Инородческое образование в Омском Прииртышье в контексте задач имперской политики второй половины xix - начала хх в

Вестник Омского университета. Серия «Исторические науки». 2018. № 4 (20). С. 122-129.

УДК 94

DOI 10.25513/2312-1300.2018.4.122-129

Н. И. Чуркина

ИНОРОДЧЕСКОЕ ОБРАЗОВАНИЕ В ОМСКОМ ПРИИРТЫШЬЕ В КОНТЕКСТЕ ЗАДАЧ ИМПЕРСКОЙ ПОЛИТИКИ ВТОРОЙ ПОЛОВИНЫ XIX - НАЧАЛА ХХ в.

Рассматриваются особенности формирования и реализации образовательной политики Российской империи в отношении образования инородцев в Омском Прииртышье. Трансформация инородческой образовательной политики соотносится со стратегиями в отношении с коренными народами (сотрудничество; доминирование и ассимиляция; формирование отношений партнёрства). На основе анализа отдельных компонентов образовательной политики: целей, нормативных документов, особенностей управления, методов и средств, - делается вывод о её достоинствах и ограничениях. Отдельное место в статье отводится вопросам подготовки педагогических кадров для инородческих училищ и школ.

Ключевые слова: образовательная политика; Омское Прииртышье; инородцы; инородческие училища; подготовка учителей.

N. I. Churkina

FOREIGN EDUCATION IN OMSK IRTYSH REGION IN THE CONTEXT OF THE TASKS OF IMPERIAL POLICY IN THE SECOND HALF OF 19th - BEGINNING OF 20th CENTURY

The article deals with the features of formation and implementation of the educational policy of the Russian Empire in relation to the formation of foreigners in Omsk Irtysh region. The transformation of foreign educational policy is related to strategies in relation to indigenous peoples (cooperation; domination and assimilation; formation of partnership relations). Based on the analysis of individual components of educational policy: goals, regulations, management features, methods and tools, the conclusion about its advantages and limitations. A special place in the article is given to the training of teachers for foreign schools and schools.

Keywords: educational policy; Omsk Irtysh region; foreigners; foreign schools; teacher training.

Российское государство на протяжении своей длительной истории развивалось как империя, т. е. за счёт присоединения новых территорий, включения их в русло единого социокультурного, нормативного, политического пространства. В этом проекте Сибирь стала последним звеном целенаправленной внутренней колонизации. Целью работы является определение задач, содержания, описание отдельных практик инородческого об-

разования в такой административно не определённой, но очень значимой части региона как Омское Прииртышье. К этой территории исследователи относят обширный район прилегающих к реке Иртыш местностей, входящих с 1882 года в Степное генерал-губернаторство с центром в городе Омске [1].

Проблему колонизации Сибири обсуждало российское общество. В 1860 гг. на заседаниях Русского географического общества

* Исследование выполнено при финансовой поддержке РФФИ в рамках проекта проведения научных исследований «Стратегии и практики реализации образовательной политики в Омском Прииртышье (вторая половина XIX - начало ХХ в.» (2018 г.), проект № 18-49-550002.

© Чуркина Н. И., 2018 122

по данному вопросу, ряд членов общества указывали на необходимость разработки государственной программы, предусматривающей увеличение финансирования, но высказывались и другие мнения, что нужно решать более важные для России проблемы и это даст больше экономической пользы.

В процессе освоения Сибири перед государством кроме экономических и политических проблем стояла задача выстраивания взаимоотношений с народами, проживающими на данной территории. Эти проблемы неизбежно выходили на вопросы инородческого образования. Инородцы - это группа коренных народов, являвшихся частью Российской империи, но сохраняющих свои обычаи, религию. Понятие «инородцы» применялось в нормативных документах с 1822 по 1917 г. Большинство из таких групп проживало на окраинах империи, в том числе Сибири. В документе «Устав об управлении инородцами» (1822 г.) эта категория впервые получила точное толкование [2].

