Широка Москва моя родная

       Юрий Лужков больше не возражает против объединения Москвы и Московской области. Это, конечно, не означает, что слияние регионов произойдет уже завтра. Но мнение федеральных и московских властей по этому поводу, похоже, совпало впервые за последние полтора десятилетия.

О том, что объединение Москвы и Подмосковья вполне возможно, Юрий Лужков заявил 26 мая в эфире радиостанции "Русская служба новостей". Как пояснил мэр, эти регионы являются "едиными экономическими системами, и вполне возможно говорить об их объединении в единый субъект федерации". Правда, Лужков оговорился, что "проработка этого вопроса" имела бы смысл лишь в случае поддержки его руководством страны. Но тот факт, что мэр, который раньше называл слияние нецелесообразным и даже "болезненным", наконец согласился его поддержать, означает, что вопрос об объединении перестал быть сугубо теоретическим.
       С одной стороны, изменение отношения Лужкова к объединению Москвы и Подмосковья вполне соответствует тому, как менялся в России подход к идее укрупнения регионов. Действительно, разве мог в середине 1990-х нормальный глава богатого региона по доброй воле захотеть объединиться с куда более бедным соседом? Ведь за эту прихоть ему пришлось бы платить из своего кармана, беря на содержание соседских студентов, пенсионеров и бюджетников. Теперь же укрупнение регионов — высочайше одобренная государственная политика, сулящая не только политические дивиденды, но и существенные вливания из профицитного федерального бюджета.
       С другой стороны, эволюция взглядов Лужкова на проблему объединения с Подмосковьем почти идеально отражает основные этапы развития российского федерализма.
       Во второй половине 1990-х годов, когда регионы активно переваривали проглоченный ими ранее суверенитет, а центр еще не был способен вмешаться в этот процесс, мэр Москвы выступал категорически против объединения, заявляя, что эти идеи "генерируются с чужого голоса теми, кому не нравится Москва, не нравится самостоятельность руководства города". В 1999 году неприятие этого "чужого голоса" вылилось в создание Лужковым движения "Отечество", ставшего в блоке с губернаторским движением "Вся Россия" главным соперником прокремлевского блока "Единство" на думских выборах.
       После прихода ко власти Владимира Путина Юрий Лужков не изменил отрицательного отношения к слиянию с Подмосковьем, но о "чужом голосе" больше не вспоминал. В 2003 году, когда мэр уже был сопредседателем высшего совета пропрезидентской "Единой России", он называл идею разработки единого генерального плана развития Москвы и области "результатом болезненного и нелогичного мышления", поясняя, что "создание некоего московского княжества с населением 17 млн человек ничего хорошего не принесет". "Это уже гипертрофированный субъект РФ, и, конечно, здесь намного сложнее будет взаимодействовать государственной власти с таким гиперсубъектом. Нужно это государству? Думаю, что нет",— говорил Лужков в эфире телеканала "Россия" в июне 2003-го.
       Однако уже в декабре 2005-го, когда в России начало реализовываться сразу несколько проектов по укрупнению регионов, а губернаторы один за другим переутверждались по представлению президента, мнение столичного градоначальника изменилось. "Это предложение не лишено смысла,— ответил он на вопрос газеты 'Известия' об объединении Москвы и Московской области.— Оно снимет многие социальные проблемы жителей Подмосковья. Да и город тоже внакладе не останется. Словом, надо думать, анализировать варианты".
       Наконец, 26 мая 2006 года Лужков поддержал идею слияния Москвы и области уже практически безоговорочно. При этом он признал, что в результате такого объединения "может появиться субъект федерации, который составляет в экономическом потенциале страны треть,— это уже вопрос с точки зрения управляемости и пропорций в потенциалах субъектов федерации". Но "резон в такой постановке есть", подытожил мэр.
       Столь радикальные перемены во взглядах столичного градоначальника, видимо, связаны не только с изменением общей ситуации в стране, но и с его собственными политическими перспективами. Хотя сам Лужков не раз говорил, что не намерен оставаться в должности мэра по истечении срока своих полномочий в декабре 2007 года, источники "Власти" в его окружении утверждают, что надежды сохранить этот пост и после 2007 года он пока не оставил.
       При этом по Москве по-прежнему циркулируют слухи о том, что следующим мэром столицы непременно станет кто-то из "питерских", например бывший глава петербургского УФСБ, а ныне полпред президента в Центральном федеральном округе Георгий Полтавченко (в свое время активно продвигавший идею объединения Москвы и области). Поэтому слова Лужкова о проблемах с управляемостью будущего суперрегиона выглядят как откровенная самореклама, мол, справиться с таким мегасубъектом сможет лишь крепкий хозяйственник с 15-летним опытом управления столицей.
       Впрочем, независимо от того, хочет ли Лужков возглавить Московскую губернию, проблема развития столицы остается. Раньше она решалась просто: Москва отгрызала один за другим куски у области. После принятия Конституции России сделать это гораздо труднее: для изменения границ субъектов федерации необходимо согласие населения этих субъектов. Впрочем, как показывает опрос "Левада-центра", проведенный в 2005 году, почти половина москвичей (две трети которых каждое лето отправляются на дачи) и больше половины жителей Подмосковья (треть которых, включая мэра столицы, каждый день ездят в Москву на работу) идею объединения поддерживают.
ДМИТРИЙ КАМЫШЕВ