Оценочные значения описательных глагольно-именных оборотов в эпистолярных текстах конца XIX - начала XX В. (на материале писем М. А. Волошина, В. Т Шаламова, Б. Л. Пастернака)

УДК 811.161.1'42 + 821.161.1-155

М. А. Смирнова

Оценочные значения описательных глагольно-именных оборотов в эпистолярных текстах конца XIX - начала XX в.

В статье рассматриваются оценочные значения атрибутивных распространителей описательных глагольно-именных оборотов в эпистолярных текстах конца XIX - начала XX в. Анализируются описательные глагольно-именные обороты в письмах М. А. Волошина, В. Т. Шаламова, Б. Л. Пастернака - авторов, чьи тексты наиболее достоверно отражают основные направления развития русского литературного языка. Особое внимание уделяется продуктивным моделям описательных гла-гольно-именных оборотов. Атрибутивные распространители группируются по трем типам в зависимости от вида характеризуемого объекта, точки зрения на определенный аспект объекта, от мотивации оценки. Дается краткий обзор основных особенностей эпистолярных текстов конца XIX - начала XX в., таких как установление свободной манеры общения, снижение стандартизации и др. Анализу подвергаются оценочные значения местоимений. Рассматривается распространение описательных глагольно-именных оборотов с помощью придаточных предложений. Отмечается возможность структурных трансформаций спрягаемых форм описательных глагольно-именных оборотов. Обосновывается роль описательных глагольно-именных оборотов в совершенствовании эпистолярного текста рассматриваемого периода. Делается вывод о том, что оценочные значения, возникающие в конструкциях устойчивой структуры, отражают главную особенность эпистолярных текстов - сочетание книжности и разговорности.

Ключевые слова: описательный глагольно-именной оборот, оценочные значения, атрибутивные распространители, эпистолярный текст, письмо, оценка, речевой штамп, сенсорные оценки, сублимированные оценки, аналитизм, местоимение, структурные трансформации.

М. А. Smirnova

Estimated Meanings of Descriptive Verb-and-Noun Phrases in Epistolary Texts of the end of XIX - the beginning of the XX century

The evaluation meanings of attributive disseminators of verb-and-noun phrases in the epistolary texts of the late XIX - early XX centuries are considered in the article. The verb-and-noun phrases are analyzed in letters of Voloshin, Shalamov and Pasternak - the authors, whose texts most reliably reflect the main directions of development of the Russian literary language. Particular attention is paid to the productive models of verb-and-noun phrases. Attributive disseminators are grouped into three types depending on the type of the characterized object, the point of view on a particular aspect of the object, the evaluation's motivation. A brief overview of the main features of the epistolary texts of the late XIX - early XX centuries, such as the establishment of a free style of communication, standardization reducing, etc., is given. Evaluation meanings of pronouns are analyzed. The propagation of verb-and-noun phrases with the help of subordinate sentences are considered. The possibility of structural transformations of conjugated forms of verb-and-noun phrases is pointed. The role of verb-and-noun phrases to improve the epistolary text in the period under review is substantiated. The conclusion is that evaluation meanings in constructions with a stable structure reflect the main feature of epistolary texts, the combination of the literary and colloquial language.

Keywords: verb-and-noun phrases, evaluation meanings, attributive disseminators, an epistolary text, a letter, evaluation, clichés, sensory evaluations, sublimated evaluations, analitism, pronoun, structural transformations.

Эпистолярные тексты конца XIX - начала XX в. значимы для развития русского литературного языка. В рассматриваемый период личная переписка не только была одним из важнейших способов письменного общения (письма широко функционировали и по силе общественного воздействия практически приравнивались к художественной литературе), но и являлась ярким показателем происходящих в языке изменений: окончательного разрушения книжной системы речи, установления свободной манеры общения.

В период XIX-XX вв. происходит расширение границ литературного языка. В письмах утверждается установка на «разговорность». Повышается эмоциональность и оценочность речи, снижается стандартизация. Выразительность и оценочность текстов связана с употреблением острых, экспрессивных фразеологиче-

ских выражений [7, с. 18]. Большей частью их употребление объясняется необходимостью передачи дружеской иронии, создания стилистической тональности приятельской болтовни.

