Проблемы и задачи цифрового образования в России в контексте теории поколений

О. А. Миронова

ПРОБЛЕМЫ И ЗАДАЧИ ЦИФРОВОГО ОБРАЗОВАНИЯ В РОССИИ В КОНТЕКСТЕ ТЕОРИИ ПОКОЛЕНИЙ

Аннотация

В статье рассмотрены поколенческие аспекты реализации задач развития цифровой экономики и формирования цифровой грамотности в России. Исследуются отличительные особенности представителей экономически активных поколений, специфика их поведения в цифровой среде и отношение к цифровому образованию. Определяются направления, необходимые для использования в образовательном процессе для поколений Y и Z.

Ключевые слова

Теория поколений, цифровая экономика, цифровое образование, цифровая грамотность, цифровой интеллект.

O. A. Mironova

PROBLEMS AND TASKS OF DIGITAL EDUCATION IN RUSSIA IN CONTEXT OF THEORY OF GENERATIONS

Annotation

Article deals with generational aspects of implementation of tasks of digital economy and formation of digital literacy in Russia. Distinctive features of economically active generations, specifics of their behavior in digital environment and their attitude to digital education are studied. Directions necessary for use in educational process for generations Y and Z.

Keywords

Theory of generations, digital economy, digital education, digital literacy, digital intelligence.

Введение

Современной глобальной тенденцией развития реального сектора экономики, сферы обмена и потребления являются фундаментальные изменения, обусловленные трендами постиндустриального перехода и формированием информационного общества, связанные со смещением акцентов с производства материальных благ на нематериальные активы. Наиболее отчетливо указанные тенденции проявляются как в экономике стран-лидеров, где информация и знания превращаются в ведущий фактор производства, так и в сфере международных экономических отношений, традиционно являющихся ареной борь-

бы за ресурсы, то есть фактически — за богатство и власть.

Происходящие в экономике развитых стран процессы свидетельствуют о том, что «постиндустриальный переход осуществляется в форме качественного скачка, революции в производительных силах, и ведет к возникновению нового технологического способа производства. Его атрибутами являются информационная трансформация экономических ресурсов и форм богатства, глобализация и экологизация хозяйственной деятельности, качественное возрастание роли человеческого фактора в воспроизводственной системе. Происходит сближение и синтез науки и производ-

ства, формируется экономика знаний, усиливается творческий характер труда» [1].

Объективная основа нового качества экономического роста возникла в связи с появлением принципиально новых коммуникационных и информационных технологий, в частности Интернета, создание и развитие которой способствовало формированию общемирового киберпространства. В условиях постиндустриального общества информация, представляющая собой персонифицированное знание, выступает как фундаментальная основа экономики нового типа. Обладая самостоятельной ценностью, информация выступает одновременно как товар, как ресурс (фактор производства), конкурентное преимущество и средство конкурентной борьбы [2]. В этих условиях фраза «кто владеет информацией, тот владеет миром» теряет характер гиперболы и с полным правом может восприниматься дословно.

Развитие информационных процессов в различных секторах экономики привело к выделению в отдельный сегмент так называемой цифровой экономики, атрибутами которой являются электронная коммерция, интернет-банкинг, криптовалюты и т. д. В этой связи актуальной задачей обеспечения экономической безопасности и конкурентоспособности России становится переход к экономическому росту нового качества, опирающемуся на развитие цифровой экономики и современных информационно-коммуникационных технологий (ИКТ).

Одним из приоритетных направлений такого развития является образование, которое в условиях постиндустриализации рассматривается как непрерывный процесс, продолжающийся на протяжении всей человеческой жизни. Стремительное увеличение областей применения ИКТ, их активное внедрение во все сферы человеческой жизни и профессиональной деятельности обу-

словливает необходимость повышения цифровой грамотности населения посредством обучения работе с ИКТ практически на всех ступенях образования: от дошкольного воспитания до системы ДПО и высшего послевузовского образования. На наш взгляд, проблемы и задачи развития цифрового образования России следует дифференцировать в зависимости от специфических особенностей представителей разных поколений, отличающихся друг от друга в том числе и различным уровнем цифровой грамотности. В этой связи при разработке стратегических направлений развития цифрового образования в России представляется необходимым использовать основные положения теории поколений, адаптированной к условиям российской реальности.

Материалы и методы

Прежде чем анализировать специфические особенности восприятия цифровых технологий различными поко-ленческими группами в контексте решения задач повышения цифровой грамотности в России, необходимо обратиться к базовым положениям теории поколений.

