"Закон повышает требования к индивидуальной ответственности оценщика за результаты своего труда"

Своими взглядами на новую систему регулирования оценочной деятельности с Business Guide поделился зампред комитета по оценочной деятельности Торгово-промышленной палаты РФ доктор экономических наук, профессор ВАЛЕРИЙ РУТГАЙЗЕР.

BUSINESS GUIDE: Валерий Максович, прокомментируйте, пожалуйста, основные положения нового закона об оценочной деятельности.

ВАЛЕРИЙ РУТГАЙЗЕР: Самое главное и принципиально важное в данном законе — это то, что он ориентируется на физических лиц, а не на юридических лиц и специалистов, как это было в первых версиях этого закона. И прежде всего в самой первой версии, которая была представлена от имени правительства и разработана в МЭРТе в департаменте корпоративного управления. До второго чтения закона в Думе фигурировало и то, и другое, и третье. После второго чтения появилась запись о физлицах. Это вызвало недовольство среди некоторых организаций оценщиков, которые намеревались стать саморегулируемыми. Они даже выступили с открытым письмом на имя президента РФ о необходимости вмешаться в ситуацию и восстановить в законе об оценочной деятельности категорию юрлиц. Это мне напомнило ситуацию, когда некоторые футбольные болельщики требовали восстановить в футбольной премьер-лиге команду "Терек" после того, как она вылетела из нее. Мне кажется, что такая активность этой организации оценщиков была вызвана тем, что ее руководители ориентировались на юридических лиц и создали квазисамостоятельную СРО, чтобы захватить достаточное количество мест в Национальном совете по оценочной деятельности (который, по сути, создавал бы высший орган управления СРО оценщиков) и тем самым определять политику в оценочном сообществе в целом.

Однако появилось и другое мнение — о том, что решение об ориентации только на физических лиц является самым правильным. Что утверждение, будто бы исключение юрлиц из числа субъектов оценочной деятельности принесет ущерб оценочному сообществу, есть лукавство. Это не так, потому что, во-первых, оценщики-физлица являются представителями своеобразной профессии, и эта профессия, как и профессия аудитора, требует персональной ответственности за свои действия. Во-вторых, ориентируясь на физлиц, закон повышает требования к индивидуальной ответственности оценщика за результаты своего труда. В то же время существование юрлиц не исключается. Наоборот, в законе прописаны все условия для взаимодействия физлиц с юрлицом, с которым каждое физлицо заключает трудовой договор. И в рамках такого договора эта оценочная фирма защищает интересы как самого оценщика, так и интересы потребителей его услуг. То есть возникает новый уровень ответственности, которая связана с ответственностью юридического лица за действия того, кто с ним заключил договор о взаимной деятельности.

Принятие данного закона по-новому ставит вопрос о пересмотре всей системы законодательства, касающегося оценочной деятельности. В свое время — год назад — в Госдуму был внесен проект закона об изменении ст. 561 ч. 2 ГК, в которой речь идет о том, что при продаже предприятия целиком оценку его стоимости производит независимый аудитор. Так вот, предлагалось заменить "независимый аудитор" на "независимый оценщик". Что тут началось! "Принять этот закон — нарушить основы гражданского законодательства!" У нас ГК - это священная корова, нечто неприкасаемое. Но на самом деле что происходит? Совершенствование гражданского законодательства происходит путем "обтекания" ГК: в нем самом ничего не меняется, но на периферии кодекса происходят существенные изменения — замечу, справедливые — в соответствии со складывающимися реалиями. Надо понимать, что, когда принимался ГК, вообще не было понятия оценки, поэтому ГК стоит привести в соответствие с сегодняшним днем.

BG: Закон предусматривает создание Национального совета по оценочной деятельности. Что это будет за орган? Тем более что организация с таким названием существует.

В. Р.: Национальный совет на высшем уровне будет представлять ответственность перед обществом в целом сообщества оценщиков. Он даст возможность обеспечить коллективную ответственность — уже не взаимную ответственность юридических и физических лиц, а коллективную ответственность — всей гильдии оценщиков перед обществом в целом. В законе переплетены разные виды ответственности, и это переплетение направлено на защиту интересов потребителей оценочных услуг.

