История развития и становления института частного обвинения в уголовном процессе России, проблемы частного обвинения и пути решения

Вестник Омского университета. Серия «Право». 2013. № 3 (36). С. 225-233.

УДК 343.123.66

ИСТОРИЯ РАЗВИТИЯ И СТАНОВЛЕНИЯ ИНСТИТУТА ЧАСТНОГО ОБВИНЕНИЯ

В УГОЛОВНОМ ПРОЦЕССЕ РОССИИ, ПРОБЛЕМЫ ЧАСТНОГО ОБВИНЕНИЯ

И ПУТИ РЕШЕНИЯ

HISTORY OF THE INSTITUTION OF PRIVATE PROSECUTION IN RUSSIAN CRIMINAL PROCESS, PROBLEMS OF CRIMINAL PROCEDURAL LAW IN RUSSIAN CRIMINAL PROCESS AND METHODS TO IMPROVE THE INSTITUTION OF PRIVATE PROSECUTION IN RUSSIAN CRIMINAL PROCESS

А. Л. КОРЯКИН

Исследуется развитие представлений о частном обвинении в уголовном процессе России с древнейших времен до настоящего времени. Делается вывод о том, что частное обвинение является основополагающим и базовым институтом уголовного процесса России, который в период становления и развития претерпел изменения и трансформировался в публичное обвинение, сохранив в себе частные начала. Автор рассматривает частное обвинение как уголовный иск и предлагает, с учётом исторического опыта России, внесение изменений в Уголовно-процессуальный кодекс РФ.

Ключевые слова: история развития института частного обвинения в уголовном процессе России, периоды становления института частного обвинения, проблемы уголовно-процессуального закона института частного обвинения, пути совершенствования института частного обвинения с учётом исторического опыта.

In a scientific article, the author explores the development of the private prosecution in criminal procedure of Russia from the earliest times to the present. The author concludes that a private prosecution is fundamental and a basic institution of criminal proceedings in Russia, which in the period of formation and development has changed and evolved into a public accusation, maintaining a private launch. The author examines the private prosecution as a "criminal action" and suggested, in view of the historical experience of Russia, making changes to the code of criminal procedure of the Russian Federation.

Keywords: history of the institution of private prosecution in Russian criminal process, periods of the institution of private prosecution in Russian criminal process, problems of criminal procedural law in Russian criminal process, methods to improve the institution of private prosecution in Russian criminal process.

Институт частного обвинения является одним из старейших институтов российского процессуального законодательства, основанным на диспозитивности, волеизъявлении, желании частного лица привлечь к уголовной ответственности обидчика, совершившего уголовно наказуемое деяние. Невозможно построить и сформулировать процесс привлечения лица по делу частного обвинения к уголовной ответственности без заявления потерпевшего, а также установленных законом правил, основанных на специфике русской национальной идеи, присущей русскому народу. Необходимо опираться на исторический, эволюционный путь развития при чётких ориентирах поступательного движения с

учётом прошлого опыта. Заявление лица по делу частного обвинения, исходя из исторического пути развития института, расценивается как «уголовный иск» по незначительным делам о частной, т. е. личной обиде. Специфика процедуры рассмотрения дел частного обвинения обусловлена категорией дел частного обвинения, волеизъявлением потерпевшего, диспозитивностью начал, особым порядком возбуждения дела, сроками стадий процесса, принятием процессуальных решений. В зависимости от социальной, экономической и политической ситуации в России в ходе исторического развития институт частного обвинения претерпевал изменения, и порой не в лучшую сторону,

© Корякин А. Л., 2013

но базовые понятия и стержень как такового сохранил в настоящее время. Историю формирования и развития института частного обвинения можно разделить на этапы. Это деление весьма условное и определяется соотношением частных и публичных начал в уголовном судопроизводстве в тот или иной период времени: усилением частных начал либо их забвением в угоду государственным (публичным) интересам.

