Чувашские народные заговоры: современное состояние

Е. В. Федотова

Чувашские народные заговоры: современное состояние

В чувашском устном народном творчестве есть особый жанр, который скрытй от посторонних глаз и ушей, — это заговоры и заклинания (чёлхесем). Запись и публикация чувашских народных заговоров-заклинаний зафиксированы лишь с середины XIX в., хотя история изучения заго-ворно-заклинательной традиции и деятельности ворожей-гадателей (юма£), колдунов (тухатмаш), знахарей-заклинателей (eëpyçë, чёлхеçё), повитух-бабок (эпи карчйк) как руководителей и представителей религиозно-обрядовых действ и молений чувашей восходит к началу XVIII в., названного историками «золотой эпохой» российской государственности и связанного с насильственной христианизацией, а также сстремлением царского самодержавия к распространению политики миссионерства и «обрусения» нерусских народов. Тогда в научных журналах и разного рода описаниях стали появляться сведения о чувашах, об их религиозных верованиях, обрядах и обычаях, о языке, поверьях, преданиях и других произведениях устного народного творчества, были опубликованы первые образцы фольклорных жанров чувашей [Ендеров 2012, 46].

С заговорами и заклинаниями чуваши обращались к различным духам с целью испросить избавления от недугов, помощи при лечении ран, изгнании злых духов и т. д. Во время данного обряда дули на объект лечения, а затем ритмично три, пять, семь раз плевали на него, что символизировало сотворение мира. По представлениям чувашей, эти действия приводят в порядок нарушенный болезнью микромир больного. Заговоры и заклинания продолжают функционировать и в настоящее время [Родионов 2001, 104-105]. Об этом свидетельствуют и экспедиционные материалы конца XX — начала XXI вв. [Ермилова 2002, 55-67; Родионов 2008; Федотова 2012, 102-122; Ендеров 2013].

Как утверждает исследовательница заговоров и колдовства в России Е. Н. Елеонская, «вера в слово была глубока в народе; слову приписывали внутреннюю силу, которая могла оказывать влияние иногда даже помимо желания человека, его произносившего; произносимое же с известным намерением, оно как бы усиливалось в своем влиянии и становилось опасным орудием» [Елеонская 1994, 101]. В чувашской традиционной культуре слову также приписывается магическая сила. На это указывает и чувашская поговорка: <^йварпа калани ума, Kyç умне килет тет» («Говорят, сказанное устами явится перед глазами») (здесь и далее подстрочный перевод наш. — Е. Ф.).

Нурлатский район Республики Татарстан, где мы собирали материал во время экспедиций 1993-2013 гг., расположен в западном Закамье, в южной части республики (административный центр — г. Нурлат, находится в 220 км к югу от Казани) [Чибидина-Пинина 2001, 7]. Этот район — один из немногих, где по сей день некрещеные чуваши соблюдают исконные традиции, передают их

200

МАГИЧЕСКИЕ ПРАКТИКИ

из поколения в поколение. Вместе со своими обычаями они сохраняют и устное народное творчество, в том числе заговоры и заклинания. Необходимо отметить, что некоторые крещеные чуваши тоже остаются сторонниками дохристианских обычаев и обрядов.

Как показывают исследования, носителями текстов магических заклинаний и заговоров являются в основном женщины, хранительницы семейного очага, домашнего хозяйства. Чаще всего это единственная дочь в семье — пёр хер; по чувашским поверьям, подобный ребенок обладает магической силой: вал калани килет («сказанное ею случится»). Но встречаются с такими способностями и женщины, в чьей семье было от 2 до 7 дочерей. Есть также мужчины, которые знают тексты заговоров от сглаза, грыжи и используют их в лечении. Носители заговорных текстов путем или передают их по наследству (от матери к дочери, от бабушки к внучке, от свекрови к снохе), или же делятся магическими знаниями с живущим по соседству, если с ними в течение многих лет имели доверительные отношения.

В некоторых случаях люди отказываются получать подобные знания. По их представлениям, быть ближе к Богу, жить предписаниями церкви лучше, чем лечиться заговорами. Владеть магическими заклинаниями, заговорами и использовать их среди чувашского населения считается занятием, противоречащим учению церкви. Заговоры — часть дохристианского мира; их приме-няютя чаще всего теи, кто придерживается традиционных представлений.

