Семиотическое моделирование в экологии животных

УДК 577.4 + 159.922.5 + 801.009

СЕМИОТИЧЕСКОЕ МОДЕЛИРОВАНИЕ В ЭКОЛОГИИ ЖИВОТНЫХ

© 2002 Э.Д. Владимирова Самарский государственный университет

Сравниваются понятия теории сигнального поля млекопитающих и семиотики. Предмет статьи -информация, полученная животными через характеристики среды обитания, без прямых контактов между ними. Информационный поток делится на кванты, в которых означающему поставлено в соответствие означаемое. Рассмотрен язык научной схемы, подходящей для описания процессов хранения и передачи информации в экосистемах. Поскольку события внешнего мира могут соответствовать или не соответствовать ожиданиям мотивированных животных, знаковое взаимодействие особей с внешней средой выступает структурированной системой значений, а научный дискурс по его описанию - языковым явлением, которое зависит от изменения собственной структуры. Определяющие отношения в этом языке задаются с помощью понятий "текст", "контекст", "знак", "знаковая система", "семиозис", "мотивация", "поведенческий континуум", "означаемое", "означающее", "информация", "сообщение", "адаптация", "значение". Этологические теории могут быть оптимизированы с применением понятий семиотики.

Введение

В ходе комплексных экологических исследований встает вопрос о том, каковы механизмы хранения и передачи информации в экосистемах. Оценить объем и направление информационного потока в популяциях млекопитающих можно с помощью теории биологического сигнального поля [1]. Эта теория была подтверждена многолетними исследованиями природных популяций хищных млекопитающих Самарского Заволжья и Приуралья [2]. Дальнейшая разработка теоретических положений и систематизация уже собранного материала потребовали применения концептуального базиса современной семиотики [3, 4].

Исследование поведения животных " позволяет получать", говоря словами А.В. Яб-локова, "надежные популяционные характеристики, по существу, не отличающиеся от традиционных морфофизиологических и биохимических признаков-маркеров генотипического состава" [5]. Для построения прогнозов о возможных пределах адаптации животных, необходимо определить основные факторы, влияющие на их поведение, найти зависимости, связывающие особенности поведенческих реакций и состояние внешней среды [6]. Так, антропогенный фактор повышает уровень стресса в популяциях млекопита-

ющих, изменяя величину реализованной экологической ниши, характер репродуктивных и территориальных поведенческих реакций [7-10]. Теория сигнального поля предлагает методы решения данной проблемы, так как она обосновывает перечень параметров, позволяющий моделировать демэкологические регуляционные механизмы [3, с.49-53]. Необходимо структурировать реальный поведенческий континуум таким образом, чтобы появилась возможность сравнивать поведение отдельных особей и групп. Понятийные средства для этого предоставляет современная семиотика.

Семиотика - наука, изучающая знаки, знаковые системы и способы, с помощью которых в знаковых системах передается значение. В рамках семиотики разработан богатый понятийный аппарат, пригодный для формулировки и решения задач в области теории информации и коммуникации, а также для описания различных языковых систем, в том числе таких, которые используют визуальные знаки [11-15]. Работа в междисциплинарной сфере семиотики и биологии даёт экологу ряд преимуществ. Во-первых, сложившийся, формализованный понятийный аппарат семиотики можно использовать при изучении движения информации в экосистемах, оговаривая цели и границы приложения

семиотических понятий. Это освобождает исследователей от необходимости конструировать терминологию, способствует их взаимопониманию, организует научные сведения. Во-вторых, семиотические знания побуждают экологов обращать внимание на те детали, которые могли бы остаться незамеченными, если бы в области семиотики они не были уже познаны и названы [16, 17]. Для экологов ценны семиотические представления о связном тексте как структурированной знаковой последовательности [18-20], объединенной прежде всего прагматическими целями [21-23]. Не теряют актуальности представления о знаке [24-28], значении [29] и семиозисе [30, 31]. Смысл семиотических заимствований в биологии передают слова К. Леви-Строса, французского структуралиста, антрополога и семиотика: "Разрастание понятий соответствует неослабному вниманию к свойствам реальности, наиболее пристальному интересу к различиям" [29, c.114] .

