О природе правоотношений в стадии возбуждения уголовного дела

2012

2. Вопросы публичного права России и зарубежных стран

УДК 343

А. М. Гаврилов

О ПРИРОДЕ ПРАВООТНОШЕНИЙ В СТАДИИ ВОЗБУЖДЕНИЯ УГОЛОВНОГО ДЕЛА

Внимание автора в статье привлекла недостаточно исследованная проблема адаптации уголовно-процессуальных норм с учетом взаимодействия их с нормами других отраслей российского права или входящих в них производных элементов (подотраслей, институтов, подинститутов), внедрения в УПК норм, имеющих предмет и метод регулирования, не присущих уголовно-процессуальному праву, а также влияние норм права, имеющих иной юридический режим регулирования на практику уголовного судопроизводства.

Ключевые слова: специфические (своебразные) уголовно-процессуальные нормы; проверочные действия; стадия возбуждения уголовного дела; процессуальная форма; документальная проверка; следственные действия; административные действия.

В настоящее время в научной литературе вызывает острые дискуссии вопрос, касающийся содержания правоотношений в стадии возбуждения уголовного дела. Это, пожалуй, один из «краеугольных камней» уголовного процесса. Прежде всего, это касается проверочных действий в стадии возбуждения уголовного дела, содержание и правовую природу которых ученые-процессуалисты оценивают не однозначно. Нормы УПК, регламентирующие использование в доказывании сведений, полученных в стадии возбуждения уголовного дела, содержат выраженные противоречия, вызывают множество вопросов, требующих разрешения. Прежде всего, речь идет о п. 1 ст. 144 УПК РФ, который предусматривает право дознавателя, органа дознания, следователя, руководителя следственного органа при проверке сообщения о преступлении требовать производства документальных проверок, ревизий, исследований документов, предметов, трупов и привлекать к участию в этих проверках, ревизиях, исследованиях специалистов1.

В данном случае вопросы вызываются отсутствием более четкого уголовно-процессуального регулирования доказательственной деятельности. Кроме того, содержание производства таких действий, как производство документальных проверок, ревизий, регламентировано актами административного права, а сама деятельность является административной, но осуществляемой в рамках уголовно-процессуальных проверочных действий.

Научные взгляды на природу некоторых из указанных в законе проверочных действий, совершаемых уполномоченными на то уголовно-процессуальным законом органами и должностными лицами, а также возможности использования таких данных в качестве доказательств по уголовному делу различаются от положительной до кране отрицательной и более сдержанной.

1 Данная статья в редакции федерального закона от 9 марта 2010 г. № 19-ФЗ.

185

Марийский юридический вестник

Выпуск 9

Научные дискуссии в основном связаны с существованием двух основных позиций. К первой группе можно отнести представителей ученого сообщества, которые высказывают сомнения или вовсе отрицают уголовно-процессуальную сущность всех или некоторых проверочных действий, относя их к административным или оперативно-розыскным действиям. К второй можно отнести тех ученых, позиция которых сводится к уголовно-процессуальной сущности всех проверочных действий, совершаемых в стадии возбуждения уголовного дела1.

Итак, рассмотрим в чем суть данного научного спора?

Еще авторы Концепции судебной реформы в Российской Федерации, одобренной Верховным Советом РСФСР 24 октября 1991 года, отмечали, что предварительная проверка не является процессуальной деятельностью, носит административный характер и представляет суррогат расследования1 2.

Позиция И. Л. Петрухина сводится к тому, что материалы, полученные до возбуждения уголовного дела, не могут использоваться в качестве доказательств, поскольку способ их получения не соответствует условиям допустимости и не обеспечивает достоверности содержащихся в них сведений3.

