Вклад медицинской общественности в разработку основополагающих принципов земской медицины России

машинисты (8,6%), дежурные станций и электромеханики (по 7,7%) (табл. 3).

Доля умерших в возрасте 50—59 лет особенно высока у приемщиков груза (70,0%±14,5), старше 60 лет — у мастеров (56,0%±9,9). До 50 лет она варьирует от 50±25,0% у операторов до 9,5±4,5% у операторов (р < 0,05) (табл. 4).

В литературе обосновывается влияние профессиональной деятельности железнодорожников на риск смерти [1, 3, 7]. При среднем возрасте железнодорожника по отрасли в целом 47,8±0,1 года средний возраст умерших составил 58,8±0,7 года с варьированием от 54,5±1,1 у проводников до 62,9±1,2 у мастеров (табл. 5). Средний возраст умерших мастеров достоверно превышает таковой проводников ( = 5,3), машинистов = 3,3), слесарей = 2,8), приемщиков груза = 2,2). В зависимости от стандартизированного коэффициента смертности выделяются профессии железнодорожников с высоким (> 6,5%о) риском смерти — проводник, рабочий, осмотрщик вагона; средним (3—6,5%) — кассир, оператор, мастер, машинист, дежурный станции; низким (< 3% ) — приемщик груза, электромеханик, обходчик пути, слесарь, монтер пути.

Заключение

Исследование показало, что общий риск смерти железнодорожников ниже, чем у населения Азербайджана в целом. Стандартизированные коэффициенты смертности сравнительно высоки у проводников, рабочих и осмотрщиков вагонов.

ЛИТЕРАТУРА

1. Горчакова Т.Ю. Зависимость смертности населения трудоспособного возраста в промышленных городах от специфики градообразующих предприятий (на примере Мурманской области): Дис. М.; 2010.

2. Вильк М.Ф., Цфасман А.З. Медицинское обеспечение безопасности движения поездов. М.: РАПС; 2001.

3. Солохина Л.В. Научно-организационное обоснование направлений охраны здоровья работников железнодорожного транспорта (по материалам Дальневосточной железной дороги): Дис. М.; 2004.

4. Шевела Л.Н. "Узкие места" и пути совершенствования экспертизы профессиональной пригодности на железнодорожном транспорте. Актуальные проблемы транспортной медицины. 2002; 1: 25—7.

5. Гланц С. Медико-биологическая статистика. Пер. с англ. М.: Практика, 1998.

6. Population of Azerbaijan. State statistical committee of the republic of Azerbaijan. Baku; 2011.

7. Кудрин В.А., Краевой С.А. Медико-профилактические вопросы преждевременной смертности на железнодорожном транспорте. Актуальные проблемы транспортной медицины. 2008; 1: 20—4.

REFERENCES

1. Gorchakova T. Y. The dependence of the mortality of people of working age in the industrial cities of the specifics of the core enterprises (the example of the Murmansk region). Dissertation for the degree of candidate of biological sciences. M.; 2010 (in Russian).

2. Wilk M.F., Tsfasman A.Z. Medical support of traffic safety. М.; RAPC; 2001 (in Russian).

3. Solokhina L.V. Scientific-organizational rationale areas of the health of railway employees (based on the Far Eastern Railway). Dissertation for the degree of doctor medical sciences. M.; 2004 (in Russian).

4. Shevela L.N. "Bottlenecks" and ways to improve the expertise of professional competence in railway transport. Actual problems of transport medicine. 2002; 1: 25—7 (in Russian).

5. Glantz S. Biomedical Statistics. Trans, from English. M.: Practice; 1998 (in Russian).

6. Population of Azerbaijan. State statistical committee of the republic of Azerbaijan, Baku; 2011.

7. Kudrin V.A., Krayevoy S.A. Medical-preventive issues premature death in rail transport. Actual problems of transport meditsiny. 2008; 1: 20—4 (in Russian).

