Толерантность в культуре межэтнических отношений молодежи на российском Дальнем Востоке

УДК 37 6

ТОЛЕРАНТНОСТЬ В КУЛЬТУРЕ МЕЖЭТНИЧЕСКИХ ОТНОШЕНИЙ МОЛОДЁЖИ НА РОССИЙСКОМ ДАЛЬНЕМ ВОСТОКЕ

В.Н. Никитенко

Институт комплексного анализа региональных проблем ДВО РАН, г. Биробиджан

В статье рассматривается соотношение понятий «толерантность» и «культура межэтнических отношений», отражены особенности отношений такого рода среди населения и в молодёжных сообществах на Дальнем Востоке России.

Исследования, проводимые сотрудниками Лаборатории региональных социально-гуманитарных исследований Института комплексного анализа региональных проблем ДВО РАН в молодёжных полиэтнических сообществах на российском Дальнем Востоке, актуальны с точки зрения выявления факторов, влияющих на устойчивое бесконфликтное сосуществование людей разных национальностей в этом регионе. Есть основания предполагать, что полученные результаты исследования будут применимы для решения задачи преодоления ксенофобии по этническому признаку в этом и других регионах страны. В ходе исследования выявлено, что для культуры межэтнических отношений в молодёжной среде на Дальнем Востоке России характерны не только толерантные, но и иные взаимоотношения. В этой связи возникла необходимость рассмотреть соотношение сущности понятий толерантности и культуры межэтнических отношений между людьми разных национальностей, сосуществующих в пределах одной территории.

Из результатов социологических опросов, проведённых в молодёжных группах Еврейской автономной области, Хабаровского края и Республики Саха (Якутия), вытекает вывод о том, что среди полиэтнического населения Дальнего Востока России имеют место отношения более чем толерантные. Всего опрошено более 1000 человек, среди которых представлено 32 этноса. В молодёжных группах, в которых проводились опросы, обнаруживались представители 3-8 этносов.

Естественно, что межэтнические отношения среди молодёжи являются отражением отношений людей разных национальностей среди всего населения российского Дальнего Востока, ибо молодёжь интериоризирует сложившиеся человеческие отношения в процессе воспитания и спонтанного межличностного взаимодействия. Социологические опросы проводились путём анкетирования. Вопросы анкеты (всего 22) были составлены так, чтобы ответы на них отражали состояние личной этнической самоидентификации каждого и его отношение к собственной идентичности такого рода и к другим этносам [8, 9].

Выявлено, что менталитету большинства россиян-дальневосточников в молодёжных сообществах свойственно не просто терпимое (толерантное), но доверительное, доброжелательное, солидарное и участливое отношение к представителям иных этносов. Результаты соци-

ологических опросов показали, что для сообществ молодых россиян-дальневосточников характерно следующее: молодёжные сообщества в большинстве своём отражают полиэтнический состав населения России в пропорциях, адекватных соотношению представителей разных этносов в генеральной совокупности населения на данной территории;

почти все молодые люди вполне идентифицируют себя с тем или иным этносом, гордятся своей национальной принадлежностью и одновременно уважительно относятся к культуре, традициям и обычаям других народов, одобряют дружбу между людьми разных национальностей, и большинство из них хотят больше знать о культуре, традициях и обычаях этноса, к которому они себя относят, и других народов;

абсолютное большинство молодых людей никогда не испытывали дискриминационных отношений в связи со своей национальной принадлежностью;

значительно больше половины юношей и девушек никогда не испытывают никакого напряжения в окружении представителей других этносов или чувств неприязни к людям иной национальности, не раздражаются при близком общении с людьми другой этнической принадлежности, относятся к межнациональным бракам как к обычному явлению, считают недопустимыми какие-либо ограничения по национальному признаку в праве проживания на территории, на которой они живут.

