Местоименные скрепы с наречными послелогами в тувинском языке

Родные, близкие плачут, причитают после того, как умершего положат в гроб. В день погребения плачи звучали и при выносе гроба из дома, и по дороге в церковь, и на кладбище, и на могиле. Сильнее всего плачут, когда опускают гроб в могилу «Если не причитают, значит, не любят», - так говорят в с. Липовка Ардатовского р-на. Ритуальное голошение часто становилось подлинно поэтическим действом, полным печальных, элегических импровизаций. Плач строится как цепь восклицательно-вопросительных предложений, риторических обращений к покойному. Приведем плач жены, записанный нами в с. Большая Арать Гагинского р-на: «Ой, батюшка, ой, Господи! Да на кого ты меня оставил, покинул, ушел во сыру землю! Что ты не подумал о своих детушках! Как они теперь без тебя? С какой стороны нам теперь ждать тебя, выглядывать? Ой, опомнись, родненкий, разве плохо нам с тобой жилось, жилось-былось?! Люди добрые на нас завидывали! Ой, батюшка, а теперь я осталась одна! Ой!».

Похоронные причитания в нижегородских говорах называются во’й, вытьё, моле'нье, причёт, причету’шки, причи’тки, причётки, провожа’льные пе’сни. «На похоронах-то только вой слыхать» (д. Высоково Ковернинского р-на), «Мало ли было вытья-то на похоронах, да и на свадебке-то» (д. Асташиха Воскресенского р-на), «Все три дни молешься, моленья поёшь»

(с. Пафнутово Семеновского р-на).

Ритуальные голошения сопровождало и свадебный обряд, т.е. событие, связанное с рубежом, с переходом из одного состояния в другое. Во время свадьбы песни-причитания могла исполнять сама невеста, оплакивая прощание с девичьей волей. После ухода сватов невеста, узнав, что просватана, начинала причитать и причитала до самой свадьбы, оплакивая свою горькую судьбу, свою девичью волю, беспечальную жизнь у родителей. Обряд, при котором невеста, прощаясь с девичеством, причитает и поет грустные песни, называется в нижегородских говорах словами вы’ть, вопи’ть, обва’пливаться, голоси’ть, выгола’шивать, причита’ть, пла’кать, зо’рю провыва’ть, де’-вью кра’соту сдава’ть, пла’кать на причёты. «Дня за три до сварьбы невеста девью красоту сдает, а подружки слушают, как она голосит» (д. Мокруша Княгининского р-на), «Зговорёнка воет, воет, да так хорошо, серцэ так и замират прямо» (д. Русениха Воскресенского р-на), «Как усватают, невеста начинат плакать на причёты» (д. Филюково Сосновского р-на).

Главным лирическим мотивом причитаний становилось выговариваемое невестой нежелание идти замуж, она вопрошала у отца и матери, зачем ее отсылают из дому. Свою тяжкую печаль невеста открывала подругам. Нередкими были свадьбы, которые устраивались с согласия невесты, но обряд обязывал горько причитать и при этих обстоятельствах. Выходившая за-

Библиографический список

1. Колесов, В.В. Мир человека в слове Древней Руси. - Л., 1986.

2. Бунчук, Т.Н. Семантика слова «причитать» в русских говорах (этнолингвистический аспект исследования) // Проблемы современной русской диалектологии: тезисы докладов Международной конф. - М., 2004.

3. Хоробрых, С.В. К вопросу о семантических отношениях морфем в лексике ритуала (на материале «Этнолингвистического словаря свадебной терминологии Северного Прикамья», «Словаря свадебной лексики Орловщины») // Русское слово: литературный язык и народные говоры: материалы Всероссийской науч. конф., посвященной 100-летию со дня рождения доктора филол. наук, проф. Г.Г. Мельниченко. - Ярославль, 2008.

Bibliography

1. Kolesov, V.V. Mir cheloveka v slove Drevneyj Rusi. - L., 1986.

2. Bunchuk, T.N. Semantika slova «prichitatj» v russkikh govorakh (ehtnolingvisticheskiyj aspekt issledovaniya) // Problemih sovremennoyj russkoyj dialektologii: tezisih dokladov Mezhdunarodnoyj konf. - M., 2004.

