Судебное разбирательство с участием присяжных заседателей: теоретические и правовые аспекты

А А Нлъюхов

судебное разбирательство с участием присяжных заседателей: теоретические и правовые основы

Анализируются мнения сторонников и противников суда присяжных заседателей. Противники указывают на неспособность присяжных качественно отправлять правосудие, что приводит к высокому проценту вынесения оправдательных вердиктов. Сторонники же утверждают, что суд присяжных заседателей ведет к повышению качества деятельности органов уголовного преследования и качества правосудия, и настаивают на выведении судов присяжных на уровень районных (городских) судов.

Отмечаются отдельные проблемы правового регулирования участия присяжных заседателей в судопроизводстве по уголовным делам. Проблемы касаются, в частности, отбора присяжных заседателей и обеспечения их безопасности. Кроме того, по мнению автора, суд присяжных заседателей не нацелен на достижение объективной или формальной истины, а его решения во многом зависят от результативности приемов убеждения, используемых сторонами процесса. Поэтому предлагается ввести в России смешанную модель суда присяжных, предполагающую вынесение решения судом в составе присяжных заседателей и профессионального судьи. Также автор обращает внимание на необходимость повышения качества предварительного расследования, неукоснительного соблюдения таких фундаментальных принципов, как презумпция невиновности, состязательность и равноправие сторон.

Ключевые слова: уголовный процесс, уголовное судопроизводство, присяжные заседатели, суд присяжных заседателей, предварительное следствие, правосудие

Несмотря на двадцатипятилетний период своего существования, российский суд присяжных заседателей серьезного влияния на уголовную политику государства не оказал, что обусловлено изменением вектора на компромиссное, ускоренное и сокращенное правосудие. Так, ежегодно в России судом присяжных заседателей рассматривается в среднем 500-700 уголовных дел, или 0,06 % от общего числа уголовных дел, рассмотренных судами первой инстанции. При этом наблюдается тенденция к уменьшению их количества что обусловлено, в частности, сокращением количества заявляемых обвиняемыми ходатайств из-за снижения числа выносимых оправдательных вердиктов и более суровых сроков наказания, если подсудимый признан виновным и не заслуживающим снисхождения.

Указанный факт подтверждается авторским исследованием 151 уголовного дела с участием присяжных заседателей. В 70 % случаев подсудимым, признанным виновными, назначались более суровые наказания, нежели если бы уголовные дела рассматривались без их участия. Судебная статистика свидетельствует, что присяжные заседатели в среднем выносят 11 % оправдательных вердиктов от общего числа вердиктов по рассмотренным ими уголовным

делам, и этот показатель постепенно снижается. Однако в период становления суда присяжных заседателей данный показатель был куда выше и доходил до 30 %. Это было связано не столько с неспособностью присяжных заседателей вершить правосудие, сколько с неумением органов уголовного преследования перестроиться на новую форму отправления правосудия.

Не все согласны с этим утверждением, полагая, что решения присяжных заседателей порой не поддаются никакому объяснению, поскольку они не юристы и подвержены влиянию толпы, что уменьшает их ответственность за принятые решения [Иванов 2001: 21]. Отчасти с данными доводами согласиться можно, но недостатки эти вызваны особенностями суда указанной формы отправления правосудия (отсутствие юридического образования), и их устранение влечет утрату судом присяжных заседателей своей сущности. Также не вполне состоятелен довод об их склонности к вынесению необоснованных оправдательных вердиктов, так как немалая доля ответственности за это лежит и на органах уголовного преследования, неспособных представить суду качественные доказательства.

Что особенно неприемлемо, так это сравнение присяжных заседателей с толпой. Французский психолог XIX в. Г. Лебон, характеризуя

толпу, отмечал, что основная ее черта - исчезновение сознательной личности и образование социальной целостности, правит которой бессознательное, и именно в толпе интеллектуальные способности индивида исчезают, уступая место бессознательным качествам [Лебон, Тард 1999: 138]. Это высказывание не относится к присяжным заседателям, поскольку в своих решениях они как раз и руководствуются здравым смыслом, жизненным опытом и совестью, которые позволяют им принимать порой нестандартные, рискованные, но обоснованные решения, в то время как профессиональные судьи скованы правовыми нормами, и на их решения влияние оказывают профессиональная деформация и косность мышления.

