Влияние циркуляции вод на пространственное распределение промысловых скоплений тихоокеанского кальмара в Японском море

2003

Известия ТИНРО

Том 134

УДК 551.465.4:639.273

Б.С.Дьяков

ВЛИЯНИЕ ЦИРКУЛЯЦИИ ВОД НА ПРОСТРАНСТВЕННОЕ РАСПРЕДЕЛЕНИЕ ПРОМЫСЛОВЫХ СКОПЛЕНИЙ ТИХООКЕАНСКОГО КАЛЬМАРА В ЯПОНСКОМ МОРЕ

По материалам российско-японских съёмок в летние сезоны 1985-2001 гг. рассмотрены особенности циркуляции вод, распределения и формирования промысловых скоплений тихоокеанского кальмара в северной части Японского моря. Установлены различия циркуляции вод в годы, противоположные по термическому режиму и атмосферным условиям. Скопления тихоокеанского кальмара мигрировали и распределялись по течениям, границам циклонических меандров и вихрей.

Djakov B.S. The impact of water circulation on the spatial distribution of Japanese flying squid commercial stocks in the Japan Sea // Izv. TINRO. — 2003. — Vol. 134. — P. 258-279.

The peculiarities of water circulation, distribution and formation of Japanese flying sq uid commercial stocks in the northern Japan Sea are considered by the data of Russian-Japan joint surveys in summer seasons of 1985-2001. In cold years the Primorye Current spread along the coast of Primorye as jet flow; the rings of cyclonic eddies located eastward of this current. In warm years the zone of Primorye Current consisted of the links of cyclonic gyres. In the 1990s the north branch of the East Korean Current that produced the large cyclonic and anticyclonic meanders was the important component of water circulation in the northern Japan Sea.

In cold years, the currents with south, southwest component, which were identified with the Primorye Current and its cyclonic eddies, prevailed on the line of the Sangarsky hydrological section. In warm years, the water areas at the section with northward, northeastward currents significantly increased. In cold years, the velocity components of the northeast direction with maximum values in the streams of Tsushima and East-Korean Currents predominated at the hydrological section from Sado Island to 41°30' N, 132°30' E. In warm years, velocity of these currents was appreciably higher, and the vortex system between the East-Korean and Tsushima Currents generated a flow of opposite direction.

Japanese flying squid commercial stocks distributed and migrated within the currents and their branches to the northern Japan Sea. Squid concentrations were related to peri pheral areas of meanders and vortex systems, in particular cyclonic ones. Changes of water circulations in eddies caused a redistribution of the squid commercial schools by the limits of these eddies. In cold and warm years squid schools were distributed certainly by flows of currents typical for these years.

Predominance of vortex structure in the south Japan Sea — in the system of the East-Korean and Tsushima Currents — may cause the concentration of Japanese squid in waters of this system , and correspondingly its predominated distribution in Japanese economic zone. The essential increase of geostrophic mass transport (northeast and eastward) of the Tsushima Current might be the cause of migration of squid

basic stock into the Japanese zone, and the decrease — into Russian economic zone. Interannual fluctuations of water dynamics in the East-Korean and Tsushima Currents stipulate the variability of migration patches , spatial distribution and formation of Japanese flying squid concentrations in the Japan Sea.

Океанографические условия формирования промысловой продуктивности морей изложены в фундаментальных работах Г.К.Ижевского (1961, 1964), Г.Ле-васту и И.Хела (1974), Д.Е.Гершановича (1986). В своих монографиях авторы отмечали зависимость промысловых скоплений рыб от океанологических факторов морской среды. Аспекты влияния динамики вод на миграции, распределение и образование промысловых скоплений тихоокеанского кальмара в Японском море затронуты в исследованиях В.П.Павлычева, Г.А.Шевцова (1975, 1977), Г.А.Шевцова (1978, 1988), Н.М.Мокрина, Е.В.Слободского (1998), Г.А.Шевцова, Н.М.Мокрина (1998). Известно, что массовые нагульные миграции тихоокеанского кальмара в Японском море начинались в апреле—мае и совершались тремя основными потоками. Первый проходил вдоль побережья п-ова Корея — в водах Восточно-Корейского течения, второй — через центральную часть моря, третий — около западных берегов Японии, в водах собственно Цусимского течения. В июле наблюдался массовый заход тихоокеанского кальмара в зону России, в августе косяки кальмара достигали самых северных районов Японского моря. Сентябрь знаменовал собой начало массовой миграции тихоокеанского кальмара на юг.

Цель настоящей работы состояла в выявлении закономерностей горизонтальной циркуляции вод и степени её влияния на миграции, пространственное распределение и формирование промысловых скоплений тихоокеанского кальмара в Японском море. Для решения поставленной задачи исследовались поля геострофических течений и их межгодовые изменения в летний сезон для северной части Японского моря. Рассматривалась зависимость между атмосферными процессами, циркуляцией вод и пространственным распределением промысловых концентраций тихоокеанского кальмара в Японском море.

В основу работы положены материалы специализированных российско-японских съёмок по исследованию запасов, миграций, распределения и биологии тихоокеанского кальмара в северной части Японского моря в летние сезоны 1985-2001 гг. Наблюдения охватывали российскую и японскую рыболовные зоны в районе 38-46° с.ш. и 133-141° в.д. Материалы были предоставлены научным сотрудником лаборатории ресурсов пелагиали Н.М.Мокриным. Кроме того, были привлечены данные наблюдений океанографических съёмок ТИН-РО в Японском море в зоне России в летние сезоны 1985, 1986, 1988, 1990, 1997, 1999, 2001 гг. (рис. 1). Российско-японские съёмки по временной классификации распределились следующим образом: 1986-1987 (23.07-7.08), 1988-1991 (18.087.09), 1992-1994 (28.06-19.07), 1995-1999, 2001 гг. (21.06-13.07). Океанографические съёмки ТИНРО в рыболовной зоне России выполнялись в период 28.0625.09. Перечень гидрологических материалов приведён в таблице. В качестве критерия гидрологического режима вод в северо-западной части Японского моря принята типизация межгодовой изменчивости температурного режима вод на Сангарском разрезе по средней температуре слоя 50-200 м. Границами градаций типизации термического состояния послужили отклонения от среднего на ±1/2 и 3/2с. Обработка гидрологического материала осуществлялась стандартными программами. Циркуляция вод рассчитывалась динамическим методом. Выбор нулевой поверхности ограничивался предельной 500-метровой глубиной гидрологических наблюдений. Названия течений Японского моря взяты из обобщённой схемы циркуляции вод В.Г.Яричина (1980). Под общей циркуляцией понималось осреднённое движение вод в масштабе, соизмеримом с размерами бассейна, сохраняющее основные черты в течение длительного промежутка времени — сезона (Юрасов, Яричин, 1991).

