Некоторые параметры и характеристики англоязычного специализированного искусствоведческого дискурса

УДК 811.11'42

НЕКОТОРЫЕ ПАРАМЕТРЫ И ХАРАКТЕРИСТИКИ АНГЛОЯЗЫЧНОГО СПЕЦИАЛИЗИРОВАННОГО ИСКУССТВОВЕДЧЕСКОГО ДИСКУРСАi

З.С. Хасанова, Е.В. Милетова, Н.П. Бугаенко

Статья посвящена анализу некоторых параметров и характеристик англоязычного специализированного искусствоведческого дискурса. Авторы уделяют внимание таким дискуссионным аспектам, как проблема определения степени терминологизации того или иного фрагмента профессионального дискурса, а также проблема отграничения одного вида профессионального дискурса от другого. Дискурс изобразительного искусства нацелен не просто на устное и письменное описание какого-либо произведения искусства, но также связан с немалым количеством различных видов дискурса: масс-медийным, рекламным, педагогическим, медицинским, юридическим, военным дискурсами, дискурсом маркетинга, PR дискурсом. В статье делается вывод о том, что дискурс изобразительного искусства представляет собой своеобразную сферу профессиональной коммуникации, в которой наблюдается интердискурсивность, и которая осуществляется через осознание невербального символического кода, предлагаемого художником, посредством индивидуальной когнитивной системы и интерпретационной оценки произведения искусства путем грамматических и стилистических, а также опорных лексических средств. Ключевые слова: дискурс, искусствоведческий дискурс, терминологизация, интердискурсивность, изобразительное искусство, художник.

Профессиональный дискурс стал для современной лингвистики крайне популярным и, что немаловажно, действительно ценным объектом для разностороннего изучения. Дискурсоведов интересуют и вопросы асимметрии между поверхностным смыслом дискурсивных фрагментов и тем глубинным посылом, который вкладывал в высказывание говорящий [см. интереснейшую работу по данной теме: Гак, 2004], и теория и методология описания лингвистических особенностей и закономерностей построения профессионального (специализированного) дискурса, и специфические особенности дискурсивной деятельности, осуществляемой в новых условиях компьютерно-опосредованной коммуникации [см., в частности, Jones, 2011; Vaisman, 2011; Techniques, 1993], и многие другие аспекты.

Для терминоведов и лингвистов, так или иначе занимающихся проблемами статуса, семантики и образования терминологической лексики [см., например, Алимурадов, Лату, 2010; Алимурадов, Раздуев, 2011; Лату, Алимурадов, 2008; Лату, 2009; Раздуев, 2011; Раздуев, Алимурадов, 2011 и др.], а также ее корреляциями с лексикой общеупотребительной, несомненную важность имеет анализ того, каким образом термины функционируют в дискурсе, следовательно, изучение профессионального дискурса вносит заметный вклад в теорию и практику терминоведения в целом. Бесспорно, как и теоретическое терминоведение, изучение профессионального дискурса также характеризуется наличием определенных «вечных» вопросов, к ответу на которые лингвисты пока что могут лишь приблизиться. К таким дискуссионным аспектам, на наш взгляд, относится проблема определения степени терминологизации того или иного фрагмента профессионального дискурса, а также проблема отграничения одного вида профессионального дискурса от другого. В русле разрешения именно второй проблемы и выполнена настоящая статья.

Несмотря на большое количество исследований различных сфер профессионального дискурса, есть очень мало работ, посвященных изучению англоязычного искусствоведческого дискурса, а именно - дискурса, основной темой которого является изобразительное искусство. Вместе с тем, коммуникация в сфере искусства - интереснейшая тема для рассмотрения, т.к. именно в этой сфере ярко проявляется метаязыковая функция языка (ниже мы скажем об этом подробнее). Таким образом, мы считаем актуальным рассмотреть данный тип дискурса и понять, какими характерными дифференциальными особенностями он маркирован, что поможет определить то, какие изменения претерпевает данный дискурс на современном этапе его существования, и с какими другими типами профессионального дискурса он сосуществует или коррелирует. Вначале рассмотрим некоторые определения искусствоведческого дискурса, предлагаемые различными авторами.

У.А. Жаркова говорит об искусствоведческом дискурсе как об «аллюзии названия науки об искусстве»; иными словами, автор искусствоведческой статьи пытается осмыслить суть того или иного произведения и передать ее с точки зрения своего собственного понимания произведения [Жаркова, 2011].

А.П. Булатова определяет искусствоведческий дискурс как вербализованный опыт мышления относительно области объектов, бытующих как произведения искусства, организованный в рамках

1 Публикация выполнена в рамках проекта «Когниолингвистическое и лексикографическое моделирование фрагментов прикладной и фундаментальной научной картины мира

стратегий восприятия, авторитета, оценочности и других искусствоведческих стратегий [Булатова, 1999]. Здесь также примечательно мнение П.В. Лихолетовой о том, что дискурс изобразительной области «живопись» формируется как особый синтетический интерпретационный дискурс, состоящий из произведений живописи и их вербального сопровождения [Лихолетова, 2005].

Справедливо высказывание Е.А. Елиной о том, что изобразительные искусства принадлежат к уровню изображения, и, следовательно, линия, цвет, движение сочетаются друг с другом только с образованием единого целого, подчиняющегося своим собственным закономерностям. Это «единое целое», т.е. весь нечленимый текст-изображение, мы понимаем как знак [см., в частности, Бенвенист, 1974]. Но не членимый на отдельные, независимые знаки текст, тем не менее, должен быть разложим на отдельные взаимокоррелирующие компоненты [Елина, 2002].

