Роль адипоцитокинов в комплексной оценке пищевого статуса при сочетании артериальной гипертензии и хронической обструктивной болезни легких

Для корреспонденции

Сухатерина Наталья Александровна - кандидат медицинских

наук, заведующая поликлиническим отделением

ГБУЗ Новосибирской области «Городская клиническая

больница № 2», ассистент кафедры госпитальной терапии

и медицинской реабилитации

ФГБОУ ВО «Новосибирский государственный медицинский

университет» Минздрава России

Адрес: 630051, г. Новосибирск, ул. Ползунова, д. 21

Телефон: (383) 279-01-67

E-mail: vorobnatal@mail.ru

Герасименко О.Н.1, 2, Сухатерина Н.А.1, 2, Шпагин И.С.1

Роль адипоцитокинов в комплексной оценке пищевого статуса при сочетании артериальной гипертензии и хронической обструктивной болезни лeгких

1 ФГБОУ ВО «Новосибирский государственный медицинский университет» Минздрава России

2 ГБУЗ Новосибирской области «Городская клиническая больница № 2»

1 Novosibirsk State Medical University

2 City Clinical Hospital # 2, Novosibirsk

Цель исследования - на основе изучения адипоцитокинового и пищевого статуса выявить ранние маркеры диагностики и эффективности лечения больных артериальной гипертензией (АГ) в сочетании с хронической обструктивной болезнью легких (ХОБЛ). Проведено комплексное клинико-функциональное обследование 187 пациентов: 27 пациентов без АГ и ХОБЛ составили 1-ю группу (сравнения), 53 пациента с АГ - 2-ю группу, 51 пациент с ХОБЛ - 3-ю группу, 56 пациентов с АГ и ХОБЛ - 4-ю группу. Обследование всех пациентов включало общеклинические методы, оценку показателей функции внешнего дыхания, суточное мониторирование артериального давления. Уровень адипокинов в крови определяли методом иммуноферментного анализа; показателей цито-кинового статуса - электрохемилюминесцентным методом в сыворотке крови; показателей липидного, углеводного и белкового обмена - на биохимическом анализаторе; компонентный состав тела определяли методом биоимпедансомет-рии. В группе лиц, страдающих АГ в сочетании с ХОБЛ, выявлены достоверное преобладание пациентов с гемодинамическим вариантом non-dippers (48,2%), снижение показателей функции внешнего дыхания [объем форсированного выдоха за 1-ю секунду (ОФВ1) в 1,5раза статистически значимо ниже показателя пациентов из группы сравнения (p<0,05), индекс Тиффно в 1,3 раза ниже]. При антропометрическом исследовании у пациентов с коморбидным течением АГ и ХОБЛ определено достоверное повышение обхвата талии и индекса обхват талии/бедер (p<0,05), повышение содержания жировой массы тела на фоне снижения в сравнении с группой сравнения содержания тощей массы, активной

Для цитирования: Герасименко О Н., Сухатерина Н А., Шпагин И.С. Роль адипоцитокинов в комплексной оценке пищевого статуса при сочетании артериальной гипертензии и хронической обструктивной болезни легких // Вопр. питания. 2017. Т. 86. № 4. С. 29-36. Статья поступила в редакцию 21.03.2017. Принята в печать 30.06.2017.

For citation: Gerasimenko O.N., Sukhaterina N.A., Shpagin I.S. Role of adipocytokines in the integrated assessment of nutritional status of patients with a combination of hypertension and chronic obstructive pulmonary disease. Voprosy pitaniia [Problems of Nutrition]. 2017; 86

Received 21.03.2017. Accepted for publication 30.06.2017.

Role of adipocytokines in the integrated assessment of nutritional status of patients with a combination of hypertension and chronic obstructive pulmonary disease

Gerasimenko O.N.1, 2, Sukhaterina N.A.1, 2, Shpagin I.S.1

клеточной массы, содержание внеклеточной жидкости достоверно превышало показатели группы сравнения. Также отмечено снижение значения фазового угла. Выявлены признаки белкового дефицита, атерогенной дислипидемии, инсулинорезистентности. У пациентов с коморбидным течением отмечена наиболее высокая адипокиновая (повышение концентрации лептина и резистина на фоне снижения уровня адипонектина и лептин-связывающего рецептора) и цитокиновая (повышение концентрации медиаторов воспаления) активность жировой ткани.

