2000. 04. 032. Лютикова В. Д. Языковая личность и идиолект / Тюмен. Гос. Ун-т. Тюмень, 1999. 187 с. Библиогр. : С. 176-186

СТИЛИСТИКА

2000.04.032. ЛЮТИКОВА В.Д. ЯЗЫКОВАЯ ЛИЧНОСТЬ И ИДИОЛЕКТ / Тюмен. гос. ун-т. - Тюмень, 1999. - 187 с. - Библиогр.: с. 176-186.

Монография, состоящая из трех глав, посвящена исследованию проблемы носителя диалекта как языковой личности. Диалект как исходная форма существования языка создает такой тип языковой личности, который является первоосновой по отношению к национальному менталитету и позволяет связать проблематику языковой личности с традиционной русской культурой. В монографии осуществляется поиск доминант, актуализирующихся в речевой деятельности индивида. Такой подход помогает выявить механизм сохранения и передачи текстов в диалектной традиции и частных диалектных систем в целом. В центре внимания в работе - изучение лексики языковой личности в аспектах ее количественного состава, тематической классификации, стилевого распределения словаря, новообразований, отображения в слове народных представлений о мире.

Материалом для исследования стали записи речи конкретного человека (женщины 1920 г. рождения), сделанные автором в Курганской области в период с 1971 по 1997 г.

В первой главе "Языковая личность: Аспекты изучения" дается дефиниция языковой личности и выводятся параметры носителя диалекта как языковой личности. Понятие определяется как "совокупность языковых свойств, типичных для некоего конкретного человека" (с. 10). Отмечается, что трехуровневая модель языковой личности, разработанная исследователями, в которой выделены структурноязыковой, когнитивный и прагматический (Ю.Н.Карау-лов) или формально-семантический, когнитивно-интерпретацион-ный и

социально-интерактивный (И.П.Сусов) уровни, отражает обобщенный тип личности. В реальной ситуации структура языковой личности усложнена воздействиями извне, внутренними конфликтами и наличием не только стабильных элементов, но также элементов изменчивости.

В качестве основных параметров языковой личности носителя диалекта устанавливаются следующие признаки: усвоение родного диалекта, составляющего основу идиолекта; сохранение фольклорной традиции, в которой носитель диалекта испытывает коммуникатив-ную потребность. Второй параметр соотносим с пресуппозицией, определяемой как долговременная и оперативная память в

вербализованном и невербализованном виде. Этот признак имеет особое значение для устной культуры, в сфере которой благодаря памяти и коммуникативной деятельности языковой личности передаются через поколения огромные пласты информации. Третий параметр - осознание языка и выработка личностных смыслов и ценностных ориентиров, определяющих индивидуальную речевую деятельность. Четвертый параметр - стремление к преодолению автоматизированного характера употребления языковых единиц, что, в свою очередь, ведет к развитию образной системы диалекта.

Во второй главе "Языковая личность и система диалекта (Общее и индивидуальное)" особенности языковой личности изучаются на фоне системных характеристик диалекта и его стилистического расслоения.

Исторические данные свидетельствуют о том, что первоначаль-ная база говора местности, в которой проживает информант (с. Кодское Курганской обл.), была сформирована в ХУЛ в. носителями севернорусского говора - поселенцами-выходцами с Поморья. Воспоминания, носящие характер метатекстов, говорят о преемственности языковых традиций и об обостренном чувстве своей субкультуры и диалектного самосознания. Рассмотренные фонетические, морфологические и синтаксические особенности речи информанта имеют соответствия в вологодско-вятской группе говоров севернорусской диалектной зоны.

Языковой опыт носителя языка и его менталитет отражены в лексике - ее количественных и качественных показателях. Активный словарный запас изучаемого информанта составил более 9 тыс. единиц -слов и выражений, большинство которых принадлежат к собственно диалектному, разговорному и просторечному пластам. Однако индивидуальный лексикон оказался в принципе открытым, в него входят единицы из системы общенародного литературного языка, языка фольклора, индивидуальные новообразования. Однако система говора накладывает отпечаток на функционирование в речи носителя языка общенародных слов: они видоизменяются и в плане выражения, и в плане содержания. В речи информанта часты случаи появления у слов дополнительных значений и, наоборот, актуализации устаревших. Так, в литературной разговорной речи слово "таковский" употребляется в значении "такой, с каким нужно считаться; такой какой есть"; в речи же информанта эта лексема всегда указывает на отрицательные качества человека и используется в значении "достойный своей участи".

