2016. 02. 009. Мочалов М. Ю. Ассирийская держава. От города-государства - к империи. - М. : Вече, 2015. - 336 с

Террористический режим Тридцати полностью дискредитировал олигархическое правление и олигархическую идею в глазах афинян. Преимущества и недостатки правления народа теперь оставались предметом споров лишь в рамках философских школ. В Афинах IV столетия определенно не существовало того, что можно было бы назвать олигархической оппозицией. Отсутствие в этот период серьезной фракционной борьбы и классовой конфронтации показывает, насколько успешно функционировала демократическая система. Падение демократии в 322 г. до н.э. было, с точки зрения автора, исключительно следствием военного поражения в очередной войне с Македонией и связано с явным неравенством сил (с. 295).

А.Е. Медовичев

2016.02.009. МОЧАЛОВ М.Ю. АССИРИЙСКАЯ ДЕРЖАВА. ОТ ГОРОДА-ГОСУДАРСТВА - К ИМПЕРИИ. - М.: Вече, 2015. -336 с.

Ключевые слова: Древний Ближний Восток; Ассирийская держава; среднеассирийский период; новоассирийский период.

Монография историка и лингвиста М.Ю. Мочалова представляет собой систематическое изложение истории Ассирии, прошедшей длительный путь развития от небольшого города-государства Ашшур до огромной державы, дважды возникавшей и дважды распадавшейся в среднеассирийский и новоассирийский периоды. Причины и закономерности этого постоянно возобновляющегося движения к империи после очередного ее коллапса находятся в центре внимания автора. Инструментом создания Ассирийской державы была ее армия, организационная структура, вооружение, стратегия и тактика которой, достигшие в новоассирийский период наивысшего за всю историю Древнего Ближнего Востока уровня развития, также являются одним из основных предметов исследования. В IX-VII вв. до н.э. эта, по существу, первая в мировой истории империя классического типа являлась бесспорным гегемоном в указанном регионе, а ее неожиданно стремительный и на этот раз окончательный крах в конце VII в. до н.э. может показаться необъяснимым. Книга состоит из предисловия, в

котором сформулированы основные задачи исследования, и семи глав.

В первой главе рассматривается становление Ашшура как города-государства, его торговая экспансия и образование державы Шамши-Адада I в так называемый староассирийский период (XXXV вв. до н.э.). Появившаяся на территории будущей Ассирии на рубеже IV-III тыс. до н.э. группа семитских племен называла себя «сыновьями Ашшура», по имени своего верховного божества, впоследствии трансформировавшегося в бога войны и передавшего свое имя городу, который возник во второй половине III тыс. до н. э. на месте поселения скотоводов.

Изначально Ассирия, точнее - «алум Ашшур», т.е. община (или город) Ашшур, как она называлась до XVI в. до н.э., занимала сравнительно небольшую территорию и представляла собой город-государство или «номовое государство». Однако оно располагалось на важных торговых путях, проходивших от восточного побережья Средиземного моря и из Малой Азии в Месопотамию и далее на восток. Соответственно, отмечает автор, главным источником благосостояния Ашшура было не столько сельское хозяйство, сколько международная транзитная торговля, одной из главных статей которой были металлы. Стремление ашшурской элиты контролировать маршруты движения товаров приводит к возникновению ассирийских торговых факторий в Восточной Анатолии (Каниш и др.), а для их безопасности создаются временные станы с военными гарнизонами. Как полагает М.Ю. Мочалов, именно с транзитной торговлей, возможно, было связано начало развития военного дела в Ассирии.

Дальнейшим развитием тенденции к монополизации Ашшу-ром торговли с западом стала политика Шамши-Адада I (18131781 гг. до н.э.), при котором впервые гегемония Ассирии распространяется на обширные территории в Северной Месопотамии и Северной Сирии. Впрочем, отмечает автор, военные успехи Шам-ши-Адада носили кратковременный характер и были обусловлены благоприятной внешнеполитической конъюнктурой. После его смерти Ассирия быстро теряет свои завоевания, а потом и независимость, оказавшись под властью вавилонского царя Хаммурапи (1792-1750).

