Что обнаружил научный анализ «Экономики знания»?

ОБЗОРЫ И РЕЦЕНЗИИ

97

ЧТО ОБНАРУЖИЛ НАУЧНЫЙ АНАЛИЗ «ЭКОНОМИКИ ЗНАНИЯ»?

МАМЕДОВ ОКТАЙ ЮСУФОВИЧ,

доктор экономических наук, профессор, Южный федеральный университет, e-mail: mamedov@sfedu.ru

Приводится рецензия на последние монографии К.Н. Гоженко и А.П. Колядина, посвящённые анализу «экономики знания». В работе К.Н. Гоженко содержатся рекомендации по ускорению формирования российского варианта экономики знания, прикладные выводы, адресованные федеральным и региональным научно-образовательным центрам. А.П. Колядин дополняет теорию человеческого капитала концепцией фиктивного компонента.

The Journal presents a review of the recent monographs, written by K.N. Gozhenko and A.P Kolyadin, devoted to the analysis of «economics of knowledge». K.N. Gozhenko has made recommendations to accelerate the formation of a Russian version of the knowledge economy, applied conclusions addressed to the federal and regional scientific-educational centers. A.P. Kolyadin has complemented the theory of human capital by the fictitious component concept.

Южнороссийская экономическая мысль обогатилась двумя фундаментальными исследованиями по экономике знания, которые выполнили К.Н. Гоженко1 (Кисловодск) и А.П. Колядин2 (Пятигорск).

Модернизация как инновационное преобразование российской экономики придала невиданную ранее практическую значимость теоретическому изучению существенных различий между «постиндустриальной экономикой» и «экономикой знания». Только на основе такого изучения возможно осознать, по мнению названных авторов, что «экономика знания» есть новая, исторически неизбежная стадия развития постиндустриальной экономики, а также выявить её сущностные характеристики как системы имманентных признаков.

В свою очередь, ускоренное формирование экономики знания означает ускоренное формирование «инновационно-образовательных предприятий» как первичных производственных ячеек экономики знания - с возникновением сложной системы экономических отношений на базе их специализации и кооперации. При таком подходе теоретическая системность экономики знания состоит в том, что все её основные экономические категории в качестве своей базовой субстанции имеют категорию «знание» и все категориальные операции сводятся в дальнейшем к рациональному преобразованию данной субстанции.

С этих позиций особую актуальность приобретает, как справедливо полага-

© О.Ю. Мамедов, 2012

1 См.: (Гоженко 2010; 2011).

2 См.: (Колядин 2007; 2011а; 20116).

JOURNAL OF ECONOMIC REGULATION (Вопросы регулирования экономики) • Том 3, № 2. 2012

JOURNAL OF ECONOMIC REGULATION (Вопросы регулирования экономики) • Том 3, № 2. 2012

ет К.Н. Гоженко, разработка специальной теории экономической конкуренции между центрами инновационно-образовательной сферы, поскольку экономика знания неизбежно порождает трансграничные рынки образовательных услуг высшей школы, специфическая организация которых прямо отражает императивы глобализации.

Присущая экономике знания объективная тенденция к глобализации означает неизбежную глобализацию рынков предоставления образовательных услуг, что превращает систему высшего образование в основную сферу экономики знания. При этом К.Н. Гоженко особо подчёркивает то обстоятельство, что конкуренция в сфере производства, освоения и распространения знания относится к числу её самых жёстких, бескомпромиссных и дорогостоящих видов конкуренции, превосходя степень её жёсткости в других сферах национальной экономики. В определённой степени такая жёсткость продиктована объективно, так как в этой сфере, как ни в какой иной, в полной мере господствует основной принцип современной экономики - невоспроизводимость ограниченных (интеллектуальных) ресурсов. Отсюда видна стратегическая необходимость разработки национальных образовательных проектов, которые бы обеспечили максимизацию результатов образовательных процессов как общей предпосылки перехода к экономике знания.

Теоретическая и практическая актуальность исследования экономики знания заключается в том, что императивная основа инновационной трансформации сферы образовательных услуг, и в этом качестве только эффективные рынки образовательных услуг способны порождать экстерналии общенационального масштаба - как позитивные, так и негативные.

По мере реального становления экономики знания будет изменяться и организационно-управленческое строение главной её сферы - сферы образовательных услуг. Эти изменения охватывают не только трансформацию экономической природы «образовательной услуги», но и механизм функционирования и воспроизводства образовательных услуг как основного элемента системы экономики знания.

