Современные игровые парки

Современные игровые парки

Павел Ковшаров

основатель и сео сети детских парков Zamania

Антонина Цицулина:

Добрый вечер, коллеги! Это программа «Да - Игра!», еженедельно, в среду вечером мы с вами встречаемся и говорим о рынке детских товаров, развлечениях, детских играх и игрушках. В студии у нас гости, которыми я всегда очень горжусь, это, как правило, лидеры рынка либо зачинатели нового того, что происходит у нас. Сегодня пригласила Павла Ковшарова, основателя детских активити-парков «Zамания». Добрый вечер!

Павел Ковшаров:

Добрый вечер, спасибо, что пригласили.

Антонина Цицулина:

Мы сидели и думали, как нам поговорить о теме нового досуга наших семей, имеющих детей, о том, как нам поговорить о новых бизнесах, потому что Павел ведет свой блог, он востребованный спикер, очень много говорит и пишет. Об этом говорить не будем. Но по состоянию на сегодня кто ещё не знает, то парки, сколько сейчас в активе парков «Zамания»?

Павел Ковшаров:

Сегодня должен был открыться 14-й, я думаю, что мы всё-таки его завтра откроем.

Антонина Цицулина:

14 парков в планах на 19-й год.

Павел Ковшаров:

В этом году мы ещё два открываем, у нас как обычно, как у любого студента, в конце года это всё происходит, поэтому нас будет в конце года 16, на следующий год мы хотим ещё 10 открыть. Но там немножко другая будет история, расскажу.

Антонина Цицулина:

И в том числе, я так понимаю, по франшизе.

Павел Ковшаров:

Да, следующий год только по франшизе будут парки открываться, у нас уже подписано 4 из 10.

Антонина Цицулина:

Мы об этом обязательно поговорим. Я так понимаю, этому проекту, которым вы занимаетесь, ему три года.

Павел Ковшаров:

Совершенно точно, да.

Антонина Цицулина:

Общая информация есть. Есть следующий вопрос, который задаю абсолютно всем нашим спикерам. А маленький Павел Ковшаров, какая его была любимая игрушка, во что он любил играть в детстве?

Павел Ковшаров:

Я не помню, как она называется, знаете, такая была игрушка, нужно было управлять машинкой, которая ездила, такая магнитная машинка, которая ездила по кругу и нужно было управлять, объезжать препятствия.

Антонина Цицулина:

«За рулём», если не ошибаюсь.

Павел Ковшаров:

Да, она у меня в кладовке стояла, ключ был у папы, я могу только по вечерам поиграть в эту игрушку. Не помню, по какой причине она у нас не стояла дома.

Антонина Цицулина:

Запретный плод сладок. Да, это интересно, закрывать игрушку, что, настолько зависали?

Павел Ковшаров:

Я помню, что она мне доставляла супер-удовольствие, хотя, казалось бы, магнитик бегает по кругу, это очень круто.

Антонина Цицулина:

Вы знаете, она до сих пор производится и продаётся.

Павел Ковшаров:

Да вы что!

Антонина Цицулина:

Да. Странно, а есть ли у вас в ваших парках такая большая машинка, которая бегает по кругу, дети могут ей управлять?

Павел Ковшаров:

Нет, такой нет. Есть просто машинки, причём не электрические, а знаете, которые бегунки такие, и они прямо очень большой популярностью пользуются. Конечно, их за 4-5 месяцев ушатывают и приходится менять, но детям очень нравится.

Антонина Цицулина:

Да, ушатывают, приходится менять, я все время говорю, в таких старых советских детских садах и школах, там, где такие большие бетонные ступени, энергетика детей столь сильна, что иногда они протираются, такие целые получаются ложбинки. Поэтому продукция, которая должна выдержать такую большую компанию детей, она должна иметь, конечно, другие характеристики. Но возвращаясь к нашей теме, о чем интересно было поговорить с точки зрения рынка будущего, о том, как будут меняться традиционные рынки, о том, как это можно такой большой, ёмкий, серьёзный проект вот так за три года выйти, мы сейчас придём. Но сначала о вас, как о Павле Ковшарове. Знаете, недавно коллеги мне сказали, что на традиционном рынке развлечений вас не любят.

Павел Ковшаров:

Да вы что!

Антонина Цицулина:

Почему?

Павел Ковшаров:

Очень интересно.

Антонина Цицулина:

Вот они уже 15-20 лет, да видели мы таких, мы все понимаем, как оно было, и вот такие, давайте мы посмотрим, что с ним будет через пять лет, через 10 лет, вот за три года столько получилось. Поэтому тут, конечно, «не любят», это в кавычках, безусловно. Но у нас успешных всегда не любят. А действительно, как оно получилось?

Павел Ковшаров:

На самом деле, действительно, слышу иногда, не очень часто, иногда слышу, что этого быть не может, всё это либо враньё, либо какой-то непонятный дядя всем этим занимается и так далее. В принципе, мне это на руку, ради бога.

Антонина Цицулина:

Отличный ответ, 5+.

Павел Ковшаров:

Пусть думают что угодно, мне это на руку, я спокойно буду развиваться. За три года действительно много успели сделать, хотя по-честному я недоволен результатами, в этом году мы могли гораздо больше сделать.

Антонина Цицулина:

Но это объективные были причины того, что вы не сделали, мы понимаем.

Павел Ковшаров:

Да, причины были объективные, и штука в том, что может быть, те, кто не понимают, скорости, которые сейчас есть, скорости развития бизнеса сейчас просто колоссальные. То, что было пять лет назад и сейчас, это совершенно, просто в 10 раз ускорение происходит. Ты просто не выживешь, если ты будешь развиваться так же, как это было 10 лет назад.

Антонина Цицулина:

Как в Алисе, бежать надо.

