Субъект преступления (статья 238 уголовного кодекса Российской Федерации): сущностный аспект

Состав преступления - ключевой институт уголовного права, формализованный уголовно-правовой наукой, воспринятый посредством обращения правоприменителя к конструкции соответствующих уголовно-правовых норм Общей и Особенной частей Уголовного кодекса Российской Федерации (далее - УК РФ) [1]. Среди обязательных элементов его конструкции (объект и объективная сторона, субъективная сторона) субъект преступления является равнозначным и подлежит установлению в каждом конкретном случае для надлежащей (правильной) квалификации любого из обозначенных в уголовном законе преступлений.

Понятие «субъект преступления», как отмечает А. И. Рарог, «в отличие от понятия личности преступника имеет не социальное, а чисто уголовно-правовое содержание» [2]. Более того, Уголовный кодекс РФ не содержит прямого указания на определение субъекта преступления. Вместо этого уголовный закон оперирует такими категориями, как: несовершеннолетний, исполнитель, военнослужащий, сотрудник органа внутренних дел, лицо, выполняющее управленческие функции в коммерческой или иной организации и т. д. Понятие субъекта преступления - исключительно доктринальное определение науки уголовного права. Его уголовно-правовое содержание составляют положения ст. 19-23 УК РФ.

Размышляя о признаках субъекта преступления, мы можем констатировать, что в науке уголовного права, в отличие от признаков общего субъекта преступления, не представлено единого мнения о субъекте, которым выступает лицо, совершившее общественно опасное деяние, предусмотренное ст. 238 УК РФ. «Подобные разночтения в теории, безусловно, влекут существенные нарушения закона и не способствуют формированию единой судебной практики», - указали в своей научной работе А. Н. Савченко и В. В. Колосовский [3].

Разделяя вышеизложенную позицию авторов, позволим себе заметить, что она полностью подтверждает сложившуюся практику применения ст. 238 УК РФ. Вместе с тем, проведение контекстного анализа признаков субъекта преступления без соответствующего обращения к его качественным и количественным характеристикам (судимости, структуре и видам наказаний, назначаемых за совершение деяний по признакам состава преступления - ст. 238 УК РФ) невозможно и требует своего собственного рассмотрения.

Согласно данным Судебного департамента при Верховном суде РФ за 2013 г. по обвинительным приговорам, вступившим в законную силу по основной статье (238 УК РФ), осуждено лиц: ч. 1 ст. 238 - 3792, ч. 2 ст. 238 - 300, ч. 3 ст. 238 - 5. Структура наказаний представлена следующим образом. За рассматриваемый период 2013 г. штраф как вид уголовного наказания применялся в отношении 2932 осужденных. В качестве основного вида наказания штраф до 5 тыс. руб. был назначен 1168 (39,8 %) осужденным (ч. 1 ст. 238 УК РФ - 1160, ч. 2 ст. 238 УК РФ - 8), от 5 до 25 тыс. руб. - 1556 (53,1 %) осужденным (ч. 1 ст. 238 УК РФ - 1538, ч. 2 ст. 238 УК РФ - 18), свыше 25 до 500 тыс. руб. - 208 (7,1 %) по ч. 1 ст. 238 УК РФ - 172, ч. 2 ст. 238 УК РФ - 36. При постановлении обвинительных приговоров 313 лицам назначено наказание в виде ограничения свободы. К обязательным работам привлечено по приговору суда (ч. 1 ст. 238 УК РФ) 430 осужденных. Осуждено к лишению свободы условно 446 человек [4].

Таким образом, фактическое распределение видов и разброс уголовных наказаний определяется особенностями субъекта преступления. При этом в подавляющем большинстве случаев лица, осуществляющие предварительное следствие при квалификации преступления (ст. 238 УК РФ), опираются на признаки субъекта преступления, которые по своей сути разнородны. Например, на стадии предварительного расследования, судебного производства по уголовному делу физические лица, не зарегистрированные и не обозначающие себя в качестве индивидуальных предпринимателей, признаются субъектами этого преступления. К таким видам общественно-опасных деяний правоприменитель относит деяния, предусмотренные ч. 1 ст. 238 УК РФ, сопряженные, например, со сбытом (продажей) или хранением спиртосодержащей жидкости, не отвечающей требованиям безопасности, что входит в явное противоречие с положениями уголовно-правовой науки в части квалификации преступления с последующим указанием на круг его возможных субъектов.

