Типологические особенности деривационных категорий итератива и семельфактива в кетском языке

Литература

1. Downing B.T. Some Universals of Relative Clause Structure // Universals of Human Language (ed. J.Greenberg). Vol. 4. Syntax. Stanford, 1978.

2. Mithun M. How to avoid subordination // Proceedings of the 10th Annual Meeting of the Berkeley Linguistic Society, February 17-20. University of California, 1984.

3. Haiman J., Thompson S. “Subordination” in Universal Grammar // Proceedings of the 10th Annual Meeting of the Berkeley Linguistic Society, February 17-20. University of California, 1984.

4. Keenan E., Comrie B. Data on the Noun Phrase Accessibility Hierarchy // Language 55, № 2, June 1979.

5. Givon T. Syntax. Vol. 2. Amsterdam/Philadelphia, 2001.

6. Comrie B. Language Universals and Linguistic Typology: Syntax and Morphology. Chicago, 1981.

7. Gulya J. Eastern Ostyak Chrestomathy. Indiana University, Bloomington, 1966.

8. Perkins R. Deixis, Grammar and Culture. Amsterdam/Philadelphia, 1992.

9. Терешкин Н.И. Очерки диалектов хантыйского языка. М., 1961.

10. Hopper P., Traugott E. Grammaticalization. Cambridge, 2003.

11. Langacker R. Foundations of Cognitive Grammar. Vol. 2. Stanford, 1991.

М.А. Зинн

ТИПОЛОГИЧЕСКИЕ ОСОБЕННОСТИ ДЕРИВАЦИОННЫХ КАТЕГОРИЙ ИТЕРАТИВА И СЕМЕЛЬФАКТИВА В КЕТСКОМ ЯЗЫКЕ

Томский государственный педагогический университет

Введение. Теоретическая база для описания семантики и типологического анализа деривационных категорий кетского глагола

В настоящем исследовании на материале кетского языка представлена попытка семантического и типологического анализа деривационных категорий итератива, с одной стороны, и семельфактива -с другой. Интерес именно к этим двум моделям вызван не только в связи с тем, что категории, представляющие тип распределения действия во времени, регулярно грамматикализуются в языках, при этом в различных языках могут быть представлены в рамках различных грамматических либо деривационных категорий. В данном случае в одном языке существуют две деривационные категории, которые не пересекаются между собой как по охвату глагольных классов, так и по семантической оппозиции, на которой каждая из них основывается. Поэтому рассмотрение этих категорий и их особенностей в кетском языке особенно важно, на наш взгляд, для включения деривационной системы кетского глагола в типологические и сопоставительные исследования.

Сопоставимость при описании различных грамматических и деривационных категорий в языках разных типов представляет собой многогранную проблему, этот вопрос остается открытым в совре-

менной лингвистике. Существуют различные подходы к этой проблеме.

Для типологического анализа грамматических категорий в лингвистической литературе приводятся базовые грамматические значения, на которых строятся межъязыковые сравнения. Именно на этом основании присваиваются сами термины грамматическим категориям. Межъязыковое сравнение возможно, если для грамматических значений определена как аксиома общая часть, или прототипическое значение. Тогда значения грамматических категорий строятся на том или ином типе отклонений от общего значения, приписываемого категории. В абстрактной модели семантической основой для всей совокупности базовых грамматических категорий является универсальный семантический набор. Он может определяться в результате двух принципиально различных процедур.

Первая тенденция принята для сопоставления грамматических категорий на основании комбинаций семантических элементов, выделяемых и структурируемых на основе значений грамматических показателей различных языков. Такой подход наиболее последовательно, на наш взгляд, осуществляется в работах Санкт-Петербургской (Ленинградской) типологической группы1 в рамках исследований теоретической базы для типологии грам-

1 См. подробнее об истории, теоретическом подходе и методе Санкт-Петербургской (Ленинградской) типологической группы в работе [2].

