Прикладная терминосистема с функциональной точки зрения: терминологический компонент англоязычного дискурса медиации

УДК 81'367.628

ПРИКЛАДНАЯ ТЕРМИНОСИСТЕМА С ФУНКЦИОНАЛЬНОЙ ТОЧКИ ЗРЕНИЯ: ТЕРМИНОЛОГИЧЕСКИЙ КОМПОНЕНТ АНГЛОЯЗЫЧНОГО ДИСКУРСА МЕДИАЦИИ1

А.Г. Чернышенко, О.А. Алимурадов

Статья посвящена выявлению некоторых особенностей функционирования в дискурсе англоязычных терминологических единиц сферы медиации, составляющих в своей совокупности прикладную терминосистему. Авторы рассматривают теоретические аспекты медиации как способа внесудебного разрешения конфликтов, уделяя основное внимание ее терминологическому компоненту и доказывая прикладной характер соответствующей терминосистемы. Кроме того, подробно анализируются морфологическая структура, модели и семантика англоязычных терминов медиации. В статье делается вывод о том, что терминосистема медиации не является гомогенным образованием, так как в нее входят, например, терминоэлементы из сфер юриспруденции и психологии, а семантическая структура терминов медиации неоднородна и делима на ряд компонентов.

Ключевые слова: термин, терминология, терминосистема, дискурс, медиация, прикладная терминосистема.

Медиация как способ внесудебного разрешения конфликтов не регулирует общественные и политические отношения в широком смысле, однако служит все более действенным инструментом достижения компромиссных решений без участия судебных органов и является официальной процедурой, результаты которой фиксируются в «медиативном соглашении». Для каждого этапа данного процесса характерны специфические термины, манифестирующие позиции участников, закрепляющие договоренности сторон и т.д. Эти термины выполняют функции строевых элементов дискурса медиации, обеспечивающих процесс коммуникативного взаимообмена и достижение основных прагматических ориентиров коммуницирующих партий. Иными словами, роль терминов в рассматриваемом виде дискурса не ограничивается чистой репрезентацией научного (или, говоря точнее, профессионального) знания [см., например, Раздуев, 2011]; к функции трансляции специального знания у терминов медиации добавляется функция достижения определенного прагматического эффекта, сводящегося в конечном счете к тому, что в ходе урегулирования конфликтной ситуации одна из сторон «одержит верх», ведь представить себе идеальный компромисс, к которому приходят собеседники, преследующие зачастую противоположные цели, крайне сложно. Таким образом, как это ни парадоксально, термины медиации могут рассматриваться не только с точки зрения содержания и структуры, как это традиционно и делается с терминами других областей специального знания [Акаева и др., 2013; Алимурадов, Лату, 2006; Алимурадов, Раздуев, 2011; Бугаенко, 2012; Мазнева, 2009; Никифорова, 2011], но и с позиций прагматического компонента, и возможность применения такого подхода можно считать дифференциальной чертой рассматриваемой терминосистемы.

Медиация - сравнительно новое явление, и фокус нашего исследования на изучении терминологической составляющей дискурса медиации обусловлен, в первую очередь, отсутствием в современной лингвистической литературе последовательного анализа компонентов этой молодой и активно развивающейся терминосистемы. Тесная связь данной терминологии с практической деятельностью человека позволяет нам в первом приближении квалифицировать терминосистему медиации как терминосистему прикладного характера, в противовес фундаментальным терминологиям, репрезентирующим структуры фундаментального научного знания. При такой дифференциации мы исходим из понимания фундаментальных наук как создающих основу для прикладных наук и опережающих их в своем развитии порой на десятилетия. Между тем, реальность современной жизни такова, что, согласно данным специалистов факультета социологии Московского государственного университета им. М.В. Ломоносова, до 80-90% всех исследований и ассигнований на науку приходится на долю прикладных наук, в то время как фундаментальные исследования составляют лишь малую часть общего объема научных исследований.

Едва ли можно поставить под сомнение тот факт, что различные по определению факторы, лежащие в основе разграничения фундаментальных и прикладных наук, в том числе как чисто научные, так и социальные и экономические, ни могли не найти отражение в стратегии развития соответствующей отрасли научного или профессионального знания, в деятельности специалистов, в ней задействованных, в парадигмах их мышления и, наконец, что наиболее важно, на языковом уровне.

