Центру российской славистики - 70 лет

К. В. Никифоров

Центру российской славистики - 70 лет

В статье говорится об Институте славяноведения. Первоначально он возник в Ленинграде, а потом воссоздан в Москве и уже 70 лет олицетворяет развитие всей отечественной славистики. История московского Института делится на четыре этапа, каждому из которых дается краткая характеристика. Все эти этапы напрямую зависели от политической и экономической ситуации в стране. Четвертый период еще продолжается. Но уже ясно, что в это время, во-первых, произошло увеличение выпуска печатной продукции, а во-вторых, активно пошел процесс смены поколений.

Ключевые слова: Институт славяноведения, академическая славистика, обобщающие и серийные издания, смена поколений.

В начале этого года Институт славяноведения РАН отметил свой юбилей. Уже семь десятилетий он трудится на поприще отечественной славистики, которой в свою очередь уже более двух веков1. Сегодня Институт, без сомнения, олицетворяет развитие всего российского славяноведения.

Впрочем, дата основания академического центра отечественной славистики нуждается в некотором уточнении. Дело в том, что первоначально Институт славяноведения в системе Академии наук возник в Ленинграде осенью 1931 г. И если считать от этой даты, то Институту в прошлом году исполнилось уже 85 лет. Тогда, в 1930-е гг., в Ленинграде в системе Академии наук функционировали или возникали и многие другие научные учреждения. Затем, в 1934 г., Академия наук переехала в Москву. Вслед за Академией сюда переехали и многие академические институты, а то, что осталось в Ленинграде, превратилось в их ленинградские филиалы.

Ленинградский Институт славяноведения возглавил главный инициатор его создания академик Н. С. Державин. Согласно принятому Положению об Институте, в нем должно было быть пять секторов: 1) историографии и библиографии славяноведения; 2) текстоло-

гический; 3) истории литератур и языков; 4) этнографии и фольклора; 5) истории и экономики. При Институте планировалось создать библиотеку. Однако на практике работа Института не была развернута в полной мере. Он начал функционировать, имея в своем штате лишь семь сотрудников, затем их число выросло до десяти2.

К сожалению, ленинградский Институт славяноведения ждала печальная судьба, впрочем, тоже не такая уж исключительная3. Он был ликвидирован в 1934 г. в связи с так называемым «делом славистов», по которому были арестованы сотрудники Института Д. Д. Димитров, В. Н. Кораблев, В. В. Дроздовский и только что зачисленный в штат член-корреспондент АН СССР А. М. Селищев. Решение о ликвидации Института принималось Отделением общественных наук, а затем и руководством Академии наук. В принятом постановлении по-иезуитски говорилось об усилении работы в области славяноведения во всех обществоведческих академических учреждениях и одновременно о том, что Институт славяноведения ликвидируется «как самостоятельная единица, недостаточно мощная для выполнения вышеозначенных задач»4.

Уже в Москве началась борьба за воссоздание академического славистического центра. Славистические исследования постепенно пробивали себе дорогу. В 1939 г. был организован сектор славяноведения в Институте истории АН СССР и возникла кафедра истории южных и западных славян на историческом факультете Московского государственного университета. В 1943 г. учреждена кафедра славянской филологии на филологическом факультете МГУ. Параллельно в августе 1941 г. Ученый совет Ленинградского государственного университета вынес постановление об открытии на своем историческом факультете кафедры истории славянских народов. Ее заведующим был назначен академик Н. С. Державин. Однако никаких следов деятельности кафедры не сохранилось - судя по всему, это решение осталось на бумаге5. Тогда же было принято решение об открытии кафедры славянской филологии на филфаке ЛГУ и даже образовании там Славянского отделения. Из-за войны оно было создано лишь в 1944 г., и его возглавил все тот же неутомимый Н. С. Державин6.

Наконец, сразу после войны дошел черед и до воссоздания в Москве академического Института славяноведения. Причем в борьбе за воссоздание Института столкнулись две группы: Н. С. Державин и его сторонники из Славянской комиссии АН при поддержке влиятельных партийных деятелей Г. М. Димитрова и ранее Е. М. Ярославского, с одной стороны, и Б. Д. Грекова и В. И. Пичеты из Инсти-

тута истории, поддержанные вице-президентом АН СССР В. П. Волгиным, с другой. Победила вторая группа, чему способствовала и многомесячная болезнь Н. С. Державина, пережившего инсульт7.

