Государственно-конфессиональная политика в Республике Беларусь

Л. Е. ЗЕМЛЯКОВ,

доктор политических наук, профессор,

Белорусский государственный университет, г. Минск

Н. С. ЩЁКИН,

кандидат философских наук, доцент Институт государственной службы Академии управления при Президенте Республики Беларусь, г. Минск

ГОСУДАРСТВЕННО-КОНФЕССИОНАЛЬНАЯ ПОЛИТИКА В РЕСПУБЛИКЕ БЕЛАРУСЬ

Рассматривается роль религии и ее институтов в социально-политической жизни белорусского общества в конце ХХ - начале XXI в. Приводится характеристика религиозной ситуации в нашей стране. Концентрируется внимание на содержании, характере и динамике взаимоотношений государства с религиозными организациями, разработке государственноконфессиональной политики.

Ключевые слова: государственная конфессиональная политика, религия, религиозные организации, конфессиональные отношения.

Становление политической системы Республики Беларусь оказало непосредственное влияние на изменение вероисповедной политики государства и динамику государственно-конфессиональных отношений. Изменения предопределили изменение положения религии и религиозных организаций в государстве и обществе. Характерной чертой последних десятилетий стала стремительная и беспрецедентная по своим темпам структурная трансформация конфессионального пространства Беларуси. С одной стороны, Беларусь как и прежде остается светским государством, но с другой - в современной Беларуси роль религии, религиозности не столь однозначна, религиозная ситуация в Республике Беларусь, в том числе и в связи с модернизационными процессами, претерпела определенные изменения, в которых следует выделить по меньшей мере два различающихся аспекта.

Это, во-первых, процессы имманентного характера, происходящие внутри «собственно религиозной» сферы, и, во-вторых, процессы, выходящие за ее пределы и предполагающие влияние религии на социум. К первому аспекту относятся: количественный рост религиозных организаций, предполагающий увеличение численности, как самих этих организаций, так и их членов; восстановление и развитие конфессиональных структур: расширение социально-демографического контингента верующих; освоение религиозными орга-

низациями новых форм социальной (внекультовой) деятельности. Ко второму аспекту религиозного возрождения, в свою очередь, относятся изменения в образе жизни и образе мысли людей, которые происходят под влиянием религии.

Основными центрами сосредоточения конфессиональной жизни являются крупнейшие социально-экономические и многофункциональные центры (города с численностью населения свыше 100 тыс. человек), а также промышленно-урбанизированные районы. Конфессиональная периферия представлена сельскохозяйственными, агрорекреационными и лесоприродоохранными районами с характерными для них биконфессиональной и моноконфессиональ-ной общественными структурами [6].

Одним из подтверждений «религиозной активности» является создание разветвленной религиозной сферы и весьма разнообразной конфессиональной карты. Так, за 1989-2011 гг. общее количество религиозных организаций в Беларуси увеличилось с 768 до 3321, т. е. более чем в 4,3 раза. По состоянию на 01.01.2011 г. конфессиональная карта страны представлена 25 вероисповедными направлениями, в рамках которых действует 3321 религиозная организация, в том числе 3162 религиозные общины, 46 центров и управлений, 41 монастырь, 34 миссии 15 братств, 10 сестричеств, 14 духовных учебных заведений и др.

Созданы протестантские объединения - Объединенная церковь ХВЕ (до 07.03.2007 - Союз ХВЕ), Союз ЕХБ, Конференция АСД, Религиозное объединение Новоапостольской церкви и др. Возникла и тенденция консолидации протестантских организаций, что выявилось в создании на основе ЕХБ, ХВЕ и АСД «Белорусской христианской Ассоциации религиозной свободы». Постоянно возрастает количество религиозных печатных СМИ, которое составляет на сегодня около 40 единиц. Для богослужений религиозные организации пользуются 2291 культовым и приспособленным под молитвы зданием, строятся 194 культовых помещения.

В религиозных организациях осуществляют свою деятельность 3045 служителей культа, в том числе 1577 православных священника и 418 католических ксендзов (160 из них являются иностранными гражданами) [10].

