О гражданственности, национальной идентичности, безопасности

ПРЕДВАРЯЯ ТЕМУ..

С.В. Иванова

О гражданственности, национальной идентичности, безопасности

Автор обозначает несколько болевых точек в проблематике о гражданско-национальной идентичности, которые влияют на проблемы внешней и внутренней государственной политики, укрепления государственности и обеспечения национальной безопасности.

Ключевые слова: национально-гражданская идентичность личности, национальная безопасность, российская государственность.

Номер данного журнала посвящен в целом исследованиям гражданской идентичности, проведенным под руководством Т. В. Евгеньевой в последние три года политологическим факультетом МГУ имени М.В. Ломоносова в рамках федеральной целевой программы Минобрнауки России. В дополнение к результатам этих исследований, освещенным впервые на заседании Круглого стола (тема была поднята журналом в 2010 году, [16]), читатели могут ознакомиться с актуальными выступлениями проф. В.Д. Нечаева, проф. П.К. Гречко, проф. Н.Л. Смакотиной и мн. др. Все эти материалы дополнены статьями авторов, нашедших новые грани в освещении этой сложной темы.

Мне бы хотелось тезисно обозначить несколько существенных болевых точек в этой проблематике.

Все рассуждения о российской государственности после развала Советского Союза окрашены этим событием, и, вероятно, это не закончится в обозримом будущем. Далее последовал опыт 90-х, «парад суверенитетов», утрата целостного законодательного, образовательного (и иных) пространств, балансирование на грани развала России. Это заставляет нас помнить, как быстро подготавливаются политиками и элитами подобные события, какую беспомощность ощущает большинство граждан, не способное противостоять, не имея организационных возможностей. Либеральное ли «прекраснодушие», расчетливый ли цинизм в стремлении «поделить пирог», отсутствие ли какого бы то ни было гражданского чувства — не суть важно на сегодняшний день, что привело СССР

© Иванова С.В., 2012

к государственной трагедии. Сегодня появляется анализ того, как удалось сберечь Россию [8]. Действительно, сегодня имеют значение лишь уроки, которые мы извлекли из происшедшего, чтобы этот опыт не был повторен на России.

Угрозы настоящего времени — спустя два десятка лет — сильнее, состояние мироустройства нестабильнее, нас захлестывает волна кризисов различного порядка [9]. Финансово-экономический кризис 2009 года порожден, по убеждению, геополитическими ситуациями и нравственной «эрозией», разъедающей мировое сообщество. Глобализация, информационный бум, опасности техногенных и природных катастроф, спекулятивные политические технологии гегемонистского толка, осознание конечности запасов недр, грядущее переустройство мира на расовых, политических и религиозных, судя по лозунгам, а на самом деле экономических и геополитических основаниях, — вот тот неполный перечень внешних вызовов национально-гражданской идентичности в любой стране. И в России, с ее недрами и просторами, не в последнюю очередь...

При этом важно учитывать достаточно острые внутриполитические проблемы.

Что понимать под национальной идентичностью? Как она создается и чем цементируется?

Нельзя не согласиться с акад. РАН В.А. Тишковым, что в вопросе о понятиях «царит путаница», чреватая опасностями для общества и государства [10]. Иногда можно услышать заявления, что неправомерно ставить вопрос о единой нации в России даже в гражданском ключе и поэтому сам термин «национальная идентичность» не корректен. По мнению ряда исследователей, национальную идентичность можно разделить на гражданскую, свойственную населению всей многонациональной страны («мы — россияне»), индивидуальную (личностную), этнонациональную, присущую лицам определенной национальности и целой нации, этносу. Возможно, этот взгляд и является, по мнению М. Прайса, «романтичным», но в целом понятны все плюсы и минусы такого подхода, а главное — его значение для безопасности государства.

Известно, что в мире существует несколько вариантов государственного устройства с этнонациональных позиций: моногосударства, где все государство целостно, состоит из одной нации с однородной культурой, религией, традициями и т. п.; государства с доминирующей нацией при наличии небольших этносов, в той или иной мере поддерживаемых, но никак не влияющих на политику и экономику; мегагосударства, к коим относится Россия, с большим числом влиятельных, мощных наций, желающих самоопределения и самоидентификации в той или иной степени полноты и самостоятельности.

