Психологическое здоровье и образование человека

УДК 316.6

ПСИХОЛОГИЧЕСКОЕ ЗДОРОВЬЕ И ОБРАЗОВАНИЕ ЧЕЛОВЕКА

А. В. Шувалов

Центр развития творчества детей и юношества «Лефортово» E-mail: virtus@front.ru

В статье представлены результаты исследования, проведенного в рамках научного проекта «Антропология социально-психологического здоровья детства»; рассматривается проблема психологического здоровья в научном и мировоззренческом аспектах; приведен сравнительный анализ подходов к этой проблеме; сформулированы основные положения теории психологического здоровья; представлена его антропологическая модель. Ключевые слова: психологическое здоровье, субъективная реальность, со-бытийная общность, самотрансценденция, антропо-практика.

Psychological Health and Education of the Person

A. V. Shuvalov

In article presents the results of research conducted under the scientific project «Anthropology of the socio-psychological health of child-hood».

Key words: psychological health, subjective reality, co-existence community, self-transcendence, anthropological practice.

II Всероссийский съезд психологов образования (Пермь, 1995 г.) постановил, что одной из главных целей деятельности педагогов-психологов является профессиональная забота о психологическом здоровье детей дошкольного и школьного возраста. Это решение нашло отражение в нормативно-правовых документах службы практической психологии образования. Так, понятие «психологическое здоровье» входило в профессиональный лексикон, таким образом, вокруг него складывалась двусмысленная ситуация: с одной стороны, в самом общем, интуитивно понятном значении оно было предложено как смыслообразующая и системообразующая категория профессионализма практических психологов образования, с другой -критиковалось за метафоричность (многозначность содержания и широту контекстов употребления). Исследования, проведенные в рамках проекта «Антропология социально-психологического здоровья детства», последовательно преодолевают это противоречие. Данный проект составил одно из стратегических направлений фундаментальных исследований «Антропологические основы развивающего дошкольного образования», реализуемых Институтом психолого-педагогических проблем детства РАО.

Здоровье человека относится к числу наиболее интригующих, сложных и не утрачивающих своей актуальности проблем. Мнимая простота его обыденного понимания не должна вводить

в заблуждение. Тема здоровья связана с фундаментальными аспектами человеческой жизни, имеет не только рационально-прагматический, но и мировоззренческий уровень рассмотрения соответственно, выходит за рамки узкопрофессионального обсуждения. Поэтому прежде чем углубляться в ее психологические нюансы, определимся с исходными вопросами, а именно

- представлениями о сути здоровья с позиций современного гуманитарного познания.

В современной науке понятие «здоровье» не имеет общепринятого унифицированного толкования, характеризуется многозначностью и неоднородностью состава (оно синкретично). Согласно определению, которое было приведено в преамбуле Устава Всемирной организации здравоохранения (ВОЗ) в 1948 г., здоровье - это такое состояние человека, которому свойственно не только отсутствие болезней или физических дефектов, но и полное физическое, душевное и социальное благополучие. Формулировка «полное благополучие» нуждается в уточнениях и подвергается критике за слабую практическую направленность.

Знакомясь с трудами, представляющими вариации научного подхода к проблеме здоровья, помимо общепринятых сетований на сложность вопроса мы встречаем такие интерпретации как «оптимальное функционирование организма», «динамическое равновесие организма с окружающей природной и социальной средами», «способность индивида полноценно реализовывать свои биологические, психические и социальные функции», «полнокровное существование человека» и т. п. В зависимости от выбора дисциплины и соответствующей ей рациональной основы выводятся биологический, медицинский, экологический, социальный, демографический, экономический, психологический, педагогический, культурологический критерии здоровья как ориентиры для реализации практики здоровьесбережения. Исчерпывающие дефиниции понятия «здоровье», видимо, остаются делом будущего. Тем не менее можно выделить ряд общих положений:

здоровье является одной из базовых ценностей в жизни людей, это состояние, близкое к идеальному. Как правило, человек не бывает на протяжении всей своей жизни вполне здоровым;

в первом приближении здоровье - это сложный, многомерный феномен, отражающий

© Шувалов А. В., 2012

модусы человеческой реальности: телесное существование, душевную жизнь и духовное бытие. Соответственно, возможна оценка соматического, психического и личностного (в сложившейся терминологической традиции - психологического) здоровья человека;

сегодня безусловно признается эффект взаимовлияний «духа», «души» и «тела» на общее состояние здоровья человека;

здоровье - это одновременно состояние и сложный динамический процесс, включающий созревание, формирование и работу физиологических структур организма, развитие и функционирование психической сферы, личностное становление, переживания и поступки человека;

это - культурно-историческое, а не узкомедицинское понятие: в разное время в разных культурах граница между здоровьем и нездоровьем определялась по-разному;

категория «здоровье» изначально коррелятив-на полюсу индивидуальности: состояние здоровья персонифицировано и предполагает в каждом отдельном случае конкретное рассмотрение;

человек может быть здоров при определенных условиях жизни (экологические и климатические особенности, качество питания, режим труда и отдыха, социокультурная атмосфера и др.). Обстановка, благоприятная для одного, может оказаться неприемлемой и болезнетворной для другого. Выявление общих факторов здоровья позволяет определить принципы и разработать технологии здоровьесбережения;

динамика здоровья преимущественно зависит от образа жизни человека и далее, по мере убывания, - от наследственности, влияния окружающей среды, качества медицинских услуг;

для оценки состояния здоровья человека необходимы, с одной стороны, эталонный образец благополучия, с другой - понимание закономерностей возникновения и течения болезней. В этом качестве выступают системы научных представлений о норме и о патологии;

здоровье и болезнь относятся к числу диалектических, взаимодополняющих понятий: их изучение связано с осмыслением природы и сущности человека.