Такого рода отношения на территории российского Дальнего Востока обусловлены исторически, с самого начала её заселения людьми разных национальностей. Справедливо пишет В.И. Кобзарь - участник Всероссийской заочной I гисгпсНюнфсрснции «Актуальные проблемы взаимодействия молодежи в полиэтнических регионах России», проведённой по инициативе Дальневосточной государственной социально-гуманитарной академии (г. Биробиджан) в ноябре-декабре 2007 г., отмечая, что «в отличие от некоторых территорий западной части нашей страны, где прошлое являет примеры ожесточённого противостояния наций и народов, история освоения и развития Дальнего Востока не разъединяет, а объединяет его жителей» [1].

Бесконфликтный характер сосуществования на рассматриваемой территории аборигенов и переселенцев немало обусловлен особенностями менталитета её коренных жителей. Этнографы, исследующие аборигенное на-

селение Приамурья, Приморья и Крайнего Северо-Вос-тока России, как правило, отмечают исключительное дружелюбие жителей этих мест. Укоренившиеся здесь переселенцы из других регионов России также не протестовали, а наоборот, приветствовали переезд на бескрайние просторы малонаселённой территории переселенцев. Скажем, сформировавшийся из ранних переселенцев на берегах Амура субэтнос в лице казаков с самого начала позитивно был настроен на то, что сюда будут переселяться евреи. Этот настрой был отмечен в отчёте по итогам исследования территории в междуречье Биры и Биджана руководителем комиссии Комитета по земельному устройству трудящихся евреев (КОМЗЕТа) Б.Л. Бруком. Основное содержание этого отчёта привёл Д.И. Вайсерман в своей книге «Биробиджан: мечты и трагедия»: «О местном населении Брук рассказал, что его численность очень невелика (не более 30 тысяч), расселено оно редко и состоит из людей, которые сравнительно недавно переселились туда и поэтому ещё не имеют чувства того, что это их территория. Единственные старые переселенцы в Биро-Биджане - это казаки, которые были посланы туда царским правительством в середине XIX столетия. Эти казаки живут богато и широко, владеют большим количеством земли у берегов Амура, никогда не видели евреев, но из разговоров с ними стало ясно, что они ничего не имеют против широкого переселения кого бы то ни было, в том числе и евреев, в Биро-Биджан» [7, 16].

О взаимопомощи и сотрудничестве российских переселенцев, местных гольдов и китайцев в пределах одного поселения на месте слияния Уссури и Амура пишет библиотечный работник с. Казакевичево Н.Ф.Ми-лушова [15].

У коренных и укоренившихся жителей этих территорий не было каких-либо земельных, иных имущественных притязаний и претензий на исключительность в отношениях с другими переселенцами, независимо от их этнической принадлежности.

Иначе говоря, история заселения россиянами Дальнего Востока свидетельствует о том, что изначально, начиная с прибытия на эту территорию первых российских переселенцев, между людьми стали складываться достаточно устойчивые бесконфликтные (и не только толерантные) взаимоотношения. Такого рода отношения характерны и для современных россиян-дальневосточ-ников, что замечают и отмечают люди, впервые оказавшиеся в качестве гостей или по каким-либо иным причинам на Дальнем Востоке. Молодёжные сообщества -производные от сложившихся в этом регионе общественных отношений - отражают характер межэтнических отношений в них.

Понятие толерантности (от лат. Ысгапиа) по-разно-му толкуется в различных словарях и научных работах. Среди прочих определений этого понятия есть и такое, как «терпимость к чужим мнениям, верованиям, поведению» [6]. В межэтнических отношениях предполагается терпимость к особенным проявлениям и культуре других этносов. В одном из авторитетных словарей по психологии толерантность определяется как «отсутствие или

ослабление реагирования на какой-либо неблагоприятный фактор в результате снижения чувствительности к его воздействию» [20]. В физиологии организмов и медицине под толерантностью понимается «иммунологическое состояние организма, при котором он не способен синтезировать антитела в ответ на введение определённого антигена при сохранении иммунной реактивности к другим антигенам» или «способность организма переносить неблагоприятное влияние того или иного фактора среды» [6]. В последних трактовках толерантность понимается как отсутствие или ослабление реакции на что-либо иное. В человеческих отношениях это означает безразличное и незаинтересованное отношение к другим людям в чём-то отличным от себя. Вряд ли есть смысл переносить это на характеристику отношений между людьми в многонациональной России. Тем не менее, с некоторых пор это понятие стало модным для определения отношений между людьми различных национальностей и конфессий. Тому немало способствовал и официальный государственный документ - Федеральная программа «Формирование установок толерантного сознания, веротерпимости, миролюбия и профилактики экстремизмов в гражданском обществе (2001-2005 гг.)».

