У истоков литургической драмы. Рецензия на монографию Christine C. Schnusenberg. Te mythological tradition of liturgical drama. Te eucharist as theater. Paulist Press, New York / Mahwah, NJ, 2010. 360 p

Рецензии

У ИСТОКОВ ЛИТУРГИЧЕСКОЙ ДРАМЫ.

Рецензия на монографию Christine C. Schnusenberg. The mythological tradition of liturgical drama. The Eucharist as theater. Paulist Press, New York / Mahwah, NJ, 2010. 360p.

Статья представляет собой рецензию на монографию историка религий Кристины К. Шнусенберг «Мифологическая традиция литургической драмы. Евхаристия как театр», в которой история христианской литургии рассматривается в контексте истории религиозных культов цивилизаций Древнего Египта, Древнего Израиля, Древней Греции, Древнего Рима и др. По мысли К. Шнусенберг, в основе всех рассматриваемых древних культур лежал космогонический миф.

Ключевые слова: литургическая драма, космогонический миф, ритуал, Кристина К. Шнусенберг, языческий театр, мимесис, Древняя Греция, Древний Рим, Древний Египет, протагонист.

Монография «Мифологическая традиция литургической драмы. Евхаристия как театр», написанная Кристиной К. Шнусенберг, независимым исследователем, историком религий, ученицей и последовательницей знаменитого религиоведа Мирчи Элиаде (1907-1986) и классика гуманитарной мысли XX века Поля Рикёра (1913-2005), анализирует историю христианской литургии в свете истории древних культов — «театра» таких древних цивилизаций Средиземноморья, как Древний Египет, Месопотамия, Угарит, Хеттское царство, Древний Израиль, Сирия, античные Греция и Рим. Древний языческий театр для автора — многоплановый феномен, рассматриваемый как в историческом, так и интерпретативном аспектах. Кристина Шнусенберг доказывает, что в основе всех исследуемых древних культур находился космогонический миф. Его повторение и лежит в самом сердце всех ритуалов, культово-театральных действий, празднеств и т. п. в этих цивилизациях.

Ольга Александровна Джарман — кандидат медицинских наук, старший преподаватель кафедры гуманитарных дисциплин и биоэтики Санкт-Петербургского государственного педиатрического медицинского университета (olwen2005@gmail.com). Игорь Борисович Гаврилов — кандидат философских наук, доцент, доцент кафедры богословия Санкт-Петербургской духовной академии (igo7777@mail.ru).

Книга состоит из введения и трех частей.

Во введении Кристина К. Шнусенберг рассматривает основные подходы к древним культовым драмам (или «театру»), ключом к которым являются понятия «мифа» (здесь она следует в определении мифа М. Элиаде) и «мимесиса», включенного в трехступенчатый нарратив по Рикёру, как трансформация человеческого опыта (префигуративная, конфигуративная и рефигуративная стадии мимесиса). Конфигурация по Рикёру соответствует мифу. В этом контексте трактуется воспроизведение «hinc et nunc» («здесь и сейчас» — лат) в ритуальном (древне-театральном действии) того, что произошло in illo tempore при творении мира. Рассматриваются понятия «священного времени» и «храма как священного пространства» («tempus» и «templus»), понятие коллективного протагониста, переход в культово-театральном действии от хаоса к космосу, сопровождаемый обновлением всего мира и прощением грехов, роль фигуры царя. Все действия конфигурируются в сакральном пространстве — храме, где совершается примордиальный акт творения — повторение космогонии в особом сакральном времени, собственно драма в высшей степени значения этого слова. Храм при этом становится «axis mundi» («осью мира» — лат).

В первой части («Театр Древнего Ближнего Востока») автор исследует культы Древнего Египта, Вавилонии, Хеттского царства, Ханаана и Уга-рита, Сирии, а также делает особый акцент на «космогоническом существовании» Древнего Израиля.

