Целостность актантно-признаковых единиц в описании-портрете

Филологические науки

УДК 81.367

Бокова Наталья Владимировна Natalia Bokova

ЦЕЛОСТНОСТЬ АКТАНТНО-ПРИЗНАКОВЫХ ЕДИНИЦ В ОПИСАНИИ-ПОРТРЕТЕ

COMPLETENESS OF ACTANTIAL -INDICATIVE UNITS IN DESCRIPTION-PORTRAIT

Выявлены модельные свойства описательного текста в его разновидностях (описание-портрет). Анализ свойств текстообразующих элементов описания-портрета — актантно-признаковых комплексов — дополняет сведения о языковой модели текста типа «описание». Рассмотрение устойчивых оборотов в контекстных условиях дополняет известные функциональные свойства ФЕ

Ключевые слова: описание-портрет, устойчивые сочетания актантных и признаковых слов, семантическая целостность, актантное ядро, фразеологизм

This article identifies the model properties of descriptive text in its many varieties (de-scription-por-trait). The analysis of text- forming elements properties in description-portrait - they are the actantial — indicative complexes — completes the information about the language model of the text such as «description». Consideration of sustained momentum in the contextual conditions supplies the well-known functional properties of phraseological units

Key words: description-portrait, fixed combinations of actantial and indicative words, semantic integrity, actantial kernel, phraseologicm

В качестве основных единиц в описании-портрете функционируют сочетания актантных и признаковых слов, которые помогают создать полный портрет какого-либо персонажа. Исследуемые нами обороты актантных и признаковых слов в системе языковой и речевой номинации описания-портрета занимают особое место: интересным является вопрос об отношении словесных комплексов, представляющих обороты актантных и признаковых слов в описании-портрете, к фразеологическим единицам. Именно в контексте описания они приобретают критерии фразеологизмов, благодаря которым указанные единицы становятся одним из источников пополнения фразеологического фонда языка.

Цель статьи — определить характер

взаимоотношений между актантным и признаковым словом в одной из разновидностей монологического типа речи — в описании-портрете.

Объектом анализа является один из типов монологической речи, а именно — описание-портрет в художественном тексте. Описание-портрет рассматривается нами как функционально-смысловой тип речи, как единица сверхфразового уровня в ряду других типов речи, как «словесное перечисление внешних черт человека, вида его лица, фигуры, одежды...» [Нечаева, 1974; С. 71]. По определению О.А. Нечаевой, описание вычленяется из художественного произведения на логической, функционально-смысловой основе и имеет общесмысловое значение синхронности существования

признаков статичного объекта. Признаки в описании бывают одновременными [Нечаева, 1974; C. 50].

Предметом исследования являются устойчивые сочетания актантных и признаковых слов в данном типе монологической речи. Актанты — типичные участники различных ситуаций, без учета которых название этой ситуации не может быть правильно понято. Функцию актантов в структуре портретного описания, как правило, выполняют слова, обозначающие основные компоненты портрета, которыми являются тело человека и его части. Слова, указывающие на признак того или иного компонента — признаковые слова, несущие содержательную нагрузку.

Понятие фразеологизма в науке неоднозначно и даже противоречиво. По определению, данному в «Лингвистическом энциклопедическом словаре» (ЛЭС), фразеологизм (фразеологическая единица ) — «общее название семантически связанных сочетаний слов и предложений, которые воспроизводятся в речи в фиксированном соотношении семантической структуры и определенного лексико-грамматического состава» [Лингвистический энциклопедический словарь, 2002; C. 61]. Сам термин может пониматься в узком и широком смыслах. Представители узкого взгляда (А.В. Кунин, А.М. Бабкин, В.П. Жуков, А.И. Молотков и др.) считают, что к фразеологии следует относить воспроизводимые в речи сверхсловные единицы, имеющие в своем составе хотя бы один компонент, претерпевший какие-либо семантические трансформации. Сторонники широкого взгляда (Н.М. Шанский, М.М. Копыленко, С.Г. Гаврин, В.В. Химик, В.М. Мокиенко и др.) включают в нее все сверхсловные единицы (с минимальной семантической трансформацией и без таковой). Чаще всего выделяют такие релевантные признаки общеязыкового фразеологизма: устойчивость, целостность значения, раздельнооформлен-ность, возможность структурных вариантов, воспроизводимость, непереводимость на другие языки. Ко всем этим критериям добавляют образность, метафоричность, экспрессию, эмоциональную оценку. Дво-

якое понимание фразеологии позволяет выделить так называемые «пограничные зоны», составляющие которых не всегда и не всеми признаются фразеологизмами. Именно такой «пограничной зоной» являются, на наш взгляд, устойчивые обороты актантных и признаковых слов в описании, так как именно в контексте описания-портрета они приобретают признаки фразеологизмов.

