Соборность как инвариант в системе ценностей современных студентов России и Монголии

Bibliography

1. Bibler, V.S. Ot naukoucheniya - k logike kuljturih. - M., 1991.

2. Gegelj, G.V.F. Fenomenologiya dukha. - M., 2007

3. Iljin, I.A. Filosofiya Gegelya kak uchenie o konkretnosti Boga i cheloveka. - SPb., 1994.

4. Koroljkov, A.A. Dukhovnaya antropologiya. - SPb., 2005.

5. Iljenkov, Eh.V. Filosofiya i kuljtura. - M., 1991.

Статья поступила в редакцию 29.10.14

УДК 1: 37:93/ 008.001.1

Kalanchina I.N., Artamonova T.A., Purevsuren C. COLLECTIVISM AS AN INVARIANT IN A VALUE SYSTEM OF MODERN RUSSIAN AND MONGOLIAN STUDENTS. In this article the problem of formation of value of collectivism among the Mongolian and Russian students is studied. This period of life is connected with certain features of the age, when there is a conscious perception of social values and ethical standards. The authors of the article pay special attention to certain features of the modern situation, which are complicated by destruction of a group of values of the traditional type. The results of the sociological research are given in article: in the system of the value orientations that have been defined for the consciousness of the Mongolian and Russian youth, the traditional group of values still dominates; one of the main values is collectivism. The authors also observe a negative tendency of devaluation of some values of the traditional type. The conclusion of the research reads: as the value of collectivism has an ontological basis of life and is very important in the development of humanity, it is necessary to pay due attention to the educational model, which promotes the formation of the value of collectivism and moral consciousness.

Key words: culture philosophy, education philosophy, traditional system of values, education system, Eurasian values, education system of Mongolia and Russia, axiological perspective.

И.Н. Каланчина, канд. филос. наук, доц. каф. философии Алтайского гос. аграрного университета, г. Барнаул, E-mail: kalanchina62@mail.ru; Т.А. Артамонова, канд. филос. наук, доц. каф. философии Алтайского гос. аграрного университета, г. Барнаул, E-mail: art-katun@mail.ru;

Ц. Пуревсурен, канд. философ. наук, преп. каф. общественных наук Ховдского гос. университета, г. Ховд, Монголия, E-mail: art-katun@mail.ru

СОБОРНОСТЬ КАК ИНВАРИАНТ В СИСТЕМЕ ЦЕННОСТЕЙ СОВРЕМЕННЫХ СТУДЕНТОВ РОССИИ И МОНГОЛИИ*

В данной статье рассматривается проблема формирования ценности соборности у монгольских и российских студентов. Этот период жизни связан с определенными особенностями возраста, когда происходит сознательное восприятие социальных ценностей и этических норм. Особое внимание авторы статьи уделяют специфике современной ситуации, которая осложнена разрушением кластера ценностей традиционного типа. В статье приводятся результаты социологических исследований, которые подтверждают: в системе ценностных ориентаций, свойственных сознанию монгольской и российской молодежи, до сих пор доминирует традиционный кластер, одной из ключевых ценностей которого является коллективизм/соборность. Но при этом наблюдается негативная динамика ценностей традиционного типа в целом, и коллективизма - в частности. Авторы приходят к выводу: поскольку ценность коллективизма/соборности является проекцией онтологических основ бытия и имеет большое значение в процессе эволюции человечества, - необходимо обратить должное внимание на образовательную модель, которая способствует формированию ценности коллективизма и морального сознания.

Ключевые слова: философия культуры, философия образования, традиционная система ценностей, евразийские ценности, система образования Монголии и России, аксиологическая проблематика.

Системный кризис, характерный для современной цивилизации, во многом обусловлен процессами ценностной трансформации, начавшейся в Европе еще в эпоху Нового времени. В России же так же, как и в Монголии, эти процессы наиболее активно проявились в последней трети XX века, в период перестройки, напрямую коррелируя с разрушением основ традиционной государственности и морали. Подобная ценностная аномия распространилась на все сферы деятельности социума, в том числе и на систему образования и воспитания подрастающих поколений.