Теория поколений представляет собой относительно молодое направление исследований, возникшее в начале 90-х гг. ХХ в. на стыке нескольких наук: экономики, экономической психологии, истории, культурологии и политологии. До настоящего времени она не отнесена ни к одной из перечисленных наук, равно как и не приобрела статус самостоятельной отрасли научного знания. Основоположниками данной теории принято считать американских ученых — историка Нейла Хоува и экономиста Уильяма Штрауса, опубликовавших в 1991 г. книгу «Четвертый поворот». В процессе изучения двадцатилетних циклов развития американской экономики ХХ в. авторы выявили определенные закономерности в поведении и стратегиях жизни людей, принадлежащих к различ-

ным социальным группам, но родившихся в одни и те же временные интервалы, то есть объединенных рамками одного поколения. По мнению ученых, традиционный конфликт поколений не связан с возрастными противоречиями, иначе по достижении определенного возраста все индивиды приобретали бы свойственные ему ценностные установки и стратегии поведения. Однако этого не происходит: по достижении возраста своих родителей дети реализуют иные, чем у их отцов и дедов, модели поведения.

С точки зрения Хоува и Штрауса, причина кроется в том, что в разное время под влиянием различных факторов экономического, политического, социального и культурного характера (то есть общественных событий, которые накладывают отпечаток на жизнь нации и конкретных индивидов) у представителей разных поколений формируются разные ценности. При этом под ценностью понимается значимость явлений и предметов реальной действительности с точки зрения их соответствия или несоответствия потребностям общества, социальных групп и личности [3]. Система базовых ценностей формируется у ребенка, как правило, до 12-14 лет, когда он еще не дает нравственную оценку происходящим вокруг него общественным событиям, а лишь учится жить в этих условиях. В этот период у индивида закладываются подсознательные глубинные ценности, большинство из них незаметны, но в дальнейшем поколения живут и действуют под их влиянием. Так, представители поколения, пережившего голод, тяжелое военное время, склонны к экономии средств, бережному отношению к продуктам питания и одежде, сбережению накоплений «на черный день», умению довольствоваться малым, в то время как поколение, чьи базовые ценности были сформированы в условиях относительной социально-экономической стабильности, в большей степени реализуют технологии

жизни, ориентированные на успех (нацеленность на перспективу, амбициозность, лидерские качества). Постепенно накопленная «база данных» начинает формировать личность [4].

Применение теории поколений в России имеет свою специфику, связанную как с незначительным сдвигом по сравнению с западным ее аналогом временных границ отнесения представителей тех или иных возрастных групп к конкретному поколению, так и с определением объекта исследования. Если теория Хоува-Штрауса в качестве такового рассматривает средний класс общества, обладающий высоким уровнем доходов, что позволяет осуществлять значительные расходы на образование, питание, путешествия, культурную жизнь, то в России отнесение той или иной группы населения к среднему классу зависит от того, что выбирается в качестве критерия принадлежности к нему — уровень доходов или уровень образования, — и поэтому не является столь очевидным. Таким образом, в настоящее время к среднему классу могут быть отнесены как минимум две группы россиян: люди с высокими доходами, и люди с высоким уровнем образования, которые в России, как правило, принадлежат к парадоксальной для Запада категории «работающих бедных». В силу этого объектом исследования адаптированной к российским условиям теории поколений выступает так называемое «большинство населения».

Классификация поколений с позиций теории Хоува-Штрауса, адаптированная к российским условиям отечественными исследователями Евгенией Шамис и Алексеем Антиповым с учетом базовых ценностей, сформированных событиями в обществе в тот или иной период времени, представлена в таблице 1 [9].

На временной границе между поколениями их смена идет постепенно и зависит от места проживания индивида. В частности, в столицах, крупных мега-

полисах, портовых городах, иных местах, где рост международного предпринимательства, торговли и миграционных потоков способствует активному развитию межкультурного взаимодействия, это происходит быстрее. Люди, рожденные на стыке поколений, относятся к переходному или так называе-

мому эхо-поколению. Они обладают ценностями обеих поколенческих групп. Более подробно специфика отечественной классификации поколений рассмотрена автором в статье «Поко-ленческий аспект формирования постиндустриального общества» (см. Вестник РГЭУ (РИНХ) № 3 (59). 2017).

