Частное письмо как поле смысловой реализации фразеологического значения

Калёнова Н.А.

ГОУ ВПО «Волгоградский государственный архитектурно-строительный университет»

ЧАСТНОЕ ПИСЬМО КАК ПОЛЕ СМЫСЛОВОЙ РЕАЛИЗАЦИИ ФРАЗЕОЛОГИЧЕСКОГО ЗНАЧЕНИЯ

Аннотация: В статье частное письмо рассмотрено как поле смысловой реализации фразеологического значения.

Ключевые слова. Частное письмо, фразеологическое значение,

фразеологический смысл.

Abstract: This paper is considered as a private letter box semantic implementation of idiomatic meaning.

Keywords: Private letter phraseological meaning phraseological meaning.

Когнитивный подход (Н.Ф. Алефиренко, А.Н. Баранов, Н.Н. Болдырев, С.Г. Воркачёв, В.З. Демьянков, А.В. Кравченко, Е.С. Кубрякова, В.А. Маслова,

З.Д. Попова, И.А. Стернин и др.) расширил представления о методологии исследований ФЕ как знака косвенно-производной номинации (Алефиренко Н.Ф.). Фразеологическая единица (ФЕ) проявляет свои коммуникативно-прагматические свойства в реальном речевом употреблении. «Каждая фразеологическая единица как элемент системы языка представляет собой структурно-семантическую модель, которая наполняется в определенном контексте индивидуализированным смысловым содержанием в том или ином речевом окружении» [4, С. 240].

Частное письмо не раз становилось объектом современных изысканий (С.В. Гусева, Н.А. Ковалёва, Н.В. Сапожникова, О.С. Сыщиков, О.П. Фесенко и др.). Исследуя особенности эпистолярия на примере писательского, Н.А. Ковалёва справедливо утверждает: «Личность писателя раскрывается, прежде всего, в его письмах, дневниках, записках» [6, С. 46]. «Письма мои вовсе не составят тебе моего миросозерцания. В них одна пустая болтовня, а о чём-либо серьёзном говорить с тобой я не имел надобности1» (Письмо С.А. Есенина М.П. Бальзамовой, 20 июня 1913 г., Москва). Однако эта «болтовня» есть проявление языковой личности в наиболее неопосредованном (по сравнению с многими другими письменными результатами речемыслительной деятельности) виде. «Когнитивнодискурсивная парадигма современной фразеологии исходит из возможности познания взаимосвязей языковых и внеязыковых факторов, обусловливающих лингвокреативный статус фраземы в языковом сознании человека» [3, С. 8], поэтому особенно актуальным становится изучение смысловой реализации ФЗ именно в частном письме.

1 Орфография и пунктуация оригинала здесь и далее сохранены.

Письменно закреплённое содержание эпистолярной коммуникации являет собой текст частного письма. Эпистолярный текст «представляет собой письменную форму речи, обладающую высокой прагматической направленностью и относящуюся к сложным, неоднородным в функционально-стилевом отношении явлениям, покрывающим все основные сферы человеческой коммуникации» [7, С. 6]. Рассмотрение письма как особого типа текста, «имеющего все основные категориальные признаки, свойственные тексту вообще и в то же время обладающего рядом только ему присущих структурно-семантических особенностей» [7, С. 6], позволяет поставить перед наукой новые вопросы.

Текст частного письма является объектом изучения в литературоведческом (Е.Е. Дмитриева, Н.В. Логунова, С.В. Тесцов, У.М. Тодд и др.); текстологическом (А.С. Григорьева, О.Ю. Кустова, Б. Нажуа, Л.В. Нижникова и др.); собственнолингвистическом (А.В. Бояркина, О.П. Фесенко, О.Ю. Филимонова и др.); стилистическом (Э.М. Ножкина, Ф. Рушчак, О.Н. Седова и др.); коммуникативном (Н.И. Белунова; Н.А. Ковалёва, О.Ю. Филимонова, Н.Ю. Бусоргина,

A.В. Курьянович, Г.В. Стойкович, Н.В. Силаева и др.); социолингвистическом (Е.В. Балашова и др.); культурологическом (Н.Ю. Бусоргина и др.) аспектах (Подробнее см. [5]).

