Хабаровским футуристам перебежала дорогу «Зеленая кошка»

В Хабаровске в Дальневосточном художественном музее (ДВХМ) открылась выставка «Два мира». Экспозиция знакомит с произведениями классиков русского модерна начала 20 века и дальневосточных художников 20-30-х годов, на творчество которых оказали влияние эксперименты старших коллег. С подробностями — ПАВЕЛ УСОВ.

Новая экспозиция ДВХМ подскажет внимательному зрителю решение полового вопроса в пафосе труда пролетарок
ФОТО ВЯЧЕСЛАВА РЕУТОВА

Полное название выставки звучит достаточно академично: «Два мира. Дальневосточное изобразительное искусство 20–30-х годов в контексте русского авангарда». Как отмечается в пресс-релизе, ее организаторы преследовали прежде всего научно-популяризаторские цели, восстанавливая события культурной жизни на Дальнем Востоке. Собрание живописи и графики составлено из фондов ДВХМ, Приморской картинной галереи, Комсомольского-на-Амуре музея изобразительных искусств, Хабаровского краеведческого музея им. Гродекова. Многие произведения пролежали в запасниках десятки лет. Авторство большинства работ принадлежит дальневосточникам и художникам, побывавшим после гражданской войны на Дальнем Востоке и в Восточной Сибири. Зачастую биографические сведения об авторах крайне скудны.

Экспозиция открывается с зала, где представлены картины Кончаловского, Фалька, Штеренберга, Эль-Лисицкого, Машкова и других мастеров отечественного модерна начала 20 века. Многообразие творческих новаций от формальных поисков в духе Сезанна до супрематических построений геометрических фигур, пронизанных внутренним движением, бесспорно, сказалось на последующем развитии декоративно-монументальных форм в русском советском изобразительном искусстве.

Приходится констатировать, что от движения авангарда на Дальнем Востоке конца 1910-х годов практически не сохранилось работ. Во всяком случае, произведений этого периода на выставке почти нет. От цеха хабаровских футуристов «Зеленая кошка» (1918 год) осталась лишь тетрадка офортов. Мало художественных свидетельств и от союза, возникшего в Приморье вокруг Давида Бурлюка, который перед эмиграцией жил во Владивостоке. Тень отца русского футуризма присутствует всегда при разговоре о дальневосточном авангарде, но на выставке только его автограф и письма, опубликованные в журналах того времени. Поэтому настоящей находкой является кубистическая картина «Суйфунский рынок» Виктора Пальмова, организовавшего вместе с Бурлюком в 1920 году в Японии «Первую выставку русских художников».

Зато сохранились более поздние работы участников «Зеленой кошки»: гротескные рисунки, сделанные на линолеуме, Никтополиона Наумова («Мещанка», «Шарж на Львова»), проникнутые созерцательным покоем картины природы Петра Львова («Вечер», «Зимний сад»), пейзажи со стихийной праздничностью красок, с оптимистическим мировосприятием («Окские пески», «Амурский залив. Сад-город») Павла Любарского. Среди художников, приезжавших в 1920-х на Дальний Восток, полнее представлено творчество Василия Беляева, Карла Каля и Вацлава Пановского. Последний стремился найти в смешении реальности и мечты, в плоскостно-линейных ритмах, мерцающем колорите образную аналогию музыкальному произведению («Первое впечатление от Владивостока»).

В 30-х заметно меняется набор изобразительных средств, композиционно-цветовое решение работ. Все более довлеет над авторами социальный заказ, все меньше остается места для эксперимента. Например, Павел Любарский обратился к суровой экспрессии соцреализма («Натюрморт с газетой „Правда”»), у Вацлава Пановского гармоническая просветленность картины оборачивается пафосом пролетарского труда («Поломойки»).

Как призналась куратор проекта Людмила Козлова, экспозиция получилась «сколь интересной, так и спорной». По мысли организаторов, «Два мира» — прежде всего противопоставление двух точек зрения на пути развития искусства: расхождение с академическим наследием и следование традициям.