Молодежные организации и движения в России: история и современность

А.В. Давыдов, О.А. Коряковцева

МОЛОДЕЖНЫЕ ОРГАНИЗАЦИИ И ДВИЖЕНИЯ В РОССИИ:ИСТОРИЯ И СОВРЕМЕННОСТЬ

Аннотация

Рассмотрена эволюция формирования и развития молодежных организаций и движений в России на протяжении ста лет. Акцентировано внимание на интересы политической элиты в формировании лояльных власти различных общественно-политических институтов. Определена динамика их развития на международном, федеральном и региональных уровнях. Доказана эффективность ВЛКСМ, который являлся мощным общественным объединением, влиявшим на все стороны жизни молодого поколения, тесно взаимодействовавшим с органами государственной власти, политическим руководством и профсоюзами. При этом замедление процесса развития молодежной политики на федеральном уровне в конце ХХ века восполнялось нормотворческой активностью в субъектах Российской Федерации. Установлено, что молодежь обретает субъектность по мере роста самосознания и организованности, в ходе нравственного, духовного и политического самоопределения.

Ключевые слова:

гражданское общество, общественные организации, комсомол, молодежь, принятие решений, политический процесс, ценности.

A. Davydov, O. Koryakovtseva

THE YOUTH ORGANIZATIONS AND THE MOVEMENTS IN RUSSIA: HISTORY AND PRESENT

Abstract

Evolution of formation and development of the youth organizations and movements in Russia for hundred years is considered. The attention to interests of political elite in formation loyal the authorities of various political institutes is focused. Dynamics of their development on international, federal and regional levels is defined. Efficiency of All-Union Leninist Young Communist League which was the powerful public association which was influencing all aspects of life of the younger generation, closely interacting with public authorities, the political management and labor unions is proved. Thus delay of development of youth policy at the federal level at the end of the XX century was filled with rule-making activity in subjects of the Russian Federation. It is established that the youth finds subjectivity in process of growth of consciousness and organization, during moral, spiritual and political self-determination.

Key words:

civil society, public organizations, komsomol, youth, decision-making, political process, values.

Молодежные движения исторически играют важную роль в становлении нового общества, а значит - и в общественно-политической активизации подрастающего поколения [2].

Начиная с 20-х годов прошлого столетия отмечается особое внимание к проблемам молодежных движений как субъектов политических процессов. Это было тем более значимо, потому что в дореволюционный период (до февраля 1917 г.) в Российской империи существовала негласная установка на подавление социальной и политической активности почти всех категорий молодых людей в любых ее формах. Признавая политический характер молодежных организаций, правительство стремилось минимизировать исходящую от них угрозу царскому режиму и со временем обратить ряд из них ему на пользу.

Со сменой власти в феврале 1917 года молодежные организации в России начинают развиваться более динамично. Импульсом послужила определившаяся к тому времени демократическая модель организованного молодежного движения.

Во-первых, именно тогда появились зачатки молодежных движений различной идеологической направленности. Быстро развиваются политические молодежные организации, расширяются контакты молодежных организаций на международном уровне, формируются международные молодежные политические объединения.

Во-вторых, в ранний период советской истории политическая субъ-ектность молодежи обладает огромным потенциалом, основа которого сформировалась в годы русских революций. Политическая активность как черта личности и коллектива востребована и является важнейшей идеологической установкой. Однако сохраняющийся потенциал демократического варианта молодежного движения определил борьбу с ним советской власти вплоть до середины 1930-х гг., когда ведущее положение занял Всесоюзный Ленинский Коммунистический Союз Молодежи (ВЛКСМ или комсомол) - молодежная общественная организация.

Комсомол являлся мощным общественным объединением, влиявшим на все стороны жизни молодого поколения, тесно взаимодействовавшим с органами государственной власти, политическим руководством и профсоюзами. Фактически эта организация являлась общественно-государственной системой, проводившей соответствующую политику государства по отношению к молодежи.

В 1960-е годы после молодежных бунтов на западе в Союзе Советских Социалистических Республик (СССР) появился интерес к молодеж-

ной проблематике, определявшийся политикой сдерживания молодого поколения в рамках коммунистических идеалов.

