Человек вопрошающий. О назначении философа

Философия. Культурология Вестник Нижегородского университета им. Н.И. Лобачевского. Серия Социальные науки, 2014, № 1 (33), с. 147-154

УДК 116

ЧЕЛОВЕК ВОПРОШАЮЩИЙ. О НАЗНАЧЕНИИ ФИЛОСОФА © 2014 г. Ю.М. Резник

Институт философии РАН, Москва ге7шк-ит@таП. ги

Поступила в редакцию 10.10.2013

В системе знания имеется одна область, которая сопряжена с особым мировоззрением и пониманием. Это - философия, рассматриваемая автором статьи не только как учение о всеобщих и предельных основаниях бытия всего сущего, но и как духовная практика. Философ - это тот, кто мыслит бытие вообще, исходя из собственного опыта (экзистенции). Главной особенностью философствования является предельное вопрошание, обращение к миру как целому от своего имени и из своей ситуации. Две другие черты философствования - коммуникация и стремление к свободе - лишь дополняют его характеристику.

Ключевые слова: человек, культура, познание, экзистенция, бытие, ценности, свобода, философия, философ.

Чтобы понять философию, надо определить в первую очередь место и роль самого философа. М. Хайдеггер, эксплицируя вопрос о бытии как основной вопрос философии, выделяет наряду с опрашиваемым или выспрашиваемым субъекта опрашивания (спрашивающее бытие), т.е. того, кто спрашивает или спрашивающего. И этим «кто» является, с нашей точки зрения, человек вопрошающий, в т.ч. философ. В отличие от Хайдеггера, которого интересует структура вопроса о бытии, мы хотим разобраться в статусе и назначении человека, чья судьба связана с философией. А это коренится в персонально-сущем бытии философа, его индивидуальным бытии.

Персонально-сущее бытие философа. Начнем с вопроса о том, каково то сущее, из которого философ видит мир и своё бытие. В этой связи выскажем несколько предположений, относящиеся к бытию самого философа.

Во-первых, философ изучает бытие сущего вообще (или бытие вообще) из своей экзистенции - осуществления себя в свободе. Только будучи свободным, философ может охватить мир как целое. Философия есть дело свободного человека. На это указывают многие исследователи. Так, известный отечественный философ культуры В.М. Межуев постоянно повторяет: философия есть «самосознание человека, осознавшего себя свободным» или «взгляд на мир

Философствование есть путь человека, который - исторически во времени -постигает бытие

свободного человека». Наверное, это так и есть. Но этого явно недостаточно. Необходимо понять, в чем состоит предметный ракурс или проблемное поле философии. Ведь не случайно каждый великий философ, как подчеркивает В.А. Лекторский, создавал «принципиально новое видение мира».

Во-вторых, можно предположить, что у обычного человека картина «мира вообще» весьма расплывчата. Он живет в своём мире (экзистенции), который существует всякий раз отдельно для него, здесь и теперь и наряду с бытием конкретного сущего (мира вещей). Возможно, сущее вообще для него не существует или существует в деформированном виде. Ему открывается единое сущее (или мир в целом) лишь частично. В первую очередь ему дано конкретно-эмпирическое сущее, причем дано с учетом собственного опыта. Предполагается, что философ видит бытие в целом, хотя он взирает на него только со стороны своего сущего (сущего-я).

И, в-третьих, философ занимается миром духа, который предстает перед его «внутренним» взором как мир идеальных сущностей (объективно-идеальных и субъективно-идеальных), обладающих интенциональностью [1, с. 10-30]. Дух - это не просто некая инстанция, в которой бытие сущего открывается сознанию. В нём заключена, по Хайдеггеру, «сознательная решимость к сущности бытия», настроенная на

изначальность [2, с. 130]. В известном плане дух - это не «воля к жизни», а сосредоточие в одном человеке вселенского разума, усиленного мощью сущего как такового.

Итак, сфера исследований философа - бытие вообще, или совокупное сущее (мир в целом), которое рассматривается им сквозь призму собственной экзистенции. Мы согласны с тем, что «философия начинается там, где появляется вопрос о бытии сущего» [3]. Но как это происходит, нам еще предстоит разобраться. Начнем с предварительного анализа некоторых значимых для нас особенностей философского познания как процесса созерцания мыслителя, находящегося в чистом присутствии.