Внимание к проблеме психологического здоровья с исторической точки зрения выглядит вполне закономерным. Чтобы убедиться в этом, достаточно проследить логику развития психологической науки и эволюцию понимания проблемы нормы в психологии. Начальный период становления современной психологии назван классическим. Здесь безальтернативным объектом изучения была психика как свойство высокоорганизованной живой материи, предметом исследований стали психические явления в живой природе, в основу познания легли причинно-следственные объяснительные схемы. Психология развивалась по образцу естественных наук. Следующий этап

- неклассической психологии - ознаменовался за-

рождением гуманитарной стратегии исследования «психики человека», попытками преодоления феноменологии психического и вхождения в феноменологию человеческой реальности. Его зачинателем по праву считается З. Фрейд, но кульминацией неклассической психологии стали две ветви мировой психологии: «западная», гуманистическая и «советская», культурно-историческая. Сегодня мы являемся свидетелями и в меру сил участниками разворачивания третьего этапа - постнеклассиче-ской психологии. Работы В. Франкла1 и С. Л. Рубинштейна2 обозначили начало поворота психологической науки к сущностным характеристикам человека. В современной психологии идет «как бы собирание гуманитарного мировоззрения»3, «поиск средств и условий становления полного человека: человека - как субъекта собственной жизни, как личности во встрече с Другими, как индивидуальности перед лицом Абсолютного бытия»4. Оформляется антропная психология, ориентированная на человеческую реальность во всей полноте ее духовно-душевно-телесных измерений, нацеленная на изучение проблем существования человека в мире.

Восхождение от психофизиологических к метаантропологическим аспектам бытия повлекло преобразование системы психологического знания и пересмотр ее основных проблем. В отношении проблемы нормы такими шагами стали:

перемещение фокуса исследований с психического аппарата на специфически человеческие проявления;

понимание психической нормы как нормы развития: это процесс, а не состояние бытия; это направление, а не конечный путь5; это тенденция, собственно развитие, т. е. не некое место пребывания, состояние, а движение, полное риска6;

переход от заимствования способов решения проблемы в смежных науках к разработке психологических (как правило, описательных) моделей здоровья;

возникновение (как бы в противовес клинической психологии) психологии здоровья как самостоятельного раздела научных знаний и их практических приложений;

принципиальное различение терминов «психическое здоровье» и «психологическое здоровье»: первый характеризует отдельные психические процессы и механизмы, второй относится к личности в целом, находится в тесной связи с высшими проявлениями человеческого духа7;

выделение психологического здоровья человека в качестве центрального объекта исследований психологии здоровья.

Определение «психологическое здоровье человека» состоит из двух категориальных словосочетаний: психология здоровья и психология человека. На стыке этих областей знания возникают психологические модели, рассматривающие проблему здоровья с человековедческой позиции. В многообразии мнений и течений постепенно

сформировались общие контуры теории психологического здоровья:

понятие «психологическое здоровье» фиксирует сугубо человеческое измерение, по сути, являясь научным эквивалентом здоровья духовного;

проблема психологического здоровья - это вопрос о норме и патологии в духовном развитии человека;

основу психологического здоровья составляет нормальное развитие человеческой субъектив-

ности8;

определяющими критериями психологического здоровья являются направленность развития и характер актуализации человеческого в человеке.

Историческая инициатива в постановке и разработке проблемы психологического здоровья принадлежит видным западным ученым гуманистической ориентации - Г. Олпорту, К. Роджерсу,

А. Маслоу. Сосредоточив научную и практическую деятельность на специфически человеческих проявлениях и общечеловеческих ценностях, гуманистическое течение оформилось на рубеже 1950-60 гг. Несмотря на разноголосицу внутри самого течения и размытость его границ, гуманистическая психология была признана в качестве новой психологической парадигмы, преимущественно проповедующей самобытность и самодостаточность человека. Вместе с ней в профессиональный лексикон входят пока еще «поэтико-метафорические» термины, определяющие качество индивидуальной жизни, в их числе - психологическое здоровье. Появляются работы по созданию психологических моделей здоровой личности, существенно обогатившие рациональный взгляд на проблему нормы: Г. Ол-порт, введя представление о проприативности9 человеческой природы, составил образ психологически зрелой личности10; К. Роджерс, настаивая на том, что человек наделен врожденным, естественным стремлением к здоровью и росту, раскрыл образ полноценно функционирующей личности11; А. Маслоу на основе теории мотивации личности создал образ самоактуализиро-

12

ванного, психологически здорового человека . Резюмируя доводы упомянутых и других, не менее именитых авторов, можно утверждать, что с точки зрения гуманистического подхода, питающего безусловное доверие к человеческой природе, общим принципом психологического здоровья является стремление человека стать и оставаться самим собой, несмотря на перипетии и трудности индивидуальной жизни.

Гуманистический подход стал рубежом в развитии психологии, способствовал преодолению редуцированного восприятия человека в науке, скорректировал профессиональные принципы в гуманитарных сферах (прежде всего, в образовании и здравоохранении), придал мощный импульс становлению практики психологической помощи людям. В период освоения профессии он вооду-

шевлял и автора этих строк. Критически осмыслив и соотнеся гуманистическую доктрину с опытом практической работы, можно признать, что далеко не все ее идеи и идеалы воспринимаются сегодня однозначно.

Гуманистическая психология реализовала установку персоноцентрического сознания, для которого «самость» есть основополагающая и конечная ценность. Такая позиция больше соответствует укладу языческого мира, только объектом поклонения (идолом, кумиром) людей становятся не природные силы как живые сущности, а их собственная природа (натура), нормой жизни -самоутверждение и самовыражение во всех доступных формах, целью жизни - земные блага. Суть такого рода «природной духовности» проявляется в стремлении к человекобожеству, когда индивид старается приравнять себя к Богу, так и не потрудившись стать человеком. В наше время эта тенденция оформилась в культ вожделенной успешности и приобрела характер социальной догмы. В действительности, замыкание индивида в своем самосовершенствовании ради самосовершенствования чаще приводит к обессмысливанию бытия и общему снижению жизнеспособности.

Справедливости ради заметим, что установка на самоактуализацию получила неоднозначную оценку и среди гуманистически ориентированных психологов. Хорошо известна точка зрения

В. Франкла, утверждавшего, что самоактуализация - это не конечное предназначение человека: «Лишь в той мере, в какой человеку удается осуществить смысл, который он находит во внешнем мире, он осуществляет и себя <.. .> Подобно тому, как бумеранг возвращается к бросившему его охотнику, лишь если он не попал в цель, так и человек возвращается к самому себе и обращает свои помыслы к самоактуализации, только если он промахнулся мимо своего призвания»13.

