Особенности естественного движения Российской Федерации (Биодемографический анализ)

СОЦИАЛЬНАЯ МЕДИЦИНА

УДК 314

ОСОБЕННОСТИ ЕСТЕСТВЕННОГО ДВИжЕНИЯ НАСЕЛЕНИЯ РОССИЙСКОЙ федерации

Н. И. Григулевич ', Н. Х. Спицына ', В. А.Спицын2

'Институт этнологии и антропологии им. Н. Н. Миклухо-Маклая РАН, 2Медико-генетический научный центр РАМН, г. Москва, Россия

PECULIARITIES OF NATURAL MIGRATION OF POPULATION OF THE RUSSIAN FEDERATION

N. I. Grigulevich1, N. Kh. Spitsina1, V. A. Spitsin2

'Institute of Ethnology and Antropology named after N. N. Miklukho-Maklai of RAS, 2State Institution Medico-Genetic Research Centre of PAMS, Moscow, Russia

Биодемографические особенности естественного движения народонаселения Российской Федерации исследуются на основе собственных материалов, данных переписей населения, документов текущей статистики. Анализируются демографические и генетико-демографические особенности в структуре и динамике рождаемости, смертности, средней продолжительности жизни россиян, демографическом переходе, уровнях акушерской патологии, пропорции абортов и индексов потенциального отбора. Делается вывод о том, что резкое снижение средней продолжительности жизни населения РФ не может однозначно сводиться только к признанию решающей роли социально-экономических причин. В исследованиях необходимо учитывать всю совокупность социальных и биологических факторов, определяющих особенности процессов естественного движения народонаселения страны. Усиление искусственного контроля рождаемости вместе с увеличением пропорции естественной убыли представляют серьезную проблему для настоящего и будущих поколений РФ.

Ключевые слова. Воспроизводство народонаселения, миграции, потенциальный отбор, депопуляция, панмиксия, инбридинг, аутбридинг, гетерозиготность индивидуальная, популяционная, типы воспроизводства.

Biodemographic peculiarities of natural migration of the population of the Russian Federation are studied on the basis of own materials, census data, current statistical documents. Demographic and geneticodemographic peculiarities of birth rate as well as mortality structure and dynamics, average life of Russian people, demographic migration, obstetric pathology levels, abortion proportion and potential selection indices are analyzed. It was concluded that sharp decrease in average life of RF population can't be attributed only to recognition of the key

© Коллектив авторов, 2012 е-mail: nadia.100@rambler.ru;. тел. 8 (495) 954 86 47

[Григулевич Н. И. (* контактное лицо) — кандидат исторических наук, старший научный сотрудник группы этнической экологии Центра междисциплинарных исследований; Спицына Н. Х. — доктор биологических наук, ведущий научный сотрудник отдела антропологии; Спицын В. А. — доктор биологических наук, профессор, заведующий лабораторией экологической генетики].

role of socio-economic causes. It is necessary to take into account in investigations all set of social and biological factors determining peculiarities of processes of natural population migration in the country. Strengthening of artificial control of birth rate together with growth of natural loss proportion is a serious problem for the present and future RF generations.

Key words. Population reproduction, migration, potential selection, depopulation, panmixia, inbreeding, outbreeding, individual and population geterozygosity, reproduction types.

Введение

В нашей стране с 90-х годов XX века отмечаются резкие сдвиги в характере демографических процессов, основным проявлением которых является снижение рождаемости и рост смертности. С 1986 по 1994 г. смертность в РФ выросла с 10,4, до 15%о. Вместе с тем, рождаемость с 1987 по 1993 г. сократилась с 2 до 1,3 ребенка. В 1992 г. смертность достигла 1807, 4 тыс. чел., а рождаемость упала до 1587,6 тыс. чел. Начался процесс депопуляции, который в России получил название «русский крест» [14]. Начиная с 1993-го по 2009 г., по официальным данным Федеральной службы государственной статистики РФ (в дальнейшем — Росстат), в стране ежегодно умирает более 2 млн чел. Отдельная и очень серьезная проблема — смертность мужчин трудоспособного возраста, показатели которой в России в 7—8 раз выше, чем в других развитых странах

[13].

Материалы и методы исследования

Проведено комплексное исследование биодемографических особенностей естественного движения народонаселения РФ на основе данных текущей статистики, переписей населения РФ, собственных материалов по городам Сыктывкар, Казань, Саранск, Чебоксары, Ставрополь, сельским группам Тверской области, бурят, эвенов и коряков Камчатки. Рассчитаны уровни акушерской патологии и пропорции абортов в исследованных популяциях. Применен классический

метод расчета индексов потенциального отбора [18], а также его модификация [17], позволяющая количественно определить величину социального контроля репродукции.