Раньше знахари-заклинатели заучивали тексты заговоров слово в слово, запоминали. Сегодня же люди знающие, как их называют в народе, т. е. обладающие даром исцеления, чаще всего хранят заговорные тексты, имеющие защитные свойства, записанными на бумаге — в специальных тетрадях, блокнотах. Показывают свои записи не всем, а только избранным: близким и доверенным. В отличие от других фольклорных жанров, например песен, сказок, загадок, магические заклинания и заговоры заучивали как скрытые, сакральные тексты, недоступные для других.

Судя по личным наблюдениям, рассказам, сделанным записям, и по сей день в ходу следующие заговоры: вут чёлхи (от огня), тимёр чёлхи (от раны железным предметом), пусёр чёлхи (от грыжи), дын дилли (от гнева, ярости человека), урпа тухнинчен (от ячменя на глазу), шапар пасси (от порчи, навеянной игрой на шыбыре — музыкальном инструменте из пузыря, см. далее), алла-урана, пите-куда кёсен-мён тухсан калани (от лишая, струпьев на коже рук и ног, лица); улма анине тётёрни (слова, произносимые при окуривании картофельного поля), тавар шыв такни (при выливании соленой воды на место, где был получен ушиб); дёлен пудё (от нарыва, называемого «змеиная голова»), тётёрни е кудахни (при окуривании от сглаза); дын хыта вардсан, ылхансан каламалли (слова, которые следует произнести, когда кто-то глубоко оскорбил, проклял, для снятия испуга); хар хывна чух мён-мён тумалли (действия, которые нужно выполнять при снятии испуга) и др. [ПМА 1993-2013].

Мы зафиксировали случай произнесения заговора, способствующего поступлению в высшее учебное заведение, что говорит об обновлении данного фольклорного жанра, появлении новых текстов в соответствии со временем. В начале 1990-х гг. нам довелось быть свидетелем ритуала для поступления в институт. Ольга Тохтамановна Ванюхина из с. Абрыскино Нурлатского района Республики Татарстан заговорила свою внучку, чтобы та смогла поступить в институт. Тогда сакральный текст невозможно было записать: заговоры

всегда нашептывали, а произносить их во всеуслышание нельзя, иначе они потеряют значимость. К сожалению, не удалось встретиться и с О. Т. Ванюхи-ной. Но заговор ее, по-видимому, «возымел действие», так как внучка благополучно поступила в институт, выучилась в нем и сейчас работает по специальности. Использованный в этой ситуации вид магического текста следует, на наш взгляд, отнести к заговорам социальной направленности [Топорков 2005, 184].

Не исключено, что есть и другие заговоры и заклинания, о которых мы пока не знаем.

Исследовательница славянской традиционной культуры Л. Н. Виноградова в предисловии к сборнику трудов Е. Н. Елеонской подчеркивает, что в курсе лекций Вс. Ф. Миллера «придавалось большое значение заговорам как бесценному материалу для изучения народного мировоззрения» [Виноградова 1994, 9]. Собранные нами заговоры также отражают чувашское традиционное мировоззрение. Магические формулы из них в основном состоят из перечисления трех миров вертикальной картины мироздания. Текст обычно делится на вступительную часть и основной блок, который читающий повторяет три раза, меняя в нем только отдельные слова. Приведем пример заговора от порчи пузырем, шыбыром (музыкальный инструмент, вид волынки), где при троекратном воспроизведении текста различаются только определения: гора, дом, стул сначала медные, затем серебряные, в конце золотые.

Вуташ хёрё 77 9ул тинёс тёпёнче тупак ашёнче выртать тет.

77 тинёс уттинче пахар ту, 9ав ту 9инче пахар пурт, пахар пуртре пахар тенкел. 77 9ул тинёс тёпёнче тупакра выртакан вуташ хёрё тарса килсе, пахар пурте кёрсе, пахар тенкел 9ине ларса, шапар кахри тытса, пу9не ухса, ура тапса каласа ларсан, халах курса халлансан, 9аван чухне шапар пасси 9ёнтерё.