525150494847464544 4342 41 40

464544434241 40' 393837-

1985, 1986, 1988, 1990, 1997, 1999, 2001 гг.

140 142

Рис. 1. Гидрологические съёмки в

летний сезон 19851 31 1 32 133 1 34 135 1 36 1 37 1 38 1 39 140 141 142 2001 гг

Fig. 1. Hydrologi-cal survey in a summer season, 19852001

4/46 (f

1995-1999,

45- 2001 гг. / ....... Г\ / « 1 \ \

(21.06-13.07) . / • • • •

44

43 . ; у

42 • d J N

41 • • . • {-it-

40 • ' < • • \

39- •l /

38 •/ /

37-

131 132 133 134 135 136 137 138 139 140 141 142 130 132 134 136 138 140 142

Перечень российско-японских гидрологических материалов

The list of the russian-japanese hydrological material

Число и месяц начала съёмки Число и месяц окончания съёмки Год НИС Кол-во станций

2.07 2.08 1985 Новодруцк 153

17.08 20.09 1985 Новодруцк 154

28.06 23.07 1986 Бабаевск 119

23.07 7.08 1986 Тансю-мару 57

23.07 7.08 1987 Тансю-мару 47

10.07 19.08 1988 Проф. Солдатов 163

18.08 4.09 1988 Тансю-мару 60

19.08 5.09 1989 Тансю-мару 50

22.07 31.08 1990 Проф. Кизеветтер 206

18.08 4.09 1990 Тансю-мару 48

21.08 7.09 1991 Тансю-мару 42

1.07 19.07 1992 Чокаи-мару 70

29.06 17.07 1993 Чокаи-мару 52

28.06 16.07 1994 Чокаи-мару 58

21.06 10.07 1995 Теукаи-мару 66

21.06 10.07 1996 Чокай-мару 65

24.06 13.07 1997 Теукаи-мару 66

31.08 11.09 1997 Проф. Леванидов 40

24.06 12.07 1998 Текаи-мару 65

22.06 13.07 1999 Теукаи-мару 63

24.06 15.07 1999 Roger Revelle 113

22.07 11.08 1999 Проф. Хромов 90

22.06 12.07 2001 Текаи-мару 61

2.09 25.09 2001 В. Сафонов 107

Особенности циркуляции вод в рыболовной зоне России

Согласно типизации термического режима вод в северо-западной части Японского моря (Дьяков, 1993) к " холодным" отнесены 1985, 1986, 1987, 1988, а "тёплым" — 1989, 1990, 1995, 1999, 2001 гг. Основные изменения геострофической циркуляции вод в рыболовной зоне России в летние сезоны этих лет заключались в следующем.

В 1985 г. циркуляция вод состояла из вихрей противоположного знака в Татарском проливе: в июле главным образом циклонических, а в августе и сентябре — антициклонических. Приморское течение распространялось узким потоком вдоль берегов Приморья (рис. 2). К юго-востоку от мыса Поворотного отмечались крупный циклонический вихрь и сопряжённые с ним два антициклонических вихря. К востоку от Приморского течения в июле наблюдались циклонические образования, а в августе отмечалось течение северо-восточного направления, которое представляло собой, возможно, северную ветвь Восточно-Корейского течения. В южной части рыболовной зоны России в июле и августе прослеживались динамический поток Восточно-Корейского течения и локальное течение по 132° в.д., которое было направлено в зал. Петра Великого. В августе в этом районе система течений имела вихревой характер. Районы промысла тихоокеанского кальмара в июле были приурочены к участку главного динамического потока Восточно-Корейского течения, локальному течению по 132° в.д. и к циклоническим вихрям. В августе промысел тихоокеанского кальмара велся в основном в районе вихревых систем южной части зоны России и вдоль северной ветви Восточно-Корейского течения. Промысел осуществлялся также и на северной периферии Восточно-Корейского течения (рис. 2). Можно предположить, что промысловые скопления тихоокеанского кальмара придерживались вихревых систем, главным образом циклонических, и это служило фактором стабилизации промысла в этих районах. Регенерация северной ветви Восточно-Корейского течения в августе явилась причиной продвижения скоплений тихоокеанского кальмара на северо-восток вместе с этим течением. Изменение горизонтальной структуры течений вызвало нарушение стабильности промысла и его перераспределение по ветвям течений. Следует заметить, что на участке основного динамического потока Восточно-Корейского течения промысел кальмара сохранялся и в августе (рис. 2).

В 1986 и 1988 гг. Приморское течение представляло собой струйный поток шириной примерно 30-40 миль, который следовал вдоль береговой линии Приморья (рис. 3). Мористее отмечались циклонические круговороты и северная ветвь (рис. 3, Б) Восточно-Корейского течения. Характер циркуляции в эти годы (и в 1985 г.) соответствовал модели Г.И.Юрасова (1978) циркуляции вод при открытых проливах в случае очень малого притока вод в Японское море через Корейский пролив. Промысловые скопления тихоокеанского кальмара были приурочены к северной периферии главного динамического потока Восточно-Корейского течения, его северной ветви и вихревой системе Восточно-Корейского и Южно-Приморского течений. Скопления кальмара распределялись в основном по вихревым образованиям; при отделении северной ветви от Восточно-Корейского течения косяки кальмара мигрировали вместе с ней в северо-восточном направлении (рис. 3). В аномально холодном 1988 г. промысел тихоокеанского кальмара в июле—августе стабилизировался на юге рыболовной зоны России. Концентрация косяков в этом районе, возможно, была предопределена термическими условиями. Средняя температура слоя 50-200 м на Сангарском разрезе составляла 0,42 °С — самую низкую величину за последние 20 лет (19802000 гг.), которая стала своеобразным препятствием для миграций косяков кальмара на север. Районы промысла тихоокеанского кальмара в июле 1986 и 1988 гг. показаны на рис. 3.