Важно отметить, что период студенчества связан с возрастной спецификой осознанного освоения социальных ценностей и нравственных норм. Современная же ситуация осложнена тем, что мировоззренческие установки в период их закрепления испытывают на себе негативное влияние со стороны ценностного хаоса современного общества. Эта проблема проявляется в образовательном процессе и отражается на мотивации в выборе профессии, на жизненных стратегиях современной молодежи. В связи с этим, а также принимая во внимание развертывание нового цикла Евразийской интеграции, исследование динамики ценностных ориентаций в студенческой среде в Монголии и России, а также путей их оптимизации представляется актуальным.

Прежде чем выявить, какое место соборность (органический коллективизм, укорененность в социуме) занимает в систе-

ме ценностей монгольских и российских студентов, рассмотрим различные подходы к дихотомии коллективизм - индивидуализм.

Ряд авторов, анализируя данную проблему, зачастую, с одной стороны, исходят из понимания принципа индивидуализма как основного показателя подлинной свободы и победы демократии, а, с другой - негативно определяют тот вид социального устройства, при котором нравственные нормы и базирующиеся на них ценностные установки имеют жесткую привязку к закрепленной и выработанной веками традиционной шкале ценностей, как тоталитарно-коллективистский. Приведем показательное в этом смысле мнение В.С. Библера: «Близость нигилистической пропасти, рядоположенность самых ранних и самых поздних по времени нравственных смыслов, соблазны различных тоталитарных режимов, ...освобождающих «винтики» от всякой индивидуальной ответственности, ...облегченно разрешается в хитрых попытках ухватиться за один из старых, добрых ...докультурных или в мораль вырожденных культурных смыслов. ...Будет ли это придуманный деревенский лад, ...будет ли это вымышленный - в пафосе перевернутых западных ценностных знаков - внеличностный и внеразумный Восток - восток современного малообразованного европейца, будет ли это возрожденная религиозность, лишенная культурного и духовного максимализма христианских средних веков... Будет ли это соци-

альная Утопия... в любом случае личная ответственность перекладывается «на совесть» неких анонимных общностей (патриархальных, священных или грядущих)» [1, с. 47].

К. Поппер в своей известной «библии» неолиберализма «Открытое общество и его враги» развивает критику традиционного общества как «закрытого» - «магического, племенного или коллективного» [2, с. 218]. Основную линию критики традиционного общества Поппер строит исходя из понимания коллективизма как отражения синкретичного, неразделенного единства индивидуумов, не достигших подлинной социальной субъектности, а значит, и индивидуальности.

Антиподом «открытого общества» (некоего образца «западной демократии») в данном случае признается «закрытое общество» (или традиционное, коллективистское). Основной характеристикой «открытого общества» объявляется индивидуализм, выступающий в качестве жизнеустроительного принципа, на котором базируется идеология либерализма, ставящая себе в заслугу борьбу против рабства, расовой, религиозной и иной ксенофобии, против сословного строя и тоталитаризма. Действительно, нужно признать, в определенном историческом и политическом контексте утверждение индивидуальных прав можно было бы рассматривать как прогрессивный лозунг гуманистического движения.

Но современная, достигшая своего логического предела либеральная доктрина (неолиберализм), утверждающая неограниченную политическую и экономическую свободу личности ложна по своей сути, деструктивна и тупикова. Во-первых, исторические примеры убедительно доказывают, что в тех обществах, где на государственном уровне декларируется либеральная доктрина и все мыслимые демократические свободы, в реальности «осуществляется... практика, которая проводилась под эгидой либеральной идеологии - это практика столетий колониальных агрессий; это практика гражданских войн, таких, например, как в США и не только; это практика кровавых буржуазных революций. (кстати, фашизм тоже вырос из капитализма как одна из его разновидностей)» [3]. Современная же версия либерализма дополняется жестким диктатом и принуждением граждан к распущенности и аморальному образу жизни.