матических подсистем. В теоретических разработках Санкт-Петербургской (Ленинградской) типологической группы представлены классификации логически возможных и действительно реализуемых в языках комбинаций семантических элементов, формирующих значения соответствующих грамматических категорий в различных языках. В работах данного направления ставился вопрос о необходимости создания универсального семантического языка, но на том этапе использовался логический понятийный аппарат (см. работу [1]).

Вторая тенденция принята для сопоставления не только грамматических систем, хотя направлена прежде всего на цель выявления универсального грамматического набора. Семантическая основа для такого универсально доступного к выражению языковыми грамматическими системами набора выводится из универсальных семантических параметров, в основании которых не конструкты, опирающиеся на понятийный аппарат формальной логики, а разработки когнитивных дисциплин, в том числе когнитивной семантики. Именно мыслительные категории положены в основу структурирования значений в тексте и языковой системе.

Таким образом, первая тенденция принимает подход от фактов языка к созданию универсального набора языковых значений, в рамках второй тенденции универсальный набор значений строится на соположении фактов языковой и когнитивной систем.

В рамках второй тенденции универсальный набор грамматических значений имеет цель структурировать концептуальное содержание, которым наполняется как высказывание, так и отдельно взятое слово. Так называемая концептуальная структура не является однородным понятием и состоит в нескольких уровнях представления. Все эти уровни представления выводятся на основе анализа семантической структуры основного референта языковых выражений (или поверхностных элементов) -ситуации внеязыковой действительности, которая сначала структурируется в ментальном представлении и лишь затем получает отражение в языковой системе и конкретном высказывании. Именно в рамках данной тенденции была определена теоретическая основа для настоящего исследования.

В настоящей работе предпринята попытка анализа двух деривационных моделей кетского глагола: итератив и семельфактив на теоретической базе, заимствованной из работ Л. Талми в русле когнитивной семантики (см. [3, 4]). Для дальнейшего рассмотрения необходимо сделать пояснения по теории и используемому понятийному аппарату.

Л. Талми использует приемы и аппарат когнитивной семантики. При этом исследуется основной референт, который обретает внутреннюю организацию

на когнитивном уровне и получает выражение в высказывании в виде комплекса различных элементов, включая именную, глагольную группы и т.п.

Таким основным референтом является референтная сцена или «рамка события» (в терминологии Талми “event frame”).

Концептуализация, т.е. внутренняя организация смыслов в языковой системе, происходит благодаря процессу схематизации.

Схематизация - процесс, который включает систематичный выбор определенных аспектов для репрезентации референтной сцены в целом, в то время как остальные ее аспекты остаются неучтенными.

Концептуальное структурирование в языке представлено в теории Л. Талми тремя основными схематическими системами, в сферу каждой из которых включается целый набор когнитивных категорий: 1) конфигурационная структура; 2) перспектива; 3) дистрибуция внимания.

Далее схематические системы разбиваются на составляющие их и базирующиеся на них семантические категории. Система Л. Талми предоставляет набор элементов, составляющих внутреннюю структуру семантической категории, которая, в свою очередь, входит в концептуальные системы. Категории основаны на семантических параметрах (осях), относительно которых происходит семантический сдвиг на противоположный полюс категории, получающий благодаря процессу дистрибуции внимания иное выражение на поверхностном уровне.

Одной из важных черт концепции Л. Талми является, во-первых, предпосылка, что можно выделить элементы отдельно в сфере значения и в сфере поверхностных выражений. Во-вторых, рассматривается вопрос о том, какие семантические элементы выражены теми или иными поверхностными элементами. Это взаимоотношение элементов значения и формы в основном не является однозначным, т.е. комбинация семантических элементов может быть выражена одним поверхностным элементом, или, наоборот, один семантический элемент может соответствовать комбинации поверхностных элементов. Данная закономерность вполне согласуется с выводами нашего исследования на материале деривационной системы кетского глагола.

В настоящем исследовании сфера интересов сужена, так как предполагается рассмотрение только устойчивых комбинаций поверхностных элементов - деривационные модели и их отношение к семантическим категориям и элементам, с одной стороны, и комбинациям и пересечениям семантических категорий и элементов - с другой стороны.

