Динамика показателей смертности от болезней системы кровообращения в Кемеровской области за период 2006-2014 гг

11. Gekas J, Thepot F, Turleau C. Chromosomal factors on infertility in candidate couples for ICSI: an equal risk of constitutional aberrations in women and men. Hum. Reprod. 2001; 16: 82-90.

12. Gonzalez-Merino E, Hans C, Abramowicz M, Englert Y, Emiliani S. Aneuploidy study in sperm and preimplantation embryos from nonmosaic 47,XYY men. Fertil. Steril. 2007; 88 (3): 600-606.

13. Harton GL, Tempest HG. Chromosomal disorders and male infertility. Asian Journal of Andrology. 2012; 14: 32-39.

14. Johnson MD. Genetic risks of intracytoplasmic sperm injection in the treatment of male infertility: recommendations for genetic counseling and screening. Fertil. Steril. 1998; 70: 397-411.

15. Jungwirth A. Giwercman A, Tournaye H. European Association of Urology guidelines on male infertility: The 2012 Update. European urology. 2012; 62: 324-332.

16. Lanfranco F, Kamischke AM, Zitzmann M, Nieschlag E. Klinefelter's syndrome. Lancet. 2004; 364: 273-283.

17. Martin RH. Sperm chromosome analysis in a man heterozygous for a paracentric inversion of chromosome 14 (q24.1;q32.1). Am. J. Hum. Genet. 1999; 64: 1480-1484.

18. Martin RH. Cytogenetic determinants of male fertility. Human Reproduction Update. 2008; 14 (4): 379-390.

19. Mikhaail-Philips MM, Ko E, Chernos J, Greene C, Rademaker A, Martin RH. Analysis of chromosome segregation in sperm from a chromosome 2 inversion heterozygote and assessment of an interchromosomal effect. Am. J. Med. Genet. 2004; 127A: 139-143.

20. Nieschlag E, Behre HM, Nieschlag S. Andrology: male reproductive health and dysfunction. Berlin: Springer-Verlag, 2001. 455 p.

21. Nussenzweig A, Nussenzweig MC. Origin of chromosomal translocations in lymphoid cancer. Cell. 2010; 141

22. Paduch DA, Bolyakov A, Cohen P, Travis A. Reproduction in men with Klinefelter syndrome: the past, the present, and the future. Semin. Reprod. Med. 2009; 27: 137-148.

23. Ramasamy R. Successful fertility treatment for Klinefelter's syndrome. J. Urol. 2009; 182: 1108-1113.

24. Sabbaghian M, Meybodi AM, Rahimian M, Gilani MS. Occurrence of 47,X,i(X)(q10),Y Klinefelter variant with hypogonadotropic hypogonadism. Fertil. Steril. 2011; 96 (2): 115-117.

25. Shan L, Ambroisine L, Clark J, Yanez-Munoz RJ, Fisher G, Kudahetti SC et al. The identification of chromosomal translocation, t(4;6)(q22;q15), in prostate cancer. Prostate Cancer Prostatic Dis. 2010; 13 (2): 117-125.

26. Shi Q, Martin RH. Multicolor fluorescence in situ hybridization analysis of meiotic chromosome segregation in a 47,XYY male and a review of the literature. American Journal of Medical Genetics. 2000; 93: 40-46.

27. Song SH, Won HJ, Yoon TK, Cha DH, Shim JY, Shim SH. A case of the rare variant of Klinefelter syndrome 47,XY,i(X)(q10). Clin. Exp. Reprod. Med. 2013; 40 (4): 174-176.

28. Stochholm K, Juu S, Gravholt CH. Research diagnosis and mortality in 47,XYY persons: a registry study. Orphanet Journal of Rare Diseases. 2010; 5

29. Tan YQ, Tan K, Zhang SP, Gong F, Cheng DH, Xiong B et al. Single-nucleotide polymorphism microarray-based preimplantation genetic diagnosis is likely to improve the clinical outcome for translocation carriers. Hum. Reprod. 2013; 28 (9): 2581-2592.

30. Tobler KJ, Brezina PR, Benner AT, Du L, Xu X, Kearns WG. Two different microarray technologies for preimplantation genetic diagnosis and screening, due to reciprocal translocation imbalances, demonstrate equivalent euploidy and clinical pregnancy rates. J. Assist. Reprod. Genet. 2014; 31: 843-850.

31. Van Dyke D, Weiss L, Roberson J, Babu V. The frequency and mutation rate of balanced autosomal rearrangements in man estimated from prenatal genetic studies for advanced maternal age. American Journal of Human Genetics. 1983; 35: 301-308.

32. Yakut T, Acar H, Egeli U, Kimya Y. Frequency of recombinant and nonrecombinant products of pericentric inversion of chromosome 1 in sperm nuclei of carrier: by FISH technique. Mol. Reprod. Dev. 2003; 66: 67-71.

