2004. 01. 032. Ле масн П. Знания и технологии, сильные структуры международной торговли и новые формы международного разделения труда. Le masne P. savoir et Technologie, structures Fortes d'echange Interna-tional et nouvelles formes de la division Internationale du travail // Economie appliquee. - P. , 2002. - T. 55, n 4. - P. 35-60

ЭКОНОМИЧЕСКИЕ АСПЕКТЫ НАУЧНО-ТЕХНИЧЕСКОГО ПРОГРЕССА

2004.01.032. ЛЕ МАСН П. ЗНАНИЯ И ТЕХНОЛОГИИ, СИЛЬНЫЕ СТРУКТУРЫ МЕЖДУНАРОДНОЙ ТОРГОВЛИ И НОВЫЕ ФОРМЫ МЕЖДУНАРОДНОГО РАЗДЕЛЕНИЯ ТРУДА.

LE MASNE P. Savoir et technologie, structures fortes d’echange interna-tional et nouvelles formes de la division internationale du travail // Economie appliquee. - P., 2002. - T. 55, N 4. - P.35-60.

Сотрудник Университета Пуатье (Франция) анализирует взаимосвязь между знанием, технологиями, структурой международной торговли и экономическим ростом, а также особенности международного разделения труда (МРТ) в современных условиях.

Знание, развитию которого способствуют различные научные и образовательные институты, состоит из науки, технологии и совокупности теоретических и практических познаний населения. На долю расходов на знание, включающих в себя затраты на НИОКР, образование и программное обеспечение, приходится более 10% ВВП стран ОЭСР. Теоретические знания сконцентрированы в нескольких регионах мира: 90% мировых расходов на НИОКР реализуется в странах ОЭСР. При этом доля США и Канады составляла в 1999 г. 35,8% мировых расходов на НИОКР, Европы - 23,5, промышленных стран Азии и Японии - 25,4%, тогда как Африки - 1% (с.37).

Рост количества зарегистрированных патентов свидетельствует о росте значения инноваций. В 1998 г. на страны ОЭСР приходилось 86% всех зарегистрированных в мире патентов и 85% опубликованных научных статей (с.37). Патенты и другие формы интеллектуальной собственности являются источником значительных финансовых ресурсов: 54% мировых платежей за пользование патентами и лицензиями были вложены в экономику США и 12% - Японии (с.38). В последние годы режим интеллектуальной собственности ужесточился, что привело к так назы-

ваемому злоупотреблению интеллектуальной собственностью со стороны промышленно развитых стран (ПРС).

НИОКР, осуществляемые предпринимательским сектором, ориентированы преимущественно на промышленность, но доля сферы услуг постоянно растет. НИОКР сконцентрированы в нескольких технологических секторах и осуществляются в основном небольшим количеством промышленных групп. Международные институты подразделяют промышленность на высоко-, средне- и низкотехнологичные отрасли в зависимости от их наукоемкости. Однако эта классификация не всегда позволяет оценить реальную ситуацию: некоторые высокотехнологичные производства (например, производство электронных компонентов) включают в себя сегменты, в которых занята неквалифицированная рабочая сила. Поэтому создается впечатление, что развивающиеся страны (РС), экспортирующие подобные продукты, достигли высокого уровня технологического развития. На практике ПРС продолжают контролировать разработку высокотехнологичных продуктов и сегменты, в которых требуется наиболее квалифицированная рабочая сила, размещая сегменты, использующие неквалифицированный труд, в странах с низким уровнем заработной платы.

Инновации продуктов направлены прежде всего на получение рыночных преимуществ, а инновации процессов позволяют экономить затраты труда, повышать эффективность производства и прибыльность инвестиций. Высоко- и среднетехнологичные отрасли обладают высокими инновационными способностями как в отношении продуктов, так и процессов. Международная торговля продуктами высоких технологий в основном служит улучшению условий производства: 52% этой торговли составляет промежуточная продукция, 42% - оборудование и 6% - конечная потребительская продукция.

