Регрессионный анализ ценностно-потребностных индикаторов тревоги у представителей этнически однородной и смешанной популяций юношеского, зрелого и пожилого возраста

УДК 316; 159.922.6

Регрессионный анализ ценностно-потребностных

индикаторов тревоги у представителей этнически однородной и смешанной популяций юношеского, зрелого и пожилого возраста

А.С. Давыдов. Хакасский государственный университет им.

Н.Ф. Катанова

Переживание тревоги тесно связано с состоянием индивидуальной системы потребностей и ценностей человека. Ролло Мэй [4] полагал, что внутриличностный конфликт и тревога вызывается фрустрацией потребностей, связанных с ценностями, жизненно важными для существования личности. Хорни, Салливан, Маурер [4] пришли к выводу, что сама по себе фрустрация не может быть причиной конфликта, скорее следует поставить вопрос: каким жизненно важным ценностям угрожает фрустрация?

Таким образом, чтобы диагностировать тревогу и обнаружить обусловивший её конфликт, необходимо:

• определить ценностно-потребностную структуру личности;

• выявить наиболее важные ценностные зоны;

• проверить, подвергаются ли они фрустрации.

Выполнить указанные задачи позволяет «Система экспериментально-психологического исследования ценностно-потребностной сферы личности (ЦПСЛ)», созданная проф. В. Г. Морогиным [2]. Она представляет собой комплекс экспериментально-психологических методик тахистоскопи-ческого предъявления, субъективной оценки времени экспозиции, попарного проективного сравнения личностно значимых ценностей, а также исследования ассоциативных реакций на эти ценности, разработанных для изучения содержания родовой и общественной подструктур ЦПСЛ.

Каждая из этих подструктур включает в себя 8 экспериментально выделенных ценностно-потребностных зон:

1. Гедонистическая зона (Гед) - потребности, реализующие принцип удовольствия;

2. Зона безопасности (Без) - потребности, отражающие субъективную необходимость защиты от различных неблагоприятных воздействий;

3. Эго-зона (Эго) - потребности, определяющие индивидуальное стремление и амбиции, доминирование эгоистических интересов;

4. Экзистенциальная зона (Экз) - потребности, детерминирующие общественное и политическое поведение и определяющие отношение личности к властным институтам;

5. Аффилиативная зона (Афф) - потребности в межличностных взаимодействиях, обусловленных стремлением занять определённое положение среди других;

6. Когнитивная зона (Ког) - интеллектуальные и познавательные потребности, отражающие направленность на активную умственную деятельность;

7. Ритуальная зона (Рит) - потребности, связанные с традициями и отправлением официальных ритуалов, детерминирующие конформное поведение человека;

8. Трансцендентальная зона (Тра) - потребности личностного роста, ориентирующие на творческое и духовное самосовершенствование.

Методика позволяет для каждой зоны количественно определить 6 индикаторов ценностно-потребностной сферы личности (ЦП-индикаторы).

В методиках тахистоскопического предъявления используется два ценностно-потребностных индикатора:

• «т» - количество опознаваемых ценностей при одновременном их предъявлении (методика «тахистоскоп»);

• «к» - количество опознаваемых ценностей при последовательном их предъявлении (методика «калейдоскоп»).

Методики попарного проективного сравнения личностно значимых ценностей также содержат два ЦП-индикатора:

• «з» - количество выборов наиболее значимых ценностей;

• ««д» - количество выборов наиболее доступных ценностей.

Методика субъективной оценки времени экспозиции ценностей позволяет диагностировать один ценностно-потребностный индикатор: «э» -время экспозиции ценностей, которое испытуемый определяет по своим «внутренним часам».

В методике оценки времени ассоциативной реакции на личностно значимые ценности используется один индикатор: «а» - время, которое затрачивает испытуемый на формулирование ассоциации для предъявляемой ценности.

