Вы Генпрокуратуре верите?

На прошлой неделе Генпрокуратура предъявила новые обвинения Михаилу Ходорковскому и Платону Лебедеву в хищении и отмывании денег. Сумма ущерба по этим делам составляет $23 млрд.

Борис Грызлов, председатель Госдумы, лидер партии "Единая Россия". У меня нет оснований не верить. Новый прокурор сумел выстроить команду, которая работает не покладая рук, есть продвижения по многим делам, которые раньше находились в спокойном состоянии. Эти обвинения еще раз подчеркивают, что дело Ходорковского было не политическим, а уголовным, и этот гражданин будет отвечать по всей совокупности совершенных им деяний.

Иван Силаев, президент Российского союза машиностроителей, в 1991 году премьер-министр России. Я Ходорковскому верю — он очень честный и порядочный человек. А с Генпрокуратурой я не сталкивался.

Евгений Бугров, управляющий директор "Интерроса". Это вопрос не доверия или недоверия — я просто не понимаю, как можно было украсть такую сумму и тем более отмыть. Обвинение выглядит абсурдным.

Анатолий Лисицын, губернатор Ярославской области. Я не доверял Генпрокуратуре, которую возглавлял Владимир Устинов, а нынешней пока доверяю. Я на своей шкуре испытал, что значит быть под прессом прокурора. Я хотел встретиться с ними в суде, но мне не дали — пришлось девять месяцев доказывать, что я невиновен. Так прокуратура не должна себя вести — где же презумпция невиновности?

Иосиф Кобзон, депутат Госдумы. Хотелось бы верить, но в данном случае Ходорковский — козел отпущения. Мне его по-человечески жалко, ведь четыре года назад, когда ему предъявили обвинение, можно было сажать каждого второго предпринимателя. Остается лишь надеяться, что Владимир Владимирович, уходя, выпустит Ходорковского, ведь все президенты, уходя, делают добрые поступки.

Владимир Евтушенков, председатель совета директоров АФК "Система". Это примерно такой же вопрос, как доверяем ли мы государству или нет. Раз мы живем в этом государстве, значит, обязаны ему доверять. А украсть можно сколько угодно, что 500 рублей, что $23 млрд — схемы одни и те же. Принципиально украсть можно, но я не в курсе, украл ли эти деньги Ходорковский.

Сергей Шаталов, замминистра финансов. Я не в курсе деталей этого дела.

Валентина Иванова, зампред комитета Госдумы по культуре. Полностью, и мне совсем не жалко ни Лебедева, ни Ходорковского. Я не считаю, что Ходорковского слишком строго наказали. Я думаю, что даже новая власть не поможет ему выйти на свободу.

Сергей Замошкин, адвокат Московской городской коллегии адвокатов, руководитель общественного центра "Антипроизвол". Нет, и все эти новые обвинения — абсурд и бред! Цифры ущерба не просто завышены, они надуманны. Поэтому нет никакой надежды, что Ходорковского могли освободить условно-досрочно. И не амнистируют его — преемник продолжит старую политику.

Виктор Маслов, губернатор Смоленской области. Я человек законопослушный, поэтому верю. Если и в ней сомневаться, тогда в чем вообще можно быть уверенным? Новое руководство прокуратуры меня полностью устраивает, в этом я убедился на практике. Но зачем было под такой охраной перевозить Ходорковского?

Александр Шифрин, гендиректор торговой сети "Эльдорадо". Если будет доказана схема, по которой Ходорковский якобы отмыл эти деньги, то поверю. Теоретически через офшорные компании можно было отмыть и $23 млрд. Другие тоже используют такие схемы, разница только в том, контролирует ли государство эти офшорные компании. В случае с ЮКОСом, видимо, сделать это было нельзя, но есть и другой пример — продажа газа через "Росукрэнерго".

Сергей Иваненко, зампред партии "Яблоко". Нет. Генпрокуратура ошибочно воспринимает слова Петра I, что она должна быть "оком государевым", понимая под этим выполнение воли президента. Возмущает жестокость преследования Ходорковского. Мотив очевиден — запугать других, что косвенно подтвердил Кожин (Владимир Кожин, управделами президента.— "Власть"), сказав: "Теперь олигархи шелковыми стали".

Эдуард Краснянский, писатель, бывший член совета директоров банка "СБС-Агро". Я с ней дела не имел и над вопросом доверия не задумывался. А в данном случае это цирк да и только. Каждый раз, как под Новый год вытаскивают подарки из-под елки, прокуратура вытаскивает новые обвинения Ходорковскому.

Василий Дума, член Совета федерации, экс-президент нефтяной компании "Славнефть". Должен верить — ведь мы в Совете федерации назначаем генпрокурора. А Ходорковскому я не завидую, даже несмотря на то, что суммы ущерба просто запредельные. На какие бы шиши тогда он добывал нефть, развивал производство, платил рабочим?

