Радикальное изменение практики корпоративного управления в ходе эволюции отношений собственности

В. КЛЁЦКИН,

аспирант Российской Академии предпринимательства

РАДИКАЛЬНОЕ ИЗМЕНЕНИЕ ПРАКТИКИ КОРПОРАТИВНОГО УПРАВЛЕНИЯ В ХОДЕ ЭВОЛЮЦИИ ОТНОШЕНИЙ СОБСТВЕННОСТИ

В экономической литературе в последние годы все более популярным становится расширительная трактовка корпоративного управления как комплекса взаимоотношений между stakeholders -"заинтересованными лицами", к которым относятся не только менеджеры и акционеры, но и кредиторы, работники, специфические поставщики и потребители, а также государство. В настоящей статье мы также будем придерживаться данной трактовки.

Л. Кромптон высказала, казалось бы, парадоксальную мысль, что "идея и принципы, на которых основываются два понятия, а именно социальная ответственность корпораций, которая существует уже давно, и корпоративное управление, появившееся недавно, - это две стороны одного явления, направления развития... Хорошее корпоративное управление и практика социальной ответственности идут рука об руку"1. Парадокс в этом высказывании лишь кажущийся, ибо единственными успешно работающими корпорациями могут быть признаны лишь те, которые проводят политику финансовой и экологической устойчивости, ответственно ведут себя по отношению к обществу.

Проблемы эффективности корпоративного управления находятся в зоне активного интереса как исследователей, так и практиков. Фундаментальные основы эффективности связаны с балансом трех основных составляющих любого бизнеса: структуры собственности в рамках той или иной легальной формы ведения бизнеса, модели бизнеса и системы управления. Дисбаланс этих трех составляющих ведет к фундаментальному снижению эффективности. Возрастающая роль интеллектуального капитала и сетевые процессы в бизнесе не всегда эффективно вписываются в корпоративные формы.2

Право на управление уже давно превратилось в правомочие, которое отделилось от права на доход от собственности3. Например, С. Максимов4 предлагает рассматривать право на управление как

1 См. Алексеева О.В. Социальная ответственность корпораций и корпоративная этика. С. 220.

2 См. фундаментальное исследование вопроса в: Маккери Дж., Вермулен Э. Исследование внекорпоративных форм ведения бизнеса - Пер. с англ. - М., 2007. С. 176. ил.

3 В секторе "новых" российских предприятий (старые" - это бывшие госпредприятия), по мнению Berglof и von Thadden, проблема практически отсутствует, поскольку предприятия этого сектора в своем развитии в основном еще не достигли той стадии, когда возникает необходимость разделения собственности и управления.(Ве^М E. & von Thadden E.-L. The Changing Corporate Governance Paradigm: Implications for Transition and Development Countries. 1999. Mimeo).

4 Максимов С.Н. Развитие отношений собственности в современной экономике: различия и общие черты классического и институционального подходов // Проблемы современной экономики. - 2005. - № 3(15).

инструмент присвоения, поскольку через функции управления наделенный соответствующими правомочиями субъект оказывает реальное воздействие на процесс производства и распределение его результатов: величину прибыли, размеры выплачиваемых дивидендов и пр. Путем выделения отдельных правомочий в праве собственности, их спецификации, экономическая теория прав собственности, по существу, развивает и дополняет теорию собственности как присвоения. Пример распределения прав собственности - развитие систем корпоративного управления в последние годы, когда в состав совета директоров стали все чаще приглашаться представители разных групп интересантов - менеджеры, собственники, независимые члены совета директоров, иногда представители наемных работников и т.д.

Акционеры-собственники, прежде всего, заинтересованы в преумножении своего дохода на инвестированный капитал и на приумножение своего благосостояния через прирост рыночной капитализации бизнеса. Работающие по найму менеджеры заинтересованы в укреплении своего должностного и материального положения в том числе за счет увеличения зависимости собственника от принимаемых ими решений. Отмечаются случаи оппортунистического поведения топ-менеджмента, который полностью отказывается от политики максимизации рыночной стоимости корпорации и дивидендов в интересах собственника. Ориентированные таким образом органы управления компании периодически принимают решение об отказе от выплаты дивидендов акционерам и о направлении всей суммы прибыли компании формально на ее собственные нужды развития, а фактически - на стимулирование ее менеджеров5. При этом дивиденды не относятся к обязательным платежам, а нарушением прав собственников признается лишь неисполнение обязанностей общества по выплате объявленных дивидендов.

А вот альтернативный взгляд; так современный исследователь описывает современное состояние корпоративных отношений: «Царит интерес

"временщика". Снижение заработной платы, сверхурочные работы без дополнительной оплаты, задержки заработной платы - лишь краткий, но имеющий массовое применение перечень инструментов для реализации такого интереса. Даже управляющие высшего звена строго ограничены в принятии решений и практически беззащитны перед волей собственника, который стремится к осуществлению своего диктата. Отсюда стремление к консолидации акционерной собственности в руках доминирующих собственников, включая директорат, путем скупки акций работников, разводнения капитала, наделения работников неголосующими акциями и т.д.».6 Несмотря на противоположность оценочной позиции, остается незыблемым вывод о наличии мощного конфликтного потенциала на оси собственник-менеджер.

