О некоторых тенденциях развития гражданского общества в России

Вестник Челябинского государственного университета. 2010. № 1 (182).

Философия. Социология. Культурология. Вып. 16. С. 109-115.

Б. в. Пить

о НЕКОТОРЫХ ТЕНДЕНЦИЯХ РАЗБИТИЯ ГРАЖДАНСКОГО ОБЩЕСТВА Б РОССИИ

В статье представлены актуальные взгляды на проблемы гражданского общества в России российских и зарубежных исследователей, автором сделана попытка изучить основные признаки, характеризующие состояние и развитие в нашей стране социополитических процессов формирования гражданского общества, выделяются некоторые тенденции, присущие этому явлению в современной России.

Ключевые слова: гражданское общество, ческий консьюмеризм, кризис доверия.

Постановка проблемы

В последнее время в нашей стране ведутся постоянные дискуссии о гражданском обществе. Многие попытки оценить его границы и степень эффективности часто дают разные, иногда противоречивые, результаты. Несомненно, в основном причины различия суждений исходят из различных подходов авторов к категории «гражданское общество». Более того, определение гражданского общества часто связывают то с описанием определенной группы общества, то со стадией его развития. Содержательные характеристики этого явления в некоторых случаях также существенно отличаются, что ведет к совершенно противоположным результатам. Так все же, существует ли в России гражданское общество, и если да, то в какой форме? Данная статья не дает прямого ответа на эти вопросы. Цель автора - представить некоторые из последних академических работ российских и зарубежных авторов, сопоставить их с результатами эмпирических исследований, в основном социологических измерений, понять основные тенденции. Кроме этого, в статье делается попытка выделить наиболее актуальные признаки развития гражданского общества в России.

Несмотря на отличные подходы к определению, иногда крайне противоречивые, основные выводы исследователей, изучающих вопросы формирования и развития гражданского общества в России, можно разделить на три условные группы.

Во-первых, это авторы, которые в целом отрицают существование данного явления в современной России. Например, Т. Ю. Сидорина считает, что в нынешних российских условиях просто не может быть сформировано эффек-

патернализм, гражданская активность, полити-

тивное гражданское общество1, В. Горюнов указывает, что при слабом государстве в принципе не может быть гражданское общество [6], а Е. Немировская подчеркивает, что Россия никогда не была даже близка к построению гражданского общества2.

Во-вторых, другие авторы, например,

В. М. Межуев, Ю. М. Резник, подчеркивают, что гражданское общество как раз существуют, но находится еще на этапе своего форми-рования3, А. Аузан считает, что гражданское общество существует, но наблюдается отсутствие диалога с государством, в результате «мы имеем слабый бизнес, слабую власть, слабое гражданское общество <...> при этом роль российского гражданского общества существенно больше, чем принято считать»4.

В-третьих, некоторые авторы предлагают мысль, что гражданское общество в России существует, но в неорганизованном/неформальном виде. Так, С. Кордонский справедливо полагает, что «сильное и совсем не стремящееся организовываться гражданское общество - специфика России <...> Институализированное, но неорганизованное - и не поддающееся организации - гражданское общество существует везде, где есть люди. В то же время гражданское общество нигде - так как нельзя в каждом конкретном случае указать на устойчивую организацию, в которой гражданские отношения реализуются. Оно бесформенно»5. Д. Бадовский также считает, что отсутствие в обществе эффективных и развитых институтов вовсе не означает, что не работают неформальные и теневые, обеспечивающие определенный уровень доверия и предсказуемости6. С. Н. Пшизова развивает эту мысль, утверждая о тенденции увеличения в России, как и в других странах,

политического консьюмеризма, являющегося следствием стремления граждан к преодолению сложных барьеров между ними и миром политики, государства. С другой стороны, здесь же она совершенно верно замечает, что «демократические режимы способствуют распространению такого рода практик, а вот авторитарные скорее препятствуют»7.