Философское познание как созерцание. По Хайдеггеру, находиться в присутствии может каждый, кто выступает как сущее-для-себя. Находиться же в чистом присутствии означает на практике освободить свой разум от всех предрассудков и искажений, чтобы увидеть мир в его всеобщих определениях. Созерцание как смыслополагание возможно только в чистом присутствии. И это не только наше убеждение.

Философ познает смысловую структуру бытия, исходя из собственного жизненного мира. В отличие от ученого он видит мир не сам по себе, как таковой, и не фрагментарно, а мир из себя и целостным образом. В этом состоит его главное отличие от других субъектов познания.

Так, с точки зрения Гуссерля, объектом философии является «не мир как он есть сам по себе (установка науки), а смысл и значение его для субъекта» [4, с. 8]. А по мнению Л. Витгенштейна, «смысл мира должен находиться вне мира. В мире всё есть, как оно есть, и всё происходит, как оно происходит; в нем нет ценности - а если она и была, то не имела бы ценности» [4, с. 18]. Значения и ценности появляются у субъекта, который дистанцируется от мира, чтобы постичь его со стороны.

Причем объект созерцания принадлежит не сознанию как таковому, а субъекту философствования, обладающему сознанием. Однако это не только его образ явлений. Он принадлежит и другому субъекту, имеющему сходный опыт познания. Созерцание есть индивидуальное по форме и коллективное по содержанию образное познание. Философ оперирует образами, а не явлениями, как ученый [5, с. 18]. И эти образы заключены в форму феноменов. Поэтому цель философского созерцания - выразить сущность бытия сущего, презентирующего себя для субъекта в виде феноменов, посредством категорий и понятий (логическое обоснование), концептов и других познавательных средств. Феномены как

целостные образования существуют только для философа.

Специфика созерцания философа характеризуется, с нашей точки зрения, такими чертами, как целостное видение, направленность на выявление всеобщего, что предполагает концептуальный подход, экзистенциальная ориентация, включая событийность.

Целостное схватывание бытия сущего дано нам посредством феноменов и установления связей между ними. «Целостное бытие - это такое бытие, понятие которого не разделено пропастью и которое, однако, не исключает не-антезирующее-неантезируемое бытие-для-себя, бытие, существование которого было бы единым синтезом в-себя и сознания: оно идеальное бытие-в-себе, основанное благодаря для-себя и идентичное этому для-себя, дающему ему основание, т.е. ens causa sui» [4, с. 168].

Философ постигает реальность всеобщего или всеобщее в структуре (совокупности) бытия через категории (философские универсалии), которые охватывают своим содержанием не отдельные феномены, а стороны, или грани, бытия всего сущего. Мыслить о всеобщем можно лишь в чистом присутствии, освободившись от предрассудков и логических противоречий, но не избавившись полностью от субъективности и ценностной пристрастности. Созерцание всегда есть ценностное восприятие.

Категориальное мышление в философии отличается концептуальностью. Отвечая на вопрос, что такое философия, Ж. Делез и Ф. Гват-тари пишут: «...философия - это искусство формировать, изобретать, изготавливать концепты» [6, с. 10]. Творчество концептов - основное содержание и функциональное назначение философского созерцания.

И наконец, философское созерцание возможно лишь в экзистенции. В отличие от присутствия вообще как бытия «здесь и теперь» (вот-бытия в духе Хайдеггера) экзистенция характеризует наше личное и ответственное отношение к миру. Об этом писали многие представители экзистенциализма (М. Хайдеггер, Ж.-П. Сартр, К. Ясперс и др.). Так, Хайдеггер считает, что для этого философу нужно иметь фундаментальное настроение («желание быть везде дома») и целостную установку («видеть мир в целом»). Причем одно без другого не бывает. Нет никакого схватывания целого без за-хваченности познавательной ситуации экзистенцией.

По Ясперсу, постижение мира философией осуществляется через возможную экзистенцию. «Может быть, эта экзистенция открывает путь

для сознания вообще в мире объектов...» [7, с. 36]. Если экзистенция есть то, что относится исключительно ко мне самому и выступает источником всех моих мыслей и действий, то можно предположить вслед за Ясперсом, что быть для субъекта означает не просто мыслить себя как особенное сущее, но и принимать решения относительно себя и собственной жизни [7, с. 37]. А это значит, что философ высказывает не одни лишь предположения, а принимает решения относительно своего бытия в мире и понимания бытия в целом. Его созерцание деятельно.