В письмах активно употребляются описательные глагольно-именные обороты (ОГИО) - синтаксические образования, основанные на «несвободном употреблении глагола-призрака (лишенного определенного вещественного значения), семантически неделимые, обладающие всеми категориальными и формальными признаками глагола (значение процесса; формы спряжения и вида)»: вести расследование, давать совет, делать ошибку, выражать беспокойство и т. д. [6, с. 239]. Инвариантными признаками ОГИО являются подчинительная связь между компонентами, грамматизация глагольного значения и проницаемость [4, с. 206].

© Смирнова М. А., 2014

Оценочные значения описательных глагольно-именных оборотов в эпистолярных текстах конца XIX- начала XX в.

Высокая частотность их употребления свойственна не только для эпистолярных текстов, но именно письмо своей близостью к устной речи позволяет проследить существенные изменения, происходившие в языке в конце XIX - начале XX в.

Язык эпистолярных текстов образованных людей, в первую очередь писателей, с большой достоверностью отражает основные направления эволюции русского литературного языка.

Процесс разрушения книжной системы речи был показательным; в употреблении сниженных слов, в семантической словесной и фразовой игре авторы переписки, владеющие образцовым литературным языком, видели средство и способы не только стилизации, но и создания демократичного по составу средств воплощения эпистолярного текста [7, с. 24].

В совершенствовании эпистолярного текста в данный период нельзя отрицать большую роль ОГИО, которые интересны структурной и семантической неоднородностью, своеобразным несоответствием формальной и смысловой структуры. Структура ОГИО, конструкций, близких исторически к речевым штампам, содержит широкие возможности для выражения оценки. В состав ОГИО могут включаться стилистически различные слова, и в этом отношении интересно проследить их выразительные особенности, специфику соотношения книжности и разговорности в конструкциях, традиционно считавшихся устойчивыми, семантически целостными сочетаниями.

Атрибутивные распространители ОГИО выражают разнообразные оценочные значения в зависимости от вида характеризуемого объекта, от точки зрения на определенный аспект объекта, от мотивации оценки.

Например, для ОГИО ставить задачу, иметь значение, оказать услугу характерно распространение прилагательным большой. Ср.: Еще раз я горячо благодарю Вас за письмо. Вы ставите передо мной большие и высокие задачи (В. Т. Шаламов -Б. Л. Пастернаку 24-Х11-52 Кюбюма); До свиданья, дорогой Борис Викторович. Ответа от Вас я, конечно, не жду. Но если Вы хотите мне оказать большую услугу, то пришлите мне пачку французских газет, журналов и книг, освещающих внутреннюю жизнь Европы, ведь тут мы живем в полной изоляции, и это самое тяжелое (М. А. Волошин - Б. В. Савинкову 28 сент<ября> (11 окт. н. ст.) 1920 Коктебель); ...целых полтора года мы не встречались, и порой думается, видел ли я Вас вообще. Для меня слишком большое значение имели те немногие встречи с Вами, чтобы я мог к ним относиться равнодушно (В. Т. Шаламов -Б. Л. Пастернаку 22 мая 1955 Туркмен). Во всех предложениях прилагательные выражают положительную субъективную оценку, характеризуют ситуацию с точки зрения субъекта. Субъект во всех случаях - конкретное лицо. Н. Д. Арутюнова называет данный тип сенсорными оценками, связанными с ощущениями, чувственным опытом - физическим или психическим. Оценка прямо истекает из того ощущения, которое, независимо от воли и самоконтроля, испытывает человек.

Предикаты этой группы, независимо от того, к чему они относятся, характеризуют в большей мере вкусы субъекта оценки (человека), чем ее объект. Субъект оценки выступает в этом случае как психический или физический рецептор [1, с. 198].

Приведенные выше примеры относятся также к сочетаниям, соотносительным со шкалой по степени интенсивности, или по признаку много/мало. Признаки могут двигаться по нарастающей/убывающей. Оценочная шкала динамична, она развертывается в двух направлениях - в сторону увеличения и в сторону уменьшения количества данного признака [2, с. 49]. Предложения, соответствующие этой шкале, различаются по принципу положительной или отрицательной характеристики. Давать отрицательную характеристику могут прилагательные, обозначающие и большое, и малое количество признака. Положительная же характеристика отличается полным преобладанием прилагательных большой, огромный, огромнейший, выражающих высокую степень проявления признака.