Отечественные психологи, когда были сняты идеологические барьеры и появилась возможность осваивать и осмысливать мировой опыт, отреагировали на представления о психологическом здоровье со всей широтой российского характера: заинтересованно (стараясь вникнуть в существо вопроса), популистски (апеллируя к ним по поводу и без), настороженно (усматривая в них опасность утраты психологией «суверенитета»: дескать, здоровье - это вотчина эскулапов), скептически (усомнившись в актуальности и практической значимости проблемы), критически (пеняя на метафоричность понятия, неохваченность его формальной дефиницией). Оставив эмоции, можно констатировать, что тема выдерживает испытание временем: психологическое здоровье детей рассматривается сегодня как смыслообразующая и системообразующая категория профессионализма практических психологов образования; психологические факультеты готовят специалистов соответствующего профиля14; отечественная наука предложила иные основания

и принципы рассмотрения проблемы психологического здоровья, сообразные нашей культурной традиции и ментальности. Они последовательно реализованы в русле гуманитарно-антропологического подхода.

Центральной для гуманитарно-антропологического подхода в психологии является идея возможности и необходимости восхождения человека к полноте собственной реальности. Ее суть отражена в ключевых понятиях: «гуманитарный» происходит от лат. humus - «почва» и humanus

- «человечный» и подразумевает пространство зарождения и вынашивания человеческих качеств и способностей, духовную укорененность и культурную преемственность человека; «антропологический» является производным от греч. anthropos

- «человек», символизирует сущностные силы и надобыденную устремленность человека. Методологическую основу подхода составляет антропологическая теория развития, в которой описаны общие закономерности становления собственно человеческого в человеке в пределах его индивидуальной жизни (В. И. Слободчиков)15. Парадиг-мальное отличие и эвристическая ценность подхода состоит в том, что он постулирует антиномию человеческой субъективности (самости): она есть средство («орган») саморазвития человека, и она же должна быть преодолена (преображена) в его духовном возрастании.

В сравнении с мировоззренческим контекстом гуманистической психологии, сосредоточенной на индивидуальной сущности человека, гуманитарно-антропологический подход представляет собой соотнесение рациональной психологической мысли с отеческой духовной и культурной традицией (табл. 1). Здесь «человеческое бытие становится самим собой лишь превращаясь в со-бытие, когда свобода как любовь к Себе развивается до свободы как любви к Другому. Во всеполноте развившихся свободы и любви в нас пробуждается Личность Бога. И всякий раз, когда мы относимся к Другому как к своему Ты, в таком отношении проглядывает божественное»16.

В антропологической модели психологического здоровья его условия и критерии могут быть выведены и раскрыты исходя из онтологии человеческого способа жизни17. Здесь уместно вспомнить очень точное замечание В. Франкла: «Отличительным признаком человеческого бытия является сосуществование в нем антропологического единства и онтологических различий, единого человеческого способа бытия и различных форм бытия, в которых он проявляется»18. В психологической антропологии в качестве предельных оснований, конституирующих «человеческое в человеке», были выделены сознание, деятельность и общность19. Они взаимно полагают и пронизывают друг друга, здесь - все во всем (!); они одновременно и следствия, и предпосылки друг друга, сохраняющие при этом свою специфику. Соответственно, человек - это

существо деятельное, способное к созиданию и осознанным преобразованиям; сознательное, способное принимать осмысленные решения и отдавать себе отчет в сделанном; общественное, укорененное в сложной системе связей и отношений с другими людьми.

Если не вдаваться в обширную конкретизацию (это особая работа и предмет обсуждений), то в пространстве обозначенных онтологических оснований в предельно концентрированном виде можно выделить нормативные образы, предельные качества и запредельную форму бытия человека. Получается своего рода матрица сущностных (родовых) характеристик человека (табл. 2), которая позволяет выделить атрибуты психологического здоровья и основные формы отклонений (табл. 3).

Человек здесь предстает в различных обликах: бытие в качестве субъекта (функциональное и обыденное), индивидуальности (единичное и уникальное) и личности (целостное и над-обыденное). Психологическая антропология призвана вместить и соотнести их между собой как разные уровни субъективной реальности, объединенные возможностью и необходимостью обретения человеком полноты своего бытия. Проницательный ум уловит в общем устроении человеческой субъективности действие закона иерархии (соподчинения), связующего и обеспечивающего внутреннее согласие. Так периферия субъективности - «функциональное Я» - в процессе своего формирования не только стимулирует индивидуализацию человека, но и подчиняется ей. В поиске своего места и назначения в мире человек начинает «функционировать»: размышлять, рассуждать, действовать, принимать решения и совершать поступки - от первого лица. Но его развитие отнюдь не сводится к актуализации и гегемонии «индивидуального Я». На протяжении всего жизненного пути человек непрестанно экзаменуется мучительной проблемой добра и зла и вытекающей из нее проблемой достойного и недостойного бытия в мире. Необходимость делать нравственный выбор пробуждает самую сердцевину внутреннего мира - «духовное Я». В нем приоткрывается сокровенная тайна личности, которая делает человека потенциально бесконечно богатым и в то же время актуально незавершенным20. Подлинной опорой и ориентиром здесь становится исконная духовная традиция, в которой есть прямое наставление человеку стараться быть лучше и выше самого себя, чтобы не пасть ниже. Бытие «в горизонте личности» может приносить страдание и требует мужества, однако именно оно может дать и наслаждение полнотой жизни.

Атрибуты психологического здоровья (в их сложившемся понимании) выглядят не иначе как достояние зрелости. Психологическая антропология указывает на неслучайный характер данного обстоятельства: «процесс саморазвития - как

Таблица 1

Основные подходы к проблеме психологического здоровья

Подход

Г уманистический Г уманитарно-антропологический

Аксиологический аспект «Общечеловеческие» гуманистические ценности, приоритет прав и свобод человека Традиционные духовно-нравственные и культурные каноны, приоритет ценности и достоинства человека

Оценка человеческой природы Оптимистическая: человек по своей природе добр и наделен врожденным, естественным стремлением к здоровью и росту Реалистическая: в человеке противоборствуют разнообразные потенции - от благородных до безобразных, в мотивах и поступках могут быть проявлены и одни, и другие

Человеческое в человеке Все, что помогает человеку стать и оставаться самим собой Все, что побуждает стремление и волю быть выше себя

Нормативный вектор развития и саморазвития человека Самоактуализация - максимально полное воплощение своих способностей и возможностей Универсализация - выход за пределы сколь угодно развитой индивидуальности и одновременно вхождение в пространство в универсального со-бытия

Основа психологического здоровья Личностный рост как утверждение самости в наращивании способности полноценного функционирования в условиях индивидуальной жизни Духовное возрастание как преодоление самости в развитии способности к децентрации, самоотдаче и любви

