Защитно-совладающие механизмы и специфика их взаимосвязей с псевдокомпенсациями у мужчин и женщин, находящихся в трудной жизненной ситуации

ПСИХОЛОГИЧЕСКИЕ НАУКИ

УДК 159.9

Н.И. Исмаилова

ЗАЩИТНО-СОВЛАДАЮЩИЕ МЕХАНИЗМЫ И СПЕЦИФИКА ИХ ВЗАИМОСВЯЗЕЙ С ПСЕВДОКОМПЕНСАЦИЯМИ У МУЖЧИН И ЖЕНЩИН, НАХОДЯЩИХСЯ В ТРУДНОЙ ЖИЗНЕННОЙ СИТУАЦИИ

В статье описываются результаты исследования взаимосвязей защитно-совладающих механизмов с псевдокомпенсациями у мужчин и женщин в трудной жизненной ситуации, примером которой выступает инвалидность. В ходе данного исследования удалось обнаружить половую специфику взаимосвязей исследуемых показателей. Обнаруженная специфика структурной организации взаимосвязей выступает критерием адаптации к трудной жизненной ситуации.

Трудная жизненная ситуация, адаптация личности, защитные механизмы, механизмы совладания, псевдокомпенсации.

This article describes the results of research relationship of protective coping mechanisms of men and women' pseudocompensation in difficult situations. The example of this is disability. In this study sex-specific interactions of studied indicators have been detected. The observed specificity of structural organization of interaction becomes an adaptation criterion in difficult situations.

Difficult situations, adaptation of the personality, defense mechanisms, coping mechanisms, pseudocompensation.

В науках о человеке утверждается мысль о том, что между человеком и условиями его жизни существует неразрывная связь и, чтобы понять человека, необходимо учитывать особенности той жизненной ситуации, в которой осуществляется его бытие и развитие. В нашем исследовании под трудной жизненной ситуацией понимается инвалидность как обстоятельства жизни, требующие от человека действий и условий, которые находятся на границе его адаптивных возможностей или даже превосходят его внутренние резервы. В рамках данного исследования прежде всего нам было необходимо определить, насколько адаптация лиц, находящихся в трудной жизненной ситуации, реализуется в виде таких феноменов, как механизмы психологической защиты и механизмы совладания.

С.Т. Посохова, известный специалист в области исследования психологии адаптирующейся личности, отмечает, что психическая адаптация осуществляется в зависимости от личностного адаптационного потенциала человека. Адаптационный потенциал, с точки зрения автора, целесообразно гипотетически представлять как интегральное образование, объединяющее в сложную систему социально-психологические, психические, биологические свойства и качества, актуализируемые личностью для создания и реализации новых программ поведения в измененных условиях жизнедеятельности. В реальных же жизненных условиях, отмечает тот же автор, адаптационный потенциал личности реализуется в виде двух феноменов - механизмов психологической защиты и механизмов совладания [4].

З. Фрейд выделил защитные механизмы для обозначения техники борьбы личности с неприятными и невыносимыми для сознания представлениями. Задача механизмов психологической защиты состоит в

минимизации или даже в полном вытеснении неприятных аффектов и непереносимых для сознания мыслей и представлений. З. Фрейд указывал на то, что психологическую защиту составляет ряд специфических приемов переработки переживаний, нейтрализующих патогенное влияние, которое эти переживания могут оказывать. Механизмы психологической защиты, согласно психоаналитической концепции З. Фрейда, запускаются в экстремальной ситуации, отвечают за интеграцию и адаптацию при угрозе целостности личности [9]. Знаменитый австрийский психоаналитик, создатель индивидуальной психологии А. Адлер связывает возможность использования личностью средств защиты с наличием чувства недостаточности (неполноценности): «Быть человеком означает обладать чувством неполноценности, которое постоянно стремится к своему преодолению. Аномалии же организма часто дают толчок к росту чувства недостаточности и, как следствие, к компенсаторной деятельности. Это компенсаторное душевное напряжение, чтобы иметь возможность справиться с жизненными проблемами, принимает другие, новые формы компенсации - псевдокомпенсации, удивительным образом достигая своей цели - восполнения ощущаемого дефицита» [1]. Такие исследователи, как В.М. Сорокин, В.Л. Кокоренко, рассматривали псевдокомпенсации как механизмы защиты и сформулировали следующее понятие: «Псевдокомпенсации - неадекватные условиям существования индивида защитные механизмы, сужающие адаптационные возможности последнего» [6, с. 71]. Г.В. Старшенбаум считает, что появление проблемы, которая кажется неразрешимой, и уверенность человека в своей неспособности решить проблему приводит к псевдокомпенсациям - защитным механизмам в виде по-