Во-вторых, в реальности неограниченными свободами обладает узкий круг мегамагнатов, хозяев транснациональных корпораций и глобальных финансовых структур (а также «персонал», обслуживающий их интересы), что обостряет классовые, сословные, национальные и расовые противоречия и в целом ведет к социальному, политическому и экономическому кризису. В-третьих, модель социума, в основе которой лежит принцип неограниченных свобод, фундаментально противоречит принципам теории систем, концепции глобального универсализма, - современной научной парадигме, которую «можно назвать холистическим мировоззрением, взглядом на мир как на единое целое, а не собрание разрозненных частей. В последнее время растет число научно-естественных и философских исследований, на современном уровне обосновывающих вывод о том, что одной из важнейших универсалий для поступательного развития социума является ценность коллективизма. В частности много внимания этой проблеме уделяется в метафизике всеединства, своими корнями уходящей вглубь времен, представленной в трудах Платона, продолженной в учениях таких известных авторов, как Плотин, Августин Блаженный, Дж. Бруно, Н. Кузанский и др. и впоследствии глубоко проработанной русскими философами и учеными. Метафизика всеединства понимает мир как единый «на всех уровнях: природно-космическом, социальном и духовном. А это значит, что все мы, через гигантскую и сложнейшую сеть «нитей», связаны друг с другом, с природой и Богом... это единство определенным образом «выстроено», - то есть в мире имманентно заключены мера, организация и гармония, противостоящие дисгармонии и хаосу» [4, с. 10].

Используя аналогию с биологическим организмом, ученые - специалисты в области естественных наук, обосновывают, что высокое качество жизни обеспечивается именно за счет совместной работы всех составляющих частей (органов и клеток) на «благо» всего организма в целом. С другой стороны, чем более гармонично развивается и функционирует весь организм, тем более полноценно развиваются все его составляющие [5].

В культурологическом же дискурсе выделяется свойственное человеку архаичной культуры переживание органического единства не только с природой, но и с миром в целом: «Мир... -не бесконечное пространство, заполненное деятельностью множества разъединенных, самостоятельных сущностей; внутри

этого пространства можно видеть соответствие и взаимную слаженность. Все это, конечно, результат не логического анализа действительности, а все более ясного интуитивного постижения ее в совокупности... Все связано, все едино и создает космическое целое... Такое целое не могло бы, конечно, никогда быть постигнуто умом, привыкшим к аналитическому подходу. И даже посредством интуиции современный человек не может овладеть всем богатством значения и гармонии, с которым космическая реальность (или, в сущности, сакральная реальность) связана в первобытном уме» [6, с. 155-156].

Таким образом, применительно к социальным процессам на основе холистического мировоззрения (метафизики всеединства), можно сделать вывод, что наиболее жизнеспособным является то общество, в котором одной из основных является ценность коллективизма (не тоталитарно-вульгарного, а именно, как одного из аспектов холистического мировоззрения). И, соответственно, общество, где интересы отдельного индивида признаются приоритетными над интересами социального целого, дисгармонично и противоестественно.

Онтологические основания нравственности как «духовной формы социальности безусловны. Ни о свободе, ни о морали нельзя говорить, не учитывая, что человек по своей общей природе существо социальное. Мораль в обществе воспроизводится на биогенетической основе и с социальной необходимостью» [7, с. 53-58].

В связи с этим очевидно, неолиберальная доктрина закономерно привела цивилизацию в состояние такой разбалансиро-ванности, о которой предупреждал Т. Гоббс, - а именно, в состояние «войны всех против всех».

Противопоставление «открытого» и «закрытого» общества - с привязкой к «цивилизованным, демократическим» и, соответственно, «нецивилизованным» культурно-политическим образованиям - сегодня убедительно опровергается как практикой межкультурных отношений, так и историческими данными. В действительности «"открытость" является устойчивой культурной константой евразийских народов, в частности, русского и монгольского. Эта "открытость" зримо противостоит культурной закрытости Европы и США, чем во многом объясняется их стремление навязать другим народом свои относительные идеалы и ценности. Неудивительно, что главную черту русского национального характера Ф.М. Достоевский усмотрел как раз во «всемирной отзывчивости», в способности творчески вбирать в себя и мощно приращивать культурные достижения иных народов... Открытость западного мира - это расхожий европоцентристский миф. Из экономических и политических свобод, наличие которых на Западе, правда, само еще нуждаются в серьезном обосновании, культурная открытость еще никак не вытекает. в отличие от культурно закрытой и духовно автономной Европы, культурная открытость - это константа русской и, шире, евразийской культуры» [8, с. 313].

