Подвязьевский могильник на нижней Оке: культурные особенности и хронология (предварительные итоги исследований 2010, 2012-2015 гг. )

УДК 902

ПОДВЯЗЬЕВСКИЙ МОГИЛЬНИК НА НИЖНЕЙ ОКЕ: КУЛЬТУРНЫЕ ОСОБЕННОСТИ И ХРОНОЛОГИЯ

© 2018 г. Н.Н. Грибов

В статье публикуются краткие итоги изучения Подвязьевского могильника. Намечены основные особенности погребальной обрядности, предложена периодизация погребений. Погребения разделены на четыре основных культурно-хронологические группы. Наиболее ранние комплексы (комплексы первой группы) тяготеют к погребениям кошибеевского этапа рязано-окских памятников, относительно поздние (второй половины V - первой половины VIII вв.) - близки к захоронениям могильников безводнинско-ахмыловского типа.

Ключевые слова: археология, раннесредневековые погребальные памятники поволжских финнов, Подвязьевский могильник, грунтовые погребения, район нижнего течения реки Оки, кошибеевский этап, могильники безводнинско-ахмыловского типа, хронология погребений.

Подвязьевский могильник представляет собой финский погребальный памятник Нижнего Поочья конца раннего железного века - раннего средневековья (Грибов, 2014). Он располагается в Богородском районе Нижегородской области на правом коренном берегу р. Оки в 42 км от ее устья. Памятник занимает полого-наклонный участок верхней площадки мыса, образованного устьем протяженного оврага, прорезающего правый возвышенный окский берег. Высота площадки могильника относительно уровня окской поймы 100-108 м; площадь, по размеру области распространения массового керамического материала, - 1,5 га.

Памятник открыт в 1959 г. нижегородским археологом В.Ф. Черниковым, определившим его как селище раннего железного века. Первые погребения, позволившие усомниться в его поселенческой атрибуции, обнаружены в шурфе, заложенном автором в 2010 г. При стационарных раскопках 2012-2015 гг. на площади 282 кв. м исследовано 59 грунтовых погребений 61 индивида. Территория могильника долгие годы распахивалась, однако на локальном участке (27 кв. м) под горизонтом распашки (20-35 см) выявлен непере-отложенный культурный слой мощностью до 18 см. Почвоведческие наблюдения над характером его залегания привели к выводу о существовании на площадке могильника сильно эродированной почвы еще до начала совершения погребений. Глубина большей части раскопанных могильных ям, отсчитываемая от уровня материка, соответствует (либо очень близка) глубине их заложения от уровня древней дневной поверхности.

Хронологические рамки могильника широки, их определяет промежуток середины III - первой половины VIII вв.

Первые раскопы попали на участок с высокой плотностью захоронений, в результате чего оказалось возможным на сравнительно небольшой площади изучить существенно различные комплексы - как по обрядовой специфике различных социальных групп, так и по хронологии. Сравнительно небольшое число раскопанных погребений пока не может обеспечить надежность выводов при построении относительной хронологии памятника с привлечением статистических методов. Вместе с тем, материалы первых раскопок позволяют наметить его характерные культурные особенности и проследить их изменения во времени.

По ходу раскопок изучено 52 человеческих и 9 конских захоронений. Погребальный обряд представлен ингумацией (45 погребений), кремацией на стороне (4 погребения) и вторичными захоронениями (3 погребения).

В расположении могил просматриваются три структурообразующих элемента - ряды, группы и ярусы. Зафиксированы неоднократные случаи взаимопересечений могильных ям, что, в ряде случаев, позволяет подкрепить полученные при изучении погребального инвентаря хронологические оценки отдельных комплексов стратиграфическими наблюдениями («горизонтальной стратиграфией»). Могильные ямы, шириной 60-90 см, по форме верхних кромок напоминают продолговатые прямоугольные фигуры со скругленными углами. Их длина, как правило, заметно превосходит размеры расчищенных

на дне остатков человеческих скелетов. Длина женских могил 2,2-2,9 м, мужских 2,7-3,6 м. Глубина варьирует от 0 (у погребений, расчищенных на материке) до 125 см.