Каждый из этих 6 индикаторов может быть количественно зафиксирован в каждой из 8 ценностно-потребностных зон и обозначен комбинацией символа, его обозначающего, и первых трех букв названия соответствующей зоны ЦПСЛ, например: тЭкз, кБез, дАфф, зКог, эРит, аГед. Таким образом, всего в исследовании фигурировало 48 возможных ценност-но-потребностных индикаторов тревоги.

Регрессионный анализ проводился с целью выявления, какие цен-ностно-потребностные индикаторы и в какой степени позволяют определять тревогу у представителей различных этнических групп в молодом, зрелом и пожилом возрасте.

Вся выборка испытуемых была разделена на две группы:

• этнически однородная - «русские» (и отец, и мать принадлежат к русскому этносу);

• смешанная популяция - «метисы» (хотя бы один из родителей принадлежит к этносу, отличному от русского).

Вторая группа менее однородна по этническому составу, чем первая, что подтвердилось и статистическими показателями вариативности исследуемых переменных: среднее значение с в моноэтничной группе -3,29, в смешанной - 4,22.

Выборка представлена сотрудниками КГБОУ СПО «Красноярский краевой колледж культуры и искусства» и членами их семей, а также студентами очного и заочного отделений, добровольно согласившимися участвовать в эксперименте.

Объем экспериментальной группы 102 испытуемых, в том числе:

• 74 - моноэтнических (русских), 28 - этнически смешанных (метисов);

• 37 - молодых, 15-25 лет (25 русских, 12 метисов); 32 -зрелого возраста, 35-45 лет (27 русских, 5 метисов); 33 - пожилых, старше 55 лет (22 русских, 11 метисов).

Было установлено [3], что для молодого, зрелого и пожилого возраста существуют уникальные комбинации ценностно-потребностных индикаторов тревоги. Теперь требуется выяснить, можно ли выделить подобные комбинации в отношении моноэтнических и смешанных групп.

В качестве экспериментальных гипотез были выдвинуты следующие предположения:

• состояние тревоги у русских и метисов в каждой возрастной группе определяется уникальным набором ценностно-потребностных индикаторов;

• наиболее универсальным индикатором тревоги является ценностно-потребностная зона безопасности.

Первым шагом статистического исследования был корреляционный анализ ценностно-потребностных индикаторов и общей тревоги (фОбщ) по каждой возрастной группе как в целом, так и отдельно для русских и метисов с целью выявления статистически достоверных корреляционных связей. Затем проводился регрессионный анализ в отношении только тех индикаторов, которые статистически значимо коррелируют с показателем тревоги, поскольку проведение полного статистического исследования всех 48 возможных ЦП-индикаторов практически трудно осуществимо и имеет мало смысла.

В группе «молодых» от 15 до 25 лет обнаружена корреляция общей тревоги с ценностно-потребностными индикаторами тЭкз, кБез, тРит, кГед. Однако регрессионный анализ показал, что общая тревога достоверно определяется (р<0,05) только тремя ценностно-потребностными индикаторами. Усиление тревоги провоцируют тЭкз и кБез (коэффициенты регрессии 2,54 и 2,37 соответственно), а тРит - её уменьшение (коэффициент

регрессии -2,36). Уравнение регрессии: фОбщ (все.мол.) = 122,56 + 2,54тЭкз - 2,36тРит + 2,37кБез.

У русских участников эксперимента молодого возраста выявлена корреляция общей тревоги с ценностно-потребностными индикаторами тЭкз, кБез, тРит, кГед. Регрессионный анализ показал, что общая тревога определяется (р<0,05) всеми четырьмя ценностно-потребностными индикаторами. Усиление тревоги обусловлено тЭкз и кБез, коэффициенты регрессии 2,73 и 2,25, а её уменьшение - тРит и кГед, коэффициенты регрессии -2,56 и -1,59. Формула регрессии: фОбщ (рус.мол.) = 125,63 + 2,73тЭкз - 2,56тРит - 1,59кГед + 2,25кБез.