33. Young ID. Introduction to risk calculation in genetic counseling. New York: Oxford University Press, 2007. 241 p.

Кондрикова Н.В., Самородская И.В., Барбарам I О.Л.

Научно-исследовательский институт комплексных проблем сердечно-сосудистых заболеваний,

г. Кемерово

Государственный научно-исследовательский центр профилактической медицины,

г. Москва

Предмет исследования. Показатели смертности вследствие болезней системы кровообращения. Цель исследования - выявить изменения, произошедшие с показателями смертности вследствие болезней системы кровообращения, в Кемеровской области за период с 2006 по 2014 годы, в сравнительном анализе с данными по Российской Федерации.

Статья поступила в редакцию 30.12.2016 г.

ДИНАМИКА ПОКАЗАТЕЛЕЙ СМЕРТНОСТИ ОТ БОЛЕЗНЕЙ СИСТЕМЫ КРОВООБРАЩЕНИЯ В КЕМЕРОВСКОЙ ОБЛАСТИ ЗА ПЕРИОД 2006-2014 ГГ.,

Medicine

in Kuzbass

T. 16 № 1 2017

23

в Кузбассе

Задачи: изучить динамику показателей смертности в Кемеровской области от болезней системы кровообращения с 2006 по 2014 гг.; оценить изменения нозологической структуры причин смерти по классу болезней системы кровообращения, произошедшие за период с 2006 по 2014 гг.; провести сравнение анализируемых показателей смертности в Кемеровской области с общероссийскими показателями.

Методы исследования. При анализе использованы представленные по запросу данные официальной статистики Рос-стата о числе умерших вследствие болезней системы кровообращения в Кемеровской области и Российской Федерации в 2006 и 2014 гг.. Причины смерти от болезней системы кровообращения представлены на основе краткой номенклатуры, основанной на десятом пересмотре Международной классификации болезней, травм и причин смерти (МКБ 10). Основные результаты. За анализируемый период, как в Кемеровской области, так и в Российской Федерации, отмечено снижение долевого показателя смертности вследствие болезней системы кровообращения. В Кемеровской области среди всех причин смерти доля смертности вследствие болезней системы кровообращения в 2014 году составила рекордно низкое значение - 42,2 %, в 2006 году данный показатель составлял 51,8 %. По Российской Федерации доля смертности вследствие болезней системы кровообращения, как в 2006 году, так и в 2014 году превышала 50 %, составляя - 56,9 % и 50,1 %, соответственно. Максимальное снижение смертности вследствие болезней системы кровообращения за анализируемый период отмечено в возрастных группах с 65 до 74 лет. В Кемеровской области в 2014 г. внутри класса болезней системы кровообращения снизились показатели смертности по причинам смерти, кодируемым как не уточненные, например: «Другие формы хронической ишемической болезни сердца», «Другие формы ги-пертензии», и по всем представленным позициям стали составлять менее 10 %, а в Российской Федерации данный показатель остается более 40 %. За период с 2006 года по 2014 год в Кемеровской области произошло снижение доли ишемической болезни сердца в структуре общей смертности с 19,7 % до 17,3 %, притом, что в Российской Федерации данный показатель оставался практически без изменений (28 % в 2006 году и 28,3 % в 2014 году). Вывод. В Кемеровской области, как и в Российской Федерации, за период с 2006 по 2014 гг. отмечено улучшение демографической ситуации по показателям смертности вследствие болезней системы кровообращения. Отмеченные положительные тенденции отражают правильный вектор приложенных усилий в системе здравоохранения для решения столь сложной задачи, как улучшение демографических показателей в стране.

Ключевые слова: смертность; болезни системы кровообращения; причины смерти; Кемеровская область.

Kondrikova N.V., Samorodskaya I.V., Barbarash O.L.

Research Institute for Complex Issues of Cardiovascular Diseases, Kemerovo

National Research Center for Preventive Medicine, Moscow

DYNAMICS OF MORTALITY RATE DUE TO CIRCULATORY DISEASES

IN THE KEMEROVO REGION IN THE PERIOD 2006-2014 Objective - to identify the changes of mortality rates due to circulatory diseases in the Kemerovo region during the period from 2006 to 2014 in a comparative analysis with the data in the Russian Federation. There are following tasks: to study the dynamics of mortality rates in the Kemerovo region due to circulatory diseases from 2006 to 2014; to evaluate the changes in the nosological structure of causes of death in the class of circulatory diseases, occurred in the period from 2006 to 2014; to compare the analyzed mortality rates in the Kemerovo region with all-Russian rates.

Materials and Methods. In this analysis we used the official data of Russian Federal State Statistics Service provided on request about the number of deaths due to circulatory diseases in the Kemerovo region and the Russian Federation in 2006 and 2014. The causes of deaths due to circulatory diseases are provided on the basis of short nomenclature, based on the 10th edition of International Classification of Diseases, traumas and causes of death.