«Деловой круглый стол» - ассоциация, объединяющая управленцев ключевых американских компаний, - в своем отчете за 2003 г. указывает на озабоченность инвесторов и общественности в отношении

5 См.: Чувелева Е.А. О способах защиты акционеров развивающихся обществ и перспективах развития законодательства; Рудык Н. Б., Семенкова Е.В. С. 50.

6 Тарануха Ю. Цит. соч. С. 38.

несоответствия эффективности производства оплате. По мнению ассоциации, есть основания считать, что некоторые управленцы назначили себе значительное финансовое вознаграждение на фоне снижения цены на акции предприятия и огромных потерь для сотрудников и акционеров. Таким образом, очевидно, что тема окладов управленцев и того, насколько она связана с производственной эффективностью, привлекает серьезное внимание как у нас, так и в Европе.

Доступные собственником способы защиты своих имущественных интересов в акционерных обществах - это, прежде всего, проверка соответствия достигнутых обществом результатов ранее декларированным с последующим возможным требованием о компенсации недополученных выгод, при этом выплата (объявление) дивидендов и принятие рекомендации о максимальном их размере, согласно Закону «Об акционерных обществах» (ст. 42 и 48), находится вне компетенции отдельного собственника, относясь к полномочиям общего собрания акционеров и совета директоров соответственно. Тем более что возможные меры воздействия на топ-менеджмент (исковые заявления в суд, переизбрание тех или иных органов управления обществом) носят последующий характер и не устраняют уже нанесенного интересам собственника ущерба. Набор же превентивных мер практически ограничивается возможностью закрепления дополнительных обязанностей по обеспечению имущественных интересов собственника за генеральным директором согласно его трудовому договору.

В качестве экзотического способа решения проблемы отметим положение Е. Чувелевой о возможности выплаты акционерам дивидендов, вместо денежных средств, облигациями компании. В подтексте такого предложения находится уверенность, что в современных российских условиях права кредитора (в том числе по облигациям общества) лучше защищены, чем права его собственника, акционера.

Как считает академик Н. Петраков, "проблема собственности это не проблема владения, а проблема управления (и частично — пользования). Не собственник, а менеджмент правит экономикой и общественной жизнью". В такой трактовке менеджмент является формой социального компромисса между частными собственниками и обществом. Социальное предназначение собственника максимально реализовать свои права. Однако существуют ограничения прав собственности. Задача менеджмента — "найти равнодействующую линию разумного и взаимовыгодного компромисса между максимализмом собственника и социальными рамками, в которых эта собственность может существовать, не вступая в прямой конфликт с общественными интересами"7.

Этим и были продиктованы особенности последующего формирования прав собственности между участниками интегрированных бизнес-групп, сложившихся в конце 1990-х гг. в

7 Петраков Н.Я. Отношения собственности в переходной экономике // Управление собственностью. - 2006. - № 1.

России (как юридическими, так и физическими лицами). Оно происходило под влиянием неразвитой институциональной среды: избирательного правоприменения со стороны государственных структур, слабой защищенности прав акционеров. В свою очередь, последний фактор привел к ситуации, когда в России права собственника пакета акций гарантирует лишь блокирующий, а то и контрольный пакет акций предприятия, в то время как права миноритарных акционеров повсеместно ущемляются.

Как отмечают отечественные исследователи, "пакеты акций предприятий - ядер холдингов находятся в собственности номинальных держателей, оффшорных компаний или ЗАО. Во многих случаях реальные владельцы компании не афишируют свое участие в собственности, и по отчетным документам нет возможности определить собственника предприятия... Во второй половине 1990-х гг. стал наблюдаться перевод активов от оффшорных компаний к номинальным держателям ценных бумаг, в качестве которых выступали крупные иностранные финансовые посредники или собственные депозитарные компании8. Интегрированные бизнес-группы представляют собой объединение сравнительно крупных холдингов, каждый из которых имеет головную компанию и обширный ряд дочерних структур. Собственность внутри компаний, входящих в группу, сравнительно прозрачна. Отношения прав собственности распространяются в большинстве случаев по вертикали подчиненности предприятий холдинга. Взаимосвязь можно определить только на уровне управляющих компаний, на самом верху пирамиды. Проблема состоит в определении отношений прав собственности между холдингами, входящими в группу.

Исследователи корпоративного контроля в крупных отечественных компаниях пишут об условном разделении на формальные и неформальные отношения прав собственности9.

Формальные отношения прав собственности - это формы корпоративного контроля, нашедшие отражение в законодательных актах РФ или судебной практике. К ним относятся: владение долей в акционерном капитале входящих в холдинг предприятий; контроль части собственности через договоры аренды материальных средств; переплетение директората, когда одни и те же лица занимают места а советах директоров различных компаний, не имеющих совместной формы собственности. Неформальные отношения прав собственности практически все лежат в плоскости "приватизации" ряда государственных ресурсов - это: контроль собственности через контроль товарных потоков, т.е. сбыт готовой продукции и приобретение сырья и материалов; виртуальные холдинги, формировавшиеся через контроль части государственных активов различных предприятий и миноритарного частного пакета; "внедрение" в советы директоров доверен лиц ("приватизация" государственных представителей в совете директоров) и др.

