The development of publishing in the Buryat language (1923-1945)

УДК 655.4

Л. В. Сахаровская

РАЗВИТИЕ ИЗДАТЕЛЬСКОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ НА БУРЯТСКОМ ЯЗЫКЕ

На основе архивных документов по выпуску книг, газет и журналов (1923-1945 гг.) определены основные направления развития печатных изданий на бурятском языке. Процессы становления и развития издательской деятельности и национальной литературы и периодики в Бурят-Монгольской АССР шли параллельно.

Ключевые слова: издательская деятельность, национальные печатные издания, Бурят-Монгольская АССР.

The Development of Publishing in the Buryat Language (1923-1945). LYUDMILA V SAKHAROVSKAYA (Buryatsky State University, Ulan-Ude).

The article is based on the analysis of the archival documents concerning the production of books, newspapers and magazines (1923-1945) allowing to determine the main directions of the development of publications in the Buryat language. The development of publishing in the Buryat-Mongol Autonomous Soviet Socialist Republic went hand in hand with the formation and development of national literature, newspapers and magazines.

Key words: publishing, books, newspapers, magazines, national press, Buryat-Mongol Autonomous Soviet Socialist Republic.

Начало профессиональной бурят-монгольской издательской деятельности относится к 1923 г. Издательская деятельность Бурят-Монгольской республики (БМР), развивавшаяся в этот период на бурят-монгольском языке1, была тесно связана с деятельностью рабочих и сельских корреспондентов, многие из которых и стали в дальнейшем профессиональными писателями [6, с. 190-192].

В 1923-1924 гг. перед республикой был поставлен ряд острых задач экономического и политического характера [3, с. 84]. Для их решения огромное значение имела издательская деятельность. Однако, как отмечалось в сообщении заведующего Бурятским отделом печати от 10 декабря 1923 г., «в настоящее время по тем боевым заданиям, какие даны Сибири и в том числе Бурятии, у нас литературы почти нет, места требуют, мы дать не можем» [5, с. 44]. По словам А.И. Прохорова, заместителя начальника Управления по делам печати при Совете Министров Бурят-Монгольской АССР, «общий недостаток почти всех наших партийных и советских печатных изданий - оторванность от местной, а нередко и от общей политической жизни. Провинциальные партийные советские печатные

1 Так назывался бурятский язык до переименования Бурят-Монгольской АССР (1923) в Бурятскую АССР (1956).

издания почти совершенно не освещают местную жизнь, а материал по общим вопросам подбирают крайне неумело» [см.: 8, с. 104]. Книги, газеты и журналы не выполняли функцию информирования граждан о государственном советском строительстве. В связи с этим партийные органы начинают вести системную политику в области развития издательской деятельности Бурятии. Анализируется общее состояние по изданию и распространению центральных и местных книг, газет и журналов, уровень грамотности населения.

Поскольку издание газет, журналов и книг -сфера прежде всего идеологической деятельности, одним из первых шагов БМР в этой области стало немедленное увеличение потока специализированной брошюрной, популярной, агитационной литературы. Для ликвидации безграмотности и обеспечения учебного процесса в школах из центра запрашивались буквари, учебники, книги. Строить принципиально новое общество в стране с массовой безграмотностью было невозможно. Требовалась быстрая и эффективная ликвидация неграмотности, которая должна была сопровождаться заменой алфавита.

Буряты до этого имели свою письменность на основе архаического вертикального монгольского алфавита [9]. Обращение к латинскому алфавиту в

САХАРОВСКАЯ Людмила Васильевна, кандидат исторических наук, доцент кафедры журналистики и рекламы (Бурятский государственный университет, Улан-Удэ). E-mail: saharovsk@mail.ru © Сахаровская Л.В., 2012

качестве графической базы новых письменностей в 1920-х годах представлялось наиболее правильным решением вопроса, так как введение письма на базе русской графики многочисленными оппонентами социальных экспериментов было бы истолковано как рецидив русификаторской политики царизма. В реформировании бурят-монгольской письменности видную роль сыграли научные и общественные организации: Бурятский ученый комитет (Буруч-ком), Общество им. Д. Банзарова, а также партийные организации и правительственные учреждения [см.: 13].