И еще надо отметить одно важное свойство экзистенциальной природы философского созерцания - событийность. Феномены предполагают встречу с бытием, миром лицом к лицу. Конструируя феномен, философ как бы заново открывает для себя мир. Он узнает себя в части освоенных и преобразованных (пер е-осмысленных) им феноменов. Но с новыми феноменами (а точнее - стоящими за ними явлениями, миром-в-себе, которые возникают внезапно на табло сознания) он встречается впервые. Поэтому созерцание как акт конструирования «можно рассматривать как событие. Событие, отличное от своего же собственного содержания» [4, с. 388]. Событием становится каждый феномен, смысл которого мне открывается в созерцании заново или встречается впервые.

Таким образом, философом может быть любой человек, который поднимается на высоту созерцания всеобщих смыслов бытия, пропуская их сквозь ценностный фильтр собственного бытия (экзистенции). Чтобы быть философом, не обязательно иметь базовое философское образование. Философии нельзя научиться только в университете. Недостаточно также писать тексты по философии или иметь большой жизненный опыт.

Всё это - важные, но недостаточные предпосылки философского созерцания как целостного схватывания мира феноменов в состоянии чистого присутствия. Необходимо еще обладать способностями к философствованию как к особого рода духовной практике. А это качество является уже уделом немногих избранных.

Философствование как духовная практика. Суть философствования состоит в личностном (мотивированном и ответственном) обращении к миру как целому, содержащему в себе смыслы надличностного существования.

Ясперс выделяет три направления философствования, с которыми мы в принципе согласны, хотя и с некоторыми уточнениями.

Во-первых, философ призван давать общую ориентировку в совокупности бытия. И дело не в том, чтобы установить, каково бытие первично, а каково вторично, или чем отличается бы-тие-в-себе от бытия-для-себя. Философ должен указать в лабиринтах познания свой путь к бытию. И этот путь может быть не лучшим и не самым коротким. Но это - его путь к себе и для других, а не от себя и вопреки другим.

Ориентирование в мире означает для философа непрерывный поиск сущности бытия вообще (или бытия совокупного сущего) из собственного духовного опыта. Знание о едином (или совокупном) сущем не так важно людям, окружающим философа, как знание о его персонально-сущем, из которого он видит и понимает мир. В данном плане философ не может выступать одиноким путником, прокладывающим себе дорогу из небытия в бытие. Скорее он напоминает нам человека, идущего впереди и ведущего за собой близких ему по духу людей.

В арсенале философа находится масса познавательных средств. Но главное из них - собственная вера в свой путь, который растягивается на всю его сознательную жизнь. Это и есть философская вера.

Во-вторых, философ переводит познание мира в анализ существования - как своего собственного, так и тех людей, от имени которых он говорит и вопрошает. При этом он не претендует на создание единой картины мира и выработку универсального пути к истине. Для него не существует никакого «мира в целом» или «истины вообще», если они не помогают ему и его близким найти просвет бытия и обрести желаемое состояние свободы.

Ясперс называет этот путь «просветлением экзистенции». Он отличает его от анализа существования, связанного с выявлением всеобщего в бытии. В нём человек познает себя как Я-вообще. Просветление экзистенции является обращением от человека к человеку, в т.ч. самому себе, в котором каждый открывает себя как индивидуальность и дарит её другим. Это происходит на фоне ориентирования в мире, которое относится к разного рода объек-тивностям и связано с выявлением всеобщего в мире.

Просветление экзистенции есть путь к истоку - свободе как возможности самобытия. Оно наполняет ориентирование в мире смыслом. «Пока человек сохраняет способность возвышаться над своим существованием, философствование будет увлекать его к возвышению в метафизике» [7, с. 54].

И в-третьих, «метафизика есть для экзисти-рующего то просветление, в котором - из мира в коммуникации между экзистенциями - с ним говорит трансценденция» [7, с. 54]. Другими словами, метафизический уровень философствования является завершающим в познании бытия. Субъект трансцендирования погружается в пограничную ситуацию, в которой ему приоткрывается мир запредельного. Но для этого, как считает Ясперс, ему необходимо расшифровать символы и коды реальности. Транс-ценденция скрыта под шлейфом закодированных посланий. Зов бытия трудно уловить. Он заглушается шумом искажающих и отвлекающих звуков.

