Особенности деятельности следователя по доказыванию преступлений, совершенных несовершеннолетними

У.Н. Ахмедов,

кандидат юридических наук

ОСОБЕННОСТИ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ СЛЕДОВАТЕЛЯ ПО ДОКАЗЫВАНИЮ ПРЕСТУПЛЕНИЙ, СОВЕРШЕННЫХ НЕСОВЕРШЕННОЛЕТНИМИ

FEATURES OF ACTIVITIES OF THE INVESTIGATOR FOR PROOF OF THE CRIMES COMMITTED BY MINORS

Статья посвящена научному осмыслению законодательной регламентации осуществления следователем функции по доказыванию преступлений, совершенных несовершеннолетними, и особенностей правоприменительной практики. Следователю, осуществляющему процессуальное доказывание по уголовным делам, возбужденным в отношении несовершеннолетних, необходимо руководствоваться не только содержанием главы 50 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации («Производство по уголовным делам в отношении несовершеннолетних»), но и учитывать требования частного характера, предусмотренные в различных нормах процессуального законодательства. Наиболее ярко это отражено в тех правовых нормах, которые регламентируют процессуальные особенности деятельности следователя по доказыванию преступлений, совершенных несовершеннолетними.

Article is devoted to scientific judgment of a legislative regulation of implementation of activities by the investigator of function for proof of the crimes committed by minors and features of law-enforcement practice. The investigator who is carrying out procedural proof on the criminal cases brought concerning minors needs to be guided not only contents of Chapter 50 of the Code of Criminal Procedure of the Russian Federation ("Criminal cases production concerning minors"), but also to consider the requirements of private character provided in various standards of the procedural legislation. Most brightly it is reflected in those precepts of law which regulate procedural features of activities of the investigator for proof of the crimes committed by minors.

На протяжении длительного времени как в теории уголовного процесса, так и в различных сферах правоприменительной деятельности остается актуальным и дискуссионным вопрос о допустимости доказательств при производстве по уголовным делам. Наиболее проблемным является формирование доказательственной базы по уголовным делам, возбужденным в отношении несовершеннолетних. Эти проблемы обусловлены как непростым механизмом нормативного регламентирования в сфере судопроизводственной деятельности, связанным с приданием сведениям,

полученным процессуальным и непроцессуальным путем, доказательственного значения, в том числе инициативной доказательственной деятельности участников уголовного процесса, т.е. потерпевшего, несовершеннолетнего подозреваемого или обвиняемого, так и результатами деятельности защитника, наделенного правом сбора доказательств в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации [1].

Спектр проблем в современной теории доказывания неразрывно связан с преобразованиями в уголовно-процессуальной деятельности, в силу

чего часть ученых, занимающихся проблемами уголовно-процессуального доказывания, склоняются в поддержку теории доказательственного права советского периода, другие же отстаивают радикальное изменение нормативных и научных положений теории доказательств. В сложившейся ситуации, несомненно, нужны новые, прежде всего практико-ориентированные, исследования.

До настоящего времени в теории уголовно-процессуального права нет фундаментальных трудов, разработанных на основе действующего УПК РФ, посвященных исследованию вопросов методологии и особенностей доказывания преступлений, совершенных несовершеннолетними.

Таким образом, следует констатировать, что дальнейшее совершенствование положений действующего УПК РФ, относящихся к понятиям доказывания, предмету и средствам доказывания по уголовным делам в отношении несовершеннолетних, является необходимым и обуславливается потребностями правоприменительной деятельности.

В юридической науке проблемам уголовно-процессуального доказывания посвящено множество исследований [2, 3, 5]. Сущностной стороной доказывания как процесса, т.е. определенной последовательности действий, являются собирание, проверка (исследование), оценка и использование доказательств. При этом следует отметить, что единого общепринятого определения понятия доказывания в российской правовой науке не существует.

Конечным результатом доказывания является установление истины по делу. М. С. Строгович утверждал, что доказывание является установлением посредством доказательств исчерпывающих фактов или обстоятельств, которые имеют значение для разрешения расследуемого уголовного дела [3]. Таким образом, доказывание можно характеризовать как познавательную и удостове-рительную деятельность компетентных государственных органов и должностных лиц по собиранию, проверке, оценке и использованию доказательств.

Будучи разновидностью всеобщего процесса познания, доказывание имеет и свои особенности, обусловленные спецификой условий его осуществления. К их числу следует отнести:

- временную ограниченность исследования, определяемую УПК РФ;

- необходимость принятия процессуального решения субъектом доказывания в каждом случае;

- законодательно установленные средства исследования доказательств;

- проведение исследования специальными субъектами, уполномоченными на то законом;

- единичность и неповторимость предмета доказывания, что исключает типизацию и обобщение как приемы исследования.

