История повседневного быта северян в 1950-х - начале 1980-х гг. (по воспоминаниям жителей Мурманской области)

УДК 314.6"1950/1980"

О. А. Сулейманова

ИСТОРИЯ ПОВСЕДНЕВНОГО БЫТА СЕВЕРЯН В 1950-х - НАЧАЛЕ 1980-х ГГ.

Аннотация

Статья посвящена материально-бытовым проблемам жителей Мурманской области в 1950-х - начале 1980-х годов двадцатого века. Исследование выполнено на основе анализа текстов автобиографических интервью, что позволяет воссоздать историю повседневного быта данного исторического периода глазами очевидцев. Ключевые слова:

воспоминания, повседневность, быт, вещи, дефицит, Кольский Север.

O. A. Suleymanova

HISTORY OF DAILY LIFE OF NORTHERNERS IN THE 1950- EARLY 1970-IES

Abstract

Article is devoted to material and household problems of inhabitants of Murmansk region in the fiftieth - the early eighties years of the twentieth century. Research is executed on the basis of the analysis of texts of autobiographical interviews that allows to recreate history of daily life of this historical period eyes of eyewitnesses. Key words:

memoirs, daily, life, things, deficiency, Kola North.

К постановке проблемы

Изучение истории повседневности представляется актуальным и перспективным направлением в современных исследованиях. Советской повседневности послевоенного времени посвящено достаточное количество исследований отечественных авторов. В частности, повседневность 1950-1960-х гг. рассмотрена в работах Е. Ю. Зубковой, Е. В. Косматовой, А. Г. Григорьевой [Зубкова, 1999; Косматова, 2013; Григорьева, ЭР]. Материально-бытовые аспекты советской жизни 1960-1980-х годов затронуты в трудах О. Гуровой, И. Утехина, Е. Дейхиной, Э.А. Ивановой, В.Г. Николаева, П. Романова, Е. Ярской-Смирновой и многих других [Гурова, 2005(а), 2005(б), 2005 (в); Утехин, 2004; Дейхина, 2005; Иванова, 2011; Николаев, 2005; Романов, Ярская-Смирнова, 2005]. Вместе с тем на региональных особенностях советской повседневности внимание исследователей концентрировалось редко. В частности, повседневно-бытовые аспекты жизни населения активно осваивавшихся в советский период арктических территорий, в том числе Мурманской области, не становились предметом специального рассмотрения.

Как известно, по советским меркам северяне считались достаточно обеспеченными людьми. Не случайно в отношении тех, кто уезжал на заработки на север, использовали фразеологизм «поехали за длинным рублем». «Что касается советского периода, самым распространенным является рассказ о благополучном Советском Севере, о том, как многие ехали на Крайний Север «за длинным рублем», и о том, как впоследствии этот рубль возможно было потратить» [Змеева, 2010: 49]. Действительно, заработки на Крайнем Севере и

приравненных к нему территориях были порядком выше, и данное обстоятельство не могло не сказаться на материально-бытовых условиях и качестве жизни населения. Нас интересовал ряд вопросов, связанных с особенностями обустройства быта северян в послевоенные годы, в частности, модели потребительского поведения в условиях советского дефицита, оценка уровня своей материально-бытовой жизни. Мы обратились к биографическому опыту тех, кто приезжал на Крайний Север в 1950-х - начале 1980-х гг. и отобрали для исследования (интервьюирования) 20 жителей городов Апатиты и Кировск Мурманской области в возрасте от 30 до 79 лет. В качестве дополнительного источника использовалась региональная литература, содержащая информацию о социально-бытовом развитии Мурманской области в изучаемый период.

Формирование населения городов Кольского Севера в послевоенные годы

После войны в Мурманскую область возвратились многие эвакуированные, одновременно прибывали и целые партии новоселов. Довоенный уровень численности населения в Мурманской области (318 тыс. чел.) был достигнут в 1951 г., во многом благодаря тому, что были восстановлены северные льготы, в связи с чем увеличился приток людей, желающих повысить свой заработок [Федоров, 1997: 5]. В 1950-1970-е годы численность населения Кольского полуострова увеличивалась большими темпами. В эти десятилетия число жителей края ежегодно прибывало в среднем на 24 тыс. чел. Этому способствовало развитие производительных сил края, и, как следствие, на строительство новых промышленных объектов приезжало много добровольцев [Бойков, 1983: 29-30].