Таблица 1 — Адаптированная российская версия классификации поколений

Хоува-Штрауса [9]

Поколение GI Поколение P Поколение Поколение X Поколение Y Поколение Z

General Item Pensioners BB: Иксы, Неиз- Millenials, Дети индиго,

или Победи- Или молчали- Baby Boom- вестные или Next, Игреки, Альфа

тели вые ers, Беби - Кочевники, Миллениалы

бумеры, «Дети с клю-

Бумеры чом на шее»

1900-1923 1923-1943 1943-1963 1963-1983 1983-2003 2003-2023

Осень Зима Весна Лето Осень Зима

События

Революция Сталинские Бум рожда- Продолжение Распад Мировой

1905 г., репрессии, Ве- емости, «холодной СССР, ры- финансовый

Великая ок- ликая отече- полет че- войны», би- ночная кризис, эко-

тябрьская со- ственная вой- ловека в полярный трансформа- номический

циалистиче- на, восстанов- космос, мир, война в ция, «лихие кризис 2009-

ская револю- ление разру- хрущевская Афганистане, 90-е», терак- 2010 гг. в

ция, граждан- шенной после «оттепель», Чернобыль- ты, военные России,

ская война, войны страны «холодная ская авария, конфликты, формирова-

военный ком- война», очереди и та- экономиче- ние нового

мунизм, кол- СССР — лоны, пере- ский кризис многополяр-

лективизация, мировая стройка 1998, разви- ного мира,

электрифика- сверхдер- тие интер- санкции,

ция жава нет- рождены в

технологий, эпоху циф-

бренды ровых тех-

нологий.

Базовые ценности

Трудолюбие, Преданность, Идеализм, Выбор, гло- Изменения, Система

ответствен- соблюдение оптимизм, бальная ин- оптимизм, ценностей

ность, вера в правил, ува- молодость, формирован- удоволь- находится в

светлое бу- жение к долж- здоровье, ность, инди- ствия, жизнь процессе

дущее, при- ности и стату- коллекти- видуализм, «здесь и сей- формирова-

верженность су, жертвен- визм, ори- непрерывное час», инте- ния, ранняя

коммунисти- ность. Терпе- ентация на обучение и ресная рабо- цифровая

ческой идео- ние, подчине- команду, образование, та, немед- грамотность,

логии, катего- ние, эконом- личност- прагматизм, ленное воз- затруднения

ричность ность ный рост, «время — награждение, с коммуни-

вовлечен- деньги», наивность, кацией и

ность, лич- надежда на технический социализа-

ное возна- себя профессио- цией

граждение нализм

Результаты

В соответствии с «майскими» указами Президента РФ, а также рядом других программных документов стратегической значимости одной из приоритетных задач социально-экономического развития России в ближайшей перспективе становится цифро-визация экономики, а также формирование общероссийского единого электронного образовательного пространства. Последнее представляет собой платформу, сформированную в результате комплекса организационно-технических мер, обеспечивающую электронную среду для полноценного образовательного процесса и возможность доступа с любой точки планеты. Достижение данной цели предполагает решение ряда задач в области создания условий для развития цифровой грамотности, к числу которых могут быть отнесены обеспечение системного подхода к формированию единого образовательного пространства России на основе современных технологий, реализация единой платформы российского образовательного пространства с возможностью дистрибуции и контроля над использованием электронного образовательного контента, разработка методов и алгоритмов динамической адаптации образовательного процесса под индивидуальные особенности обучающихся, обеспечение доступа к защищенной российской электронной образовательной среде с любой точки планеты любому заинтересованному лицу и др. [5].

В качестве одного из базовых направлений поставленной цели выступает формирование цифровой грамотности экономически активного населения РФ. В общем виде само понятие «грамотность» может пониматься как определенная степень владения основными когнитивными навыками, такими как счет, чтение и письмо на родном языке. Цифровая же грамотность в постиндустриальной экономике выхо-

дит далеко за рамки данного определения, поскольку в современных условиях она коррелирует как с информационной, так и научной грамотностью. Цифровая грамотность в широком смысле слова сегодня предполагает способность создавать и использовать контент с помощью цифровых технологий, включая навыки компьютерного программирования, поиск и обмен информацией, коммуникацию с другими людьми. [6] Так, согласно точке зрения известного консультанта в области новых технологий Дугласа (Дага) Белшоу, современная модель цифровой грамотности включает восемь обязательных элементов (см. рис. 1).