Дальнейшие исследования общественно-политической активности молодежи и молодежной политики осуществлялись в 60-80 годы XX века. Особое место в этот период занимает творчество известного российского ученого И.М. Ильинского, который рассматривал ВЛКСМ как молодежную организацию, тесно связанную с государственной властью.

И.М. Ильинского интересовал феномен молодежной организации: ее потенциал в решении проблем общества в целом и молодежи в частности; специфика общественных объединений молодежи; система управления такой организацией с учетом экономических, социальных, культурных различий молодых людей и места их проживания и деятельности; условия сочетания самоорганизации и управленческой иерархии. Оценка И.М. Ильинским места и роли ВЛКСМ в советском обществе сохраняет свою ценность и сегодня, особенно в той части, где он трактует комсомол как целевую общность, активно влияющую на всю социальную среду.

И.М. Ильинский занимался координацией исследований в области молодежи и молодежного движения и с 1984 года возглавил самую крупную научную организацию, специально занимавшуюся исследованиями молодежи, - Научно-исследовательский центр Высшей комсомольской школы при Центральном Комитете (ЦК) ВЛКСМ.

Основным постулатом И.М. Ильинского является гуманистическая концепция. Он считал, что молодежь - это главная ценность общества, феномен не только демографический, но и экономический, социальный, политический. В рамках этой концепции развитие личности молодого человека, формирование его жизнеспособности поставлено на первое место, причем упор делается на самоорганизации, самореализации и самовыражении. Основным отличием гуманистической концепции, определяющей ее специфичность, является идея субъектности молодежи [5, с. 5-14].

Период «перестройки» в России ознаменовался для советской науки необходимостью осмысления и переосмысления путей развития единственной молодежной организации - комсомола. В тот период И.М. Ильинский предложил новую концепцию - организационного плюрализма в молодежном движении. Эта концепция означала начало развития неформальных объединений молодежи, находившихся в полуподпольном, а то и

в подпольном положении, в зависимости от меры политизированности их лидеров и направления деятельности.

Позднее, в 90-е гг. XX века, изучением проблем социальной и политической активности молодежи, развития молодежного общественного движения занимались В.К. Криворученко, И.В. Ильин, В.А. Луков, В.И. Чупров. Основная задача этих ученых состояла в осмыслении путей и форм молодежной активности после распада ВЛКСМ и определении тенденций развития молодежного движения.

В это же время продолжали работать исследователи структурно-функционального направления (Л.М. Архангельский, В.Т. Лисовский, И.С. Кон, В.Б. Ольшанский), которые выработали представление о молодежи как о специфической социально-демографической группе, находящейся в переходном состоянии от мира детства к миру взрослости, переживающей процесс социализации. При этом все ученые обращают внимание на то, что молодежь, при всей своей специфичности, не существует вне общественно-политических процессов. Кроме того, как продукт общественно-политической структуры общества, молодежь дифференцирована в соответствии с социальными слоями. Следовательно, она всегда зависит от экономических, политических и социальных отношений в обществе. Тем самым в рамках структурного функционализма получила развитие концепция социального детерминизма, которая и определяет решающую роль молодежи в обществе в период трансформаций и переломных моментов истории.

Взаимодействие власти и молодежи как особой социальной группы в России исторически носило однонаправленный характер: власть выступала организующим и контролирующим началом деятельности молодежи, а молодежь - ресурсом власти, объектом ее воздействия для достижения определенных политических целей.

Соответственно, Роль молодежи в политике и отношение государства к данной социальной группе меняется только на рубеже 1990-2000 годов, что обусловлено наличием внешних и внутренних факторов. К началу 2000-х гг. изменилась и сама российская молодежь - сформировалось поколение 17-18-летних россиян, которые родились в период после «перестройки» и, соответственно, не жили при советской власти. Эта молодежь не имеет сформировавшейся системы политических ценностей, поскольку ее социализация прошла в период смены одной системы (со-

циалистических ценностей) - другой системой (либерально-демократических идеалов). Следовательно, представители данной группы находятся в поисках своего места в системе, способов применения своих сил и энергии.

