Психологические характеристики личности в адаптационном процессе

ПСИХОЛОГИЧЕСКИЕ ХАРАКТЕРИСТИКИ ЛИЧНОСТИ В АДАПТАЦИОННОМ ПРОЦЕССЕ

И.А. Погодин

Аннотация. В настоящей работе представлены результаты исследования феноменологии и динамики индивидуально-психологических особенностей личности в процессе адаптации в условиях относительной социальной изоляции. Выявлены взаимосвязи индивидуально-психологических особенностей личности с успешностью адаптации в условиях относительной социальной изоляции, а также динамика индивидуально-психологических особенностей адаптированных и дезадаптированных индивидов. Проведен сравнительный анализ индивидуально-психологических особенностей личности адаптированных и дезадаптированных индивидов.

Ключевые слова: условия относительной социальной изоляции, социально-психологическая адаптация (дезадаптация), индивидуально-психологические особенности личности.

Summary. Results concerning the research of personal individual psychological characteristics in adapting to the conditions of relative social isolation are presented in the article. Individual psychological determinants of the adaptive process were established. Both individual psychological characteristics correlation with individual success in adaptive process in the conditions of relative social isolation, and a dynamic of individual psychological characteristics of successfully adapted and maladjusted individuals were revealed. A comparative analysis of well adapted and maladapted individuals individual psychological characteristics was conducted.

357

Keywords: conditions of relative social isolation, socio-psychological adaptation (maladjustment), individual psychological characteristics.

Цель предлагаемой вашему вниманию статьи заключается в исследовании места и роли индивидуально-психологических особенностей личности в процессе адаптации в условиях относительной социальной изоляции. Эта достаточно общая цель предполагает решение трех основных задач: 1) выявить динамику индивидуально-психологических особенностей личности адаптирован-

ных и дезадаптированных индивидов в процессе их адаптации в условиях относительной социальной изоляции; 2) провести сравнительный анализ индивидуально-психологических особенностей адаптированных и дезадаптированных индивидов; 3) выявить взаимосвязи индивидуально-психологических особенностей личности с успешностью адаптации в условиях относительной социальной

358

изоляции. Методологическим основанием настоящей работы явились психологические концепции закрытых групп (K. Lewin, K.K. Smith, D.N. Berg, H. Blumberg, R.C. Ziller, D. Katz, R. Kahn, A. Benyamin) [9, 10, 12, 14, 15, 16, 17], а также основные теоретические положения теории поля К. Левина [8, 11, 13], в частности, представления о том, что поведение есть функция динамического взаимодействия факторов внутренней (состояние субъекта) и внешней (окружение) ситуации, а адаптация направлена на сохранение гомеостатического баланса внутри организма и между организмом и средой.

Исследование проводилось нами в течение четырех лет на базе мобильной бригады Вооруженных Сил Республики Беларусь, дислоцирующейся в г. Витебске, и нескольких факультетах Витебского государственного университета им. П.М. Машерова. В качестве испытуемых экспериментальной группы выступили военнослужащие, проходящие срочную военную службу (всего 478 человек), контрольную группу составили 279 студентов ВГУ. Испытуемые обеих групп — юноши в возрасте от 18 до 22 лет.

Экспериментальный план. Независимой переменной в исследовании выступили условия относительной социальной изоляции. Зависимыми же переменными — индивидуально-психологические особенности личности в процессе адаптации. Для проверки гипотезы исследования была использована организационная схема на основе экспериментального плана с множественными сериями измерений (Д. Кэмпбелл) [2]. Она предполагала исследование, в котором экспериментальная и контрольная группы под-

Преподаватель XXI

вергались предварительному тестированию и дважды — тестированию в ходе экспериментального воздействия. Эквивалентность экспериментальной и контрольной групп подтверждалась результатами предварительного тестирования.

Такая схема позволила контролировать переменные, представляющие угрозу внутренней валидности: фон, естественное развитие, эффект тестирования, инструментальную погрешность, регрессию, состав групп, выбывание, взаимодействие состава групп с естественным развитием и другими факторами. Переменная «взаимодействие состава групп с естественным развитием» не представляла угрозу внутренней валидности ввиду того, что начало существования обеих групп совпадало по времени с предварительным тестированием. Переменные, обусловленные взаимодействием тестирования и экспериментального воздействия, а также реакцией испытуемых на эксперимент, представляющие угрозу внешней валидности, частично контролировались экспериментальными условиями. Переменная взаимодействия состава групп и экспериментального воздействия частично контролировалась предварительным тестированием.

