Воплощенная аутентичность

рекомендует Сергей Ходнев

Слава скрипачки Виктории Мулловой началась больше четверти века назад, когда она, будучи совсем еще юной, завоевала сначала золотую медаль на финском конкурсе имени Сибелиуса, а потом и лавры конкурса имени Чайковского. В 1983 году, после ее решения не возвращаться в СССР из заграничных гастролей, на родине о Виктории Мулловой почли за лучшее на некоторое время позабыть. И за это самое "некоторое время" скрипачка сделала на Западе ошеломительную карьеру, уверенно заняв место в самом верхнем эшелоне современного скрипичного исполнительства. Буквально подле небожителей, тех, кого рвут на части музыкальные фестивали уровня Зальцбургского — фестивали, где и госпожа Муллова давно уже стала одной из самых желанных персон.

Хотя ей ничто не мешало сосредоточиться на романтическом скрипичном репертуаре или музыке ХХ века (и то и другое Муллова в силах исполнять так, как мало кто из ее именитых коллег), артистка уже давным-давно заинтересовалась возможностями аутентичного исполнительства. Редкий случай для музыканта со столь мощным академическим бэкграундом, тем более редкостный из-за, казалось бы, и так превосходно состоявшейся карьеры (которая вроде бы никаких дополнительных ухищрений не требует). И, что самое удивительное, единичными экспериментами дело отнюдь не кончилось. Около десяти лет назад Виктория Муллова создала Mullova Chamber Ensemble, который старинной музыкой — умеренно старинной, XVIII — начала XIX века — призван был заниматься в первую очередь. Да и в сольных своих концертах исполнительница уверенно отстаивала право использовать жильные струны, барочный смычок и безвибратное звучание даже в тех случаях, когда публика, может быть, ждала не столько всех этих премудростей, сколько более привычного и обыкновенного скрипичного артистизма.

В любом случае ее успехи в освоении старинных приемов музицирования вызывают энтузиазм как у публики, так и у критики, и, наконец, у мэтров аутентистского цеха. С оркестром одного из них, Роджера Норрингтона, она регулярно выступала несколько лет назад. В уходящем году с ней выступал совсем уж легендарный дирижер-аутентист Джон Элиот Гардинер с его Orchestre Revolutionnaire et Romantique — Виктория Муллова исполнила (и записала) произведения Мендельсона и Брамса (разумеется, на жильных струнах и не в современной манере).

В аутентистах нередко видят не реализовавшихся в свое время "нормальных" музыкантов, которые-де потому и бросаются прикрывать исполнительские недостатки ученостью и игрой в старину. Уж что-что, а пример Виктории Мулловой может уверить, что как тотальное утверждение это несправедливо. Правда, она-то и не видит себя фанатичной приверженкой именно этого исполнительского лагеря — ни в каком отношении; ни старый репертуар, ни старая манера, ни коллеги-"старинщики" не занимают ее полностью. Один из ее альбомов и вовсе представляет собой обращение к "классическим" джазовым и рок-мелодиям; наряду с "жильным" Брамсом вышел очень недурной диск, где она в дуэте с пианисткой Катей Лабек играет Шуберта, Равеля, Стравинского. Ну а в Москве Виктория Муллова сыграет Второй скрипичный концерт Прокофьева.

Большой зал консерватории, 27 декабря, 19.00