Актуальные вопросы правового регулирования уголовно-процессуальных гарантий безопасности свидетеля и потерпевшего

ЮРИСПРУДЕНЦИЯ

Добровлянина О. В. Актуальные вопросы правового регулирования уголовно-процессуальных гарантий безопасности свидетеля и потерпевшего // Вестник Прикамского социального института. 2016. № 1 (73). C. 8-12.

Dobrovlyanina O. V. Topical issues of legal regulation of security guarantees of witnesses and victims in the criminal process. Bulletin of Prikamsky Social Institute. 2016. No. 1

УДК 343.131

О. В. Добровлянина

Пермский государственный национальный исследовательский университет, Пермь, Россия

АКТУАЛЬНЫЕ ВОПРОСЫ ПРАВОВОГО РЕГУЛИРОВАНИЯ УГОЛОВНО-ПРОЦЕССУАЛЬНЫХ ГАРАНТИЙ БЕЗОПАСНОСТИ СВИДЕТЕЛЯ И ПОТЕРПЕВШЕГО

Добровлянина Ольга Владимировна - кандидат юридических наук, доцент кафедры уголовного процесса и криминалистики.

E-mail: odobr1@yandex.ru

В статье анализируются проблемы безопасности свидетелей и потерпевших в уголовном процессе России. Автор рассматривает проблемные вопросы правового регулирования по теме, предлагает пути усовершенствования норм. Автор полагает, что коррекция норм позволит более эффективно защищать права и свободы участников уголовного судопроизводства.

Ключевые слова: уголовно-процессуальные меры безопасности, свидетель, потерпевший, уголовное судопроизводство.

O. V. Dobrovlyanina

Perm State University, Perm, Russia

TOPICAL ISSUES OF LEGAL REGULATION OF SECURITY GUARANTEES OF WITNESSES AND VICTIMS IN THE CRIMINAL PROCESS

Dobrovlyanina Olga V. - Candidate of Juridical Sciences, Associate Professor of the Department of Criminal Procedure and Criminalistics.

The paper analyzes the problems of providing safety of the witnesses and victims in criminal proceedings of Russia. The author examines the problematic issues of legal regulation, offers ways to improve standards. The author believes that the correction standards will more effectively protect the rights and freedoms of participants in criminal proceedings.

Key words: criminal procedural security measures, witness, the victim, criminal proceedings.

Вопросам безопасности участников уголовного судопроизводства, в том числе безопасности свидетеля и потерпевшего, сегодня уделяется много внимания со стороны как законодателя, так и практических работников и ученых. Развитие данного института в уголовно-процессуальном законодательстве России показывает, что это оправданная гарантия реализации прав участвующих в расследовании и рассмотрении уголовного дела лиц.

© Добровлянина О. В., 2016

Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации1 (УПК РФ), принятый в 2001 г., закрепил этот институт как принцип уголовного процесса. Так, в ч. 3 ст. 11 УПК РФ установлено: при наличии достаточных данных о том, что потерпевшему, свидетелю или иным участникам уголовного судопроизводства, а также их близким родственникам, родственникам или близким лицам угрожают убийством, применением насилия, уничтожением или повреждением их имущества либо иными опасными противоправными деяниями, суд, прокурор, руководитель следственного органа, следователь, орган дознания, начальник органа дознания, начальник подразделения дознания и дознаватель принимают в пределах своей компетенции в отношении указанных лиц меры безопасности, предусмотренные ч. 9 ст. 166, ч. 2 ст. 186, ч. 8 ст. 193, п. 4 ч. 2 ст. 241 и ч. 5 ст. 278 УПК РФ, а также иные меры безопасности, предусмотренные законодательством Российской Федерации.

В первую очередь законодатель гарантирует применение и соблюдение уголовно-процессуальных мер безопасности свидетелю и потерпевшему, выделяя их из всех участников уголовного процесса. Это очень важно, т. к. именно свидетель и потерпевший чаще всего оказываются в небезопасном положении вследствие осуществления ими функций: дачи свидетельских показаний, обвинения в отношении тех лиц, которые желают избежать привлечения к уголовной ответственности. В данной статье рассмотрены некоторые проблемы правового регулирования собственно уголовно-процессуальных мер безопасности, применяемых в отношении свидетеля, потерпевшего.

