышь, и, главное, проблемой теперь было распихать все эти зонтики (а мало кто брал только на себя, старались угодить, по-моему, и свекрови, и особенно теще) под стулья и сумки так, чтоб это не бросалось в глаза российскому президенту (но как же это могло не броситься). Впрочем, в конце концов это уже было и неважно: главное, дело сделано.

Владимир Путин приехал с форума между тем в хорошем настроении. Я давно заметил, что, если пресс-конференция случается в конце неоднодневного международного мероприятия, которое состоит из огромного количества одних разговоров, Владимир Путин приходит и формулирует, еще не притормозив после них, так точно и даже изысканно, что может сказать и не сказать словами все, что он даже, может, и сам не в состоянии был даже для себя самого раньше сформулировать. То есть все дается безостановочными упражнениями, которые открывают человеку самого себя.

И надо сказать, Владимир Путин охотно к тому же в этот день отвечал на вопросы, а это, конечно, не всегда бывает.

Ведь он почему, например, опаздывал на пресс-конференцию: у него были двусторонние встречи с премьер-министром Венгрии Виктором Орбаном, который был предсказуемо доброжелателен и не мог ему не понравиться, а также с премьер-министром Италии Джузеппе Конте, который, по данным “Ъ”, рассказывал ему, что именно сейчас, в связи с приходом новой власти в Киеве, очень удобный момент для снятия санкций с России, и к тому же долго аргументировал.

И разве могло услышанное из уст итальянского премьера не повысить расположения Владимира Путина к российским журналистам, на встречу с которыми он приехал с этой двусторонки?

Почти сразу российский президент получил вопрос о слухах про нагрузку на российский бюджет, которая произойдет после упрощения получения процедуры гражданства РФ для граждан ДНР и ЛНР.

— Мы ведь не только людям, которые проживают в ЛНР или ДНР, предоставляем такой способ получения нашего гражданства, мы вообще думаем о том, чтобы предоставлять в упрощенном порядке гражданам Украины наше гражданство,— рассказал российский президент.

Не уверен, что он представлял себе, какой шум поднимется после этого заявления. Скорее всего, он хотел этими словами просто прикрыть новый порядок для граждан ЛНР и ДНР. Но в результате первыми словами Владимира Зеленского, обращенными к Владимиру Путину, стали те, которые он произнес именно по этому случаю.

— Какой-то серьезной нагрузки для российского бюджета, связанной с какими-то возможными сбоями в будущем в самой социальной системе России, не будет, это абсолютно исключено,— заверил Владимир Путин.— Это не спонтанное решение, оно не принималось с кондачка. Прежде чем подписать этот указ, мы все посчитали и количество возможных претендентов на наши паспорта, и количество пенсионеров из этого числа, это примерно одна треть из того контингента, который, как мы полагаем, может претендовать на наше гражданство. Там достаточно уже стареющее население на этих территориях сегодня осталось!

А этого можно было вслух и не говорить. Впрочем, возможно, российский президент давал понять, что там и воевать-то особо некому, одни пожилые ополченцы, которые, впрочем, все-таки могут постоять за себя, а мы, таким образом, тем более ни при чем…

— Действительно,— подтвердил он,— в следующем году и в последующие годы эта цифра может достичь около 100 млрд, это не в один год, а в течение нескольких лет. Это для нас не является чем-то критическим, что может поставить под вопрос исполнение наших обязательств перед российскими пенсионерами. Такого точно не будет, даже близко не стоит.

А по поводу возможности для новых российских граждан получать двойную пенсию, в России и на Украине, Владимир Путин и вовсе высказался неожиданно:

— Теоретически это возможно. Вы знаете, какой средний уровень пенсий на Украине по старости? Почти в три раза меньше, чем в России!.. Поэтому если уж кто-то там получит еще и украинскую пенсию — дай бог! В российских рублях это 6 тысяч…

Так президент России благословил на получение двойной пенсии всех этих заслуженных людей.

— Если иметь в виду,— добавил он,— что люди еще живут под пулями и у них снаряды разрываются время от времени в огородах, то я думаю, что и наши пенсионеры, многие из которых прошли и еще помнят годы Великой Отечественной войны, понимая, в каких условиях живут сегодня люди, не будут думать, что в данном случае мы имеем дело с какой-то социальной несправедливостью. А людей нужно поддержать!

