Трансформации административно-политической элиты и становление структуры политической конкуренции в регионе в 1991—2005 гг

А. В. ДАХИН ТРАНСФОРМАЦИИ

АДМИНИСТРАТИВНО-ПОЛИТИЧЕСКОЙ ЭЛИТЫ И СТАНОВЛЕНИЕ СТРУКТУРЫ ПОЛИТИЧЕСКОЙ КОНКУРЕНЦИИ В РЕГИОНЕ В 1991—2005 гг.

Ключевые слова: элита, структура, политическая конструкция, социальная группа, регион, конфликт, взаимодействие, предприниматель

Key words: elite, structure, political construction, social group, region, conflict, communication, entrepreneur

Типология региональных политических режимов1 требует существенных поправок, учитывающих особенности регионального политического процесса. Контекст постсоветского перераспределения госсобственности начала 90-х гг. ХХ в. перекрывается после 2000 г. новыми политическими контекстами. «Перераспределение» постепенно вытесняется контекстом «конкурирования». Трансформацию одного контекста в другой мы связываем с эволюцией структуры региональных элит и каналов политического влияния. Поэтому основы регионального политического режима определяются формами конкурирования региональных элит, групп влияния, в отношении которых партийная, электоральная, институциональная конкуренция выступает переменной величиной.

В связи с этим несомненный интерес представляет анализ внутренней сложности и противоречивости процессов трансформации элит Нижегородской области, ее политических реалий. Мы предлагаем взглянуть на «период Немцова» в более широком контексте, который позволяет оценить общий вектор процессов с 1991 до 2004 г.

ДАХИН Андрей Васильевич, заведующий кафедрой философии и политологии Нижегородского института управления — филиала Российской академии народного хозяйства и государственной службы при Президенте РФ, доктор философских наук, профессор.

Период 1991—2005 гг. в Нижегородской области представляет собой некоторый законченный цикл трансформации политической системы и региональной административно-политической и хозяйственной элиты. В 1991 г. Указом Президента РФ впервые был назначен губернатор Горьковской области, с 1992 по 2004 г. действовал механизм выборов губернаторов, а в 2005 г. вновь губернатор области был назначен Президентом РФ.

Элитой мы называем социальную группу, представители которой имеют в распоряжении основные каналы влияния в регионе: административно-правовые, финансово-экономические, информационно-идеологические. Эта группа не является единым социальным субъектом, но имеет дифференциацию на сектора и сегменты, более или менее оформленные институционально. Аналогичный подход к определению элиты достаточно распространен. Так, П. Смолянский относит к региональной элите представителей местного истеблишмента, которые обладают формальной и (или) неформальной властью, участвуют в принятии политико-административных решений или оказывают опосредованное влияние на этот процесс, при этом их лидирующее положение получает признание в региональном общественном сознании2. Характеристики федеральной элиты отличаются от характеристик региональных иным положением «олигархов»3 и большим «удельным весом» силовиков4.

Применительно к Нижегородской области можно говорить о цикле, в ходе которого горьковская областная партийно-хозяйственная элита КПСС в 1991 г. пережила отставку, выжила в новых условиях и частично вернула себе высокий административно-политический статус в своем же, но уже переименованном регионе. Знаковой фигурой этого цикла является Г. М. Ходырев, ушедший в 1991 г. с поста первого секретаря Горьковского ОК КПСС и вернувшийся в 2001 г. в «свой кабинет» в качестве избранного губернатора Нижегородской области. Не менее значима и фигура Б. Е. Немцова, который к 2001 г. почти полностью потерял связь со своей малой политической родиной, а к 2005 г. примкнул к «несистемной оппозиции». В то же время накопленная в регионе энергия политической конкуренции перекрыла Г. М. Ходыреву возможность «переназначения» на должность губернатора в 2005 г.

В 1991—2005 гг. трансформация нижегородской региональной элиты проходила в семь этапов, каждый из которых оставил след в истории кадровых изменений, строении нынешней структуры регионального конкурентного политического пространства.