Results. During the analyzed period both in the Kemerovo region and in the Russian Federation we noted a decrease in the proportion of mortality rate due to circulatory diseases. In the Kemerovo region among all the causes of deaths the proportion of mortality rate due to circulatory disease in 2014 was record low - 42,2 %, in 2006 this indicator was 51,8 %. In the Russian Federation the proportion of mortality rate due to circulatory diseases both in 2006 and in 2014 exceeded 50 % and was 56,9 % and 50,1 % correspondingly. The maximum decrease in mortality rate due to circulatory diseases during the analyzed period was noted in the age groups from 65 to 74 years old. In 2014 in the Kemerovo region in the class of circulatory diseases there was a decrease in mortality rates due to causes of death which are encoded as unspecified. For example: «Other forms of chronic coronary artery disease», «Other form of arterial hypertension» and due to the other represented positions mortality rates were less than 10 %, in the Russian Federation this indicator remaining over 40 %. During the period from 2006 to 2014 in the Kemerovo region there was a decrease in the proportion of coronary artery disease in the structure of total mortality from 19,7 % to 17,3 %, while in the Russian Federation this indicator remained practically unchanged (28 % in 2006 and 28,3 % in 2014). Conclusions. In the Kemerovo region, as in the whole Russian Federation, during the period from 2006 to 2014 the improvement of demographic situation in mortality rates due to circulatory diseases is marked. The marked positive tendencies reflect the right vector of consistent efforts in the health care system for the solution of such a difficult task as the improvement of demographic indices in the country.

Key words: mortality; circulatory diseases; cause of death; the Kemerovo region.

Болезни системы кровообращения (БСК) — значимая медико-социальная проблема вследствие высокой инвалидизации и смертности населе-

ния. Высокий уровень смертности и, соответственно, небольшая ожидаемая продолжительность жизни в Российской Федерации (РФ) главным образом обусловлены смертностью от БСК, показатели которой среди лиц трудоспособного возраста в 3-6 раз выше, чем в странах Европейского союза. Однако отмечаются и положительные тенденции, так в 2005-2006 гг. произошел качественный переход общероссийских (и большинства региональных, в том числе в Кемеров-

Корреспонденцию адресовать:

КОНДРИКОВА Наталья Владимировна, 650002, г. Кемерово, Сосновый бульвар, д. 6. Тел.: +7-903-907-18-36. E-mail: nkondrik@yandex.ru

ской области) тенденций общей и сердечно-сосудистой смертности от увеличения (с 1998 г.) к снижению. В последующем, за период с 2006 г. по 2014 г., в России и в Кемеровской области по данным Росстата продолжается постепенное снижение показателей смертности от БСК [1].

Положительная динамика показателей смертности в Кемеровской области была подтверждена и в исследовании с комплексным анализом коэффициентов общей смертности, смертности от БСК, ишемической болезни сердца (ИБС), цереброваскулярных болезней (ЦВБ), оцененных в 81 субъектах РФ в период с 2006 по 2012 гг., используя метод ранжирования динамики рангов. В данном исследовании Кемеровская область вошла в группу территорий с характерными благоприятными тенденциями по показателям общей и сердечно-сосудистой смертности (первый кластер из 10) [2].

Цель исследования — выявить изменения, произошедшие с показателями смертности вследствие болезней системы кровообращения, в Кемеровской области за период с 2006 по 2014 годы, в сравнительном анализе с данными по Российской Федерации.

МАТЕРИАЛЫ И МЕТОДЫ

При анализе использованы представленные по запросу данные официальной статистики Росстата о числе умерших вследствие болезней системы кровообращения в Кемеровской области и Российской Федерации в 2006 и 2014 гг.. Причины смерти от болезней системы кровообращения представлены на основе краткой номенклатуры, основанной на десятом пересмотре Международной классификации болезней, травм и причин смерти (МКБ-10).

В процессе анализа изучена нозологическая структура причин смерти класса БСК в 2006 г. и 2014 г., определена доля каждой из причин смерти в общем числе умерших и числе умерших от БСК; сопоставлены наименования групп краткой номенклатуры причин смерти в 2006 г. и 2014 г. Учитывая, что с 2006 г. в МКБ были внесены существенные изменения, то рассчитаны абсолютные значения прироста/убыли только по полностью идентичным причинам смерти. Среди идентичных причин смерти в 2006 и в 2014 гг. определен показатель наглядности, который отражает степень изменения изучаемого явления во времени, а именно показывает, на сколько процентов увеличился или уменьшился сравниваемый показатель за данный период времени. Показатель наглядности рассчитывался как отношение ряда сравниваемых величин к исходной величине, принятой за 100, за исходную величину взяты начальные значения временного ряда, полученный результат выражен в процентах.