1 Публикация выполнена в рамках проектов «Когниолингвистическое и лексикографическое моделирование фрагментов прикладной и фундаментальной научной картины мира

Например, такие разные факторы, как перспективы коммерциализации научных исследований, влияние заказчика и правообладателя на результаты интеллектуальной деятельности при одновременном усилении роли и статуса индивидуального ученого, возможность серийного тиражирования продукции, конкуренция на рынке товаров и др. накладывают неповторимый отпечаток на средства и особенности научной и профессиональной коммуникации.

Думается, будет логичным предположить, что в сложившейся ситуации разграничения фундаментальных и прикладных наук правомерно было бы говорить не столько о критериях четкого разграничения прикладных и фундаментальных терминологий, а лишь о превалировании характеристик прикладного или фундаментального характера в рамках отдельной терминосистемы. Следовательно, необходимо выделение и учет определенного комплекса соответствующих индикаторов, поскольку, по-видимому, оценить характер терминологии правомерно будет при их совокупном рассмотрении и выведении среднего показателя. Такой подход позволяет уйти от категоричности и спекулятивности в оценке по какому-либо одному или группе критериев, определить статистику там, где это возможно, и количественно показать степень проявления прикладного или фундаментального характера терминосистемы, что зачастую отсутствует при разграничении фундаментальных и прикладных наук.

Таким образом, первым шагом, который необходимо сделать в этой связи, является определение перечня потенциально интересных для рассмотрения языковых сфер и областей, которые могли бы стать объектом для изучения и позволили ответить на вопрос о том, как именно фундаментальный или прикладной характер терминологий находит отражение на языковом уровне. Данный шаг необходим, поскольку можно предположить, что некоторые аспекты вербализации научного знания являются в целом справедливыми для большинства терминологий или в незначительной мере указывать на степень проявления признака. К таковым, пожалуй, можно было бы отнести процентное соотношение однокомпонентных и многокомпонентных терминов, поскольку увеличение числа терминов со сложной структурой, включающих порой не только несколько классифицирующих терминоэлементов, но и сложные основообразующие терминоэлементы, состоящие из более чем одного слова, представляет собой тенденцию, характерную для языка науки в целом [см. также: Раздуев, 2013]. Нам представляется, что терминосистема медиации, в силу специфики референтной сферы, имеющая явно прикладной характер, представляет интересный и до настоящего времени малоисследованный материал для осмысления того, какими же отличительными чертами может обладать прикладная терминосистема. Итак, охарактеризуем терминологию медиации более детально.

К сожалению, несмотря на продолжительную историю исследования вопроса, проблема определения понятия «термин» остается одной из самых острых не только в лингвистике, но и в актуальных сегодня исследованиях автоматизации процессов обработки информации. Современная теория термина рассматривает данное понятие с точки зрения различных подходов (функциональный, гносеологический и т.д.), ни один из которых, однако, не дает всеобъемлющей трактовки понятия, хотя в совокупности такие частнонаправленные исследования помогают определить основные онтологические характеристики термина.

В работах многих зарубежных и отечественных ученых (S. Ananladou (1994), J. Justeson, S. Katz (1995), Р.Г. Пиотровский (1951), Б.Н. Головин (1987) и др.) делается упор на обязательное соотнесение термина с научным понятием. Р.Г. Пиотровский характеризует термин как «слово или словосочетание, обозначающее техническое понятие» [Пиотровский, 1951: 25]. С. Ананладоу отмечает: «...terms differ from general language words primarily by their nature of reference» [Ananladou, 2003: 46]. Однако это не означает, что не существует проблемы вычленения термина, так как хорошо известно, что одна и та же словоформа может соотноситься с различными концептами в разных субъязыках, а в разговорной речи иметь совершенно другое значение (например, «person», обозначающее в неспециализированной речи «человек, персона», в медиационных документах является термином - «индивидуальный предприниматель, корпорация»).

