Медиатекст в контексте формирования медиаграмотности

РАЗДЕЛ IV ИНФОРМАЦИОННЫЕ И ПЕДАГОГИЧЕСКИЕ ТЕХНОЛОГИИ

УДК 811 ’42:659.4+378.1

Н. В. Чичерина

МЕДИАТЕКСТ В КОНТЕКСТЕ ФОРМИРОВАНИЯ МЕДИАГРАМОТНОСТИ

Современный этап развития общества характеризуется беспрецедентным развитием и усилением влияния средств массовой коммуникации, что приводит к глобальным изменениям в способах получения информации и опыта. Между индивидуумом и действительностью находится «огромное количество «образных посредников», формируемых массовой коммуникацией» [2, с. 51], поэтому знания и опыт, приобретаемые человеком в начале XXI в., становятся, как никогда, опосредованными.

В этом контексте особую актуальность приобретает задача формирования медиаграмотных членов общества, способных адекватно воспринимать, анализировать и критически оценивать тексты, продуцируемые средствами массовой информации, во всем разнообразии их форм. Вопросы формирования медиаграмотной личности решаются в рамках медиаобразования, которое определяется как процесс образования и развития личности с помощью и на материале средств массовой коммуникации с целью формирования культуры общения с масс-медиа, творческих, коммуникативных способностей, критического мышления, умений интерпретации, анализа и оценки медиатекстов, обучения различным формам самовыражения при помощи медиатехники [9]. Изданного определения следует, что медиаграмотность, рассматриваемая как цель и результат медиаобразования, является сложным и разноплановым понятием, объединяющим широкий спектр различных образовательных подходов, теорий, методов, целей, результатов. В процесс формирования медиаграмотности могут быть вовлечены представители разных профессий, возрастных и социальных групп; базой для формирования медиаграмотности могут быть учреждения формального и неформального образования; концепты медиаграмотности могут быть интегрированы в процесс преподавания различных дисциплин учебного плана или же рассматриваться как отдельное направление образовательной деятельности. Различными могут быть и стратегии формирования медиаграмотности. Они могут быть нацелены на критический анализ медиатекстов, на изучение социального и политического контекстов создания медиатекстов, на развитие гражданственности потребителей медиапродукции; наконец, на

формирование практических навыков и умений использования медиатехнологий для создания различных видов медиатекстов.

Но, независимо от того, как определяются цели, задачи, содержание и стратегии медиаобразования, объединяющим элементом в различных подходах к формированию медиаграмотности выступает медиатекст. Изучение медиатекстов различных форм и видов является основой для формирования представления о том, как реальность конструируется и репрезентируется в средствах массовой информации. Медиатекст рассматривается, таким образом, как основное средство формирования медиаграмотности. С этих позиций представляется необходимым обозначить основные подходы к определению медиатекста и его доминирующие характеристики, имеющие значение для процесса формирования медиаграмотности.

В современной науке медиатекст рассматривается с различных позиций и описывается в терминах журналистики, традиционной и медиа лингвистики, коммуникативистики, социологии, культурологии, медиаобразования и других направлений научных исследований. Большинство исследователей сходятся в том, что уровень массовой коммуникации придает традиционному понятию «текст» новые смысловые оттенки, однако каждый из них по-разному, в рамках своего видения и области исследований, определяет эти специфические особенности.

Так, например, Я. Н. Засурский рассматривает медиатекст в контексте многообразия и разноплановости современных процессов массовой коммуникации и определяет его как «новый коммуникационный продукт» [1, с. 6], особенность которого заключается в том, что он может быть включен в разные медийные структуры вербального, визуального, звучащего, мультимедийного планов, а также в разные медийные обстоятельства: газеты и журналы, радио и телевидение, Интернет и мобильная связь и т. п.

И. В. Рогозина подчеркивает значимость социальных, когнитивных и коммуникативных процессов, которые реализуются при взаимодействии с текстами СМИ. Рассматривая медиатекст как одно из средств формирования концептуальной картины мира индивида и социальной регуляции, она определяет данный вид текста как «подвижное, регулируемое социальноречевое образование, обеспечивающее решение как коммуникативных, так и иных задач, а также как инструмент формирования общественного мнения внутри данного социума и за его пределами» [6, с. 127].

В. В. Прозоров предлагает рассматривать медиатекст с двух позиций: с точки зрения его создателей и с точки зрения потребителей текстов [5]. В первой позиции медиатекст выступает как разножанровый масс-медийный продукт, осмысление которого должно происходить в объеме газетножурнального издания, теле- или радиоканала, которые создают единое художественно-образное пространство для общения с аудиторией. С точки зрения массовых потребителей все многообразие медиатекстов, продуци-

руемых различными средствами массовой информации, воспринимается как единый, более или менее связный, цельный журналистский текст. Таким образом, в концепции В. В. Прозорова, медиатекст получает расширительное толкование. По его образному определению, текст СМИ — это текст-река, в которую «можно входить бесчисленное количество раз, окунаться вновь и вновь, а когда отвлекают другие интересы или занятия, можно быть уверенным, что река эта течения своего не прервет. Она постоянно ждет нашего возвращения» [5, с. 111]. Такое определение, имеющее скорее поэтический, чем научный характер, подчеркивает одну из наиболее актуальных характеристик медиатекстов - неразрывную взаимосвязь с другими текстами СМИ, составляющими современную медиакартину мира.

