ВЗАИМОСВЯЗЬ НЕРВНО-ПСИХИЧЕСКОЙ УСТОЙЧИВОСТИ И СКЛОННОСТИ К ОТКЛОНЯЮЩЕМУСЯ ПОВЕДЕНИЮ У ВОЕННОСЛУЖАЩИХ КОНТРАКТНОЙ СЛУЖБЫ

Психология правонарушающего поведения

Psychology of delinquent behaviour

Научно-практическая статья

УДК 159.9 © Е. О. Ермолова, О. А. Шамшикова, 2021

doi: 10. 24412/1999-6241-2021-4-87-404-415

5.3.1 Общая психология, психология личности, история психологии

Взаимосвязь нервно-психической устойчивости и склонности к отклоняющемуся поведению у военнослужащих контрактной службы

Екатерина Олеговна Ермолова \ Ольга Александровна Шамшикова 1

1 Новосибирский государственный педагогический университет, 630126, Новосибирск, ул. Вилюйская, 28, Россия Реферат

Введение. Рассмотрение вопросов сохранения и поддержания высокого уровня нервно-психической устойчивости военнослужащих контрактной службы является весьма актуальной задачей общей и военной психологии, от которой во многом зависит успешность выполнения профессиональной деятельности военнослужащих в экстремальных условиях. Реальные боевые действия — мощный стресс-фактор, провоцирующий впоследствии разные формы психогенных нарушений и отклоняющегося поведения. Целью данной работы выступило установление различий в характеристиках нервно-психической устойчивости и склонности к отклоняющемуся поведению у военнослужащих контрактной службы, принимавших и не принимавших участие в боевых действиях, а также выявление особенностей взаимосвязи между склонностью к отклоняющемуся поведению и нервно-психической устойчивостью. Материалы и методы. Представлены данные эмпирического исследования, проведенного с военнослужащими контрактной службы: группа 1 (п,=30) — участвовавшие и группа 2 (п2=30) — не участвовавшие в боевых действиях. Применялись методы математической статистики (критерий ^Манна-Уитни и Rs-Спирмена). Результаты и обсуждение. Были установлены особенности проявления нервно-психической устойчивости военнослужащих, показаны наиболее типичные формы отклоняющегося поведения у военнослужащих, участвовавших в боевых действиях. Выводы. Существуют различия в характеристиках нервно-психической устойчивости и склонности к отклоняющемуся поведению, а также различные конфигурации их взаимосвязи у военнослужащих контрактной службы в зависимости от наличия/отсутствия опыта боевых действий. Выявлено, что чем ниже уровень нервно-психической устойчивости, тем выше склонность к различным психическим нарушениям и отклоняющемуся поведению. Высокий уровень нервно-психической устойчивости является «превентивной мерой» психических расстройств и отклоняющегося поведения.

Ключевые слова: военнослужащие; нервно-психическая устойчивость; нервно-психическая неустойчивость; отклоняющееся поведение; посттравматический синдром; деструкция поведения

Для цитирования: Ермолова Е. О., Шамшикова О. А. Взаимосвязь нервно-психической устойчивости и склонности к отклоняющемуся поведению у военнослужащих контрактной службы // Психопедагогака в правоохранительных органах. 2021. Т. 26, № 4(87). С. 404-415. htpps://doi.org/10. 24412/1999-6241-2021-4-87-404-415

Scientific and Practical Article

UDC 159.9 © Е. О. Еrmolova, О. А. Shamshikova, 2021

doi: 10. 24412/1999-6241-2021-4-87-404-415

5.3.1 General Psychology, Personality Psychology, History of Psychology

The Relationship of Neuropsychic Stability and Propensity to Deviant Behaviour in Contract Military Servicemen

Ekaterina O. Ermolova 1, Olga A. Shamshikova 1

1 Novosibirsk State Pedagogical University, 28 Vilyuiskaya st., Novosibirsk, 630126, Russia Abstract

Introduction. Consideration of the issues of preserving and maintaining a high level of neuropsychic stability of contract military servicemen is a very urgent task of modern general and military psychology, upon which the success of the professional activities of military servicemen in extreme conditions largely depends. Real combat is a powerful stress factor that subsequently provokes various forms of psychogenic disturbances and deviant behaviour. The purpose of the research was to determine the differences

in characteristics of neuropsychic stability and propensity to deviant behaviour in contract military servicemen who participated in combat activities and those who did not, as well as to reveal the peculiarities of the relationship between the propensity to deviant behaviour and neuropsychic stability. Materials and Methods. The paper presents the data of an empirical study conducted on a sample (n = 60) of contract military servicemen who participated (group 1, n, = 30) and did not participate (group 2, n2 = 30) in combat activities. The authors employed the methods of mathematical statistics (U-Mann-Whitney and Spearman's p). Results and Discussion. Peculiarities of manifestation of neuropsychic stability of military servicemen were established, the most typical forms of deviant behaviour of military servicemen who participated in combat activities were shown. Conclusions. There are differences in the characteristics of neuropsychic stability and a propensity to deviant behavior and various configurations of their relationships in contract military servicemen according to the presence / absence of combat experience. It is revealed that the lower the level of neuropsychic stability is, the higher the tendency to various mental disorders and deviant behavior is. A high level of neuropsychic stability is a preventive measure of mental disorders and deviant behaviour.

Keywords: military servicemen, neuropsychic stability; neuropsychic instability; deviant behaviour; post-traumatic syndrome;

behaviour destruction

Citation: Еrmolova Е. О., Shamshikova О. А. The Relationship of Neuropsychic Stability and Propensity to Deviant Behaviour in Contract Military Servicemen. Psychopedagogy in Law Enforcement. 2021. Vol. 26, No. 4(87). Pp. 404-415 (In Russ.). htpps://doi.org/10. 24412/1999-6241-2021-4-87-404-415

Основные положения

1. Деятельность в экстремальных условиях, сопровождающихся угрозой жизни, предъявляет высокие требования как к физическому здоровью, так и к системе психической регуляции поведения военнослужащих контрактной службы, одним из базовых показателей которой выступает нервно-психическая устойчивость.

2. На протяжении всей контрактной службы военнослужащие попадают в разные жизненные и профессиональные ситуации, связанные с учебно-боевой подготовкой, служебно-боевой деятельностью, командировками в другие подразделения и части, реальными боевыми действиями. Однако не все военнослужащие контрактной службы находятся в одинаковых условиях на службе: одни принимают участие в боевых действиях, другие нет.

3. Длительное пребывание в зоне боевых действий является одним из главных психотравмирующих факторов, который приводит к снижению нервно-психической устойчивости, психологическим срывам, дезорганизует боевую деятельность, блокирует доступ к имеющимся резервам организма и, как следствие, вызывает психогенные расстройства и отклоняющееся поведение у военнослужащих.

