Текстообразующая функция слова «Вдруг» в произведениях Ф. М. Достоевского

ХУДОЖЕСТВЕННЫЙ ТЕКСТ И ЕГО ОРГАНИЗАЦИЯ

ТЕКСТООБРАЗУЮЩАЯ ФУНКЦИЯ СЛОВА «ВДРУГ» В ПРОИЗВЕДЕНИЯХ Ф.М. ДОСТОЕВСКОГО

И.В. Ружицкий

Кафедра русского языка для иностранных учащихся Филологический факультет Московский государственный университет имени М.В. Ломоносова Воробьевы Горы, 1-51, Москва, Россия, 119991

Текстообразующая функция слова «вдруг» играет особую роль в художественном мире Ф.М. Достоевского. Она выражает отношение автора ко времени, это точка пересечения сюжетных линий, тем, мотивов, состояний персонажей и самого автора.

Ключевые слова: художественное пространство, идиостиль, семантический компонент, семантическая оппозиция, одновременность, разновременность, прагматический ход событий.

На специфическое употребление слова вдруг, в первую очередь на его частотность, у Ф.М. Достоевского обращали внимание многие исследователи (М.М. Бахтин, В.В. Виноградов, А.А. Белкин, В.Н. Топоров, Е.Л. Гинзбург и другие) [1—5].

М.М. Бахтин, рассуждая об авантюрном времени, говорит, что «оно слагается из коротких отрезков, соответствующих отдельным авантюрам... В пределах отдельной авантюры на счету дни, ночи, часы и даже минуты и секунды... Эти отрезки вводятся и пересекаются специфическими "вдруг" и "как раз". "Вдруг" и "как раз" — наиболее адекватные характеристики всего этого времени, ибо оно вообще начинается и вступает в свои права там, где нормальный прагматический или причинно осмысленный ход событий прерывается и дает место для вторжений чистой случайности с ее специфической логикой. Эта логика — случайное совпадение, то есть случайная одновременность и случайный разрыв, то есть случайная разновременность. Причем "раньше" или "позже" этой случайной одновременности и разновременности также имеет существенное и решающее значение. Случись нечто на минуту раньше или на минуту позже, то есть не будь некоторой случайной одновременности или разновременности, то и сюжета бы вовсе не было и роман писать было бы не о чем» [2. С. 242], т. е. вдруг, по Бахтину, выполняет, по меньшей мере, три функции — это: 1) граница между событиями, 2) сюжетообразующая функция, 3) жанрообразующая функция.

А.А. Белкин, обращая внимание на частую повторяемость у Достоевского двух слов — вдруг и слишком, выдвигает предположение, что вдруг у Достоев-

ского имеет особый смысл: Александре вдруг и совсем почти неожиданно (как и всегда это так бывает) минуло двадцать пять лет. Вдруг, по мнению А.А. Белкина, «означает такую встречу, такое событие, которое играет решающую роль в судьбе человека, а порою являются катастрофическими» [3. C. 129]. И далее: «В романах Достоевского мы видим действительность, полную событий исключительных. Это — не медленная, плавная, без особых поворотов жизнь персонажей Гончарова, не мотивированно изменяющаяся жизнь героев Толстого, не обыденность, состоящая из мелких случайностей, в произведениях Чехова. Это жизнь хаотичная и катастрофическая, для нее характерны неожиданные спады и подъемы, неожиданные повороты психики героев, — и отсюда постоянное употребление излюбленного слова "вдруг"» [3. С. 129].

К этим замечаниям М.М. Бахтина и А.А. Белкина относительно значимости для Достоевского слова вдруг мы еще вернемся, сопоставив их с нашими наблюдениями над значением и употреблением этого слова, сделанными в ходе работы над Словарем языка Достоевского, а также над его ролью вообще в организации художественного пространства писателя. Исследования функционирования вдруг, проведенного на материале всего корпуса текстов Достоевского, в том числе публицистических текстов и писем, не существует, и материал лексикографического представления вдруг может явиться к нему первым шагом.

Необходимо обратить внимание на следующие особенности употребления слова вдруг в текстах Достоевского.

