Налоговый кодекс берет пример с Уголовного

Налоговый кодекс берет пример с Уголовного
       Правительство вчера решило переписать уже действующую первую часть Налогового кодекса. Да так, что налогоплательщики лишатся даже тех немногих прав и гарантий, которые им были обещаны.

       Первая часть Налогового кодекса вступила в силу 1 января 1999 года. Это был редкий на улице налогоплательщиков праздник — они получили противоядие (весьма, впрочем, дозированное) против беспредела налоговиков. Но праздник был недолгим. Ровно через год налоговая полиция получила право прослушивать телефоны и читать почту налогоплательщиков.
       Это была только первая ласточка. Правительство продолжило наступление на права налогоплательщика. При этом члены правительства обязаны мыслить единообразно. Так распорядился вчера Владимир Путин: "У меня убедительная просьба — правительство должно выступать как единый организм. Я особенно хочу обратиться к Михаилу Михайловичу Касьянову и Александру Петровичу Починку, чтобы никаких 'левых' и 'правых' заходов не было".
       Поправки в первую часть Налогового кодекса занимают больше 100 страниц. Кодекс хотят переписать заново. Парадокс: Сергей Шаталов в 1995 году был основным идеологом и разработчиком Налогового кодекса. Теперь он собственными руками убивает свое детище.
       Измениться должно практически все, вплоть до статуса самого документа. Согласно действующей редакции, Налоговый кодекс — документ прямого действия, не требующий дополнительных разъяснений в ведомственных инструкциях. Теперь это решено отменить и наделить Минфин, МНС, ГТК, ФСНП и внебюджетные фонды правом трактовать закон. Не секрет, что такие инструкции почти всегда составляются без учета интересов налогоплательщика.
       Действующее сейчас ограничение на срок проведения камеральной налоговой проверки (два месяца) предлагается отменить. И увеличить срок давности по налоговым нарушениям предприятий с трех до пяти лет. При этом налоговый инспектор все эти пять лет может день и ночь его проверять.
       Поправки вносят изменения и в статьи Налогового кодекса, устанавливающие контроль за расходами физических лиц. Сегодня налогоплательщик, совершивший крупную покупку, оправдываясь перед налоговым инспектором, может сослаться на то, что деньги одолжил. При этом инспектор не имеет права проверить спонсора. Теперь такая отговорка не пройдет. В соответствии с предложенными поправками инспектор наделяется правом запрашивать необходимую информацию и у кредитора. Кроме того, если налоговый инспектор обнаружит несоответствие в доходах и расходах налогоплательщика, то на основании специальной налоговой декларации (ее обязан заполнять подозреваемый в жизни не по средствам гражданин) инспектор сможет доначислять подоходный налог и требовать его уплаты. По словам члена экспертного совета Госдумы по работе над Налоговым кодексом адвоката Андрея Макарова, "поправки вынуждают налогоплательщика доказывать, что он не верблюд, государство, в свою очередь, декларирует — могу все". С ним согласен глава бюджетного комитета Госдумы Александр Жуков: "Поправки нарушают все основные постулаты заявленной налоговой реформы. Налоговый закон должен быть стабильным, а его предлагают переписать. Правительство декларирует снижение налогового бремени, соблюдение прав налогоплательщиков, а все поправки в Налоговый кодекс направлены, наоборот, на ужесточение налогового администрирования, ослабление прав налогоплательщика, отмену презумпции невиновности налогоплательщка".
       Правительство не слышит оппонентов. Вчера Сергей Шаталов пообещал, что уже в конце апреля поправки могут быть внесены в Госдуму.
       
       ГАЛИНА Ъ-ЛЯПУНОВА