Познаваемые фактические обстоятельства к моменту производства по делу являются в основном событиями прошлого, в силу чего процесс доказывания способствует их закреплению в соответствующих процессуальных документах в результате восстановления в сознании субъекта утраченных с течением времени сведений. Тем не менее событие преступления не является единственным предметом доказывания, к ним закон относит: наступившие последствия; признаки совершения преступления определенным лицом; средства и орудия совершения преступления; причины, условия и обстоятельства, способствовавшие совершению преступления; обстоятельства, характеризующие личность преступника и др.

Процессуальное познание фактических обстоятельств по уголовным делам в отношении несовершеннолетних, возможно только в процессе доказывания. Деятельность субъектов доказывания состоит в работе по собиранию, проверке и оценке доказательств, а их целью является установление элементов предмета доказывания, перечисленных в УПК РФ, независимо от взглядов на характер и содержание истины, устанавливаемой в ходе уголовного процесса.

Для уголовного судопроизводства ценность представляет гносеологический принцип достижимости истины. Следует отметить, что в УПК РФ не содержится философской категории «истина», однако от суда требуется ее достижение. В ст. 243 УПК РСФСР закреплялось положение: «Председательствующий руководит судебным заседанием, принимая все предусмотренные настоящим Кодексом меры к всестороннему, полному и объективному исследованию обстоятельств дела и установлению истины...» [4].

Достижение истины возможно в силу поиска и опровержения всех возможных вариантов, за исключением одного, достоверного, в силу чего необходимо выдвигать по уголовному делу все возможные версии. Об этом говорится в решениях Верховного Суда РФ. Например, в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ «О судебном приговоре» от 29.11.2016 № 55 предписывается судам исходить из того, что приговор должен быть постановлен на достоверных доказательствах. Таким образом, посредством аккумуляции подтверждающих одну определенную версию доказательств, возможно установление истины по делу.

Говоря о признаках доказывания по уголовным делам в отношении несовершеннолетних,

стоит отметить, что к их числу относится законодательное определение объекта исследования, содержащегося в ст. ст. 73, 421 УПК РФ и др. Следовательно, предмет доказывания лежит в одной плоскости с предметом общего познания, несмотря на то, что первый по содержанию представлен более узко, чем второй.

Логические основы уголовно-процессуального доказывания состоят из ряда аксиом, которые «отражают общие законы мышления» [5]:

1. Процессуально доказываемые факты, обстоятельства и средства доказывания должны быть явными, точно определенными.

2. На всем протяжении процесса доказывания доказываемое (факты, обстоятельства) должно оставаться единым.

3. Основные правила процессуального доказывания вытекают из закона противоречия, т.е. не могут признаваться одновременно объективно истинными две противоположные мысли об одном и том же предмете. Обстоятельство, которое доказывается, не должно иметь противоречивого содержания; нельзя одним актом доказывания доказать два логически противоречивых фактических обстоятельств; доказательства не должны противоречить друг другу; в процессе доказывания важное значение имеет логический закон достаточного основания и т.п.

Таким образом, логические основы доказывания имеют архиважное значение как для процесса доказывания, так и для построения и проверки версий, имеющих значение для методики раскрытия и расследования конкретных разновидностей преступлений (в частности, преступлений, совершенных несовершеннолетними).

К числу обстоятельств, подлежащих доказыванию, относится совокупность перечисленных в ст. 73 УПК РФ юридически значимых фактов, подлежащих доказыванию по конкретному уголовному делу. Как нами уже отмечалось, совокупность указанных обстоятельств не является исчерпывающей. Среди обстоятельств, которые прямо не указаны в законе, но которые подлежат доказыванию в конкретных случаях, авторами отмечаются:

- обуславливающий мотив и цель преступления;

- степень реализации преступных намерений;

- обстоятельства, которые характеризуют личность преступника и поведение потерпевшего, его девиантное поведение;

- обстоятельства, обосновывающие принятие промежуточных процессуальных решений (задержание подозреваемого и обвиняемого, избрание меры пресечения и т.п.);

- обстоятельства, выявление которых требуется для гарантии обеспечения прав сторон судопроизводства (факт заболевания, факт несвободного владения языком и т.п.);

- обстоятельства, доказывание которых требуется для собирания, проверки и оценки основных доказательств (обстоятельства, характеризующие взаимоотношения участников уголовного судопроизводства между собой, свидетельствующие о компетенции эксперта, и т.п.) [6].