Управление коренными народами строилось с учетом национальных особенностей. Эти народы имели ряд привилегий, например, освобождение от воинской повинности. Но постепенно происходило расширение трактовок, в том числе и в официальных текстах. Как отмечают исследователи, в конце Х1Х - начале XX в. «слово «инородцы» -в его неформальном использовании - приобрело значение «национальные меньшинства», т. е. нерусские национальности, группы, определявшиеся, прежде всего, по их языковой идентичности» [3, с. 373]. В Западной Сибири инородцы составляли 27,32 % [4, с. 182]. Основной частью инородцев в Омском Прииртышье были казахи (киргизы), расселившиеся на данной территории задолго до прихода русских.

Историография проблемы образования сибирских инородцев насчитывает почти двести лет. Для значительной части дореволюционной историографии (А. Е. Алекторов, А. Н. Куломзин, Г. Я. Маляревский, Н. И. Па-лопеженцев и др.) проводилась идея о цивилизаторской миссии России в среде инородческих племен. Эти идеи были характерны не только для российской официальной историографии, они поддерживались большинством империй, начиная с эпохи средневеко-

вья. Большинство европейских стран, имеющих колонии, рассматривало свои действия через призму христианизации, цивилизации.

Педагогическое основание имперской образовательной политики в отношении инородческого населения России было разработано в трудах Н. И. Ильминского. Вопреки сложившейся практике, он обосновал необходимость обучения инородцев в школе на родном языке, выступал за перевод на родной язык церковных книг, что, по мнению педагога, позволило бы впоследствии инородцам «полюбить русский язык» [5, с. 136].

В период с 1917 по 30-е гг. ХХ в. была распространена и поддержана политической верхушкой активная критика национальной политики Российской империи. Вопрос колонизации Сибири трактовался как неравноправное партнёрство России и Казахстана, отмечалась нацеленность империи на ассимиляцию инородцев. Изменение политического курса в Советской России повлияло и на исторические исследования. Уже в 1930-х гг. её активная внешняя политика привела к тому, что стала по-новому оцениваться национальная политика на окраинах империи. Колонизация Россией сибирских территорий рассматривалась как избавление от порабощения инородческих племен азиатскими государствами. Образовательная политика инородцев трактовалась как способ приобщения «отсталых» народов к культуре, цивилизации и просвещению. Большинство работ, выходивших в период с 1930-90 гг. ХХ в., проводило именно эту линию.

В 60-80-е гг. ХХ в. в Казахстане вышли первые труды, в которых казахстанские исследователи (например, Т. Тажибаев), оценивали политику российской империи в отношении казахского населения как реакционную [6]. Продолжает эту линию работа З. Т. Садвокасовой (2005 г.), в которой, например, указывается, что сельскохозяйственные школы представляли «большую опасность» для казахских детей, как и практика принудительного распространения светского образования.

В постсоветской России произошёл поворот исследовательского интереса к имперской истории. Историк А. Миллер писал: «Ни в историографии, ни в преподавании имперскому измерению у нас никогда не

уделялось должного внимания. Имперский нарратив, который в значительной степени унаследован современной русской историографией... неизменно фокусировался на центре, на государстве, на власти» [7, с. 5]. Данные вопросы поднимались в трудах исследователей (И. Л. Дамешек, В. С. Дякина, С. И. Каспэ, А. В. Ремнёв и др.) [8].

Проведённое изучение современной российской и зарубежной, прежде всего, казахстанской историографии, позволяет сделать вывод, что за последнее время сложились новые концептуальные положения об имперском пространстве России, постепенно происходит переоценка известных сюжетов и расширение тематики исследований об этом регионе. Причём, нельзя говорить о существовании общепризнанной и единственной точки зрения на данные вопросы, что ставит задачу продолжения исследовательских поисков, в том числе и в отношении образования инородцев.

Учёные в процессе колонизации территорий выделяют три возможных стратегии в отношении с коренными народами: сотрудничества; доминирования и ассимиляции; формирование отношений партнёрства [9, с. 4]. Целью нашей работы является изучение вопроса - как в рамках данных стратегий формировалась и реализовывалась образовательная политика в Омском Прииртышье.

