Структурно-семантические типы и модели образования временно-устойчивых словосочетаний и трудности их перевода на русский язык (на материале современного английского газетного дискурса)

Вестник Челябинского государственного университета. 2010. № 4 (185). Филология. Искусствоведение. Вып. 40. С. 171-177.

Е. В. Терехова

СТРУКТУРНО-СЕМАНТИЧЕСКИЕ ТИПЫ И МОДЕЛИ ОБРАЗОВАНИЯ ВРЕМЕННО-УСТОЙЧИВЫХ СЛОВОСОЧЕТАНИЙ И ТРУДНОСТИ ИХ ПЕРЕВОДА НА РУССКИЙ ЯЗЫК

В статье рассматриваются проблемы возникновения временно-устойчивых словосочетаний (ВУС) в современном английском газетном дискурсе; приводятся типы и модели их образования и критерии отграничения от свободных словосочетаний; предлагается авторское понимание явления устойчивости; анализируются примеры, заимствованные из аутентичных английских газет, иллюстрирующие функционирование ВУС и трудности их перевода на русский язык.

Ключевые слова: структурно-семантические модели, временно-устойчивые словосочетания (ВУС), номинативность, актуализация, связанное значение, узус, трудности перевода.

Целью данной статьи является рассмотрение структурно-семантической модели функционирования устойчивых словосочетаний, которые составляют периферию фразеологии и которые еще не вполне определились, не успев принять свою окончательно завершённую форму словоупотребления, что и определило название этих сочетаний слов - временно-устойчивые словосочетания (ВУС). Материалом исследования послужили устойчивые словосочетания, отобранные из авторских статей, редакционных аналитических колонок и кратких информационных сообщений аутентичных текстов английских газет “USA Today”, “The International Herald Tribune” и “The Washington Post”.

Процесс появления ВУС динамичен - подходы и способы описания и образования этих сочетаний меняются, обновляются, усложняются и упрощаются. Одной из причин такой нестабильности является усиление информативности языка, что, в свою очередь, приводит к повышению ономасиологических потребностей английского газетного дискурса. Это объясняет основную исследовательскую задачу - выделить типы и модели образования временно-устойчивых словосочетаний, которые функционируют в текстах английских газет. Словосочетания различных типов являлись и являются объектом постоянного внимания лингвистов. В настоящее время русскими языковедами накоплен достаточный опыт анализа устойчивых словосочетаний (см. работы А. Н. Баранова и Д. О. Добровольского, В. В. Виноградова, В. П. Жукова, Е. С. Кубряковой, А. В. Кунина, В. М. Мо-

киенко, В. Н. Телия и др.1). В зарубежной лингвистике вопрос о чётком отграничении устойчивых словосочетаний от сочетаний свободных слов был поставлен швейцарским лингвистом Шарлем Балли и немецким учёным Розмари Глезер2.

Ш. Балли внёс большой вклад в разработку понятия ‘устойчивость’ словосочетаний, обративший внимание на различную степень спаянности компонентов подобных сочетаний слов. «Словосочетания могут представлять различную степень спаянности в пределах между двумя крайними случаями, а именно: (1) когда словосочетание распадается немедленно после того, как оно было создано, и составляющие его слова обретают полную свободу вновь вступать в другие комбинации; (2) когда слова в силу того, что они постоянно используются в этом сочетании для передачи одной и той же мысли, полностью теряют свою независимость, оказываются неразрывно связанными между собой и имеют смысл только в данном сочетании» [4. С. 89].

Наиболее сходную позицию с русскими лингвистами в вопросе определения критериев устойчивых словосочетаний занимает немецкий учёный Р. Глезер. Устойчивые сочетания слов выполняют номинативную функцию, и они должны отвечать ряду критериев, часть из которых важна и обязательна для выполнения, другая же нет. К первым критериям относятся следующие: (1) номинативность, (2) общеупотребительность, (3) сложность структуры и значения, (4) многокомпонент-ность, а также (5) семантическая и синтаксическая устойчивость. Однако с Р. Глезер

трудно согласиться в том, что такие критерии как (6) экспрессивность и (7) идиоматичность играют второстепенную роль в ранжире её критериев [11. С. 351-355].