Проникновение в русский язык иностранной терминологии - слишком частое явление в современной России. С одной стороны, это обогащает русский язык, с другой - вряд ли следует заимствовать иностранные слова, если им есть русские синонимы или более глубокие по смыслу понятия.

Критически относится к заимствованию понятия толерантности и его применению к межнациональным и межконфессиональным отношениям один из современных российских этносоциологов М.Н. Губогло. В своём объёмном научном труде «Идентификация идентичности» автор отмечает, что понятие толерантности многими воспринимается как нечто новое для российской действительности, но это далеко не так. В одном из учебников по педагогике, изданном ещё в начале 1930-х гг., его автор М.М. Пистрак пишет, что культура межнационального общения и интернационального воспитания трактуется как «воспитание толерантного отношения к представителям различных национальностей», что «воспитанием толерантности - под иными наименованиями - педагогические и многие другие науки занимаются едва ли не с момента своего зарождения», что «написаны горы диссертаций по проблемам воспитания культуры межнационального общения, пролетарского и \ южд\ на родно го интернационализма, дружбы и братства народов» [11].

Терпимое отношение представителей одних этносов к другим, безусловно, является одной из составляющих культуры межэтнических отношений, но только к нему не сводится. Толерантность без взаимного интереса, уважения и участливого отношения этносов и их представителей граничит с безразличием одних к другим. Естественно, что безразличное отношение лучше, чем агрессивное, но оно не является вершиной межличностных отношений в полиэтнических сообществах. «Если бы философия программы (имеется ввиду упомянутая выше Федеральная программа - В.Н.), возведённая в ранг од-

ной из главных задач государства, сводилась, говоря по-русски, к воспитанию терпения, - пишет далее М.Н. Гу-богло, - тем самым в стране программировались бы дальнейшие неудачи, провалы в политике, в модернизации, в трансформации, и народу следовало бы хорошо подготовиться к бесконечному терпению», иначе говоря, «надо не приучать к толерантности (в смысле терпимости), а скорее отучать от неё» [11].

Приучать к чему-либо и отучать от чего-либо - дело воспитания образовательных институтов. Для педагогики формирования культуры межэтнических отношений (КМО) существенно то, что современная молодёжь, по крайней мере на Дальнем Востоке, в основе своей уже обладает многими предпосылками для овладения этой культурой. Ей есть что перенимать в этом отношении у старшего поколения дальневосточников.

Тем не менее, симптомы толерантного (читай безразличного) отношения к собственной этнической принадлежности, к представителям других этносов и к их культуре также выявлены в молодёжной полиэтнической среде. Для этого при социологических опросах были поставлены вопросы: «Задумываетесь ли Вы наедине с собой о своей этнической принадлежности?», «Разговариваете ли Вы в кругу друзей, знакомых и других людей о своей этнической принадлежности?». В итоге обнаружилось, что только 1/3 юношей и девушек лишь иногда задумываются наедине с собой и разговаривают в кругу друзей на эти темы, что говорит о недостаточном уровне национальной рефлексии и саморефлексии, без которых невозможно сполна реализовать воспитательный потенциал полиэтнических сообществ. Почти для 2/3 части опрошенных не имеет никакого значения повседневное общение с людьми других национальностей, что таит в себе возможность для закрепления в их сознании и поведении безразличного отношения к своему и другим этносам. Иначе говоря, в культуре межэтнических отношений молодых дальневосточников есть пробелы, требующие заполнения путём воспитания в семье и в различных образовательных институтах.

