2000. 01. 021. Ахмедов Г. И. Коммуникативные типы высказывания в лезгинском языке (в сопоставлении с русским)/ Моск. Гос. Лингв, ун-т, центр яз. И культур Сев. Евразии. -М. , 1999. - 148 с. - библиогр. : С. 138-146

2000.01.021. АХМЕДОВ Г .И. КОММУНИКАТИВНЫЕ ТИПЫ ВЫСКАЗЫВАНИЯ В ЛЕЗГИНСКОМ ЯЗЫКЕ (В сопоставлении с русским)/ Моск. гос. лингв, ун-т, Центр яз. и культур Сев. Евразии. -М., 1999. - 148 с. -Библиогр.: с.138-146.

Книга состоит из введения, четырех глав и заключения. Во введении дается общая характеристика работы, краткий обзор основных понятий, связанных с обсуждаемой проблемой.

Глава первая содержит обсуждение общих проблем классификации простых предложений. Рассматривая структурно-грамматические классификации, автор отмечает наличие в дагестанских языках, являющихся представителями эргативного строя, трехсоставных предложений, где в число главных членов включается прямое дополнение. Условия появления неполных предложений, в составе которых один или несколько членов отсутствуют, но легко восстанавливаются ситуацией, в сопоставляемых языках в целом совпадают.

Классификация предложений по их функционально-семантическим особенностям имеет в лингвистике достаточно продолжительную традицию. Повышенное внимание в последние годы к проблемам семантической структуры предложений привело к созданию ряда классификационных схем, учитывающих семантический фактор. В книге высказывается мысль о том, что исследование функциональной стороны предложения во многом сопряжено с вопросом о функциях языка (ср. теорию языковых функций Р.Якобсона, в рамках которой различается шесть функций языка: денотативная, эмотивная, конативная, фатическая, метаязыковая и поэтическая).

С различием основных коммуникативных типов -повествовательное™, вопросительности и волеизъявления связана детализация смысловых отношений внутри каждого высказывания, т.е. тех отношений, которые обычно связываются со средствами актуального членения. В связи с данной проблемой отмечается наличие в лезгинском языке конструкции с составным глагольным сказуемым, где при вспомогательном глаголе выступает причастие смыслового глагола.

Далее предлагается обзор проблемы классификации предложений по цели высказывания в русском и кавказском языкознании, а также характеризуются формальные признаки функциональных типов предложения - глагольное наклонение, интонация, модальные частицы, порядок слов, модальные глаголы, обозначение различных функциональных типов высказываний с помощью глагольной лексики.

Во второй главе исследуются особенности повествовательного предложения. Среди других типов предложения повествовательные являются наиболее распространенными и не имеют специальных маркеров, характеризуясь, как правило, ровной, спокойной интонацией. Эта особенность повествовательных предложений является их универсальной чертой, свойственной практически всем языкам мира.

С точки зрения семантики повествовательные предложения содержат сообщение о каких-либо фактах действительности, событиях, происшествиях, явлениях и т.п. С функциональной точки зрения они, обладая определенной общностью, могут подразделяться на ряд разновидностей в зависимости от характера передаваемого ими содержания. В частности, можно выделить следующие функциональные разновидности повествовательных предложений: а) сообщения, информации; б) повествования, рассказа; в) изображения, описания (в художественной - поэзии и прозе и научной и научно-технической литературе); г) характеристики, оценки; д) определения (распространены в изданиях словарно-энциклопедического типа); е) пояснения, комментария; ж) предположения о возможности совершения действия при определенных условиях; з) предложения, проекта (с глаголом в форме будущего времени); и) предсказания, предостережения, предположения также сопряжено с формами будущего времени; к) обещания, клятвы, зарока, просто сильной степени уверенности и т.п. Особым типом повествовательных предложений являются предложения с перформативными глаголами в качестве сказуемого, имеющими при этом форму настоящего времени: в этом случае сам речевой акт приобретает смысл действия.

Диапазон модальных значений, выражаемых в повествовательных предложениях, весьма широк, различая такие оттенки, как (а) уверенность, "положительная модальность"; (б) вероятность, возможность; (в) долженствование. Средствами выражения семантики долженствования обычно в лезгинском являются предикаты к!ан- (в сочетании с деепричастием прошедшего времени смыслового глагола), лазим, герек (с вспомогательным глаголом-связкой); (г) запрещение; (д) неуверенность, сомнение.

В книге анализируются также особенности оппозиции утвердительных и отрицательных предложений, которая прослеживается по всем коммуникативным разновидностям высказываний.

В обоих сравниваемых языках имеется широкий класс предложений-высказываний с достаточно четкой сферой употребления - это заглавия,

названия и т.п. Хотя существенное большинство высказываний такого рода строится по модели номинативного предложения, в заголовках представлено значительное разнообразие синтаксических моделей. Кроме того, заглавие представляет собой в большинстве случаев номинацию вторичного характера, непосредственно связанную с основным текстом, поэтому содержательный анализ этого типа высказываний имеет смысл проводить и с точки зрения отражения в нем основного текста. В книге дается обзор структурного разнообразия заглавий на материале лезгинских народных сказок.

В первой же главе приводятся сведения о логическом ударении, а также анализ восклицательных предложений, противопоставляемых невосклицательным по степени экспрессивности высказывания. Подобные предложения, по словам автора, стоят как бы вне принятой классификации по цели высказывания.