Окончательное воссоздание Института славяноведения случилось через 12 лет после уничтожения в Ленинграде его одноименного предшественника. Постановление о создании нового института принял Совет Министров СССР 31 августа 1946 г. В соответствии с этим постановлением Президиум АН СССР 20 сентября 1946 г. в свою очередь постановил:

«1) Организовать Институт славяноведения в г. Москве на базе сектора славяноведения Института истории АН СССР, сектора славянского языка Института русского языка АН СССР и Славянской комиссии (Академии наук).

2) Возложить на Институт славяноведения научную разработку истории, языка и культуры славянских народов, а также подготовку квалифицированных специалистов-славяноведов.

Утвердить следующую структуру Института славяноведения:

1. Сектор истории,

2. Сектор языка и литературы,

3. Группа византино-славянских отношений,

4. Библиотека».

Далее следовали кадровые вопросы: директором Института назначался академик Греков, его замами - член-корреспондент Пичета (выбранный через несколько месяцев действительным членом Академии) и академик Обнорский.

Последний пункт постановления гласил:

«11). Поручить управлению делами АН СССР рассмотреть вопрос о постоянном помещении для Института славяноведения, исходя из необходимости 400-500 кв. м. рабочей площади».

Наконец, 4 декабря 1946 г. Общее собрание АН СССР утвердило решение Президиума Академии об организации Института славяноведения.

Под обоими документами - постановлениями Президиума и Общего собрания Академии - стояли подписи президента АН СССР -академика С. И. Вавилова и академика-секретаря АН СССР - академика Н. Г. Бруевича8.

Таким образом, де-юре Институт был воссоздан в 1946 г. Первый институтский приказ был также издан в 1946 г., во вторник 31 декабря. Но все-таки фактически работать он начал уже в начале следующего, 1947 г. По воспоминаниям старожилов, это было в Рождество, которое тогда было рабочим днем и в 1947 г. приходилось как раз на вторник, на присутственный день. Это было очень символично - новый Институт родился аккурат в Рождество.

При воссоздании Института его континуитет с ленинградским периодом уже не ощущался. В официальных документах это никак не подчеркивалось. Институт создавался фактически заново и другими людьми. Отсюда в Институте сложилась традиция праздновать его юбилеи при отсчете от московского периода деятельности и даже не от 1946, что было бы, наверное, точнее, а от 1947 г.

Директором Института был назначен академик Б. Д. Греков, являвшийся в те годы академиком-секретарем Отделения истории и философии АН СССР и директором Института истории. (Оба института находились тогда в одном доме по адресу ул. Волхонка, д. 14, вернее - в этом доме Институт славяноведения получил одну комнату.) Заместителем директора и фактически подлинным руководителем Института стал зав. сектором славяноведения Института истории В. И. Пичета, который, к сожалению, скоро умер. Н. С. Державин от руководства Института был отстранен и возглавил лишь созданное в 1950 г. и просуществовавшее совсем недолго его ленинградское подразделение (группу). В первое время в штат Института славяноведения входило всего 18 человек, еще девять человек работали в ленинградском филиале.

В становление Института большой вклад внесли заведующие «славянскими» кафедрами исторического и филологического факультетов МГУ - С. А. Никитин и С. Б. Бернштейн. Они вскоре возглавили по совместительству два единственных на то время институтских сектора - истории и филологии. (Позже, когда совместительство запретили, оба местом своей работы выбрали Институт славяноведения.) Затем каждый из этих секторов был поделен надвое. Так, сектор истории разделился на сектор истории славянских стран периода феодализма и капитализма (заведующий - С. А. Никитин) и сектор новейшей истории славянских стран (заведующий -Л. Б. Валев), а отделившихся от лингвистов литературоведов возглавил С. В. Никольский. Первых заведующих секторами также нужно, без сомнения, относить к отцам-основателям Института славяноведения, а значит - и академической славистики в целом.

