Учения о Русской Правде в России в XIX - начале ХХ века (Опыт диссертационной разработки)

УДК 340.1 ББК 67.0

Апольский Евгений Александрович Apolsky Evgeny Alexandrovich

доцент кафедры теории и истории государства и права Ростовского института (филиала) Всероссийского государственного университета юстиции (РПА Минюста России) (г. Ростов-на-Дону).

Associate Professor of the Department of Theory and History of State and Law, Rostov Institute (branch) the Russian Law Academy of the Ministry for Justice of the Russian Federation (RPA Russian Ministry of Justice) (in Rostov-on-Don). Тел.: 8 (905) 468-64-17.

Киселев Анатолий Кириллович Kiselev Anatoly Kirillovich

профессор кафедры административного и финансового права Северо-Кавказского федерального университета доктор исторических наук, доцент.

Professor of the Department of Administrative and Financial Law, North-Caucasus Federal University, Doctor of History, Associate Professor. Тел.: 8 (918) 886-65-68.

УЧЕНИЯ О РУССКОЙ ПРАВДЕ В РОССИИ В XIX - НАЧАЛЕ ХХ ВЕКА

Teachings about Russian Truth in Russia in the XIX - early XX century

В статье анализируются магистерские и докторские диссертации по государственному праву Российской империи, предметом исследования которых выступала Русская Правда. Рассматриваются и сопоставляются цели, задачи и результаты, полученные учеными-правоведами дореволюционного периода в своих работах.

Ключевые слова: Русская Правда, диссертация, государственное право, университет.

Отечественные дореволюционные ученые-правоведы, проводившие диссертационные исследования и защищавшие магистерские и докторские диссертации по государственному праву, отдельное внимание уделяли разработке источников права, в первую очередь законов. Однако, несмотря на то, что указанная проблематика не была столь «популярной» в научных кругах, как, к примеру, вопросы становления и развития государственной власти в истории Российского государства (в этой сфере присуждено девятнадцать ученых степеней), все же можно говорить о сформировавшейся картине научной диссертационной разработки так называемого «учения о законе» (подготовлены и прошли процедуру публичной защиты восемь работ).

Из общего количества диссертаций в трех

The article analyzes the masters and doctoral theses on state law of the Russian Empire, the subject of study in which was Russian Pravda. The purposes, tasks and results received by scientists-jurists of the pre-revolutionary period in the works are considered and compared.

Keywords: Russkaya Pravda, theses, state law, university.

предметом исследования выступала Русская Правда. Представляется необходимым изучить цели, задачи, содержание указанных работ, а также выявить и систематизировать полученные в них результаты исходя из критерия отнесения их к тем или иным формам научного знания (гипотезам, идеям, концепциям, закономерностям, теориям).

Первым из отечественных государствоведов «полное объяснение Русской Правды» попытался осуществить Н. В. Калачов, в результате чего защитил магистерскую диссертацию в 1846 году в Московском университете [1, с. 1].

Обосновывая во введении к работе актуальность выбранной темы, автор подчеркивает недостаточность имеющихся трудов по исследованию Русской Правды, а также задается вопросом: «Что же предстоит нам сделать

для того, чтоб этот драгоценный памятник возвести, с одной стороны, на степень источника несомненного по достоверности, с другой же стороны, для того, чтоб превратить его в сокровищницу, откуда не только историки и юристы брали бы материалы для своих исследований, но и филологи могли бы смело и свободно черпать отдельные слова и даже целые выражения, а простые любители старины, читая этот памятник, находили бы в нем, как в светлом зеркале, отражение духа и мыслей древних обитателей великого Русского царства?» [1, с. 1].

Ответ на свой вопрос и одновременно план действий, ведущих к полному объяснению Русской Правды, Н. В. Калачов предлагает здесь же, во введении к диссертации, указывая следующие этапы масштабной работы:

1 . Полное издание текста Русской Правды, то есть всех древних и важнейших списков, которые на основании разных признаков следует разделить на фамилии или разряды и напечатать без всяких изменений в сравнении с рукописями, из которых они заимствуются.

2. Филологическое объяснение как отдельных слов, так и целых выражений и оборотов речи, используемых в тексте Русской Правды, с указанием того, в каких русских, преимущественно древнейших, но и более новых памятниках (до конца XVII столетия) они встречаются, с историческим обозрением их значения в разное время.

3. Юридическое объяснение Русской Правды, включающее в себя: а) полное изложение содержания ее так, чтобы при этом, по возможности, не было опущено ни одного выражения, мысли или даже намека на древний юридический быт нашего отечества (согласно с текстом, изданным по всем спискам объясняемого памятника); б) сравнение этого содержания с русскими памятниками, юридическими и неюридическими (начиная от древнейших времен до XVII века включительно), для определения истинного значения, которое в различные периоды должны были иметь указываемые в тексте обычаи, законы и даже частные случаи.