Э. Д. Днепров определял образовательную политику как комплекс необходимых мер по поддержанию функционирования и развития системы образования [10]. В работах более раннего времени он определял её как «совокупность идеологических, законодательных, административных и педагогических акций в области школьного дела, которые проводятся государством, различными классами, политическими партиями и соответствующими социальными институтами для достижения определённых социально-экономических, политических, культурных и педагогических целей» [11, с. 26].

О. Н. Смолин указывает, что «образовательная политика включает в себя образовательные компоненты и образовательное воздействие других направлений внутренней политики (экономической, социальной, информационной и др.) [12]. Правомерность данной трактовки образовательной политики

подтверждают и работы историка российской школы Н. Н. Кузьмина, который в 70-х гг. ХХ в. писал, что внешние факторы оказывают на образование даже большее влияние, чем внутренние [13].

Определение образовательной политики, как следствие комплекса факторов (экономических, политических, культурных), указывает и на тесную связь образовательной политики в Сибири с другими компонентами государственной политики. Российская империя в отношении большинства окраинных территорий (за исключением более развитых в культурном отношении территорий Польши, Финляндии), проводила политику унификации различий, упразднения особой системы административного управления, введение единого с метрополией нормативного регулирования. Поэтому рассматривая особенности и этапы образовательной политики в Омском Прииртышье, необходимо учитывать как задачи государства в регионе, так и цели государственной образовательной политики. Мы соотнесли эти компоненты в таблице, что позволяет увидеть их связь и взаимообусловленность на всех этапах колонизации.

Как можно увидеть из таблицы, на цели и содержание образовательной политики в регионе оказывали влияние, задачи имперской политики и государственная образовательная политика. Но можно согласиться с А. В. Ремнёвым, что «все мероприятия государства в Сибири оценивались с точки зрения политических и экономических интересов Европейской России но носили разобщенный характер. Нет чёткого курса по отношению к Сибири. Отсутствие теоретически осмысленной региональной политики приводили к непоследовательности действий [14, с. 57]. Только с конца XIX в. в регионе на уровне государства произошло согласование целей образовательной политики с задачами колонизации, что дало заметные эффекты, в том числе и в вопросе образования инородческого населения. В своём отношении с инородцами российское государство так и не вышло на позицию «формирование отношений партнёрства». Она не прижилась и в период советской власти.

Если рассматривать образовательную политику как систему, то в структуре образовательной политики можно выделить

Трансформация целей образовательной политики в Омском Прииртышье

Цели государствен- Взаимоотношения Цели Российской Цели образования

Период ной колонизационной с коренными образовательной инородцев в Омском

политики в Сибири народами политики Прииртышье

ЯМ-КУП в. Пополнение казны Подготовка грамот- Подготовка перевод-

за счёт ясака с ино- Сотрудничество ных чиновников чиков из среды ино-

родцев родцев

XVIII - пер- Поиск новых источ- Подготовка образо- Разрешено создание

вая половина ников сырья, ссылка ванных специали- начальных националь-

XIХ в. нежелательных элементов стов ных школ и обучение в русских училищах детей инородцев

первая поло- Административное Распространение Создание первых госу-

вина XIХ - закрепление Сибири, Доминирование образования повы- дарственных инород-

конец XIХ в. создание особой системы управления и ассимиляция шенного уровня среди дворянства ческих училищ

конец XIХ - Хозяйственное за- Создание нацио- Развитие сети инород-

первая чет- крепление региона нальной системы ческих училищ и под-

верть ХХ в. (массовое крестьян- образования, дос- готовка учителей из

ское переселение) тупной для всех категорий населения среды инородцев

следующие элементы: цели, задачи, выбор средств и методов, практическая реализация через законодательство, административно-управленческую политику, школьную практику. Рассмотрим основное содержание образовательной политики в отношении инородцев Омского Прииртышья по данным компонентам.