Если теоретически все словосочетания считать принадлежащими к двум большим классам, переменным (в иной терминологии, свободным) и устойчивым (или несвободным, фразеологическим) словосочетаниям, то попытка найти место и дать определение временно-устойчивым словосочетаниям может оказаться весьма нелёгкой. Ясно, что между этими двумя крайними случаями можно обнаружить массу переходных, не поддающихся точной классификации случаев. В рамках данной статьи рассматриваются ВУС, модели построения которых предусматривают связанное значение одного из компонентов словосочетания. Анализ корпуса текстов английских газет помог зафиксировать следующие структурные типы модели «атрибут + существительное»:

1. «Существительное + существительное», например, convenience flag country - ходить под удобным флагом чужой страны; gossip mill - перемалывание слухов/сплетен; the Wall Street bailout - срочная помощь, оказываемая государством финансовым учреждениям Уолл-Стрит. Модель - N + N.

2. «Прилагательное + существительное», например: right/wrong market - (выбрать) правильную/неправильную или свою/не свою нишу на рынке; black tie - смокинг как форма одежды; desultory American policy - бессистемная политика США; a tall order- слишком большая жертва, слишком много требовать что-либо от кого-то. Модель - A + N.

3. «Причастие I + существительное», например, sweeping layoffs - повсеместные сокращения; watering hole - любимое место, в котором можно пропустить стаканчик; humiliating climb-down - унизительное понижение. Модель - Part. I + N.

4. «Причастие II + существительное», например, a scandal-plagued minister - затравленный/измученный скандалами министр; entrenched espiocrasy - укрепившиеся/ закрепившиеся аристократы разведки; aput-upon victim - ненастоящая жертва (жертва «понарошку»). Модель - Part. II + N.

5. «Числительное + существительное», например, the second fiddle role - роль второй скрипки; nine/eleven event, (9/11) - событие 11 сентября. Исключительно таким образом

сегодня вся западная пресса именует теракт в Нью-Йорке. Это особый пример, и его анализ лишь косвенно указывает на тот факт, что в его основе может быть табуирование, нежелание вновь накликать беду или эвфемизм. Модель - Num. + N.

В статье анализируются первые две наиболее репрезентативные модели образования словосочетаний. Анализ примеров, приведённых в рамках этих двух структурносемантических моделей образования временно-устойчивых словосочетаний, «N + N» и «A + N», показывает, что все они еще не закрепились в словарях. Можно утверждать, что в словарях большая часть примеров, с помощью которых были проиллюстрированы пять моделей образования ВУС, отсутствуют. В противном случае они были бы частью языка, а не речи (в нашем случае дискурса) и закреплены в словаре, и их определение противоречило бы нашему пониманию временноустойчивых словосочетаний.

На этапе возникновения и становления этих словосочетаний можно заметить, что некоторые ВУС являются имплицитно устойчивыми (the secondfiddle role, put-upon victim), в то время как другие - эксплицитно устойчивыми (convenience flag, right/wrong market,). При этом под устойчивостью понимается «мера, степень семантической слитности, неразложимости компонентов словосочетания» [8. С. 9]. Вслед за Е. Ю. Гуай3 под имплицитно устойчивыми ВУС мы понимаем такие словосочетания, отдельные компоненты которых содержат в своей словарной дефиниции оценочную лексику, но не содержат её в своём цельном лексическом значении. Под эксплицитно устойчивыми ВУС понимаются компоненты словосочетаний, содержащие оценочно маркированные компоненты в своём лексическом составе и в словарной дефиниции [7. С. 19]. У первых может наблюдаться отсутствие мотивированности, в то время как у эксплицитно устойчивых словосочетаний, особенно если одним из компонентов выступает числительное, существительное или прилагательное, значения которых имеют явно выраженный оценочный характер (right/ wrong, the second/ the first fiddle), мотивированность присутствует.