Рис. 2. Динамическая топография изобарической поверхности 0 дбар в июле (А) и августе (Б) 1985 г.: 1 — динамические горизонтали, кратные 20 дин. мм, 2 — промысел кальмара

Fig. 2. A dynamic topography of an isobaric surface 0 dbar in July (А) and August (Б) 1985: 1 — dynamic horizontals , multiple 20 dyn. mm, 2 — fishery trade of a flying squid

В 1990, 1999 и 2001 гг. на картах динамической топографии Приморское течение не наблюдалось струйным потоком (рис. 4-5). В 1990 г. в северовосточной части исследуемого района отмечалось течение Шренка, а в юго-западной — северное звено Северо-Корейского течения (рис. 4). В рыболовной зоне России циркуляция вод слагалась из трёх крупных циклонических круговоротов и северной ветви Восточно-Корейского течения. Самый крупный циклонический вихрь-меандр наблюдался в водах южного Приморья, к юго-востоку от мыса Поворотного. Два других циклонических вихря располагались соответственно в водах среднего и северного Приморья. Антициклонический меандр северной ветви Восточно-Корейского течения находился в районе 43°00' с.ш. 136°30' в.д., а его вершина располагалась в непосредственной близости от берегов южного Приморья (рис. 4). Г.И.Юрасов (1978) на модели интегральной циркуляции вод в Японском море при открытых проливах показал влияние водообмена на динамику вод. При большом притоке вод через Корейский пролив вся система течений Японского моря представлена потоком, движущимся в северном направлении. В северной части моря в этом случае отсутствует Приморское течение, а в пределах Татарского пролива наблюдается поток южного направления вдоль

Рис. 3. Динамическая топография изобарической поверхности 0 дбар 28.06-23.07.1986 (А) и 10.07-19.08.1988 (Б) гг.:

1 — промысел кальмара, 2 — динамические горизонтали, кратные 10 дин. мм

Fig. 3. A dynamic topography of an isobaric surface 0 dbar 28.06-23.07.1986 (А) and 10.07-19.08.1988 (Б): 1 — fishery trade of a flying squid,

2 — dynamic horizontals, multi ple 10 dyn. mm

51 50 49H 48 47464544 434241

40 3952 515049 4847464544 4342

41 40 39 38

41142143

130 132 134 136 138 140 142

о. Сахалин, выносящий воды через прол. Лаперуза. Подобная схема циркуляции показана на рис. 4. По термической классификации 1990 г. являлся аномально тёплым. Промысел тихоокеанского кальмара в июле осуществлялся на участке динамического фронта Восточно-Корейского течения по 40°20' с.ш. В августе промысловые скопления тихоокеанского кальмара отмечались на этом фронте и севернее от него, а также располагались на меандрах северной ветви Восточно-Корейского течения (рис. 4). Очевидно, что косяки кальмара мигрировали по этому течению в северо-восточном направлении. В большей степени промысловые скопления кальмара были приурочены к периферии крупного циклонического вихря — меандра Восточно-Корейского течения. В 1999 г. горизонтальная циркуляция вод в рыболовной зоне России состояла из звеньев циклонических круговоротов, фрагмента Восточно-Корейского течения и его северной ветви (рис. 5, А). Система циклонических вихрей наблюдалась в основном в водах южного Приморья. На рис. 6 показана геострофическая циркуляция вод в Японском море в июне—августе 1999 г. по данным наблюдений совместной российско-американской гидрологической съёмки. Главным звеном циркуляции являлся динамический поток Восточно-Корейского течения. Система вод Восточно-Корейского и Цусимского течений образовывала крупные циклонический (восточ-

52 51 50 49 48 47 46 45 44 43 42 41 40

51504948 474645 44 4342 41 40

j_i_i_i_i_i_I,I

Рис. 4. Динамическая топография изобарической поверхности 0 дбар 22.0724.08.1990 г.: 1 — промысел кальмара в июле, 2 — промысел в августе, 3 — динамические горизонтали, кратные 10 дин. мм

Fig. 4. A dynamic topography of an isobaric surface 0 dbar 22.07-24.08.1990: 1 — fishery trade of a flying squid in July, 2 — fishery trade in August, 3 — dynamic horizontals, multiple 10 dyn. mm

130

132

134

136 138

140

142

нее, юго-восточнее мыса Поворотного) и антициклонический (западнее о. Хоккайдо) меандры в северной части Японского моря (рис. 6). Геострофическая циркуляция вод в рыболовной зоне России в сентябре 2001 г. представлена на рис. 5 (Б). В районе 42°30' с.ш. 134°20' в.д., непосредственно у побережья южного Приморья, отмечался локальный динамический фронт, который обусловлен региональным топографическим эффектом (Яричин, Покудов, 1982). Примерно по 40°30' с.ш. отмечался участок Восточно-Корейского течения, а севернее — сопряжённые с ним циклонические вихри. В районе 43°30' с.ш. 138°30' в.д. наблюдался антициклонический меандр северной ветви Восточно-Корейского течения (рис. 5, Б).

Для выявления закономерностей и количественной оценки циркуляции в водах рыболовной зоны России, а также межгодовых изменения вертикальной структуры течений были рассчитаны геострофические скорости на Сангарском гидрологическом разрезе в летние сезоны 1986, 1987, 1990, 1995 гг. Пространственное расположение этого разреза показано на рис. 1. Установлено, что в

"холодные" 1986 и 1987 гг. на большей части Сангарского разреза господствовали течения с юго—юго-западной составляющей, значения скорости которых достигали 8 см/с (рис. 7). Изотахи в 1 см/с (юго—юго-западная составляющая) отмечались до глубины 100 м. Течения с северо—северо-восточной составляющей имели скорость 2 см/с в слое 80-100 м в крайней северо-западной части разреза (рис. 7, А). В "тёплые" 1990 и 1995 гг. на Сангарском разрезе численные значения скоростей течений с юго—юго-западной составляющей кардинально не изменились, их максимум не превышал 7 см/с (рис. 8). Изотаха в 1 см/с по абсолютной величине в эти годы наблюдалась на несколько меньшей глубине (не более 80 м), чем в холодные годы. Изменения заключались в значительном увеличении площади вод на разрезе с течениями, которые имели северо—северо-восточные составляющие скоростей. Их значения достигали 5 см/с по абсолютной величине. Потоки вод с юго—юго-западной составляющей скорости отождествлялись с Приморским течением и генерируемыми им циклоническими вихрями. Максимальные скорости отмечались главным образом на глубинах 0 и 10 м. Основные горизонтальные и вертикальные градиенты изотах Приморского течения наблюдались в слое 0-30 м.

