Судебной волоките назначили срок

Конституционный суд (КС) удовлетворил жалобу предпринимателя из Подмосковья Сергея Филиппова, признав чрезмерным четырехлетний запрет на повторный иск о компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок. Уголовное преследование господина Филиппова длилось почти десять лет, но этого оказалось недостаточно, чтобы отсудить у государства компенсацию за судебную волокиту. Соответствующий закон был принят в 2010 году, но уточнять его отдельные нормы КС пришлось уже более десятка раз.

Фото: Александр Коряков, Коммерсантъ

Поводом для проверки конституционности положений закона о компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок, как следует из опубликованного на сайте КС решения, стало обращение предпринимателя Сергея Филиппова. Он был обвинен в мошенничестве в особо крупном размере и фальсификации доказательств в ходе сделки по продаже двух земельных участков в подмосковной Балашихе.

Под следствием и судом господин Филиппов провел почти 10 лет. За это время, вспоминает его адвокат Александр Данилов, суд дважды возвращал дело прокурору для исправления недостатков, а прокурор «раз десять» — следователю.

По истечении пяти лет следствия бизнесмен потребовал компенсацию за волокиту, но Мособлсуд ему отказал, объяснив задержку сложностью дела. Через полтора года Сергей Филиппов снова пошел в суд, но опять получил отказ: суд указал, что повторное обращение возможно только по прошествии четырех лет (такой срок установлен законом для первичного обращения с жалобой на волокиту).

Однако КС решил, что чрезмерная отсрочка права на подачу нового заявления означала бы необоснованное и несоразмерное ограничение возможности для судебной защиты прав граждан. Кроме того, отметил суд, при таком ограничительном понимании отсутствовали бы стимулы для активных действий следственных органов после принятия судом решения по первому обращению обвиняемого.

В связи с этим КС предписал законодателю уточнить порядок и условия подачи нового заявления о компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок.

А до этого суды не вправе отказывать в подаче повторных заявлений, если они поданы по истечении года после вступления в силу решения по предыдущему заявлению и обстоятельства успели измениться.

Адвокат Данилов сказал “Ъ”, что защита полностью удовлетворена решением КС и в ближайшее время попробует добиться того, чтобы заявление господина Филиппова о компенсации за волокиту все-таки рассмотрели. Другой адвокат бизнесмена Евгений Шумар отмечает, что это уже второе обращение Сергея Филиппова в КС: в прошлом году суд по его жалобе уточнил порядок обжалования залога и обязал законодателя установить срок его действия. Госдума даже успела принять соответствующие поправки к УПК, после чего предпринимателю удалось решить проблему с залогом, деньги на который были взяты в долг и на него начислялись проценты, добавляет адвокат. Правда, уголовное дело о мошенничестве закончилось не в пользу подсудимого: в 2019 году ему был вынесен условный приговор, но по настоянию прокуратуры он был отменен, и во второй раз господин Филиппов уже получил реальный срок лишения свободы.

Закон о праве граждан на компенсацию за судебную волокиту и неисполнение решений судов был инициирован еще в 2010 году тогдашним президентом Дмитрием Медведевым по требованию Европейского суда по правам человека (ЕСПЧ) — в связи с необходимостью исполнения пилотного постановления по «делу Бурдова-2». С тех пор КС уже более 10 раз уточнял положения закона в своих постановлениях и определениях. По данным судебной статистики, в 2020 году суды рассмотрели 4615 заявлений о присуждении компенсации за волокиту, из них чуть более тысячи составили претензии к срокам уголовного производства. Результаты их рассмотрения не уточняются.

Компенсация за судебную волокиту — в целом работающий в последнее время механизм, хотя такие дела не слишком часты, подтверждает партнер юридической фирмы «Рустам Курмаев и партнеры» Дмитрий Клеточкин.

Он объясняет это тем, что подавляющее большинство дел рассматривается все-таки в пределах тех сроков, которые считаются разумными, т. е. двух-трех лет. На самом деле внедрение этого механизма в России в значительной степени обусловлено активностью ЕСПЧ, отмечает эксперт: его запустили здесь именно для того, чтобы Страсбургский суд не имел оснований вмешиваться.