«У меня все расписано до 2030 года»

На счету российского путешественника Федора Конюхова покорение высочайших вершин всех частей света, Северного и Южного полюсов, пять кругосветных путешествий на яхтах, шесть прохождений мыса Горн, 17 пересечений Атлантики на яхтах, три перехода на весельных лодках через океаны и четыре с половиной года в океане в одиночку. Свое 70-летие 12 декабря 2021 года Федор Филиппович собирается отметить на одиночном катамаране Nova с солнечными батареями, на котором планирует пересечь Тихий и Атлантический океаны. Это будет первый в истории одиночный океанский переход на энергии Солнца. Официальный хронометрист экспедиции — часовая компания Breitling.

Федор Конюхов на пресс-конференции в бутике Breitling

Фото: предоставлено Breitling

—Федор Филиппович, кто такой настоящий путешественник?

—Я путешествую с 15 лет, когда я переплыл Азовское море на весельной лодке. Мне было восемь, а я уже знал, что пойду к Северному полюсу, как Георгий Яковлевич Седов. Мой дедушка участвовал в экспедиции Седова 1901 года по исследованию новых земель. Дедушка был простой рыбак — мы с Поморья, а группу как раз набирали в Архангельске — и хотел, чтобы я был такой же, как Георгий Седов. В детстве я читал Амундсена, Скотта, Седова, Ивана Папанина. Путешественник — тот, кто делает исследования. Путешественник — тот, кто открывает мир, преодолевает планку человеческих возможностей. А тот, кто так просто болтается по миру, тот не путешественник. Слонов цирковых тоже возят по миру. Сядь на самолет, пролети и все!

—Что исследует путешественник?

—Мы сейчас мировой океан изучили только на 5%. Мы не знаем, что на тысяче метров творится. Сколько человек будет жить на земном шаре, столько он будет путешествовать и делать открытия в науке. Вы что думаете, таблица Менделеева — и все, сидим? Таблица Менделеева уже устарела. Каждые 5–10–20 лет все меняется. А представьте через 100 лет, 200, 500?! Открытия также будут происходить и в животном мире, и в ботанике, и в химии, и в физике.

—То есть причина ваших постоянных путешествий — исследовательский интерес?

—Только исследования! Вот я планирую на Северном полюсе высадиться и дрейфовать на льдине несколько недель. Главная цель — изучение интенсивности таяния льдов и маршрутов их дрейфа, а также исследование сейсмичности акватории Северного Ледовитого океана. Институтом океанологии им. П. П. Ширшова РАН была разработана портативная автономная сейсмическая станция, способная измерить ледовые шумы и записать естественный фон Северного Ледовитого океана. Важно также протестировать саму концепцию одиночных полярных дрейфующих станций.

Экспедиция к Северному полюсу на атомоходе «50 лет Победы», июль 2021 года

Фото: Экспедиционный штаб Федора Конюхова

—Почему вам нравится путешествовать в одиночку?

—Идти в одиночку — это или последняя из причин, или первая. У меня больше десяти экспедиций, я ходил и с командой, например, на Северный полюс. Вдвоем с Виктором Симоновым мы ходили через Арктику на собачьих упряжках. На Эверест поднимался с командой. Когда идешь с командой на яхте, есть штурман, кок, парусный мастер, компьютерщик, радист и все остальные. Когда идешь один, ты должен уметь все. Ты должен быть и радистом, и компьютерщиком, и механиком… Предположим, ты хочешь стать путешественником, вот сейчас, взять и пойти! А с какого ты вдруг путешественник? Если ты зоолог — изучай зоологию, ботаник — изучай ботанику, эколог — экологию. Путешественнику надо знать все, поэтому ему надо много учиться, очень много учиться.

—А кто вы по образованию?

—Когда я мечтал идти к Северному полюсу, я понимал: как ты найдешь Северный полюс, если не знаешь штурманского дела, навигации? В 1960-х не было GPS. Поэтому я окончил Одесское мореходное училище и стал штурманом. Да и вообще, мало ли что ты хочешь на Северный полюс, мало ли что дедушка сказал идти на Северный полюс. Как идти-то? Тогда же еще не ходил никто. Я родился в 1951-м. На полярных станциях не только ученые, там есть и трактористы, и повара, и механики, и электрики, и уборщики. Ученые приезжают, исследуют и уезжают, а кто содержит эту полярную станцию? Я был на полярных станциях механиком, мотористом. Но дальше что? Значит, подумал я, надо быть или ученым, или книгу написать, фильм снять, стихи сочинить. Я с детства рисовал, закончил художественное училище в Белоруссии, в 1983 году стал членом Союза художников СССР (самым молодым на тот момент в СССР). Сейчас я академик Российской академии художеств.

Федор Конюхов во время экспедиции к Северному полюсу

Фото: Экспедиционный штаб Федора Конюхова

—Вы рисуете в поездках?

—Конечно! У меня три тысячи картин!

—А именно во время путешествия?