Первый этап (1991 — 1992 гг.) — активная «деконструкция» горьковской областной партийно-хозяйственной элиты. В этот период происходит вытеснение высшего звена партийной номенклатуры КПСС с ключевых постов управления областью. Система «ОК КПСС — Облисполком Совета народных депутатов» заменяется системой «администрация губернатора — Областной Совет депутатов». «За скобки» региональной политики вытесняются знаковые фигуры: председатель Облисполкома (А. А. Соколов) и первый секретарь ОК КПСС (Г. М. Ходырев). Партийно-хозяйственная элита региона делится на три фракции: первая остается в новой администрации на вторых и третьих ролях, и здесь ключевой фигурой был первый секретарь Арзамасского ГК КПСС И. П. Скляров; вторая переходит в сферу хозяйства и бизнеса, и крупной в этом плане фигурой можно назвать А. А. Соколова; третья занимает положение идеологической оппозиции по отношению к официальному политическому курсу российского государства этого периода, и главной фигурой здесь можно считать первого секретаря Горьковского РК КПСС В. П. Кириенко (в настоящее время он является президентом Нижегородского государственного технического университета). Со своих мест была вытеснена и молодежная структура КПСС, а именно: горьковская организация ВЛКСМ, в областном комитете которой в это время работали С. В. Кириенко (ныне глава Росатома), Л. Н. Глебова (ныне руководитель Рособрнадзора), Е. Б. Лю-лин (ныне депутат Законодательного собрания Нижегородской области), А. Е. Лихачев (ныне заместитель министра Правительства РФ), В. Н. Воробьев (ныне вице-президент «ЛУКОЙЛа») и др. За период горбачевской перестройки актив ВЛКСМ сделал первые шаги в молодежном бизнесе, так что на момент «роспуска» в 1991 г. актив комсомола был готов к тому, чтобы перейти в класс предпринимателей-хозяйственников, которые сохраняли лояльное отношение к новому политическому курсу.

Одновременно шел процесс достижения вершины региональной власти слоем гражданской антикоммунистической оппозиции, где ключевой фигурой в 1989—1991 гг. был Б. Е. Немцов (ныне лидер движения «Солидарность»). Этот слой формировался в течение пяти лет горбачевской перестройки и идейно был связан с диссидентской политической культурой, консолидация которой во многом произошла благодаря горьковской ссылке А. Д. Сахарова в 1980-х гг. Сближение с Б. Н. Ельциным на площадке Съезда народных депутатов РСФСР определило назначение Немцова на должность губернатора Горьковской области в 1991 г.

Структурно региональная власть представляла собой сочетание трех составляющих: во-первых, фракция новой «демократической» элиты во главе с губернатором Б. Е. Немцовым, которая сосредоточила в своих руках основные рычаги политического влияния; во-вторых, фракция старой партноменклатуры, лояльно или нейтрально настроенной по отношению к новой власти, которая занимала административные звенья второго-третьего уровня; в-третьих, фракция представителей идеологически оппозиционной коммунистической номенклатуры, вытесненной из власти «демократами». В целом «рисунок» процессов трансформации элит представлял собой движение «вытеснения — замещения», в ходе которого элита партийно-хозяйственной номенклатуры «съехала вниз», в гражданскую (коммунистическую) оппозицию, или в «хозяйственный нейтралитет», а элита горьковского демократического движения «оказалась наверху», заняв лидирующее идеологическое и административное положение в системе региональной исполнительной власти.

Второй этап (1992—1993 гг.) — «романтическая стабилизация». Время «шоковой терапии» прожито регионом без глубоких региональных конфликтов и чрезвычайных ситуаций, а популярность губернатора Б. Е. Немцова росла вместе с популярностью области, вернувшей себе историческое название — Нижегородской. В среде региональной элиты закрепилось разделение на три основные фракции: прогубернаторская, активно поддерживавшая начинания Б. Е. Немцова; инертно-хозяйственная, избегавшая прямой идейной мобилизации в программы губернатора, но работавшая на «свой бизнес»; идеологически оппозиционная фракция

идейных коммунистов, ушедшая «в народ», в несистемную оппозицию и не претендовавшая на заметные роли.