Обе группы — экспериментальная и контрольная — нами были разделены на две категории испытуемых: успешно адаптирующиеся и дезадаптирующиеся. Основанием для такого разделения послужила степень выраженности успешности адаптационного процесса, исходя из интегрального показателя «адаптация» методики диагностики социально-психологической адаптации К. Роджерса и Р. Даймонда. Структура экспериментального плана была релевантна основным задачам

-4 / 2009

исследования: 1) выявить взаимосвязи индивидуально-психологических особенностей личности с успешностью адаптации в условиях относительной социальной изоляции; 2) выявить динамику индивидуально-психологических особенностей адаптированных и дезадаптированных индивидов; 3) провести сравнительный анализ индивидуально-психологических особенностей адаптированных и дезадаптированных индивидов.

Статистическая проверка гипотезы. Для выявления интраиндивидуальных изменений зависимых переменных в процессе адаптации испытуемых, а также определения межиндивидуальных различий испытуемых с различной степенью эффективности адаптационного процесса испытуемых как внутри одной группы, так и между испытуемыми экспериментальной и контрольной групп использовался №ри-терий Стьюдента. Для установления взаимозависимости индивидуально-психологических особенностей личности и эффективности адаптации использовался корреляционный анализ.

Диагностика индивидуально-психологических особенностей

Индивидуально-психологические особенности испытуемых эксперименталь ной группы. Начальный период адаптации (первые 6 месяцев). Изучение индивидуально-психологических особенностей личности в рассматриваемый период позволило установить, что для успешно адаптированных юношей характерны более высокие показатели по шкале МД: адекватность самооценки ^=2,21, p<0,05); шкале А: замкнутость — общительность ^=3,35, p<0,05); шкале С: эмоциональная устойчивость ^=4,70, p<0,05); шкале Е:

подчинение — доминирование ^=3,06, p<0,05); шкале G: подверженность чувствам — высокая нормативность поведения ^=3,94, p<0,05); шкале Н: робость — смелость ^=4,27, p<0,05); шкале Q3: низкий самоконтроль — высокий самоконтроль ^=2,06, p<0,05). Также для успешно адаптированных юношей характерны более низкие показатели по шкале Е сдержанность — экспрессивность ^=2,84, p<0,05), шкале I: жесткость — чувствительность ^=2,54, p<0,05), шкале М: практичность — развитое воображение ^=1,76, p<0,05); шкале О: уверенность в себе

— тревожность ^=4,90, p<0,05); шкале Q1: консерватизм—радикализм ^=4,25, p<0,05); шкале Q4: расслабленность — напряженность ^=4,48, p<0,05). По шкалам В: интеллект, L: доверчивость

— подозрительность, N проницательность — наивность, Q2: самостоятельность — зависимость каких-либо достоверных различий нами обнаружено не было.

Таким образом, успешно адаптированных в условиях относительной социальной изоляции юношей отличают адекватность самооценки, общительность, эмоциональная устойчивость, доминирование, сдержанность, высокая нормативность поведения, смелость, жесткость, практичность, уверенность в себе, консерватизм, высокий самоконтроль и расслабленность. С другой стороны, дезадаптированные юноши характеризуются неадекватной самооценкой, замкнутостью, эмоциональной неустойчивостью, подчинением, экспрессивностью, подверженностью чувствам, робостью, чувствительностью, развитым воображением, тревожностью, радикализмом, низким самоконтролем и напряженностью.

359

360

Индивидуально-психологические особенности испытуемых экспериментальной группы. Дальнейшая адаптация (6 месяцев -18 месяцев). Для успешно адаптированных юношей характерны более высокие показатели по шкале Е: подчинение — доминирование ^=2,69, p<0,05), шкале С: эмоциональная устойчивость ^=3,32, p<0,05), шкале G: подверженность чувствам — высокая нормативность поведения ^=2,26, p<0,05), шкале Н: робость — смелость ^=4,86, p<0,05), шкале Q3: низкий самоконтроль — высокий самоконтроль ^=2,69, p<0,05). Также для успешно адаптированных юношей характерны более низкие показатели по шкале Е сдержанность — экспрессивность ^=3,90, р<0,05), шкале I: жесткость — чувствительность ^=3,11, р<0,05), шкале М: практичность — развитое воображение ^=2,16, р<0,05), шкале О: уверенность в себе — тревожность ^=3,87, р<0,05), шкале Q1: консерватизм—радикализм ^=1,84, р<0,05), шкале Q4: расслабленность — напряженность ^=2,21, р<0,05). По шкалам МД: адекватность самооценки, А: замкнутость — общительность, В: интеллект, L: доверчивость — подозрительность, К: проницательность — наивность, Q2: самостоятельность — зависимость адаптированные и дезадаптированные испытуемые достоверно не различались.

