Что и требовалось рассказать

Новый раунд межсирийских переговоров в Женеве так и не привел к прямым контактам представителей официального Дамаска и трех крупнейших фракций оппозиции. На фоне неготовности сирийцев к серьезным компромиссам спецпредставитель генсека ООН Стаффан де Мистура и заместитель главы МИД РФ Геннадий Гатилов с конца февраля занимались челночной дипломатией, пытаясь найти у участников переговоров точки соприкосновения. Впрочем, прорыва добиться не удалось — во многом из-за того, что оппозиционный Высший комитет по переговорам (ВКП), поддерживаемый странами Персидского залива и Турцией, отверг предложение правительственной делегации о включении в повестку пункта о борьбе с терроризмом.

Очередной, четвертый по счету раунд межсирийских переговоров под эгидой ООН (три предыдущих состоялись в январе и феврале 2014 года, а также в первой половине 2016-го) начался в Женеве 23 февраля. И главным достижением по его итогам стало то, что стороны не разъехались из Швейцарии раньше времени. Прорывных результатов встреча не принесла, а противоречий между участниками стало едва ли не больше, чем в начале дискуссий.

Смягчить разногласия в основном пытались спецпосланник генсека ООН по Сирии Стаффан де Мистура и заместитель главы МИД РФ Геннадий Гатилов, который формально приехал в Женеву на сессию Совета ООН по правам человека, но при этом также провел ряд консультаций с сирийцами. Если бы не посреднические усилия и инициативы двух дипломатов, собравшиеся в Женеве делегации оказались бы в роли статистов: от прямых переговоров сирийские участники по-прежнему отказываются. Господа Гатилов и де Мистура стали связующими звеньями между представителями правительства Сирии и тремя группами оппозиции — "московской", "каирской" и "эр-риядской" (то есть Высшего комитета по переговорам).

Переговоры в итоге свелись к обсуждению рабочего графика и параметров последующих встреч по сирийскому урегулированию. По предварительным данным, очередной раунд может состояться в 20-х числах марта. Представители Дамаска во главе с постпредом Сирии при ООН Башаром аль-Джафари отказываются от прямых переговоров с оппозиционерами до тех пор, пока ими не будет сформирована единая делегация. А сделать это сложно из-за расхождений в позициях по целому ряду вопросов. Кроме того, ВКП претендует на доминирующую роль в единой делегации, что не устраивает "московскую" и "каирскую" группы. Небольшим шагом к урегулированию споров стала состоявшаяся в Женеве встреча представителей "московской" и "эр-риядской" групп. "Лед тронулся. Начался прямой разговор, смотрели друг другу в глаза",— рассказал позднее представитель первой из этих двух делегаций Кадри Джамиль.

В Женеве Стаффан де Мистура подготовил и передал участникам рабочий документ с предложениями по дальнейшей процедуре ведения переговоров. Он сделал акцент на трех пунктах — формировании переходного правительства Сирии, графике подготовки конституции и проведении выборов. После теракта в Хомсе 25 февраля, когда погибли 42 человека, Башар аль-Джафари стал настаивать на включении в план еще одного положения — о борьбе с терроризмом, с чем ВКП категорически не согласился.

Это разногласие между Дамаском и крупнейшей группой сирийской оппозиции стало основным камнем преткновения на встрече. Впрочем, были и вопросы, по которым разногласий не возникло. "Все собеседники, с которыми мы говорили, неоднократно подчеркивали ключевую роль России в запуске переговорного процесса и подчеркивали, что Женева стала возможной только благодаря тому, что произошло в Астане",— рассказал журналистам Геннадий Гатилов, напомнив о роли Москвы в организации в Казахстане прямого контакта между участниками переговоров.

Вместе с тем опрошенные "Ъ" эксперты скептически оценивают перспективы женевского формата. "Острые противоречия между участниками этих консультаций явно не способствуют политическому урегулированию в Сирии. Более того, они чреваты в перспективе ливанизацией конфликта, означающей бесконечную междоусобную войну и новые всплески активности исламистов",— сказал "Ъ" старший научный сотрудник Института востоковедения РАН Владимир Сотников. И добавил: "Впрочем, если правительственная армия установит контроль над всей территорией Сирии, президенту Башару Асаду вообще незачем будет договариваться с оппозицией о параметрах послевоенного устройства страны". Напомним, на этой неделе сирийская армия при поддержке российской авиации во второй раз взяла Пальмиру, что позволит войскам Башара Асада двинуться дальше к югу и к востоку от ключевого города.

Декан кафедры международных исследований Тегеранского университета (Иран) Сейед Мохаммед Маранди, участвовавший в московской конференции Валдайского клуба "Ближний Восток: когда наступит завтра?", и вовсе поставил под сомнение целесообразность женевского формата. "Шансы на конечный успех незначительны,— сказал он "Ъ".— Приглашенные в Женеву группировки, во-первых, не способны ни о чем договориться, а во-вторых, вообще мало что собой представляют по сравнению с "Ахрар аш-Шамом" (союз исламских салафитских бригад, воюющих против правительства Башара Асада.— "Ъ"). Вот уж кто имеет реальное влияние на ситуацию". "Чтобы избежать срыва переговорного процесса, лучше будет поддерживать контакт со всеми группировками, в том числе с теми, которых не пригласили в Женеву",— добавил в разговоре с "Ъ" другой участник конференции, экс-посол Израиля в РФ Цви Маген. Вот только представителей того же "Ахрар аш-Шама" причислить к участникам женевских переговоров Москва вряд ли согласится: эту группировку в РФ считают террористической, а ее позиции в Сирии — законной целью для нанесения авиаударов.