Павел Ковшаров:

То есть невозможно, стоять или медленно идти невозможно, ты должен просто, как угорелый бежать и делать просто быстрее всех, когда ты выживешь, тогда ты займёшь какие-то позиции лидерские. Поэтому, почему и как мы это сделали, мы на первом парке катали всю экономику, доказали ее и дальше будет только вопрос об инвестиции, масштабировании. Мне кажется, мы в бытность свою, когда мы работали в корпоративной среде, я и мой партнёр, мы как-то научились это делать, научились выстраивать так бизнес процессы, это основное преимущество у нас, которое позволяет нам быстро масштабировать наш бизнес. И мы нашли зрелых, качественных, хороших партнёров. Инвестиционных партнёров, которые вошли к нам в декабре прошлого года, которые не влезают в операционное управление, которые нам помогают, по большей части, честно говоря, советами, потому что у них большой бизнес опыт. И несмотря на то, что вроде бы, как они строители бывшие, никакого отношения к этому не имеют, но бизнесмен, он бизнесмен, у него есть опыт, он может советовать и так далее, и мы ему тоже советуем. Благодаря такой синергии я, мой партнёр, который очень много финансами занимается, он бывший инвестиционный банкир, и инвестиции, которые мы получили, всё это позволило нам масштабироваться, и мы достигли таких результатов.

Антонина Цицулина:

Инвестиции вы, я так понимаю, пока сделка завершилась, только получили, вряд ли вы их ещё в полной мере использовали, судя по срокам. А инвестора подбирали, потому что понятно, что когда в отрасль, в индустрию приходят инвесторы, я сейчас беру для меня, несмотря на то, что у вас нет ограничений, у вас не детские парки, у вас семейные парки. Но тем не менее для меня это детская история. И то, что у нас в развлекательный сегмент к вам, к вашим коллегам пришли профессиональные инвесторы, это показатель очень серьёзный. До этого они приходили только в торговлю и преимущественно в большую торговлю. Это для вас финансовый инвестор, стратегический инвестор, то есть почему они?

Павел Ковшаров:

Под стратегическими инвесторами обычно принято понимать инвесторов, которые работают на этом рынке, работают долго, либо это фонды какие-то, которые инвестируют в долгую. Условно, стратегическим инвестором к нам мог бы быть, например, «Детский мир», который занимается детским ритейлом. Или какая-то другая околодетская тема.

Антонина Цицулина:

А вели переговоры с «Детским миром»?

Павел Ковшаров:

Просто общались.

Антонина Цицулина:

Зря, надо было поговорить.

Павел Ковшаров:

Я думаю, что к этому разговору мы сможем с ними вернуться, мы с ними немножко другую историю сейчас обсуждаем. Поэтому это не стратегический инвестор, это финансовый инвестор. Грубо говоря, если бы к нам зашёл фонд, не знаю, пенсионный фонд Нидерландов, условно, это мог быть стратегический, потому что они заходят лет на 20 сразу.

Антонина Цицулина:

РФПИ, например.

Павел Ковшаров:

РФПИ, мы слишком маленькие, как для больших каких-то фондов. Если бы мы смогли собрать, и у нас выручка была бы порядка 5-6 млрд. рублей, это было бы уже интересно РФПИ и каким-то другим большим фондам. Я думаю, что мы к этому и идем, возможно, в следующем году мы увидим какую-то консолидацию рынка.

Антонина Цицулина:

Про консолидацию рынка, это был мой второй вопрос, возможна ли она, консолидация рынка? С точки зрения слияния, поглощения, или как вы видите, по какому пути пойдёт консолидация рынка. Или замещение, удаление каких-то игроков с рынка и замещение их форматов бизнес-модели.

Павел Ковшаров:

Я ещё сейчас немножечко отвечу частично на предыдущий вопрос, почему, в принципе, в нас инвестировали, почему мы интересны. Потому что мы изначально строили компанию прозрачную, инвестиционно привлекательную, транспарентную. Компаний, которые работают на рынке развлечений или в общественном питании, транспарентных, которые абсолютно прозрачны для государства, таких компаний крайне мало.

Антонина Цицулина:

Две.

Павел Ковшаров:

А те, которые ещё получают, готовы принять инвестиции, дико растут.

Антонина Цицулина:

Или три уже.

Павел Ковшаров:

Их очень мало. Поэтому мы интересно были. Когда мы говорим про возможную консолидацию рынка, консолидация, в принципе, предполагает не так много сценариев. Это либо покупка, либо слияние, обмен активами и всё. Никто никого не собирается убивать на этом рынке, я имею в виду с точки зрения бизнеса, конечно, смысла никого в этом нет, и нам даже конкуренты помогают сейчас, нормальные конкуренты, хорошие. При этом консолидацию рынка я вижу, это возможно сделать, можно вырасти в достаточно большого, крупного игрока, который смог бы, в принципе, что-то на этом рынке значить и продвигать, может быть, в том числе, с точки зрения государства какие-то новые тренды, идеи, работать с государством на уровне каких-то законодательных актов. Потому что вы прекрасно понимаете, что эта область практически никак не регулируется, с одной стороны, а с другой стороны, регулируется тысячами каких-то непонятных документов, и достаточно сложно во всём этом работать. Поэтому я всё-таки...

