Освоение бурятских заимствований в русской речи жителей республики Бурятия

УДК 811.512

Хайдапова Аюна Зоригтуевна AyunaKhaydapova

освоение Бурятских заимствований в русской речи жителей республики Бурятия

ASSIMILATION OF BURYAT LOANWORDS IN RUSSIAN SPEECH OF INHABITANTS OF THE BURYATIYA REPUBLIC

Дана тематическая классификация бурятских заимствований, а также особенности их фонетического, грамматического, семантического освоения на примере русской речи жителей Республики Бурятия

Ключевые слова: бурятский язык, русская речь, бурятские заимствования, освоение заимствований

The article considers thematic classification of Buryat loanwords, and peculiarities of phonetic, grammatical and semantic assimilation of Buryat loanwords in Russian speech of inhabitants of the Republic Bury-atiya

Key words: Buryat language, Russian speech, Buryat loanwords, assimilation of loanwords

Одной из важных проблем в современной русистике являются вопросы освоения лексических заимствований из национальных языков народов России, в том числе и из бурятского языка.

Вопросы взаимовлияния русской и бурятской речи постоянно привлекали внимание лингвистов, хотя это взаимовлияние со временем перестало быть активным, но результаты его не исчезли и нашли отражение в литературе [Санжина, Эрдынеева; С. 63].

В настоящей работе процесс заимствования рассматривается как процесс адаптации, постепенно протекающий во времени и пространстве.

Материалом для исследования стали заимствованные бурятские слова в русской разговорной речи жителей Республики Бурятия. Для иллюстративного материала привлекались наблюдения за устной разговорной речью и данные различных словарей («Словарь говоров (семейских) Забайкалья» под редакцией Т.Б. Юмсуновой, «Словарь русских говоров Забайкалья» Л.Е. Элиасова).

Заимствования из бурятского языка составляют значительный пласт в русской речи жителей Бурятии, что позволяет выделить следующие основные тематические группы:

1) названия предметов быта, одежды, кушаний, напитков: бари’лки (бур. ба-рюул) ‘подушечки для прихватывания горячей посуды’, дыгы’л (бур. дэгэл) ‘длиннополая шуба из овчины’, шуля’ (бур. шYлэн) ‘мясной бульон’, ша ра (бур. ша-ара) ‘чайные выварки’, тара’к (бур. тараг) ‘простокваша’;

О \ 5 о ? о

2) названия растений: аргу й, ургу й, иргу’ль (бур. ургы) ‘подснежник’, манди’р, мангы’р (бур. мангир) ‘дикий полевой

лук’;

3) названия диких животных, птиц: гуран (бур. гуран) ‘дикий горный козел’, тарбаган (бур. тарбаган) ‘степной сурок’, бубо’льжин, бубуту’н (бур. буб99лжэн) ‘удод’;

4) скотоводческая терминология: бу-ру-’н (бур. буруу) ‘годовалый теленок’, кашари’к, качири’к (бур. хашараг) ‘двухгодовалый теленок’, куца’н, хуца’н (бур.

хуса) баран-производитель’, тыке’н (бур. тыхэ) ‘козел-производитель’, яма’н, има’н (бур. ямаан) ‘домашний козел’;

5) человек, его родственные и другие отношения: атхо’н (бур. одхон) ‘младший ребенок в семье’, хубу’н (бур. хубуун) ‘мальчик’, тала’ (бур. тала) ‘друг, самый близкий приятель’;

6) слова, характеризующие человека: зуды’рь (бур. зутар) ‘грязный, неряшливый человек’, мыдыкова’тый (бур. мэдэхэ) ‘умный’;

7) религиозная терминология: лама’ (бур. лама) ‘буддийский монах’, бурха’н (бур. бурхан) бурятский бог, буддийская статуэтка’, обо’н (бур. обоо) ‘сопка, где совершается бурятами религиозный обряд’, цага’ловка (бур. сагаалган) ‘праздник первого весеннего месяца’;

8) географическая терминология: ар-ша’н (бур. аршаан) ‘источник с целебной водой’, даба’н (бур. дабаан) ‘горный перевал’;

9) топонимы: село Хандагата’й (бур. хандагай) ‘лось’, село Загустай (бур. загас-

о \ і ґ* о ?