По нашему мнению, определенная совокупность доказательств, на основании которых субъект доказывания приходит к выводу о достаточности для достоверного установления обстоятельств, которые входят в предмет доказывания, следует назвать пределом доказывания. Определение процессуальных пределов доказывания является задачей расследования конкретного уголовного дела.

Таким образом, пределы доказывания определяют систему уголовно-процессуальных доказательств, которые достаточны для выяснения перечня обстоятельств, которые входят в предмет доказывания. Понятие пределов доказывания подразумевает разумно достаточную систему доказательств.

Субъектный состав доказывания по уголовным делам в отношении несовершеннолетних является специфической особенностью процессуального института доказывания. В качестве субъектов уголовно-процессуального доказывания можно определить круг лиц, участвующих в данном процессе. В рамках сказанного субъектов доказывания можно подразделять на две основные группы:

1) субъекты, для которых доказывание является обязанностью (следователь, дознаватель, прокурор, суд);

2) субъекты, для которых доказывание является правом (подозреваемый, обвиняемый, защитник, потерпевший и т.п.).

Обязанность доказывания возложена на властных субъектов, т.е. государственные органы и должностных лиц, уполномоченных расследовать, разрешать уголовные дела по существу. К таковым относится следователь, прокурор, суд, они и составляют первую группу субъектов доказывания по уголовным делам в отношении несовершеннолетних [6. — С. 119, 120]. Относительно субъектов второй группы в ст. 86 УПК РФ не закреплена обязанность формировать доказательства, но лишь предоставляется такое право, причем полномочия для реализации названного права у них сильно ограничены.

Касаемо оценки доказательств: в отношении субъектов первой группы вменено в обязанность производить оценку собранных доказательств согласно ст. 88 УПК РФ и право признавать доказательства недопустимыми согласно ст. 75 УПК РФ, в том числе на основании ходатайства или по

собственной инициативе; относительно субъектов второй группы закреплено лишь право заявить соответствующее ходатайство субъектам первой группы о признании конкретных доказательств недопустимыми.

Субъекты, отнесенные законом к первой группе, обязаны принять все законодательные меры для установления всех обстоятельств, входящих в предмет доказывания, выявить все фактические обстоятельства уголовного дела. Бремя доказывания обвинения и опровержения доводов, приводимых в защиту несовершеннолетнего подозреваемого или обвиняемого, лежит на стороне обвинения (ч. 2 ст. 14 УПК РФ).

УПК РФ наделяет субъектов доказывания второй группы соответствующим правом собирать и представлять сведения, имеющие значение для уголовного дела. Примером могут быть указанные в ч. 3 ст. 86 УПК РФ права защитника на:

- получение предметов, документов и иных сведений. Хотя обязанность предоставлять полученные сведения в виде документов, предметов и т.п. в УПК РФ специально не регламентируется;

- опрос лиц с их согласия. Хотя для проведения допроса следователю и дознавателю согласия допрашиваемых лиц не требуется;

- истребование справок, характеристик, иных документов от органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений и организаций, которые обязаны предоставлять запрашиваемые документы или их копии. В данном случае речь идет о корреспондировании обязанности с правом собирать доказательства, тем не менее в УПК РФ не содержится указания на вид санкции за отказ органов государственной власти и местного самоуправления от предоставления запрашиваемых сведений.

Так как соответствующие лица законом не обязываются выполнять требования субъектов второй группы, защитник может заявить ходатайство следователю или в суд, иными словами, субъектам первой группы, о предоставлении сведений. Тем не менее удовлетворение данного ходатайства оставлено на рассмотрение следователя, дознавателя, прокурора или суда. Таким образом, обеспечение участия в доказывании субъектов второй группы предполагает наделение их правом собирания доказательств в большем объеме.

В силу вышесказанного в качестве главной ведущей силы должно сохраниться требование объективности, полноты и всесторонности уголовного судопроизводства в отношении несовершеннолетних на всех этапах собирания, исследования и оценки доказательств.

В УПК РФ содержится указание на специальный предмет доказывания по уголовным делам в

отношении несовершеннолетних, конкретизирующий и дополняющий общий предмет доказывания. В ст. 421 УПК РФ отражает необходимость установления конкретных обстоятельств.

Специальный предмет доказывания по уголовным делам в отношении несовершеннолетних законодатель установил с учетом Минимальных стандартных правил ООН, касающихся отправления правосудия в отношении несовершеннолетних.

