Феномен места в архитектурной среде мобильного поселения

Social-humanitarian review

DOI 10.24411 /2346-8408-2018-10017

The Phenomenon of Place in Mobile Settlement Architectural Environment

Феномен места в архитектурной среде мобильного поселения

Elizaveta Konstantinovna Zatyaeva,

first year post-graduate student of the department of design of architectural environment of Moscow Architectural Institute

E-mail: e.zatyaeva@markhi.ru

Елизавета Константиновна Затяева,

аспирант первого года обучения кафедры «Дизайн архитектурной среды» Московского архитектурного института (Государственной академии) E-mail: e.zatyaeva@markhi.ru

Научная специальность по публикуемому материалу: 05.23.21 — Архитектура зданий и сооружений. Творческие концепции архитектурной деятельности

Научный руководитель: Л.В. Молодкина, кандидат философских наук, доцент

Annotation. The article presents the mobile architecture concept and the place concept. Considered the places phenomenon, given the philosophical aspect of mobile architecture problem.

Key words: mobile architecture, the concept of place, the phenomenon of space, philosophical aspect of the mobile architectural object problem

Аннотация. В статье дается понятие мобильной архитектуры и понятие места. Рассматривается феномен места, приводится философский аспект проблемы мобильной архитектуры.

Ключевые слова: мобильная архитектура, понятие места, феномен места, философский аспект проблемы мобильного архитектурного объекта

Мобильная архитектура — это типологическая группа архитектурных объектов, обладающих способностью при необходимости менять свои функции, структуру и местоположение [1].

Вопрос движения в архитектуре остается очень актуальным. Мобильная архитектура решает проблемы подводного, наземного, надземного и космического строительства. Можно говорить и о использовании мобильной архитектуры в трудноосваиваемых районах земли в различных климатических поясах. Мобильная архитектура и ее элементы охватывают всю типологию зданий и сооружений промышленного, общественного и жилого назначения [2].

Первые мобильные сооружения появились у народов, ведущих кочевой образ жизни [3]. Самой распространенной формой такого сооружения был конический шалаш, представляющий собой деревянный каркас покрытый шкурами животных или войлоком. Особенность внутренней планировки жилища кочевых народов заключается в его четком зонировании. Возникающая каждый раз необходимость заново устраивать свое жилье выработала у скотоводов стремление к предельно рациональному исполь-

зованию жилого пространства и стереотипному его воспроизведению

Размеры кочевых поселений и численность проживающего в них населения были предопределены хозяйственным укладом. Расположение кочевого стана кругом можно объяснить традиционным построением отак (организационной единицы — группы родственников с одним огнищем старшего). Со временем кочевка племенами прекратилась, но круглая форма плана поселений осталась.

На сегодняшний день существует большое число мобильных автономных поселений, которые служат разнообразным целям. При помощи мобильной архитектуры решают проблемы обеспечения жизнедеятельности в добывающей промышленности, в науке; в военной промышленности, социальной сфере и так далее.

Основной целью мобильных поселений является возможность быстрого перемещения с одного места на другое. Поэтому ключевым понятием, объясняющим их философский смысл и утилитарное значение служит, на наш взгляд, понятие «место». В античной философии понятие места было выдвинуто Аристотелем в про-

86

№3/2018

Социально-гуманитарное обозрение

тивовес трактовке Платоном пространства как вместилища тел и интеллигибельной материи. У Аристотеля пространство представляет собой «индивидуальное достояние» чувственно-восприни-маемых физических тел. Место — граница движущегося, а для всех движущихся тел — абсолютная граница.

Место в послекантовской философии трактовалось как единство пространства и времени, выраженное в изменении положения тел; как расширение понятия протяженного пространства; как пространственное соотношение тел друг с другом. А. Эйнштейн в теории относительности, введя принцип равноправия инерциальных систем, отказался от поисков истинного «естественного» места тел, что и было в дальнейшем подчеркнуто как физиками, так и философами науки XX в [4].

Согласно Оксфордскому словарю географии, слово «место» определяется как определенная точка на земле, идентифицируемая для места, в котором сформировались и выросли человеческие ценности.

Genius loci — это латинское выражение, обозначает понятие «дух места» или «гений места». Именно понятие «места» выделяет архитектуру среди других видов искусств.

Основными составляющими понятия «дух места» являются: ландшафт, человек, архитектура и функция.

Ландшафт практически во всех работах выступает в качестве основополагающего элемента. Восприятие ландшафта обуславливает формирование у человека представление о месте.

Следующая составляющая — это архитектура. В архитектуре отражаются эмоциональные переживания человека, раскрывается его потребность в эстетическом. Архитектура — это связь между человеком и конкретным местом. Она помогает «идентифицировать» человека в пространстве, закладывает эмоциональный фон, формирует характер, отражает региональные и культурные особенности места.

В философской литературе к проблеме человеческого переживания пространства и места обращался немецкий мыслитель Мартин Хайдеггер, рассуждая о «пространстве существования». Пространство, в понимании Хайдеггера, — это событие, создающее условие для сопричастности, «событийности» человека с окружающим миром. А связь человека с местом и через место с пространством заключена в жилище.

Человек пропускает через свое сознание образ архитектурного объекта, переживая его как «место», выстраивая огромное количество смы-

словых рядов. Это связывают с первичностью субъективного эго и с привнесением «...субъективных аспектов значения соответственно данному моменту и ситуации» [5]. Таким образом, в феноменологической типологии «места» на первый план выдвигается персонализированные смыслы человека, его переживания и ощущения, связанные с конкретным местом.

Один из представителей феноменологии и приверженец экзистенциализма, французский философ Морис Мерло-Понти рассматривал восприятие пространства в видении и движении субъекта, его описывающего. По мнению М. Мерло-Понти, только человек и его восприятие является возможной точкой отсчета в пространственных построениях.