Привлекательность технологичных производств объясняется следующими причинами. Во-первых, с 80-х годов ХХ в. доля сырья, как и доля РС в мировом экспорте значительно сократилась. Доля трудоемкой продукции в мировой торговле остается стабильной, хотя ее доля в экспорте РС растет. Доля продукции высокой и средней технологии в экспорте, напротив, значительно возросла, чем сумели воспользоваться ПРС. Во-вторых, овладение производством технологичной продукции способствует повышению производительности и эффективности производств, связанных с техническим прогрессом, и снижению соответствующих цен. Некоторые отрасли (электроника, коммуникации и инфор-

матика) играют ключевую роль в росте производительности и улучшении управления. В-третьих, производство в отраслях высокой и средней технологии (компьютеры, специальные инструменты, фармацевтика, электроника и т.д.) носит наиболее интернационализированный характер. Высокие издержки на НИОКР вынуждают эти отрасли искать внешние рынки, а технологическая ориентация облегчает экспорт. В-четвертых, высо-котехнологичные отрасли отличаются высокой рентабельностью. Эксперты отмечают, что, инновационные фирмы имеют норму прибыли, превышающую средние показатели. Например, во Франции норма прибыли предприятий высокой технологии составляла в 1998 г. 15,3% против 9,4% в среднем по промышленности (с.41).

Технологическую структуру той или иной страны можно анализировать с помощью таких показателей, как доля расходов на НИОКР в ВВП, коэффициент покрытия импорта технологий экспортом, коэффициент покрытия импорта экспортом по категориям продуктов, доля расходов на образование в ВВП. Эти показатели значительно различаются по странам ОЭСР. Внутренние расходы на НИОКР составляли в 1998 г. 2,65% ВВП в США, 3,04% - в Японии, но только 1,04 - в Италии, 0,9% -в Испании. По данным Всемирного банка, расходы на НИОКР на душу населения в ПРС в 200 раз выше, чем в РС. Коэффициент покрытия импорта технологий экспортом составляет 274% в США, 231 - в Японии, но 82,9 во Франции и 18,6% в Испании (с.41). У Великобритании, Кореи, США, Франции и Японии коэффициент покрытия импорта высокотехнологичных продуктов экспортом превышает 100. Показателя Австралии (24), Португалии (36), Турции (23) показывают высокую зависимость этих стран от импорта высоких технологий (с.41-42). Япония, Германия и Италия специализируются на отраслях средних технологий.

Сегодня страны, занимающие ведущие позиции в области высоких технологий, противостоят всем остальным. Так, доля Великобритании, Германии, США, Франции и Японии составляла в 1998 г. 65,7% рынков высоких технологий ОЭСР (в этих странах проживает 54% населения ОЭСР, а их доля в ВВП ОЭСР составляет 68,2%). В странах с более высоким технологическим уровнем наблюдается более высокая производительность труда и более высокий ВВП на душу населения: производительность одного работника в промышленности Франции составляет 70,1% этого показателя в США, в Австралии - 50,3, а в Португалии -только 26,7% (с.43). Доля НИОКР в японском экспорте составляет 5,54%, в американском - 5,13, тогда как в австралийском - 0,67% (с.45). Таким

образом, доля НИОКР в экспорте Японии в 8 раз превышает этот показатель для Австралии, что свидетельствует значительности технологических различий между ПРС.

Технологическая мощь страны способствует формированию сильной структуры внешней торговли, позволяющей с выгодой использовать ее для внутреннего роста. Независимость страны выражается в относительно невысоких объемах импорта, экспорте готовой продукции и контроле над производительными сетями, позволяющем осуществлять экспорт. В то же время для технологически слабых стран характерен большой объем импорта. Владение технологиями также позволяет обеспечить инвестиции на национальной базе.

