К типологии метаязыковых оценок в интернет-коммуникации

УДК 811.161.1

Е. Н. Геккина

К типологии метаязыковых оценок в интернет-коммуникации

В статье рассматривается тематика метаязыковых оценок, которые дают рядовые носители языка, или «наивные лингвисты», опираясь на представления о нормативных признаках речевых явлений. Критические высказывания извлечены из интернет-публикаций и составляют, во-первых, общие комментарии о том, какие ошибки раздражают в речи других людей, а во-вторых, попутные замечания-поправки в интернет-диалогах. Наблюдения позволяют выделить наиболее активно обсуждаемые авторами разновидности отступлений от норм русского языка и охарактеризовать уровень критериев оценочных суждений.

Ключевые слова: нормы языка, метаязыковая критика, речевые ошибки, народная лингвистика, орфография.

E. N. Gekkina

On typology of metalinguistic evaluation in Internet communication

The article looks at the subject matter of metalinguistic evaluation given by ordinary native speakers and "naïve linguists" basing on the understanding of normative features of speech events. Critical remarks are taken from internet publications and consist, firstly, of general commentary on what mistakes in other people's speech are annoying and, secondly, incidental observations-corrections in internet conversations. The research identifies most actively discussed kinds of deviations from the Russian language norms and characterizes the criteria of evaluative judgements.

Key words: language norms, metalinguistic criticism, speech errors, folk linguistics, orthography.

Для понимания особенностей метаязыковой практики обычных людей, или «нелингвистов», важное значение имеют наблюдения, предметом которых являются оценочные высказывания о нормативных характеристиках фактов речи.

В настоящее время открытой площадкой для выражения объективных нормативно-стилистических и субъективно-эстетических оценок речевых явлений стал интернет. Среди утвердившихся форматов метаязыковой деятельности выделяются тематические сообщества в социальных сетях и на форумах, специализирующиеся на поиске и обсуждении нарушений норм русского литературного языка в текстах, адресованных широкому кругу читателей (ср. паблик «Долой неграмотность!» на страницах «ВКонтакте»; блоги и разновидности форумов сторонников грамотной речи, в том числе так называемых «граммар-наци»). Подобные коллективные проекты объединяют участников и подписчиков, о которых можно говорить как о выразителях общественно-групповых оценок речевых фактов. Вместе с тем необычайно широки возможности и для индивидуальных выступлений, авторы которых, исходя из «так или иначе осознаваемой правильности» [2, с. 35], высказывают

личные суждения. Эти оценки, по объему сопоставимые со статьей, могут быть заявлены отдельно, а могут быть тематическими комментариями или офтоп-репликами, дополняющими любую по жанру веб-коммуникацию любой тематики. Иными словами, интернет представляет уникальный по многообразию и точности фиксации критический материал, позволяющий анализировать «личные или общественно-групповые», если пользоваться терминологией

В. В. Виноградова [1], метаязыковые оценки -с целью воспроизведения «всей полноты современной речевой жизни».

В последующем обзоре использованы тематические интернет-публикации и комментарии к ним (в «Живом журнале»: пост А. Носика, 18.05.2011; пост А. Лебедева, 19.05.2011; на сайте gazeta.ru статья Б. Туманова «Перед русским языком встает угроза необратимых мутаций», опубликована 06.07.2011), а также реплики из иных по тематике интернет-дискуссий, образующие в своей совокупности релевантную для наблюдений выборку личных оценочных высказываний о соблюдении или несоблюдении собеседниками норм культуры речи (преимущественно за период 2010-2014 гг.). Среди авторов

© Геккина Е. Н., 2016

комментариев есть и специалисты с филологическим образованием, тем не менее, рядовые носители языка, или «наивные лингвисты», количественно преобладают.

При классификации речевых фактов разграничиваются языковые единицы лексического и грамматического (морфологического и синтаксического) уровней - с одной стороны, и с другой - фигуры выражения языковых единиц в устной (орфоэпический аспект) и письменной (графический, орфографический и пунктуационный аспекты) речи. В общей сложности публикации и комментарии содержат упоминания почти 400 языковых единиц и фигур выражения языковых единиц, в том числе лингвистические термины, обозначающие языковые единицы и языковые явления (имеются в виду уникальные упоминания, независимо от того, встретились ли они однократно или многократно; далее все цитаты из выборки даются курсивом, с сохранением авторской графики).

