Вопросы проведения религиозных мероприятий в свете законодательства о публичных мероприятиях

УДК 341.231.14:351.754

А. О. Иванов

Вопросы проведения религиозных мероприятий в свете законодательства о публичных мероприятиях

В статье анализируется порядок реализации и условия ограничения права на религиозные мероприятия, предусмотренные федеральным законодательством, с точки зрения их соответствия стандартам и принципам ограничения прав человека, а также правовой природе рассматриваемого права.

The article examines the procedure of the implementation the right to the religious events and analyzes the restriction on this right provided for by the federal legislation in terms of their correspondence to the standards and principles of human rights restrictions and the legal nature of this right.

Ключевые слова: религиозные мероприятия; свобода собраний; публичные мероприятия; реализация прав и свобод; соразмерность и пределы ограничения прав и свобод.

Key words: religious events; freedom of assembly; public events; the realization of human rights and freedoms; the proportionality of restrictions and limits of rights and freedoms.

Помимо выявления и обсуждения общественно значимой проблематики, а также побуждения органов власти принять то или иное решение, граждане могут собираться в целях, которые не только не носят политический характер, но и не связаны с выражением общественного мнения. Данного рода активность не подпадает под понятие «публичное мероприятие»1

© Иванов А. О., 2014

1 В науке и практике возникает вопрос о правомерности использования понятия «публичное мероприятие» только в отношении форм активности, носящих политический характер. Согласно толковым словарям русского языка слово «публичный» означает «совершающийся, происходящий в присутствии публики, людей; открытый, гласный» или «общественный, не частный» (См.: Ефремова Т.Ф. Толковый словарь русского языка // Ожегов С. И., Шведова Н. Ю. Толковый словарь русского языка). Под эту категорию подпадает целый ряд мероприятий, которые имеют неполитический характер (в том числе и религиозные мероприятия). Обозначенное положение вещей вызывает на практике проблемы идентификации различных форм активности, что в некоторых случаях приводит к нарушению прав и свобод личности. Ввиду этого представляется целесообразным внесение изме-

172

в том смысле, в каком оно закреплено в федеральном законодательстве, но относится к праву собираться мирно, без оружия.

Вместе с тем правоприменительная практика показала, что для организации и проведения таких мероприятий в большинстве случаев требуется соблюдение процедуры, установленной для публичных мероприятий.

Кроме того, дефиниция термина «публичное мероприятие», закрепленная в Федеральном законе «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях», может иметь очень широкую трактовку и распространяться правоприменителем и исследователем2 на процессы, не являющиеся таковыми, но обладающие рядом характеристик, присущих манифестациям3.

Ввиду указанного, принимая во внимание постулат «все познается в сравнении», настоящей работой поставлена задача обособления форм реализации права на публичные мероприятия и права на религиозные мероприятия.

Как отметил Конституционный суд Российской Федерации, свобода совести и вероисповедания (далее - свобода совести) не ограничивается «исключительно пространством личной (частной) жизни, - получая свою реализацию во внешней сфере, в том числе в массовых коллективных фор-мах»4. В рамках ст. 28 Конституции Российской Федерации данную активность реализуется посредством права на религиозные мероприятия.

нений в Федеральный закон № 54-ФЗ в части замены термина «публичное мероприятие» на «политическое мероприятие». До тех пор пока соответствующие изменения не будут внесены, во избежание путаницы необходимо уточнять, что словосочетание «публичное мероприятие» используется в смысле, предусмотренном для целей федерального закона № 54-ФЗ, т. е. как политическое мероприятие.

2 См., напр.: Указ. соч.: Дмитриев Ю.А. Комментарий к Федеральному закону от 19.06.2004 № 54-ФЗ «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях» (постатейный). М. : Юркомпани, 2012. С. 119-120.