Поступила 02.07.13

История медицины

© И.В. Егорышева, 2013 УДК 614.2:93

И. В. Егорышева

ВКЛАД МЕДИЦИНСКОЙ ОБЩЕСТВЕННОСТИ В РАЗРАБОТКУ ОСНОВОПОЛАГАЮЩИХ ПРИНЦИПОВ ЗЕМСКОЙ МЕДИЦИНЫ РОССИИ

ФГБУ Национальный НИИ общественного здоровья РАМН, 105064, Москва, Россия

Статья посвящена участию медицинской общественности в формировании основополагающих принципов построения уникальной системы здравоохранения — земской медицины, что нашло отражение в работе медицинских научных обществ и съездов, медицинской периодической печати.

Ключевые слова: медицинская общественность, земская медицина, история здравоохранения

THE INPUT OF MEDICAL COMMUNITY INTO DEVELOPMENT OF FUNDAMENTAL PRINCIPLES

OF ZEMSTVO MEDICINE OF RUSSIA

I.V. Yegorysheva

The national research institute of public health of the Russian academy of medical sciences,

105064 Moscow, Russia

The article considers the participation of medical community information of fundamental principles of unique system ofpublic health - the Zemstvo medicine. This occurrence found its reflexion in activities of medical scientific societies and congresses, periodic medical mass media.

Keywords: medical community, Zemstvo medicine, history ofpublic health

В 60—70-е годы Х1Х века, в эпоху так называемых великих огромную популярность приобрели идеи служения обществен-реформ на волне небывалого в России общественного подъема ным, а не узколичным интересам, служения своему народу. На-

учные медицинские общества создавались в массовом порядке. Если ранее первые медицинские общества главным образом занимались обменом опытом и научной информацией, то со второй половины Х1Х века в сферу их научных интересов входят проблемы организации медицинской помощи населению.

Одновременно с подготовкой крестьянской реформы в медицинской печати уже с конца 50-х годов развернулась острая дискуссия о формах организации здравоохранения, соответствующих новым социально-экономическим условиям. До отмены крепостного права медицинская помощь крестьянству практически отсутствовала, а в лечебных учреждениях для государственных крестьян Министерства государственных имуществ одна лечебница приходилась на 721,5 тыс. человек, а один врач приходился на 101,5 тыс. [1]. Медицинское обеспечение городских жителей находилось в ведении приказов общественного призрения.

Необходимость перемен признавалось и правительственными кругами. Весной 1862 г. на заседании Общества русских врачей в Москве с жесточайшей критикой существующей приказной системы здравоохранения выступил вице-директор Медицинского департамента Н.И. Розов [2]. Текст доклада был направлен Министру внутренних дел.

В вопросе «об устройстве врачебной части для сельского населения» столкнулись основные политические группировки того времени. При обсуждении различных проектов наметились две линии: одна отстаивала необходимость врачебного обслуживания населения, другая — довольствовалась формулой «врач — барский доктор, фельдшер — мужицкий». Среди медицинских периодических изданий реакционную позицию в вопросе о способах организации медицинской помощи крестьянам занял киевский журнал «Современная медицина», на страницах которого высказывались соображения, что в уездах вообще нет запроса на врачей.

Общество русских врачей в Москве, созданное в 1859 г., сыграло важную роль в формировании представлений о том, каким должно быть здравоохранение в пореформенной России. Оно опубликовало в своем периодическом издании «Московская медицинская газета» большое число статей по этому вопросу, а в 1862 г. создало специальную комиссию для обсуждения рациональной организации медицинской помощи сельскому населению. «Московская медицинская газета» превратилась в своеобразную трибуну, с которой выступали многие провинциальные врачи.

В 1865 г. газета опубликовала статью П. Д. Любимова «К вопросу об устройстве врачебной части для народа», в которой были обобщены материалы дискуссии в периодической печати и выводы комиссии Общества русских врачей в Москве. Обзор, подготовленный П. Д. Любимовым, свидетельствует о том, что к началу земской реформы медицинской общественностью были уже сформулированы основные положения участковой земской медицины. «Назначение участковых врачей с одновременным устройством участковых больниц, по нашему убеждению, — писал Любимов, — есть один из самых лучших проектов устройства сельской медицины» [3].

