Социоантропоморфизм познания

УДК 1

СОЦИОАНТРОПОМОРФИЗМ ПОЗНАНИЯ

Е.М. Солина

Посвящена раскрытию понятия социоантропоморфизм как сущностной характеристики человеческого познания, определяющей его содержание и направленность и выступающей «естественной» границей процесса познания в различных формах и видах. Рассматриваются основные исторические формы проявления социоантропоморфизма: агностицизм, априоризм, антиномичность и антропный принцип.

Ключевые слова: социоантропоморфизм, агностицизм, антиномичность, априоризм, антропный принцип, познание.

Проблема познания является одной из центральных в философии. Познание как поиск и обнаружение истины есть отличительная черта человека от всех других живых существ. Попытка познать истину, раскрыть тайны природы и сущего - это и есть смыслосодержательная деятельность человека. Процесс познания делает человека человеком. Традиционно считается, что человек познает объективную реальность как таковую. На наш взгляд, объективная реальность (если таковая и существует), только проникая в общественно-политическое и культурно-мировоззренческое окружение человека и содержание его самого, становится предметом его познания. Реальность, не затрагивающая жизнь и мировоззрение человека, не постигается им (человеком). В этом состоит не только утилитарнопрактическая значимость познавательного процесса, но и его содержательная сторона и особенность. Эту особенность содержания познавательного процесса мы называем социоантропоморфизмом. Она обладает рядом уникальных свойств, которые придают жизни человека и человечества значимость и смысл и определяют направленность процесса познания. Во-первых, окружающий мир трансформируется в человека и его жизнь. Во-вторых, через эти социально-индивидуальные формы существования в человеческом обществе содержание окружающего мира становится значимым и имеющим смысл. В-третьих, укореняясь в жизни человека и общества, это содержание как бы растворяется и становится невидимым, потому что самоочевидно. В-четвертых, человечество вдруг его открывает как «новое», значимое и необходимое для жизни. То есть содержание познания социоантропоморфно по определению. Теория Демокрита не могла получить признание и распространение в прежнем классическом мире Античности и Средневековья, так как этот мир и социум были построены на принципах гармонии, целостности, непрерывности. Только усиление процесса атоминизации общества и человека в нем (например, борьба за демо-

кратические права и свободы), осознание дискретности и индивидуальности существования могло привести к переоткрытию атомизма Демокрита-Эпикура, который обнаруживается и умножается в объективной реальности (сложное строение атома, открытие элементарных частиц, кварков и т.д.). Объективная реальность (например, материя) неисчерпаема, поэтому в ней можно обнаружить много разного, но, на наш взгляд, человек познает в ней только то, что уже проявлено и существует в его обществе и в нем самом. То есть, человеческое знание по своей направленности и содержанию социантропоморфно. Такой взгляд на процесс познания, на его содержание и смысл всего происходящего в жизни общества и человека, на наш взгляд, являются достаточно новыми и актуальными. Мыслители на разных этапах исторического развития человечества (особенно после становления мировоззрения Нового времени) обнаруживали эту черту познавательного процесса, но недостаточная ее проявленность в обществе и человеке (латентная форма ее существования) не позволяла им явно ее сформулировать. XX и XXI века - это время усиливающегося процесса атоминизации общества и полной обособленности (на наш взгляд, абсолютного отчуждения) человека от себе подобных и от самого себя. Это проявляется и в типичном образе современного человека (в ушах наушники, глаза на что-то сфокусированы или закрыты, руки заняты или спрятаны, он весь «ушел в себя»), и в распространении болезней-отчуждений -обособление отдельной функции или клетки, органа человеческого организма и его самостоятельная (опасная для всего организма) работа. Это происходит при нарушении целостности организма. То есть в современном мире мы наблюдаем атоминизацию, дискретность не только внешних явлений и сущностей, но и их внутреннюю прерывность, дискретную независимость, нарушающую целостность и гармонию бытия. Это делает социоантропоморфность содержания познаваемого явным и обнаруживаемым.