Специалисты по культуре межнациональных отношений связывают этот феномен с незаслуженно забытым качеством человека - интернационализмом и отмечают, что это качество - «атрибут любой сферы межнациональных отношений. Она (эта сфера - В.Н.) требует и учета национальной психологии, и соблюдения самых элементарных традиций гуманизма», что это «есть стиль или способ общения между людьми различной национальной самоотнесенности, при котором в приоритетное положение при всех обстоятельствах ставятся общечеловеческие достоинство и честь» [25].

Культура межэтнических отношений формируется и выражается в отношениях между людьми разных национальностей в процессе совместной жизнедеятельности, включающей и их общение между собой. Межнациональное общение людей уже само по себе имеет воспитательное значение, является воспитательным видом деятельности, мотивированным взаимным интересом представителей различных этносов. Следовательно, воспитание культуры межэтнических отношений и межна-

циональное общение взаимообусловлены.

Под воспитанием культуры межэтнических отношений понимается специально организуемый процесс межнационального общения и жизнедеятельности внутри полиэтнических сообществ, направленный на интерио-ризацию их субъектами исторически сложившихся ценностных ориентиров и норм поведения наций, народностей и отдельных людей по отношению к нациям, народностям и людям иной этнической принадлежности. КМО проявляется и формируется исключительно в полиэтнических сообществах, на личностном же уровне она заключатся, по мнению М.Л. Поштарёвой, в этнокультурной компетентности индивидов [19].

Воспитание в условиях только одного этноса таит в себе опасность скатывания к национализму, а отсутствие гармонии между патриотическим и интернациональным воспитанием - к космополитизму. И то, и другое являются недопустимыми крайностями в воспитании современного гражданина общества [12, 17].

Авторы большинства работ по этнопедагогике уделяют больше внимания анализу культурных традиций конкретных этносов и воспитанию личности в условиях моноэтносов, в которых человеку довелось родиться [3,

4, 12, 16, 18]. Исключение составляет учебное пособие Л.И. Бережновой, И.Л.НабокиВ.И.Щеглова, в котором наряду с воспитанием в условиях моноэтноса в специальной главе рассматриваются межэтнические коммуникации в образовании [5]. Наиболее полно вопросы воспитания КМО освещены в научных публикациях и учебных пособиях по педагогике межнационального общения и этносоциологии [1,2, 8-10, 13,14,17, 19,23, 25]. Воспитательный потенциал именно полиэтнической среды в современной этнопедагогике ещё недостаточно раскрыт. Очевидно, межэтническая педагогика должна стать отраслью этнопедагогики, исследующей процессы воспитания в суперэтносе, который складывается путём диффузного взаимопроникновения представителей разных народов. Такие суперэтносы исторически формировались и продолжают складываться почти во всех федеральных округах России, и особенно в Сибири и на Дальнем Востоке.

Полиэтнические молодёжные сообщества имеют дополнительные возможности для воспитания культуры межэтнических отношений, которые в реальной педагогической практике используются весьма ограниченно. Так, на вопрос анкеты «Были ли у Вас в школе (колледже, вузе, учреждении культуры и т.д.) и за их пределами случаи организованного межнационального общения (вечера, утренники, фестивали), где можно было бы себя проявить с национальной стороны?» более половины ответили, что нет. Из 123 опрошенных педагогических работников только незначительная часть отметила, что они учитывают этнический состав своих воспитанников при планировании и проведении воспитательной работы. В то же время социологический опрос в молодёжных сообществах показал, что молодые люди разных национальностей нуждаются в своём национальном самовыражении, но педагоги не всегда считают необходимым создавать для этого условия [8, 9]. Такая педаго-

гическая позиция не случайна и обусловлена официальными установками политики прошлого, направленной на нивелирование наций и их подменой на «новую общность людей - советский народ». Современные этносо-циологи к такой позиции относятся отрицательно. «Некоторые политики и обществоведы полагают, - справедливо отмечает специалист по этносоциологии Л.М. Дробижева, - что чем реже учёные и практические работники будут ставить этносоциальные, этнические вопросы, тем благополучнее станет общественная атмосфера. Но политика умолчания и недоговорок, как показывает история, в том числе и совсем недавняя, ни к чему хорошему привести не может» [2, 6]. Следовательно, на эту сторону воспитания граждан России следует обратить особое внимание, и в качестве рекомендаций по этому поводу можно предложить следующие: педагогическим работникам необходимо сделать предметом своего анализа национальные составы обучающихся и воспитанников и использовать возможности межэтнического общения для воспитания у них потребностей в заинтересованном и бесконфликтном сосуществовании и взаимодействии представителей различных национальностей;

