"В чем-то наши убеждения совпадают с действующей властью"

Лидер ЛДПР — не единственный современный политик, прославившийся скандальными заявлениями, однако к нему в мире прислушиваются чаще, чем к остальным. Считается, что он говорит то, что хочет, но не может сказать Кремль. На этот раз Владимир Жириновский предложил новую формулу продвижения России на юг, совмещенную с дружбой с США, но не обошел своим вниманием Украину, Кубу и Восточную Европу.

"Восточная Европа превратилась в главного антироссийского агрессора, мешая Западной Европе выстраивать нормальные отношения с нами"

Статус лидера старейшей российской партии позволяет вам говорить то, что не могут ни Кремль, ни Смоленская набережная. Роль теневого министра иностранных дел — это призвание или необходимость? Согласуете ли вы свои инициативы с администрацией президента и МИДом?

Я занимаюсь международными делами уже 50 лет. Я изучал Восток в МГУ, потом служил в Грузии в Закавказском военном округе в политическом управлении, я входил в состав российской делегации на Межпарламентской ассамблее Совета Европы. Богатейший опыт международных отношений. И конечно, благодаря этому какие-то вещи я могу удачно прогнозировать.

Например, по Украине. Мы пытались остановить парламент при ратификации договора "О дружбе" в 1998 году, уговаривали не ратифицировать Харьковские соглашения с Украиной в 2010 году. Но большинство голосов у "Единой России", а коммунисты и "Справедливая Россия" нас не поддержали. И какие у нас теперь отношения с Украиной? Кто был прав, когда предупреждал о будущих проблемах?

В 1990-е годы мы пытались внести свою лепту в отношения между Россией и Турцией, пытались остановить ратификацию ряда финансовых соглашений, чтобы не накачивать турецкую экономику, потому что это для нас опасно. Но не понимала нас Госдума, а большинства у нас не было.

Перейти от модели международных отношений Восток--Запад, при которых у нас постоянно были конфликты, к отношениям Север--Юг

Или сейчас у всех на слуху возвращение Крыма — это событие вызывает гордость у большинства граждан России. А ЛДПР — единственная парламентская партия в стране, которая не просто присоединилась ко всеобщему ликованию, а добивалась этого совершения с первых дней распада СССР. Коммунисты ни разу за 23 года в Госдуме не озвучили этого требования из солидарности с украинской Компартией. А правящая партия, как бы она ни называлась в разные годы, все это время создавала миф о дружбе с Украиной, оправдывая этим любые колоссальные, но бесполезные расходы на ее экономику. Это сейчас они кричат, что Крым наш, а долгие годы после распада СССР эта тема была табу для власти. А мы никогда не скрывали, что выступаем за возвращение полуострова. С 1992 года это часть программы ЛДПР.

Конечно, в чем-то наши убеждения совпадают с действующей властью, и это нормально. Мы же не можем во всем быть против. Поэтому, если я что-то говорю, а вскоре так происходит, это не значит, что я озвучиваю мнение в чьих-то интересах, это значит, что наши взгляды совпали, это значит, я смог дать грамотный прогноз, который сбылся.

Вы являетесь последовательным антизападником. Есть ли, на ваш взгляд, треки, по которым Россия, США и Европа могут сотрудничать, или поворот на Восток означает отворот от Запада?

Еще в 1996 году к нам в Госдуму приезжал тогдашний министр обороны США Уильям Перри, и тогда я ему сказал о том, что мы понимаем, что США хотят оставаться великой державой, мощной, сильной, культурной, богатой. Но ведь и Россия тоже хочет быть такой. И мы вполне можем найти вариант, при котором друг другу мешать не будем. Этот вариант заключается в том, чтобы перейти от модели международных отношений Восток--Запад, при которых у нас постоянно были конфликты, к отношениям Север--Юг. Россия могла бы уменьшить свою активность в Латинской Америке, где сейчас мы поддерживаем левые режимы. Они рушатся, а потом новые возникают, но наша поддержка неизменна. Все это раздражает США, а нам мешает сосредоточиться на другом географическом объекте. То есть оставить американский континент целиком США.

