Лизинг для инвесторов и государства перестает быть "котом в мешке"

Генеральный директор группы компаний "Балтийский лизинг" Дмитрий Корчагов в интервью корреспонденту BG Дарье Симоновой рассказал о том, почему банки перестанут быть основным источником фондирования для лизинговых компаний, за счет чего по итогам 2016 года рынок продемонстрирует лучшие результаты, чем в 2015 году, а также о том, почему эффективнее развивать бизнес естественным путем, нежели приобретать других игроков лизингового рынка.

BUSINESS GUIDE: По оценке RAEX, по итогам 2015 года объем нового бизнеса у лизинговых компаний в России сократился на 20%. Как это сказалось на компании?

ДМИТРИЙ КОРЧАГОВ: Мы практически не почувствовали общерыночный тренд на себе, коррекция портфеля составила всего один процент, благодаря выбранной модели бизнеса нам удалось создать достаточно диверсифицированный отраслевой портфель. Падение объемов продаж, хоть и затронуло практически все сегменты, было неравномерным: в каких-то сегментах более существенным, в каких-то — менее. Одновременно с этим, в отсутствие других источников финансирования, лизинг стал превалирующим каналом продаж новой техники. Грамотное использование этих тенденций в совокупности с устойчивым источником фондирования обеспечило относительную стабильность нашего портфеля. Мы никогда, даже в самые тяжелые времена, не обрывали связи с нашими крупными клиентами, одновременно предлагая предприятиям малого и среднего бизнеса эффективные финансовые решения в союзе с поставщиками оборудования, автомобилей и специальной техники. Наши розничные продукты остались востребованными даже при падающем спросе, а развитая филиальная сеть оказалась с этими продуктами в нужном месте в нужное время. Не секрет, что на региональных рынках местные лизинговые компании и банки столкнулись с недостатком ликвидности, что обеспечило нам требуемое конкурентное преимущество.

BG: А что будет с рынком по итогам года?

Д. К.: Судя по обзору агентства "Эксперт РА", по итогам первого полугодия 2016 года рынок вырос на 13%. Наш прирост объемов нового бизнеса был более значительным и превысил 30% к аналогичному периоду 2015 года. Многие игроки показали значительно большую динамику, что, безусловно, является отрадным фактом. Однако говорить о том, что рынок "оттолкнулся от дна" и начал подъем, я бы пока поостерегся. Рынок ожил и, скорее всего, падать не будет, это мой прогноз до конца года.

BG: Почему он не упадет? Экономика же не оправилась.

Д. К.: Понятно, что глобально ситуация быстро не изменится. Однако есть отложенный спрос и связанное с ним некоторое оживление. Одновременно благодаря активной и профессиональной поддержке государства, благодаря запуску ряда эффективных госпрограмм поддержки отечественных производителей и промышленности этот спрос начал удовлетворяться. Государство наконец оценило значимость лизинга как инструмента финансирования сбыта и эффективного, прозрачного и надежного способа доведения государственных инвестиций до конечного потребителя, включив лизинг в целый ряд своих программ. Лизинг для инвесторов и государства перестает быть "котом в мешке". Факт того, что объем средств, выделенных правительством, был ограничен, стал для клиентов, сомневавшихся "покупать или не покупать технику сейчас", стимулом принять быстрое решение. Кроме того, тренд Центрального банка на снижение ключевой ставки стимулировал коммерческие банки приступить наконец к финансированию реального сектора. Все это вместе оказало и оказывает благоприятное стимулирующее воздействие на рынок в целом.

BG: Какие показатели будут у вас по итогам года?

Д. К.: По результатам первого полугодия объем нового бизнеса, то есть стоимость имущества, которое мы купили для передачи в лизинг (без НДС), составил 10,7 млрд рублей, что, как я уже говорил, на 30% больше первого полугодия 2015 года. Ожидаю, что по итогам года мы выйдем на объем более 20 млрд рублей. Рост, таким образом, составит более 20%. При этом объем крупных проектов не является доминирующим в нашем портфеле. На долю десяти самых крупных лизингополучателей придется менее 10% совокупного портфеля компании. Средний чек (средняя стоимость лизингового контракта) в портфеле нового бизнеса немногим превысит 3 млн рублей. Количество заключенных за год сделок подойдет к показателю 7,5-8 тыс. Доля розничных продуктов в новом бизнесе будет более 55%, отраслевая концентрация портфеля не превысит 15%. Капитал вырастет на 20-25%. Мы наблюдаем интересную тенденцию: объем нового бизнеса в сегменте сельхозтехники за полугодие у нас увеличился двукратно и составил 1,5 млрд рублей. По этому показателю мы стали одним из крупных игроков на рынке лизинга сельхозтехники. Наиболее ликвидное имущество и, в частности, легковой автотранспорт у нас уже сейчас занимает около 35% совокупного портфеля.