Итак, успешно адаптированные на этом этапе адаптации в условиях относительной социальной изоляции юноши характеризуются эмоциональной устойчивостью, доминированием, сдержанностью, высокой нормативностью поведения, смелостью, жесткостью, практичностью, уверенностью в себе, консерватизмом, высоким самоконтролем и расслабленнос-

тью. С другой стороны, дезадаптированных юношей отличают эмоциональная неустойчивость, подчинение, экспрессивность, подверженность чувствам, робость, чувствительность, развитое воображение, тревожность, радикализм, низкий самоконтроль и напряженность.

Динамика индивидуально-психологических особенностей юношей в процессе адаптации к условиям относительной социальной изоляции. Описывая настоящую интрапсихическую динамику нельзя, не отметить следующий факт, представляющийся нам достаточно интересным. В результате исследования удалось обнаружить, что все наиболее значимые из указанных изменений относятся к первым 6 месяцам адаптации юношей к условиям относительной социальной изоляции.

Для всей экспериментальной группы по окончании 6-ти месячного адаптационного периода нами были отмечены некоторые изменения индивидуально-психологических особенностей испытуемых. Так, удалось обнаружить достоверно значимое уменьшение показателей по шкалам: МД: адекватность самооценки ^=2,88, р<0,05), А: замкнутость — общительность ^=2,66, р<0,05), Е сдержанность — экспрессивность ^=3,51, р<0,05), G: подверженность чувствам — высокая нормативность поведения ^=4,03, р<0,05), Н: робость — смелость ^=3,62, р<0,05), L: доверчивость — подозрительность ^=2,44, р<0,05), О: уверенность в себе — тревожность ^=4,23, р<0,05), Q2: самостоятельность — зависимость (t=3,02, р<0,05) и Q3: низкий самоконтроль — высокий самоконтроль (t=3,84, р<0,05). Между тем по нескольким другим шкалам наблюдалось достоверно значимое увеличение по-

Преподаватель |_

4 / 2009

казателей: шкале С: эмоциональная неустойчивость — эмоциональная устойчивость (1=2,69, р<0,05), шкале I: жесткость — чувствительность (1=3,37, р<0,05), шкале М: практичность — развитое воображение (1=3,90, р<0,05), шкале N: проницательность — наивность (1=2,14, р<0,05), шкале Q1: консерватизм — радикализм (1=2,62, р<0,05), шкале Q4: расслабленность — напряженность (1=3,29, р<0,05). По шкалам: В: интеллект, Е: подчинение

— доминирование каких-либо значимых изменений нами обнаружено не было.

Психологическую динамику дезадаптирующейся части экспериментальной группы характеризовало достоверно значимое увеличение показателей по шкалам: Е сдержанность — экспрессивность (1=2,56, р<0,05), О: уверенность в себе — тревожность (1=3,22, р<0,05), I: жесткость — чувствительность (1=2,87, р<0,05), М: практичность — развитое воображение (1=2,45, р<0,05), Q1: консерватизм — радикализм (1=3,77, р<0,05), Q4: расслабленность — напряженность (1=3,42, р<0,05), а также снижение показателей по шкалам: А: замкнутость

— общительность (1=3,78, р<0,05), С: эмоциональная неустойчивость — эмоциональная устойчивость (1=3,34, р<0,05).

Однако внутренняя динамика успешно адаптирующихся отличалась от общей и таковой у дезадаптированных. Так, для успешно адаптирующихся юношей в отличие от дезадаптированных характерно повышение показателей эмоциональной устойчивости (1=2,05, р<0,05), сдержанности (t=0,378, р<0,05), жесткости (1=3,04, р<0,05), высокой нормативности поведения (t=1,85, р<0,05), смелости

(1=1,97, р<0,05), практичности (t=2,17, р<0,05), консерватизма (t=1,43, р<0,05), общительности (1=3,45, р<0,05), доминирования (t=2,33, р<0,05) и высокого самоконтроля (1=2,68, р<0,05), а также, соответственно компоновке шкал, снижение эмоциональной неустойчивости

(1=2,05, р<0,05), экспрессивности (1=3,78, р<0,05), чувствительности (t=3,04, р<0,05), подверженности чувствам (t=1,85, р<0,05), робости (1=1,97, р<0,05), развитого воображения (1=2,17, р<0,05), радикализма (1=1,43, р<0,05), замкнутости (1=3,45, р<0,05), подчинения (1=2,33, р<0,05), низкого самоконтроля (1=2,68, р<0,05).

Во второй же период адаптации (6 месяцев — 18 месяцев) для категории дезадаптированных испытуемых экспериментальной группы нам удалось обнаружить дальнейшее некоторое повышение показателей по шкале I: жесткость — чувствительность (1=1,87, р<0,05). Что же касается адаптированных испытуемых, то у них во второй период адаптации (6 месяцев — 18 месяцев) каких-либо значимых изменений индивидуально-психологических особенностей у этих юношей не произошло.