В группе молодых метисов общая тревога коррелирует с ценностно-потребностными индикаторами кБез, кЭкз, кРит. С помощью регрессионного анализа обнаружена прямая зависимость увеличения показателей тревоги с ростом кБез (р<0,01, коэффициент регрессии 1,94), и их уменьшения с ростом тРит (р<0,05, коэффициент регрессии -2,97). Значимое влияние кЭкз на общую тревогу не установлено. Формула регрессии: фОбщ (мет.мол.) = 141,93 + 1,94кБез - 2,97кРит.

В целом у русских и метисов зрелого возраста с общей тревогой коррелирует лишь ценностно-потребностный индикатор тКог. Регрессионный анализ показывает отрицательную зависимость от него общей тревоги в возрасте от 35 до 45 лет с коэффициентом -3,11. Формула регрессии: фОбщ (все.зре.) = 155,38 - 3,11тКог.

У русских зрелого возраста установлена корреляция кГед, дАфф, дКог с общей тревогой. Но согласно данным регрессионного анализа статистически значимо (р<0,05) тревога зависит только от дКог (коэффициент регрессии 3,14). С ростом данного ценностно-потребностного индикатора тревога уменьшается. Формула регрессии: фОбщ (рус.зре.) = 136,40 -3,14дКог.

Если регрессионный анализ проводить по каждому коррелирующему индикатору в отдельности, то только один ценностно-потребностный индикатор кГед связан с ростом общей тревоги (р<0,05). Формула регрессии: фОбщ (рус.зре.) = 114,39 + 1,86кГед.

В группе метисов зрелого возраста выявлена корреляция трёх цен-ностно-потребностных индикаторов кБез, зЭго, зРит с общей тревогой. Но статистически значимые результаты (р<0,05) получены только при проведении регрессионного анализа отдельно по кБез (обратная зависимость) и группе зЭго-зРит (прямая зависимость). Формулы регрессии: фОбщ (мет.зре.) = 182,35 - 4,46кБез; фОбщ (мет.зре.) = 76,68 + 8,53зЭго + 2,41зРит.

В целом в группе пожилых людей возраста старше 55 лет с общей тревогой коррелирует только ценностно-потребностный индикатор кТра. Регрессионный анализ даёт прямую зависимость с коэффициентом 2,02 (р<0,05). Формула регрессии: фОбщ (все.пож.) = 133,97 + 2,02кТра.

У пожилых русских с общей тревогой коррелирует ценностно-потребностный индикатор аГед. Регрессионный анализ выявил прямую зависимость с коэффициентом регрессии 0,45. Формула регрессии: фОбщ (рус.пож.) = 138,62 + 0,45аГед.

У пожилых метисов установлена корреляция с общей тревогой цен-ностно-потребностного индикатора дБез. Регрессионный анализ выявил обратную зависимость с коэффициентом регрессии -1,49. Формула регрессии: фОбщ (мет.пож.) = 147,29 - 1,49дБез.

Результаты регрессионного анализа представлены в таблице 1.

Полученные результаты могут быть интерпретированы следующим образом:

Обратная зависимость общей тревоги от ценностно-потребностного индикатора тРит означает, что рост роли потребностей, связанных с конформным поведением, соблюдением традиций и ритуалов, снижает общую тревогу. В самом деле, конформизм вызывает одобрение той части общества, в которой такие формы поведения сформированы или поддерживаются, что способствует усилению ощущения принадлежности и, как следствие, защищённости. Даже в пословицах и поговорках закреплена такая связь коллектива и ощущения силы и безопасности: один в поле не воин, веник сломать труднее отдельных прутьев. Общество формирует у человека зависимость от него самого: хочешь быть в безопасности, объединяйся; соблюдай наши правила, будь как все, и мы тебя защитим. А по-

скольку молодёжь наиболее склонна к принадлежности какой-либо группе, именно в молодом возрасте проявляется зависимость снижения общего страха от соблюдения традиций, обычаев, этикета, субординации. Эти ценности преобладают у более, чем 70% молодых испытуемых. Та часть молодёжи, которая кажущемуся им чем-то неопределённым государству предпочитает конкретные малые общественные группы (а те могут и противопоставлять себя государству), испытывает меньшую тревогу, так как доверяет своей группе больше, чем государству.