Ключевые слова: артериальная гипертензия, хроническая обструктивная болезнь легких, адипоцитокины, пищевой статус, маркеры диагностики

The aim of the study was to identify early markers of diagnosis and efficacy of treatment of patients with arterial hypertension (AH) in combination with chronic obstructive pulmonary disease (COPD) basing on the study of adipocytokine and nutritional status. A comprehensive clinical and functional examination of 187patients has been carried out, including 27 patients without AH and COPD that formed the control group, 53 patients with hypertension, 51 patients with COPD and 56 patients with hypertension combined with COPD. Examination of all patients included general clinical methods, evaluation of the indicators of respiratory function, daily monitoring of blood pressure. The level of adipokines in the blood was determined by ELISA; cytokine status indicators in blood serum - by electrochemiluminescent method; indicators of lipid, carbohydrate and protein metabolism - on the analyzer; evaluation of body composition by bioimpedance method. In the group of persons suffering from AH in combination with COPD, a significant prevalence of patients with a hemodynamic variant of non-dippers (48.2%) was found, a decrease in the indicators of external respiration function was revealed (the volume of forced expiration in the first second was statistically significantly 1.5 fold lower than the index of patients from the control group, the Tiff no index was 1.3 fold lower, p<0.05). When anthropometric study in the comorbidgroup of hypertension and COPD determined a significant increase in waist circumference index and waist circumference/ hips circumference (p<0.05), increase in body fat mass, decrease of body lean and active cellular mass in comparison with the control group, the content of extracellular fluid was significantly higher than rates in the control group. A decrease in the value of the phase angle was also noted. The signs of protein deficiency, atherogenic dyslipidemia, insulin resistance were revealed. In patients with comorbid flow, the highest adipokine (increase in the concentration of leptin and resistin on the background of a decrease in the level of adiponectin and leptin-binding receptor) and cytokine (increase in the concentration of mediators of inflammation) activities of adipose tissue were revealed. Keywords: arterial hypertension, chronic obstructive pulmonary disease, adipocytokines, nutritional status, diagnostic markers

1-^чаемости пациентов с сочетанием сердечно-сосудистой патологии и хронической обструктивной болезни легких (ХОБЛ) [1]. Кардиоваскулярная патология и ХОБЛ имеют общие звенья патогенеза (хроническое системное субклиническое воспаление, окислительный стресс, эндотелиальная дисфункция, инсулинорезистентность) [2], а также факторы риска (курение, пожилой возраст, мужской пол, малоподвижный образ жизни, ожирение и др.) [3].

В'

настоящее время отмечается высокая частота встре-

Особое внимание уделяется не только количеству и распределению, но и функциональной активности жировой ткани [9]. Адипоциты секретируют адипокины (леп-тин, адипонектин, резистин и др.), а стромоваскулярная часть жировой ткани образует цитокины [интерлейкины (ИЛ) 1, 6, фактор некроза опухоли а (ФНОа)] [10].

Хроническое системное воспаление рассматривается как основной общий механизм развития артериальной гипертензии (АГ) и ХОБЛ [4, 5]. К наиболее часто встречающимся алиментарно-зависимым нарушениям при АГ относятся избыточная масса тела, дислипидемия, инсу-линорезистентность, избыток внеклеточной жидкости [6]. Для пациентов с ХОБЛ характерны белково-энергети-ческий дефицит и снижение тощей (скелетно-мышечной, костной) массы тела [7, 8].

Лептин и резистин активизируют атерогенез, неоан-гиогенез и тромбообразование, воспаление в сосудах, окислительный стресс, гипертрофию мышечного слоя сосудов, способствуют развитию инсулинорезистентности [11]. Адипонектин, напротив, обладает протек-тивными, противовоспалительными, антиатерогенными, антипролиферативными свойствами, повышает чувствительность тканей к инсулину [12].

Медиаторы воспаления воздействуют на клетки, органы и системы макроорганизма, вызывая различные системные биологические эффекты [13]. Некоторые провоспалительные цитокины

способствуют развитию пищевой недостаточности у пациентов с ХОБЛ [14]. Выявлена положительная корреляция между экспрессией ФНОа, ИЛ-1, ИЛ-6 и индексом массы тела (ИМТ), систолическим артериальным давлением (АД), развитием инсулинорезис-тентности [15, 16]. Трофологическая недостаточность является неблагоприятным прогностическим фактором, она приводит к атрофии дыхательной и скелетной мускулатуры, нарушению дыхательной функции, про-грессированию сердечно-сосудистой патологии [17].

Существующие в настоящее время методы комплексной оценки пищевого статуса не включают определение наиболее значимых адипоцитокинов (лептина, резистина, адипонектина, а также ИЛ-1, ИЛ-6, ФНОа), которые оказывают влияние на компонентный состав тела, клинико-функциональные состояния, течение и прогноз заболевания при АГ в сочетании с ХОБЛ.

Цель исследования - на основе изучения адипоцито-кинового и пищевого статуса выявить ранние маркеры диагностики и эффективности лечения больных АГ в сочетании с ХОБЛ.