Индивидуально-психологические особенности испытуемых контрольной группы Начальный период адаптации (первые 6 месяцев). Изучение индивидуально-психологических особенностей личности испытуемых контрольной группы в рассматриваемый период позволило установить, что для успешно адаптированных юношей характерны более высокие показатели по шкале МД: адекватность самооценки (1=1,98, р<0,05); шкале С: эмоциональная устойчивость (1=4,49, р<0,05); шкале G: подверженность чувствам — высокая

361

362

нормативность поведения ^=1,90, р<0,05); шкале Н: робость — смелость ^=2,60, р<0,05); шкале Q1: консерватизм—радикализм (t=2,62, р<0,05); шкале Q3: низкий самоконтроль — высокий самоконтроль ^=1,73, р<0,05). Также для успешно адаптированных юношей характерны более низкие показатели по шкале О: уверенность в себе — тревожность (t=3,52, р<0,05); шкале Q4: расслабленность — напряженность ^=2,44, р<0,05). По шкалам А: замкнутость — общительность, В: интеллект, Е: подчинение — доминирование, Е сдержанность — экспрессивность, I: жесткость — чувствительность, L: доверчивость — подозрительность, М: практичность — развитое воображение, К: проницательность — наивность, Q2: самостоятельность — зависимость каких-либо достоверных различий нами обнаружено не было.

Таким образом, успешно адаптированных юношей контрольной группы отличают адекватность самооценки, эмоциональная устойчивость, высокая нормативность поведения, смелость, уверенность в себе, радикализм, высокий самоконтроль и расслабленность. С другой стороны, для дезадаптированных юношей характерны неадекватная самооценка, эмоциональная неустойчивость, подверженность чувствам, робость, тревожность, консерватизм, низкий самоконтроль и напряженность.

Индивидуально-психологические особенности испытуемых контрольной группы. Дальнейшая адаптация (6 месяцев -18 месяцев). Для успешно адаптированных студентов характерны достоверно более высокие показатели по шкалам: МД: адекватность самооценки ^=2,60 при р<0,05), А: замкнутость — общительность ^=2,24, р<0,05), В: ин-

теллект ^=3,52, р<0,05), С: эмоциональная устойчивость ^=5,16, р<0,05), G: подверженность чувствам — высокая нормативность поведения ^=4,27, р<0,05), Н: робость — смелость ^=2,20, р<0,05), М: практичность — развитое воображение ^=3,94, р<0,05), Q1: консерватизм—радикализм ^=4,49, р<0,05); шкале Q3: низкий самоконтроль — высокий самоконтроль ^=4,90, р<0,05). Также для успешно адаптированных юношей характерны более низкие показатели по шкале О: уверенность в себе — тревожность ^=4,27, р<0,05); шкале Q4: расслабленность — напряженность ^=2,16, р<0,05). По шкалам: Е: подчинение — доминирование, Е: сдержанность — экспрессивность, I: жесткость — чувствительность, L: доверчивость — подозрительность, К: проницательность — наивность, Q2: самостоятельность — зависимость каких-либо достоверных различий нами обнаружено не было.

Таким образом, успешно адаптированных юношей контрольной группы отличают адекватность самооценки, общительность, более высокий интеллект, эмоциональная устойчивость, высокая нормативность поведения, смелость, развитое воображение, уверенность в себе, радикализм, высокий самоконтроль и расслабленность. С другой стороны, дезадаптированных юношей отличают неадекватная самооценка, замкнутость, более низкий интеллект, эмоциональная неустойчивость, подверженность чувствам, робость, практичность, тревожность, консерватизм, низкий самоконтроль и напряженность.

Динамика индивидуально-психологических особенностей испытуемых контрольной группы. Динамика индивидуально-психологических особенностей

Преподаватель |_

4 / 2009

испытуемых контрольной группы в отличие от экспериментальной была отмечена нами на протяжении всего времени исследования.

Так, успешно адаптирующиеся испытуемые в начальный период адаптации (до 6 месяцев) обнаруживали тенденцию к достоверно значимому увеличению показателей по шкалам: С: эмоциональная неустойчивость — эмоциональная устойчивость (1=1,76, р<0,05), Е сдержанность — экспрессивность (1=2,07, р<0,05), I: жесткость

— высокая чувствительность (1=2,52, р<0,05), М: практичность — развитое воображение (1=1,97, р<0,05), Q1: консерватизм — радикализм (1=3,07, р<0,05). Что же касается дезадаптирующихся испытуемых, то у них отмечалась несколько иная картина, заключающаяся снижении показателей по шкалам: Е сдержанность — экспрессивность (1=2,13, р<0,05), Н: робость

— смелость (1=1,92, р<0,05), I: жесткость — высокая чувствительность (1=2,02, р<0,05).