Устаревшими являются значения "уважаемый, достойный уважения" для прилагательного "уважительный" и "одинаковые" для прилагательного "парные".

Собственно диалектные слова, функционирующие в речи информанта, характеризуются разнообразием тематических групп. Устойчивостью и многоплановым отображением объектов действительности отличаются лексические группы, обозначающие внешние и внутренние качества человека, предметы быта, семейнородовые отношения, элементы народной медицины. Одним из наиболее актуальных для традиционной культуры является понятие 'дом', вокруг которого концентрируются многие лексико-семантические группы, включающие как общенародные, так и диалектные единицы. В речи информанта встречаются многие производные слова с элементом "-дом-", которые являются оценочными, например: "позадомной" и "бездомовой"

- 'редко находящийся дома'.

Однако в значении многих диалектных слов, употребляемых информантом, происходят семантические сдвиги, носящие индивидуальный характер: реализация личностных смыслов, которая происходит в речи, может вызвать качественное изменение существующего в диалекте значения. Так, слово "пондравье" используется не в значении "нрав, характер", общем для диалекта, а со смыслом "своеволие, склонность поступать по своей прихоти".

Информант активно использует синонимы родного диалекта, причем яркой особенностью идиолексикона является разнообразие эмоционально-экспрессивных синонимов. Так, оттенки понятия 'зазнаваться' передаются несколькими глаголами: "вызноситься",

"выкобеливаться", "выкобениваться".

Кроме того, лексикон информанта оказывается разнообразным по ареальному признаку, так как включает не только единицы, принадлежащие к севернорусским говорам, но и слова и выражения, встречающиеся в говорах Среднего Урала и Сибири. Концептуальная важность диалектных слов и стоящих за ними понятий поддер-живается тем, что эти слова обозначают разные участки внеязыкового мира. Однако идиолект является избирательным, что свидетельствует о творческом характере языковой деятельности информанта: в нем есть слова, не встречающиеся в говоре, но, с другой стороны, не весь лексикон говора представлен в идиолексиконе.

Рассматривая вопрос о соотношении языка устной поэзии и диалекта, автор называет ее одной из стилевых разновидностей диалекта, которая выделяется главным образом на основе экспрес-сивных характеристик речи и ситуативно-жанровой специфики. Элементы этого стиля проходят отбор и обработку, что отличает их от компонентов обиходно-бытовой диалектной речи. По мнению автора, этот стиль функционально ограничен такими жанрами высказывания, как наставление, уговор, утешение, пожелание, размышление, воспоминание, и особой тематикой разговора - жизнь, судьба. Этим стилем владеет не каждый носитель диалекта, но только та языковая личность, которая располагает знанием фольклора и имеет "механизм" перекодировки его элементов на систему эстетически обработанной диалектной речи.

Изучаемый информант осознает стилевую дифференциацию говора, рефлексируя над различными составляющими такой дифференциации: ситуация, жанр речи, отношение к традиции,

коммуникативный эффект, ритм и рифма, осознание себя как языковой личности и т. п.

Элементы устно-поэтического стиля речи, источником которых является фольклор, в разговоре информанта многочисленны и представлены на всех языковых уровнях. На фонетикоакцентологическом уровне - это удлинение ударных гласных контекстно "высоких" слов; на морфологическом - использование многократных глаголов ("прашивать", "ночевливать", "плясывли-вать"), архаических форм ("жалеючи", "умеючи"). На лексическом уровне часты

уменьшительно-ласкательные суффиксы, встречаются "высокие" слова ("уста", "телеса"). Активно используются постоянные эпитеты,