Как и слова, ВУС характеризуются определённым характером отражения предметов, явлений и свойств окружающей действительности. Нас интересуют такие временно-

устойчивые словосочетания, которым присущи номинативное и оценочное значения. Причём у этих ВУС в одном контексте может превалировать номинативное, в другом - оценочное значение. Покажем на примерах, как работает первая модель номинативной композитной структуры N + N, содействуя образованию новых временно-устойчивых словосочетаний. Рассмотрим два английских общекомпонентных слова «line» и «camp», которые в процессе регулярного употребления (воспроизведения) приобрели размытость, нечёткость. Под нечёткими, размытыми словами, компонентами ВУС, понимаются такие, которые «не имеют ясно выраженного вещественного значения, не соотнесены с определённым предметом, представляют данное содержание в наиболее общем виде» [2. С. 262]. Словарные значения «line» - «линия, строка, ряд, курс, направление, граница, родословная, отрасль, род деятельности, трубопровод и т. д.». Так как регулярное употребление этого слова в речи сделало его семантически неопределённым, потребовался дополнительный компонент для актуализации нового словосочетания в тексте, причём в словосочетании этот компонент приобретает характер ключевого, несущего семантический смысл. Перевод вновь образованных словосочетаний на базе номинативной модели N+N бывает иногда однословным, чаще распространённым, а в некоторых случаях и описательным, например: business line - бизнес, производство; work line - определяющий фактор; bottom line - итого, в итоге, в конечном счёте; duty line - служебные обязанности, служба; offensive / defensive line - наступательная / оборонительная позиция; gas / oil line - газопровод / нефтепровод; power lines - линии электропередач или силовые структуры, силовики; hard line (hard liners) - жёсткая политика, ястребы, политики, занимающие жёсткую позицию.

Отдельно хотелось бы выделить несколько словосочетаний, анализ образования и перевода которых отличается от остальных ВУС, обладающих номинативным значением - (1) «power lines» и (2) «hard line/hard liner». Перевод первого из этих двух словосочетаний зависит исключительно от особенности дискурса. Это может быть и «линия электропередачи», и, как в нашем случае, «силовые структуры, представители силовых структур, силовики». Это интересный случай по-

явления временно-устойчивых словосочетаний терминологического характера, которые развили в себе переносное значение. Второе словосочетание характеризуется появлением оценочного значения, причём в производном ВУС «hard-liners» это оценочное значение усиливается и, соответственно, ослабевает номинативное значение - «hard liners» - это «ястребы; политики, занимающие очень жёсткую позицию».

Вторая группа примеров с общекомпонентным словом «camp» включает компоненты, также образованные из сочетания существительного с существительным, по модели N + N. Если второй компонент «camp» в анализируемых временно-устойчивых словосочетаниях семантически нечёток и размыт, то первый компонент во всех нижеприведённых примерах является базовым, смысловым центром. Под этим центром мы понимаем один знаменательный компонент ВУС, выполняющий в нём смыслоразличительную функцию, например: peace camp - лагерь мира; aid / relief camp - временное место предоставления гуманитарной помощи; displacement camp -лагерь для перемещённых лиц; refugee camp -лагерь для беженцев; returnees camp - лагерь для лиц, вернувшихся на родину; an old camp-nik - вор/убийца-рецидивист.

Если исходить из того, что словарные значения слова «camp» - «лагерь (детский, учебный, спортивный) и лагерь (пенитенциарное учреждение)», и оно в своём узусе семантически размыто, то перевод новообразованных словосочетаний с различными базовыми компонентами будет также разнообразным. Здесь необходимо отметить роль и влияние оценочного фактора на семантические особенности и перевод этих ВУС. Под оценочным значением понимается положительная или отрицательная характеристика лица или предмета номинации со стороны его временного, но устойчивого компонента со всеми его свойствами. Причём нас интересует оценочное значение как результат употребления конкретного ВУС в конкретном контексте или дискурсе, иными словами, оценочное использование ВУС.