Одной из основных характеристик религиозной сферы является уровень религиозности населения. Как показало социологическое исследование «Конфессиональная идентификация населения Беларуси» Центра социологических и политических исследований и географического факультета Белорусского государственного университета в 2006 г. (1500 человек в 70 точках), религиозными себя считают 59 % жителей Республики Беларусь, квазирелигиозными - 5 %, колеблющимися - 24 %, неверующими - 12 %. Это означает, что около 60 % населения Республики Беларусь в той или иной степени испытывает религиозные потребности и вправе рассчитывать, что их удовлетворение будет предметом не только непосредственной заботы религиозных организаций, но и внимания и уважения со стороны органов государственной власти и местного самоуправления.

Другим показателем отношения населения к религии является конфессиональная самоидентификация, которая может не совпадать с идентификацией по признаку веры - неверия. В сознании части опрошенных она выступает своеобразным заместителем этнокультурной идентификации.

В целом, по конфессиональной принадлежности опрошенные в вышеупомянутом социологическом исследовании распределились следующим образом: 72,6 % отнесли себя к православным, 0,4 % - к разным направлениям протестантизма, 9,3 % - к католикам, т. е. в целом к христианской традиции отнесли себя более 82 % опрошенных; к мусульманам отнесли себя 0,5 % [7, с. 32, 33].

Доля православных (72,6 %) вполне корреспондирует с долей представителей славянских этносов в составе населения Республики Беларусь, а доля мусульман (0,5 %) - с представительством тюркских и кавказских этнических групп.

Сейчас верующие более или менее равномерно распределены во всех группах населения по возрасту, образованию, занятости. В современном белорусском обществе религиозность утратила характер маргинальности определенных общественных групп, а стала духовным качеством, присущим в примерно равной степени всем группам населения, в том числе и наиболее молодым, образованным, профессионально квалифицированным и социально активным.

В самоидентификации себя как верующего доминирует культурно-цивилизационная идентичность (индивидуальная идентичность), а не конфессиональная.

Одной из важнейших составляющих «религиозной активности» является способность и стремление граждан создавать религиозные локальные общности самого низкого организационного уровня (общины, парафин, сборы) с целью наиболее полного удовлетворения религиозных потребностей. Выведение такого показателя следует осуществлять методом сопоставления общего количества населения соответствующей территории с количеством реально действующих в ее границах зарегистрированных и незарегистрированных общин всех конфессий, таким образом подсчитать количество человек, которое приходится на 1 религиозную общину. Так, общая численность населения нашей республики 01.01.1988 г. - 10 089,7 тыс. человек и 765 действующих общин всех конфессий и деноминаций, на каждую среднестатистическую общину приходилось 13 189 человек. По состоянию на 01.01.1999 г. (количество населения - 10 045,2 тыс. человек, религиозных общин - 2427) этот показатель уменьшился в 3,1 раза (4139 человек на одну общину), или на 68 %, что свидетельствует об интенсивном возрастании религиозной активности граждан за этот период. Эта тенденция сохранилась и за период с 1999 по 2009 год. Так, в 2009 г. численность населения составляла 9504,0 тыс. человек, религиозных общин 3062 (3104 человека на одну общину) этот показатель еще уменьшился в 1,3 раза, или на 25 % в сравнении с 1999 г.

Вместе с тем показатели степени религиозности (интенсивности проявления религиозности и участия в религиозной жизни) значительно ниже показателя уровня религиозности. Это позволяет заключить, что религиозность

большей части верующих носит формальный, декларативный характер, не подкрепляется глубокими религиозными переживаниями, знанием догматических основ и культовых предписаний своей религии, соответствующим уровнем религиозного поведения. В ней преобладает элемент традиционности, либо она выступает как ситуативная религиозность, которая не является проявлением глубокой и искренней веры в Бога, носит спонтанный характер, проявляется лишь время от времени в определенных преимущественно неблагоприятных жизненных обстоятельствах и в основном сводится к формальному соблюдению некоторых традиционных религиозных обрядов, следованию этно-конфессиональным стереотипам поведения.

В этих условиях все активнее ведется дискуссия о том, на каких принципах будут строиться государственно-конфессиональные отношения в условиях религиозного плюрализма: с доминированием традиционных конфессиональных ценностей или в пределах требований светского государства. Государственно-конфессиональные отношения в контексте их субъектизации представляют собой совокупность исторически складывающихся и имеющихся институциональных форм взаимосвязи двух основных групп интересов: личностных (индивидуальных) форм реализации свободы совести и взаимодействия государственных органов, организаций и учреждений (институтов светской власти) с религиозными организациями, религиозными движениями, конфессиональными центрами и т. д. (институциональными религиозными образованиями), которые выступают в качестве одной из обязательных составляющих государственно-конфессиональной политики.

