Арабские глагольные конструкции на примере глаголов модели fa‘ula

ФИЛОЛОГИЯ И КУЛЬТУРА. PHILOLOGY AND CULTURE. 2012. №3

УДК 81’367.4

АРАБСКИЕ ГЛАГОЛЬНЫЕ КОНСТРУКЦИИ НА ПРИМЕРЕ ГЛАГОЛОВ МОДЕЛИ РА‘иЬА

© И.Р.Зарипов

В статье исследователь рассматривает особенности функционирования глаголов модели fa‘ula в арабском литературном языке; обосновывается воздействие лексического содержания на конструктивность и синтаксическое окружение этих глаголов; описывается глагольная конструкция, в которой глагол модели fa‘ula не обозначает действие, протекающее во времени.

Ключевые слова: глагол модели fa‘ula, функционирование, семантика, предлог, длительное, постоянное состояние, синтаксическая конструкция.

В трудах по арабскому языку при рассмотрении вопроса о конструктивности глагола модели fa‘ula и его синтаксическом окружении отмечается, что глаголы данной модели, обозначающие длительное и/или постоянное состояние, являются непереходными [1: 289; 2: 44; 3: 33].

Однако в исследованиях не уделено достаточного внимания синтаксическим структурам, которые ограничивают количество употребляемых форм глагола модели fa‘ula, и практически не рассматриваются глагольные конструкции, в которых данный вид глагола не употребляется.

Наличие у глагола модели fa‘ula глагольных грамматических категорий лица, наклонения, времени и залога позволяет считать, что глаголы этой модели функционируют аналогично остальным глаголам I породы. Так, глагол модели fa‘ula встречается в составе предикативного ядра простого и сложного предложения. Например, в предложении: dahuma gismu ’al-musari‘ [4] ‘Тело борца было большим’ глагол dahuma ‘быть большим’ выступает в качестве глагола-сказуемого простого предложения. Глагол kasura ‘быть частым’ занимает позицию глагола-сказуемого во второй части сложносочиненного предложения: wa hazihi ’az-zurüfu min

muta‘alliKäti ’al-’af‘al, wa lakin kasura ’isti‘mäluhä wahdaha <... > [5: 125] ‘Эти обстоятельства зависимы от глаголов, но было частым их отдельное употребление <...>’. Глагол ‘azuma ‘стать великим’ является глаголом-сказуемым в придаточном предложении: ’al-hadimatu sarrun Kad

‘aguma ‘Служанки - зло, которое уже стало великим’ [6].

Глаголы модели fa‘ula используются в условных синтаксических конструкциях. При этом они занимают позицию глагола-сказуемого как в первой части сложноподчиненного предложения, например: ’ayna yaksur ’al-muta‘attilüna tantasir ’al-garma [7: 54] ‘Где безработные будут многочисленны, распространяется преступность’,

так и во второй, например: <...> fa ’in tala‘a ’alfagra haruma ’’al-gima ‘ ‘<...> и когда наступит рассвет, половой акт будет запретным’ [8]; man yahan yashul ’al-hawana ‘alayh букв. ‘Кто слаб, того будет легко унизить’ [7: 73].

Таким образом, глагол модели fa‘ala, выступая в качестве глагола-сказуемого, функционирует, подобно глаголам модели fa‘ala и fa‘ila, в простом и сложном предложении.

Однако, как отмечалось ранее, глаголы модели fa‘ala характеризуются непереходностью, которая обусловлена тем, что они называют состояние, не предполагающее объекта, выраженного формой винительного падежа. Поэтому синтаксическая конструкция с глаголом модели fa‘ala не содержит прямого дополнения, например: ’ilahi ‘azama ’al-bala’a wa bariha ’al-hafa’ <...> ‘О Боже, несчастье стало большим, тайна стала явью <...>’ [9].

Между тем арабские грамматисты в качестве исключения приводят выражение: rahabatka ’addar букв. ‘Да будет просторен для тебя дом’, в котором глагол rahaba ‘быть просторным’ выполняет функцию переходного глагола. ’Ахмад Мухаммад ’Ал-Файйумй и ’Ас-Саййид ’Амйн ‘Алй объясняют правомерность такого употребления тем, что в данной конструкции опущен предлог bi ‘c’, используемый с глаголом rahaba ‘быть просторным’. Вследствие этого выражение rahabatka ’ad-dar стало сокращенным вариантом от rahabat bika ’ad-dar ‘Да будет просторен для тебя дом’, который возник как результат частого употребления этого высказывания [10: 84; 11: 42], хотя при отглагольных преобразованиях употребление предлога bi ‘c’ сохранилось, например: marhaban bik! ‘Добро пожаловать!’