Понятие знака, моделирующее функциональные отношения между особью и воспринятыми её явлениями внешней среды, органически входит в круг проблем экологии [32]. Ф. де Соссюр понимал знак как единство означаемого и означающего [25]. Ч.С. Пирс подчеркивал функциональную природу знака, утверждая, что "знак, или репрезентамен, есть нечто, что замещает собой нечто для кого-то в некотором отношении или качестве" [24]. Функция знака - быть аналогом другого объекта, предмета, свойства, явления, понятия, действия, замещающего воспринятый знаковый объект. Знаковый процесс - это структурированная последовательность ассоциативных реакций. "To represent” переводится с английского как " отражать", "представлять в определенном свете", "символизировать", "означать". Для экологов здесь важно, что актуальная мотивация животных задает значение информации, полученной ими при восприятии внешней среды. Кроме того, внешние объекты предстают в свете опыта прошлых адаптаций. Обеспечивающие единство популяций коммуникации животных, осуществленные через изменение со-

вместной среды обитания, также представляют собой знаковый процесс (семиозис), поддерживающийся активностью реципиентов информации.

Этологические модели: преимущества семиотического подхода

Опыт полевых наблюдений за животными показывает, что в естественной среде оно детерминируется как минимум тремя составляющими. Во-первых, оно зависит от видовой, половой и возрастной принадлежности, то есть представляет собой реализацию врожденных стереотипов. Во-вторых, поведение определяется индивидуальными особенностями особи, приобретенным опытом, индивидуальными способами реагирования, мотивацией, общим контекстом ситуации. В-третьих - детерминируется внешними для особи факторами: объектами и событиями среды обитания, в том числе сигналами, указывающими на состояние популяции. Кроме того, конкретный поведенческий акт может быть внешне ничем не детерминирован или может определяться причинами, неизвестными на момент исследования. При создании предсказательных моделей поведения с целью решения экологических задач сложнее всего установить подлежащие измерению параметры и определить параметры, которыми можно пренебречь [1, c.23-30; 2, c.23-39; 33].

Можно проследить несколько способов решения этой проблемы. Гештальтпсихологи указывали на существование фигуры и фона в восприятии: при этом фигуры отличаются от фона большим количеством деталей и определённой структурированностью. Говоря языком семиотики, ученые этого направления решали проблему отличия "знака" и "не знака": закономерности восприятия, открытые гештальтпсихологами, соответствуют функционированию так называемых "естественных знаков" [34, 35].

Актуальное восприятие всегда меньше по объёму, чем потенциальное, поэтому в реальном мире, окружающем особь, имеются объекты и события, которые не входят в субъективный мир особи, или "Umwelt", если

использовать терминологию Я. фон Юкскюл-ля [36]. Воздействие внешней среды на особь превосходит потенциал особи к восприятию внешних объектов, тем более, её возможности к ответным двигательным реакциям. Поскольку нет иного способа проникнуть во внутренний мир животных, кроме наблюдения за ними, имеет смысл, для достижения сравнимых результатов, отмечать только те объекты внешней среды, на которые животные отвечают двигательной реакцией.

Понятие Юкскюлля "Umwelt", означающее " семиотический мир организма" и включающее "все значимые аспекты мира для частного организма" [36, 31], используется в модели знакового процесса, подчеркивающей уникальность индивидуальных особенностей особи, её ограниченные возможности к восприятию внешней среды, зависимость этого процесса от мотивации и ранее сформированного " образа искомого" [37].

Упоминание о необходимости регистрации двигательных реакций при построении научной схемы вызывает устойчивые связи с бихевиористскими теориями. Благодаря использованию объективных методов регистрации движений, ученые этого направления ближе остальных подошли к построению поведенческих моделей, приемлемых в экологии [38]. Но бихевиористы отказывались ставить задачи по выявлению особенностей внутреннего мира животных (например, мотивации, эмоционального состояния), редуцируя понимание поведения до схемы "стимул-реакция". Вместо характеристики условий, по которым именно данный объект становился стимулом для животных, а отрезок жизнедеятельности данной конкретной протяженности - реакцией, бихевиористы действовали по стереотипам, сложившимся при постановке однотипных экспериментов.

Необихевиористы, дополнившие научные представления о детерминации поведения промежуточными переменными, то есть психологическими составляющими, не создали метода, с помощью которого можно было бы описать и измерить суточную активность животных в природных условиях. Только недавно появившееся в семиотике представле-

ние о восприятии внешнего мира в виде текста, позволило разделить единый континуум поведения на отрезки не с помощью внешней "линейки", размерность которой произвольно задается исследователем, а с помощью единиц семиозиса, в которых означаемое соответствует означающему. Текст - это знаковая последовательность, структурированная внутренними связями, объединенная общим контекстом. В новейших семиотических теориях текст - это способ дискретизации кон -тинуума восприятия, "поле в перманентной метаморфозе" [19, с. 168-171]. Аналогичные представления разработаны в рамках теории сигнального поля млекопитающих [1, 2].

