Сплит и Дубровник: города с прерванным и восстановленным архитектурным континуитетом

Вестник ПСТГУ

Серия V. Вопросы истории и теории христианского искусства

2011. Вып. 3 (6). С. 85-109

Сплит и Дубровник:

ГОРОДА С ПРЕРВАННЫМ И ВОССТАНОВЛЕННЫМ АРХИТЕКТУРНЫМ КОНТИНУИТЕТОМ

А. А. Воронова

В данной статье проводится анализ формирования сложной стилистики архитектуры восточно-адриатического побережья на примере Сплита и Дубровника (Рагузы). Архитектурно-градостроительный континуитет предшественников обоих городов (Салоны и Эпидавра) был прерван внешними причинами, а затем восстановлен на новых местах. Прослеживаются механизмы византийских и западных композиционных и стилистических взаимопроникновений в церковном строительстве региона в процессе преемственности локальных традиций. Показано, что в одних случаях новые архитектурные объекты возникали путем адаптации существующих. В других случаях их стилистика была связана с периодами усиления и угасания византийского и западного влияния и имела преимущественно смешанный характер, объединяя черты раннероманской и византийской архитектуры.

Проблема генезиса средневековой архитектуры восточно-адриатического приморья неразрывно связана с совершенно особой спецификой развития этого региона. Относительная цельность сложной архитектурной стилистики Адриатического пояса сформировалась благодаря его длительной истории и непрерывному континуитету всех сфер его жизни. Архитектурно-градостроительный континуитет является важнейшим критерием для всестороннего анализа пограничных культур, в особенности средиземноморского (и в частности, адриатического) урбанизма.

По наличию и степени сохранения архитектурно-градостроительного континуитета далматинские города делятся на три группы. Первую группу составляют города и их архитектурные объекты с непрерывным античным континуитетом, возникшие прямо на античной ткани. Ко второй группе относятся города и их архитектурные объекты с прерванным континуитетом, возникшие близ античного ядра на новом месте, и третью группу образуют поселения, монастырские комплексы и отдельные памятники храмовой архитектуры, построенные славянами в раннем Средневековье без строительного и пространственного континуитета первоначального античного ядра, т. е. на новом месте.

В рамках данной статьи мы рассмотрим вторую группу далматинских городов, на примере которых можно проследить и проанализировать процессы

Археологический план Салоны (по Э. Диггве). IVв.

архитектурно-градостроительных композиционных и стилистических взаимопроникновений в процессе преемственности различных традиций. Главным примером города с прерванным, но впоследствии восстановленным на новом месте континуитетом является Сплит, наследник большой античной метрополии Салоны и столицы провинции Далмации. Салона, возникшая на перекрестке важных торговых путей, с IV в. до Р. Х. была греческой колонией, а при императоре Августе в I в. до Р. Х. получила статус римской колонии (Colonia Martia Julia Salonae) и стала быстро развиваться, став вскоре крупным административным, хозяйственным и религиозным центром всего восточного Адриатического побережья. Несмотря на то что в 481 г. Салона и вся Далмация попали под власть готов-ариан, наряду с Равенной Салона оставалась очагом расцвета культуры на Адриатике. И хотя салонитанский епископ находился под значительным влиянием Византии и Рима, откуда епископ несколько раз получал паллиум, Салона как христианская метрополия имела огромную церковную мощь и достаточно большую политическую независимость в зоне столкновений интересов Востока и Запада1.

Вплоть до своего разрушения в VII в. в результате славяно-аварского нашествия Салона непрерывно расширялась и систематически застраивалась значительными комплексами светской и культовой архитектуры. Согласно некоторым оценкам, в период наивысшего подъема город мог насчитывать шестьдесят тысяч жителей. Впоследствии вблизи разрушенной Салоны возникло раннехорватское поселение Солин.

1 Dyggve E. Povijest salonitanskog krscanstva. Split, 1996. S. 24, 33.

86

Конфигурация участка между склонами гор к морю в дельте р. Ядро обусловила весьма свободный облик города, и ортогональная схема его планировки видна только в формировании раннехристианского городского ядра. Этот процесс происходил путем адаптации античных сооружений для христианского богослужения, т. е. при сохранении архитектурно-градостроительного континуитета2. Первоначальный ораторий возник во 2-й пол. III в. в частном доме (переоборудован из небольших приватных терм), где был устроен синтрон. Эта часть была отделена от остального пространства мраморным иконостасом и, судя по всему, выполняла функцию пресбитерия, хотя он и расположен в западной части. После эдикта в IV в. рядом была выстроена небольшая базилика с баптистерием, а в V в. на этом месте была сооружена новая базилика, гораздо больших размеров, и при ней новый баптистерий3 с консигнаториумом. Сначала две базилики были объединены общим нартексом, но в VI в. на месте южной базилики появилась крестообразная церковь; при этом была сохранена связь двух разных церквей общим нартексом.

Двойные базилики создавали необходимый торжественный интерьер для проведения в Салоне церковных соборов, каковые состоялись здесь в 530 г. и 533 г.4 Подобные двойные церкви появлялись в это время на восточном побережье Адриатики (особенно на полуострове Истрия), причем функции их разделялись следующим образом: одна предназначалась для богослужения, другая — для хранения реликвий. Это было результатом победы культа реликвий внутри городских стен — перенесения мощей местных мучеников с загородных кладбищ и торжественного положения реликвария в основание престола при освящении храма5.

В северной части комплекса сформировался отдельный комплекс — епископский дворец с внутренним двором и хозяйственными постройками в нижнем ярусе. Со второго этажа дворца был прямой доступ в базилику и баптисте-

2 После принятия христианства в салонитанском амфитеатре были устроены христианские оратории, украшенные фресками с изображением убитых там мучеников (см.: Dyggve E. Op. cit. S. 29).

3 Возможно, на архитектуру баптистерия оказал влияние мавзолей Диоклетиана, что видно по разрезу обоих зданий: двухэтажные колоннады, открытый двор (простаза) с мраморной лестницей, украшения интерьера стукко, росписью и золотой мозаикой. По стилистическим признакам баптистерий датируется 2-й пол. VI в. Использование изящных импортных византийских капителей из мрамора сближает баптистерий с памятниками Салоник, Равенны, Градо и Пореча ^.^yg^e E. Op. cit. S. 38).