4. Издание критически очищенного текста, то есть текста, составленного только из тех статей, которые по своему содержанию и форме, несомненно, могли принадлежать памятнику XI века. К очищенному тексту более

поздние по времени статьи должны быть приложены в виде прибавлений, с обозначением, к какому именно столетию каждая из них относится, разделяя их по содержанию так, чтобы новые статьи были напечатаны под именем дополнений к древнейшим статьям, а сходные с изданными прежде - в виде изменений, которым, по необходимости, должны были подвергнуться первоначальные содержание и форма Русской Правды отчасти вследствие признания ее источником права, а также в результате небрежности переписчиков. К очищенному таким образом тексту может быть приложен перевод всех статей, сделанный на основании предшествовавших объяснений, филологических и юридических.

5. Разработка критических выводов относительно образа составления Русской Правды, ее подлинного содержания в XI, XII и других столетиях, ее достоинства как источника права и памятника не только отечественного законодательства, но и словесности, а также тезисов, которые могут казаться особенно важными для филолога, историка и философа [ 1, с. 2-17].

Таким образом, по мысли ученого, Русская Правда может быть возведена в степень несомненного источника древней истории русского права, а также утверждена в значении памятника, представляющего сокровищницу древностей.

Предложив общий план работы по полному объяснению Русской Правды, Н. В. Калачов в своей диссертации приводит исследование, направленное на формирование основания для подробного юридического анализа данного памятника права. В диссертации решаются четыре задачи: 1) изучение изданий и сочинений, относящихся к Русской Правде; 2) критическое обозрение известных списков Русской Правды с юридической точки зрения; 3) систематическое изложение и издание полного в юридическом отношении текста Русской Правды; 4) указание на юридические памятники, находящиеся в особенной связи с содержанием Русской Правды.

Завершив сравнительный анализ известных списков Русской Правды, ученый приходит к выводу, что «кормчие и сборники весьма разнообразного содержания (впрочем, большей частью духовного) суть единственные памятники, содержащие в себе Русскую Прав-

ду» [1, с. 72]. Гипотеза, высказанная при этом автором, состоит в том, что все дальнейшие поиски и открытия новых списков Русской Правды не принесут никакой значительной пользы для ее верного объяснения: отыскание же их в летописях и собственно так называемых сборниках есть дело слишком случайное, которое, судя по известным данным, также должно оказаться приобретением довольно маловажным.

Далее Н. В. Калачов на основании рассмотренных им списков Русской Правды представляет общую их редакцию, с помощью которой все вновь открываемые списки легко можно будет отражать в виде вариантов. Поясняется, что все статьи Русской Правды можно разделить на некоторые общие группы для удобства использования документа. Автор излагает статьи Русской Правды в следующем порядке: 1) понятия и статьи, относящиеся к государственному праву (в особенности полицейскому); 2) понятия и статьи по гражданскому праву (праву по обязательствам и праву наследственному); 3) понятия и статьи, относящиеся к преступлениям и наказаниям; 4) понятия и статьи, касающиеся судопроизводства.

Наконец, в заключении диссертации Н. В. Калачова содержится обзор юридических памятников, находящихся в «особенной» связи с содержанием Русской Правды. К ним отнесены: «1) извлечение из книг Моисеевых; 2) земледельческие законы императора Юстиниана; 3) законы императоров Льва и Константина; 4) Закон градский; 5) так называемый Судебник Царя Константина; 6) главы о послусех; 7) уставы о церковных судах Великих Князей Владимира, Ярослава и Всеволода; 8) статьи под заглавием "Правило законно о церковных людях и о десятинах и о мерилех городских"; 9) договор смоленского Князя Мстислава Давидовича с Ригой и Готландией» [1, с. 140].

Очередное диссертационное исследование Русской Правды состоялось лишь спустя тридцать пять лет, когда П. Н. Мрочек-Дроздов-ский в 1881 году в Московском университете защитил докторскую диссертацию, предметом которой выступают источники, содержащие информацию о деньгах Русской Правды.

Во введении автор в обоснование актуальности темы подчеркивает, что, несмотря на большое количество литературы о Русской

Правде, а также выдающиеся достоинства некоторых исследований о ней, «делу объяснения и разработки нашего памятника еще далеко до желанного конца, наши ученые еще не сказали о Русской Правде последнего слова» [2, с. 1].