Советские власти использовали разные способы стимуляции для привлечения людей на строительство новых промышленных городов в неблагоприятных природно-климатических условиях. «Послевоенное время вплоть до 1980-х гг. - период добровольной миграции, которая привела к росту числа так называемых "стихийных" мигрантов. Формы привлечения населения в область многообразны: мобилизация, общественные призывы, вербовка, индивидуальные приглашения, стимулирование прибывших по собственной инициативе. При этом наблюдаются и устойчивые, в частности, экономические мотивы переселения» [Змеева, 2009: 11]. Среди доминирующих экономических мотивов можно выделить высокую заработную плату и возможность получения жилья. «Жилище играло неизменную роль кнута и пряника в организационно -управленческой стратегии власти. Власть миловала и наказывала жилищем. За счет жилища направляла миграционные потоки в нужную ей сторону и, наоборот, останавливала там, где это ей было необходимо» [Мееерович, 2008: 7]. В 1967 году за Мурманской областью был закреплен статус района Крайнего Севера. Тогда же для работавших в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях были установлены дополнительные льготы и надбавки с целью не только заманить переселенцев, но и удержать их здесь. Притоку людей в область способствовало также быстрое развитие социальной и коммунально-бытовой инфраструктуры, относительно хорошее снабжение населения потребительскими товарами. «Особое влияние на показатель "приживаемости" новоселов имело то, что темпы роста благосостояния людей в Заполярье были выше, чем в среднем по Союзу. Достаточно сказать, что

именно с районов Крайнего Севера всегда начинается ввод в действие разнообразных мероприятий, направленных на улучшение жизни советских людей» [Бойков, 1983: 31].

Кировск, бывший поселок Хибиногорск, получил статус города в 1934 г., Апатиты - в 1966 г. (до этого существовала лишь железнодорожная станция, первоначальное название - «разъезд Белый»). Два эти города объединяет горнодобывающее предприятие «Апатит». В 1960 годы вблизи железнодорожной станции Апатиты началось строительство Академгородка Кольского филиала Академии наук (КФАН). Это способствовало тому, что по распределению сюда приезжали представители научных специальностей. Таким образом, значительную часть населения этих городов составили работники предприятия «Апатит», а также ученые, геологи. Интеллигенция прибывала в основном из Ленинграда и Москвы, в то время как многие представители рабочих специальностей - из сельской местности разных регионов страны. Новые промышленные города Кольского Севера формировались из разных групп переселенцев, большей частью молодежи - сельской, переехавшей с целью улучшения материального и социального положения, и городской, приезжавшей по распределению.

Переезд «налегке»

Информанты отмечают тот факт, что советское государство предоставляло своим гражданам ощущение стабильности, вследствие чего люди не боялись переезда на новое место, будучи уверены, что государство о них позаботиться:

«рРаньше же, как было, мы ничего не боялись, не было такого как сейчас. Сейчас ребенка страшно в большой город, допустим, на учебу отпустить. <... > А раньше мы спокойно могли уехать, мы знали, что нам дадут общежитие, потом и квартиру могли получить, что мы не умрем от голода, и работу всегда предоставят» (Инф. 1); «Государство в те времена заботилось о своих людях, не то, что сейчас» (Инф. 2).

Вероятно, данное обстоятельство и стало одной из причин, по которым большая часть переселившихся переезжали «налегке», практически без вещей. Так, многие информанты отмечают, что «вещей практически не брали», «приехали с одним чемоданом», «начинали быт с нуля», независимо от социального статуса и материального положения:

«Мама говорила, что начинали с одной вилки, с одной ложки. То есть сами все зарабатывали, хотя их семьи были приличными и тоже с весьма высоким статусом» (Инф. 3).