Согласно результатам анкетирования практических работников, установление обстоятельств, характеризующих условия жизни и воспитания несовершеннолетнего, уровень психического развития, а также иные особенности его личности, вызывает трудности, которые приводят к поверхностным, формальным выводам органов предварительного расследования. Стереотипизация мышления сотрудников органов предварительного расследования приводит к тому, что судьи занимаются сбором характеризующего материала самостоятельно. В данном случае речь идет о ключевой проблеме отсутствия индивидуального подхода к характеристике личности несовершеннолетнего, а также явного нарушения принципа разумного срока уголовного судопроизводства.

Рассмотрим подробнее специальный предмет доказывания по делам в отношении несовершеннолетних. Установление возраста несовершеннолетнего, числа, месяца и года рождения важно с точки зрения возможности привлечения его к уголовной ответственности, поскольку позволяет определить факт достижения возраста уголовной ответственности, предусмотренной статьями Особенной части УК РФ. Установление возраста обвиняемого (подозреваемого) необходимо и для определения того, достиг ли он к моменту совершения преступления возраста 18 лет, должны ли применяться требования главы 50 УПК РФ. Факт несовершеннолетия влечет и иные последствия уголовно-правового характера, связанные с особенностями уголовной ответственности и наказания несовершеннолетних (глава 14 УК РФ), а также уголовно-процессуального характера, связанные с возможностью или невозможностью применения заключения под стражу в качестве меры пресечения (ч. 2 ст. 108 УПК РФ), производства дознания в сокращенной форме (п. 1 ч. 1 ст. 226.2 УПК РФ) и др.

На практике возраст несовершеннолетнего устанавливается с помощью документов-доказательств (свидетельство о рождении, паспорт и т.п.), показаний родственников, ответов на запросы в архивы и т.д. Если же документы, подтверждающие его возраст, отсутствуют или вызывают сомнение, то обязательно назначение и производство судебной экспертизы (п. 5 ст. 196 УПК РФ).

Однако эксперты определяют, как правило, не дату рождения, а лишь год рождения или минимальное и максимальное количество лет. В связи с этим Пленум Верховного Суда РФ указывает: «Лицо считается достигшим возраста, с которого наступает уголовная ответственность, не в день рождения, а по его истечении, т.е. с ноля часов следующих суток. При установлении возраста несовершеннолетнего днем его рождения считается последний день того года, который определен экспертами, а при установлении возраста, исчисляемого числом лет, суду следует исходить из предлагаемого экспертами минимального возраста такого лица» [7].

Установление уровня психического развития, а также иных личностных особенностей приобретает при этом важное значение. По нашему мнению для установления уровня психического развития несовершеннолетнего, требуются знания в сфере детской психологии. В данном случае речь идет о необходимости производства не только следственных действий, но и назначения судебных экспертиз.

В случае наличия данных, содержащих сведения об отставании несовершеннолетнего в психическом развитии, в силу ст. ст. 195 и 196, ч. 2 ст. 421 УПК РФ следует назначать комплексную психолого-психиатрическую экспертизу в целях решения вопроса о его психическом состоянии и способности правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для уголовного дела. При этом перед экспертами должен быть поставлен вопрос о влиянии психического состояния несовершеннолетнего на его интеллектуальное развитие с учетом возраста.

К иным особенностям личности несовершеннолетнего относятся: темперамент, характер, способности, потребности, степень волевого, эмоционального и интеллектуального развития, социальные установки, ценности.

Упоминание в статье 73 УПК РФ требования о выявлении обстоятельств, способствовавших совершению преступления, носит общий характер. В ст. 421 УПК РФ эти обстоятельства не конкретизируются. Но по делам несовершеннолетних причины и условия, способствующие совершению преступлений, необходимо исследовать намного шире, поскольку существует необходимость в установлении обстоятельств, смягчающих или отягчающих наказание, а также имеется необходимость в устранении причин и условий, способствующих совершению преступлений.

Приказ Генпрокуратуры РФ от 26.11.2007 № 188 требует:

«При осуществлении надзора за исполнением законов органами дознания и предварительного

следствия особое внимание уделять изучению социальной и психологической характеристик обвиняемых, а также выяснению условий их жизни и воспитания, принятию мер по устранению причин и условий, способствующих совершению несовершеннолетними преступлений.

Не утверждать обвинительные заключения и обвинительные акты, если по делу не приняты меры к выявлению и устранению причин и условий, способствовавших совершению преступления, а также если отсутствуют необходимые материалы об условиях жизни и воспитания несовершеннолетнего, влиянии на него взрослых» [8].