Вторая глава посвящена новому подъему Ассирии в среднеассирийский период (XV-XI вв. до н.э.). При Ашшурубалли-те I (1365-1330) возобновляется военная экспансия, в результате чего город-государство Ашшур превращается в территориальное царство - Ассирию, а сам Ашшурубаллит впервые официально начинает использовать титул «царь страны Ассирии». Царь соединял в своем лице полномочия древнего наследственного правителя (ишшаккума), исполнявшего религиозные функции и являвшегося верховным военачальником, и должностного лица (укуллума), ведавшего судебными и административными делами и председательствовавшего в совете общины. В дальнейшем ассирийские цари совмещают их с должностью лимму - ежегодно сменяемого эпо-нимного магистрата.

В течение последующего столетия, в период правления царей Адад-нерари I (1307-1275), Салманасара I (1274-1245) и Тукульти-Нинурты I (1244-1208), Ассирия становится одной из ведущих держав Ближнего Востока. Ассирийцам удается окончательно подчинить некогда могущественное государство Митанни на западе Северной Месопотамии, разгромить на севере конфедерацию горных племен страны Наири, позднее объединившихся в государство Урарту, и утвердить свое влияние в Северной Сирии. Апогеем успехов стал захват Тукульти-Нинуртой Вавилона. Однако его конфликт с верхушкой ашшурской общины, в результате чего царь стал жертвой заговора, положил начало новой фазе упадка Ассирии.

Великие завоевания подорвали в общем-то достаточно ограниченные силы страны. В то же время усилились Элам и восстановивший независимость касситский Вавилон. Ассирийцы теряют практически все свои приобретения на юге, а их правители становятся вассалами касситских царей.

Очередное кратковременное возвышение Ассирии связано с именем царя Тиглатпаласара I (1115-1077), вновь развернувшего широкомасштабную экспансию по всем направлениям и сумевшего опять захватить Вавилон, завоевать Сирию и Финикию. Однако к концу его правления усиливается давление на Ассирию кочевых племен Северной Аравии - арамеев, которые в конечном итоге прорвали ассирийский рубеж обороны по Евфрату и заняли почти всю Верхнюю Месопотамию.

В третьей главе («Ассирийское военное дело и месопотам-ское военное наследие III-II тыс. до н.э.») детально рассматриваются система комплектования, структура, численность, иерархия командования, условия службы и вооружение ассирийской армии среднеассирийского периода. Помимо ополченцев, выставлявшихся каждой сельской общиной на основе результатов очередного смотра, имелось и некоторое количество профессиональных воинов, которые получали за свою службу наделы больших размеров, чем у обычных земледельцев. Существовало только два рода войск -пехота и колесничие. При этом тяжелая пехота, применявшая плотное построение типа фаланги, являлась основой армии. Судя по изобразительным материалам, уже в среднеассирийский период появляется базовая тактическая единица в виде боевой пары: копейщик и прикрывающий его огромным щитом щитоносец, а также щитоносец и лучник.

К середине II тыс. до н.э., благодаря усовершенствованию системы управления лошадьми, колесничное войско становится мощной ударной силой, часто решавшей исход сражения. Как и на всем Ближнем Востоке, ассирийские колесничие (марианну) составляли привилегированную категорию воинов, получавшую от царя земельные владения и выплаты серебром и натурой. Для своей защиты они использовали дорогостоящие чешуйчатые доспехи из бронзы.

Главы с четвертой по седьмую посвящены новоассирийскому периоду (X-VII вв. до н.э.), в ходе которого Ассирия создает империю, просуществовавшую в течение довольно длительного времени, с 934 по 612 г. до н.э.

Возникновение Ассирийской державы (впрочем, как и всех других древних ближневосточных империй) было обусловлено потребностью наиболее урбанизированных, экономически развитых регионов в сырье, которым обладали скотоводческие и горнорудные области, населенные более отсталыми племенами. Последние не были заинтересованы в обмене такого масштаба, который был необходим для дальнейшего роста передовых центров цивилизации. Решением проблемы, с точки зрения элиты этих центров, могло быть только насильственное объединение регионов первого и второго типов в единое целое, что существенно облегчало доступ к природным ресурсам периферии.