8 Там же. С. 198-199.

9 Там же. С. 201-202.

Несколько лет назад была утверждена Концепция развития корпоративного законодательства в Российской Федерации. Ее основные положения продиктованы растущей потребностью в обеспечении защиты прав собственности, максимальном раскрытии информации субъектами российского рынка — от частных фирм до компаний с государственным участием. В Концепции заложены универсальные принципы, определяющие подходы к регулированию корпоративного управления10. Права собственников в России пока еще слабо защищены, что сдерживает развитие инвестиционных процессов, вложения в российские компании. Основная задача государства заключается в том, чтобы предоставлять универсальные гарантии прав собственности, обеспечивать максимальную информационную открытость компаний, в том числе компаний с государственным участием. Однако список нерешенных проблем обширен.

Ориентация российских властей на англосаксонскую модель фондового рынка и корпоративного управления выразилась в следующих действиях: "ваучерная" приватизация с принудительным преобразованием бывших госпредприятий в ОАО и распределением их акций среди большого числа мелких акционеров; форсированное развитие фондового рынка и его инфраструктуры (биржи, брокеры, депозитарии и регистраторы); формирование института коллективных инвестиций (ЧИФы и ПИФы, негосударственные пенсионные фонды). Предполагалось, что распыление акций среди большого числа мелких держателей станет предпосылкой высокой ликвидности фондового рынка, а также обеспечит доступ внешних инвесторов к акциям через операции на вторичном рынке. Развитая инфраструктура фондового рынка, в свою очередь, защитит интересы собственников, позволив мелким акционерам "проголосовать ногами" в случае их несогласия с политикой руководства компании. Однако распыление собственности в рамках массовой приватизации не смогло нейтрализовать исходящую от "инсайдеров" - менеджеров бывших госпредприятий - тенденцию к концентрации собственности - вплоть до приобретения контрольного пакета акций приватизированных предприятий.

Важнейшей особенностью российской модели корпоративного управления экономисты называют извлечение доходов от акционерной собственности не через прибыль (что характерно для англосаксонской модели), а через контроль доминирующего собственника над финансовыми потоками предприятия: "С помощью механизмов

трансфертного ценообразования прибыль головного предприятия систематически выводится на компании, аффилированные с доминирующим акционером или с высшими менеджерами головного предприятия. При этом.. игнорируются интересы не участвующих в управлении предприятием "младших" акционеров, к которым также относятся работники... Подобные схемы извлечения доходов использовались отнюдь не только старыми "красными" директорами,

10 См. оценку Концепции в статье: Жуков А. Экономический рост и корпоративное управление // Вопросы экономики. - 2008.- № 7.

но и новыми крупными частными акционерами"11. Такая система формирования доходов от собственности закономерно означала практически полное отсутствие выплат дивидендов в 1990-е гг. В сочетании с общей незаинтересованностью доминирующих собственников и менеджеров в наличии рынка акций подконтрольных им предприятий это приводило к низкой капитализации и очень низкой ликвидности фондового рынка.

Слабая и несовершенная судебная система оказывается неспособной обеспечить должную защиту прав внешних собственников. Обычная рекомендация для решения этой проблемы - развитие механизмов правоприменения. Однако при таком подходе совершенно не принимается во внимание мотивация собственников-"инсайдеров". Как справедливо отмечено А.Яковлевым12, на начальном этапе не обладающие полным контролем над предприятием и вовлеченные в борьбу с внешними акционерами "инсайдеры" совершенно не были заинтересованы в реструктуризации и, как правило, интенсивно выводили активы. После превращения в доминирующих собственников и обретения юридического контроля над предприятием "инсайдеры" по-прежнему не нуждались в миноритарных акционерах и продолжали нарушать их права, однако постепенно старые менеджеры/собственники оказались по логике развития своих бизнесов заинтересованы в привлечении дополнительных финансовых ресурсов в развитие бизнеса в обмен на часть своей собственности в фирме. На практике это означает готовность сотрудничать с инвесторами, включая адекватное раскрытие информации, выплату дивидендов по акциям и т. д.

Таким образом, сама логика развития российской экономики подвела доминирующих собственников к необходимости уважения и адекватного соблюдения процедур корпоративного управления, в части интересов рядовых акционеров, в том числе внешних (не связанных трудовыми отношениями с предприятием) и миноритарных.

11 Яковлев А. Корпоративное управление, реструктуризация предприятий и мотивация собственников // Модернизация экономики России: Итоги и перспективы: В 2 кн. / Отв. ред. Е.Г. Ясин. Кн. 1. - М: ГУ ВШЭ, 2003. - 296 с.; Кузнецов Б. Преобразование отношений собственности / Российская промышленность: институциональное развитие / Под ред. Т. Долгопятовой. - М.: ГУ ВШЭ, 2002.

12 Яковлев А. Там же. С. 193.