Вместе с тем некоторые арабские исследователи считают, что глагол модели fa‘ula может стать переходным, в случае его употребления вместо синонимичного ему переходного глагола. В качестве аргумента приводится следующий

пример: talu ‘a ’al-Kamaru ’al-yaman букв. ‘Луна достигла Йемена’. Глагол talu‘a непереходный, однако, после того как он был употреблен в значении глагола halaga ‘достигать’, стал переходным [12: 170].

По-видимому, этот тезис сформулирован не совсем верно, поскольку в арабском словаре ’ал-Мунджид приводятся только два вариантных глагола tala ‘a и tali ‘a в значении halaga ‘достигать’, тогда как поиск глагола talu‘a оказался безрезультатным [13: 470].

С другой стороны, если допустить употребление непереходного глагола в функции переходного, то, на наш взгляд, это обосновывается тем, что в арабском языке глагол, обслуживаемый предлогом, употребляясь без него, функционирует как переходный глагол. Ср.: wa ’ammä man ga’aka yas‘a, wa huwa yahsä [14: 585] ‘А тот, кто приходит к тебе со тщанием и испытывает страх’ [15: 421-422] и ruwiya ’anna ragu-lan ga’a ’ila ‘umara yasku huluKa zawgatih [16] ‘Рассказывают, что (некий) человек пришел к Умару пожаловаться на нрав своей супруги’. Причем в последнем примере глагол saka ‘жаловаться’, обслуживаемый предлогом min [17: 399], приводится без него.

Таким образом, функционирование непереходного глагола в качестве переходного обусловливается не синонимией двух глаголов, а способностью арабского глагола, управляющего предлогом, употребляться без него. При этом переходное значение в глагольной семантике не реализуется.

Сопоставительный анализ предложений с вариантными глаголами Karuha и Kariha ‘приближаться’ показывает, что в арабском языке глагольная вариация также имеет свое отражение в синтаксисе. Несмотря на идентичность семантики вариантных глаголов, они могут функционировать по-разному. Глагол модели fa‘ula сохраняет функцию непереходного глагола, тогда как его вариантная пара может употребляться как переходный глагол. Ср.: <...> катыЪа ’iftitahu muntadayat ‘<...> приблизилось открытие форумов’ [18]; fa Kad катыЪа ’ar-rahilu, wa zuhiba bi sä‘äti ’al-‘umr [19] ‘Вот уже приблизилась смерть, часы жизни истекли’ и <... > wa la taurabä hazihi ’as-sagarata fa takünä min ’az-zalimm [14: 6] ‘ <...> но не приближайтесь к этому дереву, чтобы не оказаться из неправедных’ [15: 8]; <...> wa la taurabu ’al-fawähisa ma zahara minha wa ma hatana [14: 148] ‘не приближайтесь к мерзостям, к явным из них и тайным’ [15: 99].

В арабском языке встречаются конструкции с глаголом модели fa‘ula, которые содержат кос-

венное дополнение, выраженное предложнопадежной формой. При этом дополнение может следовать как за глагольным подлежащим, например: <...>li ta‘umma ’al-fa’idatu min tilka ’al-ma‘agim, wa tashula ’al-muraga‘atu fiha [20: 102] ‘<...> чтобы польза от этих словарей была общей, а обращение с ними было легким’, так и располагаться между глаголом и глагольным подлежащим, например: law kana ‘aradan Kanban wa safaran Kasidan la-’ittaba‘üka wa lakin ba‘udat ‘alayhim ’as-suKKa [14: 194] ‘Если направление было близким и путь умеренным, они последовали бы за тобой, но далеко для них расстояние’ [15: 130].

Между тем следует отметить, что предлог ‘ala ‘на’, обслуживая глагол модели fa‘ula, приобретает значение предлога li ‘для’, который выражает дательный падеж, например: wa huwa nizamun mu‘aKKadun yas‘ubu ‘ala ’al-bahisina ’al-‘usüru ‘ala dallatihim fih [20: 100] ‘он представляет собой сложную структуру, в которой исследователям бывает затруднен поиск искомого (слова)’.

В результате синтаксического разбора предложений с глаголом модели fa ‘ula, управляющим предложно-падежной формой, выявилось, что глагольное подлежащее в таких конструкциях обозначает не живое существо, например: ‘azuma ‘alayhi ’al-’amr ‘Дело оказалось большим для него’, в противном случае оно заменяется косвенным дополнением, например: yahsunu bina ’an narnl букв. ‘Нам будет уместно, если мы скажем’ [17: 158]. Это обусловливается спецификой лексического значения глагола модели fa‘ula, который содержит статичный, неподвижный признак.