Как показывают приведенные определения, многие дискурсологи сходятся на том, что искусствоведческий дискурс неизменно связан и интерпретацией, толкованием, при этом, как подчеркивают специалисты в области семантики текста и дискурса, «... процесс экспликации смысла текста (его основной мысли) зачастую носит субъективный характер» [Алимурадов, 2003: 43; см. также: Алимурадов, 2004; Алимурадов, 2006; Алимурадов, Реунова, 2006; Алимурадов, Григорьева, 2009; Лотман, 1992].

Размышляя об особенностях искусствоведческого дискурса, О.В. Коваль отмечает его ярко выраженный семиотический характер, говоря о том, что данная дискурсивная область «оперирует знаками единичного и всеобщего, сообщая, между тем, нечто и о языке, и о том, о чем при его помощи можно рассказать» [Коваль, 2008: 40]. Однако, по словам автора, рассматриваемый тип дискурса имеет двойственную природу, поскольку перенос знака, символа, изображения на вербальный уровень, реализация чего происходит за счет средств того или иного языка - весьма сложный и неоднозначный процесс. В результате этого искусствоведческий дискурс «как бы «зависает» между чистой визуальной

ощутимостью пластической формы, и языковой дискурсией по ее поводу......это всегда балансирование

между планом изображенного и планом изображения» [Коваль, 2008: 41].

В контексте рассмотрения статуса искусствоведческого дискурса нельзя не упомянуть точку зрения А.П. Миньяр-Белоручевой, в соответствии с которой язык искусства представляет собой «разновидность языка для специальных целей» [Миньяр-Белоручева, 2011: 58].

Прежде чем перейти к анализу некоторых сущностных параметров дискурса изобразительного искусства, мы считаем целесообразным рассмотреть, что именно представляет собой изобразительное искусство, и какие именно сферы творческой или, как сейчас принято говорить, креативной деятельности оно включает. Согласимся с тем, что изобразительное искусство - это группа видов визуального художественного творчества, воспроизводящих визуально воспринятый и интерпретированный фрагмент реальной или воображаемой действительности. Произведения искусства имеют предметную форму, фиксированную однажды и не изменяющуюся во времени и/или пространстве [http://festival.lseptember.ru/articles/517176/].

Зачастую различные исследователи относят к изобразительному искусству как живопись, графику, так и скульптуру, архитектуру, декоративно-прикладное искусство, искусство фотографии [http://www.bibliotekar.ru/isk/19.htm; http://festival.1september.ru/articles /517176/ и другие]. В настоящей статье основное внимание будет уделяться специализированному дискурсу изобразительного искусства в области живописи и, частично, графики, так как именно эти две дискурсивные сферы имеют основным предметом изобразительную деятельность человека и, на наш взгляд, недостаточно изучены в настоящее время с лингвистической точки зрения, в отличие, например, от дискурса архитектуры [см., в частности, наиболее фундаментальное, по нашему мнению, культурно-семиотическое исследование архитектурного дискурса в: Багрова, 2011, а также многие другие работы].

Прагматическая сторона искусствоведческого дискурса (ИД) является, на наш взгляд, главным критерием в пользу рассмотрения его как отдельного, независимого типа профессионального дискурса. Наиболее значимыми в данном контексте мы считаем эмотивную, воспитательную и информативную прагматические функции данного вида дискурса. В соответствии с первой функцией, искусствоведческий дискурс призван вызывать эмоции у зрителя / слушателя по отношению к тому или иному произведению искусства. При этом, как правило, когда речь идет об эмоциях, ключевой выступает оппозиции типа «нравится / не нравится», «хорошо / плохо». С другой стороны, ИД воздействует на зрителя посредством создания эстетического идеала, бытующего в сфере искусства. Наконец третья - информативная - функция представляет собой своего рода синтез передачи знания и ответной реакции на определенный интеллектуальный стимул, т.е. ИД - это не просто способ просветить ценителей и любителей искусства по интересующим их вопросам, а уникальный инструмент проекции реальной и / или воображаемой действительности. В этом заключается иллокутивный потенциал искусствоведческого дискурса.

Суммируя все сказанное выше, считаем возможным выделить два типа искусствоведческого

дискурса: назовем их условно ИД I и II типов. Считаем возможным представить невербальный искусствоведческий дискурс (I тип) в виде следующей схемы.

Схема 1

Как видно из схемы, в рамках невербальной коммуникации в сфере искусства, когда речь идет о креолизованных или полностью невербальных текстах (произведениях), существуют определенные жанры (импрессионизм, модернизм и др.), темы (любовь, религия и т.д.) и формы воплощения (живопись, скульптура, фотография, видео, инсталляция и прочие).

Отметим, что все звенья данной коммуникативной цепи находятся в тесном взаимодействии друг с другом, при этом ключевым элементом структуры искусствоведческого дискурса, реализуемого невербально, мы считаем тему, поскольку именно тема определяет жанры и форму воплощения. Безусловно, создавая произведение искусства, автор, прежде всего, обдумывает проблему, интересующую его, и по отношению к которой он не остается безучастным. Затем в рамках заданной темы реализуется некая идея, ограничивающая фокус внимания творца и замыкающаяся на более конкретном предмете, объекте, явлении и т.д. В последующем форма воплощения (картина, фотография, инсталляция и др.) определяет жанр произведения искусства, трактуемого как оригинальная семиотическая система, выполняющая коммуникативные функции [Лотман, 1992; Rusted, 2006].

В силу того, что в контексте нашего исследования, носящего лингвистический характер, особую значимость представляет собой коммуникация на вербальном уровне, обратим особое внимание на искусствоведческий дискурс второго типа. Данный вид ИД носит именно вербальный характер и, по сути своей, представляет уже коммуникацию на метауровне: в рамках ИД второго типа речь идет о произведениях, составляющих ИД первого типа. Конечно, следует отметить, что столь жесткое разграничение ИД первого и второго типов на самом деле весьма условно. Как отмечает Б. Растэд, существуют определенные виды изобразительного искусства (ИД первого типа в нашей классификации), роль вербального компонента в которых изначально довольно высока (он называет такое искусство text-dominant art) [Rusted, 2006: 118].