Поддерживая первую точку зрения, Ю. Деришев отмечает: «Складывается впечатление, что по форме в УПК РФ сохраняется процессуальная стадия возбуждения уголовного дела, а ее содержание, процедуры доследственной проверки и средства решения задач выводятся за пределы уголовного судопроизводства». В подтверждение этого аргумента он приводит один из следующих доводов: «Опрос граждан (или получение объяснений), истребование материалов (или изъятие вещей и документов), по сути, есть методы сугубо административной деятельности и, таким образом, должны регулироваться административным законодательством, а не уголовно-процессуальным. В результате того, что способы и средства реализации чисто полицейских административных функций по реагированию на сообщение о преступлении искусственно получили статус процессуальных, их правовая природа не изменилась. В свою очередь, подобный подход породил проблемы конкуренции средств реализации уголовно-процессуальной, административной и оперативно-розыскной деятельности и, соответственно, использования в качестве доказательств результатов последних. ...По сути, в стадии возбуждения уголовного дела идет административное производство по проверке фактов, лишь схожих по объективной стороне с правонарушениями, из которых только немногим больше половины преступления. Вместе с тем, не требует доказательств, что предназначение уголовного процесса заключается в «обслуживании» уголовного права и охране прав личности. Возникновение уголовно-процессуальных

1 См.: Строгович М. С. Курс советского уголовного процесса. - М.: Наука, 1970. - Т. 2. -С. 10; Быков В. М., Березина Л. В. Доказывание в стадии возбуждения уголовного дела по УПК РФ. - Казань: Изд-во «Таглимат» ИЭУП, 2006. - С. 9.

2 См.: Концепция судебной реформы в Российской Федерации / сост. С. А. Пашин. - М., 1992.

3 Петрухин И. Л. Теоретические основы реформы уголовного процесса России. - Ч. 1. -C. 162, 163.

186

2012

2. Вопросы публичного права России и зарубежных стран

отношений (а с ним возможности применения мер процессуального принуждения) до появления преступления - это и есть незаконное и необоснованное ограничение прав личности, а также проявление «процессуальной расточительности»1.

С. А. Шейфер, исследуя вопросы доследственной проверки, отмечает, что ревизия продолжает оставаться институтом административного права, основные черты ее назначения при производстве по делу (вынесение постановления с определением объема задания, круга исполнителей, ответственности за невыполнение требований органа расследования и т. п.) должны быть урегулированы в уголовно-процессуальном законе»1 2.

Другие авторы, в частности, В. Исаенко и Е. Папышева пишут, что «...существующая ныне процессуальная технология проверки сообщения о преступлении не вполне отвечает требованиям, установленным в ч. 2 ст. 21 УПК РФ. Во-первых, обращает на себя внимание то, что поставленная в ней процессуальная задача установления наличия признаков преступления зачастую решается путем проведения комплекса процессуальных и не являющихся процессуальными действий (получение объяснений, справок специалистов и др.). Соответственно, возникает вопрос о правомерности принятия процессуального решения на основе полученных непроцессуальным путем данных. Во-вторых, сведения, полученные в результате проведения не являющихся процессуальными действий, в случае возбуждения уголовного дела не могут фигурировать в нем в качестве доказательств»3.

П. Г. Марфицин, К. В. Муравьев отмечают, что «составным компонентом уголовного преследования является указание на то, что это процессуальная деятельность, т. е. деятельность по собиранию, проверке и оценке доказательств, осуществляемая путем производства следственных и иных процессуальных действий, определенных УПК РФ. В связи с этим нельзя согласиться с точкой зрения некоторых юристов, которые считают, что административнослужебную деятельность правоохранительных органов (направленную на установление и изобличение лица в совершении преступления) можно считать составляющей начавшегося уголовного преследования . УПК РФ регламентирует исключительно уголовно-процессуальные правоотношения и не распространяет правовое регулирование на иные сферы борьбы с преступностью,

1 Деришев. Ю. Стадия возбуждения уголовного дела - реликт «социалистической законности // Российская юстиция. - 2003. - № 8; Поддерживает позицию Ю. В. Дервишева в этом вопросе также и А. П. Гуськова, которая считает, что «доследственная проверка находится за рамками уголовного судопроизводства». См.: Гуськова А. П. Актуальные вопросы судебной защиты прав личности в уголовном судопроизводстве // Проблемы правовойзащиты общечеловеческих ценностей в современной России: Всерос. научно-практ. конф.: сб. ст. - Ч. 1. - Уфа: РИО Башгу, 2005. - С. 75.

2 Шейфер С. А. Доказательства и доказывание по уголовным делам: проблемы теории и правового регулирования. - М.: Норма, 2008. - С. 177.

3 Исаенко В., Папышева Е. О системе уголовно-процессуальной деятельности в стадии возбуждения уголовного дела // Уголовное право. - 2009. - № 6. - С. 83.