Интернационализация международной торговли затронула прежде всего РС. По данным Всемирного банка отношение внешней торговли РС в денежном выражении к величине ВВП, составлявшее в 1981 г. 35%, достигло в 1997 г. 48%, тогда как в ПРС оно оставалось практически стабильным (соответственно 42 и 43%) (с.46). В 1980-1998 гг. в РС в целом наблюдался значительный рост темпов экспорта в стоимостном выражении (12% в год), тогда как темпы роста мировой торговли составляли 10% (с.45). Однако темпы роста импорта промышленной продукции в РС опережали темпы роста экспорта. Пример семи РС, в которых бурно развивался процесс индустриализации, показывает, что отношение величины добавленной стоимости в промышленности к экспорту промышленной продукции с 1980 г. значительно понизилось. Таким образом, индустриализация в большей мере стимулировала увеличение импорта, чем рост добавленной стоимости. Напротив, страны большой семерки смогли добиться более быстрого увеличения добавленной стоимости в промышленности по сравнению с объемом торговли промышленной продукцией.

Многочисленные эмпирические исследования показывают, что владение технологиями оказывает положительное воздействие на рост и внешнюю торговлю: внешний спрос стимулирует рост, более высокая рентабельность технологичных отраслей способствует инвестициям, росту производительности и созданию рабочих мест. Проблемы равновесия торговых балансов менее глубоки и появляются реже, что способствует более быстрому росту в долгосрочной перспективе.

Технологически слабые страны не обязательно сталкиваются с проблемами роста или занятости, поскольку некоторые рынки сырья остаются значительными, а конкурентоспособность в низко-технологичных отраслях сохраняется. Например, в 1979-1999 гг. занятость в Турции воз-

росла на 40%, а в Португалии на 47,7% (с.49). Тем не менее слабые в технологическом отношении страны сталкиваются с проблемами спроса, прибылей, низкой производительности, нестабильности экспортных цен. Их образовательные системы менее развиты. Они зависят от других регионов в плане инноваций, накопления и производительности. В них длительное время могут наблюдаться низкие темпы роста.

Останавливаясь на проблеме теоретического обоснования новых форм МРТ, автор отмечает, что представители современной эволюционной экономической теории, признавая связь внешней торговли с экономической активностью, а преимуществ стран - с их способностью к инновациям и подчеркивая позитивную роль национальных инновационных систем (НИС), включающих сеть институтов государственного и частного секторов, обходят молчанием тот факт, что НИС позволяют некоторым странам оказывать доминирующее влияние на другие.

В последние 30 лет получили значительное развитие транснациональные группы (ТНГ). Они опираются на свои технологические преимущества, проводя внешнюю экспансию, которая в свою очередь дает им преимущества в плане рынков, природных ресурсов, издержек на рабочую силу и т. д. Интернационализация ТНГ привела к развитию международных инвестиций, которые стимулировались финансовой либерализацией, дерегулированием промышленности и политическими изменениями (крушение движения неприсоединения и коммунистических режимов), что позволило ТНГ развернуть свою деятельность по всему миру. В 1985-1997 гг. прямые иностранные инвестиции стран ОЭСР, в основном между ПРС, росли почти в два раза быстрее, чем торговля товарами и услугами (с.53). За прямыми инвестициями последовали экспортно-импортные потоки. ТНГ воспользовались снижением транспортных издержек, таможенных пошлин, новыми средствами коммуникаций и управления для создания огромных производственных сетей в международных масштабах. Для снижения расходов на НИОКР они заключали между собой соглашения о технологическом сотрудничестве. Интернационализация ТНГ способствовала повышению заработной платы и прибылей во многих странах. Высокие прибыли ТНГ способствовали их росту и централизации капитала в национальных и международных масштабах. По данным экспертов, внутренняя торговля в ТНГ составляет 30% мирового экспорта и возросла на 40% в последние 25 лет (с.54).

Усиление ТНГ в мировой экономике не означает, что национальная экономика потеряла свое значение. Штаб-квартиры ТНГ находятся в

странах происхождения, основной источник их преимуществ носит национальный характер, дополняемый преимуществами, полученными на международном уровне. НИОКР также в основном осуществляются на национальной территории или вблизи нее. Иностранные инвестиции повышают глобальную рентабельность ТНГ. Деятельность ТНГ вне национальной территории можно рассматривать как систему глобальной эксплуатации природных и человеческих ресурсов, которая по прежнему структурируется государствами, наиболее мощные из которых являются странами происхождения большинства ТНГ.