В системе государственно-конфессиональных отношений государство является самостоятельным доминирующим политико-правовым институтом, декларирующим свободу совести каждому гражданину (ст. 31 Конституции Республики Беларусь), равенство религий перед законом (ст. 16), равенство прав и свобод гражданина независимо от отношения к религии, убеждений (ст. 31) и ряд других принципов, работающих только во взаимной связи, сохраняя при этом в религиозной сфере собственные интересы (имущественные, правовые, идеологические, внешне политические) путем установления юридических ограничений либеральному стандарту религиозной свободы [1].

На характер государственно-конфессиональных отношений влияли и продолжают влиять различные социокультурные факторы, в том числе характер и внутреннее содержание той или иной религии, доминирование ее норм в общественной и частной жизни, внутренняя организация общества, сложившаяся под воздействием конкретной религиозной системы. Сферы государственно-конфессиональных отношений могут быть различными: правовая (законотворчество и правоприменение), экономическая, социальной защиты, здравоохранения, культуры, образования, экологии, охраны общественного порядка, отношения с вооруженными силами и другими силовыми структурами государства, пенитенциарными учреждениями и т. д. Модели государственно-конфессиональных отношений могут отличаться по содержанию

и методам правового регулирования, а также представлять из себя различные симбиотические формы, которые в самом общем виде можно свести к следующим: теоцентрическая, либерально-демократическая, корпоративная, секу-лярного абсолютизма, дифференцированная и т. д. При этом дифференцированная модель обычно является динамичной и тяготеет либо к отказу от элементов государственных конфессиональных предпочтений, либо к возврату к ним.

Конкретная модель системы государственно-конфессиональных отношений, сложившаяся на территории отдельного государства, предопределяет особенности правового статуса религиозных организаций, предоставление различных льгот, государственных субсидий, возможность участия в тех или иных политико-правовых отношениях и др. В процессе формирования государственно-конфессиональных отношений в Республике Беларусь прослеживается три явно выраженных этапа, обладающих особым сочетанием определенных признаков.

1988 - декабрь 1991 г. - предпосылки смены ориентиров в религиозной сфере, религиозный плюрализм, создание источников для обострения меж-конфессиональных взаимодействий.

Начавшийся в середине 1980-х годов процесс изменения государственноконфессиональных отношений предопределил трансформацию советской модели политико-правового регулирования религиозной жизни общества. Новые тенденции во взаимоотношениях государства и конфессий впервые проявились на Поместном соборе 1988 года, посвященном тысячелетию принятия Христианства на Руси. Впервые на официальном уровне прозвучало заявление о том, что социалистическое государство долгое время стремилось «ликвидировать церковь». Была предложена программа изменений в законодательстве, призванная устранить «ненормальные условия существования церкви». Данные предложения частично нашли свое отражение в Законе СССР «О свободе совести и религиозных организациях», принятом 1 октября 1990 г. В законе запрещается политика государственного атеизма, гарантируется реальное равенство верующих и неверующих перед законом, он не допускает какого-либо «принуждения при определении гражданином своего отношения к религии». Закон не только отделяет религиозные организации от государства, но фактически властные структуры отказываются от контроля за религиозной сферой. Изменения в политико-правовом процессе характеризуются сначала демократизацией государственно-конфессиональных отношений, последующей их вовлеченностью в контекст общественно-политической борьбы и заканчиваются разрушением советской модели соответствующих политико-правовых отношений.

Государственно-конфессиональные отношения выстраивались в условиях резкой активизации религиозной жизни общества при отстранении государства, особенно исполнительной ветви власти, от политико-правового регулирования и контроля сферы религиозной жизни, политизации религиозного сообщества, выраженного в политизации деятельности религиозных органи-

заций; нарастании противоречий соответствующих политико-правовых отношений.

1992-2001 гг. - этап формирования нормативно-правовой базы государственно-конфессиональной политики: с 1992 г. начинается становление новой модели политико-правовых государственно-конфессиональных отношений, получивших свое закрепление в Законе Республики Беларусь «О свободе вероисповеданий и религиозных организациях» [4].

