Объективная сторона незаконной рубки лесных насаждений

ОБЪЕКТИВНАЯ СТОРОНА НЕЗАКОННОЙ РУБКИ ЛЕСНЫХ НАСАЖДЕНИЙ

И.А. КОНФОРКИН

В теории уголовного права объективная сторона преступления определяется как «процесс общественно опасного и противоправного посягательства на охраняемые законом интересы, рассматриваемый с его внешней стороны, с точки зрения последовательного развития тех событий и явлений, которые начинаются с преступного действия (бездействия) субъекта и заканчиваются наступлением преступного результата»1. Объективная сторона характеризуется обязательными и факультативными признаками. Это деяние (действие или бездействие), последствие и причинная связь между ними, представляющие собой обязательные признаки материальных составов, а также факультативные признаки — место, время, обстановка, способ, орудия и средства совершения преступления.

По конструкции объективной стороны основной состав преступления незаконной рубки лесных насаждений (ч. 1 ст. 260 УК) является материальным. Объективная сторона выражается в четырех возможных вариантах: 1) в рубке лесных насаждений; 2) в рубке деревьев, кустарников, лиан, не отнесенных к лесным насаждениям; 3) в повреждении до степени прекращения роста лесных насаждений; 4) в повреждении до степени прекращения роста деревьев, кустарников, лиан, не отнесенных к лесным насаждениям. При любом из вариантов необходимо причинение значительного ущерба.

Следует проанализировать понятия «рубка» и «повреждение до степени прекращения роста». В чем конкретно, физически они выражаются? Являются ли они процессом (способом) или результатом (последствием) преступного деяния?

В ст. 16 ЛК впервые в истории национального законодательства рубкой лесных насаждений названы «процессы их спиливания, срубания, срезания». Ранее законодательная регламентация понятия «рубка» отсутствовала. В юридической литературе высказывались различные мнения. Одни авторы считали, что рубка — это отделение дерева или кустарника от корня (их валка) путем спиливания или срубания2. Другие полагали, что рубка может быть проведена также путем выкапывания или выкорчевывания деревьев и кустарников либо каким-то иным, кроме спиливания, срубания или срезания, способом отделения дерева от земли3.

Является ли сформулированный законодателем перечень способов рубки исчерпывающим? Для того чтобы ответить на этот вопрос, уточним, что слово «рубка» означает «действие, при котором, ударяя чем-нибудь острым, разделяют что-то на части или что-либо отсекают, например, ветки от дерева». Вы-

капывание — это «доставание, извлечение чего-либо, отваливая землю», а корчевание — «выкапывание с корнем, например пня, кустарника, дерева»4.

Выкапывание и корчевание (выкорчевывание) деревьев и кустарников являются способами их изъятия из естественной природной среды, но не способами рубки, так как они не связаны с отделением лесных насаждений от корня. Коль скоро такого отделения не происходит, нет и рубки как таковой. Следовательно, нормативный перечень способов рубки является исчерпывающим и расширительному толкованию не подлежит.

В отличие от «рубки» уголовно-правовое понятие «повреждение до степени прекращения роста» лесных насаждений законодательной регламентации не получило. В специальной литературе в отношении этого понятия высказывались разные мнения. Так, в комментариях к УК повреждение до степени прекращения роста определено как «раздробление, смятие, уничтожение части деревьев, их корневых систем, ветвей, вызвавшие прекращение их роста или гибель»5. В. Романов повреждением, подпадающим под действие ст. 260 УК, называет «раздробление, смятие деревьев и кустарников, уничтожение кроны или корневой системы, вызвавшие прекращение их роста или гибель»6. А.В. Наумов утверждает, что «под повреждением деревьев, кустарников, лиан до степени прекращения роста понимается причинение им такого вреда (любым способом), который препятствует их дальнейшему развитию и росту»7.

Незаконную рубку, а равно повреждение до степени прекращения роста лесных насаждений или не отнесенных к лесным насаждениям деревьев, кустарников, лиан следует рассматривать как противоправную деятельность. Ее результатом становится причинение вреда охраняемым законом общественным отношениям в сфере использования древесно-кустарнико-вой растительности.

Необходимо исключить из диспозиции ч. 1 ст. 260 УК словосочетание «повреждение до степени прекращения роста» как конструктивный признак преступного деяния. Более 75% работников органов согласились с этим предложением.