Материал и методы

На базе ГБУЗ Новосибирской области «Городская клиническая больница № 2» проведено комплексное клинико-функциональное обследование 187 пациентов. Группу сравнения представили 27 пациентов, не страдающих АГ и ХОБЛ (1-я группа). В исследование были включены 53 пациента с АГ (2-я группа), 51 пациент с ХОБЛ (3-я группа) и 56 пациентов с сочетанием АГ и ХОБЛ (4-я группа).

Критерии включения больных в исследование: АГ II-III степени, риск 2-3 (рекомендации Европейского общества кардиологов, 2013); ХОБЛ категории А, В, С (рекомендации GOLD, 2013); ИМТ - от 18,5 до 39,9 кг/м2.

Критерии исключения больных из исследования: острые и хронические заболевания в стадии декомпенсации; эндокринные болезни, включая сахарный диабет.

Обследование всех пациентов включало общеклинические методы, оценку показателей функции внешнего дыхания, суточное мониторирование АД.

Специальные методы исследования:

- определение уровня адипокинов крови методом иммуноферментного анализа (ИФА) при помощи наборов для иммуносорбентного анализа DRG Leptin (Sandwich) ELISA, Human Adiponectin ELISA, Human Resistin ELISA («Biovendor», Чехия);

- оценка показателей цитокинового статуса элек-трохемилюминесцентным методом в сыворотке крови на анализаторе («IGEN Inc. ORIGEN Analyzer», США);

- определение показателей липидного, углеводного и белкового обмена на биохимическом анализаторе ERBA («Erba Lachema», Чехия);

- оценка компонентного состава тела методом био-импедансометрии на аппарате «МЕДАСС АВС-01» (ООО НТЦ «МЕДАСС», РФ).

Статистическую обработку полученных результатов осуществляли с использованием пакета статистических программ Stat Soft Statistica 6.0, 2000. Статистическую значимость выявленных различий оценивали по f-кри-терию для парных выборок, значения считали достоверными при p<0,05. Для оценки влияния нескольких независимых переменных на переменную отклика использовали метод множественной линейной регрессии. Построенная в данной работе математическая модель основана на применении нелинейного регрессионного анализа.

Результаты и обсуждение

Результаты суточного мониторирования АД у пациентов представлены в табл. 1.

Выявлено достоверное преобладание в группе АГ в сочетании с ХОБЛ пациентов с гемодинамичес-ким вариантом non-dippers (48,2%) с недостаточной степенью ночного снижения АД. Физиологический тип dippers определен у 32,1%, а ночное повышение АД (night-pickers) - у 16,1%, over-dippers -у 3,6% больных.

Объективные данные о функциональном состоянии органов дыхания у больных исследуемых групп представлены в табл. 2.

Наибольшее снижение показателей функции внешнего дыхания выявлено у больных при сочетанном ва-

Таблица 1. Распределение типов суточного профиля артериального давления у пациентов

Показатель 2-я группа, АГ

Dippers 27° 35л 18л°

Non-dippers 18 17 27л°

Night-pickers 5 0 9л°

Over-dippers 3 0 2л°

П р и м е ч а н и е. Л - статистически значимые отличия (p<0,05) от показателя пациентов с АГ; ° - статистически значимые отличия (p<0,05) от показателя пациентов с ХОБЛ; dippers - пациенты с оптимальным снижением АД в ночные часы и суточным индексом АД 10-20%; non-dippers - больные, у которых АД ночью снижается меньше чем на 10%, и суточный индекс составляет менее 10%; over-dippers - пациенты с чрезмерным снижением АД в ночное время с суточным индексом выше 20%; night-pikers - пациенты с устойчивым повышением ночного АД и отрицательным значением суточного индекса. Здесь и в табл. 2-7: расшифровка аббревиатур дана в тексте.

Таблица 2. Показатели функции внешнего дыхания у пациентов

Показатель Группа сравнения

ФЖЕЛ, % от должного 95,5±7,6 93,5±5,1 66,4±1,6*л 63,4±1,7*л

ОФВ1, % от должного 87,4±7,5 82,0±6,3 60,4±2,1*л 59,2±2,4*л

МОС25, % от должного 63,4±4,8 52,0±4,7 48,3±3,4*л 50,1±4,2*л

МОС50, % от должного 62,2±4,2 50,7±3,9 46,2±3,2*л 42,6±3,1*л

МОС75, % от должного 60,1 ±3,8 50,4±4,1 46,8±4,0*л 43,6±3,6*л

ОФВ1/ФЖЕЛ, % 86,7±8,1 78,9±5,6 67,7±2,5*л 64,9±1,7*л

Пр и м е ч а н и е. * - статистически значимые отличия (р<0,05) от показателя группы контроля; л - статистически значимые отличия (р<0,05) от показателя группы АГ; ° - статистически значимые отличия (р<0,05) от показателя группы ХОБЛ; МОС - максимальные объемные скорости экспираторного потока; ОФВ-, - объем форсированного выдоха за 1-ю секунду; ФЖЕЛ - функциональная жизненная емкость легких.