Возвращаясь к дихотомии коллективизм - индивидуализм, заметим, что по сути это лишь один из внешних аспектов одной их фундаментальных философских проблем - соотношения индивидуализации и единения. В современной линии, наследующей традиции философии всеединства, представлена точка зрения, что по сути это две грани онтологического принципа единства-индивидуализации, и противопоставление этих двух диалектически и органически взаимообусловленных процессов носит искусственный характер. «Они по-разному проявлялись в противоречиях между интересами личности и общества, эгоизмом и альтруизмом, перфекционистским и социальным аспектами морали и т.д. Например, иллюзорность последовательного индивидуализма обнаруживается хотя бы из все увеличивающегося числа открытий относительно природы сознания: мы объективно едины и неразрывно связаны в поле сознания; отделенность от других - не более чем иллюзия, причем, чреватая последствиями. Утверждение же индивидуального при отрицании единого закономерно ведет не к возрастанию личной нравственной ответственности, а к отрицанию «человека морального» вообще, что и стало тревожной тенденцией последнего столетия» [9, с. 137-141].

По сути, индивидуалистические идеалы западной культуры в реальности оказываются превращенной формой безличной объективности. А группоцентристская ментальность Востока указывает совершенно иной путь самоидентификации: не выпячивания «дурной бесконечности» своей сиюминутно понимаемой индивидуальности, а наоборот, утраты внешней, пустой оригинальности в той необходимой степени, что только и позволяет

проявить через себя существенное всеобщее [10, с. 109]. Исходя из этого, правомерно говорить об онтологической основе ценности соборности/коллективизма, которую можно еще определить как потребность строить свою жизнь на принципах единства и гармонии (которые в человеческом восприятии осознаются как идеалы и ценности единения, взаимопомощи, любви и добра), познания и творческого созидания себя и мира. С позиций метафизики всеединства данная потребность развивается и формируется как проявление онтологической основы духовной природы человека.

«Метафизическое понимание морали действительно предполагает особую потребность - в совершенствовании, достижении единства с Высшим, и через него - с людьми и всем миром» [9, с. 148-155].

Таким образом, одним из очевидных преимуществ так называемого «традиционного» общества в смысле жизненной устойчивости является чувство здорового коллективизма - укорененности в общественном организме, восприятие личности себя как части целого. Но не на основе архаичной синкретично-сти - анонимного слипания, нерасчлененного и неосознанного единства, а по принципу сизигического социального единства, которое «предполагает истинную раздельность соединяемых, т. е. такую, в силу которой они не исключают, а взаимно полагают друг друга» [11, с. 499], не теряя при этом, а, напротив, приобретая истинную индивидуальность.

Изменения ценностных ориентаций российской молодежи стали наиболее активно исследоваться в последние 15 лет. Так, проведены десятки эмпирических исследований, защищены несколько сотен кандидатских и докторских диссертаций по проблемам ценностных ориентаций молодежи. Ситуация слома устоявшихся принципов общественного устройства и «переоценки ценностей» в масштабах не одной страны подвигла исследователей к осмыслению факторов, причин и последствий трансформации ценностных ориентаций россиян. Интересные данные получены в исследовании динамики ценностных ориентаций молодежи в процессе социализации. Социализация представляет собой «процесс становления и развития личности, состоящий в освоении индивидом в течение всей его жизни социальных норм, культурных ценностей и образцов поведения, позволяющий индивиду функционировать в данном обществе» [12, с. 445]. То есть это двусторонний процесс. С одной стороны — общество постоянно в различных формах предлагает личности ориентиры социально и культурно приемлемого мышления и поведения. С другой стороны, в процессе социализации происходит освоение личностью этих структурирующих его импульсов, исходящих от общества. Таким образом, итог социализации — это результирующая разных векторов воздействия.

