Прилагательные, характеризующие внешне привлекательного человека, в русской языковой картине мира

А. А. Мильбрет

ПРИЛАГАТЕЛЬНЫЕ, ХАРАКТЕРИЗУЮЩИЕ ВНЕШНЕ ПРИВЛЕКАТЕЛЬНОГО ЧЕЛОВЕКА, В РУССКОЙ ЯЗЫКОВОЙ КАРТИНЕ МИРА

ALINA A. MILBRET

ADJECTIVES, CHARACTERIZING ATTRACTIVE PERSON, IN RUSSIAN LINGUAL WORLD IMAGE

В статье рассматриваются прилагательные, дающие общую положительную оценку внешности человека в русской языковой картине мира. Статья посвящена особенностям функционирования анализируемых прилагательных в различных типах дискурса, представленности анализируемых единиц в языковом сознании носителей русского языка, выявлению прагматического компонента их значения. Проводимый лингвокультуроло-гический анализ прилагательных, характеризующих внешне привлекательного человека, позволяет описать наивные языковые представления носителей русского языка, сложившиеся под воздействием национального мировидения и мировосприятия.

Ключевые слова: общая оценка внешности, языковая картина мира, лингвокульту-рология, лингвокультурологический анализ, ассоциативный эксперимент, когнитивный тест, прагматический компонент значения.

The article presents adjectives that give general positive assessment of a person's appearance in Russian lingual world image. The article is devoted to the functional peculiarities of analyzed adjectives in different types of discourse and the detection of pragmatic component of their meaning. The cultural linguistic analysis of adjectives, characterizing an attractive person, makes it possible to describe naïve lingual conceptions of Russian native speakers, which have been formed under the impact of national world vision and world perception.

Keywords: general assessment of appearance, lingual world image, cultural linguistics, cultural linguistic analysis, associative experiment, cognitive test, pragmatic component of meaning.

В современной лингвистической литературе существует множество дефиниций языковой картины мира (ЯКМ), что в значительной степени определяется разными подходами к рассмотрению этой категории. Она представлена как зафиксированная в языке и специфическая для данного языкового коллектива схема восприятия действительности, как «своего рода мировидение через призму языка» [5: 47], как результат «отражения объективного мира обыденным (языковым) сознанием того или иного языкового сообщества» [4: 30]; как «система ценностных ори-ентаций, закодированная в ассоциативно-образных комплексах языковых единиц и восстанавливаемая исследователем через интерпретацию ассоциативно-образных комплексов посредством обращения к обусловившим их знакам и концептам культуры» [Там же: 32].

Высказывается мнение, что само понятие ЯКМ является условным, ибо образ мира, воссоздаваемый «по данным одной лишь языковой семантики, скорее карикатурен и схематичен... для адекватности языковой

Алина Александровна Мильбрет

Аспирантка кафедры русского языка как иностранного и методики его преподавания Санкт-Петербургского государственного университета  alina_stepanova@mail.ru

образ мира корректируется эмпирическими знаниями о действительности общими для пользователей определенного естественного языка» [1: 67]. Наконец, отмечается, что понятие ЯКМ не может «претендовать на абсолютную истинность, поскольку это не объективно существующая реалия, а умозрительное построение, используемое его создателями для решения каких-либо теоретических или практических задач» [4: 4].

Итак, сделана попытка представить ЯКМ как некое явление, ставшее результатом отражения и восприятия действительности тем или иным языковым коллективом и связанное со сложившейся системой ценностных ориентаций, кодируемых «в ассоциативно-образных комплексах языковых единиц». При этом высказываются разные мнения о возможности постижения ЯКМ, так как она не исчерпывается только языковой семантикой и требует коррекции со стороны эмпирических знаний о действительности, общих для пользователей определённого естественного языка, и в таком виде представляет собой достаточно условное построение. Но не вызывает сомнений очевидность, что это построение результативно для решения «теоретических и практических задач».

Опираясь на изложенное выше, мы принимаем следующее определение ЯКМ в лингвистической теории: ЯКМ — это реконструируемая исследователем схема восприятия действительности носителем языка. Реконструкция, осуществляемая исследователем при моделировании того или иного фрагмента ЯКМ, заключается в извлечении и экспликации ассоциативно-образных комплексов языковых знаков, прагматического компонента их значений, задающих систему ценностных ориентаций представителей националь-но-лингвокультурного сообщества.

