Валюта легкого поведения

Центробанк выучил уроки 2008 года: на сей раз падение курса рубля оставило его почти равнодушным. Во всяком случае, если он и принимал участие в торгах, то это мало кто заметил. Оттоку капитала из страны ЦБ все равно противостоять не в силах: захочет — сам вернется. А гражданам остается привыкать к нестабильности национальной валюты.

Невидимая рука рынка

Много ли надо рублю, чтобы подешеветь? Как показывает практика последних двух месяцев, для этого даже ценам на нефть падать не обязательно. Долговых проблем США и Европы будет вполне достаточно. Пережив локальный максимум в 20-х числах июля, к 20-м числам сентября рубль подешевел к доллару более чем на 12%, к евро — на 8%. Центробанк этому не препятствовал: с начала года он только и делал, что покупал валюту, не особо, впрочем, усердствуя (см. график 1). Весь год эти покупки редко выходили за пределы $5 млрд в месяц, а в августе, когда рубль твердо передумал расти, не превысили $500 млн. Причина известна, и на днях первый зампред ЦБ Алексей Улюкаев вновь ее напомнил. "Мы не таргетируем курс, он складывается на основе предпочтений инвесторов",— заявил Улюкаев, предложив заместителю главы Минэкономразвития Андрею Клепачу высказывать рынку свои соображения насчет "завышенного курса рубля".

Кто бы мог подумать, что рынок прислушается так быстро — уже 20 сентября рубль резво преодолел отметку 31 руб./доллар, сохранив, однако, чуть более ранее достижение в 42,2 руб./евро. До верхней границы обозначенного ЦБ пятирублевого "плавающего коридора" (32,15-37,15 руб. за корзину) оставалось меньше 50 копеек. Где был в это время Центробанк, пока точно не установлено: одни заметили, что по мере приближения рубля к верхней границе коридора ЦБ продавал небольшие суммы ($150-300 млн за день) и, возможно, даже уже опустил плавающий коридор на пять копеек, другие вовсе не почувствовали присутствия ЦБ на рынке. Так или иначе, "с рублем можно было делать все что угодно",— сказал "Деньгам" начальник аналитического отдела ИК "Грандис Капитал" Денис Барабанов.

Окно в Европу

Причиной драматического падения рубля стал вывод капитала за рубеж, убеждено большинство экспертов. А вот с чем связан сам вывод капитала — здесь единодушия нет. Кто-то обращает внимание на предвыборное политическое обострение (в ряду подобного рода версий порой высказывается весьма экзотическое предположение, что это напуганный разрывом с "Правым делом" Михаил Прохоров выводит свои активы). Кто-то резонно напоминает о "бегстве в качество": в период неопределенности рынки развивающихся стран перестают казаться надежным пристанищем. "Коррекция на российском рынке акций и облигаций, вывод активов, выход портфельных инвестиций из России сопровождается ослаблением рубля",— указывает, в частности, руководитель отдела стратегии на рынке инструментов с фиксированной доходностью "ВТБ Капитала" Николай Подгузов. По его словам, еще одной причиной, похоже, является покупка валюты "дочками" европейских банков для материнских компаний.

На фоне существенного ухудшения ситуации в еврозоне возникла напряженность на кредитных рынках; заметнее всего она сказалась на крупных банковских группах Франции, Германии, других стран Европы, которые имеют "значительное количество государственных бумаг Греции, Португалии, Италии, Испании на своем балансе", разъясняет главный экономист ФК "Открытие" Владимир Тихомиров. Контрагенты этих банков начали сокращать кредитные лимиты с ними, опасаясь, что ухудшение долговой ситуации в Европе может сильно по этим банкам ударить. В результате, как предполагает Тихомиров, в Европе стала ощущаться нехватка долларов, свидетельством в пользу этой гипотезы можно считать принятое в середине сентября решение Европейского центрального банка (ЕЦБ) и ФРС о предоставлении дополнительной долларовой ликвидности европейским банкам сроком на три месяца. "Но проблема в том, что это решение фактически будет осуществляться только в октябре — первый аукцион ЕЦБ проведет 12 октября. А сегодня мы видим, что нехватка долларов ощущается, и взять их неоткуда,— рассуждает экономист.— Я не исключаю, что давление на рубль связано с тем, что "дочки" европейских банков начинают покупать для материнских организаций доллары внутри России".

"Естественно, курс рубля снижается к бивалютной корзине, чтобы не было спекулятивного момента, арбитража. Но, думаю, главное, что двигает курс рубля вниз,— это рост спроса на доллары, а не на евро",— подчеркивает Владимир Тихомиров.

Среди других факторов, которые могли бы повлиять на ситуацию,— сезонное ухудшение соотношения импорта и экспорта (осенью импорт традиционно больше), а также возможные покупки валюты для предстоящих выплат по зарубежным кредитам. Но долговая проблема, которая три года назад серьезным образом спровоцировала девальвацию рубля, сейчас вполне управляема, отмечает Тихомиров: "По нашей оценке, на короткие долги, до года, приходится порядка 20% долговых обязательств, а три года назад ситуация была 50 на 50. И если посмотреть на график выплат, нам в четвертом квартале предстоит выплатить по всем долгам, и частному и государственному сектору, где-то порядка $38 млрд против $80 млрд три года назад".

