Эколого-геодинамическая оценка Чуйского землетрясения

УДК 55.504.624.131

А.В. Шитов, В.Е. Кац, М.А. Харькииа

ЭКОЛОГО-ГЕОДИНАМИЧЕСКАЯ ОЦЕНКА ЧУЙСКОГО ЗЕМЛЕТРЯСЕНИЯ

Рассмотрены нарушения функционирования эколого-геологических систем Горного Алтая в связи с Чуйским землетрясением. В период сейсмической активности выявлена энергетическая связь состояния абиотических оболочек Земли (литосферы и атмосферы) с биотой, в частности с заболеваемостью населения.

Введение. В последнее десятилетие сформировалась новая научная дисциплина — экологическая геодинамика — научный раздел экологической геологии, исследующий морфологические, ретроспективные и прогнозные задачи, связанные с изучением воздействия природных и антропогенных геологических процессов на биоту как с позиций создания возможных кризисов, бедствий и катастроф, так и определения комфортности условий ее существования и проживания [Трофимов, 2001; Трофимов, Зилинг, 2002]. Экологическая геодинамика рассматривает геологические процессы, в том числе и землетрясения, в эко-лого-геологической системе, представляющей собой определенный объем литосферы с находящейся в ней и на ней биотой и включающей на неосвоенных территориях два подсистемных блока: литосферный (абиотический) и биоту (биотический), а натехноген-ноосвоенных территориях добавляется еще и третий блок — источники техногенного воздействия. Учитывая каскадность проявления геологических и других природных процессов, усиливающую экологическое воздействие на живое, рассмотрим состояние экогео-систем Чуйское землетрясение—гидрохимический режим подземных вод—человек и Чуйское землетрясение—атмосферные процессы—человек с позиции экологической геодинамики.

Чуйское землетрясение магнитудой 7,5 произошло 27 сентября 2003 г., его эпицентр находился в 260 км на юго-восток от г. Горно-Алтайска. Разрушения произошли в Кош-Агачском и Улаганском районах Республики Алтай. Сейсмические события на Алтае с 1996 г. и по настоящее время активизировались [Гольдин и др., 2004; Кац, 2006]. В развитии сейсмических событий на Алтае выделяются форшо-ковый период (с 1996 по 2003 г.), собственно Чуйское землетрясение (27.09.2003) и афтершоковый период, который может продолжаться годы и десятилетия [Еманов и др., 2003]. Начиная с 2004 г. сейсмический процесс развивается согласно закону повторяемости землетрясений, но с дефицитом крупных афтершоко-вых событий. Активизация геодинамической обстановки на территории Горного Алтая сказалась на химическом составе подземных вод и метеорологических процессах, что в итоге отразилось на состоянии здоровья людей.

Влияние сейсмической активизации на гидрогеохимический режим подземных вод. Известно, что природные гидрогеохимические аномалии обусловлены геолого-структурными условиями района, литогеохи-мической специализацией горных пород, их литоло-го-минералогическими и физико-химическими особенностями. Важным фактором в возникновении новых гидрогеохимических аномалий является сейсмический, который может заметно воздействовать на изменение химического состава подземных вод.

Если при сейсмических событиях градиент изменения энергетического поля будет превышать скорость протекания геохимических реакций, то оно будет существенно влиять на протекание этих реакций. Градиент изменения геохимического поля определяется коэффициентом диффузии конкретных соединений или ионов в литосфере, а градиент изменения динамического поля напряжений пропорционален скорости распространения сейсмических волн в породах определенного состава. Таким образом, в случае резкого изменения динамического поля напряжений произойдет изменение гидрогеохимических характеристик в подземной гидросфере. В условиях геодинамической активизации при передаче полей напряжений важную роль играет геологическое строение (вещественный состав пород, степень тре-щиноватости, наличие активных разломов). При ослаблении связанности структурных нарушений по линиям активных разломов происходит насыщение подземных вод газовыми и жидкими флюидами, что существенно изменяет химический состав подземных и поверхностных вод [Киссин, 1982; Пронин, 1997].

Гидрогеохимические показатели подземных вод, как известно, являются индикаторами сейсмических событий и достаточно четко фиксируют форшоковый и афтершоковый периоды [Киссин, 1982; Основы гидрогеологии, 1982; Пронин, 1997].