—Делаю наброски. Сейчас буду на Северном полюсе, мне готовят дрейфующую станцию, как у Папанина, Федорова и Ширшова в 1930-е годы, только я буду один. Буду делать науку и, понятно, буду вести дневник. Писать книгу и рисовать. Потом будет аукцион, и мы наверняка продадим эти картины. Продадим, точно, но за какую цену? Вот на эти деньги я под Тулой строю деревню и биосферный заповедник. В прошлом году, когда купили картины на аукционе, мы отдали все деньги на реализацию программы по сохранению белого медведя. И деревья сажаем, целый парк деревьев! Приезжайте ко мне в деревню — это в 110 км от Москвы, в Заокском районе. Там сотни скворечников!

—Какое ваше следующее путешествие?

Трехмерное изображение катамарана Nova

Фото: Экспедиционный штаб Федора Конюхова

—В конце года я планирую на катамаране Nova, оборудованном солнечными модулями российского производства, пересекать Тихий океан. Одна из задач — изучение степени загрязнения вод мирового океана частицами микропластика. На борту установлены фильтры проточного типа со сменными картриджами, способные улавливать частицы пластика размером от 200 мкм до 1,5 мм и более. В мои обязанности входит ежедневное обслуживание фильтров, упаковка и маркировка собранных образцов с указанием координат места, времени сбора и показаний водосчетчика отфильтрованной воды. Собранные образцы будут переданы в институт Ширшова для анализа и интерпретации. В океане уже очень много микропластика, и мы хотим исследовать, в каких районах сколько, почему. Микропластик поедают рыбы, которых потом едим мы… Надо отходить от той энергии, которую мы сейчас потребляем, от той же нефти. У нас очень хорошие солнечные батареи по сравнению с другими странами, да их производство само по себе очень вредно. И утилизация вредная. Но стоять и ждать нельзя. Думаю, через 10–20–30 лет найдут другую энергию. Мы ищем. Виктор Вексельберг будет строить солнечный самолет. Понимаете? Надо что-то двигать, а не сидеть и ждать.

Схема маршрута экспедиции на катамаране Nova, запланированной на декабрь 2021 года

Фото: Экспедиционный штаб Федора Конюхова

—А что вами движет? Какая у вас батарейка?

—Мною движет любопытство, любознательность и амбиции. Свои и за нашу страну. Как я могу спокойно жить, если мы великая страна, а Марианскую впадину проиграли?! У нас амбиций нет. Китайцы все у нас заказали, все технологии для батискафа на Марианской впадине, все наши детали. И достигли цели! А мы все спрашиваем, зачем это надо, кому это надо, сколько заплатят… Нас 146 миллионов, и ни одного альпиниста, поднявшегося на все 14 восьмитысячников. Уже 33 страны поднялись. Сейчас у меня 25 мировых рекордов. Подъем на Эверест занял у меня 14 лет, а когда я зашел, то понял, сколько всего еще мог бы сделать за время подготовки… А так и получаются только «зачем это надо» да «кому это надо».

—Похоже на спорт.

—Это рекорды. Облетел вокруг света — сразу несколько мировых рекордов. Я летел изучать воздушные потоки, мне ученые прибор поставили, и я на высоте 11 тысяч собирал частички воздуха, который еще при Иисусе Христе был. Это все не может вылететь в космос — стратосфера держит.

—Почему вы так надолго всегда уходите?

—Это же экспедиция, обойти вокруг света не так просто. А к экспедиции еще готовиться надо долго. У меня же экспедиции одна за одной, мы большая команда, я даже не всех знаю лично.

—Сколько сейчас человек в экспедиционном штабе Конюхова?

Breitling, часы Superocean Heritage Chronograph Outerknown, 44 мм, сталь, механизм с автоматическим подзаводом, водонепроницаемость 200 м, запас хода 48 часов, ремешок из материала Econyl

Фото: Breitling

—Человек сто. Одни занимаются горами, другие лодками, кто-то готовит поход по Северному полюсу в собачьих упряжках, кто-то готовит катамараны, воздушные шары для кругосветки без остановки. Я облетел за 11 дней, но уже 5 лет прошло, и мы считаем, что технологии позволяют улучшить этот результат, и сейчас хотим два оборота без посадки совершить за 25 дней. На катамаране я пойду в декабре и вернусь только в мае. В июле с напарником полечу на два оборота вокруг света. В 2022–2023-м готовлюсь перелететь через Северный Ледовитый океан от Шпицбергена в Канаду на воздушном шаре, кроме того, работаем над проектом подняться в стратосферу на 25 километров — тоже на воздушном шаре. У меня все расписано до 2030 года.

—Есть ли у вас ученики?

—Есть детская школа путешественников Федора Конюхова в Вологодской области, и в Челябинской, в городе Миассе. Но учить сложно… Я полгода в океане, полгода здесь. Возвращаюсь только организовать новые экспедиции, контролировать ключевые процессы. Я же не сам все финансирую, я только контролирую. Почему я не всех знаю, кто на работе у меня,— они науку делают.

—А с сыном Оскаром вы путешествовали вместе?

—Были и такие путешествия. Несколько раз через Атлантический океан ходили под парусом, мыс Горн огибали на яхте, поднимались на Килиманджаро, на Эльбрус, но это семейные походы. Чтобы дома не сидеть, прогулка.