Политическое поведение среднего класса

философия, социология и культурология

ББК 66.01

Ю.Е. Растов

Политическое поведение среднего класса

Ju.E. Rastov

Political Behavior of Middle Class

Рассматриваются основные концепции среднего класса, разработанные в отечественной социологии, в рамках которых имеются качественно неоднозначные теоретико-методологические и методические версии. На основе многолетних эмпирических исследований в Алтайском крае выявляются основные социально-статусные, мировоззренческие и поведенческие характеристики представителей среднего класса. Ключевые слова: социальная стратификация, признаки среднего класса, протестная активность среднего класса.

In the article the basic concepts of middle class developed in domestic sociology in which frameworks there are qualitatively ambiguous theoretically-methodological and methodical versions are considered. On the basis of long-term empirical researches in the Altai Territory the basic socially-status, world outlook and behavioural characteristics of representatives of middle class come to light. Key words: social stratification, middle class signs, protest activity of middle class.

Средний класс современного российского общества - объект многочисленных социологических исследований. Повышенный интерес к нему обусловлен многими обстоятельствами, в том числе неясностью перспектив его политического поведения.

В начале рыночно-демократического реформирования России социологи и политологи практически единогласно полагали, что средний класс - основа социальной стабильности формирующегося общества, главная социальная база государственной власти, проводящей эти реформы [1-3]. Исследователи социальной структуры нашего общества рекомендовали органам власти умножать представительство среднего класса. Об успехах экономических реформ судили прежде всего по показателям роста удельного веса среднего класса среди россиян [4-6].

В конце 90-х гг. ХХ в. и в начале нынешнего господствовало мнение, согласно которому формирование массового среднего класса обеспечит решение всех проблем дальнейшего прогресса нашего общества [6-8]. Например, Л.А. Гордон в 1998 г. говорил: «В конечном счете, очень многое зависит именно от этой группы. Если она провалится в яму бедности, то ... положение может стать критическим. Но если удастся удержать эту промежуточную группу от падения и поднять ее до прежнего уровня существования, ситуация в стране заметно изменится к лучшему. Кстати, поддержать и поднять эту группу гораздо легче, чем категорию социально слабых и бедных. Иными словами, с точки зрения интересов общественной стабильности важнее поддерживать не самых слабых, а тех, кто этого больше всего заслуживает. Конечно, при таком подходе возникает опасность

деморализации общества. Но есть и иная опасность: если сконцентрировать все усилия на спасении самых слабых, то потонут все» (цит. по: [9, с. 56]).

Власть услышала эти рекомендации и осуществила комплекс мер по увеличению численности среднего класса и повышению его социального статуса. Однако нынешняя социально-политическая ситуация побуждает усомниться в точности ранее делавшихся прогнозов о стабилизирующей роли среднего класса. Именно он стал движущей силой последних революций в арабских странах и массовых социальных протестов в США и Европе. Именно его представители были участниками антиправительственных митингов, прошедших в крупных городах России в декабре 2011 и феврале 2012 г. Но примечательно и то, что антиподные, поддерживающие политику правительства публичные акции проведены представителями этого же класса.

В этой связи встает вопрос: «Какие политически значимые действия среднего класса наиболее вероятны в ближайшей перспективе?». Ответ на него осложняется отсутствием однозначного трактования содержания понятия «средний класс», а потому и разделяемой всеми исследователями методики подсчета его численности.

В отечественной социологии сформировалось три концепции среднего класса, в рамках которых имеются качественно неоднозначные теоретико-методологические и методические версии.