Подчеркнем, что эти восемь элементов цифровой грамотности являются обязательными для всех экономически активных поколений, а следовательно, владеть или стремиться к овладению ими должен каждый современный человек. Остановимся более подробно на отдельных, наиболее значимых элементах данного перечня. Цифровое гражданство и связанные с ним цифровая конфиденциальность и критическое восприятие цифровой информации представляют собой основу безопасного и продуктивного пребывания индивида в виртуальном мире. Если основы компьютерной грамотности и цифрового предпринимательства все чаще становятся предметом изучения в школах и вузах, то вопросы цифрового гражданства и цифровой безопасности часто остаются за рамками обучения школьников и студентов, хотя обучение этим навыкам должно начинаться, как только ребенок получает доступ к первому электронному девайсу. Сегодня актуален вопрос: кто и как должен обучать этому подрастающее поколение, если взрослые — родители и педагоги, относящиеся к поколениям нецифровой эпохи, слабо ориентируются в цифровых технологиях и не могут снабдить детей необходимыми знаниями.

Рисунок 1 — Модель цифровой грамотности Дага Белшоу

Дети как младшего возраста, так и подростки оказываются в зоне кибер-риска (зависимость от гаджетов, кибер-буллинг, сайты суицидальной или террористической направленности и т. д.). Во многих случаях именно из виртуальной реальности представители подрас-

тающего поколения перенимают девиа-нтные модели поведения, затрудняющие социальную коммуникацию в реальном мире. Навыки, необходимые сегодня каждому пользователю цифровых технологий (или digital-навыки), представлены в таблице 2.

Таблица 2 — Необходимые digital-навыки, которые должно формировать

цифровое образование

Навык Содержание

Digital-личность Способность создать и поддерживать здоровую индивидуальность как в виртуальном мире, так и офлайн

Управление временем, проведенным перед экраном Способность распределять время у экрана девайса, справляться с муль-титаскингом, развивать самоконтроль для предотвращения интернет-зависимости

Противостояние кибербул-лингу Способность распознавать признаки кибербуллинга и правильно на них реагировать

Кибербезопасность Способность защитить свои данные с помощью надежных паролей, нейтрализовать различные кибератаки

Защита частной жизни Способность правильно распоряжаться собственной частной информацией в сети с целью защиты частной жизни

Цифровые следы Способность понимать происхождение цифровых следов (электронные письма, тексты, сообщения в блогах, твиты, фотографии, комментарии к видео на Youtube, лайки в Facebook, а также статистика посещения вебсайта, история поисковых запросов, записи о передвижениях людей, о телефонных звонках) и последствия их снятия в реальной жизни, ответственное к ним отношение

Digital-эмпатия Способность проявлять сопереживание к нуждам и чувствам индивидов, выраженным онлайн

Цифровая грамотность и цифровое образование в целом должны быть направлены на то, чтобы научить человека контролировать «информационный шум», облегчить понимание цифровой реальности и сделать взаимодействие с цифровыми технологиями источником развития, а не стресса.

Обсуждение

В качестве одного из путей достижения цифровой грамотности населения России сегодня предлагается радикальная трансформация традиционно используемых университетами форм обучения, предполагающая замену аудиторных занятий работой студента с преподавателем в онлайн и офлайн — режимах в порядке использования дистанционных методов обучения. Так, согласно утверждению ректора ГУ-ВШЭ Ярослава Кузьминова, Высшая школа экономики полностью отказывается от чтения лекций, которые будут заменены электронными онлайн-курсами. По его словам, посещаемость лекций студентами в российских вузах составляет в среднем всего 15-17%. Переход на цифровой формат должен повысить вовлеченность студентов в образовательный процесс, разгрузить профессоров и в целом поднять качество университетского образования. При этом Ярослав Кузьминов дал понять, что внедрение онлайн-курсов в российскую образовательную систему может быть «не только добровольным». [7]

На наш взгляд, прежде чем осуществлять практическую реализацию данной инициативы как в порядке эксперимента, так и в виде возможной реформы высшего образования в России, представляется необходимым ее рассмотрение в разных аспектах, в том числе через призму теории поколений.

В настоящее время в России живут представители следующих поколений: Молчаливое поколение (1923-1943 г.р.), Беби-бумеры (1943-1963 г.р.), поколение Х (1963-1983 г.р.), Миллениалы

