Исследование семантики онимов с позиций когнитивной лингвистики

Незначительное количество соматических фразеологизмов репрезентирует презрение/ отвращение (2% в русском и немецком языках). Репрезентантом в обоих языках является соматизм die Nase/нос, который вербализует внешнее проявление данной эмоции: die Nase rümpfen (ziehen, verziehen), воротить нос (рыло, морду). Кроме того, данное состояние в русском языке может быть репрезентировано через метафору «дисфункция органов»: Вспоминается, как Хрущев на встрече с творческой интеллигенцией сказал, что у него колики в животе от музыки Ойстраха, а сумасшедшего Неизвестного надо спрятать в психушку (АиФ, № 18, 2007).

В русском языке соматический фразеологизм плевать в лицо (глаза) также репрезентирует данную эмоцию, образ, лежащий в основе данного фразеологизма, не является типичным для немецкого языка.

в основе немецких фразеологизмов с компонентом der Zahn, репрезентирующих отвращение, также лежит образ, отсутствующий в русском языке: mit eklem Zahn berühren, die Zähne (hoch)heben/lange Zähne machen. Данная эмоция может иметь и внешнее проявление, подтверждение этому мы находим в художественной литературе: Auf der Terrasse saß Marill und las mit einem Gesicht voll Abscheu und Hohn noch immer und seiner Zeitung (E.M. Remarque. Liebe deinen Nächsten).

Таким образом, проанализировав соматическую лексику русского и немецкого языков, репрезентирующих эмоциональную сферу, а именно негативные эмоции, можно констатировать, что, c одной стороны, сравниваемые языковые картины мира демонстрируют большое сходство, так как эмоции гнева, страха,

УДК 801.31 ББК Ш 103.14 Ш 103.2

отвращения, тоски, печали являются психологической универсалией, с другой стороны, в языке, в частности во фразеологии, находит свое отражение национальная специфика вербализации данных состояний.

Библиографический список

1. Баранов, А.Н. Аспекты фразеологии [Текст]/ А.Н. Баранов, Д.О. Добровольский. - М. : Знак, 2008.

2. Булгарова, Б.А. Трудности, возникающие при исследовании эмотивной лексики русского языка [Текст] / Б.А. Булгарова // Слово, высказывание, текст в когнитивном, прагматическом, культурологическом аспектах: сб. участников IV междунар. науч. конф., 25-26 апр. 2008 г. Челябинск. - Челябинск : ООО «Издательство РЕКПОЛ», 2008. - Т 3. - С. 66-68.

3. Голодов, А.Г. Негативная оценочность в специальной лексике (на материале разговорного варианта немецкого языка футбола) [Текст] / А.Г. Голодов // Вестник ВГУ Сер. Лингвистика и межкультурная коммуникация. - 2006. - № 1. - С. 47-54.

4. Гришаева, Л.И. Введение в теорию межкультурной коммуникации: учеб. пособие [Текст] / Л.И. Гришаева, Л.В. Цурикова. - Воронеж : Воронежский гос. ун-т, 2004.

5. Изард, К.И. Психология эмоций [Текст] / К. Изард.

— СПб. : Изд-во «Питер», 1999.

6. Прохоров, Ю.Е. Русские: Коммуникативное поведение [Текст] / Ю.Е. Прохоров, И.А. Стернин. - М.

: Флинта : Наука, 2007.

7. Рябцева, Н.К. Язык и естественный интеллект [Текст] / Н.К. Рябцева. - М. : Academia, 2005.

8. Стефанский, Е.Е. Концептуализация негативных эмоций в мифологическом и языковом сознании (на материале русского, польского и чешского языков) [Текст] : автореф. дис. ... д-ра филол. наук / Е.Е. Стефанский. - Волгоград, 2009.

9. Шаховский, В.И Лингвистическая теория эмоций : монография [Текст] / В.И. Шаховский. - М. : Гно-зис, 2008.

А.М. Литовкина

исследование семантики онимов с позиций когнитивной лингвистики

Данная работа посвящена описанию семантики онимов, в частности топонимов, ставших именами русских национальных концептов, с точки зрения лингвокультурологического направления когнитивной лингвистики. Представлена модель топонимической семантики лингвокультурного концепта «Сибирь», актуализированного в русской языковой картине мира весь-

ма значительным количеством характеристик.