Под воздействием глобальных и национальных макроэкономических изменений, образовательной политики государства и новой технологии образования современные рынки образовательных услуг уже превратились в сложнейшие технические системы и капиталоемкие отрасли экономики. Хотя в последний период имели место острые проблемы с финансированием высшей школы в связи с мировым кризисом, объективный тренд экономической динамики способствует перемещению рынка образовательных услуг в область позитивной траектории.

Ускоренное инновационное преобразование современной экономики обнаруживает возрастающее значение знаний как решающего фактора инновационнотехнологического роста. В новых условиях иной основы создания конкурентоспособной в мировом масштабе национальной экономики, кроме как в форме

«экономики знаний», не существует. Эта тенденция изменяет конфигурацию механизма экономического роста. Развитие экономики знания требует проведения принципиально новых организационно-управленческих реформ с целью построения инновационной модели сферы образования.

Всё это свидетельствует о том, что сегодня назрела не только теоретическая, но и практическая потребность в разработке специальной концепции инновационной трансформации сферы образовательных услуг в условиях становления экономики знания. Такая концепция должна не только вскрыть экономический контекст названной трансформации, но и отразить реальную значимость сферы образовательных услуг как системного элемента экономики знания.

Авторское видение К.Н. Гоженко данной проблемы состоит в том, что в рамках предпринятого исследования сфера образовательных услуг выступает, прежде всего, как инновационная модель функционирования и развития всех других интеллектуальных сфер экономики знания. Предлагаемый подход способен, по нашему мнению, раскрыть сущностные тенденции всех доминантных процессов экономики знания, чем и предопределён выбор темы и логики настоящего исследования.

Чем же обогащает нас исследование К.Н. Гоженко?

Концептуальная трактовка «экономики знания» как особого способа производства понимает его систему, в которой процессы генерации, применения и распространения знаний играют доминирующую роль в создании материального, вещного и интеллектуального богатства, а также общепризнанных социальных ценностей. При таком подходе экономика знания означает рост эффективности производства за счет рационального и системного использовании всех видов знаний во всех сферах хозяйственной деятельности. В прикладном аспекте это позволяет отнести финансирование базовых сфер экономики знания к числу наиболее эффективных форм стратегических макроэкономических инвестиций.

Экономика знания определяется как особая инновационная модель производства в виде взаимодополняемости информационно-коммуникативных технологий, человеческого капитала (использующего эти технологии) и креативного потенциала фирм (реализующего продуктивность первых двух элементов) на фоне социальных сетей, которым в экономике знания предстоит заменить традиционные типы организации рынка. В прикладном аспекте это требует осознания и решения таких специфических проблем экономики знания, как - асимметрия информации, институциональная организация производства и распространения знания, защита интеллектуальной собственности.

По мнению К.Н. Гоженко, экономика знания формирует новый тип первичного звена производства, который имеет несвойственные для индустриальной стадии производства монетарные потребности (в виде приоритета инвестиций в невещественные виды капитала), которые трудно обеспечить традиционными финансовыми источниками и посредством традиционных финансовых инструментов. В прикладном аспекте это означает, что для фирм, действующих на

JOURNAL OF ECONOMIC REGULATION (Вопросы регулирования экономики) • Том 3, № 2. 2012

JOURNAL OF ECONOMIC REGULATION (Вопросы регулирования экономики) • Том 3, № 2. 2012

новых рынках экономики знания, существует тройственная неопределенность

- при осуществлении торговых операций, при развитии стартапов (требующих существенного венчурного капитала), при промышленных инновациях (требующих затрат на дополнительные организационные и институциональные нововведения).

Структурная трансформация производства в экономике знания превращает «сектор производства знания» в её основной элемент (в лице главного субъекта экономики знания - инновационно-образовательного центра); вторичными субъектами выступают активные провайдеры этого знания. В прикладном аспекте это означает, что возникает своего рода «неосязаемый капитал», который превышает величину инвестиций, сосредоточенных в рамках «осязаемого капитала», и который становится приоритетным объектом нарастающих инвестиционных потоков, поскольку технический прогресс необратимо смещается в сторону нематериальных активов.

Включение знания-информации в структуру экономической деятельности в настоящее время приобрело такие масштабы, что стало причиной глубоких структурных и качественных изменений в механизме и темпах функционирования экономики, поскольку структура экономики знаний необходимо включает «сетевую экономику», «глобальную экономику» и «экономику услуг». В прикладном аспекте это означает, что степень развитости каждого из этих элементов выступает объективным критерием системности становления экономики знания.