Трансцендирование означает «превосхожде-ние предметности», выход за пределы предметного познания в мир непредметного и непостижимого, которое в отличие от экзистенции (подлинного бытия, бытия свободы и в свободе) есть переход в инобытие или сверхбытие, говоря словами Ясперса. Сверхбытие связано с идеей абсолютного существования, божественного предназначения человека.

Но можно ли мыслить инобытие иначе, чем в контексте божественного предначертания пути человека? Можно, если под ним понимать бытие всеобщего, в котором заключен смысл целого. И это не Бог или мир идей Платона, а система категорий, производимых сознанием вообще. При этом философ как субъект инобытия становится на время трансцендирования абсолютным индивидуумом, тождественным всеобщему. Он ищет бытие не в Боге, а в сфере всеобщего - «духе целокупности», сводящем воедино бытие (К. Ясперс). «Трансценденция есть бытие, которое делает возможным цело-купности идей в существовании, хотя в нем и не дано зримой или мыслимой наличности идеи какого-либо единого целого» [8, с. 82].

Следовательно, трансцендирование как способ философствования не тождественно экзи-стированию, удостоверяющему подлинное существование человека в свободе. Оно есть, как говорил Н.А. Бердяев, реакция человеческого духа на совокупность бытия. Мыслить метафизически - это значит постигать мир в целом, т.е. трансцендировать единство мира, выявлять и удерживать всеобщее в нём. Таков подход философии, и этим она принципиально отличается от имманентного, партикулярного и предметного познания, характерного для науки.

Философствование предполагает предельное вопрошание и ответы на вызовы бытия.

Вопрошание - сущностная черта философствования. Философия имеет дело с сущим,

которое обращено на самое себя. Это - сущее (сознание), в котором заключен весь доступный ему мир. Но поскольку сознание философа субъективно и ценностно окрашено, то и сам процесс познания проходит через его ценностные фильтры. Ведь сущее открывается каждому индивиду отдельно и в том виде, в котором он способен его воспринимать и понимать. Это вдвойне относится к философии, которая постигает мир в диалоге. Главное для нее - вопроша-ние, а для мыслителя - быть субъектом вопро-шания и осуществлять трансцендирование (смыслотворчество).

Правильно сформулированный вопрос о смысле бытия - душа философствования. В собственном бытии философ реализует свою миссию «внутреннего» вопрошания, обращенного к самому себе и другому как особому роду сущего. В нём философствующий человек ищет ответ на вопрос о том, кто он сам в этом мире, каков его мир, причем не там, а здесь и теперь. Некоторые исследователи именует этот феномен философским даймоном: «Эту область мы назвали философским даймоном: то есть пространством вопрошания о бытии сущего или точкой наблюдения за человеком (как мыслящим мыслимое) изнутри. Это -сфера логоса, где он высвечивает все сущее как единое (еп), как фиоц» [3]. Философия «есть вопрошание, в котором мы пытаемся охватить своими вопросами совокупное целое сущего и спрашиваем о нем так, что сами, спрашивающие, оказываемся, поставлены под вопрос» [2, с. 333].

Следовательно, суть философствования состоит в том, чтобы обращаться к бытию с вопросами, причем к тому бытию, которое само может вопрошать себя и взывать к себе подобному сущему. Главное в нем - «мыслить мыслимое» о бытии сущего в диалоге (как бытии-с-другими), обмениваясь идеями и конструируя картину мира как целого из бытия-для-себя (сознания).

В ходе философствования субъект не только вопрошает, но и творит мир посредством категорий и концептов. Философом становится тот, кто видит мир иначе, чем большинство обычных людей. И видит не только сущее, но и его сущность, скрытую в глубинах бытия. Не случайно У. Джеймс утверждал, что философия есть, прежде всего, мыслящий человек, проникающий в тайны бытия: «Философия во всей полновесности этого слова все же есть лишь мыслящий человек, человек, мыслящий в большей мере о наиобщих свойствах бытия, нежели о частностях» [9, с. 14]. Но мыслить - это зна-

чит удваивать реальность, вносить в неё смысл и облекать в форму концептов. Философствование «есть бытие, посредством которого в мир приходит смысл» [9, с. 177].