187

Марийский юридический вестник

Выпуск 9

уголовное преследование - уголовно-процессуальная функция (направление деятельности) и не может иметь непроцессуальные формы1.

По сути, противоположная точка зрения относительно правовой природы некоторых проверочных действий на стадии возбуждения уголовного дела выражается другими учеными.

Обосновывая уголовно-процессуальную сущность предварительной проверки, В. Н. Яшин и А. В. Победкин отмечают, что «недостсточно подробное описание в уголовно-процессуальном законе процедуры их производства (что является аргументом противников доказательственной сущности первоначального этапа уголовного судопроизводства) приводит к выводу о необходимости устранения пробелов в законе, но не к отрицанию процессуального характера этой деятельности»1 2.

Так, В. П. Божьев пишет: «...до возбуждения дела должностное лицо, получив сообщение, обязано в определенный срок решить вопрос о возбуждении дела; заявитель вправе обжаловать принятое решение, а прокурор обязан своевременно рассмотреть эту жалобу и т. п. До возбуждения дела представитель власти может провести проверочные действия в течение установленного законом срока, и то и другое происходит в рамках уголовно-процессуальных от-ношений»3.

В этом вопросе поддерживает позицию В. П. Божьева, Н. А. Власова, которая считает, что «не может быть административной деятельность по проверке заявлений и сообщений о преступлениях»4.

Интересна по этому вопросу позиция В. М. Быкова. Он отмечает: «характеризуя особенности законодательной регламентации применительно к стадии возбуждения уголовного дела, правильно будет говорить не о полном отсутствии процессуальной формы и возникающих в ее рамках отношениях, а лишь о ее нечеткости5, т. е. «речь идет не об отсутствии процессуальной формы, а о ее своебразии»6.

Таким образом, при противоположности высказываемых идей и обосновываемых утверждений в вышеуказанных научных позициях обращает на себя то обстоятельство, что в вопросе о существующей процессуальной технологии проверки сообщения о преступлении большинство авторов указывают на несовершенство норм, содержащихся в ст. 144 УПК РФ и определяющих порядок сообщения о преступлении.

1 Марфицин П. Г., Муравъев К. В. Возбуждение уголовного дела в отношении лица, подозреваемого в совершении преступления: монография. - Омск: Омская академия МВД России, 2009. - С. 37, 38.

2 Яшин В. Н., Победкин А. В. предварительная проверка первичных материалов о преступлении: учеб. пособие. - М.: Юридический институт МВД России, 2000. - С. 33.

3 Божьев В. П. Уголовно-процессуальные правоотношения. - М., 1975. - С. 78.

4 Власова Н. А. Возбуждение уголовного дела: теоретические и правовые проблемы // Журнал российского права. - 2000. - № 11. - С. 28.

5 Быков В. М., Березина Л. В. Доказывание в стадии возбуждения уголовного дела по УПК РФ. - Казань: Изд-во «Таглимат» ИЭУП, 2006. - С. 15.

6 Кузнецов Н. П. Доказывание в стадии возбуждения уголовного дела. - Воронеж, 1983. -

С. 7.

188

2012

2. Вопросы публичного права России и зарубежных стран

Анализ динамики развития уголовно-процессуального законодательства позволяет заключить, что концептуально законодатель пошел по пути конкретизации процессуальной формы начального этапа судопроизводства. На это указывает то обстоятельство, что в уголовно-процессуальное законодательство дополнительно включен ряд следственных действий. В частности, Федеральным законом «О внесении изменений в уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации» от 9 марта 2010 г. № 19 -ФЗ ч. 1 ст. 144 УПК РФ (Порядок рассмотрения сообщения о преступлении) дополнена действиями, которые вправе требовать при проверке сообщения о преступлении дознаватель, орган дознания, следователь, руководитель следственного органа. Производство документальных проверок, ревизий дополнено исследованием документов, предметов, трупов. Указанное дополнение в УПК РФ в той форме, в которой существует стадия возбуждения уголовного дела, безусловно, необходимо. Законодатель очертил процессуальные контуры тех действий, которые в практической деятельности органов дознания и следствия осуществлялись и ранее, но с точки зрения уголовно-процессуальной сущности они были боле чем сомнительны.