В поисках приемлемого определения понятия «термин» некоторые исследователи обращаются к его функциям, выдвигая на первое место его способность выражать и формировать «профессиональное понятие, применяемое в процессе познания и освоения некоторого круга объектов и отношений между ними - под углом зрения определенной профессии» [Головин, 1987: 65]. Вопрос об универсальных характеристиках термина до сих пор остается спорным: так, например, О.А. Алимурадов подчеркивает, что «уже установленные и описанные признаки терминов должны быть в определенной мере пересмотрены» и уточнены [Алимурадов, 2011: 9-10]. Вместе с этим выделены и обоснованы основополагающие (системность, точность, тенденция к формированию терминологических оппозиций) и желательные (наличие словарной пометы, моносемичность и т.д.) онтологические характеристики термина.

Как явствует из изложенного выше, термин является основной строевой единицей научного дискурса и служит «средством познания окружающего мира» [Ивина, 2003: 79]. Однако у каждой науки своя специфическая объектно-предметная область изучения, свои методы и категории, соответственно - и термины также имеют тенденцию объединяться в группы и составлять определенные понятийные классы, образуя «терминосистемы».

В контексте сказанного терминосистему медиации можно охарактеризовать как ряд терминов, сгруппированных по признаку существования между ними внутрисистемных структурных и понятийно-семантических связей, формирующих определенную семантико-функциональную структуру, тесно коррелирующую с референциальной прикладной сферой медиации. Требования к терминологии медиации, обеспечивающие ее информативную качественность, во многом напоминают имманентные характеристики юридической терминосистемы, что объясняется рассмотрением медиации в правовом контексте, однако с поправками на меньшую строгость регламента процесса, в отличие от судебной процедуры.

Специфической чертой терминологии медиации (ТМ) является максимальная краткость формулирования терминов без ущерба их точности и понятности. Термины медиации обычно создаются с учетом принципа компактности (vesting, win-win, tort), в то время как пролонгированные определительные конструкции встречаются довольно редко («court-sponsored mediation programs»). В медиации существует довольно большая группа терминов, образованных в ходе специализации значения общеупотребительных слов (award, sign, avoidance, co-existence, confessions, dispute). Такие термины нельзя путать с «размытыми» обозначениями понятий или терминами в переносном значении, что в ТМ является недопустимым.

Терминосистему медиации, в отличие от юридической, можно назвать лишь относительно стабильной, прежде всего, потому, что медиация только начинает внедрение в жизнь общества, и, следовательно, ее терминология продолжает неуклонно развиваться и пополняться новыми элементами. Однако стоит заметить, что идея нецелесообразности отказа от традиционных терминов, используемых в юридической сфере, прослеживается в ТМ совершенно отчетливо. Несмотря на то, что в медиации решение принимается на основе обоюдного согласия, а не нормативно-правового акта, предполагается, что термины, закрепляющее соглашение сторон, должны быть максимально доступными, «традиционными», и не должны вводить участников медиации в недоумение. Отсюда можно сделать вывод о том, что термины, которые являются «строительным материалом» для развертывания основных этапов дискурса медиации, - это в первую очередь активно употребляемые слова и фразы, известные большинству людей, решающихся на медиацию.

Терминосистема медиации образует множественные содержательные пересечения с терминосистемами различных сфер, не только заимствуя терминоэлементы смежных дискурсов, но и выступая для них в качестве «донора». Основные пересечения ТМ обнаруживает с терминосистемами смежных дискурсивных моделей сферы альтернативного урегулирования споров (ADR) - negotiation (переговоры с участием посредника), arbitration (арбитраж), и conciliation (согласительная процедура, примирение). При поверхностном рассмотрении языкового оформления данных альтернативных судебному разбирательству процедур можно прийти к выводу, что все четыре модели (mediation, negotiation, arbitration, conciliation) используют общую терминологию, однако наш анализ показывает, что у каждого направления есть целый пласт специфических терминов, отражающих особенности конкретной процедуры.

Рис. 1 Связь терминологии медиации с другими терминосистемами английского языка*.

