Исследование одиночества в условиях групповой (тюремной) изоляции

2. Петровский В.А. Личность: феномен субъектности. - Ростов-на-Дону: Изд-во РГПУ, 1993. - 66 с.

3. Татенко В.Л. Субъект психической активности: поиск новой парадигмы // Психологический журнал. - Т.16. - 1995. - № 3. - С.23-34.

Т.Ю. Лапшина

ИССЛЕДОВАНИЕ ОДИНОЧЕСТВА В УСЛОВИЯХ ГРУППОВОЙ (ТЮРЕМНОЙ) ИЗОЛЯЦИИ.

Феномен одиночества имеет сложную структуру, включает в себя множество форм, каждая из которых может по-разному переживаться людьми.

Существующие модели помощи людям, переживающим одиночество, наиболее разработаны зарубежными авторами. Данные модели, как правило, рассматривают одиночество как демографическую характеристику и предлагают изменения социальных условий (смена места жительства, профессии и т.д.) или направлены на комплексную психотерапию других, приводящих к одиночеству состояний [1]. Эти модели не всегда применимы к российскому обществу.

Особо следует отметить, что большинство авторов, обращающихся к изучению одиночества, считают его исключительно негативным явлением, и мало обращают внимание на его положительные стороны. Научная объективность требует, чтобы явление было рассмотрено в совокупности различных своих сторон. Иными словами, одиночество нельзя сводить к психическому состоянию с отрицательной модальностью переживаний. Это гораздо более сложный феномен, связанный с взаимодействием и взаимоотношениями человека с окружающей природной и социальной действительностью, приводящий к возникновению разнообразных психических состояний и переживаний. Анализ классических теорий, концепций и подходов позволяет говорить, что в большинстве из них одиночество традиционного рассматривается в контексте различных отношений и в связи с их деформацией (К. Маркс, Ф. Ницше, Д. Рисмен, Э. Фромм, В.С. Соловьев, Н.Ф. Федоров, Н.А. Бердяев, С.Л. Франк и др.). Наибольшую известность среди психологических получили подходы к пониманию одиночества зарубежных авторов: психодинамический (З. Фрейд, Дж. Зил-бург, Х. Салливан, Э. Фромм, Ф. Фромм-Рейхман); интеракционистский (Р. Вейс); «интимный» (В.Дж. Дерлега, С.Т. Маргулис); когнитивный (Л.Э. Пепло, Д. Перлман); феноменологический (К. Роджерс); экзистенциальный (Ж.-П. Сартр, А. Камю, К. Мустакас, В. Франкл, И. Ялом).

Неумение увидеть в одиночестве центральную проблему обусловлено несколькими факторами. Во-первых, одиночество не всегда рассматривается в качестве самостоятельного вопроса, прежде всего оно считается спутником других форм психологических дистрессов [5,6]; во-вторых, человек, не лишённый полной изоляции, не считается одиноким.

Анализ теории и эмпирических исследований (К. Рубинстайн, Ф. Шейвер, В. Серма, Л.М. Хоровиц, К.А. Андерсон, Л. Пулккинен, Д.И. Янг, Ф. Фромм-Рейхман, М. Салливан, З.Н. Сафина, Н.М. Таланчук, В.Г. Асеев, Е.В. Бондаревская, В.С. Гершун-ский, В.В. Давыдов, И.С. Кон, О.Б. Долгинова, Н.В. Перешина) показал, что причины возникновения одиночества традиционны для объяснения многих психологических явлений: ситуационные и личностные [2, 3, 4]. Отметим, что единого мнения в понимании как объективных, так и субъективных факторов, определяющих предрасположенность к переживанию одиночества, нет.

Однако переживание одиночества нельзя рассматривать в отрыве от ситуации. «Изоляция» охватывает очень широкий круг явлений для обозначения различных ситуаций, которые, с одной стороны, содержат в себе отчётливо негативистское отношение к явлению, а с другой, оперируют только формальными признаками изолированности человека.