Ориентация погребенных - головой на юго-восток или восток-юго-восток (преимущественно ногами к реке). На дне могильных ям разновременных, но, как правило, «богатых» захоронений (с большим количеством разнообразного инвентаря), почти всегда присутствуют отпечатки деревянных настилов с двумя поперечными лагами. Последние слегка продавливали материковое дно, из-за чего их следы фиксируются в виде двух субпараллельных расположенных невдалеке от оснований коротких бортов (в «ногах» и «головах» погребенного) неглубоких продолговатых углублений («канавок») шириной по 8-10 см и глубиной до 2-3 см. Подобные следы деревянных конструкций известны по широкому кругу финских памятников - как финала раннего железного века, так и раннес-редневековых (Кемаев, 2013, с. 239, 240). Почти все изученные трупоположения сопровождаются следами заворачивания погребенного в луб, иногда - в циновку.

В верхней части заполнения четырех могил отмечены компактные скопления углей в виде темных углисто-золистых линз. Они, судя по отсутствию следов обожжения во вмещающем их грунте, являются остатками погребальных костров, сброшенных на почти (или целиком) закопанное погребение. Включения редких рассеянных мелких древесных углей и единичных разрозненных фрагментов гладкостенной лепной посуды отмечены в засыпке многих могильных ям. В трех мужских погребениях встречены отдельные женские украшения, которые можно интерпретировать в качестве «женских даров» погребенному.

К характерным чертам местной погребальной обрядности относятся погребения коней. Они имеют ряд особенностей, отличающих их от конских захоронений на могильниках других культурных общностей. К ним относятся следующие:

1) конские погребения безинвентарны;

2) туши животных ориентированы головой на запад вне зависимости от ориентации могильной ямы;

3) голова животного фиксировалась на некоторой высоте относительно туши - в грунте засыпки, либо на специально оставленной материковой полке внутри могилы или (что чаще) - размещалась на верхней кромке

борта могильной ямы, т.е. выходила на древнюю дневную поверхность или располагалась очень близко от ее уровня (рис. 4);

4) остатки хвостовых позвонков при расчистке конских скелетов не обнаружены;

5) характерное положение передней части туши коня - на боку, задней - на животе с подогнутыми ногами;

6) в ряде случаев фиксируется захоронения животных с предварительно отсеченной головой, либо, что скорее, со сломанной шеей;

7) в ряде случаев обнаружены рассеченные надвое туши и туши с подрубленными конечностями.

У трех конских погребений в верхней части заполнений могильных ям, как и у некоторой части человеческих могил, зафиксированы компактные скопления (линзы) грунта, насыщенного золой и углями. Обнаружение в заполнении двух конских погребений крупных фрагментов обугленных плашек, позволяет предполагать наличие деревянных перекрытий. В засыпке двух погребений зафиксированы редкие фрагменты гладкостенной лепной керамики. Следов деревянных настилов или каких-либо подстилок под тушами животных не выявлено.

По характеру погребального инвентаря и специфике элементов погребального обряда среди трех десятков отобранных комплексов, позволяющих оценить «узкие» датировочные границы, можно выделить четыре основные культурно-хронологические группы погребений.

Первая группа (3 погребения - 10,0%; середина III - первая половина IV вв.) выделяется по присутствию вещей, характерных для позднесарматских курганов и памятников Прикамья (азелинских и мазунинских могильников). Среди них - круглые плоские серебряные бляхи с отверстием по центру (рис. 1: 9, 10), сопровождаемые небольшими полушар-ными бляшками (рис. 1: 5); полая бронзовая зооморфная привеска (фигурка лошадки (?) с обломанной головой) с низкой бронзовых бус от крепежного ремешка (рис. 1: 4); обувные пряжки с удлиненными дугообразно выгнутыми литыми щитками (рис. 1: 3); пряжки, наконечники ремней и поясные накладки, обильно украшенные фигурной фасетиров-кой. Отдельные образцы инвентаря из погребений этой группы традиционно датируются более ранним временем (второй половиной II - первой половиной III вв.), чем включающие их комплексы. К ним относятся бронзовая подковообразная фибула, оснащенная тремя

щитками с красной эмалью (фаза В, балто-днепро-окская серия VI, тип 1с по Е.Л. Гороховскому (Гороховский, 1982, рис. 6)) (рис. 1: 6); цельнолитая пряжка с овальным кольцом и трапециевидным основанием (рис. 1: 1) -дериват сложносоставных ажурнопрорезных изделий ранне- и среднеримского времени (Труфанов, 2004, с. 168, 169) и некоторые другие предметы. Погребенные ориентированы головой на юго-восток. Глубина могил небольшая (до 30 см).