Вся Африка была колониями Европы. И Британия, и Франция, и Италия, и Германия — пусть они Африкой занимаются, там очень много проблем. Япония с Китаем пусть занимаются Юго-Восточной Азией. А Россия сосредоточится на своем южном направлении: на Турции, Иране, Сирии, Ираке, Афганистане.

Я об этом много раз уже говорил, впервые изложив эту концепцию в 1991 году, когда выступал в Кремле перед выдвижением на должность президента РСФСР. А про союз с Турцией и Ираном в 2006 году мы говорили, когда ко мне турецкая делегация приезжала. Тогда никто в это поверить не мог, а теперь это официальная линия Кремля — сближение с Ираном, Турцией, вообще выдерживание линии на юг.

И вот если бы мы придерживались такой модели, все международные отношения были бы более гармоничны, спокойны, выгодны с экономической точки зрения, с точки зрения борьбы с террором. Если бы мы пошли по этому пути 20 лет назад, не было бы бен Ладена, не было бы талибов, не было "Аль-Каиды", не было бы ИГ, не было бы террористов в Европе. И наши страны гораздо меньше денег истратили на это противостояние.

А вместо этого мы наблюдаем очередное обострение отношений. Восточная Европа превратилась в главного антироссийского агрессора, мешая Западной Европе выстраивать нормальные отношения с нами. Восточная Европа сегодня провоцирует ухудшение положения в мире, а это значит новые-новые расходы, прежде всего для Евросоюза, который получил не нормальных союзников, а иждивенцев.

"Это будет вместе с СНГ 500 млн человек"

Много лет подряд вы говорили о том, что Крым принадлежит России. После того как он стал принадлежать ей и формально, стало ли положение России более безопасным и устойчивым в мире?

На самом деле да, хотя некоторые радикальные оппозиционеры постоянно кричат: мол, возвращение Крыма поссорило нас со всем миром. Не поссорило! Просто у наших оппонентов возник формальный повод сделать то, что они уже давно сделать мечтали — да и сделали бы. А теперь многие из них стремятся уже "отыграть назад", не потеряв лица. Депутат Госдумы от ЛДПР, заместитель руководителя делегации Госдумы в ПАСЕ Леонид Слуцкий уже привозил французских депутатов в Крым. И в Европе, и в США раздаются голоса, все чаще, с требованием официально признать Крым российским.

Надо просто немного подождать. Истерика уляжется, останутся прагматические соображения, которые не менялись, которые никак с Крымом не связаны. А если эти соображения и меняются, то как раз в лучшую для России сторону. Во всем мире растет понимание: без России не победить террористов, без России мировая экономика многое теряет, нашим углеводородам нет альтернативы.

Да, на Россию давно хотели надавить. Попытались. Не вышло. Теперь начнут дружить. Возможно, Трамп, если станет президентом США, сделает большой шаг навстречу. Ведь основная идея Трампа — сосредоточить деятельность США на американском континенте, уйти из Евразии. Так ведь и я, например, предлагаю России сосредоточиться на Ближнем Востоке и уйти из Латинской Америки. Я это уже сказал.

Так что вопрос даже не в том, что ситуация заставит Запад "простить" нам Крым. Крым, повторяю, был лишь поводом для наскока. Наскока, который не удался. И эту неудачу уже осознали все наши оппоненты, которые достаточно скоро, я уверен, превратятся в партнеров.

Периодически вы предсказываете Донбассу судьбу Приднестровья. Разве есть в регионе сила, подобная 14-й армии, и лидер, похожий на Александра Лебедя, способные сыграть роль модератора конфликта и в конечном счете умиротворителя?