Максима психологического здоровья Стремление к самотождественности: быть самим собой Стремление к полноте человеческого бытия: быть выше себя

Установки психологической практики Эмпатическое слушание, феноменологическое проникновение и безоценочное отношение: человека нужно принимать таким, каков он есть; психологическая помощь осуществляется «по ту сторону добра и зла»; фасилитация личностного роста человека преимущественно недирективными психотерапевтическими средствами Доминанта на другом и участная вненаходи-мость: сопереживание человеку при критичном отношении к отрицательным проявлениям его нрава; психологическая помощь затрагивает духовно-душевную сущность человека и в силу этого соотносима с нравственными аспектами жизни, с проявлениями «проблемы добра и зла»; диалогические формы контакта, ориентированные на пробуждение в человеке его духовного (Истинного) «Я»

Мировоззренческая ориентация Неоязыческая: эволюция человека как человекобожества

сущностная форма бытия человека - начинается вместе с жизнью и разворачивается внутри нее; но человек долгие годы - нередко и всю жизнь

- может и не быть его субъектом, тем, кто инициирует и направляет этот процесс»21. В длительный период дошкольного и школьного детства пространством вынашивания и актуализации у ребенка человеческих качеств и способностей является со-бытийная общность, условиями развития - диалогическое общение и сотрудничество в деятельности (игровой, учебной, организационной, практической), механизмом развития - внешняя рефлексия и сопереживание, средством нравственного воспитания - личный пример и добрый совет (совесть) старших. По сути, на начальных этапах онтогенеза именно детско-взрослая со-бытийная общность является субъектом (точнее, полисубъектом) жизнедеятельности ребенка и объектом (точнее, источником, исходной ситуацией) развития его субъективности. Поэтому в отношении детей критерии психологического здоровья корректнее соотносить с системой связей и отношений ребенка с его естественным человеческим окружением, прежде всего - со значимыми взрослыми.

Значимый взрослый - это родной и/или близкий человек, оказывающий существенное, определяющее влияние на условия развития и образ жизни ребенка: родитель, опекун, учитель, наставник. В основе классификации понятия «значимый взрослый» две существенные характеристики, которые наиболее точно и полно отражают статус конкретного взрослого человека в жизненном мире конкретного ребенка: это показатели кровного родства - «родной - чужой»

- и духовной близости - «близкий - чуждый». Критерием первой характеристики можно считать принадлежность к единой родовой ветви.

Мера кровного родства ребенка и взрослого изначально задана, поэтому отношения в детско-взрослой общности эволюционируют по линии духовной близости. Здесь возможны две противоположные тенденции: либо духовное единение, укрепление доверия, взаимопонимания и уважения, либо разобщение, безразличие или неприятие, вовлечение в пагубу. Духовная близость со значимым взрослым - залог психологического здоровья ребенка; пренебрежение, травмирование или растление наносят здоровью детей неизмеримый ущерб.

Таблица 2

Специфика человеческого способа жизни

Общие тематические параметры Формы бытия человека и линии развития человеческой субъективности

Основания человеческого способа жизни Человеческая деятельность Человеческое сознание Человеческая общность

Сущностные силы человека Субъектность Рефлексивность Совестливость

Способы актуализации человеческой сущности Самость Свобода Любовь

Характеристики человеческого существования Самодетерминация

Пространства осуществления 22 антропо-практики Пространство совместно распределенной деятельности

Базовые процессы и условия развития Социализация - освоение культуры человеческого образа жизни, культурная преемственность Индивидуализация - оформление уникального и неповторимого Я, личное устремление Универсализация - приобщение к святоотеческой культуре, врастание в мир традиционных духовнонравственных ценностей, родовое (духовное) укоренение

Линии и индикаторы развития От жизнеспособности к продуктивности жизнедеятельности От переживания самотожде-ственности к осмысленности жизни, сущностному познанию и самоосуществлению От децентрации (т. е. преодоления эгоцентризма) к самоопределению на основе чувства долга, нравственному достоинству и служению

Доминанты мотивов и поступков На созидание На познание истины На человека

Персональные проявления Труд Переживания Общение и отношения

Образы бытия человека Человек как субъект собственной жизни, как распорядитель своих сил и способностей Человек как индивидуальность, как выразитель уникальной внутренней сущности, самобытная личность, реализующая себя в творческой деятельности, как авторство собственной жизни в миропонимании, в стиле деятельности, в социальном поведении Человек как личность во встрече и взаимодействии с другими людьми, определяющий свободно и ответственно свое место и назначение в жизни, свою позицию в отношении проблемы добра и зла и вытекающей из нее проблемы достойного и недостойного бытия в мире

Афоризмы «Самостоянье человека - залог величия его» А. С. Пушкин «Индивидуализм губит индивидуальность» К. Н. Леонтьев «Личности нет, если нет ничего выше ее» Н. А. Бердяев

Образы человеческого «Я» «Функциональное Я»: активная адаптация к условиям динамично изменяющегося мира «Индивидуальное Я»: самоактуализация и жизнетворчество «Духовное Я»: универсализация индивидуального бытия, самотрансценденция и синергия

Евангельские образы Внешний человек, поглощенный реалиями мирской жизни Внутренний человек, сосредоточенный на реалиях внутренней жизни и своем призвании Новый человек, преображенный в деятельном стремлении к добру и Истине

Окончание табл. 2

Общие тематические параметры Формы бытия человека и линии развития человеческой субъективности

Предельные качества человека Героизм как сила власти над своей жизнью (сила преодоления инстинкта самосохранения) и способность не отступать перед лицом трудностей и опасности, терпение в страдании Гениальность как сила постижения истины своей жизни и способность сделать саморазвитие развитием человечества Святость как сила сопричастности Абсолютной Истине и способность любовью и терпимостью утверждать добро и противостоять злу

Запредельная форма бытия БОГОЧЕЛОВЕК - воплощение онтологической истины в непостижимой для обыденного рассудка, запредельной форме универсального события

Таблица 3

Специфика психологического здоровья человека

Общие тематические параметры Формы проявления психологического здоровья и его нарушений