В создании Новоассирийской империи отчетливо выделяются две стадии. На первой стадии, рассматриваемой в четвертой главе, ранняя Новоассирийская держава, сформированная главным образом усилиями царей Ашшурнацирапала II (883-859) и Салма-насара III (858-824), принципиально не отличалась от других месо-потамских держав более раннего времени. На данном этапе ее армия едва ли не каждый год выступала в поход с целью сбора дани, установления контроля над торговыми маршрутами и ограбления вновь захваченных территорий. Задача их правильной эксплуатации ассирийской элитой пока не ставилась. В наиболее важных стратегических пунктах покоренных областей строились крепости, которые использовались в качестве баз для новых походов. Значительная часть местных жителей уничтожалась, а оставшиеся в живых уводились в плен. Итогом было сокращение численности населения и деградация сельского хозяйства.

Впрочем, как отмечает автор, результатом непрерывных войн на всех фронтах очень скоро стало истощение сил самой Ассирии. Обнаружились и системные пороки в ее военной организации. Армия, в основе своей являвшаяся ополчением, насильственно рекрутируемым из сельского, в том числе и покоренного населения, не могла обеспечить военного превосходства над противником. Более того, военный потенциал государства сокращался в силу разложения ассирийской общины, ухудшения социально-правового положения рядовых ее членов, что привело к массовым волнениям в 827-822, 772-758, 746-745 гг. до н.э. Внутренняя нестабильность, в свою очередь, провоцировала внешних врагов к активизации антиассирийской политики. Больших успехов в этом плане добилось государство Урарту в правление царей Аргишти I (781-760) и особенно Сардури II (760-730), разгромившего в 753 г. до н.э. ассирийскую армию царя Ашшур-нерари V (754-745).

Второй этап строительства Новоассирийской державы (пятая глава) открыли реформы Тиглатпаласара III (744-727), сумевшего возродить военно-политическую мощь Ассирии. Новый правитель провел реформу административной системы, сделав ее более эффективной, в частности благодаря разукрупнению областей и введению строгой регулярной отчетности чиновников, прежде всего «губернаторов» провинций, перед царем. Однако наиболее кардинальные изменения произошли в военной сфере. При Тиглатпала-

саре III был завершен переход от общинного ополчения к рекрутской форме набора и к постоянной профессиональной армии, которая, по мнению М.Ю. Мочалова, несомненно, может считаться ключевым фактором военных успехов Ассирии в этот период.

В новоассирийский период появляются два новых рода войск -конница и инженерные части, обеспечивавшие продвижение армии, наведение мостов, строительство осадных сооружений и полевых укреплений. Кавалерия взяла на себя часть функций колесниц и могла действовать в недоступных для них ландшафтах. По аналогии с пехотой всадники также сражались парами: всадник-копейщик и всадник-лучник.

В главе подробно описывается ассирийская паноплия. При этом автор подчеркивает тот факт, что ассирийское войско было, вероятно, первой в мире армией, использовавшей железное оружие в массовом порядке и широко применявшей защитное вооружение из металла, чаще всего - из бронзы (чешуйчатые панцири, сфероконические шлемы). Рассматриваются также вопросы подготовки военной кампании, походный и боевой порядки, методы поддержания дисциплины и боевого духа, военные ритуалы, организация медицинской помощи, осадное дело, организация разведки и т.д.

Благодаря административным и военным преобразованиям Тиглатпаласара III, Ассирийская держава второй стадии Новоассирийского периода (шестая глава: «Империя в зените могущества») приобретает черты классической империи. В отличие от своих предшественников, Ашшурнацирапала II и Салманасара III, ограничивавшихся лишь грабительскими рейдами на территорию Сирии, Тиглатпаласар III после ряда успешных кампаний против Урарту и ее сирийских союзников создает за Евфратом новые провинции, которые становятся частью Ассирийской державы. Таким образом, империя восстанавливает контроль над западным ареалом ближневосточной торговли. Разгром Урарту при Саргоне II (722705) в 714 г. до н.э. окончательно сделал Ассирию бесспорным гегемоном в Передней Азии. В сфере ее гегемонии, а временами и прямого управления, оказались Вавилония и даже Египет.

В Новоассирийский период широкое распространение приобретает практика массовых депортаций покоренного населения, проводившихся с целью включения в хозяйственный оборот опус-

тевших земель. По некоторым подсчетам, число депортированных оценивается в пределах от 1,5 до 4,5 млн человек.