До образования государственного суда многие народы, в том числе и народы России, пережили эпоху частной расправы с нарушителями права. Данные, относящиеся к родовому строю в пору его расцвета, показывают, что первой формой применения общественно-карательной власти было изгнание члена родовой общины, совершившего особо тяжкое нарушение условий существования этой общины. Решение о таком изгнании принималось собранием сородичей и немедленно исполнялось. При межродовых столкновениях средством ликвидации конфликта, т. е. обиды, нанесённой кому-либо из членов рода членом чужого рода, была кровная месть. Обычай кровной мести, на долгие времена сохранившийся при образовании государства, - пережиток родового строя [1]. В ходе развития общества такая форма борьбы с нарушением прав стала нетерпимой и постепенно заменилась государственным судом. Первыми источниками русского уголовного права принято считать тексты договоров Древней Руси с Византией (911, 944, 971 гг.). В них, в частности, упоминается об имущественных преступлениях («татьбе», разбое) и наказаниях (смертной казни, кровной мести) за их совершение. Основным правовым документом того времени считается Русская Правда (она дошла до нас в трёх основных редакциях: Краткая, Пространная и Сокращенная). Русскую Правду можно определить как кодекс частного права, где все её субъекты являлись физическими лицами, кроме холопа, который был бесправным субъектом, а ответственность за холопа нес его хозяин. Русская Правда определяла преступление как «обиду», нанесённую потерпевшему в результате причинения ему материального (физического, имущественного) или морального вреда. Русская Правда впервые на законодательном уровне закрепила

особенности, характерные для дел частного обвинения. К ним относились: начало преследования на основе иска; самостоятельное поддерживание истцом обвинения (например, в ст. 21 Русской Правды говорилось: «...а истьця начнеть головою клепа-ти...»); факт, что стороны сами искали и представляли доказательства (например, ст. 18 Русской Правды гласила: «...аще будеть на кого по-клепная вира, то же будеть послухов семь...») [2]. Таким образом, древний русский процесс носил частно-исковой характер. Дело могло быть начато только по жалобе или «челобитью» потерпевшего, его семьи или рода. Обвинитель и обвиняемый назывались истцами и пользовались равными правами.

Эпоха политической раздробленности (Х11-ХУ вв.) стала вторым этапом развития отечественного судоустройства и уголовного судопроизводства и частного обвинения в частности. В этот период происходит постепенное расширение юрисдикции княжеского суда на фоне существования общинных судебных органов и практики применения традиционных способов разрешения конфликтов - третейского суда и так называемого «вольного ряда» (договора между сторонами конфликта). В ст. 24 Псковский судной грамоты подчёркивалась активная роль судей в процессе. В ней говорилось, что суд сам ведёт следствие, посылает своих людей на место для выяснения обстоятельств [3]. Дела начинались, главным образом, вследствие «довода», т. е. обвинения, производимого специальными должностными лицами - доводчиками: «А доведуть на кого татбу или разбой, или душегубство, или ябедничество или иное какое лихое дело...» [4]. Несмотря на усиление государственного начала и замену типа уголовного процесса на розыскной, законы Х11-ХУ вв. сохраняли элементы частно-искового процесса, в частности по делам об оскорблениях действием, разбое, грабеже, нарушающим интересы частных лиц. Так, в ст. 2 Судебника 1497 г. сформулировано понятие иска, жалобы («...а кайов жалобник к боярину придёт...») как повода для начала дела. Истец в подтверждение иска должен привести «послухов» - свидетелей. Если выставленный им послух не говорит в «ысцевы речи», т. е. не подтверждает какие-то факты, приводимые истцом, истец

лишается права на удовлетворение иска (ст. 51 Судебника 1497 г., ст. 15 Судебника 1550 г.). Оба Судебника предусматривали случаи примирения сторон на любой стадии: «А которые жалобницы заданы судьями и оба истца до суда помирятся, и по тем жа-лобницам судьям пошлин не имати ж» (ст. 53 Судебник 1497 г., ст. 31 Судебник 1550 г.) [5]. Кроме того, российский институт частного обвинения продолжал развиваться и приобретать новые черты. Так, в Новгородской судной грамоте впервые встречается ещё одна характерная для дел частного обвинения черта - предъявление встречного иска. В ст. 13 решается вопрос о порядке рассмотрения встречного иска («...а будет тому ист-цю до своего истца дело...»). Встречный иск рассматривался лишь в пределах одного и того же («одиного ж дела») судебного дела («...а иных позвов - вызовов - на него не класти в ыном деле...») [6].

Эпоха XV-XVII вв. образования и развития централизованного Российского Московского государства характеризуется дальнейшей централизацией государственной власти, обострением противостояния различных сословий. Судебник 1497 г. великого князя Ивана III, а впоследствии и Судебник 1550 г. царя Ивана IV Грозного законодательно закрепили дальнейшее усиление центральной государственной власти на Руси, а в области уголовного права - отказ от начал кровной мести, отнеся вопросы ответственности к исключительной юрисдикции государства. Под преступлением Судебники понимали «лихое дело», направленное против государства или отдельной личности.