Введение

Актуальность, значимость и постановка проблемы. В настоящее время значительное внимание государством и обществом направлено на деятельность системы правоохранительных органов и активную модернизацию структуры и функций в данной сфере профессиональной деятельности. Предъявляются высокие требования не только к состоянию физического, но и психического (психологического) здоровья военнослужащих, поскольку совокупность характеристик «здоровье» обеспечивает эффективность выполнения профессиональной деятельности, в том числе и в экстремальных условиях, и отражает состояние нервно-психической устойчивости военнослужащих [1-4]. В последнее десятилетие особенную актуаль-

ность представляет психологическое сопровождение военнослужащих контрактной службы как в период пребывания в горячих точках, так и в последующем процессе реабилитации, направленном на профилактику и устранение симптомов дезадаптации, в том числе признаков отклоняющегося поведения.

Несмотря на значительное число работ, вносящих вклад в исследование психологической и эмоциональной устойчивости личности, вопрос о взаимосвязи нервно-психической устойчивости (далее — НПУ) и склонности к отклоняющемуся поведению не до конца изучен, при том что косвенно наличие данной зависимости подтверждается в исследованиях ряда ученых [5-8]. В связи с этим целью исследования было подтверждение предположения о различиях в проявлении нервно-психической устойчивости и склонности к отклоняющемуся поведению у военнослужащих контрактной службы (принимавших и не принимавших участия в боевых действиях), а также установление особенностей взаимосвязи между склонностью к отклоняющемуся поведению и нервно-психической устойчивостью человека.

Теоретические предпосылки и обзор проблемы. Существует множество определений понятия «нервно-психическая устойчивость» [8-10], обобщая которые можно заключить, что НПУ — это врожденные и приобретенные личностные свойства, резервные психофизиологические возможности и мобилизационные ресурсы, обеспечивающие успешное функционирование человека в неблагоприятных или экстремальных профессиональных условиях [11; 12]. НПУ как свойство личности не является константной: она изменяется под влиянием различных внешних стимулов среды и имеет индивидуальный для каждой личности предел сопротивляемости психоэмоциональному напряжению, переутомлению и нарушению нормального функционирования организма, а также противодействия срыву психической деятельности [13]. Исходя из этого, основными характеристиками нервно-психической устойчивости, регулирующими

поведение и отражающими мотивацию, потребности и общий эмоциональный фон личности, являются социальное одобрение, эмоциональная устойчивость, жизнестойкость и самооценка [14]. НПУ также отражает адаптационные возможности и способности личности, поведенческую «гибкость» и волевую ре-сурсность. В зарубежных исследованиях, посвященных НПУ, внимание ученых акцентируется на показателях сопротивляемости и выносливости как основных характеристиках данного феномена.

Р. Пусетти и Д. Кобаз сформулировали три показателя выносливости:

— контроль, т. е. осознание личностью наличия возможных вариаций поведения в экстремальных условиях;

— вовлеченность в деятельность и проецирование через нее собственных целей, ценностей и приоритетов, что придает ей осмысленность;

— понимание изменений не как угрозы, а как вызова [10].

Согласно ряду исследований [8-10] к основным компонентам нервно-психической устойчивости относятся эффективность деятельности в эмоциогенной ситуации; способность личности сохранить адекватность поведения и контроль эмоциональной сферы; самоконтроль и самообладание над собственным поведением и действиями; настойчивость во время реализации и осуществления деятельности; терпеливость по отношению к себе и другим. Сформированность данных характеристик позволяет судить о высоком уровне нервно-психической устойчивости, что свидетельствует о наличии высокого адаптационного ресурса человека и способности эффективно осуществлять деятельность как в типовых, так и в экстремальных условиях [4].

Деятельность военнослужащих протекает именно в сложных, неопределенных, непостоянных и экстремальных условиях труда и отличается по характеру и функциям от других видов гражданской профессиональной деятельности [14]. Оценка соотношения специфики требований профессиональной деятельности военной службы и важных для профессии психофизиологических и личностных свойств выражается в профессиональной пригодности, проводится посредством профессионального психологического отбора в начале осуществления профессиональной деятельности. Диагностика уровня нервно-психической устойчивости выступает одним из ключевых критериев при соотнесении с категорией профессиональной пригодности и осуществляется в соответствии с Руковод-

ством по профессиональному психологическому отбору в Вооруженных Силах Российской Федерации 1.

Низкая нервно-психическая устойчивость (нервно-психическая неустойчивость) свидетельствует о достаточно высоком риске образования дезадаптивных психических состояний, что значительно ослабляет эффективность деятельности даже в обыденных условиях, а также является риском для деформации личности и возникновения девиационных тенденций. При этом нервно-психическая устойчивость и нервно-психическая неустойчивость (далее — НПН) находятся в своеобразном континууме, который заключается в комплексе психических и адаптационных свойств личности, регулирующих сферу поведения. НПН в основном рассматривается как неспособность личности преодолевать неблагоприятную ситуацию, подстраивать свое поведение под актуальные потребности и ситуационные условия [9; 15]. Наличие НПН — следствие психических нарушений в когнитивной, эмоциональной и волевой сферах личности, что значительно снижает функциональную способность всей психики в целом и отдельных ее компонентов в частности [2].

НПН проявляется у военнослужащих в снижении приспособляемости личности к специфике воинской службы, затруднении адаптации, повышении склонности к нарушениям дисциплины и девиациям в целом. Смена условий военно-профессиональной деятельности, экстремальная обстановка и, как следствие, повышение психоэмоциональной нагрузки уменьшают эффективность деятельности и приводят к ошибкам в реализации привычных действий, что влечет невыполнение поставленных служебных задач. Среди причин нервно-психической неустойчивости значительное место занимают нарушения в личностной сфере, которые отрицательно влияют на эмоционально-волевую регуляцию, регуляцию поведения и адаптацию, выступает основой для формирования различных психических отклонений и личностных дисфункций [9].

Во время боевых действий и боевой обстановки психика военнослужащего подвергается влиянию множества стресс-факторов и разнообразным негативным воздействиям, которые либо способствуют концентрации физических и психических возможностей человека, либо провоцируют дезорганизацию личности и понижение активности в целом [15]. Стресс рассматривается как неспецифическая психофизиологическая реакция на чрезмерную нагрузку, которая приводит к активизации гормональной системы организма. В результате происходит активизация вегетативного отдела симпатической и парасимпатической

1 Об утверждении Руководства по профессиональному психологическому отбору в Вооруженных Силах Российской Федерации : приказ Министра обороны РФ от 26 января 2000 г. № 50. Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс».

нервной системы и достигается общий адаптационный синдром. Однако длительное и сильное воздействие стресса сменяется третьей фазой — «истощения», когда адаптационные механизмы, участвующие в поддержании резистентности организма, ослабевают [16; 17]. В литературе выделяют две основные группы стресс-факторов, которые наиболее сильно влияют на нервно-психическую устойчивость военнослужащих в период боевых действий:

1) группа А — факторы, оказывающие непосредственное эмоциональное влияние на личность военнослужащего (опасность, неопределенность, внезапность, повышенная ответственность, монотония из-за избытка времени в процессе длительного ожидания, психическое пресыщение, кровь, боевые ранения или смерть сослуживцев, разрушение укрытий, зданий или боевой техники, повышенный уровень общего дискомфорта);

2) группа Б — факторы, оказывающие опосредованное эмоциональное влияние, которое зависит от профессиональных возможностей личности (дефицит времени на адекватную оценку обстановки, принятие решений в условиях нападения противника, крайняя интеллектуальная сложность решений, избыток информации, высокий уровень психофизического утомления) [18; 19].

