Уголовно-правовое значение состояния опьянения в современном российском законодательстве

Е.А. Буданова

кандидат юридических наук, доцент

УГОЛОВНО-ПРАВОВОЕ ЗНАЧЕНИЕ СОСТОЯНИЯ ОПЬЯНЕНИЯ В СОВРЕМЕННОМ РОССИЙСКОМ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВЕ

CRIMINAL LEGAL SIGNIFICANCE OF INTOXICATION IN THE PRESENT RUSSIAN LEGISLATION

В статье анализируется состояние опьянения как отягчающее наказание обстоятельство; рассматриваются различные точки зрения на внесенные законодателем изменения в ст. 63 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее — УК РФ). Формулируется авторская позиция, состоящая в том, что суды при назначении наказания должны учитывать нахождение лица в момент совершения преступления в состоянии опьянения в качестве отягчающего обстоятельства только в тех случаях, когда такое состояние способствовало совершению преступления.

In the article intoxication state as the circumstance aggravating punishment is analyzed; consider different points of view on legislation changes in article 63 of the Criminal code of the Russian Federation. Formulates the author's position is that the courts in sentencing should take into account finding a person of committing a crime in a state of intoxication as aggravating circumstances in cases where this condition contributed to the Commission of the crime.

Проблема правовой защиты граждан от преступных посягательств, совершаемых лицами, находящимися в состоянии опьянения, не теряет своей актуальности на протяжении длительного времени.

Федеральный закон от 21 октября 2013 г. № 270-ФЗ внес изменения в ст. 63 УК РФ, дополнив ее частью 1.1 следующего содержания: «Судья (суд), назначающий наказание, в зависимости от характера и степени общественной опасности преступления, обстоятельств его совершения и личности виновного может признать отягчающим обстоятельством совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, наркотических средств или других одурманивающих веществ» [1]. Тем самым состояние опьянения было закреплено в качестве обстоятельства, отягчающее наказание.

Данная законодательная новелла была воспринята юридической общественностью неоднозначно. Она вновь оживила интерес к вопросу об уголовно-правовом значении состояния опьянения, который имеет глубокие исторические корни и немало вариантов решений.

Справедливости ради отметим, что данный порядок в целом воспроизводит норму, которая предусматривалась в статье 39 УК РСФСР 1960 г.

Некоторые ученые и практические работники позитивно восприняли дополнение статьи 63 УК РФ новым отягчающим обстоятельством. В поддержку позиции законодателя на страницах юридической литературы приводятся в основном три аргумента.

Во-первых, усиление уголовной ответственности за преступления, совершенные в состоянии опьянения, криминологически обоснованно.

Официальные статистические данные свидетельствуют о негативной динамике «наркотической» и «алкогольной» преступности и тяжести ее последствий. Так, в 2016 г. число преступлений и лиц, совершивших их в состоянии наркотического опьянения, по сравнению с 2008 г. возросло соответственно на 120,7% и 167,7%. А количество преступлений и лиц, совершивших эти деяния в состоянии алкогольного опьянения, увеличилось на 47% и 48%. Если до 2009 г., согласно данным официальной отчетности, наблюдался спад преступности лиц, находящихся в состоянии опьянения, то в 2010—2016 годах число таких преступлений значительно увеличилось, о чем свидетельствует анализ количественных показателей данного негативного явления. Так, с 2011 по 2015 год в полтора раза (с 263,3 тыс. в 2011 г. до 397,7 тыс. в 2015 г.) возросло количество преступлений, совершенных в состоянии алкогольного опьянения (удельный вес этой преступности вырос в 1,6 раза — с 20,1% до 32,1%) [2. — С. 9].

В 2016 году каждое третье расследованное в России преступление было совершено лицами в состоянии алкогольного опьянения.

Во-вторых, позитивный итог реформирования уголовного закона заключается в том, что законодатель устранил противоречие, которое возникло между нормами Общей и Особенной частей УК РФ после введения Федеральным законом от 13 февраля 2009 г. №° 20-ФЗ в ст. 264 УК РФ нового квалифицирующего признака — совершение деяния лицом, находящимся в состоянии опьянения. В то же время, предусмотрев новое квалифицирующее обстоятельство, в 2009 г. законодатель не дополнил ст. 63 УК РФ отягчающим уголовное наказание признаком и, таким образом, нарушил логико-структурное построение и системность уголовного закона.