иска окольных путей к разрешению данной проблемы [7].

В последнее десятилетие XXI в. при изучении стрессовых, трудных ситуаций, определяющих успешную или неуспешную адаптацию, резко возрос интерес к механизмам совладания или копинг-механизмам. Содержание понятия «копинг» до сих пор остается расплывчатым и не вполне ясным, что в первую очередь связано с практически одновременным распространением данного термина среди исследователей с различными подходами к понятию «копинг». Учение о копинге (совладающих механизмах), несмотря на всеобщий научный интерес и признание, до сих пор остается учением, в котором не существует единого мнения и согласованности в оценке значения, посредством которого копинг влияет на отношение к трудной жизненной ситуации. Термин «coping» понимается как стремление к решению проблем, которое предпринимает человек, если требования имеют огромное значение для его самочувствия (как в ситуации, связанной с большой опасностью, так и в ситуации, направленной на большой успех), поскольку эти требования активизируют адаптивные возможности. Т. Л. Крюкова доказывает, что совладание - это особый вид социального поведения человека, которое обеспечивает или разрушает его здоровье и благополучие. Совладание позволяет субъекту справиться с трудной жизненной ситуацией с помощью осознанных действий, адекватных личностным особенностям и ситуации. Оно направлено на активное взаимодействие с ситуацией - изменение (когда она поддается контролю) или приспособление (когда ситуация не поддается контролю). Если субъект не владеет копингом, то возможны неблагоприятные последствия для его продуктивности и здоровья [6].

Ряд ученых рассматривают психологические защиты и механизмы совладания как два полюса адаптации к трудной жизненной ситуации. Так, механизмы психологической защиты бессознательны и включаются в случае, когда человек испытывает травматический стресс или сталкивается с трудными, экстремальными ситуациями [8]. По мнению Р.Р. Набиуллиной, механизмы защиты склонны к более быстрому уменьшению эмоционального напряжения и тревоги и работают по принципу «здесь и теперь» [3]. Механизмы психологической защиты функционируют повседневно, но наиболее ярко и отчетливо они проявляются в моменты кризисов и конфликтов [7]. Совладание же может использоваться индивидом сознательно, выбираться и изменяться им в зависимости от ситуации. Оно более пластично, но требует от человека большей затраты энергии и включения когнитивных, эмоциональных и поведенческих усилий [3], а также сознательного, активного действия, направленного на разрешение трудных ситуаций лицом к лицу [7].

В нашем исследовании принимали участие лица, находящиеся в трудной жизненной ситуации ограничения жизнедеятельности вследствие утраты здоровья, подтвержденной статусом инвалидности