Вопросы языковой политики впервые широко обсуждались на национальном совещании 19-27 сентября 1926 г. в Верхнеудинске. Эти вопросы рассматривались в докладах: «О деятельности Буручкома», «Монгольская письменность как орудие культурного строительства Бурятии», «Вопросы повышения квалификации монгольской языковой культуры». Об общественных функциях письменности говорилось в докладах «Бурят-монгольская школа и ее задачи», «О роли и значении родного языка в бурят-монгольской школе» и «Перспективный план бурят-монгольской школы». На этом совещании, где была представлена и родственная Монголия, подчеркивалось, что вопрос о национальной культуре бурят может быть разрешен лишь в общемонгольском масштабе. В основу литературного языка предполагалось положить хал-хаское наречие, на котором исторически говорило подавляющее число монголов и на котором создан ряд культурных ценностей, а графику построить на базе существующей монгольской письменности. Латинизация алфавита в условиях полуномадно-го хозяйства Монголии и Бурятии была признана несбыточной для того времени, обрекающей монгольские массы на поголовную безграмотность [2, с. 22-31].

И действительно, осуществление курса на реформирование письменности на латинизированной основе столкнулось с большими трудностями, значительная часть которых была связана с непониманием новой графики. Несмотря на попытку реформаторов свести эту проблему к недостаткам организационно-политической работы, простому саботированию курса реформ, инерция культурноисторического развития не преодолевалась даже с помощью административно-командных методов. Только привлечение значительных материальных активов, развитие издательской деятельности, фактический запрет старомонгольской письменности позволили создать вакуум для регрессивных настроений и повысить значимость новой письменности в пространстве монгольской языковой семьи.

Буручком занимался составлением учебников на бурятском языке. Бурятским издательством в 1923-1925 гг. изданы «Букварь» И. Малкова, «Грамматика бурят-монгольского письменного языка» Г Цыбикова, «Советский букварь для взрослых», «Красная Звезда» - книга для чтения после букваря (3 выпуска) - Ч.-Л. Базарона, его же задачники (2 выпуска), «Красная Звезда» - книжка для чтения Р. Намжилона, «Политграмота» П. Коваленко; было положено начало переводу и изданию методических пособий для учителей [5, с. 68]. Но уже в 1926 г. учебная литература на бурят-монгольском языке стала библиографической редкостью и на рынке нельзя было найти ни одного учебника. Потребность же в учебниках и детской литературе в условиях подъема общей грамотности была крайне острой.

Имеющаяся литература не удовлетворяла запросы образования: «десяток пособий и несколько книжек для чтения не в состоянии обеспечить мало-мальски основную постановку преподавания на родном языке» [10, с. 127], вообще без учебников оставались старшие учащиеся, в то время как создание и выпуск новых учебников шли «вялым темпом». По грамотности с начала ХХ в. Бурятская республика стояла ниже РСФСР в целом и каждого из ее районов в отдельности, а из автономных республик занимала четвертое место. Грамотными были лишь 23,3% бурятского населения, причем в это число входила часть грамотных только по-тибетски в восточных районах.

В эти же годы начался выпуск оригинальной художественной литературы, авторами которой являлись бурятские деятели просвещения. В 1926-1927 гг. репертуарный совет Буручкома рекомендовал к печати 10 пьес бурятских драматургов: Ч.-Л. Базарона, И. Дадуева, Б. Барадина и Д.-Р. Намжилона, Абгайна Тургена и др. Эти пьесы были призваны стать первыми изданиями художественной литературы бурят [12, с. 172].

Индустриализация страны и коллективизация сельского хозяйства требовали усиления работы по ликвидации неграмотности населения. К этому создавались необходимые материально-финансовые предпосылки как по стране в целом, так и в республике. За три года третьей пятилетки в республике (в новых границах) на социально-культурные мероприятия было направлено 22 381,1 тыс. рублей, или 63,6% всех бюджетных расходов [1, с. 122]. Кроме республиканского бюджета в социально-культурное строительство вкладывались средства из союзного и федеративного (РСФСР) бюджетов. Из этих средств в первые годы существования республики финансировались расходы на профтехническое

образование, политико-просветительные мероприятия, издания Бурятиздательства, а также на мероприятия по здравоохранению. В дальнейшем ассигнования из союзного и федеративного бюджетов на развитие культуры еще больше возросли, особенно с открытием высших и средних специальных учебных заведений.