Республика Алтай в гидрогеологическом плане находится в пределах Алтае-Саянской горной страны, которая представляет собой единый Саяно-Алтай-ский сложный бассейн корово-блоковых безнапорных и напорных подземных вод. В пределах последнего на территории республики выделяются две структуры — Алтае-Саянский бассейн жильно-блоко-вых вод и межгорные бассейны блоково-пластовых и

пластовых вод. Подземные воды приурочены к водоносным зонам и комплексам с трещинными, трещин-но-жильными, трещинно-карстовыми, карстовыми скоплениями вод в терригенных, карбонатных, оса-дочно-вулканогенных, вулканогенных, метаморфических и интрузивных породах, имеющих разнообразный литологический состав и широкий возрастной диапазон — от мезозойского до протерозойского возраста. В межгорных артезианских бассейнах (Чуйский, Уймонский и др.) подземные воды сосредоточены в четвертичных, неогеновых и палеогеновых отложениях. Сложное геолого-гидрогеологическое и тектоническое строение территории, а также множество населенных пунктов, разбросанных по большой площади республики, способствует выделению более чем 70 разных типов эксплуатируемых водных объектов (водоносных горизонтов, комплексов, водоносных зон).

Для централизованного водоснабжения в г. Горно-Алтайске и в центрах административных районов более 50% подземных вод извлекается из водоносных зон венд-кембрийских и кембрийских до-ломито-известняковых пород и гидравлически связанных с ними водоносных горизонтов в четвертичных отложениях. Индивидуальное водоснабжение (колонки, колодцы) в сельской местности осуществляется из четвертичных отложений надпойменных террас рек Бии, Катуни, Чарыша и их многочисленных притоков.

Гидрохимический состав подземных вод палеозойских пород в республике в основном гидрокарбонатный кальциевый, реже со смешанным катионным составом. Воды пресные с минерализацией 0,02— 1,2 г/дм3.

Подземные воды артезианских бассейнов, в том числе в Чуйской впадине, характеризуются гидрокарбонатным кальциевым до сульфатно(хлоридно)-гид-рокарбонатного натриевого и кальциево-магниевым составом с минерализацией 0,2—1,44 г/дм3.

В форшоковый период гидрохимический состав подземных вод в районе Чуйского землетрясения в целом изменился — "разбавился" относительно фонового. Уменьшилась концентрация практически всех макрокомпонентов за исключением кальция и магния, количество которых незначительно увеличилось. Возросла величина показателя рН, а содержание иона аммония и минерализация в целом уменьшились. Особенности всех опробованных подземных вод непосредственно после землетрясения — наличие высокой цветности (62,0— 117°С), значительная мутность (4,3—72 мг/дм3) и низкая прозрачность (6— 26 см) [Кац, 2004, 2005, 2006; Шитов и др., 2005, 2006]. Изменение состава подземных вод в районе исследований характерно для всех типов вод и имеет региональный характер. При этом в радиусе 50 км от эпицентра землетрясения интенсивность увеличения органолептических показателей в подземных водах была наиболее высокой.

В афтершоковый период после основного толчка и до конца 2004 г. довольно четко проявились изменения в ионно-солевом составе подземных вод. Усложнился гидрохимический состав вод, возросла минерализация, воды стали значимо щелочными. На ряде водных объектов образовались "положительные" аномалии щелочей, сульфатов, хлоридов, фтора. Существенно (до предельно допустимой концентрации (ПДК) и выше) увеличилась в подземных водах Горного Алтая концентрация таких микроэлементов, как алюминий, железо, барий, марганец, литий, оксид кремния, фтор, мышьяк и сурьма. В то же время в подземных водах значительно (в 2—10 раз) уменьшилась концентрация азотистых соединений, а также основных техногенных загрязнителей вод на всех водозаборных объектах территории.

В 2005 г. нестабильность гидрохимического состава подземных вод на территории Горного Алтая сохранялась: как в эпицентральной части землетрясения, так и севернее (Катунский блок) прослеживается тенденция к усложнению состава вод, ионно-соле-вой состав чутко реагирует на малоамплитудные сейсмические события, происходящие как на территории Республики Алтай, так и в сопредельных регионах, например в Алтае-Саянском.

Поведение ионов азотной группы, которые также чутко реагируют на деформации литосферы [Пронин, 1997], в 2005 г. имело разную динамику. В целом во всех опробованных водных объектах сохранился низкий уровень концентрации нитратов и солей аммония (нитриты практически во всех пробах отсутствуют). В то же время на отдельных водозаборах вблизи явных техногенных источников загрязнения и, по-видимому, на сейсмически менее устойчивых участках литосферы содержание нитратов возросло до значений выше ПДК (на участках с незащищенными водами), т.е. концентрация нитратов на этих участках вернулась к фоновым, дофоршоковым. С другой стороны, слабое "потрясывание" литосферы способствует "очищению" вод на локальных участках.

