«Ажиотаж вокруг лесоклиматических проектов грозит ложными приоритетами в борьбе с изменением климата»

Директор Института глобального климата и экологии имени академика Ю. А. Израэля (ИКГЭ) Росгидромета Анна Романовская о месте «карбоновых полигонов» и темы лесов в современной климатической повестке России.

Директор Института глобального климата и экологии имени академика Ю. А. Израэля (ИКГЭ) Росгидромета Анна Романовская

2021 год в России ознаменовался резким ростом внимания к климатической повестке, в том числе в ответ на увеличение давления со стороны администрации Байдена и горячие дискуссии вокруг пограничного углеродного механизма ЕС. При этом среди основных тем в России остаются перспективы учета поглощения углерода лесами, создания сети «карбоновых полигонов» и реализации лесоклиматических проектов.

Несмотря на невнятную информацию о «карбоновых полигонах» в СМИ, а также использование сленга (перевод английского «carbon» новомодным словом «карбОн»), экспертному совету при Минобрнауки удалось четко сформулировать задачи такой сети: проведение научных исследований по биогеохимическим циклам углерода и азота, измерение потоков парниковых газов и встраивание площадки в международную программу FluxNet, разработка технологий по сокращению выбросов и увеличению поглощения парниковых газов, наращивание числа научных и образовательных программ. В настоящий момент одобрены девять «карбоновых полигонов» (один из них состоит из двух отдельных программ). Каждая программа предусматривает финансирование в размере сотен миллионов рублей с паритетным участием бюджетных и внебюджетных источников. Многокомпонентность задач полигонов, а также нехватка квалифицированных кадров — основные препятствия для расширения этой научной сети.

Утвержденные программы работы полигонов имеют разное качество: от заявок опытных, компетентных коллективов, поддержка которых безусловно позволит получить прорывные научные результаты, до предложений освоения бюджета на основе строительства кампусов и запуска армии беспилотников, без должного планирования наземных исследований экосистем. Последние потребуют постоянного внимания и контроля со стороны экспертного совета для гарантии сопоставимости полученных результатов между полигонами.

Позволит ли сеть «карбоновых полигонов» уточнить данные по нетто-поглощению углерода лесами в рамках Национального кадастра антропогенных выбросов и абсорбции парниковых газов? Нет. Данные сети Fluxnet не используются ни одной страной в национальной отчетности ввиду крайне высокой неопределенности результатов (до 100%). Эти исследования позволяют изучать относительную динамику отдельных процессов в экосистемах (фотосинтеза, дыхания экосистем, чистого экосистемного обмена), но не их абсолютные величины. Методы искусственного интеллекта неплохо (с точностью до ±25%) работают в гомогенных условиях пахотных земель, но могут привести к ошибкам на порядки при использовании в сложных многокомпонентных условиях ввиду простоты применяемого алгоритма (обычная корреляция без изучения причинных взаимосвязей).

Абсолютные величины углеродного баланса экосистем наиболее надежно измеряют сравнительно дешевыми методами оценки изменения запасов углерода в разных пулах (биомасса, подстилка, мертвая древесина, почва). Именно такая сеть мониторинга необходима в России для уточнения данных кадастра. Безусловно, «карбоновые полигоны» могут стать частью этой сети, но не заменить ее. Речь идет об использовании данных существующих пробных площадей государственной инвентаризации лесов (68 тыс. по всей территории страны, периодичность мониторинга — десять лет), мониторинговых площадок Рослесозащиты (60,8 тыс., периодичность мониторинга — два года), а также о создании сети научного мониторинга лесов (оценочно около 300 площадок ежегодного интенсивного мониторинга и от 3 тыс. до 5 тыс. площадок экстенсивного мониторинга с периодичностью в пять лет). Это наиболее ценные данные для достоверного учета углеродного баланса лесов.

К сожалению, несмотря на неоднократное озвучивание необходимости создания такой сети учеными РАН (Центр по проблемам экологии и продуктивности лесов РАН), ИГКЭ и Рослесхоза, соответствующие решения так и не приняты. В том числе в связи с общим заблуждением, что «карбоновые полигоны» призваны решить именно эту задачу. При этом финансирование, которое, по оценкам ученых, потребуется на создание сети научного мониторинга леса, на порядок меньше бюджета программы «карбоновых полигонов».

Наблюдаемый ажиотаж вокруг лесоклиматических проектов также может привести к выстраиванию ложных приоритетов в рамках деятельности по борьбе с изменением климата. Обычно генерация углеродных единиц (кредитный период) на территории лесного проекта происходит в течение первых 25 лет, однако международные стандарты требуют обеспечить сохранность результатов до 100 лет. В российских реалиях пока не существует способов гарантировать выполнение этого условия. Разные типы земель находятся в разных видах собственности с различными ограничениями. Логично предположить, что в отсутствие жестких правил реализации проектов по окончании кредитного периода бизнес-компании прекратят финансирование защиты и охраны этих лесов, которые будут заброшены, погибнут, а накопленный углерод вернется обратно в атмосферу, или их охрана может быть переложена на государство.

Другая проблема обширного лесоразведения в России состоит в отсутствии посадочного материала в нужном количестве. Уже сейчас идет речь о масштабном использовании саженцев микроклонального размножения (один из видов вегетативного размножения в лабораторных условиях), что не соответствует принципам организации устойчивых экосистем и генетического биоразнообразия. Следует установить четкие ограничения на источник и метод получения посадочного материала.

Ситуация по таким типам проектов, как сохранение лесов от рубки, еще менее прозрачна. В условиях, когда ежегодная расчетная лесосека в стране вырубается только на четверть, остальные 75% могут быть оформлены в виде проектов с выгодной базовой линией. Участок, который и так не был бы вырублен, будет генерировать фиктивные углеродные единицы. Учитывая российскую специфику, такой тип проектов (сохранение от вырубки) в России допускать не следует. А актуальная проблема по сохранению малонарушенных лесов не должна решаться в нашей стране через климатическую повестку и зависеть от углеродной конъюнктуры.

Лесоклиматические проекты в России следует направить на привлечение коммерческого финансирования в «проблемные» области лесного хозяйства, прежде всего противопожарной защиты леса и бережной лесозаготовки. При этом пересмотр Лесного кодекса не требуется: мероприятия осуществляются совместно с действующим арендатором, но с применением дополнительных углерод-сберегающих мероприятий. Необходимо разработать и ввести национальные принципы экологической целостности (environmental integrity), которые обеспечат долговременное сохранение результатов и надежность российских лесных углеродных единиц, что обеспечит высокий спрос на них на международном уровне.