Единение славян как консолидирующий фактор в борьбе против османского ига (к 135-летию освобождения Болгарии)

славянский мир

И. К. Кучмаева,

доктор философских наук, профессор

Единение славян

как консолидирующий фактор

в борьбе против османского ига

Вопрос о единении славян в борьбе против ига османских завоевателей своими корнями уходит в Средневековье. Но великим творческим актом эта борьба становится тогда, когда объединёнными усилиями народов в 70-е гг. XIX в. одерживается победа, открывшая дорогу к беспрепятственному национальному развитию стран Балканского полуострова.

Однако прежде чем эта победа смогла стать явью, было соткано множество промежуточных звеньев. Достаточно вспомнить многогранную деятельность Паисия Хилендарского, Софрония Вра-чанского, Васила Априлова, Неофита Рильского, Петко Славейкова, Георгия Раковского, Любена Каравелова, Христо Ботева и многих других.

В ряду организаций, оставивших заметный след в борьбе за освобождение Балкан, можно отметить деятельность Славянского благотворительного комитета в Москве, первым председателем которого стал попечитель Московского учебного округа князь А. Н. Бахметев, а учёным секретарём — выдающийся историк-славист, профессор, член-корреспондент Российской академии наук Н. А. Попов. В первое пятилетие своей работы (с 1858 по 1862 г.) Комитет ставил перед собой три конкретные цели:

• доставлять южным славянам денежные средства для восстановления разрушенных или угнетаемых турками церквей, училищ и других полезных учреждений, таких, например, как Общество болгарской письменности или народные читальни;

• помогать южным славянам книгами, церковной утварью, всем, что может способствовать поддержанию православия;

• оказывать всю необходимую помощь тем молодым славянам, которые приезжают в Москву для получения образования1.

1 Попов Н. А. Из истории Славянского благотворительного комитета Москвы.

М., 1872. С. 3.

Члены Комитета внимательно изучали ситуацию на Балканах, высоко оценивали содержание книг, издававшихся в серии «Болгарские книжицы» для просвещения народа под редакцией доктора филологических наук Дмитрия Степановича Мутьева (болгарина по происхождению из окрестностей Пловдива). Трудно переоценить эту работу, особенно если учесть, что в те годы, как сообщали в Москву в депешах болгары, на Балканах активно действовали агенты 12 европейских обществ иезуитов, стремившихся оторвать народ от его православной веры. Однако, как подчёркивается в Отчёте Комитета, из пятисотлетнего ига Болгария вынесла свежесть любви к своей нации. Сила эта живёт в речи славянской, которая спасла в Болгарии православие; и ещё более в самом православии, которое сохранило болгарам славянскую речь, выразившую впервые письменные труды святых Кирилла и Мефодия2.

Размышляя над ситуацией в Болгарии, Комитет принял решение направить туда своих представителей для определения совместной позиции. В этом отношении наибольший интерес, как полагали руководители Московского Комитета, представляет мнение насельников древнего Рильского монастыря, который в те годы считался твердыней охраны православия в Болгарии, являя собой пример почти единственного независимого славянского монастыря.

Посланец из России отправился в Рильский монастырь с запиской от Комитета, в которой было задано много вопросов, важных для понимания реальной ситуации: насколько серьёзно движение в пользу унии; какова мера постепенного упадка уважения к церковно-славянской грамотности в училищах; есть ли у монастыря достаточное количество педагогов и на каких условиях могут быть востребованы учителя из Москвы; думает ли руководство Рильского монастыря об учреждении своего подворья в Москве и т.д.3

Первые ответы от своего посланца Комитет получил в феврале 1859 г. Прежде всего он сообщил о невероятном гостеприимстве болгар по

2 Там же. С. 19.

3 Там же. С. 24.

отношению к русскому путнику, доходящем до торжественной встречи; рассказал об огромной радости болгар слышать славянскую речь в церкви и училище. Посланец писал далее, что народ поёт родные, но печальные песни. Они скорбят, что повсюду служат ксёндзы, в училищах звучит латынь. Представитель Комитета взволнованно пишет: нужно, чтобы славянский вопрос в России «стал наряду с хорошей утренней молитвой, с честной торговой сделкой»4. Он обратился к болгарским общинам с вопросом, в чём особо необходима помощь русских, чтобы заменить услуги, предлагаемые римскими пропагандистами. От разных общин были немедленно получены запросы. Закипела работа. Министры России и сам Государь были удовлетворены характером работы, проводимой Славянским благотворительным комитетом5.