О незначительном влиянии сезонных факторов говорят данные ММВБ: в прошлом году "сезонность" не оказывала столь решительного воздействия на объемы валютных торгов, какое наблюдается сейчас: по сравнению с началом июля рост почти в полтора раза. Кстати, и прогнозы по оттоку капитала в этом месяце до сих пор выглядели относительно скромно: так, данная Райффайзенбанком в середине сентября оценка — более $5 млрд, то есть это меньше, чем в весенние месяцы нынешнего года. "До текущих кризисных явлений, в первой половине 2011 года, в России был довольно серьезный отток капитала. Сейчас ситуация не выглядит лучше, но и хуже не выглядит тоже",— отмечает старший экономист "Тройки Диалог" Антон Струченевский.

Похоже, к соблазнительным играм против рубля подключились спекулянты.

Фундаментальный порядок

Фундаментальные факторы, действующие против российской валюты, в этом году заметно слабее, чем в прошлом, считает научный сотрудник Центра структурных исследований Института экономической политики имени Гайдара (ЦСИ ИЭП) Михаил Хромов. Он говорит, что "падение рубля вызвано скорее краткосрочными движениями спроса на иностранную валюту, нежели фундаментальным отставанием совокупных поступлений иностранной валюты в экономику от совокупного спроса на нее", об этом говорит, в частности, сравнение с показателями предыдущего года. "Сальдо текущего счета платежного баланса в третьем квартале 2011 года, по оценкам ЦСИ ИЭП, снизится до $15-17 млрд по сравнению с $26,3 млрд во втором квартале. Но все равно это гораздо выше третьего квартала 2010 года, когда сальдо текущего счета упало до $5,6 млрд (а в августе 2010 года, по данным ЦБ, вообще было отрицательным),— указывает Хромов.— Кроме того, важно отметить чрезвычайно высокую цену на нефть марки Urals, которая практически все лето и начало сентября не опускалась ниже отметки $100 за баррель, почти в полтора раза превышая уровень соответствующих месяцев 2010 года. При этом за весь третий квартал 2010 года курс рубля к корзине потерял менее 3%. В текущем году только за первые три недели сентября рубль ослабел к корзине на 5,6%. Отток капитала в летние месяцы также не был критически большим — не превышал $3-4 млрд за месяц".

С ним соглашается Владимир Тихомиров: "Сейчас цена на нефть держится на уровнях, вполне приемлемых для России, несмотря на небольшую коррекцию на рынках за последние полтора месяца. Макроэкономическая ситуация не вселяет никакого ужаса. По некоторым отраслям наблюдается небольшое замедление, но в целом экономика продолжает умеренно расти. Финансовая ситуация тоже не вызывает опасений — ни бюджетная, ни в плане платежного баланса".

Когда все это кончится?

Расхождение фундаментальных показателей с рынком дает экспертам основания прогнозировать разворот в движении курса рубля уже к концу этого года. Хотя прежде рубль, скорее всего, протестирует существующие границы "плавающего коридора" — и вернется к уровням порядка 29 руб./доллар, если история с греческими долгами разрешится более или менее благоприятным образом. "Укрепление рубля против бивалютной корзины вполне вероятно, если наступит какая-то определенность с греческими долгами и инвесторы свыкнутся с мыслью, что и это тоже, оказывается, не катастрофа. В итоге интерес инвесторов к развивающимся рынкам, и к России в частности, увеличится",— не теряет оптимизма Антон Струченевский.

Владимир Тихомиров не исключает, что отскок произойдет раньше: во-первых, потому, что запасы рублей у российских банков небезграничны, а во-вторых, из-за предстоящих налоговых платежей (сентябрь — конец квартала). Но опять-таки все это справедливо лишь "при условии, что мы не увидим существенного разрастания кризиса в Европе, потому что, если это произойдет, уже не только иностранные банки в России, но и российские компании начнут перекладываться в доллары".

С фундаментальной точки зрения, добавляет Хромов, "в перспективе ближайших месяцев и кварталов конъюнктура валютного рынка будет во многом зависеть от цен на товары российского экспорта: устойчивое снижение нефтяных цен ниже $100 за баррель сделает реальностью давние опасения аналитиков по поводу обнуления текущего счета российского платежного баланса". Эти опасения разделяет главный аналитик МДМ-банка Михаил Зак: по его мнению, в следующем году нас, вероятнее всего, "ждет дефицит федерального бюджета и ухудшение платежного баланса".

"Объемы частных инвестиций уменьшаются, и экономика может рассчитывать только на государственные инвестиции. Продолжится отток капитала, а нефтяные цены вряд ли удержатся на нынешних уровнях при замедлении в мировой экономики",— прогнозирует он. Все это, по его словам, не исключает коррекции к 29 руб. за доллар, "но надо оставаться наивными, чтобы думать, что рубль окажется сильным в перспективе следующего года".

Но когда — и если — российская валюта, пережив очередной скачок, опять развернется вниз, утешением российским гражданам может стать то, что (если верить подсчетам главного экономиста ИК "Ренессанс Капитал" по России и СНГ Ивана Чакарова, который, заметим, настроен при этом умеренно оптимистично) гибкий валютный курс на 40% уменьшает глубину падения ВВП.