Таблица 3. Антропометрические показатели пациентов

Показатель Группа сравнения

Возраст, годы 49,9±6,4 55,4±8,2 53,6±11,7 54,4±9,9

ИМТ, кг/м2 27,6±6,2 29,6±5,9* 27,3±5,9 28,4±5,1

ОТ, см 83,0±18,8 98,6±15,4* 91,5±17,0 101,4±14,2*

ОТ/ОБ, усл.ед. 0,78±0,11 0,91 ±0,09* 0,88±0,12 0,94±0,11*

П р и м е ч а н и е. Здесь и в табл. 4-7: * - статистически значимые отличия (р<0,05) от показателя группы сравнения; ОТ - обхват талии; ОБ - обхват бедер.

Таблица 4. Показатели биоимпедансометрии пациентов

Показатель Группа сравнения

Жировая масса, кг 27,4±11,2 34,3±12,1* 25,0±11,5 33,1 ±8,8*

Тощая масса, кг 54,6±12,9 51,8±10,7 51,2±11,0 48,2±9,7*

Активная клеточная масса, кг 30,5±8,0 29,1 ±7,4 28,2±7,2* 25,9±6,7*

Доля активной клеточной массы, % 56,0±3,4 54,1 ±5,3 54,2±4,7 52,6±4,6*

Скелетно-мышечная масса, кг 24,2±6,8 22,3±6,4 24,5±5,9 21,9±7,5

Общая жидкость, кг 37,1 ±9,5 38,9±7,8 37,9±8,0 42,5±8,2*

Внеклеточная жидкость, кг 15,8±3,9 15,4±3,1 15,7±2,8 17,5±3,2*

Фазовый угол (50 кГц), град. 6,5±0,7 6,3±0,8 6,2±0,9 5,7±0,9*

Таблица 5. Показатели белкового обмена у пациентов

Показатель Группа сравнения

Общий белок, г/л 77,9±4,2 76,1 ±4,8 75,5±4,2 69,1 ±4,7

Преальбумин, мг/дл 27,2±5,2 25,4±6,4 21,5±7,4 20,0±5,9*

рианте АГ и ХОБЛ. Так, объем форсированного выдоха за 1-ю секунду у этих пациентов был в 1,5 раза, а индекс Тиффно (ОФВ1/ФЖЕЛ) - в 1,3 раза ниже, чем у пациентов из группы сравнения.

В табл. 3 представлены данные антропометрического обследования пациентов.

Исследуемые группы были сопоставимы по ИМТ с р>0,05, при этом у пациентов с АГ и в группе комор-бидного варианта АГ и ХОБЛ определено достоверное повышение среднего значения ОТ и индекса ОТ/ОБ в сравнении с показателем пациентов группы сравнения (р<0,05).

Наиболее значимые отклонения в компонентном составе тела отмечены у пациентов с сочетанным тече-

нием АГ и ХОБЛ (табл. 4). Для них было характерно повышение жировой массы тела в сравнении с пациентами из группы сравнения и с ХОБЛ, статистически значимое снижение в сравнении с пациентами группы сравнения тощей (р=0,03), активной клеточной массы (р=0,04). Кроме того, среднее содержание общей и внеклеточной жидкости достоверно превышало показатели пациентов группы сравнения (р=0,03). Также отмечено статистически значимое в сравнении с группой сравнения снижение фазового угла (р=0,04).

При оценке показателей белкового обмена (табл. 5) у пациентов с сочетанной формой АГ и ХОБЛ обращает на себя внимание статистически значимое снижение концентрации преальбумина в 1,4 раза (р=0,03) в срав-

нении с показателем пациентов из группы сравнения при отсутствии достоверных различий по содержанию общего белка, что является ранним маркером белково-энергетической недостаточности.

В табл. 6 представлены показатели углеводного обмена. В группе пациентов с АГ в сочетании с ХОБЛ определен наиболее высокий уровень инсулина, достоверно превышающий значения пациентов группы сравнения в 1,2 раза (р=0,04), и значимое повышение индекса инсулинорезистентности (НОМА-1Я) по сравнению с показателем группы сравнения в 1,4 раза (р=0,03). Полученные данные позволяют предположить формирование инсулинорезистентности в группе пациентов с сочетанием АГ и ХОБЛ.

У пациентов с сочетанным вариантом АГ и ХОБЛ имела место проатерогенная дислипидемия (табл. 7). Так, уровень холестерина липопротеидов очень низкой плотности (ХС ЛПОНП) в коморбидной группе был в 2,0 раза выше, чем в группе сравнения, в 1,2 раза, чем

у пациентов с АГ, и в 1,5 раза, чем у пациентов с ХОБЛ ^<0,05). Содержание триглицеридов при коморбидном течении АГ и ХОБЛ превышало показатель пациентов из группы сравнения и с ХОБЛ в 1,6 раза (р=0,02), а индекс атерогенности был в 1,7 раза выше такового у пациентов из группы сравнения (р=0,02).