Целевой компонент образовательной политики в регионе менялся, на него влияли, прежде всего, интересы империи в определённый период. На первом этапе происходила военная колонизация территории, для этого нужно было подготовить толмачей и мелких чиновников из среды местного населения. Эти задачи решало училище азиатских языков, открытое при гарнизонной школе в Омске в 1789 г. В училище принимали детей казаков, солдат и чиновников, служивших в пограничном штате, детей инородцев (они готовились как переводчики с местных языков). В 1790 г. в списках школы состояло 12 казачьих детей, 6 солдатских и 7 инородцев.

Только с началом массового переселения (с 70 гг. XIX в.) в регионе стали создаваться специальные учебные заведения для инородцев, до этого времени они могли поступать и учиться в русских учебных заведениях. Но такой путь был доступен только

самой знатной и состоятельной части инородческого населения, поэтому такая практика не дала ожидаемого эффекта - распространения грамотности среди инородцев и христианизации.

С середины XIX в. начинает осуществляться целенаправленная политика, направленная на адаптацию инородцев к русской культуре, главным средством которой становились государственные школы. В управ ле-нии образованием также проводились мероприятия по упразднению различий между метрополией и окраиной. Средством слияния стало создание государственных инородческих школ , строившихся на основе развития светского образования, дававшее знание русского языка.

На разных этапах колонизации государством избирались особые средства и методы реализации образовательной политики в отношении инородцев. На первом этапе средством реализации целей образовательной политики были мектебе, в которых помимо религиозного образования ученики знакомились с основами грамоты, но если с муллой изучали арабскую письменность, то с 70 гг. XIX века наряду с муллой, предписывалось иметь русского преподавателя, знающего «татарский язык», который должен был обучать детей русскому языку.

Деятельность мусульманских школ не могла дать ожидаемого эффекта, поэтому государство создаёт «русско-киргизские» учебные заведения. Государство и не пыталось скрывать свои истинные цели, как указывал Д. А. Толстой, бывший в то время министром просвещения: «конечной целью образования всех инородцев, живущих в пределах России, бесспорно, должно быть их обрусение и слияние с русским народом» [15, с. 127]. Настороженное отношение инородцев к новым типам учебных заведений привело к тому, что было открыто только несколько учебных заведений: в Семипалатинской области четыре городских училища: 5-классное в Семипалатинске, 3-классные -в Усть-Каменогорске, Павлодаре и Каркалин-ском городском поселении [16, л. 193 об., 194]. В 90-х XIX в. численность русско-казахских школ изменилась незначительно: в Акмолинской области - 3 городских начальных училища и 1 уездное; в Семипалатинской области - 4 городских и ни одного уездного училища; в Семиреченской области - 5 городских училищ и также ни одного уездного [17]. Незначительное количество учебных заведений и численности учащихся объясняется тем, что училища строились на тех же основах, что и для русского населения, не учитывая особенности жизни инородцев.

Незначительные успехи в образовании инородцев вынуждали власть искать новые формы учебных заведений, в 1896 г. администрацией Степного Края были проведены совещания по вопросу о развитии образования среди киргиз. На нем было предложено открыть два новых типа школ - аульные подвижные, соответствующие программе сельских училищ и двухклассные русско-киргизские училища. Преподавание в аульным школах должно было вестись на киргизском языке, но главным предметом объявлялся русский язык. Такие школы планировалось открыть во всех самых отдалённых местностях Прииртышья. В 1901 г. были утверждены правила для аульных школ. В Акмолинской и Семипалатинской области они первоначально стали создаваться в наиболее населённых районах, к 1906 г. насчитывалось 4 волостных киргизских училища и 40 аульных школ. Массовое открытие начальных

инородческих школ в Омском Прииртышье происходит после 1907 г., когда вышел проект о введении всеобщего образования в Российской империи. В Акмолинской области в 1902 г. было 6 школ со 122 учащимися, то к 1912 г. общее число школ составило уже 53 с числом учащихся 870. Ежегодно открывалось 40-50 училищ. В 1914 г. в одной только Омской волости работало 8 аульных школ [18, л. 7]. То есть активизация деятельности государства не только в сфере образования, но весь комплекс действий в регионе в рамках реализации нового этапа колонизации, привел к изменению отношения инородцев к государственным училищам.