К наиболее ярким и значимым показателям сейсмической активности малой амплитуды относятся величина рН и концентрация фтора. Изменение величины рН в подземных водах имело региональный характер, т.е. оно установлено как в водах эпицентральной части землетрясения, так и на северной границе республики, в 300 км от эпицентра. Увеличение рН в водах региона не привязано к определенным типам водных объектов и, по-видимому, численное значение величины рН зависит от геолого-гидрогеологических особенностей и интенсивности афтершоков в районе опробования. Частота встречаемости величины рН>9 в водных объектах исследуемой территории существенно возросла после Чуйского землетрясения. В 2006 г. этот показатель составил 12%, т.е. уменьшился практически в три раза по сравнению с 2005 г., но продолжает оставаться почти в четыре раза выше его значения в форшоковый период. В афтершоковый период и до настоящего времени сохраня-

ется также увеличение концентрации фтора в водных объектах Республики Алтай, но в то же время уменьшается концентрация оксида кремния.

Интересной представляется динамика концентрации микроэлементов в подземных водах в период сейсмической активизации Горного Алтая. Она весьма неоднозначна и, по-видимому, связана с гидрогеологическими условиями участков водозаборов и интенсивностью сейсмических событий. Наиболее последовательно из 15 определенных микроэлементов (А1, Ъп, 1л, Мп, Си, Щ, 5Ь, А» и др.) в подземных водах ведет себя ртуть, являющаяся гидрогеохимическим индикатором региона. Резкий аномальный всплеск концентрации ртути зафиксирован в 2002 г., т.е. перед основным толчком землетрясения, затем отмечено ее резкое снижение (рис. 1).

В афтершоковый период в районе г. Горно-Алтайска установлены температурные аномалии в подземных водах. В феврале 2004 г. зафиксированы два сейсмических толчка с магнитудой 3,4 и 3,1, в результате которых в ряде индивидуальных колонок вода потеплела — ее температура повысилась с 17 (11.06.2004) до 48°С (01.10.2004).

Влияние землетрясения на атмосферные процессы. В день Чуйского землетрясения (27.09.2003) был отмечен сильный туман в районе эпицентра и шумы в районе оз. Огырак-Кель в п. Бельтир (в 7 км от эпицентра землетрясения), что, предположительно, связано с сильным газовыделением. Землетрясению предшествовала резкая смена погоды. В течение всего дня наблюдался густой туман, низкая облачность (примерно 10 баллов). Во второй половине дня подул резкий шквальный ветер. Все небо закрыли темные облака, опустился туман, было похоже, что вскоре выпадет снег.

На гидрометеорологической станции (ГМС) в Горно-Алтайске зафиксирован общий суточный тренд изменения температуры (рис. 2) и давления (рис. 3). За более чем двухнедельный период наблюдений исключение составляют 22.09.2003 и 23.09.2003, когда суточные характеристики тренда температуры были нарушены. Показательно также (в смысле значительной модификации фоновых характеристик метеопараметров) существенное снижение среднесуточной температуры 25.09.2003 и 26.09.2003, т.е. непосредственно перед землетрясением [Шитов, 2006].

Влияние природных факторов на грозовую активность Горного Алтая рассмотрено в работе [Дмитриев, Шитов и др., 2006], установлена зависимость реализации гроз в этом регионе от солнечной активности и вариаций магнитного поля Земли. Путем сопоставления геологических данных и анализа их энергетического вклада выделена заметная роль геодинамических факторов, особенно землетрясений, в реализации метеорологических процессов.

Авторы проводили анализ влияния землетрясений Алтая и Западных Саян (каталог землетрясений ОИФЗ РАН) на грозовую активность Горного Алтая с 1955 по 1995 г. Для поиска закономерностей влияния

Рис. 1. Динамика концентрации ртути в подземных водах Республики Алтай в 1999—2006 гг.: а — с. Усть-Кан, скважинные воды из средне-нижнекембрийских отложений (255 км); о — с. Соузга, родниковые воды из венд-нижнекембрийских отложений (255 км); в — с. Чемап, родниковые воды из верхнеплейстоценовых отложений (210 км). В скобках — расстояние до эпицентра Чуйского землетрясения

сейсмических процессов на грозовую активность Горного Алтая была сделана выборка методом наложенных эпох [Дмитриев, Шитов и др., 2006], характеризующая динамику поведения гроз до и после землетрясения, и построена гистограмма (рис. 4). В ре-

Рис. 2. Суточное изменение температуры во время землетрясения (ГМС Горно-Алтайск) за 20.09.2003-30.09.2003 г.