1. Частотность употребления слова вдруг распределяется следующим образом. Общее количество употреблений — 5867, из которых 5049 раз — в художественных текстах, 588 — в публицистике и 230 — в письмах. Обращает, однако, на себя внимание не столько абсолютная высокая частота употребления слова вдруг (у Достоевского много и других высокочастотных наречий, например чрезвычайно, давеча и др.), сколько его повторяемость в рамках одного предложения, абзаца, всего произведения, повторяемость, подчас нарушающая существовавшие в русском литературном языке XIX в. стилистические нормы. В художественных текстах Достоевского вдруг употребляется чаще, но не настолько принципиально чаще, если иметь в виду относительную частоту, чтобы говорить только о влиянии жанра. Ср. в «Дневнике писателя» и в письмах:

ДБестемностью меня уже попрекали; но в том и дело, что я действительно в этой поголовности нашего лганья теперь убежден. Пятьдесят лет живешь с идеею, видишь и осязаешь ее, и вдруг она предстанет в таком виде, что как будто совсем и не знал ее до сих пор. С недавнего времени меня вдруг осенила мысль, что у нас в России, в классах интеллигентных, даже совсем и не может быть нелгущего человека. (ДП 21: 117); [С.А. Ивановой] Я говорю с теткой и вдруг вижу, что в больших стенных часах маятник вдруг остановился. Я и говорю: это, верно, зацепилось за что-нибудь, не может быть, чтоб так вдруг встал, подошел к часам и толкнул опять маятник пальцем; он чикнул раз-два-три и вдруг опять остановился. Тут я проснулся и записал сон. (Пс 29.1: 209)Д

Можно предположить, что причина такой высокой частоты употребления вдруг кроется, во-первых, в его семантике и, во-вторых, в важности этого слова для Достоевского, как для его мировоззрения, так и для его идиостиля. Вдруг —

это, безусловно, пример идиоглоссы (слова, являющегося для автора одним из наиболее важных, ключевых, формирующих его картину мира), хотя как таковых знаний о мире оно не содержит. Тем более интересно то, что такое не содержащее в себе знания о мире слово отражает отношение Достоевского, его нелюбовь ко всему тому, что вдруг, случайно:

[А.Г. Достоевской] ДНо все забочусь, и день и ночь об них думаю, и обо всех нас: все хорошо, а вдруг случай какой-нибудь. Случайного я пуще всего боюсь. (Пс 29.2: 42)Д

Можно, конечно, вслед за А.А. Белкиным предположить, что в этом слове выражен страх Достоевского перед случайностью, неожиданностью припадка, но, по всей видимости, все обстоит несколько сложнее. 2. Система значений слова вдруг

Анализ функционирования вдруг в текстах Достоевского позволяет выделить у этого слова четыре значения: 1) 'неожиданно, внезапно':

Д<...> вдруг он [Иван Ильич] как будто стал забываться и, главное, ни с того ни с сего вдруг фыркнет и засмеется, тогда как вовсе нечему было смеяться. Это расположение скоро прошло после стакана шампанского, который Иван Ильич хоть и налил было себе, но не хотел пить, и вдруг выпил как-то совершенно нечаянно. Ему вдруг после этого стакана захотелось чуть не плакать. Он чувствовал, что впадает в самую эксцентрическую чувствительность; он снова начинал любить, любить всех, даже Пселдонимова, даже сотрудника «Головешки». Ему захотелось вдруг обняться с ними со всеми, забыть все и помириться. (СА 31) Да что это вы так побледнели, Родион Романович, не душно ли вам, не растворить ли окошечко? — О, не беспокойтесь, пожалуйста, — вскричал Раскольников и вдруг захохотал, — пожалуйста, не беспокойтесь! Порфирий остановился против него, подождал и вдруг сам захохотал, вслед за ним. Раскольников встал с дивана, вдруг резко прекратив свой, совершенно припадочный, смех... — Но смеяться себе в глаза и мучить себя я не позволю. Вдруг губы его задрожали, глаза загорелись бешенством, и сдержанный до сих пор голос зазвучал. — Не позволю-с! — крикнул он вдруг, изо всей силы стукнув кулаком по столу, — слышите вы это, Порфирий Петрович? — Не позволю, не позволю! — машинально повторил Раскольников, но тоже вдруг совершенным шепотом. (ПН 64) Д