4 Ibid. S. 35-36.

5 В раннехристианский период в церквах было не более одного алтаря и престола, поскольку в одном храме могла совершаться только одна литургия в день. При этом появилась тенденция переноса мощей мучеников с загородных кладбищ в город, для чего строилась особая базилика, параллельная основной. Два примера: в Пуле базилика Девы Марии и параллельная ей базилика защитника города Св. Фомы (с его мощами), и в Триесте, где более древняя северная церковь посвящена Св. Марии, а южная — Св. Иусту, принявшему здесь мученическую смерть во время Диоклетиановых гонений. Дорогостоящее строительство двойных церквей на Западе стало сокращаться, когда Церковь перестала соблюдать запрет на устройство более чем одного алтаря в храмах, что могло произойти в VI или VII в. Византийская же Церковь продолжала хранить раннехристианскую традицию, хотя и там иногда пристраивали мемориальные капеллы, но еще не устраивалось несколько алтарей внутри церкви. Дальнейшее развитие привело к строительству церквей с трансептом и церквей с криптой. Однако эта проблема еще окончательно не изучена (см.: Dyggve E. Op. cit. S. 40-42, 56).

рий с помощью внешней лестницы. Водопровод был подведен ко всем церковным зданиям, включая баптистерий. В градостроительной планировке Салоны эти структуры образовали новый городской квартал, который с восточной и западной сторон ограничен двумя улицами из прежней городской ткани: западная улица стала нартексом базилики и переходом из базилики в баптистерий, а восточная — переходом в резиденцию епископа6.

Большое значение в архитектуре и планировке раннехристианской Салоны имели загородные кладбища и их мемориальные сооружения с погребенными там местными мучениками, так как по античной традиции было запрещено хоронить внутри городских стен7. Наиболее ранние сооружения сохранились на кладбище Марусинац: мемориальные приватные капеллы с гробом мученика 300—305 гг. Их форма обычна для языческих надгробных сооружений, но погребальная камера лежит под уровнем пола, а верхнее помещение использовалось для богослужения. Кроме того, там находился большой погребальный комплекс с мавзолеем св. Анастасия (ок. 300 г.), базиликой (ок. 426 г.) и рядом приватных мартириумов в галерее открытого перистиля. За его высокими стенами было безопасно совершать литургию вместе с поминовением усопших. Марусинац как типичный пример показывает, насколько планировка этих сооружений зависела от ранней погребальной архитектуры8.

Около 400 г. на Салону в первый раз нападают готы; затем через краткие интервалы следуют нападения варваров. Почти все саркофаги на кладбищах были разбиты в то время, причем на кладбище Каплюч пол базилики разбит точно над каждым гробом (вероятно, местных жителей заставляли показывать захоронения). Базилика на кладбище Манастирине была разрушена, однако церковью остался поперечный неф, отделенный от уничтоженного среднего нефа новой стеной с контрфорсами. Подобное разорение претерпела и базилика на кладбище Каплюч: церковью стал средний неф, а интерколумнии были заложены новой стеной, усиленной контрфорсами. Единственное культовое сооружение раннехристианской Салоны, пережившее разорение города, был ораторий св. Анастасия на кладбище Марусинац, вероятно по причине необычайно качественного способа строительства. В нем совершалось богослужение вплоть до раннего Средневековья, и наверняка туда совершались процессии из Сплита. Анастасиев ораторий был настоящей связью с мученическим культом древней Салоны и наряду с редуцированными храмами других кладбищ сохранял архитектурный и мемориальный континуитет города9.

6 Suie M. Anticki grad na istocnom Jadranu. Zagreb, 2003. S. 365.

7 Вблизи города находились три больших кладбища: Марусинац, где были похоронены мученик Анастасий и александрийский мученик Менас; Каплюч, где погребены священник Астерий и четыре воина Диоклетиановой личной охраны: Антиохианус, Гаианус, Паулинианус и Телиус, казненные в 304 г. в амфитеатре; и Манастирине с могилами епископа-мученика Домния, основателя христианской общины в Салоне, епископа Венанция и мученика диакона Септимия. Христиане стремились быть похороненными как можно ближе к могиле мученика, и, естественно, этого добивались наиболее обеспеченные. Размещение гробниц было очень тесным, что продолжалось и в эпоху Константина, эпоху расцвета культа мучеников (см.: DyggveE. Op. cit. S. 63—64).

8 Ibid. S. 66-67.

9 Ibid. S. 98.

Салона. Кладбище Марусинац. Погребальный комплекс с мавзолеем св. Анастасия. Аксонометрическая реконструкция. 1У—У вв.

Салона. Кладбище Манастирине: вид сверху. IV—Vвв.

Салона. Кладбище Манастирине: вид с востока. IV—Vвв.

Типологически салонитанские базилики близки провинциальным церквам V в., строившимся на всех побережьях Восточного Средиземноморья. Исследователи находят в них черты римской, эгейской, сирийской и месопотамской архитектуры. В плане большие салонитанские базилики трехнефные, с большой полукруглой апсидой, с протезисом и дьяконником, с нартексом и реже с атриумом. Ширина среднего нефа (15 м) соответствует размеру больших раннехристианских церквей в Салониках, а также ширине Перистиля дворца Диоклетиана; близки ему и высота колонн базилик, и их интерколумний10. Принимая во внимание географическое положение Салоны и различное этническое происхождение ее населения, можно утверждать, что здесь примерно в равной степени использовались образцы как латинского Запада, так и греческого Востока11.

Наконец, позднее, в V—VI вв., наступает весьма плодотворный период, названный Э. Диггве «адрио-византинизмом». Находки в Салоне показывают, что тогдашний декор и церковный инвентарь идентичны по типу и стилю зданиям Равенны. Они выполнены из одного и того же материала: стукко, фрески, мозаики, далматинский известняк и импорти-

10 Dyggve E. Op. cit. S. 35-36. Кроме описанных сооружений, в Салоне раскопан еще ряд памятников: вторая базилика с баптистерием, базилика V в. на пристани, с протезисом и дьяконником, построенная над прежними термами, трехнефная базилика IV в. с трансептом и еще одна базилика VI в. на главной городской улице недалеко от амфитеатра в западной части города, с двумя малыми апсидами, за которыми размещены малые пастофории. В истории архитектуры обычно считается, что увеличение числа апсид в базиликах, по крайней мере на Востоке, началось в VIII в., а здесь мы имеем пример на два века более ранний. В плане этой базилики мы имеем предшественника романского типа плана с двумя боковыми капеллами и сильно выступающей апсидой, который станет позднее весьма характерным (см.: Ibid. S. 54).

