Соотношение семантических типов предложений с семантическими типами предикатов

В балладе Шевырева акцентированы смысловые грани водной символики [7, с. 586], связанные со стихией поглощения, разрушения. Образность баллады Шевырева («шведский гром», «град же наречен», «шпиц, прорезав недра туч») предвосхищает магистральные образы поэмы Пушкина «Медный всадник», где, по замечанию А.О. Панича, «основание Петром города как бы «воспроизводит» ситуацию первых трех дней творения...» [8, с. 11]. Теургическая сила и воля Петра I в балладе Шевырева также воплощена в Слове, которое побеждает стихию: «Речь Петра гремит в ответ...». Ситуация спора стихии и человека приводит к тому, морская стихия персонифицируется, а образ Петра I гиперболизируется. Петр I в балладе русского романтика не только бросает вызов стихии, но и создает город, олицетворяющий силу разума, просвещения: «Просвещенья будет оком». Просвещение России метафорически соотносится поэтом с пробуждением, рассветом. Создаваемый «чудо-град» контрастен пустынному и безжизненному пейзажу «неплодных топей». Строящийся город, устремленный к небу, оформляет, преображает хаос в космос.

В хронотопе и в композиции баллады ситуация спора из прошлого переносится в настоящее, что также сближает балладу Шевырева с поэмой Пушкина «Медный всадник». Русский романтик через образные детали подчеркивает, что величественный и прекрасный Петербург воплощает в себе личностные черты его основателя: «Исполин - гранит упорный...»; «Или луч Петровой славы.». В финале баллады вновь акцентирована антитеза враждебной морской стихии и человека, города, культуры:

Помнит древнюю вражду,

Помнит мстительное море,

И да мщенья примет мзду,

Шлет на град потоп и горе [3, с. 145].

В финале баллады возникает образ памятника Фальконе: «На коне взлетел строитель.». Образы морской стихии и памятника строятся на основе олицетворений. Для автора баллады сам памятник - это свидетельство покорения человеком стихии. Ведущей деталью скульптурного воплощения Петра I в финале баллады выступает его взгляд: «острый взор», «зоркий страж», «взором сдерживает море». Образный ряд «взора» создает представление о том, что Петр I становится «гением», хранителем столицы империи. Поединок стихии и человека перетекает в историософскую плоскость. Финальный вопрос, обращенный к морской стихии, замыкает в образное и тематическое кольцо весь текст.

В аллегорической элегии Шевырева «Две реки» образы, соотнесенные с водной стихией, развиваются в традиционном для любовной лирики эмоциональном и поэтическом ключе. Образные детали подчеркивают гармоничность, плавность: «кристальные потока», «тихоструйно», «струи голубые», «ток мой ясен». Напевность элегии создается благодаря звукописи: «белокрылые ладьи», «неизменною волной», «любовного слиянья». В элегии много и колористических образов: «сребром

Библиографический список

трепещут», «блещут», «златится», «светлый день», «волны голубые». Глагольные формы придают пейзажу динамичность. Рассматриваемая элегия Шевырева, с точки зрения композиции, образности, характерна для школы гармонической точности, инерцию которой хотел преодолеть поэт. Образность данной аллегорической элегии созвучна элегии Веневитинова «Веточка». Как и Веневитинов, Шевырев при помощи образов рек раскрывает духовные интенции, драматизм человеческой жизни. Исповедальность, психологизм придает элегии диалог рек, любящих душ. Пейзаж приобретает идиллические черты: «розы», «лавры», виноград».

Несмотря на то, что в элегии проявлена характерная для романтизма антитеза человеческой души и враждебного рока, мотивы одиночества и неразделенной любви предельно смягчены. В лирическом зачине произведения постулируется мысль о едином истоке рек, об их метафизическом родстве, а в финале возникает образ «беспредельного океана» как духовного универсума. Данные метафизические образы замыкают в кольцо «земную» историю героев.

В пейзажной лирике Шевырева проявляется тенденция и к конкретизации образного языка, к отходу от аллегорической условности и отвлеченности, примером чего является стихотворение «Широкко» (1830), где природный мир Италии изображен «оцепеневшим» от летней жары. В образности этого произведения проявляется инерция поэтического стиля: «Зефир листьев не колышет...». Вместе с тем в стихотворении мы видим стремление автора не только объективно раскрыть состояние природного мира, но и передать впечатления человека, утомленного, как и природа, жарой: «Надоела саранча...». В пейзажных деталях подчеркивается статичность: «скован теплотой», «не колышет», «чуть движется», «мир уснул». В финале образный ряд желанного дождя создает антитезу зною.