Познание истины в процессе расследования и судебного рассмотрения уголовных дел в отношении несовершеннолетних осуществляется путем доказывания фактических обстоятельств. Доказывание представляет собой процессуальное выяснение необходимых связей между определенным фактом и обосновывающими его явлениями. Указанные связи носят объективный характер, существуют вне зависимости от воли лица, осуществляющего процессуальное доказывание. Средствами в процессе доказывания служат, по мнению некоторых ученых, собранные доказательства.

Таким образом, истина в доказывании устанавливается с помощью средств доказывания. Мнения по поводу определения средств доказывания можно сгруппировать. М. Е. Игнатьев, например, к процессуальным средствам установления обстоятельств происшедшего события преступления относит следственные и судебные действия [9].

Характеристика сущностной стороны средств доказывания по уголовным делам в отношении несовершеннолетних обуславливает необходимость уточнения понятия доказательств:

1. Доказательствами являются любые сведения, на основе которых суд, прокурор, следователь, дознаватель в порядке, определенном УПК РФ, устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, подлежащих доказыванию при производстве по уголовному делу, а также иных обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела (ст. 74 УПК РФ).

2. Доказательства представляет собой двуединый комплекс фактических данных (сведений) и источника доказательств.

В зависимости от содержания доказывания к числу способов и средств доказывания относятся познавательные и процессуально-процедурные. Ко вторым следует относить следственные действия.

Доказательство не формируется субъектом расследования в полной мере во время производства следственных действий, поскольку следы

преступления возникают независимо от сознания субъекта доказывания и представляют объективную основу доказательств.

Единства метода и объекта познания удается достичь субъекту доказывания с помощью специальных познавательных приемов и средств, именуемых общенаучными и специальными методами познания.

Общенаучные методы исследования Р. С. Белкин характеризует как систему определенных правил, приемов, рекомендаций по изучению конкретных объектов (явлений и процессов) во всех областях человеческой деятельности и науки. В их число входят методы наблюдения, описания, сравнения, эксперимент и др. [10].

Специальными методами являются методы, применяемые исключительно в процессе познания, сфера применения которых не носит всеобщего характера.

В уголовно-процессуальном познании применяются два вида специальных методов: 1) методы, характерные только для данной сферы практической деятельности; 2) методы, применяемые как в доказывании в уголовном процессе, так и в других сферах человеческой деятельности.

Методы процессуального доказывания применяются в случаях, специально регламентированных законом. Сами методы познания законом не регламентированы, так как УПК РФ регламентирует не сами методы познания истины, а процессуальные формы их применения. Например, в ходе осмотра применяется процессуальная форма метода наблюдения.

В ходе доказывания преступлений несовершеннолетних следователь должен исходить из содержания информации, полученной от других должностных лиц и органов, которые компетентны в собирании определенных сведений о несовершеннолетних, условиях их жизни и воспитания и т.п. Условно назовем их непроцессуальной информацией. Основным признаком непроцессуальной информации в деле раскрытия и расследования преступлений несовершеннолетних, выступает то, что она является, прежде всего, ориентирующей информацией, что не тождественно информации доказательственной (процессуальной). Тем не менее, полагаем, такие сведения, составляющие содержание непроцессуальной информации, с достаточной степенью могут способствовать эффективному раскрытию и расследованию преступлений несовершеннолетних.

Вторым важным признаком непроцессуальной информации выступает то, что она формируется в результате осуществления непроцессуальной познавательной деятельности. В совокупности с деятельностью по доказыванию в уголовном

процессе она образует своеобразный познавательный комплекс, направленный на достижение истины в уголовном процессе. Другими словами, оба вида деятельности в совокупности не ограничены предметом доказывания по уголовному делу, т.е. выходят за его пределы.

По мнению Р. Н. Белинского, к непроцессуальной информации относятся собранные вне следственных и процессуальных действий сведения, имеющие значение для уголовного дела, либо принятые субъектом расследования, но не отраженные в процессуальных документах [11].

До сих пор в теории права и на практике остается открытым вопрос о возможности и условиях трансформации непроцессуальной информации в доказательства определенного вида. Не вдаваясь в дискуссию, отметим, что непроцессуальная информация, по нашему мнению, по причине размытых законодательных формулировок не может «превращаться» в процессуальную (доказательственную) информацию в чистом виде без различных «манипуляций» [12]. По этому поводу Конституционный Суд РФ высказал свою позицию, отметив, что «результаты оперативно-розыскных мероприятий являются не доказательствами, а лишь сведениями об источниках тех фактов, которые, будучи получены с соблюдением требований Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности», могут стать доказательствами только после закрепления их надлежащим процессуальным путем, а именно на основе соответствующих норм уголовно-процессуального закона» [13].