50 494847 464544 4342 4140 39 38 37 36 35 34

50

100

150

200

Рис. 6. Динамическая топография изобарической поверхности 0 дбар 24.0611.08.1999 г.: 1 — вылов на единицу промыслового усилия (CPUE, экз.), 2 — динамические горизонтали, кратные 20 дин. мм Fig. 6. A dynamic topography of an isobaric surface 0 dbar 24.06-11.08.1999: 1 — catch on trade effort (CPUE, in specimen), 2 — dynamic horizontals, multiple 20 dyn. mm

Рис. 7. Скорости на Сангарском разрезе 12-13.08.1986 (А) и 05.07.1987 (Б) гг. Заштрихованы течения, направленные на северо-восток

Fig. 7. The velocity on San-garsky section 12-13.08.1986 (А) and 05.07.1987 (Б). The shading — current is directed on north-east

20 40 60 80 100 120 140

у JJ\К К I

' "Ъ.ч CM io с

'V   '

50-

100-

150-

20 40 60 80 100 120 140

266

0

Особенности циркуляции вод в северной части Японского моря

Межгодовые изменения основных элементов геострофической циркуляции вод и пространственное распределение тихоокеанского кальмара в летние сезоны 1990-2001 гг. состояли в следующем.

Геострофическая циркуляция вод в 1990 г. на изобарической поверхности 0 дбар представлена на рис. 9 (А). Горизонтальную структуру циркуляции представляли Восточно-Корейское течение и северное звено Цусимского течения. В водах южного Приморья наблюдались два циклонических вихря-меандра, среднего Приморья — циклонический вихрь в районе 44°30' с.ш. 138°30' в.д. С глубиной эти вихревые образования трансформировались в один крупный циклонический круговорот. Он составлял важное звено циркуляции в северной части Японского моря и прослеживался на карте изобарической поверхности 100 дбар. Наибольшие уловы на усилие (СРиЕ) тихоокеанского кальмара были приурочены к Восточно-Корейскому течению, периферии циклонических вихрей-меандров в районах 41°30' с.ш. 132°00' в.д. и 44°30' с.ш. 138°30' в.д. Промысловые скопления тихоокеанского кальмара (районы промысла) в августе 1990 г. располагались на динамическом потоке Восточно-Корейского течения, циклоническом вихре-меандре в водах южного Приморья (рис. 9, А). В 1991 г. на изобарической поверхности 0 дбар основные элементы циркуляции вод представляли собой два крупных циклонических круговорота в западной части моря и Цусимское течение — в восточной (рис. 9, Б). С глубиной произошло перераспределе-

ние циклонических образований, но пространственная конфигурация динамического потока Цусимского течения не претерпела существенных изменений. На изобарической поверхности 200 дбар схема горизонтальной циркуляции имела сходный характер с циркуляцией вод на поверхности 0 дбар. Наибольшие уловы на усилие тихоокеанского кальмара отмечались в водах Приморья, в районе 42°30' с.ш. 134°10' в.д. Уловы кальмара были приурочены к динамическому фронту, природа которого обусловлена региональными физико-географическими особенностями района (Яричин, Покудов, 1982). Синтезированный анализ пространственного распределения звеньев геострофической циркуляции и уловов кальмара (СРиЕ) показал, что косяки кальмара располагались на периферии циклонических вихрей и были приурочены к потокам Восточно-Корейского и Цусимского течений. В пользу этого также свидетельствовала дислокация промысла кальмара в августе—сентябре 1991 г. (рис. 9, Б).

47 4645444342 414039 38-|

37 1

47 46 45 44 43 42 41 40 39

38 37

131 132 133 134 135 136 137 138 139 140 141 142

132 133 134 135 136 137 138 139 140 141 142

Рис. 9. Динамическая топография изобарической поверхности 0 дбар 18.08-04.09.1990 (А) и 21.08-07.09.1991 (Б) гг.: 1 — промысел кальмара в августе

1990 г., 2 — вылов (CPUE), 3 — динамические горизонтали, кратные 10 дин. мм, 4 — промысел в августе 1991 г., 5 — промысел в сентябре 1991 г.

Fig. 9. A dynamic topography of an isobaric surface 0 dbar 18.0804.09.1990 (А) and 21.0807.09.1991 (Б): 1 — fishery trade of a flying squid in August , 1990, 2 — CPUE, 3 — dynamic horizontals , multiple 10 dyn. mm,

4 — fishery trade in August, 1991,

5 — fishery trade in September,

1991

Геострофическая циркуляция вод в 1992 г. на изобарической поверхности 0 дбар показана на рис. 10 (А). Главные элементы циркуляции — это динамический фронт Восточно-Корейского и Цусимского течений, циклонические вихри-меандры в западной части моря и крупный антициклонический вихрь в районе 43°20' с.ш. 138°10' в.д. Наибольшая величина СРиЕ тихоокеанского кальмара отмечалась в водах южного Приморья (южнее мыса Гамова), где течение

было направлено на юго—юго-восток. Уловы тихоокеанского кальмара также отмечались у периферийных областей циклонических круговоротов и динамических потоков. Промысел тихоокеанского кальмара в июле осуществлялся на динамическом потоке Восточно-Корейского течения. В августе район промысла кальмара сместился на северо-восток, но также находился на потоке этого течения (рис. 10, А). В 1994 г. основными звеньями геострофической циркуляции вод на поверхности 0 дбар были динамический поток по 40° с.ш. в районе схождения Восточно-Корейского и Цусимского течений и крупный циклонический меандр (рис. 10, Б). С правой стороны динамического потока располагался сопряжённый с ним квазистационарный антициклонический вихрь с центральными координатами 38°40' с.ш. 137°10' в.д. Заметные СРиЕ отмечались на северной ветви Восточно-Корейского течения в районе 43°57' с.ш. 137°27' в.д., а также на северной периферии главного потока Восточно-Корейского течения, в районе 39°50' с.ш. 134°30' в.д. (рис. 10, Б). Таким образом, скопления кальмара тяготели к Восточно-Корейскому течению и его северной ветви, а также к восточной периферии Цусимского течения западнее южного Хоккайдо. Положение основных элементов горизонтальной циркуляции вод и пространственное распределение СРиЕ тихоокеанского кальмара в 1994 г. имели такой же характер, как и в 1990 г.