В-третьих, включение состояния опьянения в перечень признаков, отягчающих уголовное наказание, обусловлено тем, что данное состояние является одним из наиболее распространенных условий, способствующих совершению преступлений. Нетрезвое состояние порождает целый комплекс поведенческих нарушений: эмоциональную неустойчивость, повышенную конфликтность и агрессивность, изменяется восприятие реальности, снижается самоконтроль и критическое отношение к своему поведению. Как справедливо замечает И. О. Анисимов, «алкоголь и наркотики растормаживают инстинкты, способствуют проявлению скрытых негативных особенностей личности и переживаний, которые в трезвом состоянии контролируются сознанием» [3. — С. 127]. Таким образом, состояние опьянения создает благоприятную почву для антиобщественного поведения.

Согласно статистическим данным, в нашей стране в 2015 году в состоянии опьянения было совершено 66% убийств, 68,5% фактов умышленного причинения тяжкого вреда здоровью, 61% изнасилований, 36% разбоев, 28% грабежей, 26% хулиганства [4. — С. 62—83].

Практика показывает, что употребление спиртного либо наркотиков значительно повышает вероятность совершения как умышленных, так и неосторожных преступлений, существенно влияет на мотивацию противоправного поведения.

Так, при совершении преступлений против личности насилие проявляется на фоне низкого уровня самоконтроля, повышенной возбудимости и конфликтности. Относительно корыстных преступлений опьянение снижает сдерживающее влияние норм права и морали, страха наказания, а сама потребность в спиртном либо наркотиках оказывается причиной хищения. Что касается неосторожных преступлений, то негативная роль алкоголизма, наркомании и токсикомании проявляется в снижении профессиональных качеств, потере определенных навыков и умений, утрате возможности адекватно воспринимать конкретную ситуацию и т.п.

Однако многие авторы критически оценивают включение состояния опьянения в перечень обстоятельств, отягчающих наказание. Например, В. П. Алехин и С. С. Медведев, анализируя данные изменения в УК РФ, отмечают, что «современное уголовное законодательство направлено на оценку деяния лица, совершающего преступление, а не на его личность и состояния, в которых находится личность в момент совершения преступления. Однако последнее изменение в ст. 63 УК РФ показывает, что уголовная политика изменяет свой вектор развития, от объективного подхода к оценке уголовно-правового деяния постепенно переходит к оценке самого преступника» [5. — С. 971—972]. Авторы считают это шагом назад в развитии отечественного законодательства, такой подход был характерен для УК РСФСР 1960 года.

На наш взгляд, приведенные выше суждения весьма спорны. Во-первых, заметим, что к числу обстоятельств, отягчающих либо смягчающих наказание, законодатель традиционно относит не только те, которые влияют на степень общественной опасности деяния, но и характеризующие личность виновного (например, несовершеннолетний возраст, беременность и др.). Во-вторых, нельзя отрицать влияние опьянения на степень общественной опасности совершенного в таком состоянии преступления. Анализ судебной практики, проведенный С. В. Ярославцевым, показал, что «деяния, совершенные в состоянии опьянения, по форме отличаются особой жестокостью, цинизмом; по характеру они почти всегда безмотивные, импульсивные

и самими преступниками почти не контролируемые, а потому для окружающих повышено опасные и трудно пресекаемые» [6. — С. 283].

Другие ученые, осуждая законодателя за дополнение ст. 63 УК РФ новым отягчающим обстоятельством (совершение преступления в состоянии опьянения), ссылаются на отсутствие строго определенной направленности его влияния. Так, по мнению Л. Л. Кругликова, иногда при наличии в уголовном деле данного обстоятельства есть основания вести речь не о повышенной, а о пониженной степени общественной опасности совершенного преступления и личности виновного, а следовательно, о влиянии его на наказание в сторону смягчения. Например, состояние опьянения может смягчать наказание при совершении преступлений подростками и лицами, не имеющими навыков в обращении с алкоголем [7. — С. 9].

