Поэт и власть

30 ноября на заседании совета по науке, технологиям и образованию президент Владимир Путин сказал: "Буквально несколько дней назад, вы это знаете хорошо, правительство России утвердило новый устав Российской академии наук, укрепивший правовой статус большой академии и расширивший ее возможности, ее самостоятельность, зону ответственности... Уже есть и результаты пилотного проекта по совершенствованию оплаты труда в Российской академии наук. Еще совсем недавно не верилось, что мы сможем достичь достаточно быстро неплохих, в общем, результатов в этой сфере. Это в целом Академии наук, руководству Академии наук сделать удалось... Должен с сожалением констатировать, что правительство не владеет в полном объеме реальными знаниями о том, что происходит в этой сфере. В целом с Академией наук договорились, а что там реально происходит — не владеют ситуацией".

Александр Пушкин чрезвычайно интересовался Академией наук. В подготовительных текстах к истории Петра 1835 года поэт писал, говоря о 1724 годе: "Петр занялся планом Академии наук и списывался о том с Лейбницем, Вольфом, Фонтенелем и аббатом Биньоном... Петр 22 января на академию определил доходы с Нарвы, Дерпта, Пернова и Аренсбурга (таможенные) 24 912 р. Библиотекарю Шумахеру для угощения посетителей кунсткамеры определено 400 p.".

В статье "Путешествие из Москвы в Петербург" 1834 года Пушкин рассказывал: "Ломоносов был иного покроя. Он везде был тот же: дома, где его все трепетали, во дворце, где он дирал за уши пажей; в академии, где, по свидетельству Шлецера, не смели при нем пикнуть... Шувалов закричал: "Я отставлю тебя от академии!" "Нет,— возразил гордо Ломоносов,— разве академию от меня отставят"".

Интересовался также поэт деятельностью основанной Екатериной Российской академии — ее членом Пушкин был сам. В статье "Российская академия", напечатанной в 1836 году, он написал: "Екатерина II основала Российскую академию в 1783 году и повелела княгине Дашковой быть председателем оной. Екатерина, стремившаяся во всем установить закон и незыблемый порядок, хотела дать уложение и русскому языку. Академия, повинуясь ее наказу, тотчас приступила к составлению словаря. Императрица приняла в нем участие не только словом, но и делом. В "Заметках при чтении "Нестора" Шлецера" 1836 года поэт сказал: "Екатерина II много сделала для истории, но академия ничего. Доказательство, как правительство у нас всегда впереди".