Экономический аспект жизнедеятельности колонии литераторов в С. Михайловское

К. Б. Жучков

Экономический аспект жизнедеятельности колонии литераторов в с. Михайловское

Колония для престарелых литераторов и учителей в родовом имении А. С. Пушкина — с. Михайловское Опочецкого уезда Псковской губернии — была организована псковским дворянством и просуществовала с 1911 по 1917 гг. Помимо приюта на летние месяцы для нескольких учительниц, в колонии постоянно проживали писательницы В. В. Тимофеева-Починковская (1850— 1931), Н. В. Яковлева-Ланская (1839-1914) и учительница из Пскова М. Ф. Клеменьева. Существование Колонии стало первым опытом организации в мемориальном имении общественного культурного учреждения, как, впрочем, и организации мемориального пространства. Между тем, помимо «благотворительных» и «музейных» функций, Колония несла на себе еще и хозяйственные, экономические обязанности, которые должны были позволить ей содержать саму себя, на «самоокупаемости», так сказать. Экономический аспект существования Колонии не просто интересен, но и позволяет проследить условия бытования в ней пансионеров и причины неосуществленности первоначальных планов дворянства.

В 1898-1899 гг., в преддверии столетнего юбилея со дня рождения поэта, в России была организована всероссийская подписка для сбора денег на выкуп имения у сына А. С. Пушкина — Г. А. Пушкина1. Из собранных 104 тыс. руб., часть средств была потрачена на ремонт могилы поэта (и в дальнейшем на содержание ее в порядке), часть — на поминание поэта в Святогорском монастыре, а остальные — около 90 тыс. руб. — были поровну поделены между Псковской городской думой, которая на них впоследствии построила Народный дом имени А. С. Пуш-

Жучков Константин Борисович — кандидат исторических наук, ученый секретарь Музея-заповедника А. С. Пушкина «Михаиловское».

кина (ныне — Псковский драматический театр), Святогорским попечительством о Народной трезвости, которое с этого капитала содержало библиотеку-читальню и богадельню в Святых Горах (ныне не сохранились) и, наконец, Псковским губернским дворянским собранием2.

Само пушкинское имение, согласно высочайшему рескрипту, было за 144600 руб. выкуплено государственным казначейством в казну3 и явилось, таким образом, одним из первых в России мемориальных памятников, выкупленным на государственные (т. е. казенные, а не дворцовые или «кабинетные») средства. Имение, выкупленное казной, было передано в ведение Государственного дворянского банка, а Псковскому губернскому дворянскому собранию было предложено организовать «в усадьбе этого имения, по соглашению с Академиею наук, какое либо благотворительное учреждение, связанное с именем Пушкина»4. В 1901-1902 гг. Губернское дворянское собрание, по предложению А. Н. Ткачева5, признало необходимым устроить в имении колонию для сирот и вдов писателей, а также для тех писателей, которые впали «в неизлечимую болезнь, лишавшую их возможности заниматься литературным трудом»6. Этот проект был одобрен Отделением по изящной словесности Академии наук.

Губернское дворянское собрание, считая, однако, невозможным устройство учреждения в Михайловском на те средства, которые находились в его распоряжении, обратилось в министру финансов «с тем, чтобы отдельная лесная при имении пустошь могла бы быть продана для увеличения капитала, обеспечивающего содержание колонии». 9 июля 1902 г. Дворянский банк уведомил псковское дворянство, что министр финансов отказал в такой продаже, поскольку име-

ние находилось в собственности государства полностью, «с принадлежащими к нему отдельными участками», и продажа казенной собственности в пользу дворянства не может быть произведена, поскольку «высочайшим повелением (1899 г. — К. Ж.) не предусматривалось дальнейшего вспомоществования от казны в каком-либо виде».7

Для осуществления проекта в 1904 г. губернским дворянским собранием была выбрана особая Пушкинская комиссия, которая, рассмотрев возможности реализации задуманного, решила, что, во-первых, капитала в 31 тыс. руб., находившегося в ее распоряжении, недостаточно для организации и существования колонии и, во-вторых, Губернскому дворянству невозможно эту колонию организовать в имении, которое принадлежало не губернскому дворянству, а казне. Началась длительная и утомительная переписка с министерством финансов о передаче имения в ведение губернского дворянства и продаже части леса, принадлежащего имению, и с Академией наук, которая зашла фактически в тупик, и проект почти заглох. Вместе с тем, возникают проекты организации в имении 2-классной сельскохозяйственной школы и 4-классного училища8. Наконец, после избрания в январе 1904 г. Псковским губернским предводителем дворянства В. В. Философо-ва9, дело сдвинулось с мертвой точки.