Традиционно познание рассматривается как субъектно-объектное отношение и тесно связано с раздробленностью бытия и обусловлено им. Человек не может постигать бытие как таковое, в его целостности, нераз-деленности. Человек «схватывает» момент бытия или сущего как отдельное явление и пытается его познать, используя законы своего мышления и языка на определенном уровне своего исторического развития и развития социума. Это и проявляется в социоантропоморфизме познания. Человек, познавая различные аспекты бытия, пытается связать их в некое единство. Чаще всего вид и форма единства обусловлена особенностями господствующего типа общества и его устройства. Таким образом, собственно человеческие и социальные формы познания и понимания происходящего являются доминирующими, а возможно, и единственными, формами человеческого познания. Человек познает не только соразмерный ему мир, но и различные несоразмерные для него миры как определенным образом

устроенные миры через самого себя и свой социум, то есть человеческим способом, методом, по-другому не может. Поэтому социоантропоморфизм выступает не только как существенная и отличительная черта познания, но и как возможность и «естественная» граница человеческого познания, проявляющаяся в различных формах и видах.

На наш взгляд, наиболее ярко антропологическую сущность познания в связи с решением других вопросов философии выразил Протагор. Этот случай выступает характерным примером, выражающим вечность мудрости как познанной истины. Перефразируя его знаменитое выражение с учетом значимости общества (социума), можно сказать: «Общество с его человеком есть мера всех вещей: существующих, как (какими) они существуют, и несуществующих, что их нет». В этом и заключается смысл и значение социоантропоморфизма. Исторические формы агностицизма как осознание сомнительности или невозможности получения объективного знания о мире вне человеческого представления можно рассматривать как формы проявления социоантропоморфизма на определенных этапах развития человека и его социума. Социоантропоморфизм в агностицизме выступает как беспомощность и историческая ограниченность человека и его социума. Агностицизм в любых его формах показывает отчужденность человека от бытия и от собственного познания, раздробленность бытия для человека, невозможность постичь его целостность, конечность процесса познания.

Наиболее полно ограниченность человеческого познания как проявления антропоморфизма (значение общества в жизни человека и процессе познания было открыто марксизмом) через понятие «антиномии» раскрыл И. Кант в «Критике чистого разума». И. Кант через понятия априорных форм познания, агностицизма и антиномичную природу разума обнаружил антропоморфизм познания. Человеку свойственны априорные формы познания, через которые он познает мир как явленный и воспринятый определенным образом человеком, а не сам по себе, при этом разум человека приводит его к парным антиномиям, выбор между которыми невозможен для разума. Таким образом, И. Кант обосновал априоризм, агностицизм и антиномичность познания как неизбежные взаимосвязанные границы человеческого познания и его необходимые элементы и особенности. Тем самым И. Кант раскрыл антропоморфизм познания как его сущностную черту, хотя сам термин не использовал, так как решал другие задачи теории познания. В своем анализе форм и возможностей человеческого познания И. Кант не уделил внимания обществу как показателю уровня развития познания, то есть не раскрыл социоморфизма познания. Понимания влияния общественного развития на процесс познания и определения его возможностей и границ появится лишь с середины XIX века.

Другой аспект антиномичности познания как проявления антропоморфизма познания показал С. Булгаков. По мнению С. Булгакова, анти-