Как правило, в русском языке стативные причастия, выражающие значение состояния, не передают грамматического значения страдательности [21: 10]. Этот языковой факт по аналогии можно применить в рассмотрении конструкций с глаголами модели fa‘ula в арабском языке. Так, не говорят, например: duhima gismuh, имея в виду ‘Его тело было большим’, поскольку данное значение передается формой глагола действительного залога dahuma gismuh ‘Его тело было большим’. Следовательно, глагол модели fa‘ula, не имея в своей парадигме форм страдательного залога, не образует пассивных конструкций. Соответственно, он употребляется только в активе.

Более того, стативные глаголы модели fa‘ula, в отличие от глаголов других моделей, не употребляются без предлога в конструкциях с вспомогательным глаголом kana ‘быть’. Ср.: kana yahsunu ‘alayh ‘Ему было бы хорошо’, но не ’ahmadu kana yahsunu букв. ‘Ахмед был был хорошим’.

Следовательно, глаголы модели fa‘ula не употребляются без предложно-падежной формы в таких синтаксических конструкциях, как:

1. Kana yaf‘alu, в которой реализуется прошедшее длительное время: вспомогательный

глагол kana ‘быть’ в форме перфекта + основной глагол в форме имперфекта;

2. Kana Kad fa‘ala, передающая давнопрошедшее время: глагол kana ‘быть’ в форме перфекта + подтвердительная частица Kad ‘уже’ + основной глагол в форме перфекта;

3. (Sa)yakünu Kad fa‘ala, обозначающая будущее перфектное время: глагол kana ‘быть’ в форме имперфекта + подтвердительная частица Kad ‘уже’ + основной глагол в форме перфекта;

4. Kana sayaf‘alu, выражающая будущее в прошедшем: глагол kana ‘быть’ в форме перфекта + основной глагол в форме имперфекта с префиксом sa.

На наш взгляд, отсутствие в арабском языке таких конструкций с глаголами модели fa‘ula объясняется тем, что изменение состояния по различным временным фазам в семантике глаголов модели fa‘ula, обозначающих постоянное и/или длительное состояние, в нормальных условиях не фиксируется.

Данное обстоятельство касается всех подобных kana ‘быть’ вспомогательных глаголов типа sara ‘стать’ и ’asbaha ‘стать’. По-видимому, лексико-грамматическая несовместимость глагола типа kana ‘быть’ с глаголом моделиfa‘ula в конструкции, в которой наличествует действующее лицо, имеет семантическое основание, поскольку глаголы бытия и становления, подобно глаголам модели fa‘ula, характеризуют состояние субъекта длительностью. Эта идея также подтверждается тем, что в словаре ’ал-Мунджид глаголы kana ‘быть’ и sara ‘стать’ участвуют в передаче значений глагола модели fa‘ula, например: sagu‘a -kana gari’an ‘быть смелым’ [13: 375], sarufa -sara za saraf ‘стать благородным’ [13: 383].

Таким образом, совмещение глагола модели fa‘ula с глаголом типа kana ‘быть’ становится возможным только в безличной синтаксической конструкции, как: глагол kana + глагол модели fa‘ula + предложно-падежная форма. Например: kanayas‘ubu ‘alayh ‘Ему было тяжело’. При этом глагол модели fa‘ula всегда функционирует только в третьем лице единственном числе и в зависимости от рода глагольного подлежащего в мужском или женском роде.

’Ибн ‘Акйл отмечает, что глагол модели fa‘ula употребляется в конструкции, которая служит для выражения восхищения и порицания. В данной конструкции в морфологическом, семантическом и синтаксическом плане глаголы модели fa‘ula

функционируют как глаголы ni‘ma ‘как прекрасен’ и bi’sa ‘как плох’. С точки зрения морфологии они употребляются лишь в форме перфекта в третьем лице единственном числе мужском или женском роде. Например: sarufa ’ar-ragulu zayd ‘Какой благородный человек Зайд’ и la’uma ’ar-ragulu bakr ‘Какой подлый человек Бакр’ [22: 168].

Как видно из примеров, в семантическом отношении глаголы модели fa‘ula, выражая значение восхищения или порицания, теряют значение состояния, протяженного во времени, тем самым выходят за рамки глагольной семантической зоны и этим качественно сближаются в свойстве, обозначенном прилагательным, например: sarifun ‘благородный’, la’imun ‘подлый’.