Антонина Цицулина:

Вы знаете, когда начинает становиться какая-то индустрия, какая-то отрасль либо подотрасль, вот этот этап излишнего регулирования, когда ещё мер поддержки нет или же рынок не сформировался с точки зрения потребностей и запросов клиентов, он может очень сильно деформировать этот рынок. И конечно, после детского туризма рынок детских развлечений, услуг и сервисов для детей, это та самая история, которой нам надо с вами очень серьёзно заниматься. Потому что моё чёткое убеждение, до тех пор, пока сами те игроки, которые есть, неважно, маленькие они, большие, со старыми бизнес моделями, с новыми бизнес моделями. Когда они сами для себя не сформируют, а что для них является приоритетом с точки зрения собственного развития, поднимаемая повестка государства, она может эту бизнес-модель очень легко испортить. Но давайте по этому вопросу отдельно поговорим, обязательно примем в этом участие. Возвращаясь к теме тех проектов, которые сегодня есть, мы понимаем, есть известные замечательные проекты, которые реализуют наши коллеги, но тем не менее, если мы говорим о том, что сейчас очень сильно диверсифицируются рынки. И возьмем детскую тему, когда появляется много всего детского. Детские общественные пространства, какие-то детские, казалось, я там помню, мне 10 лет назад на этапе учреждения нашей ассоциации индустрии детских товаров говорили: да это Цицулина придумала, никакой индустрии детских товаров нет, и вообще нет даже такого понятия. И это говорили органы государственной власти, которые отвечают за развитие политики, такого понятия индустрии как таковой нет, это история одного человека. Сегодня мы понимаем, что это уже история не одного человека, уже два года говорим о том, что есть общая инфраструктура детства, которая внутрь включает не просто уже какие-то объекты, и это не про объекты и не про здания, а это про те, в том числе, общественные пространства, программы, новые формы. Это связано, на мой взгляд, с изменением стиля жизни человека, семьи, ребёнка, и это позволяет нам создавать вот эти новые форматы. Происходит, в первую очередь, это через диверсификацию бизнеса, уже непонятно. Очень сильно, например, рынок сувенирный, игрушечный. Поясню. Книжки, игрушки, всё, что касается слова, это литература, всё, что касается образа, это кинематограф, и это всё, что касается какой-то товарной группы. Сейчас мы уже видим, что Союзмультфильм говорит о том, что вместе с системой образования они создают новую образовательную программу вместе с этими героями. А с точки зрения того проекта, который вы развиваете и реализуете, как долго ваш центр будет развлекательным, оздоровительным, активным, семейным. Вот дальше эта бизнес модель, это что будет?

Павел Ковшаров:

Во-первых, почему, в принципе, такой бум пошёл, всё просто. Просто это выгодно. То есть бизнесменам стало выгодно этим заниматься.

Антонина Цицулина:

На это есть запрос, поэтому это и выгодно.

Павел Ковшаров:

И бум пошел. Придумали новые услуги, новые товары, и безусловно, если бы они не были востребованы, никто бы не занимался, потому что деньги если бы не зарабатывали, не было бы такого движения.

Антонина Цицулина:

Не было бы экономики.

Павел Ковшаров:

Нам повезло, мы столкнулись, нам дует ветер в спину с точки зрения такого активити, вообще здорового образа жизни, общего внимания к детям, вот это всё нам, конечно, безусловно помогает. И дальше тренд активити, он не будет абсолютно точно угасать. Сами игровые элементы однозначно будут трансформироваться, необходимо будет уделять внимание этому, инвестировать дополнительно в какие-то элементы. Как может трансформироваться наш проект. Он может включать в себя немножко больше каких-то образовательных вещей. Он может включать какие-то периодические мероприятия и шоу, и может быть, каких-то больше социальных вещей будет включать. По крайней мере, мы этого хотим, мы бы хотели работать со школами, с какими-то выставками, в том числе, какими-то платными, бесплатными. Мы хотели бы стать площадкой, таким хабом, на котором могли бы другие проекты реализовывать свои социальные, околодетские истории.

Антонина Цицулина:

Я правильно понимаю, что урок физкультуры в плохую погоду может проходить в Zамании?

Павел Ковшаров:

Я бы сказал так, в принципе, всё, что касается детей, урок физкультуры, это тоже хороший пример. Например, условно, нет в Zеленопарке Экспериментариума, а мы бы могли такой стать площадкой, Экспериментариум приезжает в Zеленопарк и в течение двух или трёх недель, как цирк стоит и у нас проходят мероприятия.

Антонина Цицулина:

И вы обмениваетесь коллекциями, как музеи обмениваются своими.

Павел Ковшаров:

Да, смотрите, картины привезли в какой-то другой город, другую страну.

Антонина Цицулина:

Мобильной Zамания будет.

Павел Ковшаров:

Да, и туда приходят толпы ребят, а мы хотим стать как раз таким условным музеем, в который приежают картины. Соответственно, мы такая площадка, в которую приезжают из других городов, из Москвы, любые мероприятия, музеи, выставки, что угодно. То, что может быть интересно школьникам, детям, взрослом. То есть мы хотим показывать, что мы не только про активити, но и про образование, про какие-то дополнительные знания, а не только развлечения. В том числе, что касается здоровья. Например, в одном проекте мы хотим реализовать соляную комнату, посмотреть, насколько это интересно взрослым. Мы живём в Москве, город загрязнённый, часто дети болеют, это один из вариантов, где они могут не просто поиграть, социализироваться, но и, в том числе, получить какие-то дополнительные профиты по здоровью.

Антонина Цицулина:

Подождите, по-моему, у вас такая была идеальная модель, которая ещё до конца не реализована. Это если вы про здоровый образ жизни, про мобильных, активных детей, про то время, где детям можно кричать, напрягаться всласть, набегаться, нависеться, квартира не позволяет, а во дворы одного ребёнка не отпустишь, а здесь можно. То понятно, что здесь у вас должны быть зоны для релакса и для всего того, что позволяет гармонизировать, смотреть. Тут может быть от светотерапии, арт-терапии, всего остального. Мне казалось, это на поверхности висит. А если про что-то другое, вы говорите, а чему можно... Я совершенно понимаю, что можно разработать программу, где можно сдавать ГТО в ваших парках. То есть урок физкультуры и ГТО, это понятно, соревновательные тоже. А если обучаться, в образовании, это про что? Например, Сочи Парк, мне там довелось принимать участие в их стратегическом планировании, у них сейчас даже есть, они получили лицензию, они проводят, как центр дополнительного образования. В соответствии со всем у них есть программы, куда приходят кружки, на постоянную работают, они там это дело развивают. У них там позволяют помещения, ряд особенностей, которые есть. В Zамании это как может быть, чему там можно. Вот я своего ребёнка, мой ребёнок послушает, удивится, но тем не менее. Могу к вам привести, чему можно обучать в Zамании?