Уложение о наказаниях уголовных и исправительных было принято 5 августа 1845 г. К категории дел частного обвинения по Уложению о наказаниях от 15 августа 1845 г. относились следующие дела согласно хронологическому порядку: «О непосредственных личных оскорблениях» (ст. 20082016), «О клевете и распространении ругательных или других оскорблений для чести сочинений, изображении или слухов», «О угрозах» (ст. 2035-2039), «О насильственном завладении чужим недвижимым имуществом» (ст. 2094-2105), «Об истреблении и повреждении чужого имущества» (ст. 2106-2127), «О похищении чужого

имущества», «О кражах между родителями и детьми» (ст. 2171), «О воровстве-мошенничестве между родителями и детьми и между супругами» (ст. 2186) [7].

Первое отчётливое упоминание о процедуре рассмотрения дел частного обвинения встречается в Судебных уставах от 20 ноября 1864 г. с изложением рассуждений, на коих они основаны, а именно в «Уставе уголовного судопроизводства», подписанного Александром II в Царском Селе 20 ноября 1864 г., а также в «Уставе о наказаниях, налагаемых мировыми судьями» от 20 ноября 1864 г. В ст. 5 «Устава уголовного судопроизводства» сделана попытка определить категорию дел, подпадающих под категорию дел частного обвинения. Указано на уголовные дела, которые на основании законов не иначе могут быть возбуждаемы, как вследствие жалобы потерпевшего от преступления или проступка лица, т. е. по тем из числа сих дел, которые дозволяются прекращать примирением («Уложение о наказании», ст. 171) [8].

Институт частного обвинения в послереволюционном уголовно-процессуальном праве носил весьма непредсказуемый, порой непонятный и ограниченный характер.

Согласно «Декрету о суде № 1» от 24 ноября 1917 г. подлежали упразднению окружные суды, судебные палаты и правительствующий Сенат со всеми департаментами, военные и морские суды всех наименований, а также коммерческие суды (ст. 1). Действие института мировых судей приостанавливалось (ст. 2) [9]. В Циркуляре Кассационного отдела ВЦИК 6 октября 1918 г. был дан перечень преступлений, по которым преследование осуществлялось по жалобе потерпевшего. К ним относились: всякие нарекания, клеветнические и иные измышления, оскорбления словом или в печати или действием. Они подлежали рассмотрению в местных судах в порядке возбуждения частной жалобы потерпевшим, если не были доказаны «специально хулиганский характер действий или злостная цель оскорбления в лице того или другого представителя всего строя Советской республики» [10].

Согласно ст. 10 УПК РСФСР от 1 июля 1922 г. о преступлениях, предусмотренных ст. 103, ч. 1 ст. 157, 172, 173, 174, 175 Уголовного кодекса дела возбуждаются не иначе

как по жалобе потерпевшего и подлежат прекращению в случае примирения его с обвиняемым. Примирение допускается до вступления приговора в законную силу. Если прокуратурой признано будет необходимым вступить в дело в целях охраны публичного интереса, то поддержание обвинения в этом случае принадлежит только прокуратуре и дело подлежит прекращению в случае примирения потерпевшего с обвиняемым [11]. В соответствии с Постановлением Всероссийского центрального исполнительного комитета № 15 от 25 июня 1922 г. с 1 июня

1922 г. введён в действие Уголовный кодекс РСФСР. Соответственно делами частного обвинения после революции являлись: ст. 103 УК РСФСР - самоуправство, ч. 1 ст. 157 УК РСФСР - умышленное нанесение удара, побоев или иное насильственное действие, причинившее физическую боль, ст. 172 УК РСФСР - оскорбление, нанесенное кому-либо действием словесно или на письме, ст. 173 УК РСФСР - оскорбление, нанесенное в распространённых или публично выставленных произведениях печати или изображениях, ст. 174 УК РСФСР - клевета, т. е. оглашение заведомо ложного и позорящего другого лицо обстоятельства, ст. 175 УК РСФСР - клевета в печатном или иным образом размноженном произведении [12].

В соответствии со ст. 10 УПК РСФСР от 15 февраля 1923 г. к числу преступлений, преследуемых в порядке частного обвинения, относились умышленное легкое телесное повреждение (ст. 153 УК РСФСР) и сопутствующие указанные составы ч. 1 ст. 157, 172, 173, 174, 175 УК РСФСР. Таким образом, состав самоуправства был исключён из категории дел частного обвинения. В статье указано, что примирение допускается только до вступления приговора в законную силу. Если прокуратурой признано будет необходимым вступить в дело в целях охраны публичного интереса, то поддержание обвинения в этом случае принадлежит только прокуратуре и дело не подлежит прекращению в случае примирения потерпевшего с обвиняемым. На основании ст. 270 УПК РСФСР 15 февраля