Ключевые слова: семантика; оним; лингвокультурный концепт; языковая картина мира

Л.М. Litovkina

THE SEMANTICS OF pROpER NOUNS IN THE pERSpECTIVE OF COGNITIVE LINGUISTICS

The paper describes the semantics of some proper nouns, which became the names of Russian cultural concepts. The cultural concept «Siberia» has been subjected to analysis; its components have been singled out & classified.

Key words: semantics; proper noun; linguocultural concept; language world view

То, что имена собственные (онимы) обладают особой прагматикой и особой семантической аурой, заметили только недавно. Долгое время nomina propria не могли выйти за пределы науки ономастики, традиционно рассматривавшейся как часть лексикологии, и, таким образом, лексемы анализировались с позиций этимологии и лексикографии.

В современной лингвистике все чаще встречаются работы, посвященные семантическим свойствам онимов: коннотативным, прагматическим, ассоциативным. Так, Т.М. Николаева в предисловии сборника «Имя: Семантическая аура» отмечает: «Непонятное и в то же время привычное в употреблении имя собственное при более внимательном его анализе оказывается “воспоминаньем старины”, хранимом в “скрытой языковой памяти” того или иного этноса. Причем связь эта может как вспыхивать, так и исчезать» [Николаева, 2007, с. 9]. Именно поэтому разностороннее изучение семантических возможностей онимов позволило лингвистам выявить их новую дополнительную смысловую корреляцию, открывающую неочевидные значимостные связи. Причем связей этих может быть сколько угодно, и их число демонстрирует «глубину» семантической ауры имени собственного в том или ином тексте.

Новым шагом в исследовании семантики онимов является использование постулатов когнитивной лингвистики, изучающей сложные «отношения языка и мышления, главные функции языка и роли языка для человека» [Кубрякова, 2004, с. 11].

когнитивная лингвистика, прочно занявшая свое место в парадигме концепций современного языкознания, развивается в самых разных научных центрах мира. С этим связа-

но возникновение некоторых различий в подходах, понимании основных задач, базовых единиц и используемых методах.

На сегодняшний день ученые-лингвисты (И.А. Стернин, З.Д. Попова, Н.Н. Болдырев, М.В. Пименова и др.) выделяют следующие направления в когнитивной лингвистике:

- культурологическое - исследование концептов как элементов культуры в опоре на данные разных наук (Ю.С. Степанов). Язык в этом случае выступает лишь как один из источников знаний о концептах (например, для описания концепта используются данные об этимологии слова, называющего этот концепт);

- лингвокультурологическое - исследование названных языковыми единицами концептов как элементов национальной лингвокультуры в их связи с национальными ценностями и национальными особенностями этой культуры: направление «от языка к культуре» (В.И. Карасик, С.Г. Воркачев, Г.Г. Слышкин, Г.В. Токарев);

- логическое - анализ концептов логическими методами вне прямой зависимости от их языковой формы (Н.Д. Арутюнова, Р.И. Павилёнис);

- семантико-когнитивное - исследование лексической и грамматической семантики языка как средства доступа к содержанию концептов, как средства их моделирования от семантики языка к концептосфере (Е.С. Кубрякова,

Н.Н. Болдырев, Е.В. Рахилина, Е.В. Лукашевич, А.П. Бабушкин, З.Д. Попова, И.А. Стернин, Г.В. Быкова);

- философско-семиотическое - исследу-

ются когнитивные основы знаковости (А.В. Кравченко).

Каждое из этих направлений можно считать уже достаточно оформившимся в современной лингвистике, все они имеют свои методические принципы (объединяет их прежде всего теоретическое представление о концепте как единице сознания) и своих сторонников среди лингвистов-когнитологов, их представляют достаточно известные научные школы.

разумеется, предлагаемые разграничения направлений, как и отнесение отдельных ученых к тем или иным направлениям, достаточно условны (многие ученые на разных этапах своей научной деятельности работали в рамках разных концепций), но «подобная классификация отражает основные действующие в современной отечественной когнитивной лингвистике тенденции» [Попова, 2007, с. 17].

Представленная работа посвящена описанию семантики онимов, в частности топонимов, ставших именами русских национальных концептов, с точки зрения лингвокультурологического направления когнитивной лингвистики.

