Пятерка поработала на десятку

Секретарь Совета безопасности РФ Николай Патрушев вчера, будучи в южноафриканском Дурбане, вместе с коллегами из других стран БРИКС подготовил повестку десятого саммита объединения, члены которого считают себя «ключевыми участниками процесса перехода от американоцентричной однополярности к постзападному мироустройству». Встреча, участие в которой должен принять и президент РФ Владимир Путин, состоится в ЮАР 25–27 июля. И каждая страна намерена отстаивать на ней свои цели. Каковы они, выяснял в Дурбане корреспондент “Ъ” Павел Тарасенко.

В борьбе с гегемонией

Проведя два дня в Анголе (см. “Ъ” от 27 июня и 28 июня), Николай Патрушев направился в Дурбан — расположенный на берегу Индийского океана город, который, как сообщают путеводители, «причудливым образом сочетает в себе африканскую, индийскую, британскую и голландскую культуры». Так что место идеально подходило для встречи представителей столь разных стран — Бразилии, России, Индии, Китая и самой ЮАР.

Что объединяет государства пятерки, так это единый подход к вопросу о том, кто виновен если не во всех мировых проблемах, то в значительной части из них. Выступая на вчерашнем заседании, Николай Патрушев назвал БРИКС «важнейшим стабилизирующим фактором в мировых делах», а страны объединения — «ключевыми участниками процесса обновления международных отношений, перехода от американоцентричной однополярности недавнего прошлого к постзападному мироустройству». О США, пусть и не называя эту страну напрямую, господин Патрушев вспоминал на протяжении всего выступления: он отстаивал «важность формирования единого фронта борьбы со стремлением отдельных стран сохранить свою гегемонию в мировых делах в ущерб другим государствам», говорил о «росте значения фактора силы и эрозии системы международного права», «пренебрежении (ряда стран.— “Ъ”) к многосторонним структурам, включая ООН», «попытках применения двойных стандартов и односторонних мер воздействия в нарушение основополагающих нормативно-правовых документов».

В числе задач, которые обозначила в Дурбане российская делегация,— «насыщение конкретными мероприятиями» Рабочей группы по антитеррору, согласование проекта контртеррористической стратегии БРИКС, подготовка соглашения о взаимной правовой помощи по уголовным делам.

«Россия стремится предотвратить деградацию международных отношений, как ядерная держава и постоянный член Совбеза ООН осознает свою ответственность за поддержание глобальной стабильности»,— заверил Николай Патрушев, выразив надежду на поддержку российских усилий другими странами БРИКС.

Никаких признаков того, что Москва такую поддержку не получит, замечено не было. Глава китайской делегации, член политбюро ЦК Компартии Ян Цзечи призывал «говорить единым голосом». Главный бразильский силовик Сержиу Эчегойен хвалил не только хозяев встречи, но и Россию — за «блестящую организацию» чемпионата мира по футболу (он выразил надежду на финал с участием сборных Бразилии и РФ и добавил, комментируя последние результаты матчей, что «у Германии никогда не получалось хорошо выступать на российской земле»). Советник премьер-министра Индии по нацбезопасности Аджит Довал призывал к усилению практического сотрудничества — в частности, созданию форума по вопросам безопасности и усилению борьбы со «спонсорством терроризма со стороны ряда государств». А принимавшая гостей министр госбезопасности ЮАР Дипуо Лецаци-Дуба не уставала разными словами говорить о том, что многополярность мира «находится в осаде», а партнерство в рамках БРИКС способствует движению к «более безопасному и справедливому мировому порядку».

Сама ЮАР активно участвует в миротворческих операциях на континенте. Но БРИКС как объединение может сделать больше, считают его сторонники. Так, один из вариантов был предложен на академическом форуме экспертов пяти стран (он прошел 28–31 мая в Йоханнесбурге) исполнительным директором Национального комитета по исследованию БРИКС Георгием Толорая: он выдвинул идею создания Центра по урегулированию конфликтов, который стал бы площадкой для диалога между конфликтующими сторонами при посредничестве профильных экспертов.

Председатель Южноафриканского научно-исследовательского центра БРИКС Ари Ситас заверил “Ъ”, что сотрудничество в сфере безопасности в рамках объединения имеет большой потенциал: «Деятельность БРИКС может дать старт давлению, которое в результате сделает сложившуюся систему более отзывчивой к опасениям и чаяниям региона». В свою очередь, член российского Национального комитета по исследованию БРИКС, научный сотрудник Института Африки РАН Александра Архангельская в разговоре с “Ъ” заявила: «БРИКС был создан в качестве противовеса и альтернативы действующим институтам. А его члены — это игроки, которые действительно могут повлиять, например, на решение вопросов, связанных с региональными террористическими угрозами».

