Сармато-германские контакты в предгорном Крыму в позднеримское время (по материалам стеклянной посуды)

Baumer L. E. 2004: Kult im Kleinen. Ländliche Heiligtümer spätarchaischer bis hellenistischer Zeit. Attika — Arkadien — Argolis — Kynouria. Rahden/Westf.

Hölscher T. 1998: Öffentliche Räume in früheren griechischen Städten // Schriften der Philosophisch-historischen Klasse der Heidelberger Akademie der Wissenschaften. 7.

Ilyina T. 2010: The Sanctuary on the Maiskaya mount // Ancient Sacral Monuments in the Black Sea / E. Petropolous, A.A.Maslennikov (eds.). Thessaloniki, 417-430.

Kuznetsov V. 2014: Apatouros // Altertümer Phanagoreias / N. Povalahev (ed.). Bd. 3. Phan-agoreia und darüber hinaus. Göttingen, 111-130.

Marinatos N. 1993: What were Greek Sanctuaries? A synthesis // Greek Sanctuary / N. Marinatos, R. Hägg (eds.). L., New York, 179-183.

Peadley J. 2005: Sanctuaries and the Sacred in the Ancient World. Cambridge.

PolignacF. de. 1995: Cults, territory, and the Origin of the Greek City-State. L.

Price S. 1999: Religions of the Ancient Greeks. Cambridge.

Sporn K. 2002: Heiligtümer und Kulte Kretas in Klassischer und Hellenistischer Zeit (Studien zu Antiken Heiligtümern 3). Heidelberg.

Tomlinson R. A. 1976: Greek Sanctuaries. L.

de Waele J. A. K. E. 1991: The Design of the Temple of Nemesis in Rhamnous // Stips Votiva / H. Gnade (ed.). Amsterdam, 249-264.

PHANAGORIAN SACRAL COMPLEXES OF 6th — 1st CENTURIES BC: CLASSIFICATION ASPECTS

Yu. N. Kuzmina

In the article an attempt to classify the sacred complexes of Phanagoria of VI-I BC is made. Basing on the analogy with the known contemporary classifications for regions of the Ancient Greece following types of sanctuaries have been defined for Phanagoria: regional sanctuaries; urban sanctuaries (situated on the acropolis; situated into the town walls, but not on the acropolis); suburban sanctuaries.

Key words: North Pontic Region, Phanagoria, sanctuaries, classification

© 2015 Проблемы истории,

филологии, культуры 2015, №3, с. 213-230

С. Б. Шабанов

САРМАТО-ГЕРМАНСКИЕ КОНТАКТЫ В ПРЕДГОРНОМ КРЫМУ В ПОЗДНЕРИМСКОЕ ВРЕМЯ

Разнообразные группы изделий германского происхождения, найденные в Крыму, не раз привлекали внимание исследователей. Предметами специального изучения становились украшения, керамика, оружие, найденные в могильниках предгорного

Шабанов Станислав Борисович — руководитель проектов и программ Благотворительного фонда «Наследие тысячелетий». E-mail: neizats2004@mail.ru

и горного Крыма. Часть находок стеклянных сосудов исследователи традиционно связывают с появлением представителей племен германского круга, другие вполне могли быть элементами римского импорта. Отдельные категории стеклянной посуды ранее вообще не учитывались в качестве индикаторов германского присутствия. В данной статье мы подробно остановимся на отдельных категориях стеклянных сосудов и на том, каким образом они могли попасть в крымские предгорья.

Ключевые слова: Сарматы, германцы, Крым, позднеримское время, стеклянная посуда

Проблемы, связанные с появлением и расселением на территории Крыма германских племен исследователи пытались разрешить еще в XIX в. Опирались они первоначально на данные письменных источников1, но только в XX в. были сделаны значительные шаги в изучении германского присутствия в Крыму в позднеримское время, поскольку в распоряжение исследователей попали материалы археологических раскопок таких памятников, как Ай-Тодор, Черная речка, «Совхоз №10», Дружное, Нейзац. Предметами специального исследования становились украшения, керамика, оружие, найденные в могильниках предгорного и горного Крыма.

Одни находки стеклянных сосудов исследователи традиционно связывают с появлением представителей племен германского круга, другие вполне могли быть элементами римского импорта. К первым можно отнести кубки со шлифованными овалами типа Eggers-223 и Eggers-230, ко вторым — стеклянные сосуды позд-неримского времени с врезными линиями и геометрическим орнаментом, найденные не только в Барбарикуме, но и на территории Римской империи. Отдельные категории стеклянной посуды, как, например, ритоны, ранее вообще не учитывались в качестве индикаторов германского присутствия. Далее мы более подробно остановимся на отдельных категориях стеклянных сосудов и на вопросе, каким образом они могли попасть в крымские предгорья.

В Крыму известен только один стеклянный кубок типа Eggers-223, найденный в подбойной могиле №139 могильника Нейзац (Белогорский р-н), расположенного в центре крымских предгорий, на правом берегу р. Зуя, в 1 км к югу от с. Баланово Белогорского р-на. Кубок имеет полусферическую форму (рис. 1.1), прямой край венчика и уплощенное дно. Изготовлен он из толстого полупрозрачного стекла с оливковым оттенком. На тулово сосуда нанесены три горизонтальных ряда прошлифованных овалов. В подбойной могиле №139 были совершены два погребения, самое позднее из которых датируется первой половиной IV в.н.э.2 Близкий по форме и орнаментации стеклянный кубок происходит из комплекса погребения № 100 могильника черняховской культуры Велика Бугаивка в окрестностях Киева и датируется первой половиной IV в.н.э.3 Кубок из могилы №139 могильника Нейзац имеет сходство с сосудом, обнаруженным в могильнике Си-герстед на о. Зееланд в Дании. Высказывались различные мнения относительно датировки этой находки. Х. Эггерс относил его к типу Eggers-223 и датировал ступенью С2 (200-300 гг.) — С3 (300-350 /375 гг.), но предполагал использование по-

1 КЪгарипоу 2011, 102

2 Храпунов 2004, 304.

3 Петраускас, Пастернак 2003, 68; Петраускас, Шишкин 2013, 12.

добных сосудов и позднее, в период Б14. Г. Рау относил вещи из комплекса в Си-герстед к первой половине — середине IV в.н.э.5 Э. Штрауме этот сосуд датирует периодом С3 — Б1, при этом ставя под сомнение их появление и использование в период С36 У. Лунд-Хансен датирует его периодом С1Ь (200/210-250 /260 гг.) — С2 (250/260-310 /320 гг.) по разработанной ею хронологии для Скандинавии7. Г. Эк-хольм, разбирая привозные стеклянные сосуды, найденные в Скандинавии, кубок из Сигерстед относил к выделенной им группе II В-1, а «небольшим полукруглым толстостенным сосудам с круглыми, овальными, растянутыми шлифованными ячейками и иногда с опоясывающими линиями», представленным в этой группе, нашел аналогии среди римского стекла в Каранисе8.