В постановлении ЦК ВКП(б) от 27 мая 1929 г. «О состоянии и работе Бурят-Монгольской парторганизации» подчеркивалась важность и актуальность развития национальной печати, литературы и искусства. В качестве бесплатного приложения к газете «Буряад Монголой унэн» выходят сборники стихов рабселькоров [см.: 6, с. 70]. Увеличивается количество общественно-политических и художественных журналов, на страницах которых активно выступают писатели со своими произведениями и публицистическими статьями.

Развитие издательского дела свидетельствуют о росте культурных запросов трудящихся. За пять лет с момента образования республики тираж книжножурнальной продукции увеличился почти в 4 раза. Новый этап в развитии издательского дела начался после создания в 1928 г. Бурят-Монгольского государственного книжного издательства (Бурмонги-за) на основе объединения мелких ведомственных издательств. Печатные издания сыграли исключительную роль в подъеме культуры широких масс, особенно деревни и улуса. Развитие и издание литературы и учебников на бурят-монгольском языке признавалось одной из важнейших задач «культурного строительства». Постановлением президиума Совета национальностей ЦИК СССР от 15 августа

1930 г. по докладу Всесоюзного центрального комитета нового латинизированного алфавита народов Союза ССР признавалась необходимость и неотложность проведения унификации алфавита в Бурят-Монгольской АССР [8, с. 38 ]. Важное значение в этом отношении имели решения VII областной партийной конференции (май 1930 г.), партийного совещания по культурному строительству (ноябрь 1930 г.) и пленума обкома партии (сентябрь

1931 г.) [8, с. 28, 32, 36 ].

Бурят-Монгольский обком ВКП(б) в 1931 г.

признал ошибочной ориентацию на монгольский язык, рекомендованную Б.Б. Барадиным и его сторонниками в качестве базы для нового литературного языка, и указал, что надо основываться «прежде всего на селенгинском наречии, как наиболее близком по форме халхаскому аратскому наречию» [8, с. 64-66 ].

В 1931 г. началось практическое осуществление задач по латинизации письменности и изданию книг, газет и журналов на новой графической осно-

ве. На первом республиканском съезде бурятских писателей в 1934 г. было признано недостаточным развитие национальной литературы, поставлена задача создания бурятской советской литературы для народов Бурятии.

16 июня 1935 г. Совет Народных Комиссаров СССР и Центральный Комитет ВКП(б) приняли постановление «О мероприятиях по развитию народного хозяйства и культурного строительства Бурят-Монгольской АССР». Правительство СССР выделило из своего резервного фонда большие средства на строительство 5 школ в городах и 15 школ в сельских местностях, учебного корпуса и общежития для педагогического института, театра в Улан-Удэ, трех аймачных домов культуры, на оборудование школ и создание подсобного хозяйства при интернатах. В целях усиления издательской деятельности Бурятии Совнарком СССР обеспечил поставку дополнительного технологическогообо-рудования для выпуска книг, журналов и газет [8].

Неудовлетворительная работа по изданию переводных учебников и учебников на нерусских (оригинальных) языках в союзных и автономных республиках вызвала к жизни постановление СНК СССР и ЦК ВКП(б) от 7 августа 1935 г. «Об издании и продаже учебников для начальной, неполной средней и средней школы» [7, с. 104]. Постановлением предлагалось составить конкретный план дополнительного издания учебников и возложена личная ответственность за его выполнение на наркомов просвещения автономных республик.