Атрибуты психологического здоровья Самообладание («быть в себе») как воля к жизни и самостоятельность, способность принимать решения и действовать с опорой на собственные силы, разумное планирование жизни, масштабность целей и продуктивность действий, верность избранному делу Самобытность («быть самим собой») как вера в свое предназначение, выбор и прокладывание жизненного пути, дающего ощущение внутренней согласованности и подлинности индивидуального бытия, стремление к обретению сквозного общего смысла своей жизни и верность своему призванию Самоодоление («быть выше себя») как чувство солидарности и ответственности перед людьми, сознательное, добровольное принятие моральных обязательств и следование им, переживание духовного сродства и верность своему долгу

Источники нарушений психологического здоровья у детей Недостаточность и/ или неадекватность социо-культурных условий развития: искусственное сдерживание или форсирование развития Размытость и/или приземлен-ность смысложизненныхуста-новок референтного человеческого окружения: ориентация на сугубо материальные цели и мнимые, суррогатные ценности, ценностный релятивизм Скуность и/или извращенность базальных условий и духовно-нравственных оснований жизни: деформация отношений и разобщение старших и младших, ослабление и разрыв межпоколенных связей

Психологическая клиника (детский период) Нереализованность (педагогическая запущенность), бесперспективность («выученная беспомощно сть») Опустошенность («экзистенциальный голод», сдвиг в умонастроении и поведении ребенка от естественной детской романтичности к противоестественной расчетливости и скептицизму, «синдром Кая»23) Безродность («атомизированность», моральная незрелость или моральная распущенность), «мауглизация» (нарушения самоидентификации и зооморфное поведение), ценностная дезориентированность (аморальный настрой и деструктивные установки), психотравмирующие переживания

Психологическая клиника (взрослый период) Обезличенность - неспособность самостоятельно выработать и целенаправленно реализовывать жизненную программу, непродуктивность жизненного пути, гипертрофированная зависимость от других людей и жизненных обстоятельств (по сути, не знать и не чувствовать человека в себе); в просторечии -«малодушие» Дезинтеграция личности - неудача в поиске смысла жизни и самоосуществлении (экзистенциальная фрустрация, экзистенциальный вакуум), застревание в обыденности, ощущение внутренней пустоты, переживание тщетности жизни, утрата опоры в себе и демобилизация душевных сил (смятение, апатия, меланхолия), «угасание» аутентичных форм общения и поведения (по сути, переживание человеком глубокого внутреннего разлада); в просторечии - «безвременье», «равнодушие», «суета» Деформация личности - аномальный эгоцентризм, отчуждение нравственных чувств и добродетельных устремлений, тяготение к деструктивным установкам и одиозным убеждениям, следование принципу «ничего святого» (по сути, не видеть и не признавать человека в других); в просторечии - «криводушие», «окаянство»

Окончание табл. 3

Общие тематические параметры Формы проявления психологического здоровья и его нарушений

Ценности и цели психологической помощи как антропо-практики Формирование «функционального Я» человека, восстановление и/ или развитие самообладания, проектирование образа будущего и реализация жизненной программы Актуализация «индивидуального Я» человека, восстановление и/ или развитие самобытности, осмысление жизни и оценка личных целей с точки зрения их соответствия внутренней сущности Пробуждение «духовного Я» человека, восстановление и/или развитие со-бытийности, совершенствование связей и отношений с ближними и дальними на основе дел добра и любви

Норма психологического здоровья Оптимум саморазвития как синтез основных линий развития человеческой субъективности в тенденции к универсаль-ности24 бытия человека

Для ребенка это материнская и отцовская линной близости двух людей - устойчивая духов-

родовые ветви. Основа и главный критерий под- ная связь (табл. 4).

Таблица 4

Классификация значимых взрослых

Духовная связанность Кровное родство

Родной Чужой

Близкий Родной и близкий Чужой, но близкий

Чуждый Родной, но чуждый Чужой и чуждый

В. Франкл отмечал, что «у каждого времени свои неврозы»25, по сути, свои духовно-душевные недуги, которые требуют изучения и осмысления. Наше время - не исключение, недаром психологи-практики сетуют, что проблемные состояния современных детей все труднее понимать исходя из ранее сложившихся медико-психологических, психотерапевтических и психолого-педагогиче-ских представлений. В профессиональный обиход вошло определение «другие дети». Закономерно, что исследования проблемы психологического здоровья включили в себя вопросы актуальной «психологической клиники».

Во Всемирной декларации об обеспечении выживания, защиты и развития детей записано: «Дети мира невинны, уязвимы и зависимы!» Психологическое состояние ребенка непосредственно связано с влиянием референтного окружения, характером отношений и образом совместной жизни. Центральное место в этиогенезе нарушений психологического здоровья детей занимают ситуации, когда нормальное развитие и существование ребенка возможно скорее не благодаря, а вопреки поведению и отношению окружающих. Причем ребенок наиболее уязвим в отношениях со значимыми взрослыми. Группу риска здесь составляют психически неуравновешенные и личностно незрелые, арефлексивные взрослые, которые не подозревают, что творят, и не ведают, что творят в совместном с детьми жизненном пространстве, а также люди, склонные к пренебрежению этическими нормами и порочному поведению. В числе основных признаков дисфункциональных (пограничных и болезнетворных) состояний дет-ско-взрослой общности можно выделить:

скудость и/или извращенность базальных условий и духовно-нравственных оснований жизни ребенка, деформация отношений и разобщение со значимыми взрослыми, ослабление и разрыв меж-поколенных связей: формальный тип отношений (безразличие, пренебрежение детскими нуждами, депривация и безнадзорность), симбиотический тип отношений (подавление взросления, инфан-тилизация и инвалидизация), растлевающий тип отношений (потакание и вседозволенность, вовлечение в пагубу и совращение), травмирующий тип отношений (бесцеремонность и притеснение, домогательство и насилие);

размытость и/или приземленность смысложизненных установок референтного человеческого окружения ребенка: ориентация на насаждаемые массовой культурой сугубо материальные цели и мнимые, суррогатные ценности (привлекательность, слава, богатство, власть, удовольствия), ценностный релятивизм;

недостаточность и/или неадекватность социокультурных условий развития ребенка: искусственное сдерживание или форсирование развития26.

К сходным выводам пришли и эксперты Всемирной организации здравоохранения: обобщив данные исследований, проведенных в различных странах мира, они констатировали, что психологические отклонения, как правило, отмечаются у детей, которые растут в условиях семейного разлада, страдают от недостаточного общения со взрослыми или их враждебного отношения. В разломах и пустотах человеческих отношений вырастает без-душность, а еще, выражаясь словами Е. Шварца, безрукие души, безногие души,

глухонемые души, цепные души, легавые души, окаянные души. продажные души, прожженные души, мертвые души.