В качестве основы описания семантической структуры типового глагола-представителя деривационной категории берется представление события и его элементов (а также наслаивающихся на его

типы из этого набора включают обращаемое действие, необращаемое действие, полный цикл, многократное действие (дробится на несколько полных циклов), стабильное состояние (неизменяемое во времени событие), градуальный тип (постепенное развитие состояния) (см. иллюстрацию на схеме 1). Языки различаются тем, какие схемы грамматикализации того или иного типа они включают.

тип полн

распределения цикл

состояние 1

многократный

стабильное

состояние

состояние 2

V W

структуру аргументов в результате лексикализации события в виде глагола и его спутников).

1. Основные типы представления референтной сцены или «рамки события» (“event frames”) и схемы его семантической композиции.

2. Схемы семантической композиции макрособытия, которое включает два события-компонента, одно из которых главное (“framing event”), а другое подчиненное (“co-event”). В качестве типов главного события могут выступать такие типы события, как движение, темпоральный контур, переход в состояние, соотношение действий, реализация.

§1. Распределение действия во времени как когнитивная категория

В основе типологии главного события (интегрированного в макрособытие) в рамках типа темпоральный контур лежит процесс схематизации на когнитивном уровне распределения события или его циклов относительно течения времени.

Этот процесс можно рассматривать с трех позиций:

1) с позиции когнитивных категорий - систем оппозитивных семантических представлений явлений действительности, сдвиг с одного элемента на противоположный в рамках когнитивных категорий часто грамматикализуется в языке. В данном случае распределение действия представлено в рамках так называемой когнитивной категории тип распределения в рамках схематической системы конфигурационной структуры;

2) с позиций когнитивного процесса - выдвижение фазы события в «окно внимания» (“phase windowing”) определяет направленное внимание говорящего на определенную фазу совершения события;

3) как неотъемлемое составляющее языковой системы, регулярно выражающееся в рамках макрособытия как событие само по себе в роли концептуальной структуры, слитое воедино с событием, которое составляет его концептуальное содержание (главное событие - темпоральный контур).

С позиции когнитивных категорий распределение действия во времени представлено в рамках так называемой когнитивной категории тип распределения. Применительно к действиям, речь идет

0 типах темпорального распределения, они представляют собой универсальный набор. Основные

1 В настоящем исследовании отдано предпочтение термину «итератив» в качестве обозначения всей деривационной категории, этот термин употребляется в наиболее современных разработках по кетскому глаголу, см., например: [5-7]. В русскоязычной традиции удачными и употребляемыми являются термины Е.А. Крейновича (см. работы [8, 9] «многократный» и «однократный» глагол, хотя они, скорее, употребляются в применении к дериватам, т.е. членам деривационной категории. Кроме того, следует отметить, что деривационная категория итератива в кетском языке является довольно сложной деривационной моделью, которая охватывает 3 семантических типа, с одной стороны (см. пояснения и примеры далее по тексту), и 3 морфологических модели, с другой стороны, которые переплетаются между собой. По морфологическим деривационным операциям образования итератива в кетском языке см. работу [10]. Описания морфологии семель-фактивов также приводятся ранее в исследованиях по грамматике и словообразованию кетского языка, откуда и заимствован термин (см., в частности, работы [5-7]).

Схема 1. Три типа распределения действия во времени

§2. Семантика итератива и семельфактива в кетском языке

Для кетской глагольной деривации актуально выделение прежде всего типов Полный цикл и Многократное действие. На оппозиции этих типов строится деривационная категория, которая определяется как итератив1.

Своеобразие кетской категории итератива состоит в том, что она охватывает такие семантические подтипы, как собственно итеративный тип (возвращение к ситуации через интервал), мультипликативный тип (многоактное совершение действия в рамках одной ситуации) и дистрибутивный тип (кроме многоактного совершения действия в рамках одной ситуации, объект из однородной группы определяется отдельно для каждого акта). См. иллюстрации в табл. 1, в которых приведены соответствующие по категории итеративности неитеративные (однократные) глаголы (примеры 1, 2, 6) и итеративные (многократные) глаголы различных подтипов (примеры 3-5).