Все, моральный долг снят с плеч компенсацией материального.

Затем президент долго и подробно отвечал на вопрос корреспондента арабской редакции Russia Today про события в Сирии. Корреспондент и сам сириец, и теперь я видел, какую реакцию вызывает толково сформулированный вопрос:

— Вы сейчас сказали, что сирийская оппозиция полагает, что правительство президента Асада как победители диктуют, пытаются диктовать свою волю,— говорил Владимир Путин.— Зафиксируем, что оппозиция считает президента Асада и его правительство победителями. И это правда, так оно и есть.

Открывались интересные подробности:

— Мы… интенсивно начали работать после встречи в Стамбуле, где мы договорились о том, что Россия берет на себя обязательство получить список лиц в этот Конституционный комитет от официальных властей Дамаска, а Турецкая Республика, Турция, будет отвечать за список от всей оппозиции. Напомню, что мы после достаточно долгой работы с президентом Асадом, с его помощниками, с правительством Сирии все-таки такой список получили, согласовали список от оппозиции с Турцией полностью. Но потом вдруг выяснилось, что прежний представитель генерального секретаря ООН не может согласиться с этим списком, потому что считает ряд лиц в этом списке, представленных от оппозиции, всего шесть человек, не соответствующими интересам оппозиции в широком смысле этого слова.

Владимир Путин совершенно точно лично занимался всем этим, в том числе с Реджепом Эрдоганом, и теперь делился личными, можно сказать, подробностями с некоторым даже энтузиазмом.

— Это было для нас несколько странным,— продолжал он,— потому что мы же договорились, что Турция отвечает за этот список со стороны оппозиции, а Турция нам его согласовала! А если что-то было не так, то тогда наши коллеги во Франции, в Германии, в тех же Соединенных Штатах должны были бы нам сказать, что кто-то их в этом списке не устраивает. Ничего этого не было сказано, а просто взяли этот список и торпедировали. Ну ладно. Мы не стали губы надувать и обижаться, мы стали работать. И с Дамаском продолжили работать, и с оппозицией продолжили работать. В целом эти шесть человек, которые якобы не устраивали оппозицию,— мы пошли на то, чтобы согласовать их замену!

В общем, новость в том, что список до сих пор не согласован. Но, с другой стороны, не такая уж это и новость.

После этого президент, еще больше увлекшись, допустил очевидный промах. Говоря об урегулировании в Идлибе, он произнес:

— Нужно ли сейчас проводить какие-то широкомасштабные мероприятия? Ну, прежде чем проводить такие действия, мы всегда согласовываем это с президентом Асадом!

Вот, значит, как это происходит. Российские военные и политики готовят решение, а потом просто согласовывают его с сирийским президентом.

И Владимир Путин тут же постарался изменить концепцию в пользу Башара Асада:

— Собственно, не мы проводим, он сам и проводит при нашей поддержке, прежде всего авиационной поддержке!

Я должен был задать свой вопрос:

— Владимир Владимирович, когда вы наконец предстанете перед Владимиром Зеленским, что вы ему скажете?

Да, этот вопрос был пародией на вопрос господина Дудя, который он задает своим гостям в студии. Вопрос господина Дудя является пародией на вопрос господина Познера, который тот задает своим гостям в студии. Вопрос господина Познера является пародией на вопрос господина Пруста, который задавал его прежде всего самому себе.

То есть да, постмодернизм. Но не только. Действительно, ведь они рано или поздно встретятся. Думает ли что-нибудь по этому поводу Владимир Путин? Оказалось, что думает, и много.

— Вы знаете, Владимир Зеленский пока еще не возведен в ранг святых (все-таки Владимир Путин не исключает такой возможности. – А. К.), не Господь Бог, и вряд ли я должен перед ним представать в каком бы то ни было качестве,— пояснил Владимир Путин.

Этим российский президент мог и ограничиться, если бы не хотел развивать эту тему. Но он хотел:

— Если у нас когда-то будет встреча, начнутся какие-то переговоры, чего я не исключаю, то мы прежде всего должны будем говорить о том, как закончить конфликт на юго-востоке Украины. А здесь, на мой взгляд, есть только один способ — это исполнение минских соглашений. Но, к сожалению, еще перед выборами господин Зеленский заявил о том, что он не собирается подписывать декрет или указ, как он там на Украине называется, об амнистии,— первое. И второе — не согласен предоставить этим территориям особый статус. И то и другое является ключевой частью содержания минских соглашений. А как можно без исполнения минских соглашений решать проблему ЛНР и ДНР? Я бы с удовольствием задал бы ему эти вопросы...

