Тенденции развития казанского библиофильства последней трети XIX первой трети ХХ веков (на примере личных книжных коллекций ученых)

УДК 027.1

Н.Н. Горшкова

ТЕНДЕНЦИИ РАЗВИТИЯ КАЗАНСКОГО БИБЛИОФИЛЬСТВА ПОСЛЕДНЕЙ ТРЕТИ XIX - ПЕРВОЙ ТРЕТИ ХХ ВЕКОВ

В последней трети XIX - первой трети ХХ веков сложились тенденции специализации личных книжных коллекций в казанском библиофильстве. Данная статья - попытка проследить их на примере личных книжных коллекций ученых, собранных в этот период. Проанализированы типы собирателей, мотивы, руководившие ими при формировании собраний, их влияние на размеры и тематический состав личных библиотек

Ключевые слова: библиофил, личная библиотека, мотивы собирательства, Казань.

N.N. Gorshkova the tendencies of development of the kazan bibliophilism of the last third of the

XIX-TH - THE FIRST THIRD OF THE XX-TH CENTURIES

The tendencies of specialisation of the personal book collections were developed in Kazan bibliophilism of the last third of the XlX-th - the first third of the XX-th centuries. This article is an attempt to trace their development by an example of the personal libraries collected by scientists during this period. The types of collectors, the motives they were guided by at collecting their personal libraries, their influence on the size and thematic structure of collections have been analysed.

Keywords: the bibliophile, personal library, motives of collecting, Kazan.

Конец XIX - начало ХХ веков застали русское библиофильство в полном расцвете. В это время, в России начали издаваться каталоги библиофильских коллекций, книжных выставок и антикварно-букинистических магазинов, появились первые специализированные журналы «Антиквар» и «Русский библиофил». В начале ХХ века возникали и первые российские объединения книголюбов: «Общество любителей книжных знаков» и «Русское библиографическое общество» [1]. Книги собирали люди разного звания - купцы, чиновники, священнослужители, ученые. Многие интересовались древними рукописями и старопечатными изданиями, хорошо разбирались в научных принципах ее описания и истории. При этом мало кто смотрел на собирательство как на спорт или хобби [2].

Все изменения, происходившие в русском книгособирательстве, связанные с историческими событиями в России последней трети XIX - первой трети ХХ веков, отражались на жизни Казани и развитии казанского библиофильства. В последней трети XIX - первой трети ХХ веков в нем сложились определенные тенденции, которые мы и предлагаем проследить в данной статье на примере личных книжных коллекций, собранных учеными в этот период и хранящихся в научных библиотеках города. Для этого нами проанализированы типы собирателей, мотивы, руководившие ими при формировании собраний, их влияние на размеры и тематический состав их личных библиотек.

Как и во всей России, собирательством книг были увлечены представители разных сословий. Примерами тому служат известные книжные коллекции купца И.Сахарова, священнослужителя Е.Малова, журналиста Н.Агафонова. Появившийся в конце XIX века интерес собирателей к древностям позволил создать уникальные библиофильские коллекции, в которых соседствовали рукописные документы, старопечатные книги и издания, современные собирателю. Спектр отраслей знаний, в которых были задействованы казанские собиратели-ученые, достаточно разнообразен и в первой трети ХХ века заметно расширился. К преобладавшим ранее медикам, филологам и историкам присоединились искусствоведы и естествоиспытатели. При этом число медиков-книголюбов значительно уменьшилось. Примечательным для начала ХХ столетия стало появление среди библиофилов татарских ученых.

Приоритетным для казанских коллекционеров-ученых последней трети XIX - первой трети XX вв. был исследовательский интерес. Книжные собрания, созданные в соответствии с ним, составляли в конце XIX и на рубеже веков более четверти всех личных библиотек того времени. Их доля заметно увеличилась в начале ХХ столетия, почти достигнув половины. Количество личных книжных коллекций, собранных из профессиональной необходимости, было незначительным в конце XIX века. Однако оно выросло на рубеже веков и составило более трети от числа всех собранных в это время. В первые 30 лет нового столетия это значение не изменилось. Чаще всего такие личные библиотеки, включавшие энциклопедии, справочники, практические и учебные руководства, принадлежали медикам. Библиофильскими мотивами при создании книжных собраний руководствовалась треть владельцев. И только в первой трети ХХ в. этот интерес стал преобладать.

В соответствии с мотивами, руководившими коллекционерами при создании личных книжных коллекций, казанские собиратели были разделены на следующие типы (см. табл. 1):

Табл. 1

Казанские собиратели последней трети XIX - первой трети ХХ вв.

Типы собирателей Последняя треть XIX века Рубеж XIX и XX веков Первая треть XX века Всего

Собиратели- читатели 1 1 2

Собиратели- утилитаристы 2 3 3 8

Собиратели- исследователи 2 2 5 9

Собиратели- библиофилы 3 2 3 8

Собиратели-исследователи, среди которых - историк русской литературы Н.Н.Булич, миколог Н.В. Сорокин, профессор римской словесности ДИ.Нагуевский, языковед В.А.Богородицкий, всегда преобладали среди коллекционеров-ученых. Причем, в первой трети ХХ века их количество значительно увеличилось. Собиратели этого типа на основе своих личных библиотек могли проводить самостоятельные научные изыскания.