В условиях русско-японской войны и разразившейся в стране революции, «и особого в то время интереса к вопросам внутренней политики», В. В. Философову удалось в короткий срок собрать несколько чрезвычайных (т. е. внеочередных) съездов псковского дворянства, на которых было подтверждено намерение устроить в Михайловском колонию для «престарелых и нуждающихся литераторов и их семей» и решено ходатайствовать перед правительством о передаче имения в собственность псковского дворянства. Выполнение этих решений легло на В. В. Философова, который должен был решить целый ряд задач: «выхлопотать» передачу Михайловского дворянству, «установить» соглашение с Академией наук, разработать Устав колонии и приспособить имеющиеся в наличии постройки имения для колонии. В. В. Философов энергично взял-

ся за дело. Он обратился к великому князю Константину Константиновичу, который помог достичь соглашения с Академией наук и обещал ходатайствовать перед царем о передаче имения из казны дворянству10. Константин Константинович поговорил об имении с государем и даже написал проект рескрипта министру финансов. Банк также был согласен, «с видимым удовольствием», с передачей имения из своего ведения, поскольку оно представляло для него «непрофильный» актив. Дело, однако, «застряло в высших сферах министерства», поскольку министр финансов И. П. Шипов не предполагал, каким образом, юридически, «такую передачу можно было провести». В конце концов, при представлении В. В. Философова царю, ему удалось сказать несколько слов государю о планах псковского дворянства в отношении Михайловского, «к которым он отнесся вполне сочувственно»11.

14 апреля 1906 г. министр финансов сообщил В. В. Философову, что для представления всеподданнейшего доклада о передаче имения из казны дворянству, ему необходимы сведения об Уставе колонии, порядок заведывания учреждением и пользования капиталом, «который может образоваться от продажи части имения». 7 мая 1906 г. была собрана Комиссия по устройству колонии в селе Михайловском в составе В. В. Фило-софова (председатель), В. Л. Кушелева,12 А. И. Брянчанинова13, Н. В. Ивашевского14, Н. П. фон дер Роппа15, на которую были приглашены председатель губернской земской управы С. И. Зубчанинов16, директор народных училищ И. А. Красов17 и управляющий Псковским отделением дворянского банка С. А. Данибек18. На собрании были выработаны проекты положения об управлении имением Михайловское и колонией для престарелых литераторов и проект финансовой сметы, которые были сообщены министру финансов19. 27 января 1907 г. доклад министра был высочайше утвержден, а 3 февраля 1907 г. В. В. Философов получил от министра финансов и управляющего Дворянским банком об этом уведомление20. 15 марта 1907 г. была произведена купчая крепость, которая «укрепила» имение за «Псковским дворян-ством»21. Рассмотрение проекта «Положе-

ния об имении Михайловском и о колонии в с. Михайловском имени поэта Пушкина», который был представлен на высочайшее рассмотрение, было возложено на министра внутренних дел, который утвердил его в виде «Устава колонии имени поэта А. С. Пушкина в селе Михайловском» 22 декабря 1908 г.

Финансирование устройства и содержания колонии, согласно упомянутым проектам и высочайшего рескрипта должно было осуществиться следующим образом. В распоряжении Псковского дворянства находился «капитал», оставшийся от народной подписки в 1899 г., в сумме 31 тыс. руб. Эти деньги представляли собой, вместе с капитализированными процентами предыдущих лет, «неприкосновенный капитал», на доходы от которого и нужно было организовать и затем содержать колонию. Поскольку это было невозможно, для устройства и содержания колонии государь разрешил продать две пустоши, принадлежавшие имению: Горки площадью 445 дес. и Кривцы в 77 дес., которые представляли собой отдаленные от имения участки и были заняты в основной части сенокосными угодьями. Согласно «средствам колонии и смете», в виде проектов, поданных на высочайшее утверждение, на устройство и содержание колонии предполагались следующие средства: от продажи «пустошей» планировалось получить около 100 тыс. руб., которые, будучи обращены в процентные бумаги, давали бы ежегодного дохода 4 тыс. руб. Из средств, в размере 15 тыс. руб., оставшихся от «неприкосновенного» капитала, также планировалось образовать капитал, который, будучи помещен в банк, давал бы проценты (600 руб.). К процентам от этих вкладов предполагались ежегодные доходы от хозяйственной деятельности имения (аренды, продажа леса, недоимки) 4 тыс. руб. и частные пожертвования и средства, собранные на специальных благотворительных мероприятиях, которые планировалось регулярно проводить в столицах — около 1,4 тыс. руб. Планировавшиеся ежегодные доходы должны были составлять, таким образом, 10 тыс. руб. Первоначальная смета расходов на содержание Колонии по всем статьям определяла те же 10 тыс. руб. в год22.