Вышесказанное позволяет сделать однозначный вывод о том, что объем и содержание непроцессуальной информации может быть гораздо шире совокупности доказательственных сведений, полученных в ходе предварительного расследования. В частности, при производстве предварительного следствия по признакам преступлений экстремистской направленности, которые совершаются несовершеннолетними, следователь будет учитывать общий предмет доказывания (ст. ст. 73, 421 УПК РФ), а все остальные сведения, которые выходят за рамки обстоятельств, подлежащих доказыванию, он может «игнорировать» в силу различных обстоятельств. Сказанное не является исключением в практической деятельности субъектов расследования, что подтверждается совокупностью материалов следственной и судебной практики по расследованию и рассмотрению уголовных дел, возбужденных по признакам преступлений экстремистской направленности.

Непроцессуальная информация может быть получена как в результате осуществления непроцессуальной познавательной деятельности, так и

в результате процессуальной деятельности субъектов расследования, но при наличии признаков недопустимости полученных сведений. К первой можно отнести, прежде всего:

- административно-правовую деятельность органов внутренних дел при непосредственном обнаружении признаков преступления экстремистской направленности;

- частную детективную деятельность;

- оперативно-розыскную деятельность. Последней мы уделяем более пристальное внимание.

Ряд ученых высказывают мнение, что непроцессуальная информация способна обеспечить деятельность должностных лиц по проведению конкретных следственных и процессуальных действий. Например, по мнению В. М. Мешкова, В. Л. Попова, «подобная информация помогает наиболее оптимально определить время, место, непосредственно участников следственного действия, привлечь необходимые технические и транспортные средства, задействовать специалистов, правильно спланировать выбор и последовательность тактических приемов проведения отдельного следственного действия» [14].

Согласно п. 4 приказа [15] результаты ОРД, представляемые для решения вопроса о возбуждении уголовного дела, должны содержать достаточные данные, указывающие на признаки преступления, а именно: сведения о том, где, когда, какие признаки и какого именно преступления обнаружены; при каких обстоятельствах имело место их обнаружение; сведения о лице (лицах), его совершившем (если они известны), и очевидцах преступления (если оно известно); о местонахождении предметов и документов, которые могут быть признаны вещественными доказательствами по уголовному делу; о любых других фактах и обстоятельствах, имеющих значение для решения вопроса о возбуждении уголовного дела.

Таким образом, можно предположить, что непроцессуальная информация не может быть ограничена в содержании и объеме. Следовательно, она может быть использована для:

- определения содержания и тактики проведения следственных действий по уголовным делам в отношении несовершеннолетних;

- использования необходимой последовательности проведения процессуальных действий с участием несовершеннолетних;

- изучения практики и создания уникальной и эффективной методики расследования преступлений, совершенных несовершеннолетними.

По нашему мнению, в доказывании преступлений, совершенных несовершеннолетними, наряду с процессуальными способами получения и предоставления доказательств необходимо использовать и непроцессуальную информацию.

Исходя из вышесказанного, можно выделить некоторые виды непроцессуальной информации, направленные на информативное обеспечение производства процессуальных (следственных) действий в ходе предварительного расследования преступлений несовершеннолетних.

К ним могут быть отнесены сведения:

- имеющие значение для подготовки и проведения следственных действий;

- имеющие значение для раскрытия преступлений несовершеннолетних;

- указывающие на лицо или лиц, совершивших преступление, и особенности его (их) личности;

- способствующие установлению криминалистически-значимых признаков преступлений, совершенных несовершеннолетними;

- информирующие о деятельности и действиях несовершеннолетних до совершения преступления, во время и после его совершения;

- необходимые для выявления обстоятельств, способствовавших совершению преступлений несовершеннолетними, и т.п.

Непроцессуальная информация, например знание следователем особенностей личности несовершеннолетнего, его круга общения, родителей, традиций, помогает субъекту расследования определить тактику производства следственных действий. Полагаем, что для подготовки и осуществления эффективных процессуальных и следственных действий, выявления и установления лиц, подготавливающих, совершающих или совершивших преступления, необходимо широко использовать непроцессуальную информацию в ходе доказывания по делам несовершеннолетних.