зультате выявлен эффект уменьшения грозовой активности перед Чуйским землетрясением и ее резкое повышение после землетрясения. Превышение составляет 118 гроз на следующий день после землетрясения. Обнаруженный эффект указывает на один из механизмов взаимодействия геосфер. По существу, этот механизм обеспечивает перекачку энергии между земными недрами и атмосферой, это так называемый межгеосферный энергопереток в системе литосфера «- атмосфера.

Наиболее интенсивная грозовая активность в день землетрясения отмечается на ГМС Кызыл-Озёк, Уландрык, Шебалино, Горно-Алтайск, расположенных вблизи активных разломов. Слабо проявляется грозовая активность в дни землетрясений по данным станций Ак-Кем, Кош-Агач. Этот эффект, видимо,

Рис. 3. Суточное изменение давления во время землетрясения (ГМС Горно-Алтайск) за 23.09.2003-4.10.2003 г.

связан с более существенным влиянием географических характеристик на грозовую активность.

Известно, что из эпицентральных зон готовящихся землетрясений исходят сильные электромагнитные импульсы, в ряде случаев зафиксированные спутниковой аппаратурой. Импульсы могут создавать ионизационные коридоры, которые стимулируют грозовые разряды. Анализ лесных пожаров от гроз на территории Республики Алтай за 2003 г. — год Чуйского землетрясения — показал, что большинство мест возгорания от гроз расположено вблизи активных разломов (рис. 5). Анализ возгорания от гроз за 2000—2002 гг. не дал подобной картины пространственного распределения.

В настоящий момент выявлено, что в процессе подготовки землетрясения происходит накопление упругих напряжений [Воробьев и др., 1997; Гохберг и др., 2004; Садовский и др., 1979]. Релаксация напряжений обусловлена диффузионно-разрывными процессами, и с определенного момента она преобладает над накоплением напряжений. С этого момента начинается необратимый процесс разрушения горных пород, показателем которого является аномальное поведение геофизических полей в зоне очага. Как правило, эпи-центральная зона совпадает с максимумом электромагнитного излучения. В ряде случаев возможна передача напряжений и электромагнитного излучения по тектонически сопряженным зонам на существенное расстояние [Сытинский, 1997].

На заключительной стадии подготовки землетрясения напряженность электрического поля в эпи-центральной области достигает значения, достаточного для возникновения микропробоев в атмосфере. Наличие ионизированной области над эпицентром может изменять условия распространения атмосфериков над сейсмоактивным районом [Фатку-лин, 1987]. Вынос энергии из земных недр осуществляется по ослабленным участкам земной коры — тектоническим нарушениям. При этом энергия высокочастотных колебаний рассеивается в крупных разрывных нарушениях, внося электромагнитный вклад в местный эндогенный тепловой поток, а энергия низкочастотных волн выводится по тому же волноводу в атмосферу, где расходуется на атмосферные явления. В таких зонах наблюдаются выделение газов (ртуть, радон), избыточная плотность зарядов, а также аномальные атмосферные явления.

Эта модель объясняет понижение грозовой активности во время землетря-

сении — происходит разряжение атмосферного электрического поля и сбой функции температура—давление, т.е. резко изменяются состав и температура атмосферы и даже формируются локальные грозовые фронты.

Влияние Чуйского землетрясения и активизированных им природных процессов на здоровье людей. Для детального изучения влияния Чуйского землетрясения и его афтершокового процесса на здоровье населения использовались журналы вызовов службы скорой помощи г. Горно-Алтайска за период с 24.09.2003 по 01.01. 2004 г. Для сравнения динамики вызовов использовались данные за 2000—2002 гг.

Рис. 5. Сопоставление распределения пожаров от гроз в 2001—2002 гг. и точек пожаров в 2003 г. с местоположением активных разломов (расчет плотности гроз сделан С.Ю. Кре

четовой)

Периоды перед землетрясением и особенно начало афтершокового характеризовались общим повышением числа вызовов скорой помощи (рис. 6). После Чуйского землетрясения резко возросло число вызовов по причине гипертонических заболеваний и кризов. Отметим, что после 27.09.2003 г. наблюдается резкое увеличение числа вызов, но с тенденцией к некоторому спаду к 09.10.2003 г.