Отдельным стресс-фактором следует обозначить географические, климатические и ландшафтные условия ведения боя. Например, физические характеристики горной местности провоцируют «снижение уровня кислорода в клетках и тканях организма, в том числе в головном мозге, оказывают существенное влияние на психофизиологическое состояние и боевую деятельность военнослужащих» [20, с. 128], вызывают снижение аппетита и изменения вкусовой чувствительности; искажение образов восприятия объектов затрудняет пространственную и временную ориентацию. Резкие температурные колебания, перепады атмосферного давления, сильный ветер и низкая влажность воздуха часто приводят к физиологическим заболеваниям военнослужащих, одним из которых является горная болезнь.

Совокупность боевых стресс-факторов создает чрезмерную психологическую нагрузку, воздействующую на психику военнослужащего. Именно поэтому длительное пребывание в боевой обстановке не только провоцирует мощный расход энергетических ресурсов и утомление, негативно сказывающиеся на когнитивных функциях и аффективной сфере, но и вызывает различные психогенные расстройства как результат травматического воздействия [21; 22]. И хотя стресс-факторы первоначально служат функциям адаптации и приспособления, впоследствии они всегда оказываются избыточными, в связи с чем подвержены патологическим проявлениям. Наиболее распространены

депрессивные состояния, неврозы и острые реактивные психозы, сопровождающиеся сужением фокуса сознания, расстройством органов чувств, нарушением работы жизненно важных систем организма и моторной функции, когда военнослужащий временно полностью или частично утрачивает возможность осуществлять активные произвольные действия [5; 7; 8, 21; 22].

Военнослужащие в силу указанных причин могут подвергаться профессиональной деструкции [23] или (в более широком смысле) профессиональной деформации [24], при которой происходит изменение ранее сложившейся структурно-функциональной организации психики: установок, мотивов, динамических стереотипов, ценностных ориентаций и т. д., что отражается на эмоциональном состоянии, поведении и профессиональной деятельности.

Еще одним следствием боевых стресс-факторов, а также общей агрессивно-подавляющей среды в военных организациях является отклоняющееся поведение — действия человека, вступающего в конфликт с существующими общественными правилами, юридическими или культурными нормами, выражающиеся в несоответствии между актуальным поведением личности и правилами социума или определенной социальной группы [5; 7; 20; 22-24]. В военной педагогике и психологии отклоняющимся считается любое недозволительное поведение военнослужащего в период прохождения военной службы (нарушение закона, правовых норм, устава, приказа; уклонение от выполнения профессиональных обязанностей; симуляция и аггравация; демонстративные суицидальные попытки; прямое и косвенное агрессивное поведение; аддиктивное поведение: употребление психоактивных веществ, алкоголя и т. д.).

Таким образом, недостаток эмпирических данных и теоретических выводов, с одной стороны, и высокая востребованность выявления механизмов регуляции психических состояний и поведения военнослужащих — с другой, а также недостаток данных, подтверждающих наличие взаимосвязи нервно-психической устойчивости и склонности к отклоняющемуся поведению, обусловливают необходимость проведения теоретико-эмпирического исследования.

Материалы и методы

Методологическим основанием исследования послужили базовые принципы психологии: сознания и деятельности, детерминизма, системности, позволяющие заключить, что военнослужащий является «не средством решения боевых задач», а высшей социальной ценностью, изучение которого следует проводить на уровне целостной системы: индивида, личности, субъекта деятельности. В исследовании использовались метод теоретического обобщения, систематизации и анализа документов; метод психологиче-

ского тестирования; а также методы математическом обработки данных (дескриптивный, сравнительный и корреляционный анализ) с помощью программы SPSS Statistics 13.

Диагностика военнослужащих была произведена с учетом приказа Министра обороны РФ «Об организации работы с личным составом в Вооруженных Силах Российской Федерации» 2 и включала в себя следующий диагностический инструментарий: 1) анкету «Прогноз - 2» В. Ю. Рыбникова; 2) многоуровневый личностный опросник «Адаптивность - 2» (МЛО) А. Г. Маклакова, С. В. Чермянина; 3) стандартизированный тест-опросник (СОП-1) А. Н. Орел, К. В. Суго-няева; 4) опросник нервно-психической устойчивости (НПН — А) К. Н. Полякова, А. Н. Глушко; 5) опросник доминирующего состояния (ДС — краткий вариант) Л. В. Куликова; 6) опросник определения уровня не-вротизации (УН) Б. И. Тонконогова [25]. Базой исследования послужил Восточный военный округ Министерства обороны Российской Федерации.

Эмпирическую выборку составили военнослужащие мотострелкового батальона контрактной службы численностью 60 чел., которые разделены на две группы: первая — участвовавшие в боевых действиях (n1=30), вторая — не участвовавшие в боевых действиях (n2=30); средний возраст всех военнослужащих составил 29 лет; стаж работы — от 2 до 14 лет. Диагностика военнослужащих первой группы проводилась в рамках плановых и внеплановых профессиональных осмотров по их прибытии из зоны боевых действий (командировки в Сирийскую Арабскую Республику) согласно приказу Министра обороны РФ «О медико-психологической реабилитации военнослужащих» 3.

Результаты и обсуждение

Дескриптивный анализ показателей нервно-психической устойчивости и склонности к разным формам отклоняющегося поведения. Оценка центральной тенденции распределения исследуемых признаков проводилась по средним значениям, образованным по шкалам используемых методик. Результаты исследования сведены в таблицы 1-6.

Средние значения нервно-психической устойчивости, образованные по шкале анкеты «Прогноз - 2», в группе 1 значительно превышают выраженность значения данного показателя в группе 2. Зафиксировано, что частота встречаемости признака «нервно-психическая устойчивость» у военнослужащих оказалась не только неоднородной, но и зеркальной: в группе 1 у 13 человек (43%) она находится на низ-

Таблица 1. Средние значения нервно-психической устойчивости, образованные по шкале анкеты «Прогноз - 2», в группе 1 и группе 2

Группа х± о Min Мах

Первая 33,06 ± 5,91 22,0 45,0

Вторая 18,70 ± 7,59 7,0 32,0

ком и у 17 человек (57%) на среднем уровне, тогда как у 17 человек группы 2 (57%) — на среднем и у 13 человек (43%) — на высоком. Следует отметить, что измерение средних значений проводилось в обратной шкале, когда меньшему баллу соответствует более высокий уровень и наоборот.