Можно выделить три этапа эволюции отношений, обусловленных трансформационными процессами, происходящими в политической системе государства: изменением характера политического режима, складыванием партийной системы государства, электоральными циклами, а также процессом формирования институционально-правовых основ молодежной политики в государстве.

Первый этап - развитие взаимоотношений органов государственной власти с молодежным движением - приходится на первую половину 1990-х гг.

В условиях кризиса советской и становления новой - демократической - политической системы в начале 1990-х гг. на федеральном уровне требовалось переосмысление принципов и направлений работы государства с молодежью, выработка новых подходов к воспитанию молодого поколения в соответствии с ценностями зарождающейся системы. Одним из эффективных инструментов формирования молодого поколения, обладающего политическим сознанием с системой демократических ценностей и установок, явилась государственная молодежная политика.

Федеральный центр берет на себя инициативу по формированию институционально-правовой базы молодежной политики, появляется ряд законодательных актов, определяющих понятие и основные направления молодежной политики (Указ Президента РФ «О первоочередных мерах в области государственной молодежной политики» (1992 г.), «Основные направления государственной молодежной политики в РФ» (1993 г.).

Общая волна демократического движения, а также кризис комсомола и его последующая ликвидация способствовали формированию молодежных общественных организаций. Возникают Российский союз молодежи и Молодежный союз юристов, сосредоточившие свою деятельность на представлении и защите интересов молодежи как особой социально-демографической группы.

Молодежные общественные организации, выступая в качестве формирующихся элементов гражданского общества, стремились восстановить нарушенные контакты между молодежью и государством в лице органов власти, занимающихся проведением молодежной политики [6, с. 112-

114]. Соответственно, первым механизмом во взаимоотношении власти и молодежного движения становится механизм личных контактов активистов молодежных организаций с представителями властных структур. Преимущества данного механизма выражались в том, что молодежные организации получили возможность напрямую представлять свои интересы и устанавливать систему контактов с органами власти, позволяющую оказывать влияние на проведение молодежной политики. Однако представители органов власти, проводившие очередную встречу с активистами молодежи, в условиях трансформационных процессов в политической системе и конфликта между ветвями власти не всегда были заинтересованы в выработке эффективной молодежной политики, нередко руководствуясь мотивами личного продвижения (пиара). В таком случае механизм личных встреч использовался в качестве инструмента манипулирования политическим сознанием молодежи, что имеет место и на сегодняшний день [12].

Еще одним механизмом взаимодействия молодежных организаций с государством на данном этапе становится механизм акций прямого действия, инициатива по введению которого принадлежит молодежным политическим организациям экстремистского характера, возникшим в первой половине 1990-х гг., - национал-большевистской партии и движению скинхедов. Механизм акций прямого действия был не столько способом влияния молодежного движения на формирование молодежной политики, сколько возможностью заявить о себе, выразить протест существующей социально-экономической и политической реальности. Таким образом, акции прямого действия нередко заканчивались для молодежных политических организаций безрезультатно - разгоном силами охраны правопорядка или арестом участников очередного протестного митинга [3, с. 228-232].

Институционализация молодежных организаций и движений на данном этапе заключалась лишь в законодательном признании их права на существование. Их деятельности не препятствовали, но и всерьез ее не принимали, за исключением использования в проведении очередной предвыборной кампании. К участию в процессе принятия решений молодежные организации почти не допускали, тем самым не признавая в них акторов политической системы. Необходимо отметить, что такое отношение к молодежным движениям со стороны органов государственной вла-

сти в целом было вызвано и оправдывалось их собственной слабостью, малочисленностью и разрозненностью действий [14, с. 155-170].

Второй этап в развитии взаимоотношений государства с молодежными организациями и движениями в России начинается с принятия Федерального закона о государственной поддержке молодежных и детских общественных объединений в 1995 году и по временным характеристикам совпадает со вторым электоральным циклом.

