Схема формирования индивидуальности в философии Ж. П. Сартра

УДК 141.32

Е. А. ЦВЕТУХИНА

Омский государственный педагогический университет

СХЕМА ФОРМИРОВАНИЯ

ИНДИВИДУАЛЬНОСТИ

В ФИЛОСОФИИ Ж. П. САРТРА____________________

Современное общество структурировано отчуждением, характеризующим отношение между индивидуальностью и культурой. В поисках проекта, снимающего такое отчуждение, актуально обратиться к философии Ж. П. Сартра. Он выстраивает схему категорий, отражающих процесс формирования индивидуальности. Осуществленный в статье анализ этой схемы показывает, что субъект есть процесс между бытием и ничто, а формы отчуждения, заданные тремя плоскостями категорий, не что иное как варианты реализации проекта индивидуальности, представляющего попытку выхода за пределы отчуждения через саморазвитие.

Ключевые слова: бытие, ничто, сознание, индивидуальность, свобода.

Интересно то, что феноменологическая онтология Ж. П. Сартра при близком рассмотрении оказывается сложнее, чем кажется на первый взгляд. Дело в том, что она не является той онтологией — учением о бытии в традиционном смысле слова. Хайдеггеров-ская онтология как раскрытие смысла бытия через бытие человека (человеческую реальность) также имеет иной характер. Особенностью же онтологии Ж. П. Сартра является ее направленность на сознание. И если взять классические бинарные позиции: бытие и сущее или трансцендентное и имманентное, то Ж. П. Сартр имеет дело с тем уровнем бытия, который можно поместить «между». Вслед за французским философом, мы будем называть этот уровень онтическим [1, с. 275]. Так что применительно к конкретному человеку и его окрестностям онтологические законы проявляются как онтические.

Окрестности у Ж. П. Сартра — это тот конкретный мир, который строит субъект в своем бытии [1, с. 512 — 516]. Причем выбор данного термина объясним. Ведь мы привыкли говорить о бытии человека с точки зрения времени и пространства, реального прошлого с конкретного места. Но это то, что дают нам обстоятельства, природная случайность. Роль субъекта в них сводится к нулю. Чего нельзя сказать об окрестностях, которые вплетены в индивидуальный проект человека и дают возможность творить собственную случайность. То есть изменения, которые возникают в моих окрестностях, могут повлечь изменения в моем проекте, и наоборот: если это мои окрестности, я могу предвидеть их неожиданные моменты и быть готовым к ним. В заключение к своей работе «Бытие и ничто» Ж. П. Сартр называет бытие индивидуальным приключением [1, с. 619]. Это открытый антропологический проект, хотя и полностью индивидуализированный, он содержит в себе возможность своих последующих изменений.

Индивидуальность всегда конкретна и реализуется в конкретной ситуации. Существование каждого индивидуума в системе Ж. П. Сартра мыслится философом как конституирование индивидуального конкретного события во всем историческом процессе. Ж. П. Сартр в понятие бытия включил свободу как основной его конституирующий элемент, запускающий антропологический проект индивидуальности.

Исходит он из многомерности человеческого бытия.

Первоначально в бытии невозможно найти ничего, кроме него самого, да и вести поиски бытия, собственно, некому и незачем: нет сознания, нет человека, отсутствует индивидуальное как таковое: «Теперь мы понимаем, почему первое сознание сознания не полагает: потому, что оно едино с тем сознанием, которое оно сознает» [1, с. 27]. Оно может быть подчинено только случайности. Первоначальное, фактичное «зародышевое» состояние сознания — нететическое бытие. Бытие-в-себе не имеет никаких качеств. Оно не полагает еще себя, но содержит в себе многообразие проявлений будущего бытия, «послеутробного». Оно уже живет, но, находясь еще в состоянии нераскрытости, не-раскодированности. Таково сплошное, однородное бытие в-себе. Здесь свобода есть потенция, творческий замысел в-себе бытия. Его индивидуальному треку еще предстоит развернуться. И в этом смысле его невозможно познать или предугадать — оно фактично и трансфеноменально, то есть случайно и неожиданно.

У Г. В. Ф. Гегеля бытие и ничто переходят друг в друга в процессе становления и в результате являют собой основы сущности. При этом бытие является абстрактным понятием. Ж. П. Сартр же разводит бытие и сущность. У него бытие разворачивается по мере того как оно становится активным: бытие, посредством которого ничто прибывает в мир, должно ничтожить [1, с. 59]. Однако такое бытие не является пустым, как у Г. В. Ф. Гегеля, оно рефлексивно и представляется в конкретных проявлениях человеческого бытия.