При криминализации этого деяния нарушены следующие принципы установления уголовно-правового запрета:

Ф относительная распространенность деяния. Повреждение до степени прекращения роста лесных насаждений как основание для привлечения лица к уголовной ответственности не применяется в судеб-но-следственной практике. Оно не имеет самостоятельного юридического характера и всегда побочный

результат технологического процесса незаконной рубки. В нормативных документах лишь упоминаются возможные повреждения. Это облом вершины дерева; слом ствола; обрыв скелетных корней и т.д. (см. п. 59 Правил заготовки древесины, утвержденных приказом МПР России от 16 июля 2007 г. № 184). Но что следует понимать под физическими параметрами такого рода повреждений, не разъясняется. О возможности прекращения роста при таких повреждениях можно лишь догадываться;

Ф процессуальная осуществимость уголовного преследования. «Степень» должна как-то фиксироваться. Само прекращение роста должно иметь какое-то начало, т.е. всегда при таком деянии необходима биологическая (ботаническая) экспертиза с выводом о том, что с какого-то времени конкретное дерево прекратило расти. Вряд ли это осуществимо. Помимо этого, повреждение до степени прекращения роста бессмысленно с социально-психологических позиций. Для чего это делать преступнику? Ведь не понятно, когда поврежденное дерево прекратит расти: на следующий день, через месяц, через год или два. Ожидание этого результата бесперспективно. Если дерево все же превратится в сухостой, то его рубка будет преследоваться в уголовном порядке. Следовательно, с прагматической точки зрения повреждение лесных насаждений само по себе не имеет ни мотива, ни цели. Конечно, можно предположить что-то экзотическое, редкое, например «хулиганские» побуждения. Однако это опять же приведет к нарушению принципа относительной распространенности деяния;

Ф системно-правовая непротиворечивость криминализации деяния. Наблюдается разнобой в критериях установления уголовно-правового запрета. Рубка дерева как результат означает его безусловную гибель. При повреждении до степени прекращения роста через какое-то неопределенное время возможна гибель насаждения, однако этого может и не произойти. В последнем случае трудно (если вообще возможно) разграничить преступление и административное правонарушение.

Существование в диспозиции ч. 1 ст. 260 УК конструктивного признака «повреждение до степени прекращения роста» не оправдано по ряду причин социального и юридического характера. Перед нами избыточность уголовно-правового запрета, его излишество.

Незаконная рубка лесных насаждений признается оконченным преступлением с момента полного отделения дерева, кустарника или лианы от корня, если это деяние совершено в значительном размере. Обязательным является установление причинной связи между незаконной рубкой и значительным размером ущерба. Согласно примечанию к ст. 260 УК под таким размером следует понимать ущерб, причиненный лесным насаждениям или не отнесенным к лесным насаждениям деревьям, кустарникам и лианам,

исчисленный по утвержденным Правительством РФ таксам, превышающий 5 тыс. руб.

В настоящее время действует постановление Правительства РФ от 8 мая 2007 г. № 273 «Об исчислении размера вреда, причиненного лесам вследствие нарушения лесного законодательства». За незаконную рубку деревьев хвойных пород с диаметром ствола 12 см и более, заготовка древесины которых допускается, взысканию подлежит 50-кратная стоимость древесины, исчисленная по ставкам платы за единицу объема лесных ресурсов. Что же касается исчисления размера ущерба, причиненного деревьям и кустарникам, заготовка древесины которых не допускается, он определяется не только в зависимости от объема срубленных деревьев либо количества срубленных кустарников, но и от региона, на территории которого совершена незаконная рубка. При исчислении стоимости древесины разделение ее на деловую и дровяную не производится. В любом случае применяется ставка платы, установленная в отношении деловой древесины средней крупности. Диаметр ствола деревьев при исчислении размера ущерба измеряется на высоте 1,3 м, размер ущерба исчисляется с точностью до одного рубля.

При исчислении размера ущерба, причиненного не отнесенным к лесным насаждениям деревьям, кустарникам и лианам, применяются действующие на момент совершения правонарушения цены и нормативы затрат, которые связаны с выращиванием деревьев, кустарников и лиан, а также с уходом за ними до возраста уничтоженных или поврежденных. Размер ущерба, причиненного лесам, в том числе лесным насаждениям, или не отнесенным к лесным насаждениям деревьям, кустарникам и лианам, исчисляется путем суммирования размеров ущерба в результате нарушений лесного законодательства.

Порядок исчисления размера вреда, причиненного лесам вследствие нарушения лесного законодательства, аналогичен действовавшему ранее порядку, установленному постановлением Правительства РФ от 21 мая 2001 г. № 388 «Об утверждении такс для исчисления размера взысканий за ущерб, причиненный лесному фонду и не входящим в лесной фонд лесам нарушением лесного законодательства Российской Федерации». Несмотря на это, в судебно-следствен-ной практике нередко допускались ошибки при определении ущерба, причиненного незаконной рубкой лесных насаждений.