3. Khorobrihkh, S.V. K voprosu o semanticheskikh otnosheniyakh morfem v leksike rituala (na materiale «Ehtnolingvisticheskogo slovarya svadebnoyj terminologii Severnogo Prikamjya», «Slovarya svadebnoyj leksiki Orlovthinih») // Russkoe slovo: literaturnihyj yazihk i narodnihe govorih: materialih Vserossiyjskoyj nauch. konf., posvyathennoyj 100-letiyu so dnya rozhdeniya doktora filol. nauk, prof. G.G. Meljnichenko. - Yaroslavlj, 2008.

Статья поступила в редакцию 20.11.13

УДК 811.512.156

Soyan A.M. PRONOUNS BRACES WITH ADVERBIAL POSTPOSITIONS IN TUVAN LANGUAGE. The article analyzes the pronoun buckles with adverbial postpositions in Tuvan language. Highlighted their functions and interphrase transphrastique. Postpositions considered as part of a simple sentence, Polypredicative design and in the text, supra-phrasal unity.

Key words: Tuvan language, pronouns brace, adverbial postposition, the function, the phrase, means of communication.

муж девушка обязана была перевоплотиться в образ тоскующей и горюющей невесты. Каждый день невеста просыпалась и начинала свои причитания, обращенные поочередно к отцу, матери, сестре, брату, подружкам. Звучали самые проникновенные песни свадебного цикла, произносились самые раздирающие душу причитания. Песни, певшиеся в это время, носят в нижегородских говорах наименования пла’чи, причёты, го-вори’лишные пе’сни, сговори’лишные пе’сни, голосовы’е пе’сни. «Подрушки придут, говорилишные песни поют» (д. Афанаси-ха Краснобаковского р-на), «Просватают девушку, тогда ходят подрушки, поют сговорилишные песни» (д. Липорвка Воскресенского р-на). Названия свадебного голошения происходят либо от слов, выражающих скорбь, боль, горе (плачи от плакать), либо от слова причеть (причеты), либо от лексемы, связанной со звуком (говорилишные песни - говорить). Первые две номинации свидетельствуют о форме проявления страдания, в то время как в других сочетаниях прямого указания на страдательность нет, имеется лишь намек на наиболее употребительное в северновеликорусских говорах песенно-речетативное исполнение свадебных причитаний. В этом, казалось бы, несвойственном для обряда свадьбы обилии печали, конечно, и проявление русского менталитета - не выражать принародно своей радости от перемен в личной жизни (даже если они желанны), и осознание невестой ответственности своей новой роли, и страх перед неведомой еще жизнью в семье мужа, и накопившиеся веками в народе представления о нелегкой женской доле.

Невеста как главное действующее лицо всего обряда изменяла свой социальный статус и навсегда покидала дом, родителей, резко меняла образ жизни, расставалась с подругами. После прощания с косой подружки невесты пели грустные песни, начинали причитать, т.е. оплакивать невесту как будто умершую для прежней жизни. Обряд, при котором подруги провожают невесту к венцу, сопровождая проводы плачем, причитаниями, называется в нижегородских говорах глаголами вы’ть, вопи’ть, голоси’ть, причита’ть, пла’кать, припла’кивать, устойчивыми сочетаниями опла’кивать неве’сту, гневи'ть неве’сту, велича’ть неве’сту, пла’кать на причёты. «То на сварьбах пели, а ныне не поют, не воют» (с. Чупалейка Выксунского р-на).

Таким образом, наименования обрядовых причитаний в нижегородских говорах обширны и представлены как отдельными лексемами, так и устойчивыми сочетаниями. Часть из них являются межобрядовыми, используемыми в свадебном и погребально-поминальном обряде: причитать, голосить, выть, плакать. Обрядовые номинации причитаний связаны с ритуальными действиями и отражают языковую картину мира носителей говора.