Зарубежные исследователи в большей своей массе довольно скептически относятся к существованию российского гражданского общества. Безусловно, практически все авторы говорят о разительной положительной перемене, произошедшей после падения советского режима. Подчеркивается наличие основных признаков свободного режима: свобода перемещения, свобода слова (с определенными оговорками) и т. д. Но существование демократии, гражданского общества, в общем, ставится под сомнение. Например, М. С. Фиш в своей работе «Демократия, пущенная под откос в России»8 отрицательно оценивает эту сферу, а среди основных проблем выделяет экономические - высокую нефтяную зависимость и слабую либерализацию экономики.

Хотя некоторые исследователи, опять же, не отрицают его существования, особенно анализируя положительную динамику, те значительные перемены, произошедшие после смены советской политической системы. Сравнивая и определяя основные отличия истоков появления гражданского общества в России и во многих развитых странах, некоторые исследователи, например, С. Ланг, говорят, что гражданская активность должна быть независимой и проявляться на добровольных началах, т. е. идти от граждан. В то время как в России она носит институциональный характер, т. е. исходит от профессиональных общественных организаций9.

Многие авторы регулярно тиражируют мысль о постоянной патерналистской позиции российских граждан, верящих в поддержку со стороны государства и не желающих самостоятельно позаботиться о себе (например, С. Лефевр, С. Ланг). А известный экономист А. Аслунд привязывает отсутствие гражданского общества к высокому уровню коррупции, при котором подобные начинания абсолютно бессмысленны10.

По мнению автора, интересно определить ключевые показатели, характеризующие существование гражданского общества в России с точки зрения последних исследо-

ваний и понять основные тенденции. Важно отметить, что необходимо комплексное рассмотрение всех нижеуказанных признаков. Попытка ограничения или сужения проблемы скорее всего приведет к необъективным результатам. Как верно отмечает В. В. Рябев со ссылкой на А. де Токвиля, не происходит становление гражданского общества только в связи с развитием демократии или утверждением частной собственности, политического плюрализма и правового государства11.

Говоря об основных критериях, определяющих уровень развития гражданского общества в России, по моему мнению, нужно выделить следующие: реализация эффективной законодательной политики, наличие и функциональность общественных организаций, проявление гражданской активности в неформальном виде, состояние института частной собственности, уровень гражданской ответственности, степень доверия в самом обществе и между социальными институтами.

Реализация эффективной законодательной политики

Как справедливо отмечает В. В. Рябев со ссылкой на О. К. Крокинскую, «единственное, что государство должно сделать для саморазвития общества - это принять соответствующие законы и обеспечивать их выполнение»11. Похожие взгляды разделяют такие известные представители современной науки, как Я. Шапиро, М. Уолзер и другие. И здесь даже вопрос не в том, что в случае вмешательства государства в развитие гражданского общества нарушается независимость основных элементов структуры «гражданское общество - государство - семья». Дело в том, что невозможно «прописать» рецепт развития основной конструкции в связи с большой сложностью современного российского общества. Существуют этические принципы: нравы, обычаи, религиозные ценности, традиции, социальные установки, которые «управляют жизнью общества, не требуя никакого законодательного вмешательства со стороны государства»12. Тем более неэффективно копирование чужого опыта других стран, пусть и успешного. «[Россия] развивается в рамках вторичной, догоняющей модели <...> простой и непосредственный перенос на почву России опыта и форм становления гражданского общества, его взаимоотношений с государством на Западе невозможен»13.

В настоящее время существует ряд уязвимых мест в российском законодательстве, регулирующем среду существования гражданского общества (система выборов, порядок проведения акций протеста и др.), но я хотел бы сделать акцент на законодательстве о некоммерческих организациях как ключевом элементе развития гражданского общества. В настоящее время регистрация и деятельность НКО существенно изменилась после вступления в апреле 2006 г. новых законодательных изменений, что вызвало сильное возмущение российских и зарубежных экспертов. Например, серьезно усложнена процедура регистрации, ранее существовавший уведомительный характер регистрации изменений превратился в разрешительный, расширился контроль и проверки НКО со стороны различных надзорных органов.