В определенной мере можно согласиться лишь с утверждением о том, что высокий процент вынесения оправдательных вердиктов обусловлен и сложностью оценки присяжными заседателями обстоятельств исследуемого события, которые бывает трудно оценить и профессиональным юристам. Особенно это актуально для ситуаций, когда по результатам расследования отсутствуют точные выводы, есть сложные формулировки в экспертных исследованиях, неточно сформулированы вопросные листы, либо стороны процесса недостаточно подготовлены к судебному разбирательству. Последнее утверждение касается государственного обвинителя, который не всегда способен доступно донести до присяжных заседателей доказательства, представленные стороной обвинения.

Кроме того, доводы о высоком проценте оправдательных вердиктов не следует считать обоснованными, реально их показатель ниже (в среднем 12-15 %), поскольку количество дел, рассмотренных присяжными заседателями, меньше количества дел, рассмотренных составом суда без их участия. В среднем это три-четыре уголовных дела в год на каждый субъект Российской Федерации, и, как правило, выносится один оправдательный вердикт, тогда как в судах без их участия он выше. Если даже предположить, что присяжные заседатели выносят больше оправдательных вердиктов, причины низкого количества оправдательных приговоров без их участия объясняются высоким процентом рассмотрения дел в особом порядке (до 60 %). Как полагает ряд авторов, это не способствует достижению истины, повышению профессионализма государственных обвинителей и председательствующих судей, так как облегчает их работу в судебном разбирательстве уголовного дела [Корчагин 2012].

Однако и отвергать то обстоятельство, что суд присяжных заседателей нуждается в рефор-

мировании, нельзя, так как на стадии подготовки, проведения и окончания судебного разбирательства, пересмотра принятых им решений присутствуют проблемы правового и организационного характера.

Организационные проблемы касаются: извещения участников процесса о времени и месте отбора и формирования коллегии присяжных, когда требуется организовать явку кандидатов в присяжные заседатели и сбор информации о них; обеспечения безопасности участников судебного разбирательства; работы суда после провозглашения вердикта уже без участия присяжных заседателей; исполнения письменных распоряжений судьи и т. д. К примеру, проблемы в обеспечении мер безопасности присяжных заседателей ведут к их неявке в судебное заседание из-за опасений за свои жизнь и здоровье.

Правовой проблемой функционирования суда присяжных заседателей выступает несовершенство законодательного механизма отбора и формирования коллегии присяжных заседателей. На уровне районных (городских) органов муниципальной власти не персонифицирована ответственность должностных лиц за составле-

Проблемы в обеспечении мер безопасности присяжных заседателей ведут к их неявке в судебное заседание из-за опасений за свои жизнь и здоровье

ние списков кандидатов в присяжные заседатели. В частности, не определено, кто из указанных должностных лиц органа исполнительной власти (коллегиально или единолично) проводит случайную выборку кандидатов в присяжные заседатели. Причем случайный порядок отбора не гарантирует его качества.

Кроме того, сам механизм формирования предварительных списков не соответствует требованиям прозрачности, так как в нем не принимают участия представители общественности. Законодательный порядок опубликования через средства массовой информации муниципальных образований общего и запасного списков кандидатов в присяжные заседатели построен таким образом, что эти списки публикуются не всегда, поскольку не все средства массовой информации располагают подобными возможностями.

Процесс формирования коллегии присяжных заседателей не сбалансирован по половому, возрастному критериям, что не позволяет им объективно и беспристрастно исследовать обстоятельства дела для принятия обоснован-

ного решения, о чем свидетельствует судебная практика1. Также председательствующий судья порой оглашает кандидатам в присяжные заседатели списки потерпевших и свидетелей2, что, по мнению Т. В. Моисеевой, помогает кандидатам определить, знают ли они этих лиц [Моисеева 2011: 69]. Однако указанный механизм законодательно не отрегулирован и неоднозначно воспринимается сторонами процесса, поскольку способен сформировать у присяжных заседателей тенденциозность в отношении обстоятельств исследуемого события.