или поколение Y (1983-2003 г.р.), поколение Z (2003-2023 г.р.). При этом наиболее экономически активными являются, в первую очередь, поколения Х и Y, в то время как все большее число Бэби-бумеров переходит в разряд пенсионеров, чья экономическая активность существенно снижается в силу невысоких пенсионных доходов. Этим российские Беби-бумеры отличаются от западных представителей данного поколения, продолжающих оставаться экономически активными и после выхода на пенсию. Представители же поколения Z в настоящее время получают школьное образование и готовятся к выходу в качестве потребителей на рынок образовательных услуг, предоставляемых колледжами и университетами. Таким образом, основными участниками процесса цифровизации среднего общего, среднего профессионального и высшего образования становятся Зеты и младшие Игреки. Если граница между поколениями Х и Y (то есть момент времени, когда большая группа людей которая начинает себя вести явно отлично от предыдущей) пролегает достаточно четко, то разница между поколениями Миллениум и поколением Z размыта во времени и может быть определена с большой долей условности. Более того, в самом поколении Z ряд исследователей выделяет подпоколение Альфа (дети, родившиеся после 2010 г.), отличающееся от более ранних Зетов большей степенью самостоятельности. Тем не менее в целом для всего поколения Z общей характеристикой является «врожденная технологическая грамотность». Если становление ценностной системы Игреков фактически совпало с развитием Интернет-технологий в России, то Зеты никогда не жили в «доциф-ровой эпохе», и они просто не представляют мир иным. Для поколения Z Интернет является естественной средой, а умение работать с цифровыми технологиями — повседневной практикой,

они с детства оперируют цифровыми устройствами как профессионалы. Изучение ценностей поколения Z привело к появлению новых терминов: DQ (Digital Intelligence) — цифровой интеллект, Digital Native — собственно, поколение Z, коренные жители мира цифровых

Цифровые технологии являются для представителей поколения Z повседневной реальностью, в которой они отлично адаптированы. Зеты владеют цифровыми технологиями настолько хорошо, что их не нужно обучать цифровой грамотности, — они просто не представляют себе, как можно не знать того, что для них является само собой разумеющимся. Напротив, они сами могли бы обучать цифровой коммуникации представителей других поколений. Но есть и обратная сторона медали — достаток, обилие возможностей делают Зетов капризными, частично лишают их умения прикладывать усилия для достижения целей, решать проблемы, идти на компромиссы и усиливают страх неудач.

Появилось еще одно название поколения Z — «Поколение «памперсни-ков». В отличие от всех предшествующих поколений, Зетам с младенчества не нужно делать ничего, чтобы оставаться сухими. Психологи отмечают, что это во многом определяет и дальнейшее их поведение в более взрослом возрасте. В частности, уже в игровой деятельности дошкольников и младших

технологий, и Digital Immigrants, цифровые иммигранты, то есть их родители Иксы и старшие Игреки [4]. Характерные психологические особенности поколения Z, условно разделенные на позитивные и проблемные, представлены в таблице 3.

школьников проявляются сложности в социальной коммуникации: как только в игре наступает момент, когда ее участникам необходимо договориться, дети покидают игру. Можно предположить, что в дальнейшем неумение Зетов разбираться в тонкостях взаимодействия людей в обычной, а не виртуальной реальности, нежелание находить точки соприкосновения с другими людьми приведут к сложностям в создании семьи, неумению работать в команде, в том числе с представителями других поколений. По мнению экономистов и социологов, разобщение между Зетами будет усиливаться также за счет действия других факторов, в частности, урбанизации. Все более стремительный рост и технологическое развитие городов, особенно в столичном регионе, приведет к все большему отставанию провинции, вследствие чего будет все сильнее увеличиваться разрыв и усложняться социальная коммуникация между представителями поколения Z, живущих в городах и в сельских территориях, в столице и в провинциальных муниципальных образованиях.

Таблица 3 — Психологические особенности поколения Z

Позитивные Проблемные

Быстрое развитие, одаренность Клиповое мышление

Способность делать несколько дел одновременно

Умение работать с любой информацией, быстрое включение в интересующую информацию Синдром дефицита внимания и гиперактивности (СДВГ), неусидчивость, нетерпеливость

Нацеленность на быстрый результат Инфантилизм

Интровертированность, склонность к аутизации

Повышенная возбудимость

Низкие коммуникативные способности

Что же касается поколения Y, младшие представители которого также могут стать участниками процессов реформирования высшего образования с целью овладения цифровыми технологиями, то и здесь все также далеко не однозначно. Характерной чертой Игреков является то, что они не спешат принимать на себя обязательства взрослой жизни из-за негативного примера предыдущего поколения (их родители рано женились, рано разводились, рано выходили на работу). Игреки склонны оттягивать переход во взрослую жизнь на более долгий срок, чем их сверстники в предыдущих поколениях, их называют «поколением Питера Пэна», — Игреки ведут себя так, как будто они собираются жить вечно, оставаясь в состоянии вечной молодости или затянувшегося детства.