Таблица 2. Средние значения нервно-психической устойчивости, образованные по шкале МЛО

«Адаптивность - 2», в группе 1 и группе 2

х± о Min Мах

Параметры а в fS а В а в fS а В а в fS а В

£ £ £ £ £ £

Адаптивный потенциал 56,96 ±10,79 33,23 ± 6,93 36,0 21,0 75,0 50,0

Нервно-психическая 29,90 ±8,74 17,26 ± 5,47 16,0 6,0 47,0 30,0

устойчивость

Коммуникативные способности 16,50 ±4,04 10,96 ± 3,34 10,0 4,0 23,0 20,0

Моральная нормативность 10,56 ±2,47 5,0 ± 2,36 7,0 0,0 15,0 8,0

По шкалам методики МЛО «Адаптивность - 2» были получены сходные показатели нервно-психической устойчивости по сравнению с показателями НПУ, образованными по методике «Прогноз - 2». Средние значения выраженности НПУ в группе 1 (х=29,9) отражают средний уровень; в группе 2 (х=17,26) — уровень выше среднего. Значения по шкалам методики измерены в обратной шкале. Общий адаптационный потенциал также значительно различается по группам: в первой — х=56,9, что отражает низкий уровень адаптации, во второй — среднее значение х=33,23 располагается на верхней границе уровня удовлетворительной адаптации.

По шкалам методик, направленных на измерение НПН (табл. 3, 4), было выявлено, что уровень невроти-

2 Об организации работы с личным составом в Вооруженных Силах Российской Федерации : приказ Министра обороны РФ от 12 октября 2016 г. № 655. Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс».

3 О внесении изменений в приложения № 1 и 3 к приказу Министра обороны Российской Федерации от 27 января 2017 г. № 60 «О медико-психологической реабилитации военнослужащих» : приказ Министра обороны РФ от 30 ноября 2020 г. № 643. Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс».

зации значительно выше в группе 1 (х=-20,03) и ниже в группе 2 (х=19,1); нервно-психическая неустойчивость в группе 1 находится на нижнем пределе высоких значений, что составляет х=8,6; в группе 2 — на среднем и низком уровне (х=4,9). Измерение средних значений проводилось в обратной шкале. Анализ выраженности признака «нервно-психическая неустойчивость» показал, что в группе 1 у 11 человек (37%) он находится на высоком и у 19 человек (63%) на среднем уровне, тогда как у 5 военнослужащих (16%) группы 2 практически не наблюдается, у 22 человек (74%) данный признак достигает среднего уровня и только 3 человека (10%) продемонстрировали повышенный уровень нервно-психической неустойчивости.

Таблица 3. Средние значения уровня невротизации, образованные по шкале методики «Уровень невротизации», в группе 1 и группе 2

Группа х± о Min Мах

Первая -20,03 ± 10,50 -38,0 3,0

Вторая 19,10 ± 6,65 5,0 31,0

Таблица 4. Средние значения уровня нервно-психической неустойчивости, образованные по шкалам опросника «НПН — 1», в группе 1 и группе 2

х± о Min Мах

-н 2 2 -н 2

Параметры а В а В а в а В а в а В

пу пу пу пу пу пу

£ £

Нервно-психическая неустойчивость 8,66 ± 2,79 4,9 ± 3,14 4,0 0,0 15,0 12,0

Истерия 12,43 ± 5,32 12,50 ± 6,50 0,0 3,0 20,0 26,0

Психастения 16,93 ± 6,68 11,43 ± 8,09 1,0 0,0 28,0 27,0

Психопатия 22,73 ± 7,02 19,96 ± 7,83 10,0 3,0 33,0 33,0

Паранойя 12,7 ± 2,61 12,26 ± 2,63 7,0 7,0 18,0 18,0

Шизофрения 4,23 ± 2,81 2,36 ± 2,32 0,0 0,0 9,0 7,0

Таблица 5. Средние значения параметра склонности к отклоняющемуся поведению, образованные по шкалам методики СОП-1, в группе 1 и группе 2

х± о Min Мах

1 2 1 2 1 2

Параметры а п а п а п а п а п а п

в В в В в В

у у у у у у

рГ рГ рГ рГ рГ рГ

Склонность

к нарушению 7,23 ± 2,14 7,40 ± 1,22 2,0 5,0 10,0 9,0

норм и правил

Склонность

к аддиктивному 10,73 ± 2,87 8,90 ± 1,72 3,0 7,0 17,0 15,0

поведению

Склонность

к самопо-

11,0 ± 2,22 9,33 ± 1,88 8,0 5,0 15,0 14,0

вреждающему

поведению

Склонность

к агрессии 13,53 ± 3,32 11,66 ± 3,23 7,0 7,0 18,0 18,0

и насилию

Волевой

контроль 9,63 ± 2,35 8,96 ± 1,95 5,0 6,0 14,0 14,0

эмоциональных

реакций

Склонность

к делинквентному 9,10 ± 2,36 7,96 ± 1,21 6,0 5,0 15,0 10,0

поведению

Анализ шкал акцентуаций характера показал отсутствие значительной выраженности признака (не норма) по обеим группам. Однако в группе 1 наиболее ярко проявляются акцентуации «психастения» (х=16,9) и «психопатия» (х=22,7). Данные показатели располагаются на верхней границе допустимой нормы. Акцентуация «истерия» практически отсутствует в обеих группах. В группе 2 акцентуация «шизофрения» (х=2,3) минимально выражена.

Анализ средних значений по методике «Склонность к отклоняющемуся поведению» указывает на преобладание в группе 1 на среднем и высоком уровне склонности к разным формам отклоняющегося поведения по сравнению с группой 2: к аддик-тивному поведению (х=10,7) (т. е. уход от реальности

посредством изменения своего психического состояния к иллюзорно-компенсаторному способу решения личностных проблем), самоповреждающему и саморазрушающему поведению (х=11) (т. е. склонность к риску, выраженная потребность в острых ощущениях, садомазохистские тенденции; соматизация тревоги, стремление к реализации комплекса вины в поведенческих реакциях); к агрессии и насилию (х=13,5) (т. е. решение проблем посредством силы, тенденция к унижению партнера по общению как средство стабилизации самооценки). В группе 2 полученные данные свидетельствуют о слабой выраженности склонности к отклоняющемуся поведению по всем шкалам методики.

По шкалам методики «Доминирующее состояние» были получены следующие результаты. В группе 1 (участвовавшие в боевых действиях) средние значения, образованные по шкалам методики, значительно снижены (располагаются в диапазоне среднего, пониженного и низкого уровней по сравнению с группой 2 (не участвовавшие в боевых действиях), средние значения которой в целом находятся на среднем и повышенном уровнях. Для группы 1 наиболее негативными доминирующими психическими состояниями являются пассивность, пессимистическая позиция (х=18,1), тревожность (х=30,9) и эмоциональная неустойчивость (х=34,7). Средние значения по шкалам «Жизненный тонус» (х=24,7) и «Удовлетворенность жизнью в целом» (х=24,06) располагаются в диапазоне средних оценок. Для группы 2 наиболее выраженными позитивными состояниями выступают высокий жизненный тонус

(х=11,7), высокая активность и стеническая реакция на трудности. При этом наблюдается пониженный уровень удовлетворенности жизнью в целом (х=26,6).

Таблица 6. Средние значения, образованные по шкалам методики «Доминирующее состояние», в группе 1 и группе 2

Сравнительный анализ показателей нервно-психической устойчивости и склонности к разным формам отклоняющегося поведения.

