Социальное здоровье как объект социологического исследования: вопросы методологии

УДК 316.4

Р. Х. Салахутдинова

Вестник СПбГУ. Сер. 12. 2011. Вып. 3

СОЦИАЛЬНОЕ ЗДОРОВЬЕ КАК ОБЪЕКТ СОЦИОЛОГИЧЕСКОГО ИССЛЕДОВАНИЯ: ВОПРОСЫ МЕТОДОЛОГИИ

С точки зрения стратегии развития России, ее выживания и будущего качественного состояния населения, социальное здоровье — это принципиально важное понятие, связанное с понятием «человеческий потенциал», введенным исследователями, чтобы снять тот налет потребительского отношения к человеку, который несут в себе «человеческий капитал» и «человеческий ресурс». По данным ООН, основанным на результатах исследований, проведенных в 192 странах, в настоящее время экономический рост на 16% определяется наличием капитала, на 20% — природными ресурсами, а на 64% — человеческим и социальным потенциалом [1].

В 1990 г. в международном лексиконе и терминологии социальных работников появилось новое понятие — «индекс развития человеческого потенциала» (ИРЧП), которое, наряду с уровнем реального внутреннего валового продукта на душу населения и уровнем образования, включает показатель здоровья и продолжительность жизни. Социальные антропологи ввели понятия «потенциал человека» и «индекс социального развития этноса».

Немногочисленные исследования социального здоровья позволяют сделать определенные выводы. Тема здоровья преимущественно исследуется в медицине и социологии медицины. Поэтому данному понятию, как правило, придают медико-биологическое значение и определяют его, исходя из здоровья человека. Однако и в медицинской литературе нет однозначного толкования слова «здоровья», за основу берется определение, данное в уставе Всемирной организации здравоохранения (ВОЗ), принятом в 1948 г., где здоровье определяется как «состояние полного 1. физического (биологического), 2. душевного (психического) и 3. социального благополучия» [2, с. 4].

Во-вторых, попытки актуализировать проблему социального здоровья сводятся к экономическому подходу: здоровье рассматривается с точки зрения экономического капитала, ресурсного (людского) потенциала. В-третьих, все попытки в качестве объекта социального здоровья рассматривать социальные общности в конечном счете сводятся к рассмотрению здоровья отдельного индивида. И наконец, отсутствие единого подхода к пониманию сущности и интерпретации определения социального здоровья не позволяет выработать единые признаки и критерии оценки социального здоровья. А существующее в медицинском понимании «общественное здоровье» делает необходимым рассмотрение его и в соотношении с понятием «социальное здоровье».

Актуальность данной темы определяется более глубокими аспектами, чем кажется на первый взгляд. И далеко не только существующим состоянием физического, психического, духовного здоровья населения России, динамикой снижения рождаемости при росте смертности, на что, как правило, обращается внимание в исследованиях по данной проблеме. Значимость исследуемой темы связана с постановкой проблемы будущего государства, страны, народа, их статусом в мировом сообществе. Общеизвестно, что чем сильнее государство, здоровее его население, обеспеченнее народ, тем ме-

© Р. Х. Салахутдинова, 2011

нее оно уязвимо, более способно обеспечить безопасность, сохранить себя как жизнеспособная, независимая целостность. Благополучие народа, страны — это своего рода иммунитет государства, одно из основных условий сохранения и отстаивания своих приоритетов в практике международного сотрудничества, особенно актуальной для современной России.

Имеющиеся в научной литературе определения здоровья позволяют выделить области его изучения — медицина, философия, антропология, социология. Г. Н. Попов, Е. В. Ширенкова, О. З. Серазетдинов отмечают существование биомедицинской, биосоциальной и ценностно-социальной моделей здоровья [3].