РЕЗУЛЬТАТЫ

В Российской Федерации удельный вес смертности от БСК в общей структуре уменьшился с 56,9 % в 2006 г. до 50,1 % в 2014 г. [3], а в Кемеровской области данный показатель сократился еще в большей степени - с 51,8 % в 2006 г. до 42,2 % в 2014 г. Помимо этого, более выраженное снижение смертности вследствие БСК за период с 2006 г. по 2014 г. в Кемеровской области, чем в РФ, демонстрирует показатель наглядности — 33,7 %. Для сравнения, в РФ данный показатель снизился на 29,1 % [4].

Проанализировав распределение долей смертельных случаев вследствие БСК по возрастным группам отмечено, что наибольшее снижение доли умерших от БСК среди всех причин произошло в возрастных группах: 65-69 лет, 70-74 года, 75-79 лет, а в группе 60-64 года произошло даже некоторое повышение данного показателя. До возраста 65 лет в 2006 г. и 75 лет в 2014 г. доля смертей от БСК от общего числа умерших не превышала 5 %, а максимальные показатели смертности от БСК регистрировались в старших возрастных группах — пик умерших, как в 2006 г., так и в 2014 г., приходится на возраст 75-79 лет (табл. 1).

Всего, согласно краткой номенклатуре причин смерти, в соответствии с которой Росстат ведет учет причин смерти, класс БСК в 2014 г. был представлен 35 нозологическими группами и/или отдельными диагнозами МКБ, в 2006 г. — 23. Абсолютное количество умерших, их доля в структуре смертей, динамика по совпадающим в группах кодам МКБ представлены в таблице 2. Число нозологических групп и отдельных диагнозов, которые представлены аналогичными кодами МКБ-10 в 2006 г. и в 2014 г., составило 18. Число случаев смерти, входящее в состав этих 18 групп, в 2006 г. составило 59,1 %, в 2014 г. — 22,6 % от всех случаев смертей по классу БСК. Среди данных групп практически по всем позициям отмечается снижение числа случаев смерти, наиболее выраженно это прослеживается по следующим причинам смерти: «другие формы острой ИБС; атерос-клеротическая болезнь сердца; инсульт, не уточненный как кровоизлияние или инфаркт; атеросклероз», а прирост отмечен только лишь по классу «другие болезни вен и лимфатических сосудов» (табл. 2).

К случаям неполного соответствия кодов можно отнести причины смерти, представленные в таблице 3. В 2014 г. случаи смерти по представленным нозоло-гиям, вероятно, классифицировались в рамках аналогичных групп краткой номенклатуры, используемых в 2006 г. (табл. 3).

Анализируя представленную таблицу 3, можно отметить, что в 2006 г. показатели смертности по причинам — «Другие формы гипертензии», «Другие фор-

Сведения об авторах:

КОНДРИКОВА Наталья Владимировна, канд. мед. наук, науч. сотрудник, ФГБНУ НИИ КПССЗ, г. Кемерово, Россия. E-mail: nkondrik@yan-dex.ru

САМОРОДСКАЯ Ирина Владимировна, доктор мед. наук, профессор, руководитель лаборатории демографических аспектов здоровья населения, ФГБУ ГНИЦПМ Минздрава России, Москва, Россия.

БАРБАРАШ Ольга Леонидовна, доктор мед. наук, профессор, директор, ФГБНУ НИИ КПССЗ, г. Кемерово, Россия.

Таблица 1

Показатели смертности (абсолютное количество умерших) от болезней системы кровообращения и доля этих смертей (%) внутри класса болезней системы кровообращения и от общего числа умерших

в возрастных группах

Table 1

Death rates

Абсолютное Доля внутри Доля от умерших Абсолютное Доля внутри Доля от умерших

Возрастные количество класса БСК от всех причин количество класса БСК от всех причин

группы умерших в каждой возрастной в каждой возрастной умерших в каждой возрастной в каждой возрастной

0 0 0 0 0 0 0

1-4 3 0 0 3 0 0

5-9 0 0 0 0 0 0

10-14 1 0 0 1 0 0

15-19 9 0,03 0 9 0,03 0

20-24 27 0,1 0,05 27 0,1 0,05

25-29 89 0,35 0,18 89 0,35 0,18

30-34 156 0,61 0,32 156 0,61 0,32

35-39 224 0,88 0,46 224 0,88 0,46

40-44 537 2,12 1,09 537 2,12 1,09

45-49 1007 3,97 2,06 1007 3,97 2,06

50-54 1565 6,18 3,2 1565 6,18 3,2

55-59 1886 7,4 3,85 1886 7,4 3,85

60-64 1363 5,38 2,79 1363 5,38 2,79

65-69 3213 12,69 6,57 3213 12,69 6,57

70-74 3442 13,59 7,04 3442 13,59 7,04

75-79 5102 20,15 10,4 5102 20,15 10,4

80-84 3604 14,24 7,37 3604 14,24 7,37

85+ 3085 12,18 6,3 3085 12,18 6,3

Во всех

25313 100 51,79 25313 100 51,79

возрастах

Примечание: БСК - болезни системы кровообращения. Note: CD - circulatory diseases.