11 Krauthajmer R., Curcic S. Ranohriscanska i vizantijska arhitektura. Beograd, 2008. Р. 179-181.

Салона. Кладбище Каплюч: планы базилики до и после разорения. IV—V вв.

рованный проконесский мрамор12. Примером строительства эпохи «Юстиниа-новой реконкисты» является церковь (посвященная предположительно Св. Марии) в Градине на окраине Салоны. Одна из самых монументальных позднеантич-ных построек древней Салоны сооружена в самом конце жизни города, в VI в., близ восточной городской стены. Реконструкция интерьера предполагает, что на плане в виде неправильного квадрата восемь центральных опор связаны арками, на которые непосредственно опирался барабан с куполом, а еще четыре опоры в углах здания поддерживают конструкцию полуцилиндрических сводов, образующих четыре рукава креста. Этой системой сводов горизонтальный компонент распора купола переносится на стены сооружения, а распор арок сдерживается деревянными тягами в них, по аналогии с подобным конструктивным решением в экседрах Софии Константинопольской13.

Церковь имеет полукруглую центральную апсиду и две меньших, утопленных в толщу восточной стены. При этом внутренняя стена центральной апсиды расчленена пятью небольшими полукруглыми нишами; подобные ниши сохранились и в северной стене — вероятно, они были и в южной. Внутренним полукруглым нишам северной и южной стен соответствуют прямоугольные ниши на

12 Dyggve E. Op. cit. S. 69.

13 Marasovic J. Metodología obrade graditeljskog naslijeda. Split, 2007. S. 116.

Салона. Церковь в Градине: план, интерьер, разрез, фасад. VI в.

наружной поверхности этих стен, которые выполняют функцию контрфорсов, дополнительно принимающих распор сводов и купола. Все колонны относятся к римскому периоду и вытесаны из египетского гранита, причем некоторые базы колонн античные, а некоторые уже раннесредневековые.

Храм частично лежит на стенах некоего античного здания, одна из которых пересекает апсиду. Несколько античных архитектурных фрагментов встроены в качестве сполий в стены церкви. Однако в вопросах датировки и стилистики других обрушенных баз и капителей колонн исследователи памятника расходятся. Одни их называют позднеантичными или ранневизантийскими, другие —

раннероманскими, относящимися к XI в. и заимствовавшими свои образы из поздней античности. Это предположение вызвано тем фактом, что в раннесред-невековую эпоху церковь была перестроена, с запада к ней был пристроен прямоугольный нартекс, и, возможно, тогда же были выполнены некоторые новые белокаменные резные детали14. Таким образом, церковь в Градине своим конструктивным решением и общими стилистическими характеристиками связана с византийскими образцами Юстиниановой эпохи. Однако в раннероманский период, благодаря небольшим органичным изменениям своей архитектуры, она продолжила свою жизнь, сохранив таким способом сакральный и материальный континуитет.

Эпоха падения Салоны была тяжелым временем для ослабленной Империи: варвары прорвались в Паннонию и Норик, а теперь и в Истрию и в Далмацию. Как пограничная зона между Византией и Римом, все эти провинции относились к важнейшим стратегическим регионам папской столицы. В 641 г. папа Иоанн IV вскоре после падения Салоны отправил в Далмацию и Истрию своего эмиссара аббата Мартина для перенесения оттуда мощей мучеников в Рим и для выкупа попавших в рабство15.

После падения Салоны жители города бежали на окрестные острова, а значительная часть их укрылась во дворце Диоклетиана, который в результате этого впоследствии трансформировался в средневековый город. Чтобы проследить механизм этого уникального примера восстановления архитектурно-градостроительного континуитета на новом месте, необходимо сказать несколько слов о первоначальной архитектурной концепции самого дворцового комплекса и тех его частей, которые впоследствии подверглись адаптации.

Считается, что расположенный в морской бухте на окраине Салоны дворец Диоклетиана, в который император удалился в конце жизни, строился с 293 по 305 г. греческими мастерами Зотикосом и Филатосом. В плане дворец представляет собой прямоугольник площадью примерно 215 х 180 м, обнесенный крепостными стенами с башнями и воротами: это одновременно роскошная царская вилла, древнегреческий город и мощно укрепленный римский лагерь. Поперечная улица, протянувшаяся от западных до восточных ворот, разделяет комплекс дворца на две половины: южную с императорскими покоями и северную для прислуги и солдат, охранявших дворец. Крепостные стены дворца, открывавшиеся к материку, были в своей верхней части раскрыты большими арочными окнами, а южный фасад, ориентированный к морю, был расчленен

14 Marasovic T. Dalmatia praeromanica. Ranosrednjovjekovno graditeljstvo u Dalmaciji. 1. Rasprava. Split; Zagreb, 2008. S. 207, 236; Starohrvatski Solin. Split, 1992. S. 131-143.

15 Подобное явление, как например, перенесение мощей свв. Кирилла и Мефодия из провинций между Востоком и Западом, было религиозно-политическим шагом: регионы, откуда мощи были перенесены, оставались в юрисдикции Римской Церкви. Папа Иоанн IV, будучи сам далматинского происхождения, построил капеллу, связанную с папским собором — Ла-теранской базиликой в Риме. Это был ораторий св. Венанция с его мощами при Латеранском баптистерии, украшенный мозаикой с изображением далматинско-иллирийских мучеников. Чтобы сохранить континуитет их аутентичного почитания, для создания образов, в частности, были использованы фрески из оратория в салонитанском амфитеатре (см.: Dyggve E. Op. cit. S. 70-72).

Сплит. Дворец Диоклетиана. Аксонометрическая реконструкция. III—IVвв.