(п = 237 + 200 = 437, где 237 - количество мужчин; 200 - количество женщин). В качестве психодиагностического инструментария была выбрана методика «Псевдокомпенсации», составленная Е. Сидоренко согласно представлениям А. Адлера о движущих силах поведения человека и предназначенная для определения индивидуальных склонностей к псевдокомпенсациям, связанным с внутренним ощущением ущербности или, наоборот, мнимого превосходства. Опросник содержит 54 утверждения, направленных на выявление таких псевдокомпенсаций, как: комплекс ухода в болезнь (КУБ), комплекс демонстративной слабости (КДС), комплекс лености (КЛн), комплекс хитрости (КХт), комплекс тирана (КТир), комплекс превосходства (КПрв), комплекс саморекламы (КСмр), комплекс жалости к себе (КЖл), комплекс уходящей молодости (КУМ), комплекс мнимого простодушия (КПрс), комплекс зависти (КЗв), комплекс жадности (КЖд), комплекс вины (КВн), комплекс ущербности (Кущ), комплекс страха (КСтр), комплекс предчувствия (КПч), комплекс «халявщика» (КХал), комплекс доверчивости (КДв) [9]. В силу того, что в настоящее время термин «псевдокомпенсации» является малоупотребительным и псевдокомпенсациям дается лишь краткое качественное описание, задачей исследования стало изучение психологического содержания псевдокомпенсаций путем их сопоставления с механизмами психологической защиты и совладающими механизмами. Поэтому использовались следующие дополнительные методики: диагностика психологических защит, осуществляемая при помощи методики «Индекс жизненного стиля»; копинг-тест Р. Лазаруса. Копинг-тест Р. Лазаруса предназначен для определения копинг-механизмов, способов преодоления трудностей в различных сферах психической деятельности, копинг-стратегий. Данная методика была разработана Р. Лазарусом и С. Фолкманом в 1988 году, адаптирована Т.Л. Крюковой, Е.В. Куфтяк, М.С. Замышляевой в 2004 году [2]. Полученные данные анализировались с помощью математико-статистического анализа - применялись методы параметрической статистики с использованием компьютерной программы обработки данных, разработанной на факультете психологии КФУ (г. Казань). Были использованы корреляционный анализ Пирсона и дивергентный анализ, которые позволили соотнести используемые псевдокомпенсации с другими взаимосвязанными показателями защитно-совладающих механизмов.

В результате проведенного анализа мы обнаружили, что у мужчин имеются 2 псевдокомпенсации, связанные с блоком защитно-совладающих механизмов («комплекс уходящей молодости», «комплекс простодушия»), в то время как у женщин таких псевдокомпенсаций 3 («комплекс уходящей молодости», «комплекс ухода в болезнь», «комплекс демонстративной слабости»), причем они совпадают по взаимосвязям с защитно-совладающими механизмами как у мужчин, так и у женщин.

В выборке «мужчины-инвалиды» существуют

статистически достоверные связи между псевдокомпенсацией «комплекс уходящей молодости» и «отрицанием» (г = 0,35 при р < 0,001); псевдокомпенсацией «комплекс уходящей молодости» и «замещением» (г = 0,23 при р < 0,05); псевдокомпенсацией «комплекс уходящей молодости» и «принятием ответственности» (г = 0,21 при р < 0,05); псевдокомпенсацией «комплекс уходящей молодости» и «дистанцированием (г = 0,25 при р < 0,05). Следовательно, в трудной жизненной ситуации мужчинами-инвалидами используется псевдокомпенсация «комплекс уходящей молодости», которая проявляется в отказе и нежелании воспринимать беспокоящее их событие, в игнорировании тревожной информации, в склонности к агрессивной диспозиции, в признании своей роли в проблеме и значимости актуальной ситуации. Отрицая или замещая информацию, угрожающую самоуважению, мужчины-инвалиды уклоняются от решения проблемы, при этом признавая собственные ошибки, анализируя их, с целью не допустить повторения. То есть срабатывая автоматически, психологические защиты снижают напряжение, улучшают самочувствие. И одновременно с механизмами совладания происходит стремление к решению проблемы и преодоление трудностей.

Комплекс уходящей молодости у женщин-инвалидов проявляется в снижении признания своей роли в существующей трудной жизненной ситуации и низкими попытками принятия ответственности («принятие ответственности», г = -0,29 при р <

< 0,001), в уменьшении значимости существующей реальности («дистанцирование», г = -0,21 при р <

< 0,01) и в низких социальных ресурсах, не дающих женщинам-инвалидам возможности эмоционально и инструментально справляться со стрессогенными изменениями в жизни (г = -0,23 при р < 0,01). Обнаруженные взаимосвязи «комплекса уходящей молодости» с механизмами совладания, несмотря на их сознательное применение, не могут рассматриваться как адаптивные, так как представленные обратные взаимозависимости не позволяют интерпретировать их как конструктивные механизмы совладания.