Вместе с тем, мы полагаем, что есть все основания разграничивать произведение искусства как первичный текст, имеющий невербальную природу и предназначенный для коммуникации с реципиентом, и вербальные тексты об искусстве, выполняющие метакоммуникативную роль. Изобразим структуру ИД второго типа графически и проанализируем ее более детально.

Схема 2

Как можно заключить из анализа приведенной схемы, мы наблюдаем тесное взаимодействие между основными элементами представленной модели. Подчеркнем, что ведущим звеном в цепи вербальной искусствоведческой коммуникации, как нам представляется, вновь является тема, которая определяет форму воплощения, жанры и модальность искусствоведческого текста, т.е. указанные элементы находятся в прямой зависимости от темы.

Следует сказать, что при анализе материала выборки фрагментов англоязычного ИД мы определили широкий спектр затрагиваемых коммуникантами тем. К числу основных мы относим следующие: красота, дружба, любовь, религия, мифология, мистика, ненависть, насилие, война, терроризм. Указанные темы воплощаются в соответствующих произведениях искусства, которые далее, в свою очередь, уже служат предметом ИД II типа. Полагаем, что в рамках вербального искусствоведческого дискурса можно говорить о наличии тех же самых форм воплощения рассматриваемых в исходном произведении тем, что и в невербальном искусствоведческом дискурсе I типа, а именно: картина, скульптура, фотография, инсталляция, видео и др.

Согласно схеме, в пределах вербального искусствоведческого дискурса мы выделяем несколько основополагающих жанров: газетная статья, рецензия, обзор и анонс, при этом каждый из этих жанров имеет свою уникальную специфику. Так, например, анонс характеризуется наличием воздействующей функции на адресата и нацелен на то, чтобы заставить зрителя / читателя посетить, посмотреть и оценить то или иное событие или явление. В свою очередь, газетная статьи и рецензия позволяют критику / автору тематического текста по искусству выразить свое отношение к рассматриваемому произведению и дать собственную оценку предмету обсуждения, которая, естественно, может быть как положительной, так и отрицательной. Искусствоведческий обзор, наоборот, повествует о явлении в общих чертах и не подразумевает передачи авторского отношения.

Из сказанного вытекает следующая особенность дискурса искусствоведа - модальность [Бабушкина, 2011: 27 и др.], выступающая в качестве механизма и средства передачи отношения к обсуждаемому предмету Модальность может быть субъективной, подразумевающей отношение и оценку самого автора текста, и объективной, передающей отношение того или иного явления к действительности. Кроме того, по степени интенсивности и выраженности этого отношения можно говорить о сильной и слабой модальности, об отношении со знаком (+) и знаком (-).

Нельзя не отметить также, что рассматриваемый в настоящей статье тип дискурса по критерию темпоральности классифицируется на классический, датированный серединой и концом XX столетия и современный (с конца 90-х годов XX века по настоящее время).

Искусствоведческий дискурс как отдельная комплексная дискурсивная сфера, представляющая собой многоаспектную коммуникативную деятельность, охватывающую различные референтные области: живопись, скульптуру, архитектуру, театр, кино, музыку и др., имеет и другие лингвистические особенности, речь о которых пойдет далее.

Прежде всего, считаем целесообразным разграничить два понятия: классический искусствоведческий дискурс и современный (постклассический) искусствоведческий дискурс, при этом под «классическим» ИД мы подразумеваем тексты, написанные в традиционной научной форме, датированные серединой и концом XX столетия. Под «современным» искусствоведческим дискурсом понимаются работы молодого поколения критиков, относящиеся к периоду с конца 90-х годов XX века по настоящее время. Основное отличие обозначенных периодов видится нам в особенностях их терминосистем. Если «классический» период ознаменован употреблением значительного количества терминологических единиц, относящихся именно к сфере искусствоведения, различных пластов иноязычной и книжной лексики, то «современный» искусствоведческий дискурс более ориентирован на «массового» читателя и вербализует реалии повседневной жизни, используя широкий диапазон лексических единиц, от искусствоведческих терминов и специализированной лексики до общеупотребительных слов и выражений. Таким образом, можно утверждать, что на постклассическом этапе развития ИД его терминологичность заметно снижается, точнее - снижается насыщенность специальных текстов, посвященных изобразительному искусству, искусствоведческими терминами. Иными словами, происходит как бы «размывание» границ терминосистемы искусствоведения, вследствие того, что она начинает тесно коррелировать с терминосистемами смежных сфер профессиональной деятельности, чего не отмечалось ранее.

Художник нового поколения более прагматичен, отчасти циничен, он не является возвышенным творцом, воспевающим прекрасное, а тесно связан с реалиями повседневной жизни, диктующими ему свои правила игры [Козловская, 2003: 71-72]. В результате возникают деловые отношения между художником и зрителем (критиком), в которых материально-денежная составляющая выступает неотъемлемой частью, например:

(1) The commercial value of art has usurped its spiritual value, indeed, seems to determine it. Art's esthetic, cognitive, emotional and moral value - its value for the dialectical varieties of critical consciousness - has been subsumed by the value of money.

Art has never been independent of money, but now it has become a dependency of money. Consciousness of money is all-pervasive. It informs art - virtually everything in capitalist society - the way Absolute Spirit once did, as Hegel thought. Money has always invested in art, as though admiring, even worshipping, what it respected as its superior - the true treasure of civilization - but today money's hyperinvestment in art, implicitly an attempt to overwhelm it, to force it to surrender its supposedly higher values, strongly suggests that money regards itself as superior to art [www. artnet.com].