В период студенчества на личность все большее влияние оказывает макросоциальная среда: она осознается как источник ориентаций и выбора жизненных установок.

Одним из наиболее крупных и показательных среди исследований динамики ценности коллективизма у российской молодежи является работа группы российских ученых под руководством академика Н.И. Лапина. По ее результатам фиксируется нарастание индивидуализма в среде российской молодежи. Характерной чертой современного сознания Лапин назвал «потребительский индивидуализм» [13], что вызвано ростом популярности ценностей западного прагматизма и индивидуализма, который сталкивается с традиционными коммунитарными ценностными установками россиян. Данное столкновение выявляет ценностный раскол, который фиксируется на уровне жизненной практики и организации социальной и политической жизни современного российского общества. В молодежной среде ценностей, как правило, сегодня доминируют постоянная работа и материальное благополучие, а скромность, правдивость, мужество, коллективизм, альтруизм и самоотверженность менее значимы [14, с. 227]. По результатам исследований введено понятие «поколение риска», которое характеризуется неустойчивостью ценностей и подверженностью деструктивным влияниям. Основным риском этой трансформации является переход от коллективистской системы ценностей к индивидуалистической [15].

Одним из ключевых положений, взятых в основание данного исследования, является концепт ценностной оппозиции «индивидуализм - коллективизм. Так, в индивидуалисткой среде успех приписывается личным действиям и способностям, а неудача - внешним факторам. Для коллективистов же свойственно связывать успех с коллективными действиями и помощью от других людей, а причиной неудачи признается собственное 518

бездействие. Личности коллективистского типа свойственно чувство единения с людьми из ближайшего социального окружения, стремление к терпению, порядку, самоконтролю, а также долговременные цели. При этом в процентном соотношении число респондентов, нацеленных на ценность коллективизма, выше: в результате обработки собранных данных было выявлено, что 54% респондентов причисляю себя к коллективистам, а 46% - к индивидуалистам. 83% респондентов считают, что нужно объединяться [16].

Если сравнивать ценностные ориентации российских студентов и монгольских, то по результатам ряда исследований последних лет видно, что в Монголии более представлена ориентация на коллективизм. Во многом это связано с тем, что монголы испокон веков кочуют группами и все решения наиболее важных вопросов принимают совместно - кланами. Монгольская культура в целом характеризуется низкой степенью дистанции власти (12%), в ней доминирует равенство власти, лидеры и руководители используют демократичный стиль руководства. При этом лидер часто воспринимается как наставник, друг, надежный коллега. В процентном соотношении к индивидуализму склонны 19% опрошенных. Соборность/коллективизация является важным моментом для руководителей в Монголии. Они ориентируются не на отдельных индивидуумов, а на группы [17, с. 270-275]

В исследовании, проведенном под руководством Ю.В. Попкова, «Базисные ценности народов Евразийской цивилизации в условиях глобализации», 94,5% опрошенных монгольских студентов на вопрос — что нужнее - коллективизм или индивидуализм? отвечали: нашему народу сейчас нужно больше всего взаимопомощи, коллективизма.

На вопрос — что важнее - коллективная или частная собственность? — 58,9% отвечали: для успешного развития моего народа следует развивать, прежде всего, коллективную собственность. На вопрос — что важнее - интересы личности или общества? 19,6% дали ответ: личные интересы человека должны быть важнее интересов его народа (этноса). 80,2 - интересы народа (этноса) должны быть важнее личных интересов человека. На основе полученных эмпирических данных было сделано заключение: «в целом для монгольской молодежи, как и для взрослого населения, большое значение имеют ценности коллективизма и коллективной собственности, общего порядка и стабильности, а также приоритет общественных интересов и ориентация на сотрудничество [18].

