Кризис доверия

Финансовая нестабильность 2008 года и угрожающая вторая волна кризиса привели к тому, что российские банки и их клиенты – физические лица все чаще не доверяют друг другу. Поиски баланса интересов продолжатся этой осенью: на федеральном уровне возобновится дискуссия по ключевым для развития розничного кредитования документам, среди которых законопроекты о потребительском кредите и о банкротстве физических лиц.

Согласно официальной отчетности Банка России, в первой половине года темпы кредитования физических лиц в России в целом были почти вдвое выше показателей аналогичного периода прошлого года. Нижегородская область держится в русле федеральных тенденций: в первом полугодии 2012 года жители региона заняли у местных и федеральных банков на 30% больше, чем по данным на начало года, — объемы выданных населению кредитов (в рублях и иностранной валюте) выросли почти на 32 млрд руб. до 137,5 млрд руб. При этом просроченная задолженность физлиц в Нижегородской области в первом полугодии по сравнению с началом года выросла на 8,6% — до 6,32 млрд руб. По мнению председателя правления банка «Ассоциация» Михаила Гапонова, на данный момент для отрасли опасен не столько растущий объем просрочки как таковой (в целом по стране он достиг 1,2 трлн руб.), сколько скрытый в нем объем дефолтной, то есть невозвратной задолженности. «Сегодня никто, даже Центральный банк, точно не скажет, каков объем дефолтной задолженности в общем объеме просрочки. Причины — и не очень чистые банковские балансы, и пролонгированные кредиты, и рефинансированные кредиты… Это говорит о том, что население во все больших объемах берет деньги в условиях, когда стагнируют и даже снижаются его доходы. Это риски, без всякого сомнения возрастающие риски, которые могут очень сильно ударить по банкам», — подтверждает председатель совета Ассоциации региональных банков России, исполнительный вице-президент Российского союза промышленников и предпринимателей Александр Мурычев.

Банкофобия усиливается

Заемщики не просто все чаще отказываются возвращать банкам долги — по разным причинам они в принципе не хотят брать кредиты. Как говорится в исследовании компании Synovate Comcon, посвященном рынку розничного кредитования, число тех, кто отказывается от получения ссуды в банке, растет из года в год: если в 2008 году ставку по кредиту слишком высокой считали 38% тех, кто его не брал, то в 2011-м — уже 43,9%. «Россияне не берут кредиты, потому что не хотят платить высокие проценты и не доверяют банкам», — констатируют аналитики. По данным отчета, число таких «недоверчивых» потенциальных банковских клиентов в 2011 году превысило 22% опрошенных, тогда как в 2008 году их было 18% (см. график).

В период кризиса очень резко обострились взаимоотношения между физическими лицами — заемщиками и банками. Развилась настоящая «банкофобия», банки сейчас предстают в самом негативном свете

«В период кризиса очень резко обострились взаимоотношения между физическими лицами — заемщиками и банками. Развилась настоящая „банкофобия”, банки сейчас предстают в самом негативном свете»,— подтверждает президент Ассоциации региональных банков (ассоциация «Россия») Анатолий Аксаков. Он признает, что отчасти в проблемах виноваты сами «некоторые кредитные организации, которые фактически являются ложкой дегтя в бочке меда банковской системы страны». «Представители таких банков буквально на улицах ловят граждан, затаскивают в офисы и на коленке предлагают подписать договор с расплывающимся или очень мелким шрифтом, который невозможно прочитать. Эти действия направлены на то, чтобы „впарить” продукт, „посадить на иглу” и потом „кошмарить” человека. Очевидно, эту ситуацию надо исправлять, надо избавляться от тех, кто работает недобросовестно на рынке», — говорит господин Аксаков, отмечая, что сам написал заявление в Центробанк на одного из таких банкиров —членов ассоциации и не жалеет об этом. Заместитель начальника юридического управления госкорпорации «Агентство по страхованию вкладов» Эльвира Ермакова рассказывает, как оказавшийся на грани банкротства один из екатеринбургских банков продолжал привлекать средства населения, причем предлагая оформлять их не как банковские вклады, потерю которых по закону компенсирует государство, а как средства, переданные в доверительное управление, якобы под более высокие проценты доходности: «В итоге банк банкротится, а несчастные пенсионерки, чтобы получить обратно свои накопления, вынуждены нанимать адвокатов». Председатель правления Радиотехбанка Лидия Кострова видит в растущем негативе населения к банкам вину СМИ и властей, ответственных за финансовую грамотность населения: «За 25 лет работы в банковском секторе я впервые наблюдаю настоящую агитацию против банков. По телевидению постоянно идут сюжеты о несчастных, у которых банки отбирают последнее. Да, могут быть обстоятельства, когда люди оказываются в сложных ситуациях. Но зачастую все дело в отсутствии финансовой грамотности заемщиков. Почему-то никто не говорит о том, что принцип „отдай чужое” должен соблюдаться каждым».