1923 г. при неявке потерпевшего или представителя его интересов по делам, где поддержание обвинения предоставлено потерпевшему (ст. 10 Уголовно-процессуального

кодекса), дело подлежит прекращению, подсудимый, однако, вправе просить о рассмотрении дела по существу, в каковом случае рассмотрение дела является для суда обязательным. Согласно ст. 282 УПК РСФСР, если подсудимый согласился с обстоятельствами, изложенными в обвинительном заключении, признал правильным предъявленное ему обвинение и дал показания, суд может не производить дальнейшего судебного следствия и перейти к выслушиванию прений сторон. Судебное следствие по делам частного обвинения начиналось чтением жалобы пострадавшего (ст. 283 УПК РСФСР). Интересно, что в случае отказа обвинителя от обвинения суд продолжал рассмотрение дела по существу. Данные требования закреплены в ст. 306 УПК РСФСР, где прописано, что обвинитель вправе отказаться от обвинения, если придёт к убеждению, что данные судебного следствия не подтверждают предъявленного обвинения. Отказ обвинителя от обвинения не освобождает суд от обязанности продолжать дело слушанием и разрешить на общем основании вопрос о правильности предъявленного обвинения и ответственности подсудимого [13].

27 октября 1960 г. был принять новый УПК РСФСР. Согласно ст. 27 УПК РСФСР от 27 октября 1960 г. дела о преступлениях, предусмотренных ст. 112 (умышленное легкое телесное повреждение или побои), ч. 1 ст. 130 (клевета), ст. 131 (оскорбление) УК РСФСР от 27 октября 1960 г. возбуждаются не иначе как по жалобе потерпевшего и подлежат прекращению в случае примирения его с обвиняемым. Примирение допускается до удаления суда в совещательную комнату для постановления приговора. В ч. 3 ст. 27 УПК РСФСР указано, что в исключительных случаях, если дела частного обвинения имеют особое общественное значение или если потерпевший в силу беспомощного состояния, зависимости от обвиняемого или по иным причинам не в состоянии защищать свои права и законные интересы, прокурор вправе возбудить такое дело при отсутствии жалобы потерпевшего. Дело, возбуждённое прокурором, направляется для производства дознания или предварительного следствия, а после окончания рассматривается судом в общем порядке. Такое дело прекращению за прими-

рением потерпевшего с обвиняемым не подлежит. В ч. 4 ст. 27 УПК РСФСР указано, что прокурор вправе в любой момент вступить в возбужденное судьей по жалобе потерпевшего дело о преступлениях, предусмотренных ст. 112, ч. 1 ст. 130 и 131 УК РСФСР, и поддерживать обвинение в суде. Вступление в дело прокурора лишает потерпевшего права на примирение [14]. УК РСФСР от 27 октября 1960 г. указывает на составы преступлений ст. 112 (умышленное легкое телесное повреждение или побои), ч. 1 ст. 130 (клевета), ст. 131 (оскорбление) [15].

В 2001 г. был принят УПК РФ, который включил в себя отдельную главу производства по делам, подсудным мировому судье, полностью описывая в ней производство по делам частного обвинения.

Таким образом, институт частного обвинения является родоначальником уголовного процесса современной России. Исходя из положений Русской Правды данный нормативный акт можно было определить как кодекс частного права, где все субъекты являлись физическими лицами. В ходе исторического пути развития изначально в судах не было деления на процедуры рассмотрения уголовного или гражданского иска. Все дела разрешались по подобию гражданских дел. Далее, исходя из конкретной исторической обстановки, пути развития, сохранения целостности политического стоя и соблюдения общепринятых норм и правил поведения, государство вынуждено было вмешиваться в дела частные и придавать им публичный характер, акцентируя внимание на перечне составов уголовно наказуемых деяний и порядке их рассмотрения, сужая тем самым категорию дел частного обвинения до менее существенных либо полностью вторгаясь в дела частные, подменяя их публичным интересом. Можно выделить девять этапов развития института частного обвинения в России.

1. Первый этап - это зарождение и появление института частного права как такового со времен Русской Правды, которая дошла до нас в трёх основных редакциях: Краткая, Пространная и Сокращенная. Русскую Правду можно определить как кодекс частного права, где все её субъекты являлись физическими лицами, кроме холопа, который

был бесправным субъектом, а ответственность за холопа нес его хозяин.

2. Эпоха политической раздробленности (Х11-ХУ вв.) стала вторым этапом развития отечественного судоустройства и уголовного судопроизводства и частного обвинения в частности. В этот период происходит постепенное расширение юрисдикции княжеского суда на фоне существования общинных судебных органов и практики применения традиционных способов разрешения конфликтов - третейского суда и так называемого «вольного ряда» (договора между сторонами конфликта).