Механизм формирования коллегии присяжных заседателей не гарантирует неучастия в качестве присяжных заседателей не имеющих на это право граждан (ранее судимых). Дело в том, что информацию о себе кандидаты в присяжные заседатели предоставляют сторонам добровольно, и ее истинность презюмируется, а значит, как отмечает Н. В. Радутная, она изначально вызывает доверие, выступая главным ориентиром при формировании вопросов кандидатам в присяжные заседатели [Радутная 1998]. Причем граждане со снятой и погашенной судимостью вправе участвовать в отправлении правосудия. Ученые и практики относятся к этому неоднозначно. Р. Кине полагает, что в любом обществе есть люди, которые фактически не были осуждены за уголовные преступления по причине неустановления органами расследования их причастности к ним, но допускать их к участию в отправлении правосудия нельзя, поскольку у них присутствует предвзятое отношение к органам уголовного преследования и к правосудию в целом [Кине 1997: 39].

Чтобы избежать вхождения в состав коллегии присяжных заседателей таких граждан, законодатель предоставил сторонам право заявлять немотивированные отводы. Оставшиеся кандидаты, как замечает Н. В. Радутная, получают от сторон «кредит доверия» [Радутная 1998]. Но по справедливому мнению Г. Джаншиева, подобное решение вопроса «всегда будет сопряжено со случайностью» [Джаншиев 1885: 12], а значит и риском введения в коллегию присяжных заседателей необъективного и предвзятого кандидата.

Учитывая позиции ученых и судебную практику, следует минимизировать риски вхождения в состав коллегии присяжных заседателей граждан, участие которых способно отрицательно сказаться на ходе судебного разбирательства. Для этого предлагается ввести ограничения на

1 Уголовные дела № 44-005-41сп; 73-005-15сп; 44-003-131сп; 14-003-41сп; 48-004-4 сп; 42-007-5сп // Архив Верховного Суда Российской Федерации.

2 Уголовные дела № 43-007-4сп; 80-008-52сп; 51-003-43сп // Архив Верховного Суда Российской Федерации.

вхождение в состав коллегии присяжных заседателей кандидатов со снятой и погашенной судимостью. Кроме того, на уровне субъектов Российской Федерации нужно создать специальный орган - комиссию по составлению и утверждению списков кандидатов в присяжные заседатели, участвовать в работе которой будут представители Министерства юстиции РФ и аппаратов судов, а также представители общественности и психологи. Комиссия будет проверять и обрабатывать информацию, поступающую из муниципальных образований и получаемую от кандидатов в присяжные заседатели. Это позволило бы освободить суд от выполнения не свойственных ему функций. Списки кандидатов в присяжные заседатели следует публиковать в востребованных у населения средствах массовой информации. По истечении трех месяцев после опубликования списков включенные в них граждане должны проходить процедуру утверждения в местных органах власти.

Однако проблемы не ограничиваются этапом формирования и отбора коллегии присяжных заседателей, они присутствуют и в судебном следствии. Из-за сочетания профессиональных и непрофессиональных начал прежде всего исследуются обстоятельства совершенного деяния, а затем разрешаются вопросы права, связанные с обсуждением вердикта и назначением наказания, что обязывает председательствующего использовать особые приемы судебного следствия [Случевский 1913: 546]. Поэтому одни авторы полагают, что в судебном разбирательстве по причине соблюдения процедуры судоговорения достигается формальная (юридическая), а не объективная истина [Францифоров 2006: 22]. Другие авторы, наоборот, уверены, что процедура судоговорения позволяет реализовать цели уголовного судопроизводства, а выводы, что объективная истина не может быть достигнута, служат лишь оправданием следственных и судебных ошибок [Ларин, Мельникова, Савицкий 1997: 83-85].