77 тинёс уттинче кёмёл ту, 9ав ту 9инче кёмёл пурт, кёмёл пуртре кёмёл тенкел. 77 9ул тинёс тёпёнче тупакра выртакан вуташ хёрё тарса килсе, кёмёл пурте кёрсе, кёмёл тенкел 9ине ларса, шапар кахри тытса, пу9не ухса, ура тапса каласа ларсан, халах курса халлансан, 9аван чухне шапар пасси 9ёнтерё.

77 тинёс уттинче ылттан ту, 9ав ту 9инче ылттан пурт, ылттан пуртре ылттан тенкел. 77 9ул тинёс тёпёнче тупакра выртакан вуташ хёрё тарса килсе, ылттан пурте кёрсе, ылттан тенкел 9ине ларса, шапар кахри тытса, пу9не ухса, ура тапса каласа ларсан, халах курса халлансан, 9аван чухне шапар пасси 9ёнтерё.

Говорят, русалка 77 лет лежит в гробу на дне моря.

На острове 77 морей медная гора, на той горе медный дом, в медном доме медный стул. Если русалка, 77 лет лежавшая в гробу, встанет, войдет в медный дом, сядет на медный стул, возьмет в руки рожок шыбыра (пузыря) и будет играть на нем, качая в такт головой и притопывая ножкой, и если, увидев это, народ взбодрится, только тогда одолеет порча от пузыря.

На острове 77 морей серебряная гора, на той горе серебряный дом, в серебряном доме серебряный стул. Если русалка, 77 лет лежавшая в гробу, встанет, войдет в серебряный дом, сядет на серебряный стул, возьмет в руки рожок шыбыра (пузыря) и будет играть на нем, качая в такт головой и притопывая ножкой, и если, увидев это, народ взбодрится, только тогда одолеет порча от пузыря.

На острове 77 морей золотая гора, на той горе золотой дом, в золотом доме золотой стул. Если русалка, 77 лет лежавшая в гробу, встанет, войдет в золотой

202

мАгИчЕсКИЕ прАКтИКИ

дом, сядет на золотой стул, возьмет в руки рожок шыбыра (пузыря) и будет играть на нем, качая в такт головой и притопывая ножкой, и если, увидев это, народ взбодрится, только тогда одолеет порча от пузыря.

Перечисление миров начинается с самого нижнего — медного, т. е. подземного мира. Затем идет серебряный мир — белый свет, где живут люди; а потом и верхний мир — золотой, небесный, где обитают боги.

А в заговоре на заживление раны от железного предмета называется еще один ярус — железный: он идет первым в перечислении, затем следуют медный, серебряный и золотой. Приведем пример заговорного текста, произносимого для лечения подобных ран (тимёр чёлхи), записанного от жительницы с. Якушкино Марьеби Егоровны Сандимировой, 1922 г. р. (Некрещеные чуваши обращаются к ней с просьбой об исцелении, а также для того чтобы она произнесла необходимые заклинания и мольбы перед закалыванием жертвенного животного во время проведения обряда. Тексты и ритуалы узнала она от своей матери — Сандюк Сандимировой, также некрещеной чувашки, чтившей старые традиции своего народа [Ермилова, 2002, 65-66]).

Тимёр пукан,

Тимёр пукан 9инче тимёр пурта, Тимёр пурта 9инче тимёр йёп, Тимёр йёп ку9ёнче тимёр пур9ан, Тимёр пур9ан 9ёлесе хурать.

Железный стул,

На железном стуле железный топор, На железном топоре железная иголка, В ушке железной иголки железный шелк, Железный шелк зашьет.

Пахар пукан,

Пахар пукан 9инче пахар пурта, Пахар пурта 9инче пахар йёп, Пахар йёп ку9ёнче пахар пур9ан, Пахар пур9ан 9ёлесе хурать.

Медный стул,

На медном стуле медный топор, На медном топоре медная иголка, В ушке медной иголки медный шелк, Медный шелк зашьет.

Кёмёл пукан,

Кёмёл пукан 9инче кёмёл пурта, Камал пурта 9инче кёмёл йёп, Кёмёл йёп ку9ёнче кёмёл пур9ан, Камал пур9ан 9ёлесе хурать.