При этом группой экспертов МГУ, Высшей школы экономики, институтов гражданского анализа и «Общественный договор», Аналитического центра Юрия Левады было проанализировано, что затраты некоммерческих организаций на подготовку отчетности перед государством составят, по разным оценкам, 2-6,9 млрд. р. в год, а более половины НКО не сможет выполнить предъявляемые требования и будет ликвидировано14. Отмеченные законодательные мероприятия можно оценивать по-разному, но очевидно одно. Эти изменения, как верно отметила Э. Памфилова (на последнем заседании Совета по содействию развитию институтов гражданского общества и правам человека под председательством Президента России Д. Медведева), «породили определённую атмосферу недоверия между государством и общественными институтами, некоторую такую гипотетическую, на всякий случай, “презумпцию виновности” неправительственных организаций и в первую очередь правозащитных»15.

Наличие и функциональность общественных организаций

Как уже подчеркивалось, формирование в нашей стране полноценного гражданского общества невозможно без наличия широкого спектра различных объединений, ассоциаций граждан, помогающих реализации гражданской активности, их эффективности. «Гражданское общество состоит из индивидов и их ассоциаций; федеративное граж-

данское общество предполагает наличие широкого спектра таких ассоциаций, обслуживающих многообразие полей большей или меньшей протяженности, на которые делится гражданское общество»11. Также многие исследователи напрямую связывают существование гражданского общества с гражданской активностью, в основном реализуемой в общественных организациях. Сразу же спешу обратить внимание, что основной акцент в данном направлении необходимо сделать именно на активность, направленную на контроль деятельности государственных органов, то есть на определенное давление на власть снизу, активности, которая, как справедливо отмечает С. Н. Пшизова, является главной функцией структур гражданского общества7.

То есть, если следовать определенной классификации, предполагающей три типа акторов гражданского общества (во-первых, организации - посредники между государством и обществом, во-вторых, группы, производящие социальный капитал, в-третьих, негосударственные предприятия в сфере социального облуживания12), то нас прежде всего интересует эффективность первой группы, в которую входят, например, правозащитные, экологические, профсоюзные организации, а также те, которые защищают интересы групп населения по половому или возрастному признакам (по правам детей, женщин и др.). Также необходимо сразу уточнить, что в данную группу не входят политические силы. Как верно отмечают Р. Т. Мухаев, В. В. Рябев11, данную сферу общества можно рассматривать в качестве связующего звена с государством, но, учитывая свободу индивида с его неотъемлемыми правами, не в качестве части гражданского общества.

И все же, какая ситуация сейчас в России? По оценкам экспертов, из существующих 413 тыс. негосударственных, некоммерческих организаций, реальных - около 70 тысяч15. И основное отличие России, по сравнению со многими другими странами, - низкое использование потенциала НКО хотя бы в сфере социальной политики. Как верно отмечает Я. И. Кузьминов, «исполнительная власть на местах, как правило, не умеет использовать потенциал НКО, не помогает им и не понимает, как с ними можно сотрудничать. Между тем во многих странах социальная политика государства осуществляется в первую очередь через НКО, они являются операторами

бюджетных программ социальной помощи, поддержки культуры и дополнительного образования. Например, в Нидерландах НКО создают 15 процентов ВВП. У нас - полпроцента ВВП»15.

Интересными выглядят также результаты социологических исследований. Взять, например, отношение россиян к одной из ключевых форм общественных организаций - профсоюзной. Опросы, проводимые российским ВЦИОМом, показывают, что за последнее время деятельность профсоюзов положительно не одобряют 77 % россиян16. И эти цифры остаются стабильными последние 5-6 лет. И главное - 90 % респондентов отмечают, что не являются членами этих организаций17. А ведь в настоящее время это, наверное, единственная законодательно разрешенная форма защиты своих трудовых прав на уровне предприятия.