Биологическое сигнальное поле - это пространственно-временной континуум, формируемый в процессе информационного взаимодействия млекопитающих со средой обитания. Поведение млекопитающих в сигнальном поле представляет собой процесс чтения текста, имеющего отношение к объектам и событиям внешней среды, ориентирующего животных относительно состояния этой среды. "При непосредственном общении животных трудно провести границу между отдельными сигналами, выраженными в движении, позе, звуках, и, следовательно, "текст общения" невозможно разделить на элементы. При опосредованном же общении через сигналы среды, представляющие собой долговременно зафиксированный текст сообщения, животное-реципиент отвечает двигательной активностью на каждый отдельный сигнал, формируя в целом какое-либо поведение, которое можно понять по характеру активности и которое можно разложить на отдельные звенья - "слова" ответа на сигнал "текста" [2, с.17]. Следует только сделать оговорку, что сами, как таковые, объекты среды знаками не являются, но включаются в знаковое отношение, преломившись через восприятие животного-реципиента.

Сигнальное поле позволяет изучать процессы хранения и передачи информации в популяциях животных, в том числе у тех видов, которые ведут одиночный образ жизни. Одиночные млекопитающие, обитающие в природных условиях, черпают информацию

о среде обитания и осуществляют коммуникацию в виде информационного потока, "записанного" в объектах и событиях внешней среды. Задача исследователя заключается в выявлении позиционной значимости как отдельных элементов этого сообщения, так и его структуры, определенной общим контекстом. Избирательное отношение особи к среде позволяет рассматривать информационный поток в качестве связного сообщения. Данные представления о "безадресном" сообщении, ещё в недавнее время вызывавшие наибольшее количество возражений, (например, см. работу М.В. Никитина [39]), в настоящее время разрабатываются в рамках семиотических теорий аберрантного декодирования, анкера, интертекстуальности, текстуального детерминизма, аффективной ошибки, открытых и закрытых текстов [11-13, 19, 34, 40].

Сообщение, почерпнутое животными из внешней среды, может нести и коммуникативную информацию. У животных инструментом общения выступает их собственное поведение, воспринимаемое или при непосредственном контакте, или через изменение совместной среды обитания. Объем сообщения и его характер определяются избирательной активностью особи-реципиента. В пределах, заданных актуальной мотивацией и видовой принадлежностью животного-реци-пиента, это сообщение может быть многозначным (полисемичным). Задача исследователя - организовать собственный процесс получения знакового сообщения так, чтобы структура и организация информации, полученной животными, была передана наиболее объективно.

Двигаясь вдоль следовой дорожки животного, исследователь фиксирует двигательные реакции животного. Одновременно он отмечает объекты и события внешней среды, в том числе сигналы коммуникативной природы, на которые животное ориентируется и реагирует движением. По ходу наблюдения определяется общий поведенческий контекст, или тип осуществляемого в данный момент поведения.

Интерпретация поведенческой активности требует решения двух методических про-

блем. Первая связана с установлением допустимого уровня "элементарности" двигательной реакции, осуществленной в ответ на восприятие того или иного стимула, вторая - с "калибровкой" стимулов внешней среды, вызывающих двигательную реакцию животных, то есть с установлением эквивалентности внешних сигналов для мотивированных определённым образом животных. Для животных характерны видовые стереотипы поведения, поэтому опытный исследователь может проассоциировать воспринятый сигнал среды с поведенческой мотивацией и двигательной активностью животного почти в каждом конкретном случае. В качестве единицы учета двигательной активности исследователь применяет "элементарную" двигательную реакцию - активность животных такой протяженности, которая соответствует восприятию внешнего объекта или события. На все значимые стимулы животные отвечают движением, более того, именно через движение и происходит познание ими внешней среды [1, с.22-27]. Модель биологического сигнального поля заменяет изучение "реального" информационно-коммуникативного поведения анализом знаковой схемы: естественные процессы создания и восприятия сигналов через внешнюю среду рассматриваются в форме дискретных элементов информационного потока, представленных "элементарными" поведенческими реакциями. Формализация знаковых явлений в языке требует сведения "бесконечного разнообразия реализаций знаков в конечное число инвариантов" и основана на принципе, "в соответствии с которым во внимание принимаются не все субстанциальные характеристики знака, а только те абстрагированные из целого характеристики, которые формируют значение и определяются - так как речь идет о системе знаков - системными противопоставлениями" [41]. Модель сигнального поля Д.П. Мозгового и Г.С. Розенберга организована аналогичным образом.