Проблема одиночества рассматривается в двух разных аспектах:

1. определение одиночества как психологического состояния, специфического переживания или чувства.

2. понимание одиночества как объективного состояния (ситуации) и как состояния, вызывающего исключительно негативные переживания.

Различные школы и авторы предлагают собственные определения, но недостаток в самостоятельных психологических исследованиях очевиден.

Групповая изоляции и отбывание наказания - это, прежде всего, проблема свободы человека. Свобода является важнейшим условием развития личности. Поэтому условия «лишения свободы» становятся априори деструктивными. Главный вопрос, который вытекает из анализа существующих теоретических взглядов на одиночество, заключается в следующем: является ли оно «чувством», психическим состоянием или его нужно рассматривать как специфическую совокупность условий жизни человека, ограничивающую его связи с социальным окружением?

Анализ литературы и психотерапевтической практики показал, что наиболее целесообразно определить одиночество через понятие ситуации.

В рамках данной статьи мы попытаемся определить одиночество через ситуацию групповой (тюремной) изоляции.

Тюрьма предполагает особые условия человеческого существования: недоброжелательность окружения, скудная бытовая обстановка, криминальная субкультура, давление со стороны персонала, утрата постоянных контактов с родственниками и друзьями, и как, результат, повышенные трудности адаптации. Тюрьма обеспечивает практически полную власть над заключенными. Она имеет собственные внутренние механизмы подавления и наказания: деспотическая дисциплина. Именно тюрьма выступает мощным механизмом навязывания индивиду новой формы поведения; способ ее действия - принудительное тотальное воспитание. Поэтому отбывание наказания предусматривает изменение правового статуса гражданина, изменение социальной роли осужденных. Личность заключённого оказывается в глубоком кризисе, нарушается структура её компонентов. Повседневная жизнь регламентирована до подробностей. Появляется состояние отсутствия будущего, преобладание феномена «отсутствия себя в своей жизни». Возникает своеобразная депривация - квазиобщение. Появляется амбивалентный характер реакций. В этих условиях проблема переживания одиночества становится более актуальной.

С целью выявления особенностей переживания одиночества в условиях групповой (тюремной) изоляции было проведено исследование. Мы предположили, что на переживание одиночества в условиях групповой (тюремной) изоляции будут оказывать влияние возрастные особенности, опыт и срок нахождения в данных условиях. Также было предположено, что преодоление негативного влияния переживания одиночества возможно в условиях, когда будет использоваться позитивный потенциал одиночества в целях социально-психологической адаптации к условиям групповой изоляции и реадаптации к условиям гражданской жизни.

Объектом исследования стали лица, отбывающие наказание в условиях групповой изоляции (мужчины 18-55 лет, отбывающие наказание в виде лишения свободы в исправительной колонии строгого режима ЯП 17/11 г. Ставрополя за преступление, предусмотренное статьёй 105 УК РФ).

Среди испытуемых были те, кто впервые осужденные к лишению свободы (далее - впервые осужденные) те, кто был уже осужден к лишению свободы ранее (далее - ранее судимые).

Возраст

18-20 60 40

21-25 19,1 80,9

26-30 46,1 53,9

31-35 50 50

36-40 22,2 77,8

41-45 50 50

46-55 66,6 33,4

Важно отметить, что все испытуемые находились на строгом режиме содержания и поэтому срок заключения у 62% превышает 7 лет. Однако лишь только 5,9% приближаются к окончанию срока отбывания наказания, 33,5% - отбыли меньше 1года, 35,1% - отбыли меньше 3 лет, 19,3% - отбыли меньше 5 лет, и лишь 6,2% отбыли срок от 5 до 7 лет. Эти факты свидетельствуют о том, что значительная часть выборки находится на стадии адаптации и поэтому сопутствующее этому эмоциональное состояние имеет более яркую окраску и выраженную динамику.

Цели и задачи исследования позволили нам разделить испытуемых на три группы. Условно срок отбывания наказания каждого испытуемого был разделён на три части, в зависимости от срока отбытого наказания осужденные были включены в ту или иную группу.