В данном случае критик размышляет о роли и ценности искусства в денежном эквиваленте (commercial value of art), пытаясь провести параллель между ними (Art's esthetic, cognitive, emotional and moral value ... has been subsumed by the value of money; Art has never been independent of money, but now it has become a dependency of money) и выявить более сильное звено в цепи, которым выступает денежный ресурс (today money's hyper-investment in art, implicitly an attempt to overwhelm it, to force it to surrender its supposedly higher values, strongly suggests that money regards itself as superior to art).

Рассмотрим далее такие лингвистически релевантные параметры искусствоведческого дискурса, как:

1) участники ИД;

2) ситуация общения в сфере изобразительного искусства (терминология изобразительного искусства, хронотоп, клише, фразеосхемы, и т.д.);

3) связь с другими видами профессионального дискурса (интердискурсивность).

Рассмотрим следующую схему, которая иллюстрирует процесс вербализации невербального кода в галереях или на выставке.

Схема 3

Как показано на схеме, участниками ИД в сфере изобразительного искусства (ИИ) являются художник (автор картины), искусствовед-интерпретатор, который знакомит присутствующих с выставляемыми картинами и их авторами, зрители (это любители ИИ или художники-профессионалы, которые пришли посмотреть на произведение со своей определенной целью, а также критики, для которых положительные или отрицательные комментарии представленного произведения являются профессиональным ремеслом).

Первоисточником рассматриваемого профессионального дискурса является художник, автор представленной вниманию зрителя картины (инсталляции и/или скульптуры). Данные произведения искусства оформлены с использованием невербального символического кода. Темой и формой обозначенного типа коммуникации служит непосредственно произведение искусства, вернее - вид его материализации (полотно, скульптура, графическое изображение и др.). Основной посыл при этом передается при помощи символов, образов, иконических знаков. В силу того, что процесс коммуникации в искусствоведческом дискурсе на начальном этапе носит невербальный характер, единственно возможным каналом связи в случае с произведениями изобразительного искусства выступает зрительное восприятие информации [Милетова, 2013].

Таким образом, зрительно восприняв увиденное, интерпретатор, обладающий индивидуальной когнитивной системой (ИКС), определяющей его собственное понимание данного творения, выступает

как первичный субъект дискурсивного взаимодействия. Как известно, традиционно выделяются четыре подсистемы ИКС: язык, сознание, мышление и память; кратко охарактеризуем каждый уровень.

Непроизвольное умение человека управлять интенцией и рефлексией представляет собой сознание. Мышление же, являясь невербальным процессом получения и накопления знаний считается высшим уровнем человеческого познания и ключевым элементом индивидуальной когнитивной системы [Микаелян, 2010]. Впервые справедливо о невербальности мышления сказал Л.С. Выготский, выразив мнение о том, что единицей, отражающей единство мышления и речи, является значение слова, которое одновременно является и феноменом речи, и феноменом мысли. Само отношение мысли к слову, по словам автора, - это, прежде всего, процесс движения от мысли к слову и обратно - от слова к мысли [Выготский, 1998].

Таким образом, как справедливо пишет П.В. Лихолетова, процесс интерпретации живописного произведения состоит из нескольких ступеней, среди которых первой ступенью является готовность человека к деятельности с использованием соответствующей ИКС. Вторая ступень - это привлечение к анализу жизненного опыта человека, реализуемого в ходе интерпретации через знания в соответствующей сфере. Следующей, третьей ступенью является оценка образа конкретного произведения, его пристрастное (в определенной степени) осмысление. Образ раскрывается через визуальное восприятие информации соответственно абстрактно-логическому мышлению и вербальной сфере субъекта. Как уже отмечалось выше, при описании произведения искусства субъект соответствующего вербального дискурса становится субъектом метаязыковой интерпретации, так как вербализует образный код [Лихолетова, 2005].

Искусствовед является неким проводником невербального дискурса в вербальное пространство путем раскрытия всех скрытых кодов изображения. В некоторых случаях искусствоведы пытаются объяснить публике, является ли та или иная картина, с их точки зрения, произведением искусства, и приводят доводы для доказательства своего мнения, в то время как зрители, являясь вторичными субъектами дискурса и обладая своей ИКС, в процессе интерпретации искусствоведом представленного произведения, впитывают воспринимаемую информацию и сопоставляют ее с выставленным объектом. Таким образом, у зрителя имеется свое видение и понимание картины, своя собственная интерпретационная оценка, реализуемая через устное выступление или статью в газете/искусствоведческом журнале, небольшой репортаж в выпуске новостей об искусстве с участием критика искусствоведения или без него. В данной ситуации общения очевиден хронотоп - место (в случае интерпретации произведения искусствоведом зрителю - это галерея ИИ, музей или любой другой выставочный зал, а в случае вербализации интерпретационной оценки зрителем - это, как сказано выше, статья, газета, журнал или телестудия) и время проведения выставки, выпуска журнала, газеты, статьи или выхода в эфир новостей.

В зависимости от ситуации общения меняются и участники дискурса ИИ. Так, например, если у картины появился покупатель, то покупатель может приобрести картину, связавшись с художником напрямую или через посредника. В данной ситуации вероятными участниками дискурса являются покупатель-посредник-художник, и в таких обстоятельствах общения используются клише, соответствующие как дискурсу об искусстве, так и дискурсу купли-продажи. Несколько иной пример, но суть дела от этого не меняется: художника уже нет в живых, а его жена или дочь захотели осуществить желание художника организовать выставку его работ, как произошло в случае с художником Матиссом. Здесь главным участником дискурса становится его дочь - Софи Матисс, которая рассказывает о том, как ее отец, сильно заболев, не мог больше заниматься живописью и реализовал себя как художник, вырезая, на первый взгляд, простые детали из различного материала, из которых впоследствии получалось своеобразное произведение искусства [www.youtube.com Matisse exhibition impresses critics].