Небезынтересно рассмотреть сочетание слов «old campnib>, хотя этот пример формально принадлежит ко второй модели. Во-первых, оно указывает на факт деривации по модели A + N + Suf.(-nik), причем, в этом примере и корень слова - campus, и суффикс

- nik есть цепочка заимствований. Англий-

ский язык заимствовал слово из французского, а французский, в свою очередь, из латыни, ср. campus. Русский язык, с одной стороны, позаимствовал это слово в качестве кальки, «кампус», наделив его при этом новым многокомпонентным переводом-толкованием -«территория как место учёбы и проживания студентов университетов». С другой стороны

- помог образованию неологизма в английском языке, предоставив ему свой суффикс

- ник. Перевод этого словосочетания - «вор/ убийца-рецидивист», в котором слово «старый» указывает не на возрастной, а на тюремный ценз.

Проанализируем несколько примеров временно-устойчивых словосочетаний, образованных на базе моделирования второго типа, а именно «A + N», сделав акцент на связанном значении либо первого, как в случае с «soft», либо второго, как в случае с «ground», компонентов, соответственно. В качестве обще-компонентных выступают два слова, прилагательное «soft» и подлежащее «ground», хотя модель образования ВУС остаётся неизменной, атрибутивной. Как и в приводимых выше примерах, первый компонент, прилагательное «soft», вступая в сочетания с различными именами существительными или выступая в функции предиката, образует устойчивые сочетания слов. Примерами функционирования этих слов как часть составных наименований в современных английских текстах выступают следующие словосочетаниях: soft job - тёплое местечко; soft target - незащищённая, открытая цель; soft speech - тихая спокойная речь; a soft-spoken (person); speak softly как производные от выражения «soft speech» - человек со спокойным тихим голосом; человек, который не кричит, не драматизирует события, говорит спокойно; soft heart - доброта, добряк, добросердечный человек; soft corner in one’s heart

- сентиментальность, скрываемый от всех, уязвимый уголок в сердце; a soft spot - размазня, лопух; soft money - бумажные деньги; soft assets - неустойчивые, не пользующиеся спросом активы; soft line - примирительная позиция.

Анализ указанного структурносемантического типа (модели) образования временно-устойчивых сочетаний слов демонстрирует различия в потенциале или активности первого компонента, атрибута, создавать оценочно маркированные ВУС в зависимости

от базового компонента. Основными словарными значениями прилагательного «soft» выступают такие как: «мягкий, гладкий, ласковый, слабый, дряблый, добрый, кроткий и т. д.». Актуализация прилагательного «soft» в качестве первого компонента свободных словосочетаний, например, в таких как «soft bed» («мягкая постель») или «soft cheese» («мягкий сыр»), отличается от актуализированных значений этого же слова в приведённых выше примерах ВУС. Если есть «мягкие» постель или сыр, значит, существуют и твёрдые, «hard», сорта сыров, и жёсткие, твёрдые постели. Следовательно, эти два последних словосочетания являются свободными, они не могут считаться устойчивыми, так как в них смысл сочетания в целом складывается из суммы смыслов двух компонентов слова. Путём наложения таких словосочетаний, несвязанных, свободных и связанных, устойчивых, в нашем случае - временно-устойчивых, можно показать наличие оценочного фактора и степень этой оценочности, а в некоторых случаях - переосмысление и появление внутренней формы / образа, например в ВУС «soft porno» и «hard porno».