Согласно Федеральному закону 1995 года, государство вводило реестровый механизм во взаимоотношениях с молодежными общественными организациями. Данный механизм предполагал оказание со стороны государства финансовой, административной, консультационной и иной поддержки тем молодежным движениям и организациям, деятельность которых укладывалась в рамки «основного курса партии и правительства». Для молодежных общественных организаций реестровый механизм стал своего рода гарантией нормальных условий существования и функционирования [18, с. 155-158].

Принятие нового Федерального закона явилось катализатором создания множества молодежных общественных организаций, самыми крупными из которых стали Детские и молодежные социальные инициативы (ДИМСИ), Национальная молодежная лига, Российский союз студентов. Все они входили в федеральный или региональные реестр мо-лодежных организаций, получавших ежегодную государственную поддержку.

Реестровый механизм, введенный государством в 1995 году, стал подготовительным шагом к проведению избирательной кампании 1996 года по выборам Президента России. Оказание систематической поддержки молодежному общественному движению предоставляло существующей власти возможность использовать молодежь на выборах в качестве электорального ресурса [4].

Одержав победу на выборах, федеральная власть в лице президента Б.Н. Ельцина теряет интерес к дальнейшему развитию институционально-правовой базы молодежной политики, отбрасывая решение насущных задач в этой области на периферию внутренней политики государства. В частности, в 1999 году не удалось принять федеральный закон «Об основах государственной молодежной политики в Российской Федерации», на который было наложено президентское вето.

Замедление процесса развития молодежной политики на федеральном уровне во второй половине 1990-х гг. восполнялось нормотворческой активностью в субъектах Российской Федерации: в 35 регионах были разработаны и приняты законы о государственной молодежной политике, в 21 регионе - законы о государственной поддержке молодежных общественных организаций.

Развитие молодежного политического движения во второй половине 1990-х гг. характеризуется возникновением молодежных отделений политических партий, оппозиционных существующей власти, таких как Союз коммунистической молодежи, Авангард красной молодежи, Молодежное «Яблоко».

Эти молодежные общественно-политические организации финансово и организационно поддерживались соответствующими политическими партиями, а нередко и зарубежными фондами (Молодежное «Яблоко»).

Таким образом, если официальная власть в лице Б.Н. Ельцина пыталась привлечь на свою сторону молодежное общественное движение и использовать его как электоральный ресурс, то оппозиционные политические силы (КПРФ, ЛДПР, «Яблоко») делали ставку на воспитании собственной молодежной политической опоры. Период второй половины 1990-х гг. характеризовался наличием механизма взаимодействия власти и общественного молодежного движения в форме реестра и отсутствием механизмов взаимодействия с молодежным политическим движением, за исключением существовавшего с начала 1990-х гг. механизма прямых акций [17, с. 9-17].

Третий этап развития взаимоотношений государства с молодежными организациями и движениями начинается со сменой политического руководства страны в 2000-м году и продолжается в настоящее время.

На третьем этапе инициатива по формированию молодежной политики вновь переходит на федеральный уровень, что обусловлено рядом факторов политического и социального характера. С начала 2000-х гг. начинается постепенная эволюция политического режима в сторону усиления вертикали президентской власти, централизации отношений федерального центра и регионов, все большего проявления авторитарных тенденций. Изменения характера политического режима накладывают отпечаток на систему взаимоотношений государства с молодежными политическими и общественными организациями [1, с. 93-90].

Изменение отношения государства к молодежному движению обусловлено также действием внешнеполитических и социальных факторов. Внеш-

ним фактором являются события начала 2000-х гг. на территории Грузии, Украины, Киргизии, где молодежь выступила движущей силой «цветных революций», приведших к смене политического руководства в этих странах. В качестве социального фактора выступает появление в России вначале 2000-х гг. поколения «новой пассионарной молодежи», представители которой не имеют сформировавшейся системы политических ценностей, следовательно, находятся в поиске своего места в системе [19, с. 53-58].

Названные социальные и политические факторы обусловили изменения взаимоотношений органов государственной власти с молодежными политическими и общественными организациями.