Это была уже целая повестка. Владимиру Зеленскому есть к чему готовиться:

— Ведь, понимаете, за него проголосовало большое количество украинских граждан — 74%, по-моему. На мой взгляд, прежде всего люди ожидают от будущего политического руководства Украины решения именно этих вопросов. Всем надоел этот конфликт, все устали от него, и все ждут от нового политического руководства, в том числе от будущего президента, решения этих задач!

Да, он подсказывал Владимиру Зеленскому, как тому себя вести в условиях 74-процентного аванса (у него в конце концов есть в этой связи опыт).

— Но если уже с порога,— воскликнул Владимир Путин,— изначально будущий президент заявляет о том, что он не собирается исполнять минские соглашения, то как он собирается решать тогда эту проблему?! Конечно, я бы с удовольствием подискутировал с ним на эту тему, хотелось бы понять его позицию. Собственно говоря, и все!

Но это было не все. И президент России продолжил:

— А потом вопросы экономического характера! Мы в конце концов подпишем транзитный договор на транзит газа или нет? Вы понимаете, это же вопрос какой?..

Тут я счел возможным отрицательно покачать головой, и этим была вызвана следующая реплика Владимира Путина:

— Здесь я бы с вами отдельно лучше подискутировал на этот счет… Но ладно уже, здесь секрета нет. Ведь Украина раза в два получает дороже газ, чем могла бы получать! Но когда представители оппозиционного блока, господин Медведчук и Бойко, приезжали в Москву, встречались с Миллером (глава «Газпрома» Алексей Миллер.— -Ъ") и с председателем правительства России Медведевым, российская сторона же сказала: минимум на 25% будет цена меньше, если напрямую будут получать газ из России. 25%!

Деньги-то, конечно, большие. Но не больше ли будет цена за это?

— Вы понимаете, что за эти годы на 1400% выросли тарифы на тепло в стране? На электроэнергию там, по-моему, 1000%. Падает реальный уровень жизни, падает катастрофически. Но как это, можно не учитывать, что ли?! Можно плюнуть на это?! — в сердцах воскликнул российский президент.

А я мысленно благодарил итальянского премьера, благодаря которому в том числе стала возможна такая откровенность:

— А если транзита не будет? Вы понимаете, что тогда не будет реверса? Ведь реверс, он же виртуальный! — усмехнулся Владимир Путин.— Наш газ, который идет в Западную Европу! Газовая труба советских времен как устроена?..

И он объяснил как:

— Там от транзитной газовой трубы идут ответвления на всю Украину. Это абсолютно известная для профессионалов вещь! Публика только, может быть, этого не понимает. Но это чушь, это бред, это обман!! Никакого реверса реального нет! Вот идет газ по трубе, ведь невозможно утром пускать в аверсном режиме, то есть запускать газ транзитом в Европу, а по ночам, как тать в ночи, переворачивать в реверсный режим! Это технологически невозможно просто! Это невозможно!

Все это превращалось уже просто в какой-то открытый урок:

— Поэтому что происходит? Идет газ в Европу, ответвления от газовых транзитных труб идут на всю территорию Украины. Газ берется в обычном режиме, потом по бумагам пишется, что это реверс. Частично заходит на территорию соседних стран, оттуда маленькую трубу проложили, соединили пару труб и делают вид, что гоняют эти объемы. На самом деле их нет!

Он, может, давно хотел сам объяснить такие простые вещи, потому что ему давно, видимо, надоело читать всю эту муть по этому поводу. И вот случай наконец предоставился. И быть предоставителем этого случая — да, по-журналистски это было неплохое ощущение.

— И представьте, что транзит отсутствует! — воскликнул президент.— Так тогда и не будет газоснабжения Украины! Это такой серьезный вопрос. Они валяют дурака там, занимаются какими-то политическими дрязгами, вместо того чтобы подумать о рядовом гражданине Украины, который живет текущими заботами и вынужден платить непомерную цену за все эти политические фокусы!

Да, это был ответ. Но и вопрос тоже.

Им в самом деле будет о чем поговорить.