В советские годы не была распространена практика съема жилья, вследствие чего большинство молодых людей до переезда на Север жили либо с родителями, либо в общежитиях и еще не успели «обрасти» вещами, мебелью. Как верно заметила О. Гурова, именно наличие собственного жилья легализует желание обзаводиться вещами [Гурова, 2008: 67]. На то, что багаж был невелик, оказала влияние и соответствующая миграционная установка: многие переезжавшие не планировали надолго здесь оставаться, намереваясь лишь «подзаработать и вернуться на родину». Таким образом, значительному числу переселенцев приходилось обустраивать свой быт практически с нуля. Этот

процесс осложнялся советской экономической системой распределения товаров и услуг. Исследователи сходятся в том, что ситуацию со снабжением в СССР в конце 1960-х - начале 1980-х можно назвать постоянным дефицитом [Иванова, ЭР].

Обустройство быта на Кольском полуострове в условиях советского дефицита

Жилищный вопрос в 1950-1960-х годах оставался достаточно сложным. В новых индустриальных городах Мурманской области, где строились крупные промышленные предприятия, бараки и общежития были основными типами жилья рабочих и служащих. На расселение людей из некомфортабельных бараков в благоустроенное жилье требовались средства и время. В начале 1960-х гг. многие из числа переехавших продолжали жить в бараках, но, тем не менее, они старались обустроить данный тип жилища как можно уютнее, индивидуализировать свой быт. Это было непросто. Если в магазины Мурманской области и «выкидывались» товары, то были они, по ретроспективным оценкам информантов, «безликими» и «однообразными». В 1960-е гг. возникали перебои не только с товарами широкого потребления, но даже с продуктами. Интересный факт в связи с данным обстоятельством описан П. В. Федоровым: «Во время пребывания Н. С. Хрущева в Мурманской области (июль 1962 г.) случился инцидент. На Центральном стадионе Мурманска проходил митинг. Когда стал выступать Никита Сергеевич, смельчаки начали выкрикивать: - Где лезвия?; Где носки? - Несмолкающий стадион мешал Хрущеву говорить» [Федоров, 1997: 23]. С целью создания индивидуального интерьера люди прибегали к услуге изготовления мебели «на заказ», женщины вышивали. По утверждению некоторых информантов, в бараках были даже ковры и телевизоры, что, безусловно, говорит о материальном благополучии северян (рис.1). Для того времени телевизор - предмет новый, редкий, показатель не только материального благополучия, но и «технической продвинутости». Типовой случай - имеется один телевизор у кого-то из доступных соседей, к ним ходят, как в кинотеатр.

\

. __I

Рис.1. Разъезд Белый, 1930 г. [Ф. Р-520. Оп. 1. Д. 1127]

Массовое жилищное строительство, без сомнения, способствовало улучшению быта жителей Крайнего Севера (рис.2, 3). Наличие собственной квартиры стимулирует потребность заполнить ее новыми предметами обихода. Желание приобрести все, что считают необходимым, нагляднее всего проявляется у новоселов и прослеживается у самых разных социально-профессиональных групп городского населения [Анохина, Шмелева, 1977: 218-219]: «Очень долго не покупали ничего! <...>. Пока не получили квартиру. <...>. И тогда мы уже приобретали кое-какие вещи. Дочка подросла, поэтому, в первую очередь купили детскую ей, холодильник. <...>. Мы вообще не очень характерные были такие, что ли люди, потому что как-то не очень все это ценили. У нас все еще продолжался такой легкий стиль жизни» (Инф. 4).

N.