Из вышеприведенных определений медиатекста со всей очевидностью следует вывод, во-первых, о многогранности, комплексности и интегралъ-ности данного понятия, а, во-вторых, о наличии ряда специфических характеристик, выделение и рассмотрение которых позволяет сформировать более целостное представление о современных медиатекстах.

К таким характеристикам следует, на наш взгляд, относить многомерность и многоплановость, языковое наполнение, динамический характер, а также социально-регулятивную природу медиатекстов.

Наиболее важной отличительной характеристикой современного медиатекста является его многомерность, под которой понимается комбинирование и интеграция разнородных компонентов (вербальных, визуальных, аудитивных, аудиовизуальных или других) в едином смысловом пространстве текста. Многомерность медиатекста, обозначаемая в работах разных авторов такими терминами как многоплановость, полифоничность, гетерогенность или интегральность, во многом определяет степень и характер воздействия медиатекста на аудиторию слушателей, читателей, зрителей и пользователей. Как справедливо отмечает И. В. Рогозина, многомерность медиатекста (в терминологии И. В. Рогозиной - «гетерогенность»), является закономерностью, связанной с необходимостью передачи больших объемов информации, и, следовательно, более четким ее структурированием для облегчения восприятия и переработки, а также с необходимостью минимизации времени и условий на обработку информации с целью сохранения актуальности [6, с. 139]. Находясь в едином смысловом пространстве, различные компоненты медиатекста воздействуют на образные составляющие мышления, способствуя проникновению в суть репрезентируемых явлений и процессов. Я. Н. Засурский подчеркивает, что современный медиатекст «существует в нескольких ипостасях, в нескольких сферах, в нескольких средах: и в бумажном виде, и в звучащем, и в визуальном. Текст обрастает новыми возможностями.... Такая многоплановость, многомерность текста приводят к созданию действительно полифонического коммуникационного продукта» [1, с. 3].

На наш взгляд, названные характеристики медиатекста (многомерность, многоплановость, гетерогенность, полифоничность, и т. п.) достаточно удачно объединены В. В. Прозоровым в концепте мультитекста. По его мнению, современный медиатекст может быть обозначен как «мультитекст», как «бесконечная серия текстов, связанных между собой общностью рубрик, жанров, приемов, авторов, ведущих и т. д.» [5, с. 111]. Вместе с тем, в нем обнаруживается совокупность устойчивых характеристик, связанных с функциональной определенностью современных СМИ, в частности, раз-ножанровость, калейдоскопичность, актуальность, властность и императивность [5, с. 111-139].

Многомерность медиатекста обусловлена, в первую очередь, развитием новых информационных технологий и конвергенцией СМИ. В условиях более объемной, разноплановой и многослойной коммуникации, медиатекст приобретает качества «нового коммуникационного продукта» [1, с. 6] и предстает как «мультитекст» [5, с. 111] во всем разнообразии жанров, форматов, структурных компонентов.

Одной из самых ярких специфических характеристик медиатекстов является их языковое наполнение. Как отмечают исследователи, язык СМИ представляет собой «функционально-стилевое образование, в известной степени моделирующее национальный язык» [8, с. 10] и представляющее обществу политику, идеологию, науку, искусство, литературу, ценности, чувства и убеждения народа. Именно поэтому язык современных медиатекстов выступает объектом междисциплинарного исследования [10] и изучается с позиций герменевтики, психолингвистики, прагматики и других наук. Языковая специфика медиатекстов определяется прежде всего тем, что они рассчитаны на массовую аудиторию. Именно массовость аудитории обусловливает комплекс языковых черт медиатекстов, к которым следует относить усредненность языковой нормы, особый тип автора медиатекста и специфическую текстовую модальность, а также создание своеобразного публицистического пространства как широкой области бытования и столкновения идей социального, политического, идеологического, мировоззренческого и т. п. характера [8].

Еще одной отличительной чертой современного медиатекста является его динамический характер, во многом определяемый многоаспек гностью контакта автора и его аудитории, что не свойственно другим разновидностям текстов. Вслед за В. В. Славкиным, динамический аспект медиатекста следует рассматривать на трех уровнях: внутритекстовом, надтекстовом и гипертекстовом [7].

1. Внутритекстовой уровень связан с речевой стороной представления действительности в тексте и предполагает сопоставление развертывания реального действия во времени и пространстве с тем, как и с помощью каких средств это отражено в медиатексте.