Поскольку суть философии состоит в том, чтобы мыслить иначе, чем есть на самом деле, мыслить концептуально, конструируя возможный мир и находясь в экзистенции, а суть самого философствования - в смыслотворчестве как расшифровке кодов трансцендентного, то философ видит в мире не только самого себя, но и другого мыслящего. Поэтому еще один аспект, заключенный в вот-бытии, относится к существованию другого вот-бытия. Это не только вопрошание к самому себе, но и во-прошание к себе подобным, разговор с ними (диалог) о сущем вообще и собственном сущем, что и отличает философствование как коммуникацию. Причем нашими партнерами в таком диалоге могут быть как живые мыслители, обладающие чистым присутствием и всеми признаками вот-бытия, так и ушедшие от нас философы, находящиеся в там-бытии на расстоянии веков.

Кроме того, «философствование есть последнее выговаривание, то предельное, в чем человек уединяется до своего чистого присутствия» [2, с. 336]. Но как можно донести смысл бытия до другого, находясь в чистом присутствии и погружаясь в мир духа? Всё дело в том, что философ вовлекает в движение своего духа идеи, добытые мыслителями прошлых эпох, преломляя их в собственном смысложизненном контексте. Как писал Н.А. Бердяев, «философски я могу познавать лишь свои собственные идеи, делая идеи Платона или Гегеля собственными идеями, т.е. познавая из человека, а не из предмета, познавая в духе, а не объективной природе» [4, с. 290]. По мнению мыслителя, это - принцип бытийственно-жизненной, а не объективистской или субъективистской философии.

Согласитесь, что философствование есть не просто созерцание в состоянии чистого присутствия или умножение реальности (создание возможных миров), которая всегда может быть другой, чем мы себе её представляем, но и (главным образом) глубинная экзистенциальная связь с другим сущим-для-себя. Вот для этого и нужна коммуникация в философии.

Философствование как экзистенциальная коммуникация. Вполне очевидно, что философствование как свободное постижение бытия сущего возможно не только в чистом присутствии, но и в диалоге, коммуникации. Только будучи свободным в своем творчестве и

коммуникации с себе подобными, философ способен проникнуть в суть бытия и обогатить наше познание. Философствование есть коммуникация свободных личностей, осуществляемая по поводу предельных оснований бытия всего сущего.

Эту мысль развивает в своей экзистенциальной философии К. Ясперс. «Философия, - пишет он в предисловии к первому тому, - цель истинной общности само-сущих людей, - была делом индивидов, которые в неслыханном избытке собственной боли и собственной достоверности свидетельствовали нам из одинокой дали, - не призывая нас последовать за ними... Но сами мы философствуем не из одиночества, а из коммуникации. Исходным пунктом для нас становится: как относится и действует (steht und handelt) человек к человеку, как индивид к индивиду. Моё философствование всем своим содержанием обязано тем, кто был ко мне близок» [7, с. 20].

Философская коммуникация выступает в самых разных формах. Она представляет собой конкуренцию идей и исследовательских программ. По мнению Ж. Делеза и Ф. Гваттари, философия, будучи детищем древнегреческой цивилизации, несет в себе в социальном плане следующие предпосылки: дружество, свободу и соперничество. Философы - это сообщество дружественных, свободных и равных людей, которые соперничают друг с другом. Созерцание, рефлексия, коммуникация суть значимые, хотя и недостающие, позиции философов, но не природа философии, как таковой. Однако раз философ - творец концептов («концептор»), то у него нет монополии на них. Концептами пользуются представители науки, искусства, дизайна, рекламы. Пользуются, но они в отличие от философов их не создают.

Таким образом, философствование становится возможным благодаря созерцанию как чистому присутствию и коммуникации как адресному вопрошанию и обмену идеями.

Философствование как путь к свободе. Философия призвана раскрыть потенциал свободного развития человека. Поскольку свобода укоренена в человеческом бытии, то главная проблема, которая стоит перед философом, -это содействовать открытости коммуникации в мире и расширению пространства свободного дискурса. «Философия - это то, - писал К. Ясперс, - посредством чего человек становится самим собой, в то время как он становится сопричастным действительности» [4, с. 228].

На эмансипаторскую роль философии указывал в своё время Ю. Хабермас, настаивая

вместе с тем на том, что философ - это местоблюститель и интерпретатор. Быть блюстителем места означает, по мысли теоретика, удерживать интерес ученых к универсалистской проблематике и не скатываться в эмпирическую реальность [4, с. 372].