Вторая группа (15 погребений - 50,0%; вторая половина IV - середина V вв.). Вещи «восточного» (прикамского) происхождения единичны. Для комплексов погребального инвентаря характерно сочетание бронзовых сюльгам с невыступающими концами (как округлодротовых, так и с уплощенной рамкой) (рис. 1: 12, 13), пряжек с округлыми щитками и тонкими слегка прогнутыми или прямыми фасетированными язычками (рис. 1: 14, 15), многочастных золотостеклянных пронизей, краснопастового бисера (в том числе - рубленого). В женских погребениях часто встречаются распавшиеся на отдельные части так называемые наборные украшения, известные по комплексам V - начала VI вв. рязано-окских могильников (Белоцерковская, 2012, с. 60). Они состояли из совокупности бронзовых спиральных пронизок, небольших по размерам красных пастовых бус (из тянутых палочек или трубочек) и бронзовых хомутков с пластинчатыми трапециевидными привесками, нанизанными на тонкий ремешок из кожи или металлическую проволоку (рис. 1: 16). Фиксируются первые проявления новой погребальной обрядности и единичные экземпляры новых категорий инвентаря, распространенных в последующий период: конские погребения, трупосожжения, браслетообраз-ные обрубленноконечные височные кольца, головные жгуты, керамические миски. Погребенные по-прежнему ориентированы головой на юго-восток, глубина могил небольшая (до 30 см).

Погребения второй группы по составу инвентаря напоминают отдельные наиболее ранние комплексы Безводнинского могильника, причисленные Ю.А. Красновым к первой стадии развития этого погребального памятника. Так, наиболее вероятная «узкая» датировка погребения 130, очевидно, выходит за предложенные исследователем хронологические рамки первой стадии (конец V - начало VI вв.): в его погребальном инвентаре сочетаются трехчленные пряж-

ки со стилистическими признаками изделий

IV - начала V вв. (со слегка прогнутыми не выступающими (или едва выступающими) за ширину обода язычками, удлиненными трапециевидными щитками с полукруглыми расширениями на концах, рамками, украшенными треугольными пропилами по внутренней кромке), пластинчатая гривна, аналогичная гривне из погребения № 30 (IV в.) Суворовского могильника (Генинг, 1963. С. 123, 124), сюльгама с невыступа-ющими концами, круглая нагрудная бляха с небольшими выступами (лопастями) по внешнему краю и фрагментированное наборное украшение, сопровождаемое бронзовыми трапециевидными привесками (его отдельные части атрибутированы Ю.А. Красновым как подвески), известное по комплексам

V - начала VI вв. рязано-окских могильников (Краснов, 1980. С. 174).

Третья группа (10 погребений - 33,3%; вторая половина V - VI вв.). В погребальном инвентаре характерно сочетание бронзовых сюльгам с короткими «усами» (рис. 2: 5, 6) с пряжками, оснащенными прямыми удлиненными хоботковидными язычками (рис. 2: 8, 9). Во многих мужских и редких женских погребениях встречены поясные наборы с серебряными или железными прямоугольными накладками с длинными вогнутыми сторонами (рис. 2: 4) и пластинчатыми, перегнутыми вдвое, наконечниками ремней (рис. 2: 11). Характерны узкие пластинчатые серповидные гривны (без подвесок); обру-бленноконечные, со слегка заметными расширениями на концах, браслеты (рис. 2: 12); ожерелья из небольшого числа красных пасто-вых зонных и фиолетовых многогранных полупрозрачных стеклянных бус. К этой группе относятся несколько «воинских» погребений с мечами и гарнитурой от портупейных ремней, среди которой присутствуют небольшие полые серебряные пряжки «шиповского» круга - с В-образными рамками и прилитыми квадратными щитками (рис. 2: 7). Женский убор включал в себя браслетообразные обру-бленноконечные височные кольца (рис. 2: 1, 2), наборный головной венчик (в виде ленты из кожи с нашитыми узкими кожаными ремешками, унизанными согнутыми из тонкой бронзовой проволоки скобкообразными пронизками, разделенными квадратными пластинчатыми обоймами), ожерелье из небольшого числа красных пастовых бус, набор застежек-сюль-гам с короткими «усами», в редких случаях - головной жгут, наборный пояс и накосник.

Изделия, выполненные в геральдическом стиле - единичны и относятся к наиболее ранним образцам, выполненным в соответствующей манере; в комплексах они всегда сопровождаются пряжками с хоботковидными язычками. Погребальный инвентарь этой группы, в целом, близок комплексам двух первых стадий (конца V - VI вв.) Безводнинского могильника (Краснов, 1980, с. 105). Заметно меняется ориентация погребенных (головой на восток-юго-восток), увеличивается глубина могил (до 60-125 см). Зафиксированы неоднократные случаи пересечения могильными ямами этой группы более ранних погребений.