Таблица 1. Данные регрессионного анализа ценностно-потребностных индикаторов тревоги

'): ):;и,

Русские Метисы

Независимые переменные Мол

Intercept 125,63 114,39 136,40 138,62 141,93 182,35 76,68 147,29

тЭкэ +2,73 0,32 р=,017

тРиг -2,56 -0,28 р=,035

кГед -1.59 -0,34 р-,034 +1,86 0.39 р-,045

кБез +2,25 0.39 р=.01Э +1,94 0,58 р=,006 -4.46 -0.89 р=,038

кРиг -2.97 -0.52 р=,028

дБеэ -1,49 -0.64 р=.048

дКог ^.14 -0,40 р=,012

аЭго +8,53 0.58 р-022

э1 ит +2,41 0,45 |р=036

аГед +0,45 0.51 р-,018

Обратная зависимость общей тревоги от ценностно-потребностного индикатора кГед показывает, что общая тревога снижается при усилении потребности в получении удовольствия. Чем меньше выражена потребность в получении удовольствия, тем больше удовлетворённость своим существованием, которая вряд ли возможна в состоянии опасности. Человек в основном стремится удовлетворять свои потребности: если чувствует угрозу, пытается обеспечить безопасность; испытывая необходимость в соблюдении традиций, обычаев, субординации, скорее всего, не будет противиться данным требованиям; нуждаясь в обществе, государстве, старается жить по установленным ими правилам. Однако, вместе с потребностью в получении удовольствия, человек обладает способностью отказывать себе в ее удовлетворении, если эта поведенческая форма находит поддержку общества и государства. Например, увлекаясь работой или получением дохода, люди могут годами не брать очередной отпуск, ради интересного дела отказывают себе во сне, а формируя идеальную фигуру - в пище. Нет, кажется, никакого удовольствия, от которого человек не способен отказаться, если для него существуют иные, более значимые ценности. Есть случаи отказа даже от наркотиков, хотя достоверно известно, что употребляющие их получают небывалое наслаждение. А ведь подавляющее большинство злоупотребляющих табаком, алкоголем, наркотиками приобретают зависимость именно в молодом возрасте. Вероятно, они-то и испытывают страх, который может быть обусловлен опасением лишиться объекта зависимости. По мнению А. Маслоу отказ от достижения насущной цели, от удовлетворения жизненно важной потребности угрожает психологическому благополучию человека. [1] У таких молодых людей потребность в удовольствии низка, ведь они её легко удовлетворяют с помощью наркотических веществ, а легко доступное особой ценности не представляет. А те, у кого потребность в получении удовольствия высока, способны вместо «чистого» удовольствия получать его опосредованно: от общения, творчества, принадлежности к определённой группе, удовлетворительных взаимоотношений с окружающими и т.п. А удовлетворённость достижением жизненно важных целей, которые представляют истинную ценность, снижает общий страх.