Семь десятилетий истории Института были разными. Менялась ситуация в стране, менялись условия работы в самом Институте, менялись его руководители. В Институте сменилось шесть директоров: после академика Грекова директором был член-корреспондент П. Н. Третьяков (1951-1958), затем - И. И. Удальцов (1959-1962), после - И. А. Хренов (1963-1969), затем - академик Д. Ф. Марков (19691987) и, наконец, до конца 2004 г. - член-корреспондент В. К. Волков. Из всех директоров только Марков был филологом, остальные -историки (Третьяков - археолог), что отражало повышенное внимание в то время именно к исторической составляющей славистики.

В целом в истории Института можно вычленить четыре больших периода. В первый период, который длился чуть более 20 лет, сменилось пять директоров Института. Два последующих периода, длившиеся немногим менее 20 лет каждый, почти полностью совпали со временем пребывания на посту директора Института академика Д. Ф. Маркова и члена-корреспондента В. К. Волкова. В настоящее время уже двенадцать лет длится четвертый период, и чем он запомнится, каким войдет в историю Института, будем судить позже.

Первый период - это становление Института. Оно пришлось в основном на 1950-е и первую половину 1960-х гг. В общественной жизни страны время после смерти Сталина и особенно после ХХ съезда КПСС отмечалось известным послаблением. Работать ученым стало легче. Усилились международные связи сотрудников Института с зарубежными коллегами. В частности, Институт с самого начала активно участвовал в работе Международного комитета славистов, созданного в 1955 г. Развивалась структура Института, росла его численность. К середине 1960-х гг. в нем насчитывалось уже 147 сотрудников. Забегая вперед, скажем, что это почти столько же, сколько и сейчас.

Конечно, у каждого из первых директоров Института были свои особенности. При И. И. Удальцове, например, большое внимание уделялось проблеме актуализации исследований, что соответствовало бытовавшему тогда лозунгу «приблизить науку к производству». Для фундаментальной гуманитарной науки это было так же «продуктивно», как много позже спускаемые сверху советы «вписаться в рынок»9 или современные указания активнее «внедрять инновации».

В 1961 г. в исторической части Института появились подразделения по истории культуры славянских народов (руководитель -И. Ф. Бэлза), межславянских связей (руководитель - И. С. Миллер) и славяно-германских отношений (позже - средних веков, руково-

дитель - В. Д. Королюк). Еще в 1956 г. в состав Института влилась Археографическая комиссия (фактически - ее постоянно действующие сотрудники, своего рода аппарат), воссозданная при Отделении истории Академии наук по инициативе академика М. Н. Тихомирова. В 1968-2002 гг. Археографическую комиссию возглавлял С. О. Шмидт.

Институт нуждался в своем печатном органе. Им стали выходившие с 1948 по 1966 г. «Ученые записки» и с 1951 по 1965 г. «Краткие сообщения Института славяноведения». Качественно новый этап в этом плане начался с 1965 г., когда Институт стал издавать свой журнал «Советское славяноведение» (ныне - «Славяноведение»).

Следующий большой период в истории Института связан с его переименованием в Институт славяноведения и балканистики в 1968 г. и 18-летним директорством академика Д. Ф. Маркова. Страна в это время постепенно катилась к застою, но с формально-организационной точки зрения Институт, можно сказать, достиг своего расцвета. Наука по тем временам неплохо финансировалась, а авторитет ученых еще был высок. Конечно, советский режим, подавлявший любую свободу самовыражения, цензурировавший все и вся, не мог не мешать, особенно тем, кто был занят современной проблематикой. Однако Институт всегда отличала довольно либеральная в условиях того времени атмосфера. В частности, именно в нем получили пристанище несколько лингвистов, открыто продемонстрировавших свою оппозиционность и потерявших в связи с этим работу в других местах. Позже академики В. В. Иванов, В. Н. Топоров, В. А. Дыбо и другие составили славу Института славяноведения.

Добавление к славистическим исследованиям балканистики имело глубокий смысл: «в плане историческом ни одно явление, ни одно событие регионального масштаба, будь то в Центральной или Юго-Восточной Европе, нельзя ни понять, ни исследовать исключительно на славянской основе»10. Точно так же невозможно изолированно изучать славянские языки и литературу. После переименования в Институт влились специалисты по балканским странам и Венгрии. В сферу его интересов попадали также Турция, Австрия и даже Восточная Германия, прежде всего ее славянское серболужиц-кое население. В конце 1970 г. в Институте работало около 190 специалистов. В Институте был создан сектор новой истории балканских народов (руководитель - академик Ю. А. Писарев). С 1968 по 1970 г. существовал также сектор византиноведения, переведенный затем в Институт всеобщей истории. Но византийская тематика в Инсти-

туте все-таки сохранилась, в основном благодаря трудам академика Г. Г. Литаврина.