Нарушения психологического здоровья у детей объединены под общим названием — ан-тропогения21. Их психологическую сущность составляют дисквалификация и/или деформация субъективности ребенка. Феноменология антропогений включает биографически обусловленные переживания безродности («атомизированность», моральная незрелость или моральная распущенность), нереализованности (педагогическая запущенность), бесперспективности («выученная беспомощность»), опустошенности («экзистенциальный голод» и суррогатные предпочтения), а также крайние формы реагирования детей на чрезвычайно неблагоприятные жизненные условия - «мауглизацию»2 (нарушения самоидентификации и зооморфное поведение), ценностную дезориентированность (аномальный эгоцентризм, деструктивные установки, аморальный настрой), психотравмирующие переживания (психогенные нервно-психические расстройства).

По нашему мнению, безродность, опустошенность и дезориентированность (по сути - антиподы родовой укорененности, культурной преемственности и добродетельной устремленности) можно отнести к наиболее злободневным проблемам современного детства. При неблагоприятном течении антропогении принимают устойчивые формы нарушений психологического здоровья, в основе которых - недоразвитие, дезинтеграция или дисгармоническое развитие человеческой субъективности.

Было бы ошибкой считать, что нарушения психологического здоровья по аналогии с психическими недугами обязательно принимают вид душевного страдания или гротескного поведения, непременно проявляются в социальной дезадап-тированности или асоциальных действиях. Напротив, люди могут успешно приспосабливаться к различным ситуациям, производить благоприятное впечатление, преуспевать и избегать поводов для внутреннего дискомфорта. Психологическое здоровье, в свою очередь, не исключает тревоги и растерянности, сомнений и заблуждений, конфликтов и кризисов. Состояние психологического здоровья имеет «мерцательную природу», т. е. здоровье и нездоровье соприсутствуют в виде противоборствующих субъективных тенденций и смысловых содержаний, каждое из которых может преобладать в отдельные моменты жизни. Вместе с тем можно говорить о направленности мотивов и характере поступков человека, соответственно, можно выделить типичные отклонения в развитии человеческой субъективности.

Недоразвитие - первая линия дизонтогене-за субъективности - определяется диффузной самоидентичностью и несформированностью внятной личностной позиции с характерным конформным настроем. Проявляется как обез-

личенность в арефлексивном способе жизни, неопределенности ценностных приоритетов, неустойчивом и беспринципном стиле поведения, отсутствии стремления к позитивной свободе и самостоятельности, крайне слабо выраженной способности планировать жизнь и проектировать будущее, чрезмерной зависимости от стечения обстоятельств, чужой воли и влияния среды (необязательно отрицательного), инфантильной безмятежности, приземленности интересов, наивных представлениях о своих возможностях, неозабоченности вопросами морали и проблемой смысла своей жизни. Такие натуры склонны к избирательной идеализации людей, выбору лидера или кумира, что отчасти компенсирует недостатки их собственной самости. Объектом обожания и подражания может оказаться преуспевающая и популярная публичная персона или человек из ближайшего социального окружения, современник или харизматический деятель исторического прошлого, позитивно настроенная личность или одиозная фигура. Здесь в структуре развития субъективной реальности прослеживается фиксация на процессе отождествления с тенденцией к со-зависимости. Характер отношения к жизни и к другим людям является отражением ограниченной самобытности: человек не ведает или избегает сложных решений, риска личной инициативы и поступка, бремени ответственности, оказывается не в состоянии самостоятельно определить жизненные цели и мобилизоваться для их достижения, явно или подспудно переживает бесцельность и непродуктивность жизненного пути. Подобные натуры наиболее податливы к разного рода манипулятивным воздействиям (спекуляциям СМИ, пиар-технологиям, рекламе, мошенническим приемам, псевдоцелительным практикам и т. п.).

Дисгармоническое развитие - вторая линия дизонтогенеза субъективности - определяется искаженной самоидентичностью с характерным эгоцентрическим настроем. Оно проявляется как деформация личности — в чрезмерном самолюбии и неутолимой потребности самоутверждаться, привычке руководствоваться сугубо личной выгодой, навязывать свою волю и свои интересы окружающим, в стремлении добиваться желаемого во что бы то ни стало, бесчувственном отношении равно как к дальним, так и к ближним, безнравственном характере поступков (за счет других, в ущерб другим, против других) и умении подвести под них мировоззренческую основу, отрицании чувства долга и моральной ответственности. Именно из таких натур формируются одиозные лидеры. В данном случае в структуре развития субъективной реальности прослеживается фиксация на процессе обособления с тенденцией к само-замкнутости. Характер их отношения к жизни и к другим людям является отражением ограниченной со-бытийности: человек оказывается не в состоянии преодолеть самозамкнутость, раскрыть

смысл, вдохновляющий к децентрации, самоотдаче, терпимости и любви к ближнему. В погоне за вожделенными целями такая натура рискует впасть в зависимость от них и, лишившись привилегий, власти или привлекательности, переживать это как потерю самого себя, жизненный крах.

Промежуточная форма дизонтогенеза субъективности определяется односторонностью мотивационно-смысловой сферы, явно выраженным приоритетом материальных целей (комфорт, карьера, достаток) над духовными ценностями. Проявляется как дезинтеграция личности в снижении уровня смысложизненных устремлений, отступлении от личностного способа жизни и, как следствие, утрате чувства внутренней свободы и полноты бытия. В давние времена, когда лучник не попадал в цель, говорили: «Грех тебе!» Значит, грех - это состояние, когда человек изменил своему назначению, лишился ориентира и сбился с пути духовного развития (пути Истинного), когда его индивидуальная жизнь «не попадала в цель» (потеряла цельность), когда мнимые успехи прошли мимо главной задачи (спасения). В библейском миропонимании грех

- антипод праведности (чувства правды). Применительно к современной жизни это состояние человека, лишенного чувства правды в отношении собственной жизни, в результате чего он погрязает в обыденности, растрачивает впустую свои силы и способности, переживает экзистенциальный вакуум (внутренний разлад, духовный тупик). И требуется духовное пробуждение, переосмысление жизни и изменение системы жизненных отношений. В противном случае вслед за тщетными, иссушающими душу заботами и последующими разочарованиями велик риск регресса (состояния, пограничного недоразвитию субъективности, атрофии самости вплоть до со-зависимости) или порочных блужданий (состояния, пограничного дисгармоническому развитию субъективности, гипертрофии самости вплоть до самоистуканства - восприятия себя в качестве объекта поклонения).