Павел Ковшаров:

Я понял вопрос. На самом деле, не важно, Сочи Парк, Zамания или какой-то другой проект, это площадка. Просто у Сочи Парка, условно...

Антонина Цицулина:

Ой-ой, инсайдерская информация.

Павел Ковшаров:

100.000 м², а у нас 2000 м². Вопрос в том, что почему Сочи Парк начал этим заниматься. Там есть две вещи. Одна, условно, социальная, а вторая бизнесовая. Бизнесовая понятно, потому что у них будние дни нет трафика...

Антонина Цицулина:

Есть территория, есть время ребёнка.

Павел Ковшаров:

Соответственно, как им привлечь в будние дни подумали они. И придумали, что они могут работать со школами, какими-то другими детскими учреждениями. Но это будет интересно только тогда, когда они дадут хороший, правильный контент. Это про это идёт речь . И опять же, получается, у нас бизнес подталкивает к тому, чтобы, ребята, подумайте, что мы готовы предложить школам, что мы готовы предложить детским садам, чтобы им было самим интересно, чтобы они туда приходили.

Антонина Цицулина:

И чем, что может сегодня предложить Zамания?

Павел Ковшаров:

Не сегодня, я сказал бы завтра.

Антонина Цицулина:

Завтра, хорошо, про урок ГТО подумай.

Павел Ковшаров:

Я прямо записал себя в голове.

Антонина Цицулина:

С меня энное количество билетов, чтобы могли отправить своих детей. За идею. Скажи, пожалуйста, всё-таки возвращаясь к тому новому, что ты привносишь, ты специально хочешь говорить вот эта бизнес идея, отделяя социальные проекты. Для меня то, о чем мы говорим, есть целевая аудитория, у этой целевой аудитории есть запросы, они мобильные, они хотят совместного досуга, им нужна активная площадка, потому что большое внимание уделяется развитию, в том числе, физического интеллекта. Кстати, крутая история, если подумать про образовательные программы именно с точки зрения, не уходя далеко, не переходя, совершенно замечательное направление, надо продумать сейчас такую, тема ещё не избита. Это развитие физического интеллекта. Где через физическое развитие происходит развитие когнитивных способностей ребёнка. Но вы всё время, на мой взгляд, сдаёте стандарты, и для вас вот эта внутренняя планка делать хорошо с точки зрения экономической модели, с точки зрения самых лучших практик. Я прекрасно помню, когда мы смотрели с нашими экспертами и слушали на нашей премии «Золотой медвежонок», никогда мне передача «Золотого медвежонка» в этот сегмент не давалась так легко. Все время отдаёшь и переживаешь. Это вот была внутренняя настроенность на самые высшие стандарты. Но стандартов нет. Вы как их себе устраиваете? То есть я понимаю, вы смотрите международные стандарты.

Павел Ковшаров:

Нет, вы знаете, международные стандарты, это совсем не так. Я во Францию ездил недавно, я в шоке был вообще.

Антонина Цицулина:

Читала. Ладно, а про хорошее. То, где вы мечтаете. Вот вы сказали про Дубай, есть же какая-то планка, когда вы говорите: я хочу сделать круче.

Павел Ковшаров:

Нет, это, знаете, у нас у всех внутри. Все знаем, на самом деле, как должно быть, как хорошо. Просто иногда это не выгодно.

Антонина Цицулина:

Или на это не хватает инвестиций.

Павел Ковшаров:

Не хватает времени.

Антонина Цицулина:

Не инвестиций, я наверное, не соглашусь здесь с вами, поспорю. Вот когда бизнес говорит, это не выгодно, это не значит, что делать он хочет плохо, особенно у нас. В детстве мы вынуждены, и это выбор нас, мы понимаем, что мы должны делать хорошо. Это требует значительных временных инвестиций, интеллектуальных инвестиций, финансовых инвестиций. И понимаешь, что по сути ты начинаешь подменять государство, потому что, в принципе, ты вынужден это делать в каком-то таком стандарте, чтобы это стало государственным документом, и это не всегда правильно. Это ремарка, давай перейдём.

Павел Ковшаров:

На самом деле, вы сказали, что вы со мной не согласны, вы сказали ровно то, что я хотел сказать.

Антонина Цицулина:

Извини.

Павел Ковшаров:

Абсолютно правильно, ещё раз говорю, это иногда не выгодно, но это просто нужно делать. И вообще, честно говоря, я начинал с контента не для детей, а для мам. У нас мамы не знают, очень много мам не знают, как вообще с детьми общаться, что им нужно в голову вкладывать, как это вкладывать.

Антонина Цицулина:

Не только в голову, но и в тело.

Павел Ковшаров:

А у нас идеальная для этого площадка, то есть мы готовы быть местом, на котором психологи могут приходить и рассказывать. Пока дети играют, потому что мама должна быть с детьми, особенно если это маленькие дети, они могут спокойно слушать лекцию по психологии, по умению общаться с детьми.

Антонина Цицулина:

Всё-таки у тебя возрастная физиология. Услышь меня, пожалуйста. Все, что касается физического развития ребёнка, важности, например, дети очень много сидят перед компьютером, наклонив голову, согнув плечи, значит им надо много висеть. Здесь нужны возрастные физиологи, здесь нужны детские тренеры, здесь надо показывать через те или иные движения, почему дети должны ходить по балансирам, почему надо гармонизировать левое и правое полушарие, физиологию.