В группе пациентов с АГ в сочетании с ХОБЛ выявлен значительный дисбаланс адипоцитокинового статуса (табл. 8). Среднее содержание лептина у пациентов с АГ в сочетании с ХОБЛ превышало значение у пациентов из группы сравнения в 2,4 раза (р=0,03), у пациентов с АГ - в 1,2 раза (р=0,05), у пациентов с ХОБЛ - в 1,7 раза (р=0,05). Среднее содержание лептин-связывающего рецептора у пациентов с сочетанием АГ и ХОБЛ было ниже показателя пациентов из группы сравнения в 1,7 раза (р=0,03), с АГ - в 1,3 раза (р=0,04), с ХОБЛ -в 1,8 раза (р=0,02). Кроме того, в группе пациентов с коморбидным течением АГ и ХОБЛ обращает на себя внимание наиболее высокая концентрация резистина,

Таблица 6. Показатели углеводного обмена у пациентов

Показатель Группа сравнения

Глюкоза крови, ммоль/л 5,7±0,5 5,8±0,6 5,4±0,5 5,9±0,6

Инсулин, мкМЕд/мл 8,6±2,4 9,2±2,5 8,8±2,5 10,2±3,2*

С-пептид, нг/мл 1,5±0,3 1,7±0,4 1,7±0,4 1,8±0,3

ИЬД1с, % 4,2±1,3 4,8±1,4 4,5±1,1 5,1±1,2*

Индекс И0МД-!В 2,0±1,1 2,4±1,6 2,3±2,1 2,7±1,9*

Таблица 7. Показатели жирового обмена у пациентов

Показатель Группа сравнения

Общий холестерин, ммоль/л 5,0±1,8 5,6±2,3* 5,0±0,4 5,8±1,4*

ХС ЛПВП, ммоль/л 1,9±0,3 1,5±0,4* 1,7±0,4 1,0±0,5*

ХС ЛПНП, ммоль/л 2,9±2,1 3,3±2,2 3,0±0,3 3,4±1,3

ХС ЛПОНП, ммоль/л 0,6±0,3 1,0±0,3* 0,8±0,3 1,2±0,3*

Триглицериды, ммоль/л 1,5±0,2 2,3±1,4* 1,5±0,6 2,4±0,8*

Индекс атерогенности, усл. ед. 2,1 ±0,9 3,0±1,5* 1,9±0,7 3,5±0,8*

П р и м е ч а н и е. ХС ЛПВП - холестерин липопротеинов высокой плотности; ХС ЛПНП - холестерин липопротеинов низкой плотности; ХС ЛПОНП - холестерин липопротеинов очень низкой плотности.

Таблица 8. Показатели адипоцитокинового статуса у пациентов

Показатель Группа сравнения Группа АГ Группа ХОБЛ Группа АГ+ХОБЛ

Лептин, нг/мл 3,6±2,4 7,2±2,5*° 5,2±4,7Л 8,8±3,7*°

Лептин-связывающий рецептор, нг/мл 16,8±7,0 12,6±6,0*° 17,8±5,9Л 10,0±5,8*л°

Резистин, нг/мл 7,1 ±1,9 9,6±1,6* 8,5±2,7 11,2±1,8*°

Адипонектин, нг/мл 13,9±1,0 9,8±1,0* 11,0±2,8 8,4±2,9*°

ФНОа, пг/мл 7,2±2,5 27,3±7,3* 30,5±7,4* 44,4±8,7*л°

ИЛ-1 р, пг/мл 13,9±5,5 19,9±5,4* 22,8±7,2* 32,2±7,6*л°

ИЛ-6, пг/мл 2,7±1,1 3,9±1,2* 4,2±1,1* 5,8±1,4*л°

ИЛ-18, пг/мл 38,2±5,6 54,2±5,6* 62,9±6,2* 72,3±6,9*л°

П р и м е ч а н и е. * - статистически значимые отличия (р<0,05) от показателя группы контроля;А - статистически значимые отличия (р<0,05) от показателя группы АГ; ° - статистически значимые отличия (р<0,05) от показателя группы ХОБЛ. Расшифровка аббревиатур дана в тексте.