Прилагательные, распространяющие ОГИО, могут содержать сублимированные (эстетические или этические) оценки. Сублимированные оценки возвышаются над сенсорными оценками, «гуманизируя» их [1, с. 199]: Вы слишком много чувствуете и понимаете от природы и пережили слишком чувствительные удары, чтобы можно было замкнуться в одни суждения о Ваших данных, о Вашей одаренности. С другой стороны, слишком немолодо и немилостиво наше время, чтобы можно было прилагать к сделанному только эти облегченные мерила (Б. Л. Пастернак -В. Т. Шаламову 9 июля 1952). В предложениях данной группы отражаются субъективные отношения, впечатления, чувства человека по отношению, как правило, к художественному объекту: Есть другая поэзия - оперирующая арифметическими величинами, когда читательской работы не требуется и приводится цифровая выкладка, дается однократное и тем самым не вечное, а временное решение задачи. Примеров этой второй, арифметической поэзии приводить не надо (В. Т. Шаламов - Б. Л. Пастернаку 25 мая 1953 Том-тор); Подлинная поэзия предстает как некий алгебраический ряд, алгебраическая задача, куда каждый читатель может вносить свою арифметику, делать свои жизненные, арифметические подстановки (В. Т. Шаламов - Б. Л. Пастернаку 25 мая 1953 Том-тор). В обоих предложениях поэзия сравнивается с арифметикой, алгебраическими задачами, и читатель, обращаясь к поэзии, словно решает подобную задачу.

Имена прилагательные в составе ОГИО способны выражать оценки, связанные с практической деятельностью, практическими интересами и повседневным опытом человека. Их основные критерии: физическая или психическая польза, направленность на достижение определенной цели, выполнение некоторой функции, соответствие установленному стандарту. Это те ценности, которые принято считать относительными. Представления об относительных ценностях формируются в ходе практической деятельности человека.

Они предназначены для того, чтобы упорядочивать, облегчать и регулировать эту деятельность [1, с. 200]: А теперь поблагодарим нацию, школы, миллионные населения городов, тысячи профессий за то, что они создали такие удобные, легко постижимые понятия и, выработав такой точный и содержательный язык, тем самым приняли благосклонное участие в этом интимном объяснении, и принесли, так сказать, посильную помощь, и простимся прежними разъехавшимися родственниками (Б. Л. Пастернак -О. М. Фрейденберг Москва, 26. VII. 1910); Да мы видели на вокзале... Одним словом, как будто это не люди, а овощи, которые были подвергнуты последовательной пересадке из местности в местность (Б. Л. Пастернак - А. О. и О. М. Фрейденберг Москва <19 августа(?)1910>). В первом предложении ОГИО приняли благосклонное участие можно отнести к оценкам сенсорным, поскольку субъектом выражается положительное отношение к действию: ср.: благосклонный - 'доброжелательно расположенный к кому-, чему-либо; оказывающий внимание, ласково снисходительный к кому-либо' [БАС I: 492]. ОГИО принесли посильную помощь является примером оценок, связанных с практической деятельностью человека, телеологических оценок. Прилагательное посильный характеризует действие с точки зрения эффективности, целесообразности, успешности осуществления: 'соразмерный с силами, возможностями' [БАС X: 1473].

Интересен следующий пример, содержащий два ОГИО в одном контексте: Сейчас для России необходимее всего деятели практические, умеющие преодолеть всякую собственную политическую идеологию ради реальных необходимостей страны. Врангель до сих пор производит впечатление такого. Все его распоряжения и действия носят характер истинной политической мудрости (М. А. Волошин - Б. В. Савинкову 28 сент<ября> (11 окт. н. ст.) 1920 Коктебель). ОГИО производит впечатление такого включает в себя указательное местоимение такой, отсылающее к предшествующему предложению, которое содержит соответствующую характеристику объекта. Таким образом, ОГИО дает оценку объекту с помощью целого предложения. Сочетание производить впечатление выражает модально-оценочное значение, аналогичное связкам казаться, показаться, представляться, считаться, которые указывают на состояние, признак предмета в чьем-либо представлении, причем этот признак является постоянным для предмета, а не случайным, как результат воздействия этого предмета на субъект. В данном примере ОГИО произвести впечатление в сочетании с местоимением характеризует лицо. ОГИО произвести впечатление относится к связкам, в которых «значение подлинности восприятия признака допускает сомнение, то есть имеет элемент мнимости, кажимости» [5, с. 151]. Превращение данного оборота в связку отражает тенденцию к аналитизму русского языка.