Таким образом, с онтогенетической точки зрения - ключевой для психологической антропологии - характерными признаками дизонтоге-неза субъективной реальности в первом случае являются ограниченность самобытности и со-зависимость (гипертрофированная форма зависимости индивида от других людей и жизненных обстоятельств), во-втором - ограниченность со-бытийности и самозамкнутость (замкнутость индивида, на своих интересах и пристрастиях), в промежуточной форме дизонтогенеза - застревание в обыденности и дезинтеграция, по сути, «духовное безвременье».

С этической точки зрения - определяющей

" 2 9

29

для нравственной психологии признаком отклонения от нормы психологического здоровья в первом случае является неспособность самостоятельно делать нравственный выбор, держать

нравственную позицию (в просторечии - мало-душие30), во втором - отчуждение нравственных чувств и добродетельных устремлений вплоть до следования принципу «ничего святого» (в просторечии - криводушие, окаянство31), в промежуточной форме - нравственный релятивизм (в просторечии - равнодушие и осуетление32).

Эмпирические данные показывают, что нарушения психологического здоровья чаще носят смешанный характер. Коварность отклонений психологического здоровья состоит в том, что и детьми, и взрослыми они могут переживаться как субъективно благополучные состояния. Кроме того, есть серьезные основания полагать, что антропогении становятся предпосылкой возникновения нервно-психических и психосоматических расстройств, формирования зависимостей химического и нехимического генеза.

Наиболее широко представления о психологическом здоровье используются специалистами образования. Для системы образования проблема психологического здоровья сводится к вопросу о том, какой субъективный настрой и духовный облик складывается у ребёнка в процессе развития. Поэтому психологическое здоровье, в первую очередь, является не диагностическим, а контекстным понятием, фокусирующим педагогов и специалистов на профессиональной сверхзадаче. В образовании

- это приоритет развития ребенка как личности; по сути, это означает введение педагогической деятельности в духовный контекст.

Секулярное мировоззрение относится к теме духовного настороженно - как к религиозной архаике. Между тем реальность духовного настойчиво и последовательно предъявляет себя людям во всех культурах и во все времена. Само понятие «духовность» подразумевает важное для педагогики прикладное содержание: духовность есть предельное определение человеческого способа жизни, проявляющегося в родовой укорененности, культурной преемственности и личностной (над-обыденной) устремленности человека, его сопряженности в мотивах, делах и поступках с добром либо со злом (ибо бывает разная духовность). Соответственно, педагогическая деятельность может быть понята и описана как антропо-практика

- практика культивирования базовых, родовых способностей человека. В первом приближении ее можно представить в виде трех уровней образовательных процессов, на которых осуществляется и результируется развитие.

На первом уровне ребенок, интеллектуально познавая и практически осваивая разнообразные предметы, развивается как самодеятельный субъект, приспосабливающийся к сложным условиям природного и культурного пространств. Здесь отношения взрослого и ребенка строятся по типу формальной общности, в которой параметры совместной деятельности заранее заданы, статусы

(учитель и ученик) и функции (учить и учиться) предписаны. Качество образования обеспечивается грамотной организацией и методикой ведения учебного процесса.

Но приобретаемые знания и умения (компетентности) в подлинном смысле облагораживают ребенка лишь в той мере, в которой благоприятствуют развитию его индивидуальности: помогают ему формировать собственное ви дение и понимание действительности, оттачивать свой «почерк» и свой стиль в деятельности, учиться принимать решения и совершать поступки «от первого лица», становиться и быть самим собой.

Залогом решения образовательных задач второго уровня является «человеческий фактор» -личное обаяние и педагогический такт взрослых, которые обнаруживают себя в чутком и бережном отношении к проявлениям нарождающейся детской самобытности, умении заинтересовать, воодушевить ребенка, предоставить соразмерные его возрастным возможностям степень свободы и пространство самоопределения. Задача педагога (специалиста) состоит в том, чтобы, не стесняя развитие детей формальными требованиями и ограничениями, постараться помочь каждому ребенку понять и проявить себя, определиться в своих интересах и научиться их согласовывать с интересами окружающих людей, не только крепко встать на ноги, но и пойти по жизни своим путем. Здесь образовательная практика перестраивается на эгалитарный стиль отношений, складывается партнерская общность взрослого и ребенка. Партнерство старших и младших нисколько не умаляет ценности обучения и важности освоения компетенций, а как бы вживляет их в свой контекст, включает в новые системные отношения, поднимая при этом планку образования на принципиально иную - благородную - высоту развития индивидуальности ребенка.

Но и индивидуализация - не самоцель образования. Она, в свою очередь, должна становиться предпосылкой личностного развития и нравственного воспитания ребенка. Этот план развития определяют две вехи, в подготовке и обеспечении которых система образования играет великую роль: это встреча с самим собой и обращение к тому, Кто (Что) превосходит и восполняет тебя, пробуждает стремление не только быть собой с другими, но и быть выше себя, т. е. быть для других.

Человек как личность на протяжении всего жизненного пути непрестанно экзаменуется мучительной проблемой добра и зла и вытекающей из нее - достойного и недостойного бытия в мире. Необходимость делать нравственный выбор побуждает искать высшие (спасительные) ориентиры, укрепляющие и направляющие человека. «Личности человека нет, если нет бытия, выше ее стоящего, если нет того горнего мира, к которому она должна восходить», - настаивал Н. А. Бердяев33. В контексте истории

и культуры - это духовная традиция как форма приобщения к родовой сущности и обретения всей возможной полноты своего существования как человека; в религиозном миропонимании -это чувство присутствия Живого Бога, твердая вера и добрые дела.

Образование - это естественное и, может быть, наиболее оптимальное место встречи личности и общества. Соответственно, важнейшей задачей системы образования является педагогическое сопровождение детей к черте самоопределения в отношении достойного и недостойного бытия, добра и зла. Здесь важно каждому и вовремя осознать, что «общество существует не потому, что каждый из нас существует; общество существует потому, что ориентация на другого присуща каждому из нас»34. Человек по своей духовной сути есть бытие для других. Личностное развитие неотделимо от позитивной социализации, которая предполагает воспитание у детей способности давать экологическую и нравственную оценку своим действиям и поступкам.