Рис.2. Первые дома в Апатитах, 1957 г. [Ф. Р-520. Оп. 1. Д. 1112]

Рис.3. Изо дня в день растет Новый город... г. Апатиты, июль 1963 г. [Ф. Р-520. Оп. 1. Д. 1110]

Несмотря на сложившийся стереотип восприятия Севера как территории материального благополучия и хорошего снабжения, информанты отмечают, что испытывали дефицит в определенных товарах: «Здесь было очень скудное снабжение» (Инф. 5) По текстам интервью можно констатировать, что, как правило, не хватало товаров импортных и модных на тот период времени. В 1960-х годах появилась мода на книги (рис.4). Книги, особенно престижных серий, наравне с такими предметами быта, как хрусталь, ковры и фарфор,

свидетельствовали об уровне достатка владельца жилища и его способности достать дефицит. Переселенцы из числа интеллигенции отмечают, что, переезжая на Север, обязательно перевозили книги, зачастую в ущерб необходимым бытовым вещам. Кроме того, северяне часто выезжали за пределы области - в командировки, к родственникам, в отпуск - и старались отовсюду везти необходимые вещи, книги и т. п. В середине 1970-х гг. начался бум на «стенки» («гэдээровские», чешские, румынские) и импортные мебельные гарнитуры. Люди копили деньги, записывались в очередь и долго ждали, чтобы их приобрести. Цена была довольно внушительной (доходила до 1000 руб. при средней зарплате инженера в 180-200 руб.). Во многих семьях покупка импортной мебели считалась очень хорошим и практичным вложением денег. По словам информантов, в Мурманской области такую мебель было «не достать», приходилось везти из столичных городов, реже - других областей:

(Родители вознамерились купить себе мебель солидную. Сделали они таким образом - поехали они в Петербург, в Ленинград, потому что здесь ни в Апатитах, ни в Мурманске, ни в Петрозаводске ничего не было из того, что бы они хотели. У них были средства, они зарабатывали! По тем временам инженер с ученой степенью и учитель математики были достаточно высокооплачиваемой социальной группой. И они поехали в Ленинград и привезли оттуда мебель германскую (Инф. 3); «Я очень хорошо помню, что из Питера, это когда мне было уже 30 лет, то есть, уже прожив какое-то время, я купила в Питере стенку и с большими сложностями сюда ее перевезла» (Инф. 4).

Рис.4. У витрин книжного магазина г. Кировска, 1971 г. [Ф. Р-520. Оп. 1. Д. 1091]

Сложности обустройства, связанные с приобретением вещей, многими преодолевались успешно, хотя результаты этой деятельности и получали неоднозначную оценку. Одна из информантов заметила, что «дом такой был вполне уютный. <...>. Приходили смотреть на мою мебель всякие мои знакомые. И некоторые даже говорили, что это мещанство - обзаводится всякими такими вещами!» (Инф. 4).

Северяне ездили за покупками не только в крупные города - Москву, Ленинград, но даже в страны социалистического содружества. Ассортимент товаров сильно изменялся в зависимости от населенного пункта (деревня, город, областной центр) и союзной республики. В советские годы разные города и территории бывшего СССР снабжались по-разному [Нечаева, ЭР].

«Я вот по себе помню, что уже, когда я вышла замуж, в 70-м году, 22 года мне было. <... > Вещи все эти, допустим, хрусталь, ковры было очень сложно достать. Ну, не было одежды, одежды не было, не было колготок, особенно вот эти колготки, когда вошли в моду с рисунком. Все это было очень сложно. Привозили, во всяком случае, вот мы из Прибалтики» (Инф. 5).

Города Мурманской области также снабжались по-разному. Жителям приходилось ездить за покупками в близлежащие города - в одном можно было приобрести технику, в другом - строительные материалы и т.п.

В связи с дефицитом товаров появился фразеологизм «достать вещь». Вещь надо было именно достать, а не просто купить - найти необходимый товар, отстоять в очереди, выйти на людей, которые могут «достать» тот или иной товар («по блату»). А. В. Леденева, изучавшая феномен «блата» в СССР, дает ему следующее определение «использование личных контактов (каналов, сетей) для получения доступа к общественным ресурсам: товарам, услугам, источникам дохода (образование, рабочие места, должности и т. д.) и привилегиям» [Леденева, 1997: 90]. В Мурманской области была та же система приобретения определенных товаров:

«В основном помогал дедушка, мамин папа, с обжитием, допустим, <...>, гарнитуры кухонные, это он привозил. Холодильник он покупал. <... > Ну, то есть деду это было ну не очень накладно, потому что он был один из глав. Так что, где-то какую вещь достать, с этим никогда, по-моему, проблем не было» (Инф. 6); «Вообще люди того времени, мне кажется, все жили по блату - кто что мог где достать. Книги доставали по блату, посуду. А кто не мог достать стояли вот день и ночь, стояли вот сумасшедшие очереди. На моем веку уже, случай расскажу, стояли в очереди, что-то выбросили, но еще никто не знал что, но очередь была уже занята длинная, кольцами, люди между собой говорили: - «Ну, если даже размер не подойдет, может, подарю кому-нибудь, все равно же праздники на носу». То есть люди стояли - надо, не надо! То есть, есть уже три утюга - четвертый возьмем. То есть настолько было сложно с какими-то бытовыми вещами, с одеждой, со всем, с книгами - книги всегда было купить очень сложно!» (Инф. 7).

На основании мнений информантов можно заключить, что в целом, несмотря на сложившуюся в стране «систему дефицита», в 1970-1980-е гг. материальное положение северян было достаточно благополучным. Связано это было, прежде всего, с высокой зарплатой. Все, кто обустраивали свой быт в тот период, отмечают, что, несмотря на скудость «товарного ассортимента», могли себе позволить купить достаточно дорогостоящие бытовые предметы:

«Вот, я сейчас вспоминаю, как это было, <... >, тогда было хорошо. Там было ну, просто всё, всё было и было всё дешево, жили тогда конечно... Хорошо помню, когда сюда в трёхкомнатную приехали, всё таки трёхкомнатная квартира, её надо обставить. Я хорошо

помню, что я поехала на двадцать пятый километр, там до сих пор этот магазин есть, там магазин мебельный. Я на 700 с чем-то рублей или около 700 я купила буквально всё. Вот, гарнитур купила, сейчас скажу, сколько он стоил. Ну, короче любой шкаф стоил 50 рублей, я это хорошо помню, да, 50рублей. Я зарабатывала 400рублей» (Инф. 8).

В заключение приведем цитату информанта, которая, на наш взгляд, наглядно характеризует ситуацию, сложившуюся с потреблением в Мурманской области в советский период:

«У нас, конечно, было лучше, чем, например, в тех же деревнях средней полосы. Мы, по крайней мере, не голодали. Но то, что говорили про нас южане, что мы здесь всем обеспечены, это, конечно, неправда. Может, другие северные районы России, например, Иркутская область, и снабжались лучше, чем все остальные, но точно не наша Мурманская область» (Инф. 1).

Список информантов

Информант 1 - Женщина, 1958 г.р., уроженка Мурманской области.

Информант 2 - Мужчина, 1957 г.р., уроженец Красноярского края. С 1971 года проживает в г. Апатиты Мурманской области.

Информант 3 - Женщина, 1964 г.р., уроженка г. Петрозаводска. С 1966 года проживает в г. Кировске Мурманской области.

Информант 4 - Женщина, 1945 г.р., уроженка г. Владивосток. С 1971 года проживает в Мурманской области.

Информант 5 - Женщина, 1949 г.р., уроженка Псковской области. В настоящее время проживает в г. Апатиты Мурманской области.

Информант 6 - Женщина, 1986 г.р., уроженка Украины. В настоящее время проживает в г. Апатиты Мурманской области.

Информант 7 - Женщина, 1968 г.р., уроженка Мурманской области.

Информант 8 - Женщина, 1954 г.р., уроженка Кировской области. В настоящее время проживает в г. Апатиты Мурманской области.

Список литературы

Анохина А. А., Шмелева М. Н. Быт городского населения средней полосы РСФСР в прошлом и настоящем. М.: Наука, 1977. 400 с.

Бойков В. Э. Кольский край: Цифры и факты. Мурманск: Кн. изд-во, 1983. 176 с.

Григорьева А. Г. Советская повседневность и уровень жизни населения СССР в 1953-1964 гг.: к постановке проблемы. URL: http://teoria-practica.ru/rus/files/arhiv_zhurnala/2010/3/istoriya/grigorieva.pdf.