Далее, если рассматривать в принципе участие населения в общественных организациях, то 87 % вообще не состоят ни в каких из них (даже учитывая церковные и религиозные)18, только 15 % респондентов готовы принимать участие в некоммерческой (общественной) организации19. Между тем, основная масса населения понимает необходимость решения проблем с участием общественных организаций, более половины (58 %) считают, что это нужно делать20. Напрашивается вопрос, а кто будет это делать, 13 % населения?

Кроме того, среди 9 % респондентов, принимающих участие в деятельности данных организаций, не все участвуют в контрольных функциях власти «снизу». Это подтверждается результатами некоторых исследований и в регионах России. Например, исследования группы ученых в Твери подтвердили, что «организации преимущественно вовлечены в непротестные виды деятельности, ориентированные на образование и осуществление совместной деятельности с органами власти и общественными организациями»21.

Проявление гражданской активности в неформальном виде, политический консьюмеризм

Тенденция трансформации гражданской активности из «официального сектора» (зарегистрированные НКО, общественные организации и т. д.) в «неофициальный», в форме политического консьюмеризма - налицо во многих странах. Но распространяется ли это

утверждение на Россию? Дать однозначный ответ, по моему мнению, невозможно. Кроме того, учитывая неформальность и закрытость данного вида активности, какие-либо точные исследования, оценивающие степень и объем политического консьюмеризма россиян, в настоящее время отсутствуют. Но даже без цифр следует констатировать слабость развития этого явления среди россиян. Можно вспомнить эпизодические моменты: бойкоты товаров из Эстонии, довольно слабая поддержка

С. Бахминой, незначительный всплеск противников повышения автомобильных пошлин и т. д. Всё это носило довольно стихийный характер, не получивший выраженной поддержки в обществе.

Существование института частной собственности

Принципы частной собственности в качестве основы гражданского общества были заложены еще Гегелем и остаются таковыми и в настоящее время22. В данной статье я не буду рассматривать отдельные эпизоды, свидетельствующие (по оценкам некоторых авторов) о слабом институте частной собственности в России. Возможно, в этих случаях идет речь

о корпоративных конфликтах, политической подоплеке и т. д. Интересна оценка общей ситуации, именно, по мнению населения в целом.

Согласно исследованиям, проводимым Институтом комплексных социальных исследований РАН в 2005 г. (в т. ч. в сравнении с результатами 1990 г.), в целом за 15 лет произошло изменение представления россиян о частной собственности с идеологического к общепринятому в мире. Безусловно, есть определенные отличия, среди которых, например, положительное отношение к чужой собственности, если респонденты сами могут наращивать собственность и отрицательное - когда не могут. Или, например, негативная динамика отношения респондентов к иностранной собственности в России по сравнению с началом 90-х (в 2005 г. 54 % опрошенных были против наличия какой-либо собственности на территории России у иностранных граждан, 55 % отрицали эту возможность для иностранных фирм). Интересным выводом авторов исследования является то, что «собственность не воспринимается населением как некий всеобщий принцип <...> понятие “собственность” складывается из единства самой собствен-

ности и обстоятельств владения ею, причем превалирует морально-этическая оценка этих обстоятельств <...> основой “правильной”, справедливой, легитимной собственности считается честный труд»14.

По мнению автора, оценивая отношение россиян к частной собственности, интересно понять их отношение к судебной системе, защищающей те формы собственности, которые определены для граждан в Конституции РФ. Согласно опросам ВЦИОМ, не одобряют деятельность судебной системы 39 % против

27 % тех, кто одобряет (на 01.03.09.). За последние 5 лет уровень этой отрицательной оценки пусть и снижался, но оставался стабильно высоким, 58-39 % против 22-2723. Очевидно, что не может быть современного восприятия частной собственности при отрицательном отношении к судебной системе.