В некоторых ситуациях источником ИД может стать человек, по сути, не имеющий никакого отношения к искусству Рассмотрим следующий пример. Хорошо известный властям США преступник Джордж Зиммерман, неизвестным образом избежавший наказания, выставляет на аукционе Ebay свою картину, которая неожиданно приобретает популярность среди желающих ее купить. Так называемая «картина» изображает флаг США со словами "God-one nation-with-liberty and justice for all". С помощью дефиса мы показываем, как расположены соответствующие лексемы на флаге сверху вниз. В выпуске новостей Нью-Йорка затронута нашумевшая тема, и ведущий вместе с известным местной публике критиком-искусствоведом Джерри Солтз пытается найти ответ на вопрос, является ли предложенная картина (она видна на мониторе) произведением искусства или нет, и почему эта работа заинтересовала публику. Приведем серию небольших отрывков из этой беседы:

(2) "Zimmerman's first work of art has been listed on Ebay being started at 99 cents. The last bid not the latest is now more than 100 000$! Why?! Is the painting even any good? Let's spring in an expert, CNN art critic from New York magazine..."

"... How can someone like this assumingly believe the worst about George Zimmerman? Not the first time we have seen this, have we?"

"No. Mass murderers have made art and people tried to buy it and have bought it. In my humble

opinion this person got away with the crime and that is only reason that anybody would want to buy anything that he made."

"What have we seen in the turns of 'Why'? What is the fascination? What is desired by the artwork of someone who has been connected or convicted for a horrible crime?"

"First of all we needn't call it a work of art. It's a poster, it's a placard, and it's a kind of thing you might see outside in the protest. I mean it's a bit of a confession to me. It's talking about liberty, justice for all and none of this ever happen. Also you have this (показывает на слово 'God'). It's funny a little, is there only strength to be your cause? And the cause that I think is - is a travesty of justice, a crime. It is not thought in it. It's needing to be in the centre of attention. I think it's a bit psychotic."

"This is your art criticism of course, 'cause that is what you are. Tell us what are we looking at?" (на мониторе появляется фотография флага США по правую сторону и картина Зиммермена слева, видны явные сходства).

"It does matter that he copied it. So, that's fine, look, I mean he find the most obvious image of a

flag and does the exact same thing.....There is no thought in this person, he just needs attention...<...>

What Zimmerman made is not an art, he is not an artist. To me what he made is a simpleton, copy, in my opinion as an art critic."

"People want to pay a hundred dollars for this and what that speaks for you then?"

"... They are not buying this work of art, they buy the idea, the George Zimmerman... "

... "... More of the artists always make people think. This raises a lot of questions for us."

"Not for me, but for you, this doesn't make me think anything!" [CNN Art Critic... Youuwww. youtube.com/watch]

Для начала обратим внимание на то, что данный пример является ярким показателем такого явления, как интердискурсивность, которое иллюстрируется тесной связью следующих видов дискурса: дискурс масс-медиа, дискурс маркетинга, юридический дискурс и дискурс PR. В ходе анализа данного примера мы покажем, за счет каких факторов это происходит.

Данная тема изначально исходит от так называемого «художника» - первоисточника дискурса изобразительного искусства, невербального и, как нам видится, непрофессионального участника данной темы. Картина, о которой идет речь, натолкнула человеческое сознание на размышления о том, есть ли смысл в этом произведении. В этой связи данная тема затронута в утреннем выпуске передачи "New Day" на канале CNN, что уже указывает на факт дискурса масс-медиа. Для получения профессиональной интерпретационной оценки в студию приглашают субъекта1 искусствоведческого дискурса, обладающего своей индивидуальной когнитивной оценкой обсуждаемой картины. Телеведущий также становится непрофессиональным участником дискурса искусствоведения, субъектом2, готовым узнать мнение субъекта1. Здесь также нужно учитывать и то, что в формате телепередачи присутствует большое количество невербальных участников -зрителей, среди которых могут быть как профессионалы так и непрофессионалы, которые могут стать альтернативными субъектами2 и различным образом вербализовать собственную интерпретационную оценку. Далее в диалоге-обсуждении невербальный код вербализуется через различные опорные лексические средства, грамматическую и стилистическую экспрессию. Начиная свой вопрос с клишированных фраз, присущих дискурсу масс-медиа "... How can someone like this assumingly believe the worst..." телеведущий акцентирует свое ироническое отношение к сложившейся ситуации. Оценочная фраза-клише "assumingly believe the worst" раскрывает пренебрежительную оценку говорящего и к "someone like this", т.к. целенаправленно используется неопределенное местоимение, имея в виду, что этот «некто, неопределенное лицо» не имеет никакого отношения к искусству. Джерри в своих ответах часто употребляет клише, которые также присущи масс-медийному дискурсу, в составе которых имеются личные и притяжательные местоимения и клишированные фразы, давая понять, что это лично его мнение, и он оставляет право другим на свое мнение, так например: "In my humble opinion", "to me", "what I think is", "in my opinion as an art critic ", "... this doesn't make me think anything!"

Искусствовед не воспринимает работу Джорджа как искусство, что маркировано через модальный глагол+not, которые указывают на отрицание данного «искусства», так например: "we needn't call it a work of art", через скрытое сравнение: "It's a poster, it's a placard" "he copied it", "it's a bit psychotic ", "what he made is a simpleton ", и через свою профессиональную ИКС понимает, что эта работа в реальности ничего не стоит, выражая свою оценку через отрицание - "What Zimmerman made is not an art, he is not an artist", "this doesn't make me think anything".

