Организация деятельности общественно-педагогических объединений российского зарубежья в Китае в 1920-1940-е гг

О. А. Косинова

ОРГАНИЗАЦИЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ОБЩЕСТВЕННО-ПЕДАГОГИЧЕСКИХ ОБЪЕДИНЕНИЙ РОССИЙСКОГО ЗАРУБЕЖЬЯ В КИТАЕ в 1920-1940-е гг.

Статья посвящена вопросу организации деятельности общественно-педагогических объединений российской эмиграции в Китае. Общественная деятельность российских педагогов в Китае началась на рубеже Х1Х-ХХ вв. Первые общественные инициативы возникли на северо-востоке Китая. До эмиграции были заложены основы этой деятельности. В период эмиграции общественная деятельность российских педагогов распространилась на другие центры проживания россиян в Китае. Наиболее крупным центром оставался Харбин. Советское влияние и японская оккупация существенно повлияли на возможности общественно-педагогического движения.

В конце XIX в. на северо-востоке Китая, по линии Китайской Восточной железной дороги (далее - КВЖД) возникла область российской культурно-образовательной деятельности. В регионе стали создаваться образовательные и воспитательные учреждения, развернули свою деятельность профессиональные педагоги, были учреждены органы управления образованием, ответственные за проведение российской образовательной политики. Железнодорожные школы были в ведении Учебного отдела Правления КВЖД, организованного в 1906 г., муниципальные - с 1908 г. подчинялись Харбинскому общественному управлению.

Практически сразу, с 1907 г. в Маньчжурии возникла практика ежегодных летних учительских съездов. Инициатором их проведения был начальник Учебного отдела Н. В. Борзов. Идею активно поддержало учительское сообщество. Тематика съездов была достаточно обширна: устройство школ и детских площадок; программа начальной школы; включение дополнительных предметов, в том числе востоковедения, в школьный курс, их методическое обеспечение; дисциплина учащихся, школьные наказания, их виды и педагогическая целесообразность; постановка внеклассной и внешкольной воспитательной работы и др. Учительские съезды были первой формой организации общественной инициативы российских педагогов.

Отношение к общественно-педагогической деятельности в Маньчжурии наглядно иллюстрирует выдержка из статьи в журнале «Железнодорожная жизнь на Дальнем Востоке» за

КОСИНОВА Оксана Анатольевна - кандидат педагогических наук, доцент по кафедре педагогики и психологии высшей школы Московского гуманитарного университета © Косинова О. А., 2008

1908 г: «Правильная постановка обучения, основанная на истинно-педагогических началах, может осуществиться при усиленной совместной работе учителей-воспитателей и взаимном критическом обсуждении их труда. Одним из лучших средств такой объединенной критической работы является особый печатный отчет, выпускаемый не менее одного раза в год перед началом занятий соединенными усилиями не отдельных лиц, а всей корпорации, серьезно и искренно озабоченной распространением просвещения и правильной постановкой его» [1].

На одном из съездов в августе 1908 г. было создано Маньчжурское педагогическое общество, издававшее свой журнал «Просветительное дело в Азиатской России». Маньчжурское педагогическое общество начало свою работу в 1910 г. Первый период его деятельности закончился в 1918 г. Основными направлениями работы были научное и культурно-просветительское. Деятельностью учительских съездов и Маньчжурского педагогического общества были заложены основы российской общественно-педагогической инициативы в Маньчжурии.

После февральской революции 1917 г. в среде педагогов Маньчжурии распространились идеи демократизма, самоуправления, выборности органов власти и управления образованием. В период с марта по декабрь 1917 г. на Дальнем Востоке было организовано несколько учительских съездов под лозунгами представительства педагогов в сфере образования, широкого привлечения общественности к решению педагогических проблем, развития школы как самоуправляемой структуры и др. В процессе работы съездов были созданы советы учительских депутатов, возникли также Учительский союз полосы отчуждения КВЖД и Временный школьный комитет. Данная деятельность была нацелена на замену «старой» системы управления образованием, которую представлял в Маньчжурии Учебный отдел, новыми структурами.

Процессы, происходившие в педагогической среде дальневосточного региона, отражали стремление российского общества к переустройству. Однако направленность, принципы и степень изменений понимались по-разному. Учебный отдел и его начальник, одновременно директор харбинских коммерческих училищ Н. В. Борзов, видели в деятельности Учительского союза нарушение основного принципа руководства образованием - принципа профессионализма педагогической деятельности.