Подводя итоги дискуссии, П. Д. Любимов следующим образом описывал предлагавшуюся организацию медицинского обслуживания сельского населения. Как говорилось в его статье, планируя систему медицинских участков, следует учитывать их величину и плотность населения. В каждом участке должны быть небольшая больница и при ней аптека, 1 врач, 2 фельдшера, повивальная бабка. Врач заведует больницей, ведет амбулаторный прием и посещает трудных больных на дому в экстренных случаях. Кроме лечебной работы, врач изучает участок, собирая материалы для медицинской географии и статистики в целях предупреждения болезней и их лечения, принимает меры против эпидемических заболеваний, контролирует оспопрививание, занимается пропагандой гигиенических знаний. Поступающие в больницу пациенты ничего не платят. Это положение об участковом принципе построения медицинской помощи явилось программой для нарождающейся земской медицины.

Таким образом, в возникшем сразу и долго обсуждавшемся вопросе о разъездной или стационарной помощи Общество русских врачей в Москве еще до введения земских учреждений высказалось за стационарную медицинскую врачебную помощь сельскому населению, наметило основные направления деятельности участкового врача и отметила бесплатность медицинской помощи, как одно из важнейших условий ее доступности. Однако потребовалось не менее двух десятилетий, чтобы эти идеи

получили всеобщее признание как наиболее рациональный путь организации медицинского обслуживания населения.

После введения в 1864 г. земского самоуправления в 34 земских губерниях Европейской России «Московская медицинская газета» освещала первые шаги земской медицины, выступала против попыток подменить научную медицину фельдшеризмом. С 70-х годов на ее страницах регулярно выступал руководитель московской земской санитарной организации Е.А. Осипов, пропагандировавший профилактическое, как тогда говорили, санитарное направление в земской медицине.

Мысль о необходимости развития санитарно-профилакти-ческого направления в практической медицине постепенно утверждалась в сознании медицинской общественности с конца 50-х годов Х1Х века. Особую популярность в медицинской среде приобрело высказывание Н.И. Пирогова о том, что «будущее принадлежит медицине предохранительной» [4].

В 60-е годы Х1 Х века на страницах медицинской периодической печати публикуются статьи, посвященные «гигиенической стороне крестьянского вопроса», разъясняется важное значение санитарной статистики, которая «отвечает на такие вопросы, которые бы без нее остались темными и неразрешенными; с помощью ее врач и государственный человек будут в состоянии предложить и привести в действие средства, служащие к обеспечению успешного развития народонаселения» [5]. Санитарная статистика воспринимается медицинской общественностью как важнейший инструмент развития профилактического направления. Выдающиеся успехи земской санитарной статистики в последующие годы в значительной степени были обязаны предшествующему периоду развития санитарной статистики в России.

Важную роль в разработке принципов здравоохранения в 70-е годы, на этапе становления земской медицины, сыграло Общество врачей Казани под председательством профессора А.В. Петрова, выступившее пропагандистом профилактического направления в медицине. В Казанском обществе впервые были сформулированы понятия общественной медицины и социальных болезней. 27 января 1873 г. в докладе на заседании Общества А.В. Петров говорил: «После тысячелетий бесплодного служения отдельным единицам медицина и врачи призываются на службу целому обществу. Требуется излечить общественные болезни, поднять уровень общественного здоровья, возвысить общественное благосостояние» [6].

Провозгласив необходимость санитарного (профилактического) направления, Казанское общество добивалось осуществления его на практике, обозначив конкретные организационные формы воплощения этих идей. Оно рекомендовало учредить должности земских и городских санитарных врачей, организовать их специальную подготовку. По его инициативе в начале 70-х годов выдающимися земскими деятелями: В. О. Португа-ловым, И.И. Моллесоном и Е.А. Осиповым были разработаны первые программы деятельности земских санитарных врачей.