Помочь этому призвано и запланированное привлечение к формату других игроков. Саммит в Йоханнесбурге посетят не только лидеры стран БРИКС, но и генсек ООН, а также главы Аргентины, Индонезии, Египта, Ямайки и Турции. Такой выбор объяснил ранее замглавы МИД ЮАР Лавеллин Лэндерс: «Аргентина — председатель G20. Индонезия — сопредседатель в Новом стратегическом партнерстве стран Африки и Азии (вместе с ЮАР) и влиятельный представитель стран Юго-Восточной Азии. Египет — председатель "Группы 77 плюс Китай". Ямайка вступает в статус председателя Карибского сообщества (КАРИКОМ). Турция — председатель Организации исламского сотрудничества».

Очевидна экспертам и цель приглашения на саммит президентов Анголы, Габона и Замбии. По мнению Александры Архангельской, для ЮАР крайне важно сохранить свой статус лидера на континенте и претензии на статус мировой державы. Кроме того, говоря о целях ЮАР, собеседница “Ъ” добавила: хозяева наверняка назовут еще одну тему — так называемой голубой экономики, то есть освоения мирового океана, а также береговых линий (например, в виде реализации инфраструктурных проектов по развитию портов).

Эксперты сходятся во мнении, что БРИКС выгоден всем участникам объединения — но по-разному.

«Китаю БРИКС помогает продвигаться на африканский континент. Индии улучшает международный имидж и внешнеполитические связи, а также помогает продвигать идеи, связанные с возобновляемой энергетикой. Бразилии способствует в восстановлении экономики после кризисов. Мы, южноафриканцы, продвигаем свою повестку. А Россия очень озабочена вопросами мира и глобальной безопасности. Плюс для нее это возможность начать движение к более заметному экономическому росту, после всех этих наложенных на вас санкций»,— отметил Ари Ситас. Впрочем, добавляет Александра Архангельская, «от БРИКС многого требуют, но его стоит оценивать адекватно: ни для одной из стран пятерки это объединение не является основным элементом внешней политики».

Выжидательная позиция

Более того, зимой южноафриканские СМИ и эксперты предупреждали, что теперь активность страны в БРИКС может заметно снизиться. Причина — в смене власти в ЮАР. В феврале пост президента республики покинул Джейкоб Зума, который и добился присоединения страны к организации. Местная газета The Mai & Guardian ранее цитировала неназванного высокопоставленного источника в МИД ЮАР, который отмечал, что теперь внешняя политика будет фокусироваться на отношениях с западными странами — в отличие от времен Джейкоба Зумы, когда «все яйца были сложены в корзину БРИКС». Впрочем, из слов госпожи Лецаци-Дубы на вчерашнем заседании следовало, что до сих пор серьезной смены отношения к объединению со стороны ЮАР не произошло.

Похожие опасения были и касательно двусторонних российско-южноафриканских отношений. Среди экспертов и журналистов в ЮАР распространено мнение, что между Джейкобом Зумой и российским лидером Владимиром Путиным были особые отношения, которые и позволяли активно развивать двусторонние связи. Смена власти, таким образом, этим связям могла угрожать. Первым звонком местные СМИ назвали увольнение новым президентом Сирилом Рамафосой министра энергетики Дэвида Махлобо, лоббировавшего, как сообщали журналисты, сделку с «Росатомом» по строительству новых блоков АЭС. Кстати, будучи до того министром госбезопасности, господин Махлобо не раз встречался с Николаем Патрушевым, а в 2015 году, например, подписал меморандум о взаимопонимании между его ведомством и Совбезом РФ.

Впрочем, собеседники “Ъ” называют нового президента прагматиком. Адвокат по образованию, он в свое время активно — и успешно — занимался бизнесом, в частности, владел долями в ряде горнодобывающих предприятий и мобильном операторе MTN, а также франшизой McDonald`s в ЮАР. Таким образом, принцип «бизнес прежде всего» он понимает хорошо.

По данным Федеральной таможенной службы РФ, в 2017 году товарооборот с ЮАР составил $832 млн, из них $628 млн пришлось на импорт России из Южной Африки. По сравнению с 2016 годом товарооборот увеличился почти на 16%.

«Смена руководства ЮАР никоим образом не отражается на наших отношениях. Они великолепные»,— заверил “Ъ” глава департамента Африки МИД РФ Андрей Кемарский. Между тем Александра Архангельская отметила, что сейчас «России важно проявить должную дипломатию и показать южноафриканцам нацеленность на развитие плодотворных отношений вне зависимости от того, кто является президентом». «Текущие отношения я бы оценила как такие же стабильные, как и при президенте Зуме, но позиция при этом занята выжидательная»,— заявила собеседница “Ъ”.

По данным “Ъ”, российская и южноафриканская стороны прорабатывали возможность встречи Сирила Рамафосы и Николая Патрушева — она могла пройти в Йоханнесбурге до заседания БРИКС. О таких планах, как стало известно “Ъ”, господин Рамафоса даже лично сообщал послу РФ в ЮАР Михаилу Петракову. Однако за день до запланированной встречи стало известно, что знакомство отменяется — по официальной версии, из-за несовпадения графиков. Теперь, как отмечает Александра Архангельская, многое будет зависеть от того, возникнет ли «химия» на встрече Владимира Путина и Сирила Рамафосы, которая должна пройти на полях июльского саммита БРИКС.