номичность мышления показывает принципиальную неадекватность человеческого мышления своему предмету. «Антиномия есть явный знак трансцендентности предмета мысли для мышления и вместе с тем крушение рассудочного гносеологического имманентизма... Полная трансцендентность предмета мышлению делала бы его вполне невозможным как объект мышления, или окончательно немыслимым; полная же его адекватность мышлению свидетельствовала бы о полной его имманентности» [1, с. 89]. С. Булгаков различает антиномию и противоречие, которое существует в двух формах: логическое и диалектическое. Антиномия - это осознанная неадекватность «мышления своему предмету или своим заданиям, она обнаруживает недостаточность сил человеческого разума, который на известной точке принужден останавливаться, ибо приходит к обрыву и пропасти, а вместе с тем не может не идти до этой точки» [1, с. 90]. То есть антиномия - это не особенность человеческого познания, как это было у И. Канта, а объективная граница человеческого познания, к которой человек идет, но преодолеть не может. Это как стена, которая вдруг возникает перед человеком и преодолеть которую невозможно.

Иное понимание социоантропоморфизма (на наш взгляд, отец Флоренский заменяет общественное на божественное, поэтому правильнее говорить, в терминологии П. Флоренского, - теоантропоморфизм) через понятие антиномичности раскрывает П. Флоренский. Понимая, что Истина не может быть достигнута человеком как существом греховным, вносящим в нее не то, что она есть сама по себе, а то, что есть человек в его представлении о себе, П. Флоренский различает две формы истины: Истина (с большой буквы) есть абсолютная богоданная истина, в которой форма и содержание совпадают; и истина (с маленькой буквы) как относительная, человеческая, которая есть «знание об Истине», в ней форма и содержание не совпадают, она показывает немощь человека. Человеческая истина находится в каком-либо соответствии с Истиной, являясь эмблемой, «символом Вечности». «Хотя в твари данная, однако, истина должна быть монограммою Божества. По-сю-сторонняя, она должна быть как бы не по-сю-сторонней. Красками условного она должна обрисовывать Безусловное. В хрупком сосуде человеческих слов должно содержаться присна несокрушимый Адамант Божества. Тварь мечется и кружится в бурных порывах Времени; истина же должна пребывать. Тварь рождается и умирает, и поколения сменяются поколениями; истина же должна быть нетленной. Человеки спорят между собой и возражают друг другу; истина же должна быть непререкаема и выше прекословий. Людские мнения меняются от страны к стране из году в год; истина же - везде и всегда одна, себе равная. Одним словом, истина - это то, во что верили повсюду, всегда, все, потому что только в действительности и в собственном смысле есть вселенское, что, как показывает само значение и смысл слова, сколько возможно вообще все обнимает» [2, с. 145]. Таким образом, по мнению П. Флорен-

ского, Истина не является результатом познавательного процесса человека, она не принадлежит этому миру, она посюстороння, трансцендентна, а потому абсолютно чужда человеческому миру. В этом смысле познание как процесс человеческий ничтожен и не нужен. Вопрос о содержании истины некорректен, содержание неподвластно человеку, ибо оно есть Истина, Богом данная. Законен лишь вопрос о рассудочном устройстве истины, о ее форме. Такой формой может выступать только догмат как антиномичное знание.

Любое знание существует в форме суждения, как правило, состоящего из субъекта ^) и предиката (Р). При этом они должны быть несколько различны. Суждение осуществляет синтез двойственности. Несмотря на различные виды суждений, они (формы мышления) не могут вместить в себя всей полноты жизни, ее изменчивости и непостоянства, поэтому любое суждение будет иметь возражения. «Рассудочная формула может быть истинной, тогда и только тогда, если она, так сказать, предусматривает все возражения на себя и отвечает на них» [2, с. 145-146]. Но чтобы это сделать, «...надо взять не их именно конкретно, а предел их. Отсюда следует, что истина есть такое суждение, которое содержит в себе и предел всех отменений его, и, иначе, истина есть суждение само-противоречивое» [2, с.147].