В последнее время все чаще мы можем увидеть лингвистические исследования концептов, которые называют имена собственные

- Альфонс, Волга, Дон-Кихот, Иван, Павлик Морозов, Гамлет, Наполеон, Чайка, «Вишневый сад», чебурашка и др. значительно пополняют этот список топонимы - москва, Санкт-Петербург, россия, Америка, Версаль, Бородино, Камчатка, Сибирь и др.

мы живем в мире имён, и за каждым из них стоит конкретный человек, конкретное место, конкретное явление. Предельная конкретность, единичность - главные признаки имени, они выделяют из ряда, индивидуализируют именуемое. И вдруг имя, которое было у всех на слуху, из-за своей популярности, «видности» или по другим причинам теряет свое главное свойство и вливается в мощный поток слов, которые обозначают не единичные, а общие, коллективные свойства, признаки, качества. Вместо индивидуума вырастает «типичный представитель», вместо уникального объекта - общее наименование признака, вместо точного ориентира - масштабное, но трудно определяемое явление. так, популяр-

ное у русских имя Иван стало общим обозначением русского человека, Гюлъчатай - восточной девушки, Эльдорадо - наименованием земель, богатых полезными ископаемыми (в том числе золотом) или даже земного рая.

Несмотря на свою функциональную специфику, принципиальную «единичность», они-мы совершают в своем развитии замкнутый круг превращений. От имени нарицательного они движутся к имени собственному, а от имени собственного - к имени нарицательному. Конечный семантический результат такого развития часто неожидан, но лингвист способен установить строго последовательные закономерные этапы, приведшие имя собственное к этой «неожиданности». Для такой диагностики, однако, нужны углубленные историкоэтимологические исследования, основанные на огромном и доброкачественном фактическом материале.

так, онимы, обретая в языке, помимо понятийных, еще и образные, и ценностные когнитивные признаки, становятся именами культурных концептов. В случае, если именем концепта становится топоним, мы вполне можем рассмотреть его эволюцию. лингвокультурологическое направление позволяет на фоне имеющихся в языке концептуальных характеристик проследить важнейшие культурные доминанты исследуемого онима.

Кроме того, процесс семантического раскрытия осложнен тем, что имя собственное является носителем идеосемантики, включающей основной, этимологический, константный семантический компонент и дополнительный, культурно отчуждаемый, переменный семантический компонент.

Известно также, что «зависимость характера идеосемантики от меняющихся во времени и пространстве культурных доминант делает имена собственные ценностным культурным ориентиром и тем самым предметом постоянной, напряженной идеологической и филологической рефлексии. Представленная в разных типах и вариантах культуры, рефлексия над именами собственными позволяет выявить общие ключевые моменты изменения “культа разумения слова”» (терминология Г. Г. Шпета, 1989) [Запольская, 2007, с. 133].

значительным шагом в исследовании семантики онимической лексики, на наш взгляд, явилась работа Е.Л. Березович [Березович,

2001], в которой автор, отмечая, что финал спора о наличии значения у имени собственного открыт, предпринимает попытку первичного обобщения представлений о семантике топонимов. Основой тому послужил вариант моделирования семантики онима - разработка концепта имени собственного, предложенный М.В. Голомидовой. Под концептуальностью имени автор понимает совокупный объем представлений о возможностях его применения - языковые и экстралингвистиче-ские знания, связанные с использованием ономастического знака, сложившиеся у носителей данного языка (курсив наш - А.Л.) [Голо-мидова, 1998, с. 16].

Ниже представим таблицу, в которой отражены основные составляющие семантики топонима. Далее на примере онима Сибирь, ставшего именем важнейшего лингвокультурного концепта, рассмотрим его семантическую организацию (табл. 1).

На основе представленной таблицы можно просмотреть семантические уровни концептуальной модели топонима Сибирь:

Семантическая вертикаль онима Сибирь:

1. Общая категориальная семантика имени выстраивается из его противопоставления апеллятиву, благодаря чему высвечивается специфика способа означивания: имя является знаком-индивидуализатором, который не только на речевом, но и на языковом уровне свидетельствует о ценности вербального выделения отдельной реалии:

Сибирь - обширная территория Северной Азии - от Урала на Западе до горного хребта побережья Охотского моря на Востоке и от Северного Ледовитого океана на Севере до границ с Казахстаном, Монголией, Китаем на Юге;

Сибирь - историческая и географическая страна в Азиатской части территории России.