Если третья фракция была достаточно однородна, то первые две включали в себя пару разнородных групп. Одна — бывшая партхозноменклатура («красные директора»), выжидавшая или адаптировавшаяся к новым условиям. Знаковыми фигурами в этой группе были директора Гидромаша, судостроительного завода «Красное Сормово», авиастроительного завода «Сокол», ГАЗа и др. Многие «красные директора» приняли участие в приватизации предприятий и обзавелись акциями, но в то же время по-прежнему рассчитывали на госзаказы и государственный протекционизм. Вторая группа — новые хозяйственники, предприниматели и бизнесмены, появившиеся в результате приватизации и первых лет «свободной торговли». Это люди, сумевшие «конвертировать» в бизнес организационные ресурсы своих старых хозяйственных должностей, или люди, имевшие в советских условиях теневой торговый бизнес, а теперь они получили возможность торговать легально. Наиболее заметными фигурами этого ряда, причем ставшими фигурами ближайшего окружения губернатора, были В. И. Седов (в то время глава частной фирмы «Русский клуб»), В. В. Бес-сараб (был генеральным директором ВАО «Нижегородская Ярмарка»), А. А. Климентьев (бизнесмен с криминальным прошлым), Б. А. Бревнов (возглавлял правление НБД-Банка) и др. Наиболее приближенная к губернатору часть новых хозяйственников активно обслуживала финансовые нужды новаторских программ губернатора-реформатора, за что имела определенные преференции власти для бизнеса. Это была достаточно разнородная и противоречивая по своему составу группа, собранная на скорую руку. В основе ее появления лежала взаимная заинтересованность новой административной «демократической» элиты и новых частных предпринимателей, желание иметь «быстрый» механизм взаимной «конвертации» власти и капиталов. Кроме того, складывалась группа идеологически инертных новых хозяйственников, преследовавших исключительно коммерческие цели и не стремившихся сблизиться с властью. Антикоммунистически настроенная часть населения по-прежнему поддерживала «демократические» новации губернатора Б. Е. Немцова. Одновременно на «левом» фланге начала

формироваться коммунистическая оппозиция, организатором которой выступила нижегородская ячейка КПРФ.

Все три составляющие региональной элиты к 1993 г. более или менее оформились, так что, с одной стороны, сохранялась популярность Немцова среди значительной части населения области, с другой — вокруг него определился «клуб» новых предпринимателей, символизировавший то, что губернатор опирается на рыночные экономические отношения, с третьей — был объявлен открытый конкурсный набор на замещение вакантных должностей, в результате чего в областную администрацию на должности директоров департаментов, заместителей губернатора пришли совершенно новые люди из среды интеллигенции и хозяйственников. Корпус региональных чиновников областной администрации перестал быть однородным. Он состоял из выдвиженцев губернатора; из представителей лояльной бывшей «партноменклатуры», назначенной на важные «хозяйственные» должности в администрации; из массы рядовых чиновников, профессионально сформировавшихся при советской власти. Новую административно-политическую элиту региона олицетворяли Б. Е. Немцов, Е. В. Крестьянинов, Д. И. Бедняков. В воздухе витала «романтическая» надежда на то, что «демократическая революция» в регионе закончилась, новая власть сложилась.

Третий этап (1993—1997 гг.) — административная стабилизация. Силовое разрешение институционально-политического конфликта между Верховным Советом и Президентом РФ осенью 1993 г., принятие новой Конституции России открыли новую страницу политической истории России. В Нижегородской области с этими событиями сов-пало начало активных действий Немцова-губернатора. Аморфная среда, сформировавшаяся вокруг губернатора, реорганизуется так, что из нее выделяется группа «преданных сторонников», более профессионально образованных (в экономике, бизнесе, банковском деле), чем Б. Е. Немцов, но готовых следовать его политической воле.