Первую группу составили осужденные, отбывающие 1/3 наказания (94 - человек); вторую группу - осужденные, отбывающие 2/3 срока (46 человек); третью -осужденные, отбывающие 3/3 срока (16 человек).

Для достижения цели исследования были использованы методы и методики: теоретический анализ литературы, анализ биографических данных, условий содержания и взаимодействия заключенных, наблюдение, статистические методы обработки данных, блок психологических тестов (методика диагностики социальнопсихологической адаптации К. Роджерса и Р. Даймонда, методика диагностики уровня субъективного ощущения одиночества Д. Рассела и М. Фергюсона, методика дифференциальной диагностики депрессивных состояний В.А. Жмурова, методика диагностики психических состояний Г. Айзенка, методика диагностики мотивов аффилиации, методика личностного дифференциала).

Проведённое исследование показало:

1. ощущение одиночества оказывает влияние на неэффективное приспособление к условиям групповой изоляции, вызывает негативные эмоциональные переживания, уход от трудностей, неуверенность в себе, тревогу. Отметим, что это влияние в разных возрастных группах характеризуется по-разному. С возрастом влияние социально-психологической адаптации на переживание одиночества уменьшается и сводится к влиянию психоэмоциональных состояний, таких как самочувствие, настроение. Особенно это влияние становится заметным после 36 лет, когда одиночество начинает подчинять себе психические свойства и состояния. Влияние одиночества на неэффективное приспособление к условиям отбывания наказания более всего выражено в возрастной категории 18-20, и, учитывая уменьшение количества достоверных корреляций, это влияние к 26 годам сводится к ведомости. После 31 года данное воздействие снова начинает увеличиваться, при этом социально-психологическая дезадаптация, как результат переживания одиночества, сопровождается не только отрицательным эмоциональным фоном, но и неудовле-

творённостью существующих отношений. Исходя из этого, можно полагать, что наиболее эффективной будет целенаправленная работа персонала ИУ с осужденными в возрасте 18-20 лет, так как именно в этом возрасте одиночество является неотъемлемой часть процесса адаптации;

2. разрыв коммуникативных связей и эмоциональных отношений оказывается для некоторых невосполнимым. Именно поэтому одиночество является серьёзной проблемой осужденных особенно для тех, кто впервые был приговорен к лишению свободы. Заключённые испытывают состояние напряжённости, чувство неуверенности в себе, обособленности, внутреннего дискомфорта, когда впервые сталкиваются с новой для них межличностной средой. Решение проблемы одиночества зависит от быстроты и успешности периода адаптации к незнакомым ранее условиям, адекватности вхождения в новое общество, способности переживать возникшую перед ними жизненную ситуацию. Причём, учитывая отсутствие корреляции, по сравнению с группой впервые осужденных, в группе ранее судимых с такими показателями социально-психологической адаптации как неприятие других и эскапизм, можно говорить о том, что для впервые осужденных одиночество связано с невозможностью освободиться от влияния других людей, недостатком собственных убеждений, уходом от трудностей. Учитывая это и меньшее количество корреляций в группе ранее осужденных, можно сделать вывод о том, что с каждой последующей судимостью человек приобретает навыки адаптации к условиям групповой изоляции, вследствие чего переживание одиночества не имеет значимых и достоверных корреляций с депрессией;

3. характер переживания одиночества в зависимости от отбытого срока наказания связан с особенностями социально-психологической адаптации, среди которых можно назвать и эмоциональный фон. Заметим, что данное переживание характерно для осужденных, отбывающих наказание последнюю треть срока, только с особенностями социально-психологической адаптации. Во всех группах испытуемых одиночество коррелирует с чувством превосходства, лидерством, тревожностью и неуверенностью в себе. Переживание одиночества у осужденных, отбывающих наказание 1/3 и 2/3 срока, коррелирует в равной степени с неудовлетворённостью своими социальными связями, негативизмом, сопровождаемыми депрессией. Поэтому для осужденных, находящихся на разных стадиях отбывания наказания, требуются различные виды психологической помощи.