Прямая зависимость общей тревоги от ценностно-потребностного индикатора тЭкз говорит о том, что тревога увеличивается при росте значимости потребности личности удовлетворять требования общества и государства. В настоящее время молодые россияне склонны воспринимать государство как фантастическую дойную корову, которую можно почти не кормить, но молока от неё получать вдоволь. От него ждут повышения зарплаты, пенсии, стипендии, различных социальных выплат, снижения налогов, лучшей защиты, обучения, медицинского обслуживания, не задумываясь над тем, что государство - не всемогущий бог, а всего лишь одна из форм управления обществом, которую приняли живущие на определённой территории народы. Такое отношение к государству у молодых людей вызвано тем, что им необходима внешняя сила, которая обеспечит всё необходимое, что они не способны получить самостоятельно. Отчётливо проявляется недоверие к государству, ставятся под сомнение те ценности, которые являются наиболее значимыми для 78% молодёжи: правда -двоякая, справедливость - недостижима, закон - что дышло, правосудие даёт сбой. Те, кто ощущает потребность в государственной защите, ожидают обмана. Чем сильнее эта потребность, тем более значителен обман, более высок страх неполноценности защиты. Молодые люди, которым не хватает правды, справедливости, законности, действительно не смогут чувствовать себя в безопасности. Таким образом, чем выше потребность в помощи государства, тем менее человек уверен в своих силах и чувствует себя более беззащитным, что способствует усилению общей тревоги.

Прямая зависимость общей тревоги от ценностно-потребностного индикатора кБез отражает тот очевидный факт, что общая тревога растет при усилении потребности в защите от различных неблагоприятных воздействий. Очевидно, что потребность в безопасности напрямую свидетельствует о том, что человек субъективно ощущает угрозу своему существованию. Она закреплена на генетическом уровне, так как лишь в последние десятилетия люди поверили в своё могущество, которое, однако, ежедневно ставится под сомнение средствами массовой информации. Потребность в безопасности у людей молодого возраста почти в половине случаев (44%) определяется такими ценностями, как уверенность и здоро-

вье, то есть рост неуверенности и снижение здоровья способствуют повышению общей тревоги. Молодые люди, ощущая потребность в безопасности, понимают, что не обладают достаточными возможностями для того, чтобы обеспечить себе защиту, что их безопасность во многом зависит от взрослых. Поэтому с ростом потребности в безопасности растёт и их тревога.

Обратная зависимость общей тревоги от ценностно-потребностного индикатора тКог означает, что рост интеллектуальных и познавательных потребностей уменьшает общую тревогу. В современном мире широко распространено мнение о том, что знание способствует процветанию. Не только молодые, но и люди зрелого возраста стремятся получить более высокое или даже дополнительное образование. Это связано в том числе и с законодательно закрепленным требованием иметь образование определённого уровня, соответствующее профессиональным обязанностям. Работник, чтобы не потерять место, вынужден получать образование, даже несмотря на то, что значительный опыт работы вполне позволяет справляться с должностными обязанностями. Он отчётливо сознаёт, что иначе существует угроза понижения жизненного уровня в связи с потерей работы, а поиски новой связаны с опасностью «остаться за бортом», так как достаточно высокий уровень безработицы создаёт прецеденты выполнения той же работы за меньшую оплату. В зрелом же возрасте возникает необходимость в дополнительных расходах на содержание и обучение детей. Поэтому стремление к удовлетворению познавательных потребностей вызывает снижение страхов в связи с верой в то, что это позволит достичь большего благополучия, обеспечит возможность дать детям лучшее образование и оснастить всем необходимым. Обратную зависимость общей тревоги от ценностно-потребностного индикатора тКог можно также объяснить тем, что человек в основном боится необъяснимого. А тот, кто больше знает, обладает способностью находить объяснение непонятным фактам и явлениям и таким образом уменьшает свой страх.