Таким образом, следует отметить, что к процессуальным средствам доказывания по уголовным делам в отношении несовершеннолетних необходимо относить следственные и судебные действия, в результате которых формируются доказательства и доказательственная база. При этом выявляется дополнительная непроцессуальная информация, которая может иметь значение для установления обстоятельств, способствовавших совершению преступления несовершеннолетним. Некоторые специальные субъекты, принимающие участие при производстве по уголовным делам в отношении несовершеннолетних (защитник, законный представитель), а также сами несовершеннолетние подозреваемые и обвиняемые наделены правом представлять доказательства. В связи с этим, а также для повышения качества предварительного расследования в отношении несовершеннолетних подозреваемых, обвиняемых полагаем, что главу 50 УПК РФ необходимо дополнить ст. 421.1 УПК РФ «Доказывание по

уголовным делам в отношении несовершеннолетних»:

«1. Защитник, несовершеннолетние подозреваемый и обвиняемый, законный представитель вправе собирать и представлять письменные документы, предметы, заключение и показания специалиста, показания очевидцев или иных лиц для приобщения их к уголовному делу в качестве доказательств.

2. Указанные в части первой настоящей статьи участники уголовного судопроизводства вправе собирать доказательства путем:

- получения предметов, документов и иных сведений;

- опроса очевидцев или иных лиц с их согласия;

- истребования справок, характеристик, иных документов от органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений и организаций, которые обязаны предоставлять запрашиваемые документы или их копии».

ЛИТЕРАТУРА

1. Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации от 18.12.2001 № 174-ФЗ // Собрание законодательства РФ. — 2001. — № 52 (ч. I). — Ст. 4921.

2. Кузнецов Н. П. Доказывание и его особенности на стадиях уголовного процесса России : дис. д-ра юрид. наук. — Воронеж, 1998.

3. Строгович М. С. Курс советского уголовного процесса. — М., 1968. — С. 295.

4. Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР (утв. ВС РСФСР 27.10.1960) (ред. от 29.12.2001, с изм. от 26.11.2002) (с изм. и доп., вступающими в силу с 01.07.2002) // Ведомости ВС РСФСР. — 1960. — № 40. — Ст. 592.

5. Кондаков Н. И. Логический словарь. — М., 1971. — С. 404—406.

6. Кузнецов Н. П. Доказательства и доказывание. — Воронеж : Изд-во Воронежского государственного университета, 2002.

7. О судебной практике применения законодательства, регламентирующего особенности уголовной ответственности и наказания несовершеннолетних : постановление Пленума Верховного Суда РФ от 01.02.2011 г. № 1. — П. 5 // СПС «КонсультантПлюс». 2019.

8. Об организации прокурорского надзора за исполнением законов о несовершеннолетних и молодежи : приказ Генпрокуратуры РФ от 26.11.2007 № 188. — П.п. 11.1 и 12 // СПС «КонсультантПлюс». 2019.

9. Игнатьев М. Е. Причинно-следственные связи в уголовном процессе // Библиотека криминалиста. — 2017. — № 2(31). — С. 77—87.

10. Белкин Р. С. Криминалистика: проблемы, тенденции, перспективы. Общая и частные теории. — М., 1987. — С. 15.

11. Белинский Р. Н. Использование непроцессуальной информации по уголовным делам о незаконном получении и разглашении сведений, составляющих коммерческую тайну: досудебное производство : автореф. ... канд. юрид. наук. — М., 2008. — С. 5.

12. Об оперативно-розыскной деятельности : федеральный закон от 12.08.1995 г. № 144-ФЗ // Собрание законодательства РФ. — 1995. — № 33. — Ст. 3349.

13. По жалобе граждан М. Б. Никольской и М. И. Сапронова на нарушение их конституционных прав отдельными положениями Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности» : определение Конституционного Суда РФ от 4 февраля 1999 г. № 18-О // Вестник Конституционного Суда РФ. — 1999. — № 3.

14. Мешков В. М., Попов В. Л. Оперативно-розыскная тактика и особенности легализации полученной информации в ходе предварительного следствия. — М., 1999. — С. 46.

15. Об утверждении Инструкции о порядке представления результатов оперативно-розыскной деятельности органу дознания, следователю или в суд : приказ МВД России № 776, Минобороны России № 703, ФСБ России № 509, ФСО России № 507, ФТС России № 1820, СВР России № 42, ФСИН России № 535, ФСКН России № 398, СК России № 68 от 27.09.2013 // СПС «КонсультантПлюс». 2019.

REFERENCES

1. Ugolovno-protsessualnyiy kodeks Ros-siyskoy Federatsii ot 18.12.2001 № 174-FZ // So-branie za-konodatelstva RF. — 2001. — № 52 (ch. I). — St. 4921.

2. Kuznetsov N. P. Dokazyivanie i ego osoben-nosti na stadiyah ugolovnogo protsessa Rossii : dis. d-ra yurid. nauk. — Voronezh, 1998.