Таким образом, одиночество в условиях групповой изоляции - имеющая амбивалентный характер совокупность психоэмоциональных состояний, обусловленная объективными (предшествующий опыт нахождения в изоляции, возраст, продолжительность нахождения в данных условиях) и субъективными (особенности психических реакций, социально-психологическая адаптация к условиям изоляции) факторами, которая имеет как позитивный, так и негативный потенциал.

Другими словами, объективные факторы одиночества в условиях групповой изоляции способны создать определенные условия, позволяющие воспринимать одиночество как позитивное психологическое переживание. Субъективные факторы одиночества (или - собственно одиночество) в условиях групповой изоляции - переживание личности, связанное с трансформацией окружающей обстановки, проявляющееся в различных формах социально-психологической адаптации к условиям изоляции.

Переживание одиночества может проходить в двух формах: позитивное (одиночество как ресурс) и негативное (одиночество как проблема). Позитивное переживание одиночества является обязательным этапом становления индивидуальности человека и формирования процесса адаптации к условиям изоляции и реадаптации к условиям гражданской жизни. Позитивный потенциал одиночества проявля-

ется в следующих его функциях: функция самопознания; функция становления саморегуляции; функция стабилизации психофизического состояния; функция защиты «я» человека от деструктивных внешних воздействий.

Негативное переживание одиночества обладает свойством подчинения себе других психических процессов и состояний; оно способно разрушить внутреннюю целостность личности; одиночество может выступать механизмом психологической защиты; одиночество обеспечивает формирование сверхожиданий и переоценку стараний другого человека в собственное развитие.

Поэтому понимание связи между негативным и позитивным аспектами одиночества приводит к следующему выводу: при определенных условиях (осознание одиночества, активная позиция по отношению к нему, опыт преодоления трудностей, мотивированность одиночества) негативные проявления одиночества могут приобрести позитивный характер. Таким образом, взаимодействие негативных и позитивных факторов одиночества может выявить основные направления психологической помощи осужденным связанные с отбыванием наказания; совершенствования организационно-содержательной и методической сторон оптимизации профессиональной деятельности психолога ИУ; совершенствования и построения программ психологического сопровождения отбывания наказания и выбрать конкретные меры профилактической и психокоррекционной работы психолога ИУ.

БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЙ СПИСОК

1. БунеевА.Н. Реактивные состояния. Судебная психиатрия. - М., 1950.

2. Лебедев В.И. Психология и психопатология одиночества и групповой изоляции: Учебное пособие для ВУЗов. - М.: ЮНИТИ-ДАНА, 2002. - 407 с.

3. Неумоева Е.В. Одиночество как психический феномен и ресурс развития личности в юношеском возрасте. Автореф. дисс. ... психол. наук. Самара - 2005.

4. Кирпиков А.Р. Субъектный опыт и позитивные аспекты переживания одиночества у подростков//Материалы 3 съезда психологов. Спб., 2003.-.Т. 4. - С. 225226.

5. Крогиус А.А. Психология слепых. - Спб., 1926.

6. Дорш А.Я. О социально опасных действиях лиц с бредом тугоухих. // Научные труды НИИ судебной психиатрии им. Сербского. - М. - Л., 1956.

А.В. Лобанова, Т.Н. Банщикова

СРАВНИТЕЛЬНЫЙ АНАЛИЗ ПРОФЕССИОНАЛЬНЫХ ДЕСТРУКЦИЙ ПЕДАГОГОВ

Повышенный научный и практический интерес к исследованию причин развития профессиональных деструкций субъекта труда, обусловлен как глобальными трансформациями общества, кардинальными преобразованиями «вещественной» и духовной среды обитания человека, так и вполне понятным кругом практических задач в области профессионального труда - потребностью в стабильном функционировании организации, повышении эффективности, результативности и качества труда, надежности деятельности и др.

Приоритетное место по числу публикаций, отражающих проблемы профессиональных деструкций, занимают работы, посвященные педагогам (воспитателям, учителям, преподавателям). Педагогическая профессия относится к социономиче-