Серебряный стул,

На серебряном стуле серебряный топор, На серебряном топоре серебряная иголка, В ушке серебряной иголки серебряный шелк, Серебряный шелк зашьет.

Ылттан пукан,

Ылттан пукан 9инче ылттан пурта, Ылттан пурта 9инче ылттан йёп, Ылттан йёп ку9ёнче ылттан пур9ан, Ылттан пур9ан 9ёлесе хурать.

Золотой стул,

На золотом стуле золотой топор, На золотом топоре золотая иголка, В ушке золотой иголки золотой шелк, Золотой шелк зашьет.

Кроме названий металлов в тексте встречается шелк; он, как считает искусствовед М. Г. Кондратьев, «в чувашском фольклоре имеет широкие семантические связи за пределами бытовой тематики» [Кондратьев 2007, 35]. «Шелк — принадлежность архаической городской культуры восточного происхождения, когда-то утраченной предками чувашей. В последние столетия он вряд ли был обычным предметом их крестьянского обихода. Столь широкий разброс семан-

тики шелка, часто упоминающегося в чувашской народной песне, заставляет предполагать существование смутно сохранившейся в памяти певцов древней традиции сакрального характера, для которой шелк был обязательным атрибутом» [Кондратьев 2007, 44].

В заговорах часто используется счет от одного до девяти и обратно, от девяти до одного, — например, в заговоре от ячменя на глазу. Его, по поверьям, необходимо заговаривать, сыпля перед глазами зерна ячменя. В детстве мне, заговаривая ячмень на глазу, «считала ячменем» старшая сестра бабушки — Дарья Якимовна Чеботарева (Максимова; ее чувашское имя Тах-таби в переводе означает «умеющая ждать») родом из с. Илюткино [ПМА 1993]. В моей памяти остались счет, падающие перед глазами ячменные зерна и место, где все происходило, чистый чулан.

Приведенный далее заговор был записан значительно позже, в 2001 г., от Марьеби Егоровны Сандимировой (с. Якушкино). Трудно утверждать, что это тот самый текст, который произносила Д. Я. Чеботарева.

Ку9а урпа тухсан урпапа сумалли

Пёрре савап, иккё савап, ви99ё савап, таватта савап, пиллёк савап, ултта савап, 9иччё савап, саккар савап, таххар савап. Таххар савап, саккар савап, 9иччё савап, ултта савап, пиллёк савап, таватта савап, ви99ё савап, иккё савап, пёрре савап. Пёрре пёрлёхлё пултар.

Счет зерном при ячмене на глазу. Один считаю, два считаю, три считаю, четыре считаю, пять считаю, шесть считаю, семь считаю, восемь считаю, девять считаю. Девять считаю, восемь считаю, семь считаю, шесть считаю, пять считаю, четыре считаю, три считаю, два считаю, один считаю. Один единым пусть будет [ПМА 2001].

Текст заговора от ячменя на глазу, записанный в 1907 г. Д. Месаро-шем в с. Альгешево (ныне Чебоксарского района Чувашии), тоже содержит счет. Но, в отличие от записанного нами заговора, там после каждого нечетного числа есть пожелание того, чтобы рассыпалось в девять сторон, семь сторон, пять сторон, три стороны; «один, один пусть будет не единым» [Чаваш халах самахлахё 1989, 75]. Как видим, в конце счета встречаются разные по смыслу пожелания.

В 2009 г. в с. Абрыскино мы сделали видеозапись фрагмента заговора от грыжи и так называемого тройного дыхания (виддёллё сывланинчен), какое бывает у младенцев. Как пояснила знахарка-заклинательница Н. М. Семкина, тройное дыхание у них можно заметить на животе. Основной блок этого заговора тоже включает счет. Кроме того, для проведения ритуала заговаривания необходимо семь вещей:

1) такана — ночва, деревянная посуда в виде корыта, которую используют для муки, просеиваемой через сито;

2) ача кёпи — рубашка младенца;

3) хайра — точило;

4) дапата — лапоть;

5) тутар е кипке — платок или пеленка;

6) ала — сито;

7) минтер — подушка [ПМА 2009].