Другой интересный момент возникает при рассмотрении класса глаголов звучания. Они составляют базу деривации для категории семельфактива. Образование семельфактива от других глаголов является редкой моделью. См. примеры 1, 2, в табл. 2.

В основном в типологических исследованиях семельфактив противопоставлен мультипликативу, хотя, как в случае с кетским, может относиться к

Таблица 1

№ Тип темпорального распределения Семантический подтип Кетский контекст Русский эквивалент Глоссы для выделенного глагола1

1 полный цикл однократный глагол at dansibet, я думаю (раз задумался, решил, вспомнил) d8-an7-(s)-(i)-bet0 1 С8-думать7-делать0

2 полный цикл однократный глагол en at dagdoi:bet сейчас я (одну) насечку делать буду d8-agdo7-(i)-bet0 1 С8-насечка7-делать0

3 многократный дистрибутив at dagdogi:bet я насечки (много насечек) делаю d8-agdo/g7-(i)-bet° 1 С8-насечка/мн.7-делать0

4 многократный итератив at danigberol’bet, biseg ap qat desogdaq, bolndiga bat tobleraq, haj bar’ enbonsog Я задумывалась/ вспоминала, куда я пальто положила, то вспомнила (досл. мне на нос упало), опять (ведь) забыла (т.е. вспомню, опять забуду) d8-danigbet7-o4-P-bet° 1 С8-думать7-Д4-пр.вр2-итер0

5 многократный мультиплика- тив at boyot, da:n ugdigam, bul’agas’ hita at (t)hataguksivet я иду, трава высокая, ногами к земле (т.е. вниз) я (ее) прижимаю (много раз, понемногу) d8-hatag7-u6-k5-(s)-(i)-bet° 1С8-прижимать(инф.комп)/итер7-3Онеод6-АБЛ5-^)-^)-инф.комп0

6 полный цикл однократный глагол at qij hsgnas’ thatabun’bet, qij han’atet Я бересту (берестяную покрышку) рукой прижала (одно усилие), береста переломилась d8-hatap7-u6-k5-(s)-(i)-bet0 1С8-прижимать(инф.комп)7-3Онеод6-АБЛ5-^)-(^-инф.комп°

Таблица 2

Регулярный глагол звучания vs семельфактивный_____________________

№ Кетский контекст2 Русский эквивалент Глоссы для выделенного глагола

1 а! и.?д и1Мщ des’kava, bэl’tigejbata я бросаю камни в воду, плеск раздается bol’tigej 7-b3-(il2)- а1 -ta0 плеск7-НК3-результатив1-длиться0

2 а! 1ж’ и1Мщ des’kogdaq, bэГtigejges’ я бросил камень в воду, плеск раздался bol’tigej7-ges° плеск7-семельфактив0

дериватам со значением сверхкраткого действия. В кетском языке, кроме того, семельфактив сформировал отдельную оппозицию для классов глаголов звучания в стороне от категории итеративности, основанной на противопоставлении однократных и многократных глаголов, в том числе мульти-пликатива. На наш взгляд, объяснение такого расщепления заключается в том, что класс глаголов звучания относится к типу темпорального распределения стабильное состояние. Такая характеристика подтверждается также морфологическим строением глаголов звучания: база ПО іа обычно

входит в состав глаголов, обозначающих состояние или длительный процесс, не изменяемый на определенном отрезке времени, ср. висеть, быть поставленным (табл. 3).

Уточнение статуса оппозиции, которую образуют глаголы звучания стабильного состояния и их семельфактивные дериваты, возможно на основе комплекса когнитивных категорий, представленных в работе Л. Талми, описывающих так называемое Расположение количества, в частности, на основе категорий Кратность и Предельность (см. схема 2).