В период дальнейшей адаптации (от 6 месяцев до 18 месяцев) нами была отмечена аналогичная картина. А именно, успешно адаптирующиеся испытуемые в рассматриваемый период характеризовались увеличением показателей по шкалам: С: эмоциональная неустойчивость — эмоциональная устойчивость (1=1,84, р<0,05), Е сдержанность — экспрессивность (1=2,36, р<0,05), Н: робость — смелость (1=1,97, р<0,05), I: жесткость — высокая чувствительность (1=2,24, р<0,05), М: практичность — развитое воображение (1=2,24, р<0,05), Q1: консерватизм — радикализм (1=2,57, р<0,05), а также к достоверно значимому снижению показателей по шкале Е: подчинение — доминирование (1=2,76,

р<0,05). Дезадаптированные же юноши отличались снижением показателей по шкалам: F: сдержанность — экспрессивность (1=3,16, р<0,05), Н: робость — смелость (1=1,83, р<0,05). Однако, для них также было характерно и увеличение показателей по шкале I: жесткость — высокая чувствительность (1=2,13, р<0,05).

Сравнение индивидуально-психологических особенностей испытуемых экспериментальной и контрольной групп. Сравнивая индивидуально-психологические особенности испытуемых экспериментальной и контрольной групп по окончании адаптационного периода, мы обнаружили, что у юношей, адаптированных к условиям относительной социальной изоляции по сравнению с адаптированными испытуемыми контрольной группы менее выражены показатели по шкалам: А: замкнутость — общительность (1=3,26, р<0,05), В: интеллект (1=3,38, р<0,05), F: сдержанность — экспрессивность (1=4,13, р<0,05), I: жесткость — чувствительность (1=4,14, р<0,05), М: практичность — развитое воображение (1=4,97, р<0,05), Q1: консерватизм — 363 радикализм (1=5,07, р<0,05), а также более выражены показатели по шкалам: Е: подчинение — доминирование (1=3,57, р<0,05) и Н: робость — смелость (1=2,12, р<0,05).

Анализируя полученные результаты, необходимо отметить, что рассматриваемые индивидуально-психологические особенности испытуемых обеих групп в начале адаптационного периода значимо не отличались. Таким образом, на основании вышеизложенного мы можем утверждать, что динамическими факторами успешной адаптации юношей к условиям относительной социальной изоляции яв-

ляется развитие таких индивидуально-психологических особенностей личности как сдержанность, жесткость, практичность, консерватизм, доминирование и смелость, а интрап-сихическими факторами дезадаптации соответственно — формирование экспрессивности, высокой чувствительности, развитого воображения, радикализма, подчинения и робости.

Взаимосвязь индивидуально-психологических особенностей и успешности адаптации индивида в условиях относительной социальной изоляции. Результаты корреляционного анализа обнаружили существование достоверно значимой положительной связи между показателем успешности социально-психологической адаптации юношей в условиях относительной социальной изоляции и такими их индивидуально-психологическими особенностями, как: эмоциональная устойчивость (г=0,351, р<0,01), доминирование (г=0,363, р<0,01), сдержанность (г=0,234, р<0,01), высокая нормативность поведения (г=0,298, р<0,01), смелость (г=0,411, р<0,01), 364 жесткость (г=0,255, р<0,01), практичность (г=0,253, р<0,01), консерватизм (г=0,223, р<0,01), высокий самоконтроль (г=0,264, р<0,01), расслабленность (г=0,254, р<0,01), а также отрицательная связь между показателем успешности адаптации и такими индивидуально-психологическими особенностями испытуемых как: эмоциональная неустойчивость, подчинение, экспрессивность, подверженность чувствам, робость, чувствительность, развитое воображение, радикализм, низкий самоконтроль и напряженность.

Итак, исходя из вышеизложенного можно сделать некоторое обобщение:

1. Процесс изменения индивидуально-психологических особенностей испытуемых состоит из двух основных этапов: до 6 месяцев (начальный период адаптации) и от 6 месяцев до 18 месяцев (период дальнейшей адаптации). Причем, наиболее значимые личностные изменения относятся к первым 6 месяцам адаптации юношей к условиям относительной социальной изоляции.

2. Успешно адаптированных в условиях относительной социальной изоляции юношей отличают адекватность самооценки, общительность, эмоциональная устойчивость, доминирование, сдержанность, высокая нормативность поведения, сдержанность, смелость, высокий самоконтроль, практичность, уверенность в себе, консерватизм и расслабленность. С другой стороны, дезадаптированных юношей характеризуют неадекватная самооценка, замкнутость, эмоциональная неустойчивость, подчинение, экспрессивность, подверженность чувствам, экспрессивность, робость, низкий самоконтроль, развитое воображение, тревожность, радикализм и напряженность.