Здесь же особо следует отметить влияющие на Россию процессы идентификации, начавшиеся в Европейском Союзе. С одной стороны, муль-

тикультуральные процессы и иммиграция разрушают идентичности стран Европы и способствуют созданию единой идентичности, об этом хорошо сказано у Бьюкенена («Смерть Запада»), но, с другой стороны, есть мнение, что адаптационные механизмы сработают [8] и, следовательно, предсказание о гибели западноевропейской цивилизации сильно преувеличено. Некоторые исследователи считают феноменом национальную идентичность в США, где из приехавших людей различных национальностей сформировалась единая нация — американский народ, однако идентичность местного населения оказалась под вопросом, вероятно, не в последнюю очередь из-за опасности претензий единственно правоправного народа на владение этими землями. Сегодня аборигены в США маргинальны, но не они влияют на деструкцию идентичности, приметы которой увидел С. Хантингтон [11]. Таким образом, на переломе находятся Европа, США, многие другие страны, и Россия — не исключение. От разрешения этой ситуации, от сформированности национально-гражданской идентичности зависит геополитическое и экономическое место в мире, сохранение «лица» и территорий, то есть — сохранение государства.

Современные исследования, о которых сказано выше, показывают, что проблемы государственного самоосознания и самоопределения — после растерянности в 90-х гг. — начинают решаться.

При всех разногласиях важно представлять, что национальная идентичность, как и любая другая, видоизменяется, постоянно дополняется под воздействием очень многих условий и факторов, единственное — она должна быть. Можно предположить, что так активно описываемую десятью годами ранее в научной литературе «стадию слома» идентичности, мы начинаем проходить, но до завершения этого процесса не так близко. Повторю мысль, высказанную некоторое время назад: вопрос «Кто мы?» для нас второй после вопроса «На чем стоим?» [15].

Мы часто используем политический опыт западных стран, однако надо отметить, что государственная власть явным образом стала в последнее время учитывать российские традиции, мифостроительный фундамент, присущий нашей идентичности. Историческая культурно-социальная память, сохраняющая мифы, традиции и устои, действительно, помогает в создании жизнеспособных гражданских структур.

В условиях глобализации и новых поисков Россией своей идентичности многие явно смотрят на запад, считая, что мы к нему ближе. При этом всем понятно, что ведущие западные страны смотрят на нас с цивилизационной точки зрения как на младшего брата. Это несправедливо, но не случайно. Мы подчас стремимся к парадоксальному: хотим остаться суверенной великой страной с самобытной культурой, но ищем, с кем нам идентифицироваться. В качестве исторического вопрос в целом понятен, надо согласиться с той группой исследователей, которая утверждает нашу принадлежность к восточно-христианской цивилизации [4]. В качестве

политического вопрос сегодняшней властью поставлен остро. Если судить по экономическим основаниям, то контакт с западом нарастает, например, вступление России в ВТО.

Думается, что пора оставить споры о том, надо или нет утверждать в сознании граждан многонациональной и многоконфессиональной страны, что мы — единый российский народ, а продумывать пути политического развития этой уже не раз высказанной властью позиции.

Сложность этой работы определяется тем, что при формировании индивидуальной идентичности граждан страны важно «соблюсти паритет» между своей идентичностью, как представителя российского народа, и принадлежностью к определенной нации, этносу. При государственной поддержке всех наций и национальностей на территории страны, а такой опыт был и есть, это сложно, но разрешимо.

Теоретически, в проблемном плане, это довольно хорошо оформлено. Рассуждения о концепциях идентичности («культурной национальной идентичности», «гражданской политической идентичности» — по П. Ал-теру, Э. Смиту, М. Игнатьефу, Р. Брубакеру, Д. Скопфлину и др.) представляют в своей работе М.Ю. Бунаков и В.Н. Лукин [1], и мы не видим необходимости подробно останавливаться здесь на этом. Однако, важно учитывать не только эти концепции, но и исследования русских философов Н.А. Бердяева, П.Я. Данилевского, В.В. Зеньковского, И.А. Ильина, К.Н. Леонтьева, Л.П. Лосского, B.C. Соловьева, С.Л. Франка, связанные с представлениями о формировании духовности, национального характера, народной души и т. п. Формирование идентичности лежит также и в этой плоскости.

Определенность с позицией национальной идентичности приносит определенность в осознании себя всеми гражданами, накладывает отпечаток на их мироощущение, поведение, нравы, мораль, состояние духа. От этого в конечном счете зависит будущее страны, возможный исход событий в результате выбора ответов на вызовы современного нестабильного мира.