Результаты и их обсуждение

Основной причиной депопуляции в РФ является высокая смертность (рис. 1), которая снижалась только с 1950 по 1960 г, достигнув минимального значения 886,1 тыс. чел. в год. С 1960 г. идет рост смертности (в 1993 г. преодолен рубеж в 2 млн чел. в год), которая в 2003 г. достигла максимума — 2 млн 365 тыс. чел. Небольшое снижение этих значений наблюдалось лишь в 1996—1998 гг., и кривая смертности в 2009—2010 г. по-прежнему превышает уровень 2 млн. умерших в год.

Рождаемость в 1950—1960 гг. приближалась к цифре 3 млн детей в год, но уже в 1970 г. снижается до 1903,7 тыс. детей в год. Кривая смертности имеет два пика (1994 г. — 2301,4 тыс. чел.; 2003 г. — 2365,8 тыс. чел.). Рождаемость достигает минимальных значений в 1999 г. (1214,7 тыс. родившихся детей).

f ЬЦЦМЮТП! и смертности н J1«

л-пс;

ШО 19Б4 197Q шэ two JM0 - С li. ЗРЮ

Рис. 1. График построен на основании данных Федеральной службы государственной статистики

Затем она начинает увеличиваться, а между тем показатели смертности хоть и снижаются, но отнюдь не так быстро, как хотелось бы (в 2010 г. в стране умерло 2028,5 тыс. чел., что соответствует показателям 1996—1998 г.).

В России естественная убыль населения резко возросла в период с 1993 по 1995 гг., особенно в сельской местности [4]. Ее среднее значение 861,7 тыс. чел. в год более чем в 4 раза превосходит убыль населения в 1992 г. В 1996—1998 гг. убыль несколько снижается, а с 1999 по 2005 г. вновь резко возрастает, достигая средних значений 884,9 тыс. чел. в год. Только в 2006 г. начинается ее снижение, которое в 2010 г. составляет 239,6 тыс. чел. в год. Это снижение было достигнуто за счет роста рождаемости, а вот добиться снижения смертности по-прежнему не удается. По предварительным результатам Всероссийской переписи населения, прошедшей в октябре 2010 г. [15], с 2002 по 2010 г. население страны сократилось на 2,2 млн чел.— со 145 млн 166,7 тыс. чел. до 142 млн 905,2 тыс. чел., постоянно проживающих в России (с учетом миграционного прироста).

Из всех федеральных округов РФ рост показали всего два — Центральный (на 1,2%, до 38,4 млн чел.) и вновь образованный (19 января 2010 г.) Северо-Кавказский (на 6,3%, до 9,49 млн) . Во всех остальных округах отмечается убыль населения: Приволжский (-4%, 29,9 млн чел.), Сибирский (-4%, 19,25 млн чел.), Северо-Западный (-2,8%, 13,58 млн чел.), Уральский (-2,4%, 12,08 млн чел.), Дальневосточный (-6%, 6,29 млн чел.), Южный (-0,8%, 13,85 млн чел.). Москва, население которой с 2002 по 2010 г. выросло до 11 млн 514 тыс. чел. (на 10,9%), входит в ЦФО, и рост народонаселения в округе шел почти исключительно за счет столицы, принимающей большое число мигрантов. Рост численности населения за счет роста рождаемости имеет место только в Северо-Кавказском ФО.

Репродукция является универсальным индикатором социального и биологического здоровья общества. С этих позиций структура браков и статус здоровья индивидов имеют большое значение для рождения здорового потомства, а формирование брачных пар является одним из основных факторов, в значительной степени определяющих физическое здоровье нового поколения. С наибольшей частотой в популяциях представлены панмиктические браки, генетическая эффективность которых меняется в зависимости от происхождения и географической отдаленности мест рождения индивидов, образующих брачную пару [9]. При этом основной вклад в генетическое разнообразие популяций вносят межнациональные семейные пары, представляющие географически отдаленные этнические группы. Крайний вариант широкой панмиксии — аутбридинг по своей природе является процессом, противоположным инбридингу.