Например, ряд ученых-юристов придерживается позиции исключения физических лиц из перечня субъектов, которые могут подлежать уголовной ответственности за производство, хранение, перевозку либо сбыт товаров и продукции, выполнение работ или оказание услуг, не отвечающих

требованиям безопасности [5]. Профессор С. В. Максимов отмечает: «Субъект данного преступления всегда специальный». К числу обозначенных лиц автор относит: индивидуальных предпринимателей, руководителей предприятий и организаций любой организационно-правовой формы, задействованных в производстве, хранении, перевозке либо сбыте товаров и продукции, выполнении работ или оказании услуг; лиц, на которых возложена обязанность обеспечивать соответствие товаров, продукции, работ и услуг установленным требованиям безопасности; должностных лиц органов сертификации, осуществляющих выдачу официальных документов, удостоверяющих соответствие товаров, работ или услуг требованиям безопасности [6].

Продолжая размышления С. В. Максимова в части указания на признаки субъекта преступления, С. В. Савченко, В. В. Колосовский, Г. Н. Борзенков и В. С. Комиссаров отмечают, что субъектом данного преступления может выступать только тот субъект, который наделен определенными функциями в силу закона или иного документа, действия которого направлены на производство, хранение, перевозку либо сбыт товаров и продукции, выполнение работ или оказание услуг, не отвечающих требованиям безопасности, использование официального документа, в том числе на неправомерную выдачу официальных документов, удостоверяющих их соответствие требованиям безопасности [7].

А. Н. Савченко и В. В. Колосовский считают: «Вызывает недоумение распространенная практика привлечения к уголовной ответственности физических лиц, не являющихся предпринимателями, за производство, хранение в целях сбыта и сбыт товаров и продукции, не отвечающих требованиям безопасности». В поддержку этой позиции В. В. Коряковцевым и К. В. Питулько также было высказано мнение о том, что субъектом преступления может являться только лишь то лицо, которое выступает в гражданском обороте в качестве изготовителя или продавца товаров, исполнителя работ или услуг, которому достоверно известно о несоответствии товаров, работ и услуг требованиям безопасности. Как правило, это руководитель, а равно лицо, выполняющее управленческие функции в соответствующей организации, а не рядовой работник, занятый в сфере реализации [8].

Иной точки зрения в установлении признаков субъекта преступления придерживается А. И. Чучаев, который относит к числу субъектов лиц, являющихся собственниками или руководителями коммерческой организации, индивидуальными предпринимателями, а равно лиц, достигших к моменту совершения преступления возраста 16 лет [9]. Вместе с тем, руководствуясь вышеизложенным, отметим, что на сегодняшний день действующее законодательство Российской Федерации не указывает на признаки общего субъекта рассматриваемого преступления.

С учетом в практике правопримения Приказа МАП РФ от 20.05.1998, Федерального закона от 07.02.92 № 2300-1 PФ «О защите прав потребителей», ст. 11 Федерального закона от 30.03.99 № 52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения» и ст. 19, 20, 22 Федерального закона от 02.01.2000 № 29-ФЗ «О качестве и безопасности пищевых продуктов» очевидно, что изготовителями, продавцами, исполнителями являются организации независимо от формы собственности, а также индивидуальные предприниматели, производящие товары для реализации потребителям, выполняющие работы или оказывающие услуги потребителям по возмездному договору либо реализующие товары потребителям по договору купли-продажи.

Вместе с тем «de facto», несмотря на всю очевидность сферы нормативно-правового регулирования товарно-денежных отношений, основанных на возмездном характере производства, хранения, перевозки либо сбыта товаров, выполнения работ или оказания услуг, направленных на удовлетворение спроса конечного потребителя, мы приходим к выводу, что субъектом рассматриваемого преступления (ст. 238 УК РФ) может выступать любое физическое лицо, достигшее к моменту совершения преступления 16-летнего возраста.

В этом случае признаками общего субъекта преступления могут наделяться: руководитель предприятия, работник завода-изготовителя, товаровед, работник предприятия сферы обслуживания, коммерческий посредник, работник транспортной (экспедиционной) организации, индивидуальный предприниматель, а равно лицо, незаконно занимающееся предпринимательской деятельностью, в том числе иные лица, фактически выполняющие объективную сторону состава преступления [10].

Так, например, приговором Тобольского районного суда Тюменской области от 14 апреля 2010 г. по уголовному делу № 1-58-2010 г. оператор-заправщик автомобильной газозаправочной станции «с.