Инновационная модель сферы образовательных услуг в экономике знания может быть интерпретирована как движение от институционального строения социальных сетей к эволюционной модели организации экономических отношений. В прикладном аспекте это означает, что глубинный экономический смысл инновационной трансформации сферы образовательных услуг в условиях экономики знания состоит в оптимальной связи вузовской, промышленной и властной среды. Таким образом, модель тройной спирали позволяет выделить сектор знаний как базовый элемент инновационной экономической системы, который порождает проблему оптимизации взаимодействия трёх принципиально разных механизмов функционирования, присущих каждому из названных секторов.

Трансформация экономической природы «образовательной услуги» по мере реального становления экономики знания, превращающая рынок образовательных услуг в основной элемент системы экономики знания. В прикладном аспекте это означает, что под воздействием глобальных и национальных макроэкономических изменений и новой технологии образования современные рынки образовательных услуг превратились в сложнейшие технические системы, в совокупности образующие самую капиталоемкую отрасль экономики знания.

Основная тенденция, которая характеризует изменения в финансовой структуре расходов на рынке образовательных услуг в соответствии с императивами становления экономики знания и которая сводит их к концентрации на началь-

ной и конечной стадиях образовательного процесса. Следовательно, сфере высшего образования в экономике знания присущи одновременно две тенденции -дифференциация и глобализация рынков образовательных услуг. В прикладном аспекте это означает, что учебно-исследовательские университеты в экономике знания активно участвуют в распределении социальных благ и экономических выгод. Это выражается в том, что именно инновационно-образовательные центры являются инструментами подготовки образованной глобально-мобильной рабочей силы.

В индустриальном обществе главным субъектом экономики являлось промышленное предприятие (а доминирующий результат производства был представлен некой материальной, товарной ценностью); в постиндустриальном обществе главным субъектом экономики является информационнокоммуникационный центр (а доминирующий результат производства выступает в виде информационно-коммуникационной технологии); что в экономике знания главным субъектом будет выступать мегакорпоративный инновационнообразовательный центр (а доминирующим результатом производства - некое научно-техническое знание). В новой экономике основная часть совокупной рабочей силы представлена занятостью не в сфере материального производства или в секторе распределения материальных благ, а в сфере проектирования, разработки, технологии, маркетинга, продажи и обслуживания этих знаний, что в прикладном аспекте требует проведения соответствующей политики на рынке труда.

Для экономической науки приход информационно-коммуникативных технологий стал сигналом актуализации проблем теоретического анализа «нематериального капитала» (нематериальных активов), поскольку именно такой капитал и образует императивную основу производства знаний, развития науки, распространения технических навыков, а также повышения качества человеческого капитала. Экономика знания реализуется посредством специфической производительной триады - знания, инновации и технологии - как базовых факторов экономического роста. Генерация и использование знаний является главным критерием для компаний, отраслей и регионов в аспекте развития экономики и поддержания конкурентных преимуществ. В прикладном аспекте это означает необходимость переосмысления традиционного права собственности и конкурентного механизма использования нематериального капитала, инновации и технологии.

Основным элементом индустриальной экономики выступают наукоёмкие промышленные предприятия, тогда как основным элементом экономики знания выступают наукоемкие инновационно-образовательные центры, - особого рода предприятия, предоставляющие интеллектуальные услуги по производству, использованию и распространению социально-технических знаний. Степень системной трансформации всех сфер национальной экономики определяется интенсификацией процесса формирования наукоёмких инновационно-

JOURNAL OF ECONOMIC REGULATION (Вопросы регулирования экономики) • Том 3, № 2. 2012

JOURNAL OF ECONOMIC REGULATION (Вопросы регулирования экономики) • Том 3, № 2. 2012

образовательных «генераторов», что порождает глобальную иерархию национальных экономик, приводящую к неравномерному развитию в мировом масштабе. В прикладном аспекте это означает, что в экономике знания только подобные центры способны генерировать позитивные макроэкономические эффекты в сферах глобальной конкурентоспособности.