В это время значительное место в исследованиях Института заняли работы обобщающего, комплексного, сравнительно-типологического характера. В частности, можно назвать реализацию в 1970-1980-е гг. крупномасштабного проекта «Центральная и Юго-Восточная Европа в эпоху перехода от феодализма к капитализму. Проблемы истории и культуры». В этой серии вышло более 10 книг, в том числе «Освободительные движения народов Австрийской им-перии»11 и ряд коллективных трудов по проблемам формирования наций в Центральной и Юго-Восточной Европе. В рамках марксистской идеологии труд «Освободительные движения народов Австрийской империи» являлся одним из высших достижений в отечественной исторической славистике.

Институт отпраздновал свои первые юбилеи - 25- и 30-летие со дня создания. Они были отмечены специальными справочно-ин-формационными сборниками. В 1975 г. было создано специальное подразделение, занимавшееся историей славяноведения и в целом вопросами историографии (руководитель - В. А. Дьяков). Историографический сектор издал капитальный труд - «Славяноведение в дореволюционной России»12. Все это также доказывало, что Институт вступил в зрелую фазу своего развития.

Резко возросло и международное сотрудничество. В 1963 г. под эгидой ЮНЕСКО была создана Международная ассоциация по изучению Юго-Восточной Европы. Сотрудники Института приняли активное участие в ее работе, так же как и в деятельности Международной комиссии по историко-славистическим исследованиям при Международном комитете исторических наук. В 1976 г. также под эгидой ЮНЕСКО была учреждена Международная ассоциация по изучению и распространению славянских культур (МАИРСК). Ее первым президентом был избран академик Д. Ф. Марков. Долгие годы Институт издавал специальный «Информационный бюллетень МАИРСК» на русском, английском и французском языках.

Еще один, 17-летний, период в истории Института связан с директорством члена-корреспондента В. К. Волкова. Это было непростое время конца 1980-х - начала 2000-х гг., время перестройки, распада Советского Союза и радикальных демократических преобразований. Для историков наступила пора отмены идеологического диктата и открытия архивов (затем частично приостановленного). В то же время материальное положение ученых заметно ухудшилось.

В конце 1980-х гг. в Институте работало свыше 220 научных сотрудников - максимальная численность за все время его существования. Но уже в первой половине 1990-х гг. из-за резкого снижения зарплат и постоянных задержек с их выплатами Институт покинули многие ученые, особенно среднего поколения - именно те, кто мог бы сегодня активно работать. Резко сократилось количество командировок сотрудников Института в изучаемые страны, были приостановлены многие двусторонние и многосторонние проекты. Прекратила работу МАИРСК.

Празднование 50-летия Института фактически совпало с угрозой его закрытия. Однако благодаря усилиям В. К. Волкова (его поддержали очень многие, в том числе академики Д. С. Лихачев, Н. И. Толстой и др.) Институт был сохранен, но из его названия выпало слово «балканистика», которым пришлось пожертвовать. Этому не было никакого внятного объяснения, и балканистика из исследовательских планов Института не исчезла. Более того, в связи с распадом СССР добавились исследования по украинистике и бело-русистике. Для изучения этой проблематики в Институте был создан отдел восточного славянства. В результате интерес ученых Института распространяется сегодня на все ветви славянства и не только на Центральную и Юго-Восточную Европу, но и частично - на Восточную. В Институте образовалось то, что В. К. Волков называл «сплошным фронтом славяноведения».

Время рубежа веков в истории Института было достаточно успешным. Он выстоял и в целом адаптировался к новым условиям. Да и сами эти условия стали понемногу меняться к лучшему. Пик распада и трансформационного кризиса пришелся на предыдущий период, на конец 80-х и первую половину 90-х гг. Конечно, страну еще ждал дефолт 1998 г., но сразу после него началось некоторое улучшение, названное «стабильностью». То, что и в науке стало немного лучше, хорошо видно даже по внешнему виду печатной продукции, выходившей в начале и конце 90-х гг.