Для контекстной характеристики имеет значение обратиться к результатам обмеров языкового материала в архивах двух справочных служб русского языка - телефонной службы Института лингвистических исследований РАН (за период с февраля 2003 по июль 2005 гг.; всего 2025 вопросов о нормативных свойствах языковых единиц) и Справочной службы информационно-образовательного портала «Культура письменной речи» (за период с 2006 по 2011 гг.; всего 2543 «нормативных» вопросов из архива автора). Здесь сравнительную картину определяют примерно одинаковые по численности вопросы, касающиеся лексических и грамматических норм, -и в первом, и во втором случае примерно 25 % от общего количества вопросов, ориентированных на получение информации о нормативных оценках. Доля «орфоэпических» вопросов в архивных базах двух справочных служб составляет соответственно 11 % и 5 % (процентное различие объясняется спецификой служб - одна работает в режиме телефонной, то есть устной, консультации, а другая функционирует в качестве электронного справочного бюро, нацеленного на помощь в трудных вопросах письменной речи). Доля графических, орфографических и пунктуационных по тематике вопросов равна 36 % в архивной базе службы ИЛИ РАН и 43 % в архивной базе Справочной службы сайта www.gramma.ru. Для обеих служб это высокие показатели, и если суммировать статистические данные по разделам «Орфоэпия» и «Графика,

орфография, пунктуация», то получается, что половина адресованных консультантам вопросов о нормативных характеристиках языковых единиц - это вопросы об оформлении этих языковых единиц в устной и письменной речи. Статистические результаты двух архивов справочных служб русского языка вполне объяснимы, если принимать во внимание жанровые особенности лингвистического консультирования в условиях телефонного и электронного общения, хотя, как представляется, показатели «справочных» разделов по лексике и грамматике могли бы формироваться за счет более активного участия заинтересованных консультирующихся.

На этом фоне типологическая статистика извлеченного из интернет-источников метаязыко-вого материала, не ограниченного жанрово-коммуникативными рамками вынужденного или официально-обязательного диалога, более чем красноречива и отчетливо демонстрирует предпочтения авторов критических замечаний. Здесь показатели высказываний на лексическую тему представлены скромной долей, равняющейся 15 % (обсуждается, в частности, употребление лексем одеть - надеть, ложит - кладет, их -ихний). Количество реплик, посвященных грамматическим нормам, еще меньше - около 10 %. (обсуждаются словоформы: пальто - польта, контейнеры - контейнера; конструкция с признаками синтаксической омонимии: мне предложили книгу подарить). При этом оценки, отнесенные к синтаксическим конструкциям, являются единичными. Спорадические, хотя и активные, «синтаксические» дискуссии могут ограничиваться обсуждением вариантов всего одной конструкции (на Украину - в Украину).

Внушительный 75-процентный статистический итог принадлежит оценочным суждениям о фигурах выражения языковых единиц в устной и письменной речи. Показатели суждений, касающихся соблюдения норм устной речи, исчисляются в диапазоне от 5 % до 25 % (соотношение меняется в зависимости от тематических акцентов публикаций и сопровождающих их комментариев). Тематика оформления единиц языка в письменной речи может быть сугубо графической (использование буквы «ё», пробелы между знаками), но при этом не столь активной. Комментарии, в которых идет речь о нормативной пунктуации, представлены в блоках выборки вариативно, и в зависимости от тематических акцентов публикаций и комментариев к ним составляют от 2 % до 23 %. Значительную же часть

представляют «орфографические» комментарии, доля которых может измеряться показателем в диапазоне 50-60 %. Если прибегать к сравнительно-обобщающим заключениям, то следует констатировать: каждое второе оценочное высказывание в выборке посвящено соблюдению норм орфографии.

Орфографическая реальность метаязыковой критики, кроме этого, определяет и случаи, квалифицируемые авторами комментариев как «грамматические ошибки»; ср.: А я, к своему стыду, без грамматической ошибки вообще не могу обойтись. Орфографический кретинизм какой то. Под «грамматическими» могут подразумеваться орфографические и пунктуационные ошибки: ср. комментарий: 5 (ПЯТЬ!!!) грамматических ошибок в таком коротком тексте (имеются в виду одна орфографическая и четыре пунктуационные ошибки).

Необходимо указать и на то, что профессиональные лингвисты также могут оперировать как основными терминологическими номинациями ошибки в речи, речевые неточности, но при этом рассматривать исключительно примеры отступлений от норм орфографии.