Актуализация значений всех анализируемых выше примеров словосочетаний, с одной стороны, не допускает замены первого компонента, ср. «бумажные деньги» или «открытая / незащищённая мишень / цель» на какие-либо другие атрибуты, с другой - усложняет его значение в словосочетании, делая непрозрачным, идиоматичным. Например, «speak softly sin» - это устойчивое словосочетание, библеизм, более точное толкование которого

- «не кричи о грехах ближних своих с высоты крыши», причем оно приобрело своё второе и третье значение, но уже как заимствование: сначала автором известного фильма и песни «История одной любви» - «speak softly love»

- «расскажи о своей любви»; затем было подхвачено политиками и журналистами, тем самым приобрело еще одно значение - «обходить неудобные места в интервью и в ответах на вопросы, мягко уходить от неприятных вопросов». Сегодня это временно-устойчивое словосочетание может передаваться на русский язык как «мягкая подсадка» в контексте политтехнологий, причём с резко отрицательным оценочным значением. Целостное смысловое значение ВУС «мягкая подсадка» на жаргоне политтехнологов означает «дискредитация, не совсем законные или допустимые

приёмы борьбы с конкурентом, приёмы на грани фола». Это позволяет говорить о подобных сочетаниях как недавно появившихся и начавших своё функционирование в газетном дискурсе в виде временно-устойчивых словосочетаний, которые образовались на базе указанной и продуктивной модели, A + N.

В следующих примерах общекомпонентным словом выступает уже второй компонент, существительное «ground», хотя модель образования анализируемых ВУС осталась неизменной - A + N: fresh ground

- новая страница, новое дело; new ground

- целина, не вспаханная земля; reasonable ground(s) - разумное(-ые) основание(-ия); legal ground - законное, юридическое основание; solid ground - реальное основание; firm ground - твёрдая позиция, реальное основание; recreational ground - место для отдыха, спортплощадка; dead ground - мёртвое пространство; глухое заземление; absolute ground(s) - абсолютные основания для чего-либо; breeding / hunting / burial ground - нерестилище, охотничье угодье, кладбище; ground zero - точка, место взрыва двух башен Всемирного Торгового Центра после событий 11 сентября 2001 года в Нью-Йорке.

Основные словарные значения базового слова «ground» следующие: «грунт, земля, основание, участок, почва и т. д.». Однако актуализация данного существительного с самыми различными прилагательными позволяет создавать новые сочетания слов. Иными словами, наличие одного общего с нечётким размытым значением компонента (существительное «ground») в сочетании с довольно значительным числом базовых, образующих смысловой центр прилагательных, меняет целостный смысл нового созданного словосочетания, значение которого не складывается из суммы значений отдельно взятых компонентов - прилагательного и существительного. Несколько особняком стоят два последних из приведённых выше сочетаний слов: ground zero - точка, место взрыва после событий 11 сентября 2001 года - так стали называть разрушенные башни Всемирного торгового центра в Нью-Йорке, и причастия настоящего времени «breeding и_hunting», которые, хотя и употреблены в атрибутивной функции, тем не менее, не являются прилагательными. Мы полагаем, что модель образования ВУС, A + N, потому и является одной из самых продуктивных из числа имеющихся и рассмотренных

нами моделей, что частично она может перекрывать и другую модель, а именно, Part. I + N, пример которой был приведён выше, ср. «breeding ground, hunting ground». Поэтому для того, чтобы решить, являются ли выделяемые нами сочетания устойчивыми, следует, прежде всего, обращать внимание на характер номинации [3. С. 169].

Когда «однословные слова», имена существительные или прилагательные, вступают в сочетание с другими словами, такие словосочетания приобретают временную идиоматическую устойчивость, поскольку узу-альность - частотность употребления этих словосочетаний социумом - на первых порах наблюдается в речи или текстах весьма ограниченного круга пользователей, имеющих дело с медиатекстами. От чего может зависеть продуктивность той или иной структурносемантической модели? Если суммировать то, о чём говорилось выше, и это находит своё подтверждение в работах исследователей, на продуктивность моделей образования устойчивых словосочетаний могут влиять несколько факторов:

(а) степень прозрачности или непрозрачности (наличие внутренней формы или образа) устойчивого словосочетания;

(б) наличие в составе словосочетания продуктивных компонентов, где под «продуктивными компонентами» подразумеваются такие, которые активно участвуют в образовании устойчивых словосочетаний;

(в) степень слитности (в терминологии

В. П. Жукова спаянности4) в структуре устойчивого выражения;

(г) стилистические особенности словосочетаний; и

(д) их узуальная активность в дискурсе [9. С. 76].