Праздники Древнего Египта рассматриваются через призму культуры, а также осирическую и мемфисскую теологию Древнего Египта. Перечень праздников весьма обширен: это и древнеегипетский праздник heb-sed, проходивший с участием царя примерно раз в 30 лет и заключавший в себе архетипы обновления мира и возникновения царственности (объединение Верхнего и Нижнего Египта царем Первой династии Нармером Менесом (XXXII в. до н. э); и праздник возрождения Осириса Койяк (Khoiak); и коронационная драма; и праздник нового года; и священный брак Гора в Эдфу и др. Большое значение придается сцене «молочения зерна», присутствующей также в праздниках античного Средиземноморья. Египет представлен в этих праздниках как органическое целое, как imago mundi, а протагонистом (главным действующим лицом) служит здравствующий и правящий царь.

Такой же детальный подход наблюдается в рассмотрении вавилонского театра, самым главным космогоническим мифом которого является

знаменитый праздник Нового года («Акиту») с известной драмой «Энума элиш», описывающей противостояние Мардука и Тиамат с последующей победой Мардука над силами хаоса и зла. Этот праздник — многоплановый, он имеет сельскохозяйственные шумеро-аккадские корни. Как и в Древнем Египте, повторение космогонии обеспечивало обновление человечества. Мардук-победитель был связующим звеном между земным и небесным Вавилоном.

К сожалению, скудны данные о праздниках индо-европейского народа хеттов. Известно, что в их действах смешались хеттские, хурритские и семитские обычаи. Однако из-за сложности и неполной расшифровки имеющегося материала можно лишь отметить, что в них, как в древнеегипетском празднике heb-sed, проводилась идея обновления жизненной силы царя. Интересен разбор ханаанско-угаритской драмы, героями которой являются Эл, Иам и Баал, а также драмы о «рождении милостивых богов». Главным действующим лицом здесь тоже выступает царь.

Сохранилось много античных и христианских свидетельств о языческих культах в Сирии. Любое культовое здание там могло быть трансформировано в театр, культово-театральные действа были очень часты. Культовые драмы древней Сирии, особенно в Эдессе (Афинах Востока), были связаны с местными божествами (Нэбо, Бэл, Бат-Никка (Иштар)) и имели большое влияние на формирование местной христианской культуры, в частности, поэтического жанра «мемра».

Вторая часть монографии («Театр Греции, Александрии и Рима») интересна уже тем, что выделяет Александрию и ее культовые действа, отдельно рассматривая драму иудейского автора Иезекииля (Исход), написанную, вероятно, в середине III века до н. э. греческим метрическим стихом. В этом тексте, помимо библейских, прослеживаются элевсинские и древнеегипетские мотивы, что весьма характерно для александрийской синкретической культуры.

Все праздники Древней Греции были театром и драмой в полном смысле этого слова1. Они были частью космогоний или мифов о происхождении различных богов, торжественная процессия (pompe) и агон были их неотъемлемой частью. Величайшая драма «Теогония» Гесиода лежала в основе мифов о происхождении богов и подчеркивала монархию Зевса. Автор рассматривает множество древнегреческих праздников, посвященных Зевсу, Афине и Аполлону (Скира, Буфония, Панафинеи,

1 Джарман О.А. Чудо в культуре античности в период зарождения христианства: народные верования и личная религия // Христианское чтение. СПб. 2014. № 5. С. 135-168.