Для многих исследователей философствование есть «напряженное в ищущей мысли экзистирование личности человека», в основе которого лежит приближение души к мудрости. Это - своего рода духовная практика. С этим в принципе можно было бы согласиться, если не преувеличивать значение практики. «Философия открывает простор, простор бытия, какой-то свет возможностей для человека мыслить и существовать с повышенным сознанием и духовной ясностью». Пожалуй, лучше не скажешь, хотя нам больше нравится выражение «просвет бытия». Кстати, Ясперс для характеристики миссии философа в мире использует понятие «просветление экзистенции». Именно таким просветом (или просветлением) и одновременно ответом на вызовы бытия мы и представляем себе философствование.

Таким образом, философствование есть освобождение от стесненности жизненными проблемами, в т.ч. достижение свободы от вещной зависимости и поиски смысла пограничных ситуаций. Для этого философу необходимо иметь экзистенциальную решимость к бытию. Поэтому философ взирает на мир не только с позиции вечности, но и как существо конечное, страдающее, стремящееся обрести свободу и освободиться от тотальности бытия. Но главное для него - производство смыслов, значимых для данной эпохи, и живущих в них людей. Вот об этом главном и стоит поразмышлять далее.

О назначении философии и философа. Так кто же такой философ, если его профессия связана с предельным вопрошанием о бытии сущего и творчеством смыслов в состоянии чистого присутствия (созерцания) и в процессе коммуникации? Существуют разные мнения на этот счет. Приведем некоторые из них, чтобы понять назначение философа:

- «философ - это человек, который постоянно переживает вещи из ряда вон выходящие, видит и слышит их угадывает их и жаждет, грезит ими» (Ницше [2, с. 97]);

- «философ лечит вопрос - как болезнь» (Л. Витгенштейн [4, с. 27]);

- «философ тот, кто сперва должен излечиться от многих недугов собственного рассудка, прежде чем он придет к понятиям здравого

человеческого разумения» (Л. Витгенштейн [4, с. 30]);

- философ занимается «прояснением смыслов» всех проблем и решений, а не открытием истин, как наука (М. Шлик [4, с. 72]);

- «философ - это человек, улавливающий как бы скрытые трещины в структуре наших понятий, там, где другие видят перед собой только гладкий путь, полный банальностей» (Ф. Вайсман [4, с. 84]);

- философ - человек, который стремится «открыть тотальность бытия» (Ж.-П. Сартр [4, с. 179]);

- философ - человек, который духовно (экзистенциально) обеспокоен и мотивирован на преодоление границ познания (К. Ясперс [7,

с. 18]);

- философ - человек, который стремится открыть подлинную реальность и обосноваться в ней (Х. Ортега-и-Гассет [4, с. 192]);

- «философ - человек, ищущий мудрость» (Ж. Маритен; он постигает фундаментальные реалии, затрагивающие природу вещей, самого человека, Бога, и служит Истине и Свободе [4, с. 273]);

- «философ экзистенциального типа не объективирует в процессе познания, не противополагает объект субъекту. Его философия есть экспрессивность самого субъекта, погруженного в тайну существования» [10, с. 263];

- философия как беседа «души с самой собой в свете ее притяжения к мудрости, которая вряд ли мыслима без братского единения людей» (В.П. Визгин [11]).

- «философы - это учителя жизни, а не наркоторговцы и технократы. Не продавцы смертельно сладкой лжи для зомбирования и «прогрессивного снятия» человека» [12, с. 190].

Как видно, в приведенные выше функциональные определения философской деятельности и миссии философа входят самые разные качества. Выделим наиболее существенные из них:

- метафизическая роль (трансцендирование, выход за пределы своего познания в мир иного, переживание запредельности, обретение мудрости и поиск истины);

- экзистенциальная позиция (стремление к свободе и свободному познанию);

- логическая функция (прояснение смыслов и обоснование понятий);

- образовательная роль (формирование мировоззрения, обучение и учительство);

- коммуникативная функция (вопрошание, организация диалога и духовное единение людей);

- терапевтическая функция («лечение» собственного рассудка и коррекция вопроса).

Для понимания философствования особенно важны такие качества философа, как вопроша-ние, обучение и «лечение» вопроса. Первая часть связана с постановкой вопроса о предельных основаниях бытия сущего, вторая часть - с формированием философского этоса, третья - с коррекцией вопроса, избавлением его от ненужных значений, засоряющих основной смысл. Лечение вопроса (и вопросом) означает, по Л. Витгенштейну, логическое прояснение мыслей, мыслей о сущем в его бытии, которое есть предельная форма его существования. Оно реализует терапевтическую цель философии -избавление знания от концептуальных недугов (путаницы, логических ловушек и тупиков) [4, с. 37]. Оно предполагает, по Ф. Вайсману, вскрытие трещин и противоречий в структуре понятий ради постижения смыслов обозначаемых им феноменов. Но чтобы сделать это, философу нужно обладать, с точки зрения Ж. Маритена, прежде всего «мощью рефлексивной способности, даром видения и концептуального выражения тех проблем, которые одолевают его современников» [4, с. 281].