Павел Ковшаров:

Я вас приглашу на стратегическое развитие.

Антонина Цицулина:

Да, давай подумаем, вот это образовательная программа с точки зрения, что есть уже у твоего бренда, с точки зрения развития физического интеллекта, с точки зрения развития абилитации, предупреждения каких-то... Это то, что у тебя не доработано, это твоё большое, и это должно быть. Обещай, что ты это сделаешь, а потом уже пойдёшь в стандартную психологию и т.д., и развитие мам.

Павел Ковшаров:

Я обещаю, я с вами ещё отдельно хочу встретиться и поговорить, потому что очень много, чего нужно сделать.

Антонина Цицулина:

Смотри, ты сказал в одном из своих интервью такую крутую историю, потому что все знают уже, я более игрушками, для меня это тема. Ты сказал, что может быть совершенно крутая итерация между развлечениями, такими парками и, например, традиционными магазинами игрушек. Хотя в чём здесь, сначала мы всё знаем про игрушки и про всё остальное. Любой уважающий себя парк, и музей детский, и океанариум, ты выходишь, проходишь через тематический магазин игрушек, где вот эти все звери, либо вот эти все археологические книжки, энциклопедии, посвящённые этой теме от книжек до мультфильмов, до героев, до всего остального. Все взаимодействует с ребёнком, ребёнку всё это надо, и все эти 335 динозавров и всё остальное. Но какой тогда может быть уникальный магазин игрушечный в Zамании? Как он будет заманивать играть в игровые миры?

Павел Ковшаров:

На самом деле, я бы сказал, что, в принципе, происходит такая трансформация на рынке, и трансформация детских парков, и трансформация ритейла. Если мы возьмём детский магазин игрушек, они в том виде, в котором сейчас есть, они, честно говоря, уже никому не нужны. То есть смысла вообще в них никакого нет. Ты игрушку можешь заказать спокойно.

Антонина Цицулина:

Ну, это склад выдачи для интернет-магазинов хорошо.

Павел Ковшаров:

То есть это, на самом деле, тебе для этого не нужно 1000 м, тебе достаточно 50-100 м. Вот и всё.

Антонина Цицулина:

Смотря сколько игрушек продаёшь.

Павел Ковшаров:

По сути, ты всё можешь продать через интернет магазин, тебе нужно доставить и максимум какой-то шоурум устроить. Почему вообще это происходит? Если раньше приходили в «Детский мир» покупать, под «Детским миром» я, честно говоря, всю индустрию имею в виду, просто такое...

Антонина Цицулина:

Детский магазин тогда.

Павел Ковшаров:

Детский магазин, да. И с детьми приходили. Сейчас, в принципе, с детьми вообще никто не ходит, потому что.

Антонина Цицулина:

А ты откуда знаешь, никто не ходит, это сколько миллионов для тебя?

Павел Ковшаров:

Я сам такой родитель. Я сам хожу, смотрю, наблюдаю.

Антонина Цицулина:

То есть тебе, извини, возвращаясь к сети «Детский мир», тебе количество их денег не смущает, когда ты говоришь, что никто не ходит.

Павел Ковшаров:

Я сейчас расскажу, что я имею в виду. Я имею в виду, ещё раз говорю, с детьми. Я просто наблюдаю, в «Детском мире» ходят взрослые. С детьми очень редко. Почему, потому что дети хватают всё подряд, они всё хотят. Это нормально для них. А для родителей это соответственно стресс, они не могут отказать детям.

Антонина Цицулина:

И ты думаешь, именно поэтому они не ходят с детьми?

Павел Ковшаров:

Конечно, это психология.

Антонина Цицулина:

Хочешь, я с тобой поспорю?

Павел Ковшаров:

Да. Я сейчас просто свою теорию расскажу.

Антонина Цицулина:

Давай.

Павел Ковшаров:

И мы видим, что у того же самого «Детского мира», который сейчас, наверное, уже номер один стал с точки зрения электронной коммерции по детским игрушкам, у них значительно увеличивается доля продаж в интернет-магазине, я бы сказал, сокращается в оффлайне. Я уверен, что им большие магазины не нужны. Итак, мы приходим к тому, что, в принципе, доля интернет растёт, магазин перестаёт быть зоной эмоциональных покупок, и как же нам увеличить, условно, оффлайн продажи. С одной стороны. С другой стороны, у нас есть парк там, где всё про эмоции, про впечатления. То есть если мы соединяем все эти две истории, получается, условно, парк, совмещенный с такими уголками или корнерами детских игрушек. Это может быть, как просто, как вы говорите, совмещенный магазин, так и парк, изначально созданный и заточенный под такую коллаборацию. То есть, условно, представьте себе уголок полностью леговский, это может быть какой-то большой игровой элемент леговский, это про бренд, про взаимодействие с брендом, и тут же ты можешь рядом купить какие-то конструкторы Lego. Или какие-то Husbro игрушки. Просто на Lego проще всего предоставить. Таким образом создаётся парк, который, условно, состоит из нескольких частей, и каждая из них про какую-то игрушку или про какой-то игровой бренд, и дети с ним взаимодействуют. И безусловно, на входе или на выходе, где-то находится, в том числе, магазин, где можно приобрести, и там же находится не магазин, а точки доставки из интернет-магазина. И когда происходит такая коллаборация, в этом случае выигрывают и парки, и детские магазины.

Антонина Цицулина:

Я с тобой соглашусь. Мы вчера обсуждали разные наши темы, форумы, деловые мероприятия и сошлись к тому, что необходимо на выставки Kids Russia и наши лицензионные выставки лицензионного форума ставить тему именно развлекательных центров, именно в акценте лицензии ритейл. Я думаю, что надо с маркетологами ещё будет эту тему очень хорошо проговорить, потому что здесь и кобрендинг, здесь и интеграция бренда внутри, и то место, где бренды должны жить. Ты в апреле, третью неделю апреля в России, здесь?