3 По поводу соотношения понятий «манифестация» и «публичное мероприятие» в юридической литературе нет единства (См., напр.: http://isfic.info/konst/kokot55.htm; Дмитриев Ю.А. Правовое обеспечение свободы манифестаций в условиях правового государства. М., 1991. С. 15-16; Полянская И.С. Конституционно-правовое регулирование права граждан Российской Федерации на проведение собраний, митингов и демонстраций, шествий и пикетирования: автореф. дис. ... канд. юрид. наук. М., 2005. С. 19). Представляется, что наиболее приемлемой позицией является та, согласно которой публичные мероприятия и манифестации - понятия синонимичные. Поэтому в данной статье термин «манифестация» будет использоваться как синоним понятия «публичное мероприятие».

4 Постановление Конституционного Суда РФ от 5 декабря 2012 года № 30-П «По делу о проверке конституционности положений пункта 5 статьи 16 Федерального закона «О свободе совести и о религиозных объединениях» и пункта 5 статьи 19 Закона Республики Татарстан «О свободе совести и о религиозных объединениях» в связи с жалобой Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации» // СЗ РФ. 2012. № 51. Ст. 7324.

173

Действующее законодательство о свободе совести комплексно не раскрывает признаки религиозных мероприятий. Исходя из анализа правовых норм, можно выделить такие присущие религиозным мероприятиям черты, как мирный характер, добровольность, коллективность (в некоторых случаях даже массовость), организованность, наличие общей цели участников, открытость и доступность каждому. При этом указанные качества не являются определяющими в вопросах идентификации именно религиозных мероприятий, так как они характерны для иных видов активности, в том числе и для публичных мероприятий. Кроме того, формы реализации права на религиозные мероприятия нигде исчерпывающим образом не закреплены. Стоит отметить и тот факт, что если в отношении публичных мероприятий в вопросах, касающихся их разновидностей и присущих таким разновидностям признаков, достигнута нормативная определенность, то религиозные мероприятия в этой области, несмотря на их повсеместное применение, до сих пор не получили должного правового установления. Исходя из Федерального закона от 26 сентября 1997 г. № 125-ФЗ «О свободе совести и религиозных мероприятиях» (далее - Федеральный закон № 125-ФЗ) можно назвать следующие виды религиозных мероприятий: обряды и церемонии, молитвенные и религиозные собрания, религиозное почитание (паломничество), публичные богослужения. Дефиниции данных феноменов не закреплены в законодательстве, чем осложняется возможность идентификации каждого вида мероприятий в сопоставлении с другими.

Можно констатировать, что атрибуты некоторых из них имеют внешнее совпадение с акциями, регулируемыми Федеральным законом от 19 июня 2004 г. № 54-ФЗ «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях» (далее - Федеральный закон № 54-ФЗ), а также являются сходными с ними до степени смешения. Примером являются очень близкие по своему внешнему выражению формы активности -крестный ход и шествие. Названные категории характеризуются как организованное массовое прохождение граждан (т. е. мероприятие, усложненное динамичным элементом), объединенных единым замыслом и организацией, по заранее определенному маршруту.

Единственным надежным разделителем, пригодным для предотвращения смешения рассматриваемых понятий и подмены одного другим, является цель проведения мероприятия. В соответствии со ст. 2 Федерального закона № 54-ФЗ целью публичного мероприятия является

выражение и формирование мнений, а также выдвижение требований по различным вопросам, т. е. участие в управлении делами государства посредством активизации народных масс по определенному вопросу. Как уже было сказано, право на религиозные мероприятия является составляющим элементом системы свободы совести, исходя из чего каждое мероприятие, проводимое в рамках данного права, имеет своей целью отправление религиозных культов, выполнение религиозных и ритуальных обрядов в рамках свободы совести и свободы вероисповедания, предусмотренных ст. 28 Конституции РФ.

Российская Федерация - светское государство. В соответствии с принципами, характерными для светского государства, религиозные объединения отделены от государства, и никакая конфессия не может вмешиваться в дела государства, влиять (и даже пытаться влиять) на решение политических вопросов, а деятельность органов государственной власти не должна сопровождаться «публичными религиозными обрядами и церемониями»5. Важным условием реализации любого политического права, в том числе и права на публичные мероприятия, видится абстрагирование, независимость от религиозного признака и отношения к религии, присущих субъектам, реализующим данное право. Таким образом, религиозная организация или группа (далее - религиозное объединение) посредством проведения религиозного мероприятия не может преследовать политические цели, которые являются обязательным атрибутом публичных мероприятий.