Можно выделить несколько отличительных особенностей нового этапа:

- Появление большого количества молодежных политических организаций (Союз молодежи «За Родину!», «Молодая гвардия», «Наши», Молодежный СПС, Евразийский союз молодежи, «Оборона» и др.).

- Активное вмешательство существующей политической системы в создание молодежных политических организаций. Впервые возникают организации молодежи, созданные непосредственно органами официальной власти для оказания воздействия на молодежь с целью воспитания лояльного существующему режиму молодого поколения [7].

- Введение государством новых механизмов для интеграции политически и общественно активной молодежи в политическую систему. Такими механизмами стали молодежный парламентаризм и проектная деятельность. Оба механизма способствуют развитию инициативности молодежи, формированию ее гражданских качеств и становлению зрелой жизненной позиции [10, с. 123-128]. Кроме того, оба механизма предоставляют молодежи возможность принимать активное участие в выработке и реализации молодежной политики, что, несомненно, составляет их сильные стороны.

- Важно, что при этом и молодежный парламентаризм, и проектная деятельность обладают рядом ограничений для молодежи по возможности влияния на политический процесс, поскольку как организационный состав молодежного парламента, федерального или регионального уровней, так и окончательное решение по финансированию проекта, предложенного молодежной организацией, принимаются только органами власти. Политическая практика предоставляет множество примеров, когда органами власти поддерживаются проекты, соответствующие общей стратегии политического

курса региона или государства в целом, а в молодежные парламенты не допускаются представители оппозиционных молодежных организаций.

- Активное применение механизма акций прямого действия во взаимоотношениях с органами власти молодежными политическими организациями оппозиционного характера. Данная особенность вполне закономерна, поскольку такие молодежные политические организации, как Авангард красной молодежи, «Оборона», Национал-большевистская партия, Молодежные «Яблоко» и СПС, не являясь интегрированными в политическую систему элементами, вынуждены в качестве единственного способа заявить о своей позиции использовать акции прямого действия, часто имеющие незаконный характер.

Если реестровый и проектный механизмы, как и участие в деятельности молодежного парламента, являются прерогативой молодежных общественных организаций, то акции прямого действия стали основным механизмов взаимодействия с органами власти молодежных политических организаций и движений. Одной из причин является запрет на включение молодежных политических организаций в реестры государственной поддержки [15].

Таким образом, на третьем этапе отчетливо проявили себя две тенденции:

- встраивание в политическую систему молодежных общественных и политических организаций с потерей ими статуса выразителей интересов общества и подконтрольным государству положением (Российский союз молодежи, «Наши», «Молодая гвардия» и др.);

- исключение из процесса принятия и реализации политических решений тех молодежных организаций, которые не интегрированы в политическую систему и осуществляют деятельность, относительно независимую от власти (Авангард красной молодежи, Национал-большевистская партия, «Оборона» и др.).

Данные организации молодежи приобретают характер политических маргиналов, аутсайдеров, деятельность которых постепенно сходит на нет.

Тенденции, обозначившиеся на федеральном уровне, оказывают непосредственное влияние на характер взаимоотношений органов государственной власти с молодежным движением в регионах России.

Таким образом, существующая сегодня система ценностей в политическом сознании современной молодежи достаточно гармонично стыкуется с молодежной политикой государства и механизмами взаимодействия с

молодежным движением [13, с. 35-39]. Молодежь осознает, что может получить возможность принимать участие в общественно-политическом процессе, оказывать влияние на выработку молодежной политики, а также реализовать свои карьерные амбиции только при активном сотрудничестве с государством. И это подтверждается системой ценностных ори-ентаций: российская молодежь принимает правила игры, навязанные политической системой [8, с. 15-16].

Современная молодежь в соответствии с особенностями своего развития субъектна в системе общественных отношений. Молодые люди понимают личную инициативу как субъективно возможную и общественно значимую основу собственного развития. Феномен молодежи в том, что объективно она обладает этими качественными характеристика собственного развития. В то же время в соответствии с российским законодательством молодежь рассматривается как объект воздействия государственной политики. Суть современной политики в отношении молодежи представляется как деятельность государства по развитию личностного и коллективного потенциала, в том числе и общественно-политической активности молодежи [11, с. 27-29].