В заключение выделим несколько ключевых задач:

— формирование общегражданского российского проекта национальной идентичности на основе правового и политического равенства, общности идеологии, гражданских институтов и территории;

— актуализация достойного, общего для всех граждан исторического прошлого, поддержка традиций, формирующих гражданскую патриотическую позицию через искусство, образование, СМИ, институты гражданского общества;

— цивилизационная идентификация всех крупных этносов, населяющих страну. Например, цивилизационная, национально-культурная идентичность русских связана с социально-культурными, историческими корнями с восточно-христианской цивилизацией, в этом мы согласны с позицией А.Н. Окары [4], татар — с исламской цивилизацией и т. п. Это

особенно важно, так как здесь пройдет обязательный водораздел «свой — чужой», который присутствует при процессах идентификации [9]. Из этого следует:

— сохранение культурной национальной идентичности через поддержку родных национальных языков, религии, национальных культурных традиций, искусства в рамках, не нарушающих прав других граждан (мы в отличие от США, где все — американцы за редким исключением, еще века не уйдем от осознания внутри страны Я-Другой по признаку национальности);

— создание государственного гражданского имиджа и планомерное формирование своей позиции в море наднациональных и межгосударственных проблем; влияние на российскую элиту, стремящуюся подчас к наднациональной космополитической идентификации в ущерб интересам безопасности государства.

Наши авторы в своих материалах, участники обсуждения на круглом столе заявили о состоянии и путях решения многих проблем. Позиция научного сообщества, безусловно, заслуживает внимания.

Литература

1. Бунаков М.Ю., Лукин В.Н. Национализм и национальная идентичность в условиях глобализации: проблемы концептуализации. // Credo-New, 2006, Вып. 46, № 2.

2. Кортунов С.В. Становление национальной идентичности: какая Россия нужна миру. — М.: Аспект-Пресс, 2009.

3. Национальная идентичность — это принятие исторического опыта нации. Интервью РА В.Л.Цымбурского. [Электронный ресурс]. Режим доступа: http://www.antropotok.archipelag.ru/text/a120.htm

4. Окара А.Н. Восточнохристианская цивилизация как субъект мирового развития в XXI веке. //«Ценности и смыслы», 2010, № 5(8).

5. Прайс М. Телевидение, телекоммуникации и переходный период: право, общество и национальная идентичность. — М.: издательство Московского университета, 2000.

6. Ранчин А. Литературный текст и национальная идентичность (Рец. на кн.: Grimstad K.A. Styling Russia Multiculture in the prose of Nikolai Leskov. Bergen: University of Bergen, 2007, 256 p.). «НЛО», 2009, № 95.

7. Рикер П. Повествовательная идентичность. [Электронный ресурс]. Режим доступа: http://www.modernlib.ru/books/riker_p/povestvovatelnaya_identichnost/read/

8. Рябов А. Национальная идентичность перед вызовом глобализма.// «Сообщение», 2003, №2. [Электронный ресурс]. Режим доступа: http://www. soob.ru/n/2003/2/concept/6

9. Софронова Л.А. О проблемах идентичности. — М.: Индрик, 2006, с. 8—24.

10. Тишков В.А. Российский народ и национальная идентичность. // «Россия в

глобальной политике», 2008, №4.

11. Хантингтон С. Кто мы? Вызовы американской национальной идентичности. — М.: «АСТ», «Транзиткнига», 2004.

12. Харсеева А.В. Духовные аспекты национальной безопасности современной России: дисс. канд. филос. наук, 09.00.11. Краснодар, 2006, 171 с. РГБ ОД, 61:07-9/242

13. Этнос и политика. Хрестоматия. Автор-сост. А.Л. Празаускас. — М.: издательство УРАО, 2000.

14. Alter P. Nationalism. \\ A Hodder Arnold Publication, 2 ed., 1994

15. Иванова С.В. Национальная идентичность как фактор безопасности государства. // Сб. докладов и тезисов V межведомств. семинара (конференции) «Пограничная безопасность в условиях информационной войны». — М., Пограничная академия ФСБ, 2010.

16. Круглый стол «Проблемы национальной и личностной идентичности в условиях глобализирующегося мира» // «Ценности и смыслы», 2010, № 5(8).