образующие с определяемым устойчивые словосочетания ("сыра земля", "белой свит", "глаза черны", "буйной ветер"). На синтаксическом уровне неотъемлемой чертой речи информанта является тавтология - сочетания однокоренных слов, которые охватывают все части речи ("горе горевать", "сила сильная", "седым-седешенькя", "румяно-то не румянилася" и т.д.). Используются также повтор, параллельные конструкции и сочетание синонимов, в том числе слов, принадлежащих к разным подсистемам языка: диалектных и литературных ("Кака уж в ей краса-баса?"), книжных и общенародных или диалектных ("Народу-миру... много сбежалося"). Автор делает вывод, что изучаемый информант владеет устно-поэтическим стилем диалекта, осознавая важность его элементов в создании речевой экспрессии. Коммуникативно-эстетическая уста-новка

и рефлексия над фактами языка присутствуют в речевой деятельности информанта как ее составляющие,

В третьей главе "Лингвокреативная деятельность изучаемой языковой личности" анализируются словотворчество информанта и формы образности в его лингвокреативной деятельности. При описании новообразований особое внимание обращается на их структуру и характер функционирования в идиолекте. В огромном большинстве случаев новые слова сконструированы по аналогии, по имеющимся в языке и диалекте словообразовательным моделям, как, например, названия лиц со значением "любящий ч.-л. или к.-л." с названием предмета/лица, на которое направлено действие, в качестве мотивирующей основы + суффикс "-ник": "кулажник" от "кулага" -"сладкое блюдо, приготовленное из ржаной муки и солода". Новообразование может возникнуть и по образцу конкретного слова, в том числе только что употребленного. При этом большую роль играет рифма: "На улисэ - колотун, в дому - морозун". Индивидуальные новообразования могут противопоставляться по значению и форме диалектным словам: "неспешливо" - антоним диал. "наускоре"

("торопливо"), "хтоша" - антоним диал. "нехтоша" ("ничтожный

человек") и т.д.

Лингвистическая техника и содержание новообразований имеют ментальную основу, определяемую диалектом. Зарегистри-рованы как единицы, выражающие известное носителям диалекта содержание в новой форме (глагол "ваньзить" от диал. "ваньзя" - "глупый человек"), так и единицы, в которых созданы новые значения ("задождье" -"защищенное от дождя место" по модели диал. "затулье" - "защищенное от ветра место"). В целом новообразования в изучаемом идиолекте свидетельствуют не только о языковом творчестве и языковом сознании отдельного носителя говора, но и о жизнеспособности и подвижности диалекта с его семантическими и формальными моделями.

Показателем высокого уровня развития информанта как языковой личности является образность речи. Информант создает в речи образы сознательно или интуитивно, следуя своему эмпирическому опыту. Цель говорящего - выразить эмоции и вызвать действенный эффект своим высказыванием - приводит к частым сочетаниям двух или нескольких тропов и фигур речи в пределах одного высказывания. Например, метафора, одно из основных образных средств в речи информанта, сочетается со сравнениями, поговорками, олицетворением, гиперболами

и литотами. Образные цепочки - свидетельство языковой компетентности носителя диалекта, его способности выразить в вербальной форме развертывающиеся ассоциации, связанные рассуждением, рефлексией, единым стилем, имеющимся языковым опытом. Связь образов в речи информанта позволяет сделать вывод о целостности образного мира в его языковом сознании.

Языковая метафора в речи информанта может модифици-роваться

- усложняться, дополняться новыми смыслами, видоизме-нять свою форму, что свидетельствует, с одной стороны, о владении информантом традиционной языковой картиной мира, с другой - о лингвокреативном потенциале: "тесовый дом" - модификация стертой метафоры "домовина" ("гроб"). Характерно также образное обыгрывание информантом своей фамилии (Петухова) в метафорах "петух" ("задиристый человек") и "красный петух" ("пожар").

В заключение автор делает вывод , что мера развития языковых способностей информанта, включающих знание общенародного языка, диалекта, просторечия, богатый индивидуальный словарь и тезаурус, а также осознание языковых фактов и лингвокреативная деятельность позволяют назвать его языковой личностью.

Е. О. Опарина