А.М. Соян, канд. филол. наук, ТувГУ, г. Кызыл, E-mail: soyan-a@mail.ru

МЕСТОИМЕННЫЕ СКРЕПЫ С НАРЕЧНЫМИ ПОСЛЕЛОГАМИ В ТУВИНСКОМ ЯЗЫКЕ

В статье проанализированы местоименные скрепы с наречными послелогами в тувинском языке. Особо выделены их функции: межфразовая и сверхфразовая. Послелоги рассматриваются в составе простого предложения, полипредикативной конструкции и в тексте, сверхфразовых единствах.

Ключевые слова: тувинский язык, местоименная скрепа, наречный послелог, функция, фраза, средство связи.

Послелоги выступают средствами выражения синтаксических связей как в простом, так и в сложном предложении. Этот вопрос освещался во многих работах по тюркологии и тувино-ведении. Известно, что в простом предложении послелоги присоединяются к именным частям речи [1; 2; 3]. В полипредика-тивных конструкциях (ППК) послелог присоединяется к зависимому сказуемому в форме причастия или деепричастия [4; 5; 6]. В синтаксических структурах более сложного уровня послелог вместе с указательными местоимениями составляет аналитическую скрепу и выражает семантические отношения между фразами.

В данной статье нами рассматриваются местоименные скрепы с наречными послелогами в тувинском языке.

О переходе в наречия служебных частей речи (в основном служебных имен и послелогов) отмечено У.А. Даржа [7, с. 121]. Автор считает, что одним из продуктивных способов формирования наречий в тувинском языке является конверсия. Ею же отмечены послелоги // наречия (долгандыр ‘вокруг, кругом, всюду, везде', кежир, кежилдир ‘через' и т.д.) [7, с. 124].

А в нашем случае отмечается обратное. Рассматриваемые нами послелоги образованы от наречий способом конверсии. Они управляют впереди стоящими местоимениями, составляя вместе с ними синтаксические средства связи.

В настоящей работе анализу подвергаются местоименные скрепы с наречными послелогами в тувинском языке, выявленные нами методом сплошной выборки.

Скрепы с послелогом дораан ‘сразу, немедленно': ол до-раан ‘сразу', бо дораан ‘сейчас же', ыя дораан ‘тотчас', ‘в тот момент', ‘сразу', ‘в тот миг'.

Данный послелог присоединяется к причастиям прошедшего времени, которые «выражают действие, после которого сразу начинается другое действие, выраженное в стержневом слове: дыннаан дораан келдим ‘пришел сразу, как услышал'» [8, с. 155].

На уровне сложного предложения «причастно-послеложная конструкция Т=ган дораан» используется для передачи «следования конкретных событий в абсолютном прошедшем времени. События и главной, и зависимой предикативных единиц (ПЕ) характеризуются аспектуальным значением недлительности -близкое следование. Семантика полипредикативных конструкций (ППК) с этой скрепой осложнена дополнительным значением быстроты, краткости временного разрыва между действиями, выраженными в главной и зависимой ПЕ. Главное событие непосредственно и быстро следует за зависимым событием» [6, с. 103].

В более сложных синтаксических построениях послелог дораан входит в состав аналитических скреп с местоимениями ол ‘тот', бо ‘этот', ыя ‘этот' и является их основным компонентом, выражающим семантические отношения между событиями, выражаемыми фразами.

Ол дораан, бо дораан, ыя дораан выражают отношения, где событие во втором высказывании происходит быстро, сразу же, в краткий промежуток времени за событием в предыдущем высказывании.

Приведем пример:

Кара баарым халаш кыннып, хая кврдYM,

Караан чаштыг бодун база доктааш кындыц.

Ыя дораан кврYЖYвYс уткужуп кээп,

Ынаныштан, идегелден чырыш кынчык (АYЫм 86).

Буквальный перевод этой строфы звучит следующим образом: ‘Огорчившись, я повернулся, ты тоже остановилась, со слезами на глазах. В тот момент наши взгляды, встретившись, засияли от доверия и надежды'.