Сочетания актантных и признаковых слов в описании воссоздают семантическую целостность, один из главных критериев фразеологизмов. Известно, что семантическая целостность — это «внутреннее смысловое единство, обусловленное, вызванное к жизни деактуализацией компонентов, входящих в состав фразеологизма» [Жуков, 1978; С. 7]. Целостность исследуемых нами единиц порождается семантической и коммуникативной структурой описательного текста, свойствами актантного ядра в описании-портрете. Обратимся для доказательства к текстам художественных произведений классической и современной русской литературы.

«У него было большое, грубое, красное лицо с мясистым носом и с тем добродушно-величавым, чуть-чуть презрительным выражением в прищуренных глазах, расположенных лучистыми, припухлыми полукругами, какое свойственно мужественным и простым людям, видавшим часто и близко перед своими глазами опасность и смерть» (А.И. Куприн. Гранатовый браслет).

По наблюдениям В.М. Хамагано-вой, «для описательного текста характерно перечисление актантов, называющих предметы, существующие в определённой пространственно-временной точке» [Хама-ганова, 2000; С. 52]. Такой ряд актантов номинирует участников какой-либо ситуации и образует ядро описательного текста. Актантное ядро описания составляет его смысловую основу, оно выполняет деривационную, текстообразующую функцию в описательном тексте. Именно актантное ядро передает содержательную суть текста [Хамаганова, 2002; С. 10].

Продемонстрируем актантное ядро приведённого портрета, которое должно передать его содержательную основу: у него, лицо, с носом, в глазах и т.д. Как видим, актантное ядро в портрете составило «эталонный перечень его составляющих» (части лица), но содержательная основа портрета в художественном тексте не достигнута, так как контекст описания-портрета не допускает перечисления эталонных составляющих, в силу их известности, обязательности [Хамаганова, 2000; С. 71]. Выполняя функцию номинативного компонента в словесном портрете, актанты всегда употребляются в сочетании с признаковыми словами.

Редуцирование описательного текста, которое дает возможность обнаружить его содержательную основу — актантное ядро, можно применить в разных содержательных разновидностях описательного текста: описании-пейзаже, описании-интерьере, описании предмета. Однако очевидна об-лигаторность признаковых слов именно для описания-портрета. Приведем примеры:

«Ночь была свежая и неподвижносветлая. Перед самым окном был ряд подстриженных деревьев... Под деревьями была какая-то сочная, мокрая, кудрявая растительность с серебристыми кое-где листьями и стеблями. Далее за черными деревьями была какая-то блестящая росой крыша, правее большое кудрявое дерево с ярко-белым стволом и сучьями и выше его почти полная луна на светлом, почти беззвездном весеннем небе. Князь Андрей облокотился на окно, и глаза его остановились на этом небе» (Л.Н. Толстой. Война и мир).

Рассмотрим актантное ядро представленного описания-пейзажа: Ночь. Перед самым окном был ряд деревьев... Под деревьями была растительность с листьями и стеблями. Далее за деревьями была крыша, правее дерево с стволом и сучьями и выше его луна на небе. Князь Андрей облокотился на окно, и глаза его остановились на небе. Редуцированный текст описания-пейзажа позволяет читателю понять содержание, несмотря на от-

сутствие признаковых слов. Исследования В.М. Хамагановой показали, что в пейзаже функционируют две группы актантов: слова, обозначающие локусы пейзажа и актанты со значением направления [Хамаганова, 2002; С. 31]. Выделенные актанты в пейзаже выполняют текстообразующую функцию.

Рассмотрим пример описания-интерьера, последовательно выделив в нем актан-тную структуру: «Изба лесника состояла из одной комнаты, закоптелой, низкой и пустой, без полатей и перегородок. Изорванный тулуп висел на стене. На лавке лежало одноствольное ружье, в углу валялась груда тряпок; два больших горшка стояли возле печки. Лучина горела на стволе, печально вспыхивая и погасая. На самой середине избы висела люлька, привязанная к концу длинного шеста...» (И.С. Тургенев. Бирюк).

Основную содержательную часть описания-интерьера составляет перечисление предметов с указанием их местонахождения, то есть актантное ядро раскрывает содержание этого отрывка. Автор акцентирует внимание читателя на тех вещах и предметах, которые покажут, насколько трудна «мужицкая жизнь». Читатель как бы погружается в унылую атмосферу избы лесника.

Проанализируем текст описания предмета при обнаружении актантного ядра: «Липовые яблоки были крупные и прозрачно-желтые. Если посмотреть сквозь яблоко на солнце, то оно просвечивалось как стакан свежего липового меда. В середине чернели зернышки. Потрясешь, бывало, спелым яблоком около уха, слышно, как гремят семечки» (В.А. Солоухин ).

