"Мама Льюиса не хочет его матча-реванша со мной"

Завтра определится официальный претендент на звание чемпиона мира по боксу в супертяжелом весе среди профессионалов по версии Всемирного боксерского совета (WBC) — одной из самых престижных в мире. За два дня до боя фаворит матча — украинский боксер ВИТАЛИЙ КЛИЧКО — дал эксклюзивное интервью специальному корреспонденту Ъ ВЛАДИМИРУ Ъ-ГЕНДЛИНУ-младшему.
       — Виталий, давайте порассуждаем о перспективах, которые откроются перед вами в случае победы над Кирком Джонсоном.
       — Я против того, чтобы рассуждать о вещах, которые еще не состоялись.
       — Хорошо. Тогда давайте представим, что вы спортивный аналитик, рассуждающий о перспективах некоего Виталия Кличко и его шансах против некоего Кирка Джонсона. Если Кличко побеждает Джонсона, каковы шансы Кличко на завоевание чемпионского пояса?
       — Все зависит от намерений действующего чемпиона Леннокса Льюиса — собирается он драться за свой пояс или уйдет на отдых. Я разве не рассказывал о своей последней встрече с Льюисом? Было так. Он пригласил меня к себе в Лондон на переговоры. Мы приехали туда вместе с моим промоутером Клаусом Петером Колем. Льюис сказал Колю: "Вас я не приглашал". После чего провел меня в свой кабинет. Там, к своему удивлению, я обнаружил маму Леннокса. Льюис сказал: "Все нормально", и мы начали беседу. Прежде всего Леннокс выразил удивление по поводу того, как быстро зажила моя бровь,— до этого он ставил условием для матча-реванша личный контроль за тем, насколько быстро я смогу залечить свои травмы, полученные в бою с ним. В ходе беседы я прямо его спросил: "Ты вообще собираешься драться?" И знаешь, что он мне ответил? "А как бы ты поступил на моем месте?"
       — То есть Льюис спрашивал у тебя совета?!
       — Именно. Причем у меня создалось впечатление, что на его мнение огромное влияние оказывает его мама. Мне показалось, что его мама была сильно против того, чтобы он устраивал со мной матч-реванш.
       — Мне кажется, что у Льюиса нет особой мотивации для боя с вами. В том бою он выглядел не слишком убедительно. И вообще, похоже, ему стало трудно поддерживать спортивную форму. Кроме того, он уже заработал достаточно денег на боксе — более $150 млн...
       — Много денег не бывает, и кто откажется от лишнего заработка? Кроме того, Льюис очень амбициозный человек, и он способен пойти в бой, даже если это не имеет особого смысла.
       — Хорошо, а что случится, если Леннокс Льюис все-таки уйдет на отдых, как это многие предсказывают?
       — Тогда получается очень интересная ситуация. Вторым номером в рейтинге WBC стоит Корри Сандерс. А с ним у меня личные счеты — он нокаутировал моего брата.
       — Ваша мотивация понятна: впереди маячит чемпионский пояс плюс месть за брата. А что можно сказать о мотивации Кирка Джонсона?
       — Он тоже бьется за чемпионский пояс. Кроме того, у него нет ни одного поражения, если не считать дисквалификации в бою против чемпиона мира Джона Руиса за удар ниже пояса.
       — Насколько хорош Кирк Джонсон?
       — Он правша, очень подвижен, хорошо работает корпусом, сильно бьет, длина его рук больше, чем у меня.
       — В чем заключается ваша подготовка к бою с ним?
       — Это как в шахматах — все начинается задолго до боя. Впереди идет анализ. Каждый ищет противоядие от сильных сторон своего противника. Кирк Джонсон сейчас делает то же самое. В боксе часто все зависит от очень многих факторов, и нужно быть к ним готовым.
       — Хорошо, тогда в чем заключается ваша тактика в бою с Кирком Джонсоном? Если шире — в чем твои сильные и слабые стороны?
       — О тактике и стратегии говорить не буду. О сильных своих качествах говорить не хочу, чтобы не хвастаться, а о слабых — чтобы другие не смогли ими воспользоваться. На самом деле, для анализа любого боксера достаточно взять срез его рекорда — сколько боев закончил нокаутом, в каком раунде, каким ударом и т. д.
       — Вы следите за мнениями спортивных аналитиков, которые уже сейчас предсказывают исход боя?
       — Мнения аналитиков меня не волнуют — они слишком часто ошибались. Сначала про меня говорили, что я не боец, затем, после боя с Льюисом, резко повернули мнение, как флюгеры. Если самих аналитиков грызут сомнения, то как им можно доверять?
       — Как выглядит ваша подготовка к матчу?
       — Подготовка всегда одинакова. Это обычно восемь-девять недель, максимум десять-одиннадцать. Она разбивается на четыре фазы. Первая — работа с металлом, отяжелениями. Вторая — кондиционная подготовка, на выносливость. Дальше идет специальная подготовка — спарринги, лапы. Последняя фаза — самая важная — психологическая подготовка, она занимает последнюю неделю. Это восстановление после тренировок, полный отдых, во время которого снимается утомление. Это важно потому, что даже у великих боксеров в таких ситуациях бывал психологический срыв.