Применение непараметрического критерия и-Ман-на-Уитни между двумя группами позволило обнаружить 15 (из 28 возможных) достоверных различий исследуемых параметров, образованных по шкалам используемых методик (табл. 7).

Анализ данных группы 1 показывает, что испытуемые, принимавшие участие в боевых действиях, значительно превосходят военнослужащих без боевого опыта по таким параметрам, как «нервно-психическая неустойчивость» (иэмп=210,5 при р<0,000), «пассивное отношение к жизни» (Иэмп=13,0 при р<0,000), «низкий жизненный тонус» (иэмп=187,0 при р<0,000), «тревога» (№мп=63,0 при р<0,000), «неустойчивость» (иэмп=257,5 при р<0,01), «склонность к аддиктивному поведению» (Шмп=48,0 при р<0,01), «склонность к самоповреждающему и саморазрушающему поведению» (иэмп=285,5 при р<0,05), «склонность к агрессии и насилию» (иэмп=300,5 при р<0,05), «психастения» (№мп=306 при р<0,05), «шизофрения» (иэмп=295,5 при р<0,05).

Анализ полученных данных для группы 2 позволяет утверждать, что военнослужащие, не имеющие опыта боевых действий, превосходят военнослужащих с боевым опытом по таким параметрам, как «нервно-психическая

устойчивость» (Шмп=112,5 при p<0,000), «адаптивные способности» (Иэмп=132,5 при p<0,000), «коммуникативные способности» (иэмп=229,0 при p<0,001), «моральная нормативность» (Шмп=83,0 при p<0,000), «активное отношение к жизни» (Иэмп=13 при p<0,000), «спокойствие» (иэмп=63 при p<0,000), «устойчивость эмоционального тона» (Шмп=257,5 при p<0,01).

Таблица 7. Результаты оценки достоверности различий по показателям нервно-психической устойчивости и склонности к отклоняющемуся поведению между группами

Исследуемые признаки Средние ранги Коэффициент сравнения U Уровень значимости Р

Группа 1 Группа 2

Анкета «Прогноз - 2»

Нервно-психическая устойчивость 33,92 19,25 112,5 < 0,000

Опросник ДС

Активное/ пассивное отношение к жизни 15,93 45,07 13,0 < 0,000

Низкий / высокий тонус 21,73 39,27 187,0 < 0,000

Спокойствие/тревога 17,60 43,40 63,0 < 0,000

Устойчивость / неустойчивость эмоционального тона 24,08 36,92 257,5 < 0,01

МЛО «Адаптивность - 1»

Адаптивные способности 19,92 41,08 132,5 < 0,000

Нервно-психическая устойчивость 21,88 39,12 191,5 < 0,000

Коммуникативные способности 23,13 37,87 229,0 < 0,001

Моральная нормативность 18,27 42,73 83,0 < 0,000

Опросник СОП - 1

Склонности к аддиктивному поведению 37,33 23,77 248,0 < 0,01

Склонности к самоповреждающему и саморазрушающему поведению 35,98 25,02 285,5 < 0,05

Склонность к агрессии и насилию 35,48 25,52 300,5 < 0,05

Опросник НПН - А

Нервно-психическая неустойчивость 38,48 22,52 210,5 < 0,000

Психастения 35,30 25,70 306,0 < 0,05

Шизофрения 35,65 25,35 295,5 < 0,05

Полученные данные свидетельствуют, что наличие опыта боевых действий значительно понижает адаптационный ресурс личности, ослабляет коммуникативную компетентность, моральные и нормативные установки и нервно-психическую устойчивость в целом, которая проявляется в таких поведенческих чертах, как

х± о Min Мах

fS fS fS

Параметры а п £ а п £ а п £ а п £ а п £ а п £

& & ¿Г ¿Г ¿Г ¿Г

Активное /

пассивное

отношение 18,10 ± 6,58 37,50 ± 4,99 8,0 23,0 29,0 42,0

к жизненной

ситуации

Тонус высокий / низкий 24,76 ± 7,95 11,73 ± 5,23 13,0 7,0 40,0 23,0

Спокойствие/ тревога 30,96 ± 7,34 13,36 ± 5,58 16,0 7,0 42,0 25,0

Устойчивость /

неустойчивость эмоционального 34,76 ± 6,38 24,93 ± 5,39 17,0 7,0 47,0 31,0

тона

Удовлетворенность/ неудовлетворенность 32,23 ± 9,52 26,50 ± 8,43 19,0 13,0 54,0 47,0

жизнью в целом

Положительный /

отрицательный образ самого себя 24,06 ± 8,57 26,63 ± 5,86 8,0 10,0 40,0 36,0

агрессивность, направляемая на объект, аффективность и импульсивность поведенческой сферы (полученные данные согласуются с результатами предыдущего исследования [26; 27]), сложность установления позитивных межличностных отношений, трудность соблюдения дисциплинарных и моральных норм поведения, отсутствие адекватной самооценки и реального восприятия действительности; а также существует риск формирования девиационных тенденций и аддиктивного поведения.

Корреляционный анализ показателей нервно-психической устойчивости и склонности к разным формам отклоняющегося поведения. По результатам корреляционного анализа (г5-Спирмена), проведенного отдельно в отношении каждой из двух эмпирических групп, состоящих из военнослужащих, участвовавших (группа 1) и не участвовавших (группа 2) в боевых действиях, обнаружены разные конфигурации связей: для группы 1 выявлено 25 значимых взаимосвязей, тогда как в группе 2 — всего 7, из которых одна взаимосвязь получена на 1%, остальные 6 — на 5%.

В таблицах 8 и 9 представлены только взаимосвязи, непосредственно соответствующие цели нашего исследования. Исходя из анализа полученных данных (табл. 8), можно предположить, что у испытуемых

Таблица 8. Результаты корреляционного анализа взаимосвязи нервно-психической устойчивости и склонности к отклоняющемуся поведению в группе 1 (n1=30) (Table 8. The results of the correlation analysis

of the relationship between neuropsychic stability and the propensity to deviant behavior in group 1

группы 1 при снижении уровня нервно-психической устойчивости (р<0,01) обнаруживаются разные формы отклоняющегося поведения (склонность к нарушению норм и правил, к самоповреждающему и саморазрушающему поведению, к агрессии и насилию, к делинквент-ному поведению); при увеличении выраженности параметров тревоги и отрицательного образа себя (р<0,01) усиливаются склонность к шизофреническим проявлениям и параноидальная симптоматика; при снижении адаптивных способностей и моральной нормативности (р<0,01) увеличивается уровень невротизации и психо-патизации, а также наблюдается нарастание склонности к аддиктивному поведению.