В примере скрепа ыя дораан устанавливает отношения, где событие во второй фразе проистекает моментально, мгновенно вслед за событием в первой фразе.

Ссылаясь на вышеуказанное, мы пришли к выводу о том, что послелог дораан в сочетании с местоимениями ол, бо, ыя образует межфразовые скрепы, передающие временные отношения близкого следования между событиями, представленными фразами.

О местоименных скрепах с послелогом ёзугаар ‘согласно (чему-либо)', ‘в соответствии (с чем-либо)'; ‘так, как...'; ‘на основании (чего-л.)' написано в статье А.М. Соян [10]. Автором отмечено, что «в простом предложении послелог ёзугаар ‘согласно (чему-либо)' управляет именем в винительном падеже и выражает способ действия.

В сопоставительных полипредикативных конструкциях ...Т=ган/!/=0 ёзугаар ‘в соответствии с чем-л.; так, как' послелог ёзугаар присоединяется к зависимому сказуемому в форме причастия на =ган [9, с. 229].

В тексте, сверхфразовых единствах он входит в состав следующих скреп в качестве основного компонента, выражающего семантические отношения соответствия: бо ёзугаар ‘в соответствии с вот этим', ‘согласно вот этому'; ол ёзугаар ‘в соответствии с этим', ‘согласно этому', ону ёзугаар ‘в соответствии с этим', ‘согласно этому'; бо ёзугаар алырга ‘согласно этому'; ол ёзугаар алыр болза ‘согласно этому', ‘если взять согласно этому'» [10, с. 41].

Скрепы с наречным послелогом дээрезинде ‘пока': ол дээрезинде ‘в тот момент', бо дээрезинде ‘в этот момент'; ыя ол дээрезинде ‘в тот момент', ‘пока', ыя бо дээрезинде ‘пока'.

Эти скрепы участвуют в образовании временных отношений между фразами. Например:

Мээн ол свстеримни дыннааш, ыглай берди...

Ыя ол дээрезинде ону эскербээн чордум... КYPYне азыралынга оон вскени эки болганы чадавас (ШС Ха 46) ‘Услышав мои слова, стала плакать.

В тот момент я не заметил этого. Наверно, хорошо, что она выросла под опекой государства'.

В этом примере данная скрепа устанавливает между абзацами временные отношения ограничительной одновременности. Событие во втором абзаце происходит одновременно с событием в предыдущем абзаце.

Скрепа с послелогом соон дарый ‘как только', ‘вслед за': оон соон дарый ‘вслед за этим', ‘после того, как', ‘после того сразу', ‘после этого'.

В ППК послелог соон дарый присоединяется к зависимому сказуемому в форме причастия. Такая конструкция Т=ган// соон дарый передает отношения близкого следования между событиями [6, с. 103]. В составе аналитических скреп с местоимением оон данный послелог выражает специализированные временные отношения близкого следования между фразами:

Аржааннаар дээн ийи кижи келгеш, майгын тип алган. Оон соон дарый уруг-дарыын ушкаргылаан, аъттыг улустар кел-гилээн (МЭ вч 83). ‘Два человека, приехавшие лечиться аржа-ном (целебным источником), установили палатку. После этого сразу приехали всадники, посадившие своих детей позади себя'.

В данном примере обе фразы соединены между собой со скрепой оон соон дарый. Событие во второй из них происходит сразу же вслед за событием в первой.

Скрепы с наречным послелогом улаштыр ‘дальше': ол улаштыр ‘далее', оон улаштыр ‘далее', ‘потом'. Примеры с данными межфразовыми скрепами показывают, что они выражают отношения общего следования:

Ынаар дарый четпес болза хоржок. Ол улаштыр Куу-Тайгада таспаннар чип турар бврYHY база хайгаарап кввр^р ийин (МЭ Эч 78) ‘Нельзя не ехать туда скорее. Далее поеду наблюдать за волком, который питается оленями в Куу-Тайга'.

В примере событие во второй фразе происходит вслед за событием в первой фразе.

Скрепы с наречным послелогом удаа ‘раз': ол удаа ‘в

тот раз', бо удаада ‘в этот раз'.