Третья глава посвящена описанию характеристик вопросительного предложения. Вопросительные предложения представлены в языках мира несколькими разновидностями, которые образуют целую шкалу переходов от повествования, т.е. сообщения информационного или декларативного характера, к вопросу и наоборот. В этой шкале особенно отчетливо выделяются две разновидности - общие и частные вопросы. При отсутствии в предложении слова со специально-вопросительным значением (вопросительного местоимения или наречия) вопрос в лезгинском языке выражается обычно особой вопросительной формой (наклонением) глагола, характеризующейся наличием частицы-суффикса ни. Можно говорить о соответствии лезг. -ни русской частицы ли, однако ее использование имеет здесь оттенок книжности. В предложениях такого рода говорящий стремится получить информацию не о каких-либо деталях ситуации, а о том, имеет ли место соответствующая ситуация. В литературе подобные предложения именуются как "удостоверительно-вопросительные предложения", "да-нет" вопросы и др.

В частных вопросах опросительное предложение содержит особое вопросительное слово — местоимение или наречие. Для предложений этой разновидности предметом вопроса становится один из компонентов ситуации, который оказывается неизвестным говорящему и о котором он хочет узнать. Сказуемое при этом выражается глагольной формой изъявительного наклонения без вопросительной частицы -ни. Это объясняется, на наш взгляд, тем, что в любом случае ситуация предполагается как имеющая место в действительности.

Как показывают различные исследования, позиция вопросительного слова в предложении определяется не только общими закономерностями структуры коммуникативного акта, но и спецификой грамматического строя данного языка. В русском языке обычной позицией вопросительного слова является крайняя левая, начальная позиция, в лезгинском - предглагольная позиция вопросительного слова. Вопросительное слово-определение сохраняет, как правило, свою позицию перед определяемым словом.

Далее автор обращает внимание на роль обращения в вопросительном предложении, характеризует некоторые специфические разнодности вопросительных предложений: эхо-вопросы, альтернативный вопрос, вопросы-повторы, риторические вопросы. Подчеркивается зависимость значения вопроса и предполагаемого ответа на этот вопрос.

Завершает главу сопоставительный анализ интонационных структур вопросительных предложений в русском и лезгинском языках.

Четвертая глава посвящена рассмотрению побудительного предложения. Общее значение побудительности в различных контекстах может принимать различные функционально-семантические оттенки, о которых сигнализируют не только специальные формы, но и контекст высказывания, включая и экстралингвистическую ситуацию (приказание может исходить от занимающего более высокую ступень в социальной иерархии; просьба, мольба - наоборот и др.). Автор выделяет в лезгинском и русском языках следующие функциональные разновидности побудительных предложений: 1) приказания; 2) распоряжения; 3) требования; 4) поручения; 5) просьбы; 6) мольбы; 7) предложения, приглашения: 8) совета; 9) наказа, наставления; 10) упрека, поучения; И) призыва; 12) ободрения, моральной поддержки, утешения; 13) разрешения; 14) разъяснения, инструкции; 15) предупреждения, предостережения; 16) запрещения.

В книге излагаются результаты эксперимента по определению дифференцирующей роли интонации в побудительных предложениях лезгинского языка. Наиболее дифференцирование оказалось выраженным значение мольбы; значение просьбы также хорошо распознается. Значения требования, приказа и поручения в пределах предложенного контекста оказались практически неразличимыми.

С точки зрения структурного строения побудительные предложения по сравнению с повествовательными и вопросительными имеют определенные ограничения конструктивной базы.

Так, например, не имеют побудительных коррелятов предложения, выражающие возможность, долженствование, непроизвольность действия.

В большинстве случаев побудительные предложения отчетливо выделяются благодаря особым, морфологическим по своей природе, сигналам побудительности. В роли таких сигналов как в русском, так и в лезгинском языке выступают глагольные формы повелительного наклонения: а) повелительная форма "второго лица" единственного или множественного числа; б) повелительная форма "второго лица" единственного или множественного числа в сочетании с различными частицами; б) повелительная форма 1-го или 2-го лица единственного или множественного числа (указание на число выражается соответствующей местоименной лексемой) с частицами; в) желательная форма (желательное наклонение); г) желательная форма + побудительная частица пусть (пускай). Специфическую побудительную конструкцию образуют инфинитивные предложения русского языка, не имеющие аналогов в лезгинском.

В книге исследуются также особенности употребления побудительных предложений в составе сложного предложения. Выделяются типичные сочетания побудительных и непобудительных высказываний а) побуждение + комментарий: Анжах зинни зи гъуьлуьн ч!алаз килиг, чан гьайван, гила чи умуд вак ква! Только моего и моего мужа слова слушайся, лошадушка, теперь наша надежда на тебя;^б) побуждение + следствие: Вуна заз хазина авай чка къалура, адалай гуьгъуъниз вун за нек!едани ч!емеда хуьда Покажи мне место с сокровищем, после этого ты у меня как сыр в масле кататься будешь; В) побуждение + причина, аргумент, основание: Ваз аквазва хъи зи сефилвипер, Дар ийимир заз икьван цавар — ччилер Ты же видишь мои печали, не суживай передо мной вселенную.

М.Е.Алексеев