В крымских предгорьях на данный момент известно о находках пяти археологически целых и трех сильно фрагментированных кубков типа Eggers-230. Один стеклянный кубок (рис. 1.2) найден в склепе IV в.н.э. №301 могильника Нейзац9. Изготовлен он из толстого полупрозрачного стекла оливкового цвета. На тулово кубка нанесены четыре горизонтальных ряда прошлифованных овалов и одна линия под краем сосуда. Еще три стеклянных цилиндрических кубка с четырьмя рядами прошлифованных овалов и двумя неровными линиями под краем происходят из склепа №275 могильника Нейзац (рис. 1. 3, 4, 5). Они были изготовлены из стекла оливкового цвета и найдены раздавленными. Погребения в склепе № 275 совершались на протяжении IV в.н.э.10 Еще фрагменты двух толстостенных кубков из темно-желтого стекла со шлифованным орнаментом найдены в скоплении сосудов №15 (рис. 1.11) и натечном слое (рис. 1.10) на территории могильника Нейзац11. Кубок с цилиндрической формой тулова (рис. 1.7) с уплощенным дном найден в склепе №3 могильника Дружное (Симферопольский р-н). Изготовлен он из толстого полупрозрачного стекла оливкового цвета. На тулово кубка нанесены четыре ряда прошлифованных овалов и одна неровная линия под краем. Все погребения в склепе №3 были совершены в IV в.н.э.12

Фрагмент кубка (рис. 1.8) из толстого стекла найден в могильнике Алмалык-Дере у подножия плато Мангуп в Юго-Западном Крыму. Происходит он из заполнения канавы, включавшем грабительские выбросы и, возможно, остатки тризн. В заполнении также обнаружены фрагменты лепной и красноглиняной керамики, кости животных. Найденные фрагменты амфор датируются в широких рамках IV — VII вв.13 Отметим, что в ранних погребальных комплексах этого могильника представлено множество находок финальной фазы черняховской культуры14.

В Крыму на территории античного памятника пока известен только один фрагментированный толстостенный кубок со шлифованными овалами, относи-

4 Eggers 1951, 180, taf. 15, karte. 57.

5 Rau 1972, 129, 170.

6 Straume 1987, 120, taf. 101.1.

7 Lund Hansen 1991, 100, 411.

8 Ekholm 1963, 33.

9 Шабанов 2011, 149.

10 Khrapunov 2008, 214.

11 Храпунов, Мульд 2004, 309.

12 Храпунов 2002, 16, 67.

13 Shabanov 2011, 211.

14 Mqczynska 2010, 91.

мый к типу Eggers-230, найденный при раскопках городища Пантикапея в 1948 г. Н. П. Сорокина датировала его концом III-IV в.н.э.15 Здесь стоит отметить, что в большой статье, посвященной находкам стеклянных кубков со шлифованным орнаментом на юге Восточной Европы, И. О. Гавритухин приводит изображение одного фрагмента такого сосуда из Херсонеса16, но в основном тексте о нем нет конкретных упоминаний. Этот же самый фрагмент опубликован в статье Л. А. Го -лофаст, освещающей находки стеклянных сосудов из ранневизантийских слоев Херсонесского городища17. Найден он в комплексе середины — третьей четверти VI в. и отнесен автором к другим сосудам формы 107 по классификации К. Ай-сингс18.

Стеклянные кубки цилиндрической формы с четырьмя рядами шлифованных овалов типа Eggers-230 встречаются во многих районах Восточной Европы. Особенно много их найдено на территории черняховской культуры19. О. А. Гей и И.А. Бажан при разработке единой системы хронологии «эпохи готских походов» для культур Восточной Европы и Кавказа появление и распространение подобных кубков в черняховской культуре относят к третьему (310/320-340 /350 гг.) и четвертому (середина IV в.н.э. — 375 г.н.э.) периоду ее существования20. Э. А. Сы-монович отметил, что наиболее ранние экземпляры сосудов типа Eggers-230, найденные в Поднепровье, имеют более четко выполненный шлифованный орнамент. Датировать он их предложил второй половиной III-IV вв.н.э.21 Э. А. Рикман отмечал, что кубки со шлифованными овалами, имея различные формы и вариации, были почти единственным или полностью преобладающим видом стеклянной посуды у варварского населения Приднестровья22.

Л. Баркоци, анализируя находки стеклянной посуды из Паннонии, относил появление в Венгрии кубков этого типа к концу IV — началу V вв.н.э.23 Известны они и в Восточном Подунавье. На северо-востоке Румынии найдено около 20 сосудов со шлифованными овалами, что позволило исследователям сделать предположение об их поступлении из производственных центров, расположенных в Барбарикуме, а не на территории Римской империи24. Это спорное утверждение, поскольку сейчас известна только одна стеклоделательная мастерская за пределами Римской империи. У с. Комарово в Черновицкой области Украины обнаружено поселение III-IV вв. со следами производства стекла. Здесь найдено множество фрагментов различных сосудов, в том числе и толстостенных кубков со шлифованными овалами. У исследователей не вызывает сомнений, что здесь производили сосуды только из тонкостенного прозрачного бесцветного стекла25, а сосуды со шлифованным орнаментом были привозными26.

15 Сорокина 1962, 232.

16 Gavritukhin 2011, fig. 4B.3.

17 Голофаст 2001, рис. 28.5.

18 Голофаст 2001, 126,127.

19 Кропоткин 1970, 30.

20 Гей, Бажан 1997, 48.

21 Сымонович 1977, 181.

22 Рикман 1972, 95; 1975, 225, 227.

23 Barkoczi 1988, 105, taf. XV, 166.

24 Panczal, Dobos 2007, 69, fig. 2.

25 Смшко 1964, 75, 77; Щапова 1983, 153; Щукин 2005, 181.

26 Щапова 1978, 239-240 , рис. 2.

Относительно датировки кубков типа Eggers-230 из Центральной и Северной Европы существуют различные мнения. Так, Х. Эггерс, изучая находки кубков на территории свободных германских племен, ограничил время их бытования периодом C, (150-200 гг.) — С2 (200-300 гг.), но предположил их существование и в IV в.27 Г. Рау сосуды подобного типа датировал более поздним временем — второй-третьей четвертью IV в.н.э.28 С его мнением согласилась Г. Ф. Никитина, помещая в эти хронологические рамки кубки, найденные в могильнике черняховской культуры Оселивка29. Э. Штрауме отнесла время бытование сосудов типа Eggers-230 к периоду С2 — С3 в Скандинавии30, где находки сосредоточены преимущественно на юге Норвегии31. Г. Экхольм, разбирая привозные стеклянные сосуды, найденные в Норвегии, считал, что, поскольку большое количество их найдено на территории Юго-Восточной Европы, они имеют восточное происхож-дение32. В этой связи стоит обратить внимание на интересные замечания, сделанные И. О. Гавритухиным, о возможности переселения в Скандинавию примерно в конце IV — начале V вв. какой-то части носителей черняховской культуры, спасавшихся от гуннского вторжения. Так, например, с этим он связывает появление кубков типа Straume VIIв Норвегии и Швеции33.