Однако стабильность, достигнутая на самом низком уровне, оказалась к тому же недолговечной. Вначале, в 2006-2009 гг., академические институты ждало сокращение ставок на 25% - так называемый «пилотный проект». После этого в Институте славяноведения осталось только 155 ставок. За счет этого сокращения, правда, несколько повысились зарплаты оставшихся сотрудников. Но начавшиеся вскоре новые кризисные явления в экономике быстро нивелировали этот эффект. Хрупкое равновесие в системе организации академической науки было окончательно разрушено реформой РАН 2013 г.

Особенно резко ухудшилось положение академических институтов, которые были выведены из системы Академии наук. На них заметно возросла бюрократическая нагрузка, ослабло их международное сотрудничество. В этих условиях не потеряла своей актуальности даже задача сохранения Института славяноведения РАН как самостоятельной организации. И эта задача вмещает в себя борьбу за сохранение всей отечественной славистики.

Повторим, что пока еще рано давать оценки протекающему в настоящее время четвертому периоду развития Института славяноведения. Однако вполне возможно сказать о печатной продукции Института, которой, несмотря на все трудности, стало больше. В среднем сотрудниками Института в последние годы ежегодно издается около 70 книг. Опубликованные книги, и прежде всего монографические исследования, - основной показатель деятельности любого научного института гуманитарного профиля или целого научного направления, в том числе и славистики. Именно они дают лучшее представление и о деятельности Института славяноведения РАН. Обо всех работах последнего времени упомянуть, конечно, невозможно. Приведем только несколько характерных примеров.

Закончена работа над новой 4-томной институтской серией -«История Балкан в Новое время». Увидели свет тома - «История Балкан. Век восемнадцатый»13, «История Балкан. Век девятнадцатый (до Крымской войны)»14, «История Балкан. Судьбоносное двадцатилетие 1856-1878»15. Все три тома вышли в свет под редакцией В. Н. Виноградова. В печати последний том серии - «История Балкан. На переломе эпох (1878-1914)».

Завершена серия из восьми книг под общим названием «Человек на Балканах» (отв. ред. Р. П. Гришина и А. Л. Шемякин)16, в которой исследовались различные аспекты процесса модернизации в Юго-Восточной Европе в конце XIX - начале ХХ в. Методологически работа строилась на базе общей теории модернизации, включая дополнительные разработки об особенностях протекания этого процесса в «другой» (не-Западной) Европе.

Завершен еще один большой институтский проект - «Славянские страны в ХХ веке». Вслед за историей Болгарии17 и двухтомником по истории чехов и словаков18 опубликованы работы по истории Югославии19 и Польши20. Написание такого этапного труда стало возможным только в Институте славяноведения РАН. Инициатор этого проекта бывший директор Института В. К. Волков называл его серией «третьего поколения», учитывая созданные в кон-

це 1950-х - начале 1960-х гг. двух-, трехтомные труды по истории стран Центральной и Юго-Восточной Европы и их краткие однотомные истории, выпущенные в конце 1980-х гг.

В Институте продолжается работа над серией книг, посвященных славянским литературам ХХ века. Увидели свет труды, исследующие литературные процессы прошедшего столетия в Польше21, Словакии22, Словении23, Хорватии24. В этой связи следует упомянуть также «Лексикон южнославянских литератур» под редакцией Г. Я. Ильиной с широким региональным и хронологи-

25

ческим охватом25.

Большим достижением ученых Института стало завершение уникального 5-томного труда - «Славянские древности»26. Словарь получил широкий отклик в научной печати - как отечественной, так и зарубежной. В многочисленных рецензиях, опубликованных в России и за рубежом, отмечались фундаментальный и новаторский характер этого издания, его общекультурное значение как компендиума сведений о традиционной культуре всех славянских народов.

Отдельно хотелось бы упомянуть о деятельности в Институте крупнейшего лингвиста современности - А. А. Зализняка. Только за одну работу, посвященную «Слову о полку Игореве»27, он в 2007 г. стал лауреатом Государственной премии и премии А. И. Солженицына и был награжден Большой золотой медалью РАН имени М. В. Ломоносова. В 2015 г. он получил премию имени А. А. Шахматова за книгу «Древнерусское ударение: общие сведения и словарь»28. Наконец, в 2017 г. А. А. Зализняку присуждена премия «За верность науке» Министерства образования и науки России.