Возможно, последний довод и верен, однако профессиональные судьи стремятся соблюсти процессуальную процедуру, избежав при этом обжалования и отмены приговора, а значит и цель установить объективную истину по уголовному делу для них вторична. Если истина и достигается, однако судебные процедуры нарушены, то приговор все равно обжалуется и отменяется. Указанная процедура для присяжных заседателей не столь принципиальна, поскольку они исследуют вопросы факта, а процедура судоговорения для исследования обстоятельств лишь дополняет этот процесс. Причем по формальным признакам процедура судоговорения может не соблюдаться, но истина достигается,

тогда как в ином составе суда процедура судоговорения будет соблюдена, но истина не достигнута, а для профессиональных судей это более важно.

Представляется, в суде присяжных заседателей достигается не абсолютная (объективная) или формальная (юридическая) истина, а условное согласие в оценке преступного деяния, которое является результатом использования сторонами методов убеждения.

Сказанное дает основание предложить включить в число принципов уголовного судопроизводства требования о всестороннем, объективном и полном исследовании судами обстоятельств, подлежащих доказыванию по уголовному делу. Это позволит присяжным заседателям принять единодушное решение по сформулированным для них вопросам в установленный законодателем трехчасовой срок и тем самым достичь объективной истины. В то же время представляется, что присяжные могут и без временных рамок обсудить поставленные вопросы и разрешить противоречия, придя в совещательной комнате к единодушному решению. В связи с этим предлагаем исключить из ч. 1 ст. 343 УПК РФ требования о соблюдении указанного срока.

Не находят поддержки среди ученых и положения ч. 2 ст. 343 УПК РФ о правилах принятия супермажоритарного вердикта (обвинительного вердикта), предусматривающего наличие большинства голосов (7 из 12), что не отвечает интересам подсудимого и его защитника [Насонов, Ярошин 2003; Карнозова 2000: 233; Агабаева 2015: 174]. Данное правило заимствовано из английской модели суда присяжных заседателей, за исключением количества голосов, необходимых для вынесения обвинительного вердикта.

При анализе вопроса о теоретико-правовых основах судебного разбирательства с участием присяжных заседателей внимание нужно уделять и качеству расследования, так как от его результатов зависит обоснованность вердикта (если у присяжных возникают сомнения в виновности подсудимого, то все сомнения они трактуют в его пользу) [Ильюхов 2013].

В целом однозначного ответа на вопрос о том, какая из форм отправления правосудия имеет больше достоинств или недостатков, нет. В каждой из них есть как положительные, так и отрицательные стороны, но преимуществом суда присяжных заседателей является отказ от принципа «разумного основания», берущего начало в советской юридической школе и не позволяющего объективно исследовать все обстоятельства дела. Отказ от данного принципа позволяет суду присяжных заседателей беспристрастно оценивать работу органов предварительного расследования, внося в судебную си-

стему общественное понимание правды и справедливости, основанное на жизненном опыте и здравом смысле [Ильюхов 2015: 32].

По справедливому мнению судьи городского суда г. Геленджика Г. В. Чюрсиновой, сущность современного суда - пристрастное отношение судьи к подсудимому, иначе его самого за оправдание виновного осудит общество [Цит. по: Максудов, Флемер 1999: 50]. Аналогичного мнения придерживается С. Тейман, указывающий на обвинительный уклон всего уголовного судопроизводства, что обусловлено общей идеологией правоохранительной системы, в том числе суда [Тейман 2001-2002: 115]. Приведенные нами мнения подтверждаются данными Судебного департамента при Верховном Суде РФ. Согласно им общий процент оправданных лиц, а также лиц, в отношении которых производство прекращено по реабилитирующим основаниям, составляет 4,5 % от общего числа обвиняемых, дела которых поступили в суд, тогда как доля оправдательных вердиктов суда присяжных доходит до 20 %!.