Итак, уверенно можно говорить о появлении в Крыму стеклянных кубков типа Eggers-230 в IV в.н.э. Именно к этому времени относятся все находки подобных сосудов в крымских предгорьях. Нельзя полностью исключать и более раннюю дату (возможно, вторая половина-конец III в.н.э.), о чем может свидетельствовать находка (хотя и единственная) фрагмента стеклянного кубка на городище Пантикапея.

Большой кубок с цилиндрическим туловом и уплощенным дном типа Straume VI, изготовленный из стекла светло-зеленого цвета, найден в склепе №78 могильника Дружное (рис. 1.6). На тулово сосуда нанесены два ряда неровных врезных линий, разделяющих три орнаментированных фриза, каждый из которых заполнен рядом прошлифованных овалов различной формы. Погребения в склепе №78 совершались в IV в.н.э.34 Точных аналогий этому стеклянному сосуду найти не удалось, но в Норвегии найдены два кубка, близкие крымскому по способу разделения фризов из шлифованных овалов врезными линиями. Они происходят из комплексов Ейрла и Бремснес. Х. Эггерс кубок из Бремснес датировал ступенью D и предположил, что он был произведен в Римской империи35. Э. Штрауме относит два этих сосуда к типу VI и датирует в рамках периодов С2 — D и C3 — D36. И. О. Гавритухин относит «толстостенные усечено-конические кубки, украшенные плотно поставленными шлифованными плоскостями», к типу Луги и выделяет в серию Бремснес, соглашаясь с датировкой Э. Штрауме37.

27 Eggers 1951, 180, kart. 58.

28 Rau 1972, fig. 52.

29 Никитина 1995, 82.

30 Straume 1987, 29, taf. 2:6, 35, 41, 46, 76.

31 Holland 2001, 37.

32 Ekholm 1963, 33.

33 Gavritukhin 2011, 56, 57.

34 Храпунов, Храпунов 1999, 252; Храпунов 2002, 33, 34.

35 Eggers 1951, 180, kat. 323, karte. 58.

36 Straume 1987, 77, 83, taf. 6:15,2, karte 4:2,15.

37 Гавритухин 1999, 52-53 , рис. 3:83, 4:1, 19.

При раскопках могильника Баклинский овраг (Бахчисарайский р-н) был найден фрагмент нижней части стеклянного кубка со шлифованным орнаментом в виде плотно поставленных овалов типа Straume VII series A (рис. 1.9). Сделан он из стекла зеленого цвета и, по-видимому, имел усечено-коническую форму туло-ва. Погребения в могильнике содержат материал второй половины IV-IX вв.38 Подобные сосуды известны на территории черняховской культуры и датируются концом IV-V вв.н.э. 39 Г. Рау относил их к типу «Gavrilovka 5» и датировал последней четвертью IV — первой четвертью V вв.н.э.40 Аналогичный конический кубок, найденный в Хогём в Швеции, Э. Штрауме относит к выделенному ею типу VII серии «А» и датирует периодом D241. И. Гавритухин отмечает, что находки подобных сосудов неизвестны на территории Центральной Европы и сосредоточены преимущественно на территории Украины, Молдавии и Румынии, т.е. в ареале черняховской культуры. В тоже время, несколько кубков найдено на юге Скандинавского п-ова42.

В могильнике Нейзац в скоплении сосудов №11 и в склепе №48543 найдены два стеклянных сосуда IV в.н.э. с наплавленным на тулово орнаментом в виде овалов типа Eggers-195 (рис. 2.1,2). При раскопках римских кварталов в Кельне был найден такой же стакан на ножке и наплавленными овалами, который О. Доппельфельд датировал III-IV в.н.э.44 Близкий ему по форме сосуд на высокой ножке римского производства найден в 1842 г. в муниципалитете Тьетревилль на севере Франции и хранится в музее г. Руана45. Кроме могильника Нейзац, ни в синхронных варварских памятниках, ни в комплексах римского времени в античных центрах Крыма стеклянные кубки с наплавленными овалами типа Eggers-195 неизвестны. Близкий по форме и орнаментации фрагментированный кубок из зеленого стекла найден в одном из захоронений могильника черняховской культуры Красный Маяк (Херсонская обл., Украина)46. В. В. Кропоткин датировал этот кубок IV — первой половиной V в.н.э.47 В Ольвии известны находки обломков стеклянных сосудов с коническим туловом и наплавленными нитями из того же стекла, что и сам сосуд, которые Н. П. Сорокина датировала III в.н.э.48 Стеклянный кубок на короткой уплощенной ножке из коричневого стекла, стенки которого украшены рельефными овалами и вертикальными линиями, найден в могиле №51 некрополя черняховской культуры Холмское (Одесская обл., Украина)49. Авторы исследования датируют его IV в., хотя не исключают и более позднюю

38 Айбабин, Юрочкин 1995, 125.

39 Сымонович 1957, 24, рис. 4, 8; 1977, 181-182 ; Гавритухин 1999, 49; Магомедов 2001, 65-66, рис. 66, 3.

40 Rau 1972, 166, fig. 52.

41 Straume 1987, 110.

42 Gavritukhin 2011, 51.

43 Шабанов 2011, 153; Храпунов 2011, 22.

44 Doppelfeld 1966, fig. 132.

45 Morin-Jean 1922-1923 , 198, fig. 256

46 Гошкевич 1913, 135, рис. 36.

47 Кропоткин 1970, 30, рис. 71.2.

48 Сорокина 1976, 201, рис. 1. 1,2.

49 Гудкова, Фокеев 1984, 70-71 , рис. 21.1.

Рис. 1. Стеклянные сосуды. 1-5, 10, 11 — Нейзац; 6, 7 — Дружное; 8 — Алмалык-Дере;

9 — Баклинский овраг.