В отличие от философии, антропологии, социологии, которые применительно к здоровью используют понятие «социальное», медицина и смежные с ней области рассматривают его в контексте понятия «общественное». При этом под общественным здоровьем населения понимают медико-демографическую и социальную категорию (то есть общее понятие), отражающую физическое, психическое, социальное благополучие людей, осуществляющих свою жизнедеятельность в рамках определенных социальных общностей [4]. Авторы данного подхода исходят из этимологии слова «здравоохранение». Оно появилось в советское время от словосочетания «охрана здоровья», означающего в медицине ее социальную функцию. При этом медицина рассматривается как система научных знаний и практической деятельности, целью которой являются укрепление и сохранение здоровья, продление жизни людей, предупреждение и лечение болезней человека. Следовательно, понятие «здравоохранение», по мнению Ю. П. Лисицына, можно рассматривать несколько уже, чем понятие «охрана здоровья», поскольку не все виды деятельности, направленные на улучшение здоровья населения, зависят от медицинской и (или) здравоохранительной деятельности, с чем нельзя не согласиться.

Говоря о сущности двух основных категорий медицины здоровья и болезни, общих закономерностях их формирования, преодоления болезней и охраны здоровья, исследователи используют общие теории медицины, здравоохранения и народонаселения (медицинской демографии) и условно выделяют 5 групп теорий (каждая из них имеет свои направления):

— теории обусловленности здоровья, санологии;

— натуралистические медико-биологические теории;

— теории функциональной патологии и медицины;

— натуралистические теории народонаселения и здравоохранения;

— синтетические, универсальные теории [4].

При исследовании здоровья как социального явления представляются наиболее приемлемыми теории первой группы обусловленности здоровья, санологии:

— теория факторов риска для здоровья;

— теория непосредственного воздействия образа жизни на здоровье;

— теория формирования здорового образа жизни, охраны здоровья здоровых, санологии;

— теория формирования общих типов (профилей) здоровья/патологии;

— теории факторов, порочного круга нищеты и болезней;

— теории болезней цивилизации и социальной адаптации.

Представленная классификация теорий в условиях отсутствия альтернативных вполне могла бы стать основой для разработки методологии и методики исследования

социального здоровья; критериев оценки показателей, признаков состояния здоровья социальных групп, общества и факторов, обусловливающих его.

Общественное здоровье (определение, принятое в медицине) оценивают, используя статистические и социальные показатели:

— демографические (уровень рождаемости, смертности, показатели смертности по причинам и возрастам, данные об уровнях и причинах заболеваемости населения, показатели физического развития разных возрастно-половых групп населения и т. д.);

— показатели душевно-социального благополучия (уровень образования и культуры; уровень преступности, стрессов, алкоголизма, наркомании, беспризорности и т. д.).

Использование медицинской статистики для анализа социального здоровья социальных групп, общества в социологии является следствием неразработанности (отсутствия) собственно социологических подходов к изучению социального здоровья. Ограниченность проявляется и в том, что вне поля внимания остаются факторы, являющиеся и причиной соответствующих показателей, в том числе и фактор социокультурной среды (благоприятной/неблагоприятной), оценка состояния жизненного пространства населения. Не уделяется внимание также соотношению субъективных факторов (уровень индивида) и объективных условий, обусловливающих как здоровье социальных групп, так народов и общества в целом. В этом отношении медицина оказалась более успешной в своих теоретических и методологических наработках.

В области гуманитарных наук в определении сущности здоровья выделяются два подхода: философский подход к жизни и здоровью как самоценности и ресурсный, когда человеческое здоровье и продолжительность жизни рассматриваются с точки зрения потенциальных ресурсов человека, человеческих потенций физического тела, ума и духовности всего народонаселения Земли, отдельных этносов и индивидов.

В лексике философского языка здоровье, по мнению Ю. М. Хрусталева, — это «не что иное, как достижение свободы на разных уровнях человеческого бытия. На первом, физическом (телесном) — это свобода от мук боли. На втором, психическом (душевном) свобода от негативных страстей, всепроницающего страха, то есть достижение некоего безмятежного, невозмутимого состояния. На третьем, ментальном — это свобода от терзаний совести из-за проявления корысти, эгоизма или грубого индивидуализма. И на философском (экзистенциальном) уровне — это свобода творчества, свобода совести, свобода каждого человека быть самим собой. Это личное приобретение им смысла жизни как высшей ценности собственного бытия» [5, с. 37].

Философское понимание здоровья предлагают В. Н. Канке и Г. Г. Кузьмин [2, с. 16]. В одном случае здоровье рассматривается ими как ценность. В другом — как критерий оценки личности.