Активизацию процесса образования слов и словосочетаний в английском газетном дискурсе можно объяснить социальными факторами, в терминах других исследователей - социолингвистическими [10. С. 28]5. Несмотря на различную терминологию, наблюдается идентичный результат - частотность появления устойчивых словосочетаний увеличилась, область функционирования новых образований и наименований стала шире, а поток заимствований значительно вырос, например, употребление французского заимствования в ВУС «a fixer extraordinaire» английский «an extraordinary fixer»; и заимствование из латы-

ни - «caught in limbo» - быть в подвешенном состоянии. В некотором смысле нейтральное использование языка в дискурсе в принципе невозможно. (а) Отбор частей обсуждаемых ситуаций или событий; (б) последовательность введения в текст тех или иных участников или альтернативных способов языкового описания (или перевода) одной и той же ситуации; и, наконец, (в) экспликация отношения говорящего к передаваемой информации - всё это и многое другое воздействует на понимание развёртываемого сообщения адресатом [6. С. 5]. Все эти факторы не могли не оказать влияния на процесс возникновения ВУС и способы их моделирования. Еще одной из причин появления составных наименований - это «дистинкция особо актуальных (базовых, ключевых) понятий, заключающих в себе концептуальную информацию» [1. С. 36]. В результате того, что общекомпонентные слова подвергаются многочисленным уточнениям и изменениям в зависимости от конкретной коммуникативной цели, в конечном итоге их общепринятое значение размывается, требуя выхода на сцену нового компонента и преобразуясь, таким образом, во временно-устойчивое словосочетание.

Таким образом, интенсификация семантической деривации в процессе развёртывания английского газетного дискурса зависит как от структуры, так и от узуса. В теоретических исследованиях аспектов фразеологии подчёркивается тот факт, что в устойчивости как лингвистической категории выделяются структурный и узуальный (социальный) аспекты. Если первый из аспектов «характеризует словосочетание с точки зрения его внутреннего устройства (ограничения на трансформируемость, дефектность парадигмы и пр.)», то второй аспект, узуальный, «относится к восприятию выражения языковым социумом - к ощущению частой повторяемости выражения в речи разных носителей языка» [5. С. 50]. Модели образования приведенных выше примеров ВУС, если затронуть принцип сочетания двух, а иногда и более участвующих в них слов, являются вполне продуктивными, в которых базовыми моделями выступают «A + N» или «N + N», атрибутивная и номинативная, соответственно. Предполагается, что в процессе развёртывания дискурса его автор вполне свободно и произвольно сочетает базовые прилагательные или существительные с обще-компонентными существительными типа «line» и «camp» и другими.