Описание ЯКМ связано с выделением ее фрагментов на ситуативно-тематической основе, что позволяет представить ассоциативно-образные комплексы языковых знаков, участвующих в их создании. Одним из таких участков является портретное описание человека, необходимость использования которого постоянно возникает в процессе коммуникации, так как общение людей предполагает прежде всего идентификацию

объекта, фиксацию представлений об участнике коммуникативного акта. Воспроизведение «физических формул узнавания» [2] вызвано практическими и вместе с тем эстетическими потребностями индивидуализации коммуниканта. С точки зрения психологии, в первую очередь, возникает общее впечатление о человеке — привлекательности или непривлекательности его внешнего облика. Эта особенность восприятия при взаимодействии и коммуникации людей универсальна для представителей любой национальности. Но представление о красоте человека различно у представителей разных культур, что обусловливает и набор языковых средств, используемых при оценке внешности.

Анализ лексических единиц русского языка со значением общей оценки внешности человека в аспекте лингвокультурологии дает возможность выявить наивные языковые представления носителей русского языка, сложившиеся под воздействием национального мировидения и мировосприятия. Данные представления вербализуются в различных контекстах художественных произведений, публицистики и разговорной речи, актуализируя те или иные дифференциальные признаки понятий, выявляя особенности синтагматических связей лексем, их способность функционировать для характеристики лиц разного возраста и пола, эксплицируя прагматический компонент значения единиц.

Задачей статьи является экспликация представлений русского лингвокультурного сообщества, стоящих за прилагательными, характеризующими внешне привлекательного человека, и определение параметров, учет которых необходим при анализе данных прилагательных.

Материалом исследования послужили контексты сайта «Национальный корпус русского языка» (www.ruscorpora.ru).

Кроме того, для выявления представленности анализируемых единиц в языковом сознании носителей русского языка был проведен эксперимент. В опросе приняли участие 43 человека в возрасте от 18 до 55 лет. Предложенную анкету заполнили 23 женщины и 20 мужчин. Подавляющее большинство опрошенных составили молодые

люди с высшим образованием (как гуманитарным, так и техническим) или студенты.

Испытуемым предлагалось 2 задания: 1) указать на ассоциации, непосредственно возникающие у них в связи со словом-стимулом, и 2) дать определение понятию (например, красивый(-ая) мужчина (женщина) для меня — это...), что является когнитивным тестом. В проведенном эксперименте мы опирались на работу В. Ждановой «Русская культурно-языковая модель пространства и особенности индивидуальной ориентации в ней» [3: 336].

Эксперимент проводился через Интернет, в связи с чем опрашиваемые могли выражать свои оценки, эмоции, допускалось использование графических знаков (например, «смайликов»).

Детальному лингвокультурологическому анализу были подвергнуты 10 наиболее частотных прилагательных со значением общей положительной оценки внешности: красивый, симпатичный, хорошенький, привлекательный, интересный, милый, миленький, миловидный, приятный, смазливый.

Проведенный анализ позволил констатировать следующее.

С точки зрения возрастной характеристики человека прилагательные распределяются таким образом: милый может быть употреблено по отношению к лицам любого возраста. То же касается формы мужского рода прилагательных красивый, симпатичный, приятный и формы женского рода прилагательного миленькая. Не употребляются применительно к лицам пожилого возраста такие прилагательные, как хорошенький / хорошенькая, привлекательный / привлекательная, миловидный / миловидная, смазливый / смазливая, а также форма женского рода прилагательных красивая, симпатичная, форма мужского рода прилагательных миленький и интересный.

Миленьким / миленькой в большинстве случаев называют людей детского возраста, что обусловлено уменьшительно-ласкательным суффиксом данной формы.

Миловидный чаще всего ассоциируется с детской невинностью. Например: «Лихонин для

верности сам сел рядом с приват-доцентом, обняв его за талию, а на колени к себе и соседу посадил маленького Толпыгина, розового миловидного мальчика, у которого, несмотря на его двадцать три года, еще белел на щеках детский — мягкий и светлый — пух» (Куприн А. И. Яма).

С точки зрения требуемой в контексте конкретизации внешности можно отметить следующее. Конкретизация внешности красивого(-ой), симпатичного(-ой), хорошенького(-ой), интересного (-ой), милой, миленькой, миловидного (-ой), смазливого допускает широкое варьирование. Например: «А малая Светланка, как и положено, была ещё ангелочком в тёмных кудрях, с нежной кожей лица, с лёгким румянцем — красивая девочка» (Екимов Б. Фетисыч // Новый Мир. 1996.); «Девушку я выделил вмиг. Очень миленькая, молодая. В нарядной шубке, с сумочкой и книжкой в руках. И с таким черным вихрем над головой, какого я уже года три не видел!» (Лукьяненко С. Ночной дозор). Важными атрибутами красивого/красивой, хорошенького/хорошенькой, милого/ милой, миленького/миленькой, миловидного/миловидной являются предметы одежды, стиль.