Дело не в этом. Вопрос в приобретении статуса территории. Вот Крым, его защитили наши военные силы, там прошел открытый референдум, и абсолютное большинство согласилось войти в состав России. Все произошло быстро, вообще без крови. Теперь это Россия, мы развиваем там инфраструктуру, улучшаем жизнь людей, уже подсоединили полуостров к нашим энергосетям через Керченский пролив, проводим туда мост — это вообще историческая мечта для крымчан. И рано или поздно Крым в составе России признают во всем мире. Вот недавно наш депутат от ЛДПР Леонид Слуцкий возил туда делегацию французских парламентариев, они все там посмотрели и, приехав обратно, в один голос говорят о необходимости признать принадлежность полуострова России.

С Донбассом ошибка была в том, что не стали действовать по тому же сценарию, что с Крымом. Против нас все равно уже ввели санкции, больше и вводить было нечего. А если бы над всеми регионами юго-востока Украины развевался русский флаг — никаких бы вопросов, какой статус, не было бы. А так мы получили мятежный кусочек Донбасса, даже не всю Донецкую и Луганскую области. И нет понимания, как с ними быть теперь. То же самое и с Приднестровьем.

В перспективе может быть образован союз России, Турции, Ирана, Сирии и Ирака — Сирии и Ирака, когда закончится война

Мы, конечно, таким образом отодвигаем НАТО подальше от границ, от Крыма отодвинули. Но можно было сделать лучше, но это уже зависит от каких-то событий и от решений.

Здесь, конечно, еще наши специалисты по внешним делам, разведка не очень сработали. Кругом русские на Украине, но они не смогли найти нормальных наших сторонников там. Тут дело в том, что при Ельцине на Украине вообще никакую работу не вели, ничего не делали, чтобы там появились пророссийские силы, политические партии. Надо было подготовить людей. Вот почему поляки готовят боевиков для киевских карателей, а мы почему не могли в Белгороде подготовить людей, которые выступят за присоединение к России? Харьков всего в 80 км от Белгорода, туда могли приезжать учиться. Но не сделали: слабо наш посол там работал.

В марте на фоне кризиса российско-турецких отношений вы говорили о том, что "Турции — конец". В июне началось восстановление отношений России и Турции после извинений Эрдогана. Теперь "Турции — начало"?

Турция рвется в Европу уже 500 лет с момента взятия Константинополя, но Запад ее не воспринимает. Уже более 50 лет не хотят принимать Турцию в ЕС, и вообще, чтобы она была там полноправным членом.

Поэтому сейчас Эрдоган может развернуть Турцию на север, чтобы дружить с Россией и все связи в основном устанавливать с Россией. Экономические, торговые, военные и т. д. Тогда в перспективе может быть образован союз России, Турции, Ирана, Сирии и Ирака — Сирии и Ирака, когда закончится война. Это будет вместе с СНГ 500 млн человек. Огромное объединение типа ЕС, но более надежное.

И Турция сразу решает пять вопросов. Стихает армянский вопрос, курдский вопрос, стихает проблема пантюркизма, панисламизма, и возникают надежные экономические отношения, которые могут выйти на уровень 100-$200 млрд в год. Мы у них все можем купить, что они производят, и они у нас могут купить все, что производим мы. Мы не собираемся помогать никому, как это было во времена СССР, но на взаимовыгодной основе вот такой союз возможен.

То же самое Иран. Вместе с Турцией они сейчас как бы неприкаянные, никому не нужные, они не играют самостоятельной игры в мировом оркестре, а вместе с нами это получится уже совсем другая игра — они сразу резко поднимутся вверх.

И в этом случае Иран сможет руководить шиитской частью мусульманского мира — они у него все соседи почти: Афганистан, Азербайджан, Йемен, Сирия, Ливан. А Турция может быть во главе суннитской части исламского мира. То есть они разделят эти функции и не будут враждовать друг с другом.

"Многие территории современных государств там — это историческая русская земля"

Ваша риторика постоянно включает слова о защите русских, в том числе за пределами России. Как это возможно в суверенных государствах?

Мы исходим из того, что русские не просто так оказались в странах СНГ, Прибалтики, на Украине. Все это территории бывшей Российской Империи, причем не захваченные, а в разное время переданные нам после неудачной попытки напасть на Россию. Никакой самостоятельной государственности там в большинстве случаев не было.