В первом случае лечение состоит в том, чтобы скорректировать ценностно-целевое содержание личности пациента, содержание его чувств, мыслей, высказываний, поступков, добиться такого их сочетания, которое обеспечило бы приемлемый для больного жизненный успех. Ценностное отношение личности к миру, к себе реализуется в эмоциях, воле, решимости, целенаправленности, идеалотворчестве.

При оценке личности на основе ценности «здоровье» используют только две характеристики: «здоровье» и «нездоровье» (болезнь).

Авторы данного подхода различают биологическое и антропологическое здоровье. Биологическое здоровье — это состояние организма, его дисфункция, вызывающая чувство боли в его градациях от дискомфорта до чувства так называемой острой боли. Это определение близко к медико-биологическому объяснению здоровья. Под антропологическим здоровьем в данном случае понимаются ценности. При этом ценность — это смысл целенаправленных поступков людей. Говоря о соотношении биологического и антропологического здоровья, антропологическое выделяют как основную определяющую форму. Биологическое здоровье рассматривается как зависимое от антропологического (необходимое ему ради антропологического здоровья) и имеющее для человека всегда подчиненное значение. Таким образом, здоровье, с точки зрения В. Н. Канке и Г. Г. Кузьмина, — это эффективное функциональное состояние (биологическое здоровье) плюс эффективное ценностное бытие человека (антропологическое здоровье).

«Признак здоровья, — писал Ф. Ницше, — не отсутствие страданий и не моральная чистота. Воля к деятельной жизни. По-настоящему здоров лишь тот, кто умеет быть твердым, не поддаваться слабости» [6].

По мнению Г. И. Царегородцева и И. И. Орехова, здоровье — «это оптимальный уровень функционирования организма личности, субъективно воспринимаемый как состояние внутреннего комфорта, позволяющий наилучшим образом выполнить разнообразные человеческие функции».

С позиции нормальной физиологии, «здоровое состояние человека — это оптимальное взаимодействие физиологических показателей, производственных и социальных условий, обеспечивающих достижение человеком полезных для него и общества приспособительных результатов» [7].

По мнению Венедиктова, здоровье — это сложная интегративная характеристика, которая, с одной стороны, отражает степень вероятности (не гарантии) для каждого из его членов сохранения высокого уровня здоровья и творческой работоспособности на протяжении максимально продленной жизни, а с другой — определяет жизнедеятельность всей популяции и ее возможности самозащиты, социально-экономического развития, поддержания экологического равновесия с окружающей природой и т. д. [8].

Наиболее глубоко понятие здоровья как целостного явления разработано в ва-леологии. Так, один из первых педагогов-валеологов в России Т. К. Зайцев определил здоровье через три его компонента: физиологический (работоспособность человека, обеспеченная нормальным функционированием его органов и организма в целом), психологический (уверенность человека в себе, основанная на умении владеть своими мыслями и чувствами) и нравственный (умение строить свое благополучие, не ущемляя благополучия других людей) [9].

В. М. Димов указывает на существование трехмерного понимания здоровья как качества жизни, предполагающего диалектическое взаимодействие и взаимозависимость между физическим состоянием индивидуума, его психическим проявлением, эмоциональными реакциями и социальной средой, в которой он живет. Три компонента здоровья с физической точки зрения относятся, как он пишет, к структуре и нормальному функционированию организма, а с психической и социальной точек зрения — к модели поведения личности.

Этот автор выделяет разные типы поведения — вызванное самосохранительным или саморазрушительным сознанием [10]. При этом самосохранительное (оздорови-

тельное) поведение предполагает знание о человеке, его природе, сущности, физиологических и психологических процессах, полное (более или менее) представление о здоровье, а также самопознание, самоанализ состояния собственного здоровья в соответствии с образом жизни, возрастом, особенностями конституции, темперамента и т. п., которые должны завершиться осмысленным выводом, желанием самосохрани-тельного поведения.

В. М. Димов первым ввел понятие «саморазрушительное поведение» индивида, которое характеризуется как нежелание считаться с нормами здорового образа жизни, питания, режима работы и отдыха, оздоровительными рекомендациями валеологии, предписаниями медицины, санитарии и гигиены. Еще к одному типу поведения он относит то, которое вызвано непосредственно тяжелыми материальными условиями, в силу чего людям приходится выдерживать большие нагрузки, работая в нескольких местах или более 6-8 часов в сутки, тем самым нарушая нормальный образ жизни, режим, не восстанавливая затраченную энергию. Интеллектуальное и психологическое напряжение и перенапряжение способны привести как к возникновению болезней, к психологическим нарушениям, так и к девиации.