Федеральный закон № 125-ФЗ регламентирует право религиозных объединений проводить религиозные обряды и церемонии. Указанным законом определяются места, в которых религиозные мероприятия могут проводиться беспрепятственно, т. е. без выполнения каких-либо административных требований. Согласно данному закону в случае если религиоз-6

ная организация намерена провести религиозное мероприятие вне прямо обозначенных мест, то данное действие осуществляется в порядке, установленном для проведения митингов, шествий и демонстраций.

Судебная практика показала неоднородность применения такого законодательства, что породило новые правовые проблемы. Анализ судеб-

5 Бархатова Е.Ю. Комментарий к Конституции Российской Федерации. М.: Проспект, 2010. [Электр. ресурс] // СПС КонсультантПлюс.

6 Данный вопрос относительно религиозной группы в законе не регулируется.

ных актов судов субъектов Российской Федерации выявил множество примеров, когда суды выносили решения, не проанализировав положения федерального законодательства, фактически признавая категории «религиозное мероприятие» и «публичное мероприятие» синонимами. В постановление мирового судьи Полесского судебного участка Калининградской области, а затем и в постановлении Калининградского областного суда указано, что лицо, чья виновность в совершении административного правонарушения обжалуется, «организовало публичное мероприятие для проведения богослужения» в нарушение п. 1 ч. 4 ст. 5 Федерального закона «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях», без уведомления уполномоченного органа о проведении данного мероприя-тия7. Кроме того, в решениях ряда органов, осуществляющих правосудие, религиозное богослужение фактически было признано разновидностью политических собраний. В качестве примера можно привести практику Верховного суда Удмуртской Республики, который в постановление от 10 марта 2011 г. по делу № 4-а-55 признал религиозное мероприятие публичным мероприятием, указав, что организатор «проводил собрание в виде религиозного богослужения».

26 февраля 2010 г. Верховный суд РФ в целях преодоления обозначенной коллизии вынес постановление № 11-АД10-29. Согласно позиции, изложенной в судебном акте, богослужения, другие религиозные обряды и церемонии беспрепятственно совершаются только в прямо установленных законом местах10, а в иных случаях публичные богослужения, другие религиозные обряды и церемонии осуществляются в порядке, установленном для проведения митингов, шествий и демонстраций. Верховный суд РФ пришел к выводу, что религиозное мероприятие, проводимое вне специальных мест, приравнивается по своим характеристикам к публичным ме-

7 Постановление Калининградского областного суда по делу № 4-Аг-613/2011. Документ опубликован не был. [Электр. ресурс] // СПС КонсультантПлюс.

8 Постановление Верховного суда Удмуртской Республики от 10 марта 2011 года по делу № 4-а-55. Документ опубликован не был. [Электр. ресурс] // СПС КонсультантПлюс.

9 Постановление Верховного суда РФ от 26 февраля 2010 г. № 11-АД10-2. Документ опубликован не был. [Электр. ресурс] // СПС КонсультантПлюс.

10 Богослужения, другие религиозные обряды и церемонии беспрепятственно совершаются в культовых зданиях и сооружениях и на относящихся к ним территориях, в иных местах, предоставленных религиозным организациям для этих целей, в местах паломничества, в учреждениях и на предприятиях религиозных организаций, на кладбищах и в крематориях, а также в жилых помещениях.

роприятиям, ввиду чего не может быть проведено во внеуведомительном порядке. Аналогичным образом Верховный суд РФ применил нормы законодательства в постановлении от 4 марта 2010 г. № 11-АД10-111 в отношении организатора богослужения в здании муниципального учреждения «Центральный шахматно-шашечный клуб», проведенного без уведомления об этом компетентного органа власти.