Процесс сортировки новой элиты был отмечен несколькими знаковыми событиями. Первым стал конфликт между губернатором и мэром Нижнего Новгорода Д. И. Бедняковым в 1994 г. Основу конфликта составило стремление мэра реализовать в уставе города положение новой конститу-

ции об отделении муниципального управления от системы государственной власти. Губернатор, усмотрев в этом покушение на монополию своего политического влияния в регионе, инициировал указ Президента РФ об отстранении Беднякова от должности «за однократное грубое нарушение» должностных обязанностей (указ отменен в 1998 г. другим указом Президента РФ в связи с открывшимися новыми обстоятельствами). На пост мэра Нижнего Новгорода Немцов провел своего вице-губернатора И. П. Склярова.

Второй крупный конфликт был связан с ОАО «ГАЗ». Б. Е. Немцов инициировал и поддержал смену руководства этого предприятия. В это время руководство ГАЗа в лице генерального директора Б. П. Видяева занимало позицию «молчаливого ожидания», характерную для всего корпуса «красных директоров». Губернатору же ОАО «ГАЗ» был необходим в качестве возможной точки экономического роста и площадки развития новых экономических идей. В руководство ГАЗа был продвинут Н. А. Пугин (бывший министр автомобильной промышленности СССР). Конфликт обозначил для региональных «красных директоров» возможные альтернативные пути: либо лояльное отношение к губернатору и сохранение своего положения на предприятии, либо конфликт с губернатором и возможная утрата своего положения.

Третий конфликт — противостояние между Б. Е. Немцовым и предпринимателем А. А. Климентьевым по поводу распоряжения средствами целевого валютного кредита Правительства РФ, выделенного под строительство на На-вашинской судоверфи судов международного класса. Конфликт показал, что среди критериев «отбора» в команду губернатора далеко не последнее место занимала личная лояльность.

Новая тенденция трансформации элиты обозначилась с созданием социально-коммерческого банка «Гарантия». Идея и инициатива создания принадлежала С. В. Кириенко, который стал председателем правления банка. Банк соединил в своей деятельности работу с нефтеперерабатывающими предприятиями и пенсионным фондом. С этим проектом С. В. Кириенко вошел в команду губернатора и занял в ней место, сочетавшее административную независимость от губернатора со взаимной заинтересованностью в сотрудни-

честве. В структурном плане это привело к формированию в рамках прогубернаторской политико-экономической элиты нового сектора, частично аккумулировавшего кадры последнего состава Горьковского ОК ВЛКСМ. В 1996 г. С. В. Кириенко становится президентом НК «НОРСИ-ойл», в рамках которой структурно объединяются нефтеперерабатывающие предприятия г. Кстово и нефтехимические предприятия г. Дзержинска. Его правой рукой становится неизвестный до этого Д. В. Савельев. Новая НК вместе с ранее созданным банком «Гарантия» становится активным центром структурного развития и аккумуляции элиты, который, однако, не стремился выйти из-под «опеки» губернатора.

Таким образом, региональная среда новых чиновников и хозяйственников делится по критерию лояльности по отношению к губернатору, так что в ней складываются фракции «сторонников» и «подозрительных». Оппозиционные настроения по отношению к губернатору на уровне региональной элиты были выражены достаточно слабо. Наиболее ярко они артикулировались только со стороны КПРФ, но на фоне общей популярности губернатора их влияние было достаточно слабым.

Четвертый этап (1997 г.) — активный «административный транзит». Начало этого достаточно короткого по времени периода положено Указом Президента РФ о назначении Б. Е. Немцова на должность вице-премьера Правительства РФ. Б. Е. Немцов, избранный годом раньше губернатором Нижегородской области, покидает область и переезжает в Москву, забрав с собой почти всю свою «нижегородскую команду». При этом в структуре региональной политической элиты образовалась «дыра», поскольку карьерный «скачок» губернатора не был подготовлен, не было никаких региональных кадровых резервов для заполнения возникших вакансий. У Немцова не было даже собственной готовой кандидатуры на должность губернатора.