47 46 45

Рис. 10. Динамическая топография изобарической поверхности 0 дбар 0119.07.1992 (А) и 28.0616.07.1994 (Б) гг.: 1 — промысел кальмара в июле 1992 г., 2 — в августе 1992 г., 3 — CPUE, 4 — динамические горизонтали, кратные 10 дин. мм

Fig. 10. A dynamic topography of an isobaric surface 0 dbar 01-19.07.1992 (А) and 28.06-16.07.1994 (Б): 1 — fishery trade of a flying squid in July, 1992, 2 — in August, 1992, 3 — CPUE, 4 — dynamic horizontals, multiple 10 dyn. mm

1 31 1 32 1 33 1 34 1 35 136 137 138 139 140 141 142 46

45 44H 43 42

130 131 132 133 134 135 1 36 1 37 1 38 1 39 140 141 1

В 1995 г. на изобарической поверхности 0 дбар сохранялись основные звенья геострофической циркуляции в северной части Японского моря: динамический поток слияния Восточно-Корейского и Цусимского течений и циклонический вихрь-меандр с центральными координатами 41°30' с.ш. 136°00' в.д. (рис. 11, А). Значительные СРиЕ отмечались на северной ветви Восточно-Корейского течения (42°00' с.ш. 138°00' в.д.), в районе схождения северной ветви Восточно-Корейского и северного звена Цусимского течений (45°20' с.ш. 140°20' в.д.). Ветви э тих течений образовывали западнее о. Хоккайдо, вероятно, антициклонический вихрь. Большие СРиЕ также отмечались в водах южного Приморья и восточнее о. Хонсю (рис. 11, А). В 1996 г. на изобарической поверхности 0 дбар в южной части района исследований прослеживались динамические потоки Восточно-Корейского и Цусимского течений и крупный циклонический круговорот с координатами центра 41°30' с.ш. 136°30' в.д. (рис. 11, Б). Западнее о. Хоккайдо отмечался динамический поток, образованный в основном северной ветвью Восточно-Корейского течения. Максимальные СРиЕ наблюдались в районе сходимости этой ветви и Цусимского течения (45°20' с.ш. 140°20' в.д.). Значительные величины СРиЕ кальмара отмечены на северной периферии циклонического вихря-меандра, в районе 42°30' с.ш. 137°00' в.д. (рис. 11, Б).

В 1997 г. на карте динамической топографии 0 дбар уверенно выделялись циклонический меандр и динамическая зона схождения Восточно-Корейского и Цусимского течений (рис. 12, А). Максимальный СРиЕ тихоокеанского кальмара наблюдался на западной периферии циклонического меандра (41°10' с.ш. 133°00' в.д.). После привлечения к анализу схемы циркуляции на изобарической поверхности 50 дбар и пространственного распределения величин СРиЕ выяснилось, что промысловые скоплений тихоокеанского кальмара располагались преимущественно по периферии крупного циклонического вихря-меандра, образованного Восточно-Корейским и Цусимским течениями (рис. 12, А). В

1998 г. на карте изобарической поверхности 0 дбар прослеживались течения с северной составляющей и северная ветвь Восточно-Корейского течения (рис. 12, Б). Наибольшие уловы кальмара отмечались на динамическом потоке Восточно-Корейского течения (40°30' с.ш. 134°30' в.д. и 40°05' с.ш. 138° в.д.) и его северной ветви (42°00' с.ш. 138°00' в.д.).

В 1999 г. циркуляция вод на изобарической поверхности 0 дбар была представлена динамическим потоком Восточно-Корейского и Цусимского течений и крупными циклоническим и антициклоническим меандрами этих течений (рис. 13, А). В вершине антициклонического меандра отмечался антициклонический вихрь (43°30' с.ш. 137°00' в.д.). Значительные СРиЕ тихоокеанского кальмара наблюдались на динамическом потоке Восточно-Корейского течения западнее о. Хонсю, на его северной ветви западнее северного Хоккайдо (45°20' с.ш. 140°20' в.д.). Самая большая величина СРиЕ регистрировалась у о. Садо и была приурочена, видимо, к локальному топографическому вихрю Цусимского течения. Более того, в этом районе существовал квазистационарный антициклонический вихрь, который регенерировал сложную региональную вихревую систему. Из материалов научно-исследовательской японско-российской экспедиции

1999 г. следовало, что основные концентрации тихоокеанского кальмара находились в зоне Японии. Анализ распределения СРиЕ показал, что их величины были больше на периферии циклонического и антициклонического меандров, чем в смежных с ними областях (рис. 13, А). На карте динамической топографии, построенной по материалам совместной российско-американской океанографической съёмки, в южной части Японского моря, в районе 38°00' с.ш. 135°30' в.д., наблюдался циклонический меандр Восточно-Корейского течения (см. рис. 6). Этот меандр прослеживался до глубины более 100 м. Можно предположить, что скопления тихоокеанского кальмара большей частью мигрировали по границе

Рис. 11. Динамическая топография изобарической поверхности 0 дбар 21.06-10.07.1995 (А) и 21.06-10.07.1996 (Б) гг.: 1 — CPUE, 2 — динамические горизонтали, кратные Юдин, мм, 3 — кратные 5 дин. мм

Fig. 11. A dynamic topography of an isobaric surface 0 dbar 21.06-10.07.1995 (A) and 21.06-10.07.1996 (Б): 1 — CPUE, 2 — dynamic horizontals, multiple 10 dyn. mm, 3 — multiple 5 dyn. mm

Рис. 12. Динамическая топография изобарической поверхности 0 дбар 24.06-13.07.1997 (А) и 24.06-12.07.1998 (Б) гг.: 1 — CPUE, 2 — динамические горизонтали, кратные 10 дин. мм Fig. 12. A dynamic topography of an isobaric surface 0 dbar 24.06-13.07.1997 (A) and 24.06-12.07.1998 (Б): 1 — CPUE, 2 — dynamic horizontals, multiple 10 dyn. mm