Многие практические работники убеждены, что исход процесса предрешается не в суде, а в досудебном производстве, само правосудие ограничивается назначением наказания

С точки зрения практиков, судьям проще проигнорировать низкое качество расследования, чем возложить на себя ответственность за оправдание подсудимого. По словам экспертов, «некоторые судьи, кажется, не в курсе, что обязаны оправдывать подсудимого, если достаточные доказательства его виновности не представлены»2. Однако указанный постулат не всегда соблюдается, и в итоге следователи искренне полагают, что их работа - изобличить и обвинить, а стороны защиты - устанавливать оправдывающие и смягчающие вину обстоятельства. По сути, многие практические работники убеждены, что исход процесса предрешается не в суде, а в досудебном производстве, само правосудие ограничивается назначением наказания. Принцип же презумпции невиновности декларативен.

В этом контексте любопытны результаты опроса следователей следственных подразделений Следственного комитета России, про-

1 Официальный сайт Судебного департамента при Верховном Суде Российской Федерации // URL: http://www.cdep.ru.

2 Маркин: В России 0,4 % оправдательных приговоров // URL: http://www.bbc.com/russian/russia/ 2015/01/150120_markin_acquittal_rate_court_russia.

веденного автором в рамках семинарских и практических занятий в Санкт-Петербургской и Московской академиях Следственного комитета Российской Федерации. Большая часть слушателей считает, что их деятельность имеет обвинительный уклон, а прекращение ими уголовного дела по реабилитирующим основаниям выступает отрицательным показателем их деятельности. Подобный подход органов следствия к работе вынуждает защиту применять тактические приемы, «придерживая» свои аргументы до суда, тем самым избегая их возможного утаивания или неправильной оценки органами следствия.

Повышение требований к расследованию, неукоснительное соблюдение принципов пре-

зумпции невиновности, состязательности и равноправия сторон процесса могло бы заставить органы уголовного преследования применять процессуальные, организационные и тактические приемы, дающие присяжным возможность эффективней отправлять правосудие в суде.

Для повышения качества уголовного судопроизводства предлагается ввести суд присяжных в районные суды, используя смешанную модель, при которой суд состоит, к примеру, из семи присяжных заседателей и одного профессионального судьи. Однако эффективность предложенной модели может определить лишь судеб-но-следственная практика.

список литературы

Агабаева А. В. Процессуальный статус прокурора в суде с участием присяжных заседателей: дис. ... канд. юрид. наук. М., 2015. 225 с.

Джаншиев Г. Первая новелла. Закон о присяжных 12 июня 1884 года. М.: Тип. А. И. Мамонтова и Ко, 1885. 23 с.

Иванов А. Г. Социальное право: формы и сущность административно-правового регулирования в системе социальной защиты: автореф. дис. ... канд. филос. наук. Ростов-н/Д, 2001. 32 с.

Ильюхов А. А. Вопросы повышения эффективности досудебного производства по уголовным делам, подлежащим рассмотрению судом с участием присяжных заседателей. М.: Юрлитинформ, 2015. 214 с.

Ильюхов А. А. Качество предварительного следствия как составляющий элемент эффективности отправления правосудия в суде с участием присяжных заседателей // Вестник Московского университета МВД России. 2013. № 11. С. 121-125.

Карнозова Л. М. Возрождение суда присяжных. Замысел и проблемы становления. М.: Nota Bene, 2000. 304 с.

Кине Р. Роль суда присяжных в англо-американском уголовном суде // Материалы международного семинара по проблемам суда присяжных. Ростов-н/Д: РГЭА, 1997. С. 39-49.

Корчагин А. Ю. Принципы и уровни организации судебного разбирательства // Российская юстиция. 2012. № 8. С. 41-46.

Ларин А. М., Мельникова Э. Б., Савицкий В. М. Уголовный процесс России. Лекции-очерки. М.: БЕК, 1997. 314 с.

Лебон Г., Тард Г. Психология толп. Мнение и толпа. М.: Ин-т психологии РАН, 1999. 416 с.

Максудов Р., Флемер М. Исследование постреформаторской ситуации судейского корпуса // Уголовное право. 1999. № 1. С. 47-55.

Моисеева Т. В. Формирование объективной и беспристрастной коллегии присяжных заседателей // Российское правосудие. 2011. № 7. С. 67-77.