Так в чем же состоит истинное назначение философа, постигающего смысл бытия особым, доступным только ему способом? Если ответить коротко и по сути, то оно заключается в транс-цендировании, в производстве смыслов, находящихся на границе познаваемого и непознаваемого. Именно метафизическую роль в деятельности философа мы считаем приоритетной. «Философия экзистенции, - подчеркивал К. Ясперс, -есть в сущности метафизика» [7, с. 49]. Философствование как постоянная практика философа указывает ему путь к бытию. Оно состоит в непрерывном искании бытия из экзистенции и расшифровке кодов, содержащихся в символах трансценденции. А для этого нужны иные средства постижения, которые недоступны обычным исследователям.

Философ создает не только собственную картину мира, но и познавательные средства, которые позволяют ему проникнуть в тайны трансцендентного, не выходя из его экзистенциальной ситуации. Он находится постоянно в пограничной ситуации, между экзистенцией и трансцен-денцией. Один из способов расшифровки тайнописи бытия трансцендентного как мира запредельных сущностей предложил, в частности, К. Ясперс. Мы же находимся в начале поисков, предприняв первые шаги в исследовании природы межчеловечности и трансперсональности.

Итак, в философию надо вернуть субъекта, а самой философии придать статус духовной практики. При этом у философии и философов имеет-

ся своё назначение. «Если назначение философии, - писал Мерло-Понти, - раскрыть первичный смысл бытия, то она не может оставаться таковой, отворачиваясь от удела человеческого: ей, напротив, необходимо погрузиться в него» [6, с. 14]. Философия творит мир из человека и для человека, конструируя и видоизменяя его смыслы. В известном смысле она есть экзистенциальное трансцендирование, т.е. производство новых смыслов из экзистенции мыслителя как человека вопрошающегося и стремящегося к свободе.

В этом и заключается предназначение самого философа. Только тот, кто приближается к этому идеалу, вправе называться этим высоким званием. Остальные (преподаватели, исследователи, любители мудрости и пр.) должны отдавать себе отчет в том, что они находятся лишь у истоков философствования или в преддверии философского здания. Вход в него осуществляется не по пропускам (дипломам докторов и кандидатов философских наук), а по призванию. К сожалению, многим нашим официальным деятелям, занимающим высокие посты в академических структурах, совершенно невдомек, что их занятия философией не имеют ничего общего с постижением бытия в свободе. Видимо, занавес над трансцендентным приоткрывается немногим и только тем, кто действительно проник в тайны бытия благодаря своему таланту, проницательности и философской вере.

Быть философом - это значит видеть бытие в целом сквозь призму своего персонально-сущего-бытия, стать абсолютным (трансцендентальным) субъектом, способным создавать возможные миры для себя и других.

Список литературы

1. Хайдеггер М. Введение в метафизику / Пер. с нем. Н.О. Гучинской. СПб.: Логос, 1997. 304 с.

2. Хайдеггер М. Время и бытие: Статьи и выступления / Пер. с нем. М.: Изд-во Института философии РАН, 1993. 447 с.

3. http://www.platonizm.ru/content/dugin-martin-haydegger-fflosofiya-dmgogo-nachala (дата обращения 12.08.2013).

4. Путь в философию. Антология. М.: Логос, 2001. 445 с.

5. Сартр Ж.-П. Бытие и ничто: Опыт феноменологической онтологии / Пер. с фр., предисл., примеч. В.И. Колядко. М.: Иностранная литература, 2000. 639 с.

6. Делез Ж., Гваттари Ф. Что такое философия? / Пер. с фр. С.Н. Зенкина. М., СПб.: Институт экспериментальной социологии, 1998. 286 с.

7. Ясперс К. Философия. Книга первая. Философское ориентирование в мире / Пер. А.К. Судако-ва. М.: КАНОН+РООИ Реабелитация, 2012. 384 с.

8. Ясперс К. Философия. Книга третья. Метафизика / Пер. А.К. Судакова. М.: КАНОН+РООИ Реабелита-ция, 2012. 296 с.