3. Динамика индивидуально-психологических особенностей успешно адаптирующихся в условиях относительной социальной изоляции испытуемых заключается в развитии таких индивидуально-психологических особенностей личности как жесткость, практичность, консерватизм, доминирование, сдержанность и смелость.

4. Динамика индивидуально-психологических особенностей дезадаптирующихся в условиях относительной социальной изоляции испытуемых связана с развитием воображения, высокой чувствительности, ради-

кализма, подчинения, экспрессивности и робости.

5. Существует взаимосвязь успешности адаптации индивида в условиях относительной социальной изоляции с выраженностью некоторых индивидуально-психологических особенностей: эмоциональной устойчивости, доминирования, сдержанности, высокой нормативности поведения, смелости, жесткости, практичности, консерватизма, самоконтроля и расслабленности.

6. Существует взаимосвязь дезадаптации индивида в условиях относительной социальной изоляции с выраженностью некоторых индивидуально-психологических особенностей: эмоциональная неустойчивость, подчинение, экспрессивность, подверженность чувствам, робость, чувствительность, развитое воображение, радикализм, низкий самоконтроль и напряженность.

Обсуждение результатов

Результаты проведенного исследования показали, что процесс изменения индивидуально-психологических особенностей юношей в процессе адаптации в условиях относительной социальной изоляции состоит из двух основных этапов: до 6 месяцев (начальный период адаптации) и от 6 месяцев до 18 месяцев (период дальнейшей адаптации). Причем, наиболее значимые личностные изменения относятся к первым 6 месяцам адаптации юношей к условиям относительной социальной изоляции.

Динамика индивидуально-психологических особенностей

Динамика индивидуально-психологических особенностей успешно

адаптирующихся в условиях относительной социальной изоляции испытуемых заключается в развитии таких индивидуально-психологических особенностей личности как жесткость, практичность, консерватизм, доминирование, сдержанность и смелость. Так, успешно адаптированные юноши характеризовались на протяжении всего адаптационного процесса ростом мужественности, самоуверенности, рассудочности, реалистичности суждений, практичности, а также некоторой жесткости, суровости и черствости по отношению к окружающим. Они стали чаще ориентироваться на внешнюю реальность, следовать общепринятым нормам и большее внимание придавать мелочам. Также успешно адаптированные индивиды стали более ригидны и консервативны, привязаны к определенным устоявшимся мнениям и точкам зрения, что часто приводило к сомнениям в принятии новых идей и сопротивлению любым переменам. Они стали проявлять большую властность, смелость, чопорность, конфликтность, своенравность и упрямство, иногда вплоть до агрессивности, в конфликтах появилась тенденция обвинять других, а в поведении — выраженная борьба за более высокий статус.

Динамика индивидуально-психологических особенностей дезадаптирующихся в условиях относительной социальной изоляции испытуемых связана с развитием воображения, высокой чувствительности, радикализма, подчинения, экспрессивности и робости. Так, например, эти индивиды становились более мягкими, зависимыми, стремились к покровительству, у них появилась большая склонность к

365

366

романтизму, сочувствию, сопереживанию, художественность восприятия мира. Кроме того, дезадаптирующиеся юноши стали более ориентироваться на свои желания, чаще погружаться в себя, «витать в облаках», меньше обращать внимание на повседневные дела и обязанности. Их поведение стало отличаться большим своеобразием, иногда даже некоторой странностью, а также неожиданностью и неустойчивостью. Они с большей легкостью стали менять свои взгляды и точки зрения. Дезадаптирующиеся индивиды становились более застенчивыми, склонными уступать дорогу другим и в конфликтах брать вину на себя, тревожными по поводу возможных ошибок. Им стали свойственны большая тактичность, безропотность, почтительность, покорность до полной пассивности. У этих юношей обострилась реакция на угрозу, появилась робость, неуверенность в своих силах, терзание необоснованным чувством собственной неполноценности, ограничивались межличностные контакты, что зачастую приводило к ощущению одиночества.

Индивидуально-психологические

особенности индивидов с различной степенью успешности адаптации

Сравнительный анализ индивидуально-психологических особенностей юношей с различной степенью успешности адаптационного процесса показал следующее.

Успешно адаптированных в условиях относительной социальной изоляции юношей отличают адекватность самооценки, общительность, эмоциональная устойчивость, доминирование, сдержанность, высокая норма-