Телеведущий, в свою очередь, обладая собственной ИКС, дает понять искусствоведу через опорные лексические средства, личные местоимения, что может быть и другое мнение, другая интерпретационная оценка "This is your art criticism of course, 'cause that is what you are".

Грамматическая экспрессия выражается в следующих случаях: "It does matter", где вспомогательный глагол используется для придания дополнительной выразительности семантике

основного глагола; "It's needing to be in the centre of attention", где модальный глагол использован в Present Continuous с той же целью; "Not the first time we have seen this, have we?" - нарушен порядок слов в главной части разделительного вопроса, также с целью придания экспрессии.

Связь с PR дискурсом вербализуется через такие лексические средства как protest, attention и клишированные фразы - "It's needing to be in the centre of attention ", "he just needs attention ", "they buy the idea, the George Zimmerman", которые говорят о том, что человек, написавший картину, решил привлечь внимание чем-то новым, сделать так, чтобы о нем узнало больше людей, что, возможно, и происходит, так как до этого случая вряд ли искусствоведы что-либо слышали о нем, а тем более публично выступали, называя его имя.

Юридический дискурс проявляется в юридических терминах и клише, таких как: "murderer", "got away with the crime", "connected or convicted for a horrible crime", "confession", "liberty", "justice", "a travesty of justice", "a crime", "cause".

Дискурс маркетинга прослеживается в следующих лексических средствах, терминах и клише: "has been listed on Ebay being started at 99 cents";

"The last bid not the latest is now more than 100 000$!"; " to buy"; "to pay a hundred dollars".

Сфера маркетинга зачастую связана с рекламой, следовательно, ДИИ также коррелирует с рекламным дискурсом. В этой связи рассмотрим следующий пример:

(3) Wonderful Example of Cuprien's early works in Italy! Very nicely done. Sunset on an Italien Garden. RARE! [Artist and Art Research - Over 20 years of auction recordswww.askart.com/]

Краткие клише нацелены на привлечение внимания для того, чтобы найти покупателя. Здесь, как мы уже сказали, используются клише, шрифтовое выделение и знаки препинания, а именно восклицательный знак для придания экспрессивности.

В следующем примере наблюдается рекламирование не только произведений искусства, но и высокого профессионализма сотрудников галереи искусств.

(4) Each oil painting is a one-of-a-kind creation. We do NOT sell any fakes or reproductions. Every single painting showcased on this site was examined and hand-selected by an experienced team of art professionals. We know how to find incredibly talented artists, whether they're already famous or still waiting for the spotlight to find them.

Реклама качества проявляется в использовании таких словосочетаний по схеме прилагательные+существительное, как each oil painting, every single painting, в которых внимание реципиента обращается на качество и редкостную ценность картин, и experienced team, incredibly talented artists, в которых указывается на профессионализм специалистов, подбиравших коллекцию ценных картин; фразеосхема one-of-a-kind creation опять-таки говорит об уникальной ценности произведения; фразы every single painting ... was examined and hand-selected by an experienced team of art professionals, we know how to find incredibly talented artists - также говорят о компетентности людей, занимающихся отбором коллекций для повышения престижа данной галереи, что должно положительно повлиять на привлечение внимания как можно большего количества любителей искусства и покупателей.

Дискурс сферы изобразительного искусства также взаимосвязан и с такими видами дискурса, как педагогический, военный и медицинский дискурс, что мы и рассмотрим дальше.

Связь педагогического дискурса с дискурсом ИИ происходит через лексическую наполняемость, дидактический фрейм. Дидактический фрейм может выполнять в коммуникации нравственно-аксиологическую или обучающую функцию [см., в частности, об этом: Олешков, 2011].

Следующий пример, по нашему мнению, ярко иллюстрирует связь дискурса изобразительного искусства с медицинским дискурсом:

(5) ... I can't draw a figure without knowing all about the bones and muscules and tendons that are inside it. And I can't draw a head without knowing what goes on in that person's brain and soul. In order to paint life one must understand not only anatomy, but what people feel and think about the world they live in.. [Беляцкая, 1974: 31].

Связь медицинского дискурса с дискурсом ИИ прослеживается в данном случае за счет таких терминологических единиц как bones, muscules, head, anatomy. Именно о таком «терминологическом размывании» и шла речь несколько ранее в нашей статье: несомненно, употребление медицинских терминов в тексте об искусстве не делает этот текст текстом о медицине, однако, вместе с тем, показывает, что искусствоведческий дискурс перестает быть «закрытой» сферой специализированной коммуникации профессионалов с профессионалами.

Нередко наблюдается корреляция ИД и с военным дискурсом, когда картина художника изображена в батальном жанре, и при ее описании интерпретатор использует соответствующую лексику, военную терминологию. Так, например:

(6) Brown, grey and green waves of colour all converge towards three soldiers operating a cannon. ... Superimposed onto this dramatic image are words and phrases about war and fighting. This painting was one

of a group which Severini made between 1917 and 1918, during the First World War. [Phaidon Press Limited, 2011: 423].

Еще один пример:

(7) .Upon display of the painting in 1901, he was attacked by critics who could have noted that Vienna was leading the world in medical research under such figures as Theodor Billroth (1829-94), Frantisek Chvostek (1835-84), and Ludwig Ttirck (1810-68) [www/google.ru Wikipedia,... Klimt University of Vien].

Данный пример хоть и не затрагивает тему батальной живописи, но показывает наличие военной метафоры, где "was attacked" не подразумевает вооруженного нападения, а лишь вербализует недовольство со стороны искусствоведов.