Исследования по методике сигнального поля позволяют учитывать и количество, и предметность воспринятой животными информации. "Элементарный" двигательный

акт в этой теории соответствует такой единице квантования двигательного континуума, которая определяется соответствием между означаемым и означающим. Сохраняется возможность дробления потоков формального знакового выражения и смыслового знакового содержания на единицы, не имеющие соответствия в противоположном плане, но такое дробление адаптивных реакций животных будет ошибочным. Для животных означаемое, определенное "объективно" - элемент их жизненного опыта, соответствующий " образу искомого" [37]. С одной стороны, знак востребован мотивацией реципиента, обусловлен индивидуальным и видовым опытом, с другой стороны, знак определяется внешними условиями, если они адекватны намерениям и воспринимающему аппарату реципиента. Знаковый процесс, или семиозис - это "движение" от воспринятой формы к вызванному этой формой значению - прямому или коннотативному. Означаемое субъективно, но это не значит, что оно непознаваемо - границы знака можно определить по внешней, доступной исследователю, поведенческой реакции животного.

Понятие поля для моделирования поведения применял гештальтпсихолог Курт Левин. Задавая вопрос о том, чем обусловлено конкретное элементарное движение - памятью, намерениями, опытом, характером, привычками, возрастом, полом, или мотивацией, К. Левин утверждал доминирование настоящего момента в теоретических построениях, описывающих поведение. Теория К. Левина позволяла применять "принцип одновременности" и тем самым переводить диахронические проблемы "влияния прошлого и будущего" в синхроническое понимание актуальности "мгновенного временного среза": "Важно осознать, что прошлое и будущее

- это одновременные части психологического поля, существующего в данное время" [ 42, с.66, 74]. К. Левин писал: "Всякое поведение или всякое изменение в психологическом поле зависит только от психологического поля в тот момент времени. Для того, чтобы установить психологическое направление и скорость поведения (то, что обычно называ-

ется "значением" события), мы должны рассмотреть определенный временной период" [42, с.66, 72]. В теории биологического сигнального поля Д.П. Мозгового и Г. С. Розенберга дифференциальной значимостью, позволяющей делить поведенческий континуум на временные периоды подобного рода, наделяется время восприятия дискретного внешнего объекта. При этом продолжительность элементарного движения рассматривается в качестве дискретного временного периода. Количество элементарных движений в ответ на восприятие внешних объектов становится, таким образом, мерой информационного времени наблюдаемой особи [1, с.57-73].

Формализация информационного континуума, слагающего поле, предполагает комплексный учет величины, анизотропности и напряженности поля [1, 2]. Величина поля -совокупность объектов и событий внешней среды, выявленная через их вовлечение в сферу деятельности получателя информации, на основании двигательных реакций реципиента в ходе восприятия среды. Этот параметр, показатель "субъективно" значимой части окружающей среды, характеризует разнообразие восприятия внешнего мира. Анизотропность поля - свойство, которое выявляется посредством учета всех, в том числе и повторных, двигательных реакций на объекты и события сходной природы. Данный параметр помогает определить объем восприятия внешнего мира. Эквивалентом, который позволяет оценить различные объекты и события среды как знаки с идентичным для реципиента значением, выступает однотипная поведенческая мотивация животных. Анизотропность - показатель адекватности мотивированной особи данной знаковой среде. Избирательность особи к объектам и событиям внешней среды может быть выражена в числовой форме через отношение анизотропности и величины. Чем выше этот показатель, тем мотивированнее особь [3, с. 51-52]. Напряженность поля - параметр, характеризующийся интенсивностью двигательных реакций в процессе восприятия внешних объектов, показатель статуса данного объек-

та для реципиента.