тивность поведения, сдержанность, смелость, высокий самоконтроль, практичность, уверенность в себе, консерватизм и расслабленность. Так, эти индивиды более открыты и общительны, естественны и непринужденны, они охотно взаимодействуют с сослуживцами, проявляют активность в различных сферах жизни группы. Они чаще всего спокойны, уверенны в себе, не поддаются случайным колебаниям настроения, на вещи смотрят реалистично, хорошо осознают требования действительности, не расстраиваются из-за пустяков, чувствуют себя, как правило, хорошо защищенными и приспособленными. Успешно адаптирующиеся юноши жизнерадостны, довольны жизнью, уверены в успехах и своих возможностях, живо откликаются на все происходящие события. Также они отличаются мужественностью, самоуверенностью, рассудочностью, реалистичностью суждений, практичностью, а также некоторой жесткостью, суровостью и черствостью по отношению к окружающим. Они более ориентированы на внешнюю реальность, следуют общепринятым нормам и большое внимание придают мелочам. Кроме того, для них характерна организованность, умение хорошо контролировать свои эмоции и поведение, планомерные и упорядоченные действия. Также успешно адаптированные индивиды ригидны и консервативны, привязаны к определенным устоявшимся мнениям и точкам зрения, не любят перемен. Они хорошо осознают социальные требования, заботятся о впечатлении, которое производят своим поведением, о своей общественной репутации. Эти индивиды знают, во что нужно верить; несмотря

на несостоятельность каких-либо принципов, они не ищут новых, с сомнениям относятся к новым идеям, склонны к морализаторству. Они противятся переменам и не интересуются аналитическими и интеллектуальными соображениями. Эти юноши отличались большей властностью, смелостью, чопорностью, конфликтностью, своенравностью и упрямством, иногда вплоть до агрессивности, в конфликтах характерна тенденция обвинять других, а в поведении — выраженная борьба за более высокий статус.

Дезадаптированных юношей характеризуют неадекватная самооценка, замкнутость, эмоциональная неустойчивость, подчинение, экспрессивность, подверженность чувствам, экспрессивность, робость, низкий самоконтроль, развитое воображение, тревожность, радикализм и напряженность. Так, эти индивиды необщительны, безучастны, скептически настроены и холодны в отношении окружающих, часто оказываются в одиночестве, не имеют близких друзей, с которыми могут быть откровенными. Они часто не способны контролировать эмоции и импульсивные влечения и выразить их в социально-допустимой форме. Внешне это проявляется как плохой эмоциональный контроль, капризность, уклонение от реальности; внутренне же они чувствуют себя беспомощными, усталыми и неспособными справиться с жизненными трудностями. Также дезадаптированные индивиды отличались большей мягкостью, зависимостью, стремлением к покровительству, склонностью к романтизму, сочувствию, сопереживанию, художественностью восприятия мира. Кроме того, они более ориенти-

рованы на свои желания, чаще погружены в себя, «витают в облаках», меньше обращают внимание на повседневные дела и обязанности. Их поведение отличается большим своеобразием, иногда даже некоторой странностью, а также неожиданностью и неустойчивостью. Эти индивиды склонны к непостоянству, легко бросают начатое дело, не прилагают усилий к выполнению общественных требований и норм, способны на нечестность и обман. Они с большей легкостью меняют свои взгляды и точки зрения. Дезадаптированные индивиды более застенчивы, склонны уступать дорогу другим и в конфликтах брать вину на себя, тревожны по поводу возможных ошибок. Им свойственны большая тактичность, безропотность, почтительность, покорность до полной пассивности. Для этих юношей характерны острая реакция на угрозу, робость, неуверенность в своих силах, терзание необоснованным чувством собственной неполноценности, ограниченность межличностных контактов, чувство одиночества. У них часто доминирует тревожно-депрессивный фон настроения, они неизменно чем-нибудь озабочены, всегда подавлены, тяготятся дурными предчувствиями, склонны к самоупрекам, недооценивают свои возможности, принижают свою компетентность, знания и способности. В группе они чувствуют себя неуверенно, неуютно, держатся излишне замкнуто и обособленно. Также для дезадаптированных индивидов характерны напряженность, фрустрирован-ность, взвинченность, наличие возбуждения и беспокойства. Причем часто состояние фрустрации, в которой находятся эти индивиды, пред-

367

368

ставляет собой результат повышенной мотивации. Как правило, такие индивиды чувствуют себя разбитыми и характеризуются эмоциональной неустойчивостью с преобладанием пониженного настроения, раздражительности и нетерпимости.

Взаимосвязь успешности адаптации с индивидуально-личностными характеристиками

Корреляционный анализ позволил обнаружить, что успешность адаптации индивида в условиях относительной социальной изоляции связана с выраженностью некоторых его индивидуально-психологических особенностей: открытостью и общительностью, естественностью и непринужденностью, готовностью к взаимодействию с сослуживцами, активностью в различных сферах жизни группы, спокойствием, уверенностью в себе, реалистичностью взглядов на жизнь, осознанностью требований действительности, ощущением защищенности и приспособленности, жизнерадостностью, удовлетворенностью жизнью, уверенностью в успехах и своих возможностях. Кроме того, результаты корреляционного анализа показывают взаимосвязь успешности адаптации и следующими личностными особенностями адаптанта: мужественностью, самоуверенностью, рассудочностью, реалистичностью суждений, практичностью, а также некоторой жесткостью, суровостью и черствостью по отношению к окружающим, властностью, смелостью, чопорностью, конфликтностью, своенравностью и упрямством, организованностью, умением хорошо контролировать свои эмоции и поведение, ригидностью и консерватизмом, стремлением

к созданию хорошего впечатления о себе, тенденцией к обвинению других в конфликтных ситуациях.