Послелог удаа ‘раз' не является средством связи в поли-предикативной конструкции.

Вышеуказанными скрепами устанавливаются временные отношения одновременности:

Ол акша тып алыр дээн сорулгазын утпаан. Ол удаа байдал чогумчалыг болган (АХоюг Х 113) ‘Он не забыл свою цель найти деньги. В тот раз ситуация оказалась благоприятной'.

В следующем примере скрепа бо удаада ‘в этот раз' выступает средством связи между абзацами:

Чаа том номчукчуларга уран чурумалдыы-биле таарыш-каны чугаажок.

Бо удаада чогаалчы эрги маадырлары-биле бисти таныштырар (АК Эд 92) ‘Новый том, наверно, понравился читателям своей художественностью.

В этот раз писатель будет знакомить нас со своими старыми героями'.

Таким образом, межфразовые скрепы ол удаа ‘в тот раз', бо удаада ‘в этот раз' выражают временные отношения.

Скрепа с послелогом соцгаар ‘назад': оон соцгаар ‘далее', ‘после этого'.

В простом предложении послелог сонгаар управляет именами в исходном падеже. В ППК «ограничительного следования» [6, с. 103] послелог сонгаар присоединяется к зависимому сказуемому в форме причастия и требует от неё оформления аффиксом исходного падежа. В составе аналитической скрепы оон сонгаар рассматриваемый послелог выступает основным компонентом. Например:

Надежда сес класс дооскан. Оон соцгаар оон куш-ажылчы амыдыралы эгелээн (ДБ Эдт 48) ‘Надежда окончила восьмой класс. Далее началась её трудовая жизнь'.

В примере межфразовая скрепа использована для выражения временных отношений ограничительного следования между событиями, выраженными данными фразами.

Скрепа с наречным послелогом дараазында ‘потом': ооц дараазында ‘потом', ‘после этого'.

Кара-Хаан чиге сонгу ЧYKче квЖYП чорупкан ЧYвен иргин. Ооц дараазында Сарыг-Хем чурттуг Сарыг-Хааннын аал-чуртунга квж^п чедип кээп-тир эвеспе (Ча 101) ‘Кара-Хаан уехал перекочевать на север. После этого приехал на землю Сарыг-Хаана, который родом из реки Сарыг-Хем'.

Событие во второй фразе является продолжением события в первой фразе. В примере отражены временные отношения общего следования.

Скрепа с наречным послелогом удурланыштыр ‘напротив': ацаа удурланыштыр ‘напротив этому'. Она функционирует между фразами и абзацами.

Мен башкымга аажок ынак мен. Ол мээн сеткилимге чырыткы, ЧYрээмге идегел-дир.

Ацаа удурланыштыр Николай Эртине дээрге мырьщай сыр вске кижи-дир. Ында сооксумаар сеткил бар (АА Чи 9).

‘Я очень люблю своего учителя. Он - свет моей души, надежда в моём сердце.

Напротив этому Николай Эртине - это совсем другой человек. У него холодная душа'.

В данном примере анаа удурланыштыр ‘напротив этому' выступает средством связи между абзацами и участвует в установлении противительных отношений.

Скрепы с наречным послелогом хамаарыштыр ‘в связи, в зависимости; относительно, по поводу': ацаа

хамаарыштыр ‘относительно этого', ‘в связи с этим', мацаа хамаарыштыр ‘в связи с этим', ‘относительно этого'.

Наречный послелог хамаарыштыр управляет указательными местоимениями ол, бо, требуя от них форму дательного падежа, и составляет вместе с ними скрепу.

«Аныяк вгбле» деп тускай программа ажылдап кылдынган. Ацаа хамаарыштыр Ш.В.Кара-оол интервью Yезинде тода тайылбырны берген (РД Мх 2) ‘Разработана специальная программа «Молодая семья». Относительно этого Ш.В.Кара-оол дал четкое разъяснение во время интервью'.