дату50. Э. А. Сымонович находки стеклянных сосудов с наплавленными нитями из памятников черняховской культуры на Юге Украины датировал III-IV вв.51

Один стеклянный кубок на ножке с наплавленными овалами и каплями стекла на стенках найден в могильнике Косино (Закарпатская обл., Украина) в богатом женском погребении52. Вместе с ним найдена серебряная двупластинчатая фибула с накладками. А. К. Амброз отнес эту фибулу к группе 21 подгруппе II варианту Б и датировал ее второй половиной V в.53 И. О. Гавритухин допускает, что фибулу можно отнести к последней трети V в.54 М. Б. Щукин датировал комплекс из Косино серединой V в.55 Стеклянный кубок, близкий экземпляру из Косино, найден в погребении 20 могильника Индепенденца в Румынии. Морфологическое сходство позволило И. О. Гавритухину отнести их к одному типу Косино при разработке хронологии финала черняховской культуры56. Невысокий кубок с неровным краем и тремя большими овалами, выполненными наплавленной нитью, найден в погребении VIII могильника Извоаре в Румынии57. Вместе с ним найден костяной гребень типа Томас III, датирующийся IV в.58, две гладкие двупластинчатые фибулы, отнесенные А. К. Амброзом к группе 21 подгруппе I варианту АА и датированные IV в.н.э.59 Высокий конический кубок из светло-зеленого толстого стекла на усеченно-конической ножке, орнаментированный овалами из наплавленных нитей, найден в погребальном комплексе Зальтхаммер в Норвегии. Х. Эггерс датирует его периодом С2 (200-300 гг.) и относит к римскому импорту60. Г. Экхольм также отнес кубок из Норвегии к античному импорту и нашел ему аналогии на территории Венгрии61. Э. Штрауме комплекс Зальтхаммер датирует концом периода С2 - С362, а У. Лунд-Хансен — периодом С3 (310/320-400 гг.)63.

Стоит упомянуть еще об одной примечательной находке. В 1904 г. в Акмолинском уезде на территории современного Казахстана в урочище Кара-Агач исследован курган, в котором было совершено богатое женское кочевническое погребение. Здесь найден стеклянный сосуд из бледно-зеленого стекла. Тулово сосуда орнаментировано наплавленными зигзагообразными и прямыми полосками стекла, а также большими вертикальными овалами. Автор раскопок, инженер Александр Козырев, не будучи специалистом, датировал погребение IX веком и связал его с тюрками64. К. М. Скалон, изучив украшения из кургана, отнесла комплекс к концу V в. н.э.65 А. К. Амброз при разработке хронологии раннесредневековых

50 Гудкова, Фокеев 1984, 83; Росохацкий 1987, 147.

51 Сымонович 1977, 179-180 .

52 Кропоткин 1970, 103.

53 Амброз 1966, 87, рис. 6.2.

54 Гавритухин 1999, 59.

55 Щукин 2005, 253.

56 Гавритухин 1999, 57.

57 Florescu, Daicoviciu, Ro§u 1980, 200.

58 Thomas 1960, 106-114 .

59 Амброз 1966, 82.

60 Eggers 1951, 178, taf. 14. 195.

61 Ekholm 1956, 54; Ekholm 1963, 34.

62 Straume 1984, 77; 1987, 97.

63 Lund Hansen 1991, 442.

64 Козырев 1905, 36.

65 Скалон 1962, 43.

комплексов среднеазиатских степей датировал женское погребение из кургана Кара-Агач VI-VII вв.66 Первым обратил внимание на стеклянный сосуд В. В. Кропоткин и датировал его первой половиной V в.н.э.67 И. П. Засецкая соотнесла находки кубков и бокалов конической формы с наплавленными нитями из кургана Кара-Агач и разрушенного гуннского погребения у с. Новая Маячка (Херсонская обл., Украина) с «бокалами», найденными в Южной Корее. Она датировала все эти находки V в.н.э., но не была уверена в их общем происхождении, поскольку изготовлены они были из разного цвета стекла68.

По мнению Б. В. Магомедова, кубки с наплавленными овалами, найденные в ареале черняховской культуры, являются подражанием дорогим усечено-кони-ческим кубкам со шлифованными овальными медальонами и посвятительными надписями69. Один такой сосуд происходит из могильника Штиллинг в Дании и имеет надпись «П I Е| Z H Е А I Е| К А Л Q Е». Э. Штрауме датирует его периодом C3-D170. Аналогичную надпись имеют еще два конических кубка: один несколько меньших размеров и с невысокой ножкой из датского могильника Ворнинг71, а у другого из могильника Ту в Норвегии орнамент выполнен стеклом синего цвета72. Оба сосуда найдены вне комплексов. Конический кубок из толстого полупрозрачного стекла желтоватого оттенка найден в могильнике Малаешты в Моладвии; в верхней части кубка между горизонтальными врезными линиями нанесена греческая надпись «П I E| Z H C A I C| A Е I», ниже большие овалы, ограниченные выпуклым валиком, на выделенном утолщенном дне73. В. В. Кропоткин датирует эту находку IV в.н.э. и предполагает его восточно-средиземноморское происхождение74. О. А. Гей и И.А.Бажан при разработке единой системы хронологии «эпохи готских походов» для культур Восточной Европы и Кавказа кубок из Малаешты относят к пятому периоду (375-410 гг.) существования черняховской культуры75. И. О. Гавритухин упоминает еще один конический кубок из могильника Пивони-це в Польше и датирует его первой половиной V в.76

Г. Экхольм считал, что кубки со шлифованными медальонами и надписями, найденные в Скандинавии, сами являлись имитацией каких-то сосудов восточно-римского производства, которые пока еще мало известны за пределами Дании и Норвегии77. По мнению Б. Стернквист, место производства стеклянных конических кубков со шлифованными медальонами и греческими надписями стоит искать в античных центрах Юго-Восточной Европы, на что могут указывать находки подобных сосудов в Молдавии и Румынии78. Там они сосредоточены в междуречье Прута и Сирета и не выходят за границы ареала черняховской культуры, а по

66 Амброз 1981, 17-18 , рис. 7.11.

67 Кропоткин 1970, 30, рис. 76.7.

68 Засецкая 1994, 103.

69 Магомедов 2001, 66.

70 Straume 1987, 121.

71 Straume 1987, 123.

72 Straume 1987, 100-101 .

73 Федоров 1960, 286, рис. 11.

74 Кропоткин 1970, 31, рис. 75.8.

75 Гей, Бажан 1997, 45.

76 Гавритухин 1999, 59.

77 Ekholm 1963, 34.

78 Stjernquist 2004, 123-124 .

аналогиям датируются второй половиной IV — началом V в.79 Э. А. Сымонович писал о практическом отсутствии аналогичных сосудов в западноримских мастерских, античных городах Северного Причерноморья и Средиземноморья и предположил их местное производство. По его мнению, обнаруженная стеклоделательная мастерская в Комарове может быть свидетельством переселения в области, занятые племенами черняховской культуры, отдельных мастеров-стеклоделов, бежавших сюда в начале эпохи переселения народов и организовавших здесь производство стекла80.