Гражданская ответственность или государственный (корпоративный) патернализм?

Многие исследователи связывают низкую активность гражданского общества именно с наследием патернализма. Так, С. В. Нестерова считает, что это выражается в отсутствии чувства ответственности и в непрекращающем-ся ожидании от государства опеки11. Другие авторы, например, С. Лефевр, полагают, что с началом 1990-х гг. российский патернализм просто модифицировался, то есть те функции социальной опеки, которые до этого времени выполняло государство, плавно перешли и

24

«приватизировались» предприятиями24.

Однако, согласно многим исследованиям, основную группу патерналистов составляют граждане пенсионного возраста, которые, прежде всего, люди советской эпохи, и, учитывая возраст, их ожидание помощи от государства логично. Причина низкой гражданской активности, по мнению некоторых исследователей, еще и в двусторонней взаимосвязи общества и государства. Так, С. Ланг считает, что существует определенный негласный договор - государство о нас заботиться, а мы не лезем с претензиями к государству25. Интересно будет изучить изменения патерналистских ожиданий на протяжении экономического кризиса.

Низкая гражданская активность как следствие кризиса доверия

Немаловажную роль в формировании современного гражданского общества играет уровень доверия между социальными инсти-

тутами. В. В. Преображенский совершенно верно отмечает, что «первостепенная задача для гражданского общества и власти - повышение общественной толерантности на бытовом уровне, прививание населению способности слышать чужого, не ссориться с ним, а договариваться, что тесно связано и с общим ростом доверия внутри общества»26.

По последним социологическим данным ВЦИОМ, уровень недоверия граждан к государственным и общественным институтам чрезвычайно высок: 46 % не доверяют правоохранительным органам, 40 % судам, СМИ не доверяют 32 %, общественным организациям

20 %15. Более того, ожидания россиян по данным социологических исследований также не выглядят оптимистическими: в условиях финансового кризиса такие явления как доверие людей друг к другу, взаимопомощь и благотворительность, по мнению 40 % россиян, будут проявляться еще меньше27.

И если невысокий уровень доверия к общественным организациям еще можно объяснить традиционно низким уровнем доверия к институтам демократии, отличающим авторитарные политические культуры России, стран Восточной и Центральной Европы28, то в остальном ситуация выглядит довольно плачевной. При описании истоков проблемы не подходит ни тезис Ф. Фукуямы о «радиусе доверия» (эффект расширения межличностного доверия до масштаба доверия к политическим институтам), ни тезис Р. Роуза об обществе «песочных часов» (связь между общественно-политическими группами и институтами, характеризующаяся перемещением вектора общественного доверия в направлении гражданских сетевых структур и, соответственно, потерей доверия к политическим институтам). Налицо недоверие всем институтам общества, государству, людям. По мнению автора, можно согласиться с точкой зрения, что процесс формирования уровня культуры доверия только к демократическим институтам требует значительного времени, охватывающего либо несколько десятилетий, либо период смены поколений28.

Заключение

Можно ли с уверенностью говорить об определенно сформировавшемся векторе изменений российского гражданского общества? На взгляд автора, нет. Данные, представленные в статье, ясно выделяют не толь-

ко глубокую диспропорцию состояния взаимосвязей между различными акторами, но и показывают двойной дисбаланс развития институтов по формированию гражданского общества в России: нет ни стремления к активности «снизу», со стороны граждан (в русле академических взглядов многих исследователей), ни конкретных действий со стороны государства «сверху» (что регулярно пропагандирует российская политическая элита). Складывается впечатление, что гражданское общество пребывает в длительной «спячке». Безусловно, причины отсутствия изменений за последние 18 лет современной России можно определять по-разному: разочарование в демократических ценностях (в т. ч. и понятии гражданского общества) с одновременным ухудшением социальных условий в начале 90-х, сознательное построение политической элитой жесткой централизованной системы, в которой нет места развитым институтам гражданского общества и т. д. Очевидно другое: при низкой гражданской активности, слабо выраженном развитии гражданского общества любые разговоры о построении сильного государства (пусть и при поступательном росте экономического благосостояния) теряют смысл и превращаются в опасную позицию временного самоуспокоения.