Эти и аналогичные контексты употребления слова вдруг говорят о том, что вдруг для Достоевского фиксирует некоторую точку, являющуюся моментом выброса чувств, эмоций, впечатлений, состояний, действий и т.д., а высокая частота употребления вдруг в рамках одного контекста объясняется тем, что это слово является способом собрать эти чувства и действия в одном мгновении, миге, уничтожив в этом мгновении как время, так и причинно-следственную обусловленность событий, т.е., в конечном счете, для Достоевского это способ объединения группы событий в одной точке случайности, способ таким образом организовать текст (ср. с отрывком из Бахтина выше). И эта точка случайности находится вне времени и вне сознания человека: все события, сконцентрированные в этой точке, происходят помимо человеческой воли. Ответить на вопрос, что это за события, позволяет анализ подчинительных связей слова вдруг. В первую очередь

обращает на себя внимание очень высокая частота употребления вдруг с глаголами введения речи: сказать, воскликнуть, спросить и др., в том числе и во вторичной номинации (разразиться, отрезать, прорваться, оборвать, вырваться, оторваться, протянуть, ввернуть, ввязаться, подхватить, отчеканить, хватить и др.).

Особенности авторского стиля характеризует и употребление со словом вдруг таких глаголов введения речи, как прошамкать, брякнуть (брякнуть без вдруг вообще практически не используется), закудахтать и некоторых других.

Глаголы, вводящие речь без вдруг, у Достоевского встречаются очень редко, в отличие, например, от И.С. Тургенева и Л.Н. Толстого. Ср.:

ДЭто дядечка, — промолвила Фенечка, склоняя к нему свое лицо... (Тургенев, Отцы и дети); Прекрасно, — промолвил Павел Петрович и поставил трость в угол... (Тургенев, Отцы и дети); Вообще я вижу, что поездка твоя удалась, — сказал он ей [Левин Анне] (Толстой, Анна Каренина)Д.

И у Достоевского:

ДГоревший и пристальный взгляд Раскольникова как будто усиливался с каждым мгновением, проницал в его душу, в сознание. Вдруг Разумихин вздрогнул. Что-то странное как будто прошло между ними. Какая-то идея проскользнула, как будто намек; что-то ужасное, безобразное и вдруг понятое с обеих сторон... Разумихин побледнел как мертвец. — Понимаешь теперь?.. — сказал вдруг Раскольников с болезненно искривившимся лицом. — Воротись, ступай к ним, — прибавил он вдруг и, быстро повернувшись, пошел из дому... (ПН 40) Отвори! — дико заревел он [капитан Лебядкин] вдруг и неистово застучал опять кулаками. — Убирайся к черту! — заревел вдруг и Шатов. (Бс 119) Д

В одном небольшом диалоге мы можем встретить абсолютно, на первый взгляд, нелогичное и ненормированное «сказал вдруг — ответил вдруг».

Кроме того, вдруг часто используется с сочетаниями, обозначающими какой-то жест или телодвижение: топнуть ногой, затрястись (о губах), склоняться набок, начать стучать головой об стену, броситься (к ногам, на шею, на колени, в ноги), вскочить, вскочить и присесть на постели, закрыть глаза руками и зарыдать, закрыть ладонями лицо, закрыть лицо руками, закрыться руками, засмеяться и захлопать в ладоши, выставить/выставлять язык... и т.п. О таких сочетаниях с вдруг писал В.В. Виноградов в своем анализе «Двойника» Достоевского: «Обозначения движений превращаются в застывшие формулы, которые повторяются на протяжении поэмы множество раз. В соответствии с этим неизменно повторяются и описания душевных переживаний, знаками которых являлись внешние движения... Для того чтобы эти формулы движений и настроений не образовали замкнутого круга, воспроизводимого с утомительным однообразием, необходимо было разнообразить порядок их смены неожиданными нарушениями. Поэтому встречаются в тексте бесконечные указания на внезапный обрыв начатого действия и неожиданный переход к новому. Наречное образование вдруг отмечает пересечение одного ряда движений другим» [Виноградов 1976: 110—111]. Частотна сочетаемость вдруг и с глаголами изменения внутреннего состояния, физического или эмоционального: блеснуть (во взгляде, в уме, в глазах), броситься в лицо (о краске), выразиться (в глазах, в лице — о волнении, удивлении, ужасе), покрас-

неть, покраснеть, вспыхнуть, улыбнуться, разразиться (о волнении, слезах, смехе, хохоте, припадке) и т.д. Высока частота употребления вдруг с глаголами в фазовом значении — с приставкой за- (заговорить, заснуть, зашевелиться в душе), начать/начинать, стать, броситься/бросаться делать что-л. и др., что, конечно же, не случайно.