Наиболее плодотворной в рамках теории архитектуры является концепция норвежского архитектора, профессора и историка Кристиана Норберга-Шульца. В феноменологической интерпретации архитектуры как «Genius Loci» он связывает духовные, интеллектуальные и эмоциональные явления с их материальным окружением.

Практикующий архитектор, профессор Колумбийского университета Стивен Холл утверждает, что «место» как феномен требует культурного контекста, который указывает на уникальность и камерность. Архитектурный объект предстает как феноменологическая целостность формы, интерьера, экстерьера и прилегающего ландшафта. Понять значение архитектурного ансамбля мы можем обратив свой взор на собственное сознание и опыт.

Феноменологическая концепция «места» у Стивена Холла характеризуется одним важным понятием, которое ввел сам архитектор, это «параллакс». Параллакс может быть определен как кажущееся движение тела в пространстве, вызванное перемещением наблюдателя. С. Холл описывает параллакс как «жидкое пространство», постоянно изменяющийся пейзаж. В зависимости от смены угла зрения, освещения в течение дня. В каждый момент мы видим архитектуру по-разному.

С помощью понятия параллакса С. Холл объясняет нестабильность восприятия пространства, динамичность и подвижность архитектурного объекта во времени [5].

Философский аспект проблемы мобильного архобъекта мы рассмотрим на примере мобильных вахтовых поселков — жилых образований временного характера, способных менять место своего базирования.

№3/2018

87

Social-humanitarian review

Архитектурная выразительность мобильного жилища в суровых условиях Крайнего Севера обычно не отличается красотой и оригинальностью, доминирует исключительно утилитарный характер подобной архитектуры.

Путем выбора пропорций помещения, применения определенной фактуры материалов, зрительного членения второстепенных плоскостей и обобщения главных можно достичь ощущения простора и света в замкнутом и небольшом помещении мобильного жилища, что возвращает нас к «параллаксу» С. Холла.

Свойство мобильности, заложенное в рассматриваемый архобъект, предполагает в составе поселка набор неких ячеек — небольших жилых и технических помещений, идентичных по своему внешнему виду. Внутреннее наполнение жилых блоков стандартно и унифицировано. В этой унифицированости среды, заложенной в угоду экономическим и техническим факторам, которая лишает ячейки характера и кроется проблема.

Есть основание предполагать, что эффективным будет применение опыта кочевых народов того региона, где базируется вахтовый поселок: применение в экстерьере контрастных, ярких цветов одежды северян, применение конструктивных особенностей национального жилища применительно к мобильным модулям.

Следующая проблема в краткосрочности пребывания человека в вахтовом поселке. Обитатель не успевает приспособиться к «духу» того места, в котором протекает его жизнь, развивать и совершенствовать окружающую его среду. Безликая архитектура не может помочь человеку «идентифицировать» себя в пространстве, не дает связи с конкретным «местом», не происходит экзистенционального укоренения человека.

Из-за регулярной смены местоположения вахтового поселка нарушается связь между поселением и ландшафтом. Из-за этого место сложно идентифицировать. Следовательно, человек не идентифицирует и себя со средой, находясь в некой оторванности. Разрушается феноменологическая целостность основных компонентов архитектурного строения.

Итак, обитание предполагает идентификацию со средой, принадлежность к конкретному месту. При этом роль жилища крайне велика, ибо оно обеспечивает защиту человека. Совер-

шенно очевидно, что взаимосвязь между человеком и жилищем должна быть не только функциональной, но и обеспечивать психологически удобные и эстетически приятные условия.

Рассуждая философски, можно выделить основные проблемы мобильного строения, такие как утилитарность, «бесхарактерность» однотипного жилища, которое человек не успевает наполнить смыслом за короткий период пребывания. Унифицированная архитектура не идентифицирует человека с пространством и не дает связи с «местом». Постоянные перемещения с места на место лишают «фона», т.е. ландшафта, что разрушает феноменологическую целостность всего архитектурного ансамбля. Четкое функциональное деление внутри зданий, продуманный интерьер и экстерьер, выполненный с уважением к человеку и учетом региональных особенностей, позволят приблизить жилье в мобильных комплексах к понятию «дома». Данные преобразования будут способствовать наделению смыслом рассматриваемых пространств, т.к. они перестанут быть безликими. Человеку будет проще идентифицировать себя в таком пространстве, раз за разом преобразовывая и переосмысливая среду.

Список литературы

1. Алексашина В.В. Архитектура и строительство промышленных предприятий. Термины, определения, понятия / Под. ред. А.П. Кудрявцева. М.: Архигекту-ра-С, 2009.

2. Колейчук В.Ф. Мобильная архитектура: Обзор. М., 1973.

3. Майдар Д. От кочевой до мобильной архитектуры. М.: Стройиздат, 1980.

4. Новая философская энциклопедия. 2-е изд., испр. и доп. М.: Мысль, 2010. Т. 1—4.

5. Молодкина Л. В. К вопросу о феноменологии творчества в архитектуре // Философия творчества. Ежегод. Вып. 3. М.: ИИнтеЛЛ, 2017.

6. Норберг-Шулъц К. Жизнь имеет место: Пер. с англ. // Architecton. 1995. № 1,2.

7. Мерло-Понти М. Феноменология восприятия. СПб.: Ювента: Наука, 1999.

8. Вин А. Феноменология Стивена Холла [Электронный ресурс] // Архидом. URL: http://archi-dom.ru/ content/1170.html (дата обращения: 24.04.2018).

9. Heidegger М. Building, Dwelling, Thinking // Poetry, Language, Thought. New York, Harper & Row, 1971.

88

№3/2018