Положения закона во многом являются признанием де-юре сложившейся в государстве религиозной практики, а также ситуации, которая определилась в реальной жизни. В нем отражены новые подходы к государственно-конфессиональным отношениям, соответствующие духу и сути обновления и демократизации нашего общества. Закон снял все неоправданные ограничения на культовую деятельность религиозных организаций, упростил процедуру их регистрации, снял запрещение на их социальную, производственно-хозяйственную и иную внекультовую деятельность, признал за религиозными организациями право юридического лица и право собственности, распространил нормы трудового законодательства, социального обеспечения и социального страхования на всех граждан, включая служителей культа, работающих в религиозных организациях.

В эти годы произошли существенные изменения в политико-правовых подходах к государственно-конфессиональным отношениям, к месту, роли и значению религии и ее организационно-правовых форм в социально-политической жизни страны. Деятельность некоторых религиозных организаций в значительной степени политизировалась. Появились религиозные политические партии: «Белорусская христианская демократическая партия», партия «Христианско-демократический выбор». Наметились признаки клерикализа-ции государства и его органов. Возникающие проблемы взаимодействия государства и религиозных организаций, религиозных организаций и других социальных институтов регулировались не связанными между собой нормативно-правовыми документами. Иными словами, политико-правовой процесс, связанный со сферой религиозной жизни общества, претерпел значительные изменения. Ситуация в сфере политико-правового взаимодействия религии и государства, религии и других социальных институтов становилась все более противоречивой. Возникло множество правовых проблем.

Процесс изменений политико-правового статуса религии в обществе, решив многие проблемы предшествующего периода развития, основанные на государственной политике борьбы с религией, с ограничением влияния религии на общество, породил новые проблемы и противоречия не только между социальными институтами, но и внутри религиозных институтов.

Формирование новой политико-правовой модели взаимоотношений государства и религии, религии и общества связано с принятием Конституции Республики Беларусь (с изменениями и дополнениями) в редакции Республиканского референдума 24 ноября 1996 г., положившей в основу этих отноше-

ний современные принципы государственной политики и государственного регулирования сферой религиозной жизни общества.

В первую очередь новшества затронули часть 1 статьи 16 Основного Закона. Ранее текст был таким: «Все религии и вероисповедания равны перед законом. Установление каких-либо преимуществ или ограничений одной религии или вероисповедания по отношению к другим не допускаются» [3, ст. 144]. Теперь статья 16 содержит следующее положение: «Религии и вероисповедания равны перед законом. Взаимоотношения государства и религиозных организаций регулируются законом с учетом их влияния на формирование, духовных, культурных и государственных традиций белорусского народа» [1]. Теперь по-иному стал трактоваться принцип равенства религий перед законом. Данный принцип не означает равенства религий между собой и не исключает ограничений. Запрет устанавливать какие-либо ограничения или преимущества одной религии по отношению к другим отменен. Таким образом, принцип равенства перед Законом перестал трактоваться упрощенно. Он стал включать в себя два характерных положения, составляющих его политико-право -вое содержание:

а) требования закона равно обязательны для всех религиозных организаций;

б) за нарушение требований закона религиозные организации несут равную ответственность.

Законодатель же вправе в самом законе определять статус религиозных организаций по своему усмотрению.

Конституцией теперь определено и то, как именно должны расставляться акценты во взаимоотношениях государства и религиозных организаций, а именно: с учетом влияния последних на формирование духовных, культурных и государственных традиций белорусского народа. Здесь со всей очевидно -стью усматривается приоритетность сотрудничества государства с традиционными религиозными конфессиями: православием, католичеством, мусульманством и некоторыми другими. Отсюда же вытекает необходимость активного противостояния государства распространению новых (в основном зарубежных) деструктивных культов.

Характерными чертами этого этапа являются: возврат государства и его органов в политико-правовой процесс; сохранение и усиление демократического характера государственно-конфессиональных отношений; вмешательство международных геополитических сил в политико-правовые стороны государственно-религиозных отношений; устранение из политико-правового процесса элемента политизации религиозных организаций (через запрет на участие в выборах органов государственной власти и местного самоуправления и их участия в деятельности политических партий и политических движений); ослабление клерикального начала в деятельности государственных органов (через официальный запрет на сопровождение деятельности органов государственной власти и местного самоуправления религиозными обрядами и церемониями).