Для выявления того, на какой день после землетрясения происходит максимальное число вызовов по тем или иным видам заболеваний, был применен метод наложенных эпох. В результате установлено, что за сентябрь—декабрь 2003 г. максимальное число вызовов было за день до землетрясения. Период перед землетрясением и во время афтершокового процесса характеризовался общим повышением числа вызовов, особенно связанных с гипертоническими заболеваниями. Вызовы скорой помощи, зафиксировавшие смерть, показывают максимум на следующий день после основного толчка.

В целом общее число вызовов за 2000—2002 гг. составляет 25—60 в день, в сентябре—декабре 2003 г. —

Рис. 4. Характер грозовой активности в дни до и после землетрясения на территории Горного Алтая

50—80 в день, что указывает на увеличение вызовов скорой помощи во время афтершокового процесса.

Эмоциональные реакции, сопровождающиеся витальными опасениями, приводят к большим перестройкам нейроэндокринной системы организма с возникновением реакции напряжения. У здорового организма при возникновении напряжения, связанного с влиянием сильных стрессовых факторов, включается система гипофиз—надпочечники, возникает адаптационный синдром. При ряде заболеваний, особенно при сосудистых реакциях организма на стресс, происходит нарушение существующей компенсации с нарушением церебрального и венозного кровообращений [Уми-дова и др., 1991]. Этим и объясняется значительное увеличение острых приступов коронарной недостаточности, инфаркта миокарда, гипертонических кризов, острых нарушений мозгового кровообращения — сосудистых заболеваний головного мозга, мозговых ишемических инсультов.

Острая мозговая сосудистая недостаточность очень часто возникает при возникновении отрицательной эмоциональной реакции — при испуге и страхе, которые обусловлены угрозой жизни. Первые толчки характеризовались большим эмоциональным напряжением населения, особенно в эпицентральной области. Продолжающийся афтершоковый процесс стал длительно действующим стрессовым фактором, вызывающим отрицательные эмоции и обусловливающим продолжительную реакцию напряжения. Постоянное тревожное состояние в ожидании очередного толчка вызывает чрезмерное напряжение, которое обусловливает хронический подъем артериального давления с резкими колебаниями в момент непосредственного влияния стресса. Особенность течения гипертонической болезни в период землетрясения — учащение кризов, инсультов, а также повышенная

стенокардии,

Рис. 6. Сопоставление общего числа вызовов службы скорой помощи в Горно-Алтайске до начала землетрясения и в период афтершокового процесса

психическая возбудимость, проявляющаяся в бессоннице, двигательном возбуждении.

В афтершоковый период участились и вызовы скорой помощи по причине сахарного диабета. Сахарный диабет является одним из самых тяжелых заболеваний нейроэндокринной системы. Наличие предрасположенности к развитию сахарного диабета предполагает существование провоцирующих заболевание факторов. Одним из таких факторов являются неблагоприятные психические реакции.

Известно, что здоровье человека, с одной стороны, чувствительно к воздействиям, с другой — достаточно инертно по своей природе: разрыв между воздействием и результатом может быть значительным и достигать нескольких лет. Вероятно, с этим и связаны

начальные проявления неблагополучных популяционных сдвигов в здоровье населения Алтая, в частности по заболеваниям сердечно-сосудистой системы.

Выводы. 1. Чуйское землетрясение привело к нарушению функционирования эколого-геологической системы Горного Алтая. Оно спровоцировало изменение гидрохимических характеристик подземных вод, используемых для водоснабжения населения: возросли минерализация, щелочность, цветность и температура. Накануне землетрясения зафиксирован аномальный всплеск концентрации ртути в подземных водах всех опробованных водоносных горизонтов.

2. Чуйское землетрясение продемонстрировало энергетическую связь абиотических оболочек Земли (литосферы и атмосферы) с биотой: перед землетрясением уменьшилась грозовая активность, а после — она резко возросла (на 118 гроз по сравнению с предшествующим периодом). Сильные электромагнитные импульсы в эпицентре землетрясения и в зонах живых разломов стимулировали грозовые разряды, приведшие к лесным пожарам с уничтожением растительности на больших площадях.

3. Последствия Чуйского землетрясения сказались на здоровье людей: обострилась гипертоническая болезнь и заболевания нейроэцдокринной системы. В форшоковый период наметились негативные сдвиги в здоровье населения Алтая.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

1. Воробьев A.A., Самохвалов М.А., Горелкин А.Ф. и др. Аномальные изменения интенсивности естественного импульсного электромагнитного поля в районе Ташкента перед землетрясением //Узб. геол. журн. 1979. № 5. С. 11—15.