Полученные данные не противоречат результатам других исследователей [5-8]. Наличие опыта боевых действий значительно деформирует личностную сферу военнослужащих, что проявляется в выраженной склонности к агрессии и насилию. Тенденции к постоянному напряжению и настороженности, жизненно необходимые в период боевых сражений, переходя в зону бессознательных установок, значительно повышают уровень тревоги, снижают адаптационный потенциал и переводятся в область девиаций в мирное время. Иррациональное восприятие правил и образа себя также являются триггерами девиантного поведения, поскольку нормы, действующие в экстремальных ситуациях, значительно расходятся с нормами мирного общества. Одно и то же событие, правило или табу подлежит смысловой переоценке в ситуациях с разными задачами и критериями эффективности. Наличие невротизации и посттравматического синдрома проявляется в виде флэшбеков и бессознательных рефлекторных реакций на определенные ассоциативные импульсы, что также способствует деформации личности.

Таблица 9. Результаты корреляционного анализа взаимосвязи нервно-психической устойчивости и склонности к отклоняющемуся поведению в группе 2

Исследуемые признаки Показатели Коэффициент корреляции rs Уровень значимости p

Нервно-психическая устойчивость Истерия -0,371 0,05

Паранойя -0,501 0,01

Нервно-психическая неустойчивость Спокойствие -0,395 0,05

Неудовлетворенность жизнью в целом Уровень невротизации 0,433 0,05

Полученные и описанные взаимосвязи на группе военнослужащих, участвовавших в боевых действиях, свидетельствуют о том, что наличие боевого опыта трансформирует личность, создает предпосылки для разных форм отклоняющегося поведения; с учетом выявленной низкой моральной ответственности особый риск при-

Исследуемые признаки Показатели Коэффициент корреляции rs Уровень значимости p

Нервно-психическая устойчивость Склонность к нарушению норм и правил -0,551 < 0,01

Склонность к аддиктивному поведению -0,603 < 0,001

Склонности к самоповреждающему и саморазрушающему поведению -0,603 < 0,001

Склонность к агрессии и насилию -0,507 < 0,01

Склонность к делинквентному поведению -0,464 < 0,01

Уровень невротизации и психопатизации -0,478 < 0,01

Тревога Шизофрения 0,548 < 0,01

Отрицательный образ себя Паранойя 0,454 < 0,01

Адаптивные способности Уровень невротизации и психопатизации -0,585 < 0,01

Моральная нормативность Склонность к аддиктивному поведению -0,456 < 0,01

обретают антисоциальные девиации (различные виды химических и нехимических аддикций, повышение склонности к правонарушениям и т. п.).

У испытуемых группы 2 обнаружены следующие взаимосвязи: нервно-психическая устойчивость — паранойя (р<0,01); истерия (р<0,05): при снижении нервно-психической устойчивости усиливается склонность к истерии, повышаются параноидальные тенденции, в целом свойственные военнослужащим в силу специфики их профессиональной деятельности [27], проявляющиеся в разной степени подозрительности, контроля и недоверия, желании доминировать и руководить; нервно-психическая неустойчивость — спокойствие/ тревога (р<0,05): слабо выраженные проявления нервно-психической неустойчивости свидетельствуют в пользу стабильной нервно-психической устойчивости и сопровождаются состоянием спокойствия (уверенностью в своих силах и возможностях); ярко выраженные проявления нервно-психической неустойчивости отражают низкий уровень поведенческой регуляции, нарушение межличностных отношений и неадекватную самооценку, слабые адаптационные возможности и обычно сопровождаются высокой тревогой. Наряду с повышением уровня невротизации, подобные проявления характерны при неудовлетворенности жизнью в целом (р<0,05) (табл. 9). Данный показатель особо диагностически значим, так как переживания полноты жизни — базис психологической устойчивости личности. Ощущения бессмысленности и опустошенности являются факторами риска развития психических нарушений и склонности к отклоняющемуся аддиктивному поведению.

Выводы

1. Нервно-психическая устойчивость является стабильным, особым личностным свойством, обеспечивающим сознательно-волевые и коммуникативно-оценочные компоненты психической активности в профессиональной деятельности, с одной стороны, и динамическим, изменяющимся под воздействием социальной (в основном стрессовой) ситуации — с другой. Опыт боевых действий значительно снижает нервно-психическую устойчивость, адаптационный потенциал военнослужащих, ослабляя нормативные установки и коммуникативные навыки, актуализируя негативные психические состояния, повышая импульсивность поведения и риск формирования отклоняющегося поведения и психопатических нарушений.

2. Существуют различия в характеристиках нервно-психической устойчивости и склонности к отклоняющемуся поведению у военнослужащих контрактной службы в зависимости от наличия/отсутствия опыта боевых действий:

— военнослужащим, имеющим опыт боевых действий, свойственны нервно-психическая неустойчивость, пассивное отношение к жизни, низкий жизненный тонус, тревога, неустойчивость эмоционального тона,

склонность к самоповреждающему и саморазрушающему поведению, аддиктивному поведению, агрессии и насилию, склонность к психастении, шизофрении;

— для военнослужащих, не имеющих опыта боевых действий, характерна выраженность нервно-психической устойчивости, адаптивных и коммуникативных способностей, моральной нормативности, активного отношения к жизни, высокого жизненного тонуса, спокойствия, устойчивости эмоционального тона.

3. Существуют различные конфигурации взаимосвязей нервно-психической устойчивости и склонности к отклоняющемуся поведению у военнослужащих контрактной службы в зависимости от наличия/отсутствия опыта боевых действий:

— для военнослужащих, имеющих опыт боевых действий, с низким уровнем нервно-психической устойчивости характерны разные формы отклоняющегося поведения (склонность к нарушению норм и правил, к самоповреждающему и саморазрушающему поведению, к агрессии и насилию, к делинквентному поведению); при увеличении выраженности параметров тревоги и отрицательного образа себя усиливаются склонность к шизофреническим проявлениям и параноидальная симптоматика; при снижении адаптивных способностей и моральной нормативности увеличивается уровень невротизации и психопатизации, нарастает склонность к аддиктивному поведению — данная конфигурация взаимосвязи требует привлечения специалистов медико-психиатрического профиля;

— для военнослужащих, не имеющих опыта боевых действий, характерна взаимосвязь между нервно-психической устойчивостью и паранойей — данная конфигурация указывает на то, что при снижении нервно-психической устойчивости повышаются параноидальные тенденции, в целом свойственные военнослужащим в силу специфики их профессиональной деятельности, проявляющиеся в разной степени подозрительности, контроля и недоверия, потребности в доминировании и руководстве. Выраженность нервно-психической устойчивости сопровождается состоянием спокойствия (уверенностью в своих силах и возможностях); яркие проявления нервно-психической неустойчивости военнослужащих отражают социальную незрелость, низкий уровень поведенческой регуляции, нарушение межличностных отношений, дисциплинарных и моральных норм поведения, неадекватную самооценку, слабые адаптационные возможности и сопровождаются высокой тревогой — данная конфигурация взаимосвязи требует уточнения при интерпретации профиля личности.