Собственно уголовно-процессуальных мер безопасности для свидетелей и потерпевших несколько. Во-первых, это предусмотренный ч. 9 ст. 166 УПК РФ так называемый допрос под псевдонимом. Следователь, дознаватель вправе в протоколе следственного действия, в котором участвуют потерпевший, его представитель или свидетель, не приводить данные об их личности. В этом случае следователь с согласия руководителя следственного органа или дознаватель с согласия начальника органа дознания выносит постановление, в котором излагаются причины принятия решения о сохранении в тайне этих данных, указывается псевдоним участника следственного действия и приводится образец его подписи, которые он будет использовать в протоколах следственных действий, произведенных с его участием. Постановление помещается в конверт, который после этого опечатывается, приобщается к уголовному делу и хранится при нем в условиях, исключающих возможность ознакомления с ним иных участников уголовного судопроизводства. В случаях, не терпящих отлагательства, указанное следственное действие может быть произведено на основании постановления следователя или дознавателя о сохранении в тайне данных о личности участника следственного действия без получения согласия, соответственно, руководителя следственного органа, начальника органа дознания. В данном случае постановление следователя передается руководителю следственного органа, а постановление дознавателя -начальнику органа дознания для проверки его законности и обоснованности незамедлительно при появлении для этого реальной возможности.

Сохранение в тайне данных о личности с целью обеспечить безопасность применяется в силу ч. 1.1 ст. 144 УПК РФ и на стадии возбуждения уголовного дела, хотя свидетель и потерпевший не являются участниками стадии возбуждения уголовного дела, т. к. не обладают соответствующим уголовно-процессуальным статусом, приобретаемым в порядке ч. 1 ст. 42 УПК РФ или ч. 1 ст. 56 УПК РФ. Речь в данном случае может идти только о пострадавших, об очевидцах. Думается, что законодателю необходимо указать в ч. 9 ст. 166 УПК РФ, что данная мера безопасности может применяться и на стадии возбуждения уго-

1 Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации от 18 дек. 2001 г. № 174-ФЗ (в ред. от 6 июля 2016 г.) // Собр. законодательства Рос. Федерации. 2001. № 52 (ч. I). Ст. 4921; Рос. газета. 2016. 11 июля.

ловного дела к участникам проверки сообщения о преступлении, в том числе и в отношении заявителя о преступлении. При этом важно установить порядок ее применения при составлении протокола принятия сообщения о преступлении. Это будет способствовать согласованности положений, предусмотренных ч. 1.1 ст. 144 и ч. 9 ст. 166 УПК РФ.

Кроме того, ч. 1 ст. 217 УПК РФ установлено, что по окончании расследования следователь предъявляет обвиняемому и его защитнику подшитые и пронумерованные материалы уголовного дела, за исключением случаев, предусмотренных ч. 9 ст. 166 УПК РФ, т. е. не предоставляет засекреченные сведения о потерпевшем или свидетеле.