65.89

этого меандра, что и обусловило его доминирующее распределение в зоне Японии. С западной и восточной стороны этого циклонического меандра существовали антициклонические вихри, соответственно в районах 38° с.ш. 134° в.д. и 39°30' с.ш. 137°30' в.д., которые отмечались до глубины более 200 м. Квазистационарный антициклонический вихрь-меандр в районе 40°30' с.ш. 131°30' в.д. наблюдался до глубины 500 м. Можно предположить, что преобладание вихревой структуры в системе вод Восточно-Корейского и Цусимского течений предопределило концентрацию тихоокеанского кальмара в водах этой системы течений и соответственно в водах рыболовной зоны Японии. Приведённая схема геострофических течений в июне—августе в главных чертах подтвердила соответствие пространственного распределения скоплений тихоокеанского кальмара и ветвей течений (рис. 6). Российско-американская гидрологическая съёмка в юго-восточной части Японского моря проводилась в июне—июле и по времени выполнения совпала со специализированной японско-российской съёмкой по кальмару в северной части моря в этот период. В 2001 г. пространственное расположение основных звеньев геострофической циркуляции в северной части Японского моря имело сходный характер с их конфигурацией в 1999 г. На карте динамической топографии 0 дбар наблюдались динамический поток Восточно-Корейского течения на 40° с.ш., циклонический и антициклонический меандры Восточно-Корейского и Цусимского течений (рис. 13, Б). На севере исследуемого района северная ветвь Восточно-Корейского течения соединялась с северным звеном Цусимского течения, здесь они образовывали антициклонический вихрь. В этом районе западнее северного Хоккайдо (44°40' с.ш. 141°00' в.д.) отмечались самые большие СРиЕ тихоокеанского кальмара. Район Японского моря западнее о. Хоккайдо — это область квазипериодического возникновения антициклонического вихря (ЬисЫп, Мап'ко, 2001), что и предопределяет здесь концентрацию плотных скоплений тихоокеанского кальмара. Менее крупные, но значимые уловы кальмара были приурочены к Восточно-Корейскому течению и циклоническому меандру этого течения (рис. 13, Б).

Межгодовые изменения вертикальной структуры течений в северной части Японского моря рассматривались на гидрологическом разрезе, который от о. Садо простирался в направлении на северо-запад до 41°30 с.ш. 132°30' в.д. (см. рис. 1). Анализировалась структура течений в 1987, 1988 и 1989 и 1990 гг., противоположных по термическому режиму: "холодные" 1987, 1988, "тёплые" 1989 и 1990 гг. В 1987 г. на разрезе скоростей доминировали составляющие северо-восточного направления (рис. 14, А). В юго-восточной части разреза (области Цусимского течения) их значения были наибольшими в слое 0-50 м (15 см/с), в северо-западной части (области Восточно-Корейского течения) они имели максимум 8 см/с в слое 0-10 м. В 1988 г. также господствовали течения с составляющими скоростей северо-восточного направления, но их значения в области Цусимского течения имели два максимума (7 см/с), которые находились на глубинах 50 и 25 м (рис. 14, Б). В области Восточно-Корейского течения максимум составляющей скорости равнялся 4 см/с. В 1989 г. составляющая скорости Цусимского течения увеличилась до 19 см/с (юго-восточная часть разреза), а Восточно-Корейского течения до 9 см/с (северо-западная часть разреза). В центральной части разреза наблюдалась обширная область вод с составляющими скоростей течений юго-западного направления 8 см/с в слое 0-10 м (рис. 15, А). В 1990 г. величины составляющих скоростей Цусимского течения повысились до 26 см/с (рис. 15, Б). В области Восточно-Корейского течения максимум составляющей скорости был 24 см/с, тогда как в предыдущие годы он не превышал 9 см/с. В центральной части разреза юго-западные составляющие скорости течения увеличились до 12 см/с (рис. 15, Б). Существование в 1989 и 1990 гг. в центральной части разреза

Рис. 13. Динамическая топография изобарической поверхности 0 дбар 22.0613.07.1999 (А) и 22.0612.07.2001 (Б) гг.: 1 — CPUE, 2 — динамические горизонтали, кратные 10 дин. мм

Fig. 13. A dynamic topography of an isobaric surface 0 dbar 22.0613.07.1999 (А) and 22.0612.07.2001 (Б): 1 — CPUE, 2 — dynamic horizontals, multiple 10 dyn. mm

47 46H 45 444342 41 403938-

46 45 44 43 42 41 40 39 38

области со скоростями течений противоположного, юго-западного, направления с максимумами соответственно 8 и 12 см/с обусловлено процессами вихреобра-зования Восточно-Корейского и Цусимского течений. С правой стороны динамического потока Восточно-Корейского течения образовывался антициклонический вихрь, а с левой Цусимского течения — циклонический. При схождении течений (конвергенции) вихрей разных знаков и генерировался поток противоположного направления между Восточно-Корейским и Цусимским течениями. Таким образом, в "холодные" 1987 и 1988 гг. на гидрологическом разрезе доминировали составляющие скоростей северо-восточного направления с максимальными величинами 7-15 см/с в области Цусимского и 4-8 см/с — Восточно-Корейского течений. В "тёплые" 1989-1990 гг. максимумы составляющих скоростей Цусимского течения были заметно больше (19-26 см/с), как и Восточно-Корейского (24 см/с). Можно предположить, что в "тёплые" 1989-1990 гг., в отличие от "холодных" 1987-1988 гг., вихревая система Восточно-Корейского и Цусимского течений генерировала в зоне между ними поток диаметрально противоположного направления.

to

300

100 150 200 250 300

Рис. 14. Скорости на разрезе о. Садо — 41°30' с.ш. 132°30' в.д. 23-26.07.1987 (А) и 18-21.08.1988 (Б) гг. Заштрихованы течения, направленные на северо-восток

Fig. 14. The velocity on a section island Sado — 41°30' N 132°30' E 23-26.07.1987 (A) and 18-21.08.1988 (Б). The shading — current is directed on north-east

300

Рис. 15. Скорости на разрезе о. Садо — 41°30' с.ш. 132°30' в.д. 19-22.08.1989 (А) и 18-21.08.1990 (Б) гг. Заштрихованы течения, направленные на северо-восток

Fig. 15. The velocity on a section island Sado — 41°30' N 132°30' E 19-22.08.1989 (A) and 18-21.08.1990 (Б). The shading — current is directed on north-east