Многое изменилось с того момента, когда училищами в Болгарии начал управлять главный учитель Савва Филаретов, который закончил Московский университет. Он обосновал необходимость изучать в училищах в качестве первого языка болгарский, а в качестве второго — русский язык6.

Русские откликнулись на просьбы о денежной помощи для достройки собора св. Стефана, для приобретения богослужебных и учебных книг.

«Обращаясь к Славянскому благотворительному комитету с покорнейшей просьбой, — сообщалось в одном из благодарственных писем болгар, — мы ласкаем себя надеждой, что славяне поймут славян по-славянски и удостоят своих южных братьев ободряющим участием»7.

В другом письме болгары, выражая благодарность Председателю Комитета А. Н. Бахметеву за помощь в организации обучения болгар в России, называли князя Бахметева «человеком драгоценным» для Болгарии8.

В эти годы много внимания приходилось уделять сложным конфликтным вопросам отношений между болгарами и греками; особенностям

4 Там же. С. 33.

5 Там же. С. 44.

6 Там же. С. 48.

7 Там же. С. 49.

8 Там же. С. 50.

55

56

создания различных славянских организаций, таких, например, как «Общество для воспомощес-твования южным славянам». Особое внимание привлекла к себе созданная московскими болгарами, так называемая «болгарская дружина», которая начала публиковать книги, подготавливать приезжающих в Москву болгар к поступлению в гимназии или университет, снабжать их необходимой литературой и средствами к жизни, приглашать в библиотеку, созданную в Москве специально для всех болгар9.

Эти и множество других совместных видов деятельности славян вызвали освирепение турок, что приближало дни решительных битв.

Это были годы глубокого осознания славянской этнической и православной общности, что стимулировало становление славяноведения к середине XIX в. в качестве самостоятельной научной отрасли, изучающей общеславянскую проблематику. И если учёные-слависты XIX в. справедливо констатировали, что на ряде этапов исторического развития трудно говорить о проявлениях славянской общности, то к 70-м гг. этого века наличие такой реальной общности было очевидным.

Огромная работа, проводившаяся в течение нескольких веков на Балканах и в России, ко второй половине XIX в. создала солидный фундамент, который позволил в конце 70-х гг. начать крупномасштабные действия.

Войну 1877-1878 гг. народ русский понял как принципиальный шаг к обновлению, как акт покаяния и участия в святом деле. Как только прозвучало царское слово о начале войны, пишет Ф. М. Достоевский, народ хлынул в церкви, где происходило нечто невиданное: «Когда читали царский манифест, народ крестился, и все поздравляли друг друга с войной»10. Манифест был подписан 12 апреля 1877 г. и встречен Россией с восторгом как начало освобождения единоверных славян. За два дня до объявления войны Александр II на смотру 5 пехотной дивизии обратился к офицерам со словами: «Мне жаль было пускать вас в дело и потому Я медлил, доколе было возможно». В Манифесте говорилось,

9 Там же. С. 65.

10 Достоевский Ф. М. Полн. собр. соч. М., 1983. Т. 25. С. 94.

поскольку Порта отказалась выполнить требования России, остаётся лишь военный путь решения вопроса.

«Ныне, призывая благословение Божие на доблестные войска Наши, Мы повелели им вступить в пределы Турции». В ответ на слова Манифеста офицеры и миряне бросались к Александру II и кричали: «Ура! За братий! За святое дело! За веру Христову! За свободу славян!»11 Все жертвовали на оборудование госпиталей, на помощь раненым, будущим сиротам и вдовам.

Зачем России столько усилий для решения Восточного вопроса, вопрошал тогда Достоевский. И отвечал: «для того, чтоб жить высшей жизнью, великой жизнью, светить миру великой бескорыстной и чистой идеей», служить славянам, не требуя благодарности, содействуя их нравственному воссоединению. И тогда только, полагал писатель, «скажет всеславянство своё новое целительное слово человечеству»12.