В 1907 г. дворянское собрание выбрало попечителем имения и колонии Г. В. Ро-зена23, его заместителем П. Ф. Карпова24, членами Главного комитета от дворянства Н. П. фон дер Роппа (скончался в 1908 г. и заменен Н. П. Лавриновским25), Н. Н. Лав-риновского26 и К. А. фон дер Беллена27. В. В. Философова, покинувшего должность губернского предводителя, выбрали почетным (пожизненным) попечителем колонии. Г. В. Розен вступил в должность 12 мая

1907 г., начал организацию хозяйства колонии и имения, устройство колонии, ремонт построек и обревизование деятельности имения. Что касается устройства колонии, то предполагалось построить три отдельных дома по четыре комнаты в каждом, или один большой, а также обустроить пять комнат в господском доме и пять комнат во флигеле. Отдельно предполагалось устройство помещения для посетителей колонии. Три комнаты в господском доме изначально планировались под музей. Позднее планировалось переделать под помещения для колонии часть господского дома, за исключением трех комнат (кабинета, библиотеки и «большой балконной»), и одного флигеля.

Во время работ по подготовке усадьбы для нужд колонии, в ночь с 22-го на 23-е июля

1908 г., предположительно, по вине рабочих, ремонтировавших полы, сгорел господский дом, построенный Г. А. Пушкиным на месте того, в котором А. С. Пушкин провел михайловскую ссылку. Исходя из этого, Розен представил свой проект устройства и финансирования колонии. Его план финансирования колонии отличался от того, который комиссия предложила министру финансов в 1906 г. Г. В. Розен предлагал продать только один земельный участок, в Горках, площадью 448 дес., находившийся на удалении от усадьбы на 10 верст, который издавна находился в аренде у окрестных крестьян. Предполагалось выручить от его продажи — земли и отдельно леса — 52471 руб. Из пожертвованных денег, в 1902 г. переданных в губернское собрание, и теперь поступивших в распоряжение комитета, вместе с «капитализированными» за несколько лет процентами, имелось 39127 руб. Проценты от этого «неприкосновенного» капитала, должны были идти на

содержание колонии. «Свободных» средств в виде денег от доходов имения предыдущих лет28 и страховой выплаты за сгоревшие дом и кухню оказалось вместе 16422 руб. Только эти деньги можно было потратить на устройство колонии29. Г. В. Розен считал, что колония может принять на постоянное «пан-сионерство» не более 10 человек, и из этого расчета необходимо строить помещения для колонии. При этом он рассчитывал ежегодный твердый доход для содержания колонии существенно меньший, чем предполагала Пушкинская комиссия в 1906 г. в «смете»: от капитала в 39127 руб. в год следовало процентов 1565 руб., от 50 тыс., следовавших бы от продажи земли и леса, обращенных в капитал, следовало в год процентов 2,5 тыс. руб., ежегодного чистого дохода от имения предполагалось 1,5 тыс. руб. и, наконец, от 80-летней вырубки и продажи строевого леса (ежегодно 3 дес. из 251 дес.) — 600 руб., всего 6150 руб. Только на эти средства, по мнению Г. В. Розена, можно было рассчитывать при содержании колонии30.

В. В. Философов считал расчеты Г. В. Розена слишком осторожными. Он полагал, что вместо 80-летней рубки строевого леса, можно запланировать 40-летнюю рубку (т. е. 6 дес. леса в год в имении с 251 дес.), что давало бы выручки в год 4,0 тыс. руб. Кроме того, он полагал, что доход имения будет выше, а средства от благотворительности будут существенно больше предполагавшихся, тем более, что их Г. В. Розен в расчет не брал вообще. В. В. Философов настаивал, что ежегодный доход колонии будет не менее 10 тыс. руб, и считал, что организацию колонии необходимо начать с 20 колонистов. Он рассчитывал содержание колонистов по 50 коп. в день, в штате колонии предполагалось иметь директора (из числа колонистов), заведующего хозяйством, кухарку, пять прислуг и кучера.