Необходимо отметить, что, несмотря на принятие мировым сообществом субъект-субъектного подхода как нормы взаимодействия с молодым человеком, в России он, к сожалению, практически отсутствует. Молодежь традиционно воспринимается, прежде всего, как объект государственной политики [16, с. 79-83].

На основе представленных материалов можно говорить о том, что в ходе исторического развития взглядов на молодежь как политический субъект сформировалась точка зрения о необходимости широкого общественно-политического участия молодежи в строительстве гражданского общества и правового государства [9]. Следовательно, важно поднять уровень социально-политической культуры молодых людей, расширить область понимания ими своего места и роли в общественных процессах, и здесь, безусловно, важнейшим фактором становится молодежная политика государства, выстроенная на основе диалога [20, с. 4-10].

Таким образом, анализируя развитие отечественной науки о молодежи с 20-х гг. XX столетия и до сегодняшнего дня, мы убедились в том, что понимание молодежи только как социально-демографической, социокультурной и политически однонаправленной категории недостаточно для

определения ее роли и места в современном процессе реформирования государства. Необходимо учитывать, что молодежь обретает субъектность по мере роста самосознания и организованности, в ходе нравственного, духовного и политического самоопределения.

Литература

1. Буренко В.И. Молодежная политика в контексте законотворческих поисков // Youth World Politic. 2013. №2.

2. Буренко В.И. О политической модернизации в современной России в контексте особенностей ее правящего класса // Вестник Университета (Государственный университет управления). 2012. №17.

3. Буренко В.И. Политическая оппозиция: история идей и современный политический процесс // Вестник Университета (Государственный университет управления). 2013. №8.

4. Головин Ю.А. Политическая безопасность личности в российском государстве // Общество. Государство. Политика. 2009. №1.

5. Ильинский И.М., Луков Вал.А. Государственная молодежная политика в России: философия преемственности и смены поколений // Знание. Понимание. Умение. 2008. №4.

6. Караткевич А.Г. Политические аспекты гуманизации взаимодействия основных субъектов гражданского общества // Исторические, философские, политические и юридические науки, культурология и искусствоведение. Вопросы теории и практики. 2012. №12-1.

7. Коряковцева О.А., Климов О.А. Тенденции взаимодействия власти и общества в аспекте развития гражданской идентичности молодежи // Youth World Politic. 2013. №1.

8. Луков Вал. А. Концептуализация молодежи в XXI веке: новые идеи и подходы // Социологические исследования. 2012. №1.

9. Моисеев А.Н., Шумилова О.В. Образовательное пространство и формирование гражданской идентичности российской молодежи (исторические аспекты) // Современные проблемы науки и образования. 2014. №3.

10. Пастухова Л.С. О молодежном парламентаризме в Российской Федерации // Право и политика. 2007. №7.

11. Пастухова Л.С. Молодежь в обновлении органов законодательной власти: тенденции и перспективы // Власть. 2011. №8.

12. Румянцева Е.С., Титова Л.Г. Политическая власть как фактор решения проблем старшего поколения // Среднерусский вестник общественных наук. 2010. №3.

13. Сковиков А.К. Российская молодежь как объект политики в условиях распространения либеральных ценностей // Сборник научных трудов Sworld. Т. 12. №1.

14. Титова Л.Г. Региональный аспект политической активности // Конфликтология. 2010. №3.

15. Титова Л.Г. Политические процессы в контексте русской культуры // Ярославский педагогический вестник. 2013. Т. 1. №4.

16. Усманов Б.Ф. Молодежь и перспективы политического процесса в России // Знание. Понимание. Умение. 2012. №2.

17. Шабров О.Ф. Политико-административное управление в Российской Федерации: состояние и актуальные проблемы // Власть. 2004. №11.

18. Шабров О.Ф. Духовные основы российской политики // Открытое образование. 2011. №2-2.