Коммуникативные условия возникновения частного письма охватывают не столько событийный фон, сопровождающий написание частного письма, сколько его отражение в сознании адресанта: Например, вот как М.А. Волкова в письме своей подруге, В.И. Ланской, объективирует отражённый в её сознании событийный фон: «Если ты хочешь знать Московские новости, скажу тебе, что соседка наша Соковнина при смерти вследствие родов2. Соллогуб родила сына3. Вот неделя как я не видала Вяземского. И муж и жена4 оба больны. На наших вечерах постоянно бывало много гостей, так как из всех знакомых домов только в одном нашем аккуратно принимают каждый день» (М.А. Волкова В.И. Ланской, 18 мая 1812 г., Москва). Обратим внимание на то, что онимы, используемые в частном письме, несут для коммуникантов одинаковый объём информации, как денотативной, так и эмотивно-оценочной, так, что адресант не включает в письмо комментарии или какие-либо пояснения к ним. События и явления, окружающие автора этих строк, происходят объективно, их много, но в сознании адресанта находят отражение не все из них, а лишь самые актуальные непосредственно для этой конкретной личности. Эмоционально-оценочная объективация представлений об окружающем мире и событиях, происходящих в нём, является частью эпистолярной коммуникации.

Сравним с предыдущим фрагмент письма, написанного заключённым отцом Павлом Флоренским своей жене, Анне Михайловне: «Обо мне следует

беспокоиться менее всего. Живу я в теплой, даже пожалуй иногда черезчур теплой, комнате, работаю - также в хороших условиях и в тепле. Освещение электрическое. Еда - трижды в день: завтрак, обед и ужин, причем чай можно

2 Соковнина Софья Васильевна (урожд. кн. Хованская) умерла 22 мая 1812 г. на 24 году жизни [2, С. 568].

3 У графини Софьи Ивановны Соллогуб (урожд. кн. Хованской), жены графа А. И. Соллогуба, 18 мая 1812 г. родился сын Лев, который был на год старше своего брата, известного писателя

B. А. Соллогуба (1813—1882) [2, С. 568]

4 Вяземская Вера Федоровна (урожд. кн. Гагарина) (1790—1886), жена П. А. Вяземского с 18 октября 1811 г. [2, С. 568]

устраивать, когда дома, сколько хочешь. Хлеб у меня остается, несмотря на то, что он вкусный (полупшеничный) и несмотря на то, что я хлеба всегда ем много. Получаем дважды в месяц немного печенья и конфет. Одет я весьма тепло, в валенках, ватных брюках и ватной телогрейке, поверх которой надеваю еще ватное полупальто, называемое бушлатом. Еда здесь во всяком случае гораздо более сытная и питательная, чем в Москве и тем более - у вас» (П.А. Флоренский А.М. Флоренской, 27 ноября 1933 г., Ксениевская Забайкальской ж/д). Из всего происходящего вокруг П.А. Флоренский описывает важное, но уже не для него, а для его жены. Ей, по мысли Флоренского, важно быть уверенной, что он сыт, здоров, одет, обут и т.д. Автор письма, осуждённый по ложному обвинению на 10 лет священник и философ Павел Флоренский так определяет стратегию своего эпистолярия: «Пишу так подробно об этих скучных вопросах, т. к. ты все беспокоишься, - чтобы знала обо всем» (П.А. Флоренский А.М. Флоренской, 30 ноября 1934 г., Соловки). Частное письмо создаётся в точке пересечения, говоря образно, двух лучей: один из них - восприятие объектов реального мира в сознании адресанта (характер этого когнитивного процесса), другой - знания адресанта о том, как воспринимает объекты реального мира адресат и прогнозирование результатов декодирования предполагаемого сообщения, как содержательной его стороны, так и языковой.