9. Джеймс У., Рассел Б. Введение в философию / Пер. с фр. А.Ф. Грязнова. М.: Республика, 2000. 315 с.

10. Бердяев Н.А. Самопознание (опыт философской автобиографии). М.: Международные отношения, 1990. 336 с.

11. Визгин В.П. Как я понимаю философию. -URL: http://iph.ras.ru/uplffle/root/bibHo/pj/pj_2/2.pdf (дата обращения 20.08.2013).

12. Кутырев В.А. Человеческое и Иное: борьба миров. СПб.: Алетея, 2009. 264 с.

13. Мерло-Понти М. В защиту философии / Пер. с франц., примеч. и послесл. И.С. Вдовиной. М.: Иностранная литература, 1996. 248 с.

14. Шюц А. Смысловая структура повседневного мир: очерки по феноменологической социологии / Пер. с англ. А.Я. Алхасова, Н.Я. Мазлумяновой; науч. редактор перевода Г.С. Батыгин. М.: Логос, 2003. 336 с.

15. Хайдеггер М. Что такое философия? // Вопросы философии. 1993. № 8. С. 113-123.

THE MAN WHO HAS GOT A QUESTION. ABOUT AN APPOINTMENT OF PHILOSOFER

Ju.M. Reznik

There is one field in the system of knowledge which is connected with especial world perception and understanding. It is philosophy which is not only doctrine of universal foundations of being but is a spiritual practice. Philosopher is a man who thinks of being on the basis of his own experience or existence. The main particularity of philosophy activity is producing of questions. Communication and aspiration to freedom are another features of philosophy activity.

Keywords: human being, culture, perception, existence, being, values, freedom , philosophy, transcendence.

References

1. Haidegger M. Vvedenie v metafiziku / Per. s nem. N.O. Guchinskoi. SPb.: Logos, 1997. 304 s.

2. Haidegger M. Vremya i bytie: Stat'i i vy-stupleniya / Per. s nem. M.: Izd-vo Instituta filosofii RAN, 1993. 447 s.

3. http://www.platonizm.ru/content/dugin-martin-haydegger-filosofiya-drugogo-nachala (data obrascheni-ya 12.08.2013).

4. Put' v filosofiyu. Antologiya. M.: Logos, 2001. 445 s.

5. Sartr J.-P. Bytie i nichto: Opyt fenomeno-logicheskoi ontologii / Per. s fr., predisl., primech. V.I. Kolyadko. M.: Inostrannaya literatura, 2000. 639 s.

6. Delez J., Gvattari F. Chto takoe filosofiya? / Per. s fr. S.N. Zenkina. M., SPb.: Institut eksperimental'noi sociologii, 1998. 286 s.

7. Yaspers K. Filosofiya. Kniga pervaya. Filo-sofskoe orientirovanie v mire / Per. A.K. Sudakova. M.: KANON+ROOI Reabelitaciya, 2012. 384 s.

8. Yaspers K. Filosofiya. Kniga tret'ya. Metafizika / Per. A.K. Sudakova. M.: KANON+ROOI Reabelitaciya, 2012. 296 s.

9. Djeims U., Rassel B. Vvedenie v filosofiyu / Per. s fr. A.F. Gryaznova. M.: Respublika, 2000. 315 s.

10. Berdyaev N.A. Samopoznanie (opyt filosofskoi avtobiografii). M.: Mejdunarodnye otnosheniya, 1990. 336 s.

11. Vizgin V.P. Kak ya ponimayu filosofiyu. - URL: http://iph.ras.ru/uplfile/root/biblio/pj/pj_2/2.pdf (data obrascheniya 20.08.2013).

12. Kutyrev V.A. Chelovecheskoe i Inoe: bor'ba mi-rov. SPb.: Aleteya, 2009. 264 s.

13. Merlo-Ponti M. V zaschitu filosofii / Per. s franc., primech. i poslesl. I.S. Vdovinoi. M.: Inostranna-ya literatura, 1996. 248 s.

14. Shyuc A. Smyslovaya struktura povsednevnogo mir: ocherki po fenomenologicheskoi sociologii / Per. s angl. A.Ya. Alhasova, N.Ya. Mazlumyanovoi; nauch. redaktor perevoda G.S. Batygin. M.: Logos, 2003. 336 s.

15. Haidegger M. Chto takoe filosofiya? // Voprosy filosofii. 1993. № 8. S. 113-123.