При комплексном этологическом моделировании остро встает проблема, сформулированная американскими экологами М. Менджелом и К. Кларком: " любая поведенческая модель, достаточно простая, чтобы быть рабочей моделью, с неизбежностью оказывается слишком простой, чтобы быть биологически реалистичной. Наоборот, любая биологически реалистичная модель в экологии поведения оказывается слишком сложной, чтобы быть рабочей моделью и поддаваться математическому анализу" [33, с.11]. Преимущество теории сигнального поля состоит в том, что она оптимизирует сам поведенческий процесс (с помощью формализации поведенческого континуума до учета парамето-ров поля), а не внешние факторы, влияющие на поведение. Не факторы среды, а сами поведенческие реакции животного становятся основным ориентиром для исследователя, что позволяет сравнивать и обобщать данные наблюдений после их приведения к определенной размерности.

Понятийный ряд зоосемиотики

Информационный обмен со средой обеспечивает большую адаптивность популяций и коадаптивного комплекса экологически близких видов. С помощью понятия "знак", настоящий момент информационного взаимодействия особи и среды дополняется индивидуальным или групповым опытом прошлых адаптаций. Кроме того, это понятие позволяет учитывать намерения реципиента знаковой информации как реализацию поведения того или иного типа. Особи, участвующие в знаковых процессах, обладают индивидуальной, групповой и генетически зафиксированной памятью, следовательно, память о прошедшем опыте всегда присутствует в знаке, давая коннотации. Знак - отсылка к иной ситуации, которая некогда обладала значимостью и поэтому закрепилась как часть индивидуального опыта - в форме двигательного ответа или его блокирования. Применение понятия "знак", таким образом, позволяет учесть в синхроническом исследовании поведения его диахронические аспекты.

Первый зоосемиотик Ч. Моррис писал в работе "Основания теории знаков", что "не только люди, но и животные реагируют на некоторые вещи как на знаки чего-то другого" [21, с.37]. Далее он продолжал: "Функционирование знаков - это, в общем, способ, при котором одни явления учитывают другие явления с помощью третьего, опосредующего класса явлений" [21, с.43]. В другой работе, "Значение и означивание", Ч. Моррис определил семиотические понятия следующим образом: "семиозис (или знаковый процесс) рассматривается как пятичленное отношение - V, Щ, X, Y, Z, - в котором V вызывает в Щ предрасположенность к определенной реакции (X) на определённый вид объекта (^) при определённых условиях (Z). В случаях, где существует это отношение, V есть знак, Щ

- интерпретатор, X - интерпретанта, Y -значение, а Z - контекст, в котором встречается знак" [22, с.119]. Ч. Моррис дает семиотические определения с оговоркой, что делает это "для целей настоящей работы". Ученый не настаивает на том, что его формулировки приводятся в качестве "объективных" определений знака, считая, что они "просто указывают условия признания некоторых явлений знаками" [22, с.118-119].

На первый взгляд, представления Ч. Морриса о знаковом поведении животных отличаются от представлений, предложенных авторами теории сигнального поля, но более глубокое рассмотрение проблемы показывает, что различия касаются того, какого рода анализ, статический или динамический, взят за основу моделирования знаковых явлений. То, что при статическом подходе получило у Ч. Морриса название "предрасположенности к определённой реакции", при динамическом подходе и является элементарными двигательными реакциями на объекты и события среды. "Эту предрасположенность можно интерпретировать, исходя из понятия вероятности, как вероятность определённой реакции в определённых условиях при появлении определённого знака. Интерпретанту можно рассматривать как промежуточную переменную, которая постулируется в теоретических целях и контролируется косвенны-

ми эмпирическими данными", - пишет Моррис [22, с.120].

Близкую теоретическую позицию занимает Ч. Осгуд, развивший теорию смысла, в которой смысл понимается как "свернутое воспроизведение реального поведения в отношении определённых предметов" [43, с.72-73].

Вопрос о том, как отличить "знак" от "не знака" решается в семиотике в зависимости от способности знакового объекта осуществлять репрезентативную (отсылочную) функцию: знак - то, что вызывает знаковый процесс, или семиозис [13].