Прямая зависимость общей тревоги от ценностно-потребностного индикатора кТра свидетельствует о том, что тревога растет при усилении потребности личностного роста. Эти потребности являются наименее кон-

кретными и недостаточно четко определёнными. Каждому известно, как удовлетворить свои потребности в удовольствии, безопасности, индивидуальности, общении, знаниях, соблюдении ритуалов и традиций, взаимоотношениях с обществом и государством. Однако далеко не все осознают, в чём заключаются их потребности личностного роста. Можно определить, какие требования в данной области выдвигают культура, социальное окружение. Но есть ещё и генетически обусловленные склонности. С возрастом они всё больше осознаются путём размышлений, проб и ошибок, на основании жизненного опыта, интуиции. И чем в большей степени проявляются в сознании глубоко скрытые родовые потребности, ориентирующие на творческое и духовное самосовершенствование, тем более возрастает неопределённость: как удовлетворить эти потребности, в чём конкретно они заключаются, что непосредственно необходимо сделать и как убедиться, что цель достигнута? Такая неопределённость вызывает тревогу. Она усиливается ещё и достоверно осознаваемым уменьшением жизненных сроков, оставшихся для реализации потребностей личностного роста.

На основе полученных в исследовании фактов и их интерпретации можно сделать вывод, что выдвинутые гипотезы подтвердились:

1. Состояние тревоги у русских и метисов в каждой возрастной группе определяется уникальным набором ценностно-потребностных индикаторов:

• у русских молодого возраста - тЭкз, тРит, кГед,

кБез;

• у русских зрелого возраста - дКог, кГед;

• у русских пожилого возраста - аГед;

• у метисов молодого возраста - кБез, кРит;

• у метисов зрелого возраста - кБез, зЭго, зРит

• у метисов пожилого возраста - дБез.

2. Только в молодом возрасте у русских и метисов есть единственный общий ценностно-потребностный индикатор тревоги -кБез, остальные - уникальные:

• у русских молодого возраста усиливают тревогу потребности экзистенциальной зоны (+2,73) и зоны безопас-

ности (+2,25); снижают ее потребности ритуальной (-2,56) и гедонистической зон (-1,59);

• у русских зрелого возраста рост тревоги обусловлен потребностями гедонистической зоны (+1,86), ее снижение - когнитивной (-3,14);

• у русских пожилого возраста незначительная роль в усилении тревоги принадлежит потребностям гедонистической зоны (+0,45). Потребностей, уменьшающих тревогу у пожилых русских, не выявлено;

• у метисов молодого возраста усиление тревоги связано с зоной безопасности (+1,94), снижение - с ритуальной зоной (2,97);

• у метисов зрелого возраста рост тревоги обусловлен потребностями эго-зоны (+8,53) и ритуальной зоны (+2,41), ее снижение - зоной безопасности (-4,46);

• у метисов пожилого возраста не выявлено зон, ответственных за усиление тревоги, ее снижение связано с зоной безопасности.

3. Только в молодом возрасте и у русских, и у метисов выявлены общие влияющие на тревогу зоны - безопасности и ритуальная, но у русских потребности безопасности усиливают тревогу, а у метисов - снижают; у русских ритуальная ценностно-потребностная зона определяет уменьшение тревоги, а у метисов - её рост.

4. Зоной, определяющей тревогу и в молодом, и в зрелом, и в пожилом возрасте у русских является гедонистическая, а у метисов -зона безопасности.

5. Наиболее универсальным индикатором тревоги является зона безопасности, так как она влияет на тревогу и у русских (в молодом возрасте), и у метисов (в молодом, зрелом и пожилом возрасте).

Литература

1. Маслоу А. Мотивация и личность. М. [и др.]: Питер, 2003. - 351 с. -

(Мастера психологии). ISBN 5-318-00616-7.

2. Морогин В. Г. Теория и методы исследования ценностно-потребностной сферы личности // Гуманитарные науки и образование в Сибири. № 3. Новосибирск, 2009. С.12-28.

3. Морогин В. Г., Давыдов А. С. Возрастные особенности ценностно-потребностных индикаторов состояний тревоги // PSIXOLOGIYA, ILMIY JURNAL (10) 2-son 2013-yil, С. 28-42, ISSN 2181-5291.

4. Мэй Ролло. Смысл тревоги. М.: Класс, 2001. - 379 с.

© А.С. Давыдов, 2014.

© «PEM: Psychology. Educology. Medicine», 2014.

— • —