Четвертая группа (2 погребения -6,7%; конец VII - первая половина VIII вв.) определяется наличием среди погребального инвентаря сюльгам с длинными «усами» (рис. 3: 3, 4). В одном погребении они сочетались с парой щитковых височных колец «муромского типа» (рис. 3: 1, 2) и головным венчиком из одного кожаного ремешка с попеременно нанизанными бронзовыми спиральными пронизками и крепежными пластинчатыми хомутками с подвижными серебряными полукруглыми привесками, напоминающими рамки от пряжек (рис. 3: 6). Браслеты - круглодротовые шляпкоко-нечные, с диаметром дрота около 5 мм (рис. 3: 5). Комплексы четвертой группы хронологически соответствуют погребениям IV стадии Безводнинского могильника (Краснов, 1980. с. 105). Ориентация погребенных изменяетсяна юго-восточную, глубина могил остается прежней (до 125 см).

По культурному своеобразию наиболее ранние комплексы Подвязьевского могильника (первой группы) тяготеют к погребениям кошибеевского этапа рязано-окских памятников, относительно поздние (второй половины V - первой половины VIII вв.) - близки к захоронениям могильников безводнинско-ахмыловского круга. Отсутствие представительных комплексов с геральдической гарнитурой конца VI -третьей четверти VII вв., подобных погребениям III стадии Безводнинского могильника (Краснов, 1980. с. 105), по-видимому, объясняется, скорее, небольшим числом вскрытых погребений, чем перерывом в функционировании памятника.

Комплексы первой группы с погребениями Кошибеевского могильника, кроме присущего последним позднесарматского и прикамского инвентаря, сближают удлиненные могильные ямы незначительной глубины, юго-восточная ориентировка погребенных, следы поперечных лаг от деревянных настилов на дне могил (Кемаев, 2013. с. 239, 240).

Погребения второй культурно-хронологической группы фиксируют зарождение традиций, объединяющих Безводнинский, Младший Ахмыловский, Желтухинский, Кочкинский могильники в единую группу памятников. Появление отдельных определяющих их культурное своеобразие элементов в «подвязьевских» комплексах предваряет период активного функционирования могильников данного типа (УТ-^И вв.). К таким элементам относятся наличие в женском уборе бронзовых браслетообразных височных колец и головных жгутов, присутствие на площадке могильника конских погребений. Один экземпляр браслетообразного обру-бленноконечного височного кольца происходит из засыпки конского погребения № 5 Подвязьевского могильника, перерезанного женским погребением (№ 21) с характерным набором инвентаря V в. (наборное украшение из небольших красных пастовых бус из тянутых палочек и пластинчатых бронзовых трапециевидных подвесок, бронзовые сюль-гамы с невыступающими концами, бронзовая гладкодротовая граненая гривна, бронзовые трехчленные пряжки с овальными рамками, небольшими округлыми щитками и короткими прямыми фасетированными язычками с уступом в основании). Один головной жгут (первого типа по Ю.А. Краснову (Краснов, 1980. С. 41) происходит из комплекса конца IV - первой половины V вв. (погребение № 36Б; сопровождается скоплением многочастных золотостеклянных пронизей, красных пастовых бус и бисера, в том числе, рубленого), наборным украшением, сюльгамами с невы-ступающими концами, бронзовой пластинчатой лунницей с приклепанным ушком). Дата совершения одного из конских погребений (№ 3), по пересечению наиболее вероятных датировочных интервалов двух образцов угля из засыпки, соответствует второй четверти V в. (1о кал. л. н.э. 350-450 (К1-17995, ШТСАЬ04); 1о кал. л. н.э. 428-537 (К1-17996, ШТСАЬ04).

ЛИТЕРАТУРА

Белоцерковская И.В. Об одном типе женского костюма окских финнов гуннского и постгунского времени // Лесная и лесостепная зоны Восточной Европы в эпоху римских влияний и Великого переселения народов. Тула, 1-30 ноября 2010 г. /Отв. ред. А.М. Воронцов, И.О. Гавритухин. Тула: Гос. музей-заповедник «Куликово поле», 2012. С. 55-78.