* ADR T - ADR Terminology; NT - Negotiation Terminology; CT - Conciliation Terminology; AT -Arbitration Terminology; LT- Legal Terminology; PT- Psychological Terminology

На основе изученных медиативных речей и документов нами были выявлены следующие группы терминов, входящих в структуру терминосистемы медиации:

1) Собственно медиативные термины (например, «caucus» - закрытое собрание, на котором медиатор обсуждает проблему и определяет позиции индивидуально с каждым участником процесса; «contingency fee» непредвиденный взнос; договор с адвокатом-представителем в медиации, согласно которому он получает вознаграждение только в случае, если процесс успешно завершен (подписано медиативное соглашение); «Data Conflict» —конфликт противоречивой информации; «Golden Bridge» - «золотой мост», медиативный прием достижения компромисса; «co-mediation» — ко-медиация (медиация, в которой принимают участия два медиатора - специалиста в определенной области, например, семейный и медицинский медиаторы); «opening statements» - вступительные речи).

2) Термины, принадлежащие сфере ADR («Multi-door Courthouse» - «суд со множеством дверей» - альтернативная суду процедура, в которой рассматривается сразу несколько параметров конфликта; «collaborative problem-solving» — коллективное урегулирование; «dispute review boards» - комиссии по рассмотрению споров; «a neutral» - посредник; «Solicitor» - адвокат, юрисконсульт, «court-sponsored ADR programs» - спонсируемые судами программы альтернативного разрешения конфликтов, «private ADR providers» - частные посредники).

3) Общеюридические термины. Юридическая терминология, являясь конгломератом всех терминосистем, так или иначе связанных с правовыми отношениями, в медиации используется в основном для обозначения основных понятий, рассматриваемых в процессе и зачастую являющихся камнем преткновения. Например, «custody» - опека; «judicial review» — судебный контроль; «legitimacy» — законность; «precedent» — прецедент; «mini-trial» — мини-процесс; «plaintiff» -истец;

4) Относительно большое пространство в терминосистеме медиации занимают общеупотребительные слова, имеющие в медиации более узкое специализированное значение, т.е. подвергшиеся терминологизации. Например, «polarization» —поляризация (в медиации - эскалация, расширение конфликта); «position» —позиция (в медиации - основания); «practitioner» — практикующий (в медиации - специалист-медиатор); «force» - сила (в медиации - принуждение посредством угрозы); «interest» - интерес (в медиации - претензии на что-либо).

5) Присутствие значительного количества терминов психологии в дискурсе медиации объясняется социально-психологическим характером самого процесса, в котором, в отличие от процедуры в суде, важно также снижение эмоционального и когнитивного напряжения конфликтующих [Sobel, 2005: 104]. («communication channels» - каналы коммуникации; «cognitive dissonance» - когнитивный диссонанс; «Common courtesy» - взаимная вежливость; «intra-psychic conflict» - интрапсихический конфликт; «de-escalation» - деэскалация (в медиации - постепенное сведение конфликта на нет); «intolerance» - нетерпимость (в медиации - нежелание признать, что у стороны-оппонента больше прав на что-либо).

Динамический характер ТМ, пополняемой новыми понятиями, образованными по определенным моделям, определяет необходимость рассмотрения структурно-семантических особенностей терминов медиации. Основанная на положении о неоднородности и делимости семантической структуры термина семантическая классификация, предложенная О.А. Алимурадовым и М.Н. Лату, вычленяет в смысловой структуре термина ядерную область (на неё идет основная смысловая нагрузка) и периферию (сообщает дополнительную семантическую информацию) [Алимурадов и др., 2011: 66-67]. Таким образом, выделяются следующие типы терминов: одноядерные, двуядерные, одноядерные с периферией, одноядерные с периферией и вспомогательной областью, одноядерные с подразумеваемой периферией (усеченные). Как показывает наш анализ, в медиации наиболее распространенными являются ядерно-периферийные термины, в то время как двуядерные встречаются крайне редко: данная тенденция может рассматриваться как значимая для разграничения прикладных и фундаментальных терминосистем. Рассмотрим следующий пример (school mediation):

(1) Mediator: Two students in your school have a conflict. Rather than turning this into an office situation requiring potential detention or suspension, the two disputants have agreed to try to work out their conflict in a Peer Mediation session. The goal is to work out a WIN-WIN outcome that both disputants can agree to so that this conflict will finally get resolved and not happen again. During any Peer Mediation session, there will be two trained Mediators and a responsible adults monitoring the session. The adult will only help out as needed; otherwise, the two Mediators will conduct the entire session [http://adrr.com/adr3/long.htm].