2002 г. - по настоящее время - формирование системы государственно-конфессиональных приоритетов во внутренней и международной политике, переход к дифференцированной модели государственно-конфессиональных отношений, активная работа по совершенствованию законодательства в области государственно-конфессиональных отношений, направленного в том числе на борьбу с экстремистскими религиозными организациями.

Принятый в 2002 г. Закон Республики Беларусь «О свободе совести и религиозных организациях» [2] отразил реалии, сложившиеся в белорусском обществе и в сфере взаимоотношений государства и религиозных организаций, укрепил и развил политико-правовую базу государственно-конфессиональных отношений в Республике Беларусь, упорядочил условия и процедуру регистрации религиозных организаций, создал условия для их конструктивного и плодотворного сотрудничества с государством.

Процесс подготовки, обсуждения, принятия и реализации Закона Республики Беларусь «О свободе совести и религиозных организациях» (2002 г.) с новой силой активизировал динамику политико-правового процесса, связанного с религиозной сферой жизни общества. Сопровождался он явной и скрытой борьбой различных социально-политических и религиозных сил как внутри Республики Беларусь, так и на международной арене. Это не могло не обострить старые и породить новые противоречия и проблемы в политико-правовой практике соответствующих отношений, ориентированных на религиозную сферу жизни общества.

Помимо указанного закона в Республике Беларусь действуют и другие нормативные правовые акты, в которых в том или ином аспекте упоминаются вопросы реализации свободы совести и деятельности религиозных организаций.

Первую, самую многочисленную, группу образуют законы и иные правовые акты, субъектами которых религиозные организации не являются, но они содержат нормы, ограничивающие вмешательство государства и его институтов в деятельность религиозных организаций, обеспечивают реализацию права на свободу совести, равенство прав граждан независимо от их отношения к религии и др.

Отдельно можно выделить группу законов, регламентирующих соблюдение и порядок реализации прав верующих в организациях и учреждениях, особенности которых накладывают некоторые ограничения прав и свобод граждан. Ряд нормативных актов регламентирует порядок осуществления отдельных видов деятельности религиозных организаций, например, образовательной. Весьма важную группу составляют нормативные акты, регулирующие финансово-хозяйственную деятельность религиозных организаций. Самостоятельную группу правовых актов образуют законы, предусматривающие юридическую ответственность за нарушение законодательства о свободе совести.

Формирующаяся в Республике Беларусь модель государственно-конфессиональных отношений, юридически закрепленная в принятом в 2002 г. Законе Республики Беларусь «О свободе совести и религиозных организациях»,

представляет собой синтез рудиментов политико-правовой градации вероисповеданий, существовавшей в нашем Отечестве с Русской православной церковью в роли государственной церкви; элементов советской модели государственного атеизма, смягченной некоторыми положениями сепарационной модели; элементов кооперационной модели, для которой характерно взаимодействие государства, сохраняющего свой светский характер, с наиболее влиятельными религиозными организациями по ряду важных вопросов.

В последующие годы для политико-правового процесса, связанного с религиозной сферой жизни общества, характерны преодоление кризиса соответствующих политико-правовых отношений, устранение сохранившихся и вновь возникающих в них противоречий, несогласованности и пробелов и, в целом, наличие признаков их совершенствования и гармонизации.

Развитие цивилизованных форм и механизмов сотрудничества между государством и наиболее массовыми и влиятельными религиозными организациями, что обусловливает возможность выступать последним в качестве субъекта государственно-конфессиональных взаимодействий.

Характер новых отношений прошел стадию становления, стабилизировался, что позволяет спокойно проанализировать происшедшие перемены. Но это не значит, что исчезли проблемы и противоречия. В практической политико-правовой плоскости они существуют: во взаимоотношениях государства и религиозных организаций, в первую очередь связанных с реальным социально-политическим статусом в обществе Белорусской Православной и Римско-Католической церквей; в сфере имущественных отношений и экономической деятельности религиозных организаций; в социальной работе и др. Вместе с тем в области государственно-конфессиональных отношений продолжают наблюдаться противоречивые тенденции, которые могут иметь негативные последствия как для дальнейшего развития межконфессиональных отношений, так и для стабильности общества и безопасности государства.