Для целей экологии применимы следующие определения знака:

1) знак - объект (явление), стоящий вместо чего-либо, то есть замещающий что-либо;

2) знак - некая сущность, отсылающая своего пользователя к чему-либо, отличающемуся от самого знака;

3) знак - нечто, способное вызывать представление о чем-либо, отличающемся от воспринятой формы;

4) знак - то, что вызывает двигательный ответ, если означаемое соотносится с доминирующей мотивацией адресата;

5) знак - движение от воспринятой формы (означающего) к некоторому содержанию (означаемому) из видового или индивидуального опыта пользователя знака;

6) знак - то, что побуждает к деятельности, соответствующей доминирующей мотивации (намерению) пользователя, с вероятностью менее ста процентов. Если " знак" однозначно вызывает какую-либо деятельность, исследователь наблюдает не знаковое, а причинно-следственное взаимодействие.

Дискуссия об "истинной знаковости", характерной для человека, и знаковости "предшествующих стадий", которую можно наблюдать у животных, по существу, направлена на дифференцировку символических знаков человека, с одной стороны, и совокупности индексальных и иконических знаков, с другой [44]. Символические знаки кодируют информацию по дискретному типу, а индек-сальные и иконические - и по аналоговому, и по дискретному. Значение символов услов-

но, а значение индексов и икон "естественно", поскольку выводится по аналогии структур означающего и референта [24]. Восприятие этих структур у животных может быть условно рефлекторным, когда означающее связано ассоциативной связью с референтом, или врожденным, как в случае инстинктивных релизеров; у человека оно дополняется социальной конвенцией [14].

Полифункциональность знака, по К. Бюлеру - способность знака выполнять хотя бы одну функцию: 1) символическую (по соотнесенности с референтами); 2) симптоматическую (в силу зависимости от отправителя); 3) сигнальную (по способности знака управлять поведением адресата). Взгляды К. Бюлера особенно интересны тем, что рассмотренные знаковые функции приписываются как человеку, так и млекопитающим [45].

Изучая формы поведения животных, приобретенные в онтогенезе, необходимо различать понятия " информация" и " семиотическая информация". Знаковое сообщение обладает признаком коннотативности: способность к образованию сопутствующих значений при восприятии внешней среды -свойство живых организмов, обладающих памятью и избирательным реагированием. "Просто" информация, в отличие от семиотической информации, может быть принята неодушевленным механизмом, настроенным соответствующим образом. Инстинктивные же стимулы, или релизеры, воспринятые в соответственном поведенческом контексте, не порождают ничего нового, кроме тех значений, которые заложены в геноме, определены, говоря семиотическим языком, кодовыми правилами. При описании приобретенных поведенческих реакций можно пользоваться понятием " сообщение" без принятия границ кода для передающей стороны. Если в самом сообщении нет указаний на то, каким именно кодом пользовался адресант, значение сообщения может быть понято, исходя из "внутреннего контекста сообщения" или из "общей коммуникативной ситуации" [13, с.48, 70-73].

Исследования по методике сигнального поля позволяют выявить особенности основ-

ных видов языковой деятельности - комбинации и селекции. Появляется возможность характеризовать сообщение по его влиянию на сохранение или перемену типов активности реципиентов знаковой информации, уточнять привилегированное значение текста. Поведенческие стереотипы, адекватность среды намерениям особи, обеспечивают синтагматический способ организации сигнального поля, или последовательную знаковую цепь. Смещение доминатного типа поведения, появление субдоминантной активности соотносятся с парадигматическим способом организации поля. Иными словами, знаковые комбинации поддерживаются линейностью (синтагмы) и выбором из возможностей (парадигмы). Исследование связности отрезков текста, или синтагматический анализ знаковой цепи, требует знания поведенческих стереотипов изучаемого вида животных (этог-рамм). Парадигматический анализ сигнального поля ориентирован на изучение предпочитаемых объектов. Исследование селекции, то есть выбора из возможностей, определяет, однотипное или новое сообщение получено реципиентом. Так, превышение порога встречаемости следов лисиц побуждает куниц изменить способ передвижения. Зверьки начинают двигаться по деревьям, чтобы избежать встречи с нежелательными знаковыми объектами [1, с.47].

Экологический семиозис - это процесс, энергетическое явление, адаптационный механизм, обеспечивающий взаимодействие особи или более крупной живой системы с внешней по отношению к этой системе средой. Понятия "знак", "сигнал" используются для того, чтобы показать относительный, релятивистский характер соотнесения означающего преимущественно с внешней средой, а означаемого - с внутренним, субъективным миром особи, и, по возможности, учитывать их единство в конкретных исследованиях. Главная трудность зоосемиотических исследований состоит в том, что, интересуясь означаемым знака, исследователь не имеет иного пути к нему, как только через означающее.