Казанское общество врачей одним из первых в России заявило о необходимости создания специальных органов для сбора и обработки санитарно-статистической информации и осуществления санитарно-профилактических мероприятий — санитарных бюро при губернских земских управах, которые были созданы позднее в конце 80-х годов Х1Х века. Оно первым предложило карточную регистрацию, на основе которой в дальнейшем строились земские санитарно-статистические исследования.

Члены Казанского общества настаивали на необходимости замены существовавшей в первые годы земской медицины разъездной системы организации медицинской помощи, когда врач разъезжал по уезду, поочередно посещая все селения, на стационарную систему, при которой врач выезжал только на экстренные вызовы и на эпидемии.

Обществом был предложен проект руководящего выборного совещательного органа — губернского врачебно-санитарно-го совета. Казанское общество настаивало на предоставлении врачам полной самостоятельности в организации и ведении медицинского дела в земстве. Оно также выступило инициатором устройства губернских съездов земских врачей [7].

Творческому развитию земской медицины способствовало отсутствие жесткого правительственного контроля, поскольку медицинская помощь населению не входила в число обязательных повинностей земских организаций. Опасаясь повторить участь приказной медицины, ставшей жертвой бюрократического и некомпетентного способа управления, земские организации

отрицательно относились ко всем попыткам правительства регламентировать медицинскую помощь. Доказывая право земских организаций на самостоятельность в принятии решений, воронежский санитарный врач М.Я. Капустин (в дальнейшем профессор кафедры гигиены Казанского университета) писал: «Земская медицина, по нашему мнению, тем и хороша, что возникла и поддерживается местными нуждами в размерах и формах местных потребностей...Все ее недостатки и несовершенства имеют, если можно так высказаться, и ту хорошую сторону, что, будучи раз сознаны, могут быть устранены или ограничены компетентностью каждого уездного собрания» [8].

Отстояв свою независимость от вмешательства министерских чиновников, земские организации, однако, остро нуждались в методическом руководстве и в обмене опытом. Эта проблема отчасти решалась на земских врачебных съездах, первый из которых состоялся в 1871 г. в Твери. Всего было проведено 378 съездов земских врачей. К несомненным заслугам съездов врачей относится детальная разработка методов санитарной статистики, комплекса вопросов, касающихся участковой больницы, способов организации оспопрививания и др. Несмотря на то, что решения съездов носили рекомендательный характер, они оказывали общественное давление на земское руководство, разъясняя необходимость медико-санитарных мероприятий.

Возглавив санитарную организацию московского губернского земства, Е.А. Осипов вместе с коллективом земских врачей сумел осуществить на практике положения, сформулированные еще в доземский период и затем в Обществе врачей в Казани, и создать самую передовую земскую организацию в России, ставшую испытательным полигоном для апробации передовых идей. Начиная с 1879 г. московское губернское земство строило образцовые участковые больницы. Санитарным врачом в московском земстве служил профессор Ф.Ф. Эрисман, ближайший друг и соратник Е.А. Осипова. На съезды земских врачей Московской губернии съезжались врачи из соседних губерний. Труды съездов бесплатно рассылались в другие губернии.

Со второй половины 80-х годов огромную роль в формировании общественного мнения во врачебной среде по актуальным проблемам медицины и здравоохранения стало играть Общество русских врачей в память Н.И. Пирогова и его съезды, ставшие трибуной земской медицины. Уже на II Пироговском съезде (1887) земские врачи составили около 20% собравшихся. В Правлении Пироговского общества работали выдающиеся деятели земской медицины: Ф.Ф. Эрисман, Е.А. Осипов, И.В. Попов, П.И. Куркин, Д.Н. Жбанков, М.С. Уваров, А.В. Мольков и др.

На II Пироговском съезде Е.А. Осипов сформулировал программу секции общественной медицины, включавшую основы земской и городской медицины и санитарии [9]. В соответствии с ней Пироговские съезды дали земской медицине программу деятельности участкового и уездного санитарных врачей, определили функции санитарно-статистических бюро, разработали современную номенклатуру болезней, поставили на повестку дня создание земской специализированной медицинской помощи, разработали указания по борьбе с малярией и туберкулезом и др. заболеваниями, предложили способы организации родовспоможения. Заслуги Пироговского общества в разработке научно обоснованной организации лечебной помощи населению трудно перечислить. Решения Пироговских съездов не были обязательными для земских организаций, но в самой постановке тех или иных вопросов на земских съездах врачей можно отчетливо проследить влияние рекомендаций Пироговского общества.