       — И что вы делаете во время такой подготовки?
       — Когда-нибудь я напишу об этом книгу. Представьте себе пекаря, выпекающего булочки: чуть недодержал — и они сырые, чуть передержал — и они перегорели. Подробнее говорить рано.
       — Вы полностью выполнили свой тренировочный план?
       — На последних спаррингах все задачи были выполнены успешно. Это показал анализ видеозаписей боев. Спарринг-партнеры были выбраны с учетом данных моего противника — это Корри Шабалала, Фернели Фелиз, Боло Уилз.
       — В какую сумму обходятся спарринг-партнеры?
       — Каждый получает отдельно за каждый выход на ринг. В сумме выходит по нескольку тысяч долларов в неделю.
       — Вы удовлетворены их качеством?
       — Почти на сто процентов.
       — Сильно им от вас достается? За неделю ваших спаррингов я видел два нокаута.
       — Знаете, когда мы только приехали в Германию после любительского бокса, то наш промоутер Коль просто плакал от отчаяния — мы привыкли, что в сборной спарринг означает отборочный матч, и выкладывались на полную катушку, поэтому спарринг-партнеры долго не держались. Потом поняли, что у профессионалов спарринг — обычная тренировка. Но вот Володя их зачем-то все время валит. Я считаю, это неправильно. Если он будет тебя бояться, то будет сковываться и не сможет в полной мере выполнять свои задачи.
       — Может, стоит брать более сильных бойцов?
       — Так тоже не получается. Если он тебе равен по силам, то не пойдет в спарринг-партнеры, ведь он твой конкурент. Но даже если попадается партнер, с которым ты работаешь "кость в кость", это не идет на пользу тебе. Начинается рубка, ты не можешь отрабатывать поставленные задачи, и за месяц спаррингов ты уже измотан. Так что партнер должен быть чуть слабее тебя — тогда в реальном бою тебе нужно лишь включить скорость и реализовать те наработки, которые отшлифованы с партнером.
       — Какой ваш оптимальный боевой вес?
       — Все зависит от противника. Если противник легче и быстрее тебя, то надо чуть снижать вес. Если более тяжелый — надо набирать вес. Но в среднем боевой вес — 110-112 килограммов.
       — У вас были серьезные травмы. Они больше не беспокоят?
       — В 2000 году во время боя с Крисом Бердом я порвал связку плеча. Через год — связку колена. С этими травмами приходится договариваться — просто больше нагружаешь определенные мышцы, чтобы нарабатывался мышечный каркас и снижалась нагрузка на связку.
       — Перед боями у профессионалов берут проверку на допинг?
       — Конечно. Вот смотри. Видишь эти бутылки? В бывшей ГДР были сильные специалисты в спортивной медицине, и сейчас они продолжают работать на конкретных спортсменов. Здесь написано: "Изготовлено для Виталия Кличко". Это набор витаминов, который не имеет никакого отношения к допингу. Никакое питание не способно восстановить витаминный баланс во время таких тренировок — за время подготовки я пробежал более 150 километров, провел более 100 раундов в спаррингах и каждый день терял по четыре литра жидкости, то есть более 270 литров за девять недель. От таких нагрузок резко снижается иммунитет, который приходится поддерживать специальными витаминными комплексами.
       — Как вам новый тренер Владимира — Фредди Роуч? Его выбор оправдан?
       — Фредди очень хороший тренер. Представь, что спортсмен — это кусок глины. Не может хороший скульптор вылепить шедевр из плохой глины. Но плохой скульптор тоже не вылепит шедевр даже из хорошей глины.
       — Как складываются отношения Фредди Роуча с Фрицем Здунеком?
       — У них нормальное взаимопонимание. Хотя каждый чувствует, что есть конкуренция, некая ревность. Но во вред это не идет, только на пользу.
       — Что вы думаете о перспективах боксеров из бывшего СССР? Насколько они конкурентоспособны?
       — С развитием рынка в странах бывшего СССР я прогнозирую мощную экспансию местных боксеров на мировой рынок. Сейчас их количество и качество набирает критическую массу. Компания Universum Box Promotion, самая крупная в Европе, получает самую мощную и амбициозную подпитку именно от боксеров из бывшего СССР.
       — Звезды рано или поздно гаснут. Одновременно с исторической победой филиппинца Мэнни Пакияо над Марко Антонио Баррерой на тех же Филиппинах произошло другое, мало кем замеченное событие — погиб на ринге испанец Химей. К слову, страховые компании неохотно страхуют боксеров, не существует и фондов для поддержки боксеров-инвалидов. Нормальна ли такая ситуация?
       — Это действительно серьезная проблема. Давай вспомним звезд последнего десятилетия. Да, Тайсон написал историю бокса — хорошая или плохая, но она состоялась. Но лишь единицы из спортсменов могут похвастать таким результатом, как у Вячеслава Фетисова или Арнольда Шварценеггера, остальные в основной массе заканчивают свою карьеру падением в бездну, неизвестность. И все же спортивная жизнь — это наркотик. Когда ты в хорошей форме, то организм работает как часы. Когда перестаешь тренироваться — жизнь ломается.
ВЛАДИМИР Ъ-ГЕНДЛИН