Согласно арабской грамматической традиции, в конструкции восхищения и порицания глагол и глагольное подлежащее образуют глагольную комплексную единицу, которая выступает в качестве именного сказуемого. Причем подлежащее именного предложения в данной конструкции занимает позицию после глагольного подлежащего. При этом глагольным подлежащим может быть отдельное существительное в определенном состоянии как в предыдущих примерах, существительное в составе изафетной конструкции, например: sarufa gulämu ’ar-raguli zayd ‘Как благороден мальчик (этого) человека

- Зайд’ либо скрытое местоимение [22: 168], которое, на наш взгляд, можно трактовать как грамматическую категорию третьего лица, выражаемую морфемой -а (фатхой) при третьей корневой согласной в перфектной форме глагола, например: hasunat mustaKarran wa muKaman [14: 366] ‘Прекрасно это как пребывание и место’ [15: 251] букв. ‘Как прекрасен он (т.е. рай) местом нахождения и пребывания!’

Следует отметить, что в этих конструкциях подлежащее именного предложения не упоминается в том случае, если оно понимается из контекста. Например: ’ülä’ika lahum gannätu ‘adnin tagri min tahtihim ’al-’anharu yuhallawna fiha min ’asawira min zahabin wa yalbasüna siyaban hudran min sundusin wa ’istabraKin muttaki ’ina fiha ‘ala ’al-’ara’ik, ni‘ma ’as-sawäbu wa hasunat mur-tafauan [14: 297] ‘Эти - для них сады вечности, где внизу текут реки; они украсятся там в браслеты из золота и облекутся в одеяния зеленые из атласа и парчи, возлежа там на седалещах. Прекрасна награда, и хорошо убежище!’ [15: 200]. Дословная интерпретация упомянутой конструкции восхищения выглядит так: ‘Какая прекрасная награда - (сады вечности) - и как хороши они местом пребывания!’

В таких конструкциях слово в позиции выделительного дополнения (араб. ’at-tamyiz) вносит

дополнительную семантическую нагрузку, например: wa hasuna ’ülä’ika raftnan [14: 89] ‘И сколь прекрасны они как товарищи’ [15: 61]. Причем это дополнение выступает в единственном числе мужском роде, как в предыдущих примерах, или в женском, например: kaburat ka-limatan tahrugu min ’afwähihim [14: 294] ‘Велико это как слово, выходящее из их уст!’ [15: 198].

Таким образом, конструкция с глаголом модели fa‘ula, выражающая значение восхищения или порицания, сходна с конструкциями модели mä ’afalahu и ’af‘il bih, передающими значение удивления в том, что в реализации значения участвует вся синтаксическая конструкция. Поэтому данные конструкции имеют определенную синтаксическую структуру, обусловленную грамматическим строем языка.

Глаголы, употребляемые в конструкции восхищения и порицания, не изменяются по грамматическим категориям лица, наклонения, времени, залога, числа и не обслуживаются предлогами, хотя в зависимости от рода подлежащего глагол употребляется в мужском или женском роде.

Представленный материал позволяет сделать следующие выводы:

1. Глагол модели fa‘ula аналогично глаголам модели fa‘ala и fa‘ila выступает в качестве глагола-сказуемого в простых и сложных предложениях.

2. Содержание в глаголе модели fa‘ula значений длительности и непереходности значительно сужает круг его синтаксического окружения, вследствие чего перечень потенциально возможных глагольных конструкций сокращается.

3. Глагол модели fa‘ula образует синтаксическую конструкцию, которая выражает значение восхищения или порицания. При этом глагол не обозначает действие, протекающее во времени, что сближает его с категорией прилагательного.

1. ’As-SâKï Fadil Mustafa. ’Açsâm ’а1-ка1ат ’а1-‘агаЫу min Ьау§и ’а§-§ак1 wа ’а1^а^а. (Формы и функции частей арабской речи). - ’A1-Kahira: МаМаЬа ’Bl-Hanigiy, 1985. - 412 с.

2. Юшманов Н.Ю. Грамматика литературного арабского языка. 3-е изд. - М.: Наука, 1985. - 176 с.

3. Bah1ou1 M. Structure and function of the arabic verb.

- London-New York: Rout1edge Tay1or and Francis Group, 2008. - 228 p.

4. ’Al-Ma‘am (Электронные словари арабского языка) // URL: http://www.a1maany.com/home.php? 1an-guage=arabic&1ang_name=%D8%B9%D8%B1%D8 %A8%D9%8A&word=%D8%B6%D8%AE%D8%A 7%D9%85%D8%A9&type_word=0 (дата обращения 03.02.2012).

5. ’Ibrahim ,аs-Sämarrä’ï. ’8l-Fi‘l: zamanuhu wa ^bni-yatuh. (Глагол: временные и производные формы). - Bаgdäd: Mаtbа‘а ^-‘Ärn, 1966. - 252 с.