Представляется, что для решения возникшей правовой коллизии требуется более детальный анализ характера проведенного мероприятия и оценка присущих ему признаков на предмет необходимости применения к нему той или иной модели регулирования. Судебными органами относительно спорной ситуации не были проанализированы ч. 2 ст. 1 Федерального закона № 54-ФЗ, согласно которой проведение религиозных обрядов и церемоний регулируется Федеральным законом № 125-ФЗ, а также положения Федерального закона № 54-ФЗ, в соответствии с которым собрания проводятся без предварительной подачи уведомления. Если обратиться к примененной судом ч. 1 ст. 20.2 Кодекса об административных правонарушениях в редакции, действующей до внесения в нее изменений Федеральным законом от 8 июня 2012 г. № 65-ФЗ, то ее формулировка «нарушение установленного порядка организации собрания, митинга, демонстрации, шествия или пикетирования» явно указывает на нарушение правил проведения именно публичного мероприятия. Состава, объективной стороной которого являлось бы нарушение установленного порядка организации религиозных мероприятий, в исследуемом положении не обозначено. Действующая в настоящее время редакция рассматриваемой статьи делает ярко выраженный акцент на установление административной ответственности за нарушение правил организации и проведения именно публичных мероприятий, полностью исключая привлечение к ответственности лиц за проведение религиозных мероприятий. Кроме того, необходимо отметить, что данный состав является формальным и не предусматривает в качестве обязательного элемента объективной стороны наличие негативных последствий. Ответственность наступает уже за нарушение уведомительного порядка, что видится излишним вмешательством со стороны органов власти в реализацию свободы совести, а потому

11 Постановление Верховного суда РФ от 4 марта 2010 г. № 11-АД10-1 [Электр. ресурс] // СПС КонсультантПлюс.

вызывает сомнение с точки зрения соответствия ст. 28 Конституции Российской Федерации.

Единственная статья Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, положения которой могли бы содержать состав, предусматривающий ответственность за нарушение правил организации и проведения религиозных мероприятий, является ст. 5.26 «Нарушение законодательства о свободе совести, свободе вероисповедания и о религиозных объединениях». Однако в ней предусматривается ответственность только за воспрепятствование осуществлению права на свободу совести и свободу вероисповедания и оскорбление религиозных чувств граждан либо осквернение почитаемых ими предметов, знаков и эмблем мировоззренческой символики.

5 декабря 2012 г. Конституционный суд РФ в связи с жалобой Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации вынес постановление по делу о проверке конституционности положений Федерального закона № 125-ФЗ и Закона Республики Татарстан, регулирующих проведение религиозных мероприятий. В своем решении суд отметил, что право на манифестации и право на свободу вероисповедания обладают разными содержательными характеристиками. Тем не менее, процесс реализации этих прав несет в себе опасность нарушения общественного порядка, причинения ущерба здоровью человека, а значит такой процесс требует контроля со стороны органов власти. В результате орган конституционного контроля признал конституционным регулирование проведения религиозных мероприятий в порядке, установленном законодательством о публичных мероприятиях. При этом суд сделал оговорку: распространение порядка проведения публичных мероприятий на все без исключения религиозные мероприятия в случае проведения их вне прямо обозначенных в Федеральном законе № 125-фз мест будет являться «неправомерным вмешательством государства в сферу свободу совести». В зависимости от характера религиозного мероприятия должен дифференцироваться и порядок их проведения.

Орган конституционной юстиции также отметил, что молитвенные и религиозные собрания «формально в системе действующего правового регулирования подпадают под нормативное определение» собрания, дефиниция которого раскрыта в ст. 2 Федерального закона № 54-ФЗ, по формальному признаку совместного присутствия граждан в специально отведенном или приспособленном для этого месте для коллективного обсуждения каких-либо общественно значимых вопросов. Вместе с тем по

содержательным характеристикам религиозные и публичные мероприятия различаются.

Можно сделать вывод, что Конституционный суд РФ провел разделение таких явлений, как публичное мероприятие и религиозное мероприятие, отметив совпадение их некоторых признаков. Однако данный орган не предложил никакого альтернативного варианта регулирования проведения религиозных мероприятий, отличного от порядка, предусмотренного для светских мероприятий. В качестве исключения он назвал религиозные мероприятия, проведение которых вне определенных в Федеральном законе № 125-ФЗ мест не потребует принятия от органов публичной власти мер, направленных на сохранение общественного порядка и безопасности.