Гарегин Тосунян, президент АРБ. У меня нет достаточной информации, чтобы я мог оценивать работу следствия. Ходорковский был одним из наиболее умных людей в банковском сообществе. Хотя я не исключаю возможности, что к нему могут быть обоснованные претензии.

Анатолий Ермолин, независимый депутат Госдумы. Нет. Я знаю, что такое "Открытая Россия", как организовывались там дела, выстраивались схемы финансирования и отчетности. Поэтому новые обвинения против Ходорковского, будто он воровал и отмывал деньги через "Открытую Россию",— глупость.

Михаил Василенко, гендиректор международного аэропорта Шереметьево. У меня всегда было нормальное отношение к прокуратуре, и в последнее время оно не менялось. Я сталкивался только с порядочными людьми, там работают высокопрофессиональные люди.

Аркадий Евстафьев, бывший гендиректор компании "Мосэнерго". Я предвзято отношусь к Генпрокуратуре. И не понимаю, как можно обвинять человека в отмывании денег на сумму, которая больше, чем оборот компании, которой он руководил.

Драгомир Белоев, координатор Европейского бизнес-клуба. C прокуратурами я не имел дела ни в России, ни в других странах. Конечно, не везде люди ценят и любят правоохранительные органы, но в России ситуация далеко не идеальна, и властям надо об этом задуматься. Я понимаю скептическое отношение россиян к прокуратуре. А последнее обвинение Ходорковскому — смешно. И еще более грустно.

Александр Некипелов, независимый член совета директоров компании "Роснефть", вице-президент РАН. У нас много институтов, которым верить нельзя. В первую очередь — пресса. А отношение к прокуратуре должно быть философским.

Ильдар Бичаров, автомобилист, осужденный на два года условно за дачу взятки сотрудникам ГАИ. Не верю прокуратуре и всем судебным органам. Если искать правду, то не у них. Впрочем, я не знаком с Ходорковским, но не думаю, что у нас можно было честно заработать миллиарды, поэтому у него что-то было нечисто. Но посадили его не за то, что воровал, а за то, что перешел кому-то дорогу.

Евгений Сабуров, бывший член совета директоров ЮКОСа. Прокуратура стала непонятной для общества, поэтому к ней нет доверия. Для экономики и страны новое обвинение Ходорковскому ничего хорошего не даст: нас опять будут обвинять во всех грехах. Власть, конечно, может говорить, что народу нравится, когда богатым плохо. Но не до такой же степени. Народ не поверит в новые обвинения.

Ольга Крыштановская, политолог. Я верю, что она пытается сделать то, что ей поручили. Прокуратура — орудие власти. Власть указывает прокуратуре на врага, и та пытается обеспечить законное обоснование этому решению. Возможно, мелкие разборки расследуются основательно, но громкие дела имеют политическую подоплеку.

Юрий Савельев, зампред комитета Госдумы по промышленности. Трудно сказать, но возможность, что прокуратура говорит правду, есть. Новый генпрокурор порядочный человек, хотя и подневольный. Знаю, что в свое время по инициативе Ходорковского проходимость нефтепроводов была увеличена за счет увеличения сечения, и нефти качалось больше, чем было разрешено. Возможно, и продавалась эта нефть отдельно, отсюда и сумма $23 млрд.

Владимир Лысенко, сопредседатель Республиканской партии. Нет, она превратилась в карающий меч Кремля. Она может решать вопросы на уровне мелких сошек, но на уровне таких людей, как Ходорковский, она без Кремля решения не принимает.

ВОПРОС НЕДЕЛИ / ГОД НАЗАД

На какие темы нельзя шутить?

Скандал, вызванный публикацией карикатур на пророка Мухаммеда, напомнил о существовании людей, которые не приемлют шуток на определенные темы.

Владимир Кулистиков, гендиректор НТВ. Шутить можно на любые темы, но остроумно. Я знаю редактора датской газеты, он сейчас искренне раскаивается. Ему просто не хватило ума все просчитать.

Николай Петров, народный артист СССР. Над убогими.

Дмитрий Рогозин, лидер партии "Родина". Нельзя шутить глупо, еще глупее шутить там, где ваши шутки не воспринимают. И если шутник получит в морду, то виноват будет сам.

Сергей Ястржембский, полпред президента РФ по связям с EC. Думаю, что в отношении памяти предков никакие шутки не уместны.

Аркадий Вольский, почетный президент РСПП. На семейные. Недавно в СМИ была напечатана фотография, на которой Шохин целуется с Волочковой. Что ж, я теперь должен гадать, не от него ли она родила?

Николай Харитонов, депутат Госдумы (фракция КПРФ). Нельзя искажать лики святых и смеяться над этим.

Сергей Филатов, лидер Конгресса интеллигенции России. Нет таких тем, и реакция мусульманского мира ненормальна.

Валентин Распутин, писатель. На темы нравственности, морали и совести. Впрочем, скандал с карикатурами напоминает провокацию.

Олег Вьюгин, руководитель Федеральной службы по финансовым рынкам. Таких тем нет, надо просто уметь шутить, даже по поводу тещи.

* Должности указаны на момент опроса.