ОГИО носить характер (чего-либо) соотносителен по внешним формальным признакам с трехсловными (и более) глагольными сочетаниями, однако функционально они тоже двучленны: например, носить беспо-

койный характер = быть/казаться/являться беспокойным. ОГИО представляет интерес ввиду необычного распределения вещественного и грамматического значений. Взаимоотношения между семантическим и грамматическим центрами носят аналитический характер. Количество конструктивных компонентов, организующих структуру ОГИО, может равняться трем и более, однако функционально эти обороты двучленны. Ср.: носит творческий характер - является творческим; принимает однотонную, серую окраску - становится однотонным, серым [3, с. 138].

Особенностью таких структур является существительное с общим, очень широким значением (характер), имеющие при себе обязательный распространитель - зависимое прилагательное или существительное. В таких конструкциях семантическим центром выступает не именной член - существительное с общим лексическим значением, а обязательный распространитель, который уточняет значение этого существительного и является, таким образом, конкретным выражением вещественного значения ОГИО. В примере из письма М. А. Волошина ОГИО состоит из нескольких компонентов: носят характер истинной политической мудрости и тем самым в компактной форме дает исчерпывающую характеристику объекта - совершаемого действия. При этом дается оценка именному компоненту ОГИО мудрость: истинная -'действительная, настоящая, несомненная' [БАС V: 537], политическая - 'основывающаяся на политике, связанная с вопросами политики' [БАС X: 1001]. Таким образом, на одном примере можно увидеть, что в составе одного ОГИО содержится всесторонняя эмоциональная субъективная оценка.

В определенном контексте оценочные значения способны выражать местоимения, распространяющие ОГИО. Ср.: Деятельностью я не принимал никакого участия в Революции, если не считать того, что всеми силами, поскольку это было в моих возможностях, мешал истреблению одних русских людей другими (М. А. Волошин - Б. В. Савинкову 28 сент<ября> (11 окт. н. ст.) 1920 Коктебель). Местоимение никакой с предшествующим отрицанием не принимал выражает категоричность отрицания [РСС I: 32].

Оценочное значение свойственно местоимению некоторый. Ср.: Я пришел в литературу со своими запросами живости и яркости, отчасти сказавшимися в первой редакции книги «Поверх барьеров» (1917 г.). Но и она претерпела уже некоторые искажения (Б. Л. Пастернак - В. Т. Шаламову 9 июля 1952). Ср.: некоторый - 'какой-то, точно не определенный' [РСС I: 32]. Нельзя говорить о том, что характеризующее объект местоимение указывает на незначительность, поскольку в существительном искажения изначально заложена информация о переиначенности, порче [БАС V: 433] и присутствует резко негативная оценка. Распространитель, проникая в структуру ОГИО претерпеть искажения, смягчает отрицательную окраску и категоричность, усиливая значение неточности.

Местоимение какой-то вносит в высказывание с ОГИО оттенок неопределенности : Каждый человек в

153"

Оценочные значения описательных глагольно-именных оборотов в эпистолярных текстах конца XIX- начала XX в.

16 лет дает себе какие-то клятвы, какие-то обещания. Иными они забываются, иными не забываются (В. Т. Шаламов - Б. Л. Пастернаку 12 июля 1956 Туркмен). Ср.: какой-то - 'неопределенный по признаку, свойству, качеству, а также вообще неизвестно какой ' [РСС I: 31]. Эту характеристику усиливает повторение данного местоимения рядом с именными компонентами ОГИО.

Оценочная характеристика объекта может быть выражена прилагательным в сочетании с местоимением: Простите меня, что я пишу Вам все эти грустные вещи, мне хотелось бы, чтоб Вы получили сколько-нибудь правильное представление о том значительном и отметном, чем окрашен почти 20-летний период - пятилеток больших строек «дерзаний и достижений» (В. Т. Шаламов - Б. Л. Пастернаку 8 января 1956 Туркмен). Местоимение сколько-нибудь подчеркивает неточность, неопределенность характеристики: 'какое-нибудь неопределенное, обычно незначительное, количество' [РСС I: 33]. Количественное числительное употребляется рядом с качественным прилагательным правильное, указывая на некоторое ограничение данного признака.

Оценочные значения, возникающие в высказываниях с ОГИО, отражают главную особенность эпистолярных текстов - сочетание книжности и разговорности. Специфика этого соотношения заключена в ОГИО, в их структурных, семантических, прагматических свойствах. ОГИО в эпистолярных текстах являются средством экспрессивного выражения состояния, эмоционального отношения субъекта к предметам и явлениям действительности.