в преподавании всех учебных дисциплин наиболее полно представлять интернациональный характер наук, основы которых составляют содержание этих дисциплин, показывать, что та или иная наука формировалась усилиями учёных различных национальностей на протяжении всей истории развития человечества;

предлагать обучающимся элективные и факультативные курсы, раскрывающие особенности культуры, традиций и обычаев различных этносов, которые они представляют;

способствовать проведению учащимися поисковой и исследовательской работы, особенно в рамках изучения гуманитарных и социально-экономических дисциплин, по проблемам национальных культур, межэтнических взаимодействий и межнациональных отношений;

создавать условия для публичного национального самовыражения представителей разных этносов, а не довольствоваться ситуацией умолчания субъектами образовательного процесса о своей национальной принадлежности (способствовать формированию постоянных и временных разноэтнических творческих групп, проведению тематических круглых столов представителей разных национальностей, фестивалей этнических традиций и культуры, интернациональных клубов и т.п.).

Межнациональное согласие будет оставаться на российском Дальнем Востоке и распространяться на обширные территории многонациональной России, если ему придавать значение на всех ступенях системы образования. На решающую роль образования в судьбах людей стали обращать внимание лидеры страны - Президент Российской Федерации В.В. Путин, кандидат в Президенты Д. А. Медведев [22]. На Втором Общероссийском гражданском форуме в январе 2008 г. в выступлении тогда ещё Первого заместителя Председателя правительства Российской Федерации, кандидата на пост президента на новый срок Д. А. Медведевым было подчёрк-

нуто: «В дальнейшем вся социальная деятельность и экономическая работа государства должны быть направлены на раскрытие творческого потенциала свободных и ответственных людей. А это, как вы понимаете, уже во многом проблема воспитания и образования». В докладе «О стратегии развития России до 2020 г.» на расширенном заседании Госсовета 8 февраля 2008 г. В.В. Путин особо отметил значение человеческого капитала для будущего страны и её народа: «Будущее России, наши успехи зависят от образования и здоровья людей, от их стремления к самосовершенствованию и использованию своих навыков и талантов». Такие установки вселяют надежду на то, что действительно образование будет приоритетной сферой, как это провозглашено в Законе Российской Федерации «Об образовании», а не производной от экономики и технического прогресса. Воспитание же, по определению, данному в Законе, является составной частью образования [24]. В многонациональной стране воспитание не может быть полноценным без использования потенциала полиэтнических сообществ, в которых имеются наилучшие условия не только для воспитания толерантности, но и более ценного личностного качества - культуры межэтнических отношений.

Толерантность как терпимое отношение к людям иной национальности может служить началом культуры межэтнических отношений, но не сводиться только к терпимости. Основанием для такого вывода являются результаты изучения межэтнических отношений в молодёжных сообществах на российском Дальнем Востоке.

Печатается в рамках исследовательского проекта «Обоснование воспитательных возможностей межнационального общения в молодёжных полиэтнических сообществах» при финансовой поддержке РГНФ, грант № 07-06-00159-а.

ЛИТЕРАТУРА:

1. Актуальные проблемы взаимодействия молодежи в полиэтнических регионах России: сб. мат-лов Все-рос. науч.-практич. заоч. конф. Биробиджан, ноябрь-декабрь 2007 г. / Под общ. ред. Б.Е. Фишмана. Биробиджан: Изд-во ДВГСГА, 2007. 151 с.

2. Арутюнян Ю.В., Дробижева Л.М., Сусоколов А.А. Этносоциология. Учеб. пособие для вузов. М.: Аспект Пресс, 1998. 271 с.

3. Афанасьев В. Ф. Этнопедагогика нерусских народов Сибири и Дальнего Востока. Якутск: Изд-во ЯГУ им. М.К. Аммосова, 1979. 181 с.