Карачино» был признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 238 УК. Судом установлено, что действия виновного были направлены на заправку не прошедших освидетельствование бытовых газовых баллонов. Заправка осуществлялась при непроверенном сроке освидетельствования газовых баллонов, их герметичности, отсутствии взвеса для определения максимального количества газа для заправки, в превышении допустимого объема наполнения. Действия виновного повлекли за собой нарушение производственной инструкции «По наполнению баллонов сжиженным углеводородным газом», инструкции «По охране труда для наполнителя баллонов СУГ» ЗАО «Тоболдорстрой» (TDS oil) и Правил устройства и безопасной эксплуатации сосудов, работающих под давлением (ПБ 03-576-03), утвержденных Постановлением Госгортехнадзора РФ от 11.06.2003 № 91 [11].

Таким образом, сравнивая различные по своему технико-юридическому содержанию точки зрения, выделим ряд характерных признаков субъекта преступления. Субъект преступления - общий: сотрудники торговых организаций и предприятий, индивидуальные предприниматели, а также иные лица, достигшие к моменту совершения преступления возраста 16 лет (не зарегистрированных в качестве индивидуального предпринимателя), фактически выполняющие объективную сторону состава преступления, предусмотренного ст. 238 УК РФ. Исключение составляет деятельность по неправомерной выдаче официального документа, удостоверяющего соответствие указанных товаров, работ или услуг требованиям безопасности, субъектом этого преступления признается работник органа сертификации. Указанное мнение разделяют Е. В. Чурилова, С. В. Красиков, В. Н. Курченко, Г. А. Пысина, Р. Р. Мусина, М. Г. Коротков, Н. А. Громов, В. И. Морозов, А. И. Рарог, В. В. Дорошков, С. И. Никулин, А. В. Наумов, А. Н. Гуев, С. А. Пискунов.

Аналогичной позиции придерживается М. С. Дулкарнаев, выделяя в качестве субъекта преступления любое физическое лицо, виновное в совершении преступления, предусмотренного ст. 238 УК РФ [12]. Для указания на признаки общего субъекта преступления автор предлагает использовать положения принципа аналогии закона в части Постановления Пленума ВС РФ от 18 ноября 2004 г. № 23 «О судебной практике по делам о незаконном предпринимательстве и легализации (отмывании) денежных средств или иного имущества, приобретенных преступным путем». Согласно п. 10 Постановления субъектом уголовной ответственности по ст. 171 УК РФ может выступать как лицо, имеющее статус индивидуального предпринимателя, так и лицо, осуществляющее предпринимательскую деятельность без государственной регистрации в качестве индивидуального предпринимателя. Вместе с тем, требует отдельного рассмотрения и изучения указание на возможность применения аналогии закона в целях ее последующего применения при установлении субъекта преступления в рамках ст. 238 УК РФ с учетом положений Постановления Пленума ВС РФ от 18 ноября 2004 г. № 23.

Часть 2 ст. 3 УК РФ запрещает применение уголовного закона по аналогии. Что же касается сферы уголовного права, то, как пишет Н. А. Лопашенко, аналогия закона при применении норм уголовного права на практике должна быть полностью исключена, а ее запрет необходимо соблюдать неукоснительно [13]. Таким образом, относительно установления субъекта преступления по ст. 238 УК РФ правоприменителю надлежит исходить не из положений аналогии уголовного закона, а из общих положений, вытекающих из аналогии права, что позволяет применить правила, указанные в Постановлении Пленума Верховного суда РФ от 18 ноября 2004 г. № 23 [14].

Продолжая рассматривать признаки субъекта преступления (ст. 238 УК РФ), В. В. Воронин отмечает, что уголовная ответственность физических лиц может наступать лишь при наличии у них специальной цели - сбыта этих товаров (продукции), а в отношении предпринимательской деятельности - при осведомленности соответствующих лиц об опасности товаров (продукции) для жизни и здоровья потребителей [15]. При этом выразим общее согласие с позицией автора о том, что наиболее верной представляется точка зрения, согласно которой субъектами рассматриваемых преступлений выступают лица, занимающиеся предпринимательской деятельностью, что соответствует положениям Закона «О защите прав потребителей», в силу которого изготовителями, исполнителями и продавцами могут выступать только организации независимо от их организационно-правовой формы, а также индивидуальные предприниматели, производящие товары либо

реализующие товары потребителям по договору купли-продажи, выполняющие работы или оказывающие услуги потребителям по возмездному договору.

В дополнение к вышеизложенному укажем на п. 12 Постановления Пленума ВС РФ от 28.06.2012 № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», который содержит следующее положение: «Исходя из смысла п. 4 ст. 23 ГК РФ гражданин, осуществляющий предпринимательскую деятельность без образования юридического лица в нарушение требований, установленных п. 1 ст. 23 ГК, а именно в случаях, если гражданин занимается предпринимательской деятельностью без государственной регистрации, не вправе ссылаться в отношении заключенных им при этом сделок на то, что он не является предпринимателем. К таким сделкам суд применяет законодательство о защите прав потребителей» [16].