Примечания

1 См.: Сидорина, Т. Ю. Социальный контракт и гражданское общество в исторической перспективе и современных российских реалиях // Экон. вестн. Рост. гос. ун-та. 2007. Т. 5, № 2.

2 См.: Гражданское общество в России : шаг за шагом. URL : http://www.rian.ru.

3 См.: Круглый стол «Гражданское общество России: идеи и практика». URL : http://www. ras.ru.

4 Аузан, А. Гражданское общество и гражданская политика : публич. лекция. URL : http:// www.polit.ru.

5 Кордонский, С. Государство, гражданское общество и коррупция // Отечеств. зап. 2005. № 8.

6 См.: Бадовский, Д. Когти кризиса // Ведомости. 2009. № 41.

7 Пшизова, С. Н. От «гражданского общества» к «сообществу потребителей» : политический консьюмеризм в сравнительной перспективе // Полит. исслед. 2009. № 1.

8 Fish, M. Steven. Democracy Derailed in Russia. Cambridge Academ, 2005.

9 См.: Lang, S. Zivilgesellschaft und buerg-erschaftliches Engagement in Russlang // Internationale Politik. 16.04.04. URL : http:// inosmi.ru, http://www.dgap.org/IP

10 См.: Aslund, A. There Is Nothing Normal About Corruption // The Moscow Times. 23.04.2008. URL : http://inosmi.ru, http://www.themoscow-times.com.

11 См.: Рябев, В. В. К вопросу о взаимодействии государства и гражданского общества в современной России // Журн. социологии и соц. антропологии. 2005. Т. VIII, № 2.

12 Зигерт, Й. Гражданское общество в России // Отечеств. зап. 2005. № 6.

13 Сидорина, Т. Ю. Социальный контракт и гражданское общество в исторической перспективе и современных российских реалиях // Экон. вестн. Рост. гос. ун-та. 2007. Т. 5, № 2.

14 См.: ИКСИ РАН изучил отношение Россия к собственности // ИА Regnum. 14.04.06. URL : http://www.regnum.ru.

15 Совет по содействию развитию институтов гражданского общества и правам человека. Стенографический отчет // Сайт Президента России. 15.04.09. URL : http://www.kremlin.ru.

16 Респондентам задавался вопрос «Вы в целом одобряете или не одобряете деятельность ПРОФСОЮЗОВ». В каждом опросе опрашивались 1600 человек. В опросе 15.05.2004 ответ «Одобряю» указали 19,35 %, «Не одобряю» - 49,5 %, «Затрудняюсь ответить» - 31,16 %. В опросе 15.01.2005 ответ «Одобряю» указали 20,42 %, «Не одобряю»

- 47,28 %, «Затрудняюсь ответить» - 32,3 %. В опросе 23.01.2006 ответ «Одобряю» указали 17,78 %, «Не одобряю» - 52,76 %, «Затрудняюсь ответить» - 28,89 %. В опросе 28.01.2007 ответ «Одобряю» указали 22 %, «Не одобряю» - 44 %, «Затрудняюсь ответить» и без ответа - 35 %. В опросе 27.01.2008 ответ «Одобряю» указали 25 %, «Не одобряю»

- 35 %, «Затрудняюсь ответить» - 40 %. В опросе 31.02.2009 ответ «Одобряю» указали

23 %, «Не одобряю» - 35 %, «Затрудняюсь ответить» - 42 %. URL : http://wciom.ru.