Ещё одним средством решения задачи адаптации инородцев к русской культуре становилось сельское хозяйство. С это целью стали открывать сельскохозяйственные школы. Решения об открытии сельскохозяйственных школ было принято ещё в 1880-х гг., но в начале 1890-х гг. было по одной в каждом уезде: пять в Акмолинской области, четыре в Семипалатинской области [19]. Непопулярность сельскохозяйственных школ ещё раз подтверждает необходимость реализации главного принципа образования - культуро-сообразность, игнорирование которого неоднократно приводило к краху всех планируемых преобразований.

Образовательная политика реализуется через законодательство, административно-управленческую политику, школьную практику. В регионе был принят ряд нормативных актов, определяющих содержание инородческой образовательной политики. Все нормативные документы, вышедшие в обозначенный период, можно разделить на несколько групп: первые регулировали деятельность мусульманских училищ и школ, вторые определяли порядок создания и деятельности различных государственных учебных заведений для детей инородцев, третий пакет документов был связан с тем, кто может работать учителями в инородческих училищах и вопросы подготовки кадров для них.

В исследовании Т. Ю. Плахотник подробно рассмотрен вопрос о нормативном регулировании деятельности мусульманских училищ в регионе [17, с. 43]. Одним из первых государственных актов об инородческом образовании было решение от 26 марта

1870 г. «Об особых правилах относительно инородцев-христиан и татар-магометан». На основе данного документы были составлены «Правила о мерах к образованию населяющих Россию инородцев» 1874 г., которые разделялись на две части для инородцев-христиан и инородцев-мусульман. Если для первой категории главной задачей объявлялось религиозно-нравственное воспитание, то для второй категории занятия должны были вестись на родном языке, знакомство с русской культурой происходило через изучение русского языка и образования. Развитие нормативной базы в отношении инородческого образования происходило постоянно, так в 1879 г. вышло Положение о мусульманских школах. В 1906 г. Министерством народного просвещения были разработаны «Правила об инородческих школах», регламентировавшие деятельность всех инородческих школ в России. Решение государственного совещания 1907 г. отменило данный документ, так как в нём содержались меры, ограничивающие деятельность мусульманских училищ.

Важным средством реализации образовательной политики в регионе была подготовка учителей для инородческих школ и училищ. В нашем исследовании были выделены этапы деятельности власти в отношении подготовки учителей для инородческих школ: 60-70-е гг. ХК в. - власть не создаёт условия для развития специального педагогического образования инородцев, осуществляя контроль за деятельностью мусульманских школ; 80-90-е гг. ХК в. - начата работа особых комиссий по изучению потребностей местного населения в образовательных учреждениях и подготовка к открытию специальных учебных заведений для подготовки учителей; с начала ХХ в. по 1919 г. - развитие системы низшего инородческого образования, рост сети педагогических учебных заведений, нацеленных на подготовку кадров для аульных, сельскохозяйственных и других школ [20, с. 310].

При подготовке учительских кадров для инородческих школ государство ставило главным требованием знание национального языка. Поэтому основной упор первоначально был сделан на подготовку национальных кадров. Для этого в Омской учительской се-

минарии практически с первых лет её существования обучали по нескольку инородцев, но их количество не превышало нескольких человек в классе. Инородцы в первые годы деятельности семинарии обучались за свой счёт, но с 90-х гг. были учреждены стипендии Степного генерал-губернатора [21, л. 54]. В начале деятельности аульных школ весьма ощутимой была нехватка педагогических кадров. В двухклассных русско-киргизских училищах учителями в 80-90-х гг. работали выпускники Омской учительской семинарии. Недостаточное количество выпускников учительских семинарий привело к тому, что с 1901 г. стали открывать новый тип образования - педагогические классы, в них принимались выпускники 2-х классных училищ, из которых за два года готовили учителя начального училища. Выпускники педагогического класса (казахи) обязаны были отслужить в аульных школах 2 года за 1 год казённого содержания, или вернуть государству деньги, потраченные на педагогическое образование. Такая форма подготовки учите -лей была временной, позволившей отчасти смягчить в инородческих училищах кадровую проблему.