Существует особое указание о произнесении заговора $ын $илли (от воздействия чьего-либо гнева): матери собственных детей заговаривать нельзя — считается, что еще сильнее разовьется болезнь (амаланать тет), может привести к смерти. Нужно, чтобы слова сказал и ритуал провел кто-то другой. Когда произносят заговор от воздействия гнева, ярости какого-либо человека, одновременно делают руками круговые движения вокруг головы чувствующего недомогание или недуг, держа в одной руке кружку с чистой водой, а в другой — золу. Каждая частица золы предназначена для счета: «Хщан $ак кёл пёрчине $ыннан шарчё суса каларать, $аван чухне $ын $илли укё» (Когда гнев человека пересчитает все частицы этой золы, только тогда падет [на кого-либо] гнев человека). Потом золу надо высыпать на улицу, на дорогу, по которой ходят прохожие. При этом следует произнести: «Хаватла $илпе вё$се кай, $ак кёл пёрчи илсе тухса кай!» (Улетай вместе с сильным ветром, с этими частицами золы уходи!). Воду нужно вылить на петлю открытой входной двери дома. Чтобы избавиться от недомогания или недуга, вызванного гневом, яростью другого человека, призывают на помощь природные стихии: воду, ветер, огонь (зола — его производная).

Через содержание некоторых чувашских народных заговоров открываются новые грани мировоззрения, менталитета этого народа. К примеру, в заговоре от гнева ему вначале предлагают поесть, попить — и только потом произносят просьбу уйти.

^ын 9илли уксен каламалли

^ын 9илли, 9ыннан шарчё, 9аван 9илли укнё пулсан та ё9 те, 9м те тухса кай. Ха9ан 9ак кёл пёрчине 9ыннан шарчё суса каларать, 9аван чухне 9ын 9илли укё. 77 тымарёнчен, 77 сыппинчен, пырши-пакарти 9ине укнё пулсан та, утлё-тирлё хушшине укнё пулсан та, тухтар, 9ын 9илли таврантар. Куракан ку9ёнчен, илте-кен халхинчен, сывлакан самсинчен, кала9акан чёлхинчен тухтар. Ирхине укнё пулсан та, ка9хине укнё пулсан та, пуртре укнё пулсан та (тата а9та укме пул-тарна, 9авна каламалла) тухтар, таврантар. Эрне кун укнё пулсан та, шамат кун укнё пулсан та, вырсарни кун укнё пулсан та, тунти кун укнё пулсан та, ытлари кун укнё пулсан та, юн кун укнё пулсан та, кё9нерни кун укнё пулсан та тухтар, таврантар. ^ёрпе килнё — 9ёрпе кай, кунпа килнё — кунпа кай, шыв урла лекнё пулсан та, варман урла, хир урла лекнё пулсан та, хаватла 9илпе вё9се кай, таса шыв пек тасалса юл, тара шыв пек таралса юл, а9тан килнё, 9аванта кай, 9ак кёл пёрчи илсе тухса кай.

Заговор от воздействия чьего-либо гнева.

Гнев человека, злость человека, чьи ни были бы — ешьте, пейте и уходите. Когда гнев человека пересчитает все частицы золы, только тогда падет этот гнев. От 77 сосудов (вен), 77 суставов на внутренние органы ли пал гнев человека, на кожу ли, мягкие ткани ли пал, пусть выйдет, пусть вернется гнев (обратно к хозяину). Из видящего ока, слышащего уха, дышащего носа, разговаривающего языка пусть выйдет. Утром ли пал, вечером ли пал, дома ли пал [места, где мог человек пострадать от гнева другого человека, нужно перечислить], пусть выйдет, вернется. В пятницу ли пал, в субботу ли пал, в воскресенье ли пал, в понедельник ли пал, во вторник ли пал, в среду ли пал, в четверг ли пал, пусть выйдет, вернется. Если ночью пришел — ночью иди, днем пришел — днем иди, через воду ли пришел, через лес ли, через поле ли пал — с сильным ветром улети, заболевший

пусть останется чистым, как чистая вода. Откуда пришел, туда и иди, с этими частицами золы пусть уйдет [ПМА 1993-2013].