Поздние Игреки, современные студенты и старшие школьники, похожи на Зетов тем, что они также выросли в тепличных условиях: у них всегда были еда, игрушки, деньги. «Игреки привыкли, что все их желания выполняются, они несколько идеалистичны и даже непрактичны, но что больше всего расстраивает Иксов — они плохо адаптированы в окружающем мире». [8] В силу этого инфантилизма Игрекам зачастую бывает трудно раскрыть свои способности, поэтому им нужен опытный наставник. Именно по этой причине в настоящее время набирают все большую популяр-

ность технологии коучинга. Взаимодействие между Игреками и более старшими поколениями, которое происходит при непосредственном их контакте, в частности, в вузовской среде — в университетской лекционной аудитории, на практических занятиях, помогают представителям разных поколений развивать друг друга: Иксы и Беби-бумеры «приземляют» Игреков, а Игреки показывают старшим, как жить здесь и сейчас.

Отношение студентов — Игреков к перспективе внедрения в практику вузов дистанционных форм обучения также неоднозначно. В 2016-2018 гг. автором были проведены опросы среди студентов, обучавшихся на 1-4 курсах двух вузов г. Ростова-на-Дону: Южного Университета (ИУБиП) и РГЭУ (РИНХ) по направлениям подготовки Экономика, Менеджмент, Юриспруденция, Государственное и муниципальное управление, специальностям Экономическая безопасность и Судебная экспертиза. Студентам было предложено ответить на вопросы, касающиеся их ценностных ориентиров, приемлемых и неприемлемых для них моделей поведения, а также определить наиболее эффективные с точки зрения возможностей получения знаний и применения их на практике формы занятий. Всего в опросе приняло участие 300 студентов очной и заочной форм обучения. Отдельные результаты исследования представлены на рисунках 2 и 3.

Рисунок 2 — Ценностные предпочтения поколения Y по результатам выборочного опроса студентов

Как видно из диаграммы, представленной на рисунке 2, для большинства опрошенных студентов главной ценностью является семья (84 человека, или 28 % опрошенных, преимущественно девушки). Однако примерно такое же количество опрошенных указывают в качестве ценностного приоритета образование и карьеру (соответственно 76 человек, или 25,3 %) и получение удовольствия от жизни, которое респонденты связывают в первую очередь с возможностью личностного роста, самореализацией, в том числе в творческой деятельности (74 человека, или 24,6 %). При этом, по мнению респондентов, возможности самореализации определяются как

Как видно из рисунка 3, большинство студентов считает, что традиционные формы занятий в виде потоковых лекций и семинаров, на которых воспроизводится лекционный материал, уже изжили себя. Лишь 55 человек (18,3 % опрошенных) считает необходимым сохранение проведения занятий в традиционной форме. При этом большинство студентов отмечает, что наиболее тяжелой формой учебной работы для них являются лекции, «поскольку приходится много и быстро писать», им трудно удерживать и концентрировать внимание на учебном материале дольше двадцати минут («мы просто бездумно записываем, не вдаваясь в смысл того, что кон-

личностными качествами, способностями и талантами индивида, так и качеством полученного им образования. Деньги как базовую ценность на первое место поставили 42 студента (14 % опрошенных), подчеркнув, что все остальное достижимо только при наличии прочного материального фундамента. Наконец, иные ценности (слава, популярность в Интернет-сообществе, а также собственное здоровье) определили для себя в качестве базовых 24 человека или 8,1 % опрошенных. В целом примерно половина респондентов прямо или косвенно определяет высокий уровень образования в качестве базовой ценности своего поколения.

спектируем»). Однако еще меньшее число респондентов (42 человека, или 14,1 %) готово обучаться дистанционно в режиме онлайн. В большинстве своем положительное отношение к подобным технологиям обучения высказывают студенты-заочники, однако и они отмечают, что во многих случаях возникают вопросы, ответы на которые они могут получить только в учебной аудитории у преподавателя или у своих сокурсников в процессе непосредственного живого общения. Среди комментариев к ответам достаточно распространенной была точка зрения о том, что записанные и выложенные в ЭОИС вуза видеолекции не интересны студентам, и, скорее всего,

I Традиционные лекционные и практические занятия

Занятия, сочетающие традиционные и цифровые технологии

Дистанционные цифровые онлайн-курсы

Рисунок 3 — Оценка эффективности различных форм занятий с точки зрения поколения Y по результатам выборочного опроса студентов

они вообще не будут востребованы при подготовке к экзаменам или практическим занятиям, а дистанционное обучение превратится в формальный процесс и даже профанацию, не дающую необходимых для профессиональной деятельности и карьерного роста знаний.