«Безусловность истины с формальной стороны в том и выражается, что она заранее подразумевает и принимает свое отрицание и отвечает на сомнение в своей истинности приятием в себя этого сомнения, и даже в его пределе. Истина потому и есть истина, что не боится никаких оспариваний; а не боится их потому, что сама говорит против себя более, чем может сказать какое угодно отрицание; но это само-отрицание свое истина сочетает с утверждением. Для рассудка истина есть противоречие, и это противоречие делается явным, лишь только истина получает словесную формулировку. Каждое из противоречащих предложений содержится в суждении истины и потому наличность каждого из них доказуема с одинаковой степенью убедительности, - с необходимостью. Тезис и антитезис вместе образуют выражение истины. Другими словами, истина есть антиномия и не может не быть таковою» [2, с. 147].

Причиной антиномичности истины является раздробленность бытия, которое порождено греховностью человека. Преодоление антиномичности на уровне рассудка невозможно. Это возможно в форме догматов. Догмат - это предельная идеальная граница, где снимается противоречие. Рассудочное положение без антиномии, выступающее как цельное, может считаться научным, но не догматическим. Оно не полно, потому и непротиворечиво. Только догмат содержит в себе противоречие, поэтому только догматическое познание антиномично с неизбежностью, а потому и истинно единственно. В догматическом познании нужно «верить, очищаться и

творить подвиг». Этого нет в науке, поэтому ее знание неполно, но целостно, ибо не антиномично.

Таким образом, П. Флоренский рассматривает антиномичность как сущностную характеристику не человеческого способа познания (И. Кант), не предела человеческого познания (С. Булгаков), а Истины как догмата, а не результата познавательного процесса. Истинность Истины определяется ее антиномичностью. Самопротиворечивость Истины есть внутреннее, имманентное ее свойство. Антиномичность есть проявление полноты Истины, не доступной человеческому познанию. Сложно согласиться с мнением П. Флоренского в оценке научного знания как целостного. Целостность предполагает и полноту. Поэтому если знание целостно, то оно и полно; если знание, не полное, то оно может быть единым, но не целостным. Это и прослеживается в науке. Научное знание неполно и не целостно, так как развивается.

На наш взгляд, антиномичность истины может указывать на возможную полноту знания (хотя, конечно, не форме догмата) и претендовать на освещение целостности бытия как такового, но реализовать целостность знания о бытии как отражения самого бытия с помощью антиномии невозможно или крайне сложно. Мы считаем, что реализация идеи целостности знания как отражения полноты бытия может быть осуществлена с помощью принципа дополнительности (комплементарности).

Одним из первых само понятие «антропоморфизм» использовал Л. Фейербах. Его позиция при анализе этого понятия уникальна и своеобразна. Л. Фейербах прямо не рассматривал значение социума в познавательном процессе. По его мнению, антропоморфизм познания приводит к появлению у человека сомнения, неверия и тесно связан со скептицизмом как формой агностицизма. Сомнение в сущности и существовании чего-либо или кого-либо делает объект сомнения нереальным, несущим. Антропоморфизм ведет к агностицизму. «Я могу сомневаться только в том, что я отделяю от своей сущности» [3, с. 39]. Выступая против антропоморфизма, Л. Фейербах, не осознавая того, наиболее полно, по нашему мнению, раскрывает сущность познавательного процесса как антропоморфного. Всякое знание есть самосознание (курсив - С.Е.) человека. «Человек сознает самого себя из предмета: сознание предмета есть самосознание человека. По предмету мы можем узнать человека, в нем проявляется его сущность: предмет представляет собой явленную сущность человека, его истинное, объективное «Я». Это относится не только к умственным, но и к чувственным предметам» [3, с. 27] . «Какой бы предмет мы ни познавали, мы познаем в нем нашу собственную сущность; что бы мы не осуществляли, мы в этом проявляем самих себя» [3, с. 27]. Это понимание антропоморфизма в нашем, авторском значении. Для Л. Фейербаха предмет - это человеческие представления, а познание через предмет есть познание человека самого себя и оно носит объективный характер. При таком подходе, «наука -