Также корреляционный анализ позволил обнаружить существование связи дезадаптации индивида в условиях относительной социальной изоляции с выраженностью у него некоторых индивидуально-психологических особенностей: необщительностью, безучастностью, скептичностью и холодностью в отношении окружающих, неспособностью контролировать эмоции и импульсивные влечения и выражать их в социально-допустимой форме, капризностью, уклонением от реальности, беспомощностью, а также мягкостью, зависимостью, стремлением к покровительству, склонностью к романтизму, сочувствию, сопереживанию, художественностью восприятия мира. Кроме того, результаты корреляционного анализа указывают на взаимосвязь дезадаптации и следующими личностными особенностями адаптан-та: погруженностью в себя, игнорированием повседневных дел и обязанностей, некоторой странностью поведения, неожиданностью и неустойчивостью, непостоянством, нечестностью, застенчивостью, склонностью уступать дорогу другим и в конфликтах брать вину на себя, тревожностью по поводу возможных ошибок, безропотностью, почтительностью, покорностью до полной пассивности, а также робостью, неуверенностью в своих силах, терзанием необоснованным чувством собственной неполноценности, ограниченностью межличностных контактов, чувством одиночества, чрезмерной озабоченностью, подавленностью, склонностью к самоупрекам, недооценкой своих возможностей, знаний и способностей.

Итак, исходя из вышеизложенного, мы можем утверждать, что одной из психологических особенностей адаптации юношей в условиях относительной социальной изоляции является интрапсихическая динамика в сфере индивидуально-психологических особенностей личности. На наш взгляд, настоящий психологический феномен можно рассматривать как один из естественных личностных механизмов адаптации юношей в условиях относительной социальной изоляции.

ЛИТЕРАТУРА

1. Александровский Ю.А. Пограничные психические расстройства. — М.: Медицина, 1993. — 400 с.

2. Кэмпбелл Д. Модели экспериментов в социальной психологии и прикладных исследованиях. — СПб.: Социально-психологический центр, 1996. — 391 с.

3. Пиаже Ж. Избранные психологические труды. — М., 1969.

4. Погодин И.А. Место и роль социально-психологической дезадаптации в гене-зе суицидального поведения // Актуальные проблемы кризисной психологии: Сб. научных трудов / Отв. ред. Л.А. Пергаменщик. — Минск: НИО, 1999. — С. 61-72.

5. Погодин И.А. Психологические аспекты адаптации личности в динамике суицидального поведения: Учебное пособие. — Витебск: ВГУ, 1999. — 91 с.

6. Погодин И.А. Социально-психологическая дезадаптация личности и суи-

цид: феноменология, динамика, модели психологической помощи: Метод. рекомендации. — Минск: НИО, 2000.

— 67 с.

7. Погодин И.А. Феноменология, динамика и психологические механизмы адаптации индивида в условиях психологического кризиса // Адукацыя i выхаванне. — Психология. — 2000. — № 1. — С. 76-89.

8. Хекхаузен Х.. Мотивация и деятельность: В 2 т. — М.: Педагогика, 1986. — Т. 1. — 407 с.

9. Benyamin A. Behavior in Small Groups. — Boston: Houghton Mifflin. — 1978. — P. 128.

10. Katz D, Kahn R.. The Social Psychology of organization. — N.G.: Sohn Wiley. — 1967. — 498 p.

11. Lewin K.. Dynamic Theory of Psychology: Select Paper. — N.Y. — L., 1935. - P. 106.

12. Lewin K. Field theory in social science // Selected papers / Ed. by Cartwrigt.

— N.G.: Harper a. Row. — 1964. — 346 p.

13. Lewin K.. Field theory of learning. — In: Yearbook of National Social Studies of Education, 1942. — Vol. 41. — P. 35-37.

14. Lewin K. Resolving social conflicts // Selected papers on group dynamics / Ed. by C. Lewin, H. Souvenires. — 1973.

— 230 p.

15. Small groups and Social interaction /

Ed. By H. Blumberg Wiley. — 1983. — V. 369 2. — P. 593.

16. Smith K..K., Berg D.N. Paradoxes of group life. — San Francisco: L. Jossey-Bass. — 1987. — 281 p.

17. Ziller R..C. Toward theory of open and closed groups // Psychologycal Bulletin.

— 1965. — V. 64. — № 3. — P. 164-182.