Но следует согласиться с С. А. Шейфером в том, что «законодатель остановился на полпути»1. Очевидно, что этого явно не достаточно, чтобы устранить те глубинные противоречия, которые существуют в оценке уголовнопроцессуальной сущности проверочных действий, осуществляемых на стадии возбуждения уголовного дела.

Представляется, что для разрешения противоречий, содержащихся в УПК РФ относительно предварительной проверки, требуется анализ правоотношений, возникающих на стадии возбуждения уголовного дела, норм, оказывающих регулирующее воздействие и, в целом, закономерностей развития уголовно-процессуального законодательства. В этой связи внимание автора в данной публикации привлекла недостаточно исследованная проблема адаптации уголовно-процессуальных норм с учетом взаимодействия их с нормами других отраслей российского права или входящих в них производных элементов (подотраслей, институтов, подинститутов), внедрения в УПК норм, имеющих предмет и метод регулирования, не присущих уголовно-процессуальному праву, а также влияние норм права, имеющих иной юридический режим регулирования на практику уголовного судопроизводства.

В целом, исследование проблем принципов и методов комплектования норм и институтов отдельных ветвей права в самостоятельные правовые образования, действующие в различных сферах жизнедеятельности общества и государства, получило развитие в рамках цивилистической науки1 2. Так, гражданско-правовые отношения сами по себе в их практическом осуществлении нередко сопровождаются отношениями, регулируемыми нормами других ветвей права, прежде всего, нормами налогового и административного права.

1 Шейфер С. А. Указанная раб. - С. 177.

2 Мозолин В. П. Современная доктрина и гражданское законодательство....

189

Марийский юридический вестник

Выпуск 9

Как отмечает В. П. Мозолин, применительно к уголовному и процессуальному праву, «... в отношении этих ветвей права ситуация иная. Названные отрасли права находятся в особом положении. Их связь с другими правовыми образованиями носит совершенно иной характер. Уголовное право может формировать свои же уголовно-правовые нормы на основе правонарушений, совершаемых в рамках действия норм других ветвей права. Процессуальное право связано нормами других отраслей права как с нормами материального права, не образующими комплексные правовые образования в обычно принятом понимании»1. В данном случае речь идет о взаимосвязях правовых норм в особом сочетании, выходящем за рамки правовых образований, функционирующих в отдельных сферах жизнедеятельности общества и государства. То есть, они по своему характеру не являются комплексными правовыми образованиями, которые характеризует то, что они состоят из правовых норм и институтов основных ветвей права, а также специальных норм, придающих им целевой регулятивный характер1 2.

Применительно к уголовному процессу можно говорить о существовании специфических (своеобразных) уголовно-процессуальных норм, регулирующих производство по уголовным делам.

В исследовании специфических уголовно-процессуальных норм требуется анализ их с точки зрения влияния на уголовный процесс. Предметом исследования являются, прежде всего, негативные аспекты, связанные с возникновением различных противоречий, ошибок, коллизий, влекущих бесконечные изменения в законодательство в ущерб его стабильности, снижение потенциала уголовного судопроизводства, что создает основу для правового нигилизма.

В ходе производства по уголовному делу у субъектов, уполномоченных законом на осуществление уголовно-процессуальных действий, возникает необходимость выбора методов правового регулирования. При этом в качестве средств регулирования общественных отношений могут выступать не только нормы уголовно-процессуального, но и нормы, имеющие несколько иной предмет и метод правового регулирования. Игнорирование при формулировании норм УПК предмета правового регулирования уголовного и уголовнопроцессуального законов создает коллизии в правоприменительной деятельности.

Значительное влияние на уголовный процесс оказывают нормы, содержащиеся в уголовном кодексе, в различных административных правовых актах и в законе «Об оперативно-розыскной деятельности». При этом следует отметить, что уголовно-процессуальные нормы имеются не только в УПК РФ. В ходе производства по уголовному делу применяются нормы федеральных законов «О прокуратуре», «О полиции», «Об оперативно-розыскной деятельности» и др. Это нормы, не содержащиеся в УПК, но подчиненные уголовнопроцессуальному режиму правового регулирования. Наиболее отчетливо это

1 Мозолин В. П. Современная доктрина и гражданское законодательство....