Поскольку ни устав колонии, ни положение о Главном комитете не были еще утверждены, то для рассмотрения неотложных вопросов планирования, финансирования и организации колонии было создано особое совещание при губернском дворянском собрании из части членов будущего Главного комитета и бывшей Пушкинской комис-

сии (Комиссии по устройству колонии в с. Михайловском): губернский предводитель дворянства М. Н. Скворцов,31 Г. В. Розен, П. Ф. Карпов, К. А. фон дер Беллен, Н. П. Лав-риновский. Н. Н. Лавриновский, А. Н. Брян-чанинов, В. В. Философов. Совещание, рассмотрев предложения и расчеты Г. В. Розена, приняло половинчатое решение: провести экспертизу цен на землю и лес, предполагаемых к продаже, проект нового господского дома представить на обсуждение Академии наук, Главного комитета и общественности, для колонии построить отдельное кирпичное здание под железной крышей на 10 человек колонистов с одной или двумя комнатами для каждого, с тремя помещениями для прислуги, общей столовой, кухней и кладовой. Гостиная, библиотека и бильярдная планировались в новом господском доме. Здание колонии должно быть приспособлено для пристройки в случае увеличения числа колонистов и, кроме того, должно быть соединено с господским домом теплым коридором32. Между тем, 20 декабря 1908 г. Г. В. Розен скоропостижно скончался. Это вновь поставило вопрос об устройстве помещений для колонии.

В комитете образовались два мнения на то, как ее обустроить. В. В. Философов, хоть и покинувший должность губернского предводителя дворянства, но остававшийся почетным членом комиссии, предложил на месте сгоревшего господского дома установить беседку с бюстом А. С. Пушкина33, а для нужд колонии построить в имении, рядом с дорогой в Петровское, двухэтажный каменный дом. На втором этаже дома предполагалось устроить отдельные комнаты для колонистов, а на первом этаже разметить общую столовую, большую библиотеку-читальню для колонистов, бильярдную. В. В. Философов планировал оборудовать дом паркетными полами, водопроводом, ванными комнатами, душевыми, электричеством, поскольку считал, что «литераторы люди по преимуществу городские, с известными культурными привычками и что наша обязанность создать для них в колонии подходящую обстанов-ку»34. У него даже был готов проект такого дома, который, еще по просьбе Г. В. Розена, был сделан директором института граждан-

ских инженеров В. А. Косяковым. По мнению того же покойного Г. В. Розена, дом этот предполагалось построить или на месте сгоревшей кухни, или чуть поодаль, напротив озера Кучане35.

Попечитель колонии Г. Г. Корсаков36, выбранный вместо Розена, предлагал на месте сгоревшего дома построить точную копию того, в котором жил А. С. Пушкин, однако не был против и проекта В. В. Философова. Однако против него выступил С. И. Зубчани-нов, который «уверял, что каменный двухэтажный дом с водопроводом и электричеством и тому подобн<ым> будет настолько депоэтизировать Мих<айловское>, что перестанут петь соловьи и тень Пушкина не будет витать над Мих<айловским> и что наша обязанность воссоздать Мих<айловское> как оно было при поэте»37. В конце концов победил проект Г. Г. Корсакова, и, вероятно, потому, что на осуществление проекта В. В. Философова требовались значительные затраты.

Сначала в 1910 г. для колонии построили три здания, называвшиеся флигелями. Вернее, поскольку средств, ввиду строительства нового дома, на постройку флигелей не хватало, они были перестроены из хозяйственных построек усадьбы38, сохранившихся со времен Г. А. Пушкина: два парных флигеля для «пансионерок» из конюшни (располагался справа от въездных ворот, тот, что сохранился поныне, «для литераторов», в нем поселилась В. В. Тимофеева) и амбара (слева от въездных ворот, для учителей, в нем жила Н. В. Яковлева и после ее кончины назывался «домом Ланской»), в котором некогда располагалась столовая для нуждающихся и лазарет, еще один, чуть поодаль (еще левее второго, на пригорке, который и ныне называется «птичником»), в виде надстройки на бывшим птичником. Он предназначался для прислуги и гостей, назывался «курятником» и на нем была устроена терраса. В том же 1910 г. флигели освятили.

Восстанавливать сгоревший господский дом доверили В. А. Щуко. Он был построен на старом, ганнибаловском фундаменте, покрыт листовым железом и был торжественно освящен 26 мая 1911 г. Внутри дома устроили одну комнату под музей

А. С. Пушкина, общую гостиную, библиотеку-читальню для колонистов, комнаты для членов Комитета, их гостей, кухню и бильярдную. Мебель и обстановка для дома были закуплены в Петербурге в апреле и привезены в мае-июне 1908 г. еще Г. Г. Розеном (во время пожара их удалось полностью со-хранить)39. Мебель для дома и «музея» подбиралась по образцам мебели в Тригорском и Пушкинском музее Александровского (Царскосельского) лицея40. Для придания кабинету и гостиной «музейного» вида в ней поместили портрет А. С. Пушкина, подаренный в апреле 1910 г. Л. Н. Толстым собственный портрет, с дарственной надписью писателя. Здесь же был поставлен бюст Екатерины II, который Г. Г. Корсаков приобрел у старьевщиков в Петербурге. Здесь же находилась коллекция гравюр и портретов. В гостиной-читальне для «колонисток» на стене висела большая картина Э. Паннемакера «Пушкин и Мицкевич у памятника Петру Великому» и стояли у стены новые часы, присланные Варварой Алексеевной Пушкиной41. Из Три-горского перевезли карету А. С. Пушкина, оставленную там еще А. И. Тургеневым.