В диссертации П. Н. Мрочек-Дроздовский отдает должное рассмотренному выше исследованию Н. В. Калачова и называет этот труд «надолго вперед единственным». Целью работы П. Н. Мрочек-Дроздовского является рассмотрение и посильное разрешение тех частных вопросов о древнерусских деньгах, от которых непосредственно зависит понимание толкуемого памятника. По его словам, в Русской Правде упоминаются такие денежные единицы, как гривны (золота, серебра и просто гривны), ногаты, куны, резаны и векши, или веверицы. Автор намеревается в работе ответить на вопросы о том, были ли это меха или металлические ценности, каковы отношения этих упоминаемых в Правде ценностей между собой, что такое куна, каковы соотношения ногат, кун, резан к гривне.

Структура диссертации соответствует поставленным задачам и выглядит следующим образом:

I. Куны как деньги вообще.

II. Свидетельства: а) о металлических ценностях; б) мехах; в) кожаных деньгах.

III. Гривна золота, серебра, кун.

IV. Части гривны: ногаты, куны, резаны, векши (веверицы).

Так, первая глава посвящена выяснению вопроса об общих наименованиях денег в эпоху Русской Правды. Здесь автор заключает, что словом «куны» без количественного обозначения в древности называли деньги в общем смысле [2, с. 4].

Во второй главе идет речь о различных оборотных ценностях Древней Руси, носивших общее название кун. Основной тезис ученого гласит, что «древнерусские куны в смысле денег были вообще металлические, а именно серебряные; .. .о мехах, а тем более о кожаных деньгах, мы можем говорить лишь там, где о них именно говорится в памятниках или если указание на них несомненно» [2, с. 33]. Автор подчеркивает, что меха употреблялись в Древней Руси в качестве денег, хотя и при фактическом преобладании денег металлических. Несомненным считает автор тот факт, что древнейшими русскими деньгами были меха,

впоследствии они уступают роль официальных кун металлическим слиткам, которые позже заменяются медальной монетой.

О кожаных деньгах П. Н. Мрочек-Дроздов-ский говорит, что они весьма сомнительны в качестве подлинных монет: в таких монетах не могло быть никакой надобности, так как в них совершенно невозможно предположить никакой цены, кроме номинальной; «не заметно, чтобы они употреблялись на одежду или на какую-либо иную потребу» [2, с. 44]. Словом «мордка» могла обозначаться металлическая монета с изображением куницы или иного пушного зверя.

В третьей главе проводится исследование денежных единиц эпохи Русской Правды, при этом подчеркивается, что в юридических памятниках встречаются гривна, ногата, куна, резана (резан) и векша (веверица).

Отдельно автор останавливается на исследовании веса гривны, в результате чего замечает следующее: 1) как в Новгороде, так и в Киеве, гривна кун, то есть гривна как денежная кунная единица, по весу находилась в одном и том же отношении к гривне серебра, равняясь полуфунту; разница лишь в величине самого фунта как основной единицы; 2) нумизматические гривны суть ничто иное, как новгородские гривны кун, тогда как найденные в 1826 году в Киеве слитки весом в 1/3 (почти) фунта суть киевские гривны кун; 3) смоленский кунный вес, как и низовский, был и остался впоследствии вдвое легче новгородского, доказательством чему служит свидетельство Мстиславова договора; этому весу вполне соответствуют нумизматические рубли, то есть слитки весом в 1/4 обыкновенного фунта [2, с. 80].

Обозревая в целом результаты появления гривны кун, ученый говорит, что, сделавшись более легкой, чем единица собственно весовая, кунная гривна с течением времени стала отличаться от весовой и достоинством металла, уменьшаясь вместе с тем и в весе. Эти два обстоятельства (очернение старой кунной гривны и уменьшение ее первоначального веса), по мнению П. Н. Мрочек-Дроздовского, в конце концов привели к полному упадку кунных ценностей в Древней Руси.

В заключительной главе анализируются денежные единицы эпохи Русской Правды, в частности полугривны, ногаты, резани и векши (части гривны). Здесь же сформулируются тезисы относительно падения в цене древних

кун: а) окончательное падение кунных денег произошло в течение XV столетия, и в следующем веке они совершенно исчезли из употребления, так что XV век можно считать последним в истории древнерусской кунной системы; б) старые куны падают, исчезают и заменяются рублями, алтынами и деньгами [2, с. 128].

Последним из тех, кто до Революции 1917 года в России занимался исследованием Русской Правды в рамках диссертационной разработки, был Н. А. Максимейко, который в 1915 году в Киевском университете подверг анализу Краткую редакцию Русской Правды в качестве: а) свода новгородско-киевского права; б) сборника, обе части которого составлены в одно время одним и тем же лицом; в) памятника национального самоопределения русского общества в области права. Кроме того, в работе рассматриваются вопросы о влиянии римского права на Краткую редакцию Русской Правды и отдельные ее списки.