Педагог и историк образования российского зарубежья в Маньчжурии Н. П. Автономов отмечал, что увлеченность педагогов в этот период политической деятельностью и выяснением своего гражданско-правового статуса фактически

О. А. Косинова. Организация деятельности общественно-педагогических объединений.

прекратила работу Маньчжурского педагогического общества. Общество перестало собираться, деятельность сузилась до издания журнала [2].

Короткий перерыв в общественной работе российских педагогов на северо-востоке Китая знаменовал собой переход к новому периоду деятельности - периоду эмиграции. В 1918-1919 гг. общественная инициатива деятелей образования активизируется. Был создан Педагогический клуб, возобновило свою деятельность Маньчжурское педагогическое общество. По инициативе Учебного отдела в 1918 г. был создан Комитет по учреждению высшего учебного заведения в г. Харбине (председатель Н. В. Борзов). Результатом его деятельности стало основание в Харбине первого российского вуза - Юридического факультета.

Значительный приток российских эмигрантов в полосу отчуждения КВЖД в 1919-1920 гг. изменил ситуацию в среде педагогов. Прежде всего, среди беженцев было большое количество деятелей образования. Значительный процент интеллигенции как отличительную особенность дальневосточной российской диаспоры отмечают в своих исследованиях В. П. Иванов, Н. В. Курамина, А. А. Хисамутдинов. С другой стороны, большое количество педагогов и ограниченные возможности по расширению образовательной деятельности создали ситуацию конкуренции.

Вновь прибывшие на линию дороги беженцы образовали в 1920 г. Союз учителей КВЖД. Этому предшествовала негативная оценка деятельности Учительского союза. В материалах работы Союза учителей говорилось: «За время своего существования до 1920 г. он (Учительский союз. - О. К.) не обнаружил никакой педагогической работы, не проявил интереса ни к экономическому, ни к правовому положению учащихся. Общие съезды членов Союза, созываемые Правлением, никогда не имели установленного кворума, и, тем не менее, на них, вопреки уставу, вносились постановления по таким важным вопросам, как исключение из Союза отдельных лиц и целых групп учителей по мотивам политического свойства... И чем более руководители небольшой группы говорили от имени "организованного учительства" полосы отчуждения, тем сильнее сознавалась учителями железной дороги и других школ потребность действительного профессионального учительского союза, который резко отмежевался бы от политики и занялся своим профессиональным делом» [3].

Разницу между целями Учительского союза и Союза учителей показывает анализ уставов этих организаций. Учительский союз видел свою основную цель в «распространении просвещения среди населения названной полосы отчуждения

с организацией этого дела на демократических и современных научно-педагогических основаниях, и заведования им на коллегиальных и выборных началах» [4]. Союз учителей был нацелен «на содействие развитию дела народного образования на чисто педагогических основаниях...» [5].

Если Учительский союз подчеркивал новизну своих принципов, то Союз учителей, в сущности, повторил традиционную для общественно-педа-гогической организации идею. Кроме того, Учительский союз допускал сотрудничество с аналогичными организациями Советской России (ст. XII п. 45). Союз учителей такое сотрудничество считал для себя невозможным как раз в силу политизированного и идеологизированного характера советского образования.

Руководство Учительского союза рассматривало свою организацию, прежде всего, как социально-политическую структуру. Это привело к подмене имманентных общественно-педагогичес-кому движению функций широкими социально-политическими задачами, что фактически погубило эту организацию. Она потеряла авторитет как объединение педагогов.

Дискредитации Учительского союза способствовала также попытка провести забастовку учителей под лозунгом неподчинения требованиям Учебного отдела и организации других органов управления образованием. Призыв к забастовке не нашел отклика в среде большинства российских педагогов. Учительский союз прекратил свое существование. Основным объединением педагогов в Маньчжурии 1920-х гг. стал Союз учителей, поддержанный Учебным отделом.

Общественно-педагогическое движение российского зарубежья в Китае продолжило развиваться в 1920-1930-е гг. с опорой на принципы: профессионализма, неполитического характера педагогических объединений, соблюдения профессиональной педагогической этики.

В сфере просвещения кроме Союза учителей активно работали: Комитет образовательных учреждений, Комитет по учреждению высшего учебного заведения в г. Харбине, Общество распространения низшего и среднего образования среди служащих КВЖД, в начале 1920-х гг. на короткий период была восстановлена работа Маньчжурского педагогического общества. Союзом учителей издавался журнал «Вопросы школьной жизни».