Итак, в лирике Шевырева 1820 - 1830-х гг. пейзаж, с одной стороны, строится по сложившемуся канону элегической и аллегорической поэзии, с другой, - приобретает философскую направленность, раскрывая предстояние человека мирозданию, вечности, Богу. В лирике русского романтика природные образы отражают духовные состояния человека, его самопознание. В сферу пейзажа души переносятся природные состояния: Шевырев стремится раскрыть единство человека и природного мира. В натурфилософской поэзии любомудра поднимаются проблемы гносеологии, онтологии, антропологии и историософии.

В аллегорических пейзажах Шевырева преобладает тяготение к образному пластицизму и к динамике. Аллегорические пейзажи оформляют разнообразные тематические комплексы: размышления о великом назначении России, любовные переживания, противопоставление стихии и человеческой культуры. В лирике Шевырева нач. 1830-х гг. пейзаж преодолевает аллегорические рамки и отражает конкретные состояния природы и воспринимающего их человека.

1. Маймин, Е.А. Русская философская поэзия: Поэты-любомудры, А.С. Пушкин, Ф.И. Тютчев. - М.: Наука, 1976.

2. Ломоносов, М.В. Избранные произведения. - Л.: Советский писатель, 1986.

3. Веневитинов, Д., Шевырев, С., Хомяков, А. Стихотворения. - Л.: Советский писатель, 1937.

4. Томашевский, Б.В. Теория литературы. Поэтика. - М.-Л., 1931.

5. Веневитинов, Д., Шевырев, С., Хомяков, А. Стихотворения. - Л.: Советский писатель, 1937.

6. Пыпин, А.Н. Характеристики литературных мнений от двадцатых до пятидесятых годов. - СПб.: Типография М. Стасюлевича, 1873.

7. Топоров, В.Н. Миф. Ритуал. Символ. Образ: Исследования в области мифопоэтического: Избранное. - М.: Издательская группа «Прогресс» -«Культура», 1995.

8. Панич, А.О. «Медный всадник» А.С. Пушкина: от мифа к вымыслу. - Донецк: ДонГИ, 1998.

Статья поступила в редакцию 17.01.10

УДК 811

И.А. Кулигина, канд. филол. наук, доц. ААЭП, г. Барнаул, E-mail: ira55515@yandex.ru СООТНОШЕНИЕ СЕМАНТИЧЕСКИХ ТИПОВ ПРЕДЛОЖЕНИЙ С СЕМАНТИЧЕСКИМИ ТИПАМИ ПРЕДИКАТОВ

В данной статье рассматриваются вопросы соотношения поверхностных и глубинных структур предложения. При этом акцент делается на семантику предложения и его семантический центр - предикат. На основе сравнительного анализа различных школ, занимающихся разработ-

бЗ

кои семантической структуры предложения, выделяются семантические типы предложении и семантические типы предикатов, лежащие в их основе.

Ключевые слова: поверхностные и глубинные структуры предложения, предикат, бытийные предложения, предложения со значением тождества, характеризующие предложения, предложения номинации, предложения принадлежности.

К вопросам о соотношении поверхностных и глубинных структур предложения обращались многие лингвисты. Рассматривая вслед за R.A. Jacobs и P.S. Rosenbaum язык как систему коммуникации или код, при помощи которого передаются значения (A code by which meanings are transmitted), можно отметить, что выбор поверхностной структуры в целом зависит от того семантического содержания, которое вкладывает говорящий в эту структуру [1].

Для анализа содержательной стороны предложения разработан определенный метаязык описания. Так, одним из первых исследователей, предпринявших попытку разработки языка такого рода, стал У. Филлмор. Семантика предложения в его работах описывается в терминах предикатноаргументного синтаксиса. Центром семантической структуры предложения признается основной компонент логикопознавательной структуры предложения, образуемый предикатом. Ролевая структура предиката устанавливается на основе инвентаря значений, рассматриваемых в терминах падежей. Каждому предикату приписывается число аргументов и их семантическое содержание: агент, контрагент, объект, место, адресат [2]. Таким образом, исходным принципом классификации семантических типов предложений является свойства предиката и состав его аргументов.