Существуют и другие классификации здоровья, подразумевающие такие, например, уровни как:

— индивидуальный — детерминированный биолого-социальной природой человека и выраженный «личностной картиной здоровья»;

— популяционный (этносный, народный) — выражается в «здоровье этноса», «здоровье нации», «здоровье населения территории» [11];

— планетарный — «здоровье биосферы», «здоровье планеты Земля».

Э. Гюан и А. Дюссер ввели в оборот понятие «болезни цивилизации» и выделили четыре их категории [16]:

— «болезни загрязнения» — следствие техногенной деятельности индустриальной цивилизации — отравление почвы, атмосферы;

— «болезни истощения» — результат физического и нервно-психического переутомления человека, злоупотребление лекарственными препаратами;

— «болезни потребления» — нарушение режима и структуры питания недоброкачественными продуктами питания;

— «болезни обратной инадаптации» — рассогласование биологических ритмов жизнедеятельности организма человека, действие новой социально-технической среды;

— половая распущенность и девиантное поведение, наркомания, алкоголизм [12].

В контексте рассмотренных определений здоровья и его уровней, по мнению данного автора, с социологической точки зрения, социальное здоровье следует рассматривать на уровне социальных групп, общностей и на уровне общества в целом. Это позволяет выделить два подхода к интерпретации социального здоровья. В узком значении социальное здоровье — это определенное состояние элементов социальной системы (социума). В широком под социальным здоровьем следует понимать состояние общества как социальной системы, способной устойчиво воспроизводить основные свои позитивные функциональные системные качества в их единстве и целостности1. Выделенные уровни взаимосвязаны и взаимообусловлены.

1 Первая попытка систематизации определений и интерпретация социального здоровья была предпринята мною в рамках работы над статьей «Образование и проблемы социального здоровья» [См.: 13].

Во многих публикациях обращается внимание на то, что характер здоровья человека примерно наполовину (50-52%) детерминируется образом жизни, на 1/5 (2022%) определяется биологическим основанием (генетической программой), на 1/5 (18-20%) — средой обитания (экологией человека) и на 7-12% зависит от качества медицинских услуг и квалификации врачей [14].

Не ставя задачи в рамках данной работы детально рассмотреть образ жизни, ограничимся лишь обращением к нему как к одному из существенных факторов сохранения и формирования здоровья (подчеркнем, существенных, но не основных). Образ жизни — категория общественная, связанная с характером, спецификой поведения отдельных людей в конкретной обстановке, обществе. В общем виде эти факторы делят на производственные и непроизводственные, включающие отдых и быт, исходя из основных форм деятельности человека: трудовой, общественной, познавательной, культурной, воспитательной и т. д.

Фактически образ жизни включает в себя четыре категории, каждая из которых в рамках социологического исследования требует большей конкретизации:

1. Экономическая — «уровень жизни». При этом уровень жизни (благосостояния) характеризует количественную, поддающуюся изменению сторону условий жизни: размер доходов и потребления, обеспеченность жильем, медицинской помощью, показатели здоровья, демографических процессов, уровень образования, продолжительность времени труда и отдыха.

2. Социально-психологическая — «стиль жизни». Стиль жизни предполагает учет индивидуальных особенностей поведения как одного из проявлений активности человека. Включает индивидуальные особенности образа мыслей, стиль мышления.

3. Социально-экономическая — «уклад жизни». Под укладом жизни подразумевают порядок общественной жизни, быта, культуры, регламентирующий жизнедеятельность людей [15].

4. Социологическая — «качество жизни». В современной трактовке показатели качества жизни охватывают:

— содержание труда и досуга, комфорт в труде и быту, качество питания, одежды, жилья, окружающей природной среды;

— удовлетворение потребностей в знании, общении, творчестве, трудовой и социальной активности;

— социальные гарантии, дающие человеку уверенность в выбранной им жизненной позиции;

— степень развития социального равенства, социальной справедливости, демократии и т. д. [16].