Розен, взявшийся за организацию колонии и усадебного хозяйства, начал первым делом упорядочивать хозяйство имения. За время пребывания имения в ведении Дворянского банка недоимки крестьянами арендных платежей составили 7524 руб.42 Розену пришлось, для того, чтобы рассчитывать на получение хотя бы части недоимок по арендам, эти недоимки реструктуризировать, т. е. частично их «простить». Вдобавок Г. В. Розен с 1908 г. снизил стоимость аренды на треть, с 2730 руб. в 1907 г. до 1870 руб. на 1908 г.43 На ремонт сгоревшего дома было потрачено 931 руб.44, на постройку нового требовалось предположительно еще 4 тыс. руб.45 На мебель и обстановку для дома, а также инвентарь для колонии было потрачено 1724 руб.46 Вместе с рабочим инвентарем для имения, семенами, расходными материалами, вновь приобретаемым поголовьем скота расходы в 1908 г. составили 2600 руб.47 В тоже время необходимы были средства на устройство флигелей, дома управляющего, на кое-какую обстановку «музея». Всего в 1907-1908 гг. было получено доходов от аренд, недоимок и хо-

зяйства 5661 руб. За это же время все расходы составили 8501 руб., и это без содержания прислуг и колонистов — жалования, питания, освещения, выездов и пр. Дефицит был покрыт за счет займа 2840 руб. у губернского предводителя Н. П. Лавриновского, который, тем не менее, приходилось отдавать из процентов от «неприкосновенного капитала»48.

Поскольку свободные средства были израсходованы на постройку и обустройство усадебного дома и колонии, а запланированная продажа пустошей, средства от которой должны были, по мнению Комитета, стать основой бюджета колонии, затягивалась на неопределенный срок (как казалось комитету в то время), 15 марта 1910 г. решено было прибегнуть к старому, испытанному средству пополнения бюджета — всероссийской подписке, а в публичном обращении прямо говорилось — «ввиду незначительности средств, коими располагает Главный комитет по заведыванию имением Михайловским и колониею»49. Осенью 1910 г. на право произвести сбор пожертвований в пользу колонии последовало высочайшее соизволение. В течение 1910-1912 гг. всего от различных жертвователей — губернских и уездных земских управ, губернских и уездных предводителей дворянства, городских управ и станичных управлений — поступило 4152 руб. 17 коп.50 Большая часть адресатов отказалось жертвовать средства. Присылаемые суммы, хоть и поступали на банковский счет, тратились на текущие расходы колонии и имения, как, например, на дополнительную закупку мебели к открытию колонии (2 тыс. руб.) и торжественный прием гостей на ее открытии (400 руб.)51. Образовать капитал из пожертвованных средств не удалось, и они не помогли содержанию колонии.

Главную надежду на формирование капитала, позволившего бы содержать колонию, ее устроители возлагали на продажу земли имения, находившейся в отдалении от остального имения. В мае 1909 г. Г. Г. Корсаковым от губернского предводителя дворянства была даже получена доверенность на продажу пустоши Горки, для крестьян девяти деревень. Но еще Г. В. Розен высказывал опасения в том, что Крестьянский поземельный банк, точнее его Псковское отделение,

осуществлявшее бы кредитование крестьян на покупку земли, справедливо оценит продаваемые наделы.

В ноябре 1913 г. попечитель колонии Г. Г. Корсаков, уведомляя Председателя комитета С. И. Зубчанинова о своем уходе с должности попечителя, сообщал ему: «В дополнение к письму моему по поводу ходатайства о снятии с себя должностей по имению Михайловскому, я упустил из виду, что в сем году выезжала в с. Михайловское комиссия для производства раздела угодий, предназначенных к продаже и возможно, что встретятся вопросы, на которые понадобится мое разъяснение, ввиду чего имею честь просить Вас, Милостивый Государь, в случае встретившейся надобности подобным разъяснениям вызвать меня для дачи таковых до сдачи мною дел ревизионной комиссии, если же доклады к сему времени представлены не будут, то я прошу принять мое заявление, что в любое время и по сдаче мною должности, по встретившейся надобности я готов приехать если в том окажется надобность для дачи всевозможных объяснений»52.