Ареалы стеклянных конических кубков с напаянными нитями в виде овалов и сосудов со шлифованными медальонами во многом совпадают. Если согласится с тем, что кубки с посвятительными греческими надписями производились в античных центрах, то, скорее всего, последние располагались в приграничных районах империи, на Дунае или Рейне, и были ориентированы на потребителей за пределами империи. В пользу этого говорит практическое отсутствие находок подобных сосудов на территории Римской империи. А. Бурше указывает на то, что стеклянные сосуды, относящиеся к фазе В2-С1В, найденные в Скандинавии, ареале вельбарской культуры и культуры западных балтов, привозились из стеклоделательных мастерских в Кельне или Трире. В первой половине IV в. появляются стеклянные кубки типа «Ковалк» и «Луги», которые, по мнению А. Бурше, свидетельствуют о контактах населения Северной и Центральной Европы с причерноморским регионом81. Пока что версия об изготовление таких сосудов в Причерноморье не находит подтверждения82. Также пока нет веских оснований делать выводы о существовании собственного стеклоделательного производства в варварской среде.

Скорее всего, два стеклянных кубка типа Eggers-195 из могильника Нейзац попали в крымские предгорья единовременно, на что может указывать их идентичность и редкость. На вопрос о том, как столь редкие сосуды оказались в крымских предгорьях, однозначно ответить нельзя. На сей счет можно сделать лишь несколько предположений. Во-первых, ответ могли бы дать вещи, найденные вместе с кубком в склепе №485 могильника Нейзац. Возможно, он попал к одному из погребенных здесь людей (вместе с провинциальной шарнирной Т-образной фибулой и стеклянным кубком с синими каплями) из Херсонеса или с Боспора, куда он был привезен из римских провинций на Дунае или из Галлии. Различные стеклянные сосуды западноримских мастеров появляются на Боспоре в I в. н.э., а в III-IV вв. их количество резко возрастает83. Во-вторых, нельзя не учитывать тот факт, что географически самые близкие находки подобных сосудов расположены на территории черняховской культуры. В Крыму германцы появляются около середины III в.н.э.84, что связано с т.н. «готскими» походами85 и отражено в письменных источниках86. Археологические свидетельства же говорят нам об их

79 Pänczäl, Dobos 2007, 74.

80 Сымонович 1966, 109.

81 Bursche 1996, 35.

82 Shabanov 2011, 213.

83 Кунина 1984, 160.

84 Храпунов 2004, 146.

85 Айбабин 1999, 26-30 .

86 Хайрединова 1995, 517-528 .

проникновении в Крым еще в первой половине III в.н.э., т.е. до упомянутых походов87. Высказываются гипотезы о начале переселения германцев на Боспор во II в.н.э.88 В середине III-IV в.н.э. в предгорном и горном Крыму функционируют могильники с кремациями, которые связывают с германцами (Чернореченский, Совхоз №10, Ай-Тодор, Чатыр-Даг), но ни один из них по совокупности признаков не может быть отнесен к конкретной археологической культуре. Возможно, стоит связывать появление двух стеклянных кубков с переселением в крымские предгорья в IV в. какой-то группы германцев или наличием контактов сармато-аланского населения с представителями черняховской культуры, которые прослеживаются при изучении стеклянных сосудов, лепной керамики, украшений, оружия89.

Один стеклянный сосуд типа Sigersted-Ganzkow по Г. Рау (рис. 2.4) найден в могильнике Суворово (Бахчисарайский р-н) в склепе №38, погребения в котором были совершены около середины IV в.н.э.90 Кубок имеет сферическое тулово и округлое дно, край сосуда отогнут наружу. Тулово украшено одним рядом прошлифованных насечек и фриза из ромбов и овалов. Д. Харден упоминает о находке в Каранисе (Египет) фрагмента с орнаментом как у сосуда из Ганцкова91.

Один кубок (рис. 2.3) типа Frunzovka по Г. Рау происходит из склепа № 4, погребения в котором датируются IV в.н.э.92. Точных аналогий стеклянному сосуду найти не удалось, но наиболее близкий по форме и орнаментации сосуд происходит из могильника черняховской культуры близ села Фрунзовка (Одесская обл.). В. В. Кропоткин датирует его IV в.н.э.93 Г. Рау дает более узкую дату кубку из Фрунзовки — 375-400 гг.94 Один сосуд, орнамент которого выполнен в таком же стиле, найден в могильнике Косаново в погребении №9 и отнесен О. А. Гей и И. А. Бажаном к хроноиндикаторам третьего периода существования черняховской культуры (310/320-350 /355 гг.)95.

Найденные в могильнике Суворово и Нейзац стеклянные сосуды типов Frunzovka и Sigersted-Ganzkow по классификации Г. Рау не находят точных аналогий за пределами Крыма, но имеют большое количество близких по стилю орнаментации сосудов на территории всей Европы, в том числе и в Крыму. Фрагмен-тированные стеклянные полусферические чаши с двумя рядами мелких насечек найдены в грунтовой могиле №25 некрополя Суворово, датирующейся IV в.н.э.96, и в могиле №22(56) могильника Черная речка в Юго-Западном Крыму97. В склепе № 1 могильника Перевальное (Симферопольский р-н) найден стакан на кольцевом поддоне с двумя рядами шлифованных насечек, который датируется А. Е. Пуз-дровским последней четвертью III в.н.э.98 Этот сосуд находит близкую аналогию

87 Власов 1999, 64, 66; 2007, 150-151; Храпунов 2004, 159.

88 Шаров 2010, 282.

89 Shabanov 2011; Власов 2000; Стоянова 2004; Храпунов 2010.

90 Юрочкин, Труфанов 2003, 218.

91 Harden 1936, pl. XVI. 428.

92 Храпунов 2008, 385.

93 Кропоткин 1970, 30, рис. 72.16.

94 Rau 1972 , 167.

95 Гей, Бажан 1997, табл. 68.18.

96 Зайцев 1997, 110.

97 Шабанов 2013, рис. 3.10.

98 Пуздровский 2007, 196, рис. 193.6.

на юге Франции в Марселе во III-IV вв.н.э.99 Оба сосуда имеют более тонкие стенки, чем прочие изделия этого типа, и кольцевой поддон. Если дата, предложенная А. Е. Пуздровским, верна, то находка из Перевального может быть самой ранней среди сосудов т.н. «кельнского» типа в предгорном Крыму. По мнению Н. З. Куниной, такие стеклянные сосуды со шлифованным орнаментом, найденные в Северном Причерноморье, скорее всего являются продукцией стеклоделательных мастерских, расположенных в Колонии Агриппины (совр. Кельн), поскольку деятельность местных мастерских, изготавливавших такие же сосуды, была невелика и ориентирована на местный рынок100. За пределами Крыма ближайшая известная стеклоделательная мастерская, в которой производились стеклянные чаши со шлифованным орнаментом, открыта на городище Танаиса101, но функционировала она непродолжительное время, до середины III в.н.э., т.е. еще до того, как подобные сосуды распространились в крымских предгорьях.