В работе содержатся рекомендации по ускорению формирования российского варианта экономики знания, направленные на обеспечение - равного доступа всех социальных групп к преимуществам информационного общества; переориентации глобальных потоков капитала в базовые сферы экономики знания; повышения значимости муниципальной экономики в преодолении «цифрового разрыва» между различными территориальными образованиями; усиления роли некоммерческих организаций в повышении компьютерной грамотности населения; интенсификации разработки многоуровневых (преимущественно - межотраслевых и межрегиональных) грантовых программ по созданию образовательных технологий, ориентированных на реализацию императивов становления экономики знания. Прикладные выводы работы адресованы федеральным и региональным научно-образовательным центрам и направлены на интенсификацию становления отраслевых и вузовских инновационных технопарков, внедрение инновационных технологий образования, разработку экономического обоснования нормативно-правовой регламентации в сфере охраны интеллектуального права, реализацию налоговых преференций для активных субъектов инновационного процесса, повышение макроэкономического эффекта от внедрения «локальных форм» экономики знания на уровне крупных мегаинноваци-онных инвестиционных проектов.

Таковы основные выводы исследования К.Н. Гоженко, которые, на наш взгляд, являются существенным вкладом в развитие современной теории и экономики знания.

Анализ исследования А.П. Колядина правильно было бы начать с его общей характеристики. Всем хорошо известно, что основной признак фундаментального исследования - наличия в нём нового концептуального видения происходящих в экономике изменений.

Какие же крупные изменения происходят в современной экономике? Привычное указание на «глобализацию» будет не совсем точно, поскольку глобализация есть лишь инструмент, ускоряющий реализацию фундаментальных тенденций современной экономики.

Подлинно основной тенденцией является формирование «экономики знания». Говоря языком полузабытой политической экономии, речь идёт о формировании «экономики знания» как нового, особого, неизвестного ранее «способа производства».

Несомненным достоинством работ А.П. Колядина выступает их методологическая культура - прежде, чем выйти на предмет анализа (фиктивный компонент человеческого капитала), автор выводит сущностные характеристики объ-

екта анализа (экономики знания). Такое восхождение от объекта исследования к его предмету - встречается пока не часто.

Экономику знания автор характеризует системой объективных признаков, которые представляют её как действительно новый способ производства:

- экономика знания - это производственная система генерации, освоения и распространения инновационных знаний, система, обеспечивающих наивысшую эффективность экономической организации общественного производства;

- отсюда и современная глобализация должна пониматься как мировая конкуренция национальных экономик в построении экономики знания;

- продвинутость в построении «экономики знания» - объективный критерий мирового статуса национальной экономики;

- инвестиции в отрасли экономики знания - самые эффективные в стратегическом аспекте.

Отдельного внимания заслуживает исключительно важный вывод автора о том, что и экономике знания не суждено преодолеть основного препятствия в развитии современной экономики - ограниченности ресурсов. В экономике знания ограниченность касается удивительного фактора производства - интеллектуальных ресурсов как функции человеческого капитала, хотя неэкономистам это может показаться невероятным.

Все эти авторские концептуальные оценки экономики знания имеют важное значение для современной отечественной экономической теории, и потому обозначают конкретный авторский вклад в её развитие, как это требуется от докторской диссертации.

Следует особо подчеркнуть - только разработка автором оригинальной концепции экономики знания позволила ему обнаружить главную проблему всей экономики знания, которую диссертант предельно точно обозначил как «фиктивный компонент человеческого капитала».

Переходя к интеллектуальным достижениям работы в анализе фиктивного компонента человеческого капитала, следует обратить внимание на категориальную строгость научной формулировки темы исследования.

Недавно в Москве состоялся Международный конгресс по политэкономии, который показал - эвристический потенциал политико-экономической науки ещё не исчерпан. Более того, в эпоху предстоящей нашему обществу модернизации политэкономия может оказаться особенно востребованной.

И в этом отношении диссертация предвосхищает внутреннюю логику развития отечественной экономической науки.

Достижения соискателя можно свести к следующим тезисам.

1. В экономическую науку категорию «человеческий капитал» ввели во второй половине XX века американские экономисты Теодор Шульц и Гэри Беккер. И за это им были присуждены Нобелевские премии (Шульцу - в 1979 г., Гэри Беккеру - в 1992 г). Не знаю, присудят ли А.П. Колядину Нобелевскую премию, но знаю точно - защищаемая им работа завершает системное оформление тео-

JOURNAL OF ECONOMIC REGULATION (Вопросы регулирования экономики) • Том 3, № 2. 2012

JOURNAL OF ECONOMIC REGULATION (Вопросы регулирования экономики) • Том 3, № 2. 2012

рии человеческого капитала. Это - центральный пункт оценки данной работы и о нём надо сказать особо.