23 декабря 1913 г. в ответ на письмо Корсакова, Зубчанинов официально его уведомил, что «21 декабря сего года назначенные заседания: 1) Особо-выбранной комиссии по осмотру участков, предназначенных к продаже в с. Михайловском, 2) Ревизионной Комиссии и 3) Главного Пушкинского Комитета — не состоялись. Вновь же назначить заседания Комиссий и Комитета на в коем случае ранее 20 января 1914 года (начало Земских Губернских Собраний) нельзя, ибо опять никто не приедет, а потому прошу Вас, Милостивый Государь, если Вы найдете возможным, не отказываться от должности г. Попечителя с. Михайловского и Колонии имени поэта А. С. Пушкина до нового созыва Членов Комитета»53. Таким образом, продажа земли не состоялась до 1914 г, а, в связи с начавшейся вскоре войной, не была осуществлена и вовсе.

Недостаток средств на содержание, ввиду небольшого объема капитала, имевшегося в распоряжении комитета, буквально отражается в разговорах В. В. Тимофеевой (Починковской), которые она зафиксировала в своих записках, посвященных ее пребыва-

нию в колонии. 22 июля 1911 г. попечитель колонии Г. Г. Корсаков заявляет ей, только что приехавшей в имение: «Комитет назначает нам всего 40 рублей в месяц — на все. Тут и стол, и прислуга, и освещение. Так что роскоши мы позволить себе никакой не можем»54. В страстную среду 1912 г. тот же Г. Г. Корсаков снова говорит о недостатке средств: «Только 15 тысяч остаются в пользу Колонии в селе Михайловском. А этой суммы более чем недостаточно для покрытия всех расходов по общежитию, и нам отнюдь нельзя закрываться. Нам нужно быть очень и очень экономными — иначе мы прогорим». А ровно через пять лет, 21 июля 1916 г. она слышит те же самые жалобы от председателя комитета С. И. Зубчанинова: «Чтобы покрыть все расходы на ремонт и необходимые улучшения, чтобы содержать этот дом (дом-музей — К. Ж.), нам нужен капитал тысяч в пятьдесят ... у нас не хватает средств на содержание Колонии». В 1916 г., восемь лет спустя после основания колонии, не хватает тех же самых 50 тыс. руб., которые первоначально планировалось получить от продажи земли и леса.

Средства, предполагавшиеся на устройство колонии, были потрачены, содержание колонии производилось из собственных доходов имения и тех небольших процентов от «неприкосновенно» капитала, которые ежегодно причитались комитету. Никаких средств от «благотворительных» мероприятий в столицах, на которые возлагал оптимистические надежды В. В. Философов, не поступало, поскольку не проводились и сами эти «мероприятия». В результате средств катастрофически не хватало, пришлось сокращать программу приема постоянных колонистов, возникали трения не только при ведении селового хозяйства55, но и содержании колонистов. Планы комитета, прежде всего В. В. Философова, оказались не соответствующими реальности. В конце концов, дело усугубилось войной и сомнительными операциями попечителей. Последние месяцы существования колония, захваченная революционным хаосом, уже буквально сводила концы с концами. И хотя конец ее был предрешен, точка была поставлена революционным отрядом, захватившем ее в ноябре 1917 г.

Примечания

1. Первое известие о желании Г. А. Пушкина продать имение относится к июлю 1894 г., когда началась передача имения Михайловское Дворянскому банку. Об этом свидетельствует отношение управляющего Псковским отделением Государственного дворянского земельного банка А. Фили-пьева псковскому губернатору К. И. Пащенко о приеме в управление с. Михайловского 5 августа 1894 г. (ГАПО. Ф. 20. Оп. 1. Д. 2553. Лл. 80-81).

2. Философов В. В. Краткая справка о Михайловском и о Колонии имени А. С. Пушкина. Псков, 1909. С. 2.

3. Гейченко Т. С., Шпинева Е. В. О принадлежности села Михайловского в некоторых документах по-слепушкинской поры // Материалы XIV Февральских научно-музейных чтений памяти С. С. Гейченко «Музей в истории. К столетию первого музея в сельце Михайловском»: сб. ст. Сельцо Михайловское: Пушкинский Заповедник. 2012. (Серия «Михайловская пушкиниана». Вып. 53). С. 181-182.

4. Философов В. В. Краткая справка о Михайловском. С. 1.

5. Ткачев Андрей Никитич (1843-1911) — присяжный поверенный, помещик Великолукского уезда, депутат Государственной думы (1907-1911). Брат народовольца и публициста П. Н. Ткачева.

6. Философов В. В. Краткая справка о Михайловском. С. 2.

7. Гейченко Т. С., Шпинева Е. В. О принадлежности села Михайловского. С. 189, 190.

8. Там же. С. 185, 186, 189, .