Примечания

1 Баранов, А. Н. : 1) Идиоматичность и идиомы / А. Н. Баранов, Д. О. Добровольский // Вопр. языкознания. 1996. № 5. С. 51-64; 2) Внутренняя форма идиом и проблема толкования / А. Н. Баранов, Д. О. Добровольский // Изв. РАН. 1998. № 1. С. 36-44; 3) Политическая метафорика публицистического текста : возможности лингвистического мониторинга // Язык СМИ как объект междисциплинарного исследования. М., 2003. URL : http://www. evartist.narod.ru/next/12109htm #312; Добровольский, Д. О. Национально-культурная специфика во фразеологии // Вопр. языкознания. 1998. № 6. С. 48-57; Виноградов, В. В. Основные понятия русской фразеологии как лингвистической дисциплины // Виноградов, В. В. Избранные труды. Лексикология и лексикография. М. : Наука, 1977. С. 118-139; Жуков, В. П. Русская фразеология : учеб. пособие. М. : Высш. шк., 1986. 308 с.; Кубря-кова, Е. С. Проблемы представления знаний в современной науке и роль лингвистики в решении этих проблем // Язык и структуры представления знаний : сб. науч.-аналит. обзоров. М. : ИНИОН, 1992. С. 4-38; Кунин, А. В. Фразеология современного английского языка : опыт систематизированного описания. М. : Междунар. отношения, 1972. 288 с.; Мо-киенко, В. М. Загадки русской фразеологии. 2-е изд. СПб. : Авалон : Азбука-классика. 2005. 256 с.; Телия, В. Н. Метафора как модель смыслопроизводства и её экспрессивнооценочная функция // Метафора в языке и тексте. М. : Наука, 1988. С. 26-52; Телия, В. Н. Основные особенности значения идиом как единиц фразеологического состава языка // Словарь образных выражений русского языка / под ред. В. Н. Телия. М. : Отчизна, 1995. С.10-16 и др.

2 Балли, Ш. Французская стилистика. М. : Лингвист. наследие XX века, 2001. 392 с.; Gläser, R. Relations between Phraseology and Terminology in English for Special Purposes // Linguistic Features and Genre Profiles of Scientific English : Leipziger Fachsprachen-Studien. Band 9. Frankfurt-am-Mein : Peter Lang, 1995. P. 33-57.

3 Гуай, Е. Ю. Аксиологическое значение фразеологизмов и его отражение иллюстративной зоне словарной статьи // Вестн. РУДН. Сер. Лингвистика. М., 2009. № 2. С. 43-49.

4 Жуков, В. П. О смысловом центре фразеологизмов // Проблемы фразеологии. Исследования и материалы. М. ; Л. : Наука, 1964. С.140-149.

5 Тер-Минасова, С. Г. Словосочетание в научно-лингвистическом и дидактическом аспектах. М. : Высш. шк., 1981. 144 с.

Список литературы

1. Алексеенко, М. А. Фразеология как источник пополнения словарного запаса языка // Проблемы фразеологической и лексической семантики. М. : ИТИ Технологии, 2004.

С. 35-41.

2. Ахманова, О. С. Словарь лингвистических терминов. Изд. 5-е. М. : Книж. дом ЛИ-БРОКОМ, 2009. 576 с.

3. Ахманова, О. С. Очерки по общей и русской лексикологии. М. : Книж. дом ЛИ-БРОКОМ, 2009. 296 с.

4. Балли, Шарль. Французская стилистика. М. : Изд-во иностр. лит., 1961. 216 с.

5. Баранов, А. Н. Аспекты теории фразеологии / А. Н. Баранов, Д. О. Добровольский. М. : Знак, 2008. 656 с.

6. Баранов, А. Н. Политический Дискурс : методы анализа тематической структуры и метафорика / А. Н. Баранов, О. В. Михайлова, Г. А. Сатаров, Е. А. Шипова. М. : Фонд ИНДЕМ, 2004. 94 с.

7. Гуай, Е. Ю. Аксиологический аспект английской фразеологии : автореф. дис. ... канд. филол. наук. М. : ИЯз РАН, 2009. 24 с.

8. Жуков, В. П. Семантика фразеологических оборотов. М. : Просвещение, 1978. 160 с.

9. Козлова, Р. М. Структурно-семантические модели фразеологизмов и факторы их продуктивности // Проблемы фразеологической и лексической семантики. М. : ИТИ Технологии, 2004. С. 76-80.

10.Тер-Минасова, С. Г. Словосочетание в научно-лингвистическом и дидактическом аспектах. М. : Высш. шк., 1981. 144 с.

11. Gläser, R. Syntactic and Semantic Aspects of Phraseological Unit // Zeitschrift für Anglistik und Amerikanistik. Jg. 26, H. 4. S. 351-355.