Результаты приведенных социологических исследований дают основания для вывода: несмотря на выявленные проблемы нравственной, гражданско-правовой культуры студентов (в Монголии и России), уровень их гражданской идентичности является достаточно высоким. Большинство представителей данной социально-демографической группы ориентированы на гражданско-нравственные ценности, переживают за судьбу своего народа. В системе ценностных ориентаций, свойственных сознанию монгольской и российской молодежи, до сих пор доминирует традиционный кластер, одной из ключевых ценностей которого является коллективизм/соборность, понимаемых исходя из особенностей национальных традиций. Несколько менее представлен имеющий достаточно высокий статус кластер постиндустриального типа (шкала ценностей, основанная на высоком уровне образования и профессиональной деятельности, владении современными средствами связи, доступа к информационным потокам и благоустроенного быта). Но при этом обращает на себя внимание негативная динамика ценностей традиционного типа в целом, и коллективизма - в частности.

Как мы уже отмечали, ценность коллективизма, обусловленная глубокими онтологическими основаниями, имеет важнейшее значение в процессе эволюционного развития человечества в целом. Поэтому необходимо серьезно переосмыслить и оценить, какую роль в данных процессах сыграли реформы образования последних лет, и направить работу в области образования на воспроизводство той модели взаимодействия человека с его социальным и природным окружением, которая способствует формированию онтологически выверенных ценностей и моральных норм. Именно в таком традиционном ключе понимание природы социализации и культурации весьма характерно российско-евразийской образовательной традиции.

* Статья подготовлена в рамках международного гранта РГНФ-Министерства образования, науки и культуры Монголии №14-23-03002/14 «Культурно-исторические особенности психологии личности современных студентов России и Монголии и социальные факторы их формирования».

Библиографический список

1. Библер, В.С. Нравственность. Культура. Современность II Этическая мысль: научно-публицистические чтения. - M., 1990.

2. Поппер, К. Открытое общество и его враги. - M., 1992. - Т. 1. Чары Платона.

3. Бузгалин, А.В. Анти-Поппер: Социальное освобождение и его друзья. - M., 2009.

4. Иванов, А.В. На путях к новой цивилизации (очерки духовно-экологического мировоззрения) I А.В. Иванов, И.В. Фотиева, M.Ю. Шишин.

- Барнаул, 2014.

5. Капра Фритьоф. Паутина жизни. Новое научное понимание живых систем. - M., 2003.

6. Элиаде, M. Очерки сравнительного религиоведения. - M., 1999.

7. Гумницкий, r.M. Социальность общей природы человека, мораль и необходимость преподавания этики II Вестник Российского философского общества. - 2014. - № 3(71).

8. Иванов, А.В. Открытость как русско-монгольская культурная константа II Константы культуры России и Mонголии: очерки истории и теории I под общ. ред. M^. Шишина, Е.В. Mакаровой. - Барнаул, 2010.

9. Фотиева, И.В. Mораль в современной философско-научной картине мира. - Барнаул, 2004.

10. Mамонова MA Запад и Восток. Традиции и новации рационального мышления. - M., 1991.

11. Соловьев. В.С. Философские начала цельного знания II В.С. Соловьев. Избранные произведения. - Ростов-на-Дону, 1998.

12. Ковалева, А.И. Социализация II Социологическая энциклопедия: в 2 т. - M., 2003. Т. 2.

13. Лапин, Н.И. Базовые ценности россиян. Социальные установки, жизненные стратегии. Символы. Mифы. - M., 2003.

14. Лебедева, Н.Н. Ценностные ориентации юношества Омской области II Регионология. - 2004. - № 4.

15. Лапин, Н.И. Эволюция ценностных ориентаций россиян в 1990-е годы II Pro et Contra. - 1999. - №. 2. - T. 4.

16. Давыдова, MA Приверженность молодежи ценностям индивидуализма: характеристики терминальных и инструментальных ценностей [Э!р]. - Р!д: http:IIcyberleninka.ruIarticleInIpriverzhennost-molodezhi-tsennostyam-individualizma-harakteristiki-terminalnyh-i-instrumentalnyh-tsennostey

17. Бор, А. Об уникальных особенностях культуры управления в Mонголии II Вестник НГУЭУ. - 2012. - № 3.

18. Попков, Ю.В. Базисные центры народов Евразийской цивилизации в условиях глобализации [Э!р]. - Р!д: http:IIwww.tuva.asiaIjournalI issue_1-2I95-basic-values.html

19. Каланчина, И.Н. Основные стратегии образовательной политики в условиях глобализации II Философия образования. - 2012. -№ б.