9. Философов Владимир Владимирович (1857-1929) — действительный статский советник (1904), помещик (имение Богдановское Новоржевского уезда), секретарь земского отдела министерства внутренних дел (1891), председатель Томского губернского правления (1894), вице-губернатор Тамбовской (1895), Харьковской (1896), Смоленской (1986-1904) губерний, псковский губернский предводитель дворянства (1904-1907), почетный попечитель колонии литераторов, член псковского Пушкинского комитета, издатель журнала «Вестник народных университетов» (СПб), вице-председатель международной Лиги Мира, библиотекарь (Смоленск, 1921), после 1923 г в эмиграции. (Иванова Т. Г. Старший сын, старший брат (Владимир Владимирович Философов) //

Философовские чтения. Сборник материалов первых философовских чтений. Псков: Областной центр народного творчества. 2005. С. 91-104).

10. Российский государственный архив литературы и искусства (далее - РГАЛИ). Ф. 2558. Оп. 2. Д. 1824. Лл. 2об.-3.

11. РГАЛИ. Ф. 2558. Оп. 2. Д. 1824. Л. 4.

12. Кушелев Владимир Лукич (1846-1915) — статский советник, мировой судья, гласный уездного земского собрания (1883-1891), гласный губернского дворянского собрания, сенатор (1906), помещик Холмского уезда.

13. Брянчанинов Александр Николаевич (1874-1960) — поэт, писатель, издатель, музыкант, помещик (имение «Большие липы» Новоржевского уезда), камер-юнкер, надворный советник, чиновник особых поручений департамента железнодорожных дел министерства финансов (1906), редактор журнала «Церковно-общественный вестник» (СПб), издатель журнала «Новое звено» (СПб), газеты «Псковская жизнь» (совместно с В. В. Философовым), член Центрального комитета партии прогрессистов (1912-1913), гласный Петроградской городской думы, после 1917 г в эмиграции.

14. Ивашевский Николай Викторович (? — после 1913). Дворяне Ивашевские переселены в Псковскую губернию из Польши в первой половине XIX в. Других сведений об Ивашевском не разыскано.

15. Ропп Н. П. фон дер (?-1908). Сведений о фон дер Роппе не разыскано.

16. Зубчанинов Сергей Иванович (1864-1935) — председатель губернской земской управы (19051913), губернский предводитель дворянства (1913-1917), председатель Пушкинского комитета, член Государственного Совета с 1912 г., депутат Государственной думы (1907-1912), уполномоченный по делам беженцев (1916), помещик Порховского уезда.

17. Красов Иван Андреевич (?— после 1913) — статский советник, директор народных училищ Псковской губернии.

18. Сведений о нем не разыскано.

19. Философов В. В. Краткая справка о Михайловском. С. 4.

20. РГАЛИ. Ф. 2558. Оп. 2. Д. 1824. Л. 4об.

21. Гейченко Т. С., Шпинева Е. В. О принадлежности села Михайловского. С. 201.

22. Там же. С. 194-195.

23. Розен Григорий Владимирович (1849-1908) — попечитель колонии в 1907-1908 гг., помещик (имение Гора (Гораи, Горай) Островского уезда).

24. Карпов Павел Федорович (1850 — после 1917) — попечитель колонии в 1914-1916 гг., помещик (имение Вече Опочецкого уезда).

25. Лавриновский Николай Павлович (1845 — после 1918) — мировой судья (1872), гласный псковского уездного земства, участковый судья, гофмейстер (1899), губернский предводитель дворянства (1910-1913), тайный советник, сенатор (1914), почетный член Псковского археологического общества, помещик (имение Стремутка Псковского уезда).

26. Лавриновский Николай Николаевич (1875-1930) — участковый земский начальник (1904), Псковский уездный предводитель дворянства (1907), тайный советник, сенатор (1917), депутат Государственной Думы (1907), вице-губернатор Воронежской (1911-1912), Могилевской (1912-1913), губернатор Таврической (1913-1914), Черниговской (1914-1916) и Лифляндской (1916-1917) губерний, член Совета обороны Северо-Западной области (1919), в эмиграции с 1922 г., сын Н. П. Лавриновского.

27. Беллен Александр Александрович, фон дер (1859-1924) — лесоустроитель, чиновник особых поручений Псковской казенной палаты (1885), мировой судья Островского уезда (1887), член Псковской губернской казенной управы (1890), председатель губернской земской управы (1914-1917), комиссар Временного правительства в Псковской губернии (1917), член Управления по делам финансов и торговли Северо-Западной области России (1919), после 1919 г в эмиграции. Дед нынешнего президента Австрийской республики А. ван дер Беллена (2017).