При оценке результатов этого исследования нельзя не отметить, что Н. А. Максимей-ко смело опровергает некоторые устоявшиеся в науке взгляды на суть рассматриваемого правового памятника и обосновывает свою позицию. Так, в начале работы в противоположность распространенному среди современников автора мнению о том, что две части Краткой Правды (с 1-й по 17-ю статьи и с 18-й статьи до конца документа) составлены в разное время, ученый заявляет, что части Краткой Правды «отделяются одна от другой не столько временем их составления, сколько областными различиями права, в них отразившегося. Именно первая половина ее, по-видимому, есть памятник новгородского права, тогда как вторая - принадлежит к системе права, по всей вероятности, действовавшего в Киевской Руси» [3, с. 1]. Это положение автор в ходе разработки вопроса подкрепляет и выводом о том, что общерусского права как реального явления на ранних этапах развития государства не существовало. В. Н. Латкин представляет его лишь как «свод разнообразных областных прав с сохранением всех местных особенностей... как научную систему, устанавливающую средние, равнодействующие, общеобязательные нормы, повсеместно применяемые, с устранением всего того, что составляло своеобразные черты и признаки отдельных областей» [3, с. 10].

Ученый далее утверждает и обосновывает выдвинутый им тезис о том, что обе части Краткой Правды написаны одновременно одним и тем же лицом, а также называет поводы к составлению Русской Правды: принятие христианства и последовавшее затем распространение в России греческого права в виде Номоканона. В области светских и гражданских отношений, по мнению автора, принимая во внимание отсутствие государственного единства, не существовало никакой необходимости в сборнике общерусского права, а если он все же появился, то в этом следует видеть акт простого подражания Номоканону (отечественной Кормчей книге), не вызываемого практической необходимостью [3, с. 52, 103].

В четвертой главе Н. А. Максимейко определяет степень влияния римского права на Краткую редакцию Русской Правды и выдвигает гипотезу, к которой сам же предрекает скептическое отношение со стороны читателей из-за существенного расхождения высказанной идеи с историко-юридической наукой. Суть гипотезы состоит в том, Русская Правда создавалась под влиянием римского права, поскольку составитель Краткой Правды, писавший свой труд в XI веке, мог иметь сведения о законодательстве Юстиниана (так как существовали греческие переводы) и понимать его (благодаря комментариям и сокращенным изложениям) [3, с. 114, 116]. Такие оригинальные выводы и составили основной результат работы Н. А. Максимейко.

Таким образом, рассмотренные диссертации представляют собой оригинальные теоретико-правовые и историко-правовые исследо-

Литература

1. Калачов Н. В. Предварительные юридические сведения для полного объяснения Русской Правды (рассуждение, написанное для получения степени магистра кандидатом прав Николаем Калачовым). М., 1846.

2. Мрочек-Дроздовский П. Н. Исследования о Русской Правде. Вып. 1: Опыт исследования источников по вопросу о деньгах Русской Правды. М., 1881.

3. Максимейко Н. А. Опыт критического исследования Русской Правды. Вып. 1: Краткая редакция. Харьков, 1914.

вания, направленные на изучение различных аспектов и вопросов, связанных с разработкой, принятием и применением Русской Правды. Тот факт, что защищались эти диссертации по специальности «Государственное право» обусловлен отсутствием на протяжении XIX -начала ХХ века возможности получать ученые степени магистра и доктора права по истории права и общей теории права: эти «разряды наук» не были включены в перечень официальной научной номенклатуры.

Характерно также и то, что из всех юридических памятников именно Русская Правда стала объектом определенного внимания при подготовке диссертаций, остальные источники (Судебники 1497, 1550 годов, Соборное уложение 1649 года и другие) авторами не анализировались.

Обзор результатов, полученных авторами, позволил систематизировать их по критерию отнесения к формам научного знания, которые были выявлены в двух из трех диссертаций: гипотезы о дальнейших поисках новых списков Русской Правды (Н. В. Калачов) и влиянии римского права на составление Русской Правды (Н. А. Максимейко).

Представляется, что поиск и систематизация форм научного знания, полученных в исто-рико-правовых и теоретико-правовых диссертациях, должны быть продолжены применительно к советскому и постсоветскому периодам, что позволит в будущем создать единую электронную базу авторских научных достижений для объективной оценки новых научных результатов.

Bibliography

1. Kalachov N. V. Preliminary legal information for a full explanation of the Russkaya Pravda (discourse written for master's degree by candidate of law Nikolay Kalachov). Moscow, 1846.

2. Mrochek-Drozdovsky P. N. Researcheson the Russkaya Pravda. Issue 1 : Results of the studies on the sources about money in the Russkaya Pravda. Moscow, 1881.

3. Maksimeiko N. A. Results of the critical researchesof the Russian Pravda. Issue 1 : Brief redaction. Kharkov, 1914.