Называя человека хорошеньким, оценивают внешние данные, которыми человек наделён от рождения, например: «Уже когда мы вернулись из Ташкента, к нам поступила учиться на первый курс дочь Г. М. Маленкова, хорошенькая, с роскошными каштановыми волосами, с тонкой талией — настоящая статуэтка» (Архипова И. Музыка жизни).

Для ряда прилагательных конкретизация внешности оказывается не значимой, на первый план выходит общая оценочность слова. Так, при восприятии внешности симпатичного важна общая эмоциональная оценка, например: «В жизни Уля симпатичная и общительная девушка» (Зуев Н. Девчонки, которых клюшки не пугают). Отметим попытки информантов дать подробное толкование понятия «симпатичный»: когда не можешь сказать «красивый», говоришь — «симпатичный». Опять же — милый, привлекательный, располагающий к себе. Всё, что можно сказать о «симпатичном», принадлежит к «красивому», но не наоборот, потому что нет симпа-

тичнее красивого; симпатичный, может не обязательно быть красивым; милый, приятный, но уже не такой красивый, как в первом случае.

Не конкретизируется внешность привлекательного лица мужского пола. Образы привлекательной и интересной отличает сексуальная притягательность. При этом человек может и не восприниматься как «красивый», например: «Все-таки Марина очень сексуальная женщина. Не красивая, а какая-то... Черт ее знает, но штучка зажигательная. Да, не красивая, но чертовски при-влекательная...Выглядела она замечательно, слов нет, и это при том, что смотреть-то там, откровенно говоря, особо не на что» (Валеева В. Скорая помощь).

Восприятие внешности хорошенького зависит от личных предпочтений оценивающего. Поэтому как хорошенький может быть воспринят и бледный, и женственный, и толстенький и т. п. человек.

Прилагательное приятный гораздо реже своих синонимов употребляется в качестве общей оценки внешности человека. В основном оно используется при общей оценке эмоционального восприятия человека, когда человек вызывает положительные эмоции благодаря его целостному восприятию: голос, поведение, манера говорить, двигаться, поступки и т. д. Если имеется в виду внешность, то в контексте или конкретизируются черты внешности, которые нравятся, или прилагательное употребляется в сочетании с существительным внешность и подобными.

С точки зрения способности приобретать отрицательную коннотированность выделяется прилагательное смазливый. Смазливый является привлекательным для женского пола, при этом его образ не лишён неестественности и часто оценивается отрицательно, например: «Еще, по слухам, дали в местном Белом доме кабинет актеру Тушкину, смазливому, с ослепительной фальшивой улыбкой пареньку, который будет ездить и задавать из зала вопросы губернатору, представляясь независимым журналистом. Глупейшие вопросы. К тому же народ не любит смазливых» (Солнцев Р. Полураспад. Из жизни А. А. Левушкина-Александрова, а также анекдоты

о нем // Октябрь. 2000-2002); «Особенно отличался кокетливый, не по-деревенски смазливый паренек — почтальон из сельсовета, до того смазливый, что казался подкрашенным, напомаженным» (Яшин А. Вологодская свадьба).

Можно отметить гендерные различия: среди ассоциаций на форму женского рода прилагательного красивый — красивая — больше реакций-характеристик свойств личности, преимущественно положительных: естественная, влюбленная, влюбчивая, светящаяся; светлая, как изнутри, так и снаружи; уверенная, добрая, открытая, немного возвышенная, интересная, внешне и внутренне красивая, а также номинаций внешнего проявления внутреннего состояния: улыбчивая, с чистым взглядом, интересом в глазах к окружающему миру. Употребление прилагательных милый и миленький в значении общей оценки внешности человека не является частотным в отличие от этих же прилагательных в форме женского рода.

Наряду с полной в качестве предикатов активно функционируют краткие формы прилагательных красивый(-ая), привлекательный(-ая), милый(-ая), миловидный(-ая), смазливый(-ая), приятный(-ая). Например: «Чёрный был несказанно мил: ребячье сорокалетнее лицо, такая отрада» (Грекова И. Без улыбок.); «Ей было лет сорок, и она была толста и жирна, черноброва и черноглаза, добра от толстоты и лености; и собою даже очень смазлива» (Достоевский Ф. М. Преступление и наказание.). Крайне редко употребляется краткая форма прилагательного интересный. Прилагательные хорошенький и миленький не употребляются в краткой форме.

Степень проявления признака выявляется при сочетании прилагательных красивый(-ая), интересный (-ая), милый(-ая), миленький (-ая), миловидный(-ая), смазливый(-ая), приятный(-ая) с наречиями, обозначающими интенсивность.