Такой же позиции придерживается И. Б. Бойко, отмечая, что, хотя алкогольное опьянение и не фигурирует в УК среди обстоятельств, смягчающих наказание, в определенных ситуациях оно может и даже должно учитываться как смягчающий фактор [8. — С. 78].

Однако, включив состояние опьянения в перечень отягчающих обстоятельств, законодатель, по мнению Л. Л. Кругликова, признал за ним свойство строго определенной направленности влияния — только усиливать наказание, но не смягчать его. Поэтому суды неправомочны трансформировать это отягчающее обстоятельство в его противоположность — в обстоятельство, смягчающее наказание. Далее ученый заключает: «...В закон не должны включаться такие обстоятельства, которые могут перейти в свою противоположность по характеру влияния — в одной ситуации смягчать наказание, а в другой, напротив, отягчать» [7. — С. 10].

Таким образом, сквозь призму процитированных рассуждений явно просматривается отрицательное отношение Л. Л. Кругликова к включению состояния опьянения в перечень обстоятельств, отягчающих наказание. Однако, на наш взгляд, в рассуждениях ученого есть внутреннее противоречие. Не поддерживая позицию современного законодателя относительно признания состояния опьянения отягчающим наказание обстоятельством, автор вместе с тем считает, что в некоторых случаях оно может повышать общественную опасность совершенного преступления, а следовательно, играть роль усиливающего наказание фактора. Возникает вопрос: как сможет суд при усилении наказания сослаться на нетрезвое состояние виновного, если его не будет в перечне отягчающих обстоятельств, который носит исчерпывающий характер?

Если обратиться к действующей редакции ч. 1.1 ст. 63 УК РФ, то нетрудно заметить неоднозначность закрепления состояния опьянения как обстоятельства, отягчающего наказание. Двусмысленность изложенной позиции связана с предоставленным судье или суду правом не признать состояние опьянения отягчающим обстоятельством, что изначально выделяет рассматриваемое состояние лица из общего перечня закрепленных в ст. 63 УК РФ обстоятельств.

Поэтому отдельные авторы, в целом позитивно восприняв новое отягчающее обстоятельство, критикуют законодательную конструкцию ч. 1.1 ст. 63 УК РФ. Так, С. Г. Дзиконская усматривает в данной новелле криминогенный потенциал. Решение вопроса о признании состояния опьянения отягчающим наказание обстоятельством законодатель отдал на откуп правоприменителю (это правомочие, а не обязанность суда), следовательно, норма формирует основания для широкого судейского усмотрения, дает почву для коррупции. Автор обвиняет законодателя в том, что он, по сути, пошел по пути полумер: с одной стороны, признал состояние опьянения отягчающим обстоятельством, с другой — придал ему особый правовой статус, определяемый усмотрением судьи (суда). Подобная ситуация, по мнению С. Г. Дзиконской, недопустима, «необходимо закрепить в законе состояние опьянения в качестве обстоятельства, отягчающего наказание, признаваемого таковым по факту нахождения лица в этом состоянии на момент совершения преступления» [9. — С. 122].

О. Н. Штаб также настаивает на том, что независимо от характера совершенного преступления суд должен (а не вправе) учитывать состояние опьянения в качестве отягчающего обстоятельства при назначении наказания [10. — С. 25].

На наш взгляд, с такой позицией нельзя согласиться ввиду отсутствия столь однозначного влияния состояния опьянения на степень вины и меру ответственности лица, совершившего преступление. Для многих преступлений опьянение не имеет уголовно-правового значения, так как не играет значительной роли в развитии данных преступных посягательств, не оказывает влияния на формирование умысла и его реализацию. Например, при совершении преступлений против конституционных прав и свобод человека и гражданина, преступлений в сфере экономической деятельности, умышленных должностных посягательств и многих других. В то же время в насильственных преступлениях, а также в деяниях, которые связаны с пренебрежением общепринятыми нормами и правилами поведения либо специальными правилами предосторожности, состояние опьянения выполняет

важную роль в механизме преступного поведения, а также увеличивает тяжесть возможных последствий.