мы хронической ишемической болезни сердца» и по остальным причинам, начинающимся со слова «другие» — то есть, с не уточненными диагнозами, на территории КО превышали соответствующие показатели РФ. В 2014 г. данные показатели значительно снизились и по всем представленным позициям стали составлять менее 10 %, в то время как в РФ более 40 % причин смерти от болезней системы кровообращения до сих пор кодируются как не уточненные [5].

В таблице 4 представлены абсолютные значения и доля ишемической ИБС и ЦВБ в структуре смертей от всех причин в КО и РФ. По данным, представленным в таблице, можно отметить, что в КО за анализируемый период произошло снижение доли ИБС в структуре общей смертности, при том, что в РФ данный показатель по ИБС остается практичес-

ки без изменений. Доля умерших от ЦВБ среди всех причин снизилась как в РФ, так и в КО (табл. 4).

В целом острые формы ИБС в КО в 2006 г. составили только лишь 2,4 % от числа умерших от всех причин и 4,6 % от всех случаев смерти от БСК. В 2014 г. дополнительно введена новая причина смерти «внезапная сердечная смерть, так описанная» и, включая данную причину смерти, доля случаев смерти от острых форм ИБС составила 2,3 % от числа умерших от всех причин и 5,5 % от всех случаев смерти от БСК. Таким образом, подавляющее число случаев смертей от ИБС — это случаи смерти, не связанные с острым коронарным синдромом и инфарктом миокарда, как и в РФ [3]. Таким образом, более половины смертей в структуре ИБС связаны с хроническими состояниями. При этом многие диагнозы, которые содержатся в

Information about authors:

KONDRIKOVA Natalia Vladimirovna, MD, PhD, researcher, Research Institute for Complex Issues of Cardiovascular Diseases, Kemerovo, Russia. E-mail: nkondrik@yandex.ru

SAMORODSKAYA Irina Vladimirovna, MD, PhD, head of laboratory of demographic issues of public health, National Research Center for Preventive Medicine, Moscow, Russia.

BARBARASH Olga Leonidovna, MD, PhD, director, Research Institute for Complex Issues of Cardiovascular Diseases, Kemerovo, Russia.

Таблица 2

Динамика числа и доли смертей от болезней системы кровообращения в совпадающих нозологических группах

Table 2

Dynamics of the number and the proportion of deaths due to circulatory diseases in the coincident nosological groups

Шифр Шифр

по по

краткой Абс. Доля от Доля краткой Абс. Доля от Доля Абс.

номенклатуре Коды МКБ Причина смерти 2006 г. число 2006 г. умерших от БСК от всех причин номенклатуре число 2014 г. умерших от БСК от всех причин различие 2014 г. - ПН

причин (n) (%) (%) причин (n) (%) (%) 2006 г.

смерти смерти

2006 г. 2014 г.

115 I00-I02 Острая ревматическая лихорадка 2 0,007 0,004 121 0 0 0 -2 0

116 I05-I09 Хронические ревматические болезни сердца Гипертоническая болезнь 109 0,43 0,223 122 13 0,07 0,032 -96 12

117 I11 с преимущественным поражением сердца Гипертоническая болезнь 254 1 0,51 123 173 1,03 0,435 -81 68

118 I12 с преимущественным поражением почек Гипертоническая болезнь 8 0,03 0,016 124 3 0,02 0,007 -5 37,5

119 I13 с преимущественным поражением сердца и почек 47 0,19 0,096 125 42 0,25 0,1 -5 89

123 I22 Повторный инфаркт миокарда 377 1,49 6,77 128 193 1,15 0,48 -184 51

125 I251 Атеросклеротическая болезнь сердца 2921 11,5 5,97 129 665 3,96 1,67 -2256 23

129 I20, I241-9 Другие формы острой ишемической болезни сердца 4370 17,3 8,9 133 607 3,61 1,52 -3763 14

131 I26-I28 Легочное сердце и нарушения легочного кровообращения 247 0,97 0,5 134 221 1,32 0,55 -26 89

133 I60 Субарахноидальное кровоизлияние 91 0,36 0,186 141 65 0,38 0,16 -26 71

135 I61-I62 Внутримозговые и другие внутричерепные кровоизлияния 1323 5,2 2,7 142 381 2,27 0,95 -942 29

137 I63 Инфаркт мозга 2263 8,9 4,63 143 854 5,08 2,1 -1409 38

139 I64 Инсульт, не уточненный как кровоизлияние или инфаркт 1635 6,5 3,34 144 213 1,27 0,53 -1422 13

142 I70 Атеросклероз 1105 4,4 2,26 151 179 1,06 0,45 -926 16

143 I71-I79 Другие болезни артерий, артериол и капилляров 137 0,5 0,28 152 118 0,7 0,29 -19 86

144 I80-I82 Флебит и тромбофлебит, тромбозы и эмболии 58 0,2 0,11 153 31 0,18 0,07 -27 53

145 I83-I89 Другие болезни вен и лимфатических сосудов 7 0,03 0,01 154 30 0,178 0,07 23 428,5

146 I95-I99 Другие и не уточненные болезни системы кровообращения 4 0,02 0,008 155 0 0 0 -4

Примечание: Абс. - абсолютное, БСК - болезни системы кровообращения, ПН - показатель наглядности. Note: Abs. - absolute value, CD - circulatory diseases, VI - visibility Indicator.