Следующий распространенный вид заговора — никёт чёлхи, заговор от зубной боли (никёт — название болезни зубов [Ашмарин 1935, 23]. Представим текст:

Ылттан шурта ылттан арман чул. Ха9ан никёт пырса шатаклё, 9аван чухне никёт пырса 9ыпа9тар. Хура никёт 9ыпа9на пулсан та, шура никёт 9ыпа9на пулсан та, сара никёт 9ыпа9на пулсан та, 9ын 9иллирен кайна пулсан та, ку9ран кайна пулсан та, усалтан кайна пулсан та таврантар.

В золотом болоте золотой жернов. Когда придет зубная болезнь и сделает (в нем) проем, тогда пусть пристанет зубная болезнь. Если пристала черная зубная болезнь, если пристала белая зубная болезнь, если пристала серая зубная болезнь, если болезнь пошла от гнева, если болезнь пошла от сглаза, если болезнь пошла от зла — пусть вернется (на свое прежнее место, уйдет от человека).

Текст записан от М. Е. Сандимировой, жительницы с. Якушкино. Когда приходят лечиться от зубной боли, Марьеби Егоровна, приговаривая эти слова, дует на репчатый лук. Больной съедает заговоренный лук, и зубная боль унимается [ПМА 2001].

Многие заговоры начинаются с обращения-восклицания «Эй пёсмёлле!», что связано, на наш взгляд, с некоторым влиянием мусульманства. Об этом А. П. Хузангай пишет:

Ряд лексем арабо-мусульманского происхождения используется как знаки-индексы начала или конца обрядового действия, молитвы, ритуала: «Эй, пёсмёлле...» [Хузангай 1995].

Подводя итоги, важно заметить, что заговоры и заклинания живут в народе, носят характер молитвенного прошения и даже обновляются. Бытуют они в стихийной форме. Материалы исследований чувашской традиционной культуры свидетельствуют о перспективности Нурлатского района Республики Татарстан для дальнейших экспедиционных изысканий. Чуваши данной местности к началу XXI в. сохранили самобытную этническую культуру. Заговоры и заклинания отражают дохристианское миропонимание и мировоззрение, содержат уникальные архаические пласты древнечувашской культуры.

В Чувашском государственном институте гуманитарных наук готовится к изданию очередной том свода чувашского фольклора — «Чувашское народное творчество: заговоры и заклинания» на чувашском языке в двух книгах (сост. В. А. Ендеров), куда включены и тексты, полученные нами во время экспедиций. В названный том войдут 925 текстов. В книгу включены материалы, собранные с середины XIX до начала XXI вв. как на территории современной Чувашской Республики, так и за ее пределами.

ЛИТЕРАТУРА И ИСТОЧ НИКИ

Ашмарин 1935 — Ашмарин Н. И. Чаваш самахёсен кёнеки = Thesaurus linguae tschuvaschorum = Словарь чувашского языка: в 17 вып. Чебоксары, 1928-1950. Вып. 9: Н-№-П (пусса питёр). 1935.

Виноградова 1994 — Виноградова Л. Н. Путь в науке от «серебряного века» фольклористики до эпохи «великих преобразований» // Елеонская Е. Н. Сказка, заговор и колдовство в России: сб. трудов. М., 1994. С. 7-20.

Елеонская 1994 — Елеонская Е. Н. Сказка, заговор и колдовство в России: сборник трудов / сост. и вступ статья Л. Н. Виноградовой; подгот. текста и комментарии Л. Н. Виноградовой, Н. А. Пшеницыной; отв. ред. А. Л. Топорков. М., 1994. (Традиционная духовная культура славян. Из истории изучения).

Ендеров 2012 — Ендеров В. А. Заговорно-заклинательная поэзия чувашей: вопросы историографии // Ашмаринские чтения: сб. науч. ст. Вып. 8 / сост. и науч. ред. А. Ф. Мышкиной. Чебоксары, 2012. С. 43-60.

Ендеров 2013 — Ендеров В. А. Епле пуранать-ши аякри таван? Пур енлё экспедици материалёсем [= Материалы комплексных экспедиций]: [в 2 ч.]. Чебоксары, 2008-2013. Ч. 2.