Постановка проблемы изучения качества жизни имеет важное методологическое значение, так как позволяет исследовать закономерности взаимодействия экономических и социально-психологических феноменов как факторов здоровья общества и отдельного индивида.

При этом, по мнению В. Д. Жаркова, индивидуальная культура управления здоровьем предстает как философия здорового образа жизни, сознательного поддержания своего режима существования. Здоровый образ жизни — это тонкий вкус субъективно-личностного и духовного восприятия мира, философское осознание смысла и назначения своей жизни, искусство управления жизнедеятельностью[17].

Таким образом, здоровый образ жизни — это типичные и существенные виды жизнедеятельности людей, способствующие выполнению ими социальных функций и достижению состояния физического, духовного и социального благополучия, которое определяется конкретными социально-экономическими условиями, ценностными, нравственными ориентирами. В центре внимания находится идея гармоничного развития человека, как существа биологического и социального, главное место отводится его способности полноценно выполнять личностные и социальные функции. Такая способность зависит как от состояния организма, так и от социальных и природных факторов.

Из этого следует, что социальное здоровье напрямую зависит от образа жизни. В свою очередь, социальное здоровье, которое может быть обеспечено при условии соблюдения здорового образа жизни, связано не только с субъективными желаниями, но и с объективными возможностями (отсутствием возможностей) человека (социальной группы).

Роль здорового образа жизни велика не только с точки зрения значимости его для индивида. Со здоровым образом жизни целых социальных групп может быть связано воспроизводство системных качеств социума. В частности, возрождение семьи как основы любого общественного устройства; образования, как социального института формирования человеческого потенциала, духовности той социальной группы, которая во все эпохи являлась носителем образованности и высших ценностей.

Многие исследователи отличают связь здоровья с нравственностью. Одним из первых, кто перевел проблему здоровья в нравственную плоскость был австрийский философ Отто Вайненгер. В работе «Пол и характер» он писал: «Логика, разум — основа нравственности. Не сердце, не интуиция диктуют нравственный закон, а логически упорядоченная мысль. Человек морален, поскольку он одарен способностью логически мыслить. Вопрос в том, признаешь ты или не признаешь аксиомы логики мерилом ценности своего мышления, считаешь ли ты логику судьей твоих высказываний, ориентиром и нормой твоих суждений».

В философской энциклопедии нравственность определяется как один из способов нормативной регуляции действий человека в обществе, особая форма общественного сознания и вид общественных отношений.

Понятие «нравственность» неразрывно связано с понятием «ответственность». Основанием для рассмотрения здоровья в рамках указанных понятий служит признание здоровья как ценностной категории. Таким образом, нравственность и ответственность можно рассматривать в качестве субъективных факторов здоровья.

В традициях, соответственно и в культуре нашего народа, здоровье никогда не имело приоритета в системе ценностей. Забота о состоянии здоровья населения являлась прерогативой государства, здравоохранительных учреждений. По-иному стало складываться отношение государства к здравоохранению в постсоветское время, как впрочем и во всей социальной сфере. Здоровье в широком его понимании, перестав быть заботой государства и не успев сформироваться как ценность в сознании человека, оказалось на задворках нашей жизни. Вторичным оно оказалось с точки зрения его профилактики, сохранения, приумножения. Расточительное отношение к здоровью как результат неадекватного отношения к нему, как к дару, богатству, ценности, как следствие низкого уровня сознания можно рассматривать в качестве безнравственного, безответственного поведения. Парадокс, но мы готовы платить любые деньги,

чтобы быть нездоровыми даже тогда, когда здоровье зависит от нас, отсюда курение, пьянство, наркозависимость, образ жизни, такая организация свободного времени, когда предпочтение отдается видам занятий, негативно отражающихся на состоянии здоровья. В связи с этим весьма актуально рассмотрение проблемы сохранения здоровья с точки зрения этики ответственности человека.

Этика ответственности — относительно молодая наука, возникшая около двадцати лет назад. В ее становлении важное значение имела книга американского философа немецкого происхождения Ганса Йонаса «Принцип ответственности».