0 50 100 150 200 250 300

-24 см/с

Атмосферные процессы и циркуляция вод

С.Ю.Глебова (2001) классифицировала синоптические ситуации, при которых над дальневосточными морями формировались определённые типы атмосферных процессов, и определила шесть типов для Японского моря (рис. 16). Первые три типа атмосферных процессов над Японским морем присущи главным образом летнему периоду. Первый тип обозначал отсутствие на синоптических картах хорошо выраженных атмосферных образований, преобладание малоградиентного поля, слабого ветрового переноса (рис. 16, А). Второй тип характеризовал господство южных переносов, которые над Японским морем обусловлены исключительно влиянием летней дальневосточной депрессии (рис. 16, Б). В это время наблюдались юго-западные ветры. Третий тип связан с положением циклона юго-западнее Японского моря. При этом передняя ложбина циклона направлена на Японское море, где она вызывает сильные юго-восточные ветры (рис. 16, В). Четвёртый, пятый и шестой типы атмосферных процессов над Японским морем доминировали в основном в осенне-зимнее время. Четвёртый тип (умереннохолодный) формировался над Японским морем, если циклон находился над Охотским морем или с тихоокеанской стороны Курильской гряды (рис. 16, Г и Д). Акватория Японского моря находилась под воздействием тыловой ложбины циклона и соответственно северо-западных и западных ветров. Пятый тип (холодный) появлялся тогда, когда при взаимодействии сибирского антициклона и алеутской депрессии над Японским морем располагалась меридионально расположенная градиентная зона (рис. 16, Е). Она генерировала сильные зимние муссоны, господствовали северные и северо-восточные ветры. Шестой тип (тёплый) доминировал над Японским морем при зональных процессах, когда циклоническая деятельность над Тихим океаном усиливалась и центр алеутского минимума находился над Алеутской грядой или южнее (рис. 16, Ж). При этом восточнее Японских островов активизировались субтропические циклоны, которые вызывали распространение на Японское море северо-восточных или северо-западных ветров.

Многие исследователи (Ижевский, 1961, 1964) отмечали, что формирование (смена) гидрологического (температурного) режима вод в Японском море осуществляется в зимний период. Межгодовой ход изменчивости зимних атмосферных процессов над Японским морем по типизации С.Ю.Гле-бовой (2001) показал, что в конце 80-х гг. господствовал пятый тип (холодный), начале 90-х гг. — шестой (тёплый). В конце 90-х гг. проявилась тенденция увеличения повторяемости четвёртого типа (умеренно холодного). Межгодовые изменения температуры воды на Сангарском гидрологическом разрезе в зимний сезон имели согласованный характер. Потепление вод Японского моря в 90-е гг. отмечалось при наибольшей повторяемости летних атмосферных процессов первого и второго типов. При этих синоптических ситуациях наблюдались западный и южный переносы воздушных масс. В первом типе атмосферных процессов доминировал штиль, втором — преобладали юго-западные ветры. Вероятнее всего, потепление произошло под действием юго-западных ветров (синоптическая ситуация второго типа атмосферных процессов): в летнее время суша теплее моря и юго-западные ветры несли, в основном с материка на море, тёплые воздушные массы. Взаимодействие с морской поверхностью вызывало изменение термического состояния водных и воздушных масс и соответственно плотности воды и геострофических течений. Это простой механизм опосредствованного влияния синоптической ситуации на циркуляцию вод.

В.Г.Яричин (1980) обращал внимание на необходимость дальнейшего исследования межгодовых и сезонных изменения системы течений в зависимости от атмосферных процессов. В Японском море величина плотности зависит в основном от температуры воды; меньшее влияние оказывает солёность (Аратская, 1961). Г.И.Юрасов, В.Г.Яричин (1991) указывали на то, что в Японском море

бовой

Fig. 16. The types of atmospheric processes above the Far East seas on Glebova

влияние ветра на циркуляцию вод слабое. Поэтому движение вод в море авторы предлагали рассматривать как совокупность градиентных течений, вызванных преимущественно притоком тёплых тихоокеанских вод Цусимского течения. Ю.В.Павлова (1958) указывала на то, что преобладающее значение для формирования устойчивой системы течений в Японском море имеет приток тихоокеанских вод; поступление вод через Корейский пролив, в свою очередь, регулируется деятельностью атмосферы над северной частью Тихого океана и азиатским материком. Плотностная циркуляция отождествляется с термохалин-ной, которая обусловлена неоднородностью плотности воды. Термические процессы — нагревание и охлаждение вод — вносят наибольший вклад в плотно-стную (термохалинную) циркуляцию. С.Г.Панфилова (1961) сделала вывод, что основные факторы, определяющие температурный режим вод в северо-западной части Японского моря, — теплообмен между морем и атмосферой, а в юго-восточной — циркуляция вод. Таким образом, в северо-западной части Японского

моря циркуляция вод, и прежде всего Приморского течения, — это термохалин-ная (плотностная) циркуляция, в которой атмосферные процессы играют главную роль. В юго-восточной части моря плотностная циркуляция обусловлена градиентными течениями, которые вызваны главным образом поступлением в море тихоокеанских вод через Корейский пролив. Отсюда следует вывод о разных движущих силах в звеньях циркуляции Цусимского и Приморского течений (Юрасов, Яричин, 1991).

Результаты проведенного исследования динамики вод и распределения в Японском море промысловых скоплений тихоокеанского кальмара можно кратко сформулировать в следующих выводах.

Основные различия в циркуляции вод в холодные и тёплые годы заключались в том, что в холодные годы Приморское течение обозначалось на картах динамической топографии — течение распространялось вдоль берегов Приморья струйным потоком. Восточнее этого течения располагались кольца циклонических круговоротов. В тёплые годы Приморское течение как струйное течение не прослеживалось на картах динамической топографии. Схема геострофической циркуляции вод состояла из циклонических круговоротов. Причина изменений в системе циркуляции вод состояла прежде всего в межгодовых колебаниях водообмена через Корейский пролив, перераспределении поля плотностных течений в Японском море в зависимости от атмосферных процессов.

В северной части Японского моря в 90-е гг. важной составляющей циркуляции вод была северная ветвь Восточно-Корейского течения, которая продуцировала крупные циклонические и антициклонические меандры.

На Сангарском гидрологическом разрезе в холодные годы господствовали течения с юго—юго-западной составляющей, которые отождествлялись с Приморским течением и генерируемыми им циклоническими вихрями. В тёплые годы численные значения составляющих скоростей этих течений кардинально не изменялись, но значительно увеличивались площади вод на разрезе с течениями, которые имели северо—северо-восточные составляющие скоростей. Максимальные скорости отмечались в основном на глубинах 0 и 10 м. Основные горизонтальные и вертикальные градиенты изотах Приморского течения наблюдались в слое 0-30 м.