3. Третий этап - это эпоха образования и развития централизованного Российского Московского государства ХУ-ХУ11 вв., характеризующаяся централизацией государственной власти, обострением противостояния различных сословий. В данный период происходит усиление центральной государственной власти на Руси, а в области уголовного права - отказ от начал кровной мести, вопросы ответственности относятся к исключительной юрисдикции государства.

4. Четвертый этап тесно связан с принятием 15 августа 1845 г. Уложения о наказаниях уголовных и исправительных. Это первый крупный систематизированный уголовно-правовой акт, который указывал на категорию дел, подлежащих прекращению в связи с примирением с заявителем.

5. Пятый этап напрямую связан с Судебной реформой 1864 г., где установлено первое отчётливое упоминание о процедуре рассмотрения дел частного обвинения. Данные положения встречаются в Судебных уставах от 20 ноября 1864 г. с изложением рассуждений, на коих они основаны, а именно в «Уставе уголовного судопроизводства», подписанного Александром II в Царском Селе 20 ноября 1864 г., а также в «Уставе о наказаниях, налагаемых мировыми судьями» от 20 ноября 1864 г.

6. Шестой этап - это период с 24 ноября 1917 г. по 1 июля 1922 г. Этот временной отрезок характеризуется разрушением исторических основ формирования института частного обвинения как такового и принятием законодательных актов советской власти, необходимых для установления режима военного коммунизма.

7. Седьмой этап с 1 июля 1922 г. и до 27 октября 1960 г. связан с принятием УПК РСФСР от 1 июля 1922 г. и УПК РСФСР от 15 февраля 1923 г. и определением категории дел частного обвинения при сопоставлении с позицией государства при вмешательстве в дела частные, которые при дальнейшем вмешательстве государства становились фактически публичными.

8. Восьмой этап с 27 октября 1960 г. по 2001 г. характеризуется принятием УПК РСФСР от 27 октября 1960 г., в котором институт частного обвинения был сохранён, хотя такого термина текст закона не содержал. В ст. 27 УПК РСФСР был дан перечень преступлений, преследуемых в порядке частного обвинения. Вместе с тем были усилены публичные начала: за прокурором было закреплено право вступать в уже возбуждённое дело частного обвинения, если того требует охрана государственных или общественных интересов или прав граждан (ч. 4 ст. 27 УПК РСФСР), а также право возбуждать подобные уголовные дела по собственной инициативе при определённых условиях.

9. Современный этап развития института частного обвинения обусловлен изменением отношения государства и общества к правам и законным интересам человека и гражданина. Производство по делам частного обвинения стало автономной формой уголовного судопроизводства лишь с принятием УПК РФ 2001 г., который отнес частное обвинение к разновидности уголовного преследования и регламентировал порядок производства по делам этой категории в отдельной главе.

По итогам анализа истории развития частного обвинения применительно к действующей модели уголовно-процессуального кодекса России предлагается внести следующие изменения с целью усовершенствования процедуры рассмотрения дел данной категории. При проекции дел частного обвинения Царской России согласно действующему уголовному законодательству настоящего времени список дел частного обвинения был гораздо шире. В дела частного, т. е. личного, обвинения входили помимо основных составов ч. 1 ст. 115 УК РФ, ч. 1 ст. 116 УК РФ, ст. 128.1 УК РФ следующие составы, предусмотренные действующей редакцией Уголовного кодекса России: ст. 119 УК РФ -

угроза убийством, ст. 157 УК РФ - уклонение от уплаты алиментов, ч. 1 ст. 158 УК РФ - кража, т. е. тайное хищение чужого имущества (при хищении имущества родственниками), ч. 1 ст. 159 УК РФ - мошенничество, т. е. хищение чужого имущества или приобретение права на чужое имущество путём обмана или злоупотребления доверием (при хищении имущества родственниками), ч. 1 ст. 160 УК РФ - присвоение, т. е. хищение чужого имущества, вверенного виновному (при хищении имущества родственниками), ст. 167 УК РФ - умышленное уничтожение или повреждение чужого имущества, ст. 330 УК РФ - самоуправство. Представляется, что при расширении списка дел частного обвинения и внесении изменений в ч. 2 ст. 20 УПК России будет соблюдена не только историческая преемственность, но и логическая структура составов дел небольшой тяжести, подсудных мировому судье при скорейшем доступе к правосудию потерпевшего при соблюдении разумного срока уголовного судопроизводства, что в полной мере будет соответствовать ст. 6.1 УПК РФ. Закономерна позиция невмешательства государства при предъявлении «уголовного иска» со стороны потерпевшего по делам указанной категории непосредственно в суд и дальнейшей возможности примирения без уголовно-правовых последствий для привлекаемого лица и разрешения дела миром. Одновременно государство в лице полиции может оказывать потерпевшему помощь в сборе и предоставлении доказательств до суда и для суда.