Рекомендации. Психотравмирующая ситуация, длительное физическое и психическое напряжение изменяют личностную сферу военнослужащих, что нарушает работу регуляторных механизмов психики, приводит к снижению нервно-психической устойчивости и на-

растанию нервно-психической неустойчивости, создает основу для психических нарушений и формирования отклоняющегося поведения. Психологическую работу военных психологов следует направить на развитие адаптационных навыков, навыков ассертивности и стрессоустойчивости, выработку конструктивных механизмов совладающего поведения, проработку пси-хотравмирующих ситуаций психофизиологическими и психотерапевтическими методами, так как данная работа является неотъемлемой и обязательной частью поддержания психического здоровья и психологического сопровождения военнослужащих контрактной службы, участвовавших в боевых действиях. В то время как социально-психологическую профилактическую работу и психолого-педагогические меры воздействия следует нацеливать на укрепление и стабилизацию нервно-психической устойчивости военнослужащих в целом,

которая служит своего рода «прививкой» против различных форм отклоняющегося поведения.

Перспективы. За рамками данной работы, на наш взгляд, остается круг вопросов, ожидающих своего разрешения, а именно исследование отсроченного эффекта влияния боевого стресса (с интервалом в полгода, год и т. д.) на состояние нервно-психической устойчивости и иных регуляторных механизмов психики и выявления склонности к различным формам отклоняющегося поведения; лонгитюдное исследование, направленное на выявление динамики нервно-психической устойчивости и склонности к отклоняющемуся поведению (до и после пребывания военнослужащих в условиях боевых действий), исследование каузальных (причинно-следственных) связей трансформации личностной и профессиональной сферы военнослужащих, имеющих опыт боевых действий, и пр.

Список источников

1. Рогачева Т. В. Представления о психологической устойчивости как предпосылке психологического здоровья // Медицинская психология в России. 2014. № 4(27). URL: http://mprj.ru.

2. Акимова О. Н., Балюкова И. Б. Нервно-психическая устойчивость военнослужащих // Актуальные проблемы психологического здоровья: теория и практика : мат-лы междунар. науч. конф. Псков, 2016. С. 154-157.

3. Корзунин А. В., Церфус Д. Н. Нервно-психическая устойчивость как критерий профессиональной адаптации // Психолого-педагогические проблемы безопасности человека и общества. 2015. № 2 (27). С. 13-17.

4. Очинская Д. С. Взаимосвязь уровня самоактуализации личности военнослужащих с нервно-психической устойчивостью и личностными факторами // Вестник научного общества студентов, аспирантов и молодых ученых. 2014. № 1. С. 260-265.

5. Решетников М. М. Психическая травма. СПб., 2006. 322 с.

6. Маклаков А. Г. Личностный адаптационный потенциал: его мобилизация и прогнозирование в экстремальных условиях // Психологический журнал. 2001. № 1. С. 16-24.

7. Тарабрина В. Практикум по психологии посттравматического стресса. СПб., 2001. 272 с.

8. Чермянин С. В., Корзунин В. А., Юсупов В. В. Методологические аспекты диагностики нервно-психической неустойчивости у специалистов экстремальных видов деятельности // Медико-биологические и социально-психологические проблемы безопасности в чрезвычайных ситуациях. 2008. № 6. С. 49-54.

9. Шмыков В. И. Концепция психологического сопровождения психической устойчивости и профессиональной адаптации сотрудников органов внутренних дел. Пермь, 2006. 168 с.

10. Kobasa S. C. Stressful life events, personality and health: an inquiry into hardiness. Journal of personality and social psychology. 1979. № 37. Pp. 1-11. doi: 10.1037 // 0022-3514.37.1.1.

11. Куликов Л. В. Психогигиена личности. Вопросы психологической устойчивости и психопрофилактики : учеб. пособие. СПб., 2004. 484 с.

12. Долговых М. П. Виктимное поведение как патогенный фактор самореализации личности // Самореализация личности в современных социокультурных условиях : сб. мат-лов всерос. науч.-практ. конф. : в 2 т. Тольятти, 2013. Т. 1. С. 66-70.

13. Ермолова Е. О., Бурлакова С. С. Особенности жизнестойкости у сотрудников правоохранительных органов в экстремальных условиях профессиональной деятельности // Противодействие преступности в современных условиях: уголовно-правовые, криминологические и психолого-педагогические аспекты : сб. мат-лов всерос. науч.-практ. конф. (с международным участием), 20 октября 2020 г. / отв. ред. Р. В. Новиков. Пермь, 2020. С. 107-110.

14. Караяни А. Г., Утлик Э. П. Саморегуляция функциональных состояний в боевой обстановке // Психопедагогика в правоохранительных органах. 2018. № 3(74). С. 5-9. doi: 10. 24411/1999-6241-2018-13001.

15. Рыбников В. Ю. Экспресс-методика «Прогноз-2» для оценки нервно-психической неустойчивости кандидатов на учебу в ВУЗ // Тезисы докладов на 1 всеармейском совещании. М., 1990. С. 132-135.

16. Beissner F., Meissner K., Bär K.-J., Napadow V. The autonomic brain: an activation likelihood estimation meta-analysis for central processing of autonomic function. Journal of Neuroscience. 2013. Vol. 33, № 25. Pp. 10503-10511. doi: 10.1523/JNEUR0SCI.1103-13.2013.

17. Chrousos G. P., Gold P. W. The concepts of stress and stress system disorders. Overview of physical and behavioral homeostasis. Journal of the American Medical Association. 1992. Vol. 267, № 9. Pp. 1244-1252. doi: 10.1001/jama.1992.03480090092034.

18. Бодров В. А. Проблема преодоления стресса. Процессы и ресурсы преодоления стресса // Психологический журнал. 2006. № 2. С. 113-122.

19. Литвинцев С. В., Снедков Е. В., Резник A. M. Боевая психическая травма : Руководство для врачей. М., 2005. 432 с.

20. Караяни А. Г., Караваев А. Ф. Психофизиологические особенности боевых действий в горах // Психопедагогика в правоохранительных органах. 2020. Т. 25, № 2(81). С. 126-133. doi: 10. 24411/1999-6241-2020-12001.

21. Караяни А. Г., Евенко С. Л. Психология отклоняющегося поведения военнослужащих в боевой обстановке : монография. М., 2006. 122 с.

22. Bog M., Filges T., Jorgensen A-M.K. Deployment of personnel to military operations: impact on mental health and social functioning. Campbell systematic review. 2018. Vol. 14(1). 127 p.

23. Polyakova O. B. Category and structure of professional deformations. National Psychological Journal. 2014. № 1(13). Pp. 55-62. doi: 10.11621/npj.2014.0106.

24. Безносое С. П. Профессиональные деформации личности: подходы, концепции, метод : автореф. дис. ... д-ра психол. наук. СПб., 1997. 398 с.

25. Методики военного профессионального психологического отбора / под ред. В. И. Лазуткина, Н. Н. Зацарного, Г. М. За-раковского. М., 2009. 535 с.

26. Shamshikova O. A., Ermolova E. O., Belashina T. V. Expression of individual psychological personality traits depending on the level of anger repression (a case study of a sample group of law enforcement officers). Third International Conference on Humanity and Social Science (ICHSS2017). Conference proceedings. 2017. Pp. 188-192.