Значительную лепту в победу над турками в этой войне внёс знаменитый лейб-гвардии Финляндский полк. Как отмечается в юбилейном издании 1906 г., посвящённом столетию полка, война 1877-1878 гг. есть акт величайшего самопожертвования, вызванный беззаветной любовью к ближнему, стремлением уничтожить рабство братьев-славян13.

Как отмечалось во всех источниках, мобилизация полка перед выходом на театр военных действий прошла при полном спокойствии духа и высоком нравственном состоянии всех воинов. В значительной мере это было обусловлено позицией командира полка генерала Лаврова, всегда отличавшегося особой выдержкой, равновесием духа в критические моменты.

Молебен перед началом похода служил полковой священник протоиерей Косович-Динаровский, который сказал напутственное слово и благословил родной полк в поход иконами св. Спиридония Тримифунтского — от августейшего шефа полка Великого князя Константина Николаевича и Спаса Нерукотворного — от себя.

11 Гулевич С. История лейб-гвардии Финляндского полка. СПб., 1906. Ч. III. С. 197-200.

12 Достоевский Ф. М. Полн. собр. соч. Т. 26. С. 81-82.

13 Гулевич С. История лейб-гвардии Финляндского полка.

СПб., 1906. Ч. III. С. 198.

В полку было более 3 тыс. человек: 1 генерал, 3 штабс-офицера, 53 обер-офицера, 4 врача, 444 унтер-офицера и 117 музыкантов.

Поезд увозил полк к Дунаю. Русские города, мимо которых проходил поезд, днём и ночью встречали и провожали Финляндский полк. Так, в 2 часа ночи всё население Тулы и глава города с хлебом и солью стояли на перроне, солдатам предлагали чай, продукты, сигары. Поезд тронулся. Стук колес потонул в громком «ура» жителей Тулы, а вся платформа озарилась светом бенгальских огней.

В Орле полк встречала супруга командира генерал-майора Василия Николаевича Лаврова. Один из офицеров полка вспоминал: «Добрейшая и милейшая Мария Александровна навезла нам, офицерам, из своего имения разного угощения в виде жаркого, пирогов, вина и фруктов, а солдаты получили по чарке водки»14.

В состав Финляндского полка входил Финский гвардейский батальон, участники которого оставили свои воспоминания, переведённые на болгарский язык в Софии в 1978 г. Один из них вспоминает отклик фронтовой газеты на поведение финнов во время переправы через Дунай: «Эти ребята были в пути четыре недели, но длинная утомительная дорога не сломила их бодрость и мужество. Они маршируют весело, с особенным восторгом. Их певцы и музыканты шагают впереди всех. Бросается в глаза, что эти невысокие ростом, хорошо сложенные светловолосые люди с приветливыми, умными лицами только вступают в самые лучшие годы своей молодости. Язык, на котором они говорят, необычайно звучен и песни их также мелодичны, живы, хотя и немного печальны...»

Мощным «ура» встречают их на болгарском берегу. Они и сами радуются. И офицеры, и солдаты поздравляют друг друга с успешной переправой через Дунай. Затем они стройными рядами маршируют к с. Горна Студена, где уже расположился Преображенский полк и откуда они направятся на поле боя. «Мне было ясно, — пишет далее корреспондент военной газеты, — что эти молодые, здоровые и красивые ребята, которые шагают

14 Там же. С. 215.

сейчас так уверенно по пути самопожертвования, совсем не боятся смерти»15.

Сложные условия быта и питания не отражались на состоянии духа бойцов. Порядок в полку всё время был образцовый. Казалось, что первые встречи с тяжелоранеными воинами могли пробудить в солдатах чувство самосохранения. В реальности же происходило совсем иное — офицеры и солдаты полка боялись прийти слишком поздно.

Накануне полного окружения Плевенской армии генерал Гурко обратился к нижним чинам: «Помните, ребята, что вы — гвардия русского царя и что на вас смотрит весь крещёный мир. Нашего "Ура!" враг не выносит»16. Но перед сражением под Плевной предстояло ещё взять Горный Дубняк. Эту задачу Финляндский полк выполнил блестяще, но какой ценой! Перед штурмом тревожную и полную тяжелых предчувствий ночь провёл генерал Лавров. В эту ночь он писал последнее письмо любимой жене.