Для предотвращения и недопущения нарушения прав и свобод человека и гражданина Конституционный суд РФ предписал законодательно разделить религиозные мероприятия на две группы: 1) мероприятия, проведение которых вне определенных в Федеральном законе № 125-ФЗ мест может потребовать принятие мер от органов публичной власти, направленных на сохранение общественного порядка и безопасности; 2) иные мероприятия.

Для первой группы мероприятий Конституционным судом РФ предлагается установить порядок их проведения, аналогичный предусмотренному для публичных мероприятий, для последней - свободный порядок. Представляется, однако, что это предписание может вызвать правовую неопределенность, так как из него не возникает ясности в ряде вопросов: каковы критерии отнесения религиозного мероприятия к одной из двух категорий; задачей какого субъекта должно быть данное определение; и как он должен ее выполнять ввиду отсутствия необходимости подачи уведомления.

Рассмотрев приведённые выше решения судов, можно сделать определенные выводы.

Несмотря на участившиеся случаи конфликтов при проведении (попытке проведения) религиозных мероприятий, многочисленные судебные тяжбы, влекущие наступление ответственности для организаторов и участников подобных мероприятий, в законодательстве России до сих пор нет не только проработанной терминологической системы, но и дефиниции термина «религиозное мероприятие». Данный пробел делает затруднительным столь важную задачу, как правильная квалификация действий акторов мероприятия. Ввиду этого судьи, рассматривающие дела указан-

ной категории, не всегда имеют возможность с известной степенью достоверности идентифицировать исследуемое ими явления, так как нет никаких подобающих критериев обособления схожих форм активности (кроме как публичное действие в общественном месте на религиозную тематику).

В соответствии с положениями Конвенции о защите прав человека и основных свобод ограничения прав и свобод лица могут вводиться только при соблюдении ряда требований, перечень которых носит исчерпывающий характер и не подлежит расширению во внутригосударственном толковании государства-участника Конвенции. На основании данных положений Европейским судом по правам человека выработана практическая база, определяющая случаи и конкретизирующая условия правомерности ограничений права на свободу публичных мероприятий, а также права выбирать место проведения акции, среди которых можно выделить следующие: ограничение права должно быть предусмотрено законом12; ограничение должно преследовать одну из законных целей, предусмотренных ст. 11 Конвенции13; вводимое вмешательство в право должно отвечать требованиям соразмерности, обоснованности и пропорциональности14; ограничение права должно быть необходимым в демократическом обще-стве15; причины (мотивы), приведенные национальными властями для обоснования ограничения права на свободу публичных мероприятий, должны быть уместными, существенными, относимыми, убедительными, неопровержимыми, непреодолимыми, достаточными16.

12 См. напр.: Дело «Станков и Объединенная Организация Македонии "Илинден" (Stankov and the United Macedonian Organization Ilinden) против Болгарии» : Постановление Европейского суда по правам человека от 2 октября 2001 г. (жалобы № 29221/95, 29225/95) // URL: http://www.legislationline.org/documents/action/popup/id/15800 (дата обр.: 13.01.2013).

13 См. Там же.

14 См., напр.: Дело «Христианско-демократическая народная партия (Christian Democratic People's Party) против Молдавии» : Постановление Европейского суда по правам человека от 2 февраля 2010 г. (жалоба № 28793/02) [Электр. ресурс] // СПС Консультант-Плюс.

15 См., напр. : Дело «Сергей Кузнецов (Sergey Kuznetsov) против Российской Федерации» : Постановление Европейского суда по правам человека ПЕСПЧ от 23 октября 2008 г. (жалоба № 10877/04) [Электр. ресурс] // СПС КонсультантПлюс // Дело «Христиан-ско-демократическая народная партия (Christian Democratic People's Party) против Молдавии» : Постановление Европейского суда по правам человека от 2 февраля 2010 г. (жалоба № 28793/02) [Электр. ресурс] // СПС КонсультантПлюс.