К концу правления Асархаддона (681-669) Ассирийская держава простиралась от Египта до Закавказья и от Иранского нагорья до восточного побережья Средиземного моря. При Ашшур-банапале (668-627) она достигает и максимального культурного расцвета. Однако на новые захваты уже не хватало ресурсов. Все усилия царя были направлены на то, чтобы удержать завоеванное, но и эта задача решалась с большим трудом. Ассирийская армия практически ежегодно совершала карательные рейды против халдеев на юге Вавилонии, но так и не смогла окончательно подавить их сопротивление. Сам Вавилон также не мог смириться с ассирийским господством и неоднократно поднимал восстания при поддержке соседнего Элама. С последним Ассирии удалось справиться лишь ценой крайнего напряжения сил в результате пяти военных походов. Оккупация Египта оказалась недолгой. При Ашшурбана-пале он был навсегда потерян, и ассирийский монарх вынужден был с этим смириться.

Седьмая глава («Падение колосса») посвящена последним годам существования Ассирийской державы. События развивались стремительно. Ашшурбанапал умер, по-видимому, в 627 г. до н.э. В том же году Вавилон был захвачен одним из халдейских вождей Набу-аплу-уцуром (Набопаласаром). Преемник Ашшурбанапала, Син-шар-ишкун, пытался восстановить ассирийское господство. Какое-то время война шла с переменным успехом. Коренной перелом произошел в 616 г. до н.э., когда вавилонское войско под командованием Набопаласара нанесло армии Син-шар-ишкуна сокрушительное поражение. В 614 г. до н.э. действовавшие в союзе с вавилонянами мидийские войска царя Киаксара взяли штурмом и разрушили священный город ассирийцев Ашшур, а в 612 г., осажденная вавилонянами и мидийцами, пала столица Ассирии, Ниневия.

Несомненно, пишет автор, что главным фактором как возвышения Ассирии, так и ее краха стала агрессивная военная политика, обусловленная значительной степенью зависимости от внешних источников сырьевых ресурсов и поступления извне рабочей силы. Потребность в ресурсах порождала войны, для ведения которых требовалось еще больше ресурсов. В результате возникал

замкнутый круг непрекращающихся войн. Между тем по мере расширения империи войны все больше превращались в карательные экспедиции против постоянно восстававшего населения ранее завоеванных территорий. Такого рода военные предприятия уже не могли компенсировать затраты на их проведение. Перманентное состояние войны привело к истощению сил Ассирии, что уже неоднократно случалось в ее истории. Однако на этот раз все закончилось катастрофой, поскольку на Ближнем Востоке появились государства, способные сокрушить вызывавшую всеобщую ненависть, но уже ослабевшую империю.

А. Е. Медовичев

СРЕДНИЕ ВЕКА И РАННЕЕ НОВОЕ ВРЕМЯ

2016.02.010. ЛИСОВИЧ ИИ. СКАЛЬПЕЛЬ РАЗУМА И КРЫЛЬЯ ВООБРАЖЕНИЯ. - М.: Изд. дом Высшей школы экономики, 2015. - 440 с.

Ключевые слова: Англия, XVI-XVII вв.; распространение научного знания; процесс популяризации науки.

Монография доцента Российского Государственного Гуманитарного Университета Инны Лисович посвящена анализу идеологии и механизмов распространения научного знания в Англии во второй половине XVI-XVII вв. Как отмечает автор, еще в XV в. закрытость схоластической университетской науки, остававшейся достоянием немногих «посвященных», вызывала серьезное противодействие со стороны гуманистов. Многие представители образованной элиты XVI в. не только критиковали существующие институты, но и искали альтернативные формы передачи научного знания, ориентированные на гораздо более широкую аудиторию: проводили публичные лекции и открытые научные опыты, публиковали научные работы, написанные языком, понятным неподготовленному читателю. В итоге на научную репрезентацию новых идей оказывали влияние представления и практики, относившиеся к области теологии, этики, риторики и поэтики. Одновременно элементы научного дискурса, ставшие достоянием более широкой публики, находили свое место в искусстве, поэзии, художественной литературе. Именно это взаимное влияние находится в центре