Начиная с ХХ века в России, как и во всем мире, неуклонно возрастает пропорция межнациональных браков. Происходящие изменения демографических структур, связанные с аутбридингом и брачной ассортативно-стью, сопровождаются, в свою очередь, изменениями генофондов популяций [8, 10]. Так, дети из межнациональных браков отличаются повышенной степенью индивидуальной гетерозиготности, способствующей росту показателей общей гетерозиготности популяций.

Исследования связи генетико-демографи-ческих процессов с показателями репродуктивной функции женщин, проведенные в г. Алма-Ата показали, что для всех однонациональных браков характерна сходная частота самопроизвольных абортов — 4.19%; в межнациональных — 6,25% (Х2=33,90; р<0,01) и межрасовых — 7,22% (Х2=25,18; р<0,01). Различия обнаружены также в частоте поздних спонтанных абортов, которая составила соот-

ветственно 1,35%, 1,95% и 2,76%. В межнациональных браках также достоверно увеличена частота врожденных пороков развития у детей. Выявленная патология является следствием увеличения генетического груза и нарушения генетического гомеостаза [11, 12].

Исследования генетики временной изменчивости морфофизиологических признаков новорожденных и их матерей обнаруживают связь с изменениями в генофонде аутбридного населения европейской части РФ [6]. Открытие сопряженности полилокус-ной гетерозиготности генотипов с темпами роста и полового созревания позволило исследователям сделать вывод о том, что высокая индивидуальная гетерозиготность определяет высокие темпы развития полового созревания, ранний возраст первой репродукции, замедляет пострепродуктивный рост, сокращает продолжительность жизни [1, 2, 16]. Это позволяет по-новому взглянуть на основную демографическую проблему нашего времени, основу которой составляет убыль населения РФ. Как известно, абсолютное число родившихся детей за последние 15 лет сократилось с 2,5 млн в 1987 г. до 1,2 млн в 1999 г. и 1,8 млн в 2010 г. Численность умерших лиц в 1,7 раза превышает число родившихся за тот же период времени. Неуклонно растет общий коэффициент смертности в отличие от стареющих европейских стран. Естественная убыль в период между двумя переписями составила в 2002 г. 7,4 млн чел., и 4,7 млн чел. по предварительным итогам переписи 2010 г. (с учетом миграции) [15].

По данным Росстата, продолжительность жизни мужчин в 2009 г. составляла 62,77 года, женщин — 74,67. Среднестатистический мужчина 63 лет и женщина 75 лет, завершающие свой жизненный путь, являются потомками поколений 1930—1940-х годов. В России, пережившей революции и войны, резко изменилась жизнь общества. В ХХ веке многонациональная страна перешла от подразделен-

ности вследствие существования этнических, религиозных различий и огромной территориальной протяженности к панмиксии. Осуществление гигантских проектов по освоению Сибири и Дальнего Востока, целины, масштабные стройки и т. д. сопровождались перемещением больших масс трудоспособных, молодых, активных людей. Возникали новые населенные пункты, поселки, города, создавались молодые семьи, среди которых было много межнациональных пар.

Новый ритм второй половины столетия меняет существующие в обществе репродуктивные установки, мотивации, привычные стереотипы поведения. Технический прогресс «сокращает» географические расстояния и способствуют дальнейшему возрастанию миграционной активности масс. Усиление генетической эффективности миграций и процессов смешения, в свою очередь, приводит к разрушению выработанных в поколениях адаптивных комплексов генофондов изолированных и замкнутых групп. При этом проявляется тенденция к стиранию меж-популяционных различий. Одновременно с возрастанием разнообразия фенотипов и генотипов повышается уровень гетерозигот-ности в популяциях [10].

Анализируя демографические проблемы современной России, исследователи акцентируют внимание в основном на социально-экономических аспектах, оставляя в тени роль генетической компоненты этого сложнейшего социобиологического процесса. И с этих позиций можно предположить, что если бы не произошел распад СССР и социально-экономические показатели сохранялись на прежнем уровне, то рост средней продолжительности жизни граждан сначала бы приостановился, а затем неизбежно началось бы его снижение, возможно, лишь не до таких низких величин, наблюдающихся в настоящее время. Хотя феномен сверхсмертности российских мужчин, несомненно,

в значительной степени обусловлен воздействием социальных факторов.

Так, среднестатистическая женщина в России живет на 12 лет дольше мужчины, в то время как в развитых странах этот показатель не превышает 4—5 лет [7]. Показательна статистика смертности в РФ от алкогольных отравлений, представленная в таблице 1.