2. Надтекстовон уровень динамики медиатекста заключается в особом взаимодействии субъектов коммуникативного процесса - автора и читателя (зрителя, пользователя). Как известно, в современной лингвистике различают две коммуникативные ситуации: каноническую (полноценную), когда говорящий и слушающий присутствуют в контексте сообщения, и неканоническую (неполноценную), образующуюся между рассказчиком-повеетвователем и вероятным, воображаемом читателем [3]. Однако применительно к медиатекстам В. В. Прозоров предлагает выделять промежуточную коммуникативную ситуацию, возникающую в СМИ, когда в процесс общения автора и адресата непосредственно зключаются читатель, слушатель, зритель [5]. Примерами таких ситуаций являются публикация читательских писем на газетной полосе или журнальных страницах, участие аудитории медиатекстов в прямом радио- и телеэфире, интерактивное взаимодействие с участниками реалити-шоу и т. д.

3. Гипертекстовой уровень определяется, во-первых, включенностью отдельных медиатекстов в общий информационный поток. Как подчеркивает В. Ф. Петренко, «тексты в нашем сознании существуют скорее как гипертексты, включающие мириады ассоциативных связей» [4, с. 20]. Любой медиатекст выступает как часть общего, глобального процесса коммуникации. Во-вторых, гипертекстовой уровень динамики медиатекста определяется его растущей многомерностью, о которой уже шла речь выше.

Можно заметить, что динамическая сущность медиатекста как раз и позволяет определять его как «мультигекст», характеризующийся многоа-спектностью взаимодействия автора и аудитории и существующий во взаимодействии с другими текстами современной медиакультуры.

Все описанные выше характеристики медиатекста тесно связаны с его социально-регулятивной природой. В современном информационном обществе медиатекст используется в качестве «уникального средства интерпретации и репрезентации реальности, а, следовательно, и формирования у индивида картины мира, дает возможность масс-медиа влиять на сложные социальные процессы, происходящие как в отдельно взятом обществе, так и в мире в целом, и тем самым предопределять видение мира реципиентом» [6, с. 121]. Таким образом, помимо социального регулирования, медиатекст воздействует и на когнитивную сферу, модифицируя индивидуальную картину мира членов общества. При взаимодействии с текстом происходит «поддержка, изменение, трансформация внутренней картины мира субъекта» [4, с. 19], поскольку читателю, зрителю или слушателю передается не только информация, но и эмоционально-ценностное содержание, которое может определяться позицией автора или социального института, который он представляет, а также культурной традицией или социальным контекстом. Реализация социально-регулятивной функции медиатекстов обеспечивается благодаря многомерному представлению социально значимых смыслов,

специфическому языковому наполнению, динамическому и многоаспектному взаимодействию с аудиторией, включенности медиатекста в общий информационный поток.

Таким образом, основные характеристики современного медиатекста, к которым мы относим многомерность, языковую специфику, динамические аспекты и социально-регулятивную природу, существуют в неразрывном единстве и определяют его сущность как «нового коммуникационного продукта» и основного средства формирования медиаграмотности.

Библиографический список

1. Засурский, Я. Н. Колонка редактора: медиатекст в контексте конвергенции // Вестник Московского университета. Серия 10. Журналистика. - 2005. - № 2, -с. 3—6.

2. Назаров, М. М. Массовая коммуникация в современном мире: методология анализа и практика исследований. Изд. 2-е, исправл. - М.: Едигориал УРСС, 2002. - 240 с.

3. Надучева, Е. В. Семантические исследования: Семантика времени и вида в русском языке. Семантика нарратива. М,: Школа «Языки русской культуры», 1996. - 464 с.

4. Петренко, В. Ф. Психосемантика ментальности: коммуникативный аспект // Проблемы медиапсихологии. Материалы секции «Медиапсихология» Международной научно-практической конференции «Журналистика в 2000 году: реалии и прогнозы развития», Москва, МГУ, 2001. - М.: РИП-холдинг, 2002. - с. 19-30.

5. Прозоров, В. В. Власть современной журналистики, или СМИ наяву. Саратов: Изд-во Сарат. ун-та, 2004. - 240 с.

6. Рогозина, И. В. Медиа-картина мира: когнитивно-семиотический аспект: Монография. - Москва-Барнаул: Изд-во АлтГТУ. 2003. - 289 с.

7. Славкин, В. В. Журналистский текст в динамическом аспекте // Вестник Московского университета. Серия 10. Журналистика. - 2005. ~№ 2. — с. 16-20,

8. Солганик, Г. Я. К определению понятий «текст» и «медиатекст» // Вестник Московского университета. Серия 10. Журналистика. - 2005. - № 2. - с. 7-15.

9. Федоров, А. В. Терминология медиаобразования // Искусство и образование. - 2000. - № 2. - с. 33-38.

10. Язык СМИ как объект междисциплинарного исследования: Учебное пособие. - М.: Изд-во МГУ, 2003. - 460 с.