Данный отрывок представляет собой обращение медиатора к директору школы, в которой произошел конфликт между учениками. В примере (1) встречаем несколько терминов, введенных в

речь для обозначения процедуры (Peer Mediation session), её участников (disputants) и предполагаемого результата (WIN-WIN outcome). В семантической структуре термина Peer Mediation session (медиация сотрудничества) ядерная смыслообразующая характеристика передана сочетанием «mediation session», а «peer» находится на периферии. Термин disputants, семантическое ядро которого «спорящие, дискутирующие» содержит признак «спорить, выяснять отношения», образован с помощью аффиксации и не содержит периферийной области. Следующий медиативный термин WIN-WIN outcome (беспроигрышный, результат, при котором выигрывают обе стороны), имеет антоним WIN-LOSE outcome, который также является ядерно-периферийным (ядро - outcome, периферия - WIN-WIN/WIN-LOSE).

Несмотря на обязательный фокус (требование к медиатору) на создании дружелюбной атмосферы в процессе урегулирования, споры, выносимые на медиацию, нередко связаны с личностными отношениями, обидами и даже взаимной ненавистью, из-за чего переговоры приобретают агрессивный характер. В ТМ существует целый пласт терминов с негативной коннотацией для обозначения проблемных ситуаций, а также претензий сторон. Обратимся к примеру:

(2) Party A: My boss is cruel and indifferent. It is impossible to talk to him. I should be able to meet him at least once a day. He doesn't make any time for me and always ignores me.

Mediator: Do you mean you faced the Hostile Environment problem? You want regular access and communication with your boss and you want him to be considerate, is that right? Are those your interests?

Party B: That's defamation! I disagree! [http://supremecourtofindia.nic.in/ MEDIATION%20TRAINING%20MANUAL%20OF%20INDIA.pdf].

Hostile Environment (недружелюбная атмосфера) - термин так называемой «Профессиональной медиации» (Workplace Mediation), призванной разрешать проблемы отдельных лиц с сотрудниками и начальством. В основе термина заложена идея о притеснении работника, о намеренном создании неприятной атмосферы на его рабочем месте, об игнорировании его интересов и т.д. Ядро данного ядерно-периферийного термина (environment) является также продуктивным терминоэлементом ТМ (comfortable environment, positive work environment). Другие термины данного примера (2) - defamation (диффамация; клевета) и interests (претензии) - содержат в ядреной области салиентные (основные) признаки «ложь» и «желаемое; то, на что кто-либо претендует» соответственно.

Салиентный признак, как отмечают О.А. Алимурадов и М.Н. Лату, может локализоваться не только в ядерной, но и в периферийной области семантики терминоединицы [Алимурадов, 2011: 68]. Так, например, в термине Zipper Clause (окончательный процесс; медиация, не допускающая начала новых переговоров после подписания соглашения), периферийная область указывает на характер ядерной: «процесс» (ядро) после подписания медиативного соглашения является «закрытым на молнию» (периферия), и новые переговоры невозможны.

Интересными с точки зрения семантической структуры являются редкие в медиации многокомпонентные термины. Приведем пример:

(3) Mediator: Okay, the fourth step of a Multi-Step Dispute Resolution Clause is to come up with a WIN-WIN solution that will please you both. To do that, you two will brainstorm some solutions to try to solve this problem. There are three rules to brainstorming. Rule #1: Say any idea that comes to mind, even if it might sound silly or hard to accomplish... [http://askdjlyons.com/pdf_peer_mediation_step_by_step_process.pdf].