3. Strogovich M. S. Kurs sovetskogo ugolovnogo protsessa. — M., 1968. — S. 295.

4. Ugolovno-protsessualnyiy kodeks RSFSR (utv. VS RSFSR 27.10.1960) (red. ot 29.12.2001, s izm. ot 26.11.2002) (s izm. i dop., vstupayuschimi v silu s 01.07.2002) // Vedomosti VS RSFSR. — 1960. — № 40. — St. 592.

5. Kondakov N. I. Logicheskiy slovar. — M., 1971. — S. 404—406.

6. Kuznetsov N. P. Dokazatelstva i dokazyivanie. — Voronezh : Izd-vo Voronezhskogo gosudarstven-nogo universiteta, 2002.

7. O sudebnoy praktike primeneniya za-konodatelstva, reglamentiruyuschego osobennosti ugolovnoy otvetstvennosti i nakazaniya nesovershen-noletnih : postanovlenie Plenuma Verhovnogo Suda RF ot 01.02.2011 g. № 1. — P. 5 // SPS «Konsultant Plyus». 2019.

8. Ob organizatsii prokurorskogo nadzora za ispolneniem zakonov o nesovershennoletnih i molodezhi : prikaz Genprokuraturyi RF ot 26.11.2007 № 188. — P.p. 11.1 i 12 // SPS «KonsultantPlyus». 2019.

9. Ignatev M. E. Prichinno-sledstvennyie svyazi v ugolovnom protsesse // Biblioteka kriminalista. — 2017. — № 2(31). — S. 77—87.

10. Belkin R. S. Kriminalistika: problemyi, ten-dentsii, perspektivyi. Obschaya i chastnyie teorii. — M., 1987. — S. 15.

11. Belinskiy R. N. Ispolzovanie neprotsessual-noy informatsii po ugolovnyim delam o nezakonnom poluchenii i razglashenii svedeniy, sostavlyayuschih

kommercheskuyu taynu: dosudebnoe proizvodstvo : avtoref. ... kand. yurid. nauk. — M., 2008. — S. 5.

12. Ob operativno-rozyisknoy deyatelnosti : fed-eralnyiy zakon ot 12.08.1995 g. № 144-FZ // Sobranie zakonodatelstva RF. — 1995. — № 33. — St. 3349.

13. Po zhalobe grazhdan M. B. Nikolskoy i M. I. Sapronova na narushenie ih konstitutsionnyih prav otdelnyimi polozheniyami Federalnogo zakona «Ob operativno-rozyisknoy deyatelnosti» : opredele-nie Konstitutsionnogo Suda RF ot 4 fevralya 1999 g. № 18-O // Vestnik Konstitutsionnogo Suda RF. — 1999. — № 3.

14. Meshkov B. M., Popov V. L. Operativno-ro-zyisknaya taktika i osobennosti legalizatsii polu-chennoy informatsii v hode predvaritelnogo sledstviya. — M., 1999. — S. 46.

15. Ob utverzhdenii Instruktsii o poryadke pred-stavleniya rezultatov operativno- rozyisknoy deyatelnosti organu doznaniya, sledovatelyu ili v sud : prikaz MVD Rossii № 776, Minoboronyi Rossii № 703, FSB Ros-sii № 509, FSO Rossii № 507, FTS Rossii № 1820, SVR Rossii № 42, FSIN Rossii № 535, FSKN Rossii № 398, SK Rossii № 68 ot 27.09.2013 // SPS «Konsultant Plyus». 2019.

СВЕДЕНИЯ ОБ АВТОРЕ

Ахмедов Ульви Низами оглы. Доцент кафедры уголовного процесса. Кандидат юридических наук.

Воронежский институт МВД России.

E-mail: ulvi27@mail.ru

Россия, 394065, г. Воронеж, проспект Патриотов, д. 53. Тел. 8-920-212-55-55.

Akhmedov Ulvi Nizami ogli. Associate Professor of the chair of Criminal Proceedings. Candidate of Sciences (Jurisprudence/Law).

Voronezh Institute of the Ministry of the Interior of Russia.

E-mail: ulvi27@mail.ru

Work address: Russia, 394065, Voronezh, Prospect Patriotov, 53. Те! 8-920-212-55-55.

Ключевые слова: уголовный процесс; доказательства и доказывание по уголовным делам; предмет доказывания; несовершеннолетний подозреваемый и обвиняемый.

Key words: criminal proceedings; proofs and proof on criminal cases; a proof subject; the minor suspect and the defendant.

УДК 343.1