Умирают и женятся у Достоевского тоже вдруг. Чаще — умирают. Вдруг часто объединяет несколько действий (обычно два), обозначенных цепочкой глаголов: валяются на дороге, хохочут, всеобщее внимание на себя привлекают, и этому десять единогласных свидетелей есть (ПН 109); вздрагивал, просыпался, вспоминал все, приподнимал руку и принимался думать (ВМ 100); все бросил, сел в вагон и прикатил в Париж (Иг 307); вскакивал с дивана и начинал колотить кулаками в стену (Бс 12); встал, поклонился... застыдился... задел и грохнул об пол... столик, разбил его и вышел (Бс 28) и т.п.

Отмечается частотность употребления слова вдруг с конструкцией взять + и (да и) + глагол СВ: взять и войти; взять и подать; взять и присоединить (одну из сторублевых); взять да и найти; взять да и напечатать и т.д., а также со специфическими для разговорной речи видовыми значениями — буд. вр. СВ в зн. прош.: ни с того ни с сего вдруг фыркнет и засмеется; вдруг вздохнет и скажет; наст. вр. НСВ в зн. прош.: вдруг вижу, слышу... Обращает на себя внимание и довольно высокая частота использования вдруг в эллиптических конструкциях, что вообще характерно для устного рассказа: [Вельчанинов] Почему же такая вдруг гордость-с? (ВМ 47) Показательны, однако, сами существительные, которые вводит вдруг: аффект, беспокойство, вдовец, везде черти, голос дьявола, гордость, песня дьявола, мысль, мысль о помешательстве, обморок, озарение, припадок; крик, визг, истерика; ругань, слезы градом, сон в руку, тревога... После слова вдруг в повествовании или устном рассказе может иметься пауза, на которую указывает, в частности, употребление междометий:

ДИ вдруг, о диво! вышел майский N «Современника»... (Пб 20: 102); И вдруг, о ужас! замечаешь... (ДП21: 66)Д

или которая обозначена многоточием:

ДЧто ж в самом деле? ведь ему [Голядкину] было все равно: дело сделано, конечно, решение скреплено и подписано; что ж ему?.. Вдруг... вдруг он вздрогнул всем телом и невольно отскочил шага на два в сторону. (Дв 139)Д

Еще несколько слов о синтагматических связях слова вдруг у Достоевского — в контактной позиции с как бы, как будто, как-то, причем вдруг может находится как до, так и после этих способов выражения неопределенности:

Д [Раскольников Соне] Ну, так я тебе говорю, что на этом «вопросе» я промучился ужасно долго, так что ужасно стыдно мне стало, когда я наконец догадался (вдруг как-то), что не только его не покоробило бы, но даже и в голову бы ему не пришло, что это не монументально... (ПН 319); [Иван Петрович] Вообще она [Нелли] задавала свои вопросы как-то вдруг, совсем для меня неожиданно. (УО 280) В этот первый год у меня бывали глупые минуты, когда я (и всегда как-то вдруг) начинал почти ненавидеть Акима Акимыча... (ЗМ 209) Все у нас как будто зашевелилось, как будто куда-то собиралось. Мы как будто вдруг открыли Америку. Ожиданий, надежд была бездна. (Пб 19: 108)Д

Здесь сема немотивированности соединяется с семой неопределенности, в результате происходит семантическое опустошение вдруг, а число средств выражения неопределенности, столь важной для Достоевского, увеличивается.