В данном примере описанию подвергается яблоко. Текстообразующую, содержательную функцию выполняют актанты, перечисляющие составные части яблока.

Таким образом, редуцирование описания-пейзажа и описания-интерьера, а также описания предмета не нарушает содержательную основу этих текстов, в отличие от текстов описания-портрета. Невозможно

использовать этот прием в описании-портрете: У него было лицо с носом и глазами или У него были уши. Поэтому актантное ядро в описании-портрете образуют не только предметные слова какой-либо ситуации, но целостные актантно-признаковые единицы: большое, грубое, красное лицо, мясистый нос, прищуренные глаза и т.д. Такие семантически целостные единицы можно расценивать как фразеологически связанные. Признаковые слова в этом случае играют важную роль в художественном описании-портрете, так как они указывают на характерные признаки внешности персонажа и под влиянием контекста способны вызвать у читателя представления, необходимые для правильного понимания образа героя.

Признаковые слова в описании-портрете выполняют функцию содержательной основы: «Это был крошечный, пропорционально сложенный, жилистый человек, почти карлик, с щетинистыми черными волосами, всегда плачущими большими черными глазами, лишенными ресниц, и чрезвычайно приятным, умильно сложенным ротиком. У него были маленькие бакенбарды, волоса были не длинны, одежда была самая простая и бедная. Он был не чист, оборван, загорел и вообще имел вид трудового человека. Он скорей был похож на бедного торговца, чем на артиста. Только в постоянно влажных, блестящих глазах и собранном ротике было что-то оригинальное и трогательное. На вид ему можно было дать от двадцати пяти до сорока лет; действительно же ему было тридцать восемь». (Л.Н. Толстой. Из записок князя Д. Нехлюдова).

Если последовательно убрать из текста все признаковые слова, то существенным образом нарушится семантика данных словосочетаний: они разрушатся.

«Это был ...человек, почти карлик, с ...волосами, ...глазами, лишенными ресниц, и ...ротиком. У него были ...бакенбарды, волоса., одежда ...» и т.д.

Смысл, который передается целостными актантно-признаковыми единицами в исходном примере, отличается от получен-

ного в трансформированном тексте. Задача автора — передать индивидуальный портрет персонажа — не достигнута, картина восприятия не создана, перед нами перечисление известных элементов лица человека, которые не представляют художественной ценности, так как портрет является важнейшим источником информации о личности персонажа. Полученный же портрет не дает читателю представления об индивидуальности героя. Как видим, актантно-при-знаковые единицы в структуре описания-портрета — это фразеологические единицы: они обладают целостным значением, их семантика разрушается при разрыве актант-ных и признаковых единиц.

Например: «Второй Ивин — Серёжа — был смуглый, курчавый мальчик, со вздёрнутым твёрдым носиком, очень свежими , красными губами, которые редко совершенно закрывали немного выдавшийся верхний ряд белых зубов, тёмно-голубыми прекрасными глазами и необыкновенно бойким выражением лица. Он никогда не улыбался, но или смотрел совершенно серьёзно, или от души смеялся своим звонким, отчётливым и чрезвычайно увлекательным смехом. Его оригинальная красота поразила меня с первого взгляда» (Л.Н. Толстой. Детство).

Только в сочетании с признаковыми словами актантные единицы делаются актуальными, потому что признаковые единицы несут на себе основную содержательную нагрузку в портрете. Именно признаковые единицы составляют актуальность актантов: автору важно выделить необычную красоту мальчика, которая передается вздёрнутым твёрдым носиком, очень свежими, красными губами, тёмно-голубыми прекрасными глазами и необыкновенно бойким выражением лица и др. Благодаря признакам, портрет наполняется индивидуальностью, появляются атрибуты, которые выделяют индивид среди подобных себе, читатель имеет возможность комплексно воспринимать облик мальчика

— в единый образ сливаются черты лица, мимика, возраст и т.д.

В условиях контекста актантно-при-знаковые единицы функционируют как связанные, целостные.

«Я посмотрел ей в лицо. Ее черные глаза были все-таки тусклы, их не оживило воспоминание. Луна освещала ее сухие, потрескавшиеся губы, заостренный подбородок с седыми волосами на нем и сморщенный нос, загнутый, словно клюв совы. На месте щек были черные ямы, и в одной из них лежала прядь пепельно-седых волос, выбившихся из-под красной тряпки, которою была обмотана ее голова. Кожа на лице, шее и руках вся изрезана морщинами, и при каждом движении старой Изергиль можно было ждать, что сухая эта кожа разорвется вся, развалится кусками и предо мной встанет голый скелет с тусклыми черными глазами» (М. Горький. Старуха Изергиль).