Непонятна позиция законодателя в ходе изучения действующей редакции УПК РФ по решению, принимаемому в порядке п. 5 ч. 2 ст. 24 УПК РФ относительно промежуточного, а порой и окончательного решения по заявлению лица по делу частного обвинения об отказе в возбуждении дела при отсутствии заявления потерпевшего, если уголовное дело не может быть возбуждено иначе как по его заявлению. Представляется, что пострадавшее лицо, обратившееся в полицию для оказания помощи может не надеяться на помощь государства и решать свои проблемы самостоятельно относительно предъявления «уголовного иска» в мировой суд. По нашему мнению, у правоприменителя нет необходимости в процедуре возбуждения уголовно-

го дела по «уголовному иску» частного обвинения, но есть обязанность в силу ч. 2 ст. 21 УПК РФ по надлежащему закреплению события и следов преступления, изобличению лица, совершившего преступление и надлежащей передаче материалов по уже заявленному в полицию «уголовному иску» мировому судье для принятия соответствующего процессуального решения в пределах компетенции. Данное обстоятельство связано ещё с тем, что дела частного обвинения в силу закона тесно связаны с делами публичного обвинения и квалифицировать состав преступления на первоначальном этапе подачи заявления по делам о причинении телесных повреждений без заключения судебно-медицинского исследования невозможно. Вопрос стоит в том, что делать органу дознания, следователю, руководителю следственного органа, если в ходе проверки обнаружен состав преступления частного обвинения. УПК РФ в действующей редакции даёт однозначные ответ - прекращать разбирательство и выносить постановление об отказе в возбуждении уголовного дела при отсутствии заявления на имя мирового судьи либо направлять заявление, адресованное полиции, в суд. В этой связи предлагается внести в п. 5 ч. 2 ст. 24 УПК РФ изменения относительно вынесения промежуточного пресекательного процессуального решения об отказе в возбуждении уголовного дела при наличии письменного отказа заявителя по делу частного обвинения о нежелании привлечения к уголовной ответственности конкретного лица. При этом заявителю необходимо разъяснить, что отказ препятствует повторному обращению с заявлением в мировой суд по тому же преступлению в отношении того же лица, т. е. по тому же предмету «уголовного иска» и по тем же основаниям и к тому же лицу. Также возможен и такой исход, что в ходе проверки будет установлено, что заявитель желает предъявлять «уголовный иск» по делу частного обвинения в суд и предъявляет его через полицию. При этом орган дознания и следователь фактически наделены соответствующим правом по направлению выявленных материалов в суд на основании п. 3 ч. 1 ст. 145 УПК РФ. Однако законодатель не обязывает орган дознания, дознавателя, следователя, руково-

дителя следственного органа к соответствующей процессуальной форме передаче сообщения, т. е. заявления, и возлагает указанную обязанность в силу ч. 5 ст. 318 УПК РФ на частного обвинителя. Предлагается ч. 1 ст. 145 УПК РФ дополнить п. 3.1. о том, что при передаче сообщения - заявления частного обвинителя на имя мирового судьи по уголовным делам частного обвинения в мировой суд в соответствии ч. 2 ст. 20 УПК РФ орган, направивший заявление в суд, должен отразить данные, указанные в п. 5 ч. 1 ст. 318 УПК РФ. Вызывают также вопрос понятия «заявления» в ч. 2 ст. 20 УПК РФ и «сообщения», указанного в п. 3 ч. 1 ст. 145 УПК РФ. В ч. 2 ст. 20 УПК РФ чётко указано, что дела частного обвинения возбуждаются не иначе как по заявлению потерпевшего. В п. 3 ч. 1 ст. 145 УПК РФ говорится о передаче сообщения по делу частного обвинения в суд в соответствии с ч. 2 ст. 20 УПК РФ. Налицо пробел в праве относительно двух разных понятий, где первое - это заявление потерпевшего, а второе - сообщение органа, выявившего состав уголовно-наказуемого деяния по делу частного обвинения без волеизъявления потерпевшего - частного обвинителя. Законодатель также не говорит ничего о том, что делать мировому судье при получении сообщения о наличии состава уголовно наказуемого деяния по делу частного обвинения без волеизъявления потерпевшего. Видится целесообразным внести изменения в ч. 1 ст. 318 УПК РФ относительно того, что уголовные дела - «уголовные иски» о преступлениях, указанных в ч. 2 ст. 20 УПК РФ, в отношении конкретного лица принимаются к производству путём подачи потерпевшим или его законным представителем заявления в суд либо путём подачи соответствующего заявления на имя мирового судьи через полицию. При этом при подаче заявления через полицию последняя проводит в силу ч. 2 ст. 21 УПК РФ предварительные мероприятия по надлежащему закреплению события и следов преступления, изобличению лица, совершившего преступление и надлежащей передаче материалов по уже заявленному в полицию «уголовному иску» мировому судье в соответствии с ч. 1 ст. 145 УПК РФ, отразив данные, указанные в п. 5 ч. 1 ст. 318 УПК РФ. Норма закона, предусматривающая в