6. ’Äl-gädimätu sarrun rad ‘azuma (Служанки - зло, которое уже стало великим) // Muntadayat Zahran // URL: http://www.zahran.org/vb/zahran16436.html (дата обращения 16.10.2011).

7. ’Al-Kawa^d ^-^sasiyya fi ’аи^аїте wа ’ав-вагі" wа ’аММпЪ ‘аlаyhä. (Основные правила и упражнения по грамматике и морфологии). g. 1. - ’al-Gаmähшya ’аl-lïbiyya: ’Amarn ’аМаЧт, 1984. -250 с.

8. Hal yagüzu ’al-gima‘ hilal sahr ramadan? (Допускается ли половой акт во время месяца Рамазан?) // ’Àl-’Islâm su’al wa gawab // URL: http://www.islamqa.com/ar/ref/23339 (дата обращения 16.10.2011).

9. Hamed Mahmoodi. ’Ilahi ‘azuma ’al-bala’u wa bariha ’al-hafa’ (О Боже, несчастье стало большим, тайна стала явью) // URL: https://plus.google.com/ 113380868098528522110/posts/Pk3T48iuHyj#11338 0868098528522110/posts/Pk3T48iuHyj (дата обращения 16.10. 2011).

10. ’Âhmad Muhammad ’al-FаyyйmI. ’al-Misbah ’al-munir (Яркий светильник). -Baymt: Dar ’al-Kalam, б.д. - 979 с.

11. ’As-Sayyid ’Amin ‘Ali. Tаsrгf ’аЪйЧ. (Глагольная морфология). - ’al-Kahira, 1974. - 1б4 с.

12. ‘Аbbas Hasan. ’an-Nahw ’al-wafi. (Подробная грамматика). g. 2. - Misr: Dar ’al-Ma‘arif, 1975. -600 с.

13. ’Al-Mungid fi ’al-luga wr ’аl-’а‘lam. (Современный энциклопедический арабский словарь). - Baymt: Dar ’al-masriK, 1998. - 1728 с.

14. ’Al-Kur’an ’al-karim. (Коран). - ’al-Madïna ’al-munawwara: Magma ‘ ’al-malik Fahd, 2002. - б20 c.

15. Коран / пер. И.Ю. Крачковский. - М.: Восточная литература, 1963. - 448 с.

16. Ragul yasM huluKa zawgatih (Человек жалуется на нрав своей супруги) // Muntadayat sayyidati // URL: http://forum.sedty.com/t472134.html (дата обращения 19.03.2012).

17. Баранов Х.К. Арабско-русский словарь. - Ташкент: Камалак, 1994. - 912 с.

18. Ayshah Fahmi // Formspring // URL: http://www.formspring.me/r/http-www-w-teqanea-com-vb-3-11-1432-1-10-2011/244298251279283347 (дата обращения 16.10.2011).

19. Karuba ’ar-rahil (Приблизилась смерть) // Muntadayat misr li ’al-gamï‘ // URL:

http://e4ll.net/vb/showthread.php?t= 17702 (дата обращения 16.10. 2011).

20. ‘Abd ’а^аШ" ’Ahmad ’8s-Suwayrif. ’аt-Таdrïbät ’аЬ lugаwiyyа. (Языковые упражнения). - Tаräbulus: Kulliya ’ad-da‘wa ’al-’islamiyya, 2002. - 319 с.

21. Сазонова И.К. Русский глагол и его причастные формы: Толково-грамматич. сл. - М.: Русский язык, 1989. - 590 с.

22. ’Ibn ‘Акіі. Sarh ’Ibn ‘Акіі ‘ala ’alfiyya ’Ibn Malik. (Комментарий ’Ибн ‘Акйла к поэме в 1000 стихов ’Ибн ЫЭлика). g. 2. - Baymt: ’al-Maktaba ’al-‘asriyya. - 686 с.

ARABIC VERBAL CONSTRUCTIONS BASED ON FA‘ULA-PATTERN VERBS

I.R.Zaripov

In this article the author analyses the peculiarities of the fa‘ula-pattern verb function in the Arabic literary language. The author proves that the lexical content has influence on their constructability and syntactic environment. Verbal constructions in which the fa‘ula-pattern verb does not denote the quality occurring over time are also described.

Key words: fa‘ula-pattern verb, function, semantics, preposition, lasting, permanent state, syntactic construction.

Зарипов Ильнур Ренатович - аспирант кафедры арабской филологии восточного факультета Санкт-Петербургского государственного университета.

E-mail: ilnurspb@mail.ru

Поступила в редакцию 25.04.2012