На II Пироговском съезде было принято решение об издании труда по истории и состоянию земской медицины. Работа велась под руководством Е.А. Осипова и Ф.Ф. Эрисмана. "Земско-меди-цинский сборник" (1890—1893) в 7 томах содержал сведения по 369 уездам 34 губерний земской России. Продолжением явился изданный также Пироговским обществом совместно с Московским земством к XII Международному конгрессу врачей в Москве (1897) на французском и русском языках классический труд Е.А. Осипова, И.В. Попова и П.И. Куркина "Русская земская медицина" (М., 1899), вобравший в себя весь опыт и передовые идеи земской медицины. Эти издания впервые дали достоверную картину состояния земской медицины к началу 90-х годов XIX века.

Вопрос о способах достижения равнодоступной медицинской помощи, зависимости обращаемости населения от бытовых и экономических факторов занимал медицинскую общественность с середины XIX века. Плата за лечение клеймилась

как «налог на несчастье», который, как писали врачи, не может быть оплачен при заболевании кормильца семьи и лишает медицинской помощи основную массу наиболее нуждающегося в ней населения (стариков, женщин, детей), не имеющей самостоятельного заработка. В медицинской печати и на съездах приводились данные, свидетельствующие о том, что введение платы резко, иногда даже вдвое, уменьшает обращаемость населения за лечебной помощью. К началу XX века платное лечение сохранилось менее чем в 20% уездных земских организаций, что, несомненно, являлось заслугой медицинской общественности.

В связи с постепенным увеличением числа земских лечебных учреждений время от времени вставал вопрос о так называемой нормальной сети врачебных участков, их радиусе, количестве населения, приходящегося на одного врача. На страницах журнала Пироговского общества «Общественный врач» утверждалось, что на расстоянии 5—6 верст от больницы обращаемость населения за медицинской помощью достигала 100% за год, при расстоянии от 6 до 12 верст была ниже 50%, а далее падала до 20% и менее [10]. В начале XX века общепризнанной нормой в земской медицине, к достижению которой следовало стремиться, считался участок с радиусом обслуживания в 10 верст с населением не более 6500 человек [11]. Большое внимание медицинская общественность также придавала обеспечению населения специальной помощью не только на уровне губернских и городских, но и участковых больниц.

Разработанные принципы организации земской и городской медицины получили дальнейшее развитие. С конца XIX века как непременное условие претворения в жизнь задач земской медицины утверждались коллегиальность управления земской медициной через губернские и уездные санитарные советы и съезды врачей, свобода от государственной регламентации, привлечение местной общественности к решению санитарных проблем. «Только при этом условии, — писал московский земский врач В.С. Лебедев, — врач становится не чиновником, формально относящимся к своим обязанностям, а земским работником, сознательным и преданным участником в общественной работе». Формулируя основополагающие принципы земской медицины, он писал: «Бесплатная компетентная врачебная помощь всему населению и оздоровление в широком смысле условий жизни и работы населения — как цель; коллегиальность, гласность, деятельность, доступная общественному воздействию и контролю, как средство — вот на чем зиждется земская медицина, таковы ее непоколебимые устои, выработанные жизнью и отвечающие интересам народа" [12].

Полувековой исторический опыт земской медицины неопровержимо доказал верность этих принципов. Многие идеи, предложенные медицинской общественностью, были использованы в практике строительства советского здравоохранения.

ЛИТЕРАТУРА

1. Историческое обозрение 50-летней деятельности Министерства государственных имуществ. СПб.; 1888; т. 2: 82.

2. Розов Н.И. По вопросу о преобразовании губернских медицинских учреждений (читано в обществе русских врачей в Москве). Московская медицинская газета. —1862; 3: 16—21.