В этих условиях к традиционному МРТ, противопоставлявшему производителей сырья и ПРС, добавляется новое МРТ, противопоставляющее производителей массовой промышленной продукции производителям высокотехнологичных продуктов и услуг. Новое МРТ связано с овладением знанием. Оно поддерживалось наиболее мощными государствами, несмотря на проблемы занятости, которые новое МРТ породило в некоторых ПРС. Углубился процесс консолидации международных рынков, что привело во многих секторах к формированию мировых олигополий, доминирующие позиции в которых занимают ТНГ небольшого числа наиболее передовых в технологическом отношении ПРС.

В рамках нового МРТ трудоемкие производства, не требующие квалифицированной рабочей силы, размещаются в РС независимо от степени технологичности конечного продукта. Это приводит к росту внутрифирменной торговли, особенно между ПРС и РС. Новое МРТ распространяет в мировых масштабах доминирование интеллектуального труда над ручным, усиливает необходимость защиты интеллектуальной собственности. В новом МРТ также возрастает значение услуг, использующих современные технологии (транспорт, банки и страхование, услуги предприятиям), доля которых в международной торговле растет. ПРС занимают в этих отраслях ведущие позиции и требуют их либерализации от РС.

Страну можно назвать технологически зависимой, если она опирается на внешние технологии. Технологическая зависимость выражается в низких расходах на НИОКР, немногочисленности научных кадров, неразвитости образовательной системы, дефицитном технологическом балансе, необходимости импортировать большую часть производственного оборудования. Технологическая зависимость не исключает традиционную зависимость, а дополняет ее. Она усиливается фактором интеллекту-

альной собственности, содержит в себе географическую и макроэкономическую составляющие.

В заключение автор отмечает, что специалисты в области внешней торговли, признавая значение технологии для развития торговли и экономического роста, видят только ее положительные моменты для технологически развитых стран, но обходят вниманием проблему их технологического доминирования. Новое МРТ связано с новыми формами технологической зависимости, которая в первую очередь касается РС, но может коснуться и некоторых ПРС (Ирландия, Австралия или Франция). Первостепенными задачами РС являются снижение этой зависимости и выработка стратегий получения недостающих им знаний.

И.Ю.Жилина

2004.01.033. ДАГЮЗАН Ж.-Ф. ИЗМЕНИТСЯ ЛИ РОЛЬ ГОСУДАРСТВА? DAGUZAN J.-F. Vers une mutation du role de l’Etat? // Problèmes econ. - P., 2002. - N 2758. - P.20-24.

Профессор Университета Париж-II (Франция) рассматривает влияние технологий на роль государства в современном обществе.

В период 1790-1991 гг., отмечает автор, европейские и азиатские страны жили в условиях милитаризованной экономики. Это означает, что, во-первых, военные расходы поглощали значительную часть национального богатства. Например, в 1875-1945 гг. они составляли 25% французского бюджета в мирное время (с.20). Во-вторых, инновации и промышленные войны оказывали значительное влияние на технологические исследования и разработки, определяли их направление и руководящую роль государства в управлении ими. Таким образом, характер технологических инноваций обусловливался необходимостью поддержания военного преимущества. Чтобы сохранить или компенсировать свое преимущество, государства создавали контролируемые инновационные системы, ориентированные на достижение определенной цели. Автор называет подобные системы «целевыми моделями» (modeles d’objectif) (c.20).

По мере усиления мощи государства целевые модели получали распространение и в гражданском секторе. Стремление к технологическому престижу, который ассоциировался с понятием благосостояния, превратилось в государственную стратегию. Автор определяет доминирующую идеологию промышленно развитых стран (ПРС) как технологическую, включающую в себя престиж, оборону и веру в роль науки. Раз-