19. Шабров О.Ф. Неоднозначный потенциал «русской матрицы» // Власть. 2014. №2.

20. Skovikov A. Youth and political parties: interaction and interests // Youth World Politic. 2013. №1.

References

1. Burenko V.I. Molodezhnaya politika v kontekste zakonotvorcheskikh poiskov. Youth World Politic. 2013. №2.

2. Burenko V.I. O politicheskoi modernizatsii v sovremennoi Rossii v kontekste osobennostei ee pravyashchego klassa. Vestnik Universiteta (Gosu-darstvennyi universitet upravleniya). 2012. №17.

3. Burenko V.I. Politicheskaya oppozitsiya: istoriya idei i sovremennyi poli-ticheskii protsess. Vestnik Universiteta (Gosudarstvennyi universitet uprav-leniya). 2013. №8.

4. Golovin Yu.A. Politicheskaya bezopasnost' lichnosti v rossiiskom gosu-darstve. Obshchestvo. Gosudarstvo. Politika. 2009. №1.

5. Il'inskii I.M., Lukov Val.A. Gosudarstvennaya molodezhnaya politika v Rossii: filosofiya preemstvennosti i smeny pokolenii. Znanie. Ponimanie. Umenie. 2008. №4.

6. Karatkevich A.G. Politicheskie aspekty gumanizatsii vzaimodeistviya os-novnykh sub"ektov grazhdanskogo obshchestva. Istoricheskie, filosofskie, politicheskie i yuridicheskie nauki, kul'turologiya i iskusstvovedenie. Voprosy teorii i praktiki. 2012. №12-1.

7. Koryakovtseva O.A., Klimov O.A. Tendentsii vzaimodeistviya vlasti i obshchestva v aspekte razvitiya grazhdanskoi identichnosti molodezhi. Youth World Politic. 2013. №1.

8. Lukov Val.A. Kontseptualizatsiya molodezhi v KhKhl veke: novye idei i podkhody. Sotsiologicheskie issledovaniya. 2012. №1.

9. Moiseev A.N., Shumilova O.V. Obrazovatel'noe prostranstvo i formiro-vanie grazhdanskoi identichnosti rossiiskoi molodezhi (istoricheskie aspekty). Sovremennye problemy nauki i obrazovaniya. 2014. №3.

10. Pastukhova L.S. O molodezhnom parlamentarizme v Rossiiskoi Fede-ratsii. Pravo i politika. 2007. №7.

11. Pastukhova L.S. Molodezh' v obnovlenii organov zakonodatel'noi vlasti: tendentsii i perspektivy. Vlast'. 2011. №8.

12. Rumyantseva E.S., Titova L.G. Politicheskaya vlast' kak faktor reshe-niya problem starshego pokoleniya. Srednerusskii vestnik obshchestvennykh nauk. 2010. №3.

13. Skovikov A.K. Rossiiskaya molodezh' kak ob"ekt politiki v usloviyakh rasprostraneniya liberal'nykh tsennostei. Sbornik nauchnykh trudov Sworld. T. 12. №1.

14. Titova L.G. Regional'nyi aspekt politicheskoi aktivnosti. Konfliktolo-giya. 2010. №3.

15. Titova L.G. Politicheskie protsessy v kontekste russkoi kul'tury. Yaros-lavskii pedagogicheskii vestnik. 2013. T. 1. №4.

16. Usmanov B.F. Molodezh' i perspektivy politicheskogo protsessa v Ros-sii. Znanie. Ponimanie. Umenie. 2012. №2.

17. Shabrov O.F. Politiko-administrativnoe upravlenie v Rossiiskoi Fed-eratsii: sostoyanie i aktual'nye problemy. Vlast'. 2004. №11.

18. Shabrov O.F. Dukhovnye osnovy rossiiskoi politiki. Otkrytoe obra-zovanie. 2011. №2-2.

19. Shabrov O.F. Neodnoznachnyi potentsial «russkoi matritsy». Vlast'. 2014. №2.

20. Skovikov A. Youth and political parties: interaction and interests. Youth World Politic. 2013. №1.