в 1,6 раза превышающая таковую у пациентов из группы сравнения (р=0,02), в 1,2 раза - у пациентов с АГ (р=0,05) и в 1,3 раза - с ХОБЛ (р=0,04). В группе больных АГ в сочетании с ХОБЛ содержание адипонектина было ниже значения у пациентов из группы сравнения в 1,6 раза, с АГ - в 1,2 раза, а с ХОБЛ - в 1,3 раза (р<0,05). Полученные данные свидетельствуют о высокой гормональной активности жировой ткани в условиях сочетания АГ и ХОБЛ. Также при АГ в сочетании с ХОБЛ отмечена наиболее высокая цитокиновая активность, что свидетельствует о наличии у пациентов высокой градации системного субклинического воспаления: уровень ФНОа превышал показатель пациентов из группы сравнения в 5,3 раза, больных АГ и пациентов с ХОБЛ - в 1,4 раза (р<0,05), концентрация ИЛ-1р была выше соответственно в 2,3, 1,7 и 1,4 раза (р<0,05). Среднее содержание ИЛ-6 при коморбидном варианте превышало показатель обследованных из группы сравнения в 2,0 раза, пациентов с АГ или ХОБЛ - в 1,3 раза, а концентрация ИЛ-18 превышала значение пациентов из группы сравнения в 1,9 раза, обследованных с АГ - в 1,3 раза и с ХОБЛ - в 1,2 раза (р<0,05).

Проведен множественный корреляционный анализ, который позволил в группе сочетанного варианта АГ и ХОБЛ определить наибольшее количество значимых корреляций между специфическими жалобами пациентов, функциональными показателями, антропометрическими и клинико-биохимическими показате-

лями пищевого статуса и индексом ОТ/ОБ. Наиболее значимые корреляционные взаимосвязи (r) при АГ в сочетании с ХОБЛ представлены на рисунке.

В группе пациентов с АГ в сочетании с ХОБЛ определена прямая умеренная корреляция ОТ/ОБ с периодическими головными болями (r=0,46), шумом в голове и ушах (r=0,44), кашлем (r=0,41) и одышкой (r=0,42). Корреляционный анализ показал наличие заметной положительной связи ОТ/ОБ и частоты встречаемости в группах non-dippers варианта суточного профиля АД (см. рисунок), а также умеренной прямой корреляции со средним гемодинамическим давлением (r=0,52). Кроме того, имеются умеренные по шкале Чеддока корреляции ОТ/ОБ и ОФВ1/ФЖЕЛ (r=0,37-0,43), отмечены высокая прямая взаимосвязь ОТ/ОБ с жировой массой тела, заметная прямая корреляция с ИМТ (см. рисунок) и умеренная прямая взаимосвязь с уровнем внеклеточной жидкости (r=0,45). В то же время выявлена высокая обратная корреляция ОТ/ОБ с уровнем активной клеточной массы тела и величиной фазового угла. Определены достоверные высокая прямая корреляция ОТ/ОБ с индексом атерогенности, индексом НОМА и высокая обратная корреляция с преальбумином, а также умеренная обратная связь с альбумином (r=-0,37). Определены высокая прямая корреляция ОТ/ОБ с уровнем ИЛ-6 и ИЛ-18, заметная прямая корреляция с концентрацией свободного лептина, резистина, ФНОа и ИЛ-1р (r=0,74), высокая обратная взаимосвязь с лептин-связывающим рецептором и адинонектином.

Наиболее значимые корреляционные взаимосвязи (г) при артериальной гипертензии в сочетании с хронической обструктивной болезнью легких

* - уровень статистической значимости р<0,05; расшифровка аббревиатур дана в тексте.

Межсистемный регрессионный анализ позволил выделить индекс ОТ/ОБ в группе пациентов с АГ в сочетании с ХОБЛ как наиболее информативный интегральный показатель, достоверно отражающий степень выраженности нарушений пищевого статуса. При помощи полученных коэффициентов уравнения множественной регрессии разработаны дополнительные критерии диагностики алиментарных нарушений в виде содержания жировой массы, нормализованной по росту, активной клеточной массы, индекса ате-рогенности, уровня лептин-связывающего рецептора и ИЛ-18.

Заключение

Пищевой статус при АГ в сочетании с ХОБЛ характеризуется висцеральным типом распределения жировой ткани, нарушением компонентного состава тела в виде увеличения нормированного по росту содержания жировой массы и уровня внеклеточной жидкости на фоне уменьшения фазового угла и содержания активной клеточной массы. Для оценки алиментарных нарушений у пациентов с сочетанной фор-

мой АГ и ХОБЛ рекомендуется определять соотношение ОТ/ОБ, которое имеет большее диагностическое значение, чем ИМТ.

У больных АГ в сочетании с ХОБЛ выявляются наиболее значимые метаболические нарушения в виде дислипи-демии с увеличением содержания ХС ЛПОНП, триглице-ридов, индекса атерогенности, повышения и снижения содержания белковой фракции преальбумина, что требует своевременной диагностики и коррекции.

Коморбидный вариант АГ и ХОБЛ характеризуется нарушением адипокинового статуса в виде повышения уровня свободного лептина, резистина и снижения содержания адипонектина, лептин-связывающего рецептора, а также высоким уровнем медиаторов воспаления (ФНОа, ИЛ-1р, ИЛ-6 и ИЛ-18), что связано с высокой гормональной активностью жировой ткани и высокой градацией системного воспаления в условиях сочетанной патологии.