На лингвистической конференции Бурят-Монгольской АССР в 1936 г. при ИМБИТ СО РАН подчеркивалась прямая связь между переходом на новый латинизированный алфавит и результатами издательской работы. В подтверждение «большой работы» в деле латинизации приводились количественные показатели издательской деятельности. Указывалось, что за пять лет, с 1931 по 1936 г.. было издано 587 названий, в том числе художественной литературы - 39, детской литературы - 14, учебной - 96, классиков марксизма-ленинизма -16, партийно-массовой литературы - 111 [см.: 11, с. 48]. Например, на латинском алфавите вышли первые крупные, художественно зрелые произведения бурятской советской литературы: первый сборник стихов Б. Абидуева «Солнечные лучи» (1931), его поэмы «Самолет», «Оседлавший тигра» и др., повесть Ц. Дона «Затмение луны» (1932), его роман «Отрава от бронзы» (1935), повести Х. Намсараева «Цыремпил» (1935) и «Однажды ночью» (1936), книги стихов и поэм Д. Мадасона, Д. Дашинима-ева, Ч.-Л. Базарона, Ж. Балданжабона, Ц. Номто-ева, Ц. Галсанова и др. Почти в 8 раз увеличился

общий тираж книг и журналов. Приведенные на конференции данные о выпуске художественной и детской литературы подтверждают начавшийся «процесс сознательного, целенаправленного, последовательного строительства новой культуры, нового искусства и литературы». В эти годы активно сотрудничали с издательством такие писатели, как Х. Намсараев, Ж. Тумунов, Ц.-Д. Дондокова, Ш. Нимбуев, Б. Санжин, Н. Рыбко, Ц. Галсанов и др. Сформировался опытный коллектив профессиональных переводчиков учебной литературы в лице Ч. Базарона, Д. Намжилона, Б. Барадина, Г. Цыбикова и др., многие из которых сами выступали авторами учебных пособий, пробовали себя в литературных жанрах. В годы строительства социализма издательство выпускало много политической литературы. Некоторые издания переводились на бурятский язык, так как процент не владеющих русским языком оставался еще высоким.

Можно отметить, что разработка литературного языка на основе халхаского наречия была признана «вреднейшей», и в 1936 г. за основу нового литературного языка был взят восточнобурятский диалект. Постановлением Президиума Центрального исполнительного комитета ВКП(б) от 20 августа 1936 г. Бурятскому государственному издательству и издательству «Бурят-Монгольская правда» было предложено к первому января перестроить редакционно-издательскую работу и наладить издание учебных пособий, обеспечив типографии необходимыми шрифтами [8].

В 1937-1938 гг. из печати вышли учебники и пособия М.Н. Имехенова, Ц.Ц. Дондуко-ва, Д.Ж. Очиржабэ, Д. Дашиева, П.О. Доржиева, М. Дугарова, Д.М. Мыжидона, Ц. Цыдендамбаева. Диалектика развития этнолингвистической ситуации в стране середины 1930-х гг. состояла в том, что одновременно с расширением общественных функций национальных языков в ряде сфер, в том числе в развитии школьного обучения и в сфере книгоиздательства, росла необходимость в языке межнационального общения [6, с. 58].

Таким образом, в 1931-1938 гг. в Бурятии получила массовое распространение латинизированная письменность. В это время, особенно в середине и второй половине 1930-х гг., были написаны наиболее крупные и талантливые произведения бурятских писателей и поэтов; значительно расширился выпуск периодической печати, учебной, преимущественно переводной политической и научно-популярной литературы; развернул свою работу бурятский драматический театр; на бурятском языке проводились, главным образом в сельских местностях, собрания, читались доклады и лекции, велось

параллельное делопроизводство в некоторых аймаках и республиканских учреждениях.

Президиум Верховного Совета Бурят-Монгольской АССР указом от 1 мая 1939 г. о переводе бурятской письменности на русский алфавит утвердил и ввел в действие представленный Бурят-Монгольским Государственным институтом языка, литературы и истории проект алфавита и основ правописания. Этим самым было законодательно завершено затянувшееся решение вопроса о выборе письменности для бурятского языка. В 1939 г. издатели только приступили к выпуску книг на новой графической основе, часть изданий по-прежнему выходила на латинице. С переводом бурят-монгольской письменности на русский алфавит перед издателями вновь встала задача выпуска учебников, к чему они приступили в первую очередь. В 1939 г. из печати вышли утвержденные Президиумом Верховного Совета Бурят-Монгольской АССР «Алфавит и основы правописания бурят-монгольского языка», учебники уже известных в Бурятии авторов, переводные учебники по арифметике, географии, естествознанию. Наряду с учебной литературой на кириллице были напечатаны произведения художественной литературы, как оригинальные, так и переводные, в большинстве своем предназначенные для детского чтения: стихи Б. Абидуева, Ц. Галсанова, В. Маяковского.