Так в-себе бытие становится для-себя бытием, появляясь как ничтожение бытия в-себе. Ж. П. Сартр создает неологизм от слова «пеапЬ> (ничто, небытие) — «пеап^аИоп» (неантизация, или ничтоже-ние). Ничтожение означает способность сознания вводить ничто в сплошное, инертное, материальное бытие-в-себе. Человек вступает в отношения с ничто, поддерживает его из своего бытия, постоянно подкрепляет его из своего существования. Человек как вопрошающее бытие есть то, посредством чего ничто приходит в мир. Для-себя имеет только одну реальность — быть ничтожением бытия. Его един-

ОМСКИЙ НАУЧНЫЙ ВЕСТНИК №2 (106) 2012 ФИЛОСОФСКИЕ НАУКИ

ФИЛОСОФСКИЕ НАУКИ ОМСКИЙ НАУЧНЫЙ ВЕСТНИК №2 (106) 2012

ственная качественная определенность проистекает из того, что оно есть ничтожение особенного и индивидуального в-себе, а не бытия вообще. Поэтому время, пространство, качество и количество, отношение, необходимость, возможность и т. д. — все это конституируется ничтожением бытия в-себе.

Ничто есть граница между мотивом и действием, причем она также граница причины — действия, но это не причина. Сознание опирается на две исходные ничтожности: «сознание не есть свой собственный мотив», и «сознание противостоит своему прошлому и будущему, как находящемуся перед собой» [1, с. 71]. Свобода выступает проектом, она требует постоянного делания самого себя. Человек обладает свободой и как таковой является особенным феноменом, который соединяет все стороны бытия и ничто. Свобода в человеке есть феномен ничто в бытии. «Свобода и есть человеческое бытие, ставящее свое прошлое вне действия» [1, с. 65]. Так, получается, человек отделен свободой, или ничто от своей сущности. Сущность его нераскрыта и не реализована из наличия свободы.

Так, в бытие человека проникает тревога. Она есть страдание сознания от собственной незавершенности и трансцендентности. Тревога есть возможность новой возможности [1, с. 69]. Еще Кьеркегор, описывая тревогу раньше вины, характеризует ее как тревогу перед свободой [2, с. 115 — 248] . Но Хайдеггер, о котором известно, что он был под влиянием Кьеркегора, напротив, рассматривает тревогу как постижение ничто [3, с. 137 — 208]. Однако Сартр утверждает, что это не взаимоисключающие позиции. Действительно, тревога отличается от страха тем, что страх проявляется в отношении с миром и является восприятием трансцендентного, а тревога выражает отношения с самим собой и является рефлексивным восприятием себя. Он строит ряд противопоставлений в себе и вне себя. Страх появляется в восприятии, а тревога в рефлексии. Ужас возникает, когда человек начинает играть с будущими возможностями. Тревога — ничтожение ужаса как мотива. Ужас — тревога перед возможным, которое не выбрано. Ужас не определяет действие как причина, он вне причины, он требует осторожного действия. Если в отношениях с миром все происходит по принципу универсальной причинности, то в отношении себя я детерминировано только своими возможностями: «Я буду в тревоге из-за недостатка знания реальных и действенных побуждений, которые в тени бессознательного определяют мое действие» [1, с. 70]. Следовательно, тревога есть специфическое сознание свободы. Она есть, следовательно, рефлексивное постижение свободы ею самой: «мы постоянно вовлечены в наш выбор и постоянно сознаем, что можем быстро изменить его в противоположную сторону, так как мы проектируем будущее самим нашим бытием и подтачиваем его постоянно нашей экзистенциальной свободой; мы объявляем себе, кем мы являемся, посредством будущего, не захваченные им, так как оно всегда остается возможностью, никогда не переходя в ранг действительного. Таким образом, нам беспрерывно угрожает ничтожение нашего настоящего выбора: мы находимся под постоянной угрозой выбрать себя и, следовательно, стать другими, чем мы есть» [1, с 474]. В итоге человек не может быть самим собой, его в-себе бытие постоянно ускользает. Так, ничто-жение запускает новую структуру для-себя бытия, при том, что сознание оказывается непрерывным процессом ничтожения своего прошлого бытия.

Это постоянное стремление быть тем, чем ты не являешься, помещает бытие между фактичностью и трансцендентностью [1, с. 91]. Между необходимостью факта бытия в-себе и возможностью его ничтожить. Это состояние «зависания между» Сартр называет самообманом. Но, если ложь предполагает отношения с другим, тем, кто обманут, то самообман предполагает этого другого в самом себе, что дает нам либо временное расщепление сознания, выражающееся в непонимании процесса, либо «демонстративный» обман. По Сартру получается, что самообман лежит в основании любого проекта человека вообще. Исторический процесс, таким образом, предстает как коррелят самообмана, который на каждой ступени развития все более отчуждается от самого человека и сегодня вообще становится ему неподконтрольным.

Бытие феномена не ограничивается отношением лишь в-себе и для-себя. Человеческая реальность поддерживается сознанием и принятием другого как равноправного субъекта бытия, подразумевает другого в бытии. Посредством появления другого я даю возможность выносить суждение обо мне как об объекте, так как я являюсь другому именно как объект. Так, можно говорить о появлении совершенно нового бытия, которого не существовало до появления другого. Ведь другой не только открывает то, чем субъект был: он конституирует объект по новому типу бытия, которое должно поддерживать новые качества. Вне структуры для-другого такие качества как стыд, вульгарность, правдивость, порядочность и даже вечность абсурдны. Эти качества не имеют места в структуре для-себя бытия.