Ответственность обычно понимается как всего лишь отношение: кто-то перед кем-то за что-то ответственен. Формирование же личности предполагает воспитание у человека чувства ответственности, которое должно стать его свойством, принципом жизни.

Здесь важно формировать ответственность перед собой и другими за свои поступки и действия. Если безответственность имеет место там, где подсчитывают лишь некоторые ценности и довольствуются лишь ближайшими перспективами, то принцип ответственности нацеливает на полноту ценностной жизни человека и максимально далекую перспективу.

В свете этики ответственности антропологическое здоровье — это не просто одна из ценностей, а интегральная ценность человека, назначение которой состоит в обеспечении ему максимально насыщенной в ценностном отношении и продолжительной жизни.

Здоровье как ответственность — принцип и качество, которое имеет количественную определенность. Человек тем более здоров, чем большего он достиг в ценностном отношении [5, с. 17].

В современной России философия «здоровья» как понятие междисциплинарное многофакторное в науке, на практике подменена политикой реформирования здравоохранения, ориентированной на решение не широких задач, в том числе профилактику и исключение из повседневности факторов, приводящих к разного рода заболеваниям, а на решение узких, преимущественно административных, проблем.

Еще Сократ мыслил о здоровье, основываясь на глубоком понимании сущности и природы человека. Ему принадлежат слова «Человек, познай себя». Именно философия, в отличие от других наук, стремится к целостному осмыслению здоровья, опираясь на природу человека, гармонию его отношений с окружающим миром, между собственным телом и духом, дает представление о мире и норме здоровья.

Литература

1. Человеческий потенциал: опыт комплексного подхода / под ред. И. Т. Фролова. М., 1999. 176 с.

2. Канке В. А., Кузьмин Г Г Философия здоровья: учеб. пособие по курсу «Философия». Обнинск: Изд-во Обнинск. ин-та атомн. энерг., 2000. 32 с.

3. Попов Г. Н., Ширенкова Е. В., Серазетдинов О. З. Критерии здоровья: адаптация, социализация, индивидуализация // Вестн. Томского пед. ун-та. Сер. «Педагогика, физическая культура». 2007. Вып. 5 (68). С. 83-87.

4. Лисицын Ю. П. Общественное здоровье и здравоохранение: учеб. для вузов. М: ГЭОТАР МЕД, 2002. 520 с.

5. Здоровье как философская и социально-психологическая проблема // Кентавр. 2000. № 22. С. 36-46.

6. Ницше Ф. Сочинения: в 2 т. Т. 2. М.: Мысль, 1990. С. 66.

7. Царегородцев Г И., Орехов И. И. О системном, антидогматическом мышлении врача // Здоровье — системное качество человека. Ставрополь, 1999.

8. Зилов В. Т. Методологические основания здоровья // Здоровье — системное качество человека. Ставрополь, 1999.

9. Зайцев Г. К., Зайцев А. Г. Твое здоровье: Укрепление организма. СПб.: Акцидент, 1998. 112 с.

10. Димов В. М. Здоровье как социальная проблема //Социально-гуманитарные знания. 1999. № 6. С. 171-185.

11. Диалектика природы. М., 1984. С. 241.

12. Huant E., Dussert A. Les maladies de notre societe. Paris, 1961.

13. Актуальные проблемы исследования социального здоровья: Опыт социолого-философ-ского анализа / под. ред. Р. А. Зобова, А. А. Козлова. СПб.: Химиздат, 2004. С. 88-100.

14. Демченкова Г. З. Некоторые показатели здоровья и принципы формирования здорового образа жизни молодежи // Здоровый образ жизни подрастающего поколения: мат. науч-практ. конф. СПб., 1999. С. 128.

15. Лисицын Ю. П., Полушина Н. В. Образ жизни и здоровье детей // Педиатрия. 1990. № 7. С. 61-69.

16. Баранова А. В., Хащенко В. А. Социально-психологические факторы оценки качества жизни // Ежегодник Российского психологического общества: матер. 3-го Всерос. съез-да психологов. 25-28 июня 2003 г. СПб., 2003. Т. 1. С. 293-297.

17. Жарков В. Д. Норма — мера здоровья // Здоровье — системное качество человека. Ставрополь, 1999. С. 45-46.

Статья поступила в редакцию 29 марта 2011 г.