Явное преобладание критических выступлений на темы орфографии обращает на себя внимание и вызывает закономерный вопрос о том, чем обусловливается этот тематический уклон в свободных интернет-дискуссиях. Можно полагать, что количество «орфографических» заметок возросло пропорционально увеличению масштабов производимых письменных текстов, и прежде всего производимых рядовыми носителями языка в эпоху массовой интернет-коммуникации. Можно видеть в «орфографической» активности критиков проявления орфографоцентризма как результата влияния отечественной школьной дидактики. Но можно учесть и сведения, извлекаемые в ходе дальнейших наблюдений над частными аспектами «орфографических» высказываний.

Вопрос о том, какие разделы орфографии представлены примерами в выборке, имеет предсказуемый ответ - все. В материале отражены оценки, относящиеся к написанию г л а с н ы х букв, в частности, отмечены ошибки в словах извините, спасибо, симпатичный, правота, собирать, пробовать, прикольный, принадлежит, девчонки, в течение, не - ни. Предметом обсуждения является выбор с о г л а с н ы х б у к в в записи таких слов, как здесь, сделать, сдать, придется, лучше; употребление лишней согласной буквы в слове путешествие; удвоение со-

гласных букв в словах асоциальный, профессор, интеллигентный, грамотный, количество, искусство. Список не знаю, до свидания, медиаме-неджер, то же и тоже, не что и нечто, при чем и причем, что бы и чтобы - это иллюстрации в комментариях, посвященных слитному, дефисному и раздельному написанию слов. Часть оценочных высказываний посвящена употреблению п р о -писных и строчных букв в деловой документации и в текстах иной жанровой принадлежности, в частности при написании местоимений вы и ваш, прилагательных и существительных в обозначениях физических и юридических лиц: банк, клиент, генеральный директор, глава, депутат, председатель.

Показательно, что авторы метаязыковых высказываний обнаруживают стремление выдвинуть системно-языковые, коммуникативные или эпистемологические обоснования «правильных» вариантов при обсуждении написаний, в частности гласных букв в глагольных формах (пишите и пишете); в частицах (не и ни); прописных и строчных букв в местоимениях вы и ваш; слитного и раздельного написания сочетаний существительного с предлогом и образованных от них наречий (ср.: на бок и набок и обсценизмы на х... и нах... с аналогичными грамматическими признаками).

Употребление в письменной речи обсуждаемых слов сопряжено с решением разных по степени сложности орфографических задач. Тем не менее состав разбираемых примеров подводит к заключению о том, что многие из них представляют собой материал для условного теста по «элементарной» орфографии. В таком тесте, судя по всему, базовый перечень образует короткий ряд: спасибо (и заранее спасибо), извините, пожалуйста, здравствуйте, до свидания. Этот «вежливый» набор дополняет выражение мне кажется - ввиду той частотности, с какой авторы критических высказываний выделяют его среди других примеров, демонстрирующих ненормативное использование мягкого знака.

Тема мягкого знака в анализируемых мета-языковых высказываниях раскрывается со всей возможной полнотой. Это находит проявление в собственно орфографической тематике, поскольку обсуждаются все фонологически и грамматически мотивированные случаи употребления мягкого знака: в составе слов, включающих буквенные сочетания типа «нщ» (жен-

щина), в глагольных формах (спишь, сделать, хочется), в существительных (помощь, лещ).

Ненормативное присутствие или отсутствие мягкого знака в записи слов - острая тема орфографических дискуссий, но ее острота определяется и прозрачностью действий при исправлении или профилактике ошибок, на что указывают некоторые участники. Так, вывод о неумении применять тся/ться могут предварять лаконичные или развернутые формулировки орфографического правила-приема; кроме того, авторы упоминают и грамматические признаки языковых единиц: если в вопросе есть мягкий знак, значит и в ответе он должен быть; это принципиально разные формы глагола, а не просто опечатка. Весомой является аргументация, проясняющая смысловые различия фраз: Если считать что она (фраза «которым нравиться работать») написана без ошибки, получаем «для которых нравиться - это работа».

Примечательно, что при обосновании вариантов написаний речь может идти о влиянии психофизиологических факторов. Это негативное влияние, если результатом является письмо с ошибками; ср. фрагмент: Чистый автоматизм. И меня всегда и все исправляли, пока я усилием своей воли не ввел для себя самого правило... Каждый раз, когда написал слово женщЬина -удалить лишний мягкий знак. Это влияние положительное, если свою роль играют врожденная грамотность и/или зрительная память, сформировавшаяся благодаря чтению книг.