Поэтому в расчете на возможность сохранения своего влияния он поддерживает на выборах 1997 г. кандидатуру своего бывшего вице-губернатора, мэра Нижнего Новгорода И. П. Склярова. Кроме того, на должность представителя Президента РФ в Нижегородской области он рекомендует бывшего главу Шахунского района Ю. И. Лебедева, который в 1996—1997 гг. был вице-губернатором после того,

как И. П. Скляров был избран мэром Нижнего Новгорода. И Скляров, и Лебедев представляли собой лояльную часть бывшей «партхозноменклатуры», но по-разному относились к Немцову.

В Москву вместе с Немцовым переехала группа, которая ни в области, ни в Москве не была единой и которая распалась через год. В составе этой группы были Б. А. Бревнов, ставший главой РАО «ЕЭС Россия»; С. В. Кириенко, назначенный министром топлива и энергетики РФ; Е. В. Крестьянинов, получивший должность руководителя аппарата первого вице-премьера Правительства РФ; А. Ф. Задернюк, попавший в состав федеральной энергетической комиссии, и др.

В результате этого переезда влияние Немцова в области существенно снизилось, что стало причиной новых изменений региональной элиты. Выборы губернатора 1997 г. обозначили в первом туре три лидирующие фигуры, относившиеся к разным фракциям региональной элиты. И. П. Скляров (стал победителем второго тура и губернатором области) представлял лояльную фракцию советского «партхозактива», почувствовавшую возможность выдвижения на первые роли в регионе; Г. М. Ходырев (стал оппонентом Склярова во втором туре и проиграл) представлял идеологически оппозиционную «демократу» Немцову фракцию советской «партхозноменклатуры», которая оформилась в виде КПРФ и научилась действовать организованно; В. Е. Булавинов (занял третье место в первом туре выборов) представлял фракцию «новых хозяйственников», которая, однако, была организована хуже двух первых, а потому можно говорить, что она лишь обозначила свое присутствие. Ни один из трех кандидатов не говорил о продолжателе «дела Немцова», но все, в большей или меньшей степени, критически отзывались о его деятельности.

Резкая политическая оппозиция «линии Немцова» существовала только слева, со стороны КПРФ. Несистемная «правая» оппозиция существовала в виде «одноразового» проекта А. А. Климентьева «Правый берег», в основе которого лежала личная антипатия Климентьева к Немцову, а также стремление опального коммерсанта придать уголовному процессу по «навашинским миллионам», в котором Климентьев выступал обвиняемым, политический смысл. Однако появление В. Е. Булавинова и эксперимент с «Правым берегом»

А. А. Климентьева показали, что в регионе сформировался новый каркас политической конкурентной активности.

Пятый этап (1998 г.) — активный «административный транзит — 2». Событием, ознаменовавшим начало этого этапа, стала отставка правительства В. С. Черномырдина и назначение на должность премьера Правительства РФ С. В. Кириенко. Несмотря на то, что событие произошло на федеральном уровне, оно имело несколько структурных последствий для региональной политической элиты. Основное состояло в том, что С. В. Кириенко вышел из политической тени Б. Е. Немцова, стал источником самостоятельного влияния на нижегородскую элиту, что стимулировало региональную политическую конкуренцию. Во-первых, отношения Немцова и Кириенко стали натянутыми, в них стали проступать признаки противоречий и конкурирования. Одновременно губернатор Нижегородской области И. П. Скляров старался налаживать свои политические контакты с Ю. М. Лужковым. «Москва Лужкова» начала конкурировать на нижегородской земле с «Москвой Кириенко — Немцова». Так, Кстовско-Дзержинский нефтехимический комплекс продолжал развиваться под активным влиянием С. В. Кириенко, с которым конкурировал И. П. Скляров в союзе с Ю. М. Лужковым и М. Ш. Шаймиевым. Основной вопрос состоял в том, кто будет главным инвестором и поставщиком сырой нефти на нефтеперерабатывающий завод «НОРСИ»: «Татнефть», интересы которой лоббировал губернатор, или «ЛУКОЙЛ», интересы которого лоббировал Кириенко. После того как Д. В. Савельев пересел из кресла президента «НОРСИ-ойл» (он занял его после перехода С. В. Кириенко на должность министра топлива и энергетики РФ) в кресло президента «Транснефти», президентом НК «НОРСИ-ойл» стал В. Н. Воробьев. С этим назначением шансы «ЛУКОЙЛа» на интеграцию «НОРСИ» в свою систему увеличились.