Взаимодействие адресанта и адресата в момент написания письма происходит, казалось бы, как линейный односторонний процесс: адресант

(отправитель сообщения) совершает коммуникативный акт, передавая посредством частного письма некую информацию, а адресат принимает сообщение (впоследствии декодируя, реагируя и т.д.) Однако в момент написания письма отправитель сообщения уже взаимодействует с субъектом коммуникации (даже если сам адресат не знает об этом): акт эпистолярной коммуникации строится в соответствии с учётом многих факторов, как то интересы адресата, особенности восприятия им информации, эмоциональность и др.: «Будь во мне уверен, что твой первенец лицом в грязь не ударит и в нужную минуту первый придет на помощь тем, кто его произвел на свет. Бал имел громадное значение в моей жизни. Это в первый раз, что я самостоятельно положил неуклонное решение сделать действительно то, что нужно было сделать. Офицеры меня похвалили. Мама похвалила. Спросит Царь, и я ему, не сморгнув глазом, все скажу» (Кн. Иоанн Константинович отцу, кн. Константину Константиновичу, 3 декабря 1910 г., Санкт-Петербург). Князь Иоанн Константинович, молодой человек на заре военной карьеры, делится со своим отцом впечатлениями о первом в его жизни серьёзном мероприятии. Зная, как важно для отца всё, что происходит с ним, и что отец возлагает большие надежды на своего сына, автор письма стремиться подробно рассказать ему обо всём. Но с другой стороны, на балу князь принял предложение своего сослуживца перейти на «ты», от чего предостерегал его отец. Иоанн Константинович уверен, что это был верный поступок.

Убедить отца в своей правоте, успокоить его, показать свою «взрослость» как умение принимать решение и отвечать за свои поступки необходимо посредством не личного общения, где можно варьировать по ходу коммуникации вербальные и невербальные средства убеждения, а посредством эпистолярия. Адресант наряду с другими языковыми средствами использует ФЕ не ударить лицом в грязь ‘разг. экспресс. не оплошать, не осрамиться, выполнив что-либо наилучшим образом, показать себя с лучшей стороны’ и не сморгнув глазом от не моргнул глазом ‘разг.

экспресс. 1. решительно, без колебаний начал что-либо; не поколебался, не смутился, не задумался перед тем, как сделать что-либо; 2. не проявил признаков волнения, страха’. Контекстуальное употребление ФЕ не ударить лицом в грязь в структуре эпистолярного текста обнаруживает реализацию смысловых оттенков, не зафиксированных в словаре, а именно ‘оправдать ожидания’. Смысловая реализация фразеологического значения подчинена единой коммуникативной цели.

Следовательно, частное письмо как результат эпистолярной коммуникации и её процесс создаётся под воздействием энергетики, идущей от адресанта (от его интенций, особенностей восприятия мира, особенностей языкового выражения информации и т.д.); адресата (его взаимодействие с адресантом начинается на этапе создания письма и проявляется в корректировании посыла в соответствии с особенностями восприятия информации, общих с адресантом знаний и т.д.); от окружающей объективной действительности, которая может быть по-разному отражена в сознании коммуникантов.

ФЕ оказывается эффективным средством в реализации коммуникативнопрагматических установок адресанта. «Как известно, языковые средства общения наиболее полно проявляют своя смысловой потенциал, когда они «работают», то есть в условиях функционирования, в условиях контекста» [1, С. 107]. «Напомните, что авторам нужны оттиски из статей. «Вятская речь» прислала три оправдательных номера, ей нужно посылать журнал, адрес ее — Вятка уг<ол> Никольской и Пятницкой, почт<овый> ящик № 31. «Старые годы» соблаговолили изъявить согласие об обмене, а «Аполлон» ни гу-гу!» (П.С. Сухотин К.Ф. Некрасову, 7 декабря 1913 г.). В стилистическую оппозицию вступает выражение, характерное для официально-делового стиля, соблаговолили изъявить согласие и просторечная ФЕ ни гу-гу ‘экспресс. ни слова, ни звука (не произносить, не сообщать); молчать; 2. приказание или просьба молчать, хранить тайну; 3. ничего не слышно, не сообщают; умалчивать о чём-либо’. П.С. Сухотин, как ответственный в отсутствии К.Ф. Некрасова за издание журнала, пытается воздействовать на адресата, стремясь обратить внимание на проблемные точки в текущих делах. Контекстуальное употребление ФЕ автором письма актуализирует дополнительные элементы в смысловой структуре единицы: эмосемы

‘возмущение’, ‘негодование’, ‘опасение’. Фразеологическая экспрессивность, усиленная стилистической оппозитивностью ФЕ, взаимодействует с эмотивно-оценочными смыслами в структуре фразеологического значения и реализует коммуникативно-прагматическую установку адресанта.