Таблица 1

Число умерших в Российской Федерации от случайных отравлений алкоголем за год

Годы Все население Городское население Сельское население

1990 16 056

1991 16 653

1992 26 209

1993 45 425

1994 55 473

1995 43 461

1996 35 233

1997 27 924 19 642 8 282

1998 26 065 18 601 7 464

1999 29 872 21 481 8 391

2000 37 214 26 948 10 266

2001 41 091 29 346 11 745

2002 44 698 31 196 13 502

2003 45 049 30 889 14 160

2004 42 715 28 967 13 748

2005 40 877 26 890 13 987

2006 32 982 21 779 11 203

2007 25 202 16 851 8 351

2008 23 947 15 783 8 164

2009 21 337 13 982 7 355

Составлено по данным Росстата

В РФ смертность от отравлений алкоголем с 1990 по 1994 г. выросла более чем в 3 раза (с 16,1 до 55,5 тыс. чел.). Следующий

138

подъем — в 1998 г., с максимумом (45 тыс. чел.) в 2003 г. В 2009 г. этот показатель снизился до 21,3 тыс. чел. в год. Критические подъемы коррелируют с кризисными моментами в жизни страны, ростом смертности и снижением средней продолжительности жизни мужчин [3, 5].

Генетическая эффективность супружеских пар зависит от числа детей. По экспертным оценкам, 15—17% супружеских пар ин-фертильны и, соответственно, они не участвуют в формировании генофонда следующего поколения. У остальной же части женщин репродуктивного возраста отмечается усиление искусственного контроля рождаемости (табл. 2).

Так, в г. Казани среднее число беременностей, приходящееся на одну женщину пострепродуктивного возраста, достаточно велико и составляет 5,3, абортов, 3,5, а родами завершается только 1,71 беременности. Аналогичные показатели репродуктивной функции женщин пострепродуктивной возрастной когорты популяции г. Ставрополя: 5,9, 3,9 и 1,8 соответственно [17]. У москвичек среднее число беременностей также велико (4—5) и достаточно для обеспечения даже расширенного воспроизводства, однако 75% их прерывается медицинскими аборта-ми [10].

Таким образом, переход популяции от расширенного типа воспроизводства к простому и суженному сопровождается уменьшением численности в новых поколениях. Коренным образом меняется структура родства. Переход к однодетности в семьях означает обеднение родственных связей, отсутствуют дяди и тети, нет племянников и племянниц. Семью с предками соединяет только тонкая нить, связанная с судьбой единственного ребенка. Один, совсем один... Данное биологическое явление математически сопоставимо с судьбой единичного события, подверженного случайным колебаниям и элиминации из генного пула. При этом ши-

Таблица 2

Сравнительные данные по уровню акушерской патологии, пропорции абортов и индексов потенциального отбора I^ In, IT2 в популяциях РФ

Популяции Число обследованных семей Акушерская патология, % Пропорция патологии Аборты, % !Т 1тх IT2

Ставрополь 1005 3,70 0,20 65,9 0,5158 3,4570 2,9412

Казань 1195 4,00 0,22 65,7 0,4844 3,2243 2,7399

Чебоксары 804 7,71 0,44 59,6 0,7232 3,2650 2,5418

Саранск 950 12,00 0,57 54,0 0,7781 2,8376 2,0595

Сыктывкар 560 11,00 0,50 39,0 0,5693 1,5623 0,9930

Усть-Ордынские буряты 246 6,80 0,50 20,2 0,6519 1,0461 0,3942

Агинские буряты 197 7,20 0,43 4,5 0,7589 0,8427 0,0838

Пос. Лесной (коряки) 50 9,9 0,66 32,3 1,0616 1,5963 0,5347

Пос. Анавгай (эвены) 34 3,9 0,23 34,3 0,7221 1,6187 0,8966

Примечание. !Т — индекс потенциального отбора (в анализ не включены беременности, завершившиеся абортом); !Т1 — индекс потенциального отбора (в анализ включены беременности, завершившиеся абортом); Гге — мера социальной регуляции репродукции в семьях.

рокая панмиксия и аутбридинг увеличивают в популяциях разнообразие генотипов, повышают уровень гетерозиготности индивидов и формируют новые генные комбинации для стабилизирующего отбора и выработки адаптивных генных комплексов нового эволюционного уровня. Для будущего России представляют серьезную проблему сложившиеся в последние десятилетия характер воспроизводства народонаселения с жестким контролем рождаемости и снижением репродуктивного здоровья.