BG: Что происходит с просрочкой?

Д. К.: По просрочке у нас ситуация стабильная. Это результаты нашей работы в предыдущий кризис. Тогда были выработаны механизмы взаимодействия подразделений как внутри компании, так и с клиентами, определена четкая последовательность шагов в случае просрочки различного качества. Показатель текущей просроченной задолженности к концу 2016 года ожидаемо не будет более 1,5% от величины портфеля. На последнем съезде лизинговой ассоциации Центральный банк, который принимал в ней участие, отметил, что качество активов лизинговых компаний выше, чем у банков. Для нас это норма. За динамикой просроченной задолженности мы следим особенно тщательно, поскольку этот показатель — важнейший в определении эффективности и достаточности процедур оценки рисков в компании.

BG: В каких направлениях компания будет развиваться в дальнейшем?

Д. К.: Мы видим серьезную перспективу развития операционного лизинга, который пока мало развит в России. На весь рынок в год заключается около сотни сделок. В нашей стране в оперативном лизинге доминирует авиатранспорт. Доля транспорта составляет всего 1,5-3%. Наблюдая за динамикой оперативного лизинга автотранспорта в Европе, мы стараемся заложить в компании необходимые основы для развития этого вида лизинга. Тенденции рынка таковы, что он смещается в сторону оказания клиенту целого спектра дополнительных услуг помимо тех, которые стандартно обеспечивает чисто финансовый лизинг. У нас в портфеле есть уже первые сделки. Они были заключены с клиентами, которые привыкли к полносервисному лизингу в Европе. В целом ценовое предложение в банках и в лизинговых компаниях практически одинаково. Именно успех в работе по наполнению сервисами наших финансовых услуг позволит конкурировать за клиента в долгосрочной перспективе. Наши западные коллеги давно и успешно конкурируют с банками за клиента. С годами на западном рынке сложилась новая клиентская ментальность. Это ментальность потребителя услуги, а не собственника актива. Если говорить о сегменте автотранспорта, то важное преимущество оперативного лизинга в том, что клиент соглашается на аутсорсинг большинства проблем, связанных с управлением автопарком. При этом готов за услугу платить. Очень важно, чтобы это была действительно качественная услуга, причем оказанная в любой точке страны по единому стандарту. С этим у нас пока большие проблемы. Этим мы сейчас и занимаемся. Мы верим в успех: дорогу осилит идущий.

BG: Что может быть предметом оперативного лизинга?

Д. К.: Мы по целому ряду причин, главная из которых — отсутствие соответствующих компетенций, исключили для себя работу с авиатехникой. В качестве фокусной стратегии на ближайшие годы выбран продукт fleet leasing, то есть управление автопарками. В этом случае лизинговая компания, заключая договор, прогнозирует затраты на сервисное обслуживание, замену расходных материалов и запасных частей, а клиент платит лишь ежемесячный платеж, в который включены все затраты лизингодателя. И если мы ошиблись в оценке затрат, то за это заплатим мы. Если затраты с легковыми автомобилями просчитать не так сложно, то, допустим, со спецтехникой это сделать намного тяжелее. Тем не менее в будущем наверняка спецтехника также будет представлена в качестве предмета договора оперативного лизинга.

BG: А какие условия?

Д. К.: Договор заключается сроком на три-пять лет. Что касается размера платежей, то тут все зависит от набора услуг. Платеж может быть равным платежу в финансовом лизинге, но в оперативном в платеж включаются все эксплуатационные расходы, оставляя определенную договором часть стоимости в последнем платеже, который может быть исполнен возвратом техники лизингодателю.