Библиогрфический список

1. Арутюнова, Н. Д. Язык и Мир Человека [Текст] / Н. Д. Арутюнова. - 2-е изд., испр. - М.: Языки русской культуры, 1999. - 896 с.

2. Вольф, Е. М. Функциональная семантика оценки [Текст] / Е. М. Вольф. - 2-е изд., доп. - М.: Едиториал УРСС, 2002. - 280 с.

3. Касьянова, Л. Н. К вопросу о синтаксической форме сказуемого, выраженного описательными глагольно-именными оборотами [Текст] / Л. Н. Касьянова // Лингвистический сборник: Проблемы русского языкознания. Вып. 5. - М.: МОПИ им. Н. К. Крупской, 1976. - С. 129-143.

4. Лагузова, Е. Н. Описательный глагольно-именной оборот как единица номинации [Текст] / Е. Н. Лагузова. -М.: МГОУ, 2003. - 243 с.

5. Лекант, П. А. Грамматические категории слова и предложения [Текст] / П. А. Лекант. - M. : Изд-во MTOX 2QQl. - 215 с.

6. Лекант, П. А. Очерки по грамматике русского языка [Текст] / П. А. Лекант. - M.: Изд-во MTOX 2QQ2. - 312 с.

l. Лешутина, И. А. Константы и переменные русской «почтовой прозы» первой трети XIX столетия [Текст] : авто-реф. дис. ... д-ра филол. наук : 1Q.Q2.Q1 / Лешутина И. А.; Mосковский гос. обл. ун-т. - M., 2QQ6. - 34 с.

Лексикографические источники

1. Словарь современного русского литературного языка [Текст]: [в 1l т.] / [С. П. Обнорский и др.] : под ред. В. И. Чернышева. - M., Л.: ÄH СССР, 1948-1965 (БАС).

2. Русский семантический словарь. Толковый словарь, систематизированный по классам слов и значений [Текст]: [в 4 т.] / под общей ред. H. Ю. Шведовой. - M., Ин-т рус. яз. РАЫ; 2QQ2. - Т. I. - SQl с. (РСС).

Bibliogrficheskij spisok

1. Arutjunova, N. D. Jazyk i Mir Cheloveka [Tekst] / N. D. Arutjunova. - 2-e izd., ispr. - M.: Jazyki russkoj kul'tury, 1999. - 896 s.

2. Vol'f, E. M. Funkcional'naja semantika ocenki [Tekst] / E. M. Vol'f. - 2-e izd., dop. - M.: Editorial URSS, 2QQ2. - 2SQ s.

3. Kas'janova, L. N. K voprosu o sintaksicheskoj forme skazuemogo, vyrazhennogo opisatel'nymi glagol'no-imennymi oborotami [Tekst] / L. N. Kas'janova // Lingvisticheskij sbornik: Problemy russkogo jazykoznanija. Vyp. 5. - M.: MOPI im. N. K. Krupskoj, 19l6. - S. 129-143.

4. Laguzova, E. N. Opisatel'nyj glagol'no-imennoj oborot kak edinica nominacii [Tekst] / E. N. Laguzova. - M. : MGOU, 2QQ3. - 243 s.

5. Lekant, P. A. Grammaticheskie kategorii slova i predloz-henija [Tekst] / P. A. Lekant. - M.: Izd-vo MGOU, 2QQl. -215 s.

6. Lekant, P. A. Ocherki po grammatike russkogo jazyka [Tekst] / P. A. Lekant. - M.: Izd-vo MGOU, 2QQ2. - 312 s.

l. Leshutina, I. A. Konstanty i peremennye russkoj «poch-tovoj prozy» pervoj treti XIX stoletija [Tekst]: avtoref. dis. ... dra filol. nauk : 1Q.Q2.Q1 / Leshutina I. A.; Moskovskij gos. obl. un-t. - M., 2QQ6. - 34 s.

Leksikograficheskie istochniki

1. Slovar' sovremennogo russkogo literaturnogo jazyka [Tekst]: [v 1l t.] / [S. P. Obnorskij i dr.]: pod red. V. I. Cherny-sheva. - M., L.: AN SSSR, 1948-1965 (BAS).

2. Russkij semanticheskij slovar'. Tolkovyj slovar', sistema-tizirovannyj po klassam slov i znachenij [Tekst]: [v 4 t.] / pod obshhej red. N. Ju. Shvedovoj. - M., In-t rus. jaz. RAN; 2QQ2. -T. I. - SQl s. (RSS).