МКБ-10, не используются отечественными клиницистами в прижизненной диагностике состояний и заболеваний. Например, раздел ИБС в МКБ-10 в 2014 г. представлен следующими нозологиями: «Атероскле-ротическая болезнь сердца»; «Атеросклеротическая сердечно-сосудистая болезнь, так описанная»; «Хроническая ишемическая болезнь сердца не уточненная»; «Прочие формы хронической ишемический болезни сердца» и «Другие формы острой ишемический болезни сердца». Среди них в 2014 г. лидирующей была причина «Хроническая ишемическая болезнь сердца

не уточненная» с показателем 31,7 % от всех случаев ИБС. Получается, что диагностика в этом случае бездоказательна, и данная причина смерти, вероятно, фиксировалась формально, особенно в возрасте 65 лет и старше, и возможно не всегда именно этот диагноз являлся причиной смерти в том или ином случае.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Таким образом, в Кемеровской области с 2006 по 2014 гг. отмечено снижение показателей смертности

Таблица 3

Неполное соответствие кодов причин смерти в 2006 и 2014 гг.

Table 3

Incomplete compliance to the codes of causes of death in 2006 and 2014

Коды Шифры МКБ Причины смерти в 2006 г. 2006 г. Абс. Доля число от умерших в 2006 г. от БСК (%) (n) в 2006 г. Коды Шифры МКБ Причины смерти в 2014 г. 2014 г. Абс. Доля число от умерших в 2014 г. от БСК (%) (n) в 2014 г.

120 I10, I15 Другие формы гипертензии 335 1,3 Другие и не уточненные 126 I10 формы гипертензии 1360 0,14

121 I21, I23 Острый инфаркт миокарда 797 3,1 Острый инфаркт миокарда, включая определенные 127 I21 осложнения, развивающиеся после острого инфаркта миокарда 46480 4,64

Другие формы хронической 127 I252-9 ишемической болезни сердца 4370 17,3 I252 Прочие формы 132 хронической ишемической 6,8 / болезни сердца 90491 9,03

132 I30-I51 Другие болезни сердца 3239 12,8 I30-I41, I420-5,7,8, I43- I45, 140 1460,9, Прочие болезни сердца I47-I49, I500,1, I510- 4, I516-9 35017 3,5

Другие 141 I67-I69 цереброваскулярные болезни 4807 19 I670,1, Прочие 150 3,5-7, цереброваскулярные I68 болезни 2022 0,2

Примечание: МКБ - международная классификация болезней, абс. - абсолютное, БСК - болезни системы кровообращения. Note: ICD - International Classification of Diseases, abs. - absolute value, CD - circulatory diseases.

вследствие БСК. К 2014 г. данный показатель составил менее 50 % с рекордно низким значением — 42,2 %, что ниже общероссийского показателя — 50,1 %. Данная тенденция прослеживалась в КО и раньше. Так, начиная с 2000 г., отмечалось уменьшение доли БСК в структуре общей смертности с 51-55 % в 2000-2007 гг. до 47-50 % в 2008-2011 гг., при том что в РФ данный показатель в этот период оставался практически без изменений — 55-57 % [6]. Кемеровская область активно участвует во всех важных системных преобразованиях в здравоохранении, в том числе в национальном проекте «Здоровье», который стартовал в 2006 г. В 2008 г. в КО началась реализация Федеральной целевой программы — «Комплекс мер по профилактике, диагностике и лечению больных с сердечнососудистыми заболеваниями». Проект модернизации здравоохранения на период до 2013 г. стал следующим важным шагом в сокращении прямых и косвенных потерь общества за счет снижения смертности.

Максимальное снижение смертности вследствие БСК за анализируемый период отмечено в возрастных группах с 65 до 74 лет. Снижение смертности в данных возрастных группах, с одной стороны, свидетельствует об эффективности программ профилактики и лечения, но, с другой стороны, нельзя исключить и такой факт, что в 2014 году более точно стали определять причину, а соответственно кодирование смерти. Так, существует ряд патологических состояний, например, сахарный диабет, одним из ос-

ложнений которого является поражение системы кровообращения, от чего и умирают больные, и основным диагнозом становится непосредственная причина смерти, а не сахарный диабет, как это принято во всем мире. В результате неправильной кодировки смертность от БСК возрастает, а от сахарного диабета снижается. Такой «перенос» нозологий из одного класса болезней в другой, возможно, в 2006 году встречался чаще, чем в 2014 году. Уже не раз было установлено, что одной из причин гипердиагностики смертности населения является разработка причин смерти только по первоначальной причине [7]. В проведенном Сабгайда Т.П. с соавторами анализе показано, что несоблюдение правил модификации причин смерти ведет к гипердиагностике смертности от БСК. Анализируя медицинскую документацию умерших от БСК, авторы выявили наличие ошибочных стереотипов заполнения медицинского свидетельства о смерти (прослежена тенденция к установлению в качестве основной причины смерти «малоспецифичных» терминов ИБС и ЦВБ) [1].