Ол бYдYH жанрнын онзагай шынарларын тодарадырынче кичээнгейни угландырган. Мацаа хамаарыштыр автор синтаксистиг параллелизм, аллитерация, рифма база элдээртигни айыткылаан (АТ Ш 8) ‘Он обратил внимание на выявление особенностей всего жанра. В связи с этим автором указаны синтаксический параллелизм, аллитерация, рифма и аллегория'.

Скрепы с наречным послелогом холбаштыр ‘в связи', ‘относительно': мацаа холбаштыр ‘в связи с этим', ацаа холбаштыр ‘в связи с этим'; ооц-биле холбаштыр ‘в связи с этим', мооц-биле холбаштыр ‘в связи с этим'.

Тывызыктарнын тематиказы долгандыр турар делегейнин болуушкуннарын, кижини, оон ажыл-чорудулгазын хаара тудуп турар. Ооц-биле холбаштыр оларны тема аайы-биле тус-тус бвЛYктерге хуваап болур (АТ Ш 47) ‘Тематика загадок охватывает события окружающего мира, человека, его деятельность. В связи с этим их можно разделить по теме на отдельные группы'.

В примере именно под влиянием события в первой фразе идет реализация события во второй фразе.

Таким образом, вышеуказанные скрепы выражают причинные отношения.

Скрепы с наречным послелогом капсырлаштыр ‘наряду': ацаа капсырлаштыр ‘наряду с этим', ооц-биле капсырлаштыр ‘наряду с этим'.

Малдын читкен Yези биле оон Тестен Самагалдайга кээп турган Yези дYгжY берген. Ооц-биле капсырлаштыр Самагалдайнын чагырыкчылары Алдын-Чайзанга вш-вжээнин двгеп алыр база бир чылдагаан тыпкан (ИБ А 51) ‘Совпадало его приезд из местечки Тес в Самагалтай и исчезновение коня. Наряду с этим правители Самагалтая нашли еще один повод отомстить Алдын-Чайзану'.

В данном примере событие во второй фразе осуществляется параллельно событию в предыдущей фразе. И это реализуется посредством скрепы оон-биле капсырлаштыр.

Скрепа с наречным послелогом чаржалаштыр ‘наперебой; наряду': ооц-биле чаржалаштыр ‘наряду с этим'.

Дврбеттин хааны Богда хаанга чаргылдашкан. Ооц-биле чаржалаштыр орус эрге-чагыргалар дургуннар дугайында чаргы-чаалызын манчы эрге-чагыргалар черинге киирген (ЮА А 35) ‘Хан Дорбета предъявил иск Богда хану. Наряду с этим русские власти написали жалобу о беглецах маньчжурским властям'.

В примере события в обеих фразах происходят параллельно друг к другу.

Скрепа с наречным послелогом катай ‘вместе': ооц-биле катай ‘вместе с тем'.

«Сосновка» бо чылын 900 тонна сигенни белеткеп кезер планны салган. Ооц-биле катай Эрзин кожуун-биле оон 200 баш хураган алырын дугурушкан (НО Бч 2) ‘«Сосновка» запланировала заготовить 900 тонн сена в этом году. Вместе с тем договорилась с Эрзинским кожууном приобрести у них 200 голов ягнят'.

Как видно из примера, скрепа ооц-биле катай ‘вместе с тем' выражает отношения одновременности между фразами.

Скрепа с наречным послелогом кады ‘вместе': мооц-биле кады ‘вместе с этим'.

Послелог кады ‘вместе' в сочетании с указательными местоимениями ол, бо образует скрепу, выполняющую межфразовую и сверхфразовую функции.

Аштын хуусаазын организмнин байдалы тодарадыр.

Мооц-биле кады кижи бYPYЗYHYH организми ангы-ангы болур дээрзин утпас херек (ДА С 59) ‘Срок голодания определяется состоянием организма.

Вместе с этим не надо забывать, что организм каждого человека индивидуален'.

В примере отмеченная скрепа начинает второй абзац, соотнося его с предыдущим. События в них происходят параллельно друг к другу.