карнизами, консолями и полуколоннами. Середину северного фасада украшают монументальные ворота, позднее названные Porta aurea — Золотые ворота. Из всех четырех входов во дворец они в архитектурном отношении особенно подчеркнуты, поэтому, несомненно, именно они были главным входом с дороги, ведущей из Салоны. Снаружи ворота декорированы двумя нишами с обеих сторон и тремя нишами над входом, увенчанными аркадой, покоившейся на колоннах. Вся композиция обогащена орнаментальной каменной пластикой капителей и консолей, на которых, скорее всего, стояли скульптуры императора Диоклетиана и остальных трех тетрархов.

Центром дворца является Перистиль, соединяющий мавзолей императора, три дворцовых храма и протирон — четырехколонный коринфский арочный портик, монументальное преддверие резиденции Диоклетиана с императорской ложей в центре. К востоку от Перистиля находится монументальный мавзолей Диоклетиана — центричный храм с обходной галереей, которую образуют стоящие вокруг колонны восьмигранного объема. Внутри два яруса коринфско-композитных колонн несут первоначально покрытый мозаикой купол. На рельефном фризе под куполом находятся изображения императорской четы, а в центре ранее стоял порфировый саркофаг с телом Диоклетиана. С запада по оси мавзолея на высоком подиуме расположен храм Юпитера с шестиколонным портиком с восточной стороны16.

16 В архитектуру дворца включены одиннадцать египетских сфинксов и колонны из благородных пород камня (красного, розового и серого гранита, порфира и белого мрамора), привезенные Диоклетианом из древнеегипетских храмов после удачной кампании в Египте (см.: Suie M. Anticki grad na istocnom Jadranu. Zagreb, 2003. S. 358-360).

Сплит. Собор Св. Домния в мавзолее Диоклетиана. Разрез. УШ—1Хвв.

Сплит. Церковь Св. Феодора (западные ворота). УШ—1Хвв.

Сплит. Церковь Св. Феодора: крест над воротами. УШ—1Хвв.

На рубеже VIII—IX вв. произошла трансформация мавзолея Диоклетиана в кафедральный собор Св. Домния и храма Юпитера — в баптистерий, причем его крипта стала миниатюрной церковью Св. Фомы. Под мавзолеем также имеется круглая крипта, в Средние века превращенная в церковь Св. Лу-ции. Всего в различных помещениях дворца Диоклетиана в Средние века было устроено множество церквей, а башни в южной части дворца стали резиденциями светской и церковной знати. Новая иерархия утверждала, что Сплит является наследником салонитанской Церкви, и стремилась перенести права и привилегии прежней салонитанской метрополии в новый церковный центр. Здесь не признали переноса мощей местных мучеников в Рим и утверждали, что именно в Сплите хранятся подлинные реликвии свв. Домния и Анастасия (вопрос остался спорным)17.

Главным признаком градостроительного континуитета Сплита была адаптация античных сооружений для новых функций. Решающую роль для ищущего укрытия во дворце Диоклетиана местного населения сыграли надежные оборонительные стены с башнями и городскими воротами. Главными теперь стали западные ворота, которые никогда не закрывались, и с этой стороны впоследствии возник новый пригород. Над этими воротами (над их внутренней частью) появилась церковь Св. Феодора (сейчас она называется «Госпе од Звоника»), а внешние ворота продолжали функционировать, и над ними размещалось устройство для поднятия и опускания так назы-

7 Dyggve Е. Ор. еИ. 8. 93.

ваемых «сарацинских» врат. Посвящение церкви говорит о византийском влиянии, так как почитание св. Феодора было особо распространено в средневековую эпоху именно в Византии, хотя нередко храмы подобного посвящения встречаются и на далматинских берегах.

Северные ворота, вероятно, не функционировали в это время, поскольку на месте упомянутого устройства там появилась церковь Св. Мартина. Скорее всего, над ней тоже была колокольня, как над западными воротами и Юпитеровым храмом. Адаптация обоих ворот, вероятно, произошла еще в позд-неантичный период, судя по их посвящениям и концентрациям раннехристианских сполий. Эти храмы являются ценным доказательством континуитета античности в средневековом Сплите18. Появление церквей над двумя входами в средневековый город несомненно связано с его символической защитой. Не случайно их покровители — св. Мартин и св. Феодор — представляют две главные внешнеполитические силы того времени, две империи — франков и Византии19.

Остальные градообразующие структуры средневекового Сплита также получили дальнейшее развитие. Улицы сохраняли сеть античных коммуникаций, но были редуцированы по ширине пристройками на месте портиков и частично на самих улицах. Раннесредневековая площадь на месте Перистиля практически не изменилась; она была и церковной площадью, и муниципальной, поскольку являлась единственной городской площадью до расширения города к западу. В пригороде с запада возникло множество периферийных церквей, образовавших новые уличные линии раннесредневекового пригорода. Отчасти они следуют ландшафту сплитского полуострова, но в целом эти раннесредневековые коммуникации возникли путем трансформации античного пригородного растра, который сохранился и доныне в некоторых улицах Сплита.

Сплит являет собой наиболее сохранный пример средневекового урбанизма на восточной Адриатике, а также преобразования позднеантичного дворца

18 Belamaric J. Gospe od Zvonika u Splitu. Zagreb, 1991. S. 6—11.

19 Marasovic T. Graditeljstvo starohrvatskog doba u Dalmaciji. Split, 1994. S. 246.

Сплит. Церковь Св. Феодора: реконструкция Й. Беламарича на VIII—IXвв.

Сплит. Церковь Св. Мартина (северные ворота). УШ—1Хвв.

Сплит. Церковь Св. Мартина: интерьер. УШ—1Х вв.

в настоящий раннесредневековый город, который принял в себя часть населения и выполнял отдельные функции большой античной метрополии. Структура императорской резиденции была полностью трансформирована в городскую ткань, что говорит не только о градостроительном континуитете античного наследия, но и его институций и экономики, а также о своеобразном симбиозе коренных жителей и при-шельцев20.