В результате продолжительных дискуссий за основу литературного языка был взят хоринский диалект, позволивший создать в тот период ядро национальной бурятской культуры, закрепить ее результаты. Он утвердился в профессиональной художественной культуре, науке, образовании, издательских и информационных системах того времени. Это дало, хоть на короткое время, возможность идентифицировать собственную этничность. В результате этого бурятский язык приобрел необходимый уровень и опыт для последующих трансформационных процессов.

Сложности военного времени: недостаток квалифицированных кадров, дефицит бумаги, отсутствие необходимой полиграфической базы -отразились на показателях книгоиздательской деятельности: за годы войны объемы печатной продукции на бурятском языке сократились более чем в 2 раза. Значительными тиражами, как и во всех типографиях страны, печатались выступления руководителей правительства, сводки Совинформ-бюро, сборники материалов центральной прессы. Переиздания директивных материалов составляли основную часть выходивших в регионе книг и брошюр общественно-политической тематики.

Издания художественных произведений военнопатриотической тематики были ориентированы на формирование духовного облика защитников Отечества, укрепление патриотизма и воспитание интернационализма. Наряду с историческими повестями «Ледовое побоище» А. Казаченко и «Суворов» С. Григорьева вышла поэма Ц. Галсанова «Эхо на Чудском озере». Формированию чувства гордости за своих предков служили поэма Ц. Гал-санова «Павел Балтахинов» и книга о бурятах -участниках русско-японской войны.

В годы войны продолжали активно выходить переводы произведений классиков русской и советской литературы. На бурятском языке увидели свет рассказы М. Горького и вторая часть его романа «Мать», публиковались юмористические рассказы

A. Чехова. Значительная часть изданий адресовалась детскому читателю: так, в 1941 г. из печати вышло три сборника стихов А. Барто, два сборника С. Маршака, книги Л. Кассиля и М. Зощенко, «Конек-горбунок» П.П. Ершова, «Сказка о мертвой царевне» А.С. Пушкина, «Демон» М.Ю. Лермонтова. Активизировалось издание патриотических произведений советских авторов, вышедших накануне и в годы войны: повестей А. Гайдара и

B. Василевской, А. Шиукова, стихов К. Симонова, А. Тихонова и др. Сложности военной экономики повлияли на количество выпускаемой печатной продукции. Если в 1941 г. тиражи художественной литературы, как правило, составляли 4-5 тыс. экз., то в следующие годы сократились до 3 тыс. экз.2 [4, с. 88].

Резюмируем изложенное. В Бурятии с 1923 по 1945 г. вышло разнообразной литературы и учебников около 1840 названий, общим тиражом 7143 тыс. экз., в том числе на бурятском языке 1038 названий, тиражом 4148,2 тыс. экз. [см.: 14, с. 3638]. Вместе с тем нельзя не признать, что условия, в которых осуществлялось печатное издание на бурятском языке в 1930-е гг., наряду с позитивными результатами несли негативные. Постоянная переработка учебных программ, столь частая (в течение неполного десятилетия) сменяемость графической основы письменности бурятского языка и его диалектной базы, несмотря на прилагаемые меры, скорее, затормаживали процесс развития бурятского языка. Активное «политизирование» текстов, ограничения в публикации произведений дореволюционной бурятской литературы, национального фольклора ограничивали развитие национального книгоиздания.

2 Национальный архив Республики Бурятия (НАРБ). Ф. 1-П. Оп. 1. Д. 744. Л. 24-26.

В коренном переломе общих настроений реформирования письменности значительную роль сыграли Общество нового графического алфавита и Академия наук СССР. Значительный опыт этих организаций, которые курировали развитие языкового строительства подавляющего большинства национальных регионов страны, позволил активистам реформирования бурятского языка найти правильные решения. Бурятский язык получил такую высокую степень эмансипации, что мог заявить о себе как о самостоятельной единице в языковой картине мира. Это позволило параллельно перейти к реформированию письменности.