20. Артамонова, Т.А. Идеал будущего человека сквозь призму русской философии I Т.А. Артамонова, И.Н. Каланчина II Mир науки, культуры, образования. - 2013. - № 4(41).

Bibliography

1. Bibler, V.S. Nravstvennostj. Kuljtura. Sovremennostj II Ehticheskaya mihslj: nauchno-publicisticheskie chteniya. - M., 1990.

2. Popper, K. Otkrihtoe obthestvo i ego vragi. - M., 1992. - T. 1. Charih Platona.

3. Buzgalin, A.V. Anti-Popper: Socialjnoe osvobozhdenie i ego druzjya. - M., 2009.

4. Ivanov, A.V. Na putyakh k novoyj civilizacii (ocherki dukhovno-ehkologicheskogo mirovozzreniya) I A.V. Ivanov, I.V. Fotieva, M.Yu. Shishin. -Barnaul, 2014.

5. Kapra Fritjof. Pautina zhizni. Novoe nauchnoe ponimanie zhivihkh sistem. - M., 2003.

6. Ehliade, M. Ocherki sravniteljnogo religiovedeniya. - M., 1999.

7. Gumnickiyj, G.M. Socialjnostj obtheyj prirodih cheloveka, moralj i neobkhodimostj prepodavaniya ehtiki II Vestnik Rossiyjskogo filosofskogo obthestva. - 2014. - № 3(71).

8. Ivanov, A.V. Otkrihtostj kak russko-mongoljskaya kuljturnaya konstanta II Konstantih kuljturih Rossii i Mongolii: ocherki istorii i teorii I pod obth. red. M.Yu. Shishina, E.V. Makarovoyj. - Barnaul, 2010.

9. Fotieva, I.V. Moralj v sovremennoyj filosofsko-nauchnoyj kartine mira. - Barnaul, 2004.

10. Mamonova M.A. Zapad i Vostok. Tradicii i novacii racionaljnogo mihshleniya. - M., 1991.

11. Solovjev. V.S. Filosofskie nachala celjnogo znaniya II V.S. Solovjev. Izbrannihe proizvedeniya. - Rostov-na-Donu, 1998.

12. Kovaleva, A.I. Socializaciya II Sociologicheskaya ehnciklopediya: v 2 t. - M., 2003. T. 2.

13. Lapin, N.I. Bazovihe cennosti rossiyan. Socialjnihe ustanovki, zhiznennihe strategii. Simvolih. Mifih. - M., 2003.

14. Lebedeva, N.N. Cennostnihe orientacii yunoshestva Omskoyj oblasti II Regionologiya. - 2004. - № 4.

15. Lapin, N.I. Ehvolyuciya cennostnihkh orientaciyj rossiyan v 1990-e godih II Pro et Contra. - 1999. - №. 2. - T. 4.

16. Davihdova, M.A. Priverzhennostj molodezhi cennostyam individualizma: kharakteristiki terminaljnihkh i instrumentaljnihkh cennosteyj [EhIr].

- RId: http:IIcyberleninka.ruIarticleInIpriverzhennost-molodezhi-tsennostyam-individualizma-harakteristiki-terminalnyh-i-instrumentalnyh-tsennostey

17. Bor, A. Ob unikaljnihkh osobennostyakh kuljturih upravleniya v Mongolii II Vestnik NGUEhU. - 2012. - № 3.

18. Popkov, Yu.V. Bazisnihe centrih narodov Evraziyjskoyj civilizacii v usloviyakh globalizacii [EhIr]. - RId: http:IIwww.tuva.asiaIjournalIissue_1-2I95-basic-values.html

19. Kalanchina, I.N. Osnovnihe strategii obrazovateljnoyj politiki v usloviyakh globalizacii II Filosofiya obrazovaniya. - 2012. - № б.

20. Artamonova, T.A. Ideal buduthego cheloveka skvozj prizmu russkoyj filosofii I T.A. Artamonova, I.N. Kalanchina II Mir nauki, kuljturih, obrazovaniya. - 2013. - № 4(41).

Статья поступила в редакцию 18.11.14