тай) рыбный и др.

Освоение бурятских заимствований идёт по трём направлениям, которые необходимы и достаточны для того, чтобы считать то или иное иноязычное слово заимствованным новой лексической системой:

— фонетическое — приспособление звукового облика заимствованного слова к фонетическим нормам принимающего языка;

— грамматическое — включение слова в грамматическую систему языка;

— семантическое — включение слова в систему значимостей [Крысин; С. 42].

Большинство бурятских заимствований вошло в русский язык через устную речь, поэтому слова претерпевают большие изменения. Фонетическая структура слова преобразуется в соответствии с фонетическим составом языка-реципиента. Отсутствующие звуки заменяются близкими по звучанию. Например, бурятское слово хэлэхэй ‘заика’ повсеместно произносится как калыке'й — бурятский согласный х изменился в близкий к нему по своим артикуляционным качествам звук к. Долгие

гласные звуки и дифтонги бурятского языка последовательно заменяются близким по артикуляции одним ударным гласным звуком русского языка, например, бур. дулаан ‘тепло’, аршаан ‘целебный источник’ произносятся как дула'н, арша'н. В бурятском языке нет противопоставления согласных по глухости — звонкости, поэтому на конце слова могут быть и звонкие, и глухие согласные, но при переходе слова в русский язык конечный согласный оглушается: бу-ряад — буря'т, тараг — тара'к.

Грамматическая адаптация иноязычного слова занимает в адаптационных процессах особое место. С одной стороны, она непосредственно связана с внешним обликом слова: поступающий из чужого языка материал сразу же оформляется как определённая единица морфологической системы русского языка (как слово той или иной части речи). С другой стороны, «приобретение» заимствуемым словом некоторых грамматических признаков напрямую зависит от его лексической семантики [Маринова; С. 17]. Из бурятского языка заимствуется значительное количество имен существительных, которые являются названиями предметов быта, животных, растений, а также незначительное количество глаголов, прилагательных и междометий.

В процессе заимствования бурятские слова приобретают грамматическую категорию рода. При этом наблюдается изменение в фонетической оболочке слова, связанное с явлением морфологического порядка. Конечный звук н, произносимый или непроизносимый в бурятском языке, является показателем предметности в монгольских языках. Поэтому большинство заимствованных русским языком существительных бурятского языка оканчиваются на н и в русском воспринимаются как существительные мужского рода: ямаа(н) — яма'н, буруу(н) — бурун, гура(н) — гура'н.

При освоении бурятских слов с окончанием на гласные наблюдается стремление обозначить границы слова появлением на конце «йот», что также увеличивает число существительных мужского рода: ургы — ургуй. Ряд существительных бурятского

языка, оканчивающихся на дифтонги ай, ой, эй, уй, ый, также становятся существительными мужского рода: малгай — малаха'й. Большая часть заимствованных существительных женского рода образована уже на русской почве: от яма'н производные ямануха, яма'нина — существительные женского рода.

Все бурятские заимствованные существительные склоняются по падежам. Тип склонения определяется также исходной формой слова — окончанием именительного падежа.

Многие заимствованные слова образуют новые слова:

1) названия лиц женского пола от основ существительных мужского рода посредством суффиксов -к-(а), -ух-(а): буря'т — буря'тка, яма'н — ямануха;

2) название мяса животного посредством суффикса -ин-(а): гура'н — гура'нина;

3) существительные со значением умень-шительности-ласкательности посредством суффиксов -ок-(-ек-), -чик-: качирик — качиричо'к, атхо'н — атхо'нчик;

4) существительные со значением пренебрежительности, снисходительной иронии, уменьшительности—ласкательности посредством суффикса -шк-(а): тэхэ' — тэхэ'шка, инзага'н — инзага'шка.