Говоря о семантических типах сказуемого, нужно особо подчеркнуть роль глагола в формировании семантики предложения. Любое предложение строится вокруг предикативного элемента - глагола, который сопровождается именным элементом - именем существительным. Вслед за У. Чейфом мы отмечаем, что весь понятийный мир человека разделен на две сферы: сферу глагола, в которую входят состояния, положения, качества, события и сферу существительного, в которую включены физические объекты и овеществленные абстракции. При этом ведущее положение отведено глаголу, поскольку именно его семантика определяет состав предложения [3, c. 114]. Такой взгляд на центральное место глагола в понятийной сфере человека У. Чейф объясняет тем, что именно глагол диктует, что будет представлять собой предложение: какие существительные будут включены в предложение, и как они будут определяться в семантическом плане. Следовательно, справедливо предположить, что, будучи структурно-семантическим центром предложения, глагол формирует семантику всего предложения.

При разработке семантической структуры предложения представители логико-грамматического направления берут за основу типы логических ситуаций и те отношения, которые, “будучи непосредственно связанными со способами мышления о мире, причастны и к грамматическому строю языка” [4, c. 17]. Основываясь на логико-грамматическом подходе, Н.Д. Арутюнова выделяет четыре вида логических отношений, которым соответствуют четыре логико-грамматических типа предложений, обладающие различной коммуникативной целью и занимающие разные места в структуре текста: бытийные предложения, предложения характеризации, номинации и идентификации [5]. Остановимся на данной классификации более подробно, поскольку мы будем опираться на нее в своем исследовании.

Первый тип представляют собой бытийные, или экзистенциальные, предложения, которые отражают пространственно-предметный аспект мира. В качестве примера Н.Д. Арутюнова приводит отрывок текста, который состоит только из бытийных предложений: На завтра у меня были большие планы. Работы у нас сейчас уйма. Кроме того, есть много всяких других дел. Завтра конференция, у меня там доклад, вечером гости. На улице жара. На следующее утро у меня мигрень.

В языке такие высказывания оформляют первичный вид суждений, несущий информацию о существовании объектов,

об области их бытования. Если бытийное предложение считать аналогом суждения, то в роли его субъекта будет выступать фрагмент мира (обстоятельство места), а в роли предиката - указание на наличие в мире объектов определенного класса. Например, в предложении "В этом лесу были волки" субъектом является сочетание в этом лесу, а предикатом - были волки. Таким образом, в бытийных предложениях смысловое членение и синтаксическое членение значительно отличаются друг от друга. Имя в предложениях бытийной семантики лишено референтности, т.к. является частью предиката суждения. В этом состоит одно из отличий предложений бытийной семантики от последующих семантических типов предложений.

Другой особенностью экзистенциальных предложений является их полифункциональность как результат взаимодействия в их структуре лексических, коммуникативных и обще грамматических значений. Модель бытийных предложений, включающая в себя широкие слои лексики и, таким образом, удовлетворяющая любой коммуникативной задаче, открывает многочисленные пути семантического развития и. его сближения с другими семантическими типами предложений. Бифункциональность глагола "быть", его двойственная природа, в которой соединяются связочное и экзистенциальное значения, определяет синтаксическую нестабильность бытийных предложений, их склонность к структурному и коммуникативному варьированию. Благодаря скользящему коммуни-

кативному фокусу бытийных предложений отношения экзистенции способны переходить в предикацию в результате смещения фокуса внимания с семантики бытия предмета на его признаки. Так, на базе предложений со значением экзистенции легко возникают предложения качественной предикации, локальные предложения и предложения тождества. Практически все семантические типы предложений, касающиеся личной сферы человека, его микромира-предметного, ситуативного окружения, его физических и психических свойств и состояний, его социального статуса, поведения, ощущений, эмоционального и интеллектуального содержания - могут получать форму бытийных предложений. Таким образом, язык получает возможность при помощи одной синтаксической конструкции передавать самые разнообразные сведения о человеческой жизни.

Ко второму типу относятся предложения тождества, или идентификации, в которых содержится утверждение идентичности объектов, обозначенных разными языковыми выражениями. Акт идентификации устанавливает тождество объекта самому себе путем сопоставления свойств и признаков со сведениями или впечатлениями, вытекающими из прошлого опыта. Та роль, которую играет в нашей жизни способность отождествлять и различать физические объекты настолько велика, что язык создал не только многочисленные средства, позволяющие сделать сообщение о тождестве объекта, но и специальную синтаксическую модель, по которой конструируются предложения тождества.