Во-вторых, мерой безопасности, применение которой возможно в отношении свидетеля, потерпевшего, являются предусмотренные ч. 2 ст. 186 УПК РФ контроль и запись переговоров. При наличии угрозы совершения насилия, вымогательства и других преступных действий в отношении потерпевшего, свидетеля или их близких родственников, родственников, близких лиц контроль и запись телефонных и иных переговоров допускаются по письменному заявлению указанных лиц, а при отсутствии такого заявления - на основании судебного решения. Очевидно, имеется в виду голосовая передача информации, которая будет контролироваться. Должностному лицу, ведущему уголовное судопроизводство, необходимы достоверные сведения о наличии угрозы совершения насилия, вымогательства и других преступных действий в отношении потерпевшего, свидетеля. И в данном случае может возникнуть проблема. Как их получить, подтвердить? С одной стороны, если от свидетеля, потерпевшего, поступает заявление об этом, то медлить нельзя, необходимо принимать меры по противодействию, но, с другой стороны, и свидетель, и потерпевший могут неверно оценить обстановку, преувеличить что-либо, написать заявление «на всякий случай» и т. д. Необоснованные контроль и запись переговоров могут привести к ненужным процессуальным, временным и экономическим затратам. Возникает еще один вопрос: каким образом участники уголовного процесса должны подтвердить факты, например, угроз насилия? Это зачастую и подтверждается в ходе исполнения контроля и записи переговоров. В связи с этим формулировку «при наличии угрозы» целесообразно изменить на «при поступлении сообщения потерпевшего, свидетеля или их близких родственников, родственников, близких лиц об угрозе». Таким образом, должностное лицо получит фактическое основание для производства рассматриваемого следственного действия. И это не затруднит следователя, дознавателя с принятием решения о контроле и записи телефонных и иных переговоров. Представляется, после этого должностному лицу необходимо вынести соответствующее мотивированное постановление. Об этом целесообразно прямо указать в ч. 2 ст. 186 УПК РФ. Дело в том, что ч. 4 рассматриваемой статьи вкупе с ч. 3 той же статьи предполагает постановление суда, в котором дается разрешение на производство контроля и записи переговоров. Между тем в случае, когда такое следственное действие необходимо по заявлению свидетеля, потерпевшего, не указано, какой процессуальный документ следователь направит в орган, производящий контроль и запись переговоров. Это должно быть постановление следователя, дознавателя о необходимости проведения контроля и записи переговоров. Думается, что и в ч. 1 ст. 164 УПК РФ важно упомянуть об этом, включив в перечень норм, содержащих случаи вынесения постановления следователем для производства следственных действий, и указание на ч. 2 ст. 186 УПК РФ.

В-третьих, еще одна мера безопасности, которую возможно применить в отношении свидетеля, потерпевшего, если они выступают в роли опознающего в ходе предъявления для опознания лица, предусмотрена ч. 8 ст. 193 УПК РФ. В целях обеспечения безопасности опознающего предъявление лица для опознания по решению следователя может быть проведено в условиях, исключающих визуальное наблюдение опознающего опознавае-

мым. Тем самым опознающий свидетель, потерпевший должны находиться в отдельной комнате со специальным стеклом, через которое смогут наблюдать опознаваемых, но при этом последние не увидят их. Однако этого для обеспечения безопасности недостаточно. Важно установить также особенности составления протокола такого следственного действия, потому что они не указаны в ч. 9 ст. 193 УПК РФ, воспроизводящей общие правила составления протокола. И в силу ч. 6 ст. 166 УПК РФ составленный протокол предъявляется для ознакомления всем лицам, участвовавшим в следственном действии, в том числе опознаваемому. Поэтому целесообразно не приводить в этом протоколе личные данные опознающего, применяя правила ч. 9 ст. 166 УПК РФ. Это будет уместно указать в ч. 9 ст. 193 УПК РФ после предложения «Если предъявление лица для опознания проводилось в условиях, исключающих визуальное наблюдение опознаваемым опознающего, то это также отмечается в протоколе». В противном случае обеспечение безопасности опознающего свидетеля, потерпевшего сомнительно.

В-четвертых, в случаях, когда этого требуют интересы обеспечения безопасности участников судебного разбирательства, их близких родственников, родственников или близких лиц, на основании определения или постановления суда допускается закрытое судебное разбирательство. Это предусмотрено п. 4 ч. 2 ст. 241 УПК РФ и распространяется на свидетеля, потерпевшего. Одна из самых серьезных проблем в этом вопросе связана с наличием у судьи, назначающего судебное заседание, достоверных сведений о наличии угроз безопасности в отношении свидетеля, потерпевшего для обоснования принимаемого решения, как того требует ч. 2.1 ст. 241 УПК РФ: в определении или постановлении суда о проведении закрытого разбирательства должны быть указаны конкретные, фактические обстоятельства, на основании которых суд принял данное решение. Очевидно, такие сведения должны быть получены из соответствующих заявлений указанных лиц или предоставлены должностными лицами правоохранительных органов. Каким образом судье проверить достоверность полученных в первом случае сведений, не вполне ясно. Кроме того, от кого может исходить такая угроза? Если угрозы поступают со стороны обвиняемого, то закрытое судебное заседание вряд ли станет панацеей. В этом случае угрозы исходят от родственников обвиняемого и иных лиц, заинтересованных в исходе дела не в пользу потерпевшего. Думается, применение только рассматриваемой меры безопасности вряд ли гарантирует свидетелю и потерпевшему подлинную защищенность. Необходимо применение иных мер, предусмотренных федеральным законом1.