Рассмотрим использование ФЕ в частном письме Сергея Есенина: «Милый Толя! Чёрт бы тебя побрал за то, что ты вляпал меня в эту историю. Во-первых, я в Ростове. Сижу у Нины и ругаюсь на чём свет стоит. Вагон ваш, конечно, улетел. Лёва достал купе, но в таких купе ездить всё равно, что у турок на колу висеть, да притом я совершенно разуверился во всех ваших возможностях. Это всё за счёт твоей молодости и его глупости. В четверг еду в Тифлис и буду рад, если встречусь с Гришей, тогда конец этим мукам. Ростов - дрянь невероятная, грязь, слякоть и этот «Сегёжа», который торгуется со всеми из-за 2 коп. С ним всюду со стыда сгоришь» (С.А. Есенин А.Б. Мариенгофу, февраль 1922 г. Ростов-на-Дону). Эмотивная ФЕ чёрт бы тебя побрал используется автором как средство передать эмоциональное состояние, вызвать сочувствие (именно сочувствие, чтобы адресат почувствовал те же эмоции). Учитывая, что письмо попадает в руки адресата через некоторое время, эмоциональное состояние адресанта на момент

получения адресатом письма может измениться. Это объективно обусловлено тем, что события сменяют друг друга, изменяется как отношение к объекту эпистолярной коммуникации, так и появляются другие события как стимулы других эмоций и оценок.

Семантическая оппозиция, которая лишь кажется таковой, лексемы милый (Толя) и фраземы Чёрт бы тебя побрал вносит коррективы в смысловые структуры взаимодействующих единиц. Иронично-снисходительное отношение к другу (обращение к экстралингвистическим данным и к содержанию всей переписки свидетельствует именно об этом) наслаивается на возмущение и негодование по поводу той эмоциогенной ситуации, в которой оказался адресант. Передать комплекс эмоций помогает автору использование эмотивных ФЕ ругаться на чём свет стоит, сгореть со стыда. Как видим, смысловая реализация фразеологического значения в частном письме обусловлена появлением в смысловой структуре фраземы индивидуальных смыслов.

Таким образом, частное письмо представляет собой поле смысловой реализации фразеологического значения. Специфика этого поля обусловлена близостью эпистолярной коммуникации к ситуации прямого неподготовленного общения. Исследование особенностей фразеологического смыслопорождения в эпистолярном дискурсе находится в русле интересов лингвокогнитологии.

Литература

1. Алефиренко Н.Ф., Золотых Л.Г. Проблемы фразеологического значения и смысла (в аспекте межуровневого взаимодействия): Монография. 2-е изд., испр. и доп. - Астрахань: ИД «Астраханский университет», 2004. - 296 с.

2. Из писем М.А. Волковой В.И. Ланской, 1812-1818 гг. / Публ. [вступ. ст. и

примеч.] А.К. Афанасьева // Российский Архив: История Отечества в

свидетельствах и документах XVШ-XX вв.: Альманах. М., 2007. [Т. XV]. С. 558-569.

3. Золотых Л.Г. Когнитивно-дискурсивные основы фразеологической семантики: Монография. - Астрахань: ИД «Астраханский университет», 2007. - 265 с.

4. Золотых Л.Г. Когнитивно-дискурсивные основы фразеологической семантики: на материале русского языка: Дис. ... д-ра филол. наук. - Астрахань, 2008. -384 с.

5. Калёнова Н.А. Текстология частного письма//Текст как единица филологической интерпретации: сборник статей II Всероссийской научнопрактической конференции с международным участием (20 апреля 2012 г., Куйбышев)/ отв. ред. А.А. Куруленок. - Новосибирск: Изд-во ООО «Немо Пресс», 2012. - С. 96-101.

6. Ковалёва Н.А. Русское частное письмо XIX века: Коммуникация, жанр, речевая структура: дис. ... докт. филол. наук. - М., 2002. - 537 с.

7. Нижникова Л.В. Письмо как тип текста: дис. ... канд. филол. наук. - Одесса, 1991. - 159 с.