Глаголы оформляются с помощью суффикса инфинитива -ть: архидачить — пить водку (бур. архи — водка), мыдыкова'ть

— думать (бур. мэдэхэ — знать, узнавать о чем-либо), даба'нить — преодолевать горные перевалы (бур. дабаан — горный перевал).

При семантической адаптации бурятских заимствований можно выделить следующие основные группы.

1. Заимствования, которые в языке-источнике были многозначными, а в русский вошли с одним значением. Например, лексема ‘барюул в бурятском языке известна в трех значениях:

1) ручка, рукоятка, черенок, дужка (у ведра), скоба (у дверей);

2) руль;

3) тряпица, прихватка, ухват. В рус-

ской речи жителей Бурятии она функционирует с одним значением ‘прихватка’, что свидетельствует о значительном сужении ее значения. Анализ такого рода заимствований показывает, что из нескольких значений, составляющих семантическую структуру многозначного слова, русским говором принимается наиболее конкретное, обозначающее более частное понятие.

2. Заимствования, моносемантичес-кие в бурятском языке, но ставшие полисемантическими в русском. Например, слово хорго'лки (бур. хоргол) в языке-источнике имеет значение ‘помет коз, овец’, а в русском, кроме названного, оно приобрело значение ‘конфеты — горошек в шоколаде’. Часто у некоторых слов данной группы производные значения имеют эмоционально-экспрессивную окраску. Например, тулугун (бур. тулгэ) в русском говоре употребляется в двух значениях:

1) ‘овца по второму году’;

2)‘слабый, маленький ребенок’, тогда как в бурятском языке только в первом; при этом значение, развившееся в русском говоре, имеет экспрессивную окраску.

3. Заимствования, однозначные и многозначные, сохранившие свойственную им семантическую структуру, как в языке

— источнике. Большинство таких слов, сохранивших объем обозначаемого ими понятия, обозначает виды домашних и диких животных (хурьга'н ‘ягненок’, тарбага'н

сурок , хандагай лось ), виды кушаний

(I 4 9 \ «

хуру т вид сырков ), виды растений

/ I 4 ? \

(халахай крапива ).

4. Заимствования, в которых отмечается сужение значения. Например, лексема в бурятском языке ‘бээлэй обозначает любые рукавицы. В русской речи происходит сужение значения данного слова: бэли ‘теплые рукавицы, связанные из мерлушки’, данное слово входит в родо-видовые отношения со словами верхонки, варежки, перчатки.

Таким образом, заимствуются бурятские слова определенных тематических групп, которые оформляются в русской речи в соответствии с нормами другого языка.

литература

1. Крысин Л.П. Иноязычные слова в современном русском языке. — М.: Наука, 1968. — 208 с.

2. Маринова Е.В. Иноязычные слова в русской речи к. ХХ — нач. XXI вв.: проблемы освоения и функционирования: автореферат дис. ... д-ра филол. наук. — М., 2008. — 44 с.

3. Санжина Д.Д., Эрдынеева Э.Д. Об изучении взаимовлияния русской и бурятской речи на диалектном уровне // Слово в русской народной речи: сб. ст. / Отв. ред. В.И. Рассадин. — У-Удэ: Бурятский научный центр СО АН СССР, 1991. — С. 62-67.

4. Словарь говоров (семейских) Забайкалья / Под ред. Т.Б. Юмсуновой. — Новосибирск: СО РАН, Научно-издательский центр ОИГГМ, 1999. — 562 с.

5. Словарь русских говоров Забайкалья / Сост. Л.Е. Элиасов. — М.: Наука, 1980. — 472 с.

Коротко об авторе_________________________________________________Briefly about the author

Хайдапова А.З., аспирантка, Бурятский государс- A. Khaydapova, Post-graduate student, Buryat State

твенный университет (БГУ) University

more269322@yandex.ru

Научные интересы: филология, лингвистические Areas of expertise: philology, linguistic loanwords заимствования