2) 'сразу, сразу после, тотчас, немедленно, моментально; очень быстро, последовательно одно за другим':

ДОн [Ефимов] пришел за своей шляпой. — Где деньги? — закричала вдруг матушка, разом догадавшись, что произошло что-нибудь необыкновенное. (НН 180)Д

Наиболее показательно это значение проявляется в противопоставлении:

Д[Юлия Михайловна] В этом мальчике [П. Верховенском] еще много остатков прежних вольнодумных замашек, а по-моему, просто шалость; но вдруг нельзя, а надо постепенно. (Бс 245) Эти «беспорядки Занфтлебена», разумеется, открывались не вдруг, а постепенно... (ДП 26: 50) Слово «стушеваться» значит исчезнуть, уничтожиться, сойти, так сказать, на нет. Но уничтожиться не вдруг, не провалившись сквозь землю, с громом и треском, а, так сказать, деликатно, плавно, неприметно погрузившись в ничтожество. Похоже на то, как сбывает тень на затушеванной тушью полосе в рисунке, с черного постепенно на более светлое и наконец совсем на белое, на нет. (ДП 26: 66)Д

3) 'целиком, в полном объеме и одновременно; вместе, разом':

Д[М.М. Достоевскому] Наконец, есть такие канальи, которые задерживают иногородние требования и не дают требующей даже в Петербурге публике. Теперь: издай я сам, я вдруг продаю всем книгопродавцам в Петербурге, на чистые. Процент берется законный. (Пс 28.1: 132)Д

Здесь вдруг практически всегда акцентировано, выделяется ударением. Чаще употребляется в письмах. Отмечаются случаи употребления в противопоставлении:

ДДа разве можно съесть шестьдесят монахов? — смеялись кругом. — Хоть он [«один из тунеядцев» из рассказа Лебедева] и съел их не вдруг, что очевидно, а, может быть, в пятнадцать или в двадцать лет, что уже совершенно понятно и натурально. (Ид 313) [М.М. Достоевскому] Ты спросишь: где взять денег на издание? Вот что я придумал: во 1-х, издать не вдруг, а книгу за книгой. Всего три книги. (Пс 28.1: 339) Д

4) в зн. частицы 'а если' (обычно, но вовсе не обязательно, при предположении чего-то нежелательного):

Д[Аркадий Васе] Послушай еще: я ведь не вздор говорю; я согласен, во всем Петербурге не найдешь такого почерка, как твой почерк, я готов тебе уступить, — не без восторга заключил Нефедевич, — но вдруг, боже сохрани! ты не понравишься, вдруг ты не угодишь ему [Юлиану Мастаковичу], вдруг у него дела прекратятся, вдруг он другого возьмет — ну да, наконец, мало ли что может случиться! (Ср 20)Д

Семантический компонент 'внезапность' объединяет все четыре значения слова вдруг, однако эти значения характеризуются еще и своей непосредственной связью с временным континуумом: момент, в который что-то начинает происходить ^ момент, после которого что-то происходит ^ одновременность ^ потенциальность. На эту соотнесенность вдруг со временем указывает и большин-

ство его ассоциатов в текстах Достоевского: а что если, в два часа, в один миг, вмиг, внезапно, внезапный, мало ли что, мало ли что может случиться, мгновение, невзначай, нечаянно, когда произойдет; мелькнуть, миг, молния, неожиданно, неожиданный, нечаянно, ни с того ни с сего, поразить, потрясение, припадок, промелькнуть, раз, разом, случай, случайно, случиться, сорваться, эпилепсия. Достоевский очень часто «нанизывает» различные синонимы вдруг (в этом своеобразном способе задать крещендо одна из особенностей его идиостиля): чиню перо, вдруг, невзначай, подымаю глаза; вдруг и совсем неожиданно; вдруг, разом; Но вдруг, и почти в то самое мгновение; вдруг бы, ни с того ни с сего; так, вдруг, в один миг; И вдруг в это время, совершенно неожиданно; и вдруг, нежданно-негаданно; как-то вдруг, совсем для мена неожиданно; вдруг, мгновенно; Вдруг, например, «ни с того ни с сего» припомнилась; как-то невзначай, вдруг и почти сама собой; вдруг и неожиданно; Как-то тотчас и вдруг; уехать куда-нибудь, не оглядываясь, как-нибудь вдруг, нечаянно; вдруг и, главное, внезапно; вдруг, почти в мгновение; вдруг, как-то внезапно, явилась необыкновенная уверенность; но вдруг, как бы вне себя, как бы не сам собой, воскликнул и т.п.