Подлинным пространством личностного развития и нравственного воспитания ребенка является со-бытийная общность: духовное единение людей на основе общих ценностей и смыслов, преодоление каждым границ своей индивидуальности, переживание чувства солидарности, ответственности и преданности, которое включает в себя и Я, и Ты, и Мы. Педагогической нормой здесь является опыт децентрации взрослого и ребенка в диалогическом общении, сотрудничестве и сопереживании.

Размышляя о роли и возможностях образовательных учреждений в личностном развитии детей, будет уместно вспомнить старую шутку о двух дверях: на одной написано «Истина», на другой «Лекция об Истине»; возле второй двери выстраивается очередь, возле первой - никого. Открыть первую дверь - значит, принять муки выбора, риски действий и поступков, тяготы ответственности перед собой и другими (ближними и дальними, прошлыми и будущими поколениями) и через эти испытания учиться выбирать достойное или недостойное бытие, прорываться через внешние соблазны и собственный эгоцентризм к Добру и Истине, духовно возрастать. Здесь задача взрослых состоит в том, чтобы лишний раз задуматься, что является наиболее действенным средством воспитания, и не «ошибиться дверью» в поиске оснований педагогической деятельности, не забывать, что на этом пути все мы, независимо от возраста и социального положения, остаемся учениками и отнюдь не застрахованы от промахов и заблуждений.

Приоритет личностного развития отнюдь не исключает все прочие функции образования, приводя их на основе принципа иерархии к состоянию согласия и взаимодополнения. Такой настрой системы образования мы называем «симфонией»35.

Примечания

1 См.: Франкл В. Человек в поисках смысла. М., 1990. 220 с.

2 См.: Рубинштейн С. Л. Человек и мир. М., 1997. 340 с.

3 Братусь Б. С. Русская, советская, российская психология. М., 2000. С. 51.

4 СлободчиковВ. И. О перспективах построения христиански ориентированной психологии // Моск. психоте-рапевтич. журн. 2004. № 4. С. 11.

5 См.: Роджерс К. Р. Взгляд на психотерапию. Становление человека. М., 1994. С. 237.

6 См.: Братусь Б. С. Указ. соч. С. 58.

7 См.: Практическая психология образования / под ред. И.В. Дубровиной. СПб., 2004. С. 52.

8 «Субъективность» (по русски - «самость») - форма существования и способ организации человеческой реальности, её суть - самостоятельность духовной жизни.

9 Термин «проприум» (буквально - «собственное») объединяет все, что человек ощущает как важную часть себя, о чем говорит: «Это - я» или «Это - мое».

10 См.: Олпорт Г. Становление личности. Избранные труды. М., 2002. 462 с.

11 См.: Роджерс К. Р. Указ. соч.

12 См.: МаслоуА. Г. Мотивация и личность. СПб., 1999. 478 с.

13 Франкл В. Указ. соч. С. 58-59.

14 Специализация 03.03.21 «Психология здоровья» утверждена приказом Министерства образования РФ от 10.03.2000.

15 См.: Слободчиков В. И., Исаев Е. И. Психология развития человека. М., 2000. 180 с.

16 Хамитов Н. Философия человека : от метафизики к метаантропологии. Киев, 2002. С. 139-140.

17 Заметим, что антропологическая модель психологического здоровья отнюдь не умаляет зорко подмеченные и описанные гуманистическими психологами аспекты человеческой экзистенции, органично вживляя их в единую картину действительности на новой методологической и мировоззренческой основе.

18 Франкл В. Указ. соч. С. 48.

19 См.: Слободчиков В. И., Исаев Е. И. Указ. соч. С. 161164.

Согласно Священному Писанию Бог создал человека по Своему Образу, дал ему бессмертную душу и призвал к богоподобию.

21 Антропо-практика - это специальная работа в пространстве субъективной реальности человека, направленная на культивирование (выращивание) предельного (максимального) выражения «человеческого в человеке».

22 По аналогии с со стоянием ребенка - персонажа из сказки Г. Х. Андерсена «Снежная королева». Это мальчик, которому в глаз попал осколок разбитого дьявольского зеркала, и его сердце «оледенело», по сути, стало невосприимчивым к истинному, доброму и прекрасному, и его внутренний мир опустел.

23 Среди психологов, допускающих существование высших уровней духовного развития при отсутствии «статистически надежных» свидетельств их существования, прослеживается единодушие в определении направления онтогенеза: универсализация, или выход за пределы сколь угодно развитой индивидуальности, есть одновременно вход в пространство обще- и сверхчеловеческих экзистенциальных ценностей, соучастником в построении которых и собеседником в осмыслении которых становится Богочеловечество.

24 Слободчиков В. И., ИсаевЕ. И. Указ. соч. С. 203.

25 Франкл В. Указ. соч. С. 24.

26 Например, преждевременное вовлечение в учебную деятельность создает риски для здоровья и развития детей дошкольного возраста.

27 Термин «антропогения» буквально означает - «обусловленный человеческим фактором».

28 Имеются в виду крайние формы проявления безрод-ности. «Синдром Маугли» - суровый клинический диагноз, фиксирующий одичание и необратимые изменения психического развития у детей, которые были вскормлены животными и росли в отрыве от человеческого общества. «Мауглизация» - термин, объединяющий аномальные тенденции в субъективном состоянии и поведении детей, которые развиваются в условиях дефицита человеческой заботы и воспитания.

29 Возможность и актуальность введения отечественной психологии в нравственную систему координат обоснована в работах Б. С. Братуся (см.: Братусь Б. С. : 1) Русская, советская, российская психология. М., 2000. 88 с. ; Психология и этика : опыт построения дискуссии / под ред. Б. С. Братуся. Самара, 1999. 128 с.).

30 Буквально - упадок духа : слабохарактерный человек, легко поддающийся стороннему убеждению и своим мелочным расчетам.

31 Недостойный человека, богопротивный и заслуживающий осуждения образ мыслей и поступков, ведущий к духовной гибели ; «окаянный» - по-церковнославянски каиноподобный, т. е. подобный первому человекоубийце.

32 Погружение в не имеющие истинной ценности, пустые и бесплодные заботы.

33 БердяевН. А. Царство Духа и Царство Кесаря. М., 1995. С. 21.

Слободчиков В. И., Исаев Е. И. Психология человека. М., 1995. С. 171.

См.: Шувалов А. В. Принцип симфонии в системе образования // Воспитательная работа в школе. М., 2010. № 8. С. 24-34.