Были поставлены следующие задачи: развитие педагогической теории, организация образовательных учреждений, организация внешкольной воспитательной работы с детьми и молодежью, борьба с денационализацией, содействие внедрению современных достижений педагогической науки в практику образования и воспитания, профессиональная подготовка педагогов,

психолого-педагогическое просвещение родителей, налаживание информационно-культурных связей с педагогами российского зарубежья в Западной Европе, защита правовых и экономических интересов педагогов.

В эти годы общественно-педагогическое движение распространилось также на другие города проживания россиян в Китае. В Шанхае, втором по численности российского эмигрантского населения городе Китая, делом образования ведали общественные организации с широким кругом полномочий: Русское просветительское общество, основавшее в Шанхае первую русскую школу, а также Русский эмигрантский комитет.

В Тяньцзине действовала Русская национальная община, занимавшаяся организацией благотворительных мероприятий для нужд образования, просветительских лекций; с 1920 г. был создан Русский школьный комитет, благодаря стараниям которого в городе была открыта русская школа.

В конце 1920-х гг. были созданы русские национальные общины: в Тяньцзине - с 1928 г., Шанхае - с 1929 г. (до этого - Комитет защиты прав и интересов русских в Шанхае). Они занимались устройством благотворительных балов в пользу учебных заведений, основывали приюты, школы, библиотеки. Благодаря этому образовательная деятельность расширялась, в нее вовлекались необразовательные учреждения.

Названные организации были в большей степени общественными, педагоги составляли часть их состава. Однако их деятельность позволила создать в этих центрах проживания россиян пат-ронатные, воспитательные и образовательные учреждения, привлечь к делу управления образованием другие социальные институты российского зарубежья, такие, как церковь, культурные учреждения, национальные общины, развить на базе этого традицию благотворительности, просветительскую деятельность. Созданное культурно-образовательное пространство российского зарубежья позволило бороться с денационализацией молодого поколения, особенно актуальной по причине присутствия в этих китайских городах европейских образовательных учреждений. Немногочисленность педагогов, другие социокультурные и экономические условия проживания на севере и в центральной части Китая сделали невозможным широкую общественно-пе-дагогическую деятельность. Центром общественно-педагогической инициативы российского зарубежья в Китае в 1920-1930-е гг. оставался Харбин.

В 1930-1940-е гг. общественно-педагогическая деятельность российского зарубежья на севе-ро-востоке Китая была, в основном, представле-

на работой Русского учительского общества. Общество сотрудничало с Харбинским комитетом помощи русским беженцам, известным своей нацеленностью на сохранение и развитие российской национальной культуры и неполитическим характером деятельности. Руководителем Общества был директор гимназии имени Ф. М. Достоевского В. С. Фролов.

Общество возникло на основе Союза учителей. В уставных документах прослеживается преемственность целей и задач двух организаций: защита экономических и правовых интересов, объединение педагогов всех ступеней, защита чести и достоинства учителей, взаимопомощь, налаживание диалога с родительским сообществом. Цель печатного органа Русского учительского общества «Вопросы школьной жизни» формулировалась как содействие здоровому, в духе национальной культуры, развитию задач обучения и воспитания молодого поколения, а также удовлетворение духовных запросов педагогов в области личного и школьного совершенствования [6]. Таким образом, созданием Русского учительского общества закреплялась идейная основа общественно-педагогической деятельности российского зарубежья в Китае.

Среди научных тем, представленных на страницах «Вопросов школьной жизни» в это время, были проблемы: исследования и развития психических функций ребенка, его творческих возможностей, факторов депривации личности ребенка и условий их преодоления, создания развивающих программ дошкольного воспитания, сохранения национального содержания образования и воспитания, борьбы с денационализацией и многие другие. В структуре Общества действовала Секция дошкольного воспитания, имевшая экспериментальные площадки по внедрению в практику дошкольного воспитания развивающих идей Ф. Фребеля и М. Монтессо-ри.

Общество отстаивало перед властями Мань-чжоу-Ди-го право российских образовательных учреждений на существование, предотвращая их ликвидацию, открывало отделения гимназий и детские площадки по линии дороги. Общество также заботилось о педагогах. В структуре Общества были организованы драматический и музыкальный кружки: благотворительные постановки учителей помогали им улучшить свое материальное положение. При Обществе было также открыто бюро труда, оно добилось для своих членов льготных условий в части харбинских больниц, учителей-инвалидов определяло в приюты. Таким образом, Русское учительское общество в трудных условиях военного времени внесло свой вклад в сохранение российского эмигрантского педагогического сообщества в Китае,

Т. А. Болдова. Перспективы перехода на двухуровневую систему и внедрение новых технологий.

развитие его научно-педагогической и культурно-просветительской деятельности.