28. С момента выкупа имения в 1899 г. и до передачи его из ведения Дворянского земельного банка Псковскому дворянству, фактическим управляющим имения и его «владельцем» был А. А. Ко-ропчевский, управляющий Псковским отделением банка (руководитель Драматического кружка в Пскове, поставивший в Летнем театре в 1904 г. спектакль А. Суворина «Царь Дмитрий Самозванец и царевна Ксения». Брат писателя Н. А. Коропчевского) Он содержал в порядке дом, хозяйственные постройки усадьбы, пашню, сад, парки и лес.

29. Философов В. В. Краткая справка о Михайловском. С. 8-9.

30. Там же. С. 9-10.

31. Скворцов Михаил Николаевич (1845 — после 1918), генерал-майор, камергер, помещик Торопец-кого уезда, гласный Торопецкого уездного и Псковского губернского земских собраний, Псковский губернский предводитель дворянства (1907-1910), член Государственного совета (1912-1915), То-ропецкий уездный предводитель дворянства (1912).

32. Философов В. В. Краткая справка о Михайловском. С. 11.

33. Эту мысль высказывали впоследствии в 1916 г. В. В. Мешков и в 1921 г. В. В. Тимофеева.

34. РГАЛИ. Ф. 2558. Оп. 2. Д. 1824. Л. 5об.

35. Предполагаемое место постройки дома указано красным крестом на плане колонии и имения В. В. Философова.

36. Корсаков Георгий Георгиевич (1878 — после 1917) — опочецкий уездный предводитель дворянства (1907-1913), попечитель колонии (1908-1914), помещик Опочецкого уезда.

37. РГАЛИ. Ф. 2558. Оп. 2. Д. 1824. Л. 6.

38. Все три постройки присутствуют на плане сельца 1899 г. (Российский государственный исторический архив. Ф. 593. Оп. 17. Д. 208. Л. 306).

39. Розен Г. В. Доклад Псковскому чрезвычайному дворянскому собранию попечителя по заведыванию имением Михайловским и колониею имени А. С. Пушкина. 1907-1908. Псков. 1908. С. 4, 13.

40. Философов В. В. Михайловское после Пушкина // На чужой стороне. Историко-литературные сборники. Вып. XIII. Прага. 1925. С. 169.

41. РГАЛИ. Ф. 2558. Оп. 2. Д. 1824. Л. 6.

42. Государственный архив Псковской области (далее — ГАПО). Ф. 366. Оп. 1. Д. 1043. Л. 5.

43. Розен Г. В. Доклад Псковскому чрезвычайному дворянскому собранию. С. 1.

44. ГАПО. Ф. 366. Оп. 1. Д. 1043. Л. 3.

45. Розен Г. В. Доклад Псковскому чрезвычайному дворянскому собранию. С. 5, 9.

46. ГАПО. Ф. 366. Оп. 1. Д. 1023. Л. 12.

47. Там же.

48. Розен Г. В. Доклад Псковскому чрезвычайному дворянскому собранию. С. 12-13.

49. ГАПО. Ф. 366. Оп. 1. Д. 1073. Л. 144 об.

50. ГАПО. Ф. 366. Оп. 1. Д. 1075.

51. Там же. Лл. 190, 193.

52. Там же. Д. 1023. Л. 133-133 об.

53. Там же. Л. 136.

54. Здесь и далее записки В. В. Тимофеевой цитируются по авторской рукописи «Шесть лет в Михайловском. Из записных тетрадей 1911-1917 гг.» (Рукописный отдел Института русской литературы (Пушкинский дом). № 14487.

55. Селовое хозяйство (от слова «село») — хозяйственная деятельность на территории усадьбы, в отличие от собственно имения. Селовое хозяйство обслуживало жизнедеятельность усадьбы и колонии, представляя собой как бы натуральное хозяйство, в которое входили конюшня, скотный двор, амбар, ледник, сенной сарай, кузница, птичник, оранжерея, теплица, баня, бойня, огород, сад, парк, цветники, покосы для усадебного скота и т. д. Имение же представляло собой пахотные, сенокосные и лесные угодья, предназначенные для ведения коммерческой деятельности, доход от которой монетизировался. Этот термин употребляется в документах Г. В. Розена (Розен Г. В. Доклад Псковскому чрезвычайному дворянскому собранию. С. 12) и записках В. В. Тимофеевой (запись 26 мая 1916 г.).

Философов В. В. План имения Михайловское в 1911-1917 гг. Рис. 1921 г.

Философов В В. План дома-«музея» в Михайловском в 1911-1917 гг. Рис. 1921 г.

Михайловское—новый домъ и домикъ няни.

Дом-«музей» в Михайловском. Фото 1911-1917 гг.

Гостиная в доме-«музее» в Михайловском. Фото 1911-1917 гг.