На следующий день во время жестокого боя наступил критический момент. Генерал Лавров знал, что бывают минуты когда командир полка должен доказать, что он первый его солдат, его живое знамя. Такой момент наступил. Генерал Лавров сам повёл полк в атаку и погиб. Полк на смерть командира ответил шквалом огня и победил17.

12 октября 1877 г. Государь приехал благодарить финляндцев за эту трудную и столь необходимую победу.

Следует специально подчеркнуть, что в дни горячих сражений Финляндскому полку актив -но помогали не только болгарские мужчины и женщины, но и дети. Как вспоминает один из финнов, участников военных событий, болгарские дети носили воду бойцам на передовые позиции и старались оказывать любую помощь. Воду приходилось носить издалека, по неудобной, крутой тропе, брать её в том же самом месте, куда постоянно приходили турецкие постовые. И несмотря на огромную опасность, дети всё же добывали воду. Однажды ведро с водой, которое уже почти принес болгарский мальчик,

15 Финляндски дневници и мемоари от 1877-1878 г. София, 1978. С. 30.

16 Гулевич С. Указ. соч. С. 233.

17 Там же. С. 258.

57

58

разорвало шрапнелью. Парнишка горько рас-плакался18.

Единство всех сражавшихся против османского ига укреплялось, подчеркнём это ещё раз, беспримерным мужеством командиров. Хорошо известно, что в дни русско-турецкой войны генерал Скобелев поражал всех своей отвагой и, презирая опасность, появлялся в самые критические минуты боя среди солдат обязательно на белом коне и в белом мундире.

В результате ожесточенных сражений и трудного перехода через Балканы Финляндский полк лишился сапог и обмундирования. На лохмотья, оставшиеся от одежды, воины нашивали заплаты из мешков, тряпок, попон. Очевидцы событий не знали, чему больше удивляться — храбрости воинов или их терпению в борьбе с горами, морозами и глубокими снегами. Без регулярного питания, в промёрзшей одежде, в состоянии полной антисанитарии солдаты стойко переносили эти бытовые, повседневные страдания, говоря друг другу: «кабы за что другое воевали, а то, брат, за религию воюем»19.

Более шести месяцев Александр II был среди действующей армии, высоко оценивая победы славян, объединивших свои усилия. 29 ноября Осман-Паша сдал Плевну.

«4 января 1878 г., — вспоминает участник финского батальона Финляндского полка, — мы шагали за армией генерала Гурко под звуки духовой музыки с развевающимися знаменами нашего батальона к Софии, откуда доносился молитвенно-благодарный звон церковных колоколов.

Перед входом в город нас встретило шествие Софийских граждан во главе со священником. Они встречали нас хлебом и солью. Лица их были озарены, взволнованны, а те, кто постарше, крестились и плакали от радости. Это трудно передать словами! Ясно было — эти люди хорошо понимают, что для них значит изгнание турок. Каждый старался подать нам руку, поприветствовать, что ещё больше нас разволновало и растрогало»20.

18 Финляндски дневници... С. 42-43.

19 Гулевич С. Указ. соч. С. 305.

20 Финляндски дневници. С. 46-47.

19 февраля в Сан-Стефано был подписан мирный договор. Когда главнокомандующий выехал к войскам и сказал: «Поздравляю вас, ребята: Бог благословил нас миром», в воздухе всё застонало и задрожало от криков «ура». Телеграфируя Государю, главнокомандующий подчеркнул: «.Имею счастье поздравить Ваше Величество с подписанием мира. Господь сподобил нам, Государь, окончить предпринятое Вами великое, святое дело. В день освобождения крестьян Вы освободили христиан из-под ига мусульманского»21.

В приказе главнокомандующего, изданном в связи с подписанием мира, была специально про-акцентирована следующая мысль: «.Но не возгордимся мы. Что значили бы наши силы, наши жертвы, если бы не помощь Всевышнего. В нашем святом деле десницею своею Он вёл, Он хранил нас. Его-то мощной силе отнесём успехи наши и скажем: не нам, не нам, а имени Твоему»22.

16 августа 1878 г. суда, перевозившие Финляндский полк, пристали к русскому берегу возле г. Николаева. На царском пароходе «Ливадия» из Одессы приветствовать полк прибыл будущий император России Николай II.