Подавляющее же большинство респондентов (203 человека, или 67,6 % опрошенных) отмечает, что наиболее эффективной формой обучения является сочетание традиционных и интерактивных технологий, предполагающих короткую лекцию с написанием конспекта, и закрепление полученного материала с помощью дискуссий, деловых и ролевых игр, тренингов, выполнения проектных работ в цифровой среде. Клиповое мышление требует частого и быстрого переключения в ходе учебного занятия на различные виды деятельности, что позволяет сохранять интерес и концентрацию внимания студентов.

Таким образом, можно сделать вывод о том, что возможный перенос образовательного процесса в цифровое пространство будет малоэффективным как для поколения Z, прекрасно адаптированного к виртуальной реальности, но нуждающегося в социализации в реальном мире, так и для поколения Y, которое, владея цифровыми технологиями, с одной стороны, хочет получать реальные знания, необходимые для дальнейшего трудоустройства и карьерного продвижения, с другой же стороны, желает рассматривать образование как увлекательный творческий процесс, дающий возможность получения удовольствия от раскрытия своих способностей.

Наиболее приемлемыми, на наш взгляд, цифровые дистанционные формы обучения представляются для поколения Х при прохождения профессиональной переподготовки или повышения квалификации в условиях непрерывного образования.

Реализация задач развития цифрового образования для современного

контингента студентов — Игреков, стыкового эхо-поколения и идущих за ними Зетов и Альф может идти по следующим направлениям: оснащение учебных аудиторий современными га-джетами, использование электронных книг и пособий; индивидуальный подход к каждому обучающемуся; поощрение проявлений взаимопомощи и взаимной поддержки среди обучающихся; использование инновационных образовательных технологий, деловых и ролевых игр, тренингов на сплочение команды и принятие совместных решений; внедрение в учебный процесс компьютерных игр (симуляций, кве-стов и т. д.), проектная работа; введение коучинга, как учебной дисциплины с целью обучения целеполаганию и достижению поставленных целей и задач; привлечение в учебные заведения преподавателей-практиков, достигших успеха в той или иной профессиональной области.

Выводы

У каждого поколения есть своя, недоступная для представителей иных возрастных групп область свободы, своего рода «личное пространство». Так, для Беби-бумеров, родителей нынешних Иксов, такой областью свободы была рок-музыка — то, что взрослые не контролировали и не понимали, так как не «чувствовали» ее до конца. Для современных Игреков и Зетов такой сферой является цифровая среда, Интернет-пространство, которое для других поколений является в большей или меньшей степени «terra incognita».

В условиях дальнейшего развития Интернет-экономики очень важно не разрушить, а наоборот, усилить взаимодействие поколений в цифровой среде. Расширение сферы электронной коммерции и электронного денежного обмена ставит задачи обучения цифровой грамотности, в первую очередь тех поколений, которые в меньшей степени знакомы с данной средой, Беби-бумеров

и Иксов. Этому их могут научить только дети и внуки — Игреки и Зеты. В свою очередь, накопленный жизненный опыт, знания и мудрость старших поколений помогут поколениям Y и Z овладеть основами информационной безопасности, будут способствовать развитию навыков осознанного времяпровождения в виртуальной реальности, а главное — позволят «детям цифрового мира» не потеряться и не чувствовать себя «незваными гостями» в мире реальном.

Также необходимо учитывать ряд иных, не менее важных моментов. Расчеты показывают, что в 2015-2025 гг. следует ожидать существенного снижения образовательного потенциала занятых в стране в связи с выходом на пенсию относительно многочисленного послевоенного поколения с достаточно высоким уровнем образования и вступлением в трудоспособный возраст детей, рожденных в годы реформ (19902000 гг.), количество которых значительно меньше (почти в 2 раза) численности предыдущих поколений.

За 10 лет (2007-2016 гг.) образовательный потенциал экономически активного населения снизился примерно на 160 млн человеко-лет, т. е. не менее чем на 20 %. В итоге эти потери могут оказаться еще более серьезными, если учитывать качество современного образования [9]. В этих условиях полный перенос образовательного процесса в цифровую среду, с одной стороны, еще больше отдалит друг от друга сосуществующие в одном временном промежутке поколения, с другой стороны, приведет не к улучшению, а к ухудшению качества образования.

Согласно Дагу Белшоу, не существует единственно верной стратегии правильного цифрового поведения, единой формы цифровой грамотности, которую можно навязывать всем. Направления, методы и способы ее достижения варьируются в зависимости от культурных обстоятельств, социальных контекстов и возраста пользователя.