В ситуации отождествления используются имена собственные и местоимения, например: Это известный артист Ролан Быков. Идентифицирующими также могут быть случайные, 'временные и даже не характерные для данного лица или предмета признаки, которые отвечают требованиям выделительности и отличия от присутствующих рядом объектов одного класса с данным. В качестве примера Н.Д. Арутюнова приводит следующие высказывания: Кто это?-Это мой брат (один наш сотрудник, коллега, известный в нашем городе человек, наш сосед и т.д.) [5, с. 300-326].

Следующим семантическим типом в логикограмматическом направлении выступают предложения номинации, которые обладают грамматическим значением "отношение действия и его производителя" и оформлены в русском

языке сочетанием подлежащего в именительном падеже и спрягаемого глагола, например: Приехал молодой, болтливый, только что кончивший курс студент, земский врач. Он осмотрел руку, сказал, что она не вывихнута, наложил компрессы и ушел.

Предложения характеризации выделяют в заранее данном объекте тот или другой признак. В классическом случае субъект данного типа предложения относится к конкретному предмету, классу предметов, а предикат выражает признак, свойство, действие, состояние или процесс. Э.Г. Паповянц определяет семантическую структуру данного типа предложений как предикативную сопряженность взаимообусловленных компонентов, содержащих значение носителя признака и предицируемого константного качественного признака или свойства [6, с. 23].

Предложения характеризации имеют ряд разновидностей в зависимости от значения предиката:

1) таксономические предикаты, которые указывают на принадлежность предмета или вида предметов некоторому более широкому по своему объему классу и на необходимость понимания последующих общих и частных суждений. Такой тип предиката обычно выражается существительным, значение которого не разлагается на ясно определенные семантические компоненты. Например: кит млекопитающее; этот цветок—роза.

2) характеризующий предикат в узком смысле этого термина указывает не на комплекс признаков, а на один, присущий лицу признак. Как правило, данный тип предиката выражается либо качественными прилагательными, либо существительными, указывающими на постоянный присущий предмету или лицу признак. Например: Степан Аркадьевич был человек правдивый в отношении к себе самому.

Такие константные признаки представляют собой относительно независимую от течения времени характеристику лица или предмета, поскольку они присущи им по природе, являясь их собственными признаками.

3) реляционные предикаты отличаются от таксономических в том отношении, что < они не могут распространяться определениями, классифицирующими объект по признаку, не связанному с означенным отношением. Допускаются лишь определения, классифицирующие вид выражаемых именем отношений. Например: Петр Иванович - неродной отец Васи.

4) следующий тип предиката носит название локальный и указывает на местоположение предмета. Разница между бытийными и локальными предикатами заключается в том, что в бытийном предложении известным является место, а сообщаемым - его предметное наполнение. Например: В зоопарке есть обезьяна. В локальном предикате известным является предмет, а сообщаемым - место его пребывания. Например: Эта обезьяна находится в зоопарке [5, с. 205-326].

Данная классификация, сделанная на материале русского языка, может быть использована для классификации семантических типов предложений в других языках, поскольку является языковым отражением устоявшихся в человеческом мышлении типических связей и отношений объективной действительности.

Классификация семантических типов В.Г. Адмони, построенная на материале немецкого языка, как и классификация Н.Д. Арутюновой, основана на логико-грамматических отношениях. Критерий наличия обязательной сочетаемости у отдельных глаголов выступает в качестве ведущего при выделении семантических типов предложений. Выделению данного критерия, по словам автора, способствует роль спрягаемой формы глагола, которая, в силу своей специализации на выражении сказуемого, является наиболее важной для оформления всей структуры предложения, а закономерности ее сочетаемости непосредственно воздействуют на обобщенное грамматическое значение всего предложения в целом [4, с. 126].

В.Г. Адмони выделяет наиболее четкие с формальной точки зрения следующие логико-грамматические типы предложений:

1) Предложения со значением бытийности, с семантикой существования какого-либо предмета или явления. К данному типу относятся:

а) предложения с глаголами существования полной предикации: Die Welt ist;

б) трехчленные бытийные предложения (es + глагол существования неполной предикации + номинативное предложение).

Данный семантический тип соответствует бытийным предложениям в классификации Н.Д. Арутюновой.

2) Предложения со значением состояния, которые включают в себя:

а) форму состояния: Ich bin benebelt;

б) переосмысленные субъектно-объектные предложения с глаголом haben: Ich habe Angst;

в) безличные предложения: Es friert mich.