Согласно первой, к среднему классу следует относить большинство россиян, не входящих в страты бедных и богатых [1-4; 6]. Простота этой концепции кажущаяся, так как неясны основания стратифицирования населения на указанные группы в контексте со-

Политическое поведение среднего класса

отношения объективных и субъективных показателей. На чем должна базироваться дифференциация уровней материального достатка? То ли на учете размера заработной платы и/или прочих форм доходов (денежных и натуральных), то ли на самооценах респондентами условий своего благосостояния или какой-то совокупности объективных и субъективных критериев? Кроме того, срединность материальной обеспеченности россиян в общероссийском и региональных форматах далека от адекватности. В Алтайском крае, к примеру, средний размер заработной платы сегодня исчисляется 13 тыс. рублей, а в Москве этот показатель в четыре раза выше. И, наконец, отметим теоретико-методологическую некорректность отождествления общественного класса с социальной стратой, отличающейся от прочих страт только уровнем материального достатка.

Вторая концепция среднего класса, разработанная Н.И. Лапиным при участии Г.М. Денисовского, А.Г. Здравомыслова, Т.М. Козырева, В.В. Кол-бановского, В.Ю. Копыловой, М.А. Макаревича, М.Ф. Наумовой и В.А. Ядова, положена в основу Всероссийского мониторинга трансформации социальной структуры. Она предполагает «выделение среднего класса по трем признакам: самоидентификация со средним слоем, уровень образования не ниже среднего специального и материальный уровень, достаточный для жизни» [10, с. 19]. На основе этой концепции разработана и реализуется пяти-стратная методика изучения социальной структуры, предполагающая различение не трех, а пяти слоев населения - «высшего, выше среднего, среднего, ниже среднего и низшего» [10, с. 18]. «Эта методика применялась с 1998 г. и показывала динамичное увеличение в обществе образованного, материально успешного слоя, имеющего соответствующую самоидентификацию. Но ... эта динамика была нарушена. В 2010 г. рост среднего класса составил по сравнению с 2006 г. только 2%, тогда как в предшествовавший 4-летний период (2002-2006) прирост составлял 8 и 13% по сравнению с 1998 г.».

Третья концепция развивает вышеохарактеризован-ные, нацеливает на углубленный анализ социальной структуры, фиксацию существенных социальных различий, имеющихся внутри слоев среднеобеспеченных, богатых и бедных. На ее основе разработаны шести-стратная и семистратная методики изучения социальной структуры. Речь идет о дифференциации россиян на шесть страт (нищие, бедные, необеспеченные, обеспеченные, зажиточные, богатые) [10, с. 14] либо на семь. В последнем случае средний класс разделяется не на два слоя (обеспеченных и зажиточных), а на три, один из которых близок к страте богатых, другой -к страте малообеспеченных, а третий понимается как «средний средний класс», или как сердцевина среднего класса, его ядро или базовая компонента [6; 9-11].

По заключению социологов, использующих семи-стратную методику (автор этих строк относится к их числу), ядро среднего класса ныне составляют:

- во-первых, частные предприниматели всех отраслей экономики, в том числе фермеры;

- во-вторых, топ-менеджеры государственных, акционерных, смешанных, муниципальных и иных предприятий (директорский корпус);

- в-третьих, высококвалифицированные специалисты крупных предприятий всех форм собственности и управления - инженеры, технологи, менеджеры, программисты, рекламисты, логисты, рабочие экстракласса (рабочая аристократия) [2; 3; 7; 8; 11].

Периферию среднего класса образуют:

- интеллигенты, работающие в бюджетных и коммерческих организациях (врачи, учителя, журналисты, ученые и т.п.);

- чиновники государственной и муниципальной власти, занимающие должности среднего и низшего рангов;

- офицерский состав силовых структур [8; 9; 12].