Другим важным событием, активно повлиявшим на структуру конкурентных отношений в региональной политике, стали выборы мэра Нижнего Новгорода осенью 1998 г. Им стал Ю. И. Лебедев, открыто конкурировавший на выборах с кандидатурой, поддержанной губернатором И. П. Скляровым. С этого момента администрация Нижнего Новгорода стала самостоятельным центром аккумуляции и организации городской элиты.

Шестой этап (1999 г.) — административно-политическая стабилизация. Отставка правительства С. В. Кириенко вывела «московских нижегородцев» за пределы активного административного влияния в регионе. Поэтому доминирующими административными центрами политической конкуренции остались областная администрация во главе с И. П. Скляровым и администрация Нижнего Новгорода во главе с Ю. И. Лебедевым. Однако С. В. Кириенко продолжил активное участие в развитии нефтехимического комплекса области, где на базе «НОРСИ-ойл» была создана Волжская нефтехимическая кампания (ВНХК). Кроме того, экс-премьер создал общественно-политическую организацию либеральной направленности «Новая сила». Она объединила «новых хозяйственников», придерживавшихся либеральных взглядов и самостоятельных по отношению к губернатору области, и конкурировала с «левой» КПРФ (лидер Г. М. Ходырев), прогубернаторским движением «Отечество — вся Россия» и «Единством» (лидер И. П. Скляров), Нижегородским «Яблоком» (лидер М. И. Гайдаш), также близкому в этот период к губернатору.

Седьмой этап (2000—2004 гг.) — завершение постсоветского структурного цикла и новая конкурентная среда. Избрание В. В. Путина Президентом РФ стало новым фактором трансформации региональной элиты: был введен институт представителей Президента РФ по федеральным округам. Нижний Новгород становится столицей Приволжского федерального округа (ПФО), а полномочным представителем Президента РФ по этому округу назначается С. В. Кириенко. В регионе возникают три конкурирующих центра административно-политического влияния: мэр (Лебедев) и администрация Нижнего Новгорода, губернатор (Скляров) и областная администрация губернатора, полпред (Кириенко) и аппарат полномочного представителя Президента РФ в ПФО. Не имея между собой прямого административного соподчинения и обладая в равной мере атрибутами официальной власти, они формируют вектор, разрушающий классические конфигурации «власть — народ» или «центр», «правая» и «левая» оппозиция. Выборы губернатора, прошедшие летом 2001 г., показали, что за 1997—2001 гг. колесо региональной конкурентной активности было раскручено на полную мощность, однако публичные ресурсы этой конкуренции

изменились мало: во второй тур выборов вышли те же кандидаты, которые боролись за губернаторское кресло в 1997 г.: Г. М. Ходырев и И. П. Скляров. Третье место по итогам первого тура вновь занял В. Е. Булавинов. Г. М. Ходырев сумел в этот раз «переиграть» аморфную структуру, созданную «под Склярова»: второй тур выборов завершился победой Г. М. Ходырева.