Ермилова 2002 — Ермилова Е. В. Анализ фольклорного материала экспедиции // Научный отчет по проекту «Чуваши Приволжского федерального округа». Чебоксары, 2002. С. 55-67.

Ермилова 2002 — Ермилова Е. В. Марьепи аппа [ = О заговорах Марьеби Егоровны Сандимировой] // Таван Атал [ = Родная Волга]. 2002. №5. С. 65-66.

Кондратьев 2007 — Кондратьев М. Г. Чувашская музыка: от мифологических времен до становления современного профессионализма. М., 2007.

Родионов 2001 — Родионов В. Г. Вёру-суру чёлхи [ = Заговоры и заклинания] // Краткая чувашская энциклопедия. Чебоксары, 2001. С. 104-105.

Родионов 2008 — Родионов В. Г. Епле пуранать-ши аякри таван? Пур енлё экспедици материалёсе[= Материалы комплексных экспедиций]: [в 2 ч.]. Чебоксары, 20082013. Ч. 1.

Топорков 2005 — Топорков А. Л. Заговоры в русской рукописной традиции XV— XIX вв.: история, символика, поэтика. М., 2005 (Традиционная духовная культура славян. Современные исследования).

Федотова 2012 — Федотова Е. В. Современное состояние традиционного фольклора чувашей Нурлатского района Республики Татарстан (по материалам экспедиции 2008 г.) // Чувашский гуманитарный вестник. 2012. №7. С. 102-122.

Хузангай 1995 — Хузангай А. П. Об арабо-мусульманских терминах в чувашской сакральной лексике // Чаваш терминологи аталанавен хальхи ыйтавесем: наука конференцийен доклачесемпе хыпаресен тезисесем [ = Актуальные вопросы современной чувашской терминологии: тезисы докладов и сообщений научной конференции]. Чебоксары, 1995. С. 36-38.

Чибидина-Пинина 2001 — Чибидина-Пинина Т. И. География Нурлатского района: учебное пособие 8-9 классов. Димитровград, 2001.

Чаваш халах самахлахё 1989 — Чаваш халах самахлахё: тёпчевсемпе текстсем [= Чувашский фольклор: исследования и тексты: сб. статей и текстов] / [сост. текстов Г. Ф. Юмарт; ред. В. Г. Родионов]. Чебоксары, 1989.

ПОЛЕВЫЕ МАТЕРИАЛЫ АВТОРА

ПМА 1993 — Полевые материалы автора, 1993 г. Д. Я. Чеботарева (Максимова) (Тах-таби манакка), из с. Якушкино (родом из с. Илюткино) Нурлатского района Республики Татарстан. Ее мать — Пинеби Николькина — родом из д. Еран-даево (по-чувашски Пилешлё Вар) Кошкинского района Самарской области. П. Николькина знала многие лечебные заговоры, снимала испуги и с детей, и с внуков. Использовала во время заговоров голубой камень. «Кукамайан кавак чулё пурччё. Кукамай хар хыватчё» (У бабушки был голубой камень. Бабушка снимала испуг), — вспоминает моя мама, Л. Н. Ермилова (Егорова), 1951 г. р. о своей бабушке по линии матери.

ПМА 1993-2013 — Полевые материалы автора, 1993-2013 гг. Тексты записаны от О. Т. Ванюхиной, 1908 г. р., из с. Абрыскино Нурлатского района Республики Татарстан, ее снохой — В. Н. Сандрюхиной, 1946 г. р., из с. Абрыскино (родом из с. Илюткино) Нурлатского района Республики Татарстан. О. Т. Ванюхина обладала феноменальной памятью. Тексты публикуются впервые.

ПМА 2001 — Полевые материалы автора, 2001 г. Марьеби Егоровна Сандимирова, 1922 г. р., из с. Якушкино Нурлатского района Республики Татарстан.

ПМА 2009 — Полевые материалы автора, 2009 г. Н. М. Семкина, 1934 г. р., из с. Абры-скино Нурлатского района Республики Татарстан. Носительница дохристианских чувашских народных традиций. К ней для исцеления возят детей чуваши со всей округи и Самарской области.