27. Шамшикова О. А., Ермолова Е. О., Пикалова Е. С. Индивидуально-типологические особенности кандидатов на службу в правоохранительные органы // Ананьевские чтения - 2020. Психология служебной деятельности: достижения и перспективы развития (в честь 75-летия Победы в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.) : сб. мат-лов междунар. науч. конф. СПб., 2020. С. 611-612.

Поступила 02.07.2021; одобрена после рецензирования 20.07.2021; принята к публикации 30.08.2021. Заявленный вклад авторов: все авторы внесли эквивалентный вклад в подготовку публикации.

Авторы заявляют об отсутствии конфликта интересов

ИНФОРМАЦИЯ ОБ АВТОРАХ Е. О. Ермолова — кандидат психологических наук, доцент, профессор кафедры общей психологии истории психологии, shamka05@mail.ru, htpps://orcid.org/0000-0002-1636-1527;

О. А. Шамшикова — кандидат психологических наук, профессор, заведующий кафедрой общей психологии и истории психологии, shamol56@rambler.ru, htpps://orcid.org/0000-0002-3551-0444.

References

1. Rogacheva T. V. Ideas of psychological stability as a prerequisite for psychological health. Medical psychology in Russia: electronic scientific journal. 2014. No. 4

2. Akimova O. N., Balyukova I. B. Neuropsychic stability of military personnel. Actual problems of psychological health: theory and practice. Proceedings of the international scientific conference. Pskov, 2016. Pp. 154-157.

3. Korzunin A. V., Tserfus D. N. Neuropsychic stability as the criterion of professional adaptation. Psychological and pedagogical problems of human security and society. 2015. No. 2

4. Ochinskaya D. S. The relationship between the level of self-actualization of the personality of military personnel with neuropsychic stability and personal factors. Bulletin of the Scientific Society of Students, Post-graduate Students and Young Scholars. 2014. No. 1. Pp. 260-265.

5. Reshetnikov M. M. Psychic trauma. St. Petersburg, 2006. 322 p.

6. Maklakov A. G. Personality adaptive potential: its mobilization and forecasting in extreme conditions. Psychological journal. 2001. No. 1. Pp. 16-24.

7. Tarabrina V. Workshop on Psychology of Post-Traumatic Stress. St. Petersburg, 2001. 272 p.

8. Chermyanin S. V., Korzunin V. A., Yusupov V. V. Methodological aspects of diagnozing neuropsychic instability in specialists of extreme activity. Medico-Biological and Socio-Psychological Problems of Safety in Emergency Situations. 2008. No. 6. Pp. 49-54.

9. Shmykov V. I. The concept of psychological support for mental stability and professional adaptation of law enforcement officers. Perm, 2006. 168 p.

10. Kobasa S. C. Stressful life events, personality and health: an inquiry into hardiness. Journal of Personality and Social Psychology. 1979. No. 37. Pp. 1-11. doi: 10.1037 // 0022-3514.37.1.1.

11. Kulikov L. V. Psychohygiene of the individual. Questions of psychological stability and psychoprophylaxis. St. Petersburg, 2004. 484 p.

12. Dolgovykh M. P. Victim behavior as a pathogenic factor of personality self-realization. Self-realization of personality in modern socio-cultural conditions. Conference proceedings of the All-Russian scientific and practical conference in two volumes. Tolyatti, 2013. Vol. 1. Pp. 66-70.

13. Ermolova E. O., Burlakova S. S. Features of the resilience of law enforcement officers in extreme conditions of professional activity. Counteracting crime in modern conditions: aspects of criminal law, criminological and psychological-pedagogical aspects. Proceedings of the All-Russian scientific-practical conference

14. Karayani A. G., Utlik E. P. Self-regulation of functional states in combat conditions. Psychopedagogy in Law Enforcement. 2018. No. 3

15. Rybnikov V. Yu. Rapid methodology "Prognosis-2" for assessing the neuropsychic instability of applicants to university. Abstract reports for the 1st All-Army meeting. Moscow, 1990. Pp. 132-135.

16. Beissner F. The autonomic brain: an activation likelihood estimation meta-analysis for central processing of autonomic function / F. Beissner, K. Meissner, K.-J. Bär, V. Napadow. Journal of Neuroscience. 2013. Vol. 33, No. 25. Pp. 10503-10511. doi: 10.1523 / JNEUROSCI.1103-13.2013.

17. Chrousos G. P., Gold P. W. The concepts of stress and stress system disorders. Overview of physical and behavioral homeostasis. Journal of the American Medical Association. 1992. Vol. 267, No. 9. Pp. 1244-1252. doi: 10.1001 / jama.1992.03480090092034.

18. Bodrov V. A. The Problem of Coping with Stress. Processes and Resources of Coping with stress. Psychological Journal. 2006. No. 2. Pp. 113-122.

19. Litvintsev S. V., Snedkov E. V., Reznik A. M. Combat mental trauma: A guide for doctors. Moscow, 2005. 432 p.

20. Karayani A. G., Karavaev A. F. Psychophysiological peculiarities of combat activities in the mountains. Psychopedagogy in Law Enforcement. 2020. Vol. 25, No. 2

21. Karayani A. G., Evenko S. L. Psychology of deviant behavior of military servicemen in combat conditions. Moscow, 2006. 122 p.

22. Bog M., Filges T., Jorgensen A-M. K. Deployment of personnel to military operations: impact on mental health and social functioning. Campbell systematic review. 2018. Vol. 14(1). 127 p.

23. Polyakova O. B. Category and structure of professional deformations. National Psychological Journal. 2014. No. 1(13). Pp. 55-62. doi: 10.11621 / npj.2014.0106.

24. Beznosov S. P. Professional deformation of personality: approaches, concepts, method. Extended abstract of Doctor of Sciences dissertation

25. Methods of military professional psychological selection. Ed. by Lazutkin V. I., Zatsarny N. N., Zarakovsky G. M. Moscow, 2009. 535 p.

26. Shamshikova O. A., Ermolova E. O., Belashina T. V. Expression of individual psychological personality traits depending on the level of anger repression (a case study of a sample group of law enforcement officers). The 3rd International Conference on Humanity and Social Science (ICHSS2017). Conference proceedings. 2017. Pp 188-192.

27. Shamshikova O. A., Ermolova E. O., Pikalova E. S. Individual-typological characteristics of candidates for service in law enforcement agencies. Ananiev Readings - 2020. Psychology of Service: Achievements and Development Prospects

Submitted: 02.07.2021; approved after reviewing: 20.07.2021; accepted for publication: 30.08.2021. The authors' alleged contribution: all the authors have made an equal contribution to the publication.

The authors declare that there is no conflict of interest.

INFORMATION ABOUT THE AUTHORS E. O. Ermolova — Candidate of sciences (in Psychology), Associate-Professor, Professor at the chair of General Psychology and History of Psychology, shamka05@mail.ru, https://orcid.org/0000-0002-1636-1527;

O. A. Shamshikova — Candidate of sciences (in Psychology), Professor, Head of the chair of General Psychology and History of Psychology, shamol56@rambler.ru, https://orcid.org/0000-0002-3551-0444.