Кроме того, состояние опьянения отрицательно характеризует личность виновного при совершении преступления.

Анализ статистических данных о выявленных лицах, совершивших преступления в период с 2011 по 2016 год, свидетельствует о том, что примерно одна треть этих лиц в момент совершения

общественно опасного деяния находилась в состоянии опьянения, при этом в расчет брались лица старше 16 лет (табл. 1).

Что же касается совершивших преступления несовершеннолетних, то среди них доля лиц, которые находились в состоянии опьянения во время осуществления общественно опасного деяния, составляет примерно 15% от общего количества привлеченных к уголовной ответственности (табл. 2).

Таблица 1

Соотношение лиц, совершивших преступления в состоянии опьянения, с общим количеством выявленных лиц, совершивших преступления, в России за 2011—2016 годы

Выявлено лиц, совершивших преступления 2011 2012 2013 2014 2015 2016

всего 1041340 1010938 1012563 1006003 1075333 1015875

в том числе в состоянии опьянения: алкогольного 221536

наркотического и токсического 15438

Таблица 2

Соотношение несовершеннолетних лиц, совершивших преступления в состоянии опьянения, с общим количеством выявленных несовершеннолетних лиц, совершивших преступления, в России

за 2011—2015 годы

Выявлено несовершеннолетних лиц, совершивших преступления 2011 2012 2013 2014 2015

всего 65963 59461 60761 54369 55993

в том числе в состоянии опьянения: алкогольного 7247

наркотического и токсического 289

По мнению И. Б. Степановой, уголовно-правовое значение состояния опьянения нельзя определить однозначно для всех преступлений, его следует дифференцировать. Судам необходимо предоставить право в зависимости от обстоятельств дела учитывать его либо как отягчающее, либо как смягчающее наказание обстоятельство, либо не учитывать вообще, если оно не имеет отношения к обстоятельствам дела [11. — С. 43].

Если обратить внимание на данные официальной статистики о преступлениях против личности (ст. ст. 105, 111, 131 УК РФ) и лицах, их совершивших в состоянии опьянения, то можно сделать следующие выводы. Наибольший удельный вес преступлений, совершенных в состоянии опь-

янения, в 2015 году характерен для состава преступления, предусмотренного ст. 111 УК РФ «Умышленное причинение тяжкого вреда здоровью». Так, от общего числа лиц, совершивших указанное деяние (27998 человек), 77% (21430 человек) в момент преступления находилось в состоянии алкогольного опьянения. Аналогичный показатель для лиц, совершивших убийства, составил 74%, а для лиц, совершивших изнасилование, — 72% [4. — С. 70, 77].

Среди преступлений против собственности за указанный период примерно одинаковый удельный вес лиц, совершивших деяния в состоянии опьянения, характерен для составов преступлений, предусмотренных ст. 162 УК РФ «Разбой» и ст. 161 «Грабеж», и составляет соответственно

48% и 51%. Несмотря на то, что количество выявленных лиц, совершивших кражи (321084 человека), в несколько раз превышает аналогичный показатель для разбоев и грабежей, доля лиц, совершающих тайные хищения в состоянии опьянения, меньше по сравнению с разбоями и грабежами и составляет 31% (100745 человек).

Как видим, статистика свидетельствует о том, что преступления, совершаемые в состоянии опьянения, зачастую связаны с посягательством на жизнь и здоровье человека, отношения собственности.

Особую роль алкогольное или наркотическое опьянение играет в механизме неосторожных преступлений. Употребление спиртных напитков или наркотиков влияет на возможность лица правильно воспринимать события окружающей действительности, контролировать свое поведение. В связи с этим самонадеянный расчет (легкомыслие), снижение внимания или осмотрительности (небрежность) может стать следствием опьянения. Следовательно, нахождение лица в состоянии опьянения способствует совершению неосторожных преступлений, а значит, должно признаваться обстоятельством, отягчающим наказание.