Собиратели-утилитаристы, в числе которых были медики С.С.Зимницкий, В.С.Груздев, К.В.Ворошилов, подбирали в книжные коллекции издания, необходимые им в работе. Они составляли приблизительно 30% от общего числа казанских книголюбов на протяжении всех 60 лет.

Почти столько же насчитывалось в Казани этого времени собирателей-библиофилов, собиравших помимо современных им изданий, уникальные и редкие старинные рукописные и печатные документы. К ним можно отнести востоковеда И.Ф.Готвальда, медика Н.А.Толмачева, химика М.И.Лопаткина, славистов М.П. и Н.М.Петровских, естествоиспытателя А.М.Вилькена.

Редким можно назвать тип собирателя-читателя. Его полное исчезновение в первой трети ХХ века, скорее всего, связано с пополнением фондов общественных библиотек за счет национализации.

Объемы личных книжных коллекций, собранных казанскими учеными в последней трети XIX -первой трети XX века, колеблются от 50 до 50000 томов в отдельно взятой коллекции. Малые книжные собрания, насчитывавшие до 100 экземпляров, начали формироваться только на рубеже XIX и ХХ веков и составили половину всех собранных коллекций этого времени. Крупные книжные коллекции (более 5000 изданий) всегда были малочисленны. Первая из них была собрана в Казани на рубеже веков славистами М.П. и Н.М.Петровскими. Она насчитывала около 50000 томов. Два других крупных собрания принадлежали языковеду В.А.Богородицкому и естествоиспытателю А.М.Вилькену. Половину созданных в конце XIX века книжных коллекций составили большие (от 1000 до 5000 книг) собрания. К началу нового столетия их количество уменьшилось в три раза, но значительно увеличилось в первой трети ХХ века. К ним относятся личные библиотеки археографа С.Вахиди, искусствоведа В.В.Егерева, историка церкви священника Е.А.Малова и его сына языковеда С.Е.Малова. Также почти половину всех собраний составляли средние по объему книжные коллекции (от 100 до 1000 томов). Значительно уменьшившись на рубеже веков, их число вновь выросло в начале ХХ столетия.

На протяжении 60 лет менялось и содержание личных книжных коллекций. Количество универсальных собраний, которые состояли из книг практически по всем отраслям знаний, постепенно свелось к минимуму. В первой трети ХХ века всего одно собрание этого типа было создано ученым-естествоиспытателем А.М.Вилькеном. За весь период было создано только три энциклопедических книжных коллекции, охватывавшие широкий, но ясно очерченный круг разделов. Принадлежали они славистам М.П. и Н.М.Петровским, языковеду В.А.Богородицкому и микологу Н.В.Сорокину. Приблизительно ровным оставалось число отраслевых личных библиотек, которые содержали книги по одной или нескольким смежным областям знания. Узкоотраслевые книжные коллекции появились только на рубеже веков и составили почти четверть от числа собранных в это время. В начале ХХ века их доля выросла почти до половины. В то же время, специальные книжные коллекции, в которых собирались книги по нескольким, не являющихся смежными и не пересекающихся, областям знания исчезли в первой трети ХХ века.

Интересно, что изменялся не только тематический состав личных книжных коллекций, но и языковой. Так для конца XIX столетия были характерны многоязычные собрания. В это время не было ни одной личной библиотеки, в которой собирались бы книги только на русском языке. Исключительно редки двуязычные коллекции. В основном, подбирались издания на трех и более языках. Одноязычные книжные собрания появились на рубеже XIX и XX веков с формированием нового типа узкоотраслевых коллекций. Яркой чертой личных библиотек Казани первой трети ХХ столетия была не только их многоязычность, но и многографичность. Татарскими учеными отдавалось предпочтение арабографическим изданиям и книгам на «яналифе» - новом татарском алфавите на латинице. Часто в

одной коллекции соседствовали книги на кириллице, латинице, арабской графике.

Все приведенные выше данные рисуют характер казанского книгособирательства последней трети XIX-первой трети ХХ века, в котором главной особенностью является стремление к специализации личных книжных коллекций, которые все в большей степени соответствуют исследовательским и профессиональным интересам владельцев. При этом круг специальностей собирателей расширяется с каждым этапом. Содержание личных книжных собраний в большинстве случаев носит узкоотраслевой или отраслевой характер, сочетая в себе разные виды документов. Каждая из коллекций уникальна по своему характеру. Их владельцев неизменно объединяет одно - отношение к книге как ценному источнику информации, необходимой всей заинтересованной общественности, стремление к популяризации книги, нашедшее выражение через передачу своих книжных коллекций в научные библиотеки Казани.

Литература

1. Берков П.Н. История советского библиофильства (1917-1967). М.: Книга, 1971. - 255 с.

2. Шибанов П.П. Друзья книги // Книга. Исследования и материалы: / Всесоюзн. кн. палата. - М., 1973. - сб. 27 - С. 155-164.