А к моменту встречи Финляндского полка в Петербург к Триумфальным воротам прибыл наследник-цесаревич, будущий император Александр III с цесаревной Марией Фёдоровной и Великой княгиней Александрой Иосифовной — супругой Августейшего шефа полка Великого князя Константина Николаевича и другие официальные лица.

Их Императорские Высочества украсили знамена полка лавровыми венками. Депутация города поднесла полку адрес. По ходу движения полк благословляли иконами, дети пели «Народный гимн» и «Многая лета», воинов из окон осыпали цветами и букетами. Дамы надевали на офицеров и солдат лавровые венки, украшали штыки цветами.

Особая встреча ожидала Финляндский полк на Васильевском острове, где он размещался в течение 80 лет. Все дома острова были украшены флагами и коврами. Возле здания Морского

21 Гулевич С. Указ. соч. С. 360.

22 Гулевич С. Указ. соч. С. 362.

училища на средства Василеостровского общества была построена изящная часовня, возле которой полк встречал причт церкви Морского училища, депутаты от Василеостровского общества с хоругвями, где на синем фоне золотыми литерами был изображён Горный Дубняк и другие места сражений полка.

Огромное внимание Василеостровское общество, а также супруга Августейшего шефа Финляндского полка Великая княгиня Александра Иосифовна и дочь шефа, Королева Греческая Ольга Константиновна уделяли заботе о раненых солдатах и офицерах. Великая княгиня создала офицерский госпиталь в Петербурге, экипировав его с помощью греческой королевы всем необходимым и создав в нём добрую, родственную обстановку для офицеров полка. Она постоянно присылала раненым подарки, фрукты, папиросы. А по выздоровлении благословляла каждого малым шейным образком, снабжала тёплой одеждой, обеспечила всех билетом Красного креста для бесплатного проезда по железной дороге.

23 апреля 1878 г. в день тезоименитства Великой княгини все поправившиеся офицеры полка собрались в церкви Мраморного дворца. Александр II специально надел мундир Финляндского полка, чтобы вместе с присутствующими офицерами выразить благодарность Августейшей попечительнице раненых.

В свою очередь жители Васильевского острова собрали солидный капитал. В память участия Финляндского полка в войне 1877-1878 гг. было принято решение, что проценты от капитала пойдут на пособия сиротам и вдовам низших чинов полка, а также на стипендии сиротам в школе солдатских детей полка.

Победоносно закончившаяся война способствовала единению православных славян, их избавлению от османского, мусульманского варварства и западного еретичества, о чём так много и страстно писал Ф. М. Достоевский. Он подчёркивал, что война эта вовсе не вековечный звериный инстинкт неразумных наций, но

«первый шаг к достижению того вечного мира, в который мы имеем счастье верить»23.

История свидетельствует, что лишь тогда и те государства одерживали победу в борьбе против умонепостигаемого бытия людей под гнётом захватчиков, когда учитывалась главная мировоззренческая составляющая повседневной жизни народа, главные ценностные доминанты, цементирующие духовные и культурные устои нации. Только тогда возникало ощущение личностной причастности каждого к великой битве. Понимание этого обстоятельства чрезвычайно важно не только для истории и атрибуции качества совершенного в те годы общеславянского подвига. Поскольку жизнь человека не прекращается с его физической смертью, а земля Балкан обильно полита славянской кровью, возникает потребность поиска дополнительных сведений об этих великих людях и событиях. Большую работу в этом направлении проводят различные славистические организации мира, Росзарубежцентр, учёные Болгарии, Сербии, России, Финляндии, общественные организации, такие, как фонд «Славяне» в Болгарии, в содружестве с которым Государственная академия славянской культуры уже не первый год занимается реальным возрождением памятников истории и культуры. В год 135-летия великого всеславянского торжества необходимо отметить, что мы совместными усилиями сумели вернуть к жизни несколько православных храмов на Балканах, возле которых погибали, но стояли на смерть за Болгарию, за славян, за православие наши мужественные предки. Совершая там панихиду о павших героях, мы припоминаем слова из приказа генерала Гурко:

«Пройдут годы, и потомки наши, посетив эти дикие горы, с гордостью и торжеством скажут: "Здесь прошли русские войска и воскресили славу Суворовских и Румянцевских чудо-богатырей"»24.

23 Достоевский Ф.М. ПСС. Т. 25. С. 100.

24 Гулевич С. Указ. соч. С. 323.

59