В-пятых, ч. 5 ст. 278 УПК РФ предусмотрено еще одно правило о безопасности свидетеля, потерпевшего, участвующих в судебном заседании. Согласно указанному положению закона при необходимости обеспечить безопасность свидетеля, его близких родственников, родственников и близких лиц суд без оглашения подлинных данных о личности свидетеля вправе провести его допрос в условиях, исключающих визуальное наблюдение свидетеля другими участниками судебного разбирательства, о чем суд выносит определение или постановление. Эта мера довольно широко применяется в уголовном судопроизводстве при рассмотрении дел судами (к сожалению, привести конкретные статистические сведения не представляется возможным в силу того, что такая статистика отсутствует, а также в силу засекреченности сведений о мерах безопасности, применяемых в отношении потерпевших и свидетелей, отсутствия этих сведений в открытом доступе). Так допрашиваются в качестве свидетелей некоторые засекреченные практические работники, которые осуществляли оперативно-разыскные мероприятия, например, проводили проверочную закупку наркотических средств. Однако зачастую целесообразно также при помощи

1 О государственной защите потерпевших, свидетелей и иных участников уголовного судопроизводства: федер. закон от 20 авг. 2004 г. № 119-ФЗ (в ред. от 3 июля 2016 г.) // Рос. газета. 2004. 25 авг.; Там же. 2016. 12 июля.

специальных компьютерных средств изменить голос лица, дающего показания, во избежание его узнавания. Только тогда применяемая мера безопасности обеспечит достижение цели1. Данная мера может применяться в том числе в случаях, когда на стадии предварительного расследования безопасность свидетеля, потерпевшего гарантировалась путем применения мер, предусмотренных ч. 9 ст. 166, ч. 8 ст. 193 УПК РФ.

Важно отметить, что в силу ч. 6 ст. 278 УПК РФ в случае заявления сторонами обоснованного ходатайства о раскрытии подлинных сведений о лице, дающем показания, в связи с необходимостью осуществления защиты подсудимого либо установления каких-либо существенных для рассмотрения уголовного дела обстоятельств суд вправе предоставить сторонам возможность ознакомиться с указанными сведениями. С одной стороны, случаи, обосновывающие необходимость раскрытия подлинных сведений о лице, дающем показания, могут быть (например, свидетель подкуплен). И тогда данное положение закона гарантирует соблюдение прав подсудимого. Некоторые авторы в связи с этим подчеркивают, что существование такого правила оправдано, т. к. должен соблюдаться баланс равного обеспечения прав и интересов как стороны обвинения, так и стороны защиты [2, с. 269]. Однако, с другой стороны, установить подлинную достоверность сведений, сообщаемых стороной защиты, которая требует рассекречивания личных данных допрашиваемого, может быть затруднительно. В этом случае возможны ошибки суда, и, как следствие, свидетель и потерпевший окажутся в положении незащищенных лиц. А. А. Тимошенко утверждает, что большинство исследователей, которые рассматривают проблему участия в судебном заседании свидетеля под псевдонимом, придерживаются позиции учета мнения защищаемого лица по этому вопросу [1, с. 28].

Все эти проблемы требуют осмысления и пристального внимания законодателя. Разрешение рассмотренных вопросов правового регулирования и применения мер безопасности в отношении свидетеля, потерпевшего будет способствовать соблюдению прав участников уголовного судопроизводства и укреплению законности и правопорядка.

Библиографический список

1. Тимошенко А. А. Потерпевший и свидетель под псевдонимом: проблемы практики // Криминалистъ. 2008. № 2. С. 22-29.

2. Шелковая Н. Ю. Проблемы обеспечения конфиденциальности сведений о защищаемом лице // Четвертый Пермский международный конгресс ученых-юристов: материалы междунар. науч.-практ. конф. (г. Пермь, Перм. гос. нац. исслед. ун-т, 18-19 октября 2013 г.) / отв. ред. О. А. Кузнецова; Перм. гос. нац. иссл. ун-т. Пермь, 2013. С. 267-269.

1 Верховный Суд РФ признал допустимым использование специальных компьютерных программ (см. Определение Верховного Суда РФ от 14 июня 2006 г. № 43-о06-9. Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс»).