Кроме того, такие прилагательные, как красивый(-ая), симпатичный(-ая), хорошень-кий(-ая), привлекательный(-ая), имеют степени сравнения.

Среди эталонных представителей внешне привлекательных людей информантами названы

актёры, певцы, модели, деятели сферы искусства и культуры. Например, хорошеньким, по мнению информантов, можно назвать следующих лиц: Николай Басков, Энди Джилет, Леонардо ди Каприо (но смазливый), Антонио Бандерас, Джуд Лоу, Давид Вилья и др. А хорошенькой — Зара, Рейни Янг, Джессика Альба, Анджелина Джоли, Варя Черноус, Анна Михалкова, Наталья Водянова и др.

Прецедентные феномены были выделены среди ассоциаций на прилагательные красивая, хорошенький, привлекательная, милый(-ая), миленький, приятная. Например: «Зачем Вы, девушки, красивых любите?», «Самая обаятельная и привлекательная» и т. п.

Рассмотренные прилагательные могут вза-имозаменяться: прилагательное интересный может заменяться синонимичным прилагательным симпатичный, о чем свидетельствует анализ иллюстративного материала, а прилагательное миленькая может заменяться синонимичными прилагательными милая и миловидная. Но прилагательные смазливый и красивый противопоставляются в проанализированном материале: «— Ну, это дураки, и она прекрасно знала им цену; правда, к Толе Найману она была неравнодушна. — Ну конечно, он красивый был. — Абсолютно некрасивый, он смазливый» (Герштейн Э. На фоне всех ревизий века).

Таким образом, в ходе проведенного исследования было выявлено, что в основе значений прилагательных, описывающих внешне привлекательного человека в русской языковой картине мира, лежат следующие параметры: возраст описываемого человека, детализация внешнего описания; свойства личности, приписываемые носителю признака; степень проявления признака, включёнными оказываются грамматические значения, присущие краткой форме прилагательного, а также аксиологическая характеристика прилагательного; на значение оказывают влияние прецедентные феномены, связываемые с исследуемыми лексемами, эталонные носители признака среди известных личностей.

ЛИТЕРАТУРА

1. Воркачев С. Г. Лингвокультурология, языковая личность, концепт: становление антропоцентрической парадигмы в языкознании // Филологические науки. 2001. 1. С. 64-72.

2. Гинзбург Л. Я. О литературном герое. Л., 1979.

3. Жданова В. Русская культурно-языковая модель пространства и особенности индивидуальной ориентации в ней // Русские и русскость: Лингво-культурологические этюды / Под ред. В. В. Красных. М., 2006. С. 7-178.

4. Корнилов О. А. Языковые картины мира как производные национальных менталитетов. М., 2003.

5. Яковлева Е. С. К описанию русской языковой картины мира // Русский язык за рубежом. 1996. 1,2,3. С. 47-56.

[хроника]

МЕЖДУНАРОДНАЯ НАУЧНО-ПРАКТИЧЕСКАЯ КОНФЕРЕНЦИЯ «ЯЗЫК — РЕЧЬ — СПЕЦИАЛЬНОСТЬ: РУССКИЙ ЯЗЫК В СФЕРЕ МЕЖДУНАРОДНОГО ТУРИЗМА»

ния иностранных учащихся, специализирующихся в области туризма. В конференции приняли участие педагоги России, Украины, Словакии, Туниса, Алжира и Ирака и представители профессионального туристического сектора Туниса и России. Открывая конференцию, чрезвычайный и полномочный посол РФ в Тунисской Республике Александр Петрович Шеин и ректор Карфагенского университета профессор Лассад Асми подчеркнули исключительную актуальность обсуждения роли русского языка в сфере международного туризма и преподавания РКИ в специальных профессиональных целях в тунисских вузах. На конференции выступали иностранные гости — преподаватели РКИ: МГУ, Калужского государственного университета им. К. Э. Циалковского, Русского

отделения Международной академии бизнеса и новых технологий г. Ярославль, Харьковского национального университета им. В. Н. Каразина, Одесского национального университета им. И. И. Мечникова, Университета им. Константина Философа в Нитре (Словакия), Оранского государственного университета Э-Сения (Алжир), Багдадского университета (Ирак). Главный редактор ведущего российского издательства «Златоуст» А. В. Голубева сделала обзор существующих подходов к учебникам по русскому языку в специальных целях. В работе конференции активное участие приняли тунисские руссисты Высшего института языков г.Тунис, Факультета гуманитарных и общественных наук Университета г. Тунис, Института прикладных языков в области бизнеса и туризма