В одну парадигму с вдруг, учитывая все сказанное выше, объединенную прежде всего семой немотивированности, необъяснимости, входит и придуманный Достоевским бобок. Только если вдруг — это граница, после которой что-то обязательно происходит, то бобок — это точка, после которой уже нет ничего. И Достоевский не был бы Достоевским, если бы не придумал слова для обозначения этого абсолютного ничто:

ДГлавное, два или три месяца жизни и в конце концов — бобок. (Бб 51)Д

В рассказе «Бобок», по справедливому замечанию М.М. Бахтина, — весь мир Достоевского: «Маленький "Бобок" — один из самых коротких сюжетных рассказов Достоевского — является почти микрокосмом всего его творчества. Очень многие, и притом важнейшие, идеи, темы и образы его творчества — и предшествующего и последующего — появляются здесь в предельно острой и обнаженной форме: идея о том, что "все позволено", если нет бога и бессмертия души (один из ведущих образов идей в его творчестве); связанная с этим тема исповеди без покаяния и "бесстыдной правды", проходящая через все творчество Достоевского, начиная с "Записок из подполья"; тема последних моментов сознания (связанная в других произведениях с темами смертной жизни и самоубийства); тема сознания, находящегося на грани безумия; тема сладострастия, проникшего в высшие сферы сознания и мысли; тема сплошной "неуместности" и "неблагообразия" жизни, оторванной от народных корней и народной веры, и др. — все эти темы и идеи в сгущенной и обнаженной форме вмещены в узкие, казалось бы, рамки этого рассказа» [1].

Анализ функционирования слова вдруг позволяет высказать предположение о том, что в этом слове сконцентрирован весь художественный мир Достоевского, его отношение ко времени вообще и к любому человеческому поступку в этом времени, в том числе и в диалоге с кем-то или с самим собой. В нем — случайность, неожиданность, а главное — неподчиненность поступка и мысли объективным причинно-следственным законам. Вдруг, реализуя такие семантические

оппозиции, как рациональность Ф иррациональность, случайность Ф закономерность, одновременность Ф последовательность, мгновенность Ф постепенность, целиком Ф по частям, непредсказуемость Ф заданность и т.п., выполняет тезаурусообразующую функцию, скрепляя остальные элементы текстов писателя, обеспечивая их связанность и целостность. Вдруг — это точка, это почти ничто, но точка, как известно, является пересечением линий, и именно в этом почти ничто пересекаются у Достоевского и линии развития сюжета, и мотивы, и состояние героев Достоевского и самого автора. Именно в этом почти ничто исчезает время, то самое время, которое так любит «укорачивать» Достоевский: минута ^ секунда ^ четверть секунды ^ десятая доля секунды ^ мгновение ^ миг... и исчезает время во вдруг.

ЛИТЕРАТУРА

[1] Бахтин М.М. Проблемы поэтики Достоевского. — М.: Художественная литература, 1972.

[2] Бахтин М.М. Формы времени и хронотопа в романе. Очерк по исторической поэтике // Вопросы литературы и эстетики. — М., 1975.

[3] Белкин А.А. «Вдруг» и «слишком» в художественной системе Достоевского // Статьи и разборы. — М., 1973.

[4] Виноградов В.В. Эволюция русского натурализма: К морфологии натурального стиля (опыт лингвистического анализа петербургской поэмы «Двойник») // В.В. Виноградов. Поэтика русской литературы. — М., 1976.

[5] Гинзбург Е. Идиоглосса: к вопросу о выразительности контекста // Слово Достоевского / Под ред. Ю.Н. Караулова, Е.Л. Гинзбурга. — М., 2001.

[6] Топоров В.Н. О структуре романа Достоевского в связи с архаичными схемами мифологического мышления («Преступление и наказание») // В.Н. Топоров. Миф. Ритуал. Символ. Образ. — М., 1995.

TEXTUAL FUNCTION OF THE RUSSIAN WORD "VDRUG" (SUDDENLY) IN THE WRITINGS OF F.M. DOSTOEVSKY

I.V. Ruzhitsky

The Department of Russian Language for Foreign Students Philological Faculty Moscow State University n.a. M.V. Lomonosov the Vorobyevy Hills, 1-51, Moscow, Russia, 119991

Textual function of the word "vdrug" (suddenly) plays a specific role in the artistic world of F.M. Dostoevsky. It expresses the author's attitude towards the time meaning the cross-point of plotlines, themes, motives, characters' status and the author's status as well.

Key words: artistic space, idiomatic style, semantic component, semantic opposition, simultaneity, time diversity, pragmatic sequence of events.