Однако необходимо учитывать, что состояние опьянения не может быть признано отягчающим наказание обстоятельством в следующих случаях: 1) когда нахождение преступника в таком состоянии для совершения преступления является совершенно нейтральный фактом; 2) если имело место «непроизвольное», «неосмотрительное» опьянение, когда лицо, употребляя психоактивные вещества (в том числе лекарственные препараты), не знало и не могло знать о специфическом воздействии последних на свой организм; 3) в ситуации «вынужденного» опьянения, когда лицо помимо своей воли, иногда даже по принуждению, оказывается в таком состоянии.

На основании изложенного можно сделать вывод, что решение законодателя включить состояние опьянения в число обстоятельств, отягчающих наказание, является совершенно обоснованным. Формулировка ч. 1.1 ст. 63 УК РФ должна способствовать назначению справедливого наказания с учетом характера и степени общественной опасности совершенного деяния, личности виновного. Представляется, что состояние опьянения следует рассматривать как отягчающее наказание в тех случаях, когда оно способствует совершению преступления, например, когда лицо, имея преступный умысел, намеренно употребляет спиртные напитки «для храбрости», «для куража». Усиление уголовного наказания возможно и в тех ситуациях, когда лицо, употребляя алкогольные напитки или наркотические

средства, заведомо знает о том, что в силу индивидуальных особенностей психики или имеющихся у него заболеваний это приведет к повышению возбудимости, агрессии, частичной утрате контроля над своими действиями, что, в конечном счете, будет способствовать совершению антиобщественных и противоправных действий, в том числе и преступлений.

ЛИТЕРАТУРА

1. О внесении изменения в статью 63 Уголовного кодекса Российской Федерации : федеральный закон от 21 октября 2013 г. № 270-ФЗ. — URL: http://www.kremlin.ru/acts/19450 (дата обращения: 30.03.2017).

2. Состояние преступности. Январь — декабрь 2008—2016 гг. [Электронный ресурс] // Сайт Министерства внутренних дел Российской Федерации. — URL: http://mvd.ru (дата обращения: 23.05.2017).

3. Анисимов И. О. Уголовно-правовое значение состояния опьянения субъекта преступления // Актуальные проблемы гуманитарных и естественных наук. — 2011. — № 6. — С. 127—132.

4. Преступность и правонарушения (2011—2015 гг.) : статистический сборник. — М. : МВД РФ, Судебный департамент при Верховном Суде РФ, 2016. — 180 с.

5. Алехин В. П., Медведев С. С. Анализ последних изменений в Уголовном кодексе РФ // Политематический сетевой электронный научный журнал Кубанского государственного аграрного университета. — 2014. — № 96. — С. 969—982.

6. Ярославцев С. В. Уголовная ответственность лиц, совершивших преступление в состоянии опьянения // Вектор науки Тольяттинского государственного университета. — 2010. — № 4. — С. 280—283.

7. Кругликов Л. Л. Влияние состояния опьянения на назначение уголовного наказания // Актуальные проблемы уголовного права на современном этапе (вопросы дифференциации ответственности и законодательной техники) : сб. науч. ст. / отв. ред. Л. Л. Кругликов. — Ярославль : ЯрГУ, 2014. — С. 3—12.

8. Бойко И. Б. Алкогольное опьянение как обстоятельство, смягчающее наказание // Вестник юридического факультета Коломенского института (филиала) ФГБОУ ВПО «Московский государственный машиностроительный университет (МАМИ)». — 2013. — № 5. — С. 75—78.

9. Дзиконская С. Г. Криминологическая экспертиза новелл УК РФ 2013 г. (на примере ч. 1.1

ст. 63 УК РФ) // Законность и правопорядок в современном обществе. — 2013. — № 16. — С. 120—123.

10. Штаб О. Н. Состояние опьянения в уголовном законе: проблемы и противоречия // Алтайский юридический вестник. — 2013. — № 1 (1). — С. 24—25.

11. Степанова И. Б., Соколова О. В. К вопросу об уголовно-правовом значении состояния опьянения // Научный поиск. — 2015. — № 14. — С. 41—44.