Насонов С. А., Ярошин С. М. Вердикт присяжных заседателей. М.: Р. Валент, 2003. 156 с.

Радутная Н. В. Порядок разрешения на предварительном следствии ходатайств о рассмотрении дела судом присяжных. Предварительное слушание. Подготовительная часть судебного заседания. Формирование состава присяжных заседателей // Рассмотрение дел судом присяжных: науч. пособие / под ред. В. М. Лебедева. М.: Юрид. лит., 1998. С. 86-101.

Случевский В. К. Учебник русского уголовного процесса. Судоустройство - судопроизводство. СПб.: Тип. М. М. Стасюлевича, 1913. 684 с.

Тейман С. К. Тезисы о роли народного участия в реформе уголовного процесса // St. Louis-Warsaw Transatlantic Law Journal. Vol. 2001-2002. P. 115-116.

Францифоров Ю. В. Противоречия уголовного процесса. Методология. Механизм регулирования. Средства разрешения противоречий. М.: Приор-издат, 2006. 176 с.

Алексей Александрович Ильюхов - кандидат юридических наук, доцент, доцент кафедры уголовного права и уголовного процесса Смоленского государственного университета (Смоленск). 214000, Российская Федерация, Смоленск, ул. Пржевальского д. 4. E-mail: alexsmol96@yandex.ru.

Trial by Jury: Theoretical and Legal Foundations

In the article, the author discusses the views of supporters and opponents of trial by jury. Opponents think that jurors are unable to dispense justice effectively. On their opinion, this leads to a high percentage of acquittal verdicts. By contrast, advocates of jury believe that such trial contributes to improvement of activity of criminal prosecution bodies and administrating the justice. Therefore, they propose to expand the jurisdiction of juries to the level of district and city courts.

The author points out some problems of legal regulation of jurors' participation in trials. In particular, such problems arise in selection of jurors and providing their safety. Moreover, in Russia, juries do not aim at achieving the truth (neither objective, nor procedural). Their decisions mainly depend on effectiveness of persuasion from participants of a proceeding. Due to this, the author suggests implementing in Russia the so-called mixed model of trial by jury that means that the composition of a court should include professional judge and some jurors. Also the author states that quality of preliminary investigation should be enhanced. During the pre-trial stages it is necessary to respect such fundamental principles as presumption of innocence, competitiveness, and equality of participants of proceeding.

Keywords: criminal trial, criminal proceeding, jurors, trial by jury, preliminary investigation, justice

References

Agabaeva A. V. Protsessual'nyi status prokurora v sude s uchastiem prisyazhnykh zasedatelei [Procedural Status of the Prosecutor in Trial by Jury]: cand. jur. sc. thesis, Moscow, 2015, 225 p.

Dzhanshiev G. Pervaya novella. Zakon o prisyazhnykh 12 iyunya 1884 goda [The First Novelty. The Jury Act on 12 June 1884], Moscow, Tip. A. I. Mamontova and Co., 1885, 23 p.

Frantsiforov Yu. V. Protivorechiya ugolovnogo protsessa. Metodologiya. Mekhanizm regulirovaniya. Sredstva razresheniya protivorechii [Contradictions in the Criminal Procedure. Methodology of Regulatory Mechanism. Means of Resolving Contradictions], Moscow, Prior-Izdat, 2006, 175 p.

Il'yukhov A. A. Kachestvo predvaritel'nogo sledstviya kak sostavlyayushchii element effektivnosti otpravleniya pravosudiya v sude s uchastiem prisyazhnykh zasedatelei [The Quality of Preliminary Investigation as a Constituent Element of the Effectiveness of Trial by Jury], Vestnik Moskovskogo universiteta MVD Rossii, 2013, no. 11, pp. 121-125.

Il'yukhov A. A. Voprosy povysheniya effektivnosti dosudebnogo proizvodstva po ugolovnym delam, podlezhashchim rassmotreniyu sudom s uchastiem prisyazhnykh zasedatelei [Improving Efficiency of Pre-Trial Proceedings in Criminal Matters to be Considered by the Court Involving Jurors], Moscow, Yurlitinform, 2015, 214 p.