Это новое (или обновленное) население начинает создавать свою архитектуру вне стен Салоны и дворца Диоклетиана. Следует упомянуть еще несколько подобных памятников, демонстрирующих преемственность предшествующих стилистических традиций. Как говорилось выше, самым ранним из них является центричный тип церковных сооружений, берущий свое начало от позднеантичных мемориальных зданий, ротонды Гроба Господня в Иерусалиме и ранневизантийских храмов и баптистериев. На побережье восточной Адриатики прототипами подобных сооружений считаются превращенный из мавзолея Диоклетиана кафедральный собор Св. Домния в Сплите и баптистерий в Задаре, представляющий собой, как мы упоминали, в плане шестигранник по наружному очертанию и шестиконх внутри21. На основе этого центричного типа в средневековую эпоху здесь возник целый ряд вариантов поликонхальных сооружений, из которых самым характерным и распространенным стал шестиконх (гексахора). Наиболее сохранив-

20 Marasovic T. Graditeljstvo... S. 242-250.

21 Marasovic T. Dalmatia praeromanica. Ranosrednjovjekovno graditeljstvo u Dalmaciji. S. 234.

шийся памятник подобного типа находится в Сплите, это церковь Св. Троицы на Полюде22, датируемая кон. VIII в. — нач. IX в. Она построена на месте античного сооружения, от которого раскопками открыта одна экседра23.

Наряду с указанным локальным типом двоякого архитектурного происхождения в средневековой Далмации сложился и своеобразный сложный вариант продольных сооружений с куполом, где раннехристианская традиция продольного пространства соединялась с византийским компонентом, который в куполе, как центральном акценте всего здания, достигал наивысшего выражения. Фундаменты подобного сооружения были открыты в ранне-хорватском поселении Солин, возникшем на окраине разрушенной Салоны, на острове Госпин Оток в дельте р. Ядро, где в Х в. появился комплекс из двух церквей, из которых трехнефная базилика Св. Стефана служила мавзолеем хорватских королей. В ней три пары прямоугольных в плане пилонов расположены строго напротив соответствующих им внутренних пилястр и наружных лезенов, что является признаком уже романской архитектуры, однако расстояние между центральными парами пилонов увеличено и образует подкупольный квадрат, что позволяет предположить наличие призматического купола. Церковь

Сплит. Церковь Троицы на Полюде. VIII-IX вв.

Солин. Церковь Св. Стефана на Отоке: план, реконструкция. Х в.

22 Церковь сохранилась до купола, восстановленного в 1971 г. (см.: Marasovic J. Metod-ologija obrade graditeljskog naslijeda. S. 22-32).

23 Датировка сделана на основе найденных декоративных каменных резных деталей с плетеным орнаментом, в том числе портала с волютами и латинской надписью «Exientibus + Intrantibus pax» («выходящим и входящим — мир») (см.: Vezic P. O centralnim gradevinama Zadra i Dalmacije u ranom srednjem vijeku // Diadora. Glasilo Arheoloskoga muzeja u Zadru. Sv. 13. S. 337-338; Marasovic T. Dalmatia praeromanica. Ranosrednjovjekovno graditeljstvo u Dalmacij i. S. 230; Vezic P. Rotonda u Oslju // Zbornik Tomislava Marasoviéa. Split, 2002. S. 220-230).

имеет полукруглую внутри и прямоугольную снаружи апсиду, а также нартекс и экзонартекс, над которыми, возможно, существовали двойные колокольни и галерея для властителя24.

Таким образом, на примере архитектуры рассмотренного памятника мы видим уже определенное сочетание конкретных романских и византийских стилистических признаков, где доминирует продольное решение пространства, а купол играет роль подчиненного элемента. При этом акцентированная центральная апсида с зачатками боковых апсид в композиции внутреннего пространства получает дальнейшее развитие наряду с западной частью церковного здания25.

Поблизости от описанного комплекса находилась еще одна средневековая церковь, сочетавшая в своей архитектуре романские и византийские стилистические черты, — это церковь Свв. Петра и Моисея в Солине сер. XI в. Она считается коронационной церковью хорватских королей, так как документально известно, что здесь в 1075 г. легатом папы Григория VII Гебизоном был коронован хорватский король Дмитар Звонимир. Памятник расположен на другом берегу р. Ядро,

на месте одного из древних кладбищ Салоны; этот локалитет получил впоследствии название «Шупля црква». Церковь построена внутри границ фундамента значительно превосходящей ее по размеру раннехристианской кладбищенской базилики с трансептом и большой выступающей апсидой, полукруглой изнутри и снаружи. Как показали новейшие археологические исследования, судя по стратиграфии слоев, эта церковь VI в. была разобрана непосредственно перед сооружением коронационной базилики, практически полностью сложенной из архитектурных деталей прежней церкви26.

24 Starohrvatski Solin. Split, 1992. S. 121-130; Duplancic А. Crkve kraljice Jelene u Solinu. Split, 1999. S. 15, 19, 23, 27, 30, 31; Bacuh М. Архитектура и скулптура у Далмацищ од почетка IX до почетка XV века. Цркве. Београд, 1922. С. 48-54. Вторая церковь из этого комплекса, посвященная Св. Марии, была обновлена в средневековую эпоху путем перестройки ранневизан-тийского храма времени Юстиниана (см.: Marasovic T. Dalmatia praeromanica. Ranosrednjovjek-ovno graditeljstvo u Dalmaciji. S. 126).

25 Также наличие купола предполагается в небольшой трехнефной базилике Св. Варвары (первоначально Св. Мартина) в Трогире с полуцилиндрическими сводами, где только одно поле среднего нефа без свода, что показывает положение купола на месте колокольни (об этом упоминают исторические источники). Также здесь присутствуют эмбриональные боковые апсиды (см.: Marasovic T. Graditeljstvo starohrvatskog doba u Dalmaciji. S. 90). Следует заметить, что эта церковь в конструктивном смысле весьма близка типу византийского храма на четырех колоннах. От него ее отличает только «лишний» травей, т. е. не две, а три пары колонн.

26 Zekan M. Krunidbena bazilika hrvarskih kraljeva (kralja Zvonimira) u Solinu (Suplja crkva) // Obavijesti. Hrvatsko arheolosko drustvo. Godina XLI — broj 1. Zagreb, 2009. S. 60-62.