Семиозис можно описать через параметры биологического сигнального поля. Инди-

видуальная, групповая или видоспецифическая совокупность знаков условно соотносится с величиной сигнального поля. Значение текста для одной особи (популяции, внутри-популяционной группы, вида) можно сравнить со значением текста для другого живого объекта с помощью параметра "анизотропность". Смысловые, или ценностные различия текста для разных живых объектов можно измерить с помощью параметра "напряженность".

Обычно о "семиозисе" говорят как о реальном энергетическом явлении, а о "знаке"

- как о модели этого явления. Представления о знаке как о модели, обобщающей функциональные свойства данного предмета или явления, не противоречат представлениям о знаке как о реальности, поскольку механизмы психики как раз и заключаются в построении функциональных моделей действительности, в том числе научных. Разделение на "реальность" и "моделирование реальности" базируется на отрицании того факта, что научный дискурс уже предполагает языковое моделирование действительности.

Заключение

Теория сигнального поля млекопитающих предполагает возможность построения прагматически ориентированной семиотической системы. Поскольку предметы или явления внешнего мира могут соответствовать или не соответствовать ожиданиям мотивированных животных, взаимодействие особей с внешней средой выступает структурированной системой значений, которую можно исследовать через изучение двигательных реакций, соотнесенных с избирательно воспринятыми внешними объектами. Научный дискурс по описанию поведения животных - это языковое явление, зависящее от изменения и перестройки собственной структуры, прежде всего, от примененного понятийного набора.

Встает проблема поиска смысловых соответствий между организацией сигнального поля животных и языковых систем человека. У животных семантические поля приложения знаковой информации и пределы

приобретенного в онтогенезе поведения определены инстинктивно. У человека обмен информацией через среду обитания происходит принципиально иным способом, чем у животных. Информационные процессы людей базируются на определении границ приложения кодовых правил, принятых в данной социальной группе, уточнении уместности контекста, выявлении норм однозначной референции и поливариантных способов обозначения.

Хочется завершить эту статью словами Клода Леви-Строса: "Для того, чтобы разработать теорию информации, было необходимо, чтобы открыли, что универсум информации - это часть или аспект естественного мира. Но надежность перехода от законов природы к законам однажды засвидетельствованной информации подразумевает и надежность обратного перехода, что уже тысячелетия позволяет людям приблизиться к законам природы на путях информации" [29, с.326].

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

1. МозговойД.П., РозенбергГ.С. Сигнальное биологическое поле млекопитающих: теория и практика полевых исследований. Самара: Самарск. ун-т, 1992.

2. Мозговой Д.П., Розенберг Г.С., Владимирова Э.Д. Информационные поля и поведение млекопитающих. Самара: Самарск. ун-т, 1998.

3. Владимирова Э.Д. Описание информационно-коммуникативных процессов в экосистемах с использованием семиотической терминологии // Вестник Самарск. унта. Естественнонаучн. серия. 2001. №2(20).

4. Владимирова Э.Д, Мозговой Д.П. Коммуникации млекопитающих: эколого-семи-отический подход // Природа человека: междисциплинарный синтез. Материалы межвузовской конференции. СПб.: Институт биол. и психол. человека, 2002.

5. Яблоков А.В. Популяционная биология. М.: Высш. шк.

6. Флинт В.Е. Пространственная структура популяций мелких млекопитающих. М.:

Наука, 1977.

7. Шварц С. С. Экологические закономерности эволюции. М.: Наука, 1980.

8. Джиллер П. Структура сообществ и экологическая ниша. М.: Мир, 1988.

9. Гиляров А.М. Популяционная экология. М.: Моск. ун-т, 1990.

10. Шилов И.А. Эколого-физиологические основы популяционных отношений у животных. М.: Моск. ун-т, 1977.

11. Encyclopedia of Semiotics. Editor in Chief Paul Bouissac. Oxford University Press, New York, 1998.

12. Simpkins S. Critical Semiotics, 1996. Web site: http://www.chass.utoronto.ca/eps/srb/cyber/ simouthtml.

13. Эко У. Отсутствующая структура: введение в семиологию. М.: Петрополис, 1998.

14. Степанов Ю.С. Семиотика. М.: Наука, 1971.

15. Семиотика. Сборник статей / Под ред. Ю.С. Степанова. М.: Радуга, 1983.