REFERENCES

1. O vnesenii izmeneniya v statyu 63 Ugolov-nogo kodeksa Rossiyskoy Federatsii : federalnyiy za-kon ot 21 oktyabrya 2013 g. № 270-FZ. — URL: http://www.kremlin.ru/acts/19450 (data obrasche-niya: 30.03.2017).

2. Sostoyanie prestupnosti. Yanvar — dekabr 2008—2016 gg. [Elektronnyiy resurs] // Sayt Minis-terstva vnutrennih del Rossiyskoy Federatsii. — URL: http://mvd.ru (data obrascheniya: 23.05.2017).

3. Anisimov I. O. Ugolovno-pravovoe znachenie sostoyaniya opyaneniya sub'ekta prestupleniya // Ak-tualnyie problemyi gumanitarnyih i estestvennyih nauk. — 2011. — № 6. — S. 127—132.

4. Prestupnost i pravonarusheniya (2011—2015 gg.) : statisticheskiy sbornik. — M. : MVD RF, Sudebnyiy departament pri Verhovnom Sude RF, 2016. — 180 s.

5. Alehin V. P., Medvedev S. S. Analiz poslednih izmeneniy v Ugolovnom kodekse RF // Politematich-eskiy setevoy elektronnyiy nauchnyiy zhurnal Ku-banskogo gosudarstvennogo agrarnogo universiteta. — 2014. — № 96. — S. 969—982.

6. Yaroslavtsev S. V. Ugolovnaya otvetstvennost lits, sovershivshih prestuplenie v sostoyanii opyaneniya // Vektor nauki Tolyattinskogo gosudarstvennogo universiteta. — 2010. — № 4. — S. 280—283.

7. Kruglikov L. L. Vliyanie sostoyaniya opyaneniya na naznachenie ugolovnogo nakazaniya // Aktualnyie problemyi ugolovnogo prava na sov-remennom etape (voprosyi differentsiatsii ot-vetstvennosti i zakonodatelnoy tehniki) : sb. nauch. st. / otv. red. L. L. Kruglikov. — Yaroslavl : YarGU, 2014. — S. 3—12.

8. Boyko I. B. Alkogolnoe opyanenie kak ob-stoyatelstvo, smyagchayuschee nakazanie // Vestnik yuridicheskogo fakulteta Kolomenskogo instituta (filiala) FGBOU VPO «Moskovskiy gosudarstven-nyiy mashinostroitelnyiy universitet (MAMI)». — 2013. — № 5. — S. 75—78.

9. Dzikonskaya S. G. Kriminologicheskaya ek-spertiza novell UK RF 2013 g. (na primere ch. 1.1 st. 63 UK RF) // Zakonnost i pravoporyadok v sovremennom obschestve. — 2013. — № 16. — S. 120—123.

10. Shtab O. N. Sostoyanie opyaneniya v ugolovnom zakone: problemyi i protivorechiya // Altayskiy yuri-dicheskiy vestnik. — 2013. — № 1 (1). — S. 24—25.

11. Stepanova I. B., Sokolova O. V. K voprosu ob ugolovno-pravovom znachenii sostoyaniya opyaneniya // Nauchnyiy poisk. — 2015. — № 14. — S. 41—44.

СВЕДЕНИЯ ОБ АВТОРЕ

Буданова Елена Александровна. Доцент кафедры уголовного права и криминологии. Кандидат юридических наук, доцент.

Воронежский институт МВД России. E-mail: budanovaelena@yandex.ru

Россия, 394065, Воронеж, проспект Патриотов, 53. Тел. (473) 200-53-32.

Budanova Elena Aleksandrovna. Associate Professor of the chair of Criminal Law and Criminology. Candidate of Law, Associate Professor.

Voronezh Institute of the Ministry of the Interior of Russia. E-mail: budanovaelena@yandex.ru

Work address: Russia, 394065, Voronezh, Prospect Patriotov, 53. Tel. (473) 200-53-32.

Ключевые слова: состояние опьянения; лица, совершающие преступления; обстоятельства, отягчающие наказание.

Key words: intoxication; the perpetrators of the crime; the circumstances aggravating punishment. УДК 343.225.3