В 2002 г. Кежемским районным судом Красноярского края прекращено уголовное дело в отношении Р., совершившего незаконную рубку деревьев хвойной породы — сосны, относящихся к третьей группе лесов, в объеме 70,8 куб. м. С учетом установленных постановлением Правительства РФ от 21 мая 2001 г. № 388 такс причиненный лесному хозяйству ущерб составил 87 687руб., что в соответствии с действовавшим в то время уголовным законом определялось как значи-

тельный ущерб. Отказываясь от обвинения, прокурор в судебном заседании заявил, что для квалификации преступления по ст. 260 УК должен учитываться только прямой ущерб, без учета кратности. Исходя из этого судом была принята во внимание только ставка лесных податей за древесину, отпускаемую на корню в данном регионе, которая составляла 39руб. 30 коп. за 1 куб. м. Соответственно прямой ущерб от незаконной рубки, совершенной Р., составил всего 2782 руб. 44 коп., что не образует состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 260. Как отмечалось Следственным комитетом при МВД России, это одна из распространенных ошибок, встречающихся в судебно-следственной практике, которая характерная для многих регионов8.

Вероятно, что такие ошибки явились следствием несоответствия диспозиции ч. 1 ст. 260 УК и примечания к ней в части приравнивания размера незаконной рубки к ущербу. Размер незаконной рубки — это количественный показатель преступного деяния, обязательный признак состава данного преступления, а ущерб — качественный показатель его последствий, исчисляемый на основе такс и специальной методики, установленных Правительством РФ. В ст. 260 деяние приравнено к последствиям, что противоречит теории уголовного права и требует иной законодательной регламентации. Для этого употребляемый в статье термин «размер» следует заменить термином «ущерб».

Почему в примечании к ст. 260 УК до недавнего времени было установлено, что значительным размером незаконной рубки признается причиненный ущерб, превышающий 10 тыс. руб., а не иная сумма? Однозначного ответа на этот вопрос нет. Возможно, принимая очередную редакцию ст. 260, законодатель исходил из конъюнктуры текущего экономического момента. По итогам 2003 г. в России средняя стоимость 1 куб. м сосны на корню составляла 102 руб.9 При этом незаконная рубка 2 куб. м сосны (в среднем два дерева) с учетом такс в то время признавалась совершенной в значительном размере и служила основанием для возбуждения уголовного дела по ч. 1 ст. 260.

В последующие годы стоимость сырорастущей древесины росла. Так, в Тверской области по итогам 2004 г. она составила более 250 руб.10, а в 2005 г. — около 600 руб. за 1 куб. м сосны11. С учетом как минимум 50-кратной таксовой стоимости незаконная рубка 1 куб. м сосны уже тогда причиняла ущерб, превышающий 10 тыс. руб., и являлась уголовно наказуемой.

В настоящее время после изменения ст. 260 УК значительным размером незаконной рубки лесных

насаждений признается причиненный ущерб, превышающий 5 тыс. руб.

С 2003 г. количество уголовных дел, возбужденных по признаку совершения деяния в значительном размере, увеличивалось. Примечание к ст. 260 УК требует законодательного изменения. Целесообразно вернуться к прежнему стоимостному критерию определения значительного ущерба, причиненного незаконной рубкой лесных насаждений (10 тыс. руб.). Размер ущерба по каждому уголовному делу составляет в среднем 50—60 тыс. руб.

В диспозиции ч. 1 ст. 260 УК слова «если эти деяния совершены в значительном размере» следует заменить словами «если эти деяния причинили значительный ущерб». Аналогично нужно поступить и с соответствующими признаками ч. 2 и 3. Примечание к ст. 260 можно изложить в следующей редакции: «Значительным ущербом в настоящей статье признается ущерб, исчисленный по утвержденным Правительством Российской Федерации таксам и методикам, превышающий десять тысяч рублей, крупным — пятьдесят тысяч рублей, особо крупным — сто пятьдесят тысяч рублей».

1 Кудрявцев В.Н. Объективная сторона преступления. — М., 1960. - С. 9.

2 См.: Комментарий к Лесному кодексу Российской Федерации / Под ред. С.А. Боголюбова. — М., 1997. — С. 218.

3 См.: Дубовик О.Л. Экологические преступления: Комментарий к главе 26 Уголовного кодекса Российской Федерации. — М., 1998. — С. 330.

4 Ожегов С.И. Словарь русского языка. 18-е изд., стереотип. — М., 1987. — С. 256, 253.

5 Комментарий к Уголовному кодексу РФ. Особенная часть / Под ред. Ю.И. Скуратова, В.М. Лебедева. — М., 1996. — С. 364.

6 Романов В. Административная и уголовная ответственность за нарушение лесного законодательства // Рос. юстиция. — 1998. — № 5. — С. 51.

7 Наумов А.В. Российское уголовное право: Курс лекций: В 3 т. — Т 3: Особенная часть (главы 11—21). — М., 2007. — С. 236.

8 См.: Методический обзор судебно-следственной практики применения ст. 260 УК РФ. — М., 2003. — С. 4.

9 Там же. — С. 5.

10 См.: Гонтарева Е. Темный лес // Тверская жизнь. — 2005. — 9 февр.

11 См.: Сиразиев Т. Когда и как одолеем лесной криминал? // Тверская жизнь. — 2007. — 17 февр.