Татфондбанк не дождался помощи

Спасти второй по величине банк Татарстана — Татфондбанк, крупнейшим акционером которого была республика, не удалось. В пятницу он лишился лицензии. Почти год власти Татарстана обещали «не оставить банк в беде», но когда у него возник серьезный кризис ликвидности, предложили весьма скромную помощь. На момент отзыва лицензии размер дыры в Татфондбанке, по оценке ЦБ, составил без малого 100 млрд руб.

Почти через три месяца после введения в Татфондбанк временной администрации ЦБ принял радикальное решение — отозвать лицензию. В пятницу регулятор сообщил об этом на своем сайте, используя стандартные формулировки, например «вложения в некачественные активы» и «неадекватная оценка рисков».

Разъяснения ЦБ предоставил позже, и из них следует, что на грани отзыва лицензии Татфондбанк жил почти год — с весны 2016 года. ЦБ не спешил, потому что власти Татарстана пообещали, что «не оставят банк в беде». «Начиная с мая прошлого года мы понимали, что банк находится в тяжелейшем финансовом положении,— пояснил первый зампред ЦБ Дмитрий Тулин.— Мы знали, что его капитал утрачен, что потеря ликвидности может наступить в любой момент, если триггером послужит какое-то событие: банк убыточен, его финансовая отчетность существенно недостоверна». По его словам, с мая надзорная команда головного офиса ЦБ находилась в постоянных переговорах с руководством Татфондбанка и его акционерами. Однако все обещания так и остались словами, а за это время дыра в банке увеличилась в два раза. По оценкам ЦБ, в декабре 2016 года она составляла около 43 млрд руб., а сейчас — около 97 млрд руб.

Ключевая проблема банка — кэптивная бизнес-модель. По оценкам ЦБ, 65% кредитного портфеля банка составляли кредиты, связанные с бизнесом собственников, и основная часть заемщиков находится в состоянии банкротства. Крупнейшим акционером Татфондбанка является Татарстан (прямо и косвенно контролирует 51%), второй по величине пакет принадлежит экс-главе банка Роберту Мусину. В пятницу он был арестован до 16 апреля по подозрению в мошенничестве в особо крупном размере, ущерб от его действий оценивается в сумму более 3 млрд руб.

До ноября 2016 года акционеры не признавали наличие масштабных проблем. «Они допускали, что есть какие-то сложности, но они небольшие. Но даже если эти трудности есть, акционеры устно заявляли, что не оставят банк в беде и всегда окажут ему финансовую поддержку»,— рассказал господин Тулин. Однако в ноябре 2016 года на очередной встрече с ЦБ Роберт Мусин и председатель совета директоров Татфондбанка премьер-министр Татарстана Ильдар Халиков признали выводы ЦБ относительно плачевного финансового положения банка. При этом, по словам господина Тулина, они предложили «очень ограниченную поддержку, которой не было достаточно, чтобы восстановить финансовое положение банка». В правительстве Татарстана не ответили на запрос “Ъ”.

Далее ситуация развивалась стремительно: корпоративные клиенты банка—крупные местные предприятия стали снимать деньги со счетов. Из-за кризиса ликвидности банк прекратил исполнять свои обязательства. 15 декабря 2016 года ЦБ ввел в банк временную администрацию и мораторий на удовлетворение требований кредиторов сроком на три месяца (см. “Ъ” от 16 декабря 2016 года). В 2017 году ЦБ провел несколько встреч с собственниками банка на тему его финансового оздоровления. Был предложен, например, механизм bail-in. Однако участвовать в нем согласились лишь два кредитора, на которых приходится около 5 млрд руб. «По нашим расчетам, bail-in должен был покрывать обязательства перед физлицами и составлять как минимум 60–70 млрд руб.,— уточнила зампред ЦБ Ольга Полякова.— Те банки, которые делали due diligence, дали цифру (дыры) — около 120 млрд руб.». Таким образом, Татфондбанк по размеру дыры уступал только Внешпромбанку, у которого лицензия была отозвана 21 января 2016 года (215,9 млрд руб.). В результате изучения состояния банка временной администрацией выяснилось, что для проведения его санации, по расчетам ЦБ и Агентства по страхованию вкладов, понадобилось бы как минимум 220 млрд руб. «Экономической целесообразности с учетом размера дыры и объема необходимого финансирования, конечно, не было»,— указала госпожа Полякова.

Проблемы в Татфондбанке спровоцировали панику среди клиентов других банков (см. “Ъ” от 20 декабря 2016 года). В пятницу лицензии были отозваны также у Интехбанка и Анкор-банка. Кризис доверия к банковской системе Татарстана отразился и на крупнейшем банке региона — «Ак Барсе». В конце 2016 года агентство Fitch поставило на пересмотр его рейтинг с негативным прогнозом, позже банк неоднократно подвергался информационным атакам. Впрочем, в ЦБ уверены, что ситуацию в банковском секторе республики можно считать контролируемой.