Если фразеологические единицы функционируют самостоятельно, независимо от данного «сюжета», и тем самым представляют собой факт языка, то обороты актантных и признаковых слов в описании-портрете выступают в качестве фразеологических единиц только в контексте описания-портрета и тем самым представляют собой факт речи (текста). Анализируя роль контекста в преобразовании семантики актантных и признаковых слов, необходимо подчеркнуть следующее: данные обороты реализуют свое значение в качестве фразеологического только в связи с другими средствами контекста. И в этом случае зависимость восприятия словосочетаний от текстового окружения несомненна. Если извлечь актантно-признаковые единицы из контекста описания-портрета, то они приобретут признаки свободного словосочетания, так как целостность этих единиц организуется свойствами актантно-го ядра и коммуникативно-прагматической эффективностью текста описания-портрета. Как фразеологизмы они рождаются в контексте, потому что в контексте создается их смысл. Если общеязыковая семантика абстрактна, то речевая — конкретна. Эта конкретность речевой семантики фразеоло-

гизма обусловлена ситуацией, контекстом. Специфика соотношения фразеологизм-контекст заключается в том, что фразеологическая единица представляет собой, во-первых, особый самостоятельный контекст и, во-вторых, является частью контекста. «Поскольку контекст в широком понимании — это не что иное, как речевой поток, в котором конкретизируются языковые единицы, то контекстуальная специфика фразеологизма — это, в сущности, фразеологическая специфика взаимодействия язык — речь» [Мокиенко, 1980; С. 171]. В случаях контекстного преобразования семантики актантных и признаковых слов выявляются критерии определения фразеологической единицы: целостность значения, устойчивость, воспроизводимость, образность, метафоричность, экспрессия, эмоциональная оценка.

Исследования в области семантики описательного текста показали, что описание-портрет имеет две семантические сферы: « экстенсионалом является наименование объекта, подвергающегося описанию; дифференциальные признаки объекта обозначаются предложениями, составляющими описание, и представляют интенсио-нал описания» [Хамаганова, 2002; С. 11]. Процесс фразообразования протекает в интенсиональном для данной единицы контексте, заключающем элементы речевого высказывания, презентирующие предметный «отрыв», намерение сообщаемого, его оценку, эмоционально-экспрессивную волну и др. [Гвоздарев, 1977; С. 27]. Актан-тно-признаковые единицы функционируют в интенсиональном контексте, поэтому есть все основания утверждать, что такой контекст рождает сдвиги в семантике единиц: образуется новое языковое значение, фразеологическое.

Итак, сочетания актантных и признаковых слов в описании-портрете мы расцениваем как целостные, фразеологически связанные. Это позволяет обозначить особенность модели описания-портрета: актантное ядро представлено здесь не только актантными словами, а целостными актантно-признаковыми единицами. Из-

вестность состава актантного ряда в опи- языковой модели описания-портрета от сании-портрете определяет значимость его языковой модели описания-пейзажа, опи-признаков. В этом заключается отличие сания-интерьера, описания предмета.

Литература

1. Гвоздарев Ю.А. Основы русского фразообразовання. — Ростов н/Д.: Ростов. ун-т, 1977.

— 184 с.

2. Жуков В.П. Семантика фразеологических оборотов. — М.: Просвещение, 1978. — 160 с.

3. Жуков В.П. Русская фразеология. — М.: Высшая школа, 1986. — 158 с.

4. Лингвистический энциклопедический словарь / Под ред. В.И. Ярцева. — М.: Большая российская энциклопедия, 2002. — 507 с.

5. Мокненко В.М. Славянская фразеология. — М.: Высшая школа, 1980. — 207 с.

6. Мокненко В.М. Загадки русской фразеологии. — М.: Высшая школа, 1990. — 156 с.

7. Нечаева О.А. Функционально-смысловые типы речи (описание, повествование, рассуж-денне). — Улан-Удэ: Бурятское книжное нзд-во, 1974. — 261 с.

8. Ожегов С.И. Лексикология. Лексикография. Культура речи. — М: Высшая школа, 1974.

— 358 с.

9. Телня В.Н. Русская фразеология. Семантический, прагматический н лннгвокультурологн-ческий аспекты. — М.: Языки русской культуры, 1996. — 288 с.

10. Хамаганова В.М. Описательный текст в семиотическом аспекте. — М.: Улан-Удэ: Изд-во Бурят. ун-та, 2000. — 155 с.

11. Хамаганова В.М. Структурно-семантическая н лексическая модель текста типа «описание» (проблемы семнотнкн н онтологнн): автореф. днс. ... на сонсканне ученой степени д-ра фи-лол. наук. — М., 2002. — 43 с.

Коротко об авторе_________________________________________________Briefly about the author

Бокова Н.В., аспирантка, Бурятский государс- N. Bokova, postgraduate student, Buryat State Uni-

твенный университет (БГУ) versity

Natali19792008@yandex.ru

Научные интересы: русский язык Scientific interests: Russian language