Сейчас можно только предполагать изготовление орнаментированных чаши или фиал в стеклоделательной мастерской, найденной при исследовании позд-нескифского городища Альма-Кермен в Юго-Западном Крыму. Автор раскопок Т. Н. Высотская связывала ее с занимавшими территорию варварского поселения во II-III вв.н.э. римскими легионерами. Среди обломков нескольких десятков стеклянных сосудов были найдены фрагменты со шлифованными овалами, насечками и геометрическим орнаментом102. Ю. Л. Щапова, проведя их морфологический и химический анализ, пришла к выводу, что в мастерской на Альма-Кермене найдены сосуды не только изготовленные здесь, но привезенные из других регионов. Она отметила отсутствие среди сосудов, подвергавшихся холодной обработке, бракованных изделий и указала на их неместное происхождение103. Вполне возможно, что стеклянные сосуды со шлифованным геометрическим орнаментом попали в Крым конце III-IV в.н.э. вместе с другими находками, связываемыми с носителями культур германского круга, — кубками Eggers-230, янтарными и бронзовыми украшениями, сероглиняной керамикой, предметами вооружения.

В Крыму известно только два стеклянных ритона формы 113 по К. Айсингс, которые можно датировать римским временем. Один фрагментированный сосуд (рис. 2.5) найден в подбойной могиле Л28 могильника Скалистое-III104 вместе с крупной лучковой одночленной т.н. «инкерманской» фибулой с нижней тетивой группы 15 серии II по А. К. Амброзу, которые он датирует II-III вв.н.э.105, но наибольшее распространение они получили во второй четверти-середине III в.н.э.106 Изготовлен ритон из зеленоватого стекла, а тулово украшено тонкими стеклянными нитями того же цвета. Еще один сосуд (рис. 2.6) найден в склепе №7 могильника «Совхоз №10 (Севастопольский)», погребения в котором были совершены в конце IV-V в.н.э.107 Аналогичный ритон с наплавленной стеклянной нитью най-

99 Foy 1998, 98, fig.73,155.

100 Кунина 1984, 158-158 .

101 Алексеева, Арсеньева 1966, 188; Шелов 1972, 101.

102 Висотська 1964, рис. 9.

103 Щапова 1983, 140-143 .

104 Богданова и др. 1976, рис. 11.

105 Амброз 1966, 52.

106 Храпунов 2002, 52-54; 2011, 27.

107 Стржелецкий 2003-2004 , табл. 35.15.

у— 1

Чи И

1-4 5-6

Рис.2. Стеклянные сосуды. 1-3 — Нейзац; 4 — Суворово; 5 — Скалистое-Ш; 6 — Совхоз №10.

ден в некрополе на территории современного г. Крань в Словении и датируется VI в.108 К. Айсингс назвала такие стеклянные сосуды «рожками для питья» и выделила их в форму 113. По ее мнению, они похожи на конические стаканы поздне-римского времени, у которых могли быть заимствованы приемы орнаментации109. В. Эвисон собрала находки стеклянных ритонов из памятников римского и ран-несредневекового времени Западной и Центральной Европы и разделила их на четыре типа. Сосуд из «Совхоза №10» можно отнести к типу I (гладкие ритоны без орнаментации или с наплавленной бесцветной или цветной стеклянной нитью), датирующемуся концом IV в.н.э. и распространенному на Рейне и в Скандинавии110. Близкую ритону из Скалистого-III орнаментацию можно встретить на сосуде из Химлингое в Дании. Х. Эггерс датирует эту находку периодом С2 (200-300 гг.) и относит к римскому импорту111. В Восточной Европе за пределами Крыма известна только одна находка стеклянного ритона в Шапкинском могильнике в Абхазии112. Относительно датировки этого сосуда нет единого мнения. Ю. Воронов датировал его не ранее VI в.113, а Н. П. Сорокина, посвятившая разбору находок стеклянных сосудов из Цебельды специальную статью, удревнила дату до IV-V вв.н.э.114 и связала их появление в Цебельдинской долине с романизацией местного населения — апсилов — или с контактами между ними и обитателями римских укреплений в Восточном Причерноморье115.

География распространения стеклянных ритонов позволяет предположить, что они попали в Крым либо из западноримских провинций (где, возможно, и были произведены), либо с территории свободных германских племен. Не вызывает сомнений тот факт, что ритоны не пользовались большой популярностью у населения античных полисов Северного Причерноморья на протяжении всего римского времени, да и находки таких сосудов не территории Римской империи немногочисленны. Из предложенных В. Эвисон данных можно сделать предположение, что наибольшим спросом такие сосуды пользовались у романизированной варварской знати, жившей на Рейне, и лишь за редким исключением ритоны попадали вглубь территории Барбарикума в финале античности и раннем средневековье. Поскольку крымские погребения, где были найдены ритоны, не сопровождались какими-либо другими «германскими» вещами, то нельзя определенно сказать, что они были привнесены сюда германцами, а хронологическая разница двух находок приблизительно в столетие наводит на мысль, что они могли попасть сюда из разных мест: как из ареала черняховской культуры, так и из римских провинций через Херсонес или Боспор.

ЛИТЕРАТУРА

Айбабин А.И. 1999: Этническая история ранневизантийского Крыма. Симферополь.

108 Lazar 2003, 294-205 , fig. 53.10.4.1.

109 Isings 1957, 141.

110 Evison 1975, 74-77 .

111 Eggers 1951, 181.

112 Воронов 1975, 76-77 .

113 Воронов 1973, 75.

114 Сорокина 1979, 63.

115 Сорокина 1979, 63-64 .

Айбабин А.И., Юрочкин В.Ю. 1995: Могильник «Баклинский овраг» (по материалам раскопок 1992-1993 гг.) // Проблемы археологии древнего и средневекового Крыма / Ю. М. Могаричев (ред.). Симферополь, 125-135.

Алексеева Е.М., Арсеньева Т.М. 1966: Стеклоделие Танаиса // СА. 2, 176-188.

Амброз А.К. 1966: Фибулы юга европейской части СССР (Свод археологических источников. Д1-30 ). М.

Амброз А.К. 1981: Восточноевропейские и среднеазиатские степи V — первой половины VIII вв. // Степи Евразии в эпоху Средневековья / С. А. Плетнева (ред.). M, 10-23.

Богданова Н.А., Гущина И.И., Лобода И.И. 1976: Могильник Скалистое-III в Юго-Западном Крыму (I-III вв.) // СА. 4, 121-152.

Власов В.П. 1999: О появлении некоторых форм лепной керамики на позднескифских городищах Крыма в III в.н.э. // Проблемы скифо-сарматской археологии Северного Причерноморья / П. П. Толочко (ред.). Запорожье, 62-67.