Ivanov A. G. Sotsial'noe pravo: formy i sushchnost' administrativno-pravovogo regulirovaniya v sisteme sotsial'noi zashchity [Social Law: the Forms and the Essence of Administrative-Law Regulation in the System of Social Security]: auto-abstract of a cand. phil. sc. thesis, Rostov-na-Donu, 2001, 32 p.

Karnozova L. M. Vozrozhdenie suda prisyazhnykh. Zamysel i problemy stanovleniya [The Revival of Trial by Jury. Concept and Problems of Formation], Moscow, Nota Bene, 2000, 304 p.

Kine R. Rol' suda prisyazhnykh v anglo-amerikanskom ugolovnom sude [The Role of Juries in an Anglo-American Criminal Court], Materialy mezhdunarodnogo seminara po problemam suda prisyazhnykh [Materials of an International Seminar on the Matters of Trial by Jury], Rostov-na-Donu, RGEA, 1997, pp. 39-49.

Korchagin A. Yu. Printsipy i urovni organizatsii sudebnogo razbiratel'stva [Principles and Levels of Organization of Trial], Rossiiskaya yustitsiya, 2012, no. 8, pp. 41-46.

Larin A. M., Mel'nikova E. B., Savitskii V. M. Ugolovnyi protsess Rossii, Lektsii-ocherki [Criminal Procedure in Russia. Lectures-Essays], Moscow, BEK, 1997, 314 p.

Le Bon G., Tarde G. Psikhologiya tolp. Mnenie i tolpa [The Psychology of Crowds. Opinion and Crowd], Moscow, In-t psikhologii RAN, 1999, 416 p.

Maksudov R., Flemer M. Issledovanie postreformatorskoi situatsii sudeiskogo korpusa [The Study on Post-Reform Situation in the Judiciary], Ugolovnoe pravo, 1999, no. 1, pp. 47-55.

Moiseeva T. V. Formirovanie ob"ektivnoi i bespristrastnoi kollegii prisyazhnykh zasedatelei [Formation of an Objective and Impartial Jury], Rossiiskoe pravosudie, 2011, no. 7, pp. 67-77.

Nasonov S. A., Yaroshin S. M., Verdikt prisyazhnykh zasedatelei [Verdict of a Jury], Moscow, R. Valent, 2003, 156 p.

Radutnaya N. V. Poryadok razresheniya na predvaritel'nom sledstvii khodataistv o rassmotrenii dela sudom prisyazhnykh. Predvaritel'noe slushanie. Podgotovitel'naya chast' sudebnogo zasedaniya. Formirovanie sostava prisyazhnykh zasedatelei [The Order of Considering Applications about Hearing by Jury During the Preliminary Investigation. Preliminary Hearing. Preparatory Stage of the Trial. Formation of the Jury], Lebedev V. M. (ed.) Rassmotrenie del sudom prisyazhnykh [Proceeding by Jury], Moscow, Yurid. lit., 1998, pp. 86-101.

Sluchevskii V. K. Uchebnik russkogo ugolovnogo protsessa. Sudoustroistvo - sudoproizvodstvo [A Textbook on the Russian Criminal Procedure. Organization of Courts. Proceeding by Courts], Saint-Petersburg, Tip. M. M. Stasyulevicha, 1913, 684 p.

Teiman S. K. Tezisy o roli narodnogo uchastiya v reforme ugolovnogo protsessa [The Thesis on the Role of People's Participation in the Reform of the Criminal Procedure], St. Louis-Warsaw Transatlantic Law Journal, vol. 2001-2002, pp. 115-116.

Alexey Ilyukhov - candidate of juridical sciences, associate professor of Department of criminal law and criminal process, Smolensk State University (Smolensk). 214000, Russian Federation, Smolensk, Przewalski str., 4. E-mail: alexsmol96@yandex.ru.

Дата поступления в редакцию / Received: 20.06.2018

Дата принятия решения об опубликовании / Accepted: 28.08.2018