2. Теория человеческого капитала возникала на стыке экономического, институционального и социального подходов и представляет их своеобразный сплав. Но только А.П. Колядин распространил на концепцию человеческого капитала всю, столетиями наработанную общую теорию капитала, включая самую иррациональную часть теории капитала - феномен фиктивного капитала.

Это - огромный методологический и теоретический прорыв. Можно соглашаться или не соглашаться с дальнейшей конкретизацией перенесения положений фиктивного капитала на характеристику фиктивного компонента человеческого капитала, но нельзя не оценить масштабность состоявшегося прорыва.

3. Что же даёт введение в структуру человеческого капитала такого элемента, как фиктивный компонент?

Дело в том, что представление о фиктивном капитале как об инвестиции в ценные бумаги с правом присвоения прибыли в виде дивиденда, касается только верхушки того «айсберга», каким в реальности является фиктивный капитал.

Подлинная драма современной экономики порождена тем, что фиктивный капитал оказался «джинном, выпущенным из кувшина», так как он немедленно превратился в двойника реального капитала. И в качестве двойника приобрёл особое движение вне кругооборота действительного капитала! Это особое движение - обманчивое движение, оно вводит нас в заблуждение, это искажённый отблеск реального движения реального капитала.

4. Но если человеческий капитал есть разновидность производительного капитала (а таковым он объективно становится в условиях экономики знания), то и его движение неизбежно включает «фиктивный компонент», который сразу обретает особое движение вне кругооборота действительного человеческого капитала, тем самым, искажая сущностный механизм движения экономики знания. Вот в чём суть данного исследования А.П. Колядина.

Автор прямо указывает на то, что в условиях массового образования, как объективного требования экономики знаний, наряду с приращением действительного человеческого капитала, формируется его фиктивная, неадекватная общественным потребностям составляющая.

5. Дополнение теории человеческого капитала концепцией фиктивного компонента не только поднимает эту теорию на системную высоту, но и опускает её на грешную землю, ибо теперь всё то, что неэкономистами порицается как «безобразия» и «пороки» современной системы образования, получает теоретическое освещение с позиций «фиктивного капитала».

Позволю себе только три кратких примера.

А. Политической экономией доказано, что фиктивный капитал как специфический товар обращается на особом рынке (фондовой бирже) и получает рыночную цену.

С полным правом перенося этот общий принцип на фиктивный компонент

человеческого капитала, автор аргументированно показывает, что этот компонент также обращается на особом рынке и также приобретает цену. Но поскольку фиктивный человеческий капитал - лжетовар, то он может обращаться только на лжерынке и приобретать только видимость цены.

B. Политической экономией доказано, что фиктивный капитал не обладает реальной стоимостью, поэтому движение его рыночной цены не может совпадать с изменениями реального капитала. С полным правом перенося этот общий принцип на фиктивный компонент человеческого капитала, автор аргументированно показывает, что рыночная цена на этот компонент также не может совпадать с изменениями реального человеческого капитала.

C. Политической экономией доказано, что в современной экономике рост величины фиктивного капитала угрожающе опережает прирост действительного капитала. С полным правом перенося этот общий принцип на фиктивный компонент человеческого капитала, автор аргументированно показывает, что главная опасность для экономики знания - в этом опережении роста фиктивного компонента человеческого капитала перед реальным. Все, кто работает сегодня в высшей школе, не может не признать того, что многие наши усиления отдаются, к сожалению, созданию фиктивного человеческого капитала.

Экономическое сообщество Юга России, бесспорно, приобрело два результативных исследования по одной из самых сложных проблем современной экономической теории и практике. Это - существенное приращение реального научного знания.

ЛИТЕРАТУРА

Гоженко К.Н. (2010). Сфера образовательных услуг в экономике знания: монография. М.: Издательство Международный институт системной организации науки.

Гоженко К.Н. (2011). Экономика знания и инновационная трансформация сферы образовательных услуг монография. М.: Издательство Международный институт системной организации науки.

Колядин А.П. (2007). Образовательный фактор в воспроизводстве человеческого капитала: монография. Пятигорск.

Колядин А.П. (2011а). Направления минимизации фиктивного человеческого капитала: монография. Пятигорск. 170.

Колядин А.П. (2011б). Фиктивный компонент человеческого капитала: условия формирования и способы минимизации: монография. 251.

JOURNAL OF ECONOMIC REGULATION (Вопросы регулирования экономики) • Том 3, № 2. 2012