Павел Ковшаров:

Я здесь, я готов.

Антонина Цицулина:

Давай на маркетинговом форуме, коллеги, напоминаю, что уже пора заявлять темы на «Секреты детского маркетинга». Девятый год работаем. В этот раз мы хотим его построить исключительно на запросах наших участников, о чем мы хотим говорить, и определять ключевых экспертов, которые будут собирать темы. Будешь собирать тему.

Павел Ковшаров:

Давайте попробуем.

Антонина Цицулина:

Давай попробуем.

Павел Ковшаров:

В дополнение к той теме, которую я начал рассказывать, мы уже читали, видели новость о том, что делает «Детский мир» в Меге. То есть он, во-первых, расширяет свой магазин, но расширяют за счёт большой игровой зоны. То есть он как раз самостоятельно тоже уже пришёл к тому. Очевидно, когда идея в воздухе витает, уже все потихонечку её начинают из космоса впитывать.

Антонина Цицулина:

Есть ожидание о том, что всё-таки лидер в ритейле сделает новый формат ритейла. Я сейчас вернусь на шаг обратно, почему, я скажу, причина. Ты уже говоришь следствие, происходит то-то. На мой взгляд, почему нет детей в магазине. Мы сейчас уже все конкурируем за то время, которое ребёнок нам может уделить. У ребёнка катастрофически нет свободного времени, он уже у нас 99,9% детей дошкольного возраста и школьного возраста находятся в образовательных организациях. И сейчас игра, либо какие-то потребности, которые у ребёнка в это время должны быть, они активно уходят туда, кружки, кружковая движения. Сейчас идут, открываются массово дополнительное образование для того, чтобы ребёнку было удобно. Вот уроки закончились, он сюда идёт лепить, рисовать, заниматься научно-техническим творчеством и всем остальным. Времени нет, времени на дорогу. Почему сейчас парки, растёт досуговая составляющая, особенно полезны, куда родители в то оставшееся вечернее, либо каникулярное, либо выходные дни готовы повести детей. Я думаю, что причина в этом, что просто дети хотели бы пойти в магазин и сами выбрать, мы сейчас видим, как они ходят в интернет-магазин.

Павел Ковшаров:

Так или иначе, это все равно влияет.

Антонина Цицулина:

Поэтому когда мы будем выстраивать свои модели, мы должны понимать, смогут ли туда прийти дети. Поэтому от этого всё будет трансформироваться, и будет ли это для них полезно, что они потратят на свои небольшие выходные, либо свое конкурентное время каникул, либо когда они придут, тогда будет всё трансформироваться. Я абсолютно тебя поддерживаю, я считаю, что детские магазины останутся только те, которые будут работать либо как склад выдачи и мне по дороге очень удобно, и именно потому, что по дороге и удобно. Либо потому, что это, как тест драйв площадка, я пришла, мне это надо потрогать, это надо посмотреть, то тех пор, пока новые технологии не позволят это потрогать и посмотреть, и не надо будет туда ехать. Они будут вот такие. И третье, это потому, что станет нашей системой развлечений, мы пойдём туда отдыхать, мы пойдём туда заниматься спортом, мы пойдём туда... И тут у нас рынок игр и игрушек, игрового оборудования, игровой среды очень сильно вырастет. И он будет такой.

Павел Ковшаров:

33:37 Согласен, и тут ещё нужно добавить другую составляющую, как раз образовательную. То есть образование, развлечение, игрушки, когда это всё гармонично находится рядом, вместе, тогда это заработает очень хорошо.

Антонина Цицулина:

Обобщённое слово здесь слово «развитие». Потому что с точки зрения образования главное - это развитие ребёнка. Не всегда здесь нужно такое традиционное образование, когда его обучают. Потому что образование, это один из следующих элементов, а вот развитие ребёнка, оно включает в себя и образование, и воспитание, и все остальные, все социальные функции. Дело в том, что весь наш бизнес, вся наша экономика, вся наша промышленность, включая все услуги, все сервисы, которые мы направляем, инвестируем для наших детей, они, так или иначе, делятся всего на 2 направления. Либо мы помошники родителям в развитии детей, обучении, лечении, развлечении, либо мы являемся тем инструментом, который позволяет развивать ребёнка, обучать его, давать ему, даже говорят «предметно развивающая среда».

Павел Ковшаров:

Согласен.

Антонина Цицулина:

Вернёмся обратно, у тебя была такая крутая история, что твой развлекательный центр или твои развлекательные центры могут стать самым главным детским ритейлом. Я ещё второй раз повторяю, очень люблю тему игрушек. Не кажется ли, что помимо того, что вы будете ритейлом, что вы будете серьёзной сервисной компанией, что вы можете ещё стать производственной компанией?

Павел Ковшаров:

Нет.

Антонина Цицулина:

Ты понимаешь, что я имею в виду.

Павел Ковшаров:

Да, я понимаю, но всё-таки это не наш бизнес, на этом должны другие ребята зарабатывать.

Антонина Цицулина:

О чем мы говорим, о производстве какой продукции?

Павел Ковшаров:

Из производства я могу обеспечить только производство тортов, кулинарии и так далее.

Антонина Цицулина:

А игрового оборудования? Ты же сказал, что вы будете обмениваться, мы будем большой выставочной площадкой и мы сможем, я ещё сказала, как в музеях, мы сможем обмениваться оборудованием мобильным, которое... Неужели когда вы понимаете, какие вам нужны активности, вы не проектируете?

Павел Ковшаров:

Мы проектируем совершенно новые изделия.

Антонина Цицулина:

Это же производство, солнце моё.

Павел Ковшаров:

Да, это производство, но мы производством заниматься не будем.