16 См., напр. : Дело «Объединенная коммунистическая партия Турции (United Communist Party of Turkey) и другие против Турции» : постановление Европейского суда по правам человека от 30 января 1998 г. (жалоба № 19392/92) [Электр. ресурс] // СПС КонсультантПлюс; Дело «Сергей Кузнецов (Sergey Kuznetsov) против Российской Федерации» : постановление Европейского суда по правам человека ПЕСПЧ от 23 октября 2008 г. (жало-

180

Ситуация, которая является основанием для введения ограничения права на религиозные мероприятия, также должна быть проанализирована по изложенным выше индикаторам (критериям). В противном случае конституционное право рискует быть подверженным произвольному вмешательству со стороны органов власти.

Представляется, что Конституционным судом РФ не была полностью разрешена затронутая проблема отграничения форм реализации различных конституционных прав. Орган конституционной юстиции обосновал закономерность дефиниционных пробелов многоконфессиональностью российского общества и разнообразием вероисповеданий. Подобный пробел, по мнению суда, не является дефектом правового регулирования и препятствием для «правильного разрешения споров, возникающих в связи с проведением публичных религиозных мероприятий». Данный тезис видится спорным. Суды в своей деятельности для определения порядка реализации того или иного явления должны иметь возможность идентифицировать его среди множества сходных. Для этого у каждого рассматриваемого феномена должны быть выделены характерные черты, качества, индивидуализирующие признаки, т. е. должна наличествовать четкая и однозначная дефиниция. Безусловно, религиозные мероприятия разнообразны по своему содержанию (особенно у различных течений), но их можно группировать по аналогии с публичными мероприятиями, что подтвердил Конституционный суд РФ в обозначенном выше постановлении. Несмотря на существование более ста вариаций уличных акций в зависимости от целей, размеров, средств, используемых в процессе ее реализации, и других критериев, авторы Федерального закона № 54-ФЗ сумели вывести классификацию, которая может включить и определить любую манифестацию, которая будет проходить на российском пространстве. Однако этот факт не означает, что допустимо полное копирование классификации публичных мероприятий, данной в законодательстве. Религиозные мероприятия имеют свою специфику, зачастую полностью не подпадают под определенную

ба № 10877/04); Дело «Политическая партия "Уранио Токсо" и другие заявители (Ouranio Toxo and Others) против Греции» : постановление Европейского суда по правам человека от 20 октября 2005 г. (жалоба № 74989/01) [Электр. ресурс] // URL: http://www.pollitecon.com/html/treaties/Case_Of_Ouranio_Toxo_And_Others_v._Greece.html (дата обр.: 13.01.2013).

дефиницию какой-либо формы публичного мероприятия17. Должна быть разработана и закреплена отдельная классификация религиозных мероприятий на основе той, что применена в законодательстве о манифестациях.

Суд, разрешающий конкретное дело, не должен оперировать в правовой материи абстракциями или гипотезами, особенно если дело касается ограничения конституционных прав и свобод. В отношении публичных религиозных мероприятий, особенно ввиду того, что Конституционный суд РФ установил необходимость их проведения по правилам законодательства о публичных мероприятиях, а также провел аналогию светских и религиозных собраний, представляется важным продолжить этот структурно-конструкторский процесс и выстроить стройную систему религиозных мероприятий, разделив в обязательном порядке их на публичные и частные18.

Кроме того, представляется важным обратить внимание на неоднородность регулирования различных форм публичных мероприятий. По общему правилу устанавливается уведомительный порядок проведения публичных мероприятий. Однако ст. 7 Федерального закона № 54-ФЗ говорит об исключении из этого правила - уведомление о проведении публичного мероприятия не подается, в случае если планируется проведение собрания или пикетирования одним участником. Сам порядок подачи уведомления для различных форм публичных мероприятий также неодинаков. При проведении пикетирования группой лиц уведомление о проведении публичного мероприятия может подаваться в срок не позднее трех дней до дня его проведения, а при проведении иных мероприятий - не ранее 15 и не позднее 10 дней до дня проведения публичного мероприятия. Федеральный закон № 125-ФЗ не устанавливает подобной дифференциации для проведения религиозных мероприятий, а лишь указывает, что публичные богослужения, другие религиозные обряды и церемонии, проводимые вне прямо установленных мест, осуществляются в порядке, закрепленном для проведения митингов, шествий и демонстраций, что вносит еще большую

17 Ни одно религиозное мероприятие нельзя охарактеризовать как массовое присутствие граждан в определенном месте для публичного выражения общественного мнения (обязательный элемент митинга - выражение общественного мнения); сомнительно и то, что в процессе проведения такого мероприятия будут использоваться (во время передвижения) плакаты, транспаранты и иные средства наглядной агитации (что является признаком демонстрации).