УУС предварительное разыскивание, могла бы найти отражение в действующем УПК РФ, так как основная проблема дел частного обвинения обусловлена их спецификой (обращение в суд с «уголовным иском» без «предварительной консервации доказательств», т. е. без фактических доказательств, а только с данными с указанием свидетелей). Немаловажную роль по делу частного обвинения играют предметы преступной деятельности по делам не только о причинении вреда здоровью, но и о клевете. Более того, осмотр места происшествия, помимо показаний потерпевшего, является основополагающим доказательством определения места совершения преступления. Поручение мирового судьи в адрес полиции либо мирового судьи соответствующего участка о производстве следственного действия (осмотр места происшествия, изъятие предметов, установление и допрос свидетелей) являлось бы закономерным продолжением исторического опыта и способствовало бы более тщательному рассмотрению дел указанной категории. В этой связи предлагается внести изменения в ст. 321 УПК РФ, дополнив её ч. 7, о том, что в ходе судебного следствия по делу частного обвинения мировой судья может поручить органу дознания, дознавателю, руководителю следственного органа либо мировому судье соответствующего судебного участка производство следственных действий, а именно: осмотра места происшествия, выемки предметов, осмотра предметов и документов, допроса свидетелей. Поручение подлежит обязательному исполнению в течении 10 дней с момента поступления исполнителю. Производство по делу частного обвинения при направлении поручения приостанавливается до получения результатов поручения. Данное обстоятельство позволило бы в полной мере реализовать принцип полноты и объективности рассмотрения дела в суде.

В ст. 88 УУС указано, что мировой судья разбирает дела изустно и публично. В п. 1 ст. 89 УУС указано, что при закрытых дверях разбираются только дела о проступках против прав семейственных, в п. 3 - о проступках, преследуемых не иначе как по жалобам частных лиц, когда обе стороны просят о негласном разбирательстве дела. В ст. 241 УПК РФ в действующей редакции данные обстоя-

тельства не указаны. Представляется целесообразным внести изменения в указанную статью относительно возможности закрытого судебного разбирательства по делу частного обвинения и дополнить ч. 2 указанной статьи п. 5 со следующей формулировкой «закрытое судебное разбирательство допускается на основании определения или постановления мирового судьи по делу частного обвинения на основании ходатайства частного обвинителя и подсудимого».

Из п. 5 ст. 142 УУС проведена прямая преемственность в ст. 173 ГПК РФ действующей редакции относительно занесения в протокол судебного заседания условий примирения сторон. Представляется целесообразным, чтобы данное обстоятельство нашло отражение и в УПК РФ действующей редакции. Предлагается ст. 319 УПК РФ дополнить п. 5.1. относительно занесения в протокол судебного заседания условий примирения сторон и подписания указанного протокола частным обвинителем и подсудимым по аналогии с ч. 1 ст. 173 ГПК РФ.

На основании ст. 270 УПК РСФСР 15 февраля 1923 г. при неявке потерпевшего или представителя его интересов по делам, где поддержание обвинения предоставлено потерпевшему (ст. 10 Уголовно-процессуального кодекса), дело подлежит прекращению, подсудимый, однако, вправе просить о рассмотрении дела по существу, в каковом случае рассмотрение дела является для суда обязательным. Данное положение полностью сопоставимо с требованиями ГПК РФ в действующей редакции относительно волеизъявления и диспозитивности стороны при заявленном иске. В ст. 222 ГПК РФ перечислен исчерпывающий перечень оснований оставления заявления без рассмотрения. Предполагая, тот факт, что дела частного обвинения - это «уголовный иск», считаем целесообразность внедрения положений ГПК РФ в редакцию действующего УПК РФ неоспоримой. Согласно ст. 222 ГПК РФ суд оставляет заявление без рассмотрения по существу, если истец, не просивший о разбирательстве в его отсутствие, не явился в суд по вторичному вызову, а ответчик не требует рассмотрения дела по существу. В соответствии с ч. 3 ст. 249 УПК РФ действующей редакции по уголовным делам частного обвинения неявка

