Правительству не нравятся частные камеры

Правительство России планирует радикально пересмотреть принципы использования дорожных камер. Сегодня они используются для зарабатывания денег, заявил вице-премьер Максим Акимов: в течение пяти-шести лет нужно передать подобные системы государству, чтобы они работали исключительно для профилактики нарушений ПДД. Фактически речь идет о возвращении к прежней системе, действовавшей на заре запуска первых системы контроля скорости в 2008–2010 годах.

Ситуацию с камерами описал вице-премьер Максим Акимов в интервью РБК. «Сейчас камера — это средство коммерциализации,— сказал он.— Все эти государственно-частные партнерства в такой сфере мне очень не нравятся. Мы будем придушивать серые схемы. Во многих головах господствует идея, что такие спорные формы ГЧП — это решение бюджетных проблем. Нет, это продажа будущих свобод в рассрочку. В случае с камерами государство должно было напрямую вкладываться и на федеральных, и на региональных, и на муниципальных трассах».

Практика привлечения частных средств для развития систем фотовидеофиксации применяется относительно недавно (раньше комплексы закупались и эксплуатировались ГИБДД за госсчет).

Одна из самых известных схем применяется в Подмосковье с 2016 года — правительство региона заключило концессию с частной компанией «МВС Груп», которая обязалась установить более 1 тыс. камер в обмен на 233 руб. из бюджета за каждый оплаченный штраф.

По такой формуле в 2017 году компания получила около 250 млн руб. По данным “Ъ”, бизнес модель, заложенная в концессионное соглашение с «МВС Груп», оказалась несовершенной, в результате компания зарабатывает меньше, чем планировала. По данным kartoteka.ru, у компании уже трижды сменился гендиректор. В июне 2018 года вместо Михаила Алехина им стал Криман Руфат Эльдар оглы.

Власти Подмосковья тем не менее отказываться от концессии не собираются и планируют число комплексов нарастить. Похожие примеры есть и в других регионах, где компании используют мобильные камеры-треноги: фотографии с них пересылаются в ГИБДД, где выносятся постановления, что часто вызывает негативную реакцию граждан. В Москве большая часть комплексов также частные, но находятся в аренде: от количества штрафов доходы владельцев не зависят.

Что за камера такая

Кто и зачем следит за московскими водителями

По словам господина Акимова, правительство выступит с пересмотром применяемой схемы (не только в Московской области, а по всей стране). «Мы внимательно будем смотреть на интересы концессионеров, потому что это гражданско-правовые отношения,— заявил вице-премьер.— Вынуть меч из ножен и рубить — нехорошая политика. Но ветер изменится, станет более колючим в отношении этих проектов». Пока что частные компании, владеющие камерами, продолжат работать, заявил он, но впоследствии система видеофиксации нарушений будет передана государству, это произойдет в течение пяти-шести лет. «Там, где государство использует принуждение и наказание, я против частных проектов,— подчеркнул Максим Акимов.

— Мы подменяем главный мотив — добиваться, чтобы на этом участке никто не нарушал. А сейчас мотив — добиваться, чтобы нарушали как можно чаще, потому что денежный поток становится главным мерилом.

Там, где государство должно обеспечивать базовые права граждан, оно должно присутствовать, невзирая на расходы».

Проблема зарабатывания на штрафах обсуждается не первый год. Еще в 2013 году Общественная палата представила доклад, в котором приводились данные Минфина Омской области, который планировал годовой бюджет области пополнить на 492 млн руб. за счет штрафов. В Самарской области власти предложили профинансировать мероприятия по безопасности движения, выделив средства на камеры, поскольку они приносят наибольший доход. Депутаты самарской думы даже просчитали формулу: каждый вложенный в комплекс фиксации нарушений рубль приносит трехкратный доход. В 2014 году к критике общественников присоединилась и Генпрокуратура.

«Зачастую применение средств автоматической фиксации нацелено не на предупреждение и пресечение нарушений ПДД, а на пополнение региональных бюджетов»,— заявлял в интервью «РИА Новости» замначальника управления по надзору за исполнением законов о защите интересов государства и общества ведомства Александр Русецкий. В том же 2014 году глава думского комитета по конституционному законодательству Владимир Плигин говорил, что «целый ряд маленьких европейских городов живет за счет средств, собираемых в качестве штрафов с проходящих машин». В 2015 году банки разработали финансовые схемы для регионов, желающих закупить дорожные камеры и пополнить бюджеты на нарушителях.

Напомним, 30% всех штрафов ГИБДД в России приходится на Москву и область.

В 2018 году бюджет столицы получил от штрафов около 12,3 млрд руб., Московской области — 6,7 млрд руб. 90% этих сумм было обеспечены камерами.

«Концессии возникают от отсутствия денег в региональных бюджетах,— говорит представитель компании "Технологии распознавания" (производитель комплексов "Автоураган") Сергей Кусов.— Бизнес предлагает свои деньги тогда, когда государство само не выделяет средства своим субъектам. После запуска концессии коммерсанты стараются не только вернуть свои вложения, но и получить максимальную прибыль с этого проекта. По условиям концессии это возможно только в случае выписки штрафов также в максимальном значении. Естественно, что при таких условиях злоупотребления неизбежны».

По мнению господина Кусова, нужно не устранять концессии, а создавать надзорный орган, который определял бы места установки камер и контролировал частников с треногами. «Возможно, что такое подразделение нужно создать в ГИБДД, что было бы логично,— считает эксперт.— Кроме того, в случае доказанных случаев умышленных злоупотреблений со стороны концессионеров, их необходимо обязательно привлекать к ответственности. Иначе мы скоро увидим самосуд на дорогах. А если завернуть гайки, то многие дороги останутся без камер и, как следствие, без надзора. Ситуация с ДТП откатиться на 10-15 лет назад. Получится хотели, как лучше, а выйдет, как всегда».

Гендиректор «МВС Груп» Руфат Криман поддержал идею передачи камер в собственность государства. «Опыт работы компании в Московской области подтверждает эффективность предложенной модели»,— заявил он “Ъ” (комплексы, установленные за счет инвестора в Подмосковье, переданы на баланс области). При этом господин Криман обратил внимание, что компания как оператор отвечает за установку оборудования и работоспособность системы, но не является «агентом по взиманию штрафов и не принимает решений по признакам нарушений, это делает ГИБДД, она же выставляет штрафы». «По опыту работы в Московской области концессия, как метод финансирования капиталовложений в обеспечение социальных задач, привела к достижению обозначенных целей,— отмечает Руфат Криман.— Аварийность в 2018 году сократилась на 14,5%. Есть прямая корреляция между количеством установленных камер и сокращением социального и транспортного риска. Мы считаем важным разработку и уточнение методологических рекомендаций и моделей по установке камер с использованием не только статистики ДТП, но и прогнозов структуры и объема трафика и планируемых изменений на дорогах».