Антонина Цицулина:

А что ты вкладываешь в слово «производство»?

Павел Ковшаров:

Производство - это, в том числе, производственные цеха, ты должен не просто спроектировать, имеется в виду, игровой элемент, тебе его произвести нужно, технически изготовить. Так вот, это не наш бизнес.

Антонина Цицулина:

Промышленное производство - это не ваше.

Павел Ковшаров:

Наша задача, то есть мы понимаем, что могло бы быть детям интересно, безопасно, чтобы какой-то новый игровой элемент, который включает в себя какие-то новые движения, мы проектируем такие штуки и отдаём уже производителям, они под нас делают.

Антонина Цицулина:

Интеллектуальная собственность у кого.

Павел Ковшаров:

У нас.

Антонина Цицулина:

А кто то проектное дизайн бюро, которое разрабатывает это новое интерактивное оборудование? Zамания.

Павел Ковшаров:

Zамания, да.

Антонина Цицулина:

Это производство, а дальше это контрактное производство. И это может быть конкурентным преимуществом.

Павел Ковшаров:

Единственное, что поставить на поток с точки зрения того, что мы спроектировали, дальше это сейчас уже начинается определённое, там сертификация оборудования, в том числе, появляются стандарты на оборудование. К сожалению, до недавнего времени всё достаточно запущенно было. Поэтому возвращаясь к нам, мы действительно сервисная компания, мы, возможно, вы знаете, порядка двух 2500 дней рождений проводим в месяц. Достаточно большой объём.

Антонина Цицулина:

А сколько количество тортов, назови мне.

Павел Ковшаров:

Около 5+ тонн каждый месяц мы производим. В смысле, не мы производим, производят наши подрядчики, мы с удовольствием работаем, приглашаем новых подрядчиков, которые могут обеспечить хорошее качество.

Антонина Цицулина:

АндерСон для вас еще ничего не делают?

Павел Ковшаров:

Они для себя делают.

Антонина Цицулина:

А для Zамании ещё не делают.

Павел Ковшаров:

Мы немножко конкуренты для них.

Антонина Цицулина:

Надо найти точки соприкосновения. Может быть, они начнут делать лицензионные кондитерские изделия, тогда могут быть. А у тебя будет коллаборация с этим брендом, тогда точно эти кондитерские.

Павел Ковшаров:

Я в принципе, за любые формы партнёрства, и к сожалению, пару лет назад мы вообще не могли найти призводителей на российском рынке, который может вообще хоть что-то сделать из игровых элементов. Делали ужасные штуки.

Антонина Цицулина:

Нашли?

Павел Ковшаров:

Нашли, и благодаря тому, что мы заказываем.

Антонина Цицулина:

Можно назвать, кто?

Павел Ковшаров:

Я сейчас боюсь, не вспомню компанию, аттракционы из Нижнего Новгорода компания. Неплохая компания, которая готова делать, готова производить, сервисное обслуживание оказывать, и самое главное, она прослушивается, она готова вносить изменения, новые проекты делать.

Антонина Цицулина:

Познакомь меня, я хочу познакомиться.

Павел Ковшаров:

И мы сейчас практически ничего вообще из Китая не закупаем, буквально, какой-то один игровой элемент. Я очень рад вообще тому, что начали в России производить. Очевидно, если есть заказ, то есть и производители. Единственное, что с сервисным обслуживанием, в принципе, в России вообще плохо, поэтому мы внутри это развиваем, у нас своя служба эксплуатации, и мы, наверное, в том числе можем это как отдельную услугу предлагать на рынке.

Антонина Цицулина:

Скажи мне, пожалуйста, что для тебя сегодня является самой большой проблемой, что для тебя является самым большим вдохновением, что позволяет тебе в любое время дня и ночи приходить на работу и заниматься этим круглые сутки? Проблему сначала.

Павел Ковшаров:

У меня аж дыхание спёрло.

Антонина Цицулина:

У нас осталось четыре минутки.

Павел Ковшаров:

Самая большая проблема так же, и как самое большое воодушевление, это люди. Проблема, потому что мы сервисная компания, мы оказываем услугу, мы должны всегда следить за качеством этих услуг. Просто ежедневно. И это действительно сложно, необходимо тренировать, обучать, вдохновлять и так далее. Это сложно и это проблема. С другой стороны, когда я вижу, как люди относятся к своему делу, когда я вижу, как ребята-аниматоры или официанты, с какой душой они это делают, как они гордятся своей работой, как выкладывают посты, где они работают, как они с детьми общаются, конечно, это воодушевляет, и это здорово. И безусловно, благодарность от родителей. У нас, условно, процент плохих отзывов из 250.000 гостей, которые у нас приходят каждый месяц, меньше 1 %. Это в наш век, когда любой отзыв можно быстренько написать в интернете, и обезличенный он будет, в какой-то непонятной обезличенной компании, а не лично. То есть это, на самом деле, очень большое достижение, мы будем продолжать заниматься этим. У нас появился специальный директор по качеству, который только этим занимается. Поэтому этим я горжусь, мы это будем развивать.

Антонина Цицулина:

Есть мечта?

Павел Ковшаров:

Да, я писал мечту, я хочу создать просто большой парк развлечений в России, современный, интересный. Для меня это непонятно, почему в других городах и странах это есть, в Дубае их десяток, а у нас ни одного нет. Поэтому я бы, конечно, хотел это реализовать, сделать.

Антонина Цицулина:

А где?

Павел Ковшаров:

Не знаю. Мне больше, ближе, скорее, Краснодарский край.

Антонина Цицулина:

Потому что тепло?

Павел Ковшаров:

Потому что тепло и потому, что это круглогодичная история, туда приезжают все отдыхать, с хорошим настроением.