это сознание рода» [3, с. 24], а техника есть опредмеченная сущность человека. Можно сказать, что позиция Л.Фейербаха близка взглядам М. Хайдеггера, сущность техники не в ней самой, она есть сущность современного человека, сущность человека на определенном историческом этапе его развития. Для Л.Фейербаха различение предмета самого по себе и для меня (последнее и есть антропоморфизм по Фейербаху, который ведет к агностицизму) разрушительно для предмета каким бы он ни был. «Но если мое представление соответствует мерилу рода и, следовательно, абсолютно (научно - С. Е.), то различие между бытием в себе и бытием для меня отпадает. Мерило рода (наука - С.Е. Собственно в лице науки, Л.Фейербах и признает значимость социума в процессе познания - С.Е.) есть абсолютное мерило, закон и критерий человека» [3, с. 36]. Выступая против антропоморфизма, Л. Фейербах утверждает его как сущность объективного познания. Чтобы смягчить положение Л. Фейербах, анализируя субъект суждения и различные предикаты его (по отношению к Богу, но это истинно и по отношению к любому предмету), приходит к мысли, что «реальность предиката есть единственный залог существования.

Человек считает действительным то, что кажется ему истинным, потому что сначала ему кажется истинным (в противоположность вымышленному, грезам, воображаемому) только то, что действительно. Понятие бытия, существования есть первое первичное понятие истины» [3, с. 39]. Это положение Л. Фейербаха очень напоминает тезис Гегеля: «Все действительное - разумно (истинно), все разумное (истинное) - действительно». Л. Фейербах интересно толкует формальную логику Аристотеля. «Сущность субъекта выражается в его предикатах, предикаты - это истинность субъекта; субъект - это лишь персонифицированный, существующий предикат. Разница между субъектом и предикатом та же, что между существованием и существом. Отрицание предикатов есть поэтому отрицание субъекта» [3, с. 38]. У Аристотеля субъект истинен сам по себе, вне связи с предикатами, своими или не своими свойствами; предикат -свойство субъекта, которое может быть, а может и не быть. Существует отрицательная форма суждения. Таким образом, Л. Фейербах, критикуя антропоморфизм, понимает процесс познания как процесс самопознания человека через предмет, то есть как человеческий способ освоения и постижения действительности, как познание через формы присущие человеку, а от себя добавим и его социуму, то есть как социоантропоморфизм.

На наш взгляд, социоантропоморфизм и есть человеческое познание предмета через самого человека и его сообщество с использованием его возможностей, структуры и форм (морфизм). И познает человек предмет не таким, каким он есть сам по себе, а явленным (!!!), человеческим, раскрывающим сущность не предмета, а человеческого видения этого предмета, которое зависит от исторического уровня развития его социума. К. Ясперс, рассматривая мировую историю через схему с осевым временем,

говорит о том, с что человек «способен постигать только то, в чем мы узнаем самих себя» [4, с. 90-91], даже если поначалу оно кажется нам чуждым. В этом заключается суть «самой исторической экзистенции».