Средний класс, как видим, - создатель и охранитель материальных и духовных ценностей общества, а также активный их потребитель. Без его участия немыслима ни технико-технологическая, ни социально-организационная модернизация экономики и социальной сферы. Социологические исследования, проведенные автором этих строк в Алтайском крае, дают эмпирический материал для заключений, согласно которым большинство среднего класса составляют люди:

а) мужского пола в возрасте от 25 до 50 лет, живущие главным образом в крупных городах1;

б) имеющие минимум компетенций (профессиональных, организационных, общекультурных, финансово-экономических, юридически-правовых), необходимых для производственной деятельности;

в) адаптировавшиеся к условиям рыночной конкуренции и достигшие таких успехов, что теперь им есть что терять;

г) ощущающие угрозу ухудшения своего материального положения, снижения социального статуса и ограничений свободы личности;

д) индивидуалистичные, ставящие собственные интересы выше корпоративных, а последние - выше общественных;

е) прагматичные, ориентированные на материальное обогащение себя и своей семьи, исповедующие культы пользы и выгоды;

ж) амбициозные, выдвигающие более высокие цели после достижения ранее поставленных;

з) повышенно требовательные к окружающим и органам власти, призванным улучшать условия их деятельности;

1 Аналогичный вывод сделан Л.А. Беляевой по материалам Всероссийского мониторинга [11, с. 19].

философия, социология и культурология

и) не ставшие устойчивым электоратом ни правящей партии, ни какой-либо оппозиционной.

Вместе с тем социологические исследования выявили заинтересованность подавляющего большинства среднего класса:

- в недопущении социальной революции, и дальнейшем эволюционном развитии нашего общества по капиталистическому пути;

- ограничении засилия олигархов, монополистов, криминалитета и коррумпированных бюрократов, мешающих развитию не только среднего класса, но и всего российского общества;

- демократии, обеспечивающей свободу личности.

Примечательны выводы упоминавшегося выше

Всероссийского мониторинга, инструментарий которого предполагал респондентам «сделать выбор между свободой и безопасностью. Данная дихотомия была представлена как функция государства, и выбор был довольно сложным, учитывая криминальную обстановку во все годы реформ. И, тем не менее, в целом идет увеличение численности сторон-

ников свободы (в 2010 г. - 32%), а в среднем классе ... 38%» [11, с. 20].

Подведем итог. Первопричиной переживаемого ныне всплеска протестной активности среднего класса является несоответствие политики государственной власти его коренным, смысложизненным интересам. Недовольство нарушениями законодательных норм, допущенными при выборах Госдумы, - не причина, а повод для выражения его социального протеста.

Средний класс потенциально способен как дестабилизировать, так и стабилизировать социально-политическую жизнь и государственную власть. Опорой государственной власти он может стать при условии реализации ею антиолигархического, антикоррупционного, антибюрократического и демократического развития общества, а также региональных социальных программ, нацеленных на удовлетворение потребностей не только ядра, но и периферийных групп среднего класса в регионах Российской Федерации. В противном случае наметившийся конфликт среднего класса с государственной властью усилится.

Библиографический список

1. Шкаратан О.И., Радаев В.В. Социальная стратификация. - М., 1994.

2. Социальная структура и стратификация в условиях формирования гражданского общества / отв. ред. З.Т. Голенкова. - М., 1995.

3. Социальная стратификация современного российского общества / отв. ред. Л.А. Беляева. - М., 1995.

4. Староверов В.И. Трансформация социальной структуры постсоветского общества: теоретико-методологические и концептуальные посылки исследования. -М., 1995.

5. Трансформация социальной структуры и стратификация российского общества. - М., 1996.

6. Рыбалов Д.Е. Средний класс России: тенденции и перспективы развития. - М., 1998.

7. Средний класс в современном российском обществе / под ред. М.К. Горшкова, Н.Е. Тихоновой, А.Ю. Чепурко. - М., 1999.

8. Тихонова Н.Е. Факторы социальной стратификации в условиях перехода к рыночной экономике. - М., 1999.

9. Тихонова Н.Е., Мареева С.В. Средний класс: теория и реальность. - М., 2009.

10. Динамика социальной структуры и трансформация общественного сознания («круглый стол») // Социологические исследования. - 1998. - №12.

11. Беляева Л.А. Динамика отношения россиян к социально-экономическим и политическим изменениям // Социологические исследования. - 2011. - №10.

12. Беленький В.Х. Социальная структура российского общества: состояние и проблемы теоретической разработки // Социологические исследования. - 2006. - №1.