Обратное верно

«Действительно, в связке банк — заемщик физлицо — менее защищенный объект, менее финансово грамотный. И, к сожалению, целый ряд наших коллег-банкиров своим желанием собрать как можно больше сливок с зарождающегося рынка потребкредитования наносит большой ущерб имиджу системы», — соглашается президент Саровбизнесбанка Ирина Алушкина. Но в этих условиях, по ее мнению, нельзя забывать о защите интересов кредиторов, так как за ними — интересы добросовестных заемщиков. «Именно хороший заемщик платит за плохого. Мы, банкиры, могли бы давать более низкие ставки по кредитам физлицам, если бы у нас не было такого количества недобросовестных заемщиков, среди которых, к сожалению, очень много и мошенников», — рассуждает госпожа Алушкина. В поисках конкретных решений она предлагает начать более активное обсуждение поправок к Гражданскому процессуальному кодексу. «Например, сейчас законодательно банкирам запрещено обращать взыскание долга на жилое помещение, являющееся единственным местом жительства заемщика. Но зачастую бывает так, что единственным жильем заемщика, который должен несколько миллионов рублей, оказывается особняк площадью 500–600 кв. м. Мораторий на такого рода жилье надо пересматривать»,— отмечает глава Саровбизнесбанка, добавляя, что права кредиторов не учтены и при разделе совместно нажитого имущества супругов.

В один голос банкиры говорят и о противоречивой судебной практике. Так, председатель правления НБД-банка Александр Шаронов указывает на разные подходы судов в оценке платежеспособности предпринимателей без образования юрлица: «У них очень пограничный статус, и они этим красиво пользуются. У нас масса случаев, когда человек берет кредит на бизнес-цели, а потом в суде как гражданин апеллирует к Гражданскому кодексу и закону о защите прав потребителя». «У арбитражных судов и судов общей юрисдикции зачастую абсолютно разные подходы», — соглашается Лидия Кострова. «Два-три года судебных процессов стали нормой для тех, кто не хочет платить по своим долгам. И это при полном наличии имущества и прочих источников для погашения долга, — добавляет Ирина Алушкина. — В нашей практике, например, были случаи, когда клиент просил сначала отменить исполнение исполнительного листа, потом прекратить его исполнение, потом обязать кредитора отозвать исполнительный лист. Формально это разные иски, и суды, к сожалению, вынуждены все их рассматривать». Александр Шаронов вспоминает и о неоднозначных претензиях антимонопольных управлений, контролирующих рекламный рынок: «Одинаковая реклама нашего банка в разных регионах оценивается по-разному. В одном видят нарушения, в другом — нет. При этом продолжает существовать недостоверная реклама конкурентов — та самая, со звездочкой и мелким шрифтом. Надо унифицировать правоприменительную практику!». По мнению главы НБД-банка, в отношении банков, которые ведут чересчур агрессивную политику на рынке потребкредитования, стоит расширить полномочия регулятора — Банка России.

В поисках баланса интересов

Статистика Банка России, куда традиционно стекаются все претензии клиентов, пока в пользу банкиров. По информации начальника ГУ ЦБ по Нижегородской области Геннадия Комиссарова, в восьми жалобах из десяти, поданных в региональное управление, «вины банков не усматривается». Несмотря на это, как отмечает господин Комиссаров, главная задача Центробанка — «помочь людям»: «Каждая просьба, каждая жалоба человека в Центральный банк должна быть внимательно рассмотрена и ни в коем случае не оставлена без внимания. Ведь за каждым обращением — человеческая жизнь, судьба».