Multi-Step Dispute Resolution Clause — одно из самых продуктивных направлений в медиации, которое подразумевает решение конфликта с помощью серии примирительных процедур. У данного термина существуют синонимы: «progressive negotiation», «mutual escalation». Ядерная область термина Multi-Step Dispute Resolution Clause содержит значение «процесс разрешения конфликта» и выражена тремя терминоэлементами (Dispute Resolution Clause), а периферийная зона «многошаговый, многоуровневый» передана с помощью атрибутивного сочетания (multi-step).

Отсутствие строгой регламентации в медиации позволяет участникам обозначать свои позиции и высказывать требования, не прибегая к формальному стилю, поэтому присутствие терминологии в устной медиации довольно ограниченно. Однако для медиативных документов, фиксирующих информацию, презентуемую в дискурсе медиации, существуют строгие правила в плане оформления и изложения. Именно эти документы находятся на первом месте по частотности использования терминов. Рассмотрим отрывок из заявления родителей ученика школы с просьбой о проведении процедуры медиации:

(4) We request Rights-Based Mediation in the matter of Brandon Johns to try to reach an agreement on some or all of the issues regarding educational services for the student. We have read and understand the written materials describing mediation services and have been fully informed that the mediator is not providing the parents, the school district, or the student with legal representation. We also understand that the mediator is not providing counseling or therapy services.

We choose to pursue mediation to try to reach an agreement on some or all of the issues regarding the students' educational program. We understand that the mediation process will involve the mediator, acting as a neutral third party, to help develop an agreement that is mutually satisfactory [http://www.directionservice.org/ cadre/sampleform 16.cfm].

В представленном фрагменте заявления (4) фиксируем ядерно-периферийные термины Rights-Based Mediation, third party и одноядерный термин agreement. Rights-Based Mediation - это медиация, которая наделяет посредника большим количеством прав, чем в стандартном процессе, делая его при этом относительно активным участником процедуры. Однако медиатор при этом обязуется следить, что соглашение учитывает права обеих сторон. В качестве ядра данного термина выступает существительное Mediation, на периферии располагается Rights-Based, несущее в себе информацию о характере процесса. Очевидно, что ядерная область термина third party (синонимы: neutral, practitioner, intermediary) содержит значение «участник», а периферийная - «третий, наблюдатель». У термина agreement присутствует только ядерная область со значением «соглашение».

Периферийная область, сообщающая медиативному термину дополнительную семантическую информацию, может быть выражена с помощью словоформ, которые вне терминосистемы медиации имеют несколько иное значение. Так, например, терминологическое словосочетание capricious statement в медиации не имеет ничего общего с «капризами». Рассмотрим пример его употребления в контексте спора двух авдокатов-представителей, отстаивающих в процессе медиации интересы своих клиентов:

(5) Attorney 1: Your client was negligent. Therefore, she owes my client compensation.

Attorney 2: Your client breached the contract. Therefore, my client is entitled to contract damages.

Mediator: Sorry, but I have to notice that both are capricious statements. Don't forget it's a fact-based

dispute

[http://supremecourtofindia.nic.in/MEDIATION%20TRAINING%20MANUAL%20OF%20INDIA.pdf].

В медиации capricious statements означает «необоснованные заявления», причем прилагательное capricious является продуктивным терменоэлементом (capricious action/decision). В термине fact-based dispute ядерную область содержит в себе второй терминоэлемент, в то время как первый относится к периферийной области, указывающей на характер медиации - «основанная на фактах».

На основе составленной нами выборки терминов дискурса медиации можно сделать вывод о том, что в пределах обозначенной терминосистемы функционируют в основном ядерные и ядерно-периферийные термины, обозначающие явления, организации, субъекты и объекты, а также процессы внутри процедуры. При этом ядерная область практически всегда выражена существительным, в то время как периферийное значение в большинстве случаев (91,4% в масштабах выборки) закреплено в семантике прилагательного (или прилагательных). Семантический анализ терминологии медиации показал, что чаще всего в рамках данной терминосистемы встречаются ядерно-периферийные термины (69,7% в масштабах выборки), а на долю ядерных терминов приходится 25,9% всей выборки. Третью позицию занимают двуядерные термины, встречающиеся в медиации крайне редко (4,4% от общего количества терминов в выборке).