BG: Чем это выгодно для компании и клиента?

Д. К.: Выгода в экономии на масштабе. В перспективе лизинговая компания будет иметь преимущество за счет покупки значительного количества техники, большого объема услуг и материалов. У нас уже есть скидки от автопроизводителей. Теперь нужно выстроить партнерские отношения с сервисными центрами и научиться получать скидки там. Этими скидками мы, конечно, поделимся с клиентами. То есть выгоду получат все.

BG: Как вы будете развиваться в регионах?

Д. К.: У нас уже 64 представительства в 61 регионе России. В 2012 году мы увеличили сеть до 60 точек присутствия, открыв 30 дополнительных офисов в "облегченном" формате: в них представлены преимущественно продающие подразделения. Дальнейшая региональная экспансия предполагается, но будет постепенной, то есть удваивать сеть за год мы больше не намерены. Куда конкретно мы планируем выходить, я сейчас не скажу, так как процесс планирования на ближайшие два года у нас не завершен.

BG: Вы заинтересованы в покупке чужого бизнеса?

Д. К.: За свою историю мы перепробовали все возможные способы роста и пришли к выводу, что самое эффективное — это развивать собственную сеть продаж и в едином формате наращивать объем нового бизнеса. Покупка лизингового портфеля может быть полна неожиданностей. Что ты купишь в итоге, просчитать на старте можно, но очень трудоемко. Трудозатраты по интеграции портфеля гораздо больше, чем на создание собственного нового бизнеса сопоставимого объема. Это упражнение, вероятнее всего, проделывают от безысходности или отсутствия альтернативы.

BG: Значительно ли изменились условия работы с банками как источниками фондирования для лизингодателей, после того как из-за санкций для них закрылись внешние рынки заимствования?

Д. К.: Мы этого практически не почувствовали, потому что мы всегда отслеживали рыночную ситуацию и старались максимально диверсифицировать источники фондирования, отдавая предпочтение крупным и устойчивым финансовым структурам. Важным аспектом этой политики было сотрудничество с банками с иностранным капиталом. Достаточность собственного капитала и грамотное управление ликвидностью помогли продержаться нам без снижения объемов новых заключений в самый сложный с точки зрения фондирования период — в начале 2015 года. Даже изменение условий кредитования у одного из банков-партеров не оказалось для нас критичным. Сейчас достаточно активно развивается инструмент облигационных займов. Лизинговые компании путем размещения облигаций привлекают средства собственных материнских структур, а также проводят удачные рыночные заимствования. У этого инструмента есть ряд преимуществ перед банковским кредитованием. Особенно для тех компаний, которые имеют международный кредитный рейтинг. Наши бумаги обладают достаточно высоким рейтингом, что позволило внести их в ломбардный список Центробанка. Это, в свою очередь, помогает нашим банкам-кредиторам получать в ЦБ РФ финансирование. Мы видим, насколько успешно сейчас облигации замещают банковское кредитование, и активно используем этот инструмент ввиду его удобства и гибкости. На днях мы зарегистрировали на ММВБ программу выпуска биржевых облигаций объемом 100 млрд рублей.

BG: Достаточно ли лизинговой отрасли тех шагов, которые предпринимает государство для поддержки?

Д. К.: Мы положительно оцениваем те целевые меры поддержки разных отраслей, которые осуществляет государство в лице Минпромторга России, так как выгоду от этой поддержки получили в том числе и мы. К примеру, по экспертным оценкам, программа субсидирования аванса на легковые автомобили оказала значительное влияние на спрос. Без этой программы покупательский спрос, как минимум, был бы в два раза меньше. Благодаря ей лизинговые компании получили до 50 млрд рублей дополнительного объема нового бизнеса, а наши клиенты — на сопоставимую сумму новую технику со значительной скидкой. Что же касается более глобального влияния со стороны государства на рынок лизинга, то нельзя не сказать об усилиях Центрального банка, который готовит систему норм регулирования и контроля рынка. Если будет соблюден разумный баланс интересов государства и участников рынка, то на деятельности лизинговых компаний это не скажется негативно. Я полагаю, что регулирование будет нести рынку и плюсы в виде однородности оценки рисков при анализе финансовой отчетности лизингодателя и большего доверия со стороны инвесторов.