В оправдание тех, кто ошибается, комментаторы указывают на технические условия современного компьютерного письма: Случаи с «...ться» вместо «...тся» и наоборот бывают за счет близости соответствующих кнопок. Еще один технический фактор - работа на клавиатуре с латинской разметкой, в результате пишущему трудно или лень искать на финской клаве кнопку с кириллическим мягким знаком.

Если с учетом точки зрения рядовых носителей языка выстраивать некую иерархию ошибочных написаний уровня «элементарной» орфографии, то неверному мягкому знаку в ней можно отвести нижнюю позицию. Эти орфограммы в своеобразной «табели о рангах» имеют невысокий чин. Но и «внутреннее» их распределение таково, что написание буквенных сочетаний «тся» и «ться» и обозначение мягкости конечного согласного звука в глагольных формах считаются самыми простыми случаями, наподобие

написаний «жи» и «ши» (ср. комментарий: Это самое простое правило языка после «жи-ши»).

О том, какое место занимают эти орфограммы в иерархии ошибок с точки зрения рядового носителя языка, свидетельствуют реплики, подразумевающие, что достигнуты пределы безграмотности: Представляешь, она пишет «сделать» без мягкого знака! В популярных топ-списках «смертоносных ошибок» неизменно упоминаются две беды: «-ТСЯ» и «-ТЬСЯ». Трагические мотивы переданы и фразой Каждый раз когда ты пишешь «мне нравитЬся» в мире умирает один учитель русского языка. Текстовый мем, размноженный на демотиваторах, иронично сообщает: Все прощу, кроме -тся и -ться.

О пишущих с ошибками складывается предубежденное негативное мнение, выражаемое в мягкой или категоричной форме; ср. комментарий трудновато общаться с людьми, которым кажеться или риторический вопрос ...какое серьезное обсуждение может быть с человеком, который между «-тся» и «-ться» не видит разницы? Тех, кто указывает на ошибки, нередко упрекают в нарушении правил дискуссии, отклонении от заявленной темы; ср. реплику им главнее грамотность написанного, а не суть текста и ответ на замечание о неверной записи фразы собирать мусор в обсуждении темы загрязнения Арктики: Уважаемые любители грамматики, дело в том, что наша с вами любимая страна идет на дно. Вы это не замечаете? О тех, кто восклицает А как же русский язык?, могут говорить, что по их вине прекращается коммуникация. Но, вероятно, сбои в диалоге могут происходить еще до того, как появляются критические замечания на темы правописания. Высказывания о том, что надежды на позитивное общение или серьезное обсуждение не оправдались, могут служить признаками именно такого развития речевых событий.

Итак, наиболее интересное из наблюдений сводится к следующему. В метаязыковой критике обычных людей, или «нелингвистов», оценивающих речевые факты с нормативных точек зрения, вполне определенно выделяется приоритетное направление - орфографическое. То, с какой полнотой обсуждаются случаи некорректного употребления мягкого знака и с помощью какого разнообразия стилистических фигур передается эмоциональная реакция на них, служит дополнительным подтверждением пристрастий критиков. При этом важно отметить, что фиксируемые в речи взрослых людей ошибки

часто определяются как детские, уровня 5-6 класса; а следовательно, точкой отсчета в оценках особенностей речи собеседников могут быть лингвистические сведения, изучаемые в рамках программы 1-6 класса средней школы; это тот русский язык, который можно осилить.

Библиографический список

1. Виноградов, В. В. Проблемы культуры речи и некоторые задачи русского языкознания [Текст] / В. В. Виноградов // Вопросы языкознания. - 1964. - № 3. - С. 3-18.

2. Костомаров В. Г., Шварцкопф Б. С. Об изучении отношения говорящих к языку [Текст] / В. Г. Костомаров, Б. С. Шварцкопф // Вопросы культуры речи / Академия наук СССР, Институт русского языка. - 1966. - Вып. 7. - С. 23-36.

Bibliograficheskij spisok

1. Vinogradov, V. V. Problemy kul'tury rechi i nekotorye zadachi russkogo jazykoznanija [Tekst] / V. V. Vinogradov // Voprosy jazykoznanija. -1964. - № 3. - S. 3-18.

2. Kostomarov V. G., Shvarckopf B. S. Ob izuchenii otnoshenija govorjashhih k jazyku [Tekst] / V. G. Kostomarov, B. S. Shvarckopf // Voprosy kul'tury rechi / Akademija nauk SSSR, Institut russkogo jazyka. - 1966. - Vyp. 7. -S. 23-36.

Дата поступления статьи в редакцию: 26.04.2016 Дата принятия статьи к печати: 29.06.2016