2 В качестве наиболее яркого примера можно назвать экологическое право, состоящее из норм и институтов ряда основных отраслей права, также относительно небольшого числа экологических норм, формирующих данное правовое образование в качестве экологического права.

190

2012

2. Вопросы публичного права России и зарубежных стран

выражено в регулировании отношений в стадии возбуждения уголовного дела. Согласно п. 1 ст. 144 УПК при проверке сообщения о преступлении дознаватель, орган дознания, следователь, руководитель следственного органа вправе требовать производства документальных проверок, ревизий, исследований документов, предметов, трупов и привлекать к участию в этих проверках, ревизиях, исследованиях специалистов. В данном случае в качестве средств доследственной проверки называются документальная проверка, ревизия, исследование документов, предметов, трупов. Каждое из перечисленных действий, несмотря на указание на них в норме УПК, осуществляется уполномоченными на то субъектами преимущественно в рамках административной функции. Прежде всего, документальная проверка и ревизия регламентированы именно нормами административного права1.

Так, Приказ МВД РФ и Федеральной налоговой службы от 30 июня 2009 г. N 495/ММ-7-2-347 «Об утверждении порядка взаимодействия органов внутренних дел и налоговых органов по предупреждению, выявлению и пресечению налоговых правонарушений и преступлений» регламентирует порядок организации и проведения налоговыми органами с участием органов внутренних дел выездных налоговых проверок налогоплательщиков, плательщиков сборов, налоговых агентов, оформления и реализации результатов этих проверок. При этом выездные налоговые проверки проводятся должностными лицами налоговых органов с участием сотрудников органов внутренних дел в соответствии с пунктом 1 статьи 36 Налогового кодекса Российской Федерации и пунктом 28 статьи 13 Федерального закона Российской Федерации от 7 февраля 2011 г. № 3-ФЗ «О полиции», руководствуются также Федеральным законом от 12 августа 1995 г. № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности» и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Что касается исследования предметов, документов и трупов, то речь идет об исследованиях, проводимых в основном в рамках Федерального закона «О судебно-экспертной деятельности».

Таким образом, вышеупомянутые действия, являясь по существу административными действиями или разновидностью судебно-экспертной деятельности, могут проводиться и вне рамок уголовно-процессуальных проверочных действий, но выполняемых по требованию уголовно-процессуальных властных органов и должностных лиц, в соответствии с положениями п. 1. ст. 144 УПК РФ, образуют группу своеобразных (специфических) уголовно-процессуальных отношений. Специфичность или своеобразие уголовно-процессуальной нормы, содержащейся в п.1. ст. 144 УПК, выражается в том, что она указывает на определенные юридические факты, способные порождать уголовно-процессуальные отношения. Такими юридическими фактами являются требования о проведении документальных проверок, ревизий, исследований документов, предметов и трупов следователями и другими уполномоченными властными уголовно-процессуальными субъектами.

1 См.: Российская газета. - 2009. - 16 сент.

191

Марийский юридический вестник

Выпуск 9

А. М. Gavrilov

ABOUT THE NATURE OF LEGAL RELATIONS AT THE STAGE OF INITIATION OF CRIMINAL CASE

The attention of the author of this article has been attracted by the insufficiently studied problem of adaptation of the rules of criminal procedure, taking into account their interaction with the norms of other branches of Russian law or some derivative elements (sub-sectors, institutions, sub-institutions) included in them, the introduction into the Criminal Procedural Code the rules that have the subject and method of regulation, which is not inherent in criminal Procedural law, and the impact of the law having another legal regime for regulating the practice of criminal proceedings.

Keywords: specific (unique) rules of criminal procedure, verifying steps, the stage of criminal proceedings, procedural form, documentary audit, investigations, administrative actions.

ГАВРИЛОВ Александр Михайлович - кандидат юридических наук, доцент кафедры конституционного и административного права Марийского государственного университета, г. Йошкар-Ола.

E-mail: aleksan-gav@vandex.ru

GAVRILOV Alexander Mikhailovich - Candidate of Legal Sciences, Associate Professor of the Department of Constitutional and Administrative law of Mari State University, Yoshkar-Ola.

E-mail: aleksan-gav@vandex.ru

192