3. Любимов П. К вопросу об устройстве врачебной части для народа. Московская медицинская газета. 1865; 2: 11.

4. Пирогов Н.И. Основы общей военно-полевой хирургии. М.; 1941; ч. 1: 2.

5. Программа медико-топографических описаний С.П. Ловцова. Архив судебной медицины и общественной гигиены. 1861; 1: 32—44.

6. Дневник Общества врачей г. Казани. Казань; 1873; № 3.

7. Жучкова Н.И. Казанское общество врачей и его место в общественной медицине России. Советское здравоохранение. 1969; 2: 58—64.

8. Капустин М.Я. Нужно ли регламентировать земскую медицину. Врач. 1880; 2: 33—5.

9. Дневник второго Пироговского съезда. М.; 1887; 1: 30.

10. Дорф Д.Я. Несколько данных к вопросу об организации общедоступной медицинской помощи. Общественный врач. 1913; 7: 773—86.

11. Михайлов С.М. К вопросу о нормах врачебной помощи: амбулаторной, госпитальной и родовспомогательной. Сведения. 1913; 3: 4.

12. Лебедев В.С. Об основаниях для выработки плана организации общедоступной врачебной помощи в уездах. Журнал Общества русских врачей в память Н.И. Пирогова. 1902; 3: 158—75.

REFERENCES

1. Historical review of 50 years of the Ministry of state property activities. St. Petersburg, 1888; 2: 82 (in Russian).

2. Rozov N.I. On the issue of the provincial medical institution transformation (the report on the meeting of the Moscow society of russian physicians). Moskovskaya meditsinskaya gazeta. 1862; 3: 16—21 (in Russian).

3. LubimovP. To the question about the structure of the medical services for the people. Moskovskaya meditsinskaya gazeta. 1865; 2—11 (in Russian).

4. Pirogov N.I. The foundations of a common military-field surgery. Part 1. Moscow, 1941; 2 (in Russian).

5. S.P. Lovtsov program of medical topographical descriptions. Arhiv sudebnoi meditsiny i obshchestvennoi gigieny. 1861; 1: 32—44 (in Russian).

6. Diary of the Kazan medical society. Kazan; 1873; 3 (in Russian).

7. Zhuchkova N.I. Kazan medical society and its place in social medicine of Russia. Sovetskoe zdravoohranenie. 1969; 2: 58—64 (in Russian).

8. Kapustin M.Ya. Whether to regulate the Zemstvo medicine. Vrach. 1880; 2: 33—5 (in Russian).

9. Diary of the Second Pirogov Congress. Moscow; 1887; 1: 30 (in Russian).

10. DorfD.Ya. Few data to the question about the public medical care organization. Obshchestvennyi vrach. 1913; 7: 773—86 (in Russian).

11. Mikhailov C.M. To the question of standards of medical care: community, hospital and delivery. Svedeniya. 1913; 3: 4 (in Russian).

12. Lebedev V.S. Of the basis for the preparation of plan of public medical care organization in the counties. Zhurnal Obshchestva russkih vrachei v pamyat N.I. Pirogova. 1902; 3: 158—75 (in Russian).

Поступила 06.08.14

© Л.Е. Горелова, Н.А. Рудой, 2013 УДК 614.885:355]:93

Л.Е. Горелова1, Н.А. Рудой2 ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ РОССИЙСКОГО ОБЩЕСТВА КРАСНОГО КРЕСТА В ПЕРВОЙ МИРОВОЙ ВОЙНЕ

1 ФГБУ НИИ истории медицины РАМН, 100028, Москва; 2Первый Московский государственный медицинский университет

им. И.М. Сеченова, 119991, Москва, Россия

В годы Первой мировой войны Российское общество Красного Креста, используя опыт предыдущих войн, расширило свою деятельность. Медицинская служба действовала в условиях жестокой войны. Впервые в истории было применено оружие массового поражения. Заслугой Российского общества Красного Креста было развитие специализированной медицинской помощи.