На гидрологическом разрезе о. Садо — 41°30' с.ш. 132°30' в.д. в холодные годы доминировали составляющие скоростей северо-восточного направления с максимальными величинами в области Цусимского и Восточно-Корейского течений. В тёплые годы максимумы составляющих скоростей этих течений были заметно больше, а вихревая система Восточно-Корейского и Цусимского течений генерировала в зоне между ними поток диаметрально противоположного направления.

Особенности плотностной циркуляции вод в различные по термическому режиму годы взаимосвязаны с атмосферными процессами над Японским морем. Похолодание в Японском море в конце 80-х гг. сопровождалось наибольшей повторяемостью пятого типа, а потепление в начале 90-х гг. — второго и шестого типов атмосферных процессов типизации С.И.Глебовой.

Промысловые скопления тихоокеанского кальмара распределялись и мигрировали в северную часть Японского моря по течениям и их ветвям. Скопления кальмара были приурочены к периферийным областям меандров и вихревых систем, прежде всего циклонических. Изменения циркуляции вод, например в сторону разделения на вихревые образования, вызывали соответствующее перераспределение промысловых скоплений тихоокеанского кальмара по границам этих круговоротов. В холодные и тёплые годы скопления кальмара распределялись согласно потокам течений этих лет. В аномально холодный 1988 г. промысел тихоокеанского кальмара в летний сезон не смещался на север рыболовной зоны России, а стабилизировался в районе Восточно-Корейского течения.

Высказано предположение, что преобладание вихревой структуры в южной части Японского моря — в системе вод Восточно-Корейского и Цусимского течений — вызывает концентрацию тихоокеанского кальмара в водах этой системы течений и доминирующее его распределение и миграции соответственно в водах рыболовной зоны Японии. Изменчивость геострофического переноса вод (северо-восточной и восточной составляющих скорости) Цусимского течения в сторону его существенного увеличения могла быть причиной расположения и миграции основной массы кальмаров в тихоокеанских водах зоны Японии, а в сторону значительного уменьшения — в водах рыболовной зоны России. Межгодовые колебания динамики вод Восточно-Корейского и Цусимского течений и перераспределение потоков этих течений обусловливают изменчивость путей миграций, пространственного распределения и формирования промысловых скоплений тихоокеанского кальмара в Японском море.

Автор выражает огромную признательность сотрудникам ТИНРО-центра Н.М.Мокрину за большую помощь в подборе материалов, Г.А.Шевцову, Е.В.Слободскому, И.А.Жигалову, А.Л.Фигуркину, С.Ю.Глебовой — за консультации, Е.О.Басюк — за создание программ конвертации и обработки данных.

Литература

Аратская В.В. Плотность воды Японского моря. Основные черты геологии и гидрологии Японского моря. — М.: АН СССР, 1961. — С. 179-182.

Гершанович Д.Е. Промысловая океанография. — М.: Агропромиздат, 1986. — 336 с.

Глебова С.Ю. Сопряжённость атмосферных процессов над дальневосточными морями // Изв. ТИНРО. — 2001. — Т. 128. — С. 58-74.

Дьяков Б.С. Тепловой режим вод Японского моря в зимне-весенние сезоны и проблема дальневосточной сардины: Отчет о НИР (промежуточ.) / ТИНРО. № 21607. — Владивосток, 1993. — С. 54-87.

Ижевский Г.К. Океанологические основы формирования промысловой продуктивности морей. — М.: Пищ. пром-сть, 1961. — 206 с.

Ижевский Г.К. Системная основа прогнозирования океанологических условий и воспроизводства промысловых рыб. — М.: ВНИРО, 1964. — 165 с.

Левасту Т., Хела И. Промысловая океанография. — Л.: Гидрометеоиздат, 1974. — 295 с.

Мокрин Н.М., Слободской Е.В. Руководство по поиску и промыслу пелагических кальмаров в Японском море и Южно-Курильском районе. — Владивосток: ТИН-РО-центр, 1998. — 61 с.

Павлова Ю.В. Циркуляция вод Японского моря // Тр. ИОАН СССР. — Спец. вып. 1. — М., 1958. — С. 21-25.

Павлычев В.П., Шевцов Г.А. Гидрологические условия и промысел кальмара (Todarodes pacificus Steenstrup) в Южно-Курильском районе и Японском море // Биологические ресурсы морей Дальнего Востока. — Владивосток, 1975. — С. 8-10.

Павлычев В.П., Шевцов Г.А. Влияние гидрологических условий на промысел кальмара Todarodes pacificus Steenstrup в северо-западной части Тихого океана // Изв. ТИНРО. — 1977. — Т. 101. — С. 13-17.

Панфилова С.Г. Температура воды. Основные черты геологии и гидрологии Японского моря. — М.: АН СССР, 1961. — С. 155-169.

Шевцов Г.А. Тихоокеанский кальмар Todarodes pacificus Steenstrup, 1880 (Cephalopoda, Ommastrephidae) северо-западной части Тихого океана (биология, распределение, состояние запасов): Автореф. дис. ... канд. биол. наук. — Владивосток, 1978. — 25 с.

Шевцов Г.А. Командорский кальмар (Berryteuthis magister) банки Кита-Ямато экономической зоны СССР Японского моря // Сырьевые ресурсы и биологические основы рационального использования промысловых беспозвоночных. — Владивосток: ТИНРО, 1988. — С. 78-79.

Шевцов Г.А., Мокрин Н.М. Фауна головоногих моллюсков зоны России Японского моря в летне-осенний период // Изв. ТИНРО. — 1998. — Т. 123. — С. 191-206.

Юрасов Г.И. Модельные диагностические расчёты течений в Японском море // Гидрофизические исследования северо-западной части Тихого океана. — Владивосток: ДНЦ АН СССР, 1978. — С. 85-100.

Юрасов Г.И., Яричин В.Г. Течения Японского моря. — Владивосток: ТОЙ ДВО РАН, 1991. — 173 с.

Яричин В.Г. Состояние изученности циркуляции вод Японского моря // Тр. ДВНЙГМЙ. — Вып. 80. — Владивосток, 1980. — С. 46-61.

Яричин В.Г., Покудов В.В. Формирование структурных особенностей гидрофизических полей и течений в северной глубоководной части Японского моря // Тр. ДВНЙГМЙ. — Вып. 96. — Владивосток, 1982. — С. 86-95.

Luchin V.A., Man'ko A.N. Climatic structure of the Japan (east) Sea water masse // Oceanography of the Japan Sea: CREAMS'2000. — Vladivoctok: Dalnauka, 2001. — P. 137-144.

Поступила в редакцию 2.04.03 г.