Библиографический список

1. Елецкий, Н. Д. Политическая экономия современной цивилизации. Спецкурс. — Ростов н/Д, 2000. — С. 183.

2. Игнатова, Т. В., Миронова, О. А., Солодков, Г. П. Современные мирохозяйственные процессы: глобализация, интеграция, регионализация : учеб. пособие. — Ростов н/Д, 2007. — Т. 1. — С. 147.

3. Howe, N., Strauss, W. Fourth turning: what the cycles of history tell us about America's next rendezvous with destiny. — Broadway Books, 1997.

4. Миронова, О. А. Поколенческий аспект формирования постиндустриального общества // Вестник РГЭУ (РИНХ). — 2017. — № 3 (59). — С. 45-52.

5. Абдеев, Р. Ф. Философия информационной цивилизации [Электронный ресурс] // Цифровая библиотека по философии. — Режим доступа : http://filosof.historic.ru.

6. Киянова, Л. Д., Литвиненко, И. Л. Развитие системы образования как фактор становления национальной инновационной системы // Интеллектуальные ресурсы — региональному развитию. — 2014. — № 1. — С. 163-166.

7. Лекции переносят в онлайн-аудиторию. Ярослав Кузьминов намерен обязать преподавателей читать курсы в цифровом формате // Коммерсантъ. — 02.10.2018. — № 179. — С. 5.

8. Фуколова, Ю. Иду на Х [Электронный ресурс]. — Режим доступа : https://www.kommersant.ru.

9. Шамис, Е. В каких условиях растет поколение Милениум и Z и что станет их ценностями [Электронный ресурс]. — Режим доступа : http://ruge nerations.su.

Bibliographic list

1. Yeletskiy, N. D. Political economy of modern civilization. Special course. — Rostov-on-Don, 2000. — P. 183.

2. Ignatova, T. V., Mironova, O. A., Solodkov, G. P. Modern world economic

processes: globalization, integration, re-gionalization : textbook. — Rostov-on-Don, 2007. — Vol. 1. — P. 147.

3. Howe, N., Strauss, W. Fourth Turning: what the cycles of history tell us about America's next rendezvous with destiny. — Broadway Books, 1997.

4. Mironova, O. Generational aspect of formation of post-industrial society // Vestnik of RSUE (RINH). — 2017. — № 3 (59). — P. 45-52.

5. Abdeev, R. Philosophy of information civilization [Electronic resource] // Digital library on philosophy. — Mode of access: http://filosof.historic.ru.

6. Kiyanova, L. D., Litvinenko, I. L. Development of education system as factor

of formation of national innovation system // Intellectual resources-regional development. — 2014. — № 1. — P. 163-166.

7. Lectures are transferred to online audience. Yaroslav Kuzminov intends to oblige teachers to read courses in digital format // Kommersant. — 02.10.2018. — № 179. — P. 5.

8. Fukolova, Yu. Go on X [Electronic resource]. — Mode of access : https://www.kommersant.ru.

9. Shamis, E. Conditions in which a generation of Millennium and Z and what will be their values [Electronic resource]. — Mode of access : http://rugenerations.su.

М. А. Пономарёва, В. C. Авакян

КАЧЕСТВО ОКРУЖАЮЩЕЙ СРЕДЫ КАК ФАКТОР ФОРМИРОВАНИЯ СТРУКТУРНО-ПРОСТРАНСТВЕННЫХ ПРИОРИТЕТОВ

Аннотация

В статье качество окружающей среды рассматривается как фактор формирования структурно-пространственных приоритетов в процессе стратегического планирования развития социально-экономической системы. Дан краткий обзор основных концепций и моделей развития. Рассмотрены статистические данные, определяющие состояние окружающей среды и результаты проводимых мероприятий в экологической сфере в Ростовской области. Предложены структурно-пространственные приоритеты развития Ростовской области с учетом экологических факторов.

Ключевые слова

Зеленая экономика, качество окружающей среды, структурно-пространственные приоритеты, устойчивое развитие, экология.

M. A. Ponomariova, V. S. Avakyan

ENVIRONMENTAL QUALITY AS FACTOR OF FORMATION OF STRUCTURAL AND SPATIAL PRIORITIES

Annotation

Article considers environmental quality as factor in formation of structural and spatial priorities in process of strategic planning for development of socio-economic system. Brief overview of basic concepts and models of development is given. Statistical data determining the state of environment and results of activities carried out in environmental field in Rostov region are considered. Structural and spatial priorities for development of Rostov region are proposed, considering environmental factors.