В 2001—2004 гг. соотношение трех административных центров консолидации элиты оставалось неустойчивым. С одной стороны, сохранились напряженные отношения губернатора Г. М. Ходырева с полпредом в ПФО С. В. Кириенко, с другой — имел место всплеск конфликтных напряжений полпредства в ПФО по отношению к администрации мэра Нижнего Новгорода Ю. Лебедева, особенно обострившихся в ходе выборов мэра этого города осенью 2002 г. То обстоятельство, что на ключевые «финансово-экономические» должности областного правительства Ходырев назначил своих бывших коллег по Министерству антимонопольной политики, указывало на то, что появилась тенденция усиления «московского» влияния в региональной политике, проводниками которого стали администрация губернатора и правительство области. Соответственно, можно говорить о формировании в регионе группы «нижегородских москвичей» (Ходырев, Сентюрин и др.) в противовес группе «московских нижегородцев» (Немцов, Кириенко и др.). В лице Г. М. Ходырева завершается политический цикл советской партийно-хозяйственной номенклатуры, причем завершается почти полным ее разрывом с интересами региона. Кроме того, региональная элита имела блуждающих лидеров общественного мнения или, как часто говорят, «несистемных сил». Это политические фигуры, которые, с одной стороны, сохраняли связь с тем или иным системным сектором элиты и в то же время строили траектории своей активности самостоятельно, лавировали между крупными системными блоками регионального уровня. С другой стороны, они имели трудно идентифицируемую поддержку представителей элит, находящихся за пределами региона. Наличие такой группы индивидуальных «игроков» подчеркивало неустойчивый характер системы политических отношений в регионе.

Таким образом, Нижегородская область — это регион активной политической конкуренции элит, в котором представлен

полный набор типажей политических акторов, а потому это, безусловно, регион обладающий потенциалом демократического развития. Площадка региональных выборов стала своеобразным «проявителем» моделей конкурирования региональных элит и индикатором качества политического рынка. Наиболее радикальная линия политической конкуренции 1991—2004 гг. проходила между «системными» и «несистемными» фракциями региональной элиты, находившейся по отношению друг к другу в состоянии непримиримой оппозиции. Вдоль этой линии формировалась структура конкуренции, исключавшая взаимное доверие конкурирующих сторон. Это зона действия модели «враждующей демократии», при которой получают активное распространение «грязные» предвыборные технологии, как это было на выборах мэра Нижнего Новгорода осенью 2002 г.5 и др. Конкурентные отношения между «системными» кандидатами строились иначе. При условии укрепления институциональных статусов субъектов политической конкуренции (и ослабления фактора личного противоборства) конкуренция системных кандидатов рассматривается нами как источник развития «общих правил» конкурирования в политике (и в бизнесе) и как благоприятная среда для формирования модели «доверяющей демократии» (и благоприятного делового климата). Развитие этих процессов в ситуации «назначения» губернаторов 2005—2010 гг. требует специального анализа.

ПРИМЕЧАНИЯ

1 См.: Гельман В., Рыженков С., Бри М. Россия регионов: трансформация политических режимов. М., 2000. 376 с.

2 См.: Смолянский П. Трансформация региональных элит и региональная политика федерального центра // Россия — 2001: новые тенденции политического, экономического и социального развития: материалы конф. Волгоград, 22—24 июня 2001 г. М., 2002. С. 124.

3 См.: Перегудов С.П. Корпоративный капитал и институты власти: кто в доме хозяин? // Полис. 2002. № 5; Фортескью С. Правит ли Россией олигархия? // Там же. С. 74—85.

4 См.: Шаблинский И. Расколотое общество, консолидированная власть (заметки о политическом режиме, открывающем XXI век) // Конституционное право: восточноевропейское обозрение. 2002. № 2. С. 17—24.

5 См.: Борисов С.В., Дахин А.В., Макарычев А.С. Без победителя: выборы мэра Нижнего Новгорода // Полис. 2002. № 6. С. 84—94.

Поступила 12.12.11.