Скрепа с наречным послелогом децге ‘вместе, наравне; поровну; одновременно': ооц-биле децге ‘вместе с тем'.

Хензиг-ле черден чылдагаан каккаш, сагындырып, шаннал акшазын бербес апарган мен. Ооц-биле децге садыгжыларнын, ажылчыннарнын мээн манекенимни эттээри дам барган (ШС А 76) ‘Из-за мелочей я стал ставить на вид, не выдавать премиальные деньги. Вместе с тем продавщицы, рабочие стали все сильнее избивать мой манекен'.

76) ‘Из-за мелочей я стал ставить на вид, не выдавать премиальные деньги. Вместе с тем продавщицы, рабочие стали все сильнее избивать мой манекен'.

Обе фразы, где события случаются одновременно, соединены между собой с помощью выделенного средства связи.

Таким образом, в образовании местоименных скреп тувинского языка особая роль принадлежит наречным послелогам.

Поэтому в данной работе выявлены их функции в простом предложении, полипредикативной конструкции и в тексте, сверхфра-зовых единствах.

Благодаря вышеуказанным скрепам устанавливаются разные синтаксические отношения между фразами и абзацами:

Библиографический список

временные, противительные, присоединительные, причинные и отношения соответствия. С участием наречных послелогов и указательных местоимений образуются межфразовые и сверх-фразовые скрепы, они строятся как по модели послеложных конструкций, так и по модели вводных предложений.

1. Дмитриев, Н.К. Грамматика башкирского языка. - М.; Л., 1948.

2. Убрятова, Е.И. Исследования по синтаксису якутского языка. - М.; Л., 1950. - Ч. I. Простое предложение.

3. Кононов, А.Н. Грамматика современного турецкого литературного языка. - М.; Л., 1956.

4. Убрятова, Е.И. Исследования по синтаксису якутского языка. - Новосибирск, 1976. - Ч. II. Сложное предложение.

5. Черемисина, М.И. Сложное предложение как знак языка (об отдельных моделях сложного предложения) // Синтаксис алтайских

и европейских языков: сб.ст. - Новосибирск, 1982.

6. Шамина, Л.А. Временные полипредикативные конструкции тувинского языка. - Новосибирск, 1987.

7. Даржа, У.А. Наречие в тувинском языке: дис. ... канд. филол. наук. - Кызыл, 2006.

8. Салзынмаа, Е.Б. Глагольные словосочетания в литературном тувинском языке // Гуманитарные науки: сб. ст. - Кызыл, 1968.

9. Шамина, Л.А. Полипредикативные синтетические предложения в тувинском языке. - Новосибирск, 2001.

10. Соян, А.М. О местоименных скрепах с послелогом ёзугаар в тувинском языке // Ученые записки: Ежегодник кафедры тувинского

и общего языкознания ТывГУ. Выпуск III: сб. ст. - Кызыл, 2009.

Bibliography

1. Dmitriev, N.K. Grammatika bashkirskogo yazihka. - M.; L., 1948.

2. Ubryatova, E.I. Issledovaniya po sintaksisu yakutskogo yazihka. - M.; L., 1950. - Ch. I. Prostoe predlozhenie.

3. Kononov, A.N. Grammatika sovremennogo tureckogo literaturnogo yazihka. - M.; L., 1956.

4. Ubryatova, E.I. Issledovaniya po sintaksisu yakutskogo yazihka. - Novosibirsk, 1976. - Ch. II. Clozhnoe predlozhenie.

5. Cheremisina, M.I. Slozhnoe predlozhenie kak znak yazihka (ob otdeljnihkh modelyakh slozhnogo predlozheniya) // Sintaksis altayjskikh

i evropeyjskikh yazihkov: sb.st. - Novosibirsk, 1982.

6. Shamina, L.A. Vremennihe polipredikativnihe konstrukcii tuvinskogo yazihka. - Novosibirsk, 1987.

7. Darzha, U.A. Narechie v tuvinskom yazihke: dis. ... kand. filol. nauk. - Kihzihl, 2006.

8. Salzihnmaa, E.B. Glagoljnihe slovosochetaniya v literaturnom tuvinskom yazihke // Gumanitarnihe nauki: sb. st. - Kihzihl, 1968.