Ключевые слова: Российское общество Красного Креста, общины сестер милосердия, первая мировая война

THE ACTIVITIES OF THE RUSSIAN SOCIETY OF RED CROSS DURING THE FIRST WORLD WAR

L.Ye. Gorelova, N.A. Rudoiy

The I.M. Sechenov first Moscow medical university of Minzdrav of Russia, 119119021, Moscow, Russia

During the First world war, the Russian Society of Red Cross used experience of previous wars expanded its activities. The medical service functioned in the conditions of cruel war. For the first time in history, the weapon of mass destruction was applied. The merit of the Russian society ofRed Cross was development of specialized medical care. Keywords: Russian Society ofRed Cross, community of hospital nurses, first world war

Начавшаяся в 1914 г. Первая мировая война с самого начала дала огромное число раненых и больных воинских чинов, вызвала резкое ухудшение санитарного состояния страны и чрезвычайно широкое распространение эпидемий как на фронте, так и в тылу [1]. Инфекционные заболевания распространялись по всей стране эшелонами больных и раненых, массами беженцев, хлынувших в центральные районы России из Западных губерний.

Санитарные службы страны оказались неподготовленными к размерам этих бедствий. Накануне войны в огромнейшей стране имелось всего 373 санитарных врача, 12 микробиологических институтов, 20 санитарно-биологических и 60 гигиенических лабораторий, 13 дезинфекционных станций и 56 дезинфекционных пунктов [2]. Военное ведомство и Главное управление Российского общества Красного Креста (РОКК) считали, что война будет кратковременной и не предвидели массовое движение военнопленных и беженцев, а потому проведение противоэпидемических мероприятий не входило в предварительный мобилизационный план Главного управления РОКК. 3 августа 1914 г. циркуляром № 11 Главное управление Российского общества Красного Креста распорядилось о необходимости проведения санитарные мероприятий "на путях следования войск и призываемых контингентов». Для этого были разработаны типы санитарно-эпидемиологических и дезинфекционных отрядов, согласно которым были сформированы санитарно-эпидемические железнодорожные отряды, снабженные дезинфекционными камерами и бактериологическими лабораториями, дезинфекционные железнодорожные отряды, а в дальнейшем и дезинфекционные гужевые отряды с камерами и аппаратами «Гелиос» для дезинфекции и дезинсекции. Кроме того, были оборудованы походные бактериологические лаборатории. При недостаточ-

ности противоэпидемических средств, имеющихся в распоряжении военно-санитарного ведомства, деятельность Красного Креста имела, как оказалось впоследствии, довольно большое значение в деле борьбы с заразными заболеваниями. Скопление на ограниченных пространствах сотен тысяч людей и лошадей приводило к загрязнению местностей и давало благоприятную почву для таких заболеваний, как дизентерия, тиф и холера. Российская армия, наступая, занимали зараженные австрийскими войсками территории, где широко были распространены тиф и дизентерия, в связи с чем российским санитарным службам приходилось проводить профилактические мероприятия..

Меры, принимаемые Красным Крестом, в первую очередь включали формирование дезинфекционных поездов из 4—7 вагонов, один из которых отведился под лабораторию, а остальные были заняты дезинфекционными камерами и складом лечебных сывороток и прививок. На каждом фронте РОКК сформировало сеть дезинфекционных и эпидемических отрядов. В пунктах наибольшего скопления больных устраивались временные изоляционные бараки. По пути движения больных на железных дорогах и вне полосы железных дорог создавались подвижные дезинфекционные камеры, устанавливаемые на подводах и автомобилях, обслуживаемые врачами-специалистами и санитарами, специально обученными для этого. Учреждения Красного Креста снабжались дезинфекционными и дезинсекционными камерами и средствами. При каждой армии РОКК ввело должности своих врачей-эпидемиологов. Целый ряд полевых лечебных заведений РОКК был переоборудован в заразные госпитали. Помимо всех перечисленных мероприятий, большое значение в борьбе с желудочно-кишечными заболеваниями играли питательные пункты как средство их предупреждения.