При оценке пищевого статуса больных АГ в сочетании с ХОБЛ рекомендуется определять нормированное по росту содержание жировой массы, содержание активной клеточной массы, индекс атерогенности, концентрацию лептин-связывающего рецептора и ИЛ-18, что позволит оптимизировать алгоритм диагностики алиментарных нарушений у пациентов данного фенотипа.

Сведения об авторах

Герасименко Оксана Николаевна - доктор медицинских наук, доцент кафедры госпитальной терапии и медицинской реабилитации педиатрического факультета ФГБОУ ВО «Новосибирский государственный медицинский университет» Минздрава России E-mail: ongerasimenko@muzgkb2.ru

Сухатерина Наталья Александровна - кандидат медицинских наук, заведующая поликлиническим отделением ГБУЗ Новосибирской области «Городская клиническая больница № 2», ассистент кафедры госпитальной терапии и медицинской реабилитации педиатрического факультета ФГБОУ ВО «Новосибирский государственный медицинский университет» Минздрава России E-mail: vorobnatal@mail.ru

Шпагин Илья Семенович - кандидат медицинских наук, ассистент кафедры терапии, гематологии и трансфузио-логии факультета повышения квалификации и профессиональной переподготовки врачей ФГБОУ ВО «Новосибирский государственный медицинский университет» Минздрава России E-mail: doctor_ilya@mail.ru

Литература

Чучалин А.Г. Федеральные клинические рекомендации по диагностике и лечению хронической обструктивной болезни легких, 2013. Российское респираторное общество [Электроный ресурс]. URL: http://www.kgmu.kcn.ru/files/hospther/C0LD2014rus.pdf. Барсуков А.В., Таланцева М.С., Коровин А.Е. и др. Проблема сочетанного течения эссенциальной гипертензии и хронической обструктивной патологии легких // Кардиосоматика. 2012. № 4. С. 12-17.

Овчаренко С.И., Нерсесян З.Н. Хроническая обструктивная болезнь легких и артериальная гипертония (обзор литературы) // Consilium Medicum. 2012. № 11. С. 33-37. Овчаренко С.И., Лещенко И.В. Хроническая обструктивная болезнь легких и сопутствующая сердечно-сосудистая патология. Подходы к ведению больных // Болезни органов дыхания. 2015. № 1. С. 10-13.

Nussbaumer-Ochsner Y., Rabe K.F. Systemic manifestations of COPD // Chest. 2011. Vol. 139, N 1. P. 165-173.

10.

Savva S.C., Lamnisos D., Kafatos A.G. Predicting cardiometabolic risk: waist-to-height ratio or BMI. A meta-analysis // Diabetes Metab. Syndr. Obes. 2013. Vol. 6. P. 403-419.

Wang Y., Stavem K., Dahl F.A., et al. Factors associated with a prolonged length of stay after acute exacerbation of chronic obstructive pulmonary disease (AECOPD) // Int. J. Chron. Obstruct. Pulm. Dis. 2014. Vol. 9. Р. 99-105.

Авдеев С.Н. Хроническая обструктивная болезнь легких: обострения // Пульмонология. 2013. № 3. С. 5-19. Westerink J., Visseren Frank L.J. Pharmacological and non-pharmacological interventions to influence adipose tissue function // Cardiovasc. Diabetol. 2011. Vol. 10. Р. 13-21. Summer R., Little F.F., Ouchi N. et al. Alveolar macrophage activation and an emphysema like phenotype in adiponectin deficient mice // Am. J. Physiol. Lung Cell Mol. Physiol. 2008. Vol. 294, N 6. P. 1035-1042. Чумакова Г.А., Веселовская Н.Г., Гриценко О.В., Козаренко А.А. и др. Эпикардиальное ожирение как фактор риска разви-

6

7.

2

8

3

9

4

5.

тия коронарного атеросклероза // Кардиология. 2013. № 1. С. 51-56.

12. Бурцева Е.В., Невзорова В.А., Дюйзен И.В. и др. Локализация 15. рецепторов к лептину и адипонектину в коже и мышечной ткани

при питательной недостаточности у пациентов ХОБЛ // Бюл. Сибир. отд. РАМН. 2012. № 2. С. 54-58. 16.

13. Наконечников С.Н., Чазова И.Е., Мартынюк Т.В. Воспаление и легочная гипертензия у пациентов с хронической обструк-тивной болезнью легких // Системные гипертензии. 2011. № 1. 17. С. 44-48.

14. Невзорова В.А., Бархатова Д.А., Бродская Т.А. и др. Состояние нутритивного статуса и опыт его коррекции при хронической

обструктивной болезни легких // Тихоокеанский мед. журн. 2010. № 4. С. 28-32.