К примеру, Украина — это полностью искусственное образование. Это даже научно можно объяснить. Какие есть признаки самостоятельного государства? Своя территория, свой язык, гражданство, народ. Само по себе слово "украина" означает "окраина", то есть край земли русской. Никакой самостоятельной государственности там никогда вообще не было: административную границу Украины создали большевики, а до этого там были русские губернии. Украинский язык искусственный — это смесь русского и польского, его разработкой занимался в Австрии академик Михаил Грушевский, это достоверный факт. Население там русское, превращенное в "украинцев" большевиками в годы проведения политики коренизации. Даже территория современной Украины — это сплошной конструктор. Львов — это польский город. Свои претензии к Украине по территориям могут предъявить чехи, румыны, венгры, поляки и оспорить права на Галицию, Северную Буковину, Закарпатье. Все юго-восточные области этой страны, Новороссия — это подарки советских вождей: от Ленина до Хрущева. Реальная Украина — это Киев и несколько окрестных регионов вроде Житомира и Винницы.

Точно так же и на Кавказе, в Средней Азии, в Прибалтике: многие территории современных государств там — это историческая русская земля.

Мы не говорим, что нужно там воевать из-за этого. Но мы требуем соблюдать права русского населения и оставляем за собой право защищать их дипломатическими, экономическими методами в случае притеснений. Кроме того, мы полагаем, что всем этим народам было бы выгоднее жить в составе России, как это было до революции 1917 года. Поэтому если они согласятся с этим, добровольно решат — мы бы это поддержали.

Ваша книга "Последний бросок на юг" сама себя презентует как "политическую классику", предостерегающую от новой мировой войны и войн на южных рубежах России. В то же время операцию российских ВКС в Сирии вы поддержали. Следует ли усиливать наше присутствие в САР наземной группой? Если да, не станет ли Сирия новым Афганистаном?

Для нас война в Сирии — это не просто политический проект. Наша задача удержать как можно дальше от границ войну, террористическое подполье. Лучше приложить усилия сейчас и уничтожить ИГ в далекой Сирии, чем дождаться, пока боевики, идеологи террора, вербовщики начнут проникать с Ближнего Востока в нашу Среднюю Азию: Узбекистан, Казахстан, Киргизию. Это уже будет подполье в нашем южном "подбрюшье", и придется бомбить уже не пустыню, а города соседних государств, где в том числе живут русские. Зачем до этого доводить, когда можно поставить точку в Сирии.

Наши бомбардировки уже дали ощутимый результат, правительственная армия Сирии благодаря этому уже много территорий освободила, ведь уже под Дамаском армия ИГ стояла, а теперь ее все больше вглубь загоняют. Уже под вопросом, удержат ли боевики Алеппо, Ракку: их каждый день там теснят.

Кроме того, операция в Сирии — это возможность для тренировки нашей армии. Это и бомбардировки, и работа дальней авиации, отработка взаимодействия разведки и ВКС, работа наземных служб, запуски баллистических ракет.

Если приводить исторические аналогии с Афганистаном, то нашей главной ошибкой был тогда как раз вывод войск. Ведь именно там зародилось все это экстремистское подполье, "Аль-Каида", Осама бен Ладен, многие будущие лидеры боевиков. Нужно было тогда еще и в Пакистан зайти, где эти боевики находили подпитку. Уничтожить все это на корню. А то получилось, что мы десять лет воевали, погибли сотни тысяч русских парней, а в итоге никакого эффекта не добились. Повторить это в Сирии нельзя, нужно все до конца довести.

"А всяких "друзей" Россия все еще продолжает подкармливать, с советских времен кормим "страны-дармоеды""

Вы предлагали восстановить Шелковый путь для включения России в транзиты из КНР. Но сейчас северный коридор — через территорию России — не рассматривается Китаем как приоритетный. Как мы можем составить конкуренцию нашим южным соседям, особенно с учетом того, что морские перевозки в разы дешевле сухопутных?

