Устойчивые словосочетания в южноуральских полевых журналах землемеров конца XVIII - первой половины XIX века

нального языка. М., 1974. С. 237; Марков В.М. Ук. соч. С. 109; Тарабасова Н.И. Явление вариативности в языке московской деловой письменности XVII в. М., 1986. С. 112.

13. Книги псковитина посадского торгового человека Сергея Иванова сына Поган-кина. Псков, 1870.

DATIVE, INSTRUMENTAL AND PREPOSITIONAL (LOCATIVE) NOUN PLURAL IN THE 17th C. INVENTORY BOOKS OF PSKOV-PECHORY MONASTERY

S.N. Romanenko

Old forms (37 lexical units out of 45) were dominant in Pskov regionalism of the 17th c. Nouns in instrumental plural tend to retain old inflections; on the other hand, there is an unusual influence of masculine and neuter nouns with *-a stem. It proves the ability of nouns of different stems to acquire new forms.

New dative and prepositional plural noun inflections were advanced by generalization of the inflectional vowel [a]: formerly nouns in the nominative and accusative plural had inflection - a.

17th c. documents (inventory books of Pskov-Pechory Monastery) recording Pskov regionalism give an insight into Russian language norm formation.

Key words: dative case, instrumental case, locative case, inventory books, Pskov-Pechoty momastery

© 2009

О.В. Боярская

УСТОЙЧИВЫЕ СЛОВОСОЧЕТАНИЯ В ЮЖНОУРАЛЬСКИХ ПОЛЕВЫХ ЖУРНАЛАХ ЗЕМЛЕМЕРОВ КОНЦА XVIII - ПЕРВОЙ

ПОЛОВИНЫ XIX ВЕКА

В статье на материале региональных источников рассматривается специальная лексика как одно из стилистических средств русского делового языка конца XVIII — начала XIX в. в документах межевания — приоритетного отраслевого направления делопроизводства Российского государства XVIII столетия.

Ключевые слова: устойчивое словосочетание, полевой журнал, землемеры, специальная лексика, делопроизводство.

Формирование национального русского языка в XVIII столетии — в период становления норм и функциональных стилей литературного языка — привлекает внимание лингвистов с конца XIX в., однако, развитие делового языка как

функционального стиля литературного языка, обслуживающего сферу делопроизводства Российского государства, его стилевых средств в разных отраслевых направлениях, до сих пор исследовано недостаточно полно.

Одним из приоритетных направлений государственной деятельности в Российской империи XVIII в. было межевание земель. В Оренбургской губернии (на Южном Урале) генеральное межевание земель началось достаточно поздно—в 90-е годы XVIII в., — когда во многих регионах России оно было завершено. Межевые документы как один из видов деловой актовой письменности составляли часть документооборота страны и стандартизировались на законодательном уровне (ПСЗ. Т.XVII. 1830. С. 876).

Эта документация, будучи памятником русского делового языка, с лингвистической точки зрения не изучена. Межевые материалы Областного государственного архива Челябинской области (ОГАЧО) лингвистами не рассматривались. Полевой журнал — единственный процессуальный собственно межевый документ, составлявшийся в ходе работ и включавший данные о позициях заинтересованных сторон. Его коммуникативная цель — зафиксировать границы земельных владений для последующего определения правовой личностно-тер-риториальной отнесённости местности в соответствии с полной качественной идентификацией ландшафта.

Лексико-синтаксическая организация жанра коммуникативно-тематически ограничена, устойчива. В журнале функционируют преимущественно следующие лексико-семантические группы (в примерах сохраняются орфография и пунктуация источников): специальная лексика межевого производства — межевые знаки и признаки, лексика измерения (затеси, починной пунктъ, астро-ляби(1)ческш уголъ, мера, ро(у)мбъ); официально-деловая, юридическая лексика (со стороны.., посредствомъ, вышеписанный, поверенные); топонимы — наименования населённых пунктов (Мякотинская волость, Куяшская заимка), учреждений (Каслинский заводъ, Полевская заводская кантора); наименования урочищ — природных объектов (истокъ Аракульскои, Караболское болото); имена лиц, обозначение их социального статуса (г^одез'ш порутчикъ, земскои исправ-никъ); лексика движения (по проидении, идучи). Большая часть единиц представляет собой устойчивые словосочетания (УС). Самыми распространёнными являются субстантивные УС с адъективным компонентом (УСАК).

Номинации учреждений, населённых пунктов, лиц, выявленные в полевых журналах, в целом являются обязательными УСАК в документах актовой деловой письменности XVIII в., что обусловлено структурной закреплённостью этих конструкций в блоках формуляра. Наличие и частотность других групп УСАК в разных актовых жанрах факультативны, зависят от сферы обращения документа, коммуникативного плана делового текста. Квалификация субстан-тива адъективным компонентом на основе разных критериев контекстуально актуализована1. Поданным проанализированных источников, среди факультативных групп УСАК разных жанров актовой деловой письменности XVIII в., для жанра полевого журнала обязательными являются межевые специальные номинации, номинации угодий и урочищ. Показательной является широкая сочетаемость разноимённых адъективных компонентов с одноимённым определяемым субстантивом в структуре УСАК в рассмотренных текстах. Такие

структурно-грамматические конструкции квалифицированы С.Г. Шулежковой вслед за Л.Я. Костючук как частные модели УС по отношению к общей структурно-грамматической модели УС в русском языке П + С (прилагательное + существительное)2.