Второй особенностью развития Института последнего времени стал набирающий ход процесс смены поколений. Для любого института это неизбежный, но крайне болезненный процесс. Тем не менее, в Институте он, на наш взгляд, происходит относительно продуманно и спокойно. За прошедшие годы, несмотря на низкие зарплаты и снижение привлекательности научной деятельности, научной молодежи в Институте стало намного больше - около трети всех сотрудников. В каждом научном подразделении молодежь начинает играть все большую роль.

Институт славяноведения РАН был одним из инициаторов возобновления ежегодного празднования в России Дня славянской письменности и культуры. Составной частью праздника являются проводимые учеными Института международные научные конференции «Славянский мир: общность и многообразие». В последние

годы эта конференция проходит как форум молодых ученых. По итогам конференций стал выходить ежегодник «Славянский альманах». В этом году альманах отмечает уже свое двадцатилетие. Не так давно издание было преобразовано в журнал, выходящий в виде двух сдвоенных выпусков в год. Кроме того, в Институте стали выходить ежегодник - «Славянский мир в третьем тысячелетии» и журнал «Словене».

Как упоминалось, Институт славяноведения ощущает себя ответственным за развитие славяноведения во всей стране. В октябре 2003 г. в его стенах состоялось Всероссийское совещание славистов «Российское славяноведение в начале XXI века: задачи и перспективы развития»29. Итоги развития славистики и деятельности Института были подведены еще раз в начале 2007 г., когда ему исполнилось 60 лет30. К 65-летию Института была выпущена книга «Сотрудники Института славяноведения Российской академии наук. Биобиблиографический словарь». Словарь включает материалы обо всех научных сотрудниках Института славяноведения РАН с момента начала его работы в 1947 г.31 В ноябре 2013 г. состоялось Второе Всероссийское совещание славистов, посвященное 1150-летию славянской письменности. Оно вновь подвело некоторые итоги развития отечественного славяноведения32.

Наконец, о своей работе Институт славяноведения РАН отчитался еще раз 31 января 2017 г., когда было торжественно отмечено его 70-летие33. Возросший авторитет Института был подтвержден полученными поздравлениями от президента РФ В. В. Путина, председателя Совета Федерации ФС РФ В. И. Матвиенко, заместителя председателя правительства РФ А. В. Дворковича, полномочных послов и других официальных представителей ряда зарубежных стран, аккредитованных в Москве. Кроме того, в связи с юбилеем в дирекцию Института поступило 123 поздравительных адреса, две трети из которых пришли от иностранных коллег34.

ПРИМЕЧАНИЯ

1 См.: Славяноведение в дореволюционной России. Биобиблиографический словарь / Отв. ред. В. А. Дьяков. М., 1979; Лаптева Л. П. История славяноведения в России в XIX веке. М., 2005; Лаптева Л. П. История славяноведения в России в конце XIX - первой трети XX в. М., 2012.

2 Аксенова Е. П. Очерки из истории отечественного славяноведения. 1930-е годы. М., 2000. С. 65-67.

3 См., например: Робинсон М. А. Судьбы академической элиты: отечественное славяноведение (1917 - начало 1930-х годов). М., 2004.

4 Аксенова Е. П. Очерки из истории... С. 74-77.

5 http://history.spbu.ru/o-kafedre/342-istoriya-slavistiki.html.

6 Досталь М. Ю. Как Феникс из пепла. (Отечественное славяноведение в период Второй мировой войны и в первые послевоенные годы). М., 2009. С. 162-163.

7 Там же. С. 218-220.

8 Там же. С. 221-222; см. также: Аксенова Е. П. Институт славяноведения и балканистики РАН за 50 лет (1947-1997). Краткий исторический очерк // Институт славяноведения и балканистики. 50 лет. М., 1996; Никифоров К. В. Шестьдесят лет Институту славяноведения РАН // Славяноведение. 2007. № 4.

9 Шерлаимова С. А. А еще были «капустники» // Как это было. Воспоминания сотрудников Института славяноведения. М., 2007. С. 231.

10 Виноградов В. Н. Былое без дум // Как это было. С. 114.

11 Освободительные движения народов Австрийской империи: В 2 т. М., 1980-1981.