потерпевшего без уважительных причин влечёт за собой прекращение уголовного дела по основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 ст. 24 настоящего Кодекса. Предполагается внести изменения в ч. 3 ст. 249 УПК РФ и изложить в следующей редакции. Суд оставляет заявление частного обвинителя без рассмотрения, если частный обвинитель не явился в суд по вторичному вызову, а подсудимый не требует рассмотрения дела по существу. Оставление заявление частного обвинителя без рассмотрения не лишает его права на повторное обращение в суд. Внесение изменений в указанной редакции способствовало бы логической структуре УПК РФ. Данная позиция обоснована тем, что по смыслу закона нелогично при наличии установленного состава преступления при нарушенном праве одного лица выносить решение о прекращении уголовного дела в связи с отсутствием состава преступления только из-за неявки потерпевшего.

Подводя итог исследования истории развития и становления института частного обвинения России, можно прийти к выводу о том, что институт частного обвинения является первичным по сравнению с институтом публичного обвинения. Частное обвинение явилось основополагающим институтом для уголовного процесса нашей страны. В ходе истории, в процессе усиления публичных начал и вмешательства государства в уголовную политику институт частного обвинения претерпевал изменения, но сохранил свои истоки. Проблемы института частного обвинения современной России специфичны и в первую очередь обусловлены пробелами в действующем законодательстве, а не дис-позитивными началами и юридической неграмотностью потерпевшего - частного обвинителя. Представляется, что государство обязано оказывать помощь пострадавшему лицу по делу частного обвинения в пределах заявленного «уголовного иска», так как лицо обращается к государству и суду для защиты своих частных интересов. Одновременно с оказанием помощи следует соблюдать баланс

невмешательства государства в дела частные и расценивать заявленный уголовный иск как способ защиты нарушенного права, давая сторонам право на примирение без уголовно-правовых последствий.

1. Челъцов-Бебутов М. А. Курс уголовно-процессуального права. - СПб., 1995. - С. 40-41.

2. Русская Правда // Российское законодательство Х-ХХ вв. Законодательство Древней Руси. - М., 1994. - Т. 1. - С. 47-49, 64-73.

3. Российское законодательство Х-ХХ веков. Законодательство периода образования и укрепления Русского централизованного государства. - М., 1985. - Т. 1. - С. 356-358.

4. Там же. - Т. 2. - С. 52-64.

5. Там же. - С. 54-62, 97-128.

6. Там же. - С. 313.

7. Уложение о наказаниях уголовных и исправительных 1845. - СПб., 1845. - С. 783-865.

8. Судебные Уставы 20 ноября 1864 года, с изложением рассуждений, на коих они основаны. Часть вторая. - СПб., 1866. - С. 26.

9. Декрет СНК РСФСР от 24 ноября 1917 г. «О Суде» // СУ РСФСР. - 1917. - № 4. -С. 50.

10. Циркуляр Кассационного отдела ВЦИК // История законодательства СССР и РСФСР по уголовному процессу и организации суда и прокуратуры. 1917-1954 гг. : сборник документов. - М., 1955. - С. 58-59.

11. Постановление ВЦИК от 25 мая 1922 г. «Об уголовно-процессуальном кодексе» (вместе с «Уголовно-процессуальным кодексом Р.С.Ф.С.Р.») // СУ РСФСР. - 1922. - № 20-21. - С. 230.

12. О введении уголовного кодекса РСФСР в действие : Постановление ВЦИК от 24 мая 1922 г. // СУ РСФСР. - 1922. - № 15.

13. Постановление ВЦИК от 15 февраля 1923 г. «Об утверждении уголовно-процессуального кодекса Р.С.Ф.С.Р.» (вместе с «Уголовно-процессуальным кодексом Р.С.Ф.С.Р.») // СУ РСФСР. - 1923. - № 7. - С. 106.

14. Закон РСФСР от 27 октября 1960 г. «Об утверждении уголовно-процессуального кодекса РСФСР» (вместе с кодексом) // Ведомости ВС РСФСР. - 1960. - № 40. - С. 592.

15. Уголовный кодекс РСФСР. Официальный текст с изменениями и дополнениями на 21 мая 1970 г. с приложением постатейно-систематизированных материалов. - М. : Юридическая литература, 1970. - С. 7.