Солин. Церковь Свв. Петра и Моисея: совмещенный план двух базилик. XI в.

Солин. Церковь Свв. Петра и Моисея: реконструкция иконостаса. XIв.

Средневековая церковь представляет собой трехнефную базилику с нартексом и пятью парами пилонов и лезенами снаружи и внутри. Как и в описанной выше базилике Св. Стефана, здесь пилоны и соответствующие им внешние и внутренние лезены расположены на одной оси, что является уже типично романской характеристикой. Однако ровная снаружи восточная стена, прямоугольная внутри средняя апсида и полукруглые боковые Солин. Церковь Свв. Петра и Моисея: плита апсиды в толще стены указывают на иконостаса, ставшая одной из стенок купели дороманскую строительную концеп- сплитского баптистерия. XIв.

цию. Остатки лестницы в нартексе

свидетельствуют о наличии колокольни и/или двухэтажного вестверка27.

Характерной византийской особенностью является трехчастный иконостас с тремя входами в пресбитерий, что крайне редко встречается в местной средневековой архитектуре. Уникальной деталью белокаменной резной алтарной преграды считается одна из ее плит с рельефным изображением властителя, выполненным по образцу композиции «проскинесис», взятой из византийского дворцового церемониала28. Как мы видим, все перечисленные архитектурные характеристики памятника говорят о преемственности его континуитета при органичном сочетании в его композиции романских и византийских стилистических признаков.

27 Marasovic T. Dalmatia praeromanica. Ranosrednjovjekovno graditeljstvo u Dalmaciji. S. 274.

28 Позднее эта плита стала одной из стенок купели сплитского баптистерия, перестроенного, как указано выше, из античного храма Юпитера. На навершии царских врат иконостаса вырезана латинская надпись: «Святой Петр, прими дар честного Моисея слуги твоего» (см.: Starohrvatski Solin. Split, 1992. S. 144-151).

Сплит. Церковь Св. Николая в Велом Варошу. XI в.

Сплит. Церковь Св. Николая в Велом Варошу: интерьер. XIв.

Примером типичного византийского купольного храма на четырех колоннах с планом вписанного креста является сплитская церковь Св. Николая в Велом Варошу29, датируемая XI в. Здесь четыре монолитные колонны с дороманскими капителями несут конструкцию из двух скрещенных цилиндрических сводов, но система тромпов здесь отсутствует. При этом колонны монолитно вытесаны вместе с капителями: они переделаны из больших античных колонн дворца Диоклетиана30.

Главной проблемой изучения этого памятника стала конструкция над центральной частью, которая была выполнена в 1949 г. на основе чертежа 1865 г. Проемы на низкой колокольне на месте купола были интерпретированы как плоские ниши (слепые аркады), а сама колокольня трактована как купол (возможно, ранее на этом месте был настоящий купол). Такую же конструкцию, но гораздо выше, имеет колокольня упоминавшейся церкви Госпе од Звоника, а также ряд памятников ранней западноевропейской романики, где подобный элемент называется «башня над сре-докрестием» (купол или низкая колокольня). Наиболее ярким примером является каролингская церковь Сен-Жерминьи-де-Пре во Франции (ок. 800 г.)31.

29 В раннем Средневековье здесь было село Стагня на горе Марьян, которое потом слилось с пригородом Вели Варош (см.: Marasovic T. Dalmatia praeromanica... S. 114).

30 Marasovic T. Dalmatia praeromanica. S. 297. Резные надписи на первоначальной белокаменной алтарной преграде и на портале со скульптурными фигурами львиц упоминают имена разных ктиторов, что вызвало предположение о двух фазах строительства храма.

31 Marasovic T. Dalmatia praeromanica. S. 201. Обновлением 1949 г. реконструирована и апсида, свод которой переходит непосредственно из прямоугольной в полукруглую форму. Обновленный портал на западном фасаде относится к романской фазе церкви. Реконструкция алтарной преграды произведена по найденным внутри фрагментам (см.: Marasovic T. Graditeljstvo starohrvatskog doba u Dalmaciji. S. 88-89, 212-216).

В целом при крайне редуцированных боковых нефах и ряде указанных романских черт в архитектуре храма присутствует чисто византийское понимание пространства, основанное на плане вписанного креста: на пересечении продольного и поперечного нефа покоится купол, а внешние стены охватывают крестообразный план в одно целое. При этом в углах между рукавами креста образуются более низкие компартименты. С точки зрения европейской архитектурной типологии раннего Средневековья церковь Св. Николая в Велом Варошу представляется важным примером византийского и западноевропейского морфологического и стилистического синтеза32.

К этому же типу следует отнести и церковь Св. Бенедикта (Св. Евфимии) в Сплите сер. XI в., которая, возможно, тоже имела купол. Трехнефная базилика с вписанным трансептом и тремя полукруглыми апсидами существует сейчас в виде фундаментов, однако сохранились чертежи церкви до пожара 1878 г. Две пары лезенов на боковых стенах, которые соответствуют первым от востока двум парам столбов, показывают настоящий план вписанного креста. Его реконструкция демонстрирует, как акцентирована роль повышенного трансепта, перекрытого полуцилиндрическим сводом, что отразилось и в форме кровли так

Сплит. Церковь Св. Бенедикта (Св. Евфимии): план, разрез, реконструкция. XIв.

32 МагаюуИ Т. Graditeljstvo 81агоИгуа18коя doba и Dalmaciji. 8. 212; СуботиЙ Г. Архитектура и скулптура средаег века у Примсаду. Београд, 1963. С. 25-26; Мага$оу1с Т. Dalmatia ргаего-ташса. Ranosrednjoyjekovno graditeljstvo и Dalmaciii. 8. 409.

называемого ауличного типа — три нефа под общей двускатной кровлей. Боковые нефы были необычно перекрыты: по внешней половине полуцилиндрическими, а по внутренней — крестовыми сводами. Повышенный (крутой) купол на пересечении продольного нефа и трансепта был заключен в круглый барабан. Архитектура этой церкви также отражает пересечение влияний византийского и дороманского базиликального компонента, причем в церкви Св. Николая преобладает вертикальный акцент в композиции, а в церкви Св. Бенедикта — продольный. Появление подобной церкви на границе предроманики и Византии в эпоху македонской династии XI в. соответствует некоторым примерам Второго золотого века византийского искусства. Наряду с церковью Сан Джованни в Гаети близ Неаполя это редкий пример синтеза дороманской и византийской архитектуры того времени33.