Причинами этого являются: отсутствие выработанной концепции государственно-конфессиональной политики; недостаточная терпимость в отношениях между представителями разных конфессий; определенная заполитизи-рованность межконфессиональных отношений; остатки и проявления устаревших подходов в отношении органов государственной власти к религии и церкви; неполное соответствие законодательства современным реалиям религиозно-церковной жизни; игнорирование некоторыми конфессиями требований законодательства и недостаточная унифицированность при его применении.

В этих условиях перед государством встала задача формирования новых подходов к проблематике государственно-конфессиональных отношений и государственно-конфессиональной политики. Белорусская государственно-конфессиональная политика еще далеко не устоялась, часто она развивается стихийно, без четкой и стабильной программы действий, стратегии. Эта политика должна отвечать интересам белорусского общества, учитывать его историю и культуру.

В настоящее время по поводу политики государства в данной области идут оживленные дискуссии терминологического и содержательного плана. Ученые, журналисты, политические и общественные деятели, представители религиозных объединений обсуждают как различные варианты обозначения государственной политики в данной области (вероисповедная, религиозная, в области отношений с религиозными организациями и т. д.), так и сам факт наличия соответствующей политики и ее содержание [9, с. 150].

С нашей точки зрения, представляется целесообразным использовать термин «государственно-конфессиональная политика».

Структурная модель государственно-конфессиональной политики может быть представлена как совокупность следующих взаимосвязанных компонентов: ценностно-целевого, нормативного, инструментального (организационного) и праксеологического (деятельностного). Структурные компоненты любой деятельности представляют собой цель, средство, способ (как определенное упорядочение деятельности, наилучшим образом обеспечивающее достижение цели), акты деятельности (отдельные этапы, на которые деятельность может быть разделена) и ее результат.

Ценностно-целевой (цель) - представляет собой совокупности целей, ценностей и интересов личности, общества и государства в сфере государственно-конфессиональных отношений, базирующихся на преобладающих в белорусском обществе идейно-мировоззренческих представлениях о месте и роли религии и религиозных организаций в жизни страны, о характере взаимоотношений государства и религиозных организаций, о функциях и сферах деятельности субъектов этих организаций.

Нормативный компонент (способ) - это законодательство, регламентирующее правила поведения субъектов в сфере государственно-конфессиональных отношений.

Инструментальный (средство) - это государственные органы власти и управления, призванные непосредственно реализовывать политику в сфере государственно-конфессиональных отношений. Соответственно, праксеологиче-ский компонент (акты деятельности) представляет собой практическую деятельность органов власти и управления в центре и на местах.

Проведение эффективной государственно-конфессиональной политики без опоры на систему экспертно-аналитического обеспечения невозможно. Экспертно-аналитическое обеспечение государственно-конфессиональной политики содействует принятию оптимальных государственно-политических решений и минимизирует их негативные последствия. Экспертно-аналитическое обеспечение государственно-конфессиональной политики - это процесс создания оптимальных условий для удовлетворения потребностей в достоверном, точном и полном представлении о сути тех или иных общественных либо государственно-политических явлений и процессов и реализации полномочий органов власти на основе использования аналитических методов и экспертных техник. Экспертно-аналитическое обеспечение государственно-конфес-

сиональной политики реализуется в экспертно-аналитической деятельности, которая является профессиональной деятельностью специалистов, которые обеспечивают руководителя или государственный орган интеллектуальной поддержкой в принятии ими адекватных государственно-политических решений, а также осуществляют оценку принятых решений, которая направлена на решение общественных проблем путем разработки эффективной государственно-конфессиональной политики. На сегодняшний день государственноконфессиональная политика Республики Беларусь находит свое выражение в программах, декларациях, заявлениях субъектов политики (органов власти) и религиозных организаций, в официальных документах по социально-экономическому развитию; в теоретических разработках и методических рекомендациях, полученных на основании анализа религиозной ситуации, основных социальных проблем; в решениях и заявлениях общественных и религиозных объединений по оценке перспектив и тенденций развития государственноконфессиональной политики в Республике Беларусь. Анализируя достоинства и недостатки реализуемой в Республике Беларусь государственно-конфессиональной политики, следует предположить, что дальнейшими шагами по ее совершенствованию могут стать:

1) создание эффективной системы регулирования, построение которой требует разграничения полномочий, межведомственной координации органов власти, осуществляющих взаимодействие с религиозными организациями, с одной стороны, как межотраслевой сферы, а с другой - как самостоятельной отрасли. Залогом эффективной модели регулирования является распределение по вертикали форм и видов этой деятельности;