Проведённый в этом аспекте анализ челябинских, тобольских, курганских документов государственно-административных, судебных учреждений, заводских контор, духовного ведомства в сравнении с данными С.Г. Шулежковой по миасским деловым документам XVIII в. позволил сделать следующее обобщение. Во всех перечисленных материалах наиболее частотными являются одни и те же группы УСАК — обязательные в актовых документах избранного периода. В рамках «общеупотребительных», среди частных моделей УСАК, а также и самыми распространёнными, являются модели: «П + «люди», «П + «крестьяне», «П + «советник»; «П + «канцелярия», «П + контора», «П + «деньги». В полевом журнале их частотность незначительна. В этом жанре актуализирована лексика, факультативная для административных документов. УСАК, выявленные здесь, имеют значение специальных номинаций и в основном построены по общей структурно-грамматической модели П + С, реже П + П + С.

Специальные номинации межевого производства образуют следующие семантические группы: 1) номинации меж, межевых знаков и признаков (починной пунктъ), 2) номинации измерения (истинный мерШанъ, магнитная стрелка, астролябифческофй уголь), 3) номинации административно-географических объектов — участков, угодий, урочищ (чистой выгонъ, сонной покосъ, топкое болото). Каждая из групп обладает рядом частных моделей УСАК.

1. Номинации меж, межевых знаков и признаков образуются по частным моделям П + «межа» (де(^)иствителная, живая, непременная, окружная, справедливая, спорная межа), П + «знак» (известный, меж^вый знакъ), П + «признак» (знатный, меж^вый, непременный признакъ), П + «столб» (спорный, черновой, меж^вый, беспорный столбъ), П + «яма» (межевая, починная яма).

2. Номинации измерения образуются по частным моделям П + «мера» (спещальная, разногубернская м^ра), П(М) + «линия» (прямая, полуденная литя, сгялитя).

3. Номинации административно-географических объектов — участков, угодий, урочищ — образуются по частным моделям. П + «дача» (общая, горнозаводская дача), П + «владение» (беспорное, неспорное владете), П + «земля» (казенная, свободная земля), П + «место» (безлесные, болотные, дровосечные места), П + «лес» (мелкий, строевой, сметнишный, березовый лесъ), П + «дорога» (большая, полевая, старая дорога).

УС групп 1 и 2 номинируют атрибуты межевого производства, поэтому равно функционируют в документах данного жанра. УС группы 3, маркируя специфику конкретных территорий, варьируются в зависимости от характера описываемых участков. Они, как и ряд имён прилагательных, функционирующих в УСАК разных групп (беспорный, меж^вый, спе(^)ци(^алный, спорный, чистый), будучи общеупотребительными в русском литературном языке, приобретают специальное значение на основе функционального использования в составе общестилевых профессиональных номинаций.

В целом для анализируемых единиц в рамках рассматриваемого жанра не ха-

рактерно развитие системных лексико-семантических отношений. Синони-мо-антонимическими значениями обладают УС с компонентами-прилагательными беспорный — неспорный — спорный. Распространено синонимичное употребление УСАК и существительных, номинирующих одноимённый объект (покосные ме(е)ста — покосъ, березовый лесъ — березникъ). При этом при однородном качестве обмежёвываемой местности её специальная номинация заменяется формулой Те(е)м же(е) Каче(е)ствомъ: Степными местами, и по дороге Челябинскои/ при конце ромба влево До березоваго лесу 40к / Саженъ. / Тем же Качествомъ, При конце ромба въ/право До березнику 80т влево 100то Саженъ (ОГАЧО Ф. И-172. ОпЛ. Д.81. Л.Зоб ).

Итак, субстантивные УС образуются в жанре полевого журнала в основном по модели П + С и формируют две группы: в первую входят УСАК, общие для разных жанров актовой деловой письменности разных отраслевых направлений, во вторую — специальные номинации межевого производства. В составе УСАК адъективный компонент выполняет две амбивалентные функции: дифференцирует значение субстантива и подчёркивает однородность подобных предметов, поэтому обладает обобщающим значением. Следовательно, одна из основных стилистических функций адъективов в деловой письменности XVIII в., по данным проанализированного материала, — конкретизация субъ-ектно-объектного речевого пространства в рамках специального номинирования (УС).