Представляется, что данный тип предложений может

быть соотнесен с предложениями характеризации в классификации Н.Д. Арутюновой.

3) Предложения со значением принадлежности: Das Buch ist mir.

Таким образом, классификации Н.Д. Арутюновой и В.Г. Адмони пересекаются при выделении двух логикограмматических структур, формирующих семантику предложений:

1) бытийные предложения с семантикой существования;

2) характеризующие предложения с семантикой качества. Отдельно В.Г. Адмони выделяет предложения со значением принадлежности, а Н.Д. Арутюнова - предложения номинации.

Как было отмечено ранее, семантические типы предложений могут быть соотнесены с семантическими типами предикатов. У. Чейф предлагает следующую семантическую классификацию глаголов-предикатов, которая выступает в качестве основы классификации семантических типов предложений. В первую очередь У. Чейф выделяет предложения, в которых глагол определяется как состояние; такой глагол сопровождается существительным, которое является его патиен-том или объектом воздействия. Например: The wood is dry. The dish is broken. The elephant is dead.

В предложениях другого семантического типа глагол реализует значение процесса, например: The wood dried. The elephant died. О существительном, которое употребляется с глаголом процессуальной семантики, говорится, что оно изменило свое состояние. Данное существительное является патиентом глагола, поскольку процесс предполагает наличие отношения между существительным и состоянием.

Рассмотрим еще несколько примеров, которые предлагает У. Чейф: Michael ran. The men laughed. The tiger pounced.

Глаголы в этих примерах выражают действие или деятельность. Существительное в предложениях акциональной семантики уже не может занимать роль патиента, т.к. выражает собой нечто, выполняющее действие, становясь, таким образом, агентом действия.

В предложениях четвертой группы глагол обладает одновременно процессуальной и акциональной семантикой. Например: Michael dried the wood. Harriet broke the dish. The tiger killed the elephant.

Глагол в этих предложениях вызывает изменение состояния предмета или лица, называемого существительным.

Таким образом, У. Чейф выделяет четыре основных типа предиката, которые формируют семантику предложений: предикаты состояния, процесса, действия и одновременно процесса и действия. При этом предикаты состояния лежат в основе характеризующих предложений; предикаты процессуальной и акциональной семантики формируют предложения номинации [3, с. 116-123].

Подобная классификация семантических типов предикатов разработана на материале английского языка А.Г. Елисеевой, О.Н. Селиверстовой и Н.А. Ижевской. Особенностью данной классификации является вычленение смысловых оттенков предикативного элемента и их включение в систему

общей классификации семантических типов предикатов. Так, разработанная ими классификация включает в себя следующие типы предикатов: 1)действия, 2)процесса, 3)состояныя,

4)качества, 5)связи, 6)нахождения в пространстве, 7) потенциальное ты [7, с. 210-211].

Выделенные группы предикатов связаны между собой определенной системой признаков. Предикаты действия и процесса различаются между собой по признаку агентивно-сти/ неагентивности субъекта и могут быть соотнесены с предложениями со значением номинации в классификации Н.Д. Арутюновой. Третий тип предикатов - предикаты состояния - отличаются от первых двух типов по признаку статичности/ нестатичности. Следующий предикат — предикат качества -отличается от перечисленных типов предикатов тем, что входит в набор тех элементов, из которых строится сам объект. Будучи параметрами объекта, предикаты качества не локализованы на оси времени, тогда как предикаты состояния непосредственно соотносятся с временной осью. Предикаты качества и состояния представляют, на наш взгляд, смысловую основу характеризующего типа предложения.

Следующий тип предикатов - предикаты связи - является основой построения предложений со значением принадлежности. Данный семантический тип включает в себя связи, которые приводят к осуществлению определенных действий, пребыванию в определенных состояниях. Однако внимание акцентируется, в первую очередь, на связях, а не на последующих действиях. В этом типе предложений определяющую роль при установлении связей выполняет субъект. Что касается предикатов потенциальности, то они характеризуют свои денотаты как имеющие определенную локализацию на оси времени и выражающие потенциальное действие. Предикаты с семантикой потенциальности можно, на наш взгляд, соотнести с предложениями номинации.

Особенность пространственных предикатов состоит, по мнению исследователей, в том, что они способны сочетаться только с наречиями, характеризующими продолжительность нахождения в некотором пространстве. Пространственные предикаты, на наш взгляд, являются семантическим центром экзистенциальных предложений.