По нашему мнению, рассмотренные точки зрения, указывающие на наличие или отсутствие признаков субъекта преступления, полностью охватываются п. 10, 15 Постановления Пленума ВС РФ от 18.11.2004 № 23, исключая возможные дальнейшие ошибки при квалификации преступления. В частности, Пленумом Верховного суда РФ отмечено, что в тех случаях, когда незаконная предпринимательская деятельность связана с производством, хранением или перевозкой в целях сбыта либо сбытом товаров и продукции, выполнением работ или оказанием услуг, не отвечающих требованиям безопасности жизни или здоровья потребителей, - содеянное образует совокупность преступлений, предусмотренных соответствующими частями ст. 171 и 238 УК РФ. При этом субъектом преступления, предусмотренного ст. 171 УК РФ, может выступать как лицо, имеющее статус индивидуального предпринимателя, так и равно лицо, осуществляющее предпринимательскую деятельность без соответственно государственной регистрации в качестве индивидуального предпринимателя.

Таким образом, можно отметить, что сложившаяся судебная практика свидетельствует о расширении признаков общего субъекта преступления. Эта позиция была поддержана многими судами, рассматривавшими ранее указанные категории уголовных дел, а равно проводившие по ним собственные обобщения судебной практики (Муромский суд, Владимирский, Ростовский, Липецкий областной суд и др.).

Признаки общего субъекта находят выражение в том, что субъектом данного преступления является лицо, достигшее 16-летнего возраста, виновное в: 1) производстве, хранении или перевозке с целью сбыта товаров и продукции, не отвечающих требованиям безопасности для жизни или здоровья; 2) сбыте товаров и продукции, осуществлении работ либо оказании услуг, не отвечающих требованиям безопасности для жизни или здоровья; 3) неправомерном использовании официального документа, удостоверяющего соответствие указанных товаров, работ или услуг требованиям безопасности. При этом правоприменителю при квалификации преступления (ст. 238 УК РФ), надлежит применять правило «специального субъекта» в отношении действий, направленных на неправомерную выдачу официального документа, удостоверяющего соответствие указанных товаров, работ или услуг требованиям безопасности.

Литература

1. Уголовный кодекс РФ от 13.06.1996 № 63-ФЗ (ред. от 05.05.2014) // Собрание законодательства РФ. 1996. № 25, ст. 2954.

2. Рарог А. И. Настольная книга судьи по квалификации преступлений. М., 2009.

3. Савченко А. Н., Колосовский В. В. Установление потерпевшего и субъекта преступления, предусмотренного статьей 238 УК РФ // Уголовный процесс. 2008. № 3.

4. Судебный департамент при Верховном суде РФ. Сводные статистические сведения о состоянии судимости в России за январь-декабрь 2013 года. URL: http://www.cdep.ru

5. Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации / отв. ред. Г. А. Есаков. М., 2014.

6. Максимов С. В. Уголовное право. Особенная часть / под ред. Л. Д. Гаухмана и С. В. Максимова. М., 2004.

7. Курс уголовного права. Особенная часть / под ред. Г. Н. Борзенкова и В. С. Комиссарова. М., 2002. Т. 4.

8. Коряковцев В. В., Питулько К. В. Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации. СПб., 2006.

9. Есаков Г. А., Рарог А. И., Чучаев А. И. Настольная книга судьи по уголовным делам / отв. ред. А. И. Рарог. М., 2007.

10. Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации (постатейный) / под ред. А. А. Чекалина, В. Т. Томина, В. В. Сверчкова. М., 2007.

11. Уголовное дело № 1-58-2010 // Архив Тобольского районного суда Тюменской области. 2010.

12. Дулкарнаев М. С. Применение ст. 238 УК // Законность. 2007. № 9.

13. Лопашенко Н. А. Основы уголовно-правового воздействия: уголовное право, уголовный закон, уголовно-правовая политика. СПб., 2004.

14. Постановление Пленума Верховного суда РФ от 18.11.2004 № 23 «О судебной практике по делам о незаконном предпринимательстве и легализации (отмывании) денежных средств или иного имущества, приобретенных преступным путем» (ред. от 23.12.2010) // Бюллетень Верховного суда РФ. 2005. № 1.

15. Воронин В. В. Ответственность за оборот потребительских товаров, не отвечающих требованиям безопасности // Уголовный процесс. 2005. № 11.

16. Постановление Пленума Верховного суда РФ от 28.06.2012 № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» // Бюллетень Верховного суда РФ. 2012. № 9.