У мужчин-инвалидов с псевдокомпенсацией «комплекс простодушия» достоверно связаны «дистанцирование» (г = 0,37 при р < 0,001); «бегство -избегание» (г = -0,28 при р < 0,01); «реактивные образования» (г = -0,23 при р < 0,05); «конфронтатив-ный копинг» (г = 0,22 при р < 0,05); «самоконтроль» (г = -0,23 при р < 0,05); «планирование решения проблемы» (г = 0,24 при р <0 ,05); «положительная переоценка» (г = 0,25 при р < 0,05). Мы можем сказать, что «комплекс простодушия» у мужчин-инвалидов проявляется в виде: преувеличенной значимости стоящей перед ними проблемы; ослабления собственной включенности в разрешение трудных ситуаций; ригидности в выборе противоположной реакции; враждебности к окружающим. Таким образом, в трудной ситуации в целом активно совладание в виде когнитивной оценки и собственно механизмов совладания. Когнитивная оценка позволяет сделать вывод о том, что сулит стрессор и что можно сделать в данной

ситуации. После когнитивной оценки разрабатываются механизмы преодоления трудной ситуации, которые включают в себя выработку стратегий преодоления и оценку результата действий.

Комплекс «уход в болезнь» у женщин проявляется: усилением приписывания окружающим различных негативных качеств как рациональную основу для их неприятия и самопринятия на этом фоне («проекция», г = 0,48 при р < 0,001); ростом чувства неуверенности в себе и страха неудачи, неконструктивного решения проблемы, обусловленными как внешними, так и внутренними причинами («регрессия», г = 0,43 при р < 0,001); сдерживанием чувства печали, горя по поводу утраты здоровья и возросшими попытками исправления или нахождения замены этой недостаточности («компенсация», г = 0,21 при р < 0,01).

Комплекс «уход в болезнь» у женщин сопровождается увеличением более незрелых онтогенетически паттернов поведения, ростом страха неудачи и чувства неуверенности в себе («регрессия», г = 0,38 при р < 0,001). Чем больше женщины признают свою слабость, тем меньше у них информации, приводящей их к мыслям, что их любят, ценят, заботятся о них, что они являются членом социальной среды и имеют с ней взаимные обязательства («поиск социальной поддержки», г = -0,21 при р < 0,01), тем меньше усилия женщин по регулированию своих чувств и действий и контролированию эмоций, что снижает возможности для анализа проблемы и поиска путей выхода из сложившейся ситуации («самоконтроль», г = -0,16 при р < 0,05).

Таким образом, трудная жизненная ситуация, в которой оказались испытуемые женщины, и уверенность в своей неспособности разрешить ее приводят как к увеличению использования ими псевдокомпенсаций, так и к своеобразию их взаимосвязей с защит-но-совладающими механизмами. Отмеченное своеобразие заключается в том, что псевдокомпенсации отражены, с одной стороны, прямыми взаимосвязями с механизмами психологической защиты, имеющими компенсирующее действие. С другой стороны, псевдокомпенсации в женской выборке представлены либо обратными взаимосвязями с механизмами сов-ладания, либо прямой взаимосвязью с неконструктивными механизмами совладания, что в меньшей мере позволяет женщинам справляться с трудной жизненной ситуацией. По-видимому, эмоционально-аффективная сфера женщин, имеющая свои отличительные особенности в виде личностной тревожности, озабоченности, ощущения внутренней дезадап-тированности, напряженности, в трудной жизненной ситуации находит компенсацию путем ухода от реальности. Это позволяет нам сделать вывод о том, что подобная специфика псевдокомпенсаций у женщин представлена малоэффективными средствами защитно-совладающих механизмов, имеет дезадап-тивную роль и ведет к истощению их адаптационного ресурса в трудной жизненной ситуации.