Гурова О. От бытового аскетизма к культу вещей: идеология потребления в советском обществе // Люди и вещи в советской и постсоветской культуре. Новосибирск: Изд-во НГУ, 2005 (а). С. 6-21.

Гурова О. Отношение к вещам в советском обществе. Был ли Homo consumens в СССР? // Люди и вещи в советской и постсоветской культуре. Новосибирск: Изд-во НГУ, 2005 (б). С. 22-34.

Гурова О. От товарища к товару: предметы потребления в советском и постсоветском обществе // Люди и вещи в советской и постсоветской культуре. Новосибирск: Изд-во НГУ, 2005 (в). С. 35-48.

Гурова О. Советское нижнее белье: между идеологией и повседневностью. М.: Новое литературное обозрение, 2008. 288 с.

Дейхина Е. От ремонта к созданию интерьера: преобразование персонального жилого пространства в советской и постсоветской России // Люди и вещи в советской и постсоветской культуре. Новосибирск: НГУ, 2005. С. 77-92.

Змеева О. В. «По дороге в отпуск»: жители Кольского Севера в других регионах России // Труды Кольского научного центра РАН. Гуманитарные исследования. 2010. Вып. 1. Апатиты: изд-во КНЦ РАН, 2010. С.40-53.

Змеева О. В. Этнические мигранты на Кольском Севере в конце ХХ -в начале XXI вв.: автореф. дисс.....к.и.н.: 07.00.07.: СПб., 2009. 21 с.

Зубкова Е. Ю. Послевоенное советское общество: политика и повседневность. 1945-1953. М.: РОССПЭН, 1999. 229 с.

Иванова А. С. Изображение дефицита в советской культуре второй половины 1960-х - первой половины 1980-х годов // Неприкосновенный запас: дебаты о политике и культуре. 2011. № 3 (77). С. 216-235.

Кировск в документах и фактах. 1946-1985 гг. Хрестоматия. Кировск, 2011. 265 с.

Косматова Е. В. Социальная повседневность 1950-1960-х годов. К историографии вопроса // Вестник Южно-Уральского государственного университета. Серия: Социально-гуманитарные науки. 2013. Вып. 1. Т. 13. С. 190-191.

Леденева А.В. Личные связи и неформальные сообщества: трансформация блата в постсоветском обществе. Мир России. 1997. № 2. С. 89-106.

Меерович М.Г. Наказание жилищем: жилищная политика в СССР как средство управления людьми (1917-1937 годы) М.: Российская политическая энциклопедия (РОССПЭН); Фонд Первого Президента России Б. Н. Ельцина, 2008. 303 с.

Народное хозяйство Мурманской области в девятой пятилетке. Статистический сборник. Мурманск: Мурманское книжное изд-во, 1976. 128 с.

Нечаева Е.С. Структуры повседневности советского человека в период перестройки (опыт анализа биографических интервью). URL: http://teoria-ргасйса.ги/т8/Гйе8/агЫу_2Ьита1а/2012/8/8осю^1уа/песЬаеуа^£

Николаев В.Г. Советская очередь: прошлое как настоящее // Неприкосновенный запас: Дебаты о политике и культуре. 2005. № 5 (43). С. 55-61.

Романов П., Ярская-Смирнова Е. Фарца: подполье советского общества потребления // Неприкосновенный запас. 2005. № 5. С. 62-68.

Утехин И.В. Очерки коммунального быта. М.: ОГИ, 2004. 277 с.

Федоров П.В. Мурманская область в послевоенном СССР: 1945-1990 / Под ред. М.И. Сухарева. Мурманск: [б.и.], 1997. 80 с.

Сведения об авторе

Сулейманова Олеся Анатольевна,

младший научный сотрудник Центра гуманитарных проблем Баренц-региона КНЦ РАН Suleymanova Olesya Anatolyevna,

Junior Researcher of the ВагеШз Centre of the НишапШе8 of the Ко1а Science Centre, RAS