Серьёзно повлиять на вопрос подготовки квалифицированных учителей могли бы только учительские семинарии. С конца XIX в. попечителем западносибирского учебного округа поднимался вопрос об открытии Семипалатинской учительской семинарии, воспитанниками которой преимущественно становились бы инородцы. С этой целью предлагалось сделать курс обучения четырехлетним, чтобы помочь освоить лучше учебную программу. Но семинария была открыта только в 1903 г., а вторая семинария (Акмолинская) была открыта в 1916 г.

Быстрый рост инородческих школ после активизации действий государства в регионе и отставание роста сети педагогических учебных заведений привёл к тому, что, по данным дирекции народных училищ, в Акмолинской области только 30 %, в Семипалатинской области 63 % учителей инородческих училищ имели специальное образование [22, л. 212-213]. Это заставило администрацию дирекций учебных заведений районов Пииртышья искать новые способы подготовки учителей. В 1910 г. были откры-

ты двухгодичных педагогических курсы при Атбасарском двухклассном русско-казахском училище. На курсы принимались инородцы и русские, знающие казахский язык, для проживающих в других районах был открыт интернат. В результате деятельности всех типов педагогических учебных заведений проблему подготовки специальных учителей для инородческих школ региона удалось если не решить полностью, то значительно смягчить.

Таким образом, анализ истории формирования и реализации образовательной политики в отношении инородческого населения Омского Прииртышья, позволяет сделать вывод, что в регионе в исследуемый период государство, прежде всего, решало задачи колонизации новой территории. Они определяли все компоненты образовательной политики - цели, нормативную базу, реализацию. Наиболее успешно цели образовательной политики удалось реализовать, когда были учтены специфические социокультурные условия жизни инородцев, были подготовлены учителя из среды инородцев. Результаты реализации образовательной политики можно оценить по количественным и качественным показателям: с одной стороны, происходил рост числа инородческих училищ, с другой стороны, не удалось решить главную задачу имперской политики - ассимиляции инородцев, слияния всех народов региона в единую нацию, стирания различий между колонией и метрополией. Всё это ещё раз подтверждает, что экономика и политика оказывают на образование существенное влияние, но образование ещё больше связано с культурой народа, поэтому должно быть органично именно ей.

ЛИТЕРАТУРА

1. Русские в Омском Прииртышье (ХУШ-ХХ века) : историко-этнографические очерки / отв. ред. М. Л. Бережнова. - Омск: Издатель-Полиграфист, 2002. - 236 с.

2. Устав об управлении инородцев // Полное собрание законов Российской империи. Собр. 1. Т. 38. № 29126.

3. Слокум Д. Кто и когда были «инородцами»? Эволюция категории «чужих» в Российской империи // Российская империя в зарубежной литературе последних лет : антология / сост. П. Верт, П. С. Кабытов, А. И. Миллер. - М., 2005.

4. Нам И. В., Наумова Н. И. Национальная (инородческая) школа Сибири в образовательной политике власти (конец XIX - 1919 г.) // Национально-культурная политика и практика её реализации в сибирском регионе в первой трети ХХ века. - Новосибирск, 2005. - С. 175307.

5. Ильминский Н. И. Об образовании инородцев посредством книг, переведенных на родной язык // Православное обозрение. - 1863. -№ 3. - С. 130-145.

6. Тажибаев Т. Т. Развитие просвещения и педагогической мысли в Казахстане во второй половине XIX в. - Ч. I. - Алма-Ата, 1958.

7. Миллер А. И. Империя Романовых и национализм : эссе по методологии исторического исследования. - М. : Новое литературное обозрение, 2006. - 248 с.