Классификация семантических типов предикатов, разработанная американским лингвистом Э. Честерманом, представляет собой значительный интерес в силу того, что она наиболее близко соприкасается с логико-грамматической

классификацией семантических типов предложений. Так,

он выделяет предикаты со значениями: действия: Sam washed up; отношения: Sam has a hatred of sport; принадлежности: That horse is Sue's; локации: Sam lay in bed; экзистенции: There were papers in the bag; состояния: Sam has the flue; характеризации: Sue speaks three languages perfectly; Sue is completely trilingual; идентификации: Today is Friday [8, c. 75-77].

Опираясь на рассмотренные выше классификации, попытаемся соотнести семантические типы предложений с семантическими типами предикатов.

В первую очередь необходимо выделить такие семантические типы предложений, как бытийные предложения, предложения тождества, номинации, характеризации и предложения со значением принадлежности. В основе каждого из перечисленных типов предложений лежат предикаты соответствующей семантики.

Так, предикаты с семантикой существования и нахождения в пространстве формируют бытийные предложения. В основе предложений тождества лежат предикаты со значением идентификации. Предикаты с акциональной семантикой формируют предложения номинации. Предложения характеризации, согласно классификации Н.Д. Арутюновой, представлены следующими подтипами: 1) таксономические; 2) характеризующие; 3) реляционные; 4) локальные. В нашей последующей схеме соотношения семантических типов предложений с семантикой формирующих их предикатов мы помещаем локальные предложения в класс предложений со значением экзистенции в силу близости их семантики. В основу предложений характеризации положены предикаты состояния, качества, отношения, а также статальные и процессно-квалификативные предикаты. Следующим семантическим типом предложений выступают предложения принадлежности, в основе выделения которых лежат предикаты связи. Сделанные нами выводы представим в виде следующей таблицы:

Семантические типы предложений Семантические типы предикатов

Бытийные предложения Предикаты со значением: существования, нахождения в пространстве, локации: There were crowds of people in the streets.

Предложения со значением тождества (устанавливают тождество объекта самому себе) Предикаты идентификации: He is the man I’ve been looking for.

Характеризующие предложе- Предикаты со значением состояния: The wood is dry; качества: She is pretty; отношения: She has a hatred of sports; ста-тальные предикаты: He is asleep; процессно-квалификативные предикаты: He was a fluent speaker.

ния

Предложения номинации (выражают значение действия и его производителя) Предикаты со значением действия: Sam washed up; процесса: The wood dried; процессно-акциональные предикаты: Harriet broke the dish.

Предложения принадлежности Предикаты со значением связи: This book is mine.

Библиографический список

1. Jacobs, R.A. English Transformational Grammar / R.A. Jacobs, P.S. Rosenbaum. - Toronto: University of Toronto Press, 19б8.

2. Fillmore, C.J. The Case for Case. - In: Emmon Bach and Robert Harms. Universals in Linguistic Theory. - New York, 19б8.

3. Чейф, У.Л. Значение и структура языка. - М.: Прогресс, 1975.

4. Адмони, В.Г. Синтаксис современного немецкого языка. Система отношений и система построений. - Л.: Наука, 197З.

5. Арутюнова, Н.Д. Предложение и его смысл: Логико-семантические проблемы. - М.: Наука, 197б.

6. Пановянц, Э.Г. Предложения качественной характеризации в современном английском языке: дис. .канд. филол. наук. - Киев, 198З.

7. Семантические типы предикатов / отв. ред. О.Н. Селиверстова. - М.: Наука, 1982.

8. Chesterman, A. Contrastive Functional Analysis. - Amsterdam, Philadelphia: J. Benjamins, 1998.

Статья поступила в редакцию 21.01.10

УДК 372.016 + 482

А.В. Бессонова, доц. НГПУ, г. Новосибирск, E-mail: bessonov9@yandex.ru ЦЕЛИ ОБУЧЕНИЯ РУССКОМУ ЯЗЫКУ, ШКОЛЬНЫЙ УЧЕБНИК И ФОРМА ИТОГОВОГО КОНТРОЛЯ

В статье рассмотрены проблемы теории и практики преподавания русского языка в 10-11 классах базового профиля, касающиеся несоответствия требований государственного стандарта и существующих учебно-методических комплексов, дидактических материалов, обеспечивающих данный стандарт; намечены пути их решения.

бб