18 См. подробнее: Никитина Е.Е. Свобода совести: теория и практика ограничений прав в Российской Федерации // Журн. рос. права. 2013. № 12. С. 65-74.

182

неопределённость и в некоторых случаях даже ухудшает положение организаторов религиозного мероприятия по сравнению с организаторами публичных мероприятий. Нормативное сопоставление форм публичных мероприятий и видов религиозных мероприятий нигде не производится. При этом в законе не обозначено собрание или пикетирование как публичное мероприятие в порядке, установленном для которого, проводятся религиозные мероприятия19.

Рассматривая вопрос об ограничении права на публичные мероприятия, нужно учесть, что последнее имеет определенный конфликт в основании. Безусловно, что конфликт присущ и иным правам и интересам, однако без него не может существовать право на публичные мероприятия. Введение указанного ограничения права на публичные мероприятия обусловлено прежде всего таким свойством права, как порождение конфликта интересов различных лиц и социальных групп, который может иметь наиболее высокий градус накала в результате и в процессе реализации права на публичные мероприятия. Данное свойство требует установления равновесия в некоторых его измерениях: между интересами личности, интересами личности и общества, интересами различных социальных групп20.

Религиозные мероприятия, хотя они и могут потребовать принятия мер от органов публичной власти, направленных на сохранение общественного порядка и безопасности, не могут иметь протестного характера и поэтому представляют меньшую опасность для окружающих, чем публичное мероприятие. Для них должен быть установлен упрощенный свободно-уведомительный порядок, позволяющий не допустить нарушения прав религиозных объединений и верующих необоснованными бюрократическими препятствиями. Однако, как верно указал Конституционный суд РФ, избежать негативных последствий в процессе реализации публичных мероприятий во всех случаях не удастся: «Так, последствия проведения без предварительного уведомления органа исполнительной власти субъекта Российской Федерации или органа местного самоуправления публичного религиозного мероприятия, если оно доступно восприятию другими граж-

19 См. : Пятин С.Ю. Комментарий к Федеральному закону от 26 сентября 1997 г. № 125-ФЗ «О свободе совести и о религиозных объединениях» (постатейный) // [Электр. ресурс] // СПС КонсультантПлюс.

20 См. : Де Сальвиа М. Европейская конвенция по правам человека. СПб.: Юрид. центр Пресс, 2004. С. 165.

данами (даже если проводится в помещении), сопоставимы с последствиями проведения несогласованного публичного мероприятия общественного характера, поскольку открытая демонстрация религиозных убеждений может раздражать или оскорблять тех, кто исповедует иную религию или не исповедует никакой религии, а проходящие вне культовых зданий и сооружений, а также специально отведенных для этого мест либо жилых помещений отдельные религиозные мероприятия в силу своей массовости -помешать нормальной работе транспорта, государственных или общественных организаций»21. При этом, как отмечал профессор Дайси, «митинг, который во всех других отношениях законен, не сделается незаконным оттого, что может возбудить незаконную оппозицию и, таким образом, косвенно повести к нарушению тишины и спокойствия»22. Противоправные действия лиц, недовольных реализацией конституционного права, не могут служить основанием введения (дополнительных) ограничений данного права. Из вышеуказанного не следует вывода о равной степени опасности, которую несут религиозные и публичные мероприятия, а также о необходимости установления строгого порядка реализации свободы совести в массовых коллективных формах. Вместе с тем действующее регулирование порядка реализации права на религиозное мероприятие устанавливает для проведения религиозного мероприятия более жесткие требования, чем для публичных мероприятий при большей потенциальной опасности последних. Подобное установление свидетельствует о признании религиозных мероприятий имеющими больший конфликтный потенциал и общественную опасность, чем манифестации. Такое положение вещей видится сомнительным, с точки зрения обозначенных выше принципов и стандартов допустимости ограничения прав, и нуждающимся в дополнительном анализе и корректировке.