1 В данной работе в основном сохранен формат глоссирования и глоссы для отдельных элементов, заимствованные из работ [11, 12]. Контексты, приведенные в табл. 1, взяты из материалов экспедиции 2005 г., информант В.А. Романенкова.

2 Контексты взяты из материалов экспедиции 2005 г., информант М.М. Ирикова.

Таблица 3

№

Кетский контекст Русский эквивалент

Глоссы для выделенного глагола

э’ща! aggapta

рубаха висит (повешена) [8, 255]

ац7-к5-а4-ПЧа°

висячее. положение7-АБЛ5-Снеод3-состояние0

еп’ su1omij 1^ s’uqajga hapta

теперь Суломай стоит наверху, на половине горы [13, 51]

Ь5-а4-ЪЧа0

перпендикулярно5-Д4-3Снеод3-состояние0

Дискретность Континуальность Предельность

Непредельный

Множественность

Единичность

Предельный

Схема 2. Пересечение категорий Многократность, Предельность

По данной схеме:

1) однократность можно представить в виде точечного действия,

2) многократность:

а) либо состоит из дискретного множества таких точек, и множество может быть предельным или непредельным,

б) либо может быть континуальной, однородной и также делится на предельный и непредельный подтип (см. схему 2).

На наш взгляд, регулярная базовая модель для глаголов звучания в кетском языке концептуализируется как непредельное континуальное множество действия (звучания), а семельфактивные дериваты соответствуют точечному действию, т.е. противопоставлены, прежде всего, по дискретности-недискрет-ности, а также по единичности-множественности.

Такое распределение оппозиций деривационных категорий итератив и семельфактив объясняется противопоставлением по различным когнитивным категориям, что и приводит к расщеплению глагольной категории множественности ^ единичности) действия на две различные по охвату и по семантике деривационные категории в кетском языке.

§3. Интенсив как дополнительная характеристика действия

Кроме того, темпоральный контур как подтип главного события, входящего в макрособытие,

включает и такую характеристику действия относительно нормального течения события, как интенсив. Интенсив может указывать на усиление интенсивности действия, осуществляемого субъектом с течением времени. В кетском языке представлена данная категория, но не относительно к характеристике развития процесса, а к характеристике самого совершаемого действия. Таким образом, действие, на которое указывает подсобытие (оно обычно закрепляется в языке как лексическое значение), получает характеристику интенсивного. Особенность кетского интенсива заключается также в том, что он семантически ограничен деривационной моделью, часто совмещается в одной морфологической модели с итеративом. Кроме того, интенсив тесно взаимосвязан с лексическим значением глагола.

Нужно отметить, что выделение системы понятий, которые ложатся в основу анализа грамматических категорий (концептуализация когнитивных понятий), представляет собой не жесткую структуру, состоящую из ячеек, а возникающую скорее в узлах пересечения различных понятий или когнитивных категорий. Именно вследствие этой особенности возможно соположение двух семантических категорий, таких как итератив и интенсив, в рамках одной морфологической модели, что видно из примера (табл. 4).

Тем не менее интенсив и итератив остаются различными не только в семантическом плане, но и различными деривационными категориями, так как итератив в подавляющем большинстве глаголов не сопровождается интенсивом, а иногда, напротив, в некоторых мультипликативных глаголах семанти-зован как ослабление действия именно вследствие его повторяемости (см. пример 5 в табл. 1).

Заключение

Основные результаты данной работы сводятся к следующим. Сопоставление с абстрактным эталоном, в качестве которого выступает система концептуального структурирования основного рефе-

Таблица 4

Кетский контекст Русский эквивалент Глоссы для выделенного глагола

Ьи аг’а Ьо-.уЪаЬарЬвЬ она меня руками хватает ёаЧо: ц7-Ъа6-к5-1;/а4-Ъ3-1е1;0 С3.ж8-инф.компонент7-О1ед6-АДЕС5-непред./Д4-интенсив3-ударить0

рента глагола (макрособытия) в русле теории Л. Талми позволило выявить, во-первых, прототипическую часть глагольных деривационных категорий кетского языка «итератив» и «семельфактив», что является основой для сопоставления с категориями распределения действия во времени в других языках, а во-вторых, особенности концептуализации категорий данного типа в кетском языке, что выражается в наличии двух различных деривационных категорий: «итератив» и «семельфактив».