9. Shamina, L.A. Polipredikativnihe sinteticheskie predlozheniya v tuvinskom yazihke. - Novosibirsk, 2001.

10. Soyan, A.M. O mestoimennihkh skrepakh s poslelogom yozugaar v tuvinskom yazihke // Uchenihe zapiski: Ezhegodnik kafedrih tuvinskogo

i obthego yazihkoznaniya TihvGU. Vihpusk III: sb. st. - Kihzihl, 2009.

Статья поступила в редакцию 18.11.13

УДК 811.512.154

Sunchugashev R.D., Chebochakova I.M. THE KYZYL DIALECT OF THE KHAKASS LANGUAGE: MODERN CONDITION. In the work the problems of the Kyzyl dialect of the Khakass language are described. The Kyzyls are a small numbered group of the Khakass living in Ordzhonikidze and Shirinsky districts of the Republic of Khakassia. The article is presented modern data on the sociolinguistic situation of the kyzylskiy ethnic group.

Key words: the kyzylskiy dialect of the Khakas language, fieldwork, language situation, vocabulary, modern data.

Р.Д. Сунчугашев, канд. филол. наук, в.н.с. сектора языка ГБНИУ «ХакНИИЯЛИ», г. Абакан,

E'mail: sunrad@mail.ru; Чебочакова И.М., канд. филол. наук, с.н.с. сектора языка ГБНИУ «ХакНИИЯЛИ», г. Абакан, E'mail: irina.chebochakova@mail.ru

КЫЗЫЛЬСКИЙ ДИАЛЕКТ ХАКАССКОГО ЯЗЫКА: СОВРЕМЕННОЕ СОСТОЯНИЕ*

В работе описаны проблемы функционирования кызыльского диалекта хакасского языка. Кызыльцы - малочисленный хакасский субэтнос, проживающий в Орджоникидзевском и Ширинском районах Республики Хакасия. В статье содержатся современные данные о социолингвистической ситуации у кызыльской этнической группы.

Ключевые слова: кызыльский диалект хакасского языка, полевая работа, языковая ситуация, словарь, современные данные

Актуальной проблемой в современном мире является сохранение этнолингвистического многообразия, поскольку в связи с процессами глобализации сужается численность носителей языков меньшинств, народы переходят на языки большинства. Языки и диалекты исчезают навсегда, и их уже нельзя восстановить. Ученые стараются зафиксировать факты каждого языка, но это невозможно осуществить в полной мере из-за объективных причин. В условиях угрозы исчезновения языков и диалектов возникает острая необходимость в сборе, накоплении, фиксации языковых данных для выявления их фонетических, лексических, морфологических, синтаксических особенностей. Создание фонда накопленных данных может быть основой для ревитализации утраченного языка или диалекта [1].

В данной статье освещается ряд вопросов и проблем, связанных с состоянием кызыльского диалекта хакасского языка в свете современных данных. В настоящее время самой приоритетной задачей для хакасского языкознания является фик-

сация данных именно кызыльского диалекта как диалекта с самым малым количеством носителей: численность кызыльцев не более 3 тысяч человек. Говорящих на нем еще меньше - это представители старшего поколения.

Летом 2013 года состоялись две поездки сектора языка Хакасского научно-исследовательского института языка, литературы и истории в Ширинский и Орджоникидзевский районы Хакасии и Шарыповский и Ужурский районы Красноярского края, где компактно проживают кызыльцы. Осуществление экспедиции стало возможным благодаря гранту РГНФ № 13-14-18015 «Кызыльский диалект: современное состояние и перспективы» (руководитель - в.н.с. сектора языка ХакНИИЯЛИ канд. филол. наук Р.Д. Сунчугашев). Целью экспедиции был сбор современных данных по кызыльскому диалекту хакасского языка с целью фиксации материалов, ценных для тюркологической науки в общем, для хакасского языкознания и общества, в частности. Участники экспедиции записывали на электронные носители