16. Левич А.П. Семиотические структуры в экологии, или существует ли экологический код? // Человек и биосфера. М.: МГУ, 1983. №8.

17. Kull K. Semiotic Paradigm in Theoretical Biology // Kull K., Tiivel T. Lectures in Theoretical Biology: The Second Stage. Tallin: Estonian Academy ofSciens. 1993.

18. Барт Р. Основы семиологии // Структурализм: "за" и " против". М.: Прогресс, 1975.

19. Ильин И.П. Постструктурализм. Деконструктивизм. Постмодернизм. М.: Интрада, 1996.

20. Лотман Ю.М. К современному понятию текста // Семиотика культуры. Архангельск, 1988.

21. Моррис Ч. С. Основания теории знаков // Семиотика. М.: Радуга, 1983.

22. Моррис Ч. С. Значение и означивание // Семиотика. М.: Радуга, 1983.

23. Thibault P.J. Re-reading Saussure. The dynamics of signs in social life. London and New York: Routledge, 1996.

24. Пирс Ч.С. Логические основания теории знаков. СПб.: Алтейя, 2000.

25. Соссюр Ф. Курс общей лингвистики // Труды по языкознанию. М.: Прогресс, 1977.

26. Sebeok T.A. Perspectives in Zoosemiotics. The Hague: Mouton, 1972.

27. Sebeok T.A. Contributions to the Doctrine of Signs. Bloomington, Indiana University Press, 1976.

28.Sebeok T.A. Biosemiotics: Its Roots, Proliferation, and Prospects. In: Semiotica, 2001. Vol.134(1/4).

29. Леви-Строс К. Первобытное мышление. М.: Терра-Книжный клуб, 1999.

30.Kull K. Copy versus translate, meme versus sign: development of biological textuality // European Journal for Semiotic Studies. 2000, №12(1).

31.Kull K. On Semiosis, Umwelt, and Se-miosphere. In: Semiotica, 1998. Vol.120 (3/4).

32. KullK. Semiotic ecology: different natures in the semiosphere // Sign Systems Studies. Tartu: University Press, 1998. №26.

33.Менеджел М., Кларк К. Динамические модели в экологии поведения. М.: Мир, 1992.

34. Eco U. A Theory of Semiotics. Bloomington, London, Indiana University Press, 1976.

35. Кёлер В. Некоторые задачи гештальтпси-хологии // Хрестоматия по истории психологии. М.: Высшая школа, 1980.

36. Uexkull J. An introduction to Umwelt. In: Semiotica, 2001. Vol.134(1/4).

37.Хайнд Р. Поведение животных. Синтез этологии и сравнительной психологии. М.: Мир, 1975.

38.McFarland D., Houston A.I. Quantitative Ethology: The State Space Approach. London: Pitman Books, 1981.

39. НикитинМ.В. Предел семиотики // Вопр. языкознания. 1997. №1.

40. Лотман Ю.М. О каузальных связях в семиотическом ряду // Семиотика культуры. Архангельск, 1988.

41. Булыгина Т.В. Особенности структурной организации языка как знаковой системы и методы её исследования // Язык как знаковая система особого рода. М.: Наука, 1967.

42. Левин К. Теория поля в социальных науках. СПб.: Речь, 2000.

43. Osgood C., Suci G., Tannenbaum P. The Measurement of Meaning. Urbana: University of Illinois Press, 1957.

44. Симкин Г.Н. Современные проблемы зоосемиотики // Групповое поведение животных. М.: Наука, 1976.

45. Бюлер К. Теория языка. Репрезентативная функция языка. М.: Прогресс, 2000.

SEMIOTIC MODELING IN ANIMAL ECOLOGY

© 2002 E.D. Vladimirova Samara State University

This paper’s subject is the description of the informative processes in terms of semiotics. We have been interested in information, received by animals through their habitat characteristics without any direct visual contacts with their kind. The signal field technique allows to split up the continuous information flow into quanta in which signifiers correlate with signified meanings. Since outer world phenomena may or may not correspond to the expectations of motivated animals, individuals’ sign interaction with their outer environment serves as a structured system of meanings, and the scientific discourse including this interaction character description by a researcher is a social linguistic phenomenon which depends on its own structural change and reconstruction. The determining relations are set as "text", "context", "sign", "sign system", "semiosis", "motivation", "continuum of behaviour", "signified", "signifier", "message", "information", "adaptation", "meaning". Semiotic notions can be used in ecological modeling.