Системное изучение терминов, опирающееся на принципы системности и детерминизма, невозможно без анализа их структурных особенностей. В соответствии с морфолого-синтаксическими способами терминообразования выделяют 7 типов терминов, среди которых простые, сложные, производные, сложнопроизводные, термины-словосочетания и термины с предикацией, аббревиация [Лату, 2009: 45]. Так, образование производных и сложнопроизводных терминов происходит по определённым деривационным моделям, среди которых можно выделить следующие наиболее продуктивные для медиации:

1) NOUN + suffix (ing) = Anchoring — фиксирование; попытка зафиксировать базисную точку (тезис), вокруг которой разворачиваются переговоры; Bumping — преимущественное обеспечение работой лиц с большей выслугой лет;

2) NOUN+NOUN+ing= Featherbedding — практика сохранения численности рабочей силы независимо от потребности в ней;

3) ADJ+NOUN+suffix (ing) = Broadbanding — широкая классификация работ; уменьшение количества тарифных разрядов, т. е. объединение прежних тарифных разрядов в несколько более крупных групп с единой ставкой заработной платы).

Для многокомпонентных терминов:

4) VERB+suffix(ing)+NOUN= Bargaining Unit — договаривающаяся сторона; сторона-представитель; Disarming Strategies — обезоруживающие стратегии; стратегии, направленные на разрушение в процессе медиации негативных стереотипов;

5) ABBREVIATION = EDR — (Effective Dispute Resolution); GRIT (Gradual Reduction in Tension); ZOPA — (Zone of Possible Agreement); ODR — (On-Line Dispute Resolution).

Менее распространенными в медиации являются семантические способы терминообразования: метафоризация («Open Shop» agreement/settlement- открытый цех; соглашение об открытом цехе; «Framing» - определение проблемы внутри диспута; «Frames» - обнаруженные проблемы), метонимизация, специализация/расширение значения.

Опираясь на структурный анализ терминов медиации, приходим к следующим выводам. Безусловно, наиболее продуктивной моделью создания медиативных терминов является модель «VERB+suffix(ing)+NOUN», согласно которой образовано 39,2% всех терминов выборки. Производные термины, образованные по модели NOUN + suffix (ing) составляют 7,9%. Относительно высокая частотность терминов-аббревиатур в медиации (8,5%) объясняется стремлением к экономии языковых средств, а именно уходом от использования в речи сложных многокомпонентных терминов в пользу их сокращения до известных участникам процесса аббревиатур. На долю структурных моделей «NOUN+NOUN+ing» и «ADJ+NOUN+suffix (ing)» приходится 5,7% и 4,2% соответственно. Остальные 34,5% терминов выборки представляют собой примеры недеривативного образования.

Таким образом, можно сделать вывод о том, что терминосистема медиации - это отнюдь не гомогенное образование. Помимо собственно медиативных терминов и терминов сферы ADR, в её структуру входят терминоэлементы юриспруденции и психологии. На основании анализа приведенных выше терминов медиации, можно констатировать, что их семантическая структура неоднородна, и у большинства терминов делима на ряд компонентов, а в пределах терминосистемы функционируют ядерные и ядерно-периферийные термины.

The article is devoted to the analysis of some peculiarities of functioning of the English mediation terminological units in the discourse, that in total form an applied terminology system. The authors consider some theoretical aspects of mediation as a method of extrajudicial conflict solving, drawing special attention to its terminological component and proving the applied nature of the corresponding terminology system. Besides, the morphological structure, models and semantics of the English mediation terminological units are analyzed in detail. It is concluded that the mediation terminology system is not a homogenous formation due to the fact that, for example, it includes some terminological elements from the spheres of jurisprudence and psychology, and the semantic structure of terminological units of mediation is heterogeneous and divisible into several constituent parts.

Keywords: terminological unit, terminology, terminology system, discourse, mediation, applied terminology system.

Список литературы

1. Акаева Х.А. [и др.]. Вопросу о возможных параметрах структурного и семантического описания терминологических систем: внутриязыковой и межъязыковой аспекты / Х.А. Акаева, Н.П. Бугаенко, Б.Б. Докуто, Е.В. Жуликов // Вестник Пятигорского государственного лингвистического университета. 2013. № 2. С. 68-76.