В решении проблемы невозврата кредитов регулятор рекомендует банкирам начать с себя — с оценки собственных схем выдачи займов. «У некоторых банков есть явные дефекты в системах управления рисками в части выдачи кредитов физлицам, — отмечает начальник управления надзора за банками российских регионов департамента банковского надзора Банка России Николай Печелиев. — Например, зачем учитывать квартиру при выдаче потребительской ссуды, если уже понятно, что вы никогда не сможете на нее претендовать?» Очень часто, по его словам, банкиры сами допускают невозвраты, выдавая кредиты «априори проблемному заемщику». «Бывает так, что у клиента уже пять-семь проблемных кредитов в разных банках, а он получает новый. Пользуются ли банки, допускающие такую перекредитовку, услугами бюро кредитных историй? Такое ощущение, что нет. То есть кредитные организации намеренно идут на повышенный уровень риска, а потом начинают давить на клиентов, требуя вернуть заведомо невозвратное. В результате — общая неудовлетворенность», — рассуждает господин Печелиев.

По мнению председателя правления банка «Ассоциация» Михаила Гапонова, секрет эффективных взаимоотношений банков и заемщиков — в простой формуле: «Банковские продукты для физических лиц должны быть понятны, качественны, доступны, а условия предоставления — очевидны. Параллельно надо целенаправленно работать над повышением грамотности населения и обеспечением доступности банковских услуг, дающим заемщику свободу выбора. И то, и другое — задача банкиров». Как считает господин Гапонов, с законодательной точки зрения набор требований к банкам в сфере розничного кредитования должен быть сведен в один документ, и таким обобщающим законом может стать обсуждающийся на протяжении последних нескольких лет закон о потребительском кредитовании. По данным президента Ассоциации региональных банков России Анатолия Аксакова, этот законопроект может быть принят Госдумой уже в этом году. «Закон вводит понятие паспорта потребительского кредита, в котором должны быть обозначены все существенные условия договора; предусматривает досрочное, в течение двух недель, погашение кредита без всяких последствий для заемщика; прописывает нормы договорной подсудности — в общем, призван урегулировать все спорные взаимоотношения банков и физлиц на всех этапах подготовки и исполнения кредитного договора»,— рассказывает господин Аксаков. Он напоминает, что в июле в Госдуму был внесен и другой важный для сектора документ — законопроект о банкротстве физлиц. Пока банкиры оценивают его как «сырой», но Анатолий Аксаков подчеркивает, что проект закона будет доработан на этапе думских слушаний: «Сумма долга перед банком 50 тыс. руб., при которой могут быть инициированы реабилитационные процедуры, все-таки маловата. Ведь предусматривается, что заемщик должен сам оплатить услуги конкурсного управляющего, а это 10 тыс. руб. А откуда у должника эти деньги, если у него 50 тыс. руб. нет?»

Баланса интересов банков и заемщиков не будет никогда. Потому что в основе их взаимоотношений лежит экономика

У региональных банкиров тоже остаются вопросы к готовящимся документам. Например, по словам Ирины Алушкиной, непонятно, как в итоге в законопроекте о потребкредитовании будут трактоваться банковские комиссии. «Пока формулировка очень расплывчатая, и очевидно, что она будет вызывать у заемщиков новые желания обращаться в суд, чтобы взыскать с банка соответствующую сумму», — признает Анатолий Аксаков. Но, по его словам, сейчас уже поздно вносить какие-либо изменения, и конструктивной дискуссии стоит ждать уже в Госдуме. Говоря о проекте закона о банкротстве физлиц, Александр Шаронов из НБД-банка указывает на то, что документ не учитывает массу недостатков законодательства о банкротстве, работающего в секторе юрлиц: «Это и многочисленные процедурные моменты, и возможности заемщиков злоупотреблять своими правами. То есть, не проделав работу над имеющимися ошибками, мы пытаемся распространить ту же практику на поле, которое в сотни раз больше. Причем делаем это под флагом защиты прав, интересов гражданина. У меня большие сомнения в том, чего мы этим добьемся». В существующей редакции законопроект о банкротстве физлиц может стать «инструментом невозврата кредитов на законном основании» и пока нуждается в тщательной доработке, резюмирует Михаил Гапонов.

Некоторые банкиры, впрочем, вообще не питают иллюзий относительно каких-либо радикальных изменений правил игр с принятием новых законов. «Баланса интересов банков и заемщиков не будет никогда. Потому что в основе их взаимоотношений лежит экономика, — считает председатель правления Уралтрансбанка Валерий Заводов. — С одной стороны — жадность банков, с другой — постоянный настрой россиян на халяву. Раз быстро дают, значит, можно не отдавать — психологически, с точки зрения заемщиков, получается именно так». По мнению банкира, готовящиеся документы не решат проблемы баланса, но смогут отрегулировать некоторые особенно спорные аспекты отношений между банком и заемщиком.