Следует подчеркнуть, что реформирование письменности бурят-монгольских народов не получило логического завершения. При первой смене алфавита старомонгольская письменность в угоду латинизирующей реформе была названа ламаист-ско-дацанской и панмонгольской, предана забвению. Переход к латинизированной письменности совпал с трагическими событиями второй половины 1930-х гг. Период плюрализма языковых экспериментов и культурно-исторических модернизаций был завершен в пользу новых формул кирилли-зации письма. Потребовался длительный период освоения новой графики с приспособлением к ней многих правил и норм функционирования языка. Трагические события 1937-1938 гг. болезненно сказались на судьбах бурятского языка, ввиду того что значительная часть национальной интеллигенции, специалистов, ученых ушла из жизни или прекратила свою работу. Все это обусловило значительный регресс бурятского языка как в сфере функционирования, так и в сфере становления его на самостоятельной основе. Кроме того, за короткий период трижды сменился официальный опорный диалект бурятского языка.

При этом необходимо отметить, что переход к кириллице все же имел прогрессивное значение, ее усвоение было плодотворным, поскольку сказались глубинные исторические основы давнего многовекового толерантного межкультурного взаимодействия народов. Перевод национальной письменности на русскую графику имел главной целью усиление роли русского языка среди коренных национальностей. Безусловно, эта акция способствовала более активному приобщению народов Бурятии к ценностям русской и мировой духовной культуры, достижениям науки и техники. Издательская деятельность явилась важным фактором развития общественно-политической и культурной жизни национальных районов Бурят-Монгольской республики. Появилась также возможность для более оперативного распространения информации

среди коренного населения на родном языке - возникла двуязычная, так называемая дублированная районная газета как тип издания.

Результатом развития издательской деятельности в Бурятии в 1923-1945-е гг. стало создание системы, характеризующейся тотальной централизацией. Система обладала достаточной мощностью и могла решать задачи издания и распространения по всей стране издательской продукции в нужном количестве.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

1. Аюшиев А.Д., Ендонов Ч.В. Роль государственного бюджета в коммунистическом строительстве Бурятской АССР Улан-Удэ: Бурят. кн. изд-во, 1963. 168 с.

2. Базарова В.В. Латинизация бурят-монгольской письменности в 1920-1930 гг. Улан-Удэ: Изд-во ФГОУ ВПО ВСГА-КИ, 2006. 238 с.

3. Бурят-Монгольская Автономная Социалистическая Советская Республика: Очерки и отчеты. 1923-1924. Верхне-удинск, 1925. 266 с.; 1924-1925. Верхнеудинск, 1926. 284 с.

4. Бурятская областная организация КПСС. Хроника. 18951987. В 2 т. Т. 2. 1941-1987. Улан-Удэ: Бурят. кн. изд-во, 1988. 236 с.

5. Дампилон И. Итоги языкового строительства Бурят-Мон-голии: докл. и заключит. слово на лингв. конф. Б-МАССР 1-8 июля 1936 г Улан-Удэ, 1936. 264 с.

6. История Бурятской АССР Т. 2. Улан-Удэ, 1970. 398 с.

7. Коммунистическая партия Советского Союза в резолюциях и решениях съездов, конференций и пленумов ЦК (1898-1986). Т. 6. 1933-1937. 9-е изд., доп. и испр. М., 1985. 698 с.

8. Культурное строительство в Бурятской АССР (1917-1981): документы и материалы. Улан-Удэ: Бурят. кн. изд-во, 1983. 568 с.

9. Культурное строительство в Иркутской области (19171967 гг.): сб. документов. Иркутск: Вост.-Сиб. кн. изд-во, 1980. 350 с.

10. Найдаков В.Ц. Традиции и современность в бурятской литературе. Улан-Удэ: Бурят. кн. изд-во, 1974. 184 с.

11. Республика Бурятия: краткий энцикл. справ. Улан-Удэ, 1998. 346 с.

12. Сахаровская Л.В. История становления и развития национальной печати в Бурятии (1923-2006 гг.). Улан-Удэ: Изд-во БГУ, 2009. 624 с.

13. Сахаровская Л.В. Полиграфия в Бурятии: история и проблемы (1923-1991 гг.). Улан-Удэ: Республ. типогр., 2001. 198 с.

14. Этнография бурятского народа: библиогр. указ. (19171976 гг.). Улан-Удэ: Изд-во БНЦ СО РАН, 1999. 251 с.