2. Частная категориальная семантика основывается на связи онима с нарицательным термином и создает возможность для противопоставления разных разрядов собственных имен в онимической системе языка:

Сибирь - ж., род.п. -и; тоб.-тат.- «название старого населения сев.-зап. Сибири»;

вост.-якут. - «лесные народы», «племя, принадлежавшее к финно-угорским народам»;

монг. - «крепость себеров» или «лесная чаща», «чистый, прекрасный, красивый»; тат. - «очищение»; рус. - «север».

3. Частная характеризующая и индивидуализирующая семантика отличает имена друг от друга и основывается на денотативной отнесенности и мотивировочном значении, которое определяется «на момент» создания имени и оказывается чрезвычайно важным для выполнения именем его различительной функции, поскольку несет указание на индивидуализирующий мотивировочный признак, служащий для различения и опознавания реалии среди подобных. На этом уровне осуществляется семантиза-

ция конкретно-чувственного представления

Таблица 1

Семантические уровни топонима

Семантическая вертикаль онима Семантическая горизонталь онима

«и о д л ц л о 8 * я & • Общая категориальная семантика имени • Частная категориальная семантика имени • Частная характеризующая и индивидуализирующая семантика «Самоци-тирова-ние» кода Переход в другие ономастические ряды

Прагматическая зона • Эмотивный компонент • Фреймовый компонент • Коннотации • Ассоциативный фон Переход в апелля-тивную лексику Дублирование общеязыкового имени другими культурными кодами

Синтактиче ская зона • полевая проекция • Актуальные корреляции СП «Сибирь»

об объекте номинации, т.е. образа, означенного именем:

Сибирь

1) закаменная страна

2) матушка

3) кладовая России

4) край каторги и ссылки

5) тайга

6) бескрайняя земля

7) сердце, жемчужина Сибири - Байкал и

др.

4. Фреймы (несобственно языковые знания), отражающие значимые для языкового коллектива фоновые знания о специфике применения имени:

- присоединение Сибири (Ермак, казачье войско, Сибирское ханство, Искер (Сибирь), неведомая страна, лес, тайга, снега, мороз, тьма, русские люди и др.);

- ссылка в Сибирь (узник, одиночество, каторга, каторжная нора, разлука с любимым (-ой), сибирские руды, тьма, смерть, наказание и др.).

5. Эмотивный компонент связан с реализацией эмотивной функции языка:

Сибирь - глухомань; отчизна Дон-Кихотов; хлебная планета; забытый, суровый и угрюмый край; бескрайние просторы; огромная, богатая земля.

Сибирский (-ая, -ое): холод, мороз, простор, кедр, нрав, характер; широта души, вольница, стройка, натура, природа, крепость; здоровье, радушие, гостеприимство.

6. Коннотации. Коннотация в топонимии проявляет те же свойства, что и аналогичное явление в сфере апеллятивной лексики: логическую факультативность и устойчивость:

мать, волчица, невеста, даль, страна, ссылка, каторга, тайга, зима, холод, север, щедрость, богатство, кладовая; крепкая, стойкая, сильная, лесная, таежная, неизведанная, далекая, огромная, холодная; бездонный кладезь богатств; пустынный край, сибирский валенок (тупой) и мн. др.

7. Ассоциативный фон топонима. Особый экстралингвистический статус этого компонента обусловлен тем, что ассоциативный фон не имеет собственно языковой верификации. Он может быть эксплицирован в показаниях метаязыкового сознания носителей топонимической системы:

Сибирь - тайга, холод, снег, матушка, ссылка, холодная, лес, далеко, мороз, болезнь, большая, большая деревня, валенок, великая, Восточная, ГУЛАГ, декабристы, родина, Колыма, Красноярск, крыша, лагерь, не хочу, непокоренная, нефть, Россия и др.

модель семантики языковой единицы включает в себя семантические связи в рамках определенного семантического континуума. Частная характеризующая и индивидуализирующая семантика топонима вводит его в определенное семантическое поле; все семантическое пространство топонимии может быть представлено как сложная конфигурация пересекающихся полей. Специфика полевой организации топонимического пространства состоит в том, что она включает виртуальные семантические поля и актуальные корреляции семантического поля.