К группе далматинских городов с прерванным, но впоследствии восстановленным на новом месте континуитетом, наряду со Сплитом, относится Дубровник (или Рагусиум), построенный беженцами из ближнего Эпидавра, который был сильно разрушен землетрясением в IV в., когда большая часть города погрузилась в море. Вторично и полностью Эпидавр был разрушен аварско-славянским нашествием 614 г. После этого беженцы заселили находящийся неподалеку скалистый полуостров, соединили с сушей и засыпали залив, возвели крепостные стены. Замысел городской планировки начал осуществляться уже в раннем Средневековье, а в дальнейшем Статутом 1272 г. утверждена планировочная концепция и ее реализация. Таким образом, преемственность традиций раннехристианского Рагусиума была сохранена, а континуитет античного Эпи-давра восстановлен на новом месте34.

Феномен планировочного развития в трудных геологических условиях засыпки залива получил свое развитие из позднеантичной византийской крепости, внутри которой была первая церковь Свв. Сергия и Вакха. Впоследствии к ней был пристроен монастырь Св. Марии, и далее одна за другой возникли множество церквей как внутри крепости, так и в прилегающих районах35.

В отличие от Сплита, унаследовавшего пространство первоначального городского ядра из античности, как и его соборная площадь, оформленная в том же пространственном континуитете, соборная площадь Дубровника возникла после перестройки древнейшей византийской базилики Св. Влахо, датируемой разными исследователями от VI в. до Х в. (972 г.), с баптистерием (крестообразный снаружи и тетраконх внутри) и колокольней к западу от церкви. Постепенно соборная базилика развивалась по направлению к баптистерию, с которым объединилась в раннероманской фазе, а соборная площадь сформировалась к северу от церкви.

33 Marasovic T. Graditeljstvo starohrvatskog doba u Dalmaciji. S. 89; Idem. Dalmatia praeromanica. Ranosrednjovjekovno graditeljstvo u Dalmaciji. S. 267, 272, 410.

34 Marasovic J. Metodologij a obrade graditeljskog naslijeda. S. 146—147, 168—170; Marasovic T. Graditeljstvo starohrvatskog doba u Dalmaciji. S. 240.

35 PekovicZ. Dubrovnik. Nastanak i razvoj srednjovjekovnoga grada. Split, 1998. S. 45; Marasovic T. Dalmatia praeromanica. Ranosrednjovjekovno graditeljstvo u Dalmacij i. S. 114-115; 1анкови% Ъ. Српско Помсаде од 7. до 10. столейа. Београд, 2007. С. 163-164.

Дубровник: план города. XI в.

Дубровник. Базилика Св. Влахо: планы стадий строительства.

Х-ХШ вв.

Первоначальная трехнефная базилика, средний неф которой завершен трехгранной снаружи и полукруглой внутри апсидой с синтроном (боковые — полукруглые изнутри и снаружи), имеет план вписанного креста и крайне редуцированные боковые нефы, подобно рассмотренной выше церкви Св. Николая в Сплите. Это конструктивное ядро церковь сохранила и во второй фазе своего развития, когда в нач. XI в. Дубровник становится метрополией Южной Далмации, и в 1020 г. к базилике были пристроены боковые нефы (т. е. она стала пятинефной), а синтрон стал двухступенчатым. В третьей раннероманской фазе 1060 г. крайние нефы были перекрыты крестовыми сводами, а между западным фасадом и баптистерием была возведена кампанилла. В XII в. на месте этой церкви был построен романский собор Вознесения Девы Марии, чем был обновлен континуитет посвящения первоначальной церкви. Однако одноапси-дальность нового собора взамен трехапсидальности прежних базилик, а также эллиптичность купола подчеркивали принадлежность епископии Дубровника к западной Церкви36.

Таким образом, первые две фазы развития церкви Св. Влахо демонстрируют архитектурный континуитет композиции алтарного пространства с центральной полигональной (в данном случае трехгранной) и боковыми полукруглыми апсидами. Подобная композиция возникла путем развития раннехристианских сооружений (где восточная стена была ровной снаружи) в раннем Средневековье, что отражало две волны адриовизантинизма поздней античности VI в. и поздней дороманики XI в., когда полигональная апсида стала типичным признаком византийской архитектуры.

Географическая близость Южной Далмации и Дубровника к Византии обусловила и избрание св. Влахо (св. Власия), епископа Севастии Каппадокийской, пострадавшего во время Диоклетиана 287 г. или Ликиния 316 г., покровителем Дубровника. Это произошло после чудесного спасения им города во время венецианской осады 971 г., а в середине XI в. его реликвии были принесены в Дубровник. Выбор восточного святого (как и посвящение первой церкви восточным святым Сергию и Вакху) связано с основанием города в византийской крепости и военно-политической опорой на Византию перед лицом постоянных угроз37.

36 Собор XII в. был разрушен землетрясением 1667 г., после чего на его месте был возведен барочный собор. Предполагается, что в первоначальной церкви мог быть нартекс, а также что баптистерий изначально служил мемориальной капеллой для хранения реликвий, которая была переоборудована в баптистерий в эпоху крещения славян (VIII—IX вв.). Впоследствии сооружению была возвращена функция мемориальной капеллы, о чем свидетельствует стратиграфия захоронений (см.: Stosic J. Prikaz nalaza ispod katedrale i Buniceve poljane u Dubrovniku // Izdanja Hrvatskog arheoloskog drustva, sv. 12. "Arheoloska istrazivanja u Dubrovniku i Dubrovackom podrucju". Znanstveni skup, Dubrovnik, 1-4, X, 1984. Zagreb, 1988. S. 15-35; Pekovic Z. Dubrovnik. Nastanak i razvoj srednjovjekovnoga grada. Split, 1998. S. 129-136; Marasovic T. Dalmatia praeroman-ica. Ranosrednjovjekovno graditeljstvo u Dalmaciji. S. 120, 181, 270, 272, 274). В главной апсиде первоначальной базилики сохранились остатки живописи XI в.: нижние части фигур святителей, под штукатуркой фрагменты лика Христа и ангела, на пилонах лики апостолов; от живописи X в. видны следы композиции «Крещение Господне» на южной стене с греческими надписями (см.: 1анковип Ъ. Српско Помор]е од 7. до 10. столейа. Београд, 2007. С. 118).