Антонина Цицулина:

У нас ещё одна есть детская территория с очень большой многолетней историей. Это Анапа. Сейчас принято решение о развитии санаторно-курортного лечения, в том числе, детского. Я очень мечтаю, чтобы Анапа, как такая детская здравница, подумай ещё немножко об этом.

Павел Ковшаров:

Я думаю, что если государство, в том числе, озаботится такими вещами, как настоящий, нормальный туризм, внутренний туризм и внешний туризм, будет помогать и поддерживать, то, как делается в Дубае. Почему там десяток парков. Потому что они получают определённые льготы налоговые. Тогда и инвестор готов будет инвестировать, потому что это миллиарды рублей. Если не будет поддержки налоговой, какой-то ещё, просто не будет этих инвестиций. Поэтому очевидно, тут нужна будет помощь.

Антонина Цицулина:

Ты знаешь, это история, которая требует такой хорошей, действительно, неспешной и страт-сессии, и того, чтобы это выложить в какую-то такую, сделать такую аналитику, которая...

Павел Ковшаров:

Это про стратегию на 10-20 лет, абсолютно точно.

Антонина Цицулина:

Да, это надо нам просто собраться, собрать тех людей, которых надо послушать или посмотреть, давай с тобой возьмём на себя такое обязательство.

Павел Ковшаров:

Надо привлекать все наши крутые российские умы, ребят из заграницы, делать просто хорошие проекты у нас в России.

Антонина Цицулина:

Когда ты готов?

Павел Ковшаров:

Я всегда готов.

Антонина Цицулина:

Нет, не надо, я люблю так, очень конкретно. Месяц, примерную неделю.

Павел Ковшаров:

Встречаться?

Антонина Цицулина:

Конечно. Мы же знаем, что у нас сейчас десятилетие детства. Мы знаем, что наша организация и я вошла в совет при президенте по этой теме, и мы должны заявить свою повестку, то, что мы видим актуальным и что мы можем вложить. Для меня идеально, если бы ты до марта ее собрал, 1-2-3 встречи, мы бы вышли с очень конкретной повесткой. У нас есть одно горящее, это то, что мы понимаем с точки зрения регулирования, нам надо проговорить, какой перечень стандартов нам необходим. Второе, мы должны сначала понять, какой рынок мы хотим видеть, какие мы хотим видеть идеальные. От этого уже откручивать назад и понимать, какие меры поддержки нужны первоочередные. Хорошо?

Павел Ковшаров:

Да.

Антонина Цицулина:

Спасибо тебе большое за разговор. Я всё-таки думаю, что мы поговорили о чем-то ином, другом, и оно тоже важно, и оно востребовано. Ты мне договорился подумать о трех вещах. Первое, ты же строишь не сервисную кампанию, ты же бренд строишь, ты же хочешь сделать лидер рынка. Это же видно и понятно, от этого, будет ли она сервисная, образовательного, полного цикла, вертикально интегрированная, либо какая. Ты подумаешь о том, что всё-таки не будешь отказываться от темы активити и даже образовательную, либо ещё полезную программу. Ты подумаешь с точки зрения физического интеллекта. Второе, мы договорились, что ты подумаешь с точки зрения того, что у тебя очень большие компетенции, связанные, это то , что я называю производством, это проектирование, дизайн и создание вот этих пространств, мобильных, иных. Второе. Третье, ты подумаешь о том, каким образом то, что мы называем традиционным ритейлом, каким образом этот же детский центр, он же будет магазином игрушек, и вот эта история, что бренду делать в твоём магазине, будет ли это Lego или это будут, сейчас новые у нас уже бренды. Кого не обидеть, я очень люблю студию анимационную и Мельницу, и Паровоз, и Союзмультфильм, и Маша и медведь, и вот эта тема, когда у нас появятся, в том числе, наши замечательные анимационные герои, которые будут здесь жить. Хорошо?

Павел Ковшаров:

Да. Четвёртое это то, что мы обсуждали про возможное создание каких-то больших туристических кластеров.

Антонина Цицулина:

Да, тема детского туризма, это понятно, здесь две истории, на мой взгляд. Первая, это ребёнок мобильный, второе, ребёнок, тема экологии, тема краеведения, тема того же спорта, здесь большая итерация. Ну и про твою мечту, про большой парк я тоже услышала. У меня тоже есть большая мечта. Я мечтаю сделать в России музей детства, такой правильный, интерактивный, который будет заниматься большой научно-исследовательской работой, который будет заниматься проектированием, в том числе, новых пространств. Который будет такой правильной площадкой для детства, куда можно прийти и посмотреть, в том числе, наши игрушки, которые мы собрали, голосовали за столетие игр и игрушек. Ну, и много чего, может быть, мы совместим с вами наши мечты. Спасибо большое. Коллеги, в следующий раз мы будем говорить о том, что наши дети заказывают деду Морозу. Как у нас, напомню, наша Ассоциация уже больше пяти лет ведет такую аналитику, как меняются категории игрушек для мальчиков и для девочек, и они тоже даёт очень большую интересную тему для дискуссии. У нас в «Детский мир» публикует свой перечень подарков, который будет. И в преддверии дня письма деду Морозу мы с вами поговорим о том, о чем мечтают наши дети, что покупают им родители и вообще, как на стороне ребенка стоит дед Мороз и выбирает им то, что им необходимо. Слушайте нас, пишите нам. Павел нам ответит на те вопросы, которые поступят, мы ему ещё дополнительные придумали. Выйдет интервью.

Павел Ковшаров:

Я с удовольствием.

Антонина Цицулина:

И о том, о чем мы говорили, что мы реализовали, я думаю, через какое-то время мы поговорим на выставке Kids Russia, нашем лицензионном форуме в марте и продолжим на «Секретах детского маркетинга» уже в апреле.

Павел Ковшаров:

Спасибо.

Антонина Цицулина:

Всего всем доброго.