Виртуальные поля представляют собой сугубо парадигматические структуры, непосредственно не наблюдаемые в функционирующем материале. как известно, семантическое поле в апеллятивной лексике характеризуется наличием системных семантических отношений (корреляций) между составляющими его словами - антонимии, синонимии, конверсивности и т. п. Так, в семантическом поле концепта «Сибирь» в парадигматические отношения вступают такие языковые единицы:

антонимы: чужбина - родина, далекая -близкая, тьма - свет, богатая - скудная (бедная), рай - ад, униженная - гордая, владычица - рабыня и т.п.

синонимы: холодная - снежная - космически выстуженная - морозная; богатая - насыщенная - полная (недр) - изобилующая; далекая - невидимая - непроходимая; большая -огромная - необозримая - обширная - бесконечная;

конверсивы: завоевать - отдаться; поить - пить, кормить - питаться; принимать

- отдавать; лечить - оздоравливаться; обещать - надеяться и др.

Актуальные семантические корреляции могут быть использованы как важный источник информации о семантике топонима.

Актуальные корреляции СП «Сибирь»

Сибирь:

- Сибирда (уничижит. Сибирь),

- Сибирёк (растение, река),

- Сибирка (уроженка Сибири, каторга, одежда, полуземлянка, порода лошадей, крапива, рожь и др.),

- сибирный (зверский, лютый),

- сибириты (коренные сибиряки),

- сибиряк (житель Сибири, православное русское старожильческое население Сибири, арестант, бывший каторжник, «ходок в Сибирь», лошадь сибирской породы, береза),

- сибирячка (деревянная соха, порода овец, пшеница, жительница Сибири),

- сибиряка (мерзавец, негодяй),

- сибирянка (передник, фартук),

- сибирячить (работать по найму в Сибири),

- сибирячьё (сибиряки) и др. Семантическая горизонталь имени Сибирь

«Самоцитирование» кода:

Сибирь - далекое место («Ты что, до Сибири ходил?»);

Сибирь - человек, отстающий в развитии («Вот, она Сибирь-матушка, ничего не по-нимат!») [Словарь русских говоров Сибири, 2005].

Переход в другие ономастические ряды:

Сибирь - деревня в центральной части России (место, окруженное лесом, где температура всегда ниже на 1-2 градуса);

Сибирь - название места, где расположена тюрьма в Австралии (Сидней);

Сибирь - название местности за пределами Чулымского района Новосибирской области («В Сибирь ездили по хлеб») [Словарь русских народных говоров, 2003].

Переход в апеллятивную лексику:

Сибирь:

1. Покосный участок на болоте.

2. Свадебное угощение вином, водкой, которое жених выставлял на своем дворе. («Пойдем сибирь пить»).

3. Название части селения станицы Качалинской. Дон. (Сибирь немшёная).

4. Отчаянный, способный на самый рискованный поступок человек («Девка - кусок Сибири»).

5. Плохо, нехорошо; горе, беда («Ах, Сибирь: денег нет, а очень нужны!») [Словарь русских говоров Сибири, 2005].

Дублирование общеязыкового имени другими культурными кодами (приобретение именем культурных коннотаций):

Сибирь в фольклоре - Край чудесный, лучший в мире,/Наш веселый край,/Лучше в мире нет Сибири!/ Так, приезжий, знай.

17 в. - «свободные земли, ...великость и могущество, расстоянья огромные, и не видать им ни конца, ни края...» (Сибирские летописи); «голод, ад кромешный».

18 в. - «Могущество российское прирастать будет Сибирью!»

19 в. - «Во глубине сибирских руд/ Храните гордое терпенье,/Не пропадет ваш скорбный труд/ и дум высокое стремленье»; Восточносибирская ж/д, новое открытие Сибири.

20 в. - кладовая планеты, обновленная колхозная земля, Сибирь Советская, дно золотое, БАМ, крепость, страна будущего.

21 в. - экология земли, спасение Сибири, новая экономическая зона; «Несправедливо, что Сибирь принадлежит только одному государству» (М. Олбрайт).