8. Дамешек И. Л. Окраинная политика России во второй половине XIX в. : автореф дис. ... канд. ист. наук. - Иркутск. 1998. -25 с.; Дя-кин В. С. Национальный вопрос во внутренней политике царизма (XIX в.) // Вопросы истории. - 1995. - № 9. - С. 56-64; Каспэ С. И. Империя и модернизация. Общая модель и российская специфика. - М. : РОССПЭН, 2001. - 256 с.; Ремнёв А. В. Россия Дальнего Востока. Имперская география власти XIX - начала ХХ веков. - Омск : Изд-во Ом. гос. ун-та, 2004. - 552 с.; Ремнёв А. В. Генерал-губернаторская власть в Х!Х столетии. К проблеме организации регионального управления Российской империи // Вестник Омского отделения Академии гуманитарных наук. - 1997. - № 2.

9. Максимов А. А. Реализация интересов народов Севера в условиях промышленного развития: от зарубежного опыта к российской модели : автореф. дис. ... канд. экон. наук. - Сыктывкар, 2007. - 26 с.

10. Днепров Э. Д. Современная реформа образования в России. - М. : Наука, 1998. - 463 с.

11. Днепров Э. Д. Школьная политика: содержание понятия и аспекты изучения // Школа и педагогика России накануне и в период революции 1905-07 гг. : сб. - М. : Просвещение, 1985. - С. 25-56.

12. Смолин О. Н. Социально-философские аспекты государственной образовательной политики в условиях радикальной трансформации российского общества : дис. в виде научного доклада ... д-ра филос. наук. - М., 2001. -182 с.

13. Кузьмин Н. Н. Учительские институты в России: (кекции по истории педагогики). - Челябинск : Челябинск. пед. ин-т, 1975. - 130 с.

14. Сибирь в составе Российской империи / отв. ред. Л. М. Демешек, А. В. Ремнёв. - М. : Новое литературное обозрение, 2007. - 368 с.

15. Андреев В. И. История бурятской школы (1804-1962). - Улан-Удэ, 1964. - 567 с.

16. Центральный государственный архив Республики Казахстан. Ф. 64. Оп. 1. Д. 395.

17. Плахотник Т. Ю.Деятельность учебной администрации Степного края в сфере начального образования казахского населения в конце

XIX - начале ХХ в. : дис. ... канд. ист. наук. -Омск, 2007. - 204 с.

18. Государственный исторический архив Омской области (ГИАОО). Ф. 8. Оп. 1. Д. 6.

19. Обзор Акмолинской области за 1892 г. - Омск, 1893. - С. 2.; Обзор Акмолинской области за 1894 г. - Омск, 1894. - С. 88.

20. Чуркина Н. И. Становление педагогического образования в Западной Сибири вторая половина Х1Х века - 1919 г. : дис. ... д-ра пед. наук. - Омск, 2012. - 439 с.

21. ГИАОО. Ф. 115. Оп. 1. Д. 58.

22. ГАТО. Ф. 126. Оп. 2. Д. 2350.

Информация о статье

Дата поступления 12 июня 2018 г.

Дата принятия в печать 12 ноября 2018 г.

Article info

Received June 12, 2018

Accepted

November 12, 2018

Сведения об авторе

Чуркина Наталья Ивановна - д-р пед. наук, доцент, профессор кафедры педагогики Омского государственного педагогического университета

Адрес для корреспонденции: 644099, Россия, Омск, Наб. Тухачевского, 14

E-mail: n_churkina@mail.ru

About the author

Churkina Natalia Ivanovna - Doctor of Pedagogical Sciences, Associate Professor, Professor of the Department of Pedagogy of the Omsk State Pedagogical University

Postal address: 14, Tukhachevskogo Nab., Omsk, 644099, Russia

E-mail: n_churkina@mail.ru

Для цитирования

Чуркина Н. И. Инородческое образование в Омском Прииртышье в контексте задач имперской политики второй половины XIX - начала ХХ в. // Вестник Омского университета. Серия «Исторические науки». 2018. № 4 (20). С. 122129. й01: 10.25513/2312-1300.2018.4.122-129.

For citations

Churkina N. I. Foreign Education in Omsk Irtysh Region in the Context of the Tasks of Imperial Policy in the Second Half of 19th - Beginning of 20th Century. Herald of Omsk University. Series "Historical Studies", 2018, no. 4 (20), pp. 122129. DOI: 10.25513/2312-1300.2018.4.122-129 (in Russian).