Поскольку избежать противоречия между потребностями и ограничениями, налагаемыми труд-

ной жизненной ситуацией невозможно, у мужчин-инвалидов псевдокомпенсации представлены самостоятельной системой взаимосвязи с защитно-совладающими механизмами. Анализ взаимосвязей псевдокомпенсаций с защитно-совладающим блоком позволяет думать о том, что «подбор» механизмов психологической защиты и механизмов совладания более адекватен и согласуем. Психологические защиты, с одной стороны, позволяют снизить уровень значимости психотравмирующего фактора у мужчин, с другой стороны, лишают их возможности активно воздействовать на ситуацию. Однако механизмы совладания мужчин-инвалидов направлены на выработку стратегий преодоления и оценку результата действий в трудной жизненной ситуации. Следовательно, специфика взаимосвязи псевдокомпенсаций с защитно-совладающими механизмами мужчин позволяет им лучше справиться с трудной жизненной ситуацией, так как наряду со смягчением психического дискомфорта происходит активное изменение ситуации и удовлетворение значимых потребностей.

Литература

1. Адлер, А. Практика и теория индивидуальной психологии / А. Адлер. - М., 2007.

2. Крюкова, Т. Л. Человек как субъект совладающего поведения / Т.Л. Крюкова // Психологический журнал. -2008. - № 2. - Т. 29. - С. 88-96.

3. Набиуллина, Р.Р. Механизмы психологической защиты и совладания со стрессом (определение, структура, функции, виды) / Р.Р. Набиуллина. - Казань, 2003.

4. Посохова, С.Т. Психология адаптирующейся личности / С.Т. Посохова. - СПб., 2001.

5. Сидоренко, Е.В. Комплекс «неполноценности и анализ ранних воспоминаний в концепции Альфреда Адлера / Е.В. Сидоренко. - СПб., 1993.

6. Сорокин, В.М. Практикум по специальной психологии / В.М. Сорокин, В.Л. Кокоренко. - СПб., 2003.

7. Старшенбаум, В.Г. Динамическая психиатрия и клиническая психотерапия / В.Г. Старшенбаум. - М., 2003.

8. Ташлыков, В.А. Личностные механизмы совладания (копинг-поведение) защиты у больных неврозами в процессе психотерапии // Медико-психологические аспекты охраны психического здоровья. - Томск, 1990. - С. 60-61.

9. Фрейд, З. Введение в психоанализ / З. Фрейд. - М., 1989.

УДК 159.9.316.61

Ю.И. Мельник

УПРАВЛЕНЧЕСКИЙ ПОТЕНЦИАЛ КАК СУЩНОСТНАЯ СИЛА ЧЕЛОВЕКА

В статье представлен феномен управленческого потенциала руководителя с позиций философского и психологического дискурса. Управленческий потенциал рассматривается как сущностная сила человека и как система, описаны его системные характеристики.

Управленческий потенциал, сущностные силы, управленческий опыт, управленческая мотивация, управленческая ориентировка, управленческий продукт.

This paper presents the phenomenon of managerial potential of the leader with the positions of philosophical and psychological discourse. Managerial potential is considered as the essential power of the man and as a system, its system characteristics are described.

Managerial potential, essential powers, managerial experience, managerial motivation, managerial orientation, managerial product.

В научной литературе по управлению понятие «управленческий потенциал» очень часто используется как образная метафора, которая не наполнена глубоким научным содержанием. Под термин «управленческий потенциал» часто попадает описание всего управленческого персонала организации - «управленческий потенциал организации», или он представляет собой характеристику отдельного руководителя для описания совокупности его управленческих возможностей и способностей - «обладает высоким управленческим потенциалом». В целом интерпретация управленческого потенциала страдает эклектичностью, отсутствием глубины анализа и не отражает внутреннюю сторону как управленческих, так и других возможностей человека. Мы считаем,

что каждый человек в той или иной степени обладает определенным управленческим потенциалом, который в первую очередь необходим для организации своей личной жизнедеятельности. Полностью же управленческий потенциал актуализируется именно в управленческой деятельности как одной из форм его естественного проявления. Только тогда, когда человек приобретает статус руководителя в рамках своей профессиональной карьеры, можно говорить о возможности и необходимости реализации и актуализации своего управленческого потенциала. Внешним условием такой реализации является качество организации профессиональной управленческой среды как на конкретном предприятии, так и в обществе в целом. Здесь важным является то, насколько соци-