Выводы

В России на протяжении 1993—2010 гг. наблюдается убыль населения, которая определяется низкой рождаемостью на фоне сверхвысокой

смертности. Уровень естественного прироста неравномерно распределен по территории Российской Федерации и, на наш взгляд, является основным объективным показателем качества жизни населения страны. Феномен сверхсмертности в России объясняется как социально-экономическими вызовами (низким уровнем благосостояния, высоким уровнем алкоголизма и наркомании, проблемами с занятостью и др.), так и биодемографическими процессами и требует внимания не только исследователей различного профиля, но и участия государственных органов, отвечающих за устойчивое развитие, здоровье и продолжительность жизни населения. Усиление искусственного контроля рождаемости вместе с увеличением пропорции естественной убыли представляют серьезную проблему для настоящего и будущих поколений России.

БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЙ СПИСОК

1. Алтухов Ю. П., Варшавская Н. В. Адаптивная генетическая структура и ее связь с внутрипопуляционной дифференциацией по полу, возрасту и скорости роста у тихоокеанского лосося — нерки ОпсоЛут±ш пе^ (Walbaum). Генетика 1983; 19 (5): 796—807.

2. Алтухов Ю. П. Аллозимная гетерозигот-ность, скорость полового созревания и продолжительность жизни. Генетика 1998; 34 (7): 908—919.

3. Григулевич Н. И. Села Калязинского и Кашинского районов Тверской области: прошлое, настоящее, будущее. Актуальные проблемы экологии и природопользования. М.: РУДН 2011; 13 (1): 272—278.

4. Григулевич Н. И. Алкоголь в России (традиции употребления и проблема естественной убыли населения). Этнос и среда обитания. М.: Старый сад 2009; 2: 132—163.

5. Давыдов М. И, Заридзе Д. Г., Лазарев А Ф, Максимович Д. М, Игитов В. И, Борода А. М, Хвастюк М. Г. Анализ причин смертности населения России. Вестник Российской АМН 2007; 7: 17—27.

6. Дуброва Ю. Е, Курбатова О. Л, Холод О. Н. Генетические аспекты временной динамики изменчивости морфофизиологических признаков новорожденных и их матерей. Генетика 1994; 30 (1): 119—125.

7. Комаров Ю. М. Высокая смертность как ведущая причина депопуляции. Профилактика заболеваний и укрепление здоровья 2007; 5: 4—7.

8. Курбатова О. Л, Победоносцева Е. Ю. Генетико-демографические процессы при урбанизации: миграции, аутбридинг и брачная ассортативность. Наследственность человека и окружающая среда. М.: Наука 1992; 2: 7—22.

9. Курбатова О. Л, Победоносцева Е. Ю, Све-жинский Е. А. Генетико-демографические процессы в московской популяции в середине 90-х годов. Миграция и эмиграция

как факторы изменения генетического разнообразия популяции. Генетика 1997; 33 (12): 1688-1997.

10. Курбатова О. Л. Динамика генофондов в популяциях человека. М.: Наука 2004; 414-516.

11. Куандыков Е. У., Святова Г. С, Михайли-ченко Н. П. Исход беременности и оценка состояния здоровья новорожденных в различных типах браков. Факторы риска акушерской и гинекологической патологии. Алма-Ата 1988; 69-74.

12. Куандыков Е. У. Генетико-демографиче-ские процессы и показатели нарушения репродуктивной функции в городских популяциях Казахской ССР: автореф. дис. ... д-ра биол. наук. Алма-Ата 1990; 53.

13. Редькина М. В. Смертность трудоспособного населения Челябинской области от хронических неинфекционных заболеваний и внешних причин как главных причин демографического кризиса. Пермский медицинский журнал 2011; XXVII: 104-109.

14. Римашевская Н. М. Социально-экономические и демографические проблемы современной России. Вестник РАН 2004; 24 (3): 209-218.

15. Росстат 2011. Сайт Федеральной службы государственной статистики [Электронный ресурс].- Режим доступа: http:// www.gks.ru/.

16. Соловенчук Л. Л. Генетические аспекты адаптации человека к экстремальным условиям среды. Наследственность человека и окружающая среда. М.: Наука 1992; 2: 35-54.

17. Спицына Н. Х. Демографический переход в России. Антропогенетический анализ. М.: Наука 2006; 211.

18. Crow J. F. Some possibilities for measuring selection intensities in man. Human Biol 1958; 30: 1-13.

Материал поступил в редакцию 25.01.2012