Власов В.П. 2007: Об одной группе лепных сосудов городища Альма-Кермен // Древняя Таврика / Ю. П. Зайцев, В. И. Мордвинцева (ред.). Симферополь, 149-152.

Висотська Т.М. 1964: Про виробництво скла в шзньоантичному Криму // Археолопя / С. М. Бiбiков (ред.). XVI, 7-20.

Власов В.П. 2000: Трехручные сосуды из могильника Дружное // МАИЭТ. VII, 65-68.

Воронов Ю.Н. 1973: К истории экономических связей Апсилии в IV-VII вв. Привозная стеклянная посуда из Цебельды // КСИА. 138, 74-78.

Воронов Ю.Н. 1975: Тайна Цебельдинской долины. М.

Гавритухин И. 1999: Хронологические индикаторы финала Черняховской культуры // Сто лет Черняховской культуре / Ф. О. Андрощук (ред.). К, 48-86.

Гавритухин И. О. 2007: Финал черняховской культуры // Восточная Европа в середине I тысячелетия н.э. / И.О.Гавритухин, А. М. Обломский (ред.). М, 9-23.

Гей О.А., Бажан И.А. 1997: Хронология эпохи «готских» походов (на территории Восточной Европы и Кавказа). М.

Голофаст Л.А. 2001: Стекло ранневизантийского Херсонеса // МАИЭТ. VIII, 97-260.

Гошкевич В.И. 1913: Древние городища по берегам низового Днепра // ИАК. 47, 117145.

Гудкова А.В., Фокеев М.М. 1984: Земледельцы и кочевники в низовьях Дуная I-

IV вв.н.э. К.

Зайцев Ю.П. 1997: Охранные исследования в Симферопольском, Белогорском и Бахчисарайском районах // Археологические исследования в Крыму. 1994 год. / В. А. Кутай-сов (ред.). Симферополь, 102-116.

Засецкая И.П. 1994: Культура кочевников южнорусских степей в гуннскую эпоху (конец IV-V вв.). М.

Козырев А.А. 1905: Раскопка кургана в урочище Кара-Агач Акмолинского уезда // ИАК. 16, 27-36.

Кропоткин В.В. 1970: Римские импортные изделия в восточной Европе (II в. до н.э. —

V в.н. э.) (Свод археологических источников. Д1-27). М.

Кунина Н.З. 1984: К вопросу о западном импорте стекла на Боспоре // ТГЭ. XXIV 147-163.

Магомедов Б. 2001: Черняховская культура. Проблема этноса. Lublin.

Никитина Г.Ф. 1995: Анализ археологических источников могильника Черняховской культуры у села Оселивка. М.

Петраускас О.В., Пастернак В.В. 2003: Скляш посудини могильника черняхiвськоi культури Велика Бугавка в Середньому ПодшпровЧ // Археолопя. 4, 65-77.

Петраускас О.В., Шишкин Р.Г. 2013: Могильник и поселение черняховской культуры у с. Великая Бугаевка (археологический источник). К.

Пуздровский А.Е. 2007: Крымская Скифия. III в. до н.э. — III в.н.э. Погребальные памятники. Симферополь.

Рикман ЭА. 1972: Вопросы датировки импортных вещей в памятниках племен черняховской культуры Днестровско-Прутского междуречья // СА. 4, 84-101.

Рикман Э.А. 1975: Этническая история населения Поднестровья и прилегающего По-дунавья в первых веках нашей эры. М.

Росохацкий А.А. 1987: Стеклянные кубки из памятников черняховской культуры степной зоны междуречья Днестра и Дуная // Новые исследования по археологии Северного Причерноморья / Т. Л. Самойлова (ред.). К., 143-149.

Скалон К.М. 1962: Изображение дракона в искусстве IV-V веков // СГЭ. XXII, 40-43.

Смшко М.Ю. 1964: Поселения III-IV ст.н.е. iз слщами скляного виробництва бшя с. Комарiв, Чершвецько! обласп // Матерiали i дослвдження з археологи Прикарпаття i Волиш / М. Ю. Смшко (ред.). 5, 67-80.

Сорокина Н.П. 1962: Стекло из раскопок Пантикапея // МИА. 103, 210-240.

Сорокина Н.П. 1976: Позднеантичное стекло из Ольвии // Художественная культура и археология античного мира / Н. И. Сокольский (ред.). М, 199-209.

Сорокина Н.П. 1979: Стеклянные сосуды IV-V вв. и хронология цебельдинских могильников // КСИА. 158, 57-67.

Стоянова А.А. 2004: Бусы и подвески из могильника Нейзац (по материалам раскопок 1996-2001 гг.) // БИ / В. Н. Зинько (ред.). V, 263-319.

Сымонович ЭА. 1957: Стеклянная посуда середины I тысячелетия нашей эры с Нижнего Дона // КСИА. 69, 22-30.

Сымонович Э.А. 1966: Стеклянный кубок с надписью из-под Одессы // ВДИ. 1, 105-109.

Сымонович Э.А. 1977: Стеклянная посуда из Поднепровско-причерноморских памятников Черняховской культуры // СА.1, 176-186.

Федоров Г.Б. 1960: Малаештский могильник // МИА. 82, 253-301.

Хайрединова Э.А. 1995: Боспор и морские походы варваров второй половины III в. н.э. // МАИЭТ / А. И. Айбабин (ред.). IV, 517-528.

Храпунов И.Н. 2002: Могильник Дружное (III-IV вв. нашей эры). Lublin.

Храпунов И.Н. 2003: Новые данные о сармато-германских контактах в Крыму (по материалам раскопок могильника Нейзац) // БИ. III, 329-350.

Храпунов И. Н. 2004: Подбойная могила позднеримского времени из некрополя Ней-зац // Херсонесский сборник. XIII, 297-309.

Храпунов И.Н. 2004: Этническая история Крыма в раннем железном веке (Боспор-ские исследования. IV). Симферополь; Керчь.

Храпунов И.Н. 2008: Склеп IV в.н.э. из могильника Нейзац // ПИФК. XXI, 356-391.

Храпунов И.Н. 2010: Оружие из могильника Нейзац // Terra Barbarica / A. Urbaniak, R. Prochowicz (red.). Lodz; Warszawa, 535-556.

Храпунов И.Н. 2011: Некоторые итоги исследований могильника Нейзац // Исследование могильника Нейзац / И. Н. Храпунов (ред.). Симферополь, 13-113.

Храпунов И.Н., Мульд С.А. 2004: Склепы с погребениями III в.н.э. из могильника Нейзац // БИ. VII, 299-326.

Храпунов И.Н., Храпунов Н.И. 1999: Склеп с захоронениями IV в.н.э. из могильника Дружное в Крыму // Херсонесский сборник. Х, 242-256.