2. Алимурадов О.А. Особенности структуры и функционирования отраслевых терминосистем (на примере терминосистемы нанотехнологий) / О.А. Алимурадов, М.Н. Лату, А.В. Раздуев. Пятигорск, 2011. 112 с.

3. Алимурадов О.А., Лату М.Н. Метафоричность термина как переводческая проблема / О.А. Алимурадов, М.Н. Лату // Вестник Пятигорского государственного лингвистического университета. 2006. № 4. С. 24-27.

4. Алимурадов О.А., Раздуев А.В. Термины-эпонимы в русском и английском подъязыках нанотехнологий: структурно-семантический и гендерный аспекты / О.А. Алимурадов, А.В. Раздуев // Вестник Пятигорского государственного лингвистического университета. 2011. № 2. С. 157-161.

5. Бугаенко Н.П. Некоторые вопросы современной динамики терминообразования в русском языке / Н.П. Бугаенко // Вестник Пятигорского государственного лингвистического университета. 2012. № 4. С. 38-41.

6. Головин Б.Н. Лингвистические основы учения о терминах / Б.Н. Головин, Ю.Р. Кобрин. М.: Высш. шк., 1987. 104 с.

7. Ивина Л.В. Лингвокогнитивные основы анализа терминосистем (на примере англоязычной терминологии венчурного финансирования) / Л.В. Ивина. М.: Академический проспект, 2003. 302 с.

8. Лату М.Н. Англоязычная военная терминология в ее историческом развитии: структурно-семантический и когнитивно-фреймовый аспекты / М.Н. Лату: дис. ... канд. филол. наук: 10.02.04. Ростов-на-Дону, 2009. 191 с.

9. Мазнева Ю.А. К проблеме когнитивно-семантической характеризации юридических терминов-аббревиатур в современном английском языке / Ю.А. Мазнева // Вестник Пятигорского государственного лингвистического университета. 2009. № 1. С. 177-181.

10. Никифорова Ж.А. Понятийный потенциал термина «гипертекст» / Ж.А. Никифорова // Вестник Пятигорского государственного лингвистического университета. 2011. № 1. С. 112-115.

11. Пиотровский Р.Г. К вопросу об изучении термина / Р.Г. Пиотровский. Л., 1951. С. 18-25.

12. Раздуев А.В. История возникновения и развития терминологии нанотехнологий / А.В. Раздуев // European Social Science Journal. 2011. № 8. С. 60-69.

13. Раздуев А.В. Современный английский подъязык нанотехнологий: структурно-семантическая, когнитивно-фреймовая и лексикографическая модели / А.В. Раздуев: дис. ... канд. филол. наук: 10.02.04. Пятигорск, 2013. 242 с.

14. Ananladou S.A Methodology for Automatic Term Recognition / S. Ananladou. Manchester Metropolitan University John Dalton Building, 2002. P. 1034-1038.

15. Mediator's Speech. Archive [Электронный ресурс]. URL: http://adrr.com/adr3/long.htm (дата обращения: 10.09.2013).

16. Mediation Training Manual [Электронный ресурс]. http://supremecourtofindia.nic.in/MEDIATION %20TRAINING%20MANUAL%20OF%20INDIA.pdf (дата обращения: 15.11.2013).

17. Mediation scripts [Электронный ресурс]. URL: http://askdjlyons.com/pdf_peer_mediation_step_by_step_process.pdf

http://www.directionservice.org/cadre/sampleform16.cfm (дата обращения: 15.05.2014).

18. Sobel, M. E. Discussion: the scientific model of causality / M.E. Sobel. Sociological Methodology, 2005. P.

99-133.

Об авторах

Чернышенко А.Г. - аспирант кафедры западноевропейских языков и культур Института переводоведения и многоязычия ФГБОУ ВПО «Пятигорский государственный лингвистический университет», alicha2002@mail. ru

Алимурадов О.А. - доктор филологических наук, доцент, профессор кафедры западноевропейских языков и культур Института переводоведения и многоязычия ФГБОУ ВПО «Пятигорский государственный лингвистический университет», alimuole@mail.ru