Пока что конкуренцию не можем составить, потому что нет инфраструктуры для перевозок. Опять же мы об этом говорим уже 20 лет: пора сделать нашу экономику транспортной, потому что наша огромная территория — это наше главное конкурентное преимущество, мы соединяем Европу с Азией, а это колоссальные объемы поставок различных товаров каждый день, оборот на сотни миллиардов долларов.

Газ, нефть, хлеб, продовольствие везде есть, химия есть, а территории — это историческое наследие, и такого, как у нас, нет ни у кого больше в мире.

Вы говорите: Китай не рассматривает Россию как возможный маршрут. Ну и где пройдет весь их Шелковый путь? Сплошные мелкие южные государства, многие из которых подвержены террору. Каждый день могут перерезать любую часть этого Шелкового пути. А через Россию — это 11 тыс. абсолютно безопасных километров пути по территории одного государства без единой границы.

Академик Глушков еще в 1985 году в Москве Горбачеву докладывал о своем конструкторском решении — вакуумном транспорте

И в этом проекте заинтересована вся Европа. Немцы предлагают нашу широкую колею довести до Гамбурга, до Антверпена, чтобы гнать грузы через Россию. Мы целую экономику можем построить только на одном транспорте.

Но пока к ЛДПР в этом вопросе не прислушиваются, а китайцы уже делают свой аналог. И посмотрите, ведь они полвека назад еще на ишачках ездили, ничего не было у них в 1949 году. Но СССР поднял этот колосс, создал им всю тяжелую промышленность, все-все, а теперь уже они нам проектируют скоростную магистраль Петербург--Москва--Нижний Новгород--Казань. У них по территории поезда ходят со скоростью 600 км/ч! А у нас "Сапсаны" жалкие 160 км/ч еле развивают.

Никогда у нас к транспорту всерьез не относились. Хороший пример — вакуумный транспорт. Сейчас эту идею в США осваивают, считают это своим передовым изобретением. Обещают, что в вакуумной трубе вагон будет идти со скоростью 1200 км/ч.

Но у нас академик Глушков еще в 1985 году в Москве Горбачеву докладывал о своем конструкторском решении — тоже вакуумном транспорте, который точно так же по трубе может двигаться с колоссальными скоростями! Прошло 30 лет, но ничего в этом направлении не сделано! А мы у китайцев покупаем поезда и технологии. Это позор!

Насколько ваши внешнеполитические инициативы учитываются при разработке важнейших документов — концепции внешней политики и национальной безопасности?

Учитываются, хоть и с большой задержкой. К сожалению, чаще по принципу "не было бы счастья, да несчастье помогло". Мы с самого начала говорили: не надо дружить с Украиной, надо выстраивать прагматические отношения. А здравый смысл требовал: никаких договоров "О дружбе", никакого признания границ! Что ж, вот только сейчас наконец начинают уже переходить к идее, что Украина — не государство в полноценном смысле, а просто некая территория.

С Крымом то же самое. Дождались Майдана, катастрофы на Украине — только тогда признали очевидное: Крым — часть России. И разворот на юг сейчас происходит, потому что возник конфликт с Западом. Запад показал свое истинное отношение к России. То, которое всегда было. Это объективно: Запад — наш оппонент. Зачем было ждать? Неужели с самого начала не было понятно, что к чему?

А всяких "друзей" Россия все еще продолжает подкармливать, с советских времен кормим "страны-дармоеды". Зачем простили долги Кубе? Огромные долги. А потом заявляют: денег нет, а вы тут держитесь. Деньги есть! Просто не надо их отдавать кому попало. Куба сейчас рвется в объятия США. Это закономерно. Это очевидно. США больше дадут. Так зачем было прощать долг?

Я уверен, когда Куба вдруг разразится разными антироссийскими заявлениями, когда подпишет какой-нибудь договор о дружбе и военном сотрудничестве с США, когда опять станет всеамериканским борделем, как до Кастро,— тогда у нас призадумаются над этой негодной политикой "покупки лояльности". Довольно скоро это произойдет.

Но, повторяю, зачем ждать?