В 70-е годы XX века был предложен так называемый антропный принцип (АП). Интенсивные исследования вселенной и физических констант видимого мира породили вопрос о зависимости жизни на Земле от величин основных физических констант. Был установлен факт того, что если бы основные физические константы имели другое численное значение, то земная форма жизни была бы невозможна. В исследованиях вырисовывалась удивительная согласованность космического масштаба - Вселенная представала такой, какой мы ее наблюдаем. Это дало возможность, сформулировать антропный принцип, утверждающий, что именно человек (курсив - С.Е.) осуществляет функцию отбора возможных потенциальных вариантов вселенной в реализуемые, актуальные. Достаточно быстро возникли две версии антропного принципа: сильная и слабая. Их отличие заключается в «силе» утверждения, что наблюдаемое определяется самим наблюдателем. Так, в слабой версии антропного принципа - эта связь утверждается в вероятностном, достоверном варианте; в сильном - в необходимом. В последнее время возникла «сверхсильная» трактовка антропного принципа. «Процессы рождения и гибели субвселенных контролирует человек» [5, с. 72]. Автор данной трактовки, верно замечает, что закономерным (в рамках толкования современной наукой) является лишь то, что повторяется. Уникальное не может быть закономерным по определению. Из этого он делает вывод, что жизнь, разум, человечество и познание не уникальны, а закономерны, то есть повторяемы. Исчезнем мы (нынешнее человечество), появится другое подобное нам, и этот процесс бесконечен, ибо закономерен. Поэтому появление человека разумного, управляющего миром (сегодняшний сценарий развития человечества с его глобальными и прочими проблемами) является естественным и закономерным. На наш взгляд, в данной трактовке антропного принципа наиболее наглядно продемонстрирована идея и «тяга» человека к гармонии с космосом, Вселенной, к ощущению и достижению целостности мироздания и бытия. Антропный принцип можно рассматривать как современную форму синтеза мифа о божественном величии человека и целостности мира и бытия.

В любых своих разновидностях антропный утверждает принцип, с одной стороны, принципиальную познаваемость классического мира, а с другой, принципиальную непознаваемость инаковых миров (агностицизм кантовского типа). Сущность такого познавательного процесса наиболее полно раскрывается через понятие социоантропоморфизм. Человек познает мир и сущее исходя из самого себя (законы человеческого языка и мышления) и своего окружения (социума как историческую форму человека). Наличие в познании этого принципа позволяет говорить об априорном характере человеческого знания о классическом мире. Можно сказать, что

антропный принцип, вводимый в философию науки и техники и применимый к их современному этапу развития, воспроизводит в себе в иной форме и другими словами кантовскую теорию априорных форм познания, основной формой такого априоризма выступает технология. Антропный принцип фиксирует идею о том, что человек-наблюдатель выступает в роли конструктора реальности, приводимый в движение требованиями биологической эволюции.

По своей глубинной сущности антропный принцип является современной формой проявления социоантропоморфизма познавательного процесса и явной манифестацией протагоровского тезиса «Человек есть мера всех вещей».

Таким образом, социоантропоморфизм познания раскрывает истинное содержание и направленность процесса познания, выступает «естественной» границей человеческого познания и реализуется в различных формах и видах. Наиболее ярко социоантропоморфизм проявляется в концепциях агностицизма, в теории априоризма, в трактовках понятий «анти-номичность» и «антропный принцип».

Список литературы

1. Булгаков С.Н. Свет невечерний. М.: Республика, 1994. 415 с.

2. Флоренский П.А. Столп и утверждение истины. Т.1. Ч.1. М.: Правда, 1990. 489с.

3. Фейербах Л. Сочинения. Т.2. М.:Наука, 1995. 424 с.

4. Ясперс К. Смысл и назначение истории. М.: Республика, 1994. 527с.

5. Гивишвили Г.В. Темная энергия и «сверхсильный» антропный принцип.// Вопросы философии. № 5. 2008. С. 72-78.

Солина Елена Михайловна, канд. филос. наук, доц., elenasolina@yandex.ru, Россия, Нижний Новгород, НФ УРАО.

SOCIOANTHROPOMORPHISM OF THE KNO WLEDGE

E.M. Solina

The article is devoted to the disclosure of concepts as socioanthropomorphism the essential characteristics of human knowledge. Socioanthropomorphism determines the content and direction of the process of learning, serving a "natural" boundary of human knowledge in various forms and guises. The article considers the main historical forms of socioanthropomorphism: agnosticism, antinomy, a priori and the anthropic principle.

Key words: socioanthropomorphism, agnosticism, antinomy, a priori, the anthropic principle, knowledge.

Solina Elena Michailovna, candidate of philosophical science, docent, elenasoli-na@yandex.ru, Russia, Nigniy Novgorod.