Действительно, в 2003 году был создан НСОД. Но он реально не был включен в систему регулирования оценочной деятельности, и в конце концов он почил в бозе. Тот же НСОД, который зафиксирован в законе, является очень важным инструментом выработки общей политики развития оценочной работы в России. Новый совет будет защищать все сообщество оценщиков. Кроме того, он создает условия для того, чтобы как можно в большей степени сократить роль государственного регулирования оценочной деятельности.

С введением закона и продвижением по пути развития законодательства о СРО оценщиков роль госорганов регулирования существенно сократится. Да, эти органы в свое время сыграли выдающуюся роль (Минимущество, МЭРТ в известной мере), но понятно, что чем больше будет развиваться саморегулирование, тем в меньшей степени оно будет нуждаться в регулировании со стороны государства. И это регулирование должно быть только точечным. В том смысле, что оно должно касаться лишь некоторых моментов, которые затрагивают интересы государства в целом. Например, бурная дискуссия ведется об утверждении стандартов оценки. Так вот, по закону стандарты вырабатываются самими оценщиками, представляются НСОД и утверждаются регулирующим органом. Регулирующий орган также должен вести реестр СРО. Пока же получается так, что регулятор пытается разработать новые условия для деятельности оценщиков. Это зачастую является победой бюрократии над здравым смыслом. Поэтому вопрос о границах деятельности госрегулятора очень важен, и расширять эти границы за счет нормативных актов было бы не совсем правильно.

Должен сказать, что сегодня возникла ситуация, когда на регулирующие функции претендуют, по существу, две структуры — МЭРТ и ФАУФИ. Совершенно справедливо, что такие функции должны остаться за МЭРТом, но появились и попытки ФАУФИ тоже внедриться в эту систему. А ФАУФИ по определению не является регулирующим органом, оно есть федеральное агентство, которое существует при МЭРТе. Оно должно быть занято исключительно федеральным имуществом и не может регулировать деятельность оценщиков по определению.

BG: Вы упомянули, что много споров ведется вокруг принятия новых стандартов оценки. А какими они должны быть в России?

В. Р.: Стандарты оценочной деятельности были введены правительством в июле 2001 года. Этот документ, по существу, систематизировал основные правила работы оценщиков, и я считаю, что этот документ сыграл организующую роль в свое время, поскольку дал возможность представить общие условия деятельности оценщиков. Конечно, сейчас в новых условиях этого документа недостаточно. Но какова была первая версия закона об оценочной деятельности? В этой версии присутствовала мысль о том, что национальными стандартами оценочной деятельности в России являются международные стандарты оценки. По этому поводу руководители одной из организаций оценщиков писали следующее: "На сегодняшний день можно с уверенностью констатировать, что международные стандарты оценки благодаря деятельности РОО по их переводу и внедрению в практику стали воистину национальными стандартами оценки в России. Признанием данного факта является включение в новую редакцию закона 'Об оценочной деятельности в Российской Федерации' статьи о том, что федеральные стандарты оценки разрабатываются на базе международных стандартов оценки".

Это было в конце 2005 года, когда появилась первая версия законопроекта об оценочной деятельности. Однако в последующих версиях законопроекта эта норма была заменена другой. Речь идет обо всех международно признанных стандартах, не только о тех, которые разработаны в Европе, но и тех, которые применяются, скажем, в Северной Америке, тех, которые применяют отдельные национальные сообщества оценщиков. То есть речь идет о том, что если создавать национальные стандарты в России, то они должны учитывать все сложившиеся формы стандартизации оценочной деятельности. То есть российские стандарты оценки будут создаваться с учетом зарубежных стандартов, а не на их основе.

BG: Какие еще, на ваш взгляд, проблемы высветил закон?

В. Р.: Я сейчас, в частности, занимаюсь таможенной стоимостью. И я поражен, что само определение таможенной стоимости регулируется законом, который был принят в 1993 году. Там описаны шесть методов определения таможенной стоимости, которые являются архаичными. На мой взгляд, принятие этого закона оказывает влияние на ряд законов, сопряженных с ним, и, во-вторых, требует, как я уже сказал, изменений в ГК, так как он во многом не учитывает новые условия организации оценочной деятельности в России.