Принятый для кетологии наиболее современный термин «итератив» скрывает под собой комплексную деривационную модель, в которой сплетены три семантические модели, в том числе мультипли-катив, объектный дистрибутив и собственно итератив. При этом категория итератива строится на одной общей для всей деривационной категории итератива когнитивной оппозиции Полный цикл и

Многократный. Кроме того, итеративные глаголы также могут обнаруживать морфологически выраженную семантическую характеристику действия «интенсивность», таким образом совмещая выражение двух семантически различных категорий -итератив и интенсив в рамках одной морфологической модели (что лексически закреплено только для узкого круга глаголов).

Семельфактив является отдельной категорией. Дериваты семельфактива, согласно нашим наблюдениям, противопоставлены, прежде всего, по дис-кретности-недискретности, а также по единичности-множественности. Помимо этого семельфак-тивные дериваты существуют только у глаголов звучания, т.е. у класса глаголов, которые в основной своей модели являются непредельными в кет-ском языке и блокируют таким образом возможность образования итеративных дериватов.

Сокращения и глоссы1

инф. комп - инфинитивный компонент; СУПЕР - суперэссив; АБЛ - аблатив; АДЕС - адес-сив; П - порядок; СКореф. - кореферентный маркер субъекта; Д - дуратив2; непред. - непредельный

маркер; С - маркер субъекта; О - маркер объекта; м - мужской класс; ж - женский класс; Неод - неодушевленный; Ед - аргумент единственного числа; Мн - аргумент множественного числа.

Литература

1. Храковский В.С. (ред.) Категории глагола и структура предложения. Конструкции с предикатными актантами / Отв. ред. В.С. Храковский. Л., 1983.

2. Nedjalkov V.P., Litvinov V.P. The St. Petersburg/Leningrad typology group. // Approaches to language typology (ed. Shibatani M. and Bynon Th.). Oxford University Press, 1999.

3. Talmy L. Toward a Cognitive Semantics. Volume I: Concept Structuring Systems. Cambridge, MA, 2000.

4. Talmy L. Toward a Cognitive Semantics. Volume II: Typology and Process in Concept Structuring. Cambridge, MA, 2000.

5. Vajda E. Ket morphology // Morphologies of Asia and Africa, ed. Alan Kaye. Winona Lake, IN, 2004.

6. Werner H. Die ketische Sprache (TUNGUSO SIBIRICA B. 3). Wiesbaden, 1997.

7. Werner H. Probleme der Wortbildung in den Jenissej-Sprachen (TUNGUSO SIBIRICA B. 4). Wiesbaden, 1998.

8. Крейнович Е.А. Кетский глагол. Л., 1968а.

9. Крейнович, Е.А. Способы действия в глаголе кетского языка // Кетский сборник. Лингвистика / Ред. Вяч. Вс. Иванов, В.Н. Топоров, Б.А. Успенский. М., 1968б.

10. Зинн М.А. Деривационные модели образования итеративного финитного глагола в кетском языке // Вестн. Томского гос. пед. ун-та. 2004. Вып. 1 (38). Серия: Гуманитарные науки (филология). Томск, 2004.

11. Vajda E. Ket verb structure in typological perspective // Sprachtypologie und Universalienforschung 56.1/2. Berlin, 2003.

12. Вайда Э., Зинн М. Морфологический словарь кетского глагола (на основе южно-кетского диалекта). Томск, 2004.

13. Кетские фольклорные и бытовые тексты. Томск, 2001.

1 В данной работе в основном сохранен формат глоссирования и глоссы для отдельных элементов, заимствованные из работ [11, 12].

2 Под термином «дуратив» мы понимаем элемент, который на данный момент утратил свою семантику, термин сохранен так, как дан в работах [11, 12].