2. Голъдин C.B., Селезнев B.C., Еманов А.Ф. и др. Чуйское землетрясение и его афтершоки // Докл. РАН. 2004. Т. 395, № 4. С. 1-4.

3. Гохберг М.Б., Моргунов В.А., Герасимович Е.А., Матвеев И.В. Оперативные электромагнитные предвестники землетрясений. М.: Наука, 1985.

4. Дмитриев А.Н., Шитов A.B., Кочеева H.A., Кречето-ва С.Ю. Грозовая активность Горного Алтая. Горно-Алтайск: РИО ГАГУ, 2006.

5. Еманов А.Ф., Еманов A.A., Филина А.Г. и др. Пространственно-временной анализ сейсмичности Алтае-Са-янской складчатой зоны // Проблемы сейсмологии III тысячелетия: Мат-лы междунар. геофиз. конф. Новосибирск, 15-19 сентября. 2003 г. Новосибирск: СО РАН, 2003. С. 73-86.

6. Кац В.Е., Робертус Ю.В. Гидрогеологические особенности в эпицентральной части Чуйского землетрясения // Алтайское (Чуйское) землетрясение, прогнозы, характеристика последствия. Горно-Алтайск: РИО ГАГУ, 2004. С. 99—109.

7. Кац В.Е. Гидрогеологические особенности состояния подземных вод на территории Республики Алтай в 2004 г. (после Чуйского землетрясения) // Природные ресурсы Горного Алтая. 2005. № 2. С. 61-65.

8. Кац В.Е. Состояние подземных вод в Республике Алтай в период сейсмической активизации в Алтае-Саянском регионе // Основные проблемы охраны окружающей среды и благополучия человека в Сибирском Федеральном округе, перспективы их решения. Горно-Алтайск, 2006. С. 55-59.

9. Киссин И.Г. Землетрясение и подземные воды. М.: Наука, 1982.

10. Основы гидрогеологии. Геологическая деятельность в истории воды в земных недрах. Новосибирск: Наука, 1982.

11. Пронин А.П. Качество подземных вод артезианских бассейнов в результате воздействия атмосферных осадков и геологических процессов // Геология и охрана недр. 1997. № 1. С. 100-105.

12. Садовский М.А., Соболев Г. А., Мигу нов H.A. Изменение естественного излучения радиоволн при сильном землетрясении в Карпатах // Докл. АН СССР. 1979. Т. 244, № 2. С. 316-319.

13. Сытинский А.Д. О планетарных атмосферных возмущениях во время сильных землетрясений // Геомагнетизм и аэрономия. 1997. Т. 37, № 2. С. 132—137.

14. Трофимов В. Т. О содержании учебной дисциплины "Экологическая геодинамика" // Веста. Моск. ун-та. Сер. 4. Геология. 2001. № 5. С. 75-76.

15. Трофимов В. Т., Зилинг Д.Г. Экологическая геология. М.: Геоинформмарк, 2002.

16. Умидова З.И., Арипджанов A.A. и др. Особенности клинического течения гипертонической болезни и коронарной недостаточности // Ташкентское землетрясение 26 апреля 1966 г. Ташкент: ФАН, 1971. С. 635-639.

17. Фаткулин М.Н., Гайворонская Т. В., Зеле нова Т. И. и др. Реакция ионосферы на повторные толчки в апреле 1984 г. после Газлийского землетрясения. М.: ИЗМИРАН, 1987.

18. Шитов A.B. Изменение метеопараметров перед Чуйским землетрясением и здоровье населения Горного

Алтая // 5 Междунар. симп. "Контроль и реабилитация окружающей среды". Мат-лы докл. Томск, 2006. С. 147—148.

19. Шитов A.B., Кац В.Е., Больбух Т.Н. О механизме изменения гидрохимического состава и температуры подземных вод в районе г. Горно-Алтайска в 2004—2005 гг. // Природные ресурсы Горного Алтая. 2006. № 2. С. 81—84.

20. Шитов A.B., Ушакова В.Г. и др. Термальные источники, активизировавшиеся после сейсмической деятельности на территории Горного Алтая // Геоэкология Алтае -Саянской горной страны. Междунар. сб. Горно-Алтайск, 2005. Вып. 2. С. 112-118.

Поступила в редакцию 27.09.2007