Пифийские игры и др.), а также греческие мистические культы (элев-синские мистерии, орфические мистерии, включавшие в себя катарсис в виде аскетических упражнений) и праздники, посвященные Дионису; также автором проводятся параллели с ближневосточными традициями; исследуется вопрос возникновения такого важного явления как хор, который был введен поэтом и драматургом Фесписом. В греческой культуре появляется дифирамб, означающий (согласно Платону) рождение Диониса: в 560 году до н. э. правитель Афин Писистрат с помощью Фесписа поставил в Афинах в театре (ШеаЬтоп) под открытым небом на южном склоне Акрополя мифологическую драму, посвященную Дионису, учредив Городские Дионисии. Эти трагические представления, в которых звучат орфические темы катарсиса, становятся словно драмами внутри драмы. К сожалению, недостаточно внимания уделено Асклепию и его культу. Кристина К. Шнусенберг утверждает, что, подобно Древнему Египту, каждый полис в отдельности и вообще вся Древняя Греция были огромным театром, на сцене которого выступали все боги — и Афина, танцующая воинственный пиррихий; и Зевс, хозяин своих праздников; и Дионис, в чьем культе существенную роль играет космогоническая символика. Огромная миметическая креативность, творческий заряд древнегреческих празднеств окажет впоследствии значимое влияние на формирование православного греческого ритуала2.

Достаточно подробно автор рассматривает римский театр, обращая внимание на сложность и многогранность темы, а также неоднозначность датировок. Как явление римский театр многоообразен, его предшественниками являются этрусские культы и сезонные праздники.

Космогония Рима связана с актом основания Города Ромулом, мифами и играми, окружавшими это событие. Шнусенберг полагает, что культы, связанные с победой Ромула, напоминают heb-sed. Так игры связаны с появлением тех или иных богов (например,

Кибелы, Исиды и Аполлона). Подробно разбирается культовая драма, импортированная с Востока — Кибелы и Аттиса, принятие и усвоение

2 О влиянии дионисизма на христианство см. в теории Вяч. Иванова: Гаврилов И. Б. Между Христом и Дионисом: философия символизма Вячеслава Иванова в русской культуре Серебряного века // Вестник ИНЖЭКОНА. Серия: Гуманитарные науки. СПб.: СПбГИЭУ, 2012. Вып. 4 (47). С. 64-72; Гаврилов И. Б. Жизнетворчество русского символизма в культуре Серебряного века: Башня Вячеслава Иванова в свидетельствах современников (1905-1907) // Вестник ИНЖЭКОНА. Серия: гуманитарные науки. Научный журнал. СПб.: СПбГИЭУ, 2012. Вып. 4 (55). С. 205-212.

египетских культов, в частности, Исиды и Сераписа, а также Митры в Риме. Важно не забывать, что иудаизм и христианство приходят в Рим тоже как «восточные культы».

Римские игры были также «двойным пространством» — в космогонической драме появлялись еще драмы, подобно тому, как это произошло в Греции. Автор задает риторический вопрос: что иное есть римский театр, как не выражение космогонической победы Ромула, от действа у священного дуба Юпитера до великолепия Шеа^ит Romanum при Августе и Константине? Величие его архитектуры, начиная от построенного Помпеем, стало, по мнению Кристины К. Шнусенберг, максимальной экспансией понятия «храм-театр».

Третья часть монографии посвящена теме, по отношению которой слово «театр» звучит непривычно, и кому-то она может показаться граничащим с кощунством: «Воплощение как космогония». Автор говорит о воплощении, о «Событии Христа» как о наивысшей космогонии и исследует процесс влияния факта явления Иисуса из Назарета на историю и религию Римской империи.

Так, отцы Церкви воспринимали античный языческий театр очень негативно, как демоническое явление, но при этом и параллельно с этим в христианстве формировался свой «храм-театр», где воспроизводилось событие Тайной Вечери. Сначала оно не выходило за пределы домов иу-део-христиан, но затем стало совершаться в базиликах, церквах, соборах. Величие литургий Востока и Запада явилось продолжением мимесиса, укорененного в динамичности космогонического мифа, а также античного театра.

Здесь нужно отметить, что делать прямое отождествление между театром и храмом, то есть между зрелищем и богослужением, наверное, некорректно. Об этой тенденциозности западных исследователей истории античного театра и средневековой «литургической драмы» говорит священник Игорь Иванов в своей обстоятельной статье, посвященной вопросу о том, существовал ли византийский театр. Так он пишет, что «трагедийная интуиция древних греков нашла свое восполнение в христианском богослужении. Драма стала литературным жанром, а слово театр, утратив античное значение, приобрело новые. [...] Религиозный театр имел культурно-исторические предпосылки к своему существованию в самом западном менталитете, и поэтому существует и до сих пор в форме всевозможных экранизаций Священной истории. На Востоке таких предпосылок не было, поэтому

и говорить о реально существовавшем религиозном византийском театре невозможно»3.