4. Баженова Н.Г. Этнопедагогические ценности Амурского казачества: дис... канд. пед. наук. Биробиджан, 2000. 163 с.

5. Бережнова Л.И., Набок И.Л., Щеглов В.И. Этнопедагогика. Учеб. пособие для студ. высш. учеб. заведений. М.: Изд. Центр «Академия», 2007. 240 с.

6. Большой энциклопедический словарь. Изд. 2-е, пе-рераб. и доп. / Гл. ред. А.М.Прохоров. М., 1998. С. 1209.

7. Вайсерман Д.И. Биробиджан: мечты и трагедия. История ЕАО в судьбах и документах. Хабаровск: Изд-во «РИОТИП» краевой типографии, 1999. 511 с.

8. Воронина М.А., Кутовая С.В. Межличностные отношения в молодежных полиэтнических сообществах и их воспитательные возможности // Мат-лы III Всерос. науч.-практич. конф. / Хабаровск: Изд-во ДВАГС, 2007. Ч. 1. С. 81-84.

9. Воронина М. А., Кутовая С.В. Молодежные организации как фактор развития благоприятных межэтнических отношений в обществе // Высшая школа -важнейший ресурс регионального развития. Регион, межвуз. науч.-практич. конф. Биробиджан, 17 мая 2007 г.: [сборник мат-лов]. В 2 т. Биробиджан: АмГУ БФ, 2007. Т. 2. С. 57-61.

10. Гасанов З.Г. Особенности формирования культуры межнационального общения в многонациональном регионе//Педагогика. 1994. № 5. С. 12-25.

11. Губогло М.Н. Идентфикация идентичности: Этно-социологические очерки / М.Н.Губогло. М.: Наука,

2003. 765 с.

12. Куку шин B.C. Этнопедагогика. Учеб. пособие. М.: Изд-во Московского психолого-социального института; Воронеж: Изд-во НПО «МОДЕК», 2002. 304 с.

13. Кусарбаев РИ. Формирование культуры межнационального взаимодействия у студентов высших учебных заведений, автореф. дис... канд. пед. наук. М., 2001.20 с.

14. Матис В. И. Педагогика межнационального общения. Учеб. пособие для студ. и асп. вузов. Барнаул: Изд-во БГПУ, 2003. 506 с.

15. Милушова Н.Ф. Точка на карте Родины: село Каза-кевичево. Хабаровск: региональное отделение Союза писателей России, 2003. 171 с.

16. Неустроев Н.Д. Этнопедагогика народов Севера. Якутск: Изд-во ЯГУ им. М.К. Аммосова, 1999.137 с.

17. Педагогика межнационального общения: Учебное пособие / Под ред. Д.И.Латышиной. М.: Гардарики,

2004. 320 с.

18. Портнягин И.С. Этнопедагогика «Кут-Сюр»: педагогические воззрения народа Саха / Отв. ред. Г.Н.Волков; Науч. рец. Н.Д.Неустроев, А.Г.Новиков. М.: Акаскппа, 1998. 184 с.

19. Поштарева М.Л. Формирование этнокультурной компетентности//Педагогика. 2005. № 3. С. 35-42.

20. Психология. Словарь / Под общей ред. А.В. Петровского, М.Г. Ярошевского. 2-е изд., испр. и доп. М.: Политиздат, 1990. 494 с.

21. Российская газета. 9 февраля 2008 г. № 4585.

22. Российская газета. Неделя. 24января2008 г. № 4571.

23. Файн Т. А. Национальная школа - фактор гармонизации межнациональных отношений в ЕАО // Педагогика. 2000. № 4. С. 106-108.

24. Федеральный Закон «О внесении изменений и дополнений в Закон Российской Федерации «Об образовании». М., 1996. 85 с.

25. Электронный ресурс: http://www.auditorium.ru. О культуре межнационального общения.

The article deals with correlation of the terms «tolerance» and «culture of interethnic relationships». Also, the specific features of such intercourse among the population and in youth communities of the Far East are reflected.