Основываясь на вышесказанном, рассмотрим следующую схему, показывающую корреляцию рассмотренных нами дискурсов.

Схема 4

Дискурс массмедиа

Юридический дискурс

Медицинский дискурс

Педагогический дискурс

Дискурс маркетинга

Дискурс PR

Дискурс ИИ

Как видим, дискурс изобразительного искусства выражается через вербализацию невербальных знаков, предлагаемых художником, которая достигается через осознание, оценку и, впоследствии, интерпретацию скрытых кодов автора.

Рассмотрев примеры, мы выяснили, что дискурс изобразительного искусства функционирует не только для того, чтобы описать устно и письменно какое-либо произведение искусства; он также связан системой корреляций с немалым количеством различных видов дискурса, а именно с:

1) масс-медийным дискурсом за счет клише, применимых в телепередачах, газетных статьях, журналах, новостях;

2) рекламным дискурсом за счет употребляемых клише;

3) дискурсом маркетинга с помощью терминов, клише;

4) PR дискурсом через лексическое наполнение;

5) педагогическим дискурсом, за счет лексической наполняемости и дидактического фрейма;

6) медицинским дискурсом: связь достигается за счет изучения анатомии человека (дидактический фрейм) и использования терминов медицины;

7) юридическим дискурсом, через клише и термины;

8) военным дискурсом, за счет военной терминологии и военной метафоры.

Если рассматривать изобразительное искусство в более широком спектре его понимания (не только живопись), то можно выявить намного больше дискурсов, связанных с дискурсом ИИ, так как существует много смежных дисциплин - это и архитектура, и скульптура, и декоративно-прикладное искусство, и ландшафтный дизайн, дизайн интерьера, экстерьера, строительство и т.д., изучение которых не являлось целью нашей работы.

Также в нашей работе мы рассмотрели различные ситуации общения в искусствоведческом дискурсе и определили, что в ДИИ могут быть как вербальные, так и невербальные участники общения, первичные и вторичные субъекты интерпретации дискурса ИИ.

Итак, можно резюмировать, что дискурс изобразительного искусства - это своеобразная сфера профессиональной коммуникации, в которой наблюдается интердискурсивность, и которая осуществляется через осознание невербального символического кода, предлагаемого художником, посредством индивидуальной когнитивной системы и интерпретационной оценки произведения (или произведений) искусства путем грамматических и стилистических, а также опорных лексических средств.

The article is devoted to the analysis of some parameters and characteristics of the English-language specialized art criticism discourse. The authors pay attention to such topical aspects as the issue of the degree of terminologization of this or that fragment of the professional discourse and the issue of delimitation of one type of professional discourse from others. The art criticism discourse is not only aimed at the oral and written description of a work of art, but is also connected with a number of types of discourse: mass media, advertising, pedagogical, medical, juridical, military, marketing and PR discourse. The article concludes that the discourse of visual arts is a special sphere of professional communication that is characterized by interdiscursivity and is implemented through the perception of the non-verbal symbolic code offered by the artist by means of the individual cognitive system and interpretative assessment of the work

of art by grammatical, stylistic and main lexical means.

Key words: discourse, art criticism discourse, terminologization, interdiscursivity, visual arts, artist.

Список литературы

1. Алимурадов, О.А. Смысл. Концепт. Интенциональность: Монография. Пятигорск: Пятигорский государственный лингвистический университет, 2003. 312 с.

2. Алимурадов, О.А. Значение, смысл, концепт и интенциональность (система корреляций): дис. ... доктора филол. наук. Ставрополь, 2004. 544 с.

3. Алимурадов, О.А. Лингвистический смысл как феномен, производный от значения // Вестник Пятигорского государственного лингвистического университета. 2006. № 4. С. 5-20.

4. Алимурадов, О.А., Григорьева, Н.В. Интеракциональная природа дискурса и некоторые критерии его осмысленности // Филологические науки. Вопросы теории и практики. 2009. № 2. С. 3137.

5. Алимурадов, О.А., Лату, М.Н. Особенности моделирования семантики терминоединиц. терминологические оппозиции (на материале англоязычной военной терминологии) // Вестник Иркутского государственного лингвистического университета. 2010. № 3. С. 6-15.

6. Алимурадов, О.А., Лату, М.Н., Раздуев, А.В. Особенности структуры и функционирования отраслевых терминосистем (на примере терминосистемы нанотехнологий): монография. Пятигорск: СНЕГ, 2011. 112 с.

7. Алимурадов, О.А., Раздуев, А.В. Термины-эпонимы в русском и английском подъязыках нанотехнологий: структурно-семантический и гендерный аспекты // Вестник Пятигорского государственного лингвистического университета. 2011. № 2. С. 157-161.

8. Алимурадов, О.А., Реунова, О.И. О сущности процесса референции // Вестник Пятигорского государственного лингвистического университета. 2006. № 1. С. 79-89.

9. Бабушкина, О.Н. Оценочная модальность в профессиональной коммуникации // Вестник Челябинского государственного университета. 2011. №3 (248). Филология. Искусствоведение. Вып. 60. С. 27-28.

10. Багрова, Н.В. Архитектурно-критический дискурс как феномен отечественной культуры ХХ века: Дис. ... доктора культурологии: 24.00.01. Кемерово: Кемеровский государственный университет культуры и искусств, 2011. 355 с.

11. Беляцкая, В.П. Пособие по английскому языку для художественных ВУЗов и факультетов // English for Art Students. М.: Высшая школа, 1974. 122 с.

12. Бенвенист, Э. Общая лингвистика. М.: Прогресс, 1974. 447 с.

13. Булатова, А.П. Концептуализация знания в искусствоведческом дискурсе // Вестник Московского университета. Серия 9. Филология. 1999. № 4. С. 34-49.