2) создание системы вузовской, послевузовской подготовки кадров государственной службы для работы с религиозными организациями, как на республиканском, так и на местном уровне;

3) активизация общественной составляющей государственно-конфессиональной политики через разработку и принятие законодательных актов, определяющих механизмы участия субъектов политики в осуществлении ее приоритетных направлений. Решить эту проблему можно за счет своевременного обеспечения органов государственной власти всех уровней, органов местного самоуправления нормативно-правовыми актами, определяющими религиозную ситуацию и государственно-конфессиональной политику, а также доведения нужных информационно-аналитических и методических материалов до практических работников;

4) проведение систематического мониторинга религиозной ситуации и религиозного поведения населения;

5) принятие Закона Республики Беларусь «Об основах государственноконфессиональной политики в Республике Беларусь», что даст возможность упорядочить значительный массив правовых норм, закрепить политико-правовой статус и основные принципы государственно-конфессиональной политики.

Определение приоритетов государственно-конфессиональной политики требует учета всего комплекса проблем, накопившихся в религиозно-церков-

ной сфере, с одной стороны, и в отношениях религиозных организаций с государством - с другой. Вместе с тем кроме отмеченных приоритетов необходимым условием их успешной реализации является готовность государства, общества и религиозных организаций к осуществлению их в жизни. Только в результате совместных усилий государственно-конфессиональные и меж-конфессиональные отношения могут приобрести гармоничный характер. Над этим должны работать государственные служащие, церковные иерархи, политические лидеры, научная элита, общественность. Консолидирующим фундаментом совместных усилий могут стать идеология белорусского государства, стремление белорусского народа интегрироваться в мировое сообщество.

Литература

1. Конституция Республики Беларусь 1994 года (с изменениями и дополнениями). Принята на республиканском референдуме 24 ноября 1996 года. В редакции Решения республиканского референдума 17 октября 2004 года. - Минск: Амалфея, 2005. - 48 с.

2. О внесении изменений и дополнений в Закон Республики Беларусь «О свободе вероисповеданий и религиозных организациях». Закон Республики Беларусь от 31 октября 2002 г. // Нац. реестр правовых актов Респ. Беларусь. - 2002. - № 123. - 2/886.

3. Конституция Республики Беларусь 1994 года // «Ведамасщ Вярхоунага Савета Рэспублт Беларусь». - 1994. - № 9. - С. 144.

4. О свободе вероисповеданий и религиозных организациях: Закон Респ. Беларусь от 17 декабря 1992 г. (с изм. и доп. от 17.01.1995) // Ведомости Верховного Совета Республики Беларусь. -1995. - № 13.

5. Постановление Совета Министров Республики Беларусь от 15 июля 2006 г. № 891 «Об утверждении Положения об Уполномоченном по делам религий и национальностей и его аппарате».

6. Пирожник, И. И. Беларусь после «религиозного бума»: что изменилось? / И. И. Пирожник, Л. Г. Новикова, Г. З. Озем, С. А. Морозова // Социология. - 2006. - № 4.

7. Отчет о научно-исследовательской работе «Провести исследование территориальных особенностей конфессиональной структуры Беларуси и разработать электронный вариант географического атласа «Конфессии и культовые сооружения Беларуси» (заключительный) № 396/61. - Минск, 2007.

8. Земляков, Л. Е. Религиозные процессы в Беларуси. Проблемы государственно-правового регулирования / Л. Е. Земляков. - Минск, 2001. - 208 с.

9. Котляров, И. В. Республика Беларусь в конфессиональном измерении / И. В. Котляров, Л. Е. Земляков. - Минск, 2004. - 232 с.

10. Текущий архив Уполномоченного по делам религий и национальностей.

l. e. zemlyakov, n. s. shchekin church-state policy in Belarus

summary

The subject matter of the article is religion and its institutions in the sociological and political life of the Belarusian society at the end of the 20th - the beginning of the 21st centuries. Much attention is paid to the content, character and dynamics of the relationships between the state and religious organizations, the development of the state policy in the sphere of religious relationships.

Key words: public confessional politics, religion, religious organizations, faith-based relationship.

Поступила 29.10.2012 г.