37 Его предшественник Эпидавр не мог защититься от нашествий кельтов, готов, вандалов и перешел под власть остготов, от которых освободился с помощью Византии в сер. VI в. и жил

В церковной архитектуре Дубровника византийское влияние со всей очевидностью выразилось еще в одном памятнике, сохранившемся лишь в своей подземной части, — это церковь Св. Петра XI в., которая имеет план вписанного креста, и этот тип выражен здесь более, чем в какой-либо другой церкви Далмации. Особенностью этого памятника, в отличие от церкви Св. Николая в Сплите, является решение пресбитерия с трибелоном, что позднее стало признаком южно-адриатической и рашской архитектуры в средневековой Сербии. Трехчастный арочный проем перед пресбитерием характерен для средневизан-тийской архитектуры и крайне редко встречается в раннесредневековой Далма-

ции38.

Церковь Св. Петра является трехнефной базиликой с вписанным трансептом и апсидой, полукруглой внутри и прямоугольной снаружи. Исследования показали, что от первоначальной церкви, вопреки многим поздним перестройкам, остались внешние стены и монолитные пилоны, украшенные белокаменной резьбой с плетеным орнаментом. Они имеют прямоугольное сечение, что является большой редкостью для монолитных опор, имеющих обычно круглое сечение. Вместе с пилястрами боковых стен они несли продольные и поперечные полуцилиндрические своды, на пересечении которых высился купол39.

Хорошо сохранившаяся крипта, в которую ведет лестница из центра среднего нефа, доказывает повышенное пространство пресбитерия. Раскопками были открыты фундаменты пилонов трибелона, который более высокой средней аркой открывался в пространство алтаря, а боковыми — в протезис и дьяконник. Нартекс с тройным входом наряду с малыми полукруглыми нишами в восточной стене храма подчеркивают трехчастную концепцию интерьера, нашедшую свое наивысшее выражение в особом варианте пресбитерия с трибелоном40. Кроме того, алтарная преграда также является трехчастной (отдельной для каждого нефа). Таким образом, в данном памятнике представлено византийское понимание конструкции и решения внутреннего пространства.

В результате архитектурно-градостроительного анализа средневековых городов восточно-адриатического побережья с прерванным, но впоследствии восстановленным на новом месте архитектурно-градостроительным континуитетом выявился ряд следующих факторов. В отличие от городов с непрерывным континуитетом здесь планировка полностью зависит от ландшафта и вообще

под ее господством и защитой до аварско-славянского нашествия 614 г., когда был полностью разрушен. В конце IX века Дубровник противостоял 15-месячной осаде сарацинов, после чего запросил помощь византийского флота. Она была успешно оказана, после чего византийские и славянские отряды переправились в Бари и также освободили его от сарацинов. Этим снова была утверждена византийская власть в Дубровнике (см.: PekovicZ. Dubrovnik. Nastanak i razvoj srednjovjekovnoga grada. S. 90-91; Belamaric J. Sveti Vlaho i Dubrovacka obitelj svetaca zastitnika // Studjje iz srednjovjekovne i renesansne umjetnosti na Jadranu. Split, 2001. S. 176, 187).

38 Новыми исследованиями установлено присутствие трибелона в позднеантичных виллах на о. Млет, гораздо раньше его появления в средневековой византийской архитектуре (см.: Marasovic T. Dalmatia praeromanica. Ranosrednjovjekovno graditeljstvo u Dalmacíji. S. 409-410; Pekovic Z. Dubrovnik. Nastanak i razvoj srednjovjekovnoga grada. S. 63).

39 Marasovic T. Dalmatia praeromanica. Ranosrednjovjekovno graditeljstvo u Dalmacíji. S. 194, 274, 297.

40 Marasovic T. Graditeljstvo starohrvatskog doba u Dalmacjji. S. 89, 218.

ситуации на новом месте (адаптация дворца Диоклетиана и дальнейшее расширение Сплита в соответствии с античным пригородным растром; скалистый полуостров и искусственная засыпка залива в Дубровнике). Таким образом, планировка новых городов представляет собой сложную смешанную средневековую планировку со спонтанным развитием. Перенос континуитета с прежних мест практически не затрагивал планировочную и пространственную структуру городов — она при этом значительно изменялась. Что касается архитектурных сооружений, то определяющую роль здесь играло отсутствие античного наследия в Рагузе (только ранневизантийское), а в Сплите, где античная основа при-

сутствовала, она имела особую функцию и ее освоение осуществлялось уже по средневековым принципам. Новые архитектурные объекты возникали путем адаптации существующих, либо их стилистика была связана с периодами усиления и угасания византийского и западного влияния. Благодаря постоянным адриовизантийским культурным взаимопроникновениям в городах с прерванным континуитетом стилистика зачастую была смешанной, с общими для ран-нероманской и византийской архитектуры чертами.

Ключевые слова: Сплит, Дубровник, восточно-адриатическое побережье, архитектурно-градостроительный континуитет, византийское и западное влияния, стилистика архитектуры.

Split and Dubrovnik: cities with interrupted

AND THEN RESTORED ARCHITECTURAL CONTINUUM BY A. A. VORONOVA

The article analyzes the development of complex architectural styles on the East Adriatic coast on the example of Split and Dubrovnik (Raguza). Architectural development of the predecessors of both cities (Saloni and Epidaurus respectively) was disrupted due to external reasons and later resumed, but in other locations. In the local practice of church building one can trace the merging of Byzantine and western compositional and stylistic features. The article shows that in some cases new buildings appeared by way of adapting and changing the existing ones, while in other cases their styles depended largely on the periods of strengthening or weakening of Byzantine and Western influences and represented a mixture of early Roman and Byzantine features.

Keywords: Split, Dubrovnik, Eastern Adriatic coast, architectural continuum, Byzantine and Western influences, architectural styles.