12 Славяноведение в дореволюционной России. Биобиблиографический словарь. М., 1979.

13 История Балкан. Век восемнадцатый. М., 2004.

14 История Балкан. Век девятнадцатый (до Крымской войны). М.,

2012.

15 История Балкан. Судьбоносное двадцатилетие. М., 2013.

16 Человек на Балканах в эпоху кризисов и этнополитических столкновений ХХ в. СПб., 2002; Человек на Балканах и процессы модернизации. Синдром отягощенной наследственности (последняя треть XIX - первая половина ХХ в.). СПб., 2004; Человек на Балканах. Государство и его институты: гримасы политической модернизации (последняя треть XIX - начало ХХ в.). СПб., 2006; Человек на Балканах. Социокультурные измерения процесса модернизации на Балканах (середина XIX - середина ХХ в.). СПб., 2007; Человек на Балканах. Власть и общество: опыт взаимодействия (конец XIX - начало XX в.). СПб., 2009; Человек на Балканах глазами русских. СПб., 2011; Модернизация vs война. Человек на Балканах накануне и во время Балканских войн. М., 2012; Человек на Балканах: Особенности «новой» южнославянской государственности: Болгария, Сербия, Черногория, Королевство СХС в 1878-1920 гг. М., 2016.

17 Болгария в ХХ веке. Очерки политической истории / Отв. ред. Е. Л. Валева. М., 2003.

18 Чехия и Словакия в ХХ веке. Очерки истории: В 2 кн. / Отв. ред. В. В. Марьина. М., 2005.

19 Югославия в ХХ веке. Очерки политической истории / Отв. ред. К. В. Никифоров. М., 2011.

20 Польша в ХХ веке. Очерки политической истории / Отв. ред. А. Ф. Носкова. М., 2012.

21 Хорев В. А. Польская литература ХХ века. 1890-1990. М., 2009.

22 Богданов Ю. В. Очерки истории словацкой литературы ХХ века. М., 2013.

23 Словенская литература от истоков до рубежа XIX-XX веков. М., 2010; Словенская литература ХХ века. М., 2014.

24 Ильина Г. Я. Хорватская литература ХХ века. М., 2015.

25 Лексикон южнославянских литератур / Отв. ред. Г. Я. Ильина. М., 2012.

26 Славянские древности. Этнолингвистический словарь: В 5 т. / Под общ. ред. Н. И. Толстого; отв. ред. С. М. Толстая. М., 1995-2012. Т. 1-5.

27 Зализняк А. А. «Слово о полку Игореве»: Взгляд лингвиста. 3-е изд., доп. М., 2008.

28 Зализняк А.А. Древнерусское ударение: Общие сведения и словарь. М., 2014.

29 Межрегиональная конференция славистов. Российское славяноведение в начале XXI века: задачи и перспективы развития. Материалы Всероссийского совещания славистов (23-24 октября 2003 г.). М., 2003.

30 Никифоров К. В. Шестьдесят лет...

31 Сотрудники Института славяноведения Российской академии наук: Биобиблиографический словарь / Отв. ред. М. А. Робинсон, А. Н. Горяинов. М., 2012.

32 Труды Института славяноведения 2003-2013 гг. Библиографический указатель. Ко II Всероссийскому совещанию славистов. М., 2013; Славянский альманах. М., 2015. № 1-2; см., в частности: Никифоров К. В. Институт славяноведения РАН между двумя Всероссийскими совещаниями славистов (2003-2013) // Славянский альманах. 2015. № 1-2. С. 315.

33 Труды Института славяноведения 2007-2016. Библиографический указатель. М., 2017.

34 См., например, официальный сайт Института славяноведения РАН: http://inslav. ru/event/institutu-slavyanovedeniya-70 -let.

K. V. Nikiforov The main centre of Slavic studies in Russia celebrates its 70th anniversary

The article covers the history of the Institute of Slavic Studies. It was firstly established in Leningrad and then created anew in Moscow. For 70 years it has been embodying the development of Slavic studies in Russia. Its history has four stages, that were directly connected to political and economical situation in the country. The fourth of them is still on, but its main traits are already clear. Firstly, the volume of printed production has increased, and secondly, the process of generation shift has started.

Keywords: Institute of Slavic Studies, academic research in Slavic studies, general and serial publications, generation shift.