На основании вышеизложенного можно сделать вывод о том, что несмотря на участившиеся случаи конфликтов при проведении (попытке проведения) религиозных мероприятий, многочисленные судебные тяжбы, влекущие наступление ответственности для организаторов и участников подобных мероприятий, в законодательстве России до сих пор нет не толь-

21 Постановление Конституционного суда РФ от 5 декабря 2012 г. № 30-П.

22 Дайси А.В. Основы государственного права Англии. Введение в изучение английской Конституции. М.: Тип. т-ва И. Д. Сытина, 1905. С. 305.

184

ко проработанной терминологической системы, но и дефиниции термина «религиозное мероприятие». Данный пробел делает затруднительным столь важную задачу, как правильная квалификация действий акторов мероприятия. Ввиду этого судьи, рассматривающие дела указанной категории, не всегда имеют возможность с известной степенью достоверности идентифицировать исследуемое ими явления, так как нет никаких подобающих критериев обособления схожих акций (кроме как публичное действие в общественном месте на религиозную тематику).

Вместе с тем «публичное мероприятие» и «религиозное мероприятие» не являются понятиями синонимичными. Хотя формы их реализации обладают рядом сходных (общих) внешних признаков, однако кардинальное их отличие заключается в сущности, цели реализации. В отличие от манифестаций, которые реализуются в рамках права на публичное мероприятие, религиозные мероприятия являются объектом регулирования именно свободы совести (права на религиозные мероприятия), требуют индивидуального правового регулирования с использоваться способов и методов, характерных именно для конкретного правового явления. Конституционный суд РФ провел разделение рассматриваемых мероприятий, не предложив, однако, альтернативного варианта регулирования проведения религиозных мероприятий, существенно отличного от порядка, предусмотренного для светских мероприятий.

Кроме того, несмотря на то, что порядок проведения для различных форм публичных мероприятий также неодинаков в зависимости от степени общественной опасности, Федеральный закон № 125-ФЗ не устанавливает подобной дифференциации для проведения религиозных мероприятий, что вносит еще большую неопределённость в сферу регулирования порядка реализации права на религиозные мероприятия и в некоторых случаях даже ухудшает положение организаторов религиозного мероприятия по сравнению с организаторами манифестаций. Нормативное сопоставление форм публичных мероприятий и видов религиозных мероприятий нигде не производится. При этом религиозные мероприятия имеют свою специфику, зачастую полностью не подпадают под дефиницию какой-либо формы публичного мероприятия.

Вместе с тем религиозные мероприятия, хотя они и могут потребовать принятия мер от органов публичной власти, направленных на сохранение общественного порядка и безопасности, не могут иметь протестного

185

характера и поэтому представляют меньшую опасность для окружающих, чем публичное мероприятие. Для них должен быть установлен упрощенный свободноуведомительный порядок, позволяющий не допустить нарушения прав религиозных объединений и верующих необоснованными бюрократическими препятствиями. Также представляется важным продолжить этот структурно-конструкторский процесс и выстроить стройную систему религиозных мероприятий, разделив в обязательном порядке их на публичные и частные.

Список литературы

1. Дмитриев Ю.А. Комментарий к Федеральному закону от 19.06.2004 № 54-ФЗ «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях» (постатейный). - М.: Юркомпани, 2012.

2. Дмитриев Ю.А. Правовое обеспечение свободы манифестаций в условиях правового государства. - М., 1991.

3. Полянская И.С. Конституционно-правовое регулирование права граждан Российской Федерации на проведение собраний, митингов и демонстраций, шествий и пикетирования: автореф. дис. ... канд. юрид. наук. - М., 2005.

4. Никитина Е.Е. Свобода совести: теория и практика ограничений прав в Российской Федерации // Журн. рос. права, 2013. - № 12.

5. Де Сальвиа М. Европейская конвенция по правам человека. - СПб.: Юрид. центр Пресс, 2004.

6. Дайси А.В. Основы государственного права Англии. Введение в изучение английской Конституции. - М.: Тип. т-ва И. Д. Сытина, 1905.