таким образом, активно развивающаяся когнитивная лингвистика в свете новой антропоцентрической научной парадигмы закономерно произвела сдвиги во многих разделах языкознания, в том числе и в ономастике. В работах современных ученых вопрос о семантике онимов получает все большую огласку. Смена культурного сознания мотивировала новые познавательные модели, которые обратились на человека и на его реальный мир в его социальном, культурном и бытовом проявлениях. «Изменение общего направления рефлексии привело к изменению представлений об имени собственном как опознавательном знаке» [Запольская, 2007, с. 146]. Суть изменений заключается в деактуализации основного, этимологического, семантического компонента имени, а также в перемене актуализации дополнительного семантического компонента имени, зависящего от идеологических, культурных и научных установок времени. Отмеченные изменения идеосемантики собственных имен, являющихся ценностными культурными ориентирами, свидетельствуют об изменении типа и характера самой культуры и позволяют глубже понять, почему онимы обладают в истории и культуре своеобразной «властью ключей», без которой нет пути ни «к лицу», ни «к бытию» [топоров, 2004, с. 378].

Библиографический список

1. Березович, Е.Л. К построению комплексной модели топонимической семантики [Текст] / Е.Л. Березович // Изв. УрГУ Гуманитарные науки. - Вып. 4.

- 2001. - С. 8-12.

2. Голомидова, М.В. Искусственная номинация в ономастике [Текст] / М.В. Голомидова. - Екатеринбург : Гамма, 1998 - С. 16.

3. Запольская, Н.Н. Рефлексия над именами собственными в пространстве и времени культуры [Текст] / H.H. Запольская // Имя: Семантическая аура. - М. : Языки славянских культур, 2007. - С. 133-146.

4. Кубрякова, Е.С. Об установках когнитивной науки и актуальных проблемах когнитивной лингвистики [Текст] / Е.С. Кубрякова // Вопросы когнитивной лингвистики. - 2004. - №1. - С. 11.

5. Николаева, Т.М. Предисловие [Текст] / Т.М. Николаева // Имя: Семантическая аура. - М. : Языки славянских культур, 2007. - С. 9.

6. Попова, З.Д. Когнитивная лингвистика [Текст] /

З.Д. Попова. - М. : АСТ : Восток - Запад, 2007. -С. 17.

7. Топоров, В.Н. Из теоретической ономатологии [Текст] / В.Н. Топоров // Исследования по этимологии и семантике. - М., 2004. - Т. 1. - С. 378.

8. Словарь русских говоров Сибири [Текст] / сост. Т.А. Галикова, Е.В. Понкратова, А.И. Федоров. - Новосибирск : Наука, 2005. - С. 296-297.

9. Словарь русских народных говров [Текст]. - СПб. : Наука, 2003. - Вып. 34. - С. 264-267.

УДК 81’ 373. 46: 340.131.1

ББК 81

Е.А. Макшанцева

некоторые причины аксиологичности юридических терминов

Статья посвящена изучению причин наличия оценки в семантической структуре терминов права. В языкознании сложилось мнение, что термин обладает характеристиками точности, однозначности, нейтральности. Однако аксиологический характер права предполагает возможность и даже необходимость наличия оценки в семантике юридических терминов.

Ключевые слова: юридический термин; терминология права; оценка; семантическая структура термина права; аксиологические особенности терминов права; идеология

E. A. Makshantseva SOME SOURCES OF AXIOLOGY OF LEGAL TERMS

This article is devoted to the study of reasons for axiologic references in the semantic structure of legal terms. The traditional viewpoint has it that the term manifests the specific features of preciseness, monosemantic nature of the meaning, neutrality. But the axiological character of law presumes the possibility and even necessity of occurrence of estimation in semantics of legal terms.

Key words: legal term; legal terminology; estimation; semantic structure; axiological features; ideology

Общепризнанно, что многообразие видов человеческой деятельности находит языковое выражение в различных терминологических системах, которые при наличии общих черт, присущих всем терминам (системность, однозначность, стилистическая нейтральность и др.), обладают и специфическими особенностями, отличающими типы терминосистем друг от друга.

В данной статье мы рассматриваем аксиологические особенности терминов права и причины наличия оценки в семантической структуре термина права, опираясь на материал исследований таких ученых-языковедов, как А. А. Реформатский, Н. Д. Арутюнова, С. П. Хижняк и др. Диапазон значений оценки в языке довольно широк. Характерной особенностью оценки является разноплановость