Bogdanski P., Kujawska-Luczak М., Lacki J. et al. Evaluation of selected interleukins, tumor necrosis factor, insulin and leptin in obese patients with hypertension // Pol. Merkuriusz Lek. 2003. Vol. 15, N 88. P. 347-349. Калиниченко С.Ю., Тишов Ю.А., Тюзиков И.А. и др. Ожирение и метаболический синдром у мужчин. М. : Практическая медицина, 2014. 128 с.

Акимова Л.А., Белобородова Э.И., Асанова А.В., Казакова Е.В. и др. Патогенетические аспекты трофологической недостаточности у больных хронической обструктивной болезнью легких // Вестн. С.-Петербург. ун-та. Сер. 11. 2011. № 2. С. 3-13.

References

1. Chuchalin A.G. The federal guidelines for the diagnosis and treatment of chronic obstructive pulmonary disease, respiratory 2013. Russian society [Electronic resource]. URL: http://www.kgmu.kcn. 11. ru/files/hospther/COLD2014rus.pdf.

2. Barsukov A.V., Talantseva M.S., Voronin A.E., et al. The problem of the combined flow of essential hypertension and chronic obstructive pulmonary disease. Kardiosomatika [Cardiosomatics]. 2012; 12.

3. Ovcharenko S.I., Nersisyan Z.N. Chronic obstructive pulmonary disease and hypertension

4. Ovcharenko S.I., Leshchenko I.B. Chronic obstructive pulmonary disease and related cardiovascular disease. Approaches to the man- 13. agement of patients. Bolezni organov dykhaniya [Diseases of the Respiratory System]. 2015;

5. Nussbaumer-Ochsner Y., Rabe K.F. Systemic manifestations

of COPD. Chest. 2011: 139 (1): 165-73. 14.

6. Savva S.C., Lamnisos D., Kafatos A.G. Predicting cardiometabolic risk: waist-to-height ratio or BMI.A meta-analysis. Diabetes Metab Syndr Obes. 2013; 6: 403-19.

7. Wang Y., Stavem K., Dahl F.A., et al. Factors associated with a pro- 15. longed length of stay after acute exacerbation of chronic obstructive pulmonary disease (AECOPD). Int J Chron Obstruct Pulm Dis. 2014;

9: 99-105.

8. Avdeev S.N. Chronic obstructive pulmonary disease: exacerbation. 16. Pul'monologiya [Pulmonology]. 2013:

9. Westerink J., Visseren Frank L.J. Pharmacological and non-pharmacological interventions to influence adipose tissue function. Cardio- 17. vasc Diabetol. 2011; 10: 13-21.

10. Summer R., Little F.F., Ouchi N., et al. Alveolar macrophage activation and an emphysema like phenotype in adiponectin defi-

cient mice. Am J Physiol Lung Cell Mol Physiol. 2008; 294 (6): 1035-42.

Chumakov G.A., Veselovskaya N.G., Khrytsenko O.V., Goncha-renko A.A., et al. Epicardial obesity as a risk factor for coronary atherosclerosis. Kardiologiya [Cardiology]. 2013;

Burtsev E.V., Nevzorova B.A., Dyuyzen I.W., et al. Receptor localization of leptin and adiponectin in the skin and muscle tissue nutrient deficiency in COPD patients. Byulleten' Sibirskogo otdeleniya Ros-siyskoy akademii meditsinskikh nauk [Bulletin of the Siberian Branch of the Russian Academy of Medical Sciences]. 2012;

Nakonechnikov S.N., Chazova I.E., Martynyuk T.V. Inflammation and pulmonary hypertension in patients with chronic obstructive pulmonary disease. Sistemnye Gipertenzii [Systemic Hypertension]. 2011;

Nevzorova V.A., Barkhatova D.A., Brodskaya T.A., et al. Status of nutritional status and experience of its correction in chronic obstructive pulmonary disease. Tikhookeanskiy meditsinskiy zhur-nal [Pacific Medical Journal]. 2010; (4): 28-32. (in Russian) Bogdanski P., Kujawska-Luczak M., Lacki J., et al. Evaluation of selected interleukins, tumor necrosis factor, insulin and leptin in obese patients with hypertension. Pol Merkuriusz Lek. 2003; 15 (88): 347-9.

Kalinchenko S.Yu., Titov Yu.A., Tyuzikov I.A., et al. Obesity and the metabolic syndrome in men. Moscow: Practical Medicine. 2014: 128 p.

Akimova L.A., Beloborodova E.I., Asanova A.V., Kazakova E.V., et al. Pathogenetic aspects trophological failure in patients with chronic obstructive pulmonary disease. Vestnik Sankt-Peterburgskogo uni-versiteta [Annals of Saint Petersburg University]. Series 11. 2011;