В Кемеровской области в 2014 г. внутри класса БСК снизились показатели смертности по причинам смерти, кодируемым как неуточненные, например: «Другие формы гипертензии», «Другие формы хронической ишемической болезни сердца» и по всем представленным позициям стали составлять менее 10 %, а в РФ данный показатель остается более 40 %, что косвенно свидетельствует о повышении качества

Таблица 4

Абсолютные значения и доля ишемической болезни сердца и цереброваскулярных болезней в структуре смертей от всех причин в Кемеровской области и Российской Федерации

Table 4

Absolute values and percentage of coronary artery disease and cerebrovascular diseases in the structure of deaths due to all causes in the Kemerovo region and in the Russian Federation

Нозология / регион 2006 г.

ИБС/ КО 9642 19,7 6891 17,3 -2751 71,5

ИБС/ РФ 607717 28 529824 28,3 -77893 87,2

ЦВБ/ КО 10119 20,7 5809 14,6 -4310 42,6

ЦВБ/ РФ 434978 20,1 310531 16,6с -124447 71,4

Примечание: ИБС - ишемическая болезнь сердца, КО - Кемеровская область, ЦВБ - цереброваскулярные болезни, РФ - Российская Федерация.

Note: CAD - coronary artery disease, the KR - the Kemerovo region, CVD - cerebrovascular diseases, the RF - the Russian Federation.

диагностики сердечно-сосудистых заболеваний в Кемеровской области.

В Кузбассе проводится работа по разработке и внедрению интенсивных мер профилактики, борьбы с факторами риска развития сердечно-сосудистых заболеваний, широко внедряются высокотехнологичные методы диагностики и лечения острого коронарного синдрома и хронических форм ИБС, эффективность проводимой работы подтверждается полученными данными. За анализируемый период с 2006 года по 2014 год в Кемеровской области произошло снижение доли ИБС в структуре общей смертности, притом что в РФ данный показатель остается практически без изменений. Так, по данным Артамоновой Г.В. с соавторами, в 2011 г. среди 12 субъектов Сибирского Федерального округа Кемеровская область по величине коэффициента смертности от ИБС занимала первое место (самый низкий уровень), а по ЦВБ — десятое место [6], но к 2014 году отмечено сокращение показателей смертности и вследствие ЦВБ, что является результатом участия Кемеровской области

ЛИТЕРАТУРА / REFERENCES:

с 2010 г. в Федеральной программе по снижению смертности от сердечно-сосудистых заболеваний, в рамках которой сделан акцент на острые коронарные события и острые нарушения мозгового кровообращения. Программа предусматривает междисциплинарный подход в объединении усилий кардиологов и неврологов, кардиохирургов и нейрохирургов.

Актуальными задачами в РФ являются сокращение уровня смертности и увеличение продолжительности жизни населения. В концепции демографической политики РФ на период до 2025 года Указом Президента России № 1351 от 09.10.2007 года утверждена Концепция демографической политики РФ до 2025 года [8], в связи с чем улучшению демографической ситуации в стране в настоящее время уделяется первоочередное внимание. Кемеровская область активно участвует в данной программе, отмеченные положительные тенденции по показателям смертности от БСК отражают правильный вектор приложенных усилий в системе здравоохранения Кемеровской области для решения данной задачи.

Artamonova GV, Maksimov SA, Tabakaev MV. The trends of mortality of employable population because of diseases of blood circulation system diseases in the Russian Federation and the Kemerovo region. Health Care of the Russian Federation. 2015; 6

Artamonova GV, Maksimov SA, Tabakaev MV, Barbarash LS. A rank-order method for the integrated assessment of trends in all-cause and cardiovascular mortality rates in the subjects of the Russian Federation in 2006-2012. Terapevticheskii arkhiv. 2016;

Samorodskaya IV, Starinskaya MA, Semyonov VYu, Kakorina EP. Nosologically and age-stratified mortality structure from cardiovascular diseases in the years 2006 and 2014. Russian Journal of Cardiology. 2016; 6

Samorodskaya IV, Kondrikova NV, Kazachek YV, Barbarash OL, Boytsov SA. The nosological structure of mortality from circulatory system diseases in 2006 and 2013. Complex Issues of Cardiovascular Diseases. 2015;