14. Выготский, Л.С. Психология искусства. МН.: Современное Слово, 1998. 480 с.

15. Гак, В.Г. Отображение сокровенного смысла // Сокровенные смыслы. Слово. Текст. Культура: Сборник статей в честь Н.Д. Арутюновой / Отв. ред. Ю.Д. Апресян. М.: Языки славянской культуры, 2004. С. 489-496.

16. Елина, Е.А. Вербальные интерпретации произведений изобразительного искусства. Номинативно-коммуникативный аспект: монография. Волгоград; Саратов: Изд. центр. СГСЭУ, 2002. 256 с.

17. Жаркова, У. А. Воплощение знаковой природы изобразительного искусства в искусствоведческом дискурсе (на материале немецкоязычных музейных каталогов) // Вестник Челябинского гос. ун-та. 2011. № 33 (248). Филология. Искусствоведение. № 60. С. 49-52.

18. Коваль, О.В. К методологии изучения лингвосемиотической и культурной специфики концептосферы «искусства/искусствознания» // Традицп та новаци у вищш архггекгурно-художшй освт. Харьков. Вып. 1, 2, 3. 2008. С. 40-43.

19. Козловская, М.В. Особенности искусствоведческого дискурса на английском языке в XX веке и на современном этапе: дис. ... канд. филол. наук: 10.02.04. Москва, 2003. 130 с.

20. Лату, М.Н. Англоязычная военная терминология в ее историческом развитии: структурно-семантический и когнитивно--фреймовый аспекты: автореф. дис. ... канд. филол. наук. Ростов-на-Дону, 2009. 25 c.

21. Лату, М.Н., Алимурадов, О.А. К вопросу об универсальных и индивидуальных характеристиках терминосистем (на материале англоязычной военно-исторической терминологии) // Язык. Текст. Дискурс. 2008. № 6. С. 250-255.

22. Лихолетова, П.В. Когнитивно-прагматический анализ дискурса предметной области «живопись»: дис. ... канд. филол. наук: 10.02.19. Краснодар, 2005. 174 с.

23. Лотман, Ю.М. Культура и взрыв. М.: Гнозис; Прогресс, 1992. 270 с.

24. Микаелян, М.Е. Концепт CRIME в современной англоязычной картине мира: Структурно-репрезентационный и когнитивно-дискурсивный подходы (на материале современного английского языка): автореф. дис. ... канд. филол. наук: 10.02.04. Ростов-на-Дону, 2010. 16 с.

25. Милетова, Е.В. Англоязычный искусствоведческий дискурс: Природа и лексическое наполнение. Тамбов: Грамота, 2013. № 4 (22): в 2-х ч. Ч. II. С. 114-119. Филологические науки. Вопросы теории и практики, №4 (22) 2013, часть 2.

26. Миньяр-Белоручева, А.П., Овчинникова, Н.А. К вопросу об изучении терминов искусствоведения как единиц языка для специальных целей // Вестник Южно-Уральского гос. унив. Серия: Лингвистика. № 22. 2011. С. 58-62.

27. Олешков, М.Ю. Ментальность дискурсивно-речевого пространства (на примере фреймов дидактической ситуации) // Дискурс, культура, ментальность: коллективная монография. Нижний Тагил: Нижнетагильская гос. социально-педагогическая академия, 2011. № 3. С. 88-108.

28. Раздуев, А.В. Сравнительно-сопоставительный анализ семантики, структуры и динамики русского и английского подъязыков сферы нанотехнологий // Вестник Челябинского государственного университета. 2011. № 24. С. 167-170.

29. Раздуев, А.В., Алимурадов, О.А. Опыт когнитивного моделирования и лексико-графирования английского подъязыка нанотехнологий // Известия Южного федерального университета. Филологические науки. 2011. № 1. С. 72-86.

30. Jones, R.N. Discourse, Technology, and "Bodies without Organs" // Digital Discourse. Language in a New Media / Ed. by C. Thurlow, K. Mroczek. NY: Oxford University Press, 2011. P. 321-339.

31. Phaidon Press Limited. The 20th-Century Art Book.2011. P. 423.

32. Rusted, B. Performing Visual Discourse: Cowboy Art and Institutional Practice // Text and Performance Quarterly. Vol. 26. No. 2. 2006. P. 115-137.

33. Techniques of Description: Spoken and Written Discourse. A Festschrift for Malcolm Coulthard / Ed. by John M. Sinclair, Michael Hoey, Gwyneth Fox. NY: Routledge, 1993. 236 p.

34. Vaisman, C. Performing Girlhood through Typographic Play in Hebrew Blogs // Digital Discourse. Language in a New Media / Ed. by C. Thurlow, K. Mroczek. NY: Oxford University Press, 2011. P. 177-198.

35. http://en.wikipedia.org/wiki/Klimt_University_of_Vienna_Ceiling_Paintings

36. http://festival.1september.ru/articles/517176/

37. http://www.artnet.com

38. http://www. askart. com

39. http://www.bibliotekar.ru/isk/19.htm

40. http://www.youtube.com/watch?v=E0B3uRPU2Io

Об авторах

Хасанова З.С. - аспирант кафедры западноевропейских языков и культур Института переводоведения и многоязычия ФГБОУ ВПО «Пятигорский государственный лингвистический университет», khasanova_zareta@mail. ru

Милетова Е.В. - аспирант кафедры западноевропейских языков и культур Института переводоведения и многоязычия ФГБОУ ВПО «Пятигорский государственный лингвистический университет», katemiletova@rambler. ru

Бугаенко Н.П. - кандидат педагогических наук, профессор, директор Новороссийского филиала ФГБОУ ВПО «Пятигорский государственный лингвистический университет», nf-pglu2005@yandex.ru