Генинг В.Ф. Азелинская культура III-V вв. Очерки истории Вятского края в эпоху Великого переселения народов // ВАУ. Вып. 5. Труды Удмуртской археологической экспедиции. Т. 2. / Отв. ред. А.Ф. Медведев. Свердловск-Ижевск: УРКМ, УГУ, 1963. 186 с.

Гороховский Е.Л. Пщковопод1бш ф1були Середнього Подншровя з вшмчастою эмаллю // Археолопя. Ктв. № 38. 1982. С. 16-35.

Грибов Н.Н. Новые данные по истории освоения Нижней Оки в эпоху раннего средневековья (по материалам Подвязьевского могильника) // Труды IV (XX) Всероссийского археологического съезда в Казани 2014 г. Том II. / Отв. Ред. А.Г. Ситдиков, Н.А. Макаров, А.П. Деревянко. Казань: Отечество. 2014. С. 317-319.

Кемаев Е.И. К вопросу о значении материалов ранних могильников Нижнего Примокшанья в этнокультурной истории поволжских финнов // Археология Восточноевропейской лесостепи Вып. 3. / Отв. ред. Г.Н. Белорыбкин, В В. Ставицкий. Пенза: ПИРО, 2013. С. 237-244.

Краснов Ю.А. Безводнинский могильник (К истории Горьковского Поволжья в эпоху раннего средневековья). М.: Наука, 1980. 224 с.

Никитина Т.Б. Марийцы в эпоху средневековья. Йошкар-Ола: МарНИИ, 2002. 432 с.

Труфанов А.А. Пряжки ранних провинциально-римских форм в Северном Причерноморье // РА. 2004. № 3. С. 160-170.

Информация об авторе:

Грибов Николай Николаевич, научный сотрудник, Институт археологии РАН (г. Москва, Россия); nnhora@yandex.ru

PODVYAZ'YE BURIAL GROUND IN THE LOWER OKA REGION: CULTURAL FEATURES AND CHRONOLOGY (THE PRELIMINARY RESULTS OF THE EXCAVATIONS IN 2010 AND IN 2012-2015).

N.N. Gribov

The article presents the brief results of Podviaz'ye burial ground investigation. The authors outline the main features of the burial rite and suggest a periodization of the burials. The burials are subdivided into four general cultural and chronological groups. The earliest complexes (the first group) are considered similar to the burials of the Koshibeevo stage of Ryazan-Oka sites, whereas the comparatively late burials (second half of the 5th - first half of the 8th centuries) - are closely related to the burials from the Bezvodnoye-Akhmylovo type.

Keywords: archaeology, Early Medieval burial sites of the Volga Finns, Podviaz'ye burial ground, inhumations, lower reaches of the Oka River, Koshibeevo stage, site of the Akhmylovo type, chronology of burials.

About the Author:

Gribov Nikolay N. Institute of Archaeology of the Russian Academy of Sciences. Dmitry Ulyanov St., 19, Moscow, 117036, Russian Federation; nnhora@yandex.ru

9 10 11 8

13 15

Рис. 1. Инвентарь погребений первой (1-11) и второй (12-16) групп: 1, 3, 7, 14, 15 - пряжки; 2 - обойма; 4 - подвеска; 5 - бляшка; 6 - фибула с выемчатой эмалью; 8 - наконечник ремня; 9, 10 - бляхи от головного убора; 11 - наконечник стрелы (1-8, 12-15 - бронза; 16 - бронза, стекло; 9, 10 - серебро; 11 - железо). 1-4, 11 - погребение 54; 5, 9, 10 - погребение 47; 6-8. - погребение 24; 12-14 - погребение

21; 15 - погребение 25; 16 - погребение 36Б.

I 3 2

12 11

Рис. 2. Инвентарь погребений третьей группы: 1, 2 - височные кольца; 3 - бляха-застежка; 4 - поясные накладки; 5, 6 - сюльгамы; 7-9 - пряжки; 10, 11 - наконечники ремней; 12 - браслет (1, 2, 4, 7, 10, 11 - серебро; 3, 5, 6, 8, 9, 12 - бронза). 1, 2, 11 - погребение 53; 2, 8 - погребение 22; 4 - погребение 35;

5-7, 10-12 - погребение 50; 9 - погребение 8.

Рис. 3. Инвентарь погребений четвертой группы (погребение 34): 1, 2 - височные кольца; 3, 4 - сюльгамы; 5 - браслет; 6 - венчик (1, 2 - серебро; 3-5 - бронза; 6 - бронза, серебро.

+58

О 30 СМ

Рис. 4. Конское погребение 46: 1 - план; 2 - разрез.