Шабанов С.Б. 2011: Стеклянные сосуды из могильника Нейзац (по материалам раскопок 1996-2011 гг.) // МАИЭТ. XVII, 141-191.

Шабанов С.Б. 2013: Стеклянные сосуды из раскопок Инкерманского и Чернореченско-го могильников (из коллекции Бахчисарайского заповедника) // Крым в сарматскую эпоху (II в. до н.э. — IV в.н.э.) / И. Н. Храпунов (ред.). I. Симферополь; Бахчисарай, 155-170.

Шаров О.В. 2010: Данные письменных и археологических источников о появлении германцев на Боспоре // Stratum plus. 4, 251-285.

Шелов Д.Б. 1972: Танаис и Нижний Дон в первые века н.э. М.

Щапова Ю.Л. 1978: Мастерская по производству стекла у с. Комарово III-IV вв. // СА. 3, 230-242.

Щапова Ю.Л. 1983: Очерки истории древнего стеклоделия. М.

Щукин М.Б. 2005: Готский путь. Готы, Рим и Черняховская культура. СПб.

Юрочкин В.Ю., Труфанов А.А. 2003: Позднеантичный погребальный комплекс в низовьях реки Качи // Херсонесский сборник. XII, 199-225.

Barkoczi L. 1988: Pannonische Glassfunde in Ungarn (Acta Archaeologica. IX). Budapest.

Bursche A. 1996: Contacts between the Late Roman Empire and North-Central Europe // The Antiquaries Journal. 76, 31-50.

Doppelfeld O. 1966: Römisches und Fränkisches Glas in Köln. Köln.

Eggers H.J. 1951: Der römische Import in freien Germanien. Hamburg.

Ekholm G. 1963: Scandinavian Glass Vessels of Oriental Origin from the First to the Sixth Century // JGS. V, 29-38.

Evison V. 1975: Germanic Glass Drinking Horns // JGS. XVII, 74-87.

FlorescuR., Daicoviciu H., Ro§u L. 1980: Dic^ionar enciclopedic de artä veche a României. Bucureçti.

Foy D. 1998: La Verre // Fouilles à Marseille Les mobiliers (Ier — VIIer siècles ap. J.-C.) / H. Tréziny (ed.). Paris, 98-101.

Gavritukhin I. 2011: Cut Glass Beakers within the Context of Studies in the Connections between the South of Eastern Europe and Scandinavia in the Late Period of Roman Influence and the Great Migration Periods // Inter Ambo Maria: Contacts between Scandinavia and the Crimea in the Roman Period / I. Khrapunov, F. A. Stylegar (eds.). Kristiansand-Simferopol, 39-69.

Harden D. 1936: Roman Glass from Karanis Found by the University Michigan Archaeological Expedition in Egypt, 1924-29. Michigan.

Holland I. 2001: Sustaining Life. Vessel import to Norway in the first millennium AD. Stavanger.

Isings C. 1957: Roman Glass from Dated Finds. Groningen; Djakarta.

Khrapunov I.N. 2008: The Vault with Openwork Plaque from the Cemetery of Neyzats in the Crimea // The Turbulent Epoch / C. Carnap-Borheim (ed.). I. Lublin, 189-218.

Khrapunov I. 2011: The Northern Barbarians in the Crimea: a history of the investigation // Inter Ambo Maria: Contacts between Scandinavia and the Crimea in the Roman Period / I. Khrapunov, F. A. Stylegar (eds.). Kristiansand-Simferopol, 115-137.

Lazar I. 2003: The Roman Glass of Slovenia. Ljubljana.

Lund Hansen U. 1991: Römischer Import im Norden. Nordiske Fortidsminder. Serie B. Bd. 10.

Lund Hansen U. 2010: Contacts during the 3rd — 5th c. AD between South Scandinavia and the Black Sea — Illustrated by Late Roman Glass and Jewellery // Inter ambo maria: Contacts Between Scandinavia and Crimea in the Roman Period / I. Khrapunov (ed.). Simferopol, 87-89.

Mqczynska M. 2010: The Early Medieval Necropolis of Almalyk-Dere near the Foot of Mangup in the South-West Crimea // Inter ambo maria: Contacts Between Scandinavia and Crimea in the Roman Period / I. Khrapunov (ed.). Simferopol, 90-99.

Morin-Jean 1922-1923: La verrerie en Gaule sous l'Empire romain. Paris.

Pânczâl S., Dobos A. 2007: Facet cut Glass Vessels of the Late 3rd to 5th century AD. Analysis of Finds from North Danubian Romania // Funerary offerings and votive depositions in Europe's 1st Millennium AD. Cultural artefacts and local identities / Câlin Cosma (ed.). Cluj-Napoca, 67-97.

Rau G. 1972: Körpergräber mit Glasbeigaben des 4. nachchristlichen Jachrunderts im Oder-Weichel-Raum // Acta Praechistorica et Archaeologica / A. Müller, G. Kutscher, S. Waetzoldt (Her.). 3, 109-214.

Shabanov S. 2011: Glass Beakers with Polished Ovals from the Late Roman Period in the Crimea // Inter Ambo Maria: Contacts between Scandinavia and the Crimea in the Roman Period / I. Khrapunov, F. A. Stylegar (eds.). Kristiansand; Simferopol, 209-216.

Stjernquist B. 2004: Magnificent Glass Bowl from Uppakra // Continuity for Centuries. A ceremonial building and its context at Uppakra, southern Sweden / L. Larsson (edit.). 10. Lund, 103-151.

Straume E. 1984: Facettslipte glass i nordiske graver fra 4. og 5, arhundrede e.Kr. Oslo. Straume E. 1987: Glaeser mit Facettenschliff aus skandinavischen Graeben des 4. Und 5. Jahrhunderts n. Chr. Oslo.

Thomas S. 1960: Studien zu den germanischen Kämmen der römischen Kaiserzeit // Arbeits- und Forschungsberichte zur sachsischen Bodendenkmalpflege / W. Coblenz (her.). 8, 54-120.

SARMATIAN-GERMANIC CONTACTS IN THE CRIMEAN FOOTHILL AREA

S. B. Shabanov

Various categories of artefacts of the Germanic origin discovered in the Crimea have repeatedly attracted the attention of researchers. There are special studies discussing ornaments, ceramic ware, and weapons from the cemeteries in the foothill and mountainous areas in the Crimea. Scholarly tradition relates some of the glass vessels found there with the migration of tribes of Germanic circle, though others probably formed elements of Roman import. Some categories of glass vessels were formerly not interpreted as indicators of Germanic presence. In the article the author focuses on specific categories of glass vessels and the way they could get to the Crimean foothill area.

Key words: the Sarmatians, the Germans, the Crimea, Late Roman Period, glassware