Особое значение приобретает структура бытия для-другого в ее отношении к смерти. Ведь смерть является не только ничтожением возможностей для-себя бытия. Когда для-себя бытие прекращает существование, то, что оно уже успело ничтожить — остается живым: «исчезновение ничтожащего бытия не касается прошлого в его бытии, которое есть в наличии по типу в-себе» [1, с. 545]. Оно погружается в себя. Жизнь оказывается полностью замкнутой, туда нельзя ничего внести, но ее смысл вовсе не прекращает изменяться извне. В-себе бытие не просто существует, оно продолжает развиваться в бытии для-другого. Посредством другого оно теперь развертывает, темпорализуясь, временные расстояния от одних индивидуальностей к другим и от них к себе, так же как оно развертывает пространственные расстояния, исходя из своих окрестностей, судит о значимости ушедших индивидов. «Умершая жизнь не прекращает изменяться, но она тем не менее сделана. Это означает, что для нее ставок больше нет и что она отныне будет подвергаться изменениям, не являясь ни в коей мере ответственной за это» [1, с. 548].

Итак, индивидуальное в системе Сартра предстает как попытка реализовать свой проект. Его ядром и активным началом является сознание, в котором подчеркивается его проективный, целеполагающий характер и его противоречивая природа. Сознание «есть то, чем оно не является» [1, с. 92], означает, что человек всегда проектирует себя в будущее, которым он еще не стал. Проектируя и воплощая себя, сознание себя же и ничтожит. Оно не является уже тем, чем только что было. Эта диалектическая схема развития логически приводит человека к самообману. Это одновременное сосуществование индивидуального приключения (или существования в-себе) с абсолютным событием (или появлением для-себя).

Быть тем, чем не являешься, бежать от себя, не совпадать с собой, а быть всегда на расстоянии от себя — проблема бытия человека. Она решается актом погружения в себя и сопровождается изменением себя, развитием, в направлении ощущения себя и другого субъектами одновременно. Это философствование позволяет отслеживать процессы, происходящие в субъекте, и, таким образом, нивелирует отчуждение и возвращают человека самому себе. Рефлексия становится отражением уникальной экзистенции индивидуальности. Такой рефлексивный проект индивидуальности можно считать состоявшимся.

Библиографический список

1. Сартр, Ж. П. Бытие и ничто: Опыт феноменологической онтологии / Ж. П. Сартр. — М. : Республика, 2000. — 639 с.

2. Кьеркегор, С. Страх и трепет / С. Кьеркегор. — М. : Республика, 1993. — 383 с.

3. Хайдеггер, М. Бытие и время / М. Хайдеггер. — Харьков : Фолио, 2003. — 503 с.

ЦВЕТУХИНА Екатерина Андреевна, аспирантка кафедры философии.

Адрес для переписки: e-mail: kat.kalach@mail.ru

Статья поступила в редакцию 05.10.2011 г.

© Е. А. Цветухина

Информация

Гранты по программе Multic для обучения и проведения исследований в европейских университетах

В рамках Erasmus Mundus-программы Европейской комиссии в области межвузовского сотрудничества и организованной мобильности, адресованной студентам и профессорско-преподавательскому составу из третьих стран, включая Россию, объявлен прием заявок по подпрограмме multic.

Multic — междисциплинарная поддержка развития экономического, политического и университетского сотрудничества между ЕС и Россией. Программа Multic возглавляется Университетом Дрездена (Германия).

В рамках программы выделяются стипендии российским аспирантам и кандидатам наук для участия в 6-месячных стажировках, исследовательских и образовательных программах в европейских университетах — партнерах Multic.

Европейские университеты-участники Multic:

— Technische Universitat Dresden

— University of Rome La Sapienza

— University of Wroclaw

— Technische Universitat Wien

— Universidade Nova de Lisboa

— University of Trento

—Wroclaw University of Technology

— Ruhr-Universitat Bochum

Участниками программы могут быть российские аспиранты и кандидаты наук из любого российского вуза и кандидаты наук любого из 12 российских вузов-партнеров программы Multic:

— МГТУ имени Баумана

— Иркутский государственный технический университет —Липецкий государственный технический университет

— Московский государственный университет путей сообщения

— Национальный исследовательский технологический университет

— Северо-Кавказский государственный технический университет

— Омский государственный университет путей сообщения

— Национальный исследовательский Томский политехнический университет

— Томский государственный педагогический университет

— Уфимский государственный технический авиационный университет

— Уральский государственный экономический университет

— Северо-западный (Санкт-Петербургский) филиал Российской правовой академии Министерства юстиции Российской Федерации.

Заявки на участие в программе принимаются по 8 июня 2012 года.

Подробная информация опубликована на сайте программы Multic: http://www.mundus-multic.org Адрес публикации в Интернет: http://www.rsci.ru/grants/grant_news/268/232093.php Источник: http://www.rsci.ru/grants/grant_news/268/232093.php (дата обращения: 12.05.2012).

ОМСКИЙ НАУЧНЫЙ ВЕСТНИК №2 (106) 2012 ФИЛОСОФСКИЕ НАУКИ