Sabgayda TP, Semyonova VG, Ivanova AE, Sekrieru EM, Nikitina SU. Modification of underlying cause of death from diseases of the circulatory system. Social Aspects of Population Health. 2014; 4

ОРИГИНАЛЬНЫЕ СТАТЬИ

6. Artamonova GV, Maksimov SA, Cherkass NV, Barbarash LS. The analysis of regional features of mortality from diseases of blood circulation system for an assessment of efficiency of health care programs. Manager of Health Care. 2013;

7. Ivanova AE, Sabgayda TP, Semenova VG, Zaporozhchenko VG, Zemlyanova EV, Nikitina SU. Factors distorting death causes structure in working population in Russia. Social Aspects of Population Health. 2013; 32

8. Об утверждении Концепции демографической политики Российской Федерации на период до 2025 года. Указ Президента РФ от 09.10.2007 г. № 1351. Собрание законодательства Российской Федерации. 2007. № 42. С. 5009.

ГИГИЕНИЧЕСКОЕ ОБОСНОВАНИЕ РЕГИОНАЛЬНОЙ МОДЕЛИ МОНИТОРИНГА ВРОЖДЕННОЙ ПАТОЛОГИИ В КУЗБАССЕ

Врожденные пороки развития (далее ВПР) представляют одну из актуальных проблем здравоохранения и государства в целом, так как занимают значительный удельный вес в структуре причин младенческой смертности, детской инвалидности и относятся к числу наиболее серьезных отклонений в состоянии здоровья.

Цель исследования - разработать и научно обосновать организационно-методические принципы региональной модели мониторинга ВПР на основе гигиенической диагностики закономерностей их формирования для определения профилактических мероприятий по сохранению здоровья новорожденных.

Материалы и методы. Объектом изучения являлись новорождённые всех административных территорий Кемеровской области, у которых были зарегистрированы врожденные пороки и аномалии развития.

Исследование проведено методом основного массива, выборочная совокупность составила 6813 новорожденных с ВПР за период 2005-2012 гг. Для оценки загрязнения окружающей природной среды и его влияния на формирование ВПР проанализированы 468 тыс. проб атмосферного воздуха, питьевой воды, почвы за период с 2005 по 2012 гг. Использованы методы математического анализа, моделирования санитарно-гигиенических ситуаций, статистической обработки, метод картографического анализа.

Результаты. Техногенная нагрузка химическими веществами на окружающую среду Кемеровской области создается предприятиями угольной, химической, металлургической промышленности и теплоэнергетики. Более 30,0 % выбросов обладают гонадотоксическим, мутагенным, эмбриотоксическим и тератогенным эффектами и повышают риск формирования врожденной патологии. Вклад в возникновение ВПР до 26,43 % обусловлен приоритетными химическими веществами, загрязняющими атмосферный воздух и превышающими ПДКсс: бен(а)пирен - до 4,9 раза, азот(1У)ок-сид - 2,2 раза, формальдегид - до 2,5 раза, взвешенные вещества - до 1,9 раза.

Заключение. Региональный мониторинг ВПР должен осуществляться на основе гигиенической диагностики закономерностей формирования врожденной патологии в условиях антропотехногенного загрязнения и предусматривать установление причинно-следственных связей и зависимостей, математического моделирования и прогнозирования на принципах доказательности и межведомственного взаимодействия.

Ключевые слова: врожденные пороки; антропотехногенная нагрузка; гигиеническая диагностика;

Bachina A.V., Koskina E.V., Glebova L.A., Chukhrov Yu.S., Popkova L.V., Peganova J.A., Vlasova O.P.

Kemerovo Region Center for Hygiene and Epidemiology, Kemerovo State Medical University, Kemerovo

HYGIENIC SUPPORT FOR THE REGIONAL MODEL OF CONGENITAL ANOMALIES MONITORING IN KUZBASS Objective. To develop and scientifically prove the organizational and methodological principles of the regional model for congenital anomalies (CA) monitoring on the basis of hygienic diagnostics of the regularities of their formation to determine preventive measures for protecting the health of newborns.

Materials and Methods. Newborns from all administrative territories of the Kemerovo region registered for congenital anomalies in the period 2005-2012 were included in the study. The cohort of newborns with CA selected for the study numbered 6813. To assess the environmental pollution and its impact on CA formation we analyzed 468000 samples of atmospheric air,

Статья поступила в редакцию 16.09.16 г.

Бачина А.В., Коськина Е.В., Глебова Л.А., Чухров Ю.С., Попкова Л.В., Пеганова Ю.А., Власова О.П.

Центр гигиены и эпидемиологии в Кемеровской области, Кемеровский государственный медицинский университет,

г. Кемерово

причинно-следственные связи; социально-гигиеническии мониторинг; региональная модель.

30

T. 16 № 1 2017

Medicine

in Kuzbass

в Кузбассе