Педагоги российского зарубежья в Китае контактировали с российской диаспорой в Европе. Общественная деятельность педагогов позволяла выявлять общие проблемы: охват всех детей российской эмиграции средними учебными заведениями, учебно-методическое оснащение школ, обеспечение нуждающихся учащихся, привлечение непедагогических организаций к делу образования и воспитания подрастающих поколений и др.

Налаженные контакты позволяли перенимать опыт решения сходных педагогических проблем европейским российским зарубежьем. В частности, почти одновременно действовали программные комиссии Педагогического бюро по делам средней и низшей русской школы за границей в Праге и программные комиссии Комитета образовательных учреждений полосы отчуждения КВЖД. Посредством обмена печатными изданиями, а также личной переписки педагоги российского зарубежья в Западной Европе были хорошо информированы о деятельности коллег на Дальнем Востоке, знали таких педагогов и активных общественных деятелей в Китае, как Н. П. Автономов, В. В. Перемиловский, Г. К. Гинс и др.

Общественно-педагогические организации российского зарубежья в Китае характеризовались внутренним идейным единством, подчиненностью решению сходных педагогических задач, единством действий, налаженными контактами как между центрами проживания россиян в Китае, так и на международном уровне.

В 1930-1940-е гг. сказался фактор военного времени, обусловленный японской оккупацией и Второй мировой войной. Негативное влияние на общественно-педагогическое движение российской эмиграции в Китае оказали: сокращение численности российских эмигрантов из-за дальнейшей эмиграции в Австралию, США или Западную Европу или реэмиграции в СССР, сокращение культурных контактов ввиду условий военного времени, увлеченность части педагогов политическими декларациями Японии. Последнее обстоятельство усилило размежевание в среде российской эмиграции и, в свою очередь, привело к сокращению педагогической инициативы и сужению сферы ее деятельности.

Развитие общественных объединений российских педагогов, начавшееся в конце XIX в., показало постепенное возрастание их активности. В 1920-1930-е гг. в северо-восточной части российской эмиграции в Китае сложилось общественно-педагогическое движение, характеризующееся совокупностью организаций; системой принципов, целей и задач, закрепленных в норматив-

ных документах; включенностью в систему образования российского зарубежья. Общественная активность педагогов базировалась на стремлении сохранить национальное образование и куль-туру в условиях эмиграции. Анализ источников показал следующие направления деятельности: научно-теоретическое, образовательно-воспитательное, культурно-просветительское, а также защиты профессиональных интересов педагогов. Расширение общественной инициативы на другие центры локализации россиян способствовало распространению опыта данной деятельности и закреплению педагогических традиций российского зарубежья в Китае.

Примечания

1. Железнодорожная жизнь на Дальнем Востоке [Текст] // Харбин. 1908. № 9.

2. Вестник Маньчжурского педагогического общества [Текст]// Харбин. 1922. № 1.

3. ГА РФ. Ф. 6081. Оп. 1. Д. 140. Л. 45, 45об.

4. Там же. Д. 139. Л. 1.

5. Там же. Д. 140. Л. 2.

6. Вопросы школьной жизни. Сборник Русского учительского общества [Текст]. Харбин, 1934.

Т. А. Болдова

ПЕРСПЕКТИВЫ ПЕРЕХОДА НА ДВУХУРОВНЕВУЮ СИСТЕМУ И ВНЕДРЕНИЕ НОВЫХ ТЕХНОЛОГИЙ

В ПЕДАГОГИЧЕСКИХ УНИВЕРСИТЕТАХ КАК ДВА ОСНОВНЫХ ВОПРОСА В РАЗВИТИИ ОБРАЗОВАТЕЛЬНОГО ПРОЦЕССА

В статье освещаются проблемы западной модели образования, вопросы перехода европейских высших школ на современные образовательные стандарты. Ставится вопрос о необходимости нахождения наших университетов в мировой образовательной среде, в масштабном творческом сотрудничестве с зарубежными коллегами. Отмечается важность продолжения работы (с учётом Болонской Декларации) по дальнейшей модернизации и разработке профессионально ориентированных программ по методике преподавания иностранных языков с использованием новых информационных технологий.

Университеты в России готовятся к переходу на двухуровневую систему согласно «Болонской Декларации». Если советская классическая система высшего образования давала любому специалисту фундамент общих знаний в гуманитарной или технической сфере, на который уже над-

БОЛДОВА Татьяна Анатольевна - кандидат педагогических наук, доцент по кафедре методики преподавания иностранных языков Московского педагогического государственного университета © Болдова Т. А., 2008