Таким образом, желательно учитывать, что все положения монографии Кристины К. Шнусенберг «Мифологическая традиция литургической драмы. Евхаристия как театр» не могут быть приняты без отвержения уникальности христианства в силу несводимости его к религии как таковой. Также необходимо уважать миссионерский опыт Древней Церкви в контексте ее отношения к окружавшей ее языческой, порой весьма агрессивной культуре. Принцип святителя Василия Великого, согласно которому христианам следует «забрать египетское золото», можно отнести ко всем аспектам культуры того мира, в который пришло христианство.

Источники и литература

1. Schnusenberg С. С. The mythological tradition of liturgical drama. The Eucharist as theater. Paulist Press, New York / Mahwah, NJ, 2010. 360 p.

2. Гаврилов И. Б. Между Христом и Дионисом: философия символизма Вячеслава Иванова в русской культуре Серебряного века // Вестник ИНЖЭКОНА. Серия: Гуманитарные науки. СПб.: СПбГИЭУ, 2012. Вып. 4 (47). С. 64-72.

3. Гаврилов И. Б. Жизнетворчество русского символизма в культуре Серебряного века: Башня Вячеслава Иванова в свидетельствах современников (1905-1907) // Вестник ИНЖЭКОНА. Серия: гуманитарные науки. Научный журнал. СПб.: СПбГИЭУ, 2012. Вып. 4 (55). С. 205-212.

4. Джарман О. А. Чудо в культуре античности в период зарождения христианства: народные верования и личная религия // Христианское чтение. СПб. 2014. №5. С. 135-168.

5. Джарман О.А. Эллинистическая религия Асклепия в поздней греко-римской культуре в свете христианской духовной традиции // Христианское чтение. СПб. 2010. № 3 (34). С. 113-143.

6. Иванов И. А. Византийский театр в исследованиях зарубежных и российских ученых // Наука и искусство в пространстве культуры. Сб. науч. тр. СПб.: СПбГИЭУ, 2004. Вып. 1. С. 264-326.

3 Иванов И. А. Византийский театр в исследованиях зарубежных и российских ученых // Наука и искусство в пространстве культуры. Сб. науч. тр. СПб.: СПбГИЭУ, 2004. Вып. 1. С. 312-313.

O. A. JJxapMaH, K. E. raepimoe

Olga Jarman, Igor Gavrilov. At the origins of the liturgical drama. A review of the monograph by Christine C. Schnusenberg. The mythological tradition of liturgical drama. The Eucharist as theater. Paulist Press, New York / Mahwah, NJ, 2010. 360p.

The article is a review of the monograph of the historian of religions Christina K. Schnusenberg "Mythological tradition of the liturgical drama. Eucharist as a theater", in which the history of the Christian liturgy is viewed in the context of the history of religious cults of civilizations of Ancient Egypt, Ancient Israel, Ancient Greece, Ancient Rome, etc. According to K. Schnusenberg, the basis of all the ancient cultures under consideration was cosmogonic myth.

Keywords: liturgical drama, cosmogonic myth, ritual, Christina K. Schnusenberg, pagan theater, mimesis, Ancient Greece, Ancient Rome, Ancient Egypt, protagonist.

Olga Aleksandrovna Jarman — Candidate of Medicine, Senior Lecturer of the Department of Humanities and Bioethics at St. Petersburg Pediatric Medical University (olwen2005@gmail.com).

Igor Borisovich Gavrilov — Candidate of Philosophical Sciences, Associate Professor at the Department of Theology at St. Petersburg Theological Academy (igo7777@mail.ru).