17 Респондентам задавался вопрос «Ниже приведен список организаций, участие в которых является добровольным. Говоря о каждой из них конкретно, определите, являетесь ли Вы ее активным участником, неактивным участником или вовсе не принадлежите к данной

организации? D) Профсоюз». В опросе опрашивались 1600 человек. В опросе 31.08.2008 ответ «Активно участвую в ее работе» указали 3 %, «Участвую от случая к случаю» - 6 %, «Не являюсь участником данной организации» - 90 %. иКЬ : http://wciom.ru.

18 Респондентам задавался вопрос «Ниже приведен список организаций, участие в которых является добровольным. Говоря о каждой из них конкретно, определите, являетесь ли Вы ее активным участником, неактивным участником или вовсе не принадлежите к данной организации? Опрос проводился 31.08.08. В опросе опрашивались 1600 человек. ИКЬ : http://wciom.ru.

19 Респондентам задавался вопрос «Скажите, Вам лично хотелось бы или не хотелось принимать участие в работе некоммерческой (общественной) организации?». В опросе опрашивались 1600 человек. В опросе 14.10.2007 ответ «Да, хотелось бы» указали 14 %, «Нет, не хотелось бы» - 63 %, «Уже работаю» - 1 %. иКЬ : http://wciom.ru.

20 Респондентам задавался вопрос «В некоторых развитых странах большинство граждан участвуют в работе общественных, религиозных, благотворительных и других негосударственных некоммерческих организаций, чтобы совместно решать свои проблемы и помогать другим людям, а также контролировать». Ответы респондентов: «Безусловно нужно»

- 39 %, «Скорее нужно» - 19 %, «скорее не нужно» - 8 %, «Безусловно не нужно» - 4 %, затруднились ответить 31 %.

21 Салменниеми, С. Логика развития общественных организаций в современной России / С. Салменниеми, А. В. Бородина, Д. Ю. Бородин, В. Раутио // Полит. исслед. 2009. № 1.

22 См.: Гегель, Г. В. Ф. Философия права. М. : Мысль, 1990.

23 Респондентам задавался вопрос «Вы в целом одобряете или не одобряете деятельность судебной системы?» В опросе принимали участие 1600 человек. В опросе 01.03.09. ответ «Не одобряю» указали 39 %, «Одобряю»

- 27 %, 34 % затруднились ответить. В опросе 24.02.08. ответ «Не одобряю» указали 41 %, «Одобряю» - 26 %, 33 % затруднились ответить. В опросе 25.02.07. ответ «Не одобряю» указали 46 %, «Одобряю» - 24 %, 30 % затруднились ответить. В опросе 28.02.06. ответ «Не одобряю» указали 50 %, «Одобряю» - 24 %, 25 % затруднились ответить. В опросе 28.03.05. ответ «Не одобряю» указали 58 %, «Одобряю»

- 22 %, 20 % затруднились ответить.

24 См.: Лефер, С. Социальная роль предприятий в России : случай патернализма?.. // Мир России. 2008. № 3.

25 См.: Lang, S. Zivilgesellschaft und buerg-erschaftliches Engagement in Russlang // Internationale Politik. 16.04.04. URL : http:// inosmi.ru, http://www.dgap.org/IP.

26 Власть, бизнес и гражданское общество. Публичное обсуждение URL : http://lecture. imhonet.ru.

27 Респондентам задавался вопрос «Для преодоления кризиса особенно важно доверие людей друг к другу, взаимопомощь и благотворительность. Как Вы считаете, будут ли эти качества в условиях финансового кризиса проявляться больше, чем сейчас, меньше или так же, как сейчас?» В опросе принимали участие 1600 человек. В опросе 21.12.08. ответ «Больше» указали 9 %, «Меньше» - 40 %, «Как сейчас» - 35 %, затруднились и не ответили 16 %.

28 См.: Лукин, В. Н. Политическое доверие в современном гражданском обществе : культурологические и институциональные модели // CREDO NEW. 2005. № 3. URL : http:// credonew.ru.