Глагольные УС в полевых журналах также характеризуются однотипностью структуры. Они образованы преимущественно по общей структурно-грамматической модели: краткое причастие /деепричастие/ + существительное /УС/тв. Причастие, как правило, является предикативным центром предложения (простым глагольным сказуемым) со значением «действия субъекта как самостоятельного во временном отношении процесса или совершившегося факта», свойственным, по наблюдению Л.А. Коньковой, независимому деепричастно-

3

му сказуемому в документах Челябинского магистрата и суда3. В жанре полевого журнала выделяем следующие частные модели таких УС:

Идено, идучи /+ М./ + Ств. /+УСтв./ — идено пахотою, идучи сими ромбами. Доидено + «до» + Срод.: доидено до дороги. Распространена замена этих моделей творительным падежом объекта: Березовымъ Лесомъ, на 100то Саженяхъ /Идено Пахотою. / Пахотными Местами, / Реткимъ березовымъ лесомъ (ОГАЧО Ф. И-172. ОпЛ. Д.81. Л.11). Перейден + Свин. — переидена дорога, речка (пдучи Сею / литею болотными местами=/ на 100то. Саженяхъ, переидена речка / Сы-лачь (ОГАЧО Ф. И-172. ОпЛ. Д.81. Л.74).

(По-, о-)ставленъ + Срод. / УСрод. — ставлена астроляб1я, поставленъ межевый столбъ, оставленъ знакъ (по неспорному со обеихъ / Сторонъ владенпю, поставленъ межевый / столбъ (ОГАЧО Ф. И-172. ОпЛ. Д.81. Л.1). Взят + Свин. — взятъ пеленгъ, перпендикуляръ, починной пунктъ (При конце Сего Ромба влево взятъ пеленгъДо озера бердениша (ОГАЧО Ф. И-172. ОпЛ. Д.81. Л.3).

Данные конструкции употребляются в рассматриваемом жанре как штамп профессионального межевого дискурса XVIII в. Инфинитивные УС образованы преимущественно по модели Име(^)ть /+ Свой/ + Свин. — иметь отъклонете, склонете, течете («прямая линя Скло/нете Свое Имеетъ, Наромбъ

БОЯРСКАЯ

118

отъ норда/ к осту» (ОГАЧО Ф. И-172. On.I. Д.81. Л.2 об). Единичны по образованию УС учинить межу, выехать на межу.

Текст полевого журнала, будучи точным описанием межевого процесса, включает определённый набор УС, отражающих регламентированную деятельность землемера, следовательно, употребляемых в соответствующем порядке: по изысканы / полуденной лиши отъ истиннаго мер1диана/ отъ коего Магнитная Стрелка имеетъ въ во/сточную Сторону отъклонете на три градуса на ромбъ от Z къ O: 66тъ Градусовь/ и в томъ м^ст^ гдh стояла Астролябия поста/вленъ мною безъпорной межевой столбъ съ при/знаками и предъ нимъ въ Сажени вырыта/ Спещальной мhры межевая яма в ней поло/жено уголье и три камня (ОГАЧО Ф. И-172. ОпЛ. Д.225. Л.1).

Таким образом, в жанре полевого журнала УС активно используются как вербальное средство выражения и оформления совершаемых действий, фиксируемых данных. Большая частотность функционирования УС в проанализированных документах свидетельствует о достаточно высоком уровне стандартизации данного жанра. Группы обязательных УСАК для всех жанров актовой деловой письменности XVIII в. здесь пополняются специальными номинациями межевого производства, которые могут рассматриваться как межевая терминология. Это обусловлено требованиями к составлению полевого журнала (ПСЗ T.XVII. 1830. С. 901). Распространённость УС в документах южноуральской деловой письменности конца XVIII в. отражает общероссийские стилистические особенности развития делового языка в данном локууме: стандартизацию структуры и формирование лексических стилеобразующих средств.

ПРИМЕЧАНИЯ

1. Боярская О.В. Имя прилагательное в южноуральской и зауральской деловой письменности конца XVIII в.: семантика и синтагматика // Живое слово: Фольклор-но-диалектологический альманах. Волгоград, 2008. Вып. 1. С. 68-73.

2. Шулежкова С.Г. Структурно-грамматические модели устойчивых словосочетаний южноуральских документов XVIII в. // Лингвистическое краеведение на Южном Урале. 4.III. Очерки по языку деловой письменности XVIII в. Челябинск, 2001. С. 122-161.

3. Конькова Л.А. Типология и функционирование простого глагольного сказуемого в деловом языке второй половины XVIII в. // Лингвистическое краеведение на Южном Урале. Ч.Ш. Очерки по языку деловой письменности XVIII в. Челябинск, 2001. С. 258.

SET PHRASES IN SOUTH-URAL LAND SURVEYORS LOGBOOKS OF THE LATE

18th — EARLY 19th CC

O.V. Boyarkskaya

The article, based on regional sources, deals with special vocabulary as one